Чух-чух-чух! Натужно пыхтела паровая машина, пытаясь затащить опоясанную металлическим тросом голову на телегу.

Хотя, телегой это было сложно назвать, скорее металлическая платформа, вроде тех, что используют грузовики для перевозки негабаритных грузов.

Медленно, но верно, трос, толщиной с запястье, наматывался на барабан и затягивал циклопический груз.

— Давай-давай-давай! — Подбадривали рабочие стальную махину. Еще бы, от них тут толка было мало. После такой зримой демонстрации возможностей и мощи моего агрегата — вряд ли найдется хоть кто-то, считающий это «баринской придурью».

Подбородок монстра залез на край платформы и движение застопорилось. Сейчас самый сложный этап, можно было бы конечно и рабочих подключить, но мне хотелось это сделать красиво.

Я взмахнул рукой, подавая знак алхимику. Тот прикладывает руки к топке и магией нагнетает жар, форсируя машину.

Я в свою очередь дергаю рычаг, выкрутив подачу пару на максимум.

Двигатель скрипт, грозно фырчит и тащит хитиновую башку с новой силой! Несколько минут и наш трофей занимает своё законное место. Осталось лишь накрыть его полотном из сшитых палаток и готово. Но сперва надо сделать еще кое-что, небольшую хитрость.

— Тащите ногу!

Пятеро рабочих, поскальзываясь на подтаявшем снегу, несут отрубленную у паука-воина конечность. Закрепляют её чуть позади головы и принимаются закрывать голову полотном. Стальные крюки входят в специально подготовленные отверстия, а для надежности всё опоясывается крепко натянутым тросом.

Готово! Голова надежно укрыта от косых взглядов, лишь торчащая на всеобщее обозрение нога, что высовывалась из-под ткани — давала понять, что внутри «обычная» туша паука-воина. Ни к чему заранее показывать свои козыри, любой дурак, увидев голову такого размера сразу подумает о том — какое у монстра было ядро.

С ядром — тоже проблемы, оно находилось в совершенно неприметном фургоне, в толстенном ящике из обычного железа. Проблема в том, что даже так — оно чертовски фонило магией. Нужны специальные и дорогие материалы, чтобы скрыть этот фон.

Но в диких землях их не добыть. Пусть тут, где плотность населения низкая, а магов по пальцам пересчитать — мы могли особо не волноваться, но чем ближе будем продвигаться к столице — тем больше шанс спалиться. А так уже кто угодно рискнет всем своим родом, лишь бы сорвать такой куш, как наше ядро.

Вывод — придется делать остановку перед каждым городом и наведываться к мастерам артефактов. Только у них может быть достаточное количество материала. Да и то, не факт.

Паровую машину откатили в сторону, а в «телегу» закончили запрягать волов. Две дюжины могучих животных с некоторым усилием сдвинули груз и понукаемые криками да хлесткими ударами плетей, поволокли его из чащи. Широкие, стальные колеса оставляли за собой след, от которого у меня немного защемило сердце. След, так похожий на след протекторов грузовых автомобилей.

Сажусь на верного коня и отправляюсь в лагерь, транспорт движется медленно, у меня есть еще часик на последние штрихи.

Вот и моя командирская палатка, обмазанная каучуком в качестве эксперимента и почти не продуваемая ветрами. Сначала я думал переселиться в лабораторию химмерологов, но потом там расположили госпиталь и идею пришлось убрать в долгий ящик. Как и львиную долю всех остальных моих идей, к сожалению.

Внутри стоит уже потухшая буржуйка, а на кровати, укрывшись шкурой сопит Мира. Лишь ушки торчат наружу. Вчера мы неплохо зажгли перед расставанием, могу лишь сказать, что хвост — это не так удобно, я как думал.

Открываю едва теплую дверцу топки и засовываю туда поленья. Береста вновь кончилась, а алхимик сейчас собирается у себя. Ничего страшного, на столе у меня есть масса уже бесполезных бумаг. Мира, к слову, немного в шоке от моей привычки растапливать печку бумагой. В её глазах это всё равно что если бы у нас кто-то зажигал камин долларовыми банкнотами.

Внимательно осматриваю каждый листок, чтобы не сжечь что-то полезное. Эх, планы-планы-планы. Столько планов, вот к примеру наброски по производству бетона. Казалось бы, делов всего-ничего, а руки не дошли. А вот проект по постройке первой доменной печи, так, его положим обратно. Когда культисты расширяли пещеру — они надолбили огромное количество свинцовой руды и просто выкинули её, словно мусор. Нам осталось лишь её переработать, а дальше можно будет и новую штольню открывать. Этим, без сомнения займемся в ближайшее время. Но уже без меня.

А вот ранние чертежи парового двигателя — в топку. Пожалуй, это единственное, что у меня получилось закончить. Да, не всё оптимизировано до конца, конструкцию надо упрощать, если я хочу, чтобы её смог изготовить обычный человек, а не только маг. Но главного я достиг — двигатель работал, работал исправно и без задержек. Поэтому, даже пока я буду в отъезде — машина станет надежно служить нашему маленькому форпосту, помогая заготавливать лес. Да и в строительстве может пригодиться.

С порохом дела обстояли сложнее, скрипя сердцем я признал, что делать его основным оружием — еще не время. Но склепал каждому гвардейцу не только по паре пистолетов, но еще и короткий мушкетон.

Пусть их основное оружие — щит и меч, залп перед началом рубки лишним не будет. Да и выстрел из пистоля в упор — весомый аргумент. Каждого бойца я приучил хотя бы не пугаться своего же выстрела — а это уже хлеб. Для чего-то большего — нужны тренировки и стрельбы, на которые у меня просто нет лишнего пороха. Разве что перезарядкой теперь занимаюсь не я, а Тил, как наиболее доходчивый из всех, в кого я пытался вдолбить эту нехитрую науку.

В постели заворочалась Мира. Острые ушки показались из-за изголовья.

— Доброе утро. Я уж боялся, ты всё пропустишь.

— Мняу… Погоди, дай я хоть оденусь.

Пока она накидывала на себя платье, я продолжил чиркать огнивом. Наконец бумага занялась и дрова весело затрещали, пожираемые огнем.

— Думаю, тебе стоит таки переехать в лабораторию. Там как раз освобождается комната Тамиллы.

Её пушистые ушки тут же грустно опускаются.

— Разве вы забираете этих мерз… замечательных братьев с собой?

— Возьму Рона, целитель в походе не помешает. Нор останется тут и продолжит обучение Альфа, в этом случае, даже если в лагере случится какая-то беда — лагерь не останется без сильного целителя. Под присмотром наставника, я уверен, пацан не наделает непоправимых ошибок.

— Мня… тогда я лучше останусь здесь.

— Не глупи, становится слишком холодно. Тамилле они тоже не нравились, но ничего.

Мира отчаянно замотала головой.

— Ни за что. Я лучше замерзну насмерть, чем буду находиться рядом с кем-то из них.

Я поднял голову и вопросительно посмотрел на неё. Мира смущенно поерзала и призналась.

— Я их боюсь. А то место лишь на этой недели перестало мне сниться в кошмарах. Я туда не вернусь и не просите!

Я захлопнул топку буржуйки и сел за стол.

— Занятно. Видишь ли… Они тоже тебя боятся до дрожи.

— Что?

Пергамент ложится на стол, я макаю в чернильницу перо и быстро вывожу слова.

— И тут дело не в том, что ты находишься под моей защитой. Они боятся твоей мести, того что однажды они просто не проснутся.

— Глупости какие, с чего бы двум старшим адептом бояться простой девушки?

Приказ дописан, подтягиваю к себе свечу и достаю с полочки палочку сургуча.

— Простой ли? У меня до сих пор царапины на спине не зажили. Видишь ли, их методика, по которой они приживили тебе новые части… немного экзотична. По сути они провели над тобой ритуал, который в древности проводили над собой маги, стремящиеся создать новый род. Род, обладающий способностями магических тварей. Конечно, твоим донорам послужила всего лишь пантера, да и сам ритуал был пожиже… Но можно сказать, что ты теперь основательница нового рода.

— Мде… — Она села на кровать и принялась разглядывать свои руки.

Прикладываю к капле сургача кольцо. Готово. Фамильный герб в виде кондора отпечатался на бумаге. Остужаю пергамент и передаю его Мире.

— Вот, передашь это Генри. Здесь приказ выделить тебе в собственность следующую построенную избушку вне очереди. Оплата из казны.

— Спасибо… — Чуть отстранено произносит она, всё еще погруженная в свои мысли. Чтож, у меня есть еще один подарок, над которым я работал всё утро.

Я сгибаюсь и достаю из-под кровати изящную рапиру, под её руку. Никаких самоцветов или золота, лишь сугубо практичная сталь. Единственное, что я себе позволил — причудливые узоры на тонком клинке. Ажурная гарда, из эпохи нового времени, а покрытая резиной рукоять не даст скользить руке. А также то, чем я гордился больше всего — чертовски острая заточка, такой даже скальпель позавидует. Жаль, только, до первого удара… но зато второй может и не понадобиться.

Сперва я думал подарить ей для самозащиты пистолет, но… времени, чтобы обучить Миру им пользоваться — не было.

— Ножны я уже заказал у кузнеца, но они пока не готовы. И осторожно, клинок ужасающе острый! Ведь я затачивал его своим даром. Так что аккуратнее, иначе тебе придется пересиливать свой страх и идти к братьям, пришивать пальцы.

Она оживилась, взяла рапиру в руки и сделала несколько быстрых выпадов, проверяя баланс.

— Отлично… Я… — Она приблизилась ко мне и поцеловала. — Спасибо.

— Должна же ты иметь оружие, чтобы защитить себя, пока меня не будет. Я хотел было предложить тебе учителя, но похоже ты знаешь, как обращаться с клинком.

— Да, я училась. Кстати, у меня тоже есть подарок! — Она пошарила рукой где-то у изголовья кровати и вытащила ту книжку, из-за которой вчера сожгла рагу.

Он пришел вместе с грозой, посреди ночи. Прошел сквозь укрепленные железом деревенские ворота, даже не заметив их. Лаяли собаки, заспанные стражники в плохоньких кольчугах обступили незнакомца, наставив на него копья.

Старик лишь хихикал, странно подергиваясь всем туловищем. Его тело словно ужалила дьявольская оса — оно было неестественно распухшим. Под бугристой плотью, передавленной ставшим тесным балахоном, двигались мышцы, каким позавидовал бы любой кузнец! Старик горбился, его голова с жиденькими седыми волосами казалось крошечной на огромном теле.

— Господин, мы можем вам чем-то помочь? — Спросил подоспевший староста, глубоко поклонившись странному посетителю.

Старик лишь захохотал и затрясся еще сильнее. Затрещал балахон, он больше не мог выдержать распухающую плоть. Староста попятился, возникло чувство что незнакомец вот-вот лопнет!

Самый смелый стражник сделал шаг вперед. Никто так и не узнал, хотел ли он заколоть пришлого…

Старик вдруг поднял ручищу вверх и металл со всей округи с невероятной скоростью ринулся к нему. Вилы, стоящие возле дома, топоры, гвозди! Кастрюли и сковороды обрушали стены домов, лишь бы ответить на призыв своего повелителя и закружится в неторопливом, стальном вихре. Стражники, поднятые в воздух, кричали, но совсем скоро замолкли. Площадка возле ворот покрылась кровью и кусками тел.

Странный маг захохотал во весь голос и вихрь резко усилился.

Сруб ближайшей избы стал истончаться, словно бревна стесывали гигантским, невидимым рубанком. Шаг и половину дома просто снесло, когда какая-то железка зацепилась в бревно достаточно плотно, чтобы потащить его за собой в танец стали. Еще шаг — горящую печь разносит на куски! Угли кружатся в смерче, раздуваются, поджигают стесанные со стен стружки. К кровожадному гулу стали присоединился демонический гул пламени и треск огня.

Старику понадобилось полчаса, чтобы просто пройти из одного конца деревни в другой, снося всё на своём пути. Уцелели лишь те дома, чтобы были на самом краю. Люди пытались потушить пожары, пожирающие остатки деревни — а я смотрел вслед странному магу, почти неразличимому сквозь созданный им смерч.

— Алекс! Алекс Хорнет! — Крикнула мне мать, но что-то звало меня, требовало идти.

И я побежал вслед за стариком.

— Господин! — Отвлек меня гвардеец.

Я закрыл дневник покойного Баронета и забросил его в сумку. Наш караван пересек долину и теперь стоял перед крепостью, что отделяла Черный Лес от владений барона Клемена.

При свете дня крепость впечатляла еще больше, чем в когда я видел её в первый раз. Тогда, в потемках, я мало что разглядел. Теперь же… Первое, что поражало — это то, как искусно архитекторы вписали её в окружающие скалы. Настолько, что порой невозможно было отделить одно от другого. Середина же крепости была чуть пониже гор, но даже так поражала воображение высотой почти в полсотню метров! Что неудивительно, ведь строили эту сооружение в расчете на прорыв Матриарха. К счастью, ворота были достаточно большими, чтобы наша грузовая платформа прошла сквозь него.

Я спрыгнул с повозки где коротал время, пересел на недовольного коня и поскакал к воротам крепости. Караван разумно остановился в сотне метров от крепости.

— Эй, вы там! Открывайте! — Крикнул я наверх.

Из на первый взгляд цельной стены вдруг отодвинулся блок и в открывшемся проходе показался человек. Хотя нет, не человек…

Одержимый приблизился ко мне и упал на колени. Похоже один из «людей» капитана.

— Владыка! — Прошипел он.

— Ворота открывай. Нам проехать надо.

— Будет исполнено, повелитель! — Одержимый подает условный знак и гигантские врата начинают медленно отворяться. Интересно, за счет чего? На мой взгляд тут без паровых машин не обойтись, только они потянут такую тяжесть…

— Хм. Владыка, должны ли мы сообщить… хозяину о том, что вы были здесь? — Спрашивает одержимый и я серьезно задумываюсь.

Чертова крепость — словно пробка в бутылке, и что хуже всего — под контролем чертова Клемена. Если я хочу развивать своё поселение — мне просто необходимо взять её под свой контроль, иначе в любой момент нас можно будет отрезать от остального мира. Но бороться с ним сейчас — я не могу. По крайней мере пока не восстановлю свой дар до такой степени, что смогу снова контролировать печать. Тогда — варианты были, перевербовать войска, ну а его самого… Хм.

Барон наверняка чертовски силен, но прямой выстрел из пушки вряд ли выдержит. Думаю, в королевстве никто не будет возражать против убийства барона, если я покажу, в какое грехопадение он впал… Стоп, а может просто натравить на него инквизицию? Хотя он могут выйти и на меня. Черт, надо как следует об этом подумать.

Одержимый стоит, боясь даже пошевелиться. Ах да, сообщение…

— Передай ему, что я следую нашему плану. Что я выполнил задание и направляюсь в столицу за наградой. Еще скажи, что я обязательно упомяну перед королем о значимой роли благородного Барона, что не жалел сил, лишь бы помочь выполнить задание короля.

Одержимый низко поклонился. Надеюсь, этой морковки хватит для Барона, чтобы он не совал свой нос в мои дела. По крайней мере в ближайшее время.

Ворота отворились и я сделал знак каравану проследовать в открывшийся проход. Разумеется, въезжаю в него первым. Мда, толщина стен тут — моё почтение. Метров десять, не меньше. Нужен будет весьма солидный калибр, если я захочу их расколупать. Подул ветер и до меня донесся странный запах. Что-то алхимическое, но в такой безумной комбинации, что даже весь мой опыт алхимии не мог определить что это. Спустя пару метров — я увидел источник. Несколько отвратительных, бесформенных тварей, закованных в цепи.

Химеры!

Вот кто открыл ворота! Магические отродья были неповторимы в своём уродстве и весьма сильны. Впрочем, конкретно эти куски плоти были лишь отходами магического животноводства — реально сильных и умных тварей использовали рыцари, элита войск Королевства Стали и её основная сила… Исключая, конечно, закованных в броню легионов пехоты, наемников всех мастей и подконтрольных магов. Пожалуй, все вместе взятые они могли посоперничать с рыцарями в боевой силе.

Ехавший прямо за мной бронефургон вдруг резко ускорился, это конь баронета без команды перешел на рысь, стремясь как можно скорее удалиться от тварей.

А вот наша платформа и вовсе встала. Быки наотрез отказались приближаться к химерам, несмотря на крики и удары кнутом.

Пришлось звать погонщиков из крепости.

Одетый в серую рубашку парень вытащил из петель на поясе короткий жезл и стегнул им химеру по задней ляжке. Тварь застрекотала, словно насекомое и неловко, переваливаясь с бока на бок потащила своё тело в сторону от ворот. Погонщик замахнулся на вторую, но та оказалась умнее и вприпрыжку поскакала прочь, не дожидаясь удара.

Путь был свободен.

Мимо прошла платформа с нашим грузом, а следом поехали фургоны, по обеим сторонам от которых шла пехота.

Фургон с зерном, фургон с водой, фургон со срезанной крышей, внутри котором ехал Долан и шестеро вооруженных арбалетами солдат… Одним из последних проехала телега, на которой сидел замотанный в тряпки командир разведчиков. Странный и нелюдимый человек, неизвестного возраста. Он был единственным, кого я взял в поход не по спискам, а спонтанно. Уже когда караван отправился из нашей деревеньки — он вдруг возник перед ним и попросился в сопровождающие, сказав, что семья попросила его защитить нас в пути.

Странный человек. Пусть у Хорнета он и числился командиром разведки, по факту он никем не командовал, держался в стороне от всех и крайне редко разговаривал. Впрочем, как я пораспрашивал у Тила — он всегда был таким, но ни разу не вызывал сомнений в своей преданности, множество раз спасая наемников от засад.

По правде сказать, я и думать о нём забыл, в лагере он мне ни разу не попадался на глаза. В последний раз, когда я слышал его голос — на том собрании наемников, где я застрелил Берта. Тогда он вроде бы говорил что хочет спокойной жизни с семьей…

Подумав, я разрешил ему присоединиться к нашему каравану, в конце концов, кто я такой, чтобы лезть в личную жизнь мужика? Может его так запилили дома, что он передумал и ринулся в первый же поход…

Была лишь только одна маленькая проблема, о которой позже мне шепнул на ухо Тил:

Никто никогда не видел его семью.

Я проводил глазами телегу и этого странного человека. Наш отряд пересек крепость, погонщик гнал химер обратно, чтобы запрячь их в механизм, который закрывал ворота. Я же пришпорил коня и поскакал в арьергард колонны.

Солнце выглянуло из-за туч, а противная грязевая жижа под ногами сменилась сухой и твердой землей. Удивительно, мы отъехали всего на пару десятков километров от крепости, а такая перемена в климате! Даже быки ускорились и потащили свой груз бодрее.

Сверху раздалось карканье и мне на плечо приземлился ворон, пропоров утепленный дублет когтями. Конечно же это был Карл.

Барон весьма оперативно отреагировал на наше появление в его землях, это внушало… беспокойство.

Разворачиваю послание и вчитываюсь в мелкие буквы.

«Докладывают, ты убрал Хорнета и взял с собой в поход запас пищи. Я доволен. Но избавься от остальных наемников, прежде чем доберешься до столицы. Они могут сболтнуть лишнего.

На аудиенции проси у Короля боевую звезду магов в помощь для зачистки земель Воронов.»Я перевернул записку. На обороте было пусто. Чтож, в целом Барон мыслит верно, на столь отдаленных землях можно обустроить всё что угодно… да взять хоть ту же лабораторию! Похоже, он тоже не против наложить на долину свои лапы. Вот только он еще не знает, угроза Матриарха устранена и мне нет нужды в звезде магов для её устранения. Да и помогли бы они? Магическое сопротивление твари ослабило бы попытки боевой группы магов нанести один сильный удар, а регенерация излечило бы любое число ударов слабых. Магов бы попросту сожрали.

Хм. А может ли барон не знать, что Матриарх имел магическое сопротивление? Если же он знал, и предполагает, что звезда погибнет… А насколько сильно потеря боевой звезды ослабит короля? Я не забыл об амбициях Клемена на престол, хотя всё еще не вижу ни одной причины, чтобы это не было просто его влажными фантазиями. Но на что-то же он надеется? Значит есть козырь в рукаве? Черт.

Я рассеяно отправил Карла обратно. В любом случае — сейчас барон мне мешать не станет. А после того, как я продемонстрирую голову Матриарха и восстановлю свой дар у столичных лекарей, осмелится ли он мне мешать? Смогу ли я если не подчинить его, то хотя бы добиться временного нейтралитета, чтобы набрать силу?

Я улыбнуться. А к черту всё, к чему париться? Всё идет просто отлично, единственная оставшаяся проблема — добыть в городах по пути в Столицу побольше маноизолирующего материала, чтобы замаскировать ядро и всё. А после того, как я доберусь до Столицы — какая разница, будет ли мне пытаться мешать барон, если за моей спиной встанет король?

Расстегиваю дублет, выглянувшее солнце начало ласково припекать. Солдаты постаскивали с голов шлемы, расслабились. Откуда-то раздался смех, бойцы принялись травить солдатские байки. Что может нам тут угрожать? Зверьё и ворье не осмелится напасть на крупный караван, а барон и его одержимые мешать нам не будут.

Чем бы заняться? Впервые за долгое время я почувствовал, что больше нет необходимости постоянно о чем-то беспокоиться и спешить. В деревне всё будет идти своим чередом, Мира с Генри присмотрят за тем, чтобы мои указы выполнялись. Деревня будет расти и обрастать частоколом и избами, проблема с едой пока что решена, а учитывая, что половина нашего каравана повезет обратно серу, железо и припасы — то мы и до посевной протянем без проблем.

Ах, да.

Я притормозил коня и спешился. Меня несколько беспокоила Тамилла, с момента прощального ужина она меня абсолютно точно игнорировала. Надо бы выловить её и поговорить, как взрослые люди.

Мимо проходят фургоны и солдаты, что спешно напяливают шлемы и почтительно кланяются, завидев меня, наблюдающего за медленным движением каравана. Вот он! Её фургон!

Запрыгиваю на помосток и открываю дверцу. Посреди фургона, заставленного ящиками, напротив открытого окна сидит она и что-то пишет, используя пару ящиков как стол.

Увидев меня, она чуть вздрогнула, но невозмутимо продолжила заполнять бумаги, напрочь игнорируя моё присутствие. Почему-то это реакция меня позабавила.

— Работа не гоблин, в лес не убежит. — Намекнул я уткнувшейся в бумаги Тамилле. Она никак не среагировала, спокойно продолжая заполнять пергамент мелким, убористым почерком. Черт побери, как она умудряется делать это на ходу? Я пробовал делать так же, но лишь испортил бумагу, залив её пятнами. Щелкнул пальцем над её ухом. Ноль реакции. Сажусь рядом с ней и заявляю.

— Впрочем, отдых — тоже не гоблин. Вообще ничто не гоблин. — Я делаю драматичную паузу. — Ничто не гоблин… Кроме гоблина.

Тамилла закатывает глаза, наконец отрываясь от бумаг.

— Это самая тупая шутка, что я слышала за свою жизнь.

— Чтож, тогда я могу вас удивить, леди. Заходят как-то в кабак человек, эльф и гном…

— Хватит, во имя Всеединого! Почему вы вообще решили отвлекать меня от работы дурацкими анекдотами?

— Мне показалось, что вы меня избегаете. Плохие анекдоты отлично сближают людей.

— Я? Избегаю?

— Ну, это не я же со позавчерашней ночи не произнес ни слова и куда-то исчезал как только я появлялся рядом.

Тамилла отвернулась.

— Мне просто надо было подумать.

— И о чем же?

— Ну… ваше поселение и особенно ваши машины — очень перспективный актив, мы заключили договор и я намерена приглядывать за своими инвестициями. Думаю, необходимо направить сюда моего заместителя, в связи с чем мне надо запланировать множество перестановок. — Произнесла она куда-то в сторону, стараясь не встречаться со мной взглядом. Уверен, сейчас она не врет — но это точно не вся правда.

Воспользовавшись тем, что она не смотрит, я подтянул к себе свиток.

«…покрывая тело монетами, словно жаркими поцелуями…» — Только и успел прочитать я, как она резко подалась вперед, закрывая объемной грудью пергамент. Наверняка замарав при этом камзол в чернилах.

— Это нужно для работы. — Безапелляционно заявила она, стремительно краснея.

— Хм…

Я посмотрел в её совсем не честные глаза, отчего Тамилла еще больше смутилась.

— Вы вроде хотели посоревноваться в анекдотах? — Быстро произнесла она, пытаясь сменить тему. — Я знаю парочку:

«Два харданца зашли в храм и поспорили, кто из них пожертвует меньше денег.

Когда мимо проходил служитель, первый харданец положил медяшку и победоносно посмотрел на товарища.

— За двоих, — скромно сказал второй.»Я улыбнулся, похоже мне удалось её расшевелить.

— Хех, неплохо, а как насчет… Вот:

«Умирает старый харданец. Был он известен тем, что лучше всех в квартале заваривал чай. Но никому никогда не выдавал своего секрета. Вся семья волнуется: неужели секрет пропадет? Наконец, после долгих просьб умирающий шепчет на ухо любимому сыну:

— Кладите больше заварки!» Тамилла заливисто засмеялась.

Несмотря на поздний вечер, в деревеньке близ особняка Баронессы было неспокойно. На площадке, возле дома старейшины собралась огромная толпа — почти все жители деревни. Недовольный гомон, яростные споры и крики разносились вокруг. Староста не смог унять крестьян и под угрозой расправы забарикадировался в доме, откуда обреченно наблюдал за близившейся трагедией.

Сквозь толпу, грубо распихивая людей, продвигался мужчина средних лет. Грязные, засаленные волосы, грубая одежда, покрытая заплатами и пропахшая алкоголем. Добравшись до дверей старосты, он повернулся к затихшей толпе.

— Я предупреждал вас, я говорил «моя Лора не будет последней!» — Злобно воскликнул мужчина толпе.

Люди виновато отводили глаза, стараясь не встретиться с ним взглядом.

— Я говорил. Я умолял вас помочь, но вы лишь стояли, как овцы! Стояли и смотрели, как её забирают у меня! Я говорил! Эта тварь не остановится, пока не заберет всех наших детей до единого!

Мужчина обвел яростным взглядом толпу и продолжил.

— Вы надеялись, что беда вас минует, но вы слышали сборщиков. Она собирается забрать их всех. А когда в деревне не останется детей? Кто будет следующим? Жены?

Из толпы вышел плотник, вооруженный топором.

— Да, черт побери, ты был прав. Но какого демона ты пришел сюда, Курт? Позлорадствовать? У тебя больше нет никого, так не мешай тем, у кого еще остались дети! Отойди!

В толпе поднялся одобрительный гомон.

— Думаешь, смерть этого старого дурака что-то изменит? Сборщики всё равно придут. Раз такой смелый — приберег бы свой топор для них.

— И что? Что ты тогда предлагаешь? Сбежать? Далеко ли мы убежим с нашими метками? — Плотник отогнул ворот. На его шее, как и у всех жителей, тускло светился магический знак.

— Далеко. До самых Диких земель, но только если убьем Баронессу.

Повисла тишина, за которой последовали неуверенные смешки.

— Ты спятил, Курт. Это самоубийство — она перебьет нас нашим же железом. Пусть из-за своей руки ты уже не воин, но должен понимать что к чему. Ты видел мощь магов в деле! Будь нас даже в десять раз больше, нам не справиться! — Высказал общий скепсис плотник.

— Нам не нужно самим её убивать. — Курт выломал из держателя факел и взмахнул, рассыпая искры. — Мы подожжем особняк вместе с кровавой сучкой. Огню плевать, маг ты или нет. Кто со мной?

Толпа кровожадно взревела.

Девушка сидела у костра и смотрела в огонь.

Где-то далеко, за многие километры отсюда, бушевал пожар. Огонь рассказывал ей о нём. О яростном гуле и невыносимом жаре. О сгоревших слугах, чьи воинские ранги лишь продлевали их агонию и о мерзкой баронессе, что больше никогда не будет кичиться своей красотой.

Она протянула руку прямо к огню. Языки пламени облизывали маленькие пальцы, не причиняя вреда.

— Госпожа. Вы решили? — Произнес один из её названных братьев, имея в виду недавно прибывшего посланника. Почтовую Химеру, похожую на летучую мышь, что принесла предложение… вернее, приказ.

— Здесь нечего решать. Когда просит Герцог, нет варианта отказаться. Выдвигаемся с рассветом.

Лесные братья поклонились и оставили её наедине с костром. Она подкинула в огонь толстую ветку и вновь задумалась.

Приказ был странен. Как какой-то никому не известный виконт сумел перейти дорогу Герцогу? Да так, что он не пожалел тысячи золотых на его устранение? Очень странный заказ. Пахло подставой и ей это не нравилось.

Её отношения со Вторым Герцогом были настолько надежными, насколько вообще могли бы надежны отношения между беспринципным наемником и богатым нанимателем.

Т.е, их отношения были чертовски ненадежными.

Подставу можно было ждать от кого угодно и когда угодно. Слишком легкая цель, слишком щедрая оплата. Может Герцог решил задобрить Огненный Совет, избавившись от неё?

Хм. Чепуха. Это говорит её паранойя, пожелай Герцог так поступить, она бы ничего не заметила до самого последнего момента. Значит дело не в ней…

Ветка занялась огнём, весело треща.

В её выгоревшей душе, однако, веселья не было. Проклятый виконт как назло нанял отряд Хорнета для своего сопровождения. Она всегда симпатизировала этому здоровяку, умудряющемуся даже стоя во главе наемников, придерживаться законов чести. Кажется, прошлой весной он попрекал её за лицемерие и говорил что есть вещи важнее жизни? Чтож, через несколько дней у него будет шанс доказать свои убеждения на поле боя. Жаль будет его убивать. Но приказ Герцога был однозначен — никто не должен выжить.

Она знала Хорнета, бесполезно пытаться уговорить его нарушить контракт и отдать Виконта. Она знала Герцога, он не простил бы, если бы она отпустила Хорнета. Не простил бы ей невыполнения приказа. А значит, смерти Алекса не избежать.

Ходили слухи, что Баронет прорвался на четвертый ранг. Это ему не поможет. Обычным наемникам, без патронажа аристократии, запрещено иметь артефакты, так что серьезной защиты от огня у него не будет. А значит он просто сгорит, как и все, кто встал у неё на пути.

Костер прогорел, остались лишь угли. Сквозь кроны леса выглядывали робкие лучи рассветного солнца.

Она поднялась с земли и накинула на красные волосы капюшон.

Похоже, такова её судьба — сжигать хороших людей.

Лиград был зачуханным, мелким городом, как и все земли под управлением барона Клемена — он погряз в нищете и разрухе. И сегодня я в этом убедился лично.

Моросил мелкий дождь, тучи вновь заполнили небо.

Караван остался стоять лагерем в нескольких километрах от города.

Я же взял с собой Мейстера Орина, Долана, пару повозок, солдат и отправился в город, на поиски чего-нибудь стоящего. Хотел было взять с собой Тамиллу, чтобы помогла торговаться — но она наотрез отказалась, несмотря на то, что наши отношения вроде как пришли в норму. Мокнуть не захотела? Чтож, за неё я не беспокоился, оставшийся за главного Тил не позволит, чтобы с караваном что-нибудь случилось.

Заспанный стражник в порванной стеганке никак не отреагировал на наше приближение. Мда, караульная служба тут на высоте! Да и городишко был защищен лишь условно, у него даже стен не было!

Въезжаем в центр города. Я собирался было двигаться к рынкам, как заметил странное оживление на площади. Такое чувство, что там собралось всё население города! Даю знак Орину продолжать вести повозки на рынок, сам же беру с собой Долана и двигаюсь на коне в сторону толпы.

Долан идет впереди, пробивая дорогу для моего коня прикладом своего арбалета. Пусть я и выдал ему второй мушкет тридцатимиллиметрового калибра, оружие пришлось дорабатывать, чтобы Долан мог стрелять, не рискуя переломать кости. Распиливать приклад, добавлять к нему пружины, прилаживать дульный компенсатор на ствол, устанавливать сошки… В итоге и так неудобное оружие стало еще более неудобным и сейчас было пристроено к одному из вагенбургов, на манер вертлюжной пушки. Так что мой новый гвардеец пока всё еще не расставался со своим «Пронзателем».

Пробравшись через толпу к площади, мы увидели причину такого столпотворения. Посреди города, прямо на брусчатке накидали гору хвороста, а в центре этой горы возвышался столб, с привязанной к нему девушкой. Весьма симпатичной.

Рядом стоял седой, худосочный мужчина средних лет, в красно-белом балахоне. Я бы принял его за мага из какого-то рода, если бы красный воротник и рукава его балахона не были бы стилизованы под потеки крови. Всё ясно — Инквизитор собрался жечь ведьму. Решение было принято мгновенно, я обратился к Долану.

— Надо бы отбить девушку.

Бывший Командир арбалетчиков ухмыльнулся. Похоже, идея поконфликтовать с церковью ему понравилась.

— Хорошо, есть у меня одна мыслишка. Только говорить буду я, а вы, господин, сидите на своём коне с максимально высокомерным видом и молчите. Я разберусь.

— Доверюсь тебе. Справишься — считай что отряд под твоим командованием уже удвоился.

Определившись с тактикой мы продолжили пробиваться сквозь толпу. Я же в это время разглядывал двуручный молот инквизитора, который он стоймя расположил рядом с собой.

