Нет такого дворянского рода, что не пускал бы пыль в глаза другим.

Вводить окружающих в заблуждение не только полезно, да и попросту приятно.

Но в Третьем Герцогстве хорошо понимали, что порой надо не пускать пыль в глаза, а стирать врага в эту самую пыль.

Этим и пыталась заниматься девушка в тренировочных залах рода.

Буквально, потому что её противниками были человекоподобные, каменные големы.

Удар за ударом обрушивался на каменные конечности. Правая рука, горло, сердце. Искры и крошки камня летели во все стороны! Стальной клинок тупился и наверняка отсушивал руки, но девушка лишь увеличивала скорость и силу удара. Удар, удар, удар! Голем перестал пытаться атаковать, лишь поднимал руки, пытаясь защитить шею, что привело девушку в ярость.

Уклонившись от замаха второго голема, она нанесла удар сверху вниз, расколов голема напополам. В треснувшей груди голема сверкнули искры и он моментально рассыпался. Без поддержки магии, все двигающиеся части тела стали лишь кусками камня.

Девушка обернулась ко второму голему и нанесла ему прямой удар в грудь. Засветившийся клинок не просто пробил полуметровый слой камня, он пронзил скрытое под ним ядро. Магия столкнулась с магией и голем взорвался, каменной шрапнелью разлетаясь по тренировочному залу.

— Госпожа! — Укоризненно крикнул инструктор.

— Что? — Произнесла блондинка, небрежно отбросив безнадежно испорченный меч.

— Вы испортили мишени. Опять.

— Не моя вина, что они такие хрупкие. — Пожала плечами девушка и развязала ленту, которой скрепляла светлые волосы.

— Вы могли сдерживать силу ударов. — Отечески пожурил инструктор.

— Тогда какой смысл в тренировке? На этих болванах и так ничего, кроме силы удара, не отработать. Такими темпами я никогда не приближусь к уровню тетушки...

Двери зала отворились наполовину, а потом уперлись в кусок головы голема.

— Опять намусорили... — Пробурчал протиснувшийся в щель молодой аристократ и тут же спешно пригнулся. Над его головой просвистел клинок, разнесший укрепленные железом двери в щепки.

Меньше секунды хватило девушке, чтобы призвать в свою руку валяющийся на полу клинок, рывком перемахнуть большую часть зала и нанести удар.

— Ты вовремя, брат. Потренируемся! — Приказала она и вновь нанесла косой удар, доломавшийся остатки двери. Парень, в последнее мгновение ушедший перекатом, отряхивал богатые одежды от големной пыли.

— Я по делу... бездна! — Воскликнул он, рывком выхватывая меч и отражая удар. Если бы он этого не сделал, больная сестра располовинила бы его напрочь!

— Дядя, помогай! — В панике крикнул он, припомнив, что однажды она упоминала, что хотела бы иметь сразу двух братьев для тренировки.

Инструктор вздохнул, достал меч и попытался помочь своему племяннику избежать града ударов.

Не сговариваясь, они по полной использовали преимущества кровавых клинков над тренировочным оружием. Красные мечи изгибались под немыслимыми углами, укорачивались или удлинялись, сворачивались в спираль, пытаясь поймать вражеское оружие. Но каждая такая попытка кончалась тем, что оружие девушки вспыхивало и перерезало кровавый металл, словно он был пластилином. Дядя попытался навязать ближний бой, но получил удар ногой в живот и рухнул на пыльный пол. Следом полетел и брат.

— Признаете поражение? — Произнесла она, чуть запыхавшись и тонким пальцем убрала со лба прилипшую к нему прядку волос.

Лежащие в пыли мужчины согласно кивнули.

— Бездна, Эрин! Я пришел по делу, а не тренироваться! — Переведя дух, пожаловался брат.

— И очень зря. Наш прапрадед скоро отойдет в мир иной. В грызне за власть тебя спасет лишь твоя сила и твой клинок.

— А как же моя любимая сестренка? Разве ты меня не защитишь? — Улыбнулся парень.

— Если тетушка вместе с этим пижоном, Вторым Герцогом, заявит права на наследство — я не смогу защитить даже себя, не то что тебя. Так что тренировки, тренировки и еще раз тренировки. — Напомнила Эрин, умолчав о том, что не сможет противостоять не то что знаменитой боевой паре, но и даже одной лишь тетушке Ариэль.

— Тренировки или новые союзы. — Парень достал свиток и протянул его сестре.

— Что это?

— Предложение от Короля.

Она быстро пробежалась взглядом по строчкам.

Нахмурилась и перечитала послание вновь, на этот раз куда внимательнее.

— Кто еще такой этот «Барон Рейкландский»? — Гневно воскликнула она, возмущенно подняв брови.

— Я думал, ты вернешься с золотом, а не с грязью в карманах. — Поприветствовал я Тамилу, когда она пришла к нам, в Золотую Лошадь. В порванном и грязном камзоле, от которого несло канализацией.

— Очень смешно, Рэндал. Впусти, у меня проблемы.

Я отошел, позволяя ей войти в комнату.

— Странно, что тебя вообще во двор впустили. Может, сначала примешь ванну?

Она посмотрела на меня, словно я был говорящим поленом и достала подаренной пистоль. Разряженный.

— Всё, понял. Серьезные проблемы. Рассказывай....

— Если я правильно понял, то мне просто надо пойти и сказать Королю, что он ошибся. Тогда он быстро поставит их всех на место.

Взгляд, брошенный Тамилой, был таким, что прошлый аля «говорящее полено» — казался огромным комплиментом моему интеллекту.

— Ты рехнулся? Зачем Королю ссориться с теми, кто дает ему деньги в час нужды, да еще и ради какого-то мелкого аристократа?

— Я теперь еще и Барон, на минуточку.

— Не суть. Нас просто убьют и скажут, что так и было. Хотя ладно, тебя не убьют, а вот меня — так точно.

— Не переживай, если я заступлюсь — тебя никто не убьет, поверь.

Тамилла замолчала, прислушиваясь к себе, после чего произнесла.

— Допустим, если так. Но даже не убить меня — это уже услуга со стороны Короля, ведь моё существование теперь угрожает его репутации.

— Вообще-то, это косяк Короля. Он заварил эту кашу и должен быть благодарен, что мы раскрыли то, как его обвели вокруг пальца.

— Рэндал... За, как ты выразился, «косяки» власть имущих всегда несут ответственность обычные люди. Поверь мне, тут ничего не поделать. Тамила умерла, да здравствует.... Тами? Ладно, имя я себе потом выберу. Я не прошу тебя пытаться вернуть мне гильдию, просто... помоги выбраться из Столицы живой. Я знаю, что и так перед тобой в неоплатном долгу...

Я закрыл её губы ладонью.

— Ты мне тоже хорошо помогла. Насчет золота — забудь. Продав ядра ты помогла мне выручить намного больше, чем должна была. И вообще, мы же партнеры, ты помнишь?

— Бу-бу-бу! — Возразила она и я убрал руку, дав нормально говорить.

— Я хотела сказать, что ты не обязан придерживаться того договора, ведь у меня больше ничего нет. Я пойму, если ты захочешь его расторгнуть. — Её глаза заблестели.

— У тебя есть ты, твой опыт и связи. Этого вполне достаточно. Помнишь, я предлагал тебе быть нашим казначеем? Предложение еще в силе... Только не воруй слишком много, пожалуйста! — Пошутил я, пытаясь её развеселить, но добился противоположенного эффекта.

— Дурак... Не буду я воровать... — Неразборчиво произнесла она, пряча лицо руками.

В дверь забарабанила чья-то рука. Или нога, судя по звуку. БУХ-БУХ-БУХ!

— Открывайте, именем Инквизиции!

Мы с Тамилой переглянулись.

— Открывайте немедленно или вам будет предъявлено обвинения в укрывательстве доппельгангера!

— Рэндал... — Испуганно прошептала она.

— Я разберусь.

За дверью стояли двое инквизиторов. Судя по блеклой одежде — не из старших чинов.

Первый, более рослый, попытался оттолкнуть меня и войти, но я твердо стоял, перегородив проход.

— Ага! Препятствуете нашему священному делу! — Воскликнул рослый, но второй инквизитор его не поддержал. Напротив, он отвел его в сторону и что-то яростно принялся ему нашептывать.

Я полюбовался пару секунд на эту картину, после чего спросил.

— Господа, раз у вас нет вопросов, то я продолжу заниматься своими делами.

Последовала короткая и яростная пантомима между инквизиторами, после чего более мелкий инквизитор подбежал ко мне.

— Храни вас Единый, победитель Матриарха. До нас дошли слухи, что в этот постоялый двор проникло отвратительное чудовище, маскирующиеся под людей. Он может принять вид дорогого для вас человека...

— Таких тут нет. — Отрезал я.

Инквизитор поклонился.

— Прошу нас простить за беспокойство. Да прибудет ваша душа в свете.

Парочка удалилась.

Вернувшись в комнату, я задумчиво посмотрел на Тамиллу.

— Доппельгангеры — это миф, распущенный чтобы было проще сжигать людей. — Быстро отреагировала она.

— Хм. Доппельгангер сказал бы именно так!

Тамилла потрясенно молчала какое-то время, прежде чем заявить.

— Я не Доппельгангер! Чушь какая!

Я хитро посмотрел на неё.

— А вдруг ты Доппельгангер, который присвоил себе всю память жертвы и забыл, что он Доппельгангер?

Тамилла зависла, обдумывая эту идею, после чего мотнула головой.

— Глупости. Монстры не могут имитировать магический талант, а значит я — всё еще я.

— А твой талант... — Вопросительно протянул я.

— Секрет? Хотя ладно, какой уж теперь это секрет. Эмпатия, я могу чувствовать эмоции и ощущения. Очень полезно, чтобы узнать, кто тебя хочет обдурить... Если только этот человек не пользуется алхимическими средствами, чтобы вызвать у себя определенные чувства, вроде всякой дурь-травы.

— То есть, ты можешь чувствовать ложь?

— Не совсем. Скорее чувствую, если человек осознанно собирается солгать. Если он искренне заблуждается, то и я буду обманута.

— Всё равно полезно.

— Ага.

— А можешь сказать, о чем я сейчас думаю? — Решил провести эксперимент я.

— Я не читаю мысли. Но могу попробовать угадать, опираясь на то, что ты чувствуешь... — Она сделала паузу, прежде чем воскликнуть — Я что, в самом деле так плохо пахну?

— Просто отвратительно. Прими ванну.

— Прости. Я думала, всё не так плохо. Канализации весь нюх отбили. — Пожаловалась она и отправилась вниз, к управляющему постоялого двора. К сожалению, такой штуки как водопровод с горячей водой не было даже в столь дорогом, столичном заведении, как Золотая Лошадь. А ведь ванна в комнате была! Просто воду приходилось греть и таскать ручками. Не постояльцам, конечно, а слугам.

— Погоди, лучше подожди тут. Вдруг откуда-нибудь опять инквизиторы выскочат...

Я договорился, чтобы слуги натаскали воды, по пути думая над тем, что не против более тщательно проверить Тамилу на доппельгангерность. Останавливала лишь мысль о том, что ей некуда деваться. Сейчас её жизнь буквально зависит от моего расположения, а это... не круто как-то. Да и у нас намечаются долгие и серьезные рабочие отношения, стоит ли всё усложнять?

Хотя бы выберемся из столицы, а там видно будет....

Но я столько тащился с этим караваном без женского тепла. Да и парни мои — тоже. Не стоит и про них забывать.

Я перехватил слугу, что тащил тазик, исходящий паром.

— Скажи-ка, приятель, есть ли у вас в столице проверенные заведения, что могут помочь доблестному отряду в пару десятков человек?

— Баронет Фалькон! — Тепло поприветствовал я посланного Королем, рыцаря, которого и дожидался последние несколько дней.

Уж не знаю, случайно так совпало или Король специально отправил уже знакомого мне человека, но черт возьми! Я действительно рад был его видеть. В кои-то веки действительно приличный человек среди аристократов. Надеюсь, при ближнем общении он меня не разочарует.

— Виконт Кондор... Или уже Барон Кондор? — Улыбнулся баронет.

— Как вам удобнее. — Улыбнулся я в ответ.

— Вижу, мой мундир пришелся вам по вкусу. Я даже предположить не мог, что вы окажете ему такую честь. Скажу по секрету, среди столичной молодежи форма грифоньих наездников стала весьма популярной.

Я пожал плечами, мода меня не очень интересовала.

— Заходите, выпьем. — Приглашаю баронета в комнату, но отвергает предложение.

— Небо не терпит пьющих, да и времени у нас не так много. Король говорил, что вас нужно отвезти в Долину как можно скорее.

— Один вопрос, скольких человек может везти грифон?

— Можем взять еще одного, но только если он относительно небольшого веса.

— А если взять вместо человека груз?

Он окинул меня взглядом.

— Где-то еще шестьдесят килограмм смогу захватить. Если на короткие расстояния — можно и больше. Но лучше не брать, любой груз нас замедлит.

Я встал перед дилеммой. Караван с селитрой постепенно пойдет назад, но там столько всего, что нужно Долине! В столице я купил запас магнитного железняка, алхимических ингредиентов, приличной стали для резцов. Большую телегу, на которой везли голову и вовсе превратил в настоящий грузовой вагон с зерном. Но самое главное, несколько фургонов у нас забиты селитрой. Жаль, всё это нельзя телепортировать... А ведь еще мне нужно перевести Тамилу в безопасное место, а Аша позволит решить мне все проблемы с выплавкой стали. Даже простые солдаты, которых я уже натренировал стрелять и перезаряжаться — были бы полезны, как основа для обучения других. В общем, нужны все и сразу, но чертово условие лишь в шестьдесят килограмм...

— А что, если вы перенесете меня, а потом вернетесь за тем, на кого я укажу? — С надеждой спросил я.

— Никак невозможно. Король приказал мне не отходить от вас ни на шаг. — Развел руками Фалькон— Ладно, сделаем так. Тамила, ты полетишь с нами. Тил, собирай парней и езжайте на встречу с половиной каравана, что в пригороде. После чего отправитесь в долину своим ходом. — Приказал я.

Аша была бы полезнее... Но с другой стороны, она не менее полезна в охране каравана. Особенно в том, чтобы не допустить ни искорки рядом с селитрой. Или сжечь всех, кто позариться на золото, которого тоже весьма дохрена в фургонах.

— Хорошо, Виконт. — Отозвалась Тамила из глубины комнаты. Когда я вернулся вчера с парнями... Она была немного недовольна, до сих пор дуется и выкает.

— Полетим прямо отсюда? — Спросил я, на что Баронет рассмеялся.

— Нет, я на своих двоих. Вернее, прибыл с извозчиком, на карете. Он ожидает снаружи.

— Вот как...

Пока мы ехали по городу, Фалькон немного посвятил нас в тонкости службы рыцарем у Короля.

Во-первых, оказалось, что грифонов вместе с остальными магическими тварями держат на специальной, огороженной территории, где поддерживается повышенный магический фон. Им не дают свободно охотиться, очень уж опасные твари. Дай им летать над Столицей, и они могут запросто принять за добычу какого-нибудь ребенка.

Во-вторых, к моему удивлению, оказалось что грифон не принадлежит Фальконету. Он скорее «наемный водитель». За ним закреплено животное, с которым он наладил хорошие отношения, но сам грифон принадлежит Королю. Дело в том, что это очень, очень дорогие твари, один грифон стоит сотни тысяч золотых. Причем эта цена весьма условна, так как за золото их просто не продадут. Ядро, услуги, знакомства, договоры о помощи — лишь так самые богатые из Графов или даже Маркизов могут позволить себе одного Грифона для личных нужд. Барон даже мечтать не может о подобном ручном чудовище. Но если у него есть талант, умения и сила — он может наняться к Королю за солидную оплату. И да, капитан Грифоньих наездников носит титул Барона, и ему было вовсе не зазорно тратить жизнь на полеты, вместо управления своими землями. Впрочем, большая часть наездников — баронеты и рыцари. В основном безземельные, но за верную службу им жалуются поместья и угодья.

К примеру, Фалькон получил за службу усадьбу у небольшого озера, которой и хвастался всю оставшуюся поездку.

А я, слушая его и трясясь в карете, в очередной раз подумал, что этому миру нужны нормальные, камерные, резиновые колеса. Ну и еще качественная подвеска не помешает, возможно даже торсионная. Тамила, закрывающая обеими руками грудь, уверен, думала то же самое. Возможно, не в таких технических деталях — но точно о том, чтобы прекратить эту бесконечную тряску. Причем, дороги-то были отличные! Ну, по меркам средневековой брусчатки, конечно. Не асфальт, но более-менее ровненько.

Наконец, мы прибыли до закрытых ворот, где Фалькона очень долго проверяла стража. Нас же пропустили быстро, после одного волшебного слова «пассажиры».

За вратами царил зверинец, кучи клеток, в которых резвились различные твари. Гигантские ездовые кошки, чешуйчатые саламандры, размером с лошадь, различные химеры самых разнообразных видов. Тамила сразу оживилась.

— Ух ты, а у того вместо хвоста — змея!

— Это Мантикора, но нам сюда. — Баронет указал на тропку сбоку, что вела к высоким скалам.

— Жаль... — Произнесла Тамила, разглядывая далекие ряды клеток, мимо которых мы не прошли.

Словно девочка в зоопарке, ей-богу.

Еще десять минут ходьбы и мы подошли к одной из скал. Слишком ровной, отвесной и бесшовной, похоже её создали маги земли.

Фалькон свистнул и с вершины скалы спикировало пернатое чудовище, на секунду заслонив солнце своими крыльями.

В глаза ударил поток пыли, а когда я проморгался, Баронет уже гладил серого грифона, что издавал довольные грифоньи звуки. Что-то среднее между курлыканием и мурлыканием.

— Её зовут Лаура. Там, на скале её гнездо, снизу его просто не видно. Теперь медленно подходите — нужно дать ей вас понюхать.

— А она не укусит? — Недоверчиво произнесла Торговка.

— Чисто технически — она клюет. — Указал на клюв я.

— Мне от этого не легче! — Возмутилась она, не оценив шутку.

Впрочем, понятно, почему она переживала. Один только клевок чудовища легко бы оторвал человеческую руку... Точнее, на поле боя они этим и занимаются, когда дела совсем плохи. Грифон хоть и может сражаться — прямой схватки должен избегать. Хрупкие, полые кости делали грифонов слишком уязвимыми в бою. Как воздушные разведчики или орудийные платформы для мага — они намного ценнее.

Для сражений есть более сильные, мощные и крепкие сухопутные химеры.

— Всё, забирайтесь! За перья не хвататься, ей это не нравится! — Весело произнес Фалькон и одним махом залетел в седло.

— А как...

— Я помогу.

Совместными усилиями мы посадили Тамилу, а следом залез и я сам.

— Видите ремни? Обязательно наденьте их... Так же как я. И ОЧЕНЬ крепко затяните. Это крайне важно, порой грифоны любят делать кувырки в воздухе. Поверьте, вам не захочется испытать на себе то, что бывает когда ремень развязывается. Все готовы?

Он набрал в рот воздуха.

— Ну... ПОЛЕТЕЛИ!

В Столице не успела отгреметь триумфальная история о падении одного из сильнейших чудовищ континента, как появился новый повод для скандала.

Второй Герцог прибыл в Столицу и на следующий же день воспользовался своим правом созвать совет.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что речь пойдет об инциденте при Дациге, в котором погиб заехавший на чужую землю боевой отряд Первого Герцога, а получившему переломы Наследнику было навязано приглашение погостить, от которого нельзя была отказаться.

Король потратил огромное количество сил, чтобы удержать ситуацию под контролем. Стороны обменялись недипломатичными письмами, но у них вышло договориться. Первый Герцог не стал выдвигать обвинения в обмен на то, что Наследник вернется домой. Казалось бы, война предотвращена, но вдруг Второй Герцог собирает совет, причем участвует в нём лично.

Король задумчиво накручивал бороду на палец, наблюдая, как церемониймейстер объявляет прибывших аристократов, что один за другим входили в тронный зал. Может ли быть, что это Третий Принц подговорил Второго Герцога продолжать нажимать на Первого, пользуясь тем, что Наследник у него в руках?

Король обернулся и бросил внимательный взгляд на него. Его «не сын» Дастан Дорн невозмутимо стоял по левую руку от трона, по другую сторону от Королевы. В его холодных глазах не отражалась ни капля эмоций, да и по каменному лицу невозможно было понять, о чем он думает.

— Торн и Ариэль фон Штейгеры! — Объявил церемониймейстер и начал долгое перечисление титулов и достижений.

В зал вошли Второй Герцог со своей Герцогиней.

Королю всегда казалось, что в этом зрелище есть что-то комичное, импозантный Архимаг был на голову ниже своей мускулистой супруги, которая неловко поправляла пышное платье.

Их несуразность всегда поднимала Королю настроение... но не сегодня. В голове метались сумбурные мысли. Что же ты задумал, Торн? Мы же договорились. Ты ведь тоже не хотел войны... Готов был уступить.

Роберт Дорн сжал налокотники трона так, что руки побледнели.

— Милый, успокойся. — Прощебетала Королева и руки разжались сами собой. Не стоило демонстрировать гнев, который вызывал её голос.

Король вздохнул. Штейгерам можно было позавидовать, из всей высшей аристократии они ближе всех подобрались к такому понятию, как брак по любви, а не только по расчету. В отличие от него...

Наконец, перечисление титулов завершилось и пара приблизилась к трону.

— Ваше Высочество. Перед лицом всех собравшихся я, Второй Герцог, объявляю следующее: Первый Герцог совершил абсолютно ничем не обоснованное военное вторжение на мою территорию, с целью захватить МОЙ пограничный город, Дациг! — Произнес он и Король сокрушенно вытер пот со лба. Случилось то, чего он и боялся.

Двор зашептался. Далеко не все были в курсе об этой стычке между Герцогами...

— Дорогой, ты же опровергнешь эти лживые инсинуации? Брат же объяснил вам всю ситуацию. — Над правым плечом нависала Королева, а на лице Третьего Принца впервые за долгое время появилась едва заметная улыбка.

— Какие у вас есть доказательства своим словам, Второй Герцог? — Спросил Король, выигрывая время.

На первый взгляд встать на сторону Второго Герцога и вместе сокрушить Первого — было разумным, но лишь на первый взгляд. Если Первый тесно сотрудничал с Теократией, то Второй связался с Содружеством. Открытая война между ними приведет к тому, что обе из эти страны начнут руками Герцогов выяснять отношения между собой. Допускать такое, когда в стране нет надежного наследника... Слишком рискованно. Есть высокий шанс, что Королевство не выдержит такого и просто разлетится вдребезги, поделенное между соседями.

— Я прошу церемониймейстера ввести их. Эти доказательства — слова Наследного Маркиза Первого Герцогства, что во всем сознался.

В зал привели молодого человека, в красно-бронзовой одежде. На вид, он был в полном порядке, но это мало кого убедило. Магия исцеления творит чудеса...

— Чушь! — Гаркнул Первый Герцог, поднимаясь со своего места. — Вы пытками вырвали из него нужные признания! И еще посмели приводить в Королевский Дворец? Я требую, чтобы его немедленно отпустили или я заберу его силой!

— Дорогой... Торн перегнул палку, его надо постави... — Начала было Королева, но тут поднялся шум из рядов графов.

— Прошу слова! — Пожилой аристократ из коалиции Второго Герцогства вышел вперед.

— Говорите.

— Действия Первого Герцога рушат стабильность Королевства. В этот раз наш сюзерен был рядом и сумел защитить Дациг, но кто знает, повторится ли эта удача вновь. Как Король, вы обязаны заставить его придерживаться Королевских законов. Он либо должен объявить войну по всем правилам, либо прекратить свои беззаконные рейды!

— Войну?? — В разговор встрял еще один аристократ, на этот раз из фракции Первого Герцога. — Три столетия назад Дациг принадлежал Первому Герцогству, наш господин лишь возвращает свои территории!

Дворец словно взорвался. Аристократы подняли какофонию, обвиняя друг друга в бесчестии, клевете и лжи. Послышались вызовы на дуэли, а заварившие всю эту кашу супруги встали спина к спине.

Третий Принц довольно любовался неразберихой и сварой, воцарившейся во дворце. Впервые за долгое время его каменное лицо посетила легкая улыбка.

Король поднялся с трона и приблизился ко Второму Герцогу.

— Мы же закрыли этот вопрос, какого демона ты делаешь?

— Первый отступит. Шпионы доложили, его армия не так сильна. Она не готова к большой войне. Просто встаньте на мою сторону. Войны не будет, он не посмеет. — Быстро прошептал Второй.

Роберт покачал головой. Он не может допустить, чтобы они начали воевать. И не может встать ни на чью сторону. Он знал Первого Герцога, он начнет войну, даже если не готов.

Король бросил взгляд в сторону. Медведеподобный аристократ уже отдавал приказы своим вассалам, готовясь не просто к войне, а к бою, чтобы прямо здесь отбить своего наследника. И он знал, что Королева встанет на его сторону. Хуже и быть не может. Пришло время крайних мер.

Роберт обратился к своей Короне, зачерпнул в ней силы. Артефакт мягко заговорил с ним тысячей голосов, что слились в абсолютно неразборчивый гул. Зал дрожал от напряжения, того и гляди враждующие Коалиции аристократов вцепятся друг другу в глотки!

— Прекраснейшая... Прекраснейшая! — Громко возвестил церемониймейстер и упал навзничь.

— Кто-нибудь, позовите целителя. — Промурлыкала Баронесса и поправила фарфоровую маску на лице. Она не утерпела и показала всё свою красоту церемониймейстеру, и в результате он бился в судорогах на мраморном полу.

— А НУ ТИХО! — Приказал Король и Корона засеяла, прижав весь зал к полу магическим давлением. Большинство рухнуло на колени, на ногах остались лишь сильнейшие... И Баронесса Баттори.

Беспорядок стих, Аристократия с интересом разглядывала новое действующее лицо. Согласно слухам, Баронесса если и не погибла в огне, то была полностью обезображена.

— Я пришла просить Короля о справедливости. Мои земли были захвачены Первым Герцогом. — Бархатным голоском возвестила она. Мелодичный и прекрасный, он пронесся по залу, вызывая у всех дам зависть, а у мужчин — желание поближе познакомиться с его обладательницей.

— Сними маску. Мы не можем быть уверены в том, что это ты. — Приказным тоном крикнул Первый Герцог.

— Согласен. — Второй Герцог неожиданно поддержал своего противника.

— Ваше Величество, мне обязательно это делать? — Кокетливо произнесла Баронесса, проигнорировав Герцогов.

— Да.

— Эх... — Она смущенно дернула плечиками и сняла маску.

В зале воцарилась тишина, на контрасте с их опасениями, внешность Баронессы поразила их и заставила трепетать, словно молния среди ясного неба. Золотая молодежь откровенно пожирала её глазами, но даже более опытные признавали, что Баттори стала еще прекраснее. И дело не в чертах лица, что остались примерно те же. Над ней словно витала аура очарования.

— Она прекраснее суккубы... — Необдуманно брякнул один из молодых аристократов и тут же получил локтем в бок от своей невестки.

— Что??? — Взвизгнула та в ухо спалившемуся суженному.

— Не пялься. — Шепнула Ариэль супругу и Второй Герцог тут же отвел взгляд. Она и так его пилила каждый день, с тех пор как они узнали о провале покушения на Кондора. Давать ей еще один повод не стоило.

— Это определено вы. — Нехотя признал Первый Герцог.

Баронесса сделала изящный реверанс и улыбнулась.

— Я благодарна, что вы позаботились о моих землях... Но пора вернуть их законной владелице. — Твердо и властно произнесла она.

В зале поднялся единодушный шум поддержки. За возвращение земель выступали даже те аристократы, что состояли в коалиции Первого Герцога! Опешивший от такого удара в спину, Герцог не мог найти слов.

Зато их нашел Король.

— Я думаю, это общее требование всей аристократии Королевства. Приказываю исполнять... А также немедленно обсудить со Вторым Герцогом адекватную сумму выкупа за Маркиза.

Открывшая рот Королева была заткнута гневным взглядом, и Первый Герцог фальшиво улыбнулся, поднял руки вверх. Он капитулировал.

Роберт Дорн облегченно вздохнул, похоже, войны удалось избежать, очень уж вовремя появилась Баттори.

Странный звук привлек его внимание.

Слева от него, Третий Принц яростно вгрызся в свой палец, прокусив его до крови. В его злобном рычании угадывалось одно слово.

— Клемен...

Заметив, что на него смотрят, Дастан вновь принял невозмутимый вид. Лишь капающая с пальца на мраморный пол кровь говорила о том, что Королю не привиделась эта внезапная вспышка злости.

Несколько минут я молчал и в помещении воцарилась полная тишина.

— Приведи сюда мастера Орина. — Наконец, приказал я разведчику, убив тем самым сразу двух зайцев: избавился от лишних ушей... да и алхимик мне в самом деле нужен.

Солдат поклонился и вышел, внутри избы остались лишь Генри и две девушки.

— Генри, ров слишком мал и узок. Он не поможет против этого чудовища. Матриарх его даже не заметит.

— Я знаю. — Вздохнул бывший интендант. — Но людей нужно было занять, чтобы они не паниковали. Теперь, когда вы тут, у них появилась надежда, что всё наладится. К тому же... Сомневаюсь, что монстр придет без свиты.

Я постучал пальцем по столу и пододвинул к себе чистый листок бумаги. Обмакнул перо в чернильницу и разделил лист на две части. Укрепления и Оружие.

