Недалеко от нашей школы, за покосившимся забором, стоял двухэтажный заброшенный особняк, приготовленный под снос. Жильцов давно переселили в новостройки, всё, что представляла хоть какую-то ценность, было разобрано и вывезено. Однако снос почему-то все время откладывался и дом так и стоял покинутый жильцами уже много лет. До революции, по слухам, в этом доме проживала семья какого-то купца. Что стало с ними после революции никто не знал – возможно уехали за границу. А вот в доме, это доподлинно известно, сделали коммуналку для трудящегося пролетариата. Также, по слухам, в этом заброшенном доме происходили странные вещи и даже пропадали люди, но если ты старшеклассник и на улице ярко светит солнце, то тебе просто необходимо отправиться именно туда.

В особняк вела массивная деревянная дверь, позднее обитая коричневым дерматином с шляпками медных гвоздей. Стоило закрыть эту дверь за собой, как все звуки снаружи стихали. В доме воцарялась своя особая атмосфера. Вот эта атмосфера и привлекала больше всего. Особняк был большим. В просторных комнатах были очень высокие потолки и окна. Перегородки коммуналок были разобраны и дом представал почти в первозданном виде. Можно было часами бродить по комнатам или просто сидеть на подоконнике представляя себе, как должно быть приятно жить семьей в таком доме.

Комнаты были пустыми, лишь мелкий мусор и обрывки газет покрывали остатки паркета. И зеркало. Большое массивное зеркало в оправе очень сложной формы. Она придавала зеркалу вид какого-то устройства или портала, с многочисленными «антеннами» и завитушками. Зеркало было очень старым с отслоившейся местами амальгамой и мутным от времени стеклом. Наверно поэтому на него никто не позарился, когда дом расселяли.

В один из дней, когда я сидел в комнате с зеркалом, мне послышалась тихая музыка. Тихая и очень грустная. Она совсем не была похожа ну ту, что обычно передавали по радио. Я встал и направился в комнату откуда, как мне показалось, слышалась музыка. По мере приближения звук становился все громче, но, когда я осторожно заглянул в эту комнату, оказалось, что звук у меня за спиной. Некоторое время я бродил по дому, но источник музыки все время ускользал от меня. Стало как-то не по себе и я прервал свои поиски. В другой раз по дому начал разливаться приятнейший аромат каких-то неизвестных мне духов. А однажды я увидел в зеркале отражение детской комнаты с двумя кроватками и разбросанными по полу игрушками.

Мой товарищ заинтересовался моими «находками», и мы стали ходить в брошенный особняк вместе. Детскую комнату он тоже увидел. Стоя напротив зеркала он всматривался в мутное стекло иногда оборачиваясь назад и сравнивая изображение в зеркале с тем, что у него за спиной.

– М-да! На какой-то момент я увидел, как будто эту же самую комнату, но только в ней была… мебель. А тебя я не видел в отражении! Совсем. – мой товарищ был явно напуган.

Это происшествие как минимум на неделю отбило у нас всякое желание посещать этот дом. Время шло, а тяга к неизвестному все нарастала и вот мы снова направились в особняк.

В этот раз на втором этаже детский голос напевал какую-то песенку. Мы быстро поднялись и увидели темноволосого подростка с бледным лицом.

– Вы кто? – подросток повернулся в нашу сторону, – Обувь надо снимать!

Мой товарищ собрался отвесить ему подзатыльник за такую наглость и уже шагнул к нему занося руку. Глаза паренька резко сузились и стали угрожающими.

– Не вздумай! – прошипел он, – Ты не дома!

Эта фраза подействовала на нас как ушат холодной воды. Мы действительно ощутили, что мы не дома! А он?! Паренек уже с улыбкой смотрел на нас.

Не задерживаясь больше, мы вышли на улицу.

– А может они никуда не уезжали, а ушли туда? – произнес мой товарищ, когда мы отошли на пару кварталов от дома.

– Кто? Семья купца? – признаться, я и сам думал о чем-то подобном.

– Ты веришь, что в зеркале может быть мир, ну такой же как наш?!

– Верю? – я неопределённо пожал плечами, – Но паренька, я как тебя видел.

Дом через несколько месяцев всё-таки снесли, а об этой вылазке я стараюсь лишний раз не вспоминать.