Огромный и непрактичный, он больше всего подходил под определение фентезийного оружия. Нет, меч Баронета тоже был несколько больше, чем те, что я встречал на реконструкциях, но и Хорнет был бронированной детиной в более чем два метра роста. И рядом с ним клинок под десяток килограмм смотрелся на удивление органично. Тут же — какой-то худосочный старикашка и здоровенная кувалда, где молот в несколько раз больше головы своего владельца.

Окей, ладно — размеры. Может старик в самом деле настолько мощный, что способен орудовать таким монстром. Но на кой черт посередине молота установили самую настоящую жаровню, в которой горел маленький факел? А зачем цепи на рукоятке?

Если бы на нем были бы печати, листочки и прочие литании — то я бы точно решил, что старик спер молот у какого-нибудь космодесантника. Но нет, единственным украшением оружия (кроме непонятной жаровни) был стилизованный знак креста, собранный то ли из рубинов, то ли из еще каких красных самоцветов. К сожалению, в драгоценных камнях ни я, ни Рэндал не разбирались.

Мы тем временем пробились через толпу и оказались на свободной площадке, рядом с местом казни. Долан выступил вперед и обратился к инквизитору.

Я с удовольствием впился зубами в мясо. Чуть жесткая, волокнистая структура, пропитанная солью и дымом. Класс!

— То што надо. — Пробубнил я набитом ртом, прожевал и приказал лавочнику. — Грузи всё, что есть в фургон!

Тот поклонился и открыл двери склада, из которых его сын с трудом начал вытаскивать закопченные окорока.

— Господин! Быть может нам пора заняться более важными вещами? — Осторожно поинтересовался Орин.

— Что может быть более важно, чем закупить продовольствие?

— Продовольствие, вне сомнения, важно, мой лорд… но мы занимаемся этим уже несколько часов. К тому же у нас есть продовольствие…

— Чертова крупа и зерно. У меня уже желудок сводит от этой однообразной каши! Ладно, неделя, ладно две — но жить на этом дольше я отказываюсь!

Я оглядел лавку и присмотрел несколько кругов сыра, что гордо стояли на прилавке, закутанные в обмасленную вощину. Отрезаю кусок от одного из них.

— В этот отсек закладываешь дрова, ясно? А в этом — будет вариться каша. Понял? — Наставлял я нашего лагерного кашевара, тыча пальцем в только что грубо собранную из кусков железа, походную кухню.

Сил ушло немного, да и времени — лишь несколько часов. Работал осторожно, делая постоянные перерывы, чтобы не перенапрячь источник.

К тому же я не проектировал походную кухню с нуля, просто повторил конструкцию, что видел давным-давно, в детстве. Когда прадед водил меня на праздник, посвященной уже забытой войне, где из таких вот походных кухонь людей угощали фронтовой кашей. Вкус, скажем прямо, мне тогда не понравился, но вот сейчас… Сейчас я бы слопал её за обе щеки.

Когда караван останавливался на обед, у нас даже не было времени сварить кашу, питались остатками утрешней, да сухарями. А вот такая телега позволяла готовить прямо на ходу! Так что теперь у нас будет горячий обед, да и на ужин можно будет останавливаться не так рано и пройти чуть больше пути. Одни плюсы! Ну, кроме бедняги-повара, которому теперь придется всю дорогу где-то по пути искать дрова.

Зажевав лепеху с копченым мясом, я занялся вторым по важности делом. А именно исправлением клинка. Под моей рукой сглаживались зазубрины, сколы и царапины. Всего несколько секунд и я понял, почему все предпочитали её. Это не просто железо с углеродом, это какой-то сложный сплав. Что именно туда намешано, молибден, хром, вольфрам? Да черт его знает, но если бы я захотел сделать токарный станок — то с чистой совестью бы засунул туда резец из этой стали.

Но как бы капризный сплав ни сопротивлялся — спустя десять минут работы, один ноющий источник и клинок стал как новый!

Теперь второй этап моего плана.

Надрезаю ладонь и даю свободно стекать крови по клинку. На полноценный ритуал у меня нет ни ингредиентов, ни сил. Просто не потяну сейчас, с кое-как работающим истоком. Так что придется по старинке, как маги прошлого. Поить меч день за днем, пока он не станет полностью моим.

Красная жидкость неохотно скользила по стали, едва заметно перекрашивая её в белый цвет.

Кровь исчезает, впитывается клинком. И я начинаю его чувствовать. Чувствовать острее, чем обычно. Не как металл вокруг, а как что-то родное. Как часть своего тела.

Рана затягивается и кровь прекращает течь. Чувство сопричастности тоже пропадает. Похоже, пройдут недели, прежде чем я закончу привязку. Жаль.

Чертов источник болит всё сильнее, похоже, всё равно перенапряг. Дьявол! Не рассчитал, не рассчитал… Достаю с пояса флакон с настойкой солнечного камня и делаю глоток. Хорошо, что Орин нашел в местной лавке какие-никакие запасы этой архиполезной штуки.

Лагерь тем временем гудит, люди радуются нормальной еде. В центре поставленных кругом фургонов — горит костер. Несколько солдат объезжают свежекупленных лошадей. Один из наездников не рассчитывает свои силы и взбрыкнувшая коняка отправляет его в полет прямо на костер! Мейстер Орин, к счастью, находившийся рядом — делает пасс рукой и огонь расступается перед матерящимся телом. Удар! Дружный смех и почесывающий набитую шишку солдат со смущением выхрамывает из огня без единого ожога. Похоже, Орин и правда полностью освоился в своем новом ранге адепта. Ученики таких фокусов проворачивать не могли.

Проходивший мимо солдат, вдруг хлопает меня сзади по плечу, протягивая фляжку с элем. Заметив, что перед ним командир, он напряженно замирает, не зная, как быть.

Принимаю фляжку и делаю глоток. Слабенький напиток, едва ли пару градусов, но ведь я сам приказал не тащить в лагерь крепкое пойло под угрозой порки кнутом?

Хлопаю солдата в ответ и он расслабляется. Слово за словом и мы уже вместе с остальным отрядом сидим у костра, пьем эль, жуем мясо и травим друг другу байки, как ВООООТ такого огра завалили! Мои байки даже правдивы несмотря на то, что я делал это лишь в игре.

Хотя им и не нужно быть правдивыми, вот группа поднимает на смех бойца, что якобы свернул шею орку. Сначала он пытается всех убедить, но потом сдается и смеется вместе со всеми, разводя руками. Мол, подловили, признаю. И я смеюсь… А потом замечаю Тамилу, что одиноко сидит у огня и вновь копается в бумагах. Серьезно, какая работа в такое время? Даже столик откуда-то притащила, ума не приложу, где она его достала!

К ней подходит слегка пьяный гвардеец с предложением пообщаться поближе, но моё вмешательство не требуется. Он тут же получает гневный нагоняй и с позором удаляется. Ну что ж, пожалуй, я и попробую! Беру у своих софляжников полную фляжку с элем и приближаюсь к девушке.

Сперва она напрягается, ведь я был в обычной одежде, но разглядев, кто к ней идет, слегка расслабилась.

— Тами, почему не празднуешь со всеми? — Дружелюбно спрашиваю я, на что получаю неожиданно яростный отпор.

— Может, потому что кто-то устроил какой-то цирк? Где дисциплина? Это охрана аристократа или бандитская шайка? — Сорвалась она.

Я отмахиваюсь фляжкой, пропуская мимо ушей все инсинуации.

— Брось, сама знаешь, утром караван разделится. Половина отправится обратно в лагерь, с товарами и припасами. Людям нужно время попрощаться, пожелать друг другу вернуться живыми… Ну и выпить слегка, за удачу. Кстати, как насчет эля?

— Эля? Чтобы утром проснуться в кустах? И… вы что, пьяны?

— Я? Пьян? Вовсе нет. Разве можно опьянеть от этого, он же как сидр! — Искренне возмутился я. Не пьяный я! Разве что совсем чуть-чуть.

— Пожалуй, я пойду спать. Чего и вам советую, господин Виконт. — Холодно проговорила она, собрала свои бумаги и удалилась в один из фургонов. Дьявол, ну и где я накосячил?

Бойцы, с которыми я распивал — поддержали мою неудачу нарочито разочарованным воем. Ух, гады! А ведь и девушек-то в караване у нас больше нет, все в лагере остались. Хотя стоп, а куда делась вырванная из лап инквизитора девица? Наверное отдыхает после переживаний, не каждый день тебя вытаскивают прямо из инквизиторского костра…

Пожалуй, надо бы найти что-нибудь покрепче Эля. Точно, у алхимика наверняка найдется хотя бы спирт!

Гулянка вновь продолжается.

— Тяжесть — это хорошо, тяжесть — это надежно. Даже если будет осечка — ты всегда можешь бросить его во врага! — Втолковывал я гвардейцу спустя несколько часов.

— Да, командир, но если бы на пистоле был еще и клинок…

— Аааа, черт с тобой, давай сюда!

Я шарю руками вокруг, ища какую-нибудь железку. Связка шампуров? Пойдет! Забираю у гвардейца кремневый пистолет и приращиваю к нему штык-ножище.

— Благодарю, глава.

Вместо ответа. я зеваю.

Луна поднимается всё выше, и праздник постепенно затихает. Хорошо погуляли, единственное, что меня сейчас беспокоило — так это то, что в Лиграде не оказалось даже кусочка маноизолирующего материала. Я бросил взгляд на неприметный фургон, возле которого даже в разгар гулянки стояли одоспешеные гвардейцы. Самые надежные из всех. Те, за которых поручился лично Тил.

За охрану я мог быть спокоен, но лучшая охрана для ядра — это вообще не дать никому его учуять. А отсутствие маноизолирующих материалов значительно затрудняет это дело. Следующие за землями барона — владения Баронессы Баттори, те самые, где я столкнулся с гоблинами. Земли относительно небольшие и крупных городов в них вовсе нет. Материала просто может и не быть, как в Лиграде. Дальше — территории, отобранные у нас, Кондоров, в пользу малинового пиджачка — Шорта. Отсвечивать там не хочется, а значит, материал придется искать ЕЩЕ дальше. А чем ближе к цивилизованных землям — тем больше шанс нарваться на мага, что почует магическое излучение от ядра. А потом, кто знает? Побежит докладывать кому-нибудь из местных властей? Или может сразу к одному из Герцогов? У нас не хватит сил, если за нас возьмется кто-то реально серьезный.

Дерьмово всё складывается…

Ладно, война план покажет, может пронесет.

Люди расходятся по палаткам и фургонам. Завтра утром выпорем парочку перебравших и наш караван разделится. Орин с частью солдат отправится в Форпост, чтобы привести алхимию, товары, хозяйственные мелочи, продовольствие. И вернет солдат. Всё то, что позволит нашему поселению продержаться до моего возвращения.

Я отправился в свой фургон, который, к сожалению, оказался пустым. Спасенной девицы там не оказалось, а на Тамиллу я и вовсе не рассчитывал.

Похоже, спать придется в одиночестве…

— То есть одна хрупкая девушка вырубила вас двоих и сбежала? — Скептически спросил я у двух понурых гвардейцев.

— Господин, она воспользовалась магией. Меня словно тьма окутала!

— Ах, да, магия… Дьявол.

Теперь стало понятно, почему вчера я не видел девицу. Змеюка просто вырубила охрану и сбежала, а во время гулянки на двух прикорнувших стражников никто не обратил внимания!

С момента моего попадания я совершал много ошибок, но в основном они были мелкие, незначительные. Теперь это мой самый крупный обсер.

Мало того что поддался паладинскому желанию всех спасать, так у меня даже мысли не было в голове, что инквизитор мог быть прав и собирался сжечь бабу за дело. В конце-концов, благодаря магическому дару, общество тут было более-менее равноправое. Воины-девушки, конечно, встречались всё еще намного реже воинов-мужчин, но самостоятельных личностей женского пола было хоть отбавляй.

Аристократки и магички, обладающий достаточной силой, чтобы при желании творить натуральный фемдом давали фору всем остальным, заставляя более-менее образованное население с собой считаться. Пожалуй, разве что среди крестьян отношение было более традиционным. А тут я, по привычке недооценивающий девиц. Мде.

— Позвольте спросить, господин. Она в самом деле была вашей слугой? — Долан вырывает меня из печальных дум.

Предположение не лишено логики, на площади я резко и безальтернативно вписался за девушку и Долан сделал логичный вывод, что я мог бы её знать. И черт побери, если я сейчас скажу, «Да, ребят, это был хитрый план, всё в порядке» — они поверят! Потому что хотят верить в хитрые планы и мудрого командира, а не обосравшегося на ровном месте идиота. Дьявол, соблазн соврать в самом деле был велик… Но в таком случае мы можем упустить её, если она решит за нами проследить.

— Нет, Долан. Я ошибся. Меня обвели вокруг пальца, как и нас всех. Поднимайте тревогу, обыщите весь лагерь, не оставила ли она ещё что-то, кроме записки. Опросите все смены вчерашнего караула у того самого фургона, не видели ли они подозрительное шевеление в тенях! И да. Если кто-то заметит, что эта змея шныряет поблизости — немедленно докладывайте лично мне. Всё равно вы с ней не справитесь.

Гвардейцы вскинулись, ударили себя кулаками в грудь и разошлись в разные стороны, выкрикивая приказы. Долан сочувственно посмотрел на меня, но никак не прокомментировал.

Дьявол. Самое дерьмовое то, что я опасался встретить какого-нибудь мага в землях ближе к столице, а в итоге сам привел его в лагерь, буквально под конвоем. Давненько я так не проваливался! Дружелюбная и спокойная атмосфера последних дней слишком уж расслабила меня. Главный вопрос, насколько сильна была эта тварюка? Если адепт, то еще куда не шло — может нам повезло и она не заметила ядро. Но если маг — не заметить его она просто не могла.

Попраздновали, нахрен. Надо будет извиниться перед Тамиллой, она была права. Если бы я не закатил прощальную пирушку, мы бы нашли вырубленных гвардейцев куда раньше, и может сумели бы схватить магичку.

Я вытащил из кармана записку, которую наглая девица оставила возле тел солдат и вновь перечитал. «Благодарю за помощь, виконт. Но право, она мне не требовалась. Чем ярче огонь — тем глубже тени» И след от губ вместо точки.

Аргх, она еще и издевается!

Комкаю записку и втаптываю её в грязь.

— Откладываем выезд на два часа! Переройте тут всё! Всё!

И разумеется мы ничего не нашли. Ни следа. Теневой маг… или адепт, как сквозь землю провалилась. Даже обыскав весь лагерь, никто не нашел ни единого следа женской обуви… ну, кроме Тамиллиного.

А позже заморосил дождь и всё стало совершенно бессмысленным. Наскоро попрощавшись с товарищами, караван собрался и отправился в путь. Всё, что я мог теперь сделать для повышения безопасности каравана — это увеличить скорость.

Заросшие бурьяном поля Баронства Клемена остались позади, как и горная цепь. Все чаще появлялись деревья, пока мы не въехали по узкой дороге в густую чащу. Ту самую, в которую на крыльях влетел я.

Гоблинский лес.

— Может, пропустишь нас в обмен на это? — Я одним движением достаю из котомки бомбу, чиркаю об седло и изо всех сил швыряю её к магу. Тяжелая! Хотелось бы помочь себе магией, но обхожусь лишь силой мышц. Любая капля магии может насторожить врага и сорвать план. Бомба злобно шипя, ещё летит в сторону мага, а я уже тянусь за пистолем.

Маг не купился. Увидев подозрительный предмет, он резко хлопает горящими ладонями и перед ним возникает полукруглый щит из огня. Даже из чего-то большего, чем просто огонь, добела раскаленная сущность пламени, на которую даже смотреть больно. Бомба летит прямо в него…

— Возьми её под контроль. Не позволяй навредить мне ни словом, ни делом, а также обеспечь выполнение моих приказов… И не смей её жрать. — Приказываю я неожиданно покорной суккубе и та втягивается в тело магички. Время возобновляет свой ход.

От обгоревшей и почерневшей земли тянется сизый дымок, грудь магички тяжело поднимается, а моя — ноет. Впрочем, не так сильно, как я мог бы ожидать. Хотя я чувствовал себя непривычно и чуть более слабым, чем обычно. Последствия контракта с сукуубой? А нет, дьявол! Кажется, это от потери крови! Сапог уже весь мокрый и подошва хлюпает. Проклятая осечка сумела подгадить аж дважды! Рву штанину и перетягиваю рану. Вроде не так уж и серьезно, кровь уже останавливается.

— Довольно радикальный метод страхования активов. — Комментирует ситуацию Тамилла.

— Зато надежный. — Я оборачиваюсь к ней, ожидая увидеть страх, но вижу беспокойство и сочувствие.

— Виконт… Рэндал, не мне говорить об избирательности методов, но всё же… Будь осторожнее. Контракты с демонами еще никого до добра не доводили.

— Я контролирую ситуацию. — Жестко отрезаю я.

Она несколько минут молчит, прежде чем продолжить.

— Так говорит буквально каждый демонолог. Я знаю, что ты веришь в это, но… все верят, пока не становится слишком поздно. Будь осторожнее.

Хочется заткнуть её, убедить, что всё в порядке, но… Её слова были слишком искренними. Поэтому:

— Спасибо, Тами.

— Тами? — Она вопросительно подняла брови.

— Что-то не так?

— Да нет… всё хорошо. — Она отводит взгляд и отворачивается.

— Ты не подумай, я просто беспокоюсь о своих инвестициях. — Говорит она куда-то в сторону, но мне видно краешком её лицо. И оно красное.

— Конечно-конечно. — Ухмыльнулся я. Врет же!

— Кхк-Кхк! Может, продолжим обсуждение контракта?

Пока мы ворковали — магичка пришла в себя и сидела на земле, невозмутимо поджав под себя ноги.

— Аширские маги — лучшие огненные маги континента! К тому же я готова скинуть цену, ввиду обстоятельств. Что насчет годового контракта, скажем, пятьсот золотых в месяц? Оплата за полгода вперед.

Таких наглых девок я давно не видел, она вообще понимает ситуацию? Я лишь смотрел на малявку и мучительно пытался придумать достойный ответ, не сорвавшись при этом на ругань.

На помощь пришла Тамилла.

— Мы готовы обсудить условия, но не забывай, что тебе сохранили жизнь. Во сколько ты её оценишь? — Улыбка на лице торговки была такой зловещей, что я сразу понял — Тамилла поддержала игру про контракт лишь для того, чтобы вогнать магичку в долги.

— Я наемница и моя жизнь ничего не стоит. — Дерзко ответила мелкая.

— Правда? Давай-ка разберемся подробнее, сердце младшего мага очень ходовой товар на черном рынке, достать его очень непросто, кости пойдут на артефакты, хотя в тебе они и мелковаты, кровь, глаза, почки… — Беспристрастно перечисляла Тамилла, но магичка закрыла уши руками.

— БЛА-БЛА-БЛА! Ой, всё! Пускай будет две тысячи золотых, так и быть, сделаю вам скидку, если всё останется при мне.

— … А еще способность к деторождению, если продать тебя в рабство выйдет не меньше десяти тысяч! Хотя бедра у тебя узковаты…

— Ладно, ладно! Две с половиной тысячи я так и быть, скину…

Но Тамиллу было не остановить:

— А также на тебя потратили два ядра светло-оранжевого уровня, шесть ядер монстров желтого и четырнадцать светло-желтого, в среднем по рынку это тысяча золотых…

— Тысяча? Да ты бредишь, они столько не стоят!

Тамилла с превосходством окинула взглядом магичку.

— Ты просто не знаешь кому и как их продавать! А также… да услуги опытного демонолога по призыву суккубы, на черном рынке такая работа оценивается в несколько тысяч…

Тамилла пытается заставить её заплатить даже собственное закабаливание! Вот это профессионализм! Я восхищенно поцокал языком.

— Хватит, хватит, я поняла! НО МНЕ ЖЕ ТАК НИЧЕГО НЕ ОСТАНЕТСЯ! — Произнесла она обиженным тоном.

— А ты как хотела?! Скажи спасибо, если в долги не влезешь! — Припечатала Тамилла и скрестила руки на объемной груди.

— Но… но мне нужны деньги на переезд из страны!

— Какой еще переезд? Работать будешь тут!

— Этот год — да. А после? Герцог наверняка взбесится, а когда такие люди злятся — лучше быть в другой стране. В Содружестве можно было бы легализоваться, но эти терки с Огненным Советом…

Герцог? Совет? Из всего, что она сказала — я понял только то, что девка уже вовсю строит планы на следующий год. Феноменальная непрошибаемость!

— Так, всё, хватит! Это уже напоминает какой-то цирк. — Вмешался я. — Ты! Сколько тебе надо золота? Самый минимум? Отвечай честно.

— Две тыс…

Кьяя!

Магичка вдруг взвизгнула и начала кататься по земле, издавая странные звуки. Красный плащ тут же покрылся черной сажей от сгоревшей земли. Что это с ней?

— Владыка, она пыталась лгать. Я ей помешала и наказала. — Послышался в голове соблазнительный голос.

Несколько секунд я смотрел на извивающуюся магичку, пока наконец не понял, как её наказала суккуба. Впрочем, а как еще её могла наказать демоница похоти?

— Ты уверена, что это наказание, а не награда? — Скептически поднимаю бровь я. — Прекращай, а то у неё возникнет тяга к патологическому вранью.

— Слушаюсь, владыка. И девушку тут же перестает извиваться, на нетвердых ногах она поднимается с земли и откидывает волосы с покрасневшего лица.

— Фух, а я бы не отказалась повторить!

— Алиисза! — С трудом выговорил я. — В следующий раз накажи её более традиционно. Ну там адские муки какие-нибудь, не знаю.

— Будет исполнено, владыка. Лицо магички тут же погрустнело.

— Эх… Какая жалость. Кстати, хочу тебя трахнуть, как насчет включить это в контракт? Позади меня Тамилла громко выругалась.

— Я думала, что та ушастая была невыносима… Теперь еще и эта! Надо было её прикончить! — Тише, Тами. Думаю, тут всё дело в суккубе. Она пытается таким образом подкормиться. Слышишь? — Обратился я к магичке. — Если хочешь, чтобы к концу контракта мне было что освобождать от демонессы — не ведись на её подначки. Не стоит её усиливать.

— Блин, целый год без секса? Капец, мне за это нужна надбавка! — Протянула она и картинно распласталась по земле, раскинув руки в стороны.

Мы с Тами переглянулись. «Невыносима» — произнесла торговка одними губами. Я согласно кивнул.

— Тебе сколько лет, девочка? — Спросили мы чуть ли не хором.

— Достаточно, чтобы понять, что мир то еще дерьмо и в нём нужно стараться получать удовольствие. — Ответила та, всё еще валяясь на земле.

— Ясно, значит, не больше двадцати. — Глубокомысленно заключила торговка.

— Мы опять обсуждаем всякую ерунду. Так сколько золота тебе нужно?

С земли послышался тяжелый вздох.

— Отпустишь моих пленных ребят и я готова работать на тебя бесплатно. На тебя и только тебя, никаких новых контрактов один год. Только убери у меня из головы эту сучку, она меня раздражает.

— «Сучка» останется на этот год, она будет следить, чтобы ты придерживалась контракта. — Машинально ответил я и задумался.

В самом деле, а что делать с пленными? Первоначально я был бы не против отправить их в шахты. Людей у нас не хватает, а для развития производства будут нужны ресурсы. Много ресурсов. Вот только, а как физически это сделать? Больше двадцати бандитов, значит нужно будет отправить минимум десятерых, чтобы их конвоировать, отправить с ними часть телег, лошадей, припасы. А вдруг ночью бандиты попытаются сбежать? Ладно, я могу переобрудовать один из фургонов в тюремный, но ведь они и из форпоста могут сбежать! Нормальной тюрьмы нет, да и шахты лишь в планах… Да и солдат в караване у меня маловато, каждый на счету. Может в самом деле просто отпустить их?

Какие варианты есть еще? Заставить магичку приказать им покорно направляться к месту заключения? Бред же, это ничего не изменит. Кто в здравом уме будет исполнять такой приказ?

Другое дело в том, а насколько опасно мне их отпускать?

— Тамилла, могу я попросить тебя узнать, что пленные думают о произошедшем… В плане, считают, ли, что произошло что-то необычное?

— Это буквально второе, что я сделала, после подсчета трофеев. Они считают, что столкнулись с двоедарным магом, металла и огня.

Я почесал щетину, хорошо, в любом случае часть бандитов сбежала и варианта полностью перекрыть утечку нет. А так, есть шанс даже сбежавших убедить в правильной версии событий.

— Пусть солдаты утвердят их в этих мыслях. Они должны считать, что ничего необычного не произошло. Обычная магия. Справишься?

— Я лично этим займусь, торговцы умеют убеждать.

Что ж, алиби себе мы создали, осталась только разобраться с девкой.

— Золотой в месяц. Если будешь хорошо себя вести — в конце года помогу переехать в Содружество.

— Идет! — Девушка подняла руку вверх, продолжая валяться на земле. — Я Аша.

— Рэндал. — Пожимаю её. — А теперь расскажи мне всё, что знаешь. Кто тебя нанял и откуда они узнали про ядро?

Как оказалось, знала она немного. И это вновь добавляло головной боли. Судя по всему, про ядро Герцог не знал, так как приказал убить меня, а не раздобыть столь ценную вещь. Да и если бы знал — то наверняка бы пригнал свою дружину и явился лично, а не поручил это дело наемникам.

Значит — он не знал. Однако, почему Второй Герцог вообще захотел меня убить? К тому же приказ, как показалось Аше, был довольно поспешным.

На ум приходила лишь одна причина — захваченная лаборатория.

Ведь Лоуренц намекал, что ей владел кто-то высокопоставленный. Может быть, это и был Второй Герцог? Человек его уровня легко мог достать необходимое оборудование. Например, заказав его у Содружества.

Но вновь, есть несостыковки, как он узнал, что именно я ответственен за разгром лаборатории? Допустим, был какой-то секретный канал связи или может шпион, с помощью которого Второй Герцог получил информацию, но…

Почему тогда он не знал про ядро? Лаборатория ценна, но по сравнению с ядром — лишь незначительное вложение. Тем более что самая ценная её часть, оборудование и документация — осталась в сохранности. Как ни крути будь где-то шпион, он бы точно доложил о Ядре, благо в лагере о нём знала каждая собака.

Ничего не понимаю.

А ведь это еще не всё, где-то на горизонте маячил таинственный демонолог, крайне сведущий в своём деле. Именно его опыт над Лоуренцем вдохновил меня и позволил сейчас повторить такой же трюк с Ашей. И это было чертовски тяжело. Если бы суккубу пришлось укрощать, я мог и провалить этот ритуал.

Этот неизвестный культист был не просто равен Рэндалу, он его превосходил в плане запретных знаний. Нашел закладку в Карле, незаметно для барона извратил ритуал призыва демона…

Хм. Если он и есть Второй Герцог, тогда нынешнее покушение обретает смысл. В этом случае оно никак не связано с лабораторией, просто первая попытка устранить и меня и барона путем призыва сильного демона сорвалась… И он просто повторил её руками наемников?

Звучало логично, но что-то мне подсказывало, что я ошибаюсь и Герцог тут ни при чем.

Я потер ноющие виски. Одно ясно точно — врагов становится больше. И это плохо.

— Прости, что не смогла тебе помочь. Герцоги обычно не докладываются своим исполнителям, почему решили кого-то убрать. Но могу лишь гарантировать, что это был именно он.

— Как быстро он узнает о твоём провале?

— Зависит от его подозрительности. Чем дольше он будет ждать от меня отчет с успехом, тем больше вероятность, что заподозрит что, что-то не так. Ну или когда тебя заметит какой-нибудь из его шпионов, тут как повезет. Но возле Столицы их пруд пруди, учти.

Хм. Я зловеще ухмыльнулся.

— Тогда доложи ему об успехе.

Аша тут же поникла.

— Ой-ой, после такого мне точно конец… Но выбора ведь у меня нет?

— Мы с тобой договорились, что мы в одной лодке. Ты же не хочешь напрямую биться с его людьми, если они попробуют нас перехватить? А так у нас есть шанс прошмыгнуть у него под носом.

— Хорошо, хорошо! Я сделаю это, только не забывай что обещал насчет Содружества. Такой фортель Герцог точно с рук не спустит… И да, мне нужна почтовая химера или хотя бы сокол. Мои остались в лагере и ребята наверняка их забрали при бег… отступлении.

— Что-нибудь придумаем. — Почесал щетину я.

— Можно купить почтовика в Хелгене, но придется сделать крюк. Это на границе между землями Баронессы и Первого Герцога, в дне пути к западу отсюда.

— Слишком далеко, мы не можем терять столько времени. Отправим послание чуть позже.

— Далеко, даже с учетом того, что там живет мастер по антимагическому зачарованию доспехов? Ядро мне даже отсюда глаза слепит, у нас явные проблемы со скрытностью. — Она махнула рукой в сторону деревьев, за которыми находился фургон с ядром. — Если так его повезем и дальше, то все окрестные маги мигом сбегутся.

Дьявол. Пожалуй, я недооценил его заметность.

Выбора нет, придется делать крюк. После гоблинского леса всё чаще будут попадаться деревни и городки, к тому же это уже будут наши земли, что находятся под управлением Шорта. Однако, зачем тащить весь караван к городу, повышая вероятность, что кто-то заметит ядро?

Гоблинский лес весьма хорош в плане того, чтобы в нём скрываться. Аша и гоблины подтвердят.

 Значит сделаем так, прорубим дорогу в чащу поглубже, чтобы ядро не могли заметить с тракта, и поставим там лагерь. Пушку перезарядим и направим на вырубленную дорогу. Она сметет всех незваных гостей, даже если среди них будет кто-то сильный.

Сам же я возьму Ашу, золото, немного солдат, с пяток фургонов и направлюсь в Хелген. Надеюсь, мастер согласится сотрудничать, иначе его придется похищать. Ставки слишком высоки, чтобы позволить ему выбирать, помогать нам или нет.

Да, пожалуй, так и сделаю. А гвардейцы как раз эти два дня будут отходить от последствий зелья, а когда потребуется идти дальше — придут в боевую форму. Идеально.

— Идти можешь? — Обратился я к всё еще валяющейся на земле Аше.

— Думаю, да.

Я протянул руку магичке и помог ей подняться. Когда она выпрямилась, её макушка едва пришлась мне по плечо. Огромная мощь, способная поднять настоящий огненный шторм… и метра полтора росток, не больше.

Опираясь друг на друга, мы проковыляли пару шагов, как вдруг она начала трясти меня за руку с такой силой, что отдавалось в пострадавшей ноге.

— Раз мы на одной стороне, то скажи, что ты в меня кинул? Это был скрытый глиф, перенаправляющий энергию? Почему я его не увидела? Ну скажи-скажи-скажи!

Тамилла была права. Она невыносима.

Сгоревший наполовину фургон печально смотрел на меня выгоревшим проемом двери. Я отвечал ему тем же. Бурая от температуры и сажи жидкость вяло стекала по угольно-черному борту и лениво капала на землю. И почему из всех гребаных фургонов проклятый маг умудрился поджечь именно этот? На секунду я даже пожалел, что не дал коню доесть его тело.

Да, пострадал именно тот фургон, в котором помимо запасов воды и еды, стояли бережно упакованные три бочки с паучьей липкой слизью, которую требовал от меня принц. Теперь их нет. Причем, даже если бы я захотел — новую взять неоткуда. За всё время после смерти Матриарха разведчики не встретили ни одного паука в радиусе пары километров от лагеря. Вероятно, чтобы найти и добыть недобитков — придется отправлять целую экспедицию.

Конечно, можно просто нацедить в бочки каучукоподобный сок Черного леса… Но паучий секрет хоть и походил на неё, но всё же отличался. Вероятно, пауки как-то перерабатывали сок внутри себя. Да и в любом случае мы уже довольно далеко, так что, даже если бы я хотел подменить её — не возвращаться же…

Я уныло потыкал палочкой в натекшую лужу. Сверху она еще была вязкой, но внутри совершенно затвердела. Мде, её теперь даже и в бочку не собрать. Ладно, черт с ним!

В конце концов я не обязан подчиняться принцу, по крайней мере, пока он не станет королем. Голова Матриарха должна произвести такой фурор, что про слизь все забудут. А уж ядро…

Если же принц будет настаивать на том, что ему нужна эта мерзкая, липкая штука, то… Хм, скажу, что при смерти Матриарха все пауки разбежались и добыть слизь не было никакой возможности. Но я обязательно этим займусь, если мне отдадут те земли в собственность, хоть четыре бочки притащу! Всё равно тварей надо дозачищать.

Да. Так и скажу. Глядишь, тогда и Принц будет на моей стороне, если ему в самом деле так нужна эта гадость.

Повеселев, я приказал бросить фургон и огляделся. Раздетых догола бандитов под дружный смех, пинками выгоняли в лес. Сидящая рядом с хлопотавшим над ней целителем, Аша, смотрела на своих товарищей довольно равнодушно.

Впрочем, что им жаловаться? Не убили, не искалечили, более того, Рон даже подлатал раненых. Вероятно, столь добросердечного лорда они в жизни не встречали! Ну а то что одежды лишили, так это мелочи. К тому же это был не мой приказ, а инициатива на местах… Впрочем, мною всецело поддержанная. Ибо нехрен на караваны нападать.

— Поразвлекались и хватит! Пора браться за топоры, мужики! И прорубать путь в чащу, для постановки лагеря.