— Сколько у нас времени?

— Я не знаю. Никто не знает. Но есть надежда, что они не будут атаковать до конца зимы. Такому монстру, как Матриарх — мороз не помеха, но более мелкие пауки от него страдают: становятся слабыми и неповоротливыми.

— Значит, у нас от нескольких минут до нескольких месяцев? — Подвел итог я.

Генри согласно кивнул.

— Нам нужна хорошая крепостная стена. Высотой минимум в десять метров. — Я внес в свиток первый пункт.

— Не помешала бы, но где мы её возьмем? — Хмыкнул Генри.

— Построим, конечно. В идеале — поперек всей долины, если не будем успевать — хотя бы вокруг поселения. От стены будет мало толку, если её просто обойдут.

— Это невозможно. Лишь Старший Маг Земли сможет построить стену за столь сжатый срок. А может и вовсе понадобится Архимаг...

— Посмотрим. Вы еще так многого не знаете о возможностях науки... — Я внес в свиток второй пункт, «цемент». — Передай приказ рабочим углубить и расширить ров. В него мы заложим фундамент для стены.

— С этим... могут быть проблемы. — Чуть замялся Генри.

— Почему?

Вместо него ответила Мира.

— Глубже находятся корни. Корни Черного Леса, их очень сложно перерубить.

Сердце пропустило удар. Я никогда раньше не думал о том, что эта колоссальная штука может еще и уходить ВНИЗ, хотя это было очевидно. Вдруг оно заполонило вообще всю долину? Воображение живо нарисовало черные переплетения прямо под домом.

— В центре деревни их нет, когда мы копали колодец — ничего не встретили. — Обнадежил меня Генри.

Я задумчиво прикусил перо. Дьявол, по уму нельзя строить стену прямо над щупальцами. Но отступать и строить новую линию оборону, теряя половину деревни? Да и ров уже неплохой выкопали, расширить его и можно заливать. В конце концов, наверное это не так уж и страшно? Да, в будущем, если эта штука будет разрастаться под фундаментом — это может повредить стену, но мы же не дадим ей разрастаться, а вырубим к хренам на километры вперед! Так что, не так уж и страшно.

Но я обмакнул перо и дописал «железная арматура». Фундамент надо будет максимально укрепить. Просто на всякий случай.

— Тогда мы сделаем основание еще шире, только и всего. Паровая машина в порядке?

— Да, в полном, но осталась лишь одна пила... Остальные вышли из строя.

— Отлично, она нам понадобится. Где машина сейчас?

— На лесопилке. С тех пор как обнаружили Матриарха — мы отвели её подальше от Черного леса, чтобы не провоцировать монстра лишний раз.

Черт, нам ведь еще нужны доски для опалубки. Очень много досок. Значит, нужна вторая паровая машина... А еще и третья, а может и четвертая...

Я прикидывал, где можно их использовать, чтобы ускорить наши оборонительные работы и понимал, что металла, что за время моего отсутствия должны были привезти караваны — не хватит.

— Как продвигается постройка домны? — Спросил я и тут уже Мира опустила глаза.

— Не успели доделать, было много беженцев, пришлось направить рабочих на кладку печей.

Я вздохнул, было бы проще, если бы успели. Надо будет сходить и проинспектировать, что там понастроили, когда будет свободное время.

В дверь постучали и в избу зашел взлохмаченный и невыспавшийся алхимик.

— Мой лорд.

— Мейстер. — Вежливо поприветствовал его я и внес первый пункт в строчку «оружие». — Я давал вам задание насчет селитры...

— Я сделал небольшой запас, но... Не смог найти алхимика, что смог бы поставлять нам это вещество.

— Не страшно, в каком-то смысле это даже хорошо. Скажите, как обстоят дела с грядками.

Когда мы с караваном пересекали южные земли, то порой выпаривали её килограммами. Здесь, в северных землях с ней было туго, у бактерий было слишком мало летнего времени для работы. К счастью, я об этом подумал и в экспериментальный сарай был оборудован печками. Вероятно, это будет самая дорогая селитра в мире...

— Грядками занималась я. Альф каждый день лечил их, как вы и приказали. — Ответила Мира.

— Прошло уже больше месяца, пора выщелочить и выпарить селитру. Посмотрим, подстегнула ли магия исцеления её производство...

Алхимик тяжело вздохнул, угнетенный перспективой вновь столкнуться с вонью.

— Не падайте духом, Мейстер. Алхимикам по должности положено возиться с дурно-пахнувшими ингредиентами. — Пожурил я его. — Кстати, об ингредиентах, что привезли с Лиграда. Есть ли там компоненты для создания «жидкой лавы»?

— Мне нужно будет проверить запасы, я доложу вам сразу, как выясню.

— Хорошо. — Я добавил еще один пункт в список, «Большой огнемет».

В прошлый раз мой алхимический огнемет отлично сработал на пауке-воине. Кто знает, если увеличить его в размерах — вдруг он сможет потягаться и с более мощной тварью? К тому же огонь — это лучшее средство против регенерирующих тварей. Одна лишь проблема, смесь не хранится долго, а значит — смешивать её придется прямо во время атаки чудовища, буквально у него под носом.

— Так, а сколько у нас селитры?

— Мы сумели собрать чуть больше двадцати килограмм...

Я цокнул языком. Значит, около двадцати пяти килограмм пороха. С одной стороны — это даже больше того количества, с которым мы отправлялись в поход. С другой... Мало. Для выстрела двенадцати фунтовой пушки нужно больше килограмма пороха. А я был уверен, такой пушечки нам не хватит. Нужна была пушка значительно крупнее, причем далеко не одна. У твари крепкая броня и отличная реакция.

А так у нас выходит один полный залп из всех орудий, пан или пропал.

— Сколько у нас соли? — Вдруг спросил я.

— Соли?

— Да, обычной, поваренной соли.

— Пара мешков наберется, наверное, если по всему лагерю собрать. — Пожала плечиками Мира.

— Отлично. Генератор же работает? — Я подождал согласных кивков и записал в свиток «хлоратный порох». — Мейстер Орин, позже я вам объясню, что надо сделать.

Я обновил чернила на кончике пера и вписал последнюю строчку «Рельсотрон?» в свиток, под большим знаком вопроса.

— А еще принесите мне пару ядер. Для эксперимента. И да, на всякий случай — покиньте помещение.

Я отложил тусклое ядро на стол, но едва оно соприкоснулось с деревянной поверхности — как раскололось надвое и рассыпалось серой пылью. Полный провал по всем фронтам.

Стоило мне попытаться извлечь энергию из ядра, как она... прекрасно извлекалась. Даже более чем прекрасно. Одна лишь проблема, извлекалась она хрен знает куда, но уж точно не в наш мир. Ядро просто стремительно теряло всю энергию и рассыпалось, не дав мне ни грамма силы.

Испортив так пару маленьких ядер, я резко прекратил эксперименты. Было у меня одно очень нехорошее предчувствие по поводу того, куда испарилась эта энергия. Но даже не это было главной проблемой...

Тогда, в первый раз, я был до краев наполнен сырой энергией, имел поддержку от ритуального круга, что взяло на себя часть работы, но... Я всё еще был центральным элементом, что и создавал электромагнитное поле. Можно ли попробовать переложить и это на ритуальные круги?

Возможно... но разработка займет кучу времени, да и результат выйдет хуже, чем если бы моё место просто занял какой-нибудь другой маг с даром металла.

Жаль, конечно, но всё могло быть куда хуже. После боя с демоном я мог лишиться не только возможности магнитить металл, но и менять его форму, тогда нам точно был бы конец. И это я уже молчу о том, что мог просто перестать существовать. Ходило бы тут какое-нибудь рогатое чучело вместо меня, фе.

С сожалением я поднял перо и вычеркнул «Рельсотрон» из списка. Может, когда-нибудь, когда я найду достаточно верного мага металла, я посвящу его в эту тайну, но пока что будем справляться так.

Только время зря потерял...

Раздался стук в дверь. Надеюсь, эта Мира. Я отправлял её за чертежами паровой машины. Надо было освежить в памяти пару моментов, чтобы собрать еще копии.

— Заходи. Принесла?

— Кажется да, принесла все, что нашла... исключая те, что ты сжег.

— Там были ранние наброски, они бесполезны.

Я протянул руку, но она прильнула ко мне, вместо того, чтобы передать бумаги.

— Мир... Я очень сильно занят. Просто дай бумаги. — Произнес я, уворачиваясь от поцелуя.

— Быть может, мы скоро все умрррем, а я так скучала... — Мырлыкнула она, но я был тверд.

— Вот чтобы мы жили и дальше, я должен работать.

Она отпрянула, чуть ли не шипя.

— Так и знала, что вы сошшлись с этой грудастой харданкой!

Я закатил глаза.

— Ты правда считаешь, что сейчас подходящий момент для выяснения отношений? Серьезно? Обсудим это, празднуя добычу второго ядра, хорошо?

Судя по нервно дергающемуся хвосту, её это не вдохновило.

— Ладно... Я подожду, но как быть с теми, за дверью?

— Какими еще «теми»?

— Ну там люди... тоже хотят выяснить отношения, и победы ждать точно не будут. Еле через них протиснулась!

Я нахмурился. Что это, мятеж?

— Сейчас разберусь, кто это такой недовольный у нас нашелся.

Рывком распахнув дверь, я увидел человек тридцать, что яростно шептались, споря, кто именно должен идти и отрывать меня от дел.

Быстро пробежавшись по лицам и одеждам, я понял — это те ремесленники, которых я сманил сюда с Хелгена.

Похоже, в моём лице они наконец нашли того, кому можно пожаловаться на все проблемы.

— Так, товарищи, чем вызвано ваше бурное обсуждение? — Гаркнул я, заставив подпрыгнуть некоторых шептунов.

Спорщики дружно вытолкали ко мне мужичка в качественной дубленке, что снял шапку и принялся толкать речь.

— Господин, когда вы помогли выбраться из Хелгена и пообещали нам подъемные, мы согласились жить в этих ужасных условиях... Но мы не соглашались быть пищей для монстров! Вы нарушили своё обещание, вы говорили, что тут безопасно!

Я обвел толпу взглядом. Большинство — довольно крепкие мужики. Да, я хотел сделать их ядром промышленности. Они должны были быть первыми, кто встанет за станки, но сейчас обстоятельства немного поменялись. Не до станков теперь, нам бы выжить хотя бы.

— Во-первых, пауки не едят людей. Они просто убивают.

Во-вторых, какого черта вы бездельничаете, когда весь лагерь работает?

И в-третьих... если не нравится, возвращайте деньги и можете идти, куда хотите. Но дороги здесь очень опасные... Кто знает, доберется ли хоть кто-то из вас до другого города?

Толпа взорвалась, кто-то возмущался угрозам, кто-то стенал о деньгах, а кто-то и вовсе не собирался работать вместе «с грязными крестьянами». Подождав, пока шум уляжется, я подытожил.

— Если мы хотим выжить — нам нужны все рабочие руки. Вы либо работаете вместе со всеми — либо возвращаете деньги и проваливайте. Тем же, кто останется — я увеличу подъемные.

Толпа разделилась примерно поровну. В снег полетели золотые монеты, вперемешку с руганью. Интересно будет посмотреть, как они доберутся до Лиграда, провожающих я давать не собирался. Каждая пара рук сейчас на счету.

— Нам надо как-нибудь... позаботиться о них? — Шепнула на ухо Мира.

— Нет. Они свой выбор сделали, пусть выметаются... с миром. Нам такие не нужны.

Я вернулся в избу за чертежами, после чего направился на склад за железом. Пора приниматься за работу.

Железная машина пыхтела и набирала ход. Маховик медленно раскручивался, в этот раз я сделал его полым, засыпав внутрь песок. Всё ради экономии металла. Песчинки шелестели и чем быстрее разгонялся механизм, тем становилось понятнее, что они дестабилизируют всю систему. На ходу прикасаюсь к нему и сжимаю. Металл вгибается в себя, намертво утрамбовывая песок. Биение прекращается. Не очень надежно, но на первое время пойдет, зато сколько килограмм сэкономил! Надо будет и первую машину так же подпортить...

Убедившись, что всё работает, я приказываю вырубать машину и запрягать быков, чтобы тащить её к лесу. Пилы я уже привел в порядок, так что заготовка древесины пойдет полным ходом, но этого всё еще недостаточно. Мне как минимум нужна еще одна машина...

Я придирчиво осматриваю слитки, лежащие рядами прямо на полу.

Хватит. На одну точно хватит, но нужно еще и на пушки оставить. Дьявол, почему эта тварь не подождала, пока мы не начнем выплавку? Я отряхнул руки от железной пыли и несколько секунд решал, идти ли мне инспектировать домну или заглянуть к Фалькону. Его грифона уже должны были накормить, а сам он — отдохнуть.

По моим ощущением было уже часов пять вечера, а зимой темнело рано. Если я смогу уломать его на полет — надо это делать, пока светло. Решено, двигаю к Фалькону.

Уточнив дорогу у рабочих, я быстрым шагом пересек заснеженную деревню.

Грифона разместили в крытом загоне для скота, снеся пару перегородок. Не очень тепло, но лучше, чем просто на улице. Хотя такое неуважительное отношение гордой птице явно не понравилось. Переданную на кормление овцу Лаура рвала на части особенно яростно.

— Баронет. — Поприветствовал я Фалькона.

— Барон. — Поклонился он.

— Не буду терять времени на расшаркивания. Мне нужно, чтобы вы привезли сюда мелкую, красноволосую магичку из моего каравана.

— Мне жаль, но не выйдет. Если только вы не полетите за ней с нами.

Я покачал головой. Число дел огромно, не уверен, что ближайшие дни я смогу выделить время на сон, что уж говорить о полете как минимум на четыре дня, и то, если будем выжимать из грифона всё.

— Вот видите, боюсь, я не могу вам помочь. Мне приказано обеспечивать вашу безопасность.

— Если вы привезете мне мага, то моя безопасность существенно улучшится. Мне она не покувыркаться нужна, уж поверьте.

— Даже если так, соболезную. Жители деревни говорят, что чудовище может напасть в любой момент. Я не могу отлучаться так далеко от вас. — Виноватым голосом произнес Фалькон.

— Я никому не скажу об этом. — Попытался убедить я, но наткнулся на твердый отпор.

— Это прямой приказ Короля, я не могу его нарушить. Ни при каких условиях.

Мы зашли в тупик, но мне стало интересно, а что он будет делать, когда нападут пауки.

— Если Матриарх нападет, вы собираетесь эвакуировать меня в безопасное место? — В мой голос непроизвольно проскользнуло раздражение.

— Я думал над этим. — Признался Фалькон. — Но, кажется, вы против? Почему?

— Это мое баронство, мои люди, и я останусь с ними до конца. — буднично заявил я, как само собой разумеющееся.

— Даже если силы будут неравны?

— Даже если будут неравны. Мне не впервой.

Один раз таракан-переросток уже попробовал меня уничтожить. Прихлопнул одного, прихлопну и второго.

— Если вашу деревню уничтожат, вы потеряете лишь часть поданных. Если убьют вас — вы потеряете жизнь, и даже ваш род прервется. — Напомнил Королевский рыцарь. Даже его тон изменился, он был... заинтересованным.

— И что тогда будет стоить этот род? Если он готов жертвовать своими поданными не ради победы, а чтобы просто оттянуть свой конец — туда ему и дорога. В небытие.

Фалькон несколько минут молчал, прежде чем уважительно сказать:

— Глупо. Но правильно. Таких аристократов мало осталось. Немногие помнят, что власть — это не только привилегия купаться в золоте, но и обязанность стоять за своих поданных. Я не буду пытаться силой спасти вас, когда придет беда. Нельзя спасти того, кто не желает спастись.

— А как же приказ Короля? — С усмешкой подколол его я.

— Я выполню его, сражаясь рядом с вами до конца. Ну а когда я умру, кто скажет, что я не пытался?

Я похлопал его по плечу. Странный человек, но хороший рыцарь.

— Добро пожаловать в нашу команду. Думаю, я найду применение и вам и грифону. Вы же не против замарать лапы, работая бок о бок с грязными крестьянами и вчерашними наемниками?

— Господин, проснитесь! Мы готовы приступать. — Крикнул солдат мне в ухо.

Я продрал глаза. Как я вообще умудрился уснуть на морозе, под невыносимый грохот паровых машин, крики рабочих и шипение пара? Третьи сутки без сна дают о себе знать...

Кругом кипела работа. Недостроенная домна легким движением руки (на самом деле после трех суток интенсивной работы) превратилась в печь для обжига известняка. Точнее, клинкера — перемолотой смеси известняка и глины, которую с жутким грохотом дробила и смешивала одна из паровых машин. Еще одна стояла чуть поодаль и нагнетала горячий воздух в топку. Было бы лучше, если бы задувался кислород вперемешку с горючим газом, но чего нет, того нет.

Были у меня некоторые мыслишки, как организовать добычу кислорода буквально из воздуха, но без Аши эти мысли не воплотить в жизнь.

По крайней мере, паровая машина гнала не холодный воздух с улицы, а прогнанный через трубы, что прогревались печами. По-настоящему горячим такое дутье назвать было нельзя... Но теплым — вполне.

Даже забавно, что простая идея подогревать нагнетаемый в топку воздух в своё время позволила металлургии сделать шаг вперед...

— Какая температура внутри? — Спрашивая я алхимика, которого специально оторвал от изготовления селитры ради контроля над обжигом цемента.

— Очень горячая, мой лорд. Я не могу сказать точно, мне не хватает опыта в таких вещах.

Я цокнул языком. Уверен, Аша назвала бы её в точности до градуса, но работаем с тем, что есть. Пусть между магом и адептом — целая пропасть в силе, но даже так старик далеко не бесполезен.

— Сможешь её подстегнуть, если понадобится?

— Да, с этим не возникнет трудностей. Но насколько именно?

— Градусов на двести, например?

— Да, смогу. — Уверенно заявил алхимик, после чего куда менее уверенно добавил. — Примерно...

Тем временем грохот стих. Шаровая мельница, которую крутила паровая машина, остановилась и рабочие принялись выгребать перемолотую смесь и сгружать её в тележку. Рядом уже стояли две других, наполненные кусками известняка и просушенной глины.

— Открывайте! — Машет руками бригадир и запряженная упряжь волов, подстегиваемая кнутом, тянет трос.

«Крышка» домны открывается и в морозный воздух тут же превращается в марево. В нём пляшут горы, а зависшей над домной грифон забавно искажается, словно в кривом зеркале.

Эх, надо было сделать нормальную, двойную крышку. Но где же на это взять время.

— Господин, мне подогреть? — Спрашивает алхимик, но я устало отвергаю его предложение.

— Нет, первую партию выпечем без магии.

Грифон тем временем пикирует вниз, подхватывает телегу лапами и тяжело взлетев к краю домны, высыпает клинкер в шахту по крутому желобу.

— Закрывайте! — Командует бригадир и волы пятятся. Трос скользит по блоку и крышка с грохотом приземляется на место.

Я морщусь, всё надо переделывать. Всё. Сделать конвейерный подъемник для груза...

Рядом приземляется грифон и нос обдает запах паленого пера. Сама же Лаура судорожно дышит и мотает головой.

— Глотнула горячего воздуха случайно. — Поясняет Фалькон.

— Легкие не обожгла?

— Нет, нет, всё в порядке. Немного отдохнет, поест и снова сможет работать.

Несколько минут я думаю, не послать ли за Альфом, потом машу рукой. Раз наездник говорит, что всё в порядке, значит в порядке. К тому же вряд ли месяц как начавший учебу пацаненок-адепт сможет чем-нибудь помочь. Лечение магических тварей (к коим, кстати, относятся и маги) — это вершина целительного искусства. Это вам не коров подлечивать...

— Будьте аккуратнее. Колошниковые газы ядовиты. — Доброжелательно предостерегаю я и вновь подхожу к Алхимику.

— Как идет выпарка селитры?

Тот посмотрел на меня странным взглядом.

— Господин, вы спрашивали меня об этом полчаса назад, когда только вызвали к домне.

Черт, серьезно, что ли? Кажется это было до того, как я уснул. Дьявол. Плохой знак, мне нужно отдохнуть, поспать хоть немного.

— Не могли бы вы еще раз повторить?

— Шесть килограмм, еще примерно половина сырья осталась. — Терпеливо ответил он.

Я попытался прикинуть в уме, сколько это продукта вышло с одного кубометра, но быстро бросил это занятие. Потом выясню.

— Обжигай еще часа полтора, этого должно хватить. И не забывай перемешивать. На второй партии — увеличь температуру на сотню градусов. На третьей — еще на сто. На четвертой — попробуй еще дополнительно нагреть клинкер перед загрузкой, насколько сможешь. К пятой — разбудите, дам новые распоряжения...

Я вдруг посмотрел на старика новым взглядом, мысль о подогреве продукта потянула за собой не менее очевидную о том, а так ли вообще нужна домна?

— Слушай, а ты не можешь просто перенести тепло из топки прямо в продукт, запекая его прямо на открытом воздухе?

— Мой господин, слишком высокая температура и слишком большое количество тепла. Мне не хватит сил, чтобы «поднять» её и «перенести» так далеко.

— А, ну да. — Я хлопнул себя по лицу.

Что-то я совсем туго соображаю от недостатка сна. Так же как маг металла имеет пределы в весе, который может поднять, так и у магов огня есть пределы, в которых они могут подчинять себе пламя. Понятное дело, что у старика-адепта они не особо большие. А вот Аша, наверное, смогла бы это провернуть... Впрочем, тоже не факт. Она лишь младший маг, всё же.

Как ни крути, домна всё равно нужна, как источник тепла. Сам по себе маг не сможет её заменить, зато сможет дополнить мои кривые и несовершенные технологии, синергировать с ними, тем самым достигнув лучших результатов.

— Господин, а получившейся порошок нам размешивать с водой и высыпать в ров, как вы говорили? — Вопрос бригадира выбил меня обратно на землю из тумана сумбурных размышлений.

— Нет, это всё потом. Просто соберите его. Сначала нужно сделать пробную заливку каждой из партий, чтобы проверить цемент на пригодность и качество. После чего решим, как именно нам нужно его производить, должен ли в процессе участвовать алхимик, нужно ли ему подогревать сырье... Может, построим дополнительную печь, чтобы подогревать клинкер без его участия. У нас еще много работы. Разбудите меня через четыре часа...

Я зевнул и отправился к ближайшей избушке, чтобы отдохнуть.

Длинные ряды арматуры вызывали у меня невыносимую боль. Если бы я, как и любой порядочный попаданец, имел при себе ручную, воображаемую жабу — она бы повесилась с горя. Столько драгоценного металла, дефицитного, необходимого!

Но иначе было нельзя. Дело даже не в том, что железобетон радикально лучше по всем статьям, дело в проклятом морозе. На дворе минус тридцать и порядочные люди в такой холод бетон не льют, если не хотят получить по шапке от архитектора, но мы нашли выход.

— Приступай. — Приказываю я алхимику, и он одной рукой хватается за арматуру, а другую утапливает в тележке с раскаленными углями. Налетает ветер, сдувая пепел и огни разгораются еще сильнее.

Единственный способ лить качественный бетон в мороз — это подогревать смесь. В этом случае арматура служит нагревательными элементами, два в одном!

— Аккуратнее, не перекали железо! — забеспокоился я, увидев что арматура, за которую держался старик, раскалились докрасна.

— Простите, господин. Тяжело, чтобы это было равномерно... — Отвечает он и краснота уходит.

Я осторожно прикасаюсь к дальнему пруту от старика. Теплый.

— До семидесяти. — Напоминаю я и добавляю для старика. — Примерно на комнатную температуру ниже кипения воды.

— Я знаю, господин. Если я не работал с тысячами градусов — это не значит, что не могу точно определять более низкие! Я всю свою жизнь оттачивал способность держать доли градусов около кипения различных алхимических ингредиентов! — Раздраженно отвечает старик, по его лбу катится пот.

Замечаю, что у него и губы посинели, а сам он мелко дрожит.

— Может быть, сделать перерыв?

— Нет! Если остановлюсь сейчас, придется всё заново начинать. На таком морозе всё остынет во мгновение ока... — Упрямо отвечает он и продолжает перекачивать тепло.

Спустя пять минут внутри тележки остается едва ли горсточка тлеющих углей.

— Заливайте. — Тихим голосом говорит алхимик и слабо машет рукой.

Опрокидывается чан и мой драгоценный металл заливают горячие потоки серой, вязкой массы. В морозный воздух поднимаются клубы пара.

— Оно точно станет как камень? — С сомнением произнес один из солдат, охраняющих стройку.

— Ты же видел кубы, что во дворе стоят? — Ответил ему рабочий и шмыгнул носом.

— Так то мелкие, а тут вона сколько...

— А ну, хватит болтать! За работу. — Прерываю я их.

Из первых партий цемента я отлил тестовые кубы, экспериментируя с составом раствора и условиями отлива, чтобы найти оптимальный вариант... Ну и заодно показать людям, что они занимаются не странной, никому не понятной фигней, а реальной и полезной работой. Нет ничего хуже, чем работники, которые не понимают, что и зачем делают.

— Следите, чтобы не было пустот! Вам, Мейстер Орин, нужно отдохнуть, в ближайшее время нам нужны будут все ваши силы. Порохом займусь я сам.

Ссыпав последнюю партию пороха в бочонок, я протер лоб. Черт, руки же были все в угле. Ладно, потом умоюсь. Всё равно из-за угольной пыли наверняка весь черный как черт.

Сдуваю с пергамента пыль и вношу последние цифры. Тридцать пять килограмм дымного пороха, больше, чем я рассчитал, но меньше, чем хотелось бы. В теории, мы можем увеличить его число за счет хлоратного... Но сперва нужно ответить на вопрос — как бы весь его эффективнее использовать?

Исторически, к вопросу пробивания брони человечество подошло просто. Бей сильней, бей быстрее — и всё будет путем.

Чем с большей скоростью запустить во врага что-то острое, тем более крепкую преграду оно прошьет. Чем больше будет это что-то острое, тем серьезнее будет рана.

Последнее особенно актуально, если имеешь дело с бронированным монстром, размером с требушет, что к тому же моментально регенерирует повреждения.

Нужен большой калибр. Реально большой, миллиметров в сто пятьдесят, с длинным стволом, с оперенным боеприпасом.

Или сразу в двести миллиметров?

У меня было нехорошее предчувствие, что даже сквозное попадание в голову матриарху из такой дуры, может его и не остановить. Это же чертово насекомое, а не млекопитающие. Какие там вообще могут быть мозги? Даже курица без головы может полчаса носиться, уверен, эта тварь и без половины черепушки нами всеми закусит.

Значит, нужен другой подход.

Когда во время Второй Мировой в советские цеха стали поступать танки, с пробоинами в броне, вокруг которых были оплавлены края — инженеры решили, что новый тип снарядов прожигает броню. Их даже так и назвали, бронепрожигающими.

По описанию воздействия новой немецкой вундервафе — наши попытались её повторить. Провели испытания с термитом, но быстро поняли, что тут что-то не то. Термитная смесь медленно и неохотно прожигала броневую сталь. Что к чему разобрались лишь когда захватили трофейные кумулятивные снаряды. Тогда-то и поняли, что кумулятивная струя на самом деле не прожигает броню, а скорее размывает её. Давление в месте попадания такого снаряда настолько велико, что сталь начинает вести себя, словно жидкость!

В принципе, в будущем я мог бы попробовать повторить такие снаряды. Ведь есть одна большая проблема — дымный порох тут не подойдет из-за низкой скорости горения, мне нужно более современное и быстросгорающее вещество. Хотя бы тротил, а лучше гексоген. А чтобы начать их производить — придется на месяцы засесть за расчеты и эксперименты. Да и без массового производства азотной кислоты ничего хорошего из этого не выйдет.

Но вот почему бы мне не повторить те самые ранние эксперименты советских инженеров, когда они еще не понимали, как немцы достигли эффекта прожигания брони? Я имею в виду, термит.

Защитный покров твари — это далеко не стальная броня, это что-то среднее между хитином и древесиной. А значит — термит должен сработать на нём просто отлично.

Всё, что мне нужно — это оксид алюминия или магния. Первый встречается в природе очень часто, второй чуть реже, зато частенько в паре с известняком. В крайнем случае завандалю часть оборудования из лаборатории, кажется я видел там что-то алюминиевое.

Обрадованный, я вписал несколько строчек в свиток. Помимо этого, можно использовать пустотелые снаряды, начиненные порохом.

На самом деле такой подход решал сразу еще одну большую проблему — слишком мало металла у меня осталось.

Если я хочу разогнать снаряд для максимальных скоростей — нужны большие навески пороха, нужны крепкие каморы у пушек и длинные, толстые стволы. Всё это требует очень много металла, но если же я хочу запустить бомбу — то и пороха нужно меньше, и ствол можно сделать тонкостенным. А то и вовсе использовать опыт предков и сделать его из необычных материалов. В конце концов — это временное решение, на один выстрел. В Японии во времена войны Босин — делали одноразовые пушки из дерева, в Европе — и вовсе из многослойной, выдубленной кожи. Надежность у таких орудий была так себе, зато металла требовалось — минимум. Лишь на обода, что не давали такой «пушке» разорваться при первом же выстреле.

Да, от части медленных снарядов тварь может и увернуться. Я уже лично наблюдал эту чудовищную для столь большой туши, ловкость. Но в этом случае мы можем скомпенсировать промахи числом снарядов.