Дело тут же закипело, под еще действующими зельями гвардейцы махали топорами так споро, что просека увеличивалась прямо на глазах. Гигантские сосны — это конечно не Черный лес и ударам они сопротивляться не могли, но… всё равно впечатляло. За пару часов справятся, даже несмотря на ширину грузовой платформы. Впрочем, можно и побыстрее…

— Она может колдовать? — Спрашиваю я у целителя.

— Да, господин. Травмы — ерундовые, перелом ребер, надорванное легкое, ушибы… Я уже всё поправил. А источник и вовсе почти не пострадал.

— Ну тогда поднимайся и вперед! — Бодро приказал я развалившейся на телеге девушке.

— Куда-а-а-а?

— Помогать ребятам, ты же сможешь пережигать стволы своей силой? Поможешь им валить деревья.

— Но они отлично справляются и топорами. Простые люди за этим и нужны, чтобы маги не тратили силы на ерунду.

— Во-первых, от тебя не требуется выкладываться на полную, потрать столько, чтобы в завтрашнему дню полностью восстановиться. Во-вторых, это приказ. Аша поморщилась, не иначе суккуба напомнила, что мои приказы надо выполнять.

— Иду я, иду… Только дай задать один вопрос?

— Задавай. — Разрешил я, думаю, что он будет о том, как именно валить деревья. Но не угадал.

— Сначала я подумала, что Второй Герцог ошибся, ведь твои войска в графских цветах. Но присмотревшись, я поняла, что это всё же люди Баронета. Пусть и далеко не все из них. Где же сам Хорнет?

— Мертв.

— Ты убил??

Я приблизился и легонько стукнул её по голове.

— Ай!

— Нет, конечно! Совсем дура, что ли? Он погиб смертью храбрых в бою с чудовищем.

Взгляд магички непроизвольно скользнул по фургону, где хранилось ядро.

— Понимаю… А остальные? Где крестьяне? Ори, Генри?

— Большая часть лагеря осталась в долине, там относительно безопасно. Орин еще где-то на пути в долину.

— А этот… Берт?

— Мертв.

— Тоже в бою с чудовищем?

— Нет. — Сделал я паузу. — Его убил я.

— Ну и пофиг, он мне никогда не нравился. А вот Алекса жаль… Хотя настолько крупные мужчины не в моём вкусе. — Посетовала она.

Уж не затягивает ли она разговор, чтобы откосить от работы?

— Да, жаль. А теперь иди и помоги ребятам.

Магичка тяжело вздохнула.

— Вот же ж, попала…

Недовольно бурча она направилась в сторону просеки, и уже через несколько минут деревья стали падать в три раза чаще…

К моему удивлению, Тамилла наотрез отказалась ждать нас в лагере и отправилась с нами в Хелген. Не знаю, зачем ей туда понадобилось, но на переговорах с мастером она мне точно пригодится. Маноизолирующие материалы — штука недешевая, даже если он сможет сбить процентов десять от цены — это уже весомая экономия.

Вновь моросил дождь. Солдаты, из числа тех, на которых не хватило эликсира — клевали носом, а дорога, сразу как мы выехали из Гоблинского леса — превратилась в противную, чавкающую грязь. Благо, наши повозки были пусты и не застревали каждые сто метров.

Мимо проплывали небольшие холмы, покрытые чуть пожухлой травой.

Аша сидела на крыше фургона, болтала ногами и испаряла капли воды своей силой. И понять, она так развлекалась или защищалась от сырости? Скорее второе, с её силой можно было высушиться по щелчку пальцев. Тамилла скрывалась где-то в глубине фургона, ну а я понуро плелся на коне рядом. Скукота.

Достать бы дневник Баронета и продолжить чтение, да проклятая морось попортит страницы.

К счастью, в пути мы были уже целый день и ехать оставалось недалеко.

Резкий свист застал сонный караван врасплох.

На дорогу гурьбой высыпалась неорганизованная орава латников, человек десять. Впереди них, поправляя на ходу тяжелый шлем и гремя доспехами, спешил командир. Он остановился напротив фургона и развел руки из стороны в сторону.

— Стоять! Именем Герцога, проезд запрещен! — Гаркнул он, не вынимая, впрочем, оружия.

Подъезжаю ближе, чтобы разглядеть наглеца. Его броня, как и броня остальных солдат была преувеличена художественна, шипы на наплечниках, витиееватые орнаменты и непрактичные изгибы, в реальном бою всё это будет лишь мешать соскользнуть клинку.

Латы были покрыты разноцветным лаком и золотом так щедро, что я даже не мог определить цвета рода. Желтый? Серый? Или вообще красный, что несколько преобладал в окрасе?

— Что еще за Герцог и по какому праву он что-то запрещает? — Поинтересовался я и спрыгнул с коня, оказавшись напротив латника.

Тот презрительным взглядом смерил мою походную одежду и попытался оттолкнуть.

— Прочь, смерд, я буду говорить лишь с владельцем каравана!

Зря он это. Будь силы в порядке, я бы поставил его на колени, притянув латы к земле, но и без этого мне есть чем ответить.

Уклоняюсь от его неуклюжего замаха и прикладываю руку к нагруднику. Миг и стальная пластина стекает к его ногам, заклинивая поножи и обнажая штопанную рубаху.

Потерявший равновесие сержант с паническим криком падает мордой в грязь.

— Я владелец каравана. — Припечатываю я.

Жаль, но сцену слегка попортило то, что рухнувшая куча железа забрызгала меня грязью по колено. Черт.

— Буль-буль-буль! — Что-то пробулькал командир. Дорожная жижа быстро затекла в его шлем.

— Так, поднимите его. — Приказываю я его оторопевшим подчиненным — А то еще захлебнется…

Командир был кое-как поставлен на ноги, шлем снят и передо мной открылось заискивающее, широкое лицо, заляпанное грязью.

— Прости меня, господин, я не признал ваше ослепительное величие. Пожалуйста, смилуйтесь над простым холопом…

Разница между самоуверенным бойцом и заискивающе улыбающемся слугой была так велика, что мне показалось — он слишком сильно ударился головой об землю. Но нет. Мужик даже слегка покачивался, словно пытаясь встать на колени, но заклинившие поножи ему не давали.

— Отвечай на вопрос. Или повторить?

— О, простите глупого слугу! Первый Герцог — это великий воин, ростом больше сажени! Победитель всех турниров, покоритель дам и мудрейший господин, чья армия уступает лишь королевской…

— Мне плевать. Что ВЫ здесь делаете и почему не даете проехать. Владения Герцога начинаются лишь за Хелгеном.

— О, мой господин, мы ни в коем случае не препятствуем вам, даже в мыслях не было, если бы мы только знали, что столь великий маг ведет караван, то даже не вылезли бы из своих грязных нор под ваш благородный взгляд! Вы вольны ехать куда хотите, господин! — Мужик тараторил, хлопая глазами.

— Ты не ответил, что возле Хелгена делают солдаты Герцога. — Не дал себя опутать словоблудием я.

Мужик замялся и скосил взгляд.

— Ну, мы люди маленькие, нам сказали тут встать кордоном, вот мы и стоим. А почему, зачем — это дело высоких господ, не нам своим скорбным умом проникать в планы мудрых правителей, вроде вас, господин! Мы лишь исполняем волю Первого Герцога и нашего командующего, Алуина.

— Так, стоп. Значит в Хелгене ваших солдат еще больше, верно? И еще некий Алуин? Чем они там вообще занимаются, кстати?

— Ну… может больше, может меньше… ну а мы люди маленькие нам ли вникать в их дела… — попытался закосить под дурачка мужик.

— И ежу понятно, что там их тьма и они грабят город. — Донесся позади женский голосок. Аша.

— А ну не влезай в разговор с господином, девка! — Гаркнул вдруг мужик, моментально сменив заискивающую личину на угрожающую.

В ответ Аша молча зажгла столб пламени, величиной с фургон.

— Ааа, не убивайте! Простите высокая госпожа! Ваш слуга имел глаза, но не увидел гору!

Брови магички гневно сомкнулись, и огненный столб превратился в настоящий шторм, что словно подкова, полукругом окружил всех солдат Герцога.

— Что. Ты. Сказал. О. Моём. Росте?

Сержант затрясся и по его лицу обильно заструился пот, смывая часть грязи.

— Га-га-га-гаспожааааа!

— Аша, хватит, ты его сломала.

Бушующий вокруг огонь тут же исчез, оставив лишь теплый воздух, обгорелую траву и запекшуюся грязь на дороге.

Мужик дрожащей рукой утер лоб, не замечая, что рассекает кожу латной перчаткой.

Его мгновенное переобувание из стороны в сторону заставило меня подозревать, что у него профессионально приобретенная биполярочка. Если ему приходится сначала унижаться перед аристократами, а потом строить подчиненных, то подхватить её было закономерно.

Я бросил взгляд на холмы, за которыми должен был располагаться городок. По крайней мере, дымов от пожаров нет — значит войска Герцога ведут себя более-менее мирно. Не хочется туда соваться, но надо. Без изолирующего материала весь наш поход в столицу может накрыться медным тазом.

Сзади чавкает грязь — к нам подошла взволнованная Тамилла.

— Мы должны отправляться туда срочно! Пока эти бандиты не разграбили отделение моей гильдии!

— Поэтому ты хотела с нами отправиться? Почему сразу не сказала?

— Это должно было быть сюрпризом…

— Последнее, что нам сейчас нужно — так это сюрпризы… Но в любом случае нам необходимо попасть в Хелген… ТЫ! — обратился я к мужику. — Я правильно понимаю, что самого Герцога там нет, а есть лишь его подчиненный, Алуин? Кто он? Граф? Виконт?

— Всё верно, мой господин, у Герцога нет времени, чтобы присутствовать лично, ваша мудрос… — Осекся он, заметив мой жесткий взгляд. — Алуин барон, господин. Барон и командующий второй когортой драконьих рыцарей Герцога.

— Отлично, значит у нас есть все шансы с ним договориться. — Я бросил взгляд на свои штаны, покрытые грязью. — Но сперва мне нужно переодеться. Ведь для этого я должен выглядеть, как лорд.

Поправляю пусть уже потертый, но достойный виконта камзол. Караван продолжает путь, оставив неудачников дальше держать кордон. Минут двадцать пути и мы достигнем Хелгена.

Честно сказать, это слегка напрягало, его войска просто вошли в город и что дальше? Он потребует от Баронессы Баттори прав на владение? Такой «рейдерский захват» — огромная наглость, даже несмотря на то, что сестра Первого Герцога — нынешняя королева. Земли Баттори входят в королевский домен и подобная попытка захвата — это не просто воровство земли у слабой баронессы, это воровство земли у самого Короля! На что он рассчитывает? Что сестра прикроет?

— Тамилла, расскажи подробнее о Первом Герцоге. Что он за человек?

— Я с ним не встречалась и ничего не знаю о его личности… Но могу многое рассказать о его землях и о том, как он ими управляет.

Я прикинул расстояние до города. Как раз успеем поболтать, пока не доедем.

— Давай.

— Хм… — Она взяла небольшую паузу, собираясь с мыслями.

— Для начала хочу сказать, что Первый Герцог либо сам очень плохой управляющий, либо же назначил очень плохих управляющих. Его земли… довольно специфичны. Работать там проще всего, но очень… дорого. Это рай для контрабандистов, любой патруль лишь попросит денег, если перехватит по дороге артефактный груз. Учитывая, что Первое Герцогство — самое большое в королевстве и раскинулось по всей стране, они своего рода дорога, через которую черный рынок проникает в соседние регионы. Это место, где процветает торговля запрещенными вещами но… усыхает всё остальное.

Честные гильдии опираются на королевские законы, а у Герцога закон лишь один — плати. Его налоги самые многочисленные и неподъемные для люда, более того, некоторые сборщики податей даже требуют взятку за саму возможность оплатить налог, ведь им выгоднее взять штраф за неуплату! Но бесконечные поборы и отъем собственности — это полбеды. С первым можно бороться деньгами, со вторым — достаточно сильной охраной. Самая главная проблема в том, что Герцог использует заключенных в производстве.

Не пойми неправильно, ВСЕ в какой-то мере используют рабский труд, но именно Первый Герцог перещеголял всех остальных властителей. Его Герцогство — феноменально богато природными ресурсами, это и крупнейшие каменоломни, железные и стальные рудники, запасы земляных масел, столь ценимых магами огня. Там есть всё и всё это нужно добывать. Поэтому его Герцогство единственное, где нет смертной казни. За любое преступление с тебя сдерут золото, а если его будет недостаточно — отправят на рудники. Говорят, на рудники семьями отправляют людей даже за косой взгляд в сторону аристократа! Дело в том, что заключенных нужно очень много, ведь их используют и в кузнях и плавильнях, поэтому продукция получается очень дешевой и не очень качественной. В свою очередь, это приводит к тому, что все мастера стараются уехать подальше от земель Первого Герцога. В Герцогстве мастеров пытаются закабалить в первую очередь, их фактически держат в рабстве и заставляют работать за гроши!

Честным торговцам тоже нечего возить в Герцогство, люди в нём очень бедные и не могут позволить себе товары с других регионов Королевства. Первое Герцогство было бы раем для тех, кто покупает там ресурсы и продукцию для перепродажи… Но Герцог разрешает это делать лишь своим родственником, что нещадно на этом богатеют.

— Знаешь, из твоих слов кажется, что он не такой уж и плохой руководитель. — Усмехнулся я.

— Нет! — Тамила грозно скрестила руки на груди. — Это просто отвратительный, извращенный метод управления! Торговля должна обогащать всех участников сделки, а не ввергать одних в бедность, а других в роскошь.

— Довольно странно слышать это от тебя. Уверен, ты бы и снег зимой продавала, если бы кто-то покупал.

— Я верю в то, что заработанные мною деньги принесут благо всем, ведь я трачу их не на бессмысленные балы и обжорство, а вкладываю в дело!

За поворотом показались первые дома Хелгена, из которых герцогские латники выносили вещи и сгружали на стоящие посреди улицы телеги.

— В западной. Мастер же, скорее всего, находится в северной части, в квартале оружейников.

Я бросил взгляд на мародерящих дома солдат. Времени мало.

— Разделимся. Тами, возьми половину обоза и направляйся на запад. Аша! Следуй за ней и выполняй все её команды, это приказ. А я направлюсь прямо к мастеру. Вперед!

Возницы подстегнули коней и мы быстро помчались по улицам, до ближайшего перекрестка, где и разделились. Солдатам Герцога, к моему удивлению, было вообще плевать на отряд неизвестных и вооруженных людей в городе, они самозабвенно тащили всё, что не приколочено гвоздями.

Даже когда разогнавшийся фургон чуть не сбивал разукрашенного солдата, тащившего какие-то тряпки, он просто невозмутимо продолжал свой путь, даже не пытаясь схватиться за меч.

Крики всюду, плач. Такое чувство, что Герцог вторгся в город лишь чтобы пограбить его, а не захватить. Я молча подстегнул коня. Это не моё дело и я не буду вмешиваться… Но с Первым Герцогом обязательно когда-нибудь поговорю. На языке пушек.

Мы успеваем как раз в тот момент, когда солдаты под командованием капитана с красным плюмажем, принялись вышибать двери нужной мне лавки. Возможно, красный плюмаж должен был подчеркнуть его воинственность, как и красивый, фигурный шлем в виде драконьей головы… Но на самом деле он лишь напоминал гребень петуха.

— А ну пшли вон, смерды! — Крикнул я на всю улицу, спрыгивая с коня.

Солдаты тут же замерли, прекратив мучить обитую сталью дверь.

Капитан же грозно мотнул драконьим шлемом и крикнул в ответ.

— Кто это тут смерд, смерд? Я сэр Рыстер! Рыцарь драконь….

Я не дал ему договорить, прикосновением руки слив все сочленения его доспеха в единый монолит. Сэр Петух тут же застыл статуей, не в силах пошевелиться. К его чести, он не стал унижаться, как встреченный мною ранее сержант и просто замолчал.

— Я Виконт, а ты смерд. Эта лавка под моей защитой, уяснил? — Еще одним прикосновением превращаю его шлем из драконьей головы в петушиную. Красный плюмаж очень органично становится петушиным гребнем, словно так оно и задумывалось.

Из шлема донеслось какое-то недовольное бурчание. Похоже, это было согласие.

— Ну, что встали? — Крикнул я солдатам Герцога, всё еще неуверенно стоящим перед входом в лавку. — Прочь пошли!

Солдаты испарились так быстро, что впору их подозревать в таланте к магии воздуха. Подхожу к двери и стучу кулаком.

— Мастер! Открывайте, у нас мало времени!

В ту же минуту слышу, как отодвигается тяжелый засов и передо мной появляется мужчина лет сорока, наполовину облаченный в броню. Похоже, мастер собирался принять бой, но не успел полностью облачиться.

— Господин? — Он бросил взгляд на фургоны и стоящего статуей рыцаря-петуха.

— У меня срочный заказ. Плачу щедро, золотом и вашей жизнью. Детали позже, а сейчас грузите весь антимагический материал и все инструменты для работы в фургоны. Мои солдаты помогут. И надо убираться отсюда. Срочно.

— Господин, но как же остальные ремесленники? Вы оставите их на поживу этому ворью?

Я недовольно цокнул языком. Из окон соседних мастерских выглядывали лица, на которым был виден страх и… надежда.

Дьявол! Я сюда пришел не спасать людей, а добыть материал. Чем больше я людей попытаюсь увести, тем ниже шанс свалить быстро и по-тихому, пока герцогские раздолбаи не сообразили что к чему. Но оставить их я не мог. Не после того, что я видел, пока добирался сюда через город.

— Пусть берут только самое ценное, фургонов не так много. Но в первую очередь — ВСЕ ваши материалы и инструменты. Лишь потом люди. Это моё условие и вы ему подчинитесь.

Мастер низко поклонился, я взмахом руки приказал гвардейцами помочь ему, как где-то впереди раздался боевой горн. Это еще что за хрень? Спустя полминуты ему ответила звонкая трель где-то совсем близко.

По соседней улице промчались всадники, все они спешили к месту, откуда раздался звук. Слишком близко.

— Продолжайте погрузку и поживее! — Крикнул я солдатам. — Я пойду и проверю, что там происходит.

Оказывается, оружейный квартал был у самой северной окраины города. Похоже, местным не очень нравился постоянный запах дыма и звук молотов, исходящий от мастерских.

Всего через пару домов передо мной раскинулось поле… На котором собрался боевой отряд из почти сотни пеших крестьян и одного рыцаря в изящных доспехах и розовом плаще. Он-то и дул в горн, похоже, вызывая воинов Герцога на бой.

И рыцари Герцога уже строились напротив. Ряды всадников, покрытых шипованной броней с копыт до голов. Сквозь нагромождения стали было сложно разглядеть, но это было точно не химеры, но и не обычные лошади. Детрийская порода. Та же, которую использовал покойный Хорнет. Доспехи коней, кстати, тоже были стилизованы под драконов, неизвестный кузнец даже выковал совершенно идиотские крылья по сторонам от седла, прикрывающие бока лошадок. Красиво, но непрактично.

Впрочем… Я осмотрел ряды пехоты Розового рыцаря и сделал единственный вывод. Эта непрактичность не повлияет на ход боя.

Пехота — явное ополчение, собранное наспех. Стеганки, копья и топоры, изредка — кольчуги и щиты разной формы. Сброд. Один лишь рыцарь в розовом плаще достойно экипирован, но толку? Он один, а противников несколько десятков. И это не считая сотен латников по всему городу… Которые почему-то не спешат присоединяться к бою.

В третий раз звучит трель, и на поле боя выползает скакун Алуина.

Буквально выползает. Закованная в броню тварь совершенно точно не была лошадью. Черная чешуя, ящероподобное тело, длинный хвост и короткие лапы, что помогали химере передвигаться по земле. Пытались сделать Черного дракона, но получился гигантский варан?

Отвратительно. Просто отвратительно! Такие омерзительные существа, позорящие имя Черных Драконов, не должны существовать!

Но тварь не стоило недооценивать. Тело толщиной с фургон, а пасть легко вместила бы человека. Собственно, основная сила рыцарей на чудовищах была в их монстрах. Наездник же лишь помогал воевать своей зверюге. Отводя вражеские удары длинной алебардой либо нанося свои.

А вот всадник не впечатлял, такой же идиотский доспех, как у подчиненных, разве что наплечники еще крупнее, да шипов побольше. Но это могло быть обманчивое впечатление, бароном мог быть адепт металла, минимум. А это значит, что его доспех намного, намного прочнее, чем у рядовых рыцарей.

— Я, сэр Ронвид с Малых Лугов! Я требую, чтобы вы убрались с земли моей госпожи немедленно! — Срываясь на фальцет, крикнул Розовый рыцарь всаднику на химере.

— Ты разговариваешь с Бароном, Рыцарь! Слезь с коня! — Крикнул в ответ Алуин, медленно подбираясь ближе.

Слегка поколебавшись, рыцарь спрыгнул на землю.

— Так-то лучше. Я Алуин, Барон Драконьего Пика, командир второй когорты драконьих рыцарей. Мы здесь по приказу Первого Герцога, обеспечиваем безопасность территорий, оставшихся без сюзерена, дабы ни один грабитель или наемник не воспользовались ситуацией… — Громко и обстоятельно возвестил Барон, медленно, но верно приближаясь к рыцарю.

От возмущения лицо рыцаря стало одного цвета с его плащом.

— Вы! Вы напали на город! Вы грабите владения Баронессы Баттори! Вам это не сойдет с рук!

Я не видел лицо Алуина, но по тону сразу понял, что он взбешен.

— Сдохла твоя сучка. Присягни мне и будешь жить!

— Никогда! Я вызываю вас на…

Договорить рыцарь не сумел, подобравшаяся достаточно близко химера совершила резкий рывок и по поляне разлетелась кровь. Конь рыцаря прихрамывая пустился в бегство, а его владелец игрушкой мотался в зубах у варана, дика крича. Похоже, зубы не так уж и хорошо справлялись с броней. Вот только рыцарю это совсем не помогло. Окровавленный шлем с дырками от клыков покатился по земле.

— А теперь поклонитесь новому господину! — Крикнул Алуин крестьянам, которые тут же побросали оружие. — Сэр Рыстер, похоже ваши владения расширятся… Рыстер! Бездна тебе сожри, ты где?

Алуин заозирался, пытаясь найти своего рыцаря. И конечно же заметил меня. Чтож, время выходить на сцену.

— Он немного занят. Изображает из себя статую.

— Ты еще кто такой? — Алуин дергает за массивную упряжь, вынуждая своего ящера оторваться от обеда, и повернуться мордой ко мне.

— Ты разговариваешь с Виконтом, Барон! Слезь с коня… Хотя эта тварь на коня не очень-то и похожа. — Вернул барону я его же фразу.

По закрытому шлему в виде драконьей головы сложно было понять, оценил ли он подкол, но слезать с химеры Алуин и не собирался.

— Черное с белым. Виконт. Кондоры, от графства которых остался лишь один замок. Самый жалкий род из всех, о которых я слышал.

— Но ты о нас слышал. — Улыбнулся я. — А я о тебе не слышал ни разу. Драконий пик? Что это за дыра?

— Туше! — Прошипел Алуин. — Что Кондор забыл в Хелгене?

— Не твоё «драконье» дело, Барон. У меня предложение. Ты даешь мне спокойно вывезти мастеров из города, а я закрою глаза на то, твоё неуважение и не стану выкидывать из седла. Как тебе?

Судя по моему опыту, с такими людьми надо общаться максимально нагло. На всякий случай незаметно поглаживаю котомку с бомбами и привязанный к седлу мушкет.

— Не обсуждается. Для них уже готовы места в герцогских кузнецах. Уходи и останешься жив. Между нами нет вражды и мне не с руки проливать кровь виконта. Даже такого жалкого, как ты, Кондор.

Я плавным движением спрыгиваю с лошади и подбираю откатившийся ко мне шлем павшего рыцаря.

— Думаешь, что сможешь её пролить?

— Смогу ли я? — Рассмеялся Алуин. — Да ты, верно шутишь. Без брони, без боевой химеры. К тому же ты даже не младший маг. На что ты надеешься?

Кручу шлем на пальце и тут же превращаю его в короткий клинок.

— Уверен ли ты, что я всего лишь адепт? Моё предложение пока ещё в силе.

Но блеф не прокатывает. Вероятно Алуин слышал о том, что Рэндал — скульптор.

— Тогда придется преподать вам урок уважения, Виконт. — Гулко произносит Алуин и натягивает поводья.

Тварь готовится к прыжку. Мгновенно бросаюсь к мушкету и сдергиваю его с седла. Взвести курок, прицелиться…

Закованный в броню варан начинает движение, задние лапы отталкиваются от земли. Выжидаю. Его нижняя челюсть не закрыта броней, если перехватить его в полете… Еще немного и будет нужный угол.

Огонь!

Медленно опускается кремень, искры поджигают затравочный порох. Долго. Так долго, что мне кажется, будто случилась осечка. Но это лишь игра восприятия. Отдача бьет в грудь и чуть не валит с ног. Пуля вырывается из ствола и летит навстречу твари. Прямо в открывшуюся пасть. Минует длинный язык, пробивает небо, мозг и металлическую броню, что прикрывала голову ящера. Навылет. Деформированная пуля мчится дальше, рикошетит об доспех всадника и перебивает ремень, который держал его в седле.

Ноги твари подкашиваются и она бороздит по земле, поднимая грязевую волну. Барон от резкой остановки вылетает из седла и кубарем приземляется в грязь.

— Я же говорил, слезть с коня, когда разговариваешь с Виконтом, Барон. — Насмешливо говорю я и приближаюсь к ворочающемуся в грязи телу.

Пытаюсь повторить фокус, что проделал с его солдатами, но латы Барона сопротивляются. Зачарованы!

Не беда, пинком сшибаю драконий шлем с его головы, благодаря выступам и рогам сделать это было даже… удобно. И приставляю еще дымящийся мушкет ко лбу. Разогревшийся от выстрела ствол оставляет круглую отметину на коже Алуина.

— Я добрый, но непонятливых не люблю. Мне повторить моё предложение или может перейти к более жесткому?

Барон попытался отогнуть шею, чтобы отвести лоб от обжигающего железа. Совершенно не обращая внимания на то, что затылок от такого маневра погружается в липкую грязь.

— Между нами нет вражды! Это всё приказ Первого Герцога!

Прижимаю ствол плотнее.

— Лишь я решаю, есть ли меж нами вражда и…

Я делаю долгую паузу, прежде чем улыбнуться и продолжить.

— И правда, я могу забыть эту досадную случайность, на одном условии. Твои войска прекращают грабежи и дают мне вывести из города всех, кто захочет пойти со мной.

— Невозможно! Герцогские цеха уже ждут новых рабочих! — Изо всех сил пыжится Алуин. Вот только слова его звучат отнюдь не так твердо, как ему бы хотелось.

— Это твои проблемы, барон. Хочешь, чтобы я перебил вас всех? Провалите приказ Герцога по захвату города и кто знает, какая кара будет ждать ваших родных… Быть может, они и займут места тех самых рабочих.

— Герцог вам этого просто так не спустит! — Его голос звучит так отчаянно, как может звучать лишь голос человека, оказавшегося между дерьмовым исходом и очень дерьмовым исходом.

— Герцог не станет нападать на лоялистов, не в тот момент, когда он и так занял город королевского домена. Ведь это всё больше становится похоже на открытый мятеж. К тому же… это мои проблемы, Барон. Не твои. Итак, твой выбор — умереть или подчиниться?

Алуин шипит сквозь стиснутые зубы.

— Я подчиняюсь… Рыцари! Вы слышали приказ?! Выполнять!

— Умный мальчик.

Я ставлю мушкет прикладом на землю и наблюдаю, как кавалерия разъезжается, чтобы навести порядок в городе. Интересно, а как там дела у Тамиллы?

Утро для управляющего Хельгенским отделением Золотой Гильдии не задалось. Сперва в город как гром среди ясного неба, вошли войска Герцога, а потом и вовсе прямо на пороге возникла бывшая Глава, уже несколько дней как признанная погибшей.

И черт побери, это точно была она, собственной персоной. Ум опытного торговца перебирал варианты один за другим, пока не остановился на идеальном. Он не стал сдерживать чувства, это лишь помогло бы Главе. Управляющий запаниковал.

— Госпожа фон Булл! Какое счастье что вы тут! Солдаты Герцога уже везде! Всюду! Они убьют нас! — Вскричал прямо в лицо бывшему начальству управляющий, заливая её волнами паники и страха.

Бывшая виконтесса поморщилась, такой напор явно не пришелся ей по душе.

— Возьми себя в руки, Том! Я привела солдат и фургон, нужно вывозить бумаги и казну. Живо, открывай хранилище.

Том, продолжая изо всех сил фонтанировать паникой, открывал один замок за другим связкой ключей. По отделению гильдии уже бродили солдаты в незнакомых для него цветах рода. Гербовых знаков не было, а цвета ни о чём ему не говорили, кроме того, что это не слуги кого-то из крупных игроков. Дальнее баронство? Сожри их бездна, словно солдат Герцога ему не хватало! От тех хоть откупиться можно было!

Госпожа тоже времени зря не теряла, с нечеловеческой скоростью она листала гроссбухи. Обычный человек не смог бы успеть ничего понять, но Том знал, дай ей хоть несколько часов и она разберется, что к чему и восстановит всю хронологию событий, вплоть до того, сколько Виктор Булл заплатил химмерлогам. Разумеется, исключительно по косвенным данным движения капитала по отделениям.

— Госпожа! Казна открыта! — Том умело отвлек её от документов. Он знал, что живые деньги — это то, что заинтересует её в первую очередь!

И правда, проворно шмыгнув через открывшийся проход, госпожа чуть ли не с головой залезла в огромный стальной сейф, где лежало золото и расписки. Залезла бы и с головой, да сиськи мешали.

Том осторожно огляделся. Солдаты таскали всё, что попадалось под руку через большие ворота для грузов, к которым подогнали фургон. Справа — парадная дверь на улицу. Охраны не было. Это его шанс.

Из рукава в ладонь скользнул нож и он сделал несколько шагов к беззащитной спине госпожи, старательно думая о солдатах, не допуская в мысли ни капли гнева или намерения убивать.

Лучше бы вы оставались в клетке, Госпожа. Так было бы лучше для всех…

Вдруг на улице, прямо под дверью, через которую он хотел сбегать, раздался истошный человеческий крик. Спустя несколько секунд в дверь заглянула красноволосая голова незнакомой девушки.

— Эй, Тами! Ты не помнишь, Рэн запрещал нам убивать солдат Герцога или нет?

— Не запрещал. — Глухо донеслось из хранилища. Госпожа всё еще рылась в казне. — А что случилось?

— Да тут один хмырь пытался облапать, ну я его и сожгла случайно. Ничего же?

— Плевать. Лучше помоги солдатам таскать ценности… Хотя нет! Лучше будь на улице, не приведи единый, ты тут что-то сожжешь!

— Бе-бе-бе! — Девушка показала язык в сторону госпожи. И тут же радостно оскалилась. — Ух ты, у вас тут птичка есть! А что ты сразу не сказала?

— Она обучена лететь в Столицу, а не Ренвел, дура. Ты не отправишь послание Второму Герцогу с её помощью. — Раздраженно донеслось из хранилища.

— А вот и отправлю! — Рассмеялась красноволосая и зашла внутрь. От её балахона отчетливо доносился запах паленой плоти.

Том спешно убрал нож обратно в руках. Проклятая судьба не дает ему и шанса на спасение!

Тем временем девица подобрала со стола пергамент и на нём тут же словно невидимой рукой стали выжигаться слова. Потрясающий контроль огня, красные волосы. Аширка! Бездна и демоны — ему точно конец. От такой не сбежать, она сожжет его одним движением брови.

По бровям Тома потек пот. Помоги, единый.

— Иди ко мне, курлы-курлы! — Ласково пролепетала живая машина испепеления, выхватила из клетки сокола и привязала к нему письмо. — Ну, лети мой мальчик, лети!

Из хранилища выглянула недовольная госпожа.

— Ты слышала, что я сказала, идиотка? ОН ПОЛЕТИТ В СТОЛИЦУ! НЕ В РЕНВЕЛ! Ты совсем тупая?

— А вот и нет. Я оставила магическую метку на послании, шпионы второго Герцога перехватят послание и доставят ему. Всё учтено.

Бывшая виконтесса несколько секунд хватала ртом воздух, прежде чем сказать.

— Но сокол погибнет.

— Да и пофиг. — Равнодушно пожала плечами магичка.

— Тогда возместишь траты. ТОМ! Не хватает сотни золотых, ты не знаешь, где они бы могли быть?

Управляющий вздрогнул от требовательного тона. Как и всегда, госпоже хватило лишь пары минут, чтобы свести смету. С тяжелым вздохом он достал из-за пазухи два увесистых мешочка с монетами и протянул госпоже.

— Я взял их на случай, когда придется подкупать солдат Герцога.

— Хорошо, теперь документы…

— Госпожа! — В дверях показался один из солдат в черно-белой раскраске брони. — Сюда направляются вражеские солдаты!

— Бездна… Так! Хватайте и грузите! Это! Это и это! И вот это! И это тоже! И казну в первую очередь! Аша! Не стой столбом, тащи всё в фургон! — Заметалась меж столов госпожа. Это его шанс!

Том словно случайно споткнулся о пробегающего мимо солдата и повалился на стол, сметая самые свежие гроссбухи на пол. Оплетка порвалась и листы документом веером разлетелись по полу.

— Проклятье, Том!

— Простите, госпожа! — Пролепетал он, внутренне выдыхая. Госпожа умна и талантлива, но она не ясновидящая. Она не может получать знания из ничего, а нужной информации о предательстве бывшая глава гильдии теперь не получит. Все компрометирующие документы разлетелись по полу и теперь затаптывается грязными сапогами солдат, лихорадочно таскающих мешочки с золотом.

— Аша! Том! Помоги погрузить! — Крикнула Госпожа, схватившись за письменный стол.

— Госпожа, он тяжелый…

— Это черный дуб! Черта с два я оставлю его этим варварам, он стоит десяток золотых!

На улице уже слышны крики одного из рыцарей, а спустя секунду — по городу раскатывается звуки боевого горна.

— Все, сваливаем! — Магичка хватает госпожу за руку, буквально отрывает её от письменного стола и тащит в фургон.

— Том! — Кричит она ему. Но управляющий спокойно стоит на месте, не спеша бежать в фургон к неминуемой смерти.

— Я останусь! У меня дела в городе, увидимся в столичном отделении! — Управляющий не сдерживал радости. Неужели обошлось?

Брови госпожи сузились. Она почуяла, что часть сказанного была ложью, пусть и не могла понять — какая именно. Но где-то вдалеке раздалась трель и она махнула на это рукой.

— Доложи Крафту о закрытии отделения, Том! Слышишь!? — Крикнула она из фургона, на полном ходу удаляющегося от Золотой Гильдии.

Том лишь улыбнулся и тихо произнес.

— Доложу… Обязательно доложу.

Людской поток увеличивался с каждой улицей, если из квартала оружейников за нашими фургонами шло несколько десятков человек, то к моменту, когда мы прошли город насквозь — их было уже сотни. По бокам нашу процессию сопровождали угрюмые рыцари на конях, во главе с Бароном. Одно их присутствие заставляла солдат забыть о грабежах… на время.

За город стояла вторая половина отряда, меж фургонов сновала Тамилла, листая документы и считая монеты.

— Тами! — Громко крикнул я, привлекая её внимания. — У меня тут небольшая проблема, не поможешь?

Девушка округлила глаза, глядя как за город выходит всё больше и больше человек.

— Вы хотите сказать…

— Надо довести их всех до лагеря в Долине. Ну или до Лиграда, хотя бы. Поможешь организовать?

— Исключено! — Взмахнула гроссбухом она. — Их слишком много, сотни!

— Ну, караван Баронета побольше был…

— Был, но в нём были телеги с водой, едой, фургоны для ночевки, лошади в конце концов! Хорнет годами колесил по стране и был подготовлен, а эти?

Тамилла обвела рукой пеших людей, тащивших всё самое ценное, что смогли захватить с собой. И далеко не всегда это были вещи, пригодные в пути, например, один старик и вовсе нес резную табуретку.

— Эти — просто толпа. Я даю прогноз, до Лиграда дойдет процентов семьдесят, до лагеря в долине — не больше тридцати. Не говоря уже о том, что вряд ли по доброй воле захочет жить в тех местах..

— Тами, да брось. Их не так уж и много, большая часть решила остаться в городе, а не бежать куда глаза глядят! — Я встал рядом с ней и внимательно осмотрел толпу. Хотя в ней были и старики, большая часть людей были довольно молодыми — идеальные переселенцы. О, к нам даже несколько ополченцев Розового Рыцаря присоединилась, хотя я разрешил им всем вернуться в свою деревню, чтобы с честью похоронить павшего.

Мира потянулась на грубо выструганной табуретке, по-кошачьи изогнув спину. В новом доме всяко было теплее, чем в палатке, но были и минусы. Запах древесины для её обострившегося нюха был просто удушающим.

Тук-тук-тук! — Раздалось впереди. Стук в дверь тоже казался неприятно громким. Кто еще? Несмотря на то что лорд отбыл — в лагере постоянно кипела работа, вот только почему-то все просители предпочитали донимать именно её, а не Генри. Как будто она могла им чем-то помочь?!

Девушка встала из-за стола, заваленного бумагами, и открыла дверь.

На пороге стоял Фред, отец мальчика-целителя.

— Миледи, у нас возникли трудности с кладкой печи. Вы не могли бы мне помочь?

— Лорд должен был оставить вам инструкции.

— Верно, но… мы не можем их прочесть.

Мира вздохнула и приняла несколько скрепленных листов бумаги. Видно, что с ними старались бережно обходиться — они были заляпаны лишь по краям.

Когда мы приблизились к небольшому лагерю, стоящему чуть ли не прямо на дороге, я уже кипел от бешенства. Ленивые дозорные и сытые морды рыцарей, что уже потирали лоснящиеся руки, предвкушая, что сдерут с нас после осмотра каравана — чувство бешенства лишь усилили. Всадники, что нас сопровождали, обменялись короткими репликами с отрядом и те чуток погрустнели.

Жирная цель уплывала у них из рук, ведь если вопрос будет решать командир — то и вся сумма за решение вопроса достанется ему.

— Можете заезжать в лагерь! — Крикнул всадник. — А караван пусть пока стоит.

— Тил! — Я повернулся лицом к бронефургону и тихо проговорил, чтобы не услышали всадники впереди. — Направь пушку на этих клоунов cпереди и оставь надежного человека. Пусть если он услышит звуки выстрелов — сразу открывает огонь.

— Будет выполнено.

— А после собирай всех своих и за мной. Порох на пороховых полках обновить, по паре гранат захватить. Зелья… Пока не принимать.

Внутри фургона начались яростные перешептывания, никто не хотел оставаться с пушкой. Наконец, Тил отвязывает коня баронета и седлает его. Теперь выстрелу ничто не помешает.

На будущее… в следующий раз надо бы сделать фургон с поворачивающейся платформой для пушки.

— Аша!

— Готова.

— Выдвигаемся.

Чувствуя моё настроение, солдаты собраны, а вот на ладонях аширки играют легкомысленные искры. Сдерживаюсь от желания дать ей затрещину.

Лагерь оказался чуть больше, чем я думал, но всё равно, в нём и сотни бы людей не набралось. Многие ходили без доспеха, да и вели себя довольно расслабленно, заинтересованно пялясь на стальные трубки в руках моего отряда. Выглянувшее солнце припекало голову и ярко освещало разноцветные шатры рыцарей и аккуратные палатки обслуги. Ни дать, ни взять — кто-то выбрался на пикник.

Это бы выглядело почти мило, если бы не один факт.

Воняло кровью.

Я учуял эту вонь еще на дороге. Готов поспорить, что тракт возле лагеря уже не раз присыпали землей, чтобы скрыть натекшую кровь.

Что еще хуже, запах становился всё сильнее, чем ближе мы подходили к центру. Он витал в солнечных лучах, незримо присутствовал рядом с запахами похлебки и довольным смехом солдат.

— Не расслабляться. — Напоминаю я своим людям.

Ряды палаток быстро кончились и мы вышли к источнику запаха, на свободную поляну.

Усыпанную кольями, с надетыми на них головами, над которыми кружили жирные мухи.

Десяток человек связанными стояли на коленях, одного, лишившегося головы, оттаскивали за ноги слуги. Закованный с ног до головы рыцарь что-то говорил стоящему ко мне спиной белобрысому парню в дворянских одеждах.

— Возможно, если обрезать мышцы тут и тут, челюсть откроется, как бы он её ни сжимал.

— Ха. Интересная мысль, сэр Говард. Слышал, смерд? Лучше открой рот и лишись языка по-хорошему, иначе твоя голова будет висеть на коле с открытым ртом!

Пленник перед ними лишь яростно мотнул головой.

— Что ж, я давал тебе выбор… — Белобрысый наставил на него кроваво-красный клинок. И красным он был не только от крови…

— Господин, к вам проситель. — Подобострастно заявил сопровождающий нас всадник и дворянин повернулся.

Твою ж, я же его знаю!

За годы со времен моего краткого пребывания в школе проклятый фон Клаус солидно прибавил в росте и судя по трупам вокруг, в кровожадности он прибавил не меньше.

Несколько секунд он рассматривает меня, потом его лицо расплывается в счастливой улыбке. Вот только моя интуиция кричала, что это совсем не та радость, которую испытывают, встречая старых друзей…

— Кондор! Не узнал тебя в этом тряпье! Право, я думал, мы встретимся в столице! — Он одним движением загоняет меч в ножны. — Ну же, слезай с коня! А кто это сзади тебя, рыцарь? Неплохой конь!

Я спрыгиваю с демонической зверюги, но даю ему команду держаться поблизости. Револьвер револьвером, но мушкет, пристроенный к седлу, будет намного убойнее. Позади с коня спрыгивает Тил.

— Он не рыцарь. — Сухо замечаю я.

— Ах и правда. Отдать рыцарского коня своему слуге, чтобы самому ездить на кляче. Как это на тебя похоже, Рэндал. Большие кони такие страшные, верно? — Весело лыбясь, продолжил Клаус.

Теперь я узнаю Генри, столько лет прошло, а этот утырок не изменился. Разве что столица научила его чуть лучше маскировать оскорбления. Я беру под контроль плещущую ярость. Как ни крути, Генри Виконт, как и я.

— Твои люди блокируют проезд моего каравана.

— Мда? Правда? Какая неприятность. — Насмешливо произнес он и замолчал.

Я тоже молчу, лишь молча считаю головы на кольях. Пятнадцать штук. Еще двенадцать человек стоят на коленях. Те самые беглые крестьяне? Или просто люди, которым не повезло попасться отряду?

— Ну что стоишь и молчишь, Рэндал? Это всё, что ты можешь сказать старому знакомому?

— Дай приказ своим людям и я поеду по своим делам. — Я отвернул взгляд от связанных людей. Жаль их, но это не моё дело.

— Даже не выпив со мной вина? Насколько я слышал, старик не запрещал тебе пить. Правда, сомневаюсь, что найдется твой любимый сорт кагора… такого низкопробного пойла я с собой не вожу.

Генри явно нарывался. Нет, он всегда любил доставать Рэндала, но чувствовалось в его подколах какая-то вымученность.

— Пока что ты лишь пьешь мою кровь, фон Клаус. Отдай приказ и мы друг друга не видели.

— Хм, пью кровь… Сэр Говард, как вы считаете, это можно счесть оскорблением?

— Без всяких сомнений, господин. Ведь он сравнил вас с комаром.

— Ваша правда, сэр Говард. — Генри сделал вид, будто задумался. — Если равный называет тебя насекомым, это точно оскорбление. Виконт Кондор, не желаете ли извиниться?

Морда у Клауса приняла уж больно довольный вид. Будто он нашел мешочек с золотыми монетами прямо на улице.

— Чего ты добиваешься, Генри? — Устало спрашиваю я.

— Всего лишь хочу проверить твои навыки, дружище. Раз наш книжный червь нарядился в грозного рубаку, то вероятно и владение мечом подтянул, а? — Насмешливо произнес он, но вдруг осекся и боязливо спросил у стоявшей позади него фигуры в черном балахоне. — У вас же нет никаких претензий?

— Я не вмешиваюсь во внутренние дела Королевства, и тем более в личные дела дворянства. — Звучит равнодушный голос из-под глубокого капюшона.

— Славно! — Веселеет Генри. — Ну что, дуэль, Рэндал?! Вынимай свою зубочистку! Или струсил?! Сэр Говард, засвидетельствуете?

— Разумеется, Господин.

Клубящееся внутри бешенство наконец получило выход. Отлично, я просто вытру землю этим выпендрежником и продолжу дорогу.

— Тил! — Я отстегнул от седла мушкет и бросил командиру гвардии. — Лови!

— Спасибо, мой лорд. — Он ловко подхватил тяжелое орудие и взвел курок.

Аша демонстративно зевнула… и заняла позицию в коробочке из моих бойцов. Умная девочка, когда дело касается возможного боя.

— Рэндааааал! Давай скорее, мне еще дюжину человек казнить. — Проныл Генри.

— До первой крови? — Уточнил, подходя ближе.

— Детский лепет. До первой серьезной раны. Не боись, у меня с собой есть целитель! Заштопает твою куриную тушку на раз два.

Несмотря на его провокации, я внимательно осмотрел предстоящее поле боя. Часть земли щедро полита кровью и может быть скользкой, это стоит учитывать. Сам Генри без брони, в то время как на мне, пусть и кожаная, но броня. Меч Клауса узкий и явно создан с упором на колющие атаки. Рыцарь рядом с ним, что взял на себя функции секунданта, может быть опасен, не факт, что револьвер возьмет броню. Всё это мгновенно проносится в голове. Как и то, что он не упомянул запрета на магию.

— Ты хотел спарринга, как насчет не использовать магию?

— Без этого бой будет недостоверным. Но если ты настаиваешь…

Он делает взмах рукой и слуга приносит шкатулку, в которой лежит белоснежный флаг.

Клаус небрежно закидывает флаг прямо на ближайший кол, закрывая им голову.

— Если кто-то использует сильную магию, он почернеет. Ну что, начнем? Отговорки закончились?

Несильную, значит, можно — подумал я и вытащил меч из ножен, чем вызвал новые насмешки.

— Ого, ты потерял свой меч, поэтому спер у мясника его нож? Или думал, что без плебейского оружия твой наряд будет неполноценным? Вижу и привязать не успел… Или даже ты побрезговал?

Гросс-мессер оружие простое, не спорю. Но глупо его недооценивать.

— Мясницкий, говоришь? Тогда для свиньи, вроде тебя, он будет в самый раз.

Брови Клауса сужаются.

— Вот это ты зря… В дальнейшем виноват лишь ты сам. Не вини меня, Рэндал.

Не желая больше болтать и совершаю рывок и наношу косой удар.

Который тут же напарывается на идеальный блок, за которым следует резкая контратака, что лишь чудом не распарывает мне грудь.

И тут я понимаю, что у меня серьезные проблемы.

— Сражаешься, как пастух. Неужели слухи были верны и дед даже не нанял тебе репетиторов? Я надеялся, что ты сделал хоть какой-то прогресс с нашей последней встречи. — Разочаровано произносит Генри.

Удар. И еще. Каждый парирован и отведен в сторону. Возможно, Клаус и уступал мне в силе и скорости, вот только его мастерство было на голову выше. Рэндал никогда не обучался правильному бою с мечом. Я же… Веселая сшибка с друзьями кучей на кучу — это не дуэльное фехтование, ни разу. В замесе толпу на толпу важно бить сильно, бесхитростно и часто, а не крутить пируэты.

Отведя мой следующий удар, клинок Генри рвется вперед и без труда прорезает кожаную куртку и плоть под ней. Рана неглубокая, но неприятная. Пользуюсь тем, что он открылся — наношу мощный удар сверху вниз.

Клаус не успевает парировать удар и принимает его на жесткий блок. В стороны летят крошки стали и он морщится. Его запястью сейчас невесело. Пытаюсь развить успех и пинаю его колену, но Генри, на своей шкуре попробовав силу, не хочет входить в клинч и разрывает дистанцию.

— Бьешься как солдатня. — Укоризненно говорит он, потирая запястье.

Молча отвечаю широким взмахом, но он подныривает под клинок и проводит укол. Слишком дале…

Льется кровь. Его клинок, резко удлинившись, пронзает мне руку, чиркает по кости. Дьявол. Минус рука, но это приемлемо, ведь острие клинка летело мне в сердце.

Теперь отступаю я, чтобы перебросить клинок в другую руку. Генри чуть опускает клинок, что извивается из стороны в сторону, слово змея.

— Говоришь, дуэль без магии?

— У тебя просто плохой глазомер, Рэндал. Видишь, тряпка говорит, что никто не применял магию. — Смеётся Клаус, делая вид, будто он только что не попытался меня убить.

Ну всё, ты допрыгался сученыш.

Рвусь вперед. Удар! Он пытается парировать, но мой клинок «прикипает» к его клинку, вместо того, чтобы соскользнуть. Для стороннего наблюдателя должно показаться, что мы просто вошли в клинч.

Улыбка мгновенно слетает с его лица. Он понимает, что клинок намертво застрял и пытается отцепить, увести магией свой меч.

Черта с два я тебе дам сбежать.

Плюю на скрытность и хватаю его меч за рукоять. Оба меча, повинуясь моей воле, жгутами обхватывает наши руки, связывая стальными оковами.

Клаус делает попытку отстраниться, но его паникующую рожу догоняет мой лоб.

С хрустом ломается нос, а я наношу еще удар.

— Не!

И еще.

— Смей!

Волосы становятся мокрыми от крови.

— Стоять!

Он хрипит что-то невразумительное.

— У меня!

Голова звенит, но я уверен — у него звенит куда сильнее.

— На!

Ноги Клауса подкашиваются и я заваливаюсь следом за ним. Что не мешает мне провести контрольный удар.

— Пути!

Освобождаю руки и поднимаюсь над телом. С подбородка течет кровь.

— Это против правил. Отойди от господина! — Рыцарь пытается вмешать в нашу дуэль, но его перехватывает Тил.

— Стой на месте, груда металлолома!

В нагрудник рыцаря звонко утыкается ствол мушкета.

— Мои латы зачарованы, их не пробьет ни один стрелкомет. — Презрительно хвастается сэр Говард.

— Проверим? Еще шаг и твои кишки разлетятся по всей поляне. Палец Тила на спусковом крючке чуть дрожит. Но по его тону и кривой ухмылке становится очевидно — это не страх, это предвкушение. Парень в самом деле хочет, чтобы рыцарь дал ему повод. И не на секунду не сомневается в своём оружии.

Похоже, бой с пауком-воином сделал его чуток фанатичным.

Рыцарь скосил взгляд на мушкет и сглотнул.

— Господин, вы в порядке? — Вытянув шею, крикнул он.

Господин тем временем, сблевнув свой обед, шевелился на земле, безуспешно пытаясь подняться. Ему мешал мой сапог.

— Кто надоумил тебя попытаться меня убить?

— Убть? Что ты гворишь, Рэндл? — Чуть заплетаясь произнес Клаус.

Отвешиваю ему пинок по почкам для стимуляции мозговой активности, от которого он мучительно скорчивается. Делаю несколько шагов в сторону, заставив рыцаря отшатнуться и стягиваю платок с мертвой головы. Всё еще белый, пусть и с пятнами крови.

— Аша!

Аширка зажигает огненный шар на своих ладонях. Платок не чернеет. Фальшивка.

— Что теперь скажешь?

— Бракованный попался… бывает. — Он вытирает губы рукавом камзола и скалится несмотря на разбитые губы.

Терпеть не могу в магах то, что они чертовски быстро приходят в себя. Впрочем, звон в моей голове тоже стих и мысли неслись быстро и четко.

— Твой удар в сердце тоже случайность?

— Разумеется, я же не попал. Меч не имеет глаз, как говорят наши восточные друзья. Ты явно перебрал, Рэндал. Посмотри, что ты сделал с моим костюмом? Мой род этого не спустит… — Издевательски говорит он, поднимаясь на колени.

Ударом ноги опрокидываю его на землю и выхватываю револьвер. Он поднимает руки, в попытке защититься. Бью рукоятью револьвера по его челюсти. Хруст выбиваемых зубов звучит так сладко, что целый бы день только его и слушал.

— Шгшп! — Пытается что-то сказать он, но в подбородок втыкается ствол револьвера. Позади на помощь к Тилу приходит Аша. Оценив размер огненного шара в её руках, рыцари замерли. Но со всего лагеря уже стягиваются солдаты, звучат крики. Кто-то спешно напяливает латы.

— Мне повторить вопрос или предпочтешь, распрощаться с головой?

— Пфев ты! Тебе конес Лендал!

Добавляю свободным кулаком по морде.

— Неправильный ответ.

— Мы вылежим всех! Васнесем вафу скаву на камефки! — Истерил Виконт, что ставило меня перед выбором. Отступить или…

А не кончить ли мне его?

Время замедлило свой ход. Я анализировал ситуацию. Со мной восемь бойцов с мушкетонами, Тил с мушкетом и Аша. Против несколько десятков солдат и шестеро рыцарей, без учета тех, что остались на дороге.

Сэр Говард. Самый доверенный и высокопоставленный. Крепкая броня. Один приказ и крупнокалиберная пуля, пущенная в упор, проломит сталь и разорвет плоть. Он не умрет мгновенно, но будет парализован от разрыва позвонков и скончается от обширного кровотечения. Рыцари. Их доспехи позволят без потерь пережить картечный залп и есть шанс, что они имеют талисманы или зачарования от огня. Но мой револьвер справится, если бить по слабым местам брони. Генри придется убить, свернув шею. Нужно сэкономить пулю, чтобы у меня был дополнительный шанс. Говарда убьет Тил, остальных пятерых — я.

Солдаты. Часть даже без брони, идеальная мишень для картечи и огня. С ними справятся гвардейцы, при поддержке Аши.

Подкрепление, стоящее у дороги — не придет. Их снесет пушечный выстрел.

Лагерь и трупы сожжет Аша, а виконт Клаус пропадет без вести, превратившись в бесформенное, горелое месиво, прикопанное на окраине гоблинского леса. И никто, никогда не узнает о том, какую роль в его смерти сыграл Рэндал Кондор.

Лишь одно мне ломало всю картину боя. Фигура в черном балахоне, что стояла поодаль. Интуиция кричала, что даже если я сэкономлю одну пулю на рыцарях — мне её не хватит. Справится ли Аша? Нет. Справимся ли мы все вместе? Возможно. Но не без потерь.

Только эта неопределенность отделяла меня от того, чтобы покончить с проблемой раз и навсегда. Она и… запах теплой мочи, что резко ударил меня по обострившемуся обонянию.

Интуиция Клауса тоже была хороша и он понял, что для него означало моё резкое молчание. Справимся мы с фигурой в балахоне или нет — ему в любом случае конец.

Брезгливо поднимаюсь с дрожащего тела.

— Собирай свой отряд и убирайся с моих глаз так быстро, как только сможешь. Тогда останешься жив. И впредь не стой у меня на пути. — Револьвер возвращается в кобуру.

Генри неуверенно кивает.

— У вас нет претензий, мистер? — Обращаюсь я к таинственной фигуре в балахоне.

— Я не вмешиваюсь во внутренние дела Королевства, и тем более в личные дела дворянства. — Звучит голос из-под глубокого капюшона. На первый взгляд — столь же равнодушный, как раньше. Но если прислушаться… Опаска?

Нет.

Скорее, интерес.

Лагерь спешно собирался, лихорадочно сворачивались шатры и тушились костры. Куда-то подальше от моих глаз, на носилках утащили Клауса. Неизвестный маг же просто исчез. Только что он склонялся над телом, о чем-то переговариваясь с пострадавшим виконтом, но стоило мне отвлечься на пару минут — как от мага и след простыл. Что удивительно, солдаты так же не видели, чтобы он покидал лагерь. Чертова магия.

В руке гвардейца свернул нож и веревки опали на покрытую кровью землю. Одного за другим, выживших крестьян освобождали и строили передо мной.

— Итак, теперь разберемся с вами, хлопцы. Кто такие, как вас сюда занесло?

Крестьяне, выглядящие еще более оборванно и побито, чем принято для этого мира, переглянулись и вытолкали вперед потертого жизнью мужика, с искалеченной рукой, который и взял слово.

Произвести сталь весьма непросто. Сперва нужно добыть железо, но вот незадача, в отличие от какого-нибудь золота, что встречается в природе в чистом виде — железо почти всегда встречается в виде оксидов, т. е обычной ржавчины, если не углубляться в геологию. Гематит, основной минерал, из которого получают железо — это буквально ржавчина в пустой породе, с различными сторонними примесями, от которых довольно сильно зависит вид этого минерала.

Чтобы превратить её в железо, руду сначала надо обогатить, максимально уменьшив число примесей, иначе количество шлака будет запредельным и выход продукции с домны будет минимальным. После обогащения руду нужно расплавить вместе с углем, из-за чего ржавчина наконец превращается в чугун.

Но не сталь. Разница между чугуном и железом в том, что в чугуне слишком много углерода, из-за чего он хрупкий, твердый и ломкий. Поэтому получившийся чугун еще раз отправляется на доработку для удаления лишнего углерода и добавления присадок вроде хрома, к примеру.

И лишь тогда получается сталь.

Я задумчиво почесал подбородок. Сначала мне казалось, что под стальным рудником местные имеют в виду просто какую-то удачную смесь минералов, богатую железом и возможно какими-нибудь редкоземельными добавками, из-за чего перерабатывать в сталь её становится проще. Но так нет, управляющий явно имел в виду, что они добывают сталь. Это противоречило всем моим, знаниями. И неважно, что они довольно поверхностные, я просто знал, что так не бывает и точка.

Дверь кабинета отворилась и оттуда показалось почти довольное лицо Тамиллы.

— Мы договорились. Серу плавят относительно далеко отсюда, так что ту, что уже лежит на складе — принесут где-то через час.

— Нам понадобится телега?

— Нет, всего пара мешков. Погрузим на лошадей.

— Заходите, Виконт. Пока мы ожидаем, можем попить вина и обсудить новости. В мою глушь они доходят с изрядным запозданием.

Я зашел в кабинет и увидел, что Управляющий уже достал откуда-то бутыль вина и три бокала.

— О, Дядя, у нас есть интересные новости о Хелгене… Но только если у вас найдется что-то интересное взамен. — Тамилла взяла в руки бокал и приземлилась на покрытое бархатом кресло.

Управляющий хотел налить в мой бокал вина, но я отодвинул бокал.

— В другой раз. Я хочу побывать на вашей стальной шахте, можно это устроить?

— Зачем вам это, вы, случаем, не диверсант? — Пошутил Управляющий, но по его лицу было видно, что он напрягся.

— Простое любопытство.

— Хм. Это можно устроить, но это будет очень-очень дорого. Так же как нелояльных магов огня за километры не подпускают к домнам, чужих магов стали стараются держать подальше от шахт. Во избежание неприятностей.

— Неприятностей не будет. Я лишь посмотрю.

— Что ж, господин-барин, как говорится. Платите, и я всё устрою.

Я молча вытащил из кармана две золотых монеты.

— Не, ну это несерьезно! Знаете, какие это риски? К тому же, я отчетливо слышал, что у вас в кармане звенит еще золото…

На стол ложатся еще восемь монет.

— Побойтесь бога, дядя. Десять монет за простую прогулку по грязным шахтам? Вам ведь даже делать ничего не надо, просто дайте приказ охране!

— Не всё так просто, девочка. Я ведь говорил, что меры безопасности усилили, часть золота пойдет другим людям. Меньше, чем за двадцать монет и браться не стоит.

Я молча добавил еще десятку и Управляющий тут же хлопнул в ладоши.

— Отлично, подождите здесь, я скоро вернусь! — Он резво поднялся из-за стола, не забыв убрать десять монет в ящик. Странно, но половину он зачем-то оставил лежать на столе.

— Не говорите никому о своём ранге. Родовые знаки лучше убрать. Я представлю вас как старшего инспектора, это даст вам не вызывая подозрений, интересоваться всем, чем захотите и задавать любые вопросы, даже самые глупые. — Инструктировал меня помощник Сарета по пути в шахту.

— Я понял.

Мимо нас прошел десяток человек, одетые в нищенское тряпье и скованные между собой цепью. Выглядели они изнеможенными и больными, как и полагалось каторжным работникам.

— Стой, кто идет!? — Крикнул стражник, охраняющий вход в шахту.

— Внеплановая инспекция.

— Инспекция? — Недоверчиво переспросил страж и смерил меня подозрительным взглядом. — Что-то он не похож на инспектора.

Пора включаться в игру.

Я достаю из кармана серебрушку и кидаю стражнику.

— Хорошая бдительность солдат. — Поворачиваюсь к помощнику. — Я удовлетворен качеством стражи. Продолжим осмотр внутри.

— Да, конечно, проходите… — Помощник отпихнул стражника руками и любезно пригласил внутрь.

Вонь немытых тел и пыль, дрожащие на каменных стенах тени от чадных факелов. Пещеры то переходили в просторные галереи, то сужались до узких проходов. Чем ниже мы спускались, тем громче разносились удары кирок по каменной породе.

— Залп! — Командую я и курки спускаются один за другим, высекая искры.

Выстрелы звучат чуть вразнобой, над синхронностью придется еще поработать.

Отобранный мною десяток латников окутывается пороховым дымом и пули, свистя, устремляются к дереву, которое я выбрал в качестве мишени. Во все стороны летят щепки и кора, но все десять пуль попадают в цель.

Четверть века назад. Столица Королевства. Тронный зал

Сpочно прибывшие придворные шушукались, Король созвал их неожиданно и поспешно. Из высшего дворянства в тронном зале присутствовал лишь Первый Герцог, зато было на удивление много рыцарей и баронетов из Графства Кондоров.

Был и сам Граф и к большому удивлению собравшихся, он стоял не по правую руку от Короля, но на коленях перед ним.

Традиционное место Кондоров занимала Королева, не скрывающая довольной улыбки.

— С сегодняшнего дня я объявляю, что войска Кондоров будут расформированы, а их крыло столичной гвардии сменит командование. Его возьмет на попечительство Четвертый Герцог.

В зале нарастал гомон, а Граф, в чьих висках за последние недели прибавилось седины, лишь стоял на коленях.

Источник ныл, поврежденный в проигранной дуэли, но Граф не говорил ни слова против. Король тем временем продолжал.

— Невзирая на прегрешения Кондоров, я не желаю наказывать и вас, вассалы Графства. Вам дозволено сделать выбор. Сменить сюзерена, либо остаться ему верным. Но в таком случае вас ждет та же участь, вам будет запрещено иметь войска, помимо стражи.

— Но как мы тогда сможем защитить свои деревни? — Спросил дерзкий молодой рыцарь, в черно-белых, кондорских цветах.

Вперед выступила Королева.

— У вас никто не будет отбирать земли, Король не пойдет против законов. Затем, чтобы на землях Кондоров сохранялся мир и порядок — будет наблюдать мой племянник, Маркиз Шорт. Он же будет следить, чтобы исполнялись королевские распоряжения и никто не пытался их обходить.

Стоящий среди остальных дворян, худой как щепка, Маркиз степенно кивнул.

— Я позабочусь о землях, как прикажет Королевская семья. Можете не беспокоиться.

Вассалы Кондоров застыли в раздумьях, им не говорили о причинах резкого вызова в столицу и новости оказались для них шоком.

Несколько человек отказались от присяги, чем вызвали презрительные взгляды других, но большинство остались стоять.

Король бросил красноречивый взгляд на Графа. Настало время позора.

— Я отказываюсь от своих обязанностей сюзерена и освобождаю вас от обязанностей вассалов. Вы не должны платить за ошибки моего рода.

— Ваши земли останутся при вас. — Встряла Королева.

В глубине души Граф надеялся, что вассалы откажутся подчиняться, что произойдет что-то, что сломает уже заключенные договоренности… Но большинство рыцарей лишь с облегчением выдохнуло.

— Разумнее будет переприсягнуть Шорту, это решение позволит всем нам пройти этот кризис с минимальным ущербом. — Продолжала давить она, а Король молчал.

Кондор молча сжимал кулаки.

Этот сон. Опять ему снится этот проклятый сон.

Мог ли он тогда сделать что-то иначе, чтобы отвести угрозу от рода и от королевства?

— Можешь. — Ответил на его мысли Король. — Обстоятельства изменились и я решил прислушаться к твоему предложению.

— Дорогой, наконец-то ты принял правильное решение! — Прокудахтала Королева.

Граф поднялся с колен. В тронном зале остались лишь четверо человек, королевская чета, он, да первый Герцог. Остальные растворились в воздухе.

Его старый кошмар изменился, в реальности ничего такого не было. Тогда, двадцать пять лет назад, он лишь молча наблюдал, как вассалы один за другим предают род. Предают по его же приказу…

— Какому предложению? — Спросил Граф у Короля.

Дело не в том, что он забыл. А в том, что когда они обсуждали эту щекотливую ситуацию, Кондор предлагал много вариантов. Но выбран был именно тот, что отрезал его роду крылья. И королева сыграла в этом не последнюю скрипку.

— Тому самому. Избавиться от ребенка. Братец, принеси его. — Ответила Королева.

— Ты ведь был против, Роберт! — Прямо спросил Граф у Короля.

В жизни он не посмел бы так обратиться, но раз это всего лишь сон…

— Обстоятельства изменились. — Бездумно повторил Король.

Разом постаревший Граф вздохнул. Что еще он ожидал от призраков прошлого, вернувшихся благодаря игре сознания? Тайных откровений? Пророчеств?

Первый Герцог появился перед ним со свертком в руках.

— Твой удар был неплохим. — Сказал он.

— Ты и твоя сестра погубите Королевство. Роберт не такой, как его отец. Он боится править железной рукой, боится внутренних войн. Вы будете подтачивать королевство, выбивая из его основания одну уступку для себя за другой, пока всё не рухнет. — Граф высказал своему врагу всё в лицо. Жаль, что он может сделать это лишь во сне.

— Делай своё дело, Кондор. Или ваш род уже не готов жертвовать собой ради Королевства? — Прозвучал мерзкий голос Королевы. Мрази, что убила ему дочь и хотела убить внука.

Граф взял сверток в руки.

Обвинять Кондоров в том, что они не готовы жертвовать собой ради Королевства — всё равно что обвинять харданца в щедрости. Он сделает всё, что нужно.

И во сне, и в жизни.

Старый граф развернул сверток.

Но вместо младенца внутри был рогатый демон.

Граф открыл глаза, сердце безумно колотилось в груди. Демоны и бездна, какой дурацкий сон.

За витражным окном клубилась глубокая ночь, но Граф встал и начал облачаться в балахон. Он знал свой организм, раз проснулся — то уснуть всё равно не сможет. А значит надо приступать к работе и немного погонять слуг за нерадивость.