А если бы поставили всё на одну большую пушку, призванную убить тварь одним выстрелом, и промахнулись бы?

Плюс, было бы неплохо не ограничиваться лишь одним алхимическим огнеметом. Да, нефти-бензина у нас нет, но можно использовать спирт. Не думаю, что это будет эффективно, но может заставить её запаниковать. Если мы заставим монстра отступить и больше не возвращаться хотя бы пару месяцев — это уже будет победа. Ведь через пару месяцев мы станем намного сильнее.

Я потянулся и выглянул за окно. На дворе глубокая ночь, лишь возле домны и стены продолжалась активная работа. А раз они работают, то и я не могу отдыхать.

Пора бомбарды клепать.

Дни пролетали, словно миг. Шла вторая неделя и мы непозволительно расслабились. Поверили в свою же теорию, что никто не будет нападать на нас до потепления. Что у нас еще есть время. Орудия стояли у подножья растущей стены, готовые защищать нас скорее от небольшого набега, чем от полноценной атаки. Люди устали, они не могли поддерживать тот же темп работы, что раньше, когда вкалывали сутками напролет.

Я спал, уткнувшись лицом в стол, рядом с наполовину снаряженным артиллерийским снарядом. Малейшая искра могла разорвать меня на части, но усталость оказалась сильнее, и я вырубился, наплевав на все техники безопасности.

Именно тогда произошло это.

Жуткий грохот ломающихся, замерзших щупальцев Черного Леса заставил меня вскочить на месте, свалив снаряд на деревянный пол.

Выскакиваю на улицу и наблюдаю мечущиеся толпы людей, кто-то бежал за оружием, кто-то на ходу пытался застегнуть кирасу, а кто-то и вовсе бежал совершенно в другую сторону от стены. Почему я не удивляюсь, опознав в бежавшем одного из ремесленников?

Бегу к стене, поскальзываясь на припорошенной снегом улице. Совсем рядом, из-за домов, взлетает грифон. В его лапах — бочка со спиртом. С авиабомбой пока немного не срослось.

Взбираюсь по лестнице на покрытую досками стену, что еще только набирала прочность. Настил прогибается под ногами — последний слой залили буквально только что. Ледяной ветер срывает капюшон и лохматит волосы. Оно здесь.

Прямо напротив нас, возвышается у края леса, черные щупальца прикрывают лишь половину тела. Покрытое с ног до головы сегментированной броней, оно таращится фасеточными глазами, разглядывая всех нас. Я вижу, что эта тварь отличается от прошлой. Жвала крупнее, а голова вытянута. Не шар, а скорее овал. Само чудовище более коренастое, плотное. Но всё таких же — громадных размеров. Грифон на его фоне смотрелся обыкновенной вороной, что легко мог бы свить гнездо на голове Матриарха.

Внизу артиллеристы суетятся возле орудий, пытаясь задрать их как можно выше. А тварь просто разглядывает нас. Вдруг её взгляд устремляется ко мне.

— Не слышала про меня? — Кричу я, но ветер съедает слова. — Проваливай, пока не поджарили!

Солдаты внизу завершили подготовку и ждут команды, затаив дыхание. Всё больше людей собирается возле стены, Долан выцеливает глаз монстра из своего мушкета, алхимик размахивает руками, требуя привести горячих углей. Дорван бежит, таща на своих плечах к орудиям сразу несколько готовых снарядов. Тварь наблюдает за всем этим, а я наблюдаю за ней.

Наконец, туша поворачивается и удаляется обратно в чащу леса, оставляя за собой просеку.

Выдыхаю. Похоже, оно просто пришло на разведку. Еще в прошлый раз я понял, что эта зверюга что-то да соображает.

Из чего можно сделать простой вывод, закончить стену нам точно не дадут.

— Слава Всеединому, оно ушло! — Доносится снизу. — Хвала Лорду, он испугал её!

Мои губы кривятся сами собой. Приятно, конечно, что люди в тебя верят, но они ошибаются. Оно не испугалось. И оно обязательно вернется.

Чудовище просто разведало обстановку и ушло лишь потому что посчитало, что в одиночку не готово атаковать. Оно ждет своё подкрепление с началом оттепели. Мы ждем своё.

Чье же успеет раньше?

— Я устала! Приказываю остановиться на привал!

— Лорд оставил меня за главного. — Напомнил Аше, Тил.

— Всё равно, ты посмотри, какая темень на дворе. Мне надоело вам подсвечивать дорогу. Хватит уже гнать караван как ошпаренный.

— Когда мы были возле столицы, ты была не против. Даже идею с освещением дороги огненными шарами ты придумала, а не я. — Напомнил ей Тил.

— Тогда я хотела убраться подальше от Второго Герцога. Но мы уже почти что в диких землях, так что можно не волноваться.

— Вот именно, что почти. Осталось немного, я уверен, лорд уже все локти себе обкусал, ожидая когда мы привезем весь этот груз.

— Ничего, пусть кусает и дальше. Знаешь, сколько шаров я одновременно поддерживаю? Двенадцать штук! Всё, с меня хватит. — Аша щелкнула пальцем и караван погрузился во тьму. Повсюду тут же раздались крики. Гвардейцы выскочили с оружием из фургонов, готовые отражать атаку.

— Вот видишь, что ты натворила? — Проворчал Тил. — А ну, включай свет обратно.

— И не подумаю. Делаем остановку тут.

Тил вздохнул и достал огниво. Несколько минут он пытался вслепую разжечь фонарь, пока из-за туч не выглянула луна и худо-бедно не осветила дорогу.

— Не мучайся, если разожжешь, я всё равно потушу. — Ехидно процедила магичка.

— По плану мы должны были остановиться на привал через три часа, в Гоблинском лесу. И ты мне его срываешь своими капризами.

— Пересекать этот проклятый лес ночью? Ни за что! В нём постоянно происходит какая-то хрень. — Протестующе взмахнула руками Аша. — К тому же если Второй Герцог послал за мной убийц, наверняка они будут ждать нас там.

— Ну да, уж тебе-то точно хорошо известно, где удобнее всего нападать на людей. — Проворчал Тил, и магичка недовольно скрестила руки на плоской груди.

— Не начинай, теперь мы на одной стороне.

— Тогда хватит мне мешать. И зажги фонарь.

Щелчок пальца и фитиль в фонаре загорелся ровным светом. Тил снял с плеча тубус и вытащил из него карту королевства, купленную Лордом в Столице. Дорогая работа, не бумажка какая-нибудь, а тонкая, выбеленная кожа, на которой нанесены все дороги несмываемыми, алхимическими чернилами.

Сверившись с ней, он осторожно вернул её в тубус.

— Оставаться посреди дороги — не дело. Остановимся на привал в Шрейке, деревеньке у начала гоблинского леса. Всего полчаса пути, такой вариант тебя устроит?

— Полчаса... Ладно. Но пусть тогда солдаты подкинут дров в походную кухню и принесут что-нибудь пожевать.

— На ночь глядя?

— А что, мне утра ждать что ли? — Возмутилась она и хлопнув в ладоши, сотворила первый светящийся шар.

Спустя пять минут караван продолжил движение.

Деревня словно вымерла, не горели фонари, из труб не шел дым. Каждое окно было темным как ночь, ни малейшего блика лучинки! Даже частокол, особенно актуальный в этих местах, зиял огромными дырами, словно сквозь него пробивался отряд рыцарей на химерах.

— Не к добру это... — Нахмурился Тил и приказал всем приготовиться к бою.

— Говорила же, надо было оставаться на дороге...

Аша вздохнула и шары вокруг каравана засияли так ярко, что вокруг стало почти так же светло, как днем.

Из покосившегося домика вдруг вылез мужичок, что бросился прямо под лошадей.

— Тпру! — Скомандовал Тил и натянул поводья. Послушные кони остановились, а мужик яростно зашептал.

— Погасите свет, Бездна вас сожри! Погасите, быстрее! Иначе оно придет сюда!

— Кто придет? — Гаркнул Тил и услышал как где-то вдали трещат бревна.

Мужик, тонким голосом вереща «поздно!», поспешил обратно в свой дом.

Тил подхватил мушкетон и взвел курок.

— Аша, подвесь шары выше!

Но два шара, что висели дальше всех, вдруг погасли. А потом и все остальные. Деревня погрузилась во тьму.

— Чем ты занята, черт тебя раздери?

— Я не знаю! Не выходит! — Донесся паникующий голос сбоку.

— Где этот проклятый фонарь?

Впереди раздались крики и глухие удары чего-то крупного о деревянные стены. Затрещала кровля. Что-то разносило дом по кускам, чтобы добраться до людей внутри.

— Проклятье!

Спешно зажженные фонари и факелы — мало помогали. По сравнению с магическим светом, они были крайне тусклыми. Но даже их жалкие огоньки позволяли оценить размер врага. И он был раза в полтора больше дома.

Кони занервничали и принялись пятиться назад, мотая мордами и неуверенно перебирая копытами.

Крики стали громче, оно разворотило стену и добралось до людей.

— Дерьмо. — Тил прижал приклад к груди и спустил курок. В темноте он не мог прицелиться, но сложно было промахнуться картечью по твари такого размера.

Прогремел выстрел, заглушив крики, а вспышка огня на мгновение дала разглядеть цель, взамен наградив пляшущими перед глазами зелеными пятнами. Знакомую, насекомоподобную цель.

Сердце Тила пропустило удар. Паук-воин? Какого черта он делает так далеко от Черного Леса? Еще никогда эти твари не заползали настолько далеко! Даже у крепости, что запечатывала Долину — они появлялись крайне редко.

Отряд позади принялся разряжать свои мушкеты во врага. Выстрел за выстрелом, свинцовые пули разъяренными осами неслись к цели и... урон наносили примерно такой же. Зато искры и вспышки позволяли рассмотреть цель. Эта тварь была раза в полтора больше, чем та, которую он сжег в Черном Лесу. И мушкеты явно его не брали.

— Пушка, кх-где гребаная пушка!? — Крикнул Тил, кашляя от порохового дыма.

В этот момент тварь закинула последнего человека к себе в пасть и бочком понеслась прочь, снеся остатки частокола на своём пути.

«Вот откуда эти чертовы проломы» — мелькнула в голове несвоевременная мысль.

Сзади ещё пытались вытащить пушку, но было уже поздно. Странная тварь скрылась в ночи.

Тил поднял фонарь, разыскивая Ашу. Она нашлась, лежащая сбоку фургона, опирающаяся спиной на колесо.

— Какого демона ты не зажгла свет, дура? Мои парни стреляли наугад!

Он поднес фонарь ближе и увидел темные потеки крови из её носа.

— Не вышло... Что-то... Нехорошо мне. — Шепнула она и закрыла глаза.

— Рон, мать твою! Живо сюда! — Прокричал Тил и закашлялся. Проклятый пороховой дым. Луна выглянула из-за туч и стало немного светлее.

Деревня тем временем начала оживать, в окнах зажгли огни. Знакомый мужичок показался из-за двери.

— Оно ушло? Слава Всеединому, еще один день прожили.

Крестьянин запалил факел и приблизился к руинам.

— Эх, Куропатовых забрало, соседушек. Эх, беда-беда. Прав я был, на свет пошло, к нам. Говорил же, потушить надо было. Видать, крикнул у них кто, али просто учуяло и хвать. Чуть-чуть до нас не дошло, слава тебе Господи.

Тил наставил на него перезаряженным мушкетом.

— Так, мужик, живо объясняй какого лешего тут происходит?

— Энто про Лешего вы верно сказали, тварь-то это деревянная какая-то. Мы его лешим назвали... Видно, разозлили мы леса чем-то, раз такую напасть на нас послало. Вы оружие-то опустите, милсдарь. Ушло оно. Забрало людей и ушло, теперь несколько дней его не будет.

— Рассказывай по порядку. — Приказал Тил.

— Вы бы дали монеточку, я бы вас на постой пустил, да за чарочкой всё по-людски рассказал, обстоятельно. Впрочем, домов пустых много, как мы поняли, что леший от нас не отстанет — многие дома побросали, да бежать.

— А ты что не убежал? — Подозрительно спросил Тил.

— Да куда я хозяйство брошу? Спина больна, баба уже старая. Мы с нуля уже не поднимется, вся жизнь тут. Авось беда и минует.

Командир каравана потянулся к кошелю и достал из него мелкую, серебряную монетку.

— Рассказывай.

В первый раз тварь появилась недели две назад, посреди ночи. Разнесла частокол, слопала пару человек и умчалась. Смельчаки пытались её остановить — но куда там. Чудовище не обратило на них внимание. А стрелы из луков и арбалетов и вовсе то втыкались, то отлетали, словно ударившиеся в камень. Причем стреляли примерно в одно место! Словно у монстра была способность делать свою шкуру прочнее.

На следующий день по просеке, оставленной чудовищем, отправился отряд. Даже егеря не понадобилось, чудовище перло по лесу, словно разъяренная химера. То тут, то там — валялись сломанные деревья. Оказалось, что тварюга обустроило свое логово недалеко от тракта, прямо посередине Гоблинского леса. Прибывшей своим ходом пище оно оказалось радо. Слопало несколько человек — а остальных отпустила. С тех пор возвращается раз в несколько ночей, жрет пару человек и уходит.

Тил задумчиво покивал и отложил чарку с пивом в сторону.

— Значит, оно перекрывает тракт?

— Не совсем... Но может выползти и сожрать пару человек — запросто... Только господин, прошу вас, не надо хватать нас, с целью задобрить монстра! — Вдруг затрясся от страха мужичок.

Тил скривился в отвращении. Если ему пришла такая идея в голову, значит он сам бы так и сделал, на их месте. Двое бесполезных крестьян и свободная дорога вместо боя насмерть. Многие наемники без тени сомнения так бы и поступили.

— Хорошая мысль! — Заявила сидящая рядом Аша, проглотив кусок окорока. Она всё еще было бледной, но жрала как не в себя.

— А ты вообще молчи, после такого провала у тебя права голоса нет.

— Эй! Вот поправлюсь и сожгу тебя за такие слова!

— Монстра бы лучше сожгла, сжигательница хренова. — Сплюнул Тил.

— У него антимагическое поле. Зуб даю. Теперь я так подставляться не буду, много энергии зачерпнула, а она раз и сорвалась... — Пробурчала Аша и вновь вгрызлась в мясо.

— В любом случае, нужно уничтожить эту тварь. — Возразил Тил.

— Да на кой хрен? Просто проедем и всё. Пусть Лорд этих земель разбирается, это его обязанность.

— Может и его, но ты забыла, что следом за нами пойдут караваны, заказанные Лордом?

— Ну, оставим на дороге пару солдат, что прикажут им ехать в обход. Да и сами в обход поедем, раз ты такой чистоплюй. Всего-то лишняя неделя пути.

— Ага, заезжая на земли Первого Герцога? Слишком опасно.

— Сражаться с бронированной тварью, имеющей антимагическую защиту безопаснее? — Усмехнулась Аша.

— Конечно. И вообще, спроси себя, что сделал бы Лорд на нашем месте.

Магичка хмыкнула.

— Ну да, Рэндал бы не оставил монстра в покое. Кинулся бы тестировать все свои игрушки на этой штуке. Но вдруг пушки будет недостаточно?

— Её должно хватить, мы зарядим ядром, а не картечью... — Ответил Тил и взглянул на мужика, что сидел тише воды и ниже травы, боясь напомнить о своем существовании. — А ты пойдешь с нами проводником.

Мужик было открыл рот, но тут же согласно закивал. Откажешься — так прирежут ещё, за то что лишнего слышал!

— У меня есть запасной план, если пушки не хватит, не волнуйся. Просто он... довольно расточительный, хотелось бы его избежать. — Продолжил Тил, обращаясь к Аше.

— Делай как знаешь, но если окажется, что мы могли пройти лес без боя — я всё расскажу Рэндалу. — Она показала язык.

— Тогда я расскажу, что ты оказалось полностью бесполезной. — Тил счел ниже своего достоинства копировать этот ребяческий жест и просто допил своё пиво.

— Идет!

— Во что я ввязался, помоги мне Единый... Ради серебряной монетки такую беду на себя накликал, истинно мне теща говорила...

— Заткнись уже, а? Надоел. Иначе задницу подпалю. — Прикрикнула Аша на без конца ноющего мужика. Тил согласно кивнул. Надоедливый проводник достал и его самого.

Основной караван остался в деревне, отряд взял с собой лишь пару фургонов и две телеги. В первой — стояла пушка, во второй лежали мешки «с планом Б». В фургонах ехала пехота. Тил по достоинству оценил идею, что воинов можно и довозить до поля боя, а не заставлять месить сапогами грязь, хотя даже он считал эту идею немного экстравагантной. Мушкеты и гранаты. Может они и не убьют тварь, но как минимум отвлекут, да и удачный выстрел в глаз не стоит недооценивать.

Тил самолично видел, как Долан однажды из своего арбалета убил лорденка, послав болт прямо в щель забрала. Сколь мощной не была тварь — ослепшая она станет куда менее опасна. Жаль только, не было огнемета...

Перед глазами вновь возник тот бой.

Темнота. Крики. Неразбериха. Непривычное оружие в руке и нависшая над ним многолапая тварь, предвкушающе лязгающая жвалами. Тогда он доверил свою жизнь изобретению лорда и не прогадал. Раскаленный поток огня сжег тварь. Тварь, которую он, третий ранг, никогда не смог бы убить.

Простой наемник, упершийся в третий ранг воинского таланта, перспективы прорваться на четвертый ранг минимальны. Его потолок воинского искусства был достигнут, гонять бандитов и бить хобгоблинов, а к старости стать рядовым стражником в небольшом городке. Такова была его судьба.

Но в ночь, когда раскаленная смесь прожгла голову монстра — его потолок был сломан. Он понял, что не всё решает личная сила. В детстве он любил сказки про артефакты, что даровали невиданные силы своим владельцам, но став наемником, понял. Где он и где артефакты? Лишь рыцари крупных аристократов могли получить их в аренду от своих господ.

Но теперь у него в руках настоящий артефакт! Волшебство, что дает невиданную силу. Силу стать вровень с героями сказок.

Тил ласково погладил тридцатимиллиметровый мушкет лорда.

— Я повергну эту тварь. — Пообещал он своему оружию.

— Ты чего там бормочешь? — Весело спросила красноволосая язва.

— Не твоё дело. — Чуть смутился он и спрятал лицо, обернувшись на своих гвардейцев. Он был уверен, что все они считали так же. Пусть и не так явно, пусть в глубине души. Эпоха рыцарей проходит, сила артефактов попала в руки простых людей. Будет ли у сказки хороший конец — теперь решать им.

— Мы приехали. Вон там, направо если свернуть — лежбище тварюки энтой. Можно я домой пойду? — Жалобно проныл мужичок.

— Вали давай. — Тил кинул ему еще монетку и с подозрением оглянулся.

— Стоп. Разве это не...

— Оно-оно. Именно тут я деревья сжигала. Там дальше — стоял наш лагерь. Монстр что, получается, там логово устроил? — Скривилась Аша.

— Выходит. — В голове Тила закрутились шестеренки. Ядро. Вот она, причина! Они долго стояли на том месте, пока не экранировали Ядро. Этот Паук-Воин — пятый из свиты убитого Матриарха! Он шел за ними, но после экранирования ядра потерял след! Всё сходится.

Гвардейцы выпрыгивали из фургона и в сотый раз проверяли снаряжение. Коней распрягли, несколько гвардейцев приняли зелья и приготовились толкать пушку.

— Слушай, вроде бы оно на нас не нападает. Может, ну его, а? — Попросила Аша неуверенным тоном.

— Ты что, боишься? — Удивился Тил.

— Просто не люблю пауков. Они мерзкие.

— Еще одна причина его убить.

— Но зачеееем, скажи, во имя вулкана, нахренааа? — Аша драматически воздела руки вверх.

— Потому что не существует сказок без убийства чудовищ.

Аша удивленно вытаращила глаза, не веря в столь дурацкую причину.

В сосновом лесу раздался треск, чудовище ползло прямо к ним.

— Это ты накаркал! — Воскликнула она.

— Нет, ты первая начала!

— Командир. Мы готовы. — Прервал перепалку сержант.

— Ждите приказа. — Тил проверил затравочный порох и приложил тяжелый мушкет к выемке на кирасе. Мушка. Целик. Совместить и ждать.

В прицеле показалась тварь, при свете дня еще более отвратительная.

Это был очень странный паук-воин. Всё его тело казалось распухшим, бронированный панцирь треснул, и кое-где кусками висел на непомерно выросшем теле. Вместо обычной головогруди виднелись зачатки сегментирование шеи. Он выглядел словно... Превращался в Матриарха?

— Вот дерьмо, почему антимагическое поле такое сильное? — Удивленно произнесла Аша, не сумев зажечь огонь.

— Не трать силы. Сможешь дать мне небольшой огонь по команде?

— Сдохну, но дам. — Пообещала она.

— Этого будет достаточно. — В прицеле мелькнула голова твари.

Выстрел! Тяжелая пуля пролетела совсем близко с головой. В последний момент, тварь отдернула её. Ловкость, несвойственная обычному Пауку-Воину.

— Неплохо, неплохо... — Прошептал Тил, перезаряжая мушкет.

Тварь ускорилась, шесть лап быстро несли её по земле, а прорубленная дорога позволяла двигаться без препятствий.

— Командир...

— Ближе. Пусть подойдет ближе. — Тил перехватил мушкет.

И лишь, когда тварь подошла на двадцать метров, прозвучал приказ.

— По глазам — залп! Пушка — огонь!

Шеренга окуталась дымом и пули забарабанили по морде твари. Какие-то вгрызались в тело, разбрызгивая белесую жидкость, другие высекали искры и рикошетили, словно попадая в камень, третьи — вязли в броне без видимого эффекта.

Тил задержал дыхание. Три. Два. Один. Выстрел!

Его мушкет дуэтом рявкнул с пушкой. Пуля прошила фасеточный глаз, а тяжелое ядро насквозь прошило бронированное тело, вырывая куски вместе с фонтанами ихора. Тварь пошатнулась и грохнулась на землю, но тут же начала подниматься. Что-то не так...

Острый глаз Тила отметил, что рана шевелится и пытается стянуться. Регенерация! Как у Матриарха...

— Перезаряжайте пушку, живо! — Крикнул он, но тварь успела первой. Единственным глазом она нашла то, что причинило ему невероятную боль, и выплеснула из глотки фонтан кислоты!

Расчет с руганью рассыпался в стороны, сбивая с себя брызги едкой кислоты.

— Дерьмо, план Б! План Б! — Приказал Тил, в спешке перезаряжая мушкет. Ситуация стала неконтролируемой. Надкусить патрон. Тварь поднималась и явно не собиралась отступать. Высыпать порох. Пушка дымилась и шипела, разъедаемая кислотой. Закинуть пулю. Шеренга стрелков дала еще один залп, выигрывая время. Высыпать порох на пороховую полку.

Воины толкали телегу к монстру изо всех сил, разгоняясь всё быстрее, а тварь задрала голову, готовясь еще раз залить всё кислотой. Он не успевает! Взвести курок.

Аша ломает огненный кристалл и перед единственным глазом твари возникает огонек. Паук мотает мордой, теряя несколько секунд. Прицелиться. Направь мою руку, Хорнет!

Выстрел! Пуля несется к подбородку твари. К такому же месту, в какое Алекс метнул меч перед смертью, чтобы не дать Матриарху залить всё кислотой. Свинцовая, тридцати миллиметровая дура вонзается в древоподобный хитин и уходит вглубь. Точное попадание!

Кислота толчками выплескивается из дыры, вместо того, чтобы окатить приближающуюся телегу.

Воины делают последний рывок, толкая груз к пауку и стремглав бегут обратно. Разогнавшаяся телега ударяется об переднюю пару ног. Пора!

— Аша!

— Гори! — Мешочек с огненными кристаллами вспыхивает, а следом вспыхивают и мешки с селитрой.

Земля содрогается и всё переворачивается вверх дном.

Голова звенит. Во рту кровь. Лорд здорово приуменьшил, когда говорил о разрушительной силе этого вещества.

Тил с трудом поднялся на ноги, используя мушкет, как костыль.

— Все живы?

— Вроде бы...

Оглушенная Аша мотала головой. Из её ушей и носа текла кровь.

Всё вокруг дымило, а с веток градом падала земля. На месте, где стоял паук — красовалась огромная воронка. Не хило рвануло!

Сам паук оказался в десятке метров позади, кусок туши отбросило взрывом.

Тил прикрепил к мушкету штык-нож и поковылял к останкам твари.

Удивительно, но она была еще жива. От тела мало что осталось, большую его часть разорвало на куски, но голова с небольшим куском тела кое-как пыталась отползти в сторону, цепляясь единственной оставшейся лапой за землю. Следом за ней, повисшее на жиле, волочилось ядро. Одним ударом штыка Тил перерубил связь твари с источником энергии и Паук, наконец, издох.

Солдату хотелось лечь и отдохнуть, но он посмотрел в ту сторону, в которую пыталась уползти тварь перед смертью. В сторону логова.

— Что-то нехорошие предчувствия у меня... — Пробурчал он и поковылял вперед.

Древесные пауки не едят людей. После бойни в Черном лесу все наемники Хорнета это знали. Зачем же тогда этот Паук-воин проглатывал людей?

Шаг за шагом Тил вернулся на то место, которое когда-то было их лагерем, а теперь стало логовом монстра.

Кучи исторгнутых из глотки твари тел, обваренных в кислоте, валялось по всей поляне, но еще больше — горой лежали в куче.

Сквозь тухлое мясо ветвились знакомые, щупальцеподобные, черные побеги.

Тварь пыталась вырастить здесь Черный Лес.

«...предатель, если немедленно не явишься ко мне в замок — я соберу круг магов и заставлю тебя приползти ко мне на коленях!»

Я хмыкнул, скомкал письмо и бросил в огонь.

— Что там? — Спросила Тамилла, подсчитывающая оклад рабочим.

— До Клемена дошли новости из Столицы и он мною несколько недоволен. — Подытожил я, упуская огромное количество оскорблений и проклятий, которые Барон умудрился уместить на маленьком листе.

— И-ии?

— Ответа не будет. — Произнес я одновременно и Ворону, что принес письмо и Тамилле.

Карл протяжной каркнул и взлетел со стола, нарезая круги по комнате.

Встаю и открываю ему дверь, впуская в помещение яркий, солнечный свет. Ворон вылетает, ловя крыльями потоки теплого ветра.

Потепление началось быстрее, чем я рассчитывал и надеялся.

— Так нам ждать от него проблем? — Допытывалась Тамилла.

Я искренне не понимал, почему её это так волнует. Даже если Барон пошлет отряд прямо сегодня — у нас есть проблемы куда серьезнее.

Температура повышалась с каждым днем и сегодня перевалила через заветный ноль. А всё по причине, что подул теплый ветер с юга. К счастью, по ночам всё еще стоял хороший морозец. А при свете дня тварь не будет же нападать, верно?

Или рискнет?

Задумавшись, я наткнулся на вопросительный взгляд девушки, что всё еще ждала ответа.

— Не волнуйся, Барон и его одержимые — это последнее, что может нас сейчас волновать.

— А если они нападут нам в спину, когда мы будем сражаться с Матриархом?

— Тогда они умрут, только и всего. — Отрезал я.

Весь остаток месяца я потратил на то, чтобы в большом количестве создавать оружие, способное надрать задницу монстру размером с девятиэтажку. Огневая мощь, собранная в казематах на вершине стены настолько высока, что сдуть еще и отряд одержимых не составит угрозы. Единственная проблема лишь в том, что мне пришлось лично собирать всю эту мощь. По настоящему стабильной она будет лишь тогда, когда обычное население сможет обеспечивать армию всем необходимым.

Я вздохнул и принялся дальше ковырять взрыватель. Ума не приложу, когда я смогу переложить всё это на простых рабочих...

— И всё же, я считаю, что эта идея с повышением оклада за ночную работу — чепуха. — Тамилла вдруг продолжила спор, начатый между нами еще две недели назад. — Вот, я наконец подвела итоги. Знаешь, сколько золота мы на этом теряем?

— Мне всё равно. Золото в могилу не утащишь, а работникам нужна дополнительная мотивация. — Равнодушно произнес я, сливая пружинку с бойком.

— Как будто защита своих жизней — это недостаточная мотивация! Они же не горшки лепят, а работают, чтобы нас всех не сожрали. — Нервно возмутилась она.

Я пропустил её слова мимо ушей, в конце концов с каждым днем обстановка накалялась всё сильнее. Все, от мала до велика понимали, идут последние дни подготовки, нападение возможно в любой момент. Все нервничали и Тамилла не исключение.

За это время я сделал всё, что мог. Доработал взрыватели, произвел столько пушек и снарядов, сколько мог, ради этого даже отобрал у большей части солдат — кирасы и мечи, оставив лишь топоры. Забрал почти всю соль, что пошла на производство хлоратного пороха, что позволило сделать разрывные снаряды. И разумеется, щедро платил золотом всем, готовым трудится каждую свободную минуту. Я не экономил ни на чем, поэтому не стремился экономить и на золоте.

— Люди должны думать о том, что будет дальше. Это поможет им сражаться сейчас. А будущее, с деньгами в кармане, привлекательнее, чем без них.

— Лишь бы только они не сбежали, получив своё серебро. — Буркнула торговка.

— Сбежать от Лорда, что так щедро платит? — Усмехнулся и закрепил капсюль под бойком.