Сонный страж, что караулил под дверью, получил первый нагоняй.

Пробегающий мимо пацаненок напрашивался на второй, но к удивлению графа, у него в глазах не было ни капли сна.

— Господин, пока вы отдыхали прибыли новые донесения, а также одно письмо. — Отрапортовал он.

— Тц. От кого письмо?

— Закрыто печатью графа Нойса, господин.

Вряд ли мелкий шкет выучил все гербовые печати наизусть, скорее всего спросил у кого-то из старших слуг.

Но он догадался это сделать. Уже неплохо.

Граф кивнул и направился в кабинет. Этот пацаненок, которого притащил из города внук, скорее радовал Кондора, чем огорчал. Если не жалеть на него плетей — вырастит отличный слуга.

Лорд зашел в свой кабинет и зажег магический светильник. В столь темную ночь экономить и сидеть под свечами не хотелось.

Прямо посередине стола лежало то самое письмо. Граф взял его в руки. Перед глазами всплыл образ отправителя, мужчины с огромными и пышными рыжими усами, что впрочем, не скрывали его не менее огромный нос. И в прямом, и в переносном смысле.

«Я следовал за стариком несколько часов. Его стальной вихрь постепенно слабел, как и он сам. В конце концов старик свалился в безымянный овраг, где и встретил свой конец. Я подошел к бездыханному телу. На поясе у него висел туго набитый кошелек, а в руках невзрачная и замусоленная книга. Мне словно давали выбор, деньги позволили бы стать горожанином, овладеть каким-нибудь ремеслом и спокойно прожить тихую и счастливую жизнь…

Я взял книгу.

Благодарно поклонившись телу и спрятав её за пазухой, я направился в еще горящую деревню. Мне нужно было найти кого-то, кто мог бы научить меня читать.

К рассвету полил проливной дождь и потушил остатки деревни. Вода смыла сажу, а лучи света дали возможность посчитать потери. Погибли все, кто мог бы меня обучить. Весь следующий день выжившие копали могилы, копал и я, надежно спрятавший книгу.

На второй день нас посетил лорд. Брезгливо прижимая к носу платок, он приказал обыскать всё вокруг. Обобранный труп старика кинули в могилу, рядом с убитыми им же крестьянами. Потерявший сына староста пытался возражать, но лорд одним ударом сломал ему челюсть.

— Обыщите всех. Работа мастера не могла пропасть бесследно!

Слуги перевернули всё вверх дном, но не нашли ничего.

— Господин, кошель Мастера не был тронут. Крестьяне трусливы и не посмели бы прикоснуться к трупу! — Сделал разумный, но запоздалый вывод старший слуга.

— Жаль. Хорошо, соберите весь этот сброд и отгоните в серые холмы. Гоблины опять вырезали там всех… — Приказал Лорд, а чтобы у тех немногих, кому посчастливилось не только пережить безумие мага, но и сохранить дом, не возникло соблазна вернуться — он лично поджег уцелевшие дома.

Нам пришлось покидать свою землю и с немногими пожитками отправляться в путь под присмотром жестоких слуг.»Я закрыл дневник и потер лоб. Проклятая голова болела уже несколько дней. Я думал отвлечься чтением, но это не помогало.

Посидев пару минут с закрытыми глазами, я вновь открыл дневник и полистал страницы. Перед глазами понеслись строчки о том, как Хорнет с матерью оттирали стены нового дома от крови прежних владельцев, о том, как нашли двух выживших от гоблинского набега, после рассказа которых несколько переселенцев решили сбежать. Как их поймали, привезли в деревню и казнили у всех на виду, как прибыл рыцарь, что должен был защищать деревню…

— Господин, отряд привез, что вы просили! — Отрапортовал гвардеец.

— Отлично, пусть несут к котлам. — Воодушевленно ответил я и направился туда же.

Возле костра традиционно сидела Аша и уже рылась в мешочке, что притащили солдаты. Гопстопнула их, зараза?

Раздраженно вырываю мешочек у неё из рук.

— Эй! Я не рассмотрела.

— Сейчас рассмотришь. — Ворчу я и щедро отсыпаю в котелок содержимого мешка. — Воды плесни и кипяти.

Она нюхает плавающую по воде кору, вылавливает одну и закидывает в рот. Жует.

— Тьфу, ну и гадость. — Плюется она.

— Ясное дело, это же лекарство.

— А, понятно. Я думала, суп будет. Голова всё не проходит? Удивительно, почему она вообще у тебя болит, маги крайне редко болеют…

Рон, к которому я обращался с проблемой, тоже недоумевал. А потом предложил макового молока. Чуть подумав, я отказался, решив сначала попробовать более мягкие средства. К примеру, ивовую кору, которую с самой древности использовали как мягкое обезболивающее. Пусть оно послабее аспирина и содержало ненужные примеси — это было самое доступное средство, что не вызвало бы спутанность сознания.

Прокипятив, процедив и остудив с помощью Аши коричневую жидкость, я залпом выпил целый стакан.

— Ну как?

— Оно не действует моментально. Хотя бы полчаса надо подождать.

— Я могу попробовать сжечь твою боль в мгновение ока, если хочешь. Но мозги могут закипеть! — Радостно предложила она, болтая ногами.

— Нет уж, спасибо.

Мой конь подошел сзади и ласково лизнул меня в затылок, намочив волосы.

— Фу! — Громко возмутилась Аша. — Я бы посоветовала помыть после этого голову!

— Помолчи уже, будь добра. И так голова болит.

Я потрепал демонического конягу за гриву. Беспокоится, зараза.

Вот только голова не перестала болеть ни через полчаса, ни через час.

Фургон подпрыгнул на ямке, и бурлящий уксус выплеснулся из колбы на стол.

— Разве обязательно заниматься этим на ходу? Может привала дождемся? — Спросила Аша уже раз в пятисотый за сегодняшний день.

— Заткнись и жги. — Взбешенный головной болью, неудачами с синтезом аспирина и бесконечным нытьем Аши, рявкнул я.

— Хорошо, хорошо… не кипятись только, как этот уксус. — Пошутила она и принялась разогревать содержимое реторты.

Уксусный пар вновь заклубился по металлическому змеевику. Я уже все пальцы обжег, пока пытался считать, что происходит внутри, но головная боль от таких попыток обратиться к дару была куда сильнее простой боли от ожогов.

— Скажу честно, я предпочла бы дальше селитру кипятить. От неё хотя бы горло не жжет. — Вновь пожаловалась Аша. И закашлялась.

Я хотел было ответить, но фургон вдруг резко остановился. Что опять стряслось?

Выглядываю в окно и вижу за ним город.

Ренвел, который за глаза называют второй столицей. Самый молодой город Королевства Стали.

А всё потому что после магического взрыва в столице, бабахнувшего несколько сотен лет назад, было принято решение выселить горе-экспериментаторов подальше от Столицы. Строительство поддержал и спонсировал Второй Герцог и с тех пор сам город принадлежит его роду, несмотря на то, что все земли кругом — королевские.

Всего за пару веков город стал научным центром королевства. Академии, артефактные мастерские, многочисленные башни магов. Сюда стекаются как мастера со всего королевства, так и поданные Содружества. Единственное, кого здесь не любят — это инквизицию. Если в Столице позиции теократии довольно сильны, то Ренвел полностью контролировался филиалами Содружества. Говорят, Король сам предлагал такое разделение…

Впрочем, в самом городе главной силой был Второй Герцог. Хотя его родовое гнездо было в сотнях километрах отсюда, Ренвел был самым богатым городом Второго Герцогства. Пожалуй, единственное, что мешало ему на равных конкурировать со столицей — это отсутствие доступа к морю. Ренвел построили примерно в дне пути глубже в континент, из опасений что маги загрязнят своими фокусами воду.

И наверное, это было разумное опасение. Даже с земли я видел как над высокими башенками клубятся и переливаются цветами странные облака.

— Наконец-то! — Радуется Аша, — Я уже боялась, что придется и дальше дышать уксусом! Всё, Рэндал, вали уже к нормальному целителю, хватит фигней страдать.

— Так, мелкая, а по зубам?

— Бе-бе-бе! — Она показывает мне язык и выбегает из фургона.

— Язык оторву! — Кричу ей вслед.

— Не догонишь! — Издевается она.

Стражники в серебристых доспехах, за спинами у которых висели огромные стрелкометы, отвлеклись от разговора с Тамиллой и недоуменно посмотрели на нас. Надо бы переодеться, да.

— Нет, караван не будет въезжать в город, мы останемся в пригороде, но нам нужны пропуска… — Без труда услышал я разговор почти в пятидесяти метрах от себя. Подавив раздражение от того, что Тамилла уже вовсе решает, что мы будем делать, я быстро переоделся и присоединился к ним. Капитан уже передал торговке бумажки, к которым приложил свою светящуюся магическим огнем, печатку.

— Площадка номер четыре, оплата на двое суток. — Заученным тоном проговорил Капитан.

— Благодарю вас. Виконт?

— Что?

— Можно на минутку?

— Только быстро.

Мы отошли подальше от серебристо-зеленых стражников.

— Не хочешь продать ядра? Лучше места для их реализации не найдешь.

Честно сказать, это было последнее, что меня сейчас волновало.

— Лучше скажи, как найти в этом городе компетентного целителя.

— Воооон та желтая башенка. Тебе туда. Так что насчет ядер?

— Бери половину. — После случая с Ашей мне показалось, что продавать их все было бы неразумно. Полезная же штука, вдруг надо будет еще какой ритуал провести?

— Мне нужна охрана.

— Нужна — бери. — Рявкнул я.

— Желательно, чтобы она не была в цветах твоего рода. Да и пусть возьмут с собой более традиционное оружие. Тех людей лучше не нервировать лишний раз…

— Так, добровольцы есть?

Передо мной выстроилось шесть человек. Прикасаюсь к доспехам каждого из них и краска хлопьями падает на брусчатку, оставляя лишь ослепительно чистый металл.

— Бой предвидится? — Спросил я у Тамиллы.

— Нет, что ты! — Замахала руками она.

— Тогда оставьте пушки, но возьмите зелья. На всякий случай. Тил, а ты за мной.

— Рэндал! — Крикнула Тамилла.

— Ну что еще?

— Денег возьми побольше, этот человек очень дорого оценивает свои услуги!

— Тебе и медяк — дорого… — Пробурчал я, но взял золота с большим запасом.

Как оказалось, услуги целителя стоили реально дорого.

— Артефакты, амулеты, кольца, одежду — оставьте на кресле. Если есть магические татуировки, лучше говорите сразу, иначе будет очень больно. Нету? Отлично, не придется донастраивать круг.

Миловидные помощницы помогли скинуть одежду и провели меня в небольшую комнатку, со сферическим потолком, что был полностью исписан рунами. Как впрочем и пол со стенами.

— Ложитесь по центру, так, чтобы золотой выступ был под грудью, а ноги касались бронзовой полосы… Так, девочки, подправьте фигуру, будьте добры.

Круги закрутились, и ритуальные знаки заняли правильное положение, согласно моему росту. Интересная конструкция, надо будет запомнить.

— Так, не колдовать, руками не махать, дышать… можете попробовать. Но думаю, не выйдет. — Заверил целитель и коснулся ограненного ядра, что стояло у него на столе.

Меня тут же пронзил разряд, словно подключили к высоковольтной линии. Какое «руками не махать», я при всем желании пошевелиться не могу!

Секунд восемь я лежал, стиснув зубы, пока наконец меня не прекратило бить током. Всё?

Как бы не так!

— Перенастройте на вторую фигуру, девочки. — Сказал облаченной в желтую робу целитель и круги вновь завращались.

После чего меня настиг очередной разряд…

— Можете одеваться. — Проговорил целитель после пятого разряда, и я кое-как поднялся с ритуального круга. Все мышцы свело, а головная боль, что отступила, едва я вошел в круг, вновь начала возвращаться.

Целитель тем временем закончил чертить закорючки на свитке и подал мне доску, похожую на шахматную, на которой были разноцветные кружки-фигуры.

— Передвиньте самую левую на клетку вперед. Теперь правую на две назад. Ага, хорошо… — Он сделал еще пару пометок.

— Теперь толкните вперед ту, что в середине. Всеми силами.

— А я не…

— Не сломаете. Впрочем, если сломаете, я паду ниц перед новым Мерлином. Давайте.

Я попробовал толкнуть центральный кружок, но моя сила словно огибала его, в итоге, несмотря на то, что я толкнул его со всех сил, он сдвинулся лишь на пару сантиметров. Присмотревшись, я заметил на кружке знакомые, серые прожилки. Изолит.

— Вот видите, вы не Мерлин. — Констатировал Целитель, что-то подсчитывая на счетах, пока я пытался унять выстрелившую в голову внезапную боль.

— Так, девочки. Будьте добры, покиньте здание. — Обратился он к помощницам и те, недоуменное переглянувшись, вышли из комнаты.

— А теперь вы, Мистер Кондор. В каком-то смысле ваш источник в полном порядке.

— Что?

— Есть, конечно, небольшие структурные перенапряжения на линии магнетизма, но через пару месяцев от них не будет и следа. Проблема деформации из-за наложенной в раннем возрасте печати куда серьезнее, боюсь, это не исправить. Вы говорили, что обладаете аспектом скульптора?

— Эм, да. — Недоумеваю я. Он что, увидел демоническую печать? Почему решил, что она наложена в детстве?

— Так вот, вы им не обладаете.

— Как это не обладаю, что за бред?

Я же свободно преобразовываю металл. Чертова Тамилла отправила меня к какому-то шарлатану!

— Я мог бы показать графики, но так будет нагляднее. — Целитель открыл стол и достал оттуда пластинку слюды, вроде той, что была в магическом «рентгене» химмерологов.

— Взгляните. — Протянул он её мне.

Темная и почти прозрачная слюда была обычным куском породы. Ни рун, ни знаков. Ничего.

— Эм… — Начал было я, но целитель меня перебил.

— Я сказал взгляните. — Вкрадчиво сказал он и я увидел.

На пластинке мягко светилось что-то, похожее на амебу в процессе деления.

— Вот так выглядит аспект. Имя того, чей это результат, конечно я назвать не могу по этическим соображениям, но, как видите — аспект развит.

Видите, ха. Куда смотреть-то?

— А вот ваш результат. — Целитель покопался где-то за ядром и достал похожую пластину.

Вместо амебы на ней было что-то похожее на округлую палочку, намного более четкой и правильной формы. В отличие от прошлой пластинки, палочка была черной и даже ядро в ней светилось слабо, наполовину заполненное тьмой.

— А что значит темнота? — Спросил я, по затылку ледяной волной прокатились нехорошие предчувствия.

— К этому мы вернемся чуть позже. — Фальшиво улыбнулся целитель, но его пальцы слегка подрагивали. — Как вы видите, вместо гармоничного развития печать заставила источник истекать в сторону аспекта скульптора, но в нём нет характерного раздвоенного ядра, свойственного аспектам, хотя ваше ядро, замечу, смещено по позиции на две целых четыре сотых позиционных диагонали по сравнению с нормой…

— Это довольно много — добавил он, заметив мой совершенно непонимающий взгляд.

— Ясно, ясно… — Сказал я, хотя мало что понял. Еще и чертова головная боль мешала мыслить. — Так эта печать…

— Была разорвана где-то месяц назад. Теперь ничто не будет мешать гармоничному развитию дара, но баланс необратимо утрачен.

Я в ужасе обратил взгляд в себя, но ясно увидел печать, что пусть и светилась слабо, но явно была целой. Фух. Напугал, чертов докторишко!

— Вижу, вы не верите. Боюсь, на общем отпечатке вы этого не увидите… — Он забрал у меня из рук пластинки слюды и вручил свиток, полный диаграмм и отметок. — Вот тут и тут видны остатки магических конструктов. И тут вот по этому скоплению мусора видно, что проводились ритуалы на усиление тела. Вероятно, это тоже сыграло роль в дестабилизации печати, но последним шагом было перенапряжение ядра, об этом мы можем судить по линии надрыва…

Он показал мне на какую-то закорючку в одном месте свитка, а потом на такую же в другом.

— Видите, абсолютно одинаковы. — Довольно заключил он.

Хотя, по сути я видел лишь две закорючки написанные его рукой. «Очень убедительно», ну-ну.

— И что делала эта печать? — Попробовал я поддержать его игру.

— Ограничивала ваш дар, разумеется. — Невозмутимо сказал целитель.

Это было так банально, что я не сдержался и прыснул.

— Зря вы смеетесь, типичная история, я таких вижу по десять раз в месяц. — Неодобрительно проворчал целитель.

— И мне надо заплатить вам, чтобы снять печать и стать сильным магом? — Ухмыльнулся я. Ну точно же шарлатан!

— Нет, конечно. Чем вы слушали? Печать сломана, ваши силы полноценного мага она больше не сдерживает.

— Полноценного мага? — Хихикнул я.

Жил всю жизнь Рэндал младшим адептом, а тут такое! Сначала меня мастер Орин до старшего адепта повысил, а этот шарлатан уже и до мага возвысил.

Так скоро архимагом стану!

Целителю моё пренебрежение явно не понравилось.

— Какое главное отличие мага от адепта? — Спросил он.

— Магическое зрение. — Без запинки ответил я.

— Ну а чем вы смотрели на результаты теста? — Торжествующе спросил целитель и я мигом заткнулся.

Черт, он что, правду говорит?

Ведь мне действительно не надо было щупать своей магией что-то, чтобы понять уровень силы, я всё время смотрел. Это и было магическое зрение?

— Эм, но я им с детства владел… Я думал, у всех так. — Недоуменно сказал я, анализируя память Рэндала.

Целитель лишь развел руками, мол, я же говорил.

— Ладно, допустим, вы говорите правду…

— Допустим? Молодой человек, я собаку на печатях съел, если я говорю что была печать — значит была. А то, что вы её не видели… Поверьте, есть тысячи способов скрыть печать от мага.

— Но почему тогда я не столь сильный, как нормальный маг?

— Две причины. Первая — та самая печать, что сделала из вас своего рода искусственного скульптора. В вашей семье же не было владеющих этим аспектом?

— Вроде нет. — Чуть сомневаясь сказал я. Дед точно не был, а про остальных Рэндал не в курсе был.

— Как скульптор вы куда сильнее магов с аспектом скульптора, так?

— Так. — Вспомнил я мага в стальной шахте, что выдохся всего лишь переместив тележку металла.

— Ну и вот. А вторая причина… — Целитель нервно потер рука об руку. — Как бы начать… Вы говорили, что недавно источник перестал болеть, верно?

— Ну да.

— Он перестал болеть, потому что у вас его не осталось.

— Что?

Целитель указал на пластинку.

— Планарное загрязнение силой бездны. У вас уже съели весь источник и грызут ядро, оттого боли и переместились с груди в голову и стали постоянными.

Меня пробил холодный пот. Впрочем, от паники меня надежда, что маг таки мошенник.

— И как это лечится? — Спросил я, надеясь, что он сейчас потребует гору золота.

— Никак. Конечно, святые отцы могут попробовать это выжечь… но скорее всего вместе с вами. Боюсь, еще пара дней и я бы не хотел находиться рядом с вами. Честно сказать, мне уже не по себе и несмотря на то, что каждые десять секунд нашего общения обходятся вам в золотой… Если у вас нет вопросов, я бы попросил вас удалиться. И не возвращаться примерно вечность.

— Так, погодите, а что насчет печати? — Спросил я.

— Разрушена где-то месяц-другой назад, сколько можно повторять?

— Нет! Я о другой печати! Демонической. — Прямо спросил я, и целитель отвел глаза.

— Никаких других печатей я не обнаружил. Мои соболезнования. — Пробормотал он, нервно вздрагивая.

Хм. Но я ведь её вижу. Чует моё сердце, надо срочно с этим разбираться.

— Мне нужно зелье для форсирования истока. Что-нибудь вроде последнего вздоха есть?

— Кровавая пелена. Триста золотых.

— СКОЛЬКО? Она сотню стоит, край!

— Через три дня могу сделать скидку и продать за сотню. Подождете?

— Демон вас дери… Хорошо.

— Ну, этого я бы хотел избежать. — Пробормотал целитель и достал из шкафчика склянку с раствором, похожим на кровь.

— Еще мне нужен ритуальный зал, на пару часов. — Я многозначительно посмотрел на комнату, в которой проходил диагностику.

— Исключено! — Крикнул целитель. — За всё золота мира не дам, вы там обратитесь, а прибывшие войска Герцога тут всё разнесут. Оно мне надо?

Было видно, что настроен он максимально серьезно и за свой зал готов биться насмерть.

— Ладно, может тогда подскажите, кто мог бы его предоставить за щедрую плату?

— Хм. Послать вас к конкурентам… — Целитель задумался, но потом махнул рукой. — Они не идиоты, вас никуда не пустят и не надейтесь.

Твою ж мать, еще одна проблема на ровном месте. Это же центр магической науки, тут залов должно быть пруд пруди!

Целитель задумчиво погладил свою козлиную бородку.

— Ладно, есть у меня одна мысль. Я могу продать вам зал моего хорошего знакомого, он находится в районе складов. Две тысячи золотых.

— Сколько? Я не хочу его покупать, мне надо лишь арендовать!

— Так вы же его разнесете, господин Кондор! Как пить дать разнесете! Кстати, когда будете разносить склады вокруг, уделите внимание складу номер пять и номер три. А четвертый… Хотя ладно, разносите и четвертый, нечего было его владелице моих милых помощниц шлюхами обзывать!

Я достал из мешка самое крупное ядро и протянул его разговорившемуся целителю, что явно предвкушал хаос на складах конкурентов.

— Этого хватит?

— Ого, конечно. — Он схватил его, а взамен дал рунный ключ. — Склад номер два.

Кладу ключ в карман. В дверях оборачиваюсь к наглому целителю, что посмел выдавливать из меня деньги, пользуясь тяжелым положением.

— Я вернусь. — Весомо произношу я. — В любом случае. — Упаси Всеединый! — Делает отрицающий жест целитель.

Желтая роба — гнилое племя. Пора бы мне уже запомнить.

И я захлопнул за собой дверь.

Похоже склады одинаковы не только во всех городах, но и во всех мирах. Унылые ряды однообразных, похожих на бараки, строений.

Единственное, что меня озадачило — это материал. Стены зданий были словно отлиты из полированного камня. Напоминало бетон, но это точно был не он.

Будто цельному камню придали форму коробки, похоже не обошлось без магии! Впрочем, кто бы это не строил — он точно схалтурил.

Если присмотреться внимательнее, было видно, что стены у складов кривоваты, а то тут, то там, на них зеленел мох и змеились мелкие трещины. Патруль стражников, совершающий дежурный обход складов, тормознули было нас с Тилом, но оказалось достаточно показать ключ, чтобы у них отпали все вопросы.

Снаружи склад номер два ничем не отличался от других, а вот внутри…

Нет, я конечно не знал, что внутри других складов, но вряд ли там тоже пол и стены заляпаны кровью. И уж точно там не было ритуального круга, в центре которого лежал человеческий череп.

Занятные делишки здесь целитель проворачивал, однако. Впрочем, сейчас это мало меня интересовало. Быстро проверив магические знаки на работоспособность, я повернулся к Тилу.

— Жди снаружи и… если я вылезу отсюда с рогами на голове — то лучше пристрели меня сразу, пока я не натворил дел. Это приказ.

Он кивнул и направился к двери.

— Удачи вам. — Сказал он и закрыл дверь.

Не теряя времени, глотаю купленный у целителя эликсир и пинком отфутболиваю череп в угол. При желании я мог бы попытаться узнать, чем тут занимались, но мне было не до этого.

Надо было узнать, что за дерьмо происходит с источником. Ведь печать в порядке? Я же вижу…

Разложив ядра на пересечениях линий, я ложусь в центре ритуальной фигуры. Эликсир начинает действовать, наполняет силой. Пора!

Я собрался с духом и дотронулся до печати.

Но та просто рассеялась в воздухе, словно туман на ветру.

Иллюзия! Гребаная обманка!

— Ты наконец понял, смертный. — Раздался в голове знакомый голос.

Вдруг всё вокруг исчезло: ритуальный круг, заляпанные стены, череп.

Я плыл в свинцовых облаках, под которыми раскинулся демонический пейзаж. Выжженная земля, оплавленные красные скалы, потеки лавы.

Очень знакомый пейзаж.

Напротив меня парил Астарот, лениво размахивая кожистыми крыльями. Тот самый персонаж из игры, которого я выбрал для контры Самаила и его команды, давным-давно, еще до всей этой заварухи.

— Жаль, что ты прибыл сюда так рано. Что тебе стоило подождать еще пару дней? — Раздраженно прорычал демон.

Я потянулся к источнику и не ощутил его. Щупаю своё лицо и вместо новых привычных черт, нахожу свои старые, родные. Дьявол, что черт возьми происходит? Память Рэндала, что весьма плотно занимался вопросом одержимости, не имела ничего даже приблизительно похожего!

— Ты всего лишь персонаж игры. Сгинь и верни мне тело. — Твердо произношу я, глядя в его горящие огнем глаза.

— Игры? Пха-ха. Ты думаешь, что тогда была просто игра? Что ж. Тогда я готов сыграть с тобой за власть над твоим телом. Но в этот раз «игра» будет проходить по моим правилам… — Произнес демон и мы обрушились с небес на землю.

Секундная дезориентация и я внизу, среди лавового поля. В руках — посох, за спиной — ангельские крылья. Передо мной — ликующий Астарот.

Я вернулся в миг своей победы, но теперь победа стала поражением.

— Ты дал мне весомое преимущество! Сдашься, как и тот слабак, которого МЫ сокрушили? — Насмешливо произносит демон и громогласно хохочет.

Я концентрируюсь. Время замирает.

Сказать, что ситуация дерьмовая — ничего не сказать, Самаил тогда сдался не просто так, я полностью его переиграл. Большая часть поля боя за силами света, тьма прижата к самым своим трем башням, но армия света разгромлена, рыцари тьмы наступают по всем фронтам, даже не замечая их сопротивления. Как не старайся, они пройдут всё поле боя до наших башен и обрушат их, тем более Самаил не вкладывался в оборону. Но в каждой стратегии есть уязвимые места.

Прошло лишь доли секунды, но я уже сориентировался в ситуации. Адреналин хлестал в крови, как и во время всех моих турниров. Перехватываю посох на манер копья и произвожу рывок в сторону Астарота.

Самаил был отличным игроком и не стеснялся вкладывать ресурсы в себя, в то время как моя тактика строилась на том, что героев наша команда держала на голодном пайке, вкладываясь в экономику и армию. Сейчас Демон не сможет мне противостоять в прямом бою. Касаюсь источника и с удивлением понимаю, что это работает. Исток со мной, но другой. Странный. Вместо привычной кристальной твердости металла — светящаяся дымка и чудовищного размера резерв, в тысячи раз больше, чем был у Рэндала. Посох наливается пронзающим светом.

Астарот резко обрывает смех и лихорадочно хлопая крыльями — пускается наутек. Он не хуже меня понимает, что если столкнется сейчас лицом к лицу — ему конец.

Ошибка. Если бы Самаил в той игре принял такое же решение — я бы пожертвовал собой. И всё равно бы принес победу команде.

Я не обращаю внимания на труса, проношусь мимо него прямо к башне и обрушиваю на неё всю свою мощь!

Черное строение тут же обваливается, погребая под собой подкрепление черных рыцарей. Минус одна.

Сверху доносится полный бессильной злобы вопль Астарота.

Моих соратников — Нечистого и Графини на поле боя не было, как не было и соратников-паладинов Самаила. Это будет бой один на один.

Черные рыцари вдруг отвлекаются от вырезания остатков теперь уже моих войск и резво строятся на защиту оставшихся двух башен.

Еще одна ошибка, оптимальней было бы использовать половину рыцарей для защиты, а половину — для продолжения атаки. Ты боишься проиграть, Астарот. И поэтому — проиграешь.

Отдаю приказ войскам на перегруппировку, сам же пускаю несколько святящихся стрел в рыцарей. Разумеется, они не наносят урона. Черные рыцари обладали покровом тьмы, усиливающимся от их числа. Для моего персонажа это была идеальная контра, пожалуй, эффективнее этих мобов были бы лишь Черные Драконы.

Но стрелы отвлекают Астарота. Он даже следующую волну отправляет на защиту башен, даруя мне столь необходимое время на организацию обороны. Провожу грейды, улучшаю лучников до охотников. Продаю свой артефактный посох, чтобы заказать пехоте благословленное оружие.

Строй черных рыцарей идет в атаку. Но даже сейчас демон оставляет около четверти всех войск в карауле, что дает мне шанс выскользнуть из этой ситуации.

Что ж.

Поиграем, Астарот. Ты сам напросился.

Следующие несколько часов демонические волны продвигались вперед, людская кровь орошала черные земли реками крови, юниты умирали сотнями, забирая с собой лишь единицы черных рыцарей. Я кайтил, разводил, организовывал засады, ложные атаки, обходы и отступления. Воинство тьмы таяло, замедляло ход… но лишь чтобы получить подкрепление из двух оставшихся башен и возобновить наступление с новой силой. Враг отыгрывался, каждый наш шаг назад давал ему больше точек силы, больше инкома, больше могущества. Но и наши силы росли, войска наращивали своё качество, оборона укреплялась. Астарот бездействовал, не появляясь лично на поле боя.

Еще шесть часов и войска замерли в тревожном равновесии на нейтральной полосе между землями света и тьмы. Линия фронта незначительно колебалась. То демонические войска прорвутся до спешно возведенных стен, то моя кавалерия отбросит их к демонической границе. Мне всё это не нравилось, по моим расчетам, даже с учетом снижение подкреплений черных рыцарей на треть, даже с учетом того, что четверть демонических войск стояла в обороне — враг должен был пробиться куда дальше и отхватить от тридцати до сорока процентов земель света. В зависимости от того, насколько эффективно я смогу ему противостоять.

Но фронт стоит. И мне это не нравится.

Подзываю к себе двух мастеров-охотников, улучшаю их до мастеров-разведчиков и отправляю вперед. Эти траты будут стоить мне повышенных потерь в ближайшие часы, но информация была важнее. Переключившись в режим маскировки — они крались в сторону вражеских линий, а я же задумчиво осмотрел поле боя.

Началом своей игры против Самаила я дал Астароту превосходную экономику и отличные грейды на армию. Если бы я не обрушил башню, срезая волны его подкреплений на треть — мне бы уже настал конец. Да и сейчас Астарот не сидел сложа руки — Черные рыцари уже взяли второй грейд, став ветеранами черных рыцарей. Также мой противник не поскупился на демонических коней для своих бойцов.

На серой, покрытой пеплом траве, в свете вспышек молнии сталкивалась конница. Неопытные сквайры на обычных лошадях против немногочисленных, но смертоносных рыцарей. Каждая сшибка, каждый маневр уносил жизни людской кавалерии, лишь изредка черная орда теряла закованного в броню собрата. Фланговые обходы и маневры, залпы стрел, ловушки и немного волшебства от свежеобученных учеников света. Всё это давало держать потери в шатком паритете.

Вздымаю короткий жезл и сливаю пятую часть резерва. Тучи рассеиваются, и гигантский луч света захлестывает вражеские порядки. Вуаль тьмы нивелирует большую часть урона, но тот же момент по флангам врываются сквайеры. Нескольких рыцарей копьями вышибли из седел и они пали на землю пустыми, сочащимися тьмой, доспехами. Ответный удар лезвиями тьмы, жалобное ржание лошадей и терпкий запах крови.

Кавалерия перегруппировывается, разменяв десять всадников на троих рыцарей. Размен всё еще в нашу пользу, но я отзываю отряды на пополнение. Следующая сшибка сыграет в копилку врага.

Возвращается разведка. Враг строит укрепления на своей половине поля, пройти глубже невозможно. Отзываю разведчиков, возвращая часть ресурсов. Похоже, Астарот нацелился на максимальное затягивание боя. Или же нет? В отличие от прошлых соперников, чьи бои я всегда тщательно изучал, чтобы иметь возможность анализировать и предугадывать их действия — этот был мне незнаком. Что говорилось об Астароте в игровом лоре? Почти ничего, кроме любви к Черным Рыцарям и Драконам, что игромеханически выливалось в уменьшенную стоимость и более скорое открытие их для найма. Что же он может предпринять?

Его укрепления пока довольно дешевы, апгрейды армии…

В моей голове крутились цифры, цифры добычи ресурсов, траты на содержание, траты на апгрейды и укрепления. Если подумать — всегда можно подсчитать, сколько ресурсов осталось у врага.

Их осталось до неприятного МНОГО.

А это значит, мне нужно подготовиться к плохому раскладу. Вновь откладываю грейд сквайеров до рыцарей и приказываю строить шпиль Гильдии воздуха. Чуйка подсказывала — пригодится.

Невесть откуда взявшиеся адские гончие нападают на отряд охотников, отправляю часть скваейров на прикрытие и командую отступление к укреплениям. До прихода подкрепления теперь мяч на стороне врага.

И так час за часом… Редко какой бой в этой игре длился дольше двух часов, но этот подходил уже к целым суткам непрерывной борьбы. Баланс был чертовским сложным, обычные гарпии могли победить рыцарей, просто стащив их с коня и сбросив с высоты, простые лучники могли продырявить кожистые крылья и мягкие животы летучих демонов, но их могли загрызть обычные демонические псы, с которыми бы справился даже ополченец.