Тамилла побеждено развела руками, признавая, что лично она бы не сбежала.

Над деревней раздался протяжный гул боевого горна.

Пришло.

— Отправляйся в пещеры. — Приказал я и слил корпус взрывателя воедино.

Закидываю взрыватель в карман дубленки и бегу к стене. К счастью, в этот раз я расположил свой «штаб» у самой Стены, поэтому бежать было недалеко.

Как я и предполагал — нам не дали достроить стену, но не беда. Главное мы успели сделать.

С самого начала я планировал её не как защиту от пауков, ведь эти твари отлично умели карабкаться по отвесным поверхностям.

А как место для размещения орудий.

Целиться в монстра куда легче, если пушка находится хотя бы примерно на его высоте. Да и пороха можно использовать меньше!

Поднимаюсь по винтовым ступеням и захожу в орудийный каземат. Надо мной — слой бетона. Бойницы закрыты толстыми, деревянными щитами, покрытыми снаружи зеркальной эссенцией. Каждый каземат изолирован от соседнего бетонной перегородкой, иначе удачным плевком кислоты тварь могла уничтожить всю нашу оборону.

Внутри уже заряжают гаубицу... или скорее даже мортиру. Двести миллиметров, короткий, тонкостенный ствол. Орудие не могло похвастается большой дальностью, свой снаряд она и на километр не забрасывала.

Но, мне этого и не нужно было. Самое главное — оно стреляло дальше, чем монстр плевался кислотой. Всё. Зато сэкономленный металл позволил поставить на стену целых восемь таких орудий, а пороха хватило даже на то, чтобы дать каждому из орудий второй выстрел. Если, конечно, их не разорвет с первого.

— Погоди. Поставь снаряд. — Остановил я заряжающего и достал из кармана взрыватель. К сожалению, я не успел произвести надежные взрыватели для всех орудий. Лишь вчера сумел собрать конструкцию, в которой более-менее был уверен, но часть залпа должна взорваться как надо.

Быстро прикасаюсь к снаряду и смещаю трубку с замедлителем к краю, а в центр вливаю взрыватель. Пусть будет два, какой-нибудь да сработает... Главное, чтобы не сработал раньше времени.

— Командир, вы должны это увидеть. — Один из солдат отодвинул щит и подозвал меня, пока сзади заканчивали заряжать орудия и готовились вытолкать его на позицию.

Я выглянул и прикусил губу. Ну разумеется... Мы убили одну тварь и появилась еще одна. А где две — там и третья найдется. Надеюсь их там не штук десять?

Два Матриарха медленно ползли к нашим позициям, мелких пауков не было видно в переплетениях Черного Леса, но я уверен — их там было полно. Ничего. Пусть мы не успели построить стену — внизу на этот случай мы построили пару небольших дотов, а у бойцов внутри были огненные и не только, сюрпризы для мелкой шушеры.

Но вот две больших твари вместо одной... Это плохо. Это дерьмово.

Это две больших проблемы.

— Не дрейфьте, мужики, на этот случай у вас как раз есть второй снаряд. — Уверенно подбодрил я орудийный расчет, хотя сам такой уверенности не испытывал.

Восемь мортир. Шестнадцать зарядов, шесть термитных, десять осколочных. Два больших алхимических огнемета. Две кожано-деревянных эрзац-пушки, в казематах по краям стены. Подарок от грифона. Я был уверен, что всего этого хватит, чтобы перекрыть регенерацию и убить тварь. Но если всё это поделить на два?

Уже выглядит далеко не так радужно.

По восемь выстрелов и одному огнеметному залпу.

Эрзац-пушки я даже в расчет не беру. Опасаясь, что осколочный снаряд взорвется у них в стволе — я даже снаряды им выдал потешные. По бочонку со спиртом. И за пушки эти поставили солдат, что показали самые худшие результаты на тренировке. Даже если кое-как скрепленной проволокой орудие взорвется — не беда. Их не разорвет на части, а от горящего спирта должен помочь противоожоговый бальзам, которым мы щедро обмазали неудачников.

В общем, серьезного вклада в бой я от них не жду. Если сожгут десяток мелких пауков — уже хорошо.

Матриархи наконец замерли, не дойдя пару сотен метров до конца леса. Наши снаряды добивали и на такую дистанцию, но я не давал команду стрелять. Мы делали расчеты именно на край леса. К тому же, чем ближе цель — тем легче попасть. Даже если цель размером с многоэтажку.

Почему они не нападают? Чего ждут?

Обе твари постоянно вертели головами, оглядывались назад, но я не видел ничего подозрительного. Вплоть до секунды, когда из черной чащи не вылетел блестящий предмет и с огромной скоростью не понесся в мою сторону.

Ныряю за бетонное укрытие. Глухой стук! Несколько крошек падает на голову.

— Что это было? — Спрашивает солдат, а я вновь выглядываю в проем.

Сбоку от него, утопленная в бетон — торчит стрела. На её древке висит воздушный кусок шелка, на котором каллиграфически выведено только одно слово.

«Убирайтесь!»— Какого дьявола... — Озадаченно протянул я и вновь бросил взгляд на выжидающих монстров. Разумеется, никаких луков в их гигантских лапах не было. Но стрела точно прилетела из чащи.

Да что тут вообще происходит?

— А эта штука крепкая, не зря влил столько маны. — Проворчал остроухий следопыт, опуская лук.

Лариэль не ответила, продолжая наблюдать за скопищем людишек.

Поразительные твари, стоит отвернуться лишь на миг — они набегают, словно муравьи на сладкую росу и строят свои жалкие домики из кусков мертвой древесины и камешков. Отвратительно! Почему они просто не оставят нас в покое? Сколько раз еще нужно разметать их жалкие лачуги, чтобы они наконец запомнили, что тут их не ждет ничего, кроме смерти?

Смущала лишь высокая стена напротив леса. Она выглядела словно построенная магом земли из монослитого, а значит — хрупкого, камня. Но прорицатели утверждали, что среди короткоживущих нет ни одного сильного мага. Причем, построена она была словно за мгновение ока, еще совсем недавно её высота и половины нынешней не достигала!

Без магии такое невозможно.

А значит, надо будет допросить нескольких низших, как им удалось спрятать мага земли у них под носом там, что прорицатели его не заметили.

— Иримэ, вы уверены, что правильно начертали послание? Кажется, они не собираются покидать наши земли. — Подытожил следопыт.

— Намекаешь, что за пару сотен лет я могла забыть их жалкий язык? Он прост, как и металлические палки, которыми они колотят друг-друга. Всё начертано правильно, будь уверен. — Ответила друидка, сидящая на Черном щупальце-ветви.

— Тогда начинаем. — Приказала Лариэль. — Я еще планирую посетить купели до заката, надеюсь, выпалывание сорняков не займет много времени.

Иримэ прильнула к ветве и приказ ушел их воинству. Все энты отправились в бой.

Сплошным ковром бежали Младшие, следом перебирали лапами Старшие, но всех контролировали двое Древних Энтов, по праву зовущихся Владыками, чья мощь была столь велика, что позволила бы им сокрушить несколько жалких, людских королевств.

Только в этом не было никакого смысла. Людишки, как и их близкие родичи — гоблины, отличались неимоверной живучестью, а что еще хуже, владеющих магией среди них было куда больше.

Когда маги воюют друг с другом, раздираемые распрями и враждой — еще терпимо.

Но когда они объединяются против общего врага, даже Великому Лесу бывает больно. Настолько, что в конечном итоге осталось лишь одно Древо, а от всего их когда-то эльфийского Королевства — лишь жалкий росток в этих горах.

Другим народам повезло еще меньше — всех их низшие вырезали под корень.

Всё, что им оставалось — это защищаться от попыток короткоживущих тараканов забраться в их Долину.

Единственное, что беспокоило Лариэль — это то, что никто так и не понял, чем повергли одного из Древних Владык. Круг друидов уже начал ритуалы, пытаясь убедить Древо вырастить нового Владыку, но они пока были безуспешны.

Поэтому совет решил использовать двух оставшихся Владык вместе, чего не делал тысячи лет. Лариэль сжала амулет и воспарила взглядом над полем боя.

От зрелища надвигающегося воинства захватывало дух. Само Древо яростно желало мести, породив больше энтов, чем обычно. Скоро короткоживущие познают его гнев!

Враг суетился в потешных каменных домиках, словно надеясь, что они защитят его.

Владыки поравнялись с кромкой леса и тогда враг нанес первый удар.

Лариэль услышала раскат грома и увидела, как проем в стене сверкнул вспышкой. Молния?

Раздается грохот, словно в небесах буря — но в белых облаках нет и намека на грозу. Огненный цветок расцветает у плеча Владыки, даже в небе она чувствует своим призрачным телом его жар и мощь. Оторванная лапа Владыки падает на землю и давит младших энтов десятками.

Невозможно! Двойное поле Владык задавит любую магию, даже магистру низших будет непросто ворожить!

Неужели у людей вновь родился архимагистр?

Паникующая эльфийка напрягает дар, пытаясь познать окружение.

Владыка шатается. Из его плеча выдран огромный кусок древесной плоти. Что бы это ни было — хитиновый покров не смог защитить слугу Леса. Удар серьезен, но рана не смертельна, пусть и неприятна. Регенерация начинает действовать. Волокна змеями шевелятся, пытаясь остановить поток ихора, стекающий по всему огромному телу Владыки.

Каменная Стена людей сверкает вновь и Лариэль понимает, это не маг. Сверкают железные трубы, поднимая клубы вонючего, горячего дыма. Она сосредотачивается и видит летящий к владыке, железный цилиндр, заостренный на конце.

Он летит, словно камень, пущенный из катапульты. Эльфийка не может прозреть ни капли магии в нём, да даже если бы она была — магия не должна была сработать в антимагическом поле!

Владыка, всё еще оглушенный прошлым попаданием, пытается уклониться, но снаряд вдруг разрывается на части с ослепительной вспышкой и его куски, пылая, словно кусочки солнца, накрывают Древнего Энта. И впервые над полем боя раздается его голос боли.

Его огнеупорный панцирь загорелся, частички солнца прожигают его насквозь и стремятся дальше, к древесной плоти. Владыка дергает головой, пытаясь стряхнуть жгучие капли, но они намертво прилипли и жгут, жгут, жгут! Струйки дыма поднимаются из каждой, ослепительной капли металла. Волокна в ране двигаются медленнее, попавший внутрь раскаленный металл мешает регенерировать.

Низшие ликуют, им кажется, что удача на их стороне.

Младшие энты разрушат ваши мечты. Сплошной покров из лап и жвал несется к стене, они без труда перебьют людишек наверху, залепят их железные трубы своей смолой, растворят кислотой!

Каменные домики у подножья стены озаряются потоками пламени. Младшие энты хуже сопротивляются огню, их почерневшие тела десятками валятся в землю, не сумев пройти между струями пламени, что выпускают странные дома. Старший энт идет на помощь, но вдруг падает навзничь. На его грудной пластине — дыра, в которой видно расколотое ядро. Бледнокожий гоблин вдалеке скалится и ставит узкую стальную трубку, из которой поднимается дымок, на пол дозорной башни.

Железные трубы рявкают вновь, одна за другой. Теперь и на втором Владыке распускаются огненные цветы. Младшие энты не могут пробиться из-за огня. Старшие умирают один за другим от жужжащих кусков железа, что вгрызаются им в плоть. Лариэль понимает, надо срочно что-то делать, иначе всё закончится плохо. Она ныряет обратно в тело.

— Мы должны разрушить стену. Малый круг, скорее! Обратимся к Древу!

— Нам нужно разрешение совета. — Напоминает друидка.

— Нет времени! — Отвечает Лариэль и протягивает ей руку. Следопыт, не говоря ни слова, присоединятся.

Круг замкнут.

Течет сила. Течет жизнь. Спящие под стеной корни начинают движение. Творения магов земли тверды, но хрупки, один мощный удар и они трескаются пополам. Так сломайся же!

Ветвятся корни, удар!

Стена стоит, лишь крошечные осколки камня откололись от фундамента.

— Не может быть... — В голове слышится недоверчивый голос друидки.

— Бьем еще. — Приказывает следопыт.

Корни сплетаются в пучок.

Удар! Удар! Появляются трещины, сыпется камень, но стена и не думает ломаться. Болят корни, стекает сок. Под хрупким камнем — упругое железо.

— Мы там не добьемся ничего. — Из носа следопыта течет кровь. Из её носа — тоже.

— Нужно уничтожить домики возле стены. Просто перевернем их и они рассыпятся.

Круг напрягается последние силы, корни смещаются ближе и вздымаются под одним из домов, выкорчевывая его из земли, будто гриб. Строение сидит в земле глубже, но его получается перевернуть. Вот только странный камень и не думает разрушаться, а из соседнего домика вспыхивает струя пламени и тут же несется к корням, обжигая их.

Невыносимая боль затопляет сознание.

Друидка выпадает из круга первая, потом следопыт. Он сам обрывает связь, беря на себя большую часть отката.

Лариэль сжимает амулет и вновь воспаряет над полем боя.

Старшие энты собираются вместе, чтобы единым кулаком пройти через образовавшуюся брешь в обороне. Из перевернутого дома еще вырываются языки пламени, но их уже недостаточно. Младшие энты собираются со всей округи, чтобы пойти сразу следом за Старшими.

С небес пикирует грифон, чуть не задевая крылом призрачное тело эльфийки. В его лапах — железный продолговатый предмет. Грифон сбрасывает свой груз вниз, на собравшихся энтов.

Даже призрачные глаза слепит вспышка.

Через силу Лариэль опускает взгляд. На месте ударного кулака — лишь воронка, ошметки старших энтов валяются по округе, конвульсивно дергая лапами, а от мелких не осталось вообще ничего.

Из леса бегут еще отряды энтов, но их уже жалкие остатки. С края стены летит бочонок и место прорыва, который они с кругом таким трудом создали, застилает стена огня.

Владыки продолжают получать удар за ударом, теряя части тел. Особенно не везет тому, кто первым ощутил на себе оружие низших. Из перебитой трахеи сочилась кислота, но что самое страшное — выдранная часть плоти оголила святящаяся ядро.

Эльфийка с ненавистью смотрела на железные трубы, посылающие смерть. Она читала о таких давным-давно. Проклятые гномы! Пусть хроники и говорили, что их истребили первыми, но ведь и эльфов многие считали вымершими. Низкорослый народ решил продать свои знания в обмен на жалкое существование рабами белокожих гоблинов? Им нет прощения!

Проклятые орудия гномов не позволили Древним подойти ближе и применить своё самое страшное оружие — потоки кислоты.

Даже мерзкий человечишка понял это. Он безнаказанно стоял на вершине стены и размахивал белым мечом, подзывая к себе грифона.

Ненавижу!

Лариэль скомандовала Владыкам отступать.

Этот бой уже не выиграть.

— Вези меня к левому Матриарху! — Кричу я подлетающему Фалькону и возвращаю меч в ножны.

— Вы с ума сошли, Виконт? — Отвечает он, но приближается достаточно, чтобы я смог вцепиться в грифонью лапу.

— Если он уйдет — то быстро восстановится. Мы не можем этого допустить!

Уверен, Фалькон и сам это понимает, поэтому без возражений несет меня к дымящейся, но еще живой горе, что весьма резво удалялась от поля боя. Но куда ей убежать от грифона?

В разорванной шее у основания головы — светилось ядро. Это и была моя цель, и шанс добить монстра.

— Отвлекай его! — Приказываю я и приземляюсь на броню твари.

Из-за многочисленных повреждений тварь не сразу замечает меня, но всё меняется, когда белый меч обрушивается на один из опоясывающих ядро древесных канатов и перерубает его.

Чудовище воет и резко мотает шеей, пытаясь сбросить меня вниз.

Ему это почти удается! Приходится располовинить меч, превращая его в два крюка, чтобы удержаться у цели. Рядом мелькает лапа, но ей не удаются дотянуться до меня. Вторая же — оторвана по самое основание. Большие размеры — это не всегда плюс.

Грифон пикирует сверху, атакуя глаза, и монстру приходится переключиться на него. Когти оставляют борозды на древоподобной плоти чудовища, а ответный удар вздымает в воздух несколько перьев, лишь чудом не перебив крыло. Фалькону не стоит забывать, что эта тварь намного быстрее, чем от неё можно было бы ожидать.

Наездник меняет тактику, не пытаясь атаковать глаза, он нарезает круги вокруг головы, делая вид, что вот-вот спикирует снова, тем самым отвлекая внимание на себя.

От резких движений чудовища я мотаюсь на крюках туда-сюда и понимаю, что рубить так будет очень сложно. Но зачем обязательно рубить?

Заставляю металл обвиться вокруг руки, приковывая себя к шее Матриарха, а второй крюк превращаю в пилу. Туда-сюда, пошла работа! Теперь дерганья монстра мне даже помогают, один за другим от ядра отпадают перепиленные канаты. Связь чудовища с ядром слабеет, а значит — слабеет и оно само.

Всё сложнее ему отмахиваться от грифона и он, выгадав момент, пикирует вниз, клювом пробивая фасеточный глаз.

Монстр пронзительно ревет и пытается окатить грифона кислотой. Сбоку от меня, из разорванного горла твари вырывается поток зеленоватой, дымящейся жидкости и без всякой пользы стекает вниз. Лишь жалкие крохи доходят до пасти и вместо настоящей реки кислоты, тварь выплевывает лишь кислотный туман, с редкими каплями.

Этого хватает, чтобы грифон, негодующее клекоча, отступил, но не более того.

Горло жжет, а глаза щиплет, кислотный туман орошает и меня. К счастью, я весь с ног до головы в ихоре твари, так что это почти не страшно.

Все ж, до чего я мог дотянуться — уже перебито и перепилено. Но в глубине, с другой стороны, ядро еще крепко что-то держит.

Тварь ослабела, она уже едва перебирает лапами, но и не думает подыхать. Выхватываю револьвер, насколько могу, просовываю ствол за ядро и выпускаю весь барабан.

Лапы монстра подгибаются и Черный лес, что был где-то внизу — резко приближается. Черные щупальца бьют по телу, рука хрустит от удара твари об землю — крюк вырывает из древесной плоти, и я скольжу по гладкой спине Матриарха, лишь в последний момент, цепляясь рукой за обжигающую плешь в броне, проделанную термитом. Монстр конвульсивно дергается, пытаясь подняться, а заодно, скинув меня вниз, откуда уже слышен многочисленный писк — более мелкие пауки поднимаются по лапам и скоро доберутся до меня. Сверху, ко мне пикирует Грифон, его крылья дымятся, а сам он похож на мокрую курицу.

— Виконт!

— Ядро! Сначала вырви ядро!

Когтистые лапы смыкаются вокруг светящегося шара. Взмах крыльев, поток ихора и чудовище затихает навсегда.

Снизу ко мне ползут мелкие пауки, нисколько не смущаясь гладкой и почти отвесной поверхности. Первый получает сапогом по головогруди и летит вниз, второй, размером не больше кошки, оказывается удачнее. Прыгнув вверх, он вцепляется мне в стопу и впрыскивает кислоту. Ощущения, словно в сапог налили кипяток. Бью ногой об панцирь до тех пор, пока не раздается хруст. То ли вцепившегося паучка, то ли кости, то ли всего вместе.

Увидев, что у меня неприятности, грифон закидывает ядро в сторону наших позиций и мчится ко мне. Но в защите уже нет нужды. Едва ядро по параболе полетело к стене, как все пауки дружно помчались к нему, оставив нас в покое.

— Ядро, дьявол тебя дери! — Ору я, пока Фалькон затягивает меня в седло. Левая рука не слушается, я вообще её не чувствую, а вот нога... Лучше бы я не чувствовал ногу! Боль поднимается всё выше, подтягиваясь к колену. Рыцарь туго перетягивает бедро, пока я матерюсь, приказывая вернуть ядро.

Бросок грифона был хорош, словно пущенное из катапульты, ядро приземлились на границе леса и тут же, отступающие пауки развернулись и ринулись в новую атаку. Мелочь облепила светящийся шар и попыталась утащить в лес, но артиллеристы не спали.

Громыхнула эрзац-пушка и пространство вокруг ядра затопило волной огня. Но в этот раз мелочь не побежала, даже сгорая, они толкали ядро, а новые волны без сомнений прыгали в огненную лужу, пытаясь потушить её своими телами.

Двери бункеров у стены открылись и оттуда высыпал отряд латников, во главе с Дорваном. В каждой руке он держал по двуручному топору.

Громыхнули картечницы, сшибая волну мелочи.

Настолько мелких тварей раньше мы не встречали, похоже Лес пустил в бой всё, что было.

Топоры, кружась, полетели в пауков, прорубая просеку, а сам Дорван, топча тварей, вцепился в ядро и поднял его прямо с сидящем на нём паучком.

Ошалевший от такой наглости паучок поднял лапы и зашипел, но был прямо на ходу раздавлен об ядро ударом широкого лба Дорвана, что чуть ли не прыжками мчался к стене.

Вновь зажужжала дробь, а следом раскаленная полоса отрезала путь тварям — один из солдат использовал алхимический огнемет. Редкостное расточительство, использовать такое оружие против мелочи, но я уже не возражал.

Второй Матриарх хотел было присоединиться к битве за ядро, но получил термитным снарядом по голове и быстро передумал, с горящей головой убегая в чащи леса. Даже мелочь перестала сжигать себя в алхимическом пламени, то ли поняв, что его не потушить, то ли они попросту закончились.

Всё это я мутным взглядом наблюдал с Грифона, пока Фалькон яростно требовал целителя.

Вены жгло огнем. Забавно, сильнее всего я пострадал не от самого большого паука, а от самого маленького.

В следующий раз надо будет не забыть про доспехи... — Подумал я и отключился.

— Проход закрыт! Запрещ-щ-щенно! Ждите разреш-ш-шения нашего Повелителя! — Прошипел стражник, высунувшись из проема башни над вратами.

Выглядел он дерьмово. Даже с земли было видно, что его трясет, а по рукам, не прикрытым кольчугой — змеятся вены.

— Как-то тебе совсем хреново, дружище! — Крикнул Тил, на что стражник еще сильнее зашипел и скрылся в темноте проема.

— Ждите отряд наш-шего Владыки! — Донеслось из темноты.

— Эй, раньше вы без всяких выкрутасов нас пропускали! — В разговор вмешалась Аша, но её крик остался без ответа.

Ворота крепости никто открывать не собирался.

— Нервные они какие-то. — Произнесла она, и Тил усмехнулся.

Неудивительно, на выезде из Гоблинского Леса караван уже по традиции столкнулся с большим военным лагерем Первого Герцога, к счастью, всё обошлось. Их заверили, что войска собрались исключительно для ежегодной зачистки леса от гоблинов, и пропустили, даже не взяв взятку. Знали бы они, сколько золота в фургонах...

Тил подозревал, что всё обошлось лишь потому что в лагере руководил их уже старый знакомый — Алуин, что просто не осмелился нарываться во второй раз.

В общем, неудивительно, что войска Клемена настороже! Больно уж рано собрались войска для зачистки, ведь обычно её проводят в середине весны.

— Ну, что делать-то будем? — Обратилась к нему Аша. — Мы и так потеряли целых четыре дня в этом проклятом лесу!

Двигаться дальше, оставив Черный Лес разрастаться — они не могли. Пришлось вставать лагерем, нагонять крестьян, попутно раскулачивая их на шанцевый инструмент -копать и жечь, жечь и копать. Пока от поляны с трупами не осталась лишь выжженная дотла, глубокая яма.

Больно уж глубоко уходили щупальца. Но если их оставить, кто знает, насколько оно разрастется? Тракт через лес — это самый доступный и быстрый путь к центральным землям Королевства. Для всех северных земель было бы не очень приятно его лишиться.

Пусть махать лопатой было не столь же героически, как повергнуть чудовище — Тил ни на секунду не сомневался, что они все сделали правильно, уничтожив будущую проблему в зародыше.

— Эй, ты меня слышишь вообще? Я задолбалась уже, хочу как человек, поспать наконец в нормальной постели! А еще...

— Тихо! — Гаркнул Тил и вслушался.

Вдоль гор раздавалось эхо.

— Что?

— Да заткнись, демон тебя дери! Слышишь?

Тихий грохот прозвучал вновь, а эхо услужливо превратило его в канонаду.

— Ну гроза, и что?

— Какая гроза зимой, дура? — Тил закусил губу. Барон не пускает их в долину, хотя раньше с этим проблем не было. Выстрелы где-то вдалеке.

Неужели он осмелился напасть?

— Аша! Подойди-ка на минутку. — Подозвал магичку Тил и шепнул ей на ухо. — Надо прорываться.

— Без вопросов! — Весело крикнула она и все бойницы тут же затопило ревущее пламя, в котором утонули крики стражи.

— Дура, а подготовиться!?

— Нафига? Тут никакой магической защиты нет, я и сама справлюсь! Подвезите печку поближе только, жар тянуть неудобно.

Грохоча, опустилась железная решетка, но магичка лишь довольно потерла руки.

— У нас же есть место в фургонах? Ух, сейчас я нам железа про запас нарежу!

Тил с силой хлопнул рукой по лицу, пока Аша, насвистывая веселую песенку, резала решетку раскаленными добела струями пламени, попутно сжигая всех, кто рискнул показаться рядом с бойницами.

Спустя десять минут дорога была свободна.

— Господин Алуин, может, хотя бы этого ограбим? Парням жрать уже нечего! — Обратился к своему командиру сержант войск Первого Герцога.

Алуин бросил взгляд на дорогу, на которой одинокую повозку с запряженным осликом окружили солдаты в красно-бронзовой броне. Крестьянин трясся от страха и не мог вымолвить и двух слов, лишь пытался прикрыть руками десяток грязных мешков, что лежали в повозке.

— Разрешаю. — Кивнул Алуин и солдаты с радостными криками скинули крестьянина с повозки и наперебой принялись растаскивать мешки, вырывая их друг у друга.

Один из мешков, не выдержал такого обращения и порвался, осыпав мародеров землей с примесью навоза.

— Вот дерьмо! Это же дерьмо?! Ты охренел, мужик, ты на кой ляд дерьма в мешки набил?! А ну-ка парни, давайте наваляем ему!

— А ну, стоять! — Вмешался Алуин. — Выпотрошите их все, может там есть что-то ценное!

Очень уж подозрительным ему показалось то, что крестьянин использовал для навоза довольно дорогие для него мешки, а не просто сложил его кучей.

Солдаты с энтузиазмом принялись рыться в дерьме, надеясь найти спрятанное золото или хотя бы серебро. Но всё тщетно, в мешках не было ничего, кроме земли, говна и мелкой, серой пыли.

Разумеется, это не способствовало доброму расположению духа.

— А ну быра колись, нахрена говно везешь? Где деньги заныкал? — Солдат схватил крестьянина за грудки и потряс, словно пытаясь вытрясти из него не только ответы, но и монеты.

— В Лиград ехал, милсдари... говорят там по двадцать медяков за мешок удобрение берут, десять мешков — уже две серебрушки! — Чуть ли не плакал крестьянин.

— На кой черт кому-то дерьмо скупать? — Солдат вновь потряс крестьянина за грудки, думая, что его разводят.

— Не знаю! Не знаю! Но платят честно, кузен мой уже несколько повозок продал!

— Поди огородник какой с жиру бесится, али алхимик травок вырастить захотел. — Козырнул интеллектом другой солдат и внимательно посмотрел на меланхолично стоящего осла.

— Старшина, давайте хоть осла зажарим, осточертели эти сухари! — Обратился он к сержанту.

Сержант поморщился:

— Не стоит. Они же вонючие, пусть лучше в обозе будет, у нас всё еще с этим туго. Верно говорю, Господин?

Алуин снял шлем и почесал круглую отметину на лбу.

— Так, смерд. Слушай мою волю! За торговлю с цитаделью демонов — ты заслужил смерть, но я милостив. Оставь повозку с ослом и вали на все четыре стороны.

— Де... демонами? — Затрясся крестьянин.

— Да! Проклятыми господом павшими, что презрели божьи законы и пали во грех!

— Я ни в жизнь! Берите, всё берите! Да как же так... демоны... — Залепетал крестьянин.

Солдаты взяли осла под уздцы и повели в лагерь, а мужику отвесили пинок под зад. Алуин услышал тихое ворчание своих подопечных — они всё еще недоумевали, почему он на днях пропустил жирнющий караван даже без досмотра!

Откуда им знать, что как только Барон увидел знакомые черно-белые цвета, как только заметил в руках одного из караванщиков знакомую стальную палку, что лишила его химеры, а самому оставила на память круглый шрам на лбу... Да его просто парализовало от ужаса. Какой досмотр? Какие взятки? Караван проехал, не устроив проблем их лагерю — и то слава Единому! Барон уже один раз встречался с этими чертовыми артефактами и более пересекаться с ними не намерен. Вот если кто и есть сущие демоны — так это проклятые прихвостни Кондоров!

Ну нечего. Совсем скоро войска Герцога сожгут его дружка, Клемена Брута. Эту жирную, Баронскую гниль, пачкающую земли Королевства! А там и до Кондоров дело дойдет. Алуин предвкушающе облизнулся, земли Клемена не очень-то и богаты, но даже там есть что пограбить!

По проселочной дороге раздался бодрый цокот копыт.

Гонец!

— Барон Драконьего Пика, Первый Герцог приказывает вам явиться в ставку! Немедленно!