Поле боя менялось. Черные Рыцари, что были ударным кулаком, появлялись всё реже, сменившись на орды различных тварей. Астарот пытался нащупать слабости в обороне, переходя с одного состава армии на другой, но всегда натыкались на контрмеру. По правде сказать, такой тип боя наоборот играл мне на руку, позволяя истощать его ресурсы с куда большей скоростью. Всё же против обычной, тупой силы, которой были Черные Рыцари — выступать было куда сложнее. Особенно, когда войска отстают на два-три грейда…

Войска противника вдруг повернулись назад, прекратив атаку. Обманный маневр? Отправляю легкую кавалерию в преследование, выгоды от добивания хотя бы части отступающих будут выше, чем потери от гипотетической засады.

Проскакав все нейтральные земли, кавалерия уперлась в крепостные стены врага, у которых уже выстроились возвышенные Черные Рыцари во главе с самим Астаротом, закованным в демоническую броню. Похоже, он потратился и на апгрейд демонической кузни до кузни душ.

— Что ж, человек. Ты меня удивил, но тут твой путь закончится. Наш бой длится уже больше суток, а ты не спал уже больше двух. В отличие от смертных, демонам не нужен сон. Ты устал. И ты умрешь.

— Пха. — Ответил я, параллельно отдавая всё новые и новые приказы для противодействия новому составу его армии. — Когда я готовился к турнирам, я всегда не спал сутками. В таком состоянии ко мне приходили самые безумные стратегии для победы.

В моих руках появился выкупленный обратно посох света. Пусть теперь я и отстаю в уровне экипировке от демона, но всё еще смогу отступить, если бой пойдет не так.

— Хочешь проверить эти стратегии на себе? — Весело спрашиваю я. Искренне, без попыток его вывести из себя. Этот бой… Был чертовски веселым. Самым веселым со времен турнира с Самаилом. Ведь в отличие от реальности — тут мои солдаты не умирали по-настоящему.

— Безумец… — Пыхнул жаром из ноздрей демон и ринулся в атаку.

Разумеется, эту битву я проиграл, противостоять возвышенным рыцарям мои войска не могли. Пока не могли. Но Первый раунд остался за мной.

Контратака демонов пробила лишь первую линию обороны и ситуация вновь склонилось к пату на второй. Потеря десяти процентов территории при прогнозируемой трети — это и не потеря вовсе.

Вновь навстречу друг другу скачут всадники, теперь давя копытами зеленую сочную траву.

Бывшие сквайры, только-только улучшенные до рыцарей света, несут точно такие же потери от уже возвышенных черных рыцарей. Копья тьмы пронзают святящиеся доспехи, сшибая людей наземь. Размен шесть к двум. Было бы печально, если бы не…

Отдаю приказ и поле боя скрывают потоки света. Расклад поменялся, если раньше ученики света размягчали врага перед основной атакой конницы, то теперь рыцари сшибали защиту, чтобы маги света нанесли основной удар. Еще четверо демонических всадников испаряются с поля боя, сожженные дотла. Финальный размен один к одному.

Всё потому что разрыв между грейдами сокращался, Астарот явно вновь копит резервы для еще одной попытки переломить ход боя. Он всё чаще появлялся в бою лично, избегая встреч со мной, но терзая мои войска. Выигрывает время, как и я на турнире, когда играл на его стороне.

Я вижу, как он вновь ведет отряд рыцарей в атаку, в этот раз более нагло, чем обычно. Что ж, думаю, стоит обломать его. Мой комплект экипировки также приближался к максимальному, благословленная легкая броня, вместо посоха — освященная алебарда. Приземляюсь в хвосте его отряда и раскидываю рыцарей. Не убиваю, на это требуется непозволительно много сил. У них и к урону светом сопротивление, и от обычной физической силы они защищены неплохо, благодаря доспехам.

— А вот и ты. — Комментирует моё появление Астарот. — Я впечатлен твоим сопротивлением. Как насчет сделки? Я предлагаю тебе стать одним из генералов в моём легионе.

— В твоём легионе? — Усмехнулся я. — Лишь только если ты в нём будешь рядовым. Твои навыки никуда не годятся, на твоем месте я бы победил себя раз двести. Тысяч.

— Тогда ты окажешься в бездне! Будешь вариться в котле вечность! — Рявкнул он.

— Когда я окажусь в бездне, ты будешь получать плетей от моих слуг за то, что забыл подкинуть дрова, из-за чего вода в моем котле перестала быть приятной и теплой.

— Наглое отродье. Чтож, я давал тебе шанс. — Астарот картинно щелкнул пальцем и из-за крон леса взлетела троица черных драконов.

Благодаря сопротивлению свету, эти твари могли пролететь до самых моих башен и если не уничтожить все, то хотя бы переломить ситуацию вновь в пользу демона…

Если бы я не просчитал этот шаг еще очень много часов назад. Я бы даже сказал, что слегка переоценил умственные способности Астарота, эта тактика напрашивалась еще сутки назад.

Повторяю его щелчок и круг магов воздуха, спрятанный в тылу, начинает волшбу. Потоки ветра скручиваются в воздушные смерчи, делая невозможным полет над полем боя. Драконов штормит, крутит и вертит, они сталкиваются в воздухе и вынуждены оставить попытку перемахнуть через позиции моих войск. Приземлившиеся твари не менее опасны и доставят множество проблем, но башни в безопасности. И главное, мои подсчеты резерва ресурсов Астарота наконец достигли нуля.

Он тоже это знает и поэтому молча бросается в самоубийственную атаку. Надеется окружить меня рыцарями? Зря. Мои превратившиеся наконец в эльфийских стрелков мастера-охотники нашпиговывают их стрелами, что замедляет рыцарей и медленно высасывают жизнь.

Стоп, как вообще люди превратились в эльфов?

Я всерьез начинаю обдумать этот вопрос, пока ко мне несется демонический топор Астарота. Похоже, недостаток сна всё же сказывается на мышлении, оно становится странным. Уклоняюсь от удара и отдаю еще один приказ. Хор клириков начинает песнопения, временно накладывая мощный дебафф на Астарота. Литания света! На поле боя, словно снег, спускаются золотые песчинки, ослабляющие врагов. Сейчас!

Пользуюсь моментом и контратакую, намереваясь ударом алебарды пронзить его черное сердце.

Звон стали и на землю падает отрубленная демоническая рука.

— Perdant lux! Odio! — Рычит он, расправляет крылья и пускается наутёк, не замечая как песчинки света прожигают в них дыры.

— Беги, бесенок! Прячься! Я скоро приду за тобой! — Весело кричу ему вслед я, закидываю алебарду на плечо и взлетаю в воздух, чтобы спикировать на одного из драконов. Черным тварям не место в святой земле!

Второй раунд тоже оказался за мной.

И третий тоже.

Астарот смотрел на столпившиеся под его единственной оставшейся башней войска света и скрежетал клыками. Белые архимаги, светлые драконы, паладины и ненавистный враг, проклятый ублюдок с ангельскими крыльями…

Вышедшая из башни волна темных существ была стерта с лица земли за секунду. Ювелирно, не задевая башню.

— Бесенок, давай поговорим! Мне реально было бы интересно узнать побольше о Самаиле, а ведь ты о нём знаешь, сам ведь проговорился! Давай спускайся к нам, поговорим! — Кричал мерзкий людишко, размахивая крыльями.

— Мне не о чем с тобой говорить, смертный! Я же — бессмертен! Ты выиграл лишь раз, но я подожду, когда ты вновь утратишь бдительность и нанесу удар снова! Бездну не победить! — Исступленно орал потерявший всякий разумный облик демон. Уже сам факт, что он проиграл, проиграл там, где проиграть было невозможно — сводил его с ума. Сводил с ума того, кто сохранял рассудок даже там, где миллионы его теряли.

— Не, ну я так не играю. — Обиженно произнес человек.

— Я дождусь когда ты сдохнешь и вселюсь в твоё мертвое тело! Я буду сотни лет ходить по земле пока твоя плоть не отвалится, оставив лишь голые кости! И лишь когда от костей останется лишь прах я оставлю твои останки и скормлю их свиньям! А то что они высрут снова скормлю! Скормлю червям! — С клыков Астарота текла пена, казалось что он вот-вот начнет биться в конвульсиях от бессильной злобы.

— Мда. Похоже тут уже ничего не исправить. Господь, жги, как говорится. — Произнес человек и ослепительный столб света рухнул на башню, испаряя на молекулы и безумного демона и его последний оплот.

Открываю глаза и первое, что вижу — это огромное дуло мушкетона, чуть ли не касающиеся лица.

— Очнулся! — Кричит кто-то и наставленных стволов прибавляется на порядок. Тил притащил весь свой отряд.

— Я же говорил ждать снаружи. — Прокряхтел я. Горло пересохло напрочь.

— У стражи возникли вопросы, подозрительные заразы… А это точно вы, господин?

Я поднял руку к голове и взъерошил волосы.

— Ну, рогов вроде нет. — Ухмыльнулся я.

— Не шутите так… — Тил убрал ствол и протянул руку, помогая подняться.

Я чувствовал себя одновременно и слабее, и сильнее обычного. Трудно объяснить. Но главное, чертов Астарот отправился в бездну, куда ему и дорога. Он жив, к сожалению. Демонов вообще сложно убить. А пока он жив, у него всегда будет ниточка в моё тело из-за проведенного ритуала в замке Клемена. Но что-то мне подсказывает, что он еще долго будет опасаться этой ниточкой пользоваться. Кстати, о «долго»…

— Сколько я был в отключке?

— Три дня, мой лорд.

— Пожрать есть что?

Гвардейцы переглянулись.

— Эм, я могу сбегать и купить что-нибудь в лавке. — Произнес один из них.

— Молодец, бери на всех. В общем, план такой. Перекусим и отправляемся.

— Куда?

Я обвел взглядом склад, в котором проводили явно запрещенные ритуалы. И предвкушающе произнес:

— Нужно нанести визит одному очень наглому целителю.

— Чур меня, чур! — Крикнул целитель и выплеснул мне в лицо кувшин святой воды.

Разумеется, растворяться я не собирался. Но и внезапному умыванию рад не был.

Ударом кулака, я повалил целителя на землю, и свистнул парням, чтобы те его заломали.

Шороху мы, конечно, навели знатно. Да, выломали дверь, ворвались внутрь, повалили и связали его помощниц… Но водой-то зачем плескать? А вдруг я и правда бы демоном стал? Не порядок…

— О, Всеединый, спаси слугу своего! — Голосил целитель, пока я осматривал кабинет. С последнего раза в нём солидно прибавилось всяких реликвий, лампадок, благовоний и литаний с церковными печатями. Похоже, целитель всерьез воспринял мои слова о визите и готовился к нему всерьез.

— Не голоси. — Я занял место в кресле, рядом с ограненным кристаллом, в то время как гвардейцы усадили целителя на место посетителя. — Я обещал, что вернусь, и вернулся. Как видишь, в целости и сохранности.

— Быть не может. — Целитель попытался сделать отрицающий знак, но не вышло. Солдаты не дали.

— Может, может. Теперь поговорим о твоём предложении.

— Каком еще предложении?

— Продать мне эликсиры по адекватной цене через три дня.

— Эм, не помню такого. Адекватной ценой является та, на которую согласился и продавец, и покупатель. Ваши намеки и то, как вы вломились сюда без спросу, походят на банальный грабеж! Думаете Второй Герцог так это оставит? — Убедившись, что я не собираюсь рвать его на части и жрать живьем, он начал апеллировать к своей крыше. Ожидаемо.

— Почему же ты тогда не зовешь стражу? — Ухмыльнулся я.

— Ну… — Неуверенно промычал он.

— Впрочем, зелье — это ерунда. Я жду твоего предложения о покупке вот этой вот штуки. — Я вытащил из кармана рунный ключ и повертел им в воздухе. — Начальная цена — четыре тысячи золотых.

— О, ключ моего друга… даже не знаю, откуда он у вас. Наверное, вы его украли. — Отвел глаза целитель.

Я поднимаюсь с кресла, делая вид, что собираюсь уходить.

— Тогда я найду другого покупателя, ведь вы не единственный целитель в городе.

— Постойте! — Кричит он. — У вас мало доказательств! В конце концов кто знает, что происходило в том складу. Возможно, вы сфальсифицировали там что-то, чтобы обвинить меня в том, что я не совершал. Кто знает, какое решение примет лорд. Пусть вы и виконт, но всего лишь приезжий, а я… Я достойный гражданин и налогоплательщик в этом городе!

— Славно. Думаю, ваши конкуренты — это тоже достойные граждане этого города, что окажут мне поддержку в этом вопросе. — Отвечаю я и делаю еще шаг к выходу.

— Подождите! Я верну ядро! Вы же хотели аренду, получается, она будет для вас бесплатна. — Видя, что я не останавливаюсь, он добавляет. — Я дам вам зелья. В дар. Подарок.

Оборачиваюсь.

— Я назвал цену. Четыре тысячи.

— Она абсолютно неадекватна! — Целитель пытается приподняться со стула, но гвардейцы кидают его обратно.

— Адекватной ценой является та, на которую согласился и продавец, и покупатель. — Цитирую я его же слова.

Целитель морщится. Похоже, он и сам не рад, что загнал меня в угол на прошлой встрече.

Жадность губит людей.

Целитель хотел, чтобы я разнес склады конкурентов? Тогда дал бы ключ бесплатно. Хотел, чтобы я оплатил аренду или даже внес залог на здание? Пожалуйста, я не против. Но он хотел всё и сразу. Выжать всю возможную выгоду, до копейки.

А ведь мог бы пойти навстречу и получить мою благодарность, вместо кулака…

— Демон вас дери, Кондор!

— Он попробовал и теперь отдыхает на дне бездны. Пытается вновь собрать себя в кучу. Не повторяй его ошибку.

Целитель шмыгает разбитым носом, оценивая перспективу оказаться рядом с неудачливым бесенком.

— Хорошо, я согласен. Уберите своих мордоворотов.

Киваю солдатам.

Бойцы тут же отпускают целителя и тот подходит к столу. Проведя над ним несколько пассов руками, он вытаскивает оттуда ядро. Делает пару шагов в сторону и достает золото из замаскированной в стене ниши.

— И пластину с результатами моей проверки. — Напоминаю я. По уму надо было избавиться от неё еще в прошлый раз, но мне было не до этого.

Целитель морщится и вынимает её из той же ниши, откуда достал золото. Отложил отдельно, собака. Ведь насколько я помню с прошлого раза — остальные результаты он хранил в столе.

Проверяю пластину. Точно она, да.

Компромат летит на пол и раскалывается на части.

Добавляю сапогом, окончательно превращая его в крошево. Уверен, оставь я его — целитель обязательно загнал бы кому-нибудь мои результаты.

— Надеюсь, что теперь мы точно больше не увидимся. — Я бросаю целителю его ключ и ухожу.

Нужно вновь проверить источник, чтобы понять, во что мне обошлось столкновение с демоном. Но только не у этого «целителя».

— Никогда такого не видел! — Произнес маг в синей мантии. Впрочем, даже у него была желтая окантовка по краям, вероятно побочная ветвь рода.

Я встал из круга и оделся. В этот раз даже разрядами почти не било.

— Так, надо проверить… Держите. Попытайтесь передвинуть самую левую фигурку на позицию вперед. — Маг подал мне уже знакомую доску.

Вот только сколько я не пытался, кружочек не собирался никуда двигаться. Зато стоящий на столе магический светильник мага неожиданно погас.

— Хм. Что-то такое я и ожидал. Думаю, с центральным даже нет смысла пробовать. — Маг забрал у меня дощечку.

— Что ожидали? — Непокорность фигурки вызвало у меня нехорошие предчувствия.

— Подождите. Вот. — Он достал с полки металлический куб. — Попробуйте поменять его форму.

Я повертел металл в руках, сосредоточился и вот передо мной точная копия моего собеседника. Вышло намного проще, чем обычно.

— Ого! Я оставлю её себе, если не против. — Прокомментировал маг.

Я попытался пролеветировать фигурку к нему, но она осталась стоять у меня на руке. Ни боли, ничего. Но подчиняться фигурка мне отказалась.

А вот светильник на столе вновь погас.

— Пожалуйста, не пытайтесь пока колдовать. У меня всё питается от ядер, конечно, но всё равно это плохо влияет на магические конструкты.

— Только если объясните, что происходит. — Недовольно произнес я. Неожиданная неудача с левитаций мне сильно не понравилась.

— Я бы с радостью объяснил, месье… Если бы сам понимал. А я совершенно не понимаю, могу лишь констатировать, что ваш пораженный бездной источник вам полностью подчиняется, но… скажем так эффект у него теперь обратный.

— То есть, я поглощаю ману? — Спрашиваю я, указывая на светильник, что вновь загорелся тусклым светом.

— Ммм, скорее рассеиваете. Это похоже на способность некоторых монстров, но никогда не слышал, чтобы она была у человека, особенно учитывая, что ваше ядро функционирует как обычно. Боюсь, чтобы разобраться в причинах вам придется посетить Содружество, в области магической науки они намного опережают Королевство.

— Плевать на причины. Лучше скажи, меня не разорвет, например, если я одновременно буду использовать и преобразование и металла и… эту новую способность?

— Эмм… — Маг задумался. — Понятия не имею. Но я бы на вашем месте так не делал.

— Ясно, спасибо за консультацию, мастер. А мои результаты?

— Конечно, вот они. — Маг достал и протянул аналогичную пластину. — Мы всегда отдаем их клиентам.

Я взглянул на неё. С прошлого раза изменения были весьма солидны, вместо четкой палки с тусклым ядром — яркое солнце ядра и что-то черное и зыбкое вокруг, настолько, что различить «это» на такой же черной пластине было почти нереально.

— Если хотите уничтожить — то дробилка у входа. — Произнес маг. — Мы используем отходы для выплавки новых пластин с помощью мага земли. Не волнуйтесь, никаких магических следов не останется, они бы помешали повторной записи результатов.

Я благодарно кивнул. Надо будет настучать Тамилле по голове, пусть этот маг и не специализировался по поврежденным источникам, да и в целом был куда менее компетентен… зато сервис — моё почтение.

Всё продумано.

И человеку не надо ломать голову над тем, что делать с результатами, и маг экономит.

А вот Мире ломать голову приходилось. Но лишь по причине того, что едва она хоть как-то разместила новых поселенцев — в избу пришел посланник, сообщивший, что скоро прибудет еще партия.

Именно что пришел. Без коня, на своих двоих. Измазанный кровью.

— Тварюга лошадь задрала, если б не пистоль, еще не ясно, кто кого бы…

Дикие земли всё еще оставались опасным местом для одиноких всадников.

— Сколько еще людей нам стоит ждать?

— Около сотни, пешком идут. Надо бы отряд навстречу отправить.

— Отправим… — Мира отпустила солдата отдыхать, а сама вышла на улицу, чтобы найти Генри. Пусть к ней по какой-то непонятной причине и обращались по всем вопросам, фактически такими вещами, вроде сбора отряда и отправки его куда-нибудь — занимался он.

Под ногами скрипел снег, погода всё еще не радовала. Надо бы не забыть приказать отряду захватить теплую одежду, если люди идут с юга, местная температура может их неприятно удивить. Миру и саму удивляло то, как холодало ближе к краю свету, не иначе с внешнего моря холод несло…

Деревушка разрасталась быстро. Уже опытные строители, получив новую рабочую силу, солидно прибавили в темпе, но даже так, новичков пришлось утрамбовывать, как селедку в бочку.

А тут еще люди…

И так пришлось отвлечь рабочих от строительства домны, каждый человек, знавший какой стороной класть кирпич — отправился класть печки для обогрева.

По дороге ей встретился Дорван, что тащил на плече паука, размером с теленка, всего утыканного арбалетными болтами.

— Ого, это откуда ты взял и куда тащишь?

— Дык прям на посты выбежал, из леса. Ево с арбалетов-то нашпиговали, а ему хоть бы хны. Пришлось топором приголубить. Несу Мейстеру Орину, он давно просил свежего ему достать, а тут вона как! Сам к нам в руки прибежал, словно просьбу услышал.

— И на кой он ему сдался? — поинтересовалась Мира.

— А шут его знает, я не спрашивал. Надо, значит надо. — Развел рукой Дорван, продолжая второй придерживать тушку. Жаль, что вместо этих несъедобных тварей тут не водилось что-нибудь вкусное. Глядишь и проблема с едой, вновь появившаяся на горизонте из-за новых едоков, пропала бы.

Дорван повернулся, собравшись продолжить путь к алхимику, но его окрикнула Мира.

— Погоди! Ты Генри не видел.

— Дык там он, на постах.

— Спасибо! — Поблагодарила она и отправилась к лесу.

Хмурый бывший интендант, а ныне глава поселения, раздавал указания стоящим перед ним рабочим. Рядом меланхолично жевал жвачку бык, что привез паровую машину с лесопилки прямо сюда, к краю Черного леса.

— Метров на сто внутрь хотя бы, ясно? По всему периметру! Всё, что срубите — скидывайте в короба, сок нужно будет собрать, но это уже не ваша задача. Если увидите паука — орать во всю глотку и бежать. Геройствовать не надо, ваши пилы — это не оружие, а инструмент. Сломаете хоть еще одну — вместо денег кнута получите! Ясно?

Рабочие ответили нестройным, но согласным бормотанием.

— У нас проблемы? — Спросила Мира.

— Немного. Пауки зашевелились. Одного из разведчиков паук оплевал, у дурня стеклянная эссенция кончилась, а он не сообщил. Сейчас в лазарете сидит, над ним Альф колдует. Орин обещал еще эссенции наварить, хотя предупредил, что качеством она будет похуже лордовской…

— Насколько сильно зашевелились? — Хвост Миры вздыбился сам собой, предчувствуя неприятности.

— Пока — не сильно. Зима, всё же, медленные они, неуклюжие, как сонные мухи. Но чувство такое, что от холода они крепче стали. Арбалетные болты считай что бесполезны. Поскорее бы вернулся Виконт со своим огневым оружием.

— Хм. Тут я не могу помочь… К тому же у меня есть новости.

— Плохие или хорошие?

— Ну… Они на первый взгляд плохие, а вообще — хорошие. — Попыталась подсластить пилюлю Мира.

Генри многозначительно посмотрел на неё, вынуждая продолжить.

— Ммм, в общем у нас скоро будет еще сотня человек, готовых защищать лагерь. Но надо бы выделить бойцов, чтобы их встретить. Да и машину стоило бы обратно на лесопилку убрать, стройматериалы опять нужны.

Генри вздохнул.

— Мы не можем и дальше откладывать вырубку Черного леса, нам надо обезопасить наши рубежи. Особенно сейчас, когда пауки вновь зашевелились. Машину не дам, пусть людям снова палатки поставят.

— Чтобы опять весь лагерь кашлял?

— Не дам! Безопасность превыше всего. Людей выделю, разговор окончен.

— Посмотрим, что на это скажет Лорд.

— Вот именно. Ты не Лорд и я присягу не тебе давал. Вот он вернется и рассудит, кто был прав. А пока что будет по-моему. — Раздраженно бросил Генри.

Мира взмахнула хвостом и отправилась собирать по лагерю теплые вещи. Раз Генри хочет взять на себя всю ответственность — то пусть берет, она не против. Пускай теперь у него голова болит насчет беженцев…

— И где вы пропадали последние трое суток? — Накинулась на меня Тамилла, когда мы с парнями вернулись на стоянку за городом, где остановился караван.

Я повернулся к Тилу. Тот снял шлем и почесал затылок.

— Ну, я только своим сказал. Секретность, всё такое. — Отрапортовал тот.

— Молодец. Заслужил благодарность.

— Служу лорду! — Встал по стойке тот.

— Эй, вы не ответили!

— Дела были. Вон, денег заработали. — Я кивнул на бойца, что тащил кожаную сумку с золотом.

Тамилла опытным взглядом примерилась к ней.

— Около четырех тысяч? И стоило ради этого задерживать караван на три дня… Вы еще не видели, сколько мы принесли!

Ах да, кажется она приставала ко мне с продажей ядер. Стоп, а кому она их продала? Вспоминая то, что инквизиция в этом городе слаба, да и череп в том складе…

— Ты, случаем, не культистам их продавала?

— Эм, вроде нет. По крайней мере если они им не перепродадут.

— А кому тогда? — Поинтересовался я. Кто еще будет переплачивать за ядра?

— Ну… — Она понизила голос. — Понимаешь, Ренвел — это крупнейший производитель запрещенных артефактов из-под полы. Порой их производят прямо в тех же мастерских, в которых выполняют королевские и герцогские заказы. Были бы материалы. В общем, тут ОЧЕНЬ сильный спрос на хорошие ядра, что не светились в королевском учете. Сюда сбывают товар все охотники королевства. Ну или те, кто выкупают его у охотников. А ваши ядра были весьма хороши, их у меня с руками оторвали, можно сказать.

Мне не понравились её слова про учет.

— Погоди, а торговля ядрами вообще законна? — Нащупал мысль я.

Тамилла посмотрела на меня, как на идиота.

— Нет, конечно. Все более-менее крупные ядра по закону нужно продавать только королю.

Так и знал, что в её предложении продать ядра были подводные камни!

— И Второй Герцог спокойно смотрит на то, что у него под носом расцветает незаконное производство артефактов? — Пытаюсь перевести тему я.

— Пха. Он его и контролирует. Ну, фактически.

— А Король?

— А что Король? Получает налоги и не лезет в дела Герцогств. Как и всегда.

Я поморщился, такой подход к управлению ни к чему хорошему не приведет. Один устроил настоящий расцвет работорговли, другой — артефакты клепает, а я замечу, что тут весьма строго относятся к зачарованным игрушкам. Веселые времена будут у Королевства, когда эти ребята поймут, что Король им мешает.

Стоп, а может эти веселые времена до сих пор не начались лишь потому что Король как раз им НЕ мешает?

— Мне нужен будет магнитный железняк. Много.

— Если хочешь, могу вернуть долги караванами с товаром. Только давай уже наконец доберемся до Столицы, я уже вся извелась за эти три дня…

— Тогда отправляемся. — Произнес я и запрыгнул на коня.

Только вот вместо того, чтобы тронуться, конь застыл подо мной, словно статуя. Все его мышцы напряглись, став каменно-твердыми.

— Эй, ты чего? — Я ударил коня ногами в бока и тут же подлетел в воздух.

Совершенно неожиданно для меня, он выкинул меня из седла!

Удар об брусчатку выбивает дух, но интуиция кричит об опасности.

Откатываюсь в сторону, чтобы увидеть, как на то место, где я только что лежал — приземляются заострившиеся копыта, вышибая из брусчатки искры.

— Дьявол! — Спешно расстегиваю кобуру.

Позади Тил пытается рубануть коня топором, но получает сокрушительный удар в грудь копытом и отлетает назад.

Конь с напрочь преобразившийся, клыкастой мордой встает на дыбы, чтобы обрушить на меня копыта.

Бах-бах-бах-бах-бах! Пули пронзают тело одержимой твари, дробят кости и разбрызгивают кровь, но этого недостаточно, чтобы убить её.

Демоническая пасть рвется вперед, клыки смыкаются на моей руке, противно скрежещут по металлу револьвера.

Чувствуя под кулаком обжигающе горячий язык, спускаю курок в последний, шестой раз. Грохочет выстрел и вместе с прядями гривы, в воздух поднимаются куски черепа с сероватым содержимым. И лишь теперь одержимая тварь падает на меня всем своим безжизненным весом.

— Целителя! Зовите целителя! — Кричит Тамилла.

Солдаты помогают разжать пасть и вылезти из-под твари. На брусчатке лужа крови быстро увеличивается в размерах, а мой камзол безнадежно испорчен и слегка дымится от крови демонической твари. Это точно не отстирается.

Разрываю рукав, чтобы осмотреть рану. Клыки вошли достаточно глубоко, чтобы кровь продолжала течь, но это не смертельно.

Отбиваюсь от подбежавшего Рона, рану я и сам перетяну.

— Проверь, что с Тилом!

Целитель склоняется над потерявшем сознание гвардейцем.

На его нагруднике виднелась отчетливая вмятина, а затылок — в крови, как и брусчатка.

— Шлем надо носить, кретины. — Ругается Рон и его руки начинают мягко светиться.

С помощью солдата перетягиваю ремнем свою рану. Кровь останавливается.

— Не буду говорить, что «Я же говорила». — Комментирует Тамилла, бледная как смерть.

— Да, теперь мне понадобится новый конь. — Я кладу ей на плечо руку, замазывая её в крови.

— Эй!

— И ты была права. Насчет демонологии.

— Я же говорила… Ой. — Слабо улыбается она, но не пытается отбросить руку.

Вот только если она и правда была права… черт.

— Помоги перезарядить револьвер. — Мрачнею я. — Быстро.

Ведь если мне перестали подчиняться все демоны, то у нас есть еще одна большая проблема.

Одержимая суккубой, проблема.

— Не наставляй на меня оружие, Рэндал, если не хочешь, чтобы я его взорвала. — Прошипела Аша, когда я притащился к ней вместе с отрядом.

Магичка традиционно устроилась вблизи открытой походной кухни и нежилась рядом с огнем. Или огонь нежился рядом с ней? Языки пламени неестественно выгибались, тянулись к Аше. — Алиисза! — Позвал я.

Но мой призыв остался без ответа. Лишь топка разогревалась всё сильнее, подстегнутая огненным даром.

— Еще раз говорю, убери оружие, если хочешь, чтобы мы оставались друзьями.

— А мы друзья? — Целюсь ей в голову.

— Не знаю, но могли бы стать. — Языки пламени уже открыто обвиваются вокруг неё.

— Тогда погаси огонь.

— Ну уж нет. Пушку сперва убери. Я теперь знаю, насколько это опасные штуки…

— Значит, ты не оставляешь мне выбора.

Обращаюсь к дару и пламя бессильно опадает.

— Какого… — Удивленно восклицает она, но я в рывке сшибаю её с ног и приставляю револьвер к плоской груди.

— А теперь мы сделаем крюк до церкви, где изгоним тебя обратно в бездну!

Я не был уверен, что потяну ритуал, учитывая, что дар теперь работает крайне специфически.

— С чего такая внезапная щедрость? — Она скашивает взгляд на револьвер, но колдовать больше не пытается.

— Если бы ты отрывалась от своего любимого огня, то знала бы, с чего. Не слышала выстрелы?

— Ну, слышала. Но у меня вообще-то обед был, мало ли что там грохотает опять. Слезь с меня, короче. Не нужно никаких храмов.

Отказывается от храма? Подозрительно.

— Ай, больно же. Слезь или кусаться начну.

— Я тебе дам кусаться! Назови мне хотя бы одну причину, почему ты не хочешь в храм, кроме той, что ты уже полностью одержима?

— Потому что там скучно? Забей, говорю, нет твоей демонетки уже давно.

— Куда делась?

— Сожгла. — Она попыталась пожать руками.

— Ты сожгла нематериального демона внутри себя, что обладала сопротивлением к огню? — Недоверчиво спрашиваю я.

— Я очень хорошо управляюсь с огнем. — Самодовольно произносит она. — Так слезешь или нет?

— …

Я молчал, пытаясь понять, можно ли ей верить.

— Хотя ладно, можешь не слезать. — Ухмыляется она и лезет целоваться.

Фыркаю и поднимаюсь, закидывая револьвер в кобуру.

— Так и знала, что это заставит тебя слезть. — В его голосе странная смесь между удовлетворением и недовольством.

— Допустим, ты говоришь правду. Почему тогда не попыталась спереть ядро?

— Три причины. — Она загибает пальцы.

— Первая, ты обещал мне крутецкую штуку, еще круче пороха. Не забыл?

— Не забыл…

— Вторая, тут неплохо кормят. И огонь всегда рядом. Сделаешь пиццу еще? Я тут подзапрягла пару твоих солдатиков сбегать за всем необходимым. Правда, колбасу я уже схавала…

— А третья причина?

— Третья? Ну мы там договор заключили. Ты платишь мне, а я обещаю год на тебя работать, не брать другие контракты и всё такое.

— Почему ты упомянула это лишь третьим пунктом? — Зловеще спрашиваю я.

— Так я ж по убыванию важности… Ай не стукай! — Замахала руками она, когда я взъерошил её красные волосы.

— В храм всё равно поедем. Будь у меня на виду.

— Лады…

Впрочем, оказалось, что она не врала. Никаких признаков одержимости в ней не обнаружили. Как и во мне, к слову.

Мы лишь вновь потеряли на ровном месте еще одни сутки.

Столица.

Самый крупный порт королевства. Самые протяженные и высокие стены. Зачарованные башни, неприступные донжоны.

И самые въедливые стражники.

Даже несмотря на то, что мы оставили самое подозрительное в пригороде, несмотря на то, что Тамилла уверенно привела нас к въезду, где стояли «самые договороспособные» стражники — пробиться внутрь города стоило больших усилий и большого количества золота.

— Удобно с железными топорищами-то? Руки не сушит? — Интересовались они у моих солдат, проверяя раз за разом необычное оружие на магию.

— А это что у нас? — Вились косяками вокруг замотанной в полотнище гигантской головы.

Но особый интерес, конечно же, вызвало ядро.

— Хм, магическая изоляция? А что внутри? Как это не откроете? Непорядок! Кто знает, что вы в Столицу пытаетесь провести?

Впрочем, как выяснилось — они лишь набивали цену. Едва стоило получить им мешок золота, как у столичных стражников мигом пропали все вопросы.

Я до последнего ожидал, что стоит нам проехать чуть дальше и нас повяжут… но нет.

— Это крыло столичной гвардии подчиняется Первому Герцогу. Он единственный из Герцогов, кому дозволено ставить стражу на ворота. Все остальные въезды в город контролируются королевской гвардией. — Объяснила Тамилла.