— Вот же ж... Телегу, быстро! — Крикнул Алуин и принялся спешно снимать доспехи. После того как чертов Кондор убил его химеру, у Барона настали плохие времена. Его фамильный доспех был столь тяжел, что не один конь, даже детрийской породы, не мог везти его облаченным в бой. Пришлось Алуину достать из хранилища свой ростовой щит с полуторным мечом и ходить в бой пешим. Прежде чем новая химера будет готова везти его в бой — ей нужно хотя бы год расти.

Зачарованный нагрудник обрушился на телегу, заставив заскрипеть деревянные колеса. Следом посыпались другие части доспеха, Алуин оставил на себе лишь поножи. Подозвав коня, он с трудом забрался на него и галопом поскакал к своему господину.

Следом за ним, звеня металлом на выбоинах, Сержант гнал тройку лошадей, что везли доспехи и оружие.

Лагерь Первого Герцога выглядел шикарно, как ему и полагалось. Он занял собой всё поле возле леса. Роскошные шатры с вышитыми гербами рыцарей, передвижные молельни, возле которых неизменно находилось парочка охотников на ведьм или младших инквизиторов с послушниками. Объявленный поход на демонов привлек большое число это братии, что придавало окружающим ощущение своей набожности и правоты. Конечно, среди них не все выбрали путь искоренителей зла по искренним убеждениям. Встречались и те, кто купил инсигнии благодаря покровительству Герцога, ради возможности потворствовать своим грехам... Но даже зная это, сердце Алуина наполняла вера в непогрешимость их затеи.

Они собирались делать правое дело! Про Клемена Брута давно ходили слухи, что он связался с культистами, вот только Третий Принц долгое время покрывал его грешки перед Королем. Теперь, совершенно внезапно, Принц выступил первым и главным обличителем своего бывшего соратника!

Разумеется, Герцог заподозрил подставу, но после позорного ухода с земель баронессы ему требовалась быстрая и решительная победа. Видит Единый, он сцепился бы и со Вторым Герцогом, показал этому тщедушному стиляге, как сражается настоящий воин, но... Никакой быстрой победой в войне против Второго Герцога и не пахло. Все понимали, это будет долгая и упорная бойня, с медленным продвижением вперед.

Совершенно не то, что ему сейчас необходимо!

Плевать, что там задумал Третий Принц, на случай подставы в обозе Первого лежали настоящие оккультистские гримуары и прочие, купленные на черном рынке, свидетельства падения Барона, которые совершенно случайно обнаружат в его замке при абсолютно любом раскладе.

Алуин прекрасно об этом знал, ведь именно ему Первый доверил доставить этот груз в лагерь.

Единственное, что он не понимал — это то, почему Господин медлит. У собранных для атаки войск кончались припасы...

Барон Драконьего Пика мотнул головой и продолжил продвигаться к Главному Шатру. Это не его баронского ума, дело. Господин всегда знает, что делает. Раз медлит — значит для этого есть весомая причина.

А вот и он, самый крупный, самый роскошный и дорогой шатер, настолько огромный, что у некоторых графов бальный зал был меньше!

Именно в нем Господин устроил военную ставку.

Закованная в броню стража без проблем пропустила Барона внутрь.

— Алуин! Отлично, подойди! — Радушно проревел похожий на медведя, хозяин шатра, что сидел за огромным столом. Рядом с ним сидели все северные бароны, чьи земли были относительно недалеко от земель Клемена, а за их спинами толпой стояли рыцари.

Алуин протиснулся мимо них и уселся в специально приготовленный для него стул. Несмотря на то что он боялся последствий за... не самое удачное взятие Хелгена — Герцог оказался удивительно радушен. Сбылись слова более старших товарищей, утверждающих, что Господин весьма снисходителен к неудачам и провалам, а нетерпим лишь к предательству.

О судьбе тех, кто проявил нелояльность — говорили шепотом. Худшим страхом любого аристократа под властью Первого Герцога — было подозрение в неверности Господину. Всё остальное же сходило им с рук, и воровство, и военные провалы.

Герцог лишь пожурил Алуина за потерянную химеру и даже внес половину сумму на выращивание новой! Барон Драконьего Пика был уверен, во всем Королевстве никто не относился к своим вассалам столь же хорошо!

— Теперь, когда мы все собрались, прошу внимания! Внести карту!

Слуги засуетились и расстелили огромное полотнище на столе.

— Так, значит вот, смотрите сюда. Мы тут. — Герцог поставил крупную фигурку себя на поле, возле Гоблинского Леса.

— Вспомогательные отряды тут, тут, тут и тут. — На карту легли еще фишки.

— Значит-с, главный удар. — Герцог подвинул фигурку вперед, на маленький городок... вернее, даже большую деревню. — Стополье. Быстро берем его и двигаемся дальше, к замку.

Он вновь подвинул фигурку, на замок Брута, вокруг которого тоже раскинулась деревня.

— Быстро берем замок, пару дней там всё... очищаем, потом идем к Лиграду. Все вместе, поняли? Кто ослушается — башку отрублю. В это время вспомогательные отряды берут деревни по периметру... — Герцог задумчиво покрутил в руках фишку. — Столько, сколько успеют... Итак, всем ясно?

Собравшиеся закивали, источая хвалы тактическому гению Герцога.

Он довольно погладил бороду и приказал убрать карту.

— А теперь поговорим о нашей священной миссии. Это не просто пограбить земли... как мы никогда не делали, кстати. — Уточнил он, и Бароны тут же начали уверять, что нет, никогда такого не было.

— Вот-вот. Это по-настоящему священная миссия. Еще мой дед, когда был проездом в этих землях, удивлялся насколько их запустил Клемен! Такие богатства, а добывают их всякие проходимцы! Бандюки и торговые гильдии, что суть одно и то же! Не дело это, верно?

— Конечно! — Дружно ответили собравшиеся, среди которых голос Алуина звучал сильнее всех.

— Воот. Но его потомок еще хуже поступил, он съяшкался с демонами! С суккубами всякими и прочей чертовщиной. Прямо в Королевстве! Прямо возле наших земель — гнездо демонической погани! — Распалялся Герцог, и негодование охватывало собравшихся. Рыцари били себя в грудь, Бароны требовали положить этому конец.

— ХВАТИТ! — Проорал Герцог и ударил по столу с такой силой, что столешница проломилась. — ХВАТИТ ЭТО ТЕРПЕТЬ! МЫ ДОЛЖНЫ ПОЛОЖИТЬ КОНЕЦ ЕГО БЕСЧИНСТВАМ!

— ДА! — Взревела толпа так, что шатер зашатался.

— Сегодня мне пришло письмо. Письмо от самого Святого Трона! Великий Теогонист не против наших действий, он одобряет очищение земель от демонов! Первый и Третий Принцы на нашей стороне! Верховный Инквизитор тоже за! Наша миссия священна! ОЧИСТИМ СТРАНУ ОТ ДЕМОНИЧЕСКОЙ ПОГАНИ!

Ставка вновь взорвалась криками, а на ухо Алуину вдруг шепнул один из его рыцарей:

— Господин, я был тут, когда пришло письмо... Там на самом деле всё не совсем так...

— Тсс! — Шикнул на него Барон. Надо будет не забыть заменить этого рыцаря, больно уж он много умничает. Раз Господин сказал — поддерживают, значит поддерживают и точка.

— В атаку же братья! Сокрушим демонов! — Закричал Герцог и достал из-под стола боевой молот.

— Что, прямо сейчас? — Недоумевал умный рыцарь позади Алуина.

— Это эффект внезапности, дурень! — Встал из-за стола и дал ему затрещину Барон.

Как пить дать, заменю!

Военный лагерь загудел, как рой ос. Повсюду раздавались команды, химеры носились по лагерю, сшибая шатры и внося неразбериху.

Но Алуин по опыту знал, эти мелкие неурядицы не помогут врагам Герцога. Всех их сметет неудержимая, стальная волна конницы и пехоты.

Войска выдвинулись, уверенные в быстром и легком успехе.

Как же все они ошибались.

В кои-то веки слова Герцога о демонах оказались чистой правдой.

Как и все Эльфийские здания, Зал Совета был выращен Древом. Столы или кресла — ничто не знало прикосновения ножа резчика. Лишь живое дерево и щепотка магии.

В этом здании всегда кто-то присутствовал, но настолько людно, как сегодня — в нём не было около сотни лет. В последний раз Совет собирался в полном составе лишь чтобы принять решение об уничтожении замка Воронов. Сегодня тема была куда более безрадостной, потеря за один год сразу двоих Древних из Трех, большей части Старших и немыслимого количества младших энтов.

А ведь даже потерю первого не успели как следуют обсудить и понять, как так вышло, что на совершенно рядовом перехвате заурядной группы авантюристов — погиб Древний...

Заседание шло уже полдня, в течение которых элиты леса пытались осознать свалившиеся на них беды.

— Это оружие нашли у остан... На поле бое. — Вовремя поправилась Лариэль, не стоило напоминать собравшимся лишний раз о гибели Древнего. — Прошу Совет взглянуть.

Молодой эльф внес в Зал стальной трофей, что почтительно лежал на шелковой подушке. Хищные линии, идеально подогнанная рукоять, одутловатый барабан. Любой из солдат Кондора легко узнал бы в трофее револьвер Лорда.

Почтенные члены совета передавали оружие друг другу, крутили его в руках, принюхивались, а кое-кто даже аккуратно лизнул нагар. Спустя полчаса со своего места поднялся председатель и объявил коллективное заключение.

— Добытый вами предмет, Лариэль, похож весьма на то, что хроники описывают как гномский свинцеплюй. Однако, мы не уверены... Прошу Старейшую направить наши мысли! — Эльф повернулся и обратился к деве, что казалось бы, вросла в стену. Глаза эльфийки были закрыты.

— Старейшая! Совет просит вашего... совета. — Чуть смущенно, вновь воззвал председатель.

— Я слышу, Гилберт. Не оглохла ещё. — Сварливым голосом ответила эльфийка, приоткрыв один глаз.

— Гилберт почил в безмятежный сон полвека назад. Я его сын, меня зовут...

— Неважно, к моменту, когда меня снова разбудят, всё равно придется общаться с твоим внуком, Гилберт. Что за дело у вас? — Проскрипела эльфийка.

— Прошу, изучите этот предмет.

Сын Гилберта вложил в её гладкие, без единой морщинки, руки стальной револьвер.

Эльфов не зря другие народы называли Вечными. Время обходило стороной их бессмертные тела.

Тела, но не разум.

Первые полтысячелетия эльф любознателен, активен и дерзок. Он жаждет учиться, совершенствовать навыки, рисковать и узнавать новое. Тысяча лет — пик его жизни, после чего он медленно угасает. Не телом, почтенный эльф и в три тысячи лет силен так же, как молодежь. Душой и разумом. Года летят словно недели. Жизнь не приносит радости, огонь чувств гаснет. Возникает желание впасть в долгий сон. Сколько эльф продержится — зависит лишь от него самого.

В Совет входили самые почтенные из эльфов, большинству присутствующих было больше трех тысяч лет.

Порой Лариэль казалось, что это обстоятельство играло во вред их обществу, ведь слово «оперативно» почтенные понимали весьма... своеобразно. Даже на сбор этого сверхсрочного совета ушло больше суток!

Старушка Маиис хоть и выглядела ровесницей Лариэль, прожила столько, сколько не прожил весь Совет вместе взятый. Никто даже не знал точно, сколько ей десятков тысяч лет, но она своими глазами видела всё, что бережно хранят в виде хроник. Видела в те моменты, когда сбрасывала с себя оковы сна.

Провидение наделило её необычайно острым разумом, и даже спустя столько веков Маиис была удивительно адекватной. Для своего возраста.

— Ясно, это свинцеплюй. — Пренебрежительно фыркнула Маиис и небрежно бросила оружие в собравшихся эльфов.

Председателю пришлось отбросить помпезность и броситься вперед, чтобы не дать оружию рухнуть на пол. Вероятно, этого старая эльфийка и добивалась.

— Благодарим за вашу...

— Я НЕ ЗАКОНЧИЛА! — Каркнула Маиис и с трудом встала со своего места, оставив в стене отпечаток силуэта.

— Думаете, малявки, что гномы вернулись из небытия? — Она обвела взглядом собравшихся почтенных и остановила его на Лариэль.

— Мы... Совет еще не обсуждал этот вопрос. — Запнулся Председатель и поежился от взгляда эльфийки. Её взгляд подавлял, словно само Время смотрело на него.

— Обсуждения, обсуждения... Бесконечные обсуждения. Сэкономлю ваше время. Внимательно осмотрите оружие, что вы видите перед собой?

— Оно не под гномскую руку. — Заявил эльф, что лизал нагар.

— Молодец, хоть один думать не разучился. Какая ветвь? Эль? Впрочем, неважно. Ещё?

Зал зашумел. Почтенные эльфы, чей возраст насчитывал тысячи лет, почувствовали себя молодыми учениками под строгим взглядом учительницы, каждый пытался высказать хоть какую-то догадку, но Маиис всё качала головой.

— Нет. Даю подсказку — гномы использовали пневматические молоты для ковки своих орудий. Течение подземных рек и силу рудных газов! Видите ли вы следы ковки на этом свинцеплюе? НЕТ! Посмотрите на эту структуру, на идеально подогнанные детали. Даже гномы так не могли сделать. Оно преобразовано! Это работа людского мага металла.

— Выходит, людские маги завладели секретами гномов? — Подала голос Лариэль, хотя из-за возраста у неё не было права говорить на совете. Лишь отчитываться или отвечать на вопросы, но ни в коем случае не задавать их.

Впрочем, Маиис её дерзость лишь позабавила.

— Девочка, людские маги завладели этими секретами десятки тысяч лет назад. Да... После Второго Вторжения... То есть Первого, конечно. Мы загнали всех гномов под землю, в их любимые шахты и когда люди пришли в этот мир, очень уж им приглянулись ямы с гномским золотишком. Война была кровавой, но короткой. И первым же делом победившие маги уничтожили всё, абсолютно всё. Расплавили все машины, сожгли всех, узнавших об их секретах... — Эльфийка закатила глаза, вспоминая те времена.

— Но зачем они это сделали? Разве эти секреты не сделали бы их сильнее? — Недоумевала Лариэль.

— Чтобы сохранить власть, конечно. Для магов было опасно существование такого оружия, всех, кто делал попытки создать что-то подобное — ждала мучительная смерть. Если люди вновь изобрели свинцеплюи — это значит лишь одно. Империи Магократии пришел конец.

— Кхм. Старейшая, гражданская война у людей кончилась многие века назад. Сейчас они разделены на три Королевства, их Империя пала. Мы узнали это благодаря нашим шпионам.

— Шпионы. Ха. Я поняла это с помощью лишь одного взгляда на эту железку, и не только это, еще многое другое открылось моему взору. Хотите, поведаю вам о будущем, детвора?

— С великой покорностью проси...

— Просто «да», было бы достаточно. Грядет еще одна война, большая война. Свинцеплюи — это не оружие защиты, это оружие нападения. Как давно оно появилось?

— Наши шпионы... Еще десятилетия назад ни о чем подобном не слышали.

— Понятно. Ты! — Маиис ткнула пальцем в Лариэль. — Говори ты!

— Я видела и более мощные орудия, их разместили на стене. Благодаря им низшие сумели повергнуть и обратить в бегство Древних. Мы уже потеряли двоих. — Закончила она, несмотря на отчаянные жесты Председателя.

— Значит, уже совсем скоро. Выход лишь один, начинайте ритуал Запечатывания Леса.

— Что? — Изумился Председатель. Ему вторили голоса других членов Совета. Важнейшее решение, что влияет на весь народ — принято всего лишь за секунды разговора?

— Может... обсудим? Проведем голосование... — Неуверенно произнес другой.

— Тут нечего обсуждать. Мы должны стать крепостью и тогда есть большой шанс, что людишки вновь начнут грызться друг с другом, забыв про нас. Они так всегда делают, не переживайте. — Улыбнулась Маиис. — Я лично буду контролировать ритуал. За дело!

Вся деревня вышла на улицы, чтобы встретить караван. Отцы и сыновья, жены и дети... да и любовницы, чего греха таить! Прибывшие гвардейцы быстро перемешались с толпой и лишь доспехи позволяли различить — кто прибыл с караваном, а кто — их встречал.

— Тил! — Я махнул рукой своему командиру, опираясь на трость. — Рона привезли? Он мне понадобится.

Хоть Альф и смог спасти ногу, до окончательного выздоровления было еще далеко. Без более опытного целителя не обойтись.

— Конечно, и кое-что ещё... — Тил присвистнул и махнул рукой на стену. — Ого, в прошлый раз этой штуки не было!

— Ты еще не знаешь, за сколько её отгрохали! — Усмехнулся я. — Кстати, где мелкая?

— Где-то тут шмыгала... — Развел руками Тил.

Аша нашлась в конце каравана, сидящей на своей любимой походной кухне.

— Привет! Что хромаешь?

— Так вышло. — Буркнул я. Но магичка не унимались — болтая ногами, она затараторила с такой скоростью, что и слова не вставить.

— Я думала, тут у вас город! А это обычная деревня! Разве что крепостная стена неплохая, и то только с одной стороны. Стена же должна быть вокруг, верно? Еще я хочу наконец горячую ванну. В вашей деревне найдется хоть одна приличная ванна?!

Демонстративно прочищаю ухо.

— Когда-нибудь будет город. Ванны нет, есть деревянные кадушки, но ты влезешь. Вставай и отправляйся на работу, будешь так понравившуюся тебе стену достраивать.

— Чего? Я с дороги! Устала! Какая работа?

— Там дел на пару часов, просто будешь греть, как и всегда. Мой алхимик всё тебе покажет. Обещаю лично сделать огромную ванну, если хорошенько поработаешь. Железо привезли же?

— Конечно, и сталь, и железо. Последнего даже больше, чем ты заказывал. Вон! — Аша махнула рукой себе за спину.

Позади походной кухни стояла телега, нагруженная какими-то кусками толстых прутьев, явственно оплавленных по краям. Присмотревшись внимательнее, я понял, что это не что иное, как герса — опускная решетка замковых врат!

— Тил! — Крикнул я, и командир гвардии тотчас примчался. — А ну, вы двое, быстро объясняйте, откуда эту хрень взяли?! Сразу предупреждаю, что в рассказ, будто нашли на дороге — не поверю!

В ответ я получил сбивчивое и смущенное объяснение о подлом бароне, что наверняка хотел напасть и ограбить караван.

— Рэндал, чес слово, так и было! Клянусь вулканом, они там все словно дурь-травы обкурились. Несли чушь, что приедет барон и с нами разберется! Тил, а ну подтверди, что так и было! — Обратилась магичка, пнув латника по ноге. И тут же запрыгала на месте, схватившись за носок. Додумалась же, поножи пинать, дурында!

— Да-да, всё так и было! — Словно болванчик, закивал Тил, пряча взгляд.

Судя по всему, он тоже был замешан в идее прорываться с боем через крепость.

Вздыхаю и провожу рукой по лицу. Хорошо еще, что в этот раз был барон, а если бы они такой фортель с относительно дружественным аристократом выкинули? Отвечаю-то я за этих балбесов. Всё, что сделано солдатами под цветами моего рода — это есть ответственность рода. Если солдаты творят дурь — то сам виноват, что не воспитал.

Впрочем, конкретно в этом случае, я склонялся к тому, что поступили они скорее правильно, чем нет. Деловые отношения с Клеменом исчерпали себя, рано или поздно пришлось бы эту проблему решать. А решать её, если бы он заполучил содержимое каравана — было бы куда тяжелее.

— Рэндал! В караване не хватает четырех мешков селитры, но зато я нашла крупное, неучтенное ядро! — Размахивая книжкой, к разговору присоединилась Тамилла.

— И эта сисястная тут! Я даже отдохнуть от неё не успела. — Сплюнула на землю Аша.

— А где мне еще быть? — Всплеснула руками торговка.

— Насчет ядра и мешков... Ну, это долгая история. — Неуверенно проговорил Тил.

Я бросил взгляд вдаль, где рабочие уже замешивали цементный раствор.

— Раз долгий, то поговорим о нём чуть позже, во время ужина. А пока — я забираю Ашу. И да, телегу с решетками пусть тоже подвезут к стене.

За этот месяц бедный старик совсем надорвался, используя свои силы. Отощал настолько, что даже глаза впали. Поэтому я так спешил заменить его на магичку и дать наконец алхимику полноценный отдых. Своей героической работой он его полностью заслужил.

А еще недели три-месяц, так вообще погода установится и можно будет лить бетон без танцев с подогревом.

Закончив монтировать арматуру, я даю сигнал магам.

— Значит так, девочка, возьми в руки прутья и разогрей их до семидесяти градусов, потом плавно распространи её по всей конструкции. — Мягко произнес алхимик.

Арматура в руках магички мгновенно раскалились добела.

— НЕТ! Меньше! Меньше! — Забеспокоился старик.

— Вот так?

Железо покраснело, сровнявшись цветом со спелой вишней.

— Нет! Еще меньше! Нужно меньше температуры кипения воды! А что, если бы раствор уже залили? Ты хочешь устроить паровой взрыв?

— Куда меньше-то уж... — Буркнула магичка.

— Аша! Будешь портить работу — придется мыться в луже. Просто держи ту, до которой обычно разогреваешь еду и всё будет в порядке.

Были у меня подозрения, что она нарочно перекалила заготовку, надеясь, что я от неё отстану. Дудки! После истории с пиццей я убедился, что она отлично может контролировать температуру, так что от работы не отвертится. Не помогут ей закосы под дуру!

— Мастер Ори, прошу меня простить, но я вынужден просить вас контролировать её работу. Хотя бы первые две заливки.

— Ничего страшного! — Махнул костлявой рукой старик. — Поправлять другого мага куда лучше, чем греть самому. Это меня не утрудит.

— Спасибо. — Искренне поблагодарил я старика и дал знак выливать раствор.

Едва серая масса коснулась дна, как земля задрожала.

— Это не я! — Тут же крикнула Аша, подняв руки вверх.

Прихрамывая, я бросился к лестнице, чуть не падая от подземных толчков.

Черный Лес двигался.

Не так, как во время боя, когда отдельные его щупальца вдруг проявили активность. Он двигался ВЕСЬ.

Настолько, насколько хватало взгляда — все его ветви пришли в движение. Они словно убегали от нас, с каждой минутой линия леса становилась всё дальше, выше и плотнее. Места, где раньше меж щупалец мог пройти человек — ссужались. Минута — и там с трудом бы протиснулась собака. Десять минут — и лес стал монолитной стеной, где не протиснется и крыса.

Даже подземные корни пришли в движение, оттуда и толчки. Многие здания покосились, на улицах обваливалась земля, раскрывая многометровые ямы.

Спустя десяток минут всё стихло.

Напротив нашей стены, примерно в километре от неё возвысилась новая, черная стена.

А вот деревне пришлось тяжело:

Часть домов была разрушена, лишь половина деревни осталась целой. Солдаты бросали веревки и доставали тех, кто провалился под землю. Слышны были крики, не все отделались лишь синяками. К счастью, толчки усиливались постепенно и большая часть людей успела покинуть опасный район. Бетонная стена вновь устояла, хотя просела в землю и немного покосилась.

— У вас тут часто такое? — Невозмутимо поинтересовалась Аша. — А что у вас такие морды кислые? Землетрясений не видели, что ли? У меня дома постоянно так. Не стойте, давайте дальше работать. Чем быстрее закончим, тем быстрее я поплескаюсь в ванне.

Я лишь покачал головой и приказал рабочим приостановить работы над стеной, сразу по трем причинам.

Первая: Корни взрыхлили почву, строения будут неустойчивыми, если просто продолжать лить, как раньше.

Вторая: Бетон будет нужен, чтобы срочно восполнять потерянный жилой фонд.

И третья... Смотря на монолитную черную стену, созданную лесом — я понимал, что нападений оттуда ждать в ближайшее время не стоит.

— Господин! Взгляните! — Рабочий махнул рукой в сторону земель барона Клемена.

В небе над противоположенным концом долины полыхал насыщенный кровавый закат. Ничего необычного, за исключением того, что солнце вообще-то было в зените и висело прямо надо мной. Какая сила могла окрасить алым маревом небеса? Исполинский пожар? Пламени такое не по силам, даже если бы пылало всё баронство. Магия?

Да что за чертовщина там происходит?!

СтопольеПо меркам нищего баронства Клемена — огромная, процветающая деревня. По меркам Королевства — одна из тысяч неприметных деревушек. На первый взгляд, с такими же, типичными проблемами.

А проблем у любой деревни Королевства лишь три — Гоблины, Бандиты и Сборщики налогов.

Но была у этой деревни и четвертая, скрытая проблема. Именно тут Клемен чаще всего набирал слуг. И зачастую они даже возвращались обратно в свои дома...

Барон Алуин, опираясь на башенный щит, наблюдал за процессом взятия деревни.

Остальные бароны и рыцари весело промчались на своих химерах и конях дальше, к замку, а он... Он остался руководить сборной солянкой из неудачников, собранных с бору по сосенке.

Герцог понимал, что пешком Алуин никуда не поспеет, и назначил его руководить сборными латниками. Хотя какими еще «латниками»?

Алуин бросил презрительный взгляд на солдата в ржавой кольчуге. Этот кадр с пристрастием допрашивал пожилого мужичка, у которого недоставало зубов.

— Говори, демоническая погань, где серебро запрятано?! Иначе хату спалю! — Орал солдат, а мужик униженно щепелявил, отбивая поклоны.

Со стороны — не отличить от бандита. Интересно, с какого баронства этот солдат? Алуин поморщился и отвернулся.

Его собственная пехота сейчас продвигалась по деревням со стороны Королевского Тракта, чуть ли не на другом конце Баронства. Впрочем, в них он был уверен. Всё пойдет по плану, как и тут...

Старосту уже выволокли на деревенскую площадь, теперь его допрашивал холеный охотник на ведьм. Стандартная процедура, менялись лишь обвинения, предательство короля, работа на содружество или демонология — суть одна.

— Подумай, сын мой, кто-то из местных сдал тебя... Как ты утверждаешь, оклеветал. Кто это мог быть? Есть ли у тебя такие враги? — Охотник вкрадчиво шептал старосте, поправляя длиннополую шляпу.

— Ефросья! Точно она, подлюга! — Взвыл староста, схватившись за соломинку надежды на справедливость.

Зря.

Алуин прекрасно знал, что будет дальше. Он видел это десятки раз.

Схема — безотказная. Старосте конец. Его казнят при всех, якобы по «наветам» этой самой Ефросьи. Ей же предложат стать новым старостой. Еще ни один не отказывался...

Далее — её поставят перед фактом. Либо она отправляется на суд толпы, либо будет помогать войскам разорять деревню. Кому как не местному знать, у кого чего и сколько? Не угнал ли кто поросят в поля? Не припрятал ли овцу? Никого не удивит, если сторонников прошлого старосты будут трясти чаще других.

Солдаты с радостью жестко поквитается со всеми врагами Ефросьи, а уж потом...

Потом приедет представитель Первого Герцога, показательно ужаснется поведению новой старосты и теперь уже её казнят. Вместо упивающейся властью дуры поставят разумного человека, что не будет так жестить и чудо! Все жители выдохнут и будут искренне благодарить Первого Герцога за налаженную жизнь.

Напрочь позабыв, что он и был источником их бед.

Солдаты пинками сгоняли всё больше крестьян на площадь, попутно набивая обозы их нехитрым скарбом. Тащили всё — от ухватов до деревянных ложек.

Староста с Ефросьей собачились, крестьянки плакали, а солдаты — воровали.

Обычная картина войны.

Но вдруг всё затихло.

На полуслове обрывается ругань, замирают крестьяне. Тень накрывает деревню.

— Владыка готов. — Произносит вдруг Ефросья.

— Владыка готов. — Вторит ей староста и встает плечом к плечу со своим врагом.

— Владыка готов. — Хором произносят крестьяне, собравшиеся на площади и смотрят на Алуина.

Вместе. Не моргая.

Ефросья вынимает из рукава нож, охотник на ведьм отшатывается, но зря. Нож не для него.

Крестьянка направляет его в себя. Замах! Острие входит под ребра.

Староста рывком вынимает из соперницы нож, брызги крови поднимаются в воздух... Но на землю не падает ни капли. Хихикая, он перерезает себе горло и падает рядом с ней.

Начинается форменное безумие! На глазах Алуина, крестьяне грызут свои запястья, бросаются друг на друга, крича и воя на все лады. Лишь немногие в ужасе разбегаются с площади.

Седовласый мужик, что только что униженно кланялся, вдруг бросается на солдата и пытается загрызть его через кольчугу.

Чертыхаясь, воин пронзает его мечом. Окровавленный клинок выходит из спины, но мужик лишь обнимает солдата.

— Влааадыыыкааа... — Он шепчет солдату на ухо, улыбаясь сломанными об кольчугу зубами.

На клинке солдата нет крови.

Нет её и на земле.

Она вся в небе.

Облака краснеют, на деревню опускается алый туман.

Их начинают убивать.

Первым гибнет солдат в ржавой кольчуге. Удлинившиеся когти мужика проходят сквозь кольца, вонзаются в лопатки и разрывают их вместе со звеньями. Хлещет кровь, но вся тотчас испаряется в воздухе, заставляя красное марево сгустится еще сильнее.

Солдатам не повезло, слишком уже они разошлись по домам. Большинство не могли среагировать, когда слабая крестьянка, которую тащил на сеновал, внезапно отрывает тебе руки. Или когда глубокий старик, у которого и зубов-то не осталось — вдруг сжимал тебя так, что кости ломались под его рукой.