— Опять Первый Герцог… Ну, в этот раз его политика помогла нам проникнуть в город. Впрочем, не думаю, что я смогу так же просто ввезти ядро в королевский дворец.

— Тут я тебе не помощник, прости. И… пора прощаться. — Дать охрану?

— Не стоит. Кстати, советую вам остановиться в Золотой Лошади, у них широкий двор, сможете спокойно оставить свою махину. А через день-другой я загляну к вам с оставшимся золотом.

— Постой.

Я протянул ей маленький, двухствольный пистолетик. Дерринджер.

— Два выстрела. Я думаю ты без проблем спрячешь его… Хм. В общем, спрячешь.

— Спасибо, надеюсь не пригодится. Эта поездка и так была самой беспокойной за всю мою жизнь.

Она помахала мне рукой, а я — ей. Пока не заметил, что кое-как пришитый рукав вновь оторвался. Мои одежды и так поистрепались, а после последней стычки — так вообще. Нужно срочно заскочить к портному, иначе меня не то что из дворца, из Столицы пинками погонят!

Пусть Столица и отличалась от Лиграда, как нищая церковная мышь от толстощекого прихожанина, но проблемы были те же.

Ну нет готового платья и всё! А шить на заказ — не так уж и быстро, особенно учитывая, что мастерские без заказов не стояли.

Вот и сейчас, я вполне сдержанно пытался объяснить портному, что мне пойдет что угодно, мало-мальски приличное. Что я готов выкупить ту работу, что уже готова или почти готова, если её можно будет ушить под меня.

Но сколько золота я не предлагал, надушенный и накрахмаленный портной стоял на своём.

— Нет, и еще раз нет. Я вам не какой-нибудь Уильям Тосс, я не занимаюсь массовым ширпотребом! Каждый мой костюм — произведение искусства, основанное на индивидуальности заказчика!

— Уильям, Уильям. Ах, да — Я щелкнул пальцем. Тамилла когда-то о нём упоминала. Тот самый низенький мужик, что с помощью станков производит качественную ткань. — У него есть лавка в столице?

Портной обвел меня подозрительным взглядом.

— Сдается мне, что вы с ним в доле. Пытаетесь продвигать идею о том, чтобы наша гильдия дала ему устроиться в столице? Чтобы выдавить нас своим низкопробным потоком дешевой одежды? Не позволим! Никогда! Будьте добры, покиньте мою мастерскую, месье!

Что ж, мне не оставалось ничего, кроме как удалиться, благо мастерских было достаточно. Однако, мужичка я запомнил, если бы у меня было лишнее время, он бы так просто не отделался от оскорбительного предположения, будто я на побегушках у местного фабриканта!

А вот в следующей лавке мне повезло. Когда я зашел внутрь, там стоял подтянутый аристократ и забирал свой костюм.

На моё предложение выкупить у него одежду он среагировал весьма нестандартно.

Я ожидал всего, вплоть до того, что мне придется драться за неё на дуэли, но…

— Хах, берите в дар, вижу вам оно нужнее, чем мне. Благо не сказать, чтобы костюм был мне к спеху. — Беззлобно рассмеялся он.

— Так просто? И даже не «Как вы посмели оскорбить меня, перепутав с лавочником, пройдемте на дуэль, мистер!» — Спародировал я говор типичного агро-аристократа.

— Увольте, в чем тут оскорбление? Я вижу, что вы прошли через трудный путь. Помочь человеку, чьи одежды заляпаны демонической кровью — мой рыцарский долг.

Я внимательно осмотрел свою одежду. Волокна ткани стали грубыми и словно обгоревшими, но лично я бы не смог определить, что это последствия именно демонической крови, а не чего-то еще. У этого парня большой опыт, надо полагать…

— Всё же, я не могу не оплатить такой дар… Сколько вам стоил заказ?

— А вот это уже больше походит на оскорбление, я не торговец и не наживаюсь на людях.

— Будь по-вашему. — Сдаюсь я. — Постараюсь отплатить вам другим способом, при случае.

Он кивает и протягивает руку.

— Баронет Фалькон, королевский рыцарь грифона.

Я пожал её и представился в ответ, размышляя о том, имя это или фамилия. Хм, грифона? Значит, это один из тех парней, что регулярно пролетали над нашим караваном.

— Хм, если вы присягнули королю, могу ли я попросить вас…

Баронет резко мотнул головой и перебил.

— Никаких рекомендаций. Личные дела и служба — вещи разные.

— Я лишь хотел спросить совета, к кому при дворе мне обратиться, чтобы отчитаться о поручении короля и должным образом подготовить визит.

— Хм. Ну, если так, то могу порекомендовать одного из церемониймейстеров. Мейстера Ранеля. Но заранее предупреждаю, он верен королю и не будет брать взяток. Если планируете что-то нехорошее — даже не пытайтесь.

— Именно такой, верный королю человек мне и нужен, не хотелось бы, чтобы информация утекла к Герцогам раньше времени…

Поблагодарив баронета, я обратился к портному.

— Нужно ушить и перекрасить. Сколько времени займет?

— О, снимем мерки и через пару дней…

Я убедительно похлопал по рукояти меча одной рукой, и позвенел кошелем с золотом, другой.

— Ммм… пару часов? — Передумал портной.

— Идет.

В итоге ему понадобилось чуть больше часа.

Правда, всё хорошее настроение после встречи с чуть ли не первым нормальным аристократом улетучилось, когда, выйдя на улице в обновке — я встретил знакомое, злобное лицо старика-инквизитора, с которым «познакомился» в Лиграде. И в этот раз он был не один.

— Взять демона! — Крикнул старик и меня окружили фигуры в рясах.

Я демонстративно обернулся на дверь.

— Согласен, этот портной — сущий дьявол. Всего меня иголками исколол. Разберитесь с ним, братцы, а я пошел.

— Смейся, смейся, демон! Сейчас мы… — Начал было старик, но его осадил стоящий за ним, гладковыбритый мужчина, в роскошной сутане.

— Не ты командуешь. Виконт, будьте добры, проследуйте с нами в главный храм. Верховный инквизитор желает вас видеть.

— А иначе? — Я внимательно осмотрел мужика. Судя по одежде, рангом он был выше, чем мой старый знакомый.

— Иначе нам придется сопроводить вас на встречу силой.

Хм. В принципе, мне нечего бояться. Разве что время потеряю, но я потеряю его в любом случае, если они твердо решили докопаться.

Засовываю руки в карманы камзола.

— Хорошо, я не против с вами прогуляться.

— Правильное решение. — Старший инквизитор расслабляется.

Монахи берут меня в коробочку, старший инквизитор идет по правую руку, а вот старик — сзади. Под конвоем мы идем по столичным улицам к храму, чей шпиль виднелся из-за крыш домов вдалеке.

Навстречу нам попалась группа молодых, разодетых аристократов.

Отлично! Я помахал им рукой. Пусть столица знает, что инквизиция меня куда-то потащила.

— Оба, кого я вижу! Эй, Рэндал, ты что, запнулся об алтарь?! Или хулу на Всеединого навел? — Весело крикнул мне один из них.

— Да так, мелкая бюрократия, я до храма и обратно! — Я замедлил шаг, когда мы поравнялись.

— Ну давай, на епитимью не жмись, а то сожгут, ха-ха. Его Маркизейшиство тут придумал рейтинг молодых дуэлянтов составить, так что с тебя еще дуэль!

— Дуэль? — Я остановился, вынуждая замереть и напрячься весь эскорт.

— Ну да. Будешь драться с вот этим вот, за последнее место в списке! — Самый разодетый из шайки кивнул на стоящего чуть в отдалении аристократишку, что даже в пошитой строго по меркам одежде умудрялся выглядеть так, словно надел папин камзол не по размеру.

Ума не приложу, зачем он с собой таких таскает. Как и таскал Рэндала когда-то… Столько лет прошло, а в голове у них всё еще один ветер. Золотая молодежь, мать их. Я мог бы порыться в памяти Рэндала и вспомнить, как зовут этого расфуфыренного аристократишку, его друзей, все мелочные обиды… но зачем? Что было — прошло, до чужого прошлого мне дела нет.

— Заранее сдаюсь. — Я в притворном ужасе поднимаю руки.

Стоящий рядом инквизитор хватается за что-то у себя под сутаной, а руки рядовых монахов тянутся к поясам, к оружию.

— Ха, струсил? Ну тогда мы объявляем тебя худшим дуэлянтом столицы в младшем ранге!

— А есть еще и другие? — интересуюсь я.

— Ясное дело, средний ранг, средне-старший ранг, старший ранг, старше-высший ранг, высший ранг, самый высший ранг!

— Хм, почему бы вам не использовать в названии рангов металлы, вышло бы понятнее? Ну там железо, сталь, медь, серебро и так далее?

У парня округлились глаза.

— Вот дьявол, отличная же идея. Так, ребят, проведем дуэли по новому кругу, поквитаюсь с этим Клаусом! Бывай, Рэндал!

Помахав рукой, разодетая толпа двинулась дальше.

Старик-инквизитор толкает меня в спину, чтобы вынудить двигаться, но я перехватываю его руку.

— Не советую. — Говорю я, крепко сжимая её.

— Виконт. — Окликает меня второй инквизитор. — Идемте, Верховный уже оповещен о вашем скором визите.

Отпускаю стариковскую руку, на которой остались следы от пальцев.

— Вот она, демоническая сила! — Бормочет старик. — Я буду ходатайствовать перед верховным инквизитором, чтобы лично допрашивать тебя!

Пфф. Оставалась бы у меня демоническая сила, ты костей бы не собрал… — Подумал я, но продолжил движение.

Поглядим на этого верховного инквизитора.

Главный храм Столицы потрясал своими размерами. При желании в него можно было въехать прямо на карете, настолько широким был вход. А потолки… Мыть витражи приходится не иначе как промышленным альпинистам, ну или на каких-нибудь летучих тварях, настолько высокими они оказались.

Настоящая ода гигантизму, призванная показать незначительность человека. То, что он всего лишь песчинка в глазах высших сил.

Весьма впечатляюще само по себе, а ведь не только этим козырял храм!

Золото и серебро. Буквально всюду. Уж не знаю, хотели ли строители показать, что мирские блага — тлен или попросту повыпендриваться богатством, но ценного металла тут было — моё почтение.

Впрочем, на контрасте с ним Верховный Инквизитор выглядел блекло.

Серое рубище, политое кровью в четырех местах. Кровавое ожерелье у шеи, обагренные кровью рукава и заляпанный в крови подол. Причем, если у младших инквизиторов одежды были просто покрашены, то в случае с Верховным я не сомневался — это была натуральная кровь. Вероятно — даже его самого.

— Признаться, я ожидал, что вы будете в золоте с головы до ног. — Крикнул я на весь пустующий зал.

Убедившись, что меня не корежит от посещения храма, монахи в рясах чуть расслабились, а вот оба сопровождающих меня инквизитора наоборот напряглись.

— Подойди ближе, сын мой. — Мягко произнес Верховный, что стоял за алтарем, сделанным целиком из золота. — А вы можете идти. Боюсь, вы лишь помешаете.

Старший инквизитор и его свита низко поклонились и вышли, а вот старикашка остался.

— Ваше сиятельство, я прошу сначала допросить его. Он знает о том, что случилось с моей дочерью.

— Боюсь, я не могу это позволить. Столь могущественный демон, остающийся замаскированным даже подле святого алтаря не то существо, у которого мы сможем вырвать ответы. — Мирным и безмятежным тоном проговорил Верховный, но я понял, что скоро будет драка.

Однако, не успел я к ней подготовиться хотя бы морально, Верховный вдруг располосовал свою руку ударом об алтарь, из-за чего тот ярчайшем образом засветился.

Настолько ярко, что казалось, будто всё вокруг исчезло, а есть лишь пустота и ослепительное солнце алтаря.

И голод.

Свет проносился сквозь меня, оставляя странное ощущение фальши. Притворства. За ослепительным фасадом я чуял не ласковое тепло, что обычно приписывают светлым силам, но жажду.

Чего именно жаждал свет — я не успел понять.

Прожектор алтаря, просияв с полминуты, погас. Оставив лишь зеленоватые круги перед глазами и запах озона в воздухе.

— Кхк-кх. Я, конечно, ожидал, что вам будет нужна очень мощная лампочка для освещения такой громадины, но предупреждать надо! Так и ослепнуть можно!

— Эм… — Верховный со стариком обескураженно переглянулись. Но Верховный быстро взял себя в руки.

— Похоже, произошла ошибка, господин Кондор.

— Я заметил. Так слепить посетителей — это попросту бескультурно.

Покрасневший от гнева старик попытался было возразить, но Верховный заткнул его одним взглядом.

— Мои извинения, Господин Кондор. Мне жаль, что так вышло. Можем ли мы вам чем-то помочь?

Пусть слова и были сказаны любезным тоном, Верховный явно надеялся, что я просто свалю из Храма, с закрытым на замке ртом, благодарный за то, что меня не испепелили. Дудки.

— Знаете, а ведь можете! Я думаю, у меня не останется неприятных воспоминаний об этом дне, если вы окажете мне маленькую услугу.

— Какую? — Фальшиво улыбнулся Верховный, уголок его губы едва заметно подрагивал. Ох, не поздоровится старику, как только я свалю!

Наверняка этот аскет хотел укрепить своё положение, показательно выявив демона в рядах не самой низшей аристократии, а тут провал. Повезло ему, что он еще зрителей не нагнал, иначе вышел бы полный позор.

— Вы знаете церемониймейстера Ранеля? Надеюсь, что с вашей незначительной поддержкой… шоу выйдет просто божественным.

В землях барона Клемена, напротив, дела творились весьма демонические.

Несколько дней назад в них прибыл необычный гость. Слуги сказали бы — «Наш Барон настолько не любит гостей, что любой гость был бы необычен!». Но не в этот раз.

Этот гость (вернее гостья) была той, чей визит совсем недавно был желанным в большинстве окрестных земель. В честь визита устраивали пышные балы и приемы, а возле неё самой собирались толпы щебечущих дам, в надежде выведать секрет необычной красоты.

О, да, Баронесса Баттори была знаменита во всем королевстве!

Тем страннее был этот визит. Несмотря на то что земли Барона и Баронессы граничили, Баттори всегда брезговала проводить соседские визиты к упитанному и непривлекательному Барону. А если бы и провела визит, то уж точно сделала это пышно и торжественно! С лепестками роз и разодетыми пажами!

А не среди хмурой охраны, в ночной темноте. Закрывая лицо фарфоровой маской, а тело — непривычно целомудренной одеждой.

Барон радушно принял гостью, для этого визита он не приложил много усилий. Всего лишь убедительно донес до гостьи правду, что ни один целитель не вернет её обгоревшему телу былую красоту.

Но что неподвластно целителям — подвластно темным ритуалам.

Баронесса ломалась недолго, вся её жизнь крутилась вокруг красоты.

Красоты, мгновенно утраченной в пылающем поместье.

Сказать по правде, Барон на секунду засомневался в успехе, когда сочащиеся сукровицей из многочисленных ожогов тело легло на алтарь. Слишком уже велики были повреждения.

Жаль, что он лишился Рэндала, с его знаниями процесс прошел бы гладко. Но виконта переварили, а привлекать к призыву демона, другого демона? Увольте! Кто знает, какие закладки оставит житель бездны и кому в действительности будет верен призванный собрат?

Так что приходилось лишь своими силами.

Тщательно подобранные материалы истлели в пыль, крестьян зарезали, магические линии выгорели и обожженное тело забилось в судорогах, возвращая себе кожу.

— Господин! Кажется, получилось! — Пискнул один из культистов.

Клемен недовольно поморщился. Безмозглый баран, не надо давать знать баронессе, что всё прошло на волоске! Кругом одни идиоты и даже в жертвенные ямы их не скинуть, иначе останешься вообще без слуг.

— Зеркало. Немедленно. — Потребовала баронесса, поднявшись с алтаря. Удивительная сила воли, Клемен еще никогда не видел, чтобы с демонессой сливались так гладко.

— Подождите, миледи, изменения не происходят мгновенно! — Крикнул Барон, но тут же понял, что ошибся. Пусть и не мгновенно, но тело восстанавливалось буквально на глазах. Розовая кожа бледнела и переполнялась чарующим блеском. Даже на взгляд с каждой секундой она казалась всё более и более привлекательной. Барон с трудом оторвал взгляд от груди. Даже его, что не слишком ценил красоту — проняло.

Но самое главное, что с лицом? Баронесса продолжала носить фарфоровую маску, никому не дозволяя увидеть всех последствий пожара.

— Вот зеркало, госпожа! — Культисты подобострастно притащили ростовое зеркало.

Осторожно, очень медленно Баронесса начала отводить маску от лица. Она боялась увидеть, что под ней, но все её страхи остались в прошлом.

Лицо пусть и более бледное, стало еще прекраснее, чем было.

— Великолепно! — Прошептала она, любуясь собой.

Барон всматривался в неё, пытаясь найти недостатки и нашел лишь два. Демонический блеск глубоко в глазах и чуть заострившиеся зубки.

Но спустя пару минут созерцания Баронессы он с удивлением обнаружил, что эти детали делают её еще прекраснее!

— Хм. Вы помните, что за всё надо платить, леди Баттори? — Произнес он, с трудом скинув с себя наведенное очарование.

— Разумеется. Я готова выполнить любую вашу просьбу. Любую. — Похотливо улыбнулась она. Баттори была и оставалась самой высокопоставленной шлюхой королевства. Идеальный агент для распространения демонической скверны.

Но сейчас Клемена интересовали более крупные дела.

— Направляйся в столицу и проси аудиенции Короля. Он игнорировал твои письма, но личное появление проигнорировать не сможет. Проси защиты и справедливости, проси ответить на агрессивные действия Первого Герцога!

— Ммм… Какие сладкие просьбы, я с удовольствием их исполню. Мои земли должны вернуться законной владелице.

Барон не надеялся, что действия Баттори начнут гражданскую войну, но это будет еще один камешек к надвигающейся лавине. Еще один раскол. Как бы ни отреагировал Король — это всё равно пошатнет политическую обстановку в Королевстве.

— И не забудь использовать маску. Твоя красота слишком хороша, чтобы ей любовались все смертные. Не нужно давать поводов инквизиции. Вариант с твоим сожжением на костре был бы идеален для Короля…

— Я лучше покончу с собой, чем коснусь огня! — Зашипела Баронесса. — …после того, как закончишь с Королем, постарайся подобраться ко Второму Герцогу. Может, теперь он поддастся твоим чарам… Но не рискуй без нужды.

— Всегда хотела попробовать его… на вкус. Что-нибудь еще? — Улыбнулась Баттори и вновь спрятала лицо за маской.

— Следи за Кондорами. Возвращай своё влияние. И… Скажи, как тебе удалось так быстро найти общий язык с демонессой? — Не сдержал своего любопытства Барон.

— О, это было просто. — Фарфоровая маска смотрела безэмоционально, но Клемен чувствовал — Баронесса смеется. — Мы оказались так похожи! Общие цели и идеалы, я будто встретила свою сестру!

Похоже, не зря люди говорили, что она чистый демон…

Тамилла без труда нашла свою гильдию в торговом квартале.

Точнее то, что от неё осталось. Вместо золоченой вывески над зданием красовалась лазурная.

— Какого черта тут происходит? — Возмутилась она, но к ней быстро подошла охрана в лазурных цветах. Причем это были не чужие люди, а именно те, кого она лично нанимала!

— Пройдемте, управляющий Лоуренц просил привести вас к нему, как вы появитесь.

— Отлично, ему придется многое объяснить! — Вспылила она, но как только зашла в кабинет, злость тут же пропала.

За столом сидел вовсе не Лоуренц, а Витор Булл собственной персоной. Управляющий же подобострастно стоял у него за спиной.

— Вижу, у вас дела. Зайду-ка я попозже… — Быстро проговорила она и отпрянула назад. Вот только выход мгновенно перегородил охранник. Бездна, он заранее всё знал!

— Ну что ж ты, дорогая моя женушка! Столько месяцев не виделись, а сразу уходить! — Улыбнулся мясистыми губами Витор. — Присаживайся!

— Я постою.

— Ну, как хочешь. Удивлен, что ты вообще еще можешь стоять, ведь мне обещали, что ты будешь лишь ползать на четвереньках…

Тамиллу передернуло, когда она вспомнила тот «Заказ».

— Жаль, что я не знала о ваших вкусах до свадьбы, Виконт. Иначе бы сразу прислала вам на супружеское ложе дойную буренку.

Глаз Витора чуть дернулся.

— Дорогая, в этом-то и вся загвоздка. Я более не Виконт, я полноценный Граф Булл. Поверь, мне самому жаль, что я не успел отдоить тебя как следует! Вот только одно дело брать в жены холопку ради денег, когда ты всего лишь номинальный Виконт, а совсем другое — когда ты уже Граф. Я не могу позволить себе жену без дара металла, пойми. Но я был милостив и вместо яда предложил тебе… Ну, какую-никакую, но жизнь в стойле.

— Мило. С каких пор ты стал Графом, Витор? Перед тобой же было еще шестеро наследников! Да и сам Граф не собирался на тот свет.

— Они все не собирались. Только вот удачно приготовленный пирог с грибами их переубедил. Секретный ингредиент в нём… просто умереть можно! — Хихикнул Булл.

— Если настаиваешь, могу подписать развод. Можешь даже оставить себе все деньги за титул.

— Развод, это хорошо, но прости, дорогая, я предпочитаю не раздел имущества, а все твои активы по завещанию.

— Ты их не получишь. Королевские законы гласят…

— Ах, законы. Да, были такие. Предыдущий король был очень умным мужиком, да и строгим. Даже к себе. Никогда не нарушал своих же законов. Хорошо, что нынешний не такой. Ты знала, что он уже давно не только выгребает всю прибыль со своей Гильдии, но и занимает у других? Например, у Лазурной. Думаешь, что ответит Король, пришедший за очередным кредитом, когда гильдмастер вскользь упомянет о том, что жена одного из его уважаемых партнеров пропала, и бедный Граф не может получить активы, только потому что её труп гниет где-то лесах? Впрочем, можешь не думать. Это уже произошло и Король дал добро на полную передачу твоего имущества в пользу рода Буллов. Гильдмастер Лазурной гильдии не так уж и много взял за эту услугу, поверь!

Выдав монолог, Витор выдохнул и расслабленно развалился в кресле.

— Лоуренц, а ты что молчишь? Неужели тебя это устраивает? — Спросила Тамилла у своего бывшего подчиненного. В ответ получила сложный фонтан из злорадства.

— Конечно не устраивает. По договору с Витором он должен был мне дать вами попользоваться, а так… придется вас просто убить. Больше никто рисковать не будет.

— Поверить не могу… Ты сошел с ума? — Воскликнула торговка. До этого Лоуренц не давал поводов себя в чем-то заподозрить.

— Возможно. — Он достал из глубин плаща пузырек и поставил на стол. — Алхимия, влияющая на эмоции серьезно бьет по мозгам. Но будьте уверены, госпожа, сегодня я не пользовался ничем из этого.

— Двуличный ублюдок… — Выдохнула она. Обманывал её талант с помощью алхимии!

Взгляд торговки метался по кабинету в поисках выхода.

— Может, всё-таки мы её сначала… — Похотливо произнес Лоуренц.

— Только после меня! Она всё-таки моя жена, всё еще. Сам подумай, как я буду выглядеть, если пущу тебя вперед! — Возмутился Булл.

— Признаюсь, она мне нравилась больше, когда еще не увеличила грудь.

— Щенок! Ничего не понимаешь в женской красоте!

— Господин, не имею нечего против сисек, но меру надо знать…

Их препирательства прервал грохот выстрела. Охранник, что перекрывал дверь — теперь сползал по стене, истекая кровью.

А Тамилла уже неслась вниз по лестнице.

— КРЕТИНЫ! Поймайте её, поймайте! — Истошно завопил Булл.

А Лоуренц, вмиг перетрухнувший от перспективы оказаться крайним, помчался за бывшей госпожой.

— Ловите её, ловите! — Кричал он, спотыкаясь об работников гильдии, что не спешили помогать.

Прогремел второй выстрел и охранник, попытавшийся загородить дорогу, схватился за шею. Из порванного пулей горла толчками хлестала кровь. Картина произошедшего отрезвила Лоуренца, и он уже не так спешил сам ловить госпожу, предпочитая призывать других. Но, вот беда, Тамилла не держала в персонале идиотов.

Оставшаяся охрана сделала верные выводы и число желающих поймать госпожу быстро упало до нуля.

Двух смертей хватило, чтобы Тамилла почти беспрепятственно скрылась на улицах столицы…

Жители столицы в целом были привычны к крови, убийствам и шумным разборкам. Этим их было не удивить, но вот зрелище огромной, стальной телеги, с закутанным в шелка грузом, что тянули сразу три боевые химеры — само по себе вызывало интерес.

Особенно если учитывать, что эскорт был не менее интересным. Рядом с королевскими гвардейцами шли боевые монахи инквизиции и не переставая провозглашали хвальбу всеединому.

— У Теократии какой-то праздник? — Спрашивали горожане друг у друга. — Что они везут? Почему так много гвардейцев?

Вопросы оставались без ответа, что не мешало любителям посплетничать приводить самые безумные догадки.

«Убили тролля! Нет, Дракона! Кто-то из младших сынов рода совершил подвиг! Нет, это был одноглазый бродячий воин…» — Слышалось в толпе. Кто-то поддавался настроению, махал руками и кричал «Ура», празднуя сам не знаю что.

Люди повнимательнее бы заметили, что уже видели этот груз, пусть тогда он был закутан лишь в кое-как сшитые между собой палатки. И что привезла его целая дюжина быков, под присмотром солдат в черно-белой броне. А кто-то даже сам видел, как эти люди останавливались в Золотой Лошади, после чего туда один за другим прибывали далеко не самые последние люди в королевстве… Но кто таких будет слушать? Скупые крупицы фактов не интересовали толпу, им были интереснее истории про бродячих мастеров меча и драконов.

Впрочем, кое в чем сошлись все сплетники — груз однозначно везли во дворец.

Аристократы, что собрались во дворце, знали намного больше, чем толпа горожан.

— Какой дешевый пафос. Не много ли чести телу одного паука-воина? В молодости мой отец сразил двоих таких за один бой. — Пренебрежительно скривился один из них.

— Кондоры хотят с триумфом занять былое место? Их усилия смотрятся смешно. — Согласился другой.

Как ни крути, любой из собравшихся в зале мог убить паука-воина. Да, для младшего адепта, которым был отпрыск Кондора, это весомое достижение. Но хвастаться им перед всем двором?

В лучшем случае он добьется лишь равнодушного кивка, в худшем — раздражения. Словно ребенок, что донимает прохожих просьбой посмотреть, какой ровный замок из песка он построил. Лишь его родителям такое будет интересно.

Мир аристократов жесток, и почти все они согласились, что поведение Кондора вызывает у них что-то, похожее на стыд. Постепенно, среди собравшихся в зале начались прокатываться смешки.

— В следующий раз я принесу тело гоблина, пусть все смотрят, какой я великий воин! — Пошутил один из молодых аристократов, и смех стал сильнее.

Но старые и опытные не смеялись. Процессию сопровождали не солдаты Кондоров, а королевские гвардейцы, во главе с церемониймейстером. Значит Король одобряет происходящее. Это уже причина не демонстрировать своё пренебрежение, а ведь кроме гвардейцев были еще и монахи! Значит и сам Верховный Инквизитор, полномочный посол Теократии — дал своё добро. Как Кондоры сумели заручиться такой поддержкой? Не сделали ли все собравшиеся ошибку, решив обождать, чем кончится поручение Короля, а не попытавшись сразу оказать поддержку опальному роду?

Раздался скрежет и хруст мрамора, что заставил заткнуться весь зал.

Боевые химеры вовсе не оставили груз во дворе, они потащили его дальше, прямо к трону. Мрамор шел трещинами от острых копыт тварей, а перетянутая цепями и замотанное в шелк нечто, грохнулось с телеги об пол, разбив плитку.

Молодежь засмеялась сильнее, обсуждая конфуз, старшие же внимательно смотрели на Короля. Он не проявил ни капли неудовольствия, значит…

— Что-то мне кажется, слишком уж круглая эта штука для паука-воина. — Задумчиво проговорил один из придворных.

— Может, ноги отрубили для того, чтобы полегче была? — Предположил другой.

Груз довезли к трону, химер распрягли и вывели наружу. Гвардейцы построились, пряча от глаз собравшихся еще что-то. Вперед вышел мейстер Ранель, чуть позади него, преклонил колено Кондор.

— Виконт Орлиного Утеса, Рэндал фон Кондор просит позволения доложить об успехе. — Ранель весьма кратко представил посетителя, что было редкостью в этих залах. Но сказать больше он не мог, молодой человек не зарекомендовал себя ни участием в войнах, ни славной охотой, ни победами на турнирах.

— Даже меня старик Ранель бы дольше представлял. Верно, Клаус? — Молодой аристократ обратился к своему белобрысому соседу, но тот не поддержал насмешку.

— Заткнись, сейчас Король будет говорить. — Шепнул Генри в ответ и рефлекторно потрогал лишь недавно заживший нос.

Выдержав должную паузу, Король веско произнес.

— Дозволяю.

Кондор поднялся с колен, и придворные сразу зашептали, слишком уж быстро он сделал. Непочтительно!

— Ваш указ, о проверке безопасности создания форпоста в северных землях перевыполнен. Мною лично были приняты меры по ликвидации главной угрозы Черного Леса.

Виконт щелкнул пальцем, и гвардейцы принялись срывать шелковые покровы с груза.

— Провалиться мне в бездну… — Прошептал аристократ, пару минут назад разглагольствующий о дешевом пафосе.

Один глаз Матриарха был во много раз больше человеческой головы. Благодаря алхимическому бальзамированию, даже сейчас в них виделась жажда убийства.

— Говорил же, слишком круглая. — Удовлетворенно произнес придворный.

Тот же, кто говорил про лапы, лишь качал головой, пытаясь представить размер тела твари.

— Невозможно, чтобы такое убили. Может, оно со старости сдохло?

— Магические существа не умирают от старости, тупица. — Слышалось в рядах молодежи.

Опытные, как всегда, следили за Королем.

А Король степенно кивнул. Он знал, что именно ему везут.

— Я высказываю благодарность вашему роду за столь тщательное выполнение моих указов. МНОГИМ БЫ СТОИЛО БРАТЬ С ВАС ПРИМЕР! — Неожиданно громко гаркнул он на весь зал, с явным намеком Первому Герцогу.

— А также у меня есть дар лично вам. — Кондор вновь щелкнул пальцем, и гвардейцы притащили к подножью трона деревянный сундук.

Король встал с трона и начал лично спускаться к нему.

— Дядя, что там? — Спросил молодой парень у более опытного родственника.

— Может, Ядро? — Сам себе не веря, ответил аристократ.

Какой силы оно должно быть? Может, оно столь сильное, что встанет четвертым в магическую защиту Королевского дворца? Тварей, столь легендарных не убивали уже очень и очень давно.

— Дядя, как могли убить это чудовище? Кондоры заручились поддержкой Теократии? — Продолжал спрашивать парень.

— Не знаю. — Честно ответил он. Сказать по правде, ему казалось, что всё вокруг какой-то сон. Гигантская голова. Король, что отринул своё величие и чуть ли не вприпрыжку спускается к сундуку. И нагло ухмыляющийся Кондор в мундире Грифоньих наездников, перекрашенном в черно-белую расцветку. Подлинное безумие.

Крышка огромного сундука открылась и окружающие увидели что-то остроконечное и металлическое. Магическая изоляция!

Король не стал открывать ядро дальше, лишь прикоснулся к изолиту и прислушался к ощущениям. Судя по его улыбке, он был доволен тем, что ощутил. А придворным лишь оставалось гадать, насколько же сильным было ядро от такого монстра…

— А также у меня есть просьба. — Нарушил благоговейную тишину зала Кондор.

— Дозволяю озвучить. — Чуть настороженно произнес Король. Об этом они не договаривались!

— Для обеспечения безопасности северных рубежей, для процветания Королевства и продолжения выполнения Королевской воли, я смиренно прошу передать Долину Черного Леса под мое личное управление.

Повисла тишина.

Зал молчал, ожидая решения Короля.

— Да будет так. — Произнес Король. — Нарекаю Виконта Орлиного Утеса…

— Прошу слова! — Донесся из зала молодой голос.

— Говори.

Из толпы молодых аристократов, запинаясь об разрушенный мрамор, выбежал парень лет двадцати и преклонил колено.

— Я Ромуль Ворон, Барон замка Воронов и его окрестностей, что находятся в месте, ныне называемым Долиной Черного Леса. Эти земли, что вы хотите передать — закреплены за моим родом!

Едва заметно фыркаю. Значит, это его замок был заброшен настолько, что в нём поселился тьманик? Я почему-то думал, что род Воронов погиб полностью… Но Король же не воспользуется этим предлогом, чтобы отказать мне?

— Хм. — Король сделал паузу, внимательно скользя глазами по придворным, словно пытаясь угадать их настроение. — Ваш род уже много лет фактически не контролирует эти земли. Поэтому…

Он вновь сделал паузу. Зал молчал.

— Поэтому с сего дня нарекаю Виконта Орлиного Утеса, Рэндала Кондора, Бароном… Хм. Как назовете новую провинцию, Барон?

— Рейкланд.

Пушки и ружья, удачней названия вряд ли я найду. Жаль только местные не оценят иронию.