В ушах нарастает противный звон. Во рту — вкус железа. У лежащего старосты спина ходит буграми, словно кошка залезла под рубаху. Охотник на ведьм не стал дожидаться неприятностей и делает выпад своим тонким клинком прямо в бугор.

Лезвие разрезает ткань, открывая взгляду второе лицо старосты. Лицо, что зубами держит кончик рапиры.

— Чтоб мне в бездну провалиться... — Охотник пытается выдернуть рапиру, но демоническое лицо держит крепко.

— Солдаты! Ко мне! — Командует Алуин и ударом меча рассекает ближайшего одержимого.

Но к нему бегут не только солдаты. Толпа одержимых крестьян идет в атаку.

Когти скребут обо щит, рядом вопит охотник. Две крестьянки делят его между собой, и каждая хочет себе половинку. Ударом щита Алуин отбрасывает десяток одержимых и видит, что с улиц на площадь стекаются еще и ещё. Дело дрянь.

— Отступаем! Пробиваемся из деревни! За мной, за мной!

Алуин взмахами меча расчищает путь. Визжащая и кричащая масса одержимых наваливается вновь. Каждый шаг оплачен кровью, из десятка солдат остается лишь двое, что едва стояли на ногах.

Вот еще одна тварь внезапно выпрыгивает из дверей и валит солдата. Чудовище уже мало походит на крестьянина, непропорциональное тело порвало рубаху, вместо одной из рук — клешня.

Эту клешню он с размаху вонзает в грудь солдата, без большого труда пропоров дешевый нагрудник. Дерьмо, еще минус солдат!

Алуин рывком сшибает тварь с трупа, отбрасывая к дому. Стена дрожит от удара, сверху сыпется солома. Удар меча отсекает уродливую голову. Она катится по земле, тараща глаза.

Барон оборачивается.

Второго солдата нет. Сбежал или утащила еще какая тварь — непонятно.

— Вот дерьмо. — Сплевывает он и продолжает путь.

Десять минут. Двадцать. Полчаса. Одни и те же халупы, одни и те же улицы, один и тот же вкус крови на губах. И проклятый, алый туман, маревом застилающий всё, что дальше десяти шагов.

Алуин был готов поклясться, что ходит по кругу. Даже твари стали встречаться куда реже, хотя каждая следующая всё меньше походила на человека и была всё опаснее. Алуин с детства тренировался носить доспехи, помогая себе магией. Толстенная броня для него всё равно что парадный костюм. Но даже он, чертовски опытный в ношении фамильного доспеха, воин — начинает уставать. Пропущенный удар последней твари оставил борозду на шлеме, а треклятые крестьянские халупы кажутся бесконечными!

Вдруг с соседней улицы раздаются звуки боя. Алуин не мешкая рвется туда, прямо через загон для свиней. Воин проламывает ограду и по пояс проваливается в зловонную лужу. Запах нечистот впервые перебивает запах крови, оттого даже кажется немного приятным.

Словно корабль, Алуин пробирается вперед, поднимая волны жидкой грязи. Что-то хватает его за сабатон, и Барон без замаха разит мечом. Черная лужа пузырится и окрашивается красной кровью. Со дна чешуйчатым брюхом вверх всплывает нечто. Кажется, пару часов назад это было свиньей. Чавкая сабатонами, барон выбирается из загона на другую улицу.

Там идет бой, инквизитора окружил десяток тварей, во главе которых барон узнал старосту. Святого отца загнали в ловушку, едва он пытался атаковать собравшихся, как они отступали, а сзади атаковал двулицый староста, вооружившийся двумя топорами. Если же инквизитор пытался атаковать вожака, то его слуги угрожали ударить в спину. Воин Единого отмахивался двуручным молотом и пока держался, но это был мат. Всем известно, что демоны не устают, а по красному лицу инквизитора тек пот.

— Фперед! Добейте сфятошу! — Вдруг кричит лицо на спине старосты, заметив приближающегося сзади барона.

Одержимые кидаются в самоубийственную атаку, оставив попытки вымотать инквизитора. Череп одного из них лопается, познакомившись с боевым молотом, но другие грозятся завалить святого отца телами.

Сверкает вспышка!

Инквизитор уклоняется от их рывка, по пути сокрушив колено еще одному одержимому.

На поле боя врывается барон, рассекая ударом сразу двух тварей.

Щит дрожит и слегка прогибается. Удар старосты настолько силен, что чувствуется даже через сталь. Барон пытается отбросить его, но глава крестьян тяжелый, словно выточен из камня. Воспользовавшись промашкой, он наносит удар за щит. Наплечник звенит, но выдерживает. Чертыхнувшись, барон обращается к дару.

Волна магии рвется к старосте, собираясь вырвать топоры из его рук но... Огибает его, бесполезно растворяясь в пространстве.

Еще два удара приходятся в доспехи, оставляя под ними синяки.

Тем временем инквизитор добивает одержимых и бросается на помощь.

Тварь разрывает дистанцию. Кажется, что староста не испытывает никакого неудобства оттого, что его окружили. Каждое из лиц внимательно следит за своим противником, даже одна и рук неестественно выгибается назад, готовая отражать удары.

— Ну и урод же ты. Где перед, где зад — не поймешь! — Кричит Барон и начинает атаку. Его действия повторяет инквизитор.

Меч летит вперед и... натыкается на лезвие топора. Топором неудобно блокировать, говорили все? Что ж, для демона, привыкшего ходить задницей вперед слово «неудобно» имеет несколько другое значение.

Несколько минут продолжается вальс. Удар за ударом, тварь идеально отражает все атаки. Топор весь в зарубках, но держится. Наконец, Барону это надоедает и он вновь обращается к дефицитным силам своей магии. Он уже заметил, что в этом проклятом месте источник пополняется с черепашьей скоростью и старался экономить.

В последний момент меч изгибается и перерубает рукоять топора, а следом несется к горлу твари. Староста вздымает руку, пытается блокировать, но меч вновь искривляется и пронзает горло. Сзади молот инквизитора сокрушает лицо на спине.

Монстр падает, но барон не успокаивается — несколько минут нарезает его на части. Он прекрасно помнил, как эта тварь спокойно ходила после перерезанного горла. Не хотелось бы вновь стать свидетелем легендарной, демонической живучести. Разделать на части будет надежнее.

Разбросав останки старосты, барон концентрируется на своем мече. Лезвие всё в зарубках, кости у тварюки был ничуть не менее крепкими, чем железо. Обращение к истоку — и лезвие вновь бритвенной остроты.

На земле сидит инквизитор, сложив руки в молитве. Его одеяние покрыто кровью, а на голове — крупные залысины. Этот инквизитор не был знаком Алуину, похоже один из тех, кто присоединился к их войску по зову сердца. А раз он еще жив — то уж точно не из тех, кто инсигнию купил.

— Я Алуин фон Армстронг, Барон...

— Тише, я пытаюсь найти выход. — Устало перебил инквизитор, не открывая глаз. Похоже, его нисколько не тревожил кисловатый запах внутренностей, раскиданных по улице.

В других обстоятельствах Алуин познакомил бы инквизитора со своим кулаком, но... Сейчас он унял свой норов и сел рядом.

Бесконечные улицы действовали ему на нервы, а в общей магии Алуин разбирался, как свинья в апельсинах.

Спустя пять минут Инквизитор поднялся и перехватил свой молот.

— Региус.

— Что?

— Меня так зовут. Идем, нам в ту сторону. Нельзя оставаться тут, это место высасывает силы. — Инквизитор указал молотом в исчезающую в алом тумане, улицу.

Алуин воспрял духом, именно в эту сторону он и шел всё время!

Вот только зря.

Следующие слова снова уронили его надежды на дно бездны.

— Я не смог найти выход из окраин. Единственный путь — продолжать движение к сердцу заклятья. Возможно, оттуда я смогу расплести эти миражи.

— Святой отец... Что вообще происходит? — Отважился спросить Алуин.

Столь странные чары внушали в него отчаяние. Он мог победить монстров своим мечом, но не бесконечные улицы!

— Это всё демоническое влияние, разумеется. Похоже, на комбинацию морока и пространственных искажений. Боюсь, мы провалились в Бездну, сын мой. — Заметив, что Барон остановился, Инквизитор поспешно добавил. — Неглубоко, у самой поверхности.

— Это навсегда?

— Конечно нет! Но мои надежды, что ритуал быстро рассеется — были ложными. Он поддерживается кровавыми жертвами и распространяется волнами, чтобы экономить силы. Если прислушаешься к себе, то заметишь. О, вот еще одна!

Что-то едва коснулось затылка Барона, а туман ненадолго рассеялся, чтобы сгуститься с новой силой.

Улица изменилась, стала шире. Вместо светлых, покрытых соломой домиков, вокруг стояли темные избы, а на их стенах цвел мох.

Но самое главное, в тот миг, когда туман ослаб — Алуин четко увидел возвышающиеся над деревней башни замка Клемена.

— Мы... Как мы дошли досюда так быстро? — Алуин обернулся назад, чтобы увидеть такие же темные, покрытые мхом, дома. Вокруг явно не Стополье, это же деревня у подножья замка! Как там она называлась, демоны её дери...

— Тихо. — Региус замер. — Бездна! Придется пройти еще чуть дальше. Будьте начеку, Барон.

Алуин вдруг хлопнул себя латной перчаткой по шлему.

— Должно быть, наши войска где-то неподалеку! Они же отправлялись штурмовать замок! Может, найдем их и поможем убить Брута? Тогда ведь вся эта хрень рассеется?!

Инквизитор многозначительно хмыкнул. Не стал отвечать на оторванные от реальности фантазии.

Он прекрасно понимал, что даже ему не стоит выходить на бой с демоном, что устроил такое.

Сабатоны звенели по мощеной улице.

На них никто не нападал, но за очередным поворотом Алуин увидел мертвую химеру и человека, смятого в ком стали и плоти.

— Это... Это же один из северных Баронов. — Заикаясь, проговорил он и сглотнул ком в горле.

Разобрать родовую принадлежность Барона не представлялось возможным, какие бы ни были родовые цвета — все они скрыты в мешанине плоти.

Среди Баронов Герцога Алуин был в лучшем случае середняком. Так что, кем бы ни был этот павший — он точно был немногим слабее него! А учитывая, что Алуин лишился грозной в бою химеры...

Точно! Химера не так пострадала, её всего лишь разорвали пополам. Алуин напряг память и еще раз оглядел тело животного: черный мех, клыки-сабли, короткое рыло, небольшие, округлые уши.

Да, он точно видел хозяина этой химеры на собрании!...

И черт побери, этот Барон был сильнее его по всем статьям.

— Эм, как там с поиском выхода? — С надеждой поинтересовался Алуин у Инквизитора. Идти дальше определенно расхотелось.

— Да! Да! Я нашел! — Радостно закричал инквизитор. — Путь открыт, словно специально. Надо просто повернуть назад и идти прямо.

— Не так быстро. — Ласково прошептал незнакомый голос.

Алуин развернулся так быстро, что сабатоны высекли искры из брусчатки.

Позади них стоял бандит, чье лицо было закрыто черной тканью и поигрывал красным мечом в худощавых руках. Его глаза горели огнем, что заставила Алуина напрячься.

— Пропусти нас и останешься жив. — Заявил Алуин, особо не веря в успех угрозы.

— Боюсь-боюсь! К тому же у тебя за спиной инквизитор. Разве он может отпустить одержимого? Убей его и я отпущу тебя. — Платок скрывал выражение лица, но глаза бандита улыбались.

— Я лучше убью тебя! — Барон рвется вперед, стремясь рассечь бандита одним ударом. Сшибка!

Изогнувшийся клинок барона летит к лицу одержимого, а его меч мчится к забралу, высекая искры из шлема. Обе стороны хотели решить всё одним ударом и обе потерпели неудачу.

— Ты бастард, верно? — Уточняет Барон. Меч бандита никак не мог достать до забрала, но ему почти удалось.

Бандит трогает щеку, на которой выступили капли крови. Вместо того чтобы отсечь голову — клинок лишь перерезал его черный платок.

— Магия не принадлежит аристократам. — Бандит скалится зубами, слишком острыми для человека. Демонические изменения зашли далеко.

— Ты мог стать рыцарем, но вместо службы господину выбрал служение демонам. За это ты поплатишься смертью. — Возвещает Барон.

На самом деле ему было плевать. Он сказал это лишь чтобы спровоцировать инквизитора. Проклятье, Региус, почему ты не помогаешь?

Алуин бросает взгляд назад, чтобы убедиться, что инквизитор не сбежал и тут же меч врага пытается пронзить горло.

— Не отвлекайся! — Смеется бандит.

Алуина обуревает ярость. Союзник, судя по всему, трусливо сбежал. А теперь дорогу к спасению преграждает какой-то жалкий бандит. За свою жизнь он убил тысячи таких щеглов!

— Как! Ты! Смеешь! Заступать! Дорогу! Барону! — Алуин наносит удар за ударом, позабыв об экономии маны.

Клинки изгибаются, удлиняются, резко меняют направление — но всё тщетно. Противник прекрасно чувствовал, когда Барон касался источника, да и сам не стеснялся пользоваться даром.

Но Алуин не снижает темп, он прет вперед, словно бык на красный цвет. Наконец, ему улыбается удача — одержимый оказался слишком близко от щита.

Треть резерва — в минус. Башенный щит словно взрывается, ощетинившись длинными и острыми шипами, и насаживает бандита на них, словно бабочку на иголки.

Барон делает шаг вперед, собираясь поднять врага на свой щит, но тот использует свой дар, чтобы оттолкнуться от щита. Истекая кровью из десятка ран, он отшатывается от Алуина.

— Жаль, я надеялся, что до этого не дойдет... Но вы тоже сдохните! Повелитель, даруй мне всю свою силу! — Кричит бандит и трясется в судорогах.

Алуин рубит мечом, но клинок оказывается перехвачен когтистой лапой.

— Не мечтай! — Ревет барон и усиливает удар источником.

Отрезанные когти падают на брусчатку, но в ответ кулак одержимого прилетает с такой силой, что в толстом щите остается глубокая вмятина.

— Ненавижу вас! Все аристо должны сдохнуть! — Воет бандит, стремительно теряющий человеческий облик. Клыки уже не умещаются в пасти, одежда рвется от бугристых мускулов, а в черных волосах показываются рога.

— Сдерживай его! — Слышится позади. Инквизитор! Не сбежал!

Удар одержимого — словно кузнечный водяной молот.

Барон направляет дар в щит, но даже так — удар заставляет его пошатнуться. Следом идет второй. Третий.

Тварь обезумела, она просто молотит по щиту изо всех сил, пока, внезапно, не прекращает.

Алуин отводит в сторону искореженный щит, чтобы увидеть... Бандита. Обычного бандита, который преградил им дорогу минуты назад. Даже одежда была на нём. Барон недоверчиво бросает взгляд на брусчатку, где до сих пор валялись клочки одежды. Что за бездновщина?

— Это морок! Святое слово! — Кричит Региус и всё вокруг озаряет яркая вспышка.

Бандит закрывает глаза рукой, но его тень... намного больше и бесформеннее, чем должна быть.

— В этом мире так принято приветствовать гостей? — Приятным тоном осведомляется бандит. Казалось, что удар инквизитора не нанес ему ни капли урона.

— Морок... это Морок! СВЯТОЕ СЛОВО! — Рычит инквизитор, побагровев лицом.

Глаза вновь обжигает ярчайший свет.

— От морока слышу. — Обижается демон. — Вспышка, чтобы скрыть истинную суть? Как банально.

— Инквизитор, кажется его не задело. — Осторожно заявляет Алуин.

— Тупица! Он скрывает за мороком свои повреждения, чтобы смутить нас и лишить веры! — Трясется от гнева Региус.

— Морок то, морок сё. Надоело. Узнай и ты правду. — Демон взмахивает рукой и святой отец бледнеет, поперхнувшись своими словами.

— Нет, это ложь! — Кричит Региус, хватаясь за голову. Двуручный молот с грохотом падает на брусчатку.

— Это правда, скоро ты это узнаешь. И посмеешься вместе со мной. Тварь, называющая себя инквизитором, сражается бок о бок с магом, возомнившим себя воином. Вот умора! Ваш мир — самый забавный из всех, что я посещал! — Веселится демон.

— Хоть ты и стал демоном, а болтаешь еще больше. Нападай! — Вскидывает щит Барон. Помирать — так в честном бою!

— Эта пиявка была права. Ты — тупица! Я не стал демоном, я им всегда был. Просто сожрал добровольно пожертвованную душу, чтобы проникнуть в ваш мир. — Бандит поморщился, а потом развернулся и собрался уходить.

— Что, ты нас пропускаешь? — Недоверчиво произнес Барон.

— Если ты так хочешь умереть, хорошо. Убью тебя как-нибудь в другой раз, а сейчас я хочу узнать тайны этого мира. Прощайте.

Насвистывая веселую мелодию, демон уходит.

Алуин вкладывает меч в ножны и опускается перед святым отцом, что согнулся в кровавой рвоте.

— С вами всё хорошо, Инквизитор?

— Я... Он врет. Всё врет. — Слабым голосом отвечает Региус.

— Идемте, мы должным выбираться.

Вес священника почти не ощущается по сравнению с весом брони. Алуин легко тащит его, позволяя повиснуть на плече.

Улицы больше не кажутся бесконечным коридором, но из красного тумана появляется всё больше предвестников поражения.

Трупы коней и рыцарей в таких количествах, что порой приходилось идти по ним. К сожалению, в некоторых покойных Алуин узнает своих вассалов. Похоже, прорыв к крепости Брута полностью провалился, полностью.

— Пить... — Просит инквизитор.

Выглядит он всё хуже и хуже. Мертвенная бледность, глаза впали.

Алуин тянется к поясу, но замечает, что фляжка куда-то пропала.

— Потерпите, мы почти выбрались.

Кругом уже стояли знакомые халупы Стополья, да и туман был куда жиже.

— Пииить! — Рычит инквизитор и бросается к шее барона. Зубы бессильно скрежечут по горжету.

— Охренел? — Удар латного кулака ломает челюсть безумцу и скидывает его на землю.

Рядом с Инквизитором в грунт втыкается выбитый клык. Слишком длинный, чтобы принадлежать человеку.

Региус шипит, его глаза горят огнем.

Недолго думая, барон перехватывает щит двумя руками и обрушивает его на голову инквизитора. Хруст. И ни капли крови.

— И на кой черт я тебя тащил? — Недовольно бурчит Алуин и снимает шлем.

Латная перчатка шарит по волосам, выискивая растущие рога. Вроде ничего.

Но если сам святой отец обратился, кто знает...

Сплюнув на удачу, Алуин продолжил движение.

Пара сотен шагов и деревня кончилась так же внезапно, как и появлялась перед глазами.

Поле.

Свобода.

И никакого проклятого тумана.

Алуин рассмеялся, упал на колени и с наслаждением зачерпнул руками черную землю. Неужели это закончилось?

— Господин, вы в порядке? — Сверху донесся обеспокоенный голос.

Барон поднял взгляд. Спрашивал один из его рыцарей, тот самый умник. Бездна, теперь и не заменить его! Слишком много хороших парней погибло, каждый рыцарь на счету.

— Если вы в порядке, то вам следует немедленно отправляться к Герцогу на доклад. — Сумничал рыцарь. — Позвольте, я помогу вам снять доспехи.

— А ну, отвали! — Рявкнул Алуин. После этих фокусов с мороком он опасался вылезать из доспеха. — Пешком дойду. Дорогу показывай.

Лагерь казался совершенно заброшенным. Лишь изредка Алуину встречались то заплаканные маркитантки, то мрачные слуги. Гнетущая атмосфера указывала на то, что война пошла не по плану.

Но кто ожидал, что Клемен балуется чем-то посерьезнее призыва суккубок и переработки на эликсиры одаренных простолюдинов?!

Есть же рамки, через которые не стоит заходить!

Впрочем, пусть их застали врасплох, пусть всё пошло не по плану — они не проиграли. Еще не проиграли! Ведь Герцог не повел их в бой, по традиции дал возможность самим добыть славу. Но теперь, когда очевидно, что угроза велика — Господин наверняка соберет войска и поквитается с Брутом за всё.

Сказать по правде, Алуина передергивало от одной мысли, что придется вернуться в этот проклятый туман, но когда Герцог позовет в бой — Барон не будет сомневаться ни секунды. И выполнит свой долг.

Чем ближе к центру лагеря — тем меньше людей встречалось.

Даже стражи у Герцогского шатра не было. Алуин тихонько отодвинул полог и заглянул внутрь.

Один из северных Баронов стоял на коленях и делал доклад. Его броня была заляпана кровью и чем-то странным, похожим на слизь. Стальные пластины доспеха — в глубоких бороздах. А от меховой накидки и вовсе остались лишь лохмотья.

— ...также пал сэр Уильям, итого мы потеряли около трети всех рыцарей и как минимум двух Баронов. Демон каким-то образом снял всю защиту с фон Тристана и смял его в комок, вместе с доспехами, а Каегорна... Он сожрал своим животом.

Докладчик сделал паузу и поднял взгляд на Герцога.

— Продолжай. — Повелительно махнул рукой тот.

— Потери пехоты куда шире. Сборные войска, шедшие на Стополье, уничтожены полностью. Моя же дружина... — Барон скрипнул зубами, — была вынуждена отступить из Капустовки, потеряв четверть состава.

— Хм...

Заметив, недовольство Герцога, Барон спешно добавил.

— По дружинам Баронов у меня нет точных данных, но уверен, что их потери больше.

— Довольно говорить о потерях! — Рявкнул Первый. — Доложи, какие земли мы смогли удержать?

Барон приподнялся и махнул рукой. Из темноты, громыхая доспехом, выбежал рыцарь в помятом шлеме и расстелил на столе перед Герцогом карту. Поклонился и вновь отступил в темноту шатра.

— Демоническое колдовство Барона... — Начал было докладчик.

— ОН НИКАКОЙ НЕ БАРОН! — Герцог ударил кулаком по столу. — Клемен Брут предал всё, чему присягал! Если кто еще посмеет назвать его бароном — лишу земель и шпор!

— Прошу простить меня, господин. — Склонился Барон. — Позвольте продолжить доклад.

Герцог кивнул.

— Демоническое колдовство... этого предателя застало нас всех врасплох. Красный туман поднялся от замка ба... предателя и простирается кругом до Стополья с одной стороны, а с другой просто огибает бурьяны. Там даже ориентира нет.

Первый, сощурив глаз уставился в карту, пытаясь понять, что Барон имел в виду.

— Ещё раз, покажи еще раз. — Приказал он. — Плевать на карту, обведи пером.

Барон обмакнул кончик пера в чернильницу и нарисовал восьмерку, в центре которой был Замок, а ближайший к ним круг заканчивался Стопольем.

Герцог ткнул пальцем в дальний от них круг.

— Тут Лиград, верно?

— Да, господин. Отряды не смогли до него добраться. Они видели его вдалеке, но каждый шаг в сторону города, заставлял их бродить по кругу.

— Ясно. А что тут? — Первый провел пальцем по карте к центру другого круга, что был посередине между Стопольем и Замком.

— Ничего, господин. Просто поля.

— Не может такого быть. — Герцог ткнул в центр первого круга. — Тут Лиград!

Переместил палец на пересечение линий восьмерки, на её центр.

— Тут Замок, центр ритуала.

И замарав палец в чернилах, указал на центр второго круга.

— А тут ничего? Быть не может! Этот демонический ублюдок точно что-то скрывает!

Барон открыл было рот, но тут же закрыл. Спорить с Герцогом себе дороже. Он почтительно поклонился.

— Мы попытаемся выяснить, Господин.

— Теперь скажи — эта красная хренатень появилась лишь в пределах восьмерки, верно?

— Да, Господин.

— Так какого демона вот эти все деревни еще не взяты? — Первый тыкал в многочисленные деревни, которые не задело ритуалом, но при этом, на карте они не были отмечены, как захваченные.

Барон судорожно сглотнул. Что он мог ответить? Что его дружина побежала, сверкая пятками, едва на них напали одержимые?

— Я... Я берегу солдат для решающего штурма оплота тьмы.

— Решающего штурма? — Переспросил Герцог.

— Да! Вы же поведете нас в бой, чтобы сокрушить демонического предателя? С вашей силой мы убьем его и тогда все его коварные уловки и ритуалы рассыпятся в прах! — Воодушевленно промолвил северный Барон.

Алуин одобрительно кивал, стоя в стороне. Так и должно быть! Они нанесут ответный удар и смоют позор бесчестья!

Шатер накрыла гнетущая тишина. В ней было отчетливо слышно, как Первый издал нервный смешок.

Лезть в логова демона, что устроил ТАКОЕ? Дудки!

Силу демона сложно прогнозировать, особенно такого, что убил несколько Баронов! К тому же Святой отец говорил, что демоны — это не те твари, которых легко убить честным железом. Герцог с сомнением погладил свой боевой молот.

Будь на месте врага простой маг, он бы не побоялся... Точно бы не побоялся!

Гори в Бездне, проклятущее колдовство!

Вассалы ждали ответа. Герцог приосанился, откинулся в кресле и с важным видом начал свою речь:

— Я уже направил письмо Верховному Инквизитору, вместе мы...

— Господин! — В шатер влетел взмыленный гонец. — Прибыл ответ!

— Тащи сюда, что встал? — Взбудоражено крикнул Первый, потеряв весь важный вид. Вот оно, его спасение!

Вспотевшие руки лихорадочно развернули свиток.

Именем Единого, бла-бла-бла...

Что?

Святой Трон не вмешивается в суверенные дела Королевства ?

Чушь!

Герцог доподлинно знал, что вмешивается и еще как.

Вопрос военной интервенции в Баронство подданного Королевства Брута фон Клемена в настоящее время считается не подлежащим обсуждению ?

Первый в ярости смял свиток.

— Готовьте дракона, я немедленно отправляюсь в столицу, где буду лично убеждать Верховного Инквизитора вмешаться! — Рявкнул он и обвел глазами вассалов. Сердце пропустило удар. Вместо обычного восторга — он увидел сомнения в их глазах и недоумение на лицах.

Срочно нужно было придумать объяснение, чтобы его действия не выглядели... как бегство.

— Очевидно, что демоническое отродье именно этого и ждет, что мы, уязвленные неудачей, шагнем в его ловушку. НЕ ДОЖДЕТСЯ! Клянусь родом, я привезу главного специалиста по борьбе с демонами в нашей стране, и вместе мы вгоним осиновый кол в сердце этой твари!

Послышались жидкие аплодисменты.

— А пока я занимаюсь поиском союзника, приказываю продолжать наступление. Каждый день я жду отчета о не менее чем трех захваченных деревнях! Мы не можем опозориться! Всё Королевство должно видеть, что мы продолжаем атаковать, что война кончится нашей победой! Пусть это и займет больше времени... Алуин!

— Да, мой лорд! — Барон упал на колени, пряча лицо. Лицо, на котором только что промелькнуло чувство. Чувство, что он боялся озвучить даже самому себе.

— Приказываю взять временное командование над дружинами погибших Баронов и организовать массированный удар на... — Герцог подтянул к себе карту. — На Капустовку, после чего продвигаться к Малой Костянке и Зарубовке.

Из глубины шатра послышался тихий смешок. Слава Единому, Первый его не услышал.

— Будет исполнено, мой лорд. — Гулко ответил Алуин.

Свой долг — он выполнит. Даже если погибнет.

— Остальным — приказы те же. Господа Бароны, направляйтесь к своим частям! Организуйте наступление по всему фронту, но не вступайте в зону ритуала. Свободны!

Герцог поднялся с трона и направился к выходу из шатра, не забыв прихватить двуручный молот.

Разглядывая его могучую спину, под которой скрывалась трусливая душа — Алуин смог сформулировать то чувство, что испытал.

Презрение.

— Поднимись еще выше! — Крикнул я в ухо Фалькону.

— Никак, Лаура уже задыхается!

Грифон отчаянно молотил крыльями, лишь бы поддерживать высоту.

Настолько высоко мы еще не забирались, даже я чувствовал, что не хватает кислорода, а уж такому крупному зверю — нужно было еще больше. Орлиная голова открыла клюв и хватала воздух. Короткий, розовый язык смешно топорщился, словно змея.

— Тогда пусть зависнет! — Я перекричал ветер и сосредоточился на землях Барона.

Нет более безопасной и точной разведки, чем с воздуха. Уже несколько дней мы вылетали с Фальконом. И с каждым днем, вопреки моим надеждам, обстановка в баронстве была всё дерьмовее и дерьмовее.

Алые тучи становились ярче, туман сгустился и лег гигантской восьмеркой на земли барона. А в точке пересечения четырех потоков туман пульсировал, скрывая за собой замок Брута.

Ритуал набирал обороты. Еще вчера восьмерка была не столь «толстой».

Чертов Первый Герцог, какого дьявола он медлит? У него под носом Клемен пытается обрушить в бездну полбаронства, а этот даже не чешется!

Проклятье! Хреново будет, если между моим форпостом и караванами возникнут километровые провалы в земле. Это ж сколько времени и денег уйдет на мосты? Не говоря уже о том, что сейчас идеальный шанс решить все мои личные проблемы и навечно похоронить темное прошлое Рэндала.

В прямом и переносном смысле.

— Летим домой. — Приказал я рыцарю, и грифон начал снижаться по большой дуге. Пора собирать войска.

В поход пошли все, не отказался никто, разве что Аша опять начала бурчать. Около полусотни гвардейцев, включая плохо обученных артиллеристов, чья вера в мощь орудий пока что была выше, чем их навыки с ними обращаться. Здоровяк Дорван, что в одиночку тащил орудие такого калибра, какое и двум солдатам не удержать.

Братья-химерологи, у которых выбора идти или нет — не было. Впрочем, воссоединившись после долгой разлуки, они не выглядели слишком недовольными.

Их ученик, Альф. Я долго сомневался, стоит ли брать пацана... Но в итоге взял, приставив к нему двоих солдат для защиты. Нельзя рассчитывать лишь на одного целителя, вдруг на грани смерти окажутся сразу двое? Пусть он и не доучился, но даже так — сможет спасти кому-нибудь жизнь.

Щурящийся на туман Долан, всё еще тащивший не только крупнокалиберный мушкет, но и свой старый арбалет. Объяснил он это просто — слишком уж много зачарованных болтов у него скопилось, на разные случаи жизни. А вот зачарованные пули, пока что, никто не делал. С похожим, пусть и менее навороченным мушкетом стоял и Тил. Вообще-то это был мой мушкет, который из-за веса я просто оставил в караване, когда улетел с Фальконом.

Но мой командующий так в него вцепился, что пришлось подарить.

Да и револьвер где-то во время боя посеял. Обидно немного, но капсюли всё равно кончились — я их использовал для производства взрывателей, а новые сделать было некогда.

Так что лично от меня на поле боя толку было маловато. Плечо-то вылечили быстро, а вот хромота грозила остаться еще на неделю. Сожженные кислотой ткани плохо поддавались лечению.

Впрочем, геройствовать я не собирался, моя задача была лишь в том, чтобы довезти до замка Барона весь наш арсенал и помешать уничтожить его магией.

А вот арсенал был хорош! Благодаря привезенному железу и селитре, мы были вооружены до зубов. Уже потертая походами гигантская телега вновь преобразилась. Борта сняли, зерно пересыпали в амбары, а вместо него навьючили дюжину пушек, по полдюжины с борта. Теперь у нас есть собственный сухопутный линкор, старший брат бронированного фургона. Впрочем, при нужде, пушки можно было спустить и катить на лафетах по улицам. Может пригодится, чтобы организовать оборону. Или же выбить укрепленные двери в глубине замка. Жаль только стрелять придется ядрами или картечью.

Недавний бой выгреб все запасы, до последнего снаряда. Ни взрывателей, ни капсюлей, ни бертолетовой соли заготовить не успели. Я оправлялся от раны, а старик был занят тем, что готовил порох из привезенной селитры. К слову, он тоже остался в деревне. Пусть став адептом, его боевая мощь улучшилась, нельзя было полностью оголять тылы.

Да и порох надо было продолжать молотить.

На рассвете мы пересекли опустевшую и выгоревшую крепость.

Такое чувство, что Барон забрал магическое ядро, что обеспечивало защиту крепости. Слишком уж легко оно пало, слишком уж разрушительной была магия, чтобы кто-то строил крепость без магической защиты. Впрочем, нам же лучше.

Алые облака окрашивали всё в красноватый свет, словно вечный закат, а впереди клубился туман. Слишком красный, чтобы грешить на один лишь красноватый свет.

— Может, обойдем по полям? — С надеждой спросила магичка.

— Не выйдет. Из-за потепления там настоящая каша, фургоны увязнут. Пойдем напрямик. — Приказал я и шагнул в туман.

В нос ударил запах крови. Я помахал перед собой рукой, ожидая, что на латных перчатках останутся красные капельки... Но нет. Парадоксально, но воздух казался сухим, словно в знойный день.

Я обернулся назад и увидел, что караван сбился в кучу. Люди дезориентировано мотали головами, пытаясь понять, откуда они пришли и куда идут. Странно, я не чувствовал никаких проблем.

— Стройся! Позади меня! — Я поковылял вперед, опираясь на мушкетон.

Спустя пять минут порядок был восстановлен, и мы начали движение.

Петляющая дорога сменилась неизвестной, словно вымершей деревушкой.

А может, и не словно...

— Это же моя деревня! — С повозки крикнул Альф. — Только... Она была намного меньше.

Ряд темных домов утопал в красном тумане. Действительно, я помню её. Когда-то давно, именно тут к нам и обратился его отец. Ещё когда Алекс был жив, эх...

Из тумана передо мной вдруг вынырнула многорукая фигура и помчалась ко мне.

Не успела она сделать и пяток шагов, как рухнула на землю, с разорвавшейся головой. Дьявол, сейчас не время погружаться в воспоминания.

— Спасибо! — Крикнул я Долану, а тот лишь махнул рукой, перезаряжая свой мушкет.

Туман завыл десятком голосов и на звуки выстрелов побежали остальные бывшие жители деревни.

В кровавом воздухе засвистели пули, а красный туман чуть отступил, оттесненный пороховым дымом. Тварей было не так много, да и они оказались не столь крепкими, как я боялся. Один раунд стрельбы и пейзажи усеяли изрешеченные тела.

Я с интересом оглядел тело, на спине красовалась третья рука. Похоже, нужно ускоряться. Чем меньше времени мы проведем в этом тумане — тем лучше.

Дождавшись, когда все зарядят оружие, я приказал возобновить движение.

Спустя сотню шагов, караван вдруг начал отклонялся влево.

— Я же сказал, двигаться за мной!

— Так вы по бурьяну идете, Господин. Дорога чуть левее! — Доложил возница.

Удивленно гляжу себе под ноги. Обычная, грунтовая дорога, никакого бурьяна. Поднимаю руку и пытаюсь рассеять магию. Никакого эффекта.

Похоже, на энергию Бездны это не работает.

— Просто двигайтесь прямо за мной. Если еще раз заметите что-нибудь необычное — сразу докладывайте. — Бросил я. Чертова нога уже начинала ныть от долгой ходьбы.

Пейзаж вновь поменялся, вдалеке стал виден Лиград. Казалось, что он тоже в тумане, но я точно знал — это не так. С высоты полета ясно было видно, что туман даже не касался города. Кстати, про полет.

— Аша, запусти-ка огненную стрелу вверх! Вдруг Фалькон нас потерял?

Рыцарь Короля напрочь отказался оставаться в лагере, но согласился, что на земле его грифон будет менее полезен, чем в воздухе. Раз в час я обещал давать ему сигнал о нашем местоположении огненной стрелой, а если всё будет плохо — огненный шар в небе даст ему знак, что нужно приземляться к нам.

Стрела пламени пронзила туман и устремилась в небо.

— Бездна... У меня одной мана плохо восстанавливается? — Пожаловалась Аша, убрав руку с раскаленной походной кухни.

И вновь местным не понравилось наша активность. Не успел небесный огонь погаснуть, как на нас навалилась новая волна одержимых. Что интересно, на некоторых из них были доспехи. Похоже, солдат Герцога тоже не минула эта напасть.

Залп сотрясает воздух! Огонь, дым и свинец!

Доспехи им не помогли. Ни тогда, ни сейчас.

Обидно, наверное. Тонкие листы железа не стали защитой ни от тлетворного демонического влияния, ни от пуль.

— Напоминает учебные стрельбы. — Хмыкнул Тил. — Они просто бегут на нас, даже не пытаясь уклониться. Имей я такую силу, нашел бы ей лучшее применение.

Учитывая, что один из одержимых на пути к нам снес телегу, даже не замедлившись — Тил был чертовски прав. Теперь же, несмотря на свою силу, они кучей трупов валялись вокруг, не сумев подойти к нам на расстояние удара.

— Не каркай, нам же лучше, что они не пытаются в нас камни кидать, например. — Проворчал я, растирая стопу.

Час за часом мы продвигались вперед, словно нож через масло, но запасы пороха медленно таяли. Впрочем, еще ни разу не возникало ситуации, в которой требовалось бы применить пушку, так что, в этом темпе мы могли блуждать по туману еще много дней.

Впрочем, наша цель была близка.

Впереди уже виднелись покрытые алой мглой, башни замка Клемена, а грунтовая дорога сменилась брусчаткой.

Одержимые тоже менялись, вместо нескольких десятков тварей, прущих со всех сторон — против нас всё чаще выступали одинокие, распухшие чудища, в которых и человека-то не узнать было. Так даже проще, не каждая из тварей переживала меткий выстрел в голову от Долана, а если переживала — на неё обрушивался неумолимый град свинца.

Очередная туша рухнула к моим ногам. Рутина. Даже столь мощные твари ничего не могли нам противопоставить.

Я махнул рукой, отдавая приказ отряду продолжать движение, как булькающий голос заставил меня замереть.

— Кондор... Я ждал, что ты появишься. — Прохлюпало что-то внутри туши. Голос был искажен, но я мгновенно узнал его.

Через труп поверженной твари ко мне обращался Барон Клемен Брут.

— Или мне называть тебя Астаротом? — Прохрипела туша.

— Называй как хочешь, твою задницу это не спасет.

Я подошел ближе, пытаясь найти место, из которого эта тварь говорит. Это оказалось сложнее, чем я думал — мешало большое количество щупалец и дыр, как естественных, так и проделанных крупнокалиберными пулями.

Туша затряслась и хлюпающий смех раздался из всех отверстий, затрудняя мне работу.

— Хах. Брось, зачем нам враждовать? Признаюсь, ты неприятно удивил меня, решив стать самостоятельным игроком... но это не значит, что мы не сможем прийти к соглашению.

— Не интересует. — Отрезал я и подкрепил свои слова выстрелом из мушкетона примерно в то место, откуда доносился голос.

Дробь вонзилась в тушу и вонючая кровь поднялась в воздух, окатив меня брызгами.

Впрочем, Клемена это не остановило. Он карьеру чревовещателя собрал делать, что ли?

— Третий Принц предложил тебе лучшие условия? — Подозрительно прохрипела туша.

Я молча перезарядил мушкетон.

— Или может, он заключил с тобой договор еще до призыва? Адское пламя, мне не нужно было соглашаться на его помощь в призыве... Но как? Я ведь проверил все схемы, его план не содержал изъянов...

С каждым словом голос Барона становился всё тише, пока не слился с хлюпаньем туши. Казалось, будто он забыл про меня и просто бурчит себе под нос.

— Надоел. — Я оперся на бесполезный мушкетон и махнул рукой магичке. — Аша, спали эту погань, будь добра.

Сгоревший дотла, он точно прекратит смущать моих людей.

— Постой! Мы можем договори...

Пламя охватило останки твари и голос стих.

Я обвел взглядом людей, в них не было сомнений.

— Продолжаем двигаться к замку. Нужно закончить всё до заката солнца.

Отряд зашевелился, а я всё не мог выбросить из головы слова Барона об участии в призыве Третьего Принца. Вот значит, как.

Многое становится ясно. Принц был достаточно богат и влиятелен, чтобы устроить лабораторию рядом с землями Клемена.

Судя по всему, Третий — великолепный демонолог. Что неудивительно, в конце концов ресурсы и возможности Принца были куда лучше, чем у Рэндала. Те знания, что мой предшественник добывал с трудом — Принц мог получить, щелкнув пальцами.

Да и слова Короля становятся чуть понятнее. Третий принц не его сын или перестал быть его сыном? Даже опытный демонолог может совершить промашку и пасть жертвой своего демона.

Не знаю, почему два моих врага сцепились друг с другом, но мне это на пользу.

Сегодня одним из них станет меньше.

— Я же говорил, что надо идти в другую сторону. — Донеслось из тумана впереди.

— Всё по плану. Инквизитор говорил, что надо идти в сторону замка, а потом развернуться назад и тогда ты выйдешь из петли. — Ответил второй голос. Низкий и уверенный в своей правоте.

— Но тогда Инквизитор определил, когда можно поворачивать! Как вы без него узнаете?

— Не умничай! — Рявкнул Второй. — Если развернемся слишком рано, то просто вернемся и попробуем снова.

Долан прицелился в туман, но я дал знак ему не стрелять.

Спустя несколько секунд в тумане появились очертания двух фигур, что с каждым шагом становились всё четче. Рыцарь с двуручным мечом и... Ба, да это же мой старый знакомый!

— Вышли на прогулку, Барон Алуин? — Весело спрашиваю я закованного в броню здоровяка.

— Очень смешно, Виконт Кондор. — Скривился тот. — Проклятый туман вдруг расширился, когда мы штурмовали деревню и я вновь оказался в этом дерьме по уши.

— Вновь?

— Неважно. — Махнул рукой тот, приопуская щит. — Помочь вам выбраться? Я знаю дорогу.

— Спасибо, но не стоит. Мы прекрасно видим её и отсюда. — Я поднял мушкетоном и махнул им в сторону башен замка.

Алуин вздрогнул, увидел ружье, но взял себя в руки.

— Не советую туда идти. Этот демонический выродок каким-то образом может глушить чужую магию и при этом пользоваться своей. Двух наших баронов убил так, паскуда.

— Глушить магию? — Усмехнулся я. — Если это его главный козырь, то ему очень сильно не повезло.

— Артефакты тоже глушит. — Попытался достучаться Алуин.

— Наши не заглушит. Не стой у нас на пути... Или хочешь поквитаться за химеру?

Алуин отошел на обочину, пропуская наш караван.

— Господин, может отсюда уже можно поворачивать? — Спросил рыцарь, но его сюзерен не отреагировал. Он считал.

Людей. Оружие. Повозки.

— Постойте! — Крикнул он, когда наш отряд уже скрывался в тумане. — Возьмите нас тоже!

Я задумчиво почесал подбородок. С одной стороны, нахрен мне в моих рядах шпион Герцога? Поглядит внимательно на оружие, глядишь в мозгах всякие нехорошие и умные мысли появится.

Хотя он уже с ним сталкивался и раз до сих пор о новом оружии никому не известно — значит Алуин держал язык за зубами и не трепался о том, как потерял химеру.

Ведь с другой стороны, мой поход продвигается как по маслу лишь по одной причине. Мы до сих пор не столкнулись с чем-то, что не смогли бы смести одним залпом. А если разом вылезет с пяток больших тварей? Достаточно прорваться одной, чтобы мы начали нести потери, всё же мои бойцы — это не такие же бронетанки, как набивающейся в союзники барон.

А я не хочу терять верных людей.

Да, я могу послать Алуина нахрен, тем самым снизив опасность того, что сильные мира сего начнут присматриваться к моим пушкам. Но кто знает, какие еще тузы в рукаве могут быть у Клемена? Бронированная туша увеличила бы наши шансы.

Ведь в конечном итоге это вопрос о том, готов ли я рискнуть жизнями своих, чтобы уменьшить риски в будущем. А раз так, то ответ очевиден.

— Пойдете впереди. — Приказываю я союзникам.

— Господин, зачем нам это? Его Светлость скоро вернется с Верховным Инквизитором и разберется с этой проблемой. — Осторожно поинтересовался рыцарь у своего сюзерена.

— Затем, что у нас есть шанс на победу. Шанс поквитаться за смерть наших собратьев. — Алуин уже видел в действии это оружие и не мог его недооценивать.

А вот рыцарь хлопнул себя рукой по шлему.

— Ваша милость, — не скрывая раздражения начал рыцарь, — вы понимаете, что это в любом случае плохая идея? Если у вас не выйдет — вы просто умрете. Но если выйдет, то станете врагом Герцога.

— С чего бы это врагом? — Недоуменно спросил Барон.

Вновь прозвенел шлем от встречи с латной перчаткой.

— Я даже объяснять не буду. В любом случае, это тупая идея, я отказываюсь в ней участвовать.

— Ты мой вассал, ты обязан следовать моим приказам! — Взорвался Алуин.

— Ну, тогда я предпочту быть безродным, но живым, чем благородным и мертвым. — Насмешливо произнес рыцарь и развернулся, намереваясь уйти.

— Стой, предатель! Сорви плащ, ты недостоин носить мои цвета!

Рыцарь остановился и провел рукой по красно-черному плащу.

— Пожалуй, откажусь. Он теплый, да и есть шанс, что вы погибнете и тогда мне не придется отказываться от рода. — Ответил Рыцарь и исчез в тумане.

— Ублюдок... — Рявкнул Барон, но не стал преследовать предателя. Он знал, что после этого вернуться к отряду вряд ли выйдет, слишком уж запутанное пространство вокруг.

— Закончили? — Произношу я. — Если да, тогда займи своё место на передней линии, Барон. Замок уже близко.

Ворота рухнули, подняв пыль, а снесшее их ядро покатилось по внутреннему двору замка.

— Кажется, тут никого. — Только произнес Алуин, как из конюшни на нас кинулся десяток тварей, что когда-то были лошадьми.

— Накаркал, черт побери. — Выругался я и взял на мушку ближайшую четвероногую тварь. По виду, она не сильно отличалась от лошади, лишь зубастая морда напоминала собачью.

Барон ринулся вперед, ударом щита ломая шею одной твари и рассекая мечом другую. По флангу раздались жидкие выстрелы, мельтешащий перед демонами барон мешал стрелять.

Выгадав момент, спускаю курок. Решившая обойти барона коняга получает заряд дроби и падает, перекувыркнувшись через себя. Вытаскиваю пистоль, чтобы добить — но он оказывается не нужен.

Тем временем Долан ставит точку в бою, метким выстрелом сразив последнюю тварь, чуть не задев уже атакующего её барона.

Ставлю кремневый замок на предохранительный взвод и возвращаю пистоль в кобуру.

Помнится и моя лошадь не сильно крепкой на рану оказалось. Интересно, отчего так?

Выбросив посторонние мысли, командую снимать пушки с платформы. Внутри замка наверняка будут еще двери...

По внутреннему двору разлетелся оглушительный треск дерева. Это разогнавшийся Алуин выбил дверь своей нехилой массой.

— Что ж. Половина остается тут, направьте несколько пушек на выход из двора. Остальные — за мной! — Приказал я и похромал к Алуину.

— Тут решетка. — Он указал на железные прутья, что были сразу за воротами.

— Не проблема. — Прикоснувшись к ним, я понял, что никаких зачарований не было.

Минута и преграда перестала существовать. Да и то, я потратил так много времени, чтобы рачительно преобразовать решетку в удобные для переноски чушки.

— Погрузите на платформу! — Приказал я, потирая руки.

Воровать решетки у барона уже стало традицией! А ведь наверняка еще чего интересного найдем. Хотя бы взять те архивы, до которых я не успел добраться в прошлый раз. Не думаю, что там есть что-то важное, но вдруг пригодятся?

Солдаты цепью продвигались по цитадели и... начали нести потери. Проклятые слуги Барона прятались в самых неожиданных местах и атаковали с близкого расстояния.

Когда я по старой памяти заглянул в свои покои — из шкафа на меня выпрыгнул изуродованный бездной безумец. На свою беду, он зубами вцепился в ствол пистоля и закончил весьма печально.

Но не всем солдатам так везло с противником.

Мушкет не всегда мог помочь, и у Рона с Альфом появилось первая работа.

— Дерьмо. — Прокомментировал я, наблюдая как в узком коридоре солдаты пытаются протащить мимо пушки раненного, истекающего кровью из прокушенной шеи.

— Алуин, Тил, Дорван! Все ко мне! Нам нужно прорваться в Большой Ритуальный Зал. Иначе на зачистке мы потеряем слишком много людей.

Принцип убей ГлавГада и остальные разбегутся — относился к демонам на все сто.

Барон передвижным укрытием встал впереди отряда и мы пошли на прорыв.

— Дерьмище... — Пробормотал я и засунул окровавленный меч в ножны. Не выздоровел я еще для таких схваток, а из-за темпа было сложно успевать перезаряжать оружие. Позади — побитые бойцы, чуть больше десятка. Дошли не все, но, надеюсь, целители не зря свой хлеб едят.

Спереди — обычная стена. На вид. Но на самом деле это замаскированная дверь в ритуальный зал. Как открыть её по нормальному — я не знал, но пушки вот-вот притащат. А пока можно немного отдохнуть.

— Не стой под дверью. Заходи! Открыто! — Донесся голос изнутри зала, и часть стены разъехалась в стороны, открывая проход в зал.

Эх, старый добрый ритуальный зал, где я впервые вдохнул воздух этого мира. Всё тот же выпендрежный трон Клемена, да и он всё такой же. Сидит на нем, в своей дурацкой короне.

Разве что ритуал теперь проводился совсем другой — на каменном полу алым светом пульсировала туманная восьмерка.

— Привет, привет. Уютненько тут, подсветку я вижу, организовал. А где твои друзья в красных мантиях?

— В жертвенных ямах, они мне больше не нужны. — Ухмыльнулся одержимый Барон.

— Весомый аргумент в пользу того, чтобы не быть твоим другом. — Заметил я и он поморщился.

— Я не предлагаю дружбу, я предлагаю партнерство.

— О нет, только не снова... — Протянул я, оглядываясь назад. Черт, пушки еще не притащили! Тогда ладно. — Впрочем, можешь рассказать, я послушаю.

Почти минуту Клемен молчал, потом снял богато украшенную корону с головы.

— Знаешь, я не хотел быть королем. Это все чушь, для моих миньонов. Меня вполне устраивала бы роль теневого канцлера. — Он бросил корону к моим ногам.

Я поддеваю корону ногой и подбрасываю в воздух, чтобы поймать рукой. Тяжеленькая. Вся золотая, всюду натыканы крупные рубины. Дорогая штука.

— Род Брутов не имел должной легитимности, чтобы иметь шансы стать королем. Я делал ставку на тебя, но... Всё это в прошлом.

Кручу корону на пальце, а потом пренебрежительно отбрасываю в сторону. Золото звенит об камень и катится в темный угол зала.

— Если я захочу стать королем, мне не понадобится твоя помощь, Брут.

Он рассмеялся.

— Тот, кого я считал своим партнером, хочет стать королем намного сильнее. Он убьет тебя, если решишь с ним соперничать.

— Третий Принц? — Уточнил я.

— Верно. Этот ублюдок натравил на меня Первого Герцога. Пытается избавиться от меня чужими руками! Поэтому мне пришлось отказаться от этой второстепенной цели и заняться основной. — Клемен махнул рукой, указывая на красную восьмерку.

Штука выглядела зловеще, огромный поток энергии, мчащийся по символу бесконечности. Интересно, что было бы, если наступить туда? Или бросить тушу одержимого барона, например?

— Это всего лишь проекция реального ритуала. — Угадал мои мысли Клемен. — Настоящий идет вон там! — Он закатил глаза, намекая на небеса.

Всё верно. Но даже по проекции можно многое понять. Такая элегантная схема...

— Кстати, узнаешь? Ведь ты его создал. — Вкрадчиво прошептал Клемен.

Я поперхнулся воздухом. Что за хрень? Я? Да быть не может!

Ныряю в глубины памяти, перебираю всё до последней крошки. Жертвоприношения. Потрошение живых людей. Эксперименты с пересадкой органов на магически доработанные. Использование подопытных детей. Много всякого дерьма — но ничего похожего на такие массовые ритуалы. Да и не в стиле Рэндала такие масштабные фигни, он не имел ни надобности в них, ни ресурсов для их создания. Это работа кого-то другого. Кого-то еще более сведущего в ритуалистике. Кого-то, кто заточен на масштаб.

— Это не мой ритуал, ты ошибся.

Клемен захохотал и махнул рукой. Не поверил.

— Оправдываешься перед своими людьми? Да брось. Я нашел это в твоих рабочих заметках. Скажу по правде, ты превзошел сам себя, это схема циркуляции энергии... Благодаря ей число жертв для ритуала снизилось в десять раз!

— И что он делает? — Осторожно спросил я.

— Хочешь, чтобы я похвастался за тебя? Ну что ж. Самая гениальная его часть. — Клемен указал на центр первого круга.

— Лиград. Подношение. Я загодя убрал всех запятнанных из города, чтобы он стал более чистым. Совсем скоро ритуал достигнет пика и весь Лиград провалится в бездну, а затем... Хе-хе-хе. Замкнутая в петле энергия не рассеется, она пройдет во второй круг и взамен города вытащит армию демонов прямо из Бездны! Двойной эффект за то же число жертв! Доволен?

Я смотрел на клубы энергии, что едва заметно ускорялись с каждой минутой. Чертов Герцог своими бессмысленными штурмами лишь подстегивал ритуал! Да и мы, стоит признать, чуть поспособствовали этому.

— Занятно, и что ты будешь делать с этими демонами? Попытаешься отомстить Третьему Принцу? Без подпитки они долго не протянут.

— Нет, отомщу ему когда-нибудь потом. — Пренебрежительно махнул рукой Клемен и плотоядно улыбнулся.

Мантия на его животе натянулась и порвалась, открывая взору клыкастую пасть.

— Моя цель всегда лежала в сердце Черного Леса... Их души такие вкусные! Я буду тысячи лет перерабатывать эту силу в своем домене! — Сказал он дуэтом, истекая слюной из обеих пастей.

— Отвратительно, во что ты превратился. — Я оглянулся назад и увидел запыхавшихся артиллеристов, что толкали лафеты двух пушек.

— Отвратительно? Я стал совершенным! — Рявкнул он, открыв вторую пасть. За огромными клыками, в глубине — я заметил пару глаз.

— Когда ты ешь, тебе в глаза еда не попадает? Просто интересно. Выглядит не особо удобно.

— Зато я могу в деталях рассматривать мучения тех, кого сжираю заживо. — Произнесла пасть. Что интересно, Клемен промолчал.

— Тогда съешь это! — Крикнула Аша и метнула огненный шар в демона.

Сказать по правде, девушка и так проявила выдержку, какую я от неё не ожидал, но явление незапланированной пасти на теле Барона стало последней каплей.

Сгусток пламени полетел в трон, но Клемен лишь поднял руку и он растаял без следа, словно мираж.

— Я же говорил, что он гасит магию. — Недовольно произнес Алуин и чуть отошел в сторону, освобождая место для пушки.

— Верно, но это лишь половина моего совершенства. Вы пришли бороться с владыкой металла с помощью железа и стали? Как глупо...

Демон поднял руку, протянул в нашу сторону и сжал в кулак.

Ничего не произошло.

— Что? — Клемен недоуменно уставился на свой кулак.

— Ты ожидал чего-то другого? — Невинно поинтересовался я, высосав его атаку. Кажется, он пытался смять всю сталь в один ком.

— Адское пламя, я не удивлен, что ты обладаешь такой же силой. Значит, исход боя не будет зависеть от магии. Кстати, ты интересовался о культистах. Я забыл упомянуть один момент, зачем они отправились в жертвенные ямы...

— Мне плевать. — Я вопросительно взглянул на артиллериста и тот кивнул.

Из прохода в дальнем конце зала появилась фигура, сгорбившись, он протиснулся в проем и вышел на свет. Брут облегченно вздохнул.

— А ты не торопился, Торгар! Я уже устал заговаривать им зубы.

— Простите, Владыка. — Пробормотал обнаженный по торс воин.

Ближайшую пушку спешно перенаводили на новую угрозу.

С трудом, но я узнал в ней одержимого Капитана, что когда-то притащил мне Тамиллу.

— Экак ты разожрался... Растишку жрал, что ли... — Пробормотал я. Не знаю, что с ним делал Клемен, но Капитана расперло в несколько раз. Причем не гротескно, как бывало с одержимыми. Никаких щупалец и ртов в неположенных местах. На вид — обычный человек. Только сука, раза в три больше нормы!

— Я насытил его душами так сильно, что он достиг начала пятого ранга! Его кожа прочнее стального доспеха, его связки словно из железа, а кости — несокрушимы! — Восторгается Барон.

— Огонь. — Просто отвечаю я и затыкаю уши.

Грохот орудия в замкнутом пространстве выворачивает наизнанку, звуковая волна прошибает тело, заставляя его вибрировать. Но тому, что по другую сторону пушки — еще хуже. Поток раскаленных газов несет железное ядро весом шестнадцать килограмм к цели.

Ядро попадает в грудь Капитана, но не пронзает его насквозь. К моему удивлению, его подхватывает и несет прямо в стену. Удар! Тело, поймавшее ядро, исчезает во тьме, оставив лишь проломленную кладку. Но готов поклясться, я скорее почувствовал, чем услышал хруст его «несокрушимых» костей.

Барон удивленно распахнул обе пасти. Бросаю взгляд на пушку. Затравочный порох тлеет, но основной заряд не вспыхнул. Осечка!

— Аша! — Кричу я, превозмогая звон в ушах. Та видит, как я машу её рукой, и пытается колдовать. Бесполезно, Барон, решивший, что творится какая-то магия, усилил глушилку настолько, что я чувствую как мой клинок начинает терять привязку. Дерьмо!

Вскидываю мушкетон и спускаю курок. Солдаты инстинктивно следуют примеру и разряжают свои мушкеты. Ритуальный зал заволакивает пороховой дым, я не вижу, но чувствую — барьер падает.

— Аша! — Кричу я, вдыхая густую гарь.

Где-то справа ослепительно вспыхивает пламя, просвечивая пороховые облака. Я вижу, как отшатывается артиллерист, пытаясь сбить пламя с усов. Грохочет пушка, разрывая перепонки — в этот раз я не успел закрыть уши. Ядро улетает куда-то в дым.

Звон в ушах и тишина. Я вздрагиваю, когда кто-то прикасается к моему плечу. Рон! Тьфу. Целитель, чья мантия заляпана потеками крови из ушей — проводит рукой у меня по голове. Приступ тошноты, но воздух вновь наполняется криками, а не одним только звоном.

— Лечи других! — Кричу я. Мой голос кажется еле слышным, хотя я кричу из всех сил. Целитель кивает и принимается за работу.