— Нарекаю Бароном Рейкландским и передаю ему под управление все земли, начиная от долины, вплоть до побережья внешнего моря! — Провозгласил Король.

Очень щедро с его стороны передать мне километры и километры Черного Леса, которой и так никто не контролировал. А ведь чем больше территория, тем больше налоги…

— Я прошу права сохранить за мной формальный титул. — Напомнил о своём существовании Ромуль, дрожащим голосом.

Но ему ответил даже не Король. Медведеподобный мужчина, стоящий особняком от остальных аристократов, крикнул на весь зал.

— Постыдись, твой титул и так был формальным с самого твоего рождения. Не отвлекай Короля по пустякам!

— Мой дражайший Шурин, если Королю высказана просьба, он обязан её рассмотреть. В этом зале есть кто-то, кто поручится за этого молодого человека и поддержит его просьбу?

Зал молчал. Король облегченно вздохнул.

— Тогда в просьбе отказано. Сэр Ромуль, согласно вашему дару, я посвящаю вас в рыцари. Вам же, Барон Рейкландский, будет необходимо посетить церемониймейстера, обговорить герб, цвета и знамена нового Баронства. Также, объявляю — все те временные послабления, что я дал роду Кондоров, станут постоянными. На этом прошу покинуть зал всех, кроме Герцогов и их представителей.

— Попрошу следовать за мной. — Тихо шепнул церемониймейстер и повел по коридорам дворца.

И всё? — Думал я. Нет, своей цели я достиг, но… Почему-то ждал большего. Ведь по сути, если убрать за скобки формальное присуждение мне земель, что я и так контролировал — род не получил ничего. Ограничение на набор войск, Король отменил тогда, когда еще только собирался послать меня убиваться об пауков. Я уже молчу о том, что он же это ограничение и наложил!

Я не ожидал, что он разом вернет нам все земли, что находились под контролем Шорта, но…

Не знаю, денег бы хоть дал. Не то, чтобы я в них остро нуждался, благодаря продаже ядер мне хватит на все ближайшие планы. Но денег много не бывает, не говоря уже о том, что мои траты будут только расти, а хоть какой-то доход не факт, что будет скоро.

В итоге, Ранель завел меня в небольшую комнату, полную фолиантов. За огромным письменным столом сидел старик, с длинными седыми волосами и очками на горбатом носу.

— Да? — Вопросительно произнес он, оторвав глаза от фолианта.

— Нужно внести новое баронство в книгу родов. — Ранель сделал жест, подойти мне к столу.

— Сделаем, Мейстер Раннель. — Почтительно произнес старик и перелистнул свой том на чистую страницу. — Рассказывайте, молодой человек. Я так понимаю, новое баронство будет входить в состав Графства Кондоров?

— Нет. — Удивил я его. — Это будет независимое образование.

— Любопытно. И где же оно будет располагаться?

— Там же, где были земли Воронов. — Ответил я.

— Хм, значит территория в семнадцать тысяч пятьсот сорок три акра… — Задумчиво проговорил старик, но его перебил Ранель.

— Не совсем верно. Территории Воронов считались до самой Стены, новое же Баронство будет выходить к внешнему морю.

— К морю? Тогда боюсь, мне придется поднять архивы, чтобы вычислить его площадь…

— Сделаешь это позже. Кстати, вычеркни из родовой книги род Воронов и отметь смерть Графа Арно… Его загрызла мантикора, на охоте. — Пояснил Ранель, хотя это обстоятельство, похоже, никого не заинтересовало.

— Будет выполнено. — Поклонился старик.

— И еще, Король велел изучить архивы и подготовить доклад о пересечении родственных линий между родом Третьего Герцога и родом Кондоров. — С каким-то тайным намеком произнес Церемониймейстер. Возможно, он был адресован мне, но я его не понял.

Мне лишь хотелось поскорее закончить с формальностями и вернуться в долину, по возможности уклонившись от встречи со своим дедом.

Старик повторно поклонился.

— На этом я вас покину. Как только закончится совещание совета, мне нужно будет проконтролировать перемещение головы в зал Трофеев. Скажу, что задачку вы мне задали ту ещё. Придется проводить масштабные перестановки в зале, чтобы всё влезло. Как закончите с формальностями — не уходите, за вами придет посыльный.

Ранель попрощался и оставил нас со стариком наедине.

— Кх. Так как будет называться новое Баронство? — Чуть расслабился старик и взял в руки перо.

— Рейкланд.

— Цвета? Если хотите использовать черно-белый, то нужно будет добавить еще один цвет. Таковы правила.

— Нет, пусть будет зеленый, коричневый… и еще черный. — Ответил я, с заделом под военную форму.

— Коричневый? Мало кто его выбирает, обычно предпочитают красный.

Я развожу руками. Почти каждый дворянин старается взять оттенок красного в свои цвета. Кровавая сталь и всё такое.

— Хорошо. Коричневый, так коричневый. Теперь герб. — Старик коснулся пером листа бумаги, но вместо капель чернил на нём появилось три герба. Дерево, что оплели черные щупальца; черные щупальца, пронзающие землю; черные щупальца, что оплели коричневый череп… Похоже, фантазия старика быстро иссякла.

— Давайте без этой хтони, уважаемый. Два перекрещенных… эм, представьте себе стальные булавы, с отверстиями в середине. И это на фоне земли, покрытой травой. Или пусть будет щит!

Старик прикоснулся к листу и все три рисунка слились в один крупный, где на фоне травы красовалось нечто, похожее на кружки.

Я провел ладонью по лицу.

— Есть у вас металл? Я лучше покажу…

Спустя всего пару минут, герб был готов, а я тщательно уничтожил модельку пушки. Её время еще не настало.

— Очень быстро справились, обычно уходит пара часов. — Весело улыбнулся старик. — Признаюсь, это моя самая нелюбимая часть работы, пусть талант и позволяет рисовать мгновенно, но понять, что хочет молодежь бывает очень трудно. Не желает она больше на гербы волков, да грифонов. Недавно был один баронет, что просил нарисовать магическую руну Цеф. И я ума не приложу, как её рисовать, и парень мучился, мучился… Эх, столько бумаги мне перепортил, криворукий. Сплошное расстройство.

Пока старик травил свои байки, я сидел в неудобном кресле, скрестив руки. В том, что мы так быстро закончили — были и минусы, уйти никуда я не мог, церемониймейстер приказал дожидаться посланника тут. Интересно, для чего?

В любом случае — делать мне было нечего. Оглядев пыльные архивы, я вздохнул и достал из кармана мундира дневник. Столько времени обещал его дочитать, а всё никак.

Пришлось перечитывать с начала, чтобы вспомнить, что там вообще было.

— О, что это у вас? — Спросил старик, который нашел в моём лице слушателя и вовсе не хотел проигрывать книге.

— Дневник. — Коротко ответил я.

— Вы пишете?

— Нет, это Баронетта Хорнета. — Я добавил в голос капельку раздражения. Может, старик поймет и отстанет? Но нет, он то ли не понял намека, то ли сознательно его проигнорировал.

— О, тот самый? Слышал о нем… говорят, что он утопил в выгребной яме своего барона, когда еще был рыцарем.

— Вот даже как? — Я оторвал взгляд от дневника. Интересно, есть ли в нём про этот случай?

— Ну, формально представили всё так, будто он просто не оказал ему помощь, но по секрету скажу, что в те годы ходили слухи, будто барон попал в яму уже с переломанными руками и ногами. — Воодушевленный, что привлек моё внимание, шепнул хронист и захихикал.

— Разве его не должны были казнить за такое?

— Должны! Но вступился ваш дед. Хорнет даже не лишился рыцарских шпор, хотя с тех пор ни один аристократ не решился взять его под свой вассалитет. Кстати, как он поживает?

— Никак. Погиб в бою с тварью, чья голова скоро будет красоваться в королевском зале трофеев.

— Хорошая смерть. Надо будет вычеркнуть его из малой книги родов. Скажу по секрету, к концу года из списка младшей аристократии стабильно вычеркивается где-то десятая часть имен… А как вам вообще удалось завалить эту тварь? Хроники говорят о её необычайной силе, против неё безуспешно собирали целые армии!

— Церемонийместер вроде как давал вам задание от Короля. — Мягко намекнул я, чтобы старик не лез не в своё дело, но он не унимался.

— Ах, это. Мне нет нужды проверять архивы, я стал архивариусом не только за талант рисовать, но и за отличную память. Между нынешними представителями старшей ветви рода Клаус и Кондорами не было связей уже много сотен лет. Конечно, надо будет проверить на всякий случай перекрестную связь между младшей аристократией…

— Вот и проверяйте. — Припечатал я и вновь открыл дневник.

«Рыцарь, прибывший защищать нашу деревню, был искалечен. Собственно, поэтому его и отправили в никому не нужную деревушку, с глаз долой, доживать свой век. После полученного в спину удара у него плохо работала правая часть тела. Позже я узнал, что даже такую травму можно было исцелить, было бы достаточно золота. Мудрый барон бы помог своему солдату встать обратно в строй… наш барон мудрым не был. Впрочем, мне его глупость помогла, ведь этот рыцарь научил меня всему. Даже искалеченный, он не был беспомощным в бою. Он заковывал себя в сталь с головы до ног, и управлял своим доспехом, чтобы двигать парализованные части тела. Это позволяло ему сражаться, но делало его несколько неуклюжим. Без поддержки он был уязвим, из-за чего он тратил много времени, чтобы обучать мужчин деревни сражаться. У меня не было таланта, ни воинского, ни магического, но я тренировался вместе со всеми…»Я задумчиво хмыкнул. Когда я встретился с Баронеттом, он имел то ли третий, то ли четвертый воинский ранг.

— Может ли человек, не имеющий воинского таланта, пробудить его? — Спросил я у хрониста.

— О, на этот счет есть множество легенд, но документальных доказательств нет. Во всех случаях, которые проверяли более тщательно, оказывалось что такой человек уже имел меридианы. На низких рангах воинов довольно сложно отличить от обычных людей, отсюда и множество легенд с якобы чудодейственным обретением силы. На самом деле это простые законы природы. Ранг невозможно поднять, сидя в мягком кресле! Лишь в момент предельного напряжения сил есть мизерный шанс. Мы не знаем о тех тысячах… Или даже миллионах, что умерли, так и не прорвавшись. О них легенды не слагают…

— Я понял, спасибо. — Прервал я разговорившегося старика и продолжил чтения. Может, Хорнет просто не знал о своих спящих силах?

Как оказалось, нет. В дневнике говорилось, что деревню приезжал маг, что внимательно осмотрел крестьян и забрал в баронскую стражу тех парней, что имели воинский дар. А также одну девушку, что имела слабый магический дар. Девушку больше не видели…

Я листал страницы, чувствуя, что за этим скрыта какая-то тайна. Кажется, вот оно!

«Однажды я решил сбежать на несколько дней из деревни.

Я окреп достаточно, чтобы проделать путь до нашего прежнего дома, не умерев по пути от стаи волков или гоблина.

Я выучил грамоту достаточно, чтобы суметь прочитать, что скрывал тот старик, что разрушил нашу спокойную жизнь.

Я шел, чтобы забрать спрятанную четыре года назад книгу покойного мага…»Тук-тук-тук! Прогрохотали удары в дверь.

Как всегда, посланник обязан был припереться в самое неудачное время.

Надутый, как попугай Кеша, я открыл её, но увидел не посыльного, а Графа Кондора собственной персоной. В дорожной одежде и с недовольной миной на лице.

— Какого черта ты тут делаешь, дед?

— Какого черта ТЫ делаешь? — Взревел дед и вытащил меня за одежду в коридор.

— Отвали. — Отбрасываю неожиданно сильные руки. — Я и сам ходить умею.

— Жаль, что только этому и научился, тц. — Хмыкнул Граф и захлопнул дверь в архивы. — Отойдем чуть подальше, не хочу, чтобы нас подслушивали.

Мы молча прошли по закоулкам дворца в небольшую оранжерею, полную странных растений. В иное время я бы поразглядывал, что тут такое интересное растет, но было не до этого.

— Итак. Для начала объясни, как тебе в голову пришла идея не сообщать мне о происходящем? — Требовательно начал дед.

Ну, начинается… Собственно я хотел поскорее вернуться в свою долину и спокойно заниматься её развитием, чтобы не выяснять отношения с дедом. Но, раз он меня поймал, то… Можно попробовать отбрехаться.

— Ну, сам понимаешь, новости опасные, а ядро такое ценное. Кто знает, вдруг посланников бы перехватили.

— Резонно, но сдается мне, что это лишь часть правды. Особенно если учитывать, как ты его вез.

— А что не так? Нормально вез, довез же. — Пожал плечами я.

— Всё не так! Ты знаешь, что сейчас только что завершилось заседание совета, где Первый Герцог вполне аргументировано доказывал, что ты агент Содружества?

— Какой бред. — Рассмеялся я, но деду было не до смеха.

— Тц! Бред — это твое поведение. Ты прямо противостоишь инквизитору, мешая ему делать свою работу, путаешься под ногами Первого Герцога, напав на его барона, потом и вовсе пытаешься убить Виконта Генри Клауса! Последнее особо опечалило короля, я замечу.

— Я не пытался его убить. — Отмахиваюсь рукой от дедовских инсинуаций и ухмыляюсь. — Если бы я хотел его убить, он бы уже был мертв.

Над головой пролетает кулак, взъерошивая волосы. И то, «над головой», лишь потому что в последнее мгновение я успел пригнуться. Иначе бы прилетело прямо в нос. Это было быстро!

— Ты совсем берега попутал, щенок! Убийство чудовища так вскружило тебе голову, что ты забыл простую истину — люди куда страшнее любых чудовищ.

— Не нуди. Клаус сам пытался меня убить, я лишь преподал ему урок. — Произношу я, на всякий случай разорвав дистанцию.

— Пытался убить тебя прямо на глазах посланника Содружества? — Задумчиво произнес дед.

— Если ты про странного чмыря в балахоне, что исчез сразу после нашей с Клаусом дуэли… То да.

— И ты не вел с этим магом никаких бесед? — Подозрительно уточнил Граф.

— Неа. Говорю же, он взял и пропал. Я с ним и парой слов не перекинулся.

— Ладно. Допустим это совпадение. А что насчет ассасинши Содружества, которую ты не дал сжечь? Тоже совпадение?

— Эм, мне-то откуда знать, кого там инквизитор жечь собирался.

Старый Кондор с чувством хлопнул себя по лицу. — Тц! Так на кой черт полез, раз не знал???

— Ну а что мне стоять и смотреть, как девушку на костре жарят? — Возмутился я.

Сам понимаю, что лажанул в той ситуации, кто же знал, что ей не требовалась моя помощь! И вообще, уж не деду меня в этом обвинять.

Граф махнул рукой.

— Ладно, допустим, тоже совпадение. Но объясни тогда, какого демона ты полез на стальные рудники Первого Герцога, да еще и представляясь Инспектором? Ты понимаешь, что такие визиты не делаются без дозволения, ты не можешь просто взять и завалиться в чужие земли, прикрываясь наскоро слепленной ложью!

— Ну… Тут дело такое, что мне нужна была сера. — Начал было я, но дед замахал руками.

— Только не говори, что ты еще и скупал краденое с Герцогских предприятий! Даже слышать не хочу. Слава богу, о таких подробностях он не был в курсе… Ну кто ты после этого, как не дебил? Если нужна была сера, почему мне не написал, мы бы договорились с Герцогам и организовали поставки! На кой тебе вообще это проклятая сера?

— Эй! Мне она нужна была срочно, а не через пару месяцев. — Возразил я, чутка обидевшись на дебила. Впрочем, если бы дед узнал, что это не просто скупка краденого, но еще и финансирование харданского подполья… Что ж, думаю, его бы порвало от возмущения.

— Зачем?!

— Это уже мои дела.

Щас, ага, буду я тебе еще всё рассказывать, старый хрен.

— Тц! Все твои дела — это дела рода. — Напомнил дед.

— Так было раньше. Ныне мне хватит и титула барона, хочешь лишить наследства — вперед.

— О твоём… баронстве мы еще поговорим. А сейчас давай-ка посчитаем число тех, кого ты умудрился обидеть, во время своего «нормально довез». — Дед принялся загибать пальцы.

— Во-первых, инквизиция. Очень умно с твоей стороны их злить, учитывая твои старые грешки.

Во-вторых, Барон Алуин и Первый Герцог.

В-третьих, Клаусы. Ты в курсе, это Виконт Генри Клаус — это потомок Третьего Герцога? Я уже молчу о том, что род Клаусов наиболее активно вступал в браки с другими родами. Фактически, большая часть высшей аристократии — это их родственники!

В-четвертых, ты устроил какое-то отвратительное зрелище в Ренвеле. Бог с ним, с целителем, но ты не только не заплатил виру Второму Герцогу, ты даже перед ним не извинился!

Я никого не пропустил? — Он показал мне четыре загнутых пальца. — Инквизиция и сразу три Герцога! А ведь я еще оставил за скобками то, что тобой недовольны абсолютно все лорды, по землям которых ты проезжал! Все как один несут какую-то чушь про ужасную вонь, что исходила от твоего каравана. Мне теперь стыдно в глаза людям смотреть!

Закончив тираду, Граф попытался перевести дух.

— Ну, для начала, я не враждовал со Вторым Герцогом, он сам с какого-то хрена попытался меня убить, наняв для этого целый отряд… — Попытался объяснить я, но дед лишь махнул рукой.

— Всё, замолчи, тц. Я уже понял, что во всех твоих бедах виноват кто угодно, кроме тебя. Но факты на столе. Как думаешь, много ли людей поддержали тебя, когда Первый Герцог рассказывал про твою вербовку Содружеством?

— Ммм, и что Король? Поверил?

— Кто знает… Он слушал и молчал, как и всегда. — Устало вздохнул Граф.

— Ну, он же не выйдет и не скажет «я передумал, отдавай земли назад»? — Немного забеспокоился я. Вся эта афера с ядром была ровно для того, чтобы от меня отстали и дали время на спокойное развитие. К прямому столкновению с аристократией я еще не был готов.

— Тц! Нет, конечно! Это повлияло бы на его авторитет. Но ты думаешь, что у него нет средств, чтобы помешать тебе пользоваться землей, если появится на то желание? К примеру, он может потребовать налоги сразу за пять лет. Или вовсе призвать тебя в свои войска… Кстати, об этом. О чем ты думал, кретин, когда потребовал земли в личное управление?

— О том, что мне не придется подчиняться твоим приказам. — Честно признался я.

— Молодец, тц. — Саркастически улыбнулся Граф. — Ты понимаешь, что теперь обязан выполнять приказы Короля?

— А раньше я что, не выполнял? Напомню, что я лишь по приказу Короля потащился в Черный лес.

— Ты выполнял мои приказы, а я выполнял приказы Короля. Понимаешь разницу?

— Не особо, ведь ты всегда с радостью бросался выполнять любую волю Короля.

Граф побагровел.

— Щенок! Я делал это во имя нашего рода!

— Вот и поговорили. Я сам разберусь со своими делами. — Я развернулся и собрался идти обратно к архивариусу.

— Постой. Как вы убили Матриарха, если не с помощью Содружества?

— Самопожертвование Хорнета и щепотка удачи. — Ответил я, не замедляя шаг.

Проклятый старикашка! Не то, чтобы я ждал от него похвалы, но… уж мог бы хоть одно доброе слово сказать, а не ездить туда-сюда по всякой ерунде. Виру Второму Герцогу не заплатил, ха! Это он мне еще не заплатил за попытку убийства. Но заплатит… еще как заплатит. Вот поставлю Ашу работать на домнах, налажу выпуск стали…

У двери Архива меня встретил паникующий паж, что увидев меня, облегченно вздохнул.

— Слава Всеединому, вы здесь. Король требует вас на личную аудиенцию.

Топор просвистел в воздухе и со всего маха вонзился в древоподобное и восьмилапое тело. Паук запищал, заворочал конечностями, да издох. По меркам собратьев — тварь была мелкой, размером всего лишь с дворовую собаку. Одного хорошего удара оказалось достаточно, чтобы прикончить паучка, вялого и медлительного на морозе.

— И откуда вы только беретесь… — пробурчал разведчик и присел рядом с останками, доставая с пояса долото. Даже мелкое ядрышко потянуло бы на десяток серебряных монет.

Используя обух боевого топора вместо молота, он пытался аккуратно добыть ядро, скрытое под пластинками брони.

Вдруг предчувствие заставило его резко подняться на ноги и занять боевую стойку. Тишина. Безмолвие. Лишь участившиеся биение сердца.

Черный лес был самым тихим лесом из всех, в которых ему приходилось сражаться, но конкретно в этот момент оно стало особенно тихим.

Воин внимательно осматривал скрытые во мраке переплетения щупалец, пока не заметил нечто странное наверху, скрытое во тьме.

Что-то большое и круглое, размером много крупнее убитого паучка.

Это нечто вдруг повернулось в его сторону. Глаз! Огромный глаз, скрытый в щупальцах!

Бросив добычу, разведчик побежал в лагерь.

Никто его не преследовал.

Лишь стоял во тьме и наблюдал, как крошечный человек бежит, в панике запинаясь об извивающиеся по земле щупальца-корни.

Посланник провел меня в комнату, настолько маленькую, что она вызывала приступ клаустрофобии, особенно после высоких сводов дворца.

Король сидел на софе, а его корона небрежно валялась на подушке. На пальце сверкал перстень, которого я не видел на его руке в прошлый раз. И перстень, и корона — абсолютно точно являлись артефактами, если перстень всего лишь светился, то корона переливалась всеми оттенками красного, порой полностью чернея.

— Заходи! А, глянь в шкафу, не спрятана ли там бутыль вина? — Весело проговорил он.

Недоумевая, я распахнул дверцу, но внутри увидел лишь ливреи слуг.

— Нету? Мдеее… трезвенники. Слуги! Бутыль и два бокала! — Крикнул он и за дверью послышались быстро удаляющиеся шаги.

Если Король хотел ввести меня в смятение — ему это удалось. Я ожидал пышный, формальный прием в величественном кабинете… А не панибратскую посиделку за винцом.

— Ваше Величество… — Осторожно начал я. Может, меня разыгрывают и это какой-нибудь двойник?

— Просто Роберт. Твой старик, небось, про меня много плохого рассказывал?

— Он никогда о вас ничего не говорил. Ни хорошего, ни плохого. — Осторожно произнес я, решительно не понимая, что происходит.

— Хм. Наверное, это и к лучшему… Что нет предубеждений. Присаживайся! Эм… Слуги! И принесите табуретку какую-нибудь, гостю!

Постучавшись в дверь, забежал запыхавшийся слуга, что держал бутылку вина и два хрустальных бокала.

— Сию минуту, Ваше Величество.

Он всунул мне вино с бокалами и унесся вновь.

Король тем временем поднялся с софы и выволок небольшую тумбочку, что была прислонена к стене, на середину комнаты, поставив её перед софой.

— Во дела, надо будет выпороть слуг. — Разочарованно произнес Король, глядя на паутину, которые сплели пауки между тумбочкой и стеной и словно оправдываясь, добавил. — Эх! Всё же — это не гостевые комнаты, а всего лишь комната для прислуги. В гостевых и пылинки не найдешь, я регулярно проверяю!

Я невозмутимо поставил вино на тумбочку.

— Наверное, в гостевых комнатах было бы удобнее… — Намекаю я.

— Ну, это-то так, вот только гостевых комнат всего пара десятков, а комнат для слуг — сотни! Порой моей благоверной требуется несколько часов, чтобы меня найти! — Смущенно хихикнул Король.

В комнате повисло неловкое молчание. Я стоял перед тумбочкой, по стенке которой ползал паучок, а Король задумчиво чесал нос.

— Ммм. А чем ты увлекаешься? Любишь скачки? — Вдруг спросил он, вновь выбив меня из колеи.

— Ваше Величество, мне показалось, что вы хотели обсудить более важные вопросы.

— Эх, дела-дела. Пожалуй, ты прав, уже поздновато для такого верно? — Невпопад спросил Король, вновь заставив мою голову кипеть. Вроде бы на дворе даже не вечер, о чём это он?

Король щелчком пальцев откупорил бутыль, что говорило о солидном опыте, и налил вино в бокалы.

— Впрочем, я и так вижу, по поступкам. Убил монстра, набил морду Клаусам, пер как разъяренный буйвол, невзирая на ранги. Прямо как я в молодости, эх! — Пустил слезу умиления Король. — А потом Корона, политика, будь она неладна… Я тебя понимаю, Клаусы — те еще любители нарываться. Сейчас это они еще притихли, а вот в моё время, когда Третий Герцог был бодрячком, никому прохода не давали. Эх, немало я белобрысых морд поразбивал… Но тебе нужно принести извинения Клаусам. Не буду говорить, зачем, пусть будет сюрпризом. Но надо, поверь.

— Конечно, Ваше Величество, если нужно, я их принесу. — Дипломатично произнес я.

— Славно! — Довольно улыбнулся Король. — И называй меня просто Робертом.

— Только одна вещь, Ва… Роберт. Я не в одиночку убил Матриарха, это стало возможным лишь благодаря самопожертвованию Алекса Хорнета, что позволил мне нанести удар, пожертвовав для этого своей жизнью.

— Хорнета? — Нахмурился Король. — А, наверняка Карл позвал его для того, чтобы сопроводить тебя в долину… Я должен был это предвидеть! Говоришь, он помер?

— Да, героической смертью.

— Ну, выпьем же за это! — Роберт залпом опустошил бокал, и заметив, что к своему я не притронулся, уточнил. — За упокой!

Пришлось последовать примеру Короля.

В дверь постучались.

— Я принес стул, Ваше Величество. — Произнес слуга и занес роскошное кресло, украшенное серебром. Как ни крути, оно было лучше простой софы, на которой сидел Король. Интересно, захочет ли он поменяться местами?

Не захотел…

— Почему так долго? — Скривился Король. — Выясни, за кем числится это комната и отвесь ему пять… нет, десять плетей.

Слуга с поклонами удалился, я сел в кресло, а Король задумчиво наполнил бокалы вновь.

— И что ты… думаешь о покойном баронете? — Спросил Король.

Судя по всему, Король плохо относился к Хорнету, но всё равно над ответом я не думал ни секунды.

— Это был достойный человек, я был бы горд иметь его в друзьях.

— Отлично… — Пробурчал Король. — Этот двухметровый шкаф и тут меня уделал. Впрочем, говоришь, он пожертвовал собой, чтобы спасти тебя?

— Да, всё так и было.

Король повеселел.

— Ладно! Так и быть, прощаю ему все его прегрешения. Глупо обижаться на мертвецов, особенно после такого подвига. Выпьем же за то, чтобы путь его души домой был легким! Аминь!

Пришлось снова выпить. Такими темпами, бутылки ненадолго хватит…

Не знаю, почему Король себя так странно ведет, но раз уж хочет панибратства, то спрошу-ка я прямо о его планах.

— Я встретил Графа Кондора. Он говорил о том, что в вашей власти, запросить налоги сразу за пять лет… Мне ждать палок в колеса, с вашей стороны?

— Карл слишком много думает. — Нахмурился Король. — Налоги бы мне не помешали, но драть их сейчас — всё равно что перекладывать деньги из кармана в карман. Да и много ли там будет? В любом случае, Граф ошибся. Зачем мне мешать, если я с самого начала планировал отдать эти земли вам?

— Что? — Я чуть не опрокинул бокал.

— Ха-ха! — Рассмеялся Король. — Признаться, я думал, что ты просто скатаешься туда-обратно, но ты превзошел все мои ожидания. Даже Первый Герцог не возражал моему решению! За ядро, спасибо, оно поможет нашему Королевству выстоять, но… Мне нечем отплатить.

Жаба начала давить со страшной силой. Я что, привез такую ценную штуку за то, что мне и так собирались отдать?

— Мне не помешали бы люди для освоения новых земель. — Попробовал забросить удочку я, но Король покачал головой.

— У меня каждый рыцарь на счету. Скажу прямо… — Он воздел вверх руку, и перстень сверкнул яркой вспышкой. — Теперь нас не услышат. Первый Герцог замыслил мятеж, при поддержке Теократии. Мне хотелось бы, чтобы это были лишь слухи или клевета, но боюсь, это реальная угроза. Это одна из причин, по которой я хочу вернуть вас в ряды сил. Поэтому мой первый приказ — вернуть территории графства Кондоров под свой контроль.

Король выложил на тумбочку запечатанное письмо. В хрустальных гранях бокалов отразилось фигурная печатка на сургуче.

— Это указ о том, что я дозволяю решить ваш конфликт военным путем. Он будет опубликован, как вы соберете достаточно сил… Если вы соберете достаточно сил для этого.

— Раз наши интересы совпадают, то мы можем рассчитывать на королевскую помощь?

— Нет. Казна балансирует на грани банкротства. Если же я помогу своими войсками… Первый Герцог сделает так же. И начнется то, чего я пытаюсь избежать. Боюсь, лучшая помощь, что я могу дать — это показной нейтралитет, в надежде, что Первый Герцог так же будет его придерживаться. — С каждой секундой Король становился всё больше похож на того человека, которого я встретил в тронном зале. На правителя, а не на… кого? Мне нужно было время, чтобы обдумать это, но времени у меня не было.

— Мне нужны люди. Не обязательно воины, подойдут и крестьяне.

— После посевной прикажу пригнать несколько десятков тысяч в Баронство. Не больше. Но вам они не помогут, вам нужны маги и воины. А ведь грядущий мятеж это только половина беды… — Король устремил взгляд куда-то вдаль и налил остатки вина себе в бокал.

— Наше Королевство всегда балансировало и находило компромиссы. Находясь между двух крупных держав, идеологически жаждущих вцепиться друг другу в глотку, иначе было не выжить. — Медленно проговорил он и сделал глоток.

Я недоуменно обернулся, но увидел за собой лишь стену. Короля тем временем понесло еще дальше.

— Мой старший сын… Тяжело пережил смерть матери. Я волновался, как он отреагирует на мою новую свадьбу, но мне повезло. Они нашли с мачехой общий язык. Потом умерла и она. Я пытался воспитать сына, как воспитывали всех Дорнов, но он после этого проявил большую тягу к религии. Я позволил ему это сделать, в память о супруге, но это требовало баланса. Второго сына я подталкивал к изучению общей магии, её теории, приглашал учителей из Содружества. Но вскоре понял, что ни один из них не может быть Королем. Первый Принц или Второй — став королем, любой бы привел к войне. Королевство бы разделили на части и мы стали бы лишь двумя провинциями. Разрушенными провинциями, ведь именно здесь, на нашей земле бесконечно бы воевали Содружество с Теократией. Я женился вновь. Третий сын разочаровывал меня долгое время, пока внезапно не расцвел. Как по мановению ока, в возрасте шестнадцати лет в нём словно вспыхнул огонь.

Он показывал талант во всем, за что брался. Алхимия. Магия. Фехтование. Ритуалы. Он создавал свои рецепты эликсиров, позоря видных алхимиков, он побеждал мастеров меча, своим собственным, уникальным стилем владения клинком. Он был сведущ в теории магии так, что приглашенные учителя хватались за бороды. И самое главное, Третий Принц одинаково ненавидел и Теократию, и Содружество. Он держал в этой ненависти четкий, холодный баланс. Идеальный Король, думал я все эти годы. Одна лишь проблема… Он не мой сын.

Я вежливо хмыкнул. Обидно, наверное, когда тебе рога наставляют, но я-то тут при чем?

— И боюсь, что я неверно оценил планы Третьего Принца. Он ненавидел Королевство Стали точно так же, как и Теократию с Содружеством… Думаешь, зачем я тебе это всё рассказал? Со временем ты поймешь, Рэндал. Запомни, ему нельзя доверять. Он будет пытаться убить тебя. Но теперь ты знаешь, откуда ждать удар…

Прячу раздосадованность за бокалом вина. Ясное дело, теперь Третий Принц попытается меня убить, как носителя тайны о своей нелегитимности.

— Не робей! Прорвемся! — Вдруг взревел Король и хлопнул меня по плечу. — Если все пройдет согласно плану. Когда я увидел, что тебя поддерживает Верховный Инквизитор, когда я услышал, что у тебя хорошие отношения с Содружеством, я понял. Шанс есть, еще не всё потерянно! Да, Кондоры слабы и под ваши знамена мало кто пойдет. Но есть один вариант. Слышал ли ты о Турнире, что пройдет в магической Академии?

Я быстро погрузился в память Рэндала. Какая еще магическая Академия? В Королевстве нет никаких магических академий, есть лишь школы.

— Нет, мой Король.

— Странно, я думал у молодежи популярны такие вещи. Турнир пройдет во время солнцестояния, в Содружестве.

— Я должен на нём победить? — Попробовал угадать я.

— Хах. Нет. Это невозможно, к сожалению. Ты отправишься в составе официальной делегации, вместе со Вторым Принцем. Раз Первый Герцог снюхался с Теократией, мы должны сделать ответный ход. Задачей Второго Принца будет обольстить дочь одного из членов Ложи и добиться официального брака. Твоя же задача — искать союзников. Единственный способ собрать силы против Шорта — это Содружество. Воспользуйся своими связями и завербуй магов, можешь даже обещать им землю. Через полгода я объявлю решение об отмене запрета даровать землю в ненаследуемое владение для магов других стихий. Если Теократия с Первым Герцогом вторгнутся на такие земли — мы сможем поднять вопрос в Ложе об оказании военной помощи… И да.

С вами был Цокольный этаж, на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Наградите автора лайком и донатом:

Виконт Линейных Войск 2