Перезаряжаю пистоль, поглядывая на дым. Он становится всё реже, в ритуальном зале была какая-никакая вентиляция. Наконец, моему взгляду пристает разорванное напополам тело Барона. От его демонической половины ничего не осталось, а вот человеческая что-то пытается сказать.

Подхожу к ней. Его губы шевелятся — но я ничего не могу разобрать. Ну и ладно. Делаю контрольный выстрел из пистоля и замечаю, что его пробитая пулями рука указывает на проекцию ритуала.

Улыбка на мертвом лице не предвещает ничего хорошего.

Ритуал резко ускорился, смерти Клемена и его подручного хватило, чтобы перевести его в финальную фазу. Потоки тумана двигались со скоростью бури, грозясь дестабилизировать всё. Сука, у нас что, на носу теперь демоническое вторжение?

Алуин снимает шлем и задумчиво говорит. Приказываю ему повторить погромче.

— Как-то это всё не по-рыцарски. — Кричит он.

Машу рукой. Тьфу! Думал он что умное скажет, например, как нам предотвратить этот кабздец.

Вдруг восьмерка начала резко сжиматься, всё быстрее и быстрее, а потоки энергии словно замерли в центре, готовясь выстрелить вертикально вверх. Что за хрень? Этого явно не планировалось!

«Бумаги были не мои» — Мелькнула мысль. Чьи тогда? Точно не барона. Человека, что имел сюда доступ. Третий, мать его принц. Хитрожопый гад оставил ловушку на всякий случай.

А это значит лишь одно, ритуал сработает совсем не так, как ожидал Клемен.

И судя по тому, что показывает проекция — скоро тут все нахрен взорвется.

— БЕЖИМ! — Ору я со всей силы.

Артиллерист хватается за колесо лафета, но я отрываю его от пушки и толкаю в коридор.

— ВАЛИМ, ВАЛИМ! К ЧЕРТУ ПУШКИ! БРОСАЙТЕ ВСЁ И ДРАПАЕМ! — Кричу я уже на бегу.

Даже те, кого не успел подлечить целитель, быстро поняли настроение толпы и рванули следом за нами. Порой стадный инстинкт работает на пользу!

Сшибаю с ног какого-то одержимого, что вылез в коридор. Никто не останавливается, чтобы его добить, ноги нашего отряда работают не хуже дубин. Последним бежит Алуин, ощутимо отставая. Чертова броня слишком тяжела, а бросать щит с мечом он не стал.

Вылетаем во внутренний двор. Магическая буря уже вовсю бушует над головой. Липкий запах крови мешает дышать, забивается в нос, вызывая рвоту. Со всего баронства туман несется сюда и закручивается в спираль над Цитаделью. Дерьмо-дерьмо-дерьмо!

— Бросай, всё бросай! — Кричу я возничьему. Мы оказались слишком умными, и теперь пушки мешает выезду телеги. Не успеем!

— Моя грелка! — Пытается задержаться возле походной кухни Аша, но я тяну её дальше. Солдаты перерубают упряжь, и гонят лошадей с быками со внутреннего двора. Магическое зрение слепит. Добежать до деревни мы не успеем. Вот-вот рванет!

— В ров, все в ров черт вас дери! — Кричу я и скидываю Ашу в воду.

Оборачиваюсь — Алуин лишь выбегает из цитадели во внутренний двор. Разверзаются небеса, огромный поток красной энергии выстреливает вверх, разнося на атомы цитадель.

Лечу в ров. Больно, чертов Барон не следил за его глубиной! Мутная, затхлая водица кажется чистейшим родником после кроваво-магического тумана.

Взрыв уже во второй раз за день уничтожает перепонки.

Крепостная стена шатается над нами, но выдерживает. Поднятые высоко в воздух обломки падают на деревню, разнося дома в клочья.

Апокалипсис. Ад на земле. Землю трясет.

Всё заканчивается так же внезапно, как началось.

В небесах видно черный провал и звезды, столь чуждо выглядящие на фоне голубого неба. Выбираюсь из воды. Рядом откачивают потерявшего сознание солдата. Его тошнит водой — будет жить. Рон останавливает кровь гвардейцу, которому обломок стены оторвал руку.

Осматриваюсь.

На месте цитадели — зияющая дыра. Ближайшей к ней стены — словно и не существовало. Внутренний двор — в клочья. Моя повозка — невнятная груда металлолома отброшенная взрывом в дальний угол. Рядом с воротами лежит что-то, напоминающее закопченную железную банку. Алуин!

Кровь льется из всех щелей. Прикасаюсь к броне и заставляю её стечь на обугленную брусчатку. Живой, надо же. Хотя и был ближе всех к эпицентру взрыва.

— Рон, глянь его! — Кричу я.

Сверху приземляется Грифон.

— Я ждал огненного шара, а не... такого. Что вы тут устроили, Виконт?

Рон склонился над раненым, а я проигнорировал вопрос Фалькона. Не до утоления его любопытства сейчас.

Я поднял взгляд вверх, где голубое небо постепенно заволакивало черный провал, проделанный ударом магии. Это казалось мне странным. Неестественным.

Да, атмосфера. Да, преломление света, все дела.

Но почему-то все выглядело так, словно удар пробил некий щит, который закрывал нас от настоящего неба.

Подул ледяной ветер и мне на нос опустилась первая снежинка.

Начался снегопад.

— Мы приземлимся в нашем лагере. — Крикнул Первый Герцог сидящему позади него верховному инквизитору.

Ему была оказана высокая честь, сам Герцог был ему извозчиком, лично доставив его на своем черном драконе в баронство Клемена!

Впрочем, бледный священник не был этим впечатлен. В своем сером рубище, больше подходящем нищему, он беспристрастно осматривал туманную восьмерку, что проклятьем легла на эти земли.

Вдалеке его нечеловечески острый взгляд вдруг обнаружил еще одного летуна. Одинокий Грифон планировал по дуге, над ритуалом, словно чего-то ожидая.

— Нет! Приземляйся вон там. — Инквизитор протянул палец и указал на точку, напротив замка.

— Вы уверены? — Сомневаюсь, переспросил Герцог. Очень уж близко был туман. Да и туманные круги восьмерки обступали его с двух сторон, словно стены.

— Да. Мне нужно быть как можно ближе к центру ритуала. Тогда наша молитва будет эффективнее.

Герцог тяжело вздохнул.

Делать нечего, придется спускаться. Ведь если что-то пойдет не так, инквизитор его вытащит, правда?

Дракон чуть сложил крылья, набирая скорость так быстро, что эскорт из грифонов мгновенно отстал.

Гордость Герцога!

Огромных трудов ему стояло получить яйцо от Теократии, ведь эти благородные чудовища сохранились лишь у них. Драконы жили очень долго, но и размножались крайне неохотно. Благодаря тесным связям со Святым Престолом Герцог отдал всего лишь несколько годовых бюджетов Герцогства за такую драгоценность. Это было крайне выгодное вложение, ведь Спайки послужит и его внукам.

Сказать по правде, Первый любил своего дракона куда сильнее, чем многочисленных любовниц.

Расправив кожистые крылья, дракон резко сбросил скорость и приземлился, вспахивая когтями землю. Истинный повелитель неба, ощипанные курицы лишь закладывали виражи, медленно снижаясь к ним.

Герцог отвязал ремни и соскользнул вниз по заботливо поставленному крылу.

— Ваше преосвященство? — Неуверенно произнес Герцог. Едва он спустился, как дракон поднялся с колен и помогать пассажиру вовсе не собирался.

— Я сам.

Инквизитор сиганул с пятиметровой высоты и мягко приземлился без всяких затруднений. Поразительная ловкость.

Заметив перед собой чужака, дракон приоткрыл пасть и зашипел, отшатываясь от странного человека.

— Фу Спайки, нельзя! Фу! Свои!

Но Дракон продолжал пятиться от инквизитора, пока Герцог не похлопал его по угловатой голове. Спайк прикрыл глаза и успокоился, ластясь к человеку.

Поднялся ветер — это приземлялись рыцари Герцога. Кто-то вез слуг Верховного, кто-то лампады и свечи, а двое самых крупных Грифонов тащили золотой алтарь.

— Ставьте туда. — Приказал инквизитор, закатывая рукава.

Руки под серым рубищем были покрыты многочисленными рубцами. Вероятно, поэтому все высокопоставленные служители Теократии были худы и бледны.

Анемия у тех, кто для всех ритуалов использует кровь — обычное дело.

Послушники заметались, выхватывая из поклажи свечи и спешно зажигая лампады. По холодному, весеннему воздуху разнесся запах ладана.

— Славься Еди-и-иный, что-защищает-нас-от-мрака-а-а! — Нараспев, поставленным голосом, завел молитву прислужник.

Герцог скривился. Он прекрасно знал, что когда нужно — союзники способны действовать без этих завываний и театрального размахивания лампадками. Но ему таких трудов и сил стоило уговорить Верховного вмешаться... Так что сейчас не время жаловаться. Хотят устраивать представление — пускай.

Первый ласково провел рукой по драконьей чешуе. Тем более что цену Верховных запросил астрономическую, тридцать две пинты драконьей крови. Казалось бы, ерунда для такой туши, но Спайк всегда ужасно обижался, когда с него цедили кровь.

А обида своего лучшего друга для Герцога была дороже золота.

Но, к сожалению, за золото Верховный даже свой длинный нос из храма высунуть отказался.

Инквизитор тем временем изучал работу, что ему предстояла.

С каждой секундой его ноздри расширялись от предвкушения, идиот Герцог даже не понимал, какое сокровище он ему преподнес!

Да, кровавый туман был заражен бездной, но для его бога это не имело значения. Стоит позвать его и он выпьет всё!

Столь щедрое подношение не останется без такой же щедрой награды, а уж награда...

Инквизитор прикусил губу, чтобы не выдать своих чувств улыбкой во всё лицо.

Божественная награда дала бы ему шанс побороться за Святой Престол!

— Начинайте! — Нетерпеливо прикрикнул он и послушники зашевелились куда быстрее.

Громко и вразнобой заголосили молитвы. Слова сливались в неразборчивую какофонию, а дым от лампад скрывал место ритуала.

Идеально, чтобы начать настоящую молитву. Во весь голос.

Ставки слишком высоки, чтобы делать это шепотом.

— Вечно жаждущий! Прими мой дар, вкуси мою кровь! Утоли свой бесконечный голод! Испей реку крови!

Верховный достал из-за пояса кривой нож. Чтобы привлечь внимание бога, как и всегда, ему придется пожертвовать своей кровью. Разве что намного больше, чем обычно.

Острое лезвие готовилось рассечь кожу, как поток ветра ударил прямо в лицо, отбрасывая от алтаря. Завеса из ладана была сметена, а ноздри заполнил запах железа.

Туман начал движение.

Красный поток двигался всё быстрее и быстрее, стекаясь к замку. Пронзающий сердце гул напоминал вой умирающего демона, а ветер сбивал с ног.

Свечи потухли, голоса послушников съела буря. Даже грифоны сложили свои крылья, защищаясь от штормовых порывов.

Энергия собралась в спираль над замком и выстрелила вверх, разрывая небеса. Испаряясь за пределы их мира.

Инквизитор, поджав губу, провожал взглядом свой шанс на святой престол. Проклятье! Стоило сразу соглашаться, когда Герцог приглашал поучаствовать в этой авантюре и плевать на политические последствия!

— А-ха-ха! Я знал, что ты справишься! Отличная работа! — Герцог довольно хлопнул Инквизитора по плечу... и незаметно потряс отбитой рукой.

Впрочем, это ни на секунду не испортило ему настроение.

Замок демона превратился в пыль! В ничто! Плевать на казну и золото, это значит, что демон точно сдох и ему не придется с ним встречаться!

Идеально!

Только почему у Инквизитора рожа такая кислая?

— Я не успел провести молитву. — Отстраненно ответил Верховный и вновь натянул рубище, скрывая рубцы.

— Что? Тогда почему всё взорвалось?!

Инквизитор вздохнул. Он сам бы не отказался узнать ответ. Еще пару минут назад демонический ритуал выглядел совершенно стабильным.

— С тебя шестнадцать пинт драконьей крови. — Произнес вместо ответа он. Хоть какая-то польза с поездки.

— Так ты же сам говоришь, что ничего не сделал? — Нахмурился Герцог.

— Поэтому не тридцать две, как договаривались. — Жестко припечатал Инквизитор.

Оставаться совсем уж с пустыми руками он не собирался.

— Ваше Высочество... Ой. Я зайду попозже! — Магичка смущенно прикрыла рот рукой, заметив пышный подол, выглядывающий из-под письменного стола.

— Не обращай внимания. — Улыбнулся Третий Принц. — Говори, с чем пришла.

Покрасневшая помощница, чуть заикаясь и старательно отводя взгляд, начала свой доклад нарочито громким голосом, чтобы перебить звуки из-под стола.

— Как вы предсказывали, в районе Замка Барона Клемена произошёл высокоинтенсивный магический выброс. Мощность на пике составила пять целых и две десятых единицы по Мерлину. Приборы зафиксировали аномальное рассеяние энергии, в точности по вашим прогнозам.

— Прямо в точности? — Улыбнулся Принц.

— Эм... Отклонение составило две десятых единицы. — Заерзала магичка, поправляя очки.

— Ясно. Впредь не пытайся сделать мне приятно искажением фактов. Приятно мне делают другие. — Строго произнес Принц.

Взгляд помощницы невольно опустился на стол и она покраснела еще сильнее. В повисшей тишине пошлые звуки казались оглушительными, а Принц всё молчал, размышляя о странном отклонении.

Он заложил в параметры ритуала переход к следующей фазе сразу же, как ритуал достигнет порога мощности в пять единиц. Значит, перед приходом ритуала в действие умер кто-то достаточно могущественный. Не то, чтобы это как-то влияло на его планы, но...

Чуть тревожно. Ведь это не было запланировано.

Первый Герцог преодолел трусость? Чушь. Верховный не соблазнился наградой, а полез на Барона? Еще большая чушь.

Непонятно.

И это тревожно.

Больше всего Принц терпеть не мог отклонения от планов, а каждая переменная, пусть даже незначительная — чуть сдвигала диапазон вероятностей.

— Приборы зафиксировали что-то еще необычное?

— Похолодание на...

Принц махнул рукой, прерывая помощницу. Этот эффект он также прогнозировал, но не распространялся о нём из-за абсолютной незначительности.

— Сколько времени понадобилось, чтобы брешь заросла?

— Около трех минут.

Третий постучал пальцем по столу. Порой хотелось бы, чтобы прогнозы преподнесли приятный сюрприз, но нет. Всё в точности, как он предполагал. Запас прочности в их клетке был таким, что и сотня подобных ритуалов её не обрушат.

— Ясно. Можешь идти... Или хочешь присоединиться? — Ухмыльнулся он.

Пискнув что-то неразборчивое, красная как рак, магичка спешно ретировалось. Принц едва слышно рассмеялся. На самом деле ей нечего было бояться, он приблизил её к себе лишь по причинам математического склада ума и одержимости теорией магии.

Не всегда хватало времени лично заниматься некоторыми вещами и ему нужен был подходящий инструмент, чтобы снять часть нагрузки.

К слову, пусть с виду это смотрелось по другому, но под столом у него тоже находился подобный инструмент.

— Можешь вылазить. — С облегчением произнес Принц и надел штаны.

Баронесса Баттори выскользнула из-под стола, как всегда неотразимая. По её невинному виду нельзя было даже заподозрить, что она занималась чем-то неприличным. Это вызывало раздражение.

Третий грубо схватил её за подбородок и заставил открыть рот, показав острые клычки.

— Ненавижу демонов... — Он грубо толкнул её, заставив упасть на пол, и с удовольствием оглядел красные следы от своих пальцев на её лице.

Ему нравилось думать, что он причинил ей боль, но к сожалению, жители бездны иначе понимали это слово.

Вспышка гнева закончилась так же внезапно, как началась и Принц доброжелательно улыбнулся.

— ...но ты можешь быть полезной. Ума не приложу, как можно хорошо сосать с такими клыками, но грех закапывать яблоко, что само упало в руки. Твой Господин мертв, и теперь ты подчиняешься мне.

— Да, Владыка. Какие будут приказы? — Бархатным голосом спросила она, не показывая ни тени недовольства.

— Те же, что давал тебе Клемен, но ради меня. Работай теми частями тела, что умеешь лучше всего. А теперь — проваливай.

Сделав реверанс, Баронесса удалилась, а Принц откинулся в кресле, размышляя о перипетиях судьбы.

План по началу гражданской войны с треском провалился из-за этой сучки. Но она была лишь орудием в руках Клемена. Знай этот жирный демон, к чему приведет её появление во дворце, он бы рвал жидкие волосенки на своей голове.

Однако, этого орудия не должно было существовать. Баронесса сейчас должна была править своими землями, как обычно. Пусть на первых порах поджог её поместья сыграл в плюс Третьему Принцу, после — разрушил часть его планов.

А кто виноват? Незначительная, маленькая группка крестьян, взявших в руки факелы. Люди столь ничтожные, что о них и упоминать не стоит. Чернь. Муравьи.

Тем не менее они запустили весь ряд событий. Крошечный камешек, остановивший лавину.

Вывод лишь один, не стоит игнорировать крошечное отклонение в две десятых Мерлина в ритуале. Надо выяснить всё досконально и не повторять ошибки с Баттори.

Третий Принц отложил в стороны бумаги с досье на членов грядущей делегации в Содружество и посмотрел в окно, где десять минут назад далеко-далеко за горизонтом сверкнула красная нить и пронзила небо.

Да. Нужно искоренять неизвестные переменные.

Ведь на его плечах вся судьба мира.

— Руку не нашли? — Крикнул я солдатам, что обыскивали окрестности в поисках недобитых демонов и сбежавших лошадей.

— Нет, Господин.

— Продолжайте искать, но если не найдете — ничего страшного...

Заметив, как однорукий солдат приподнялся с повозки, я поспешил его успокоить. — Новую вырастим. Клянусь родом, ты снова встанешь в строй... Но лучше, конечно было бы найти.

Дело даже не столько в тратах, после недавней битвы с магическими ядрами проблем никаких. А в том, что вырастить новую — занимает много времени. Да и нагрузка на организм куда больше, чем если просто пришить родную.

— А лошадей нашли? — Вновь крикнул я.

— Только одну, и то её обломком стены по брусчатке размазало. Одна половина тут, а вторая на другом конце улицы. — Отрапортовал гвардеец.

Проклятые твари. Разбежались, словно свой самый страшный кошмар увидели. И возвращаться не хотят. Разве лошади не должны обратно сами вернуться?

Я протер лицо рукой. После того как я починил повозку для раненых — лично для меня дел было немного. Преобразовывать железо в слитки и готовить к отправке? А смысл, если у нас нет животных даже на то, чтобы раненых везти?

Стоп. А ведь одно животное у нас есть, причем очень сильное.

Я бросил взгляд на грифона. Вот кто заменит упряжку с быками.

— Сэр Фалькон, как думаете, ваш грифон сможет утянуть эту повозку?

Брови рыцаря удивленно приподнялись, после чего сердито опустились.

— Нет.

— Надо попробовать. Если нужно, я могу попытаться её облегчить. Благо, теперь не пушки везем...

— Нет.

— Что нет?

— Ваша милость... Это благородное животное, а вы хотите сделать из него сельскую корову?

— А это раненые, которых надо доставить домой. Скажу честно, от вас с грифоном не так уж и много пользы было конкретно в этой заварушке.

Фалькон поднял руки вверх.

— Хорошо, демон вас дери. Но не обещаю, что она не попытается взлететь.

— Постарайтесь, чтобы не попыталась.

Еще двое солдат прошли мимо нас, придерживая третьего. Рядом с ними шел Альф.

— Сотрясение мозга, и сломанная нога. Ногу я зарастил, но не уверен, что как нужно. Учителя еще работают?

Я бросил взгляд назад, где Рон с Нором возились с Алуином.

— Грузите раненого в повозку. Пойду, погляжу, как у них дела.

Выглядел Барон неважно. Всюду кровь, а сам похож на вскрытую и смятую консервную банку. Да и операцию братья проводили прямо на открытом воздухе, единственное что у них было — это подобие стола, что я им сварганил.

— Как успехи? — Поинтересовался я.

— Пока живет. — Мрачно ответил некромант.

— Не болтай. Придержи ребро. — Рявкнул злой и потный целитель.

Нор засунул руку прямо в рану, заставив меня инстинктивно пощупать свою грудину. Фу.

— Ты руки-то хоть своей магией обработал? — Спросил я, наблюдая я за рукой, красной по локоть.

— Нет, иначе она была бы вся в волдырях. Магией я обработал стол, а руки промыл спиртом, как вы советовали.

— Хоть что-то.

— Господин, вы мешать пришли? — Со сдержанным раздражением поинтересовался Рон.

— Нет, просто хочу знать, выживет ли он.

— Будете мешать — точно не выживет.

— Может Альфа прислать, он вроде закончил. — Предложил я.

— Нет! Он тоже мешаться будет! — Крикнул целитель.

— Мы уже закачиваем, мой лорд. — Заверил меня некромант и вновь получил злой выкрик от брата.

— Артерию зажимай, ну? Куда отвлекся?

От брызнувшей крови в холодном воздухе шел пар.

— Всё, не мешаю, господа. — Ретировался я.

Судя по всему, эту железную бочку таки залатают.

Ну и хорошо. Наверное.

Тем временем один из гвардейцев привел под уздцы первую ошалелую лошадь. Глаза у неё до сих пор были навыкате, словно она узрела самого сатану. Неужели взрыв так сильно их напугал? Грифон вон, абсолютно спокоен.

— Отлично, молодец! — Похвалил я солдата и потер замерзающие руки. Теперь сможем захватить еще что-нибудь. Жаль только, что от Цитадели Барона ничего не осталось, там наверняка было много интересного... Но и много компрометирующего лично меня. Так что во всем есть свои плюсы.

Гвардейцы тем временем пытались вытащить одну из пушек, которую взрыв скинул в ров. Вторая тоже должна быть где-то рядом, но похоже её завалило обломками стены. Печально, но самое ценное — порох, мы потеряли. Запас, что мы везли на повозке — детонировал.

Большая часть пороха, что была при гвардейцах или заряжена в эти две пушки — промокла. От пушек, что остались в Цитадели и вовсе нечего говорить, их расщепило на атомы в лучшем случае.

Минуту я наблюдал за безуспешными попытками поднять тяжеленное орудие, после чего плюнул и вновь позвал рыцаря на помощь.

— Давай! — Крикнул я Фалькону и грифон попятился назад, натягивая трос, которым мы подцепили пушку. С чавканьем, ров отпустил орудие и оно медленно поднялось по стене рва. Мутная вода ручьями стекала с него и я уже видел, что лафет не выдержал удара и был разбит.

Ничего, главное заряд це...

Грифон дернул орудие слишком резко, и пыж не выдержал. Картечь градом посыпалась вниз, упал деревянный поддон, а следом за ним комками повалился мокрый порох.

Я покачал головой и обратился к грязным и мокрым гвардейцам.

— Есть желающие картечь пособирать?

Энтузиазма на их лицах не было.

На моем — тоже. Эх, остался бы мой дар в порядке, взмахнул бы рукой, да призвал к себе все металлические шарики. А так...

— Ну и черт с ним. Ладно, грузите пушку и собираемся. Мы и так слишком задержались. Мушкеты все нашли? Проверьте. Будет не очень хорошо, если кто-то найдет потом наше оружие.

Тил кивнул и протрубил в горн.

Отряды, что разошлись по окрестностям — собирались к разведенному Ашей костру. Глядя на их усталые лица, я подумал, что неплохо будет остановиться на сутки в Лиграде, а лишь потом возвращаться домой. А вот и Рон с Нором подоспели, наконец закончили латать барона. Осталось только подождать Дорвана, чтобы погрузить эту тушу на повозку. Не оставлять же его тут?

Вдруг горн протрубил еще раз. Боевой сигнал.

Верчу головой, пытаясь понять в чем дело.

— Сверху! — Кричит Долан, вскидывая мушкет.

Поднимаю взгляд — над нами кружится десяток грифонов и какая-то крупная, чешуйчатая тварь. Мама дорогая, да это же дракон! Настоящий!

Заложив петлю, чудовище ринулось к нам со скоростью ракеты.

И рухнуло на брусчатку, буквально выдирая булыжники из дороги своими когтищами. Следом за драконом, один за другим приземлялись грифоны, лишь поднимая небольшие бураны взмахами крыльев.

В наезднике, что сидел верхом на драконе, я с удивлением узнал Первого Герцога.

— Ага! Пособники демонов! — Радостно крикнул он. — Взять их!

— Вы точно ничего не перепутали, Ваша Светлость? — Невинно поинтересовался я, выйдя вперед.

Герцог прищурился и скривил лицо.

— Кондор? Тьфу, а похож на оборванца. В любом случае это ничего не меняет. Все помнят, какие у вас были дружеские отношения с Клеменом.

— Именно поэтому я и убил его, когда узнал о падении во тьму. — Отверг его намеки я и перешел в атаку. — А вот почему вы этого не сделали, а столько дней позволяли совершать эти кощунственные ритуалы? После такого бездействия с вашей стороны мне осталось лишь взять вопрос в свои руки.

— Оскорбительно! Мои действия не касаются какого-то там Виконта! Ваше преосвященство, что скажете? Наш долг покарать этого демона, верно? — Герцог спешился с дракона, открывая моему взгляду второго наездника, в сером рубище.

— Мы не вмешиваемся во внутренние дела Королевства. — Безучастно отреагировал Верховный, мазнув по мне взглядом.

— Борьба с демонами входит в ваши права, согласно договорам!

Прикрикнул Герцог. Похоже, столь резкого слива от своего союзника он не ждал.

Инквизитор тяжело вздохнул, и яркая вспышка ударила по глазам.

— Тут нет демонов. — Заключил он.

— Зато есть их пособники! — Рявкнул Герцог. — Друг Клемена просто так ошивается у его замка, так я и поверил.

— У руин его замка. — Поправил я. — После того как я убил его, все быстро взорвалось.

— Как удобно! А может он и вовсе сбежал?

— Спросите у своего барона, как он придет в себя. — Пожал плечами я, указывая на лежащего Алуина.

Герцог наконец-то замолчал и подошел чуть поближе, чтобы лучше разглядеть раненого. Между его рыцарями послышался шепот. Я не мог разобрать, что они говорят, но кажется Герцогу это не понравилось.

— АГА! — Крикнул он. — Значит ты покушался на моего вассала! И смеешь утверждать, что не являешься пособником демонов? Инквизитор, мы обязаны взять его под стражу для допроса.

Услышал столь нелепую чушь, размазываю по лицу фейспалм. Что он несет, черт побери? Он пьян?

— Это внутреннее дело королевства... — Вновь отмазался служитель церкви. — К тому же этот человек имеет протекцию Короля. — Добавил он, чем окончательно вывел Герцога из себя.

— Протекцию? Протекцию?? — Громыхая доспехом, Герцог приблизился ко мне и схватил за плечо.

— Слышь, руку убрал. — Моя ладонь ложится на пистоль.

— Щенок! Король — это немощный дурак, что положил хрен на управление страной. Еще немного и он лишится остатков власти! Так что ты пойдешь со мной. По хорошему или по плохому.

Моё лицо искривляется в ухмылке. Я перехватываю руку Герцога и наклоняюсь к его лицу.

— Ты боялся Клемена, а я разорвал его на части. Теперь ты хочешь схватить меня?

Мои пальцы обхватывают металл наруча.

Настолько зачарованных доспехов я еще не встречал! Преодолеть баронские было куда проще.

Но всё равно металл медленно, по миллиметру поддается и на доспехе образуется след от моей руки.

Герцог обращается к источнику, но без толку. Не знаю, что он хотел сделать, но я сбиваю его импульс, отправив весь его в бездну.

Чертыхаясь, он отшатывается.

— Проклятый демон! — Тихо, чтоб не услышали рыцари, ворчит Первый. — Ладно, так и быть. Встань на колени, извинись за непочтительность, и тогда я отпущу тебя.

— Не слишком ли ты много хочешь, Герцог? Я не твой вассал и встану на колени лишь перед Королем.

— Твоя наглость не знает границ, бастард. — Едва слышно прошипел он.

— Тогда рискни меня арестовать. Узнаешь, есть ли у меня еще козыри в рукаве. — Так же тихо отвечаю я.

— Щенок! Мои земли, богатства и люди неисчислимы. Один мой приказ и от твоего баронства не останется ни следа?

— Как его не осталось от Баронства Клемена? — Ухмыляюсь я и Герцог багровеет лицом.

— Здесь не было и десятой доли моих сил, я просто собрал дружины пограничных баронов!

— Значит, теперь все твои ближайшие войска обескровлены. — Делаю закономерный вывод я.

— У меня в десять раз больше на границе со вторым Герцогством! — Рявкает Первый. Морда красная, из ушей чуть ли не дым идет.

— И ты всех их оттуда снимешь и пошлешь против меня, чтобы получить удар в спину от Второго? Ну-ну, охотно верю.

Герцог опускает забрало. Нет, он не готовится к бою, просто не хочет, чтобы все видели его лицо, красное от гнева.

— Как только я заключу пакт о ненападении со Вторым — тебе конец, выскочка. — Глухо произносит он.

— Господа! Не нужно ссориться. — Подает голос Инквизитор. — Я пришел к решению. Мои помощники начнут следствие, с целью выяснить, что тут произошло. А если Его Светлость поможет с транспортом — то я отправлю квалифицированных дознавателей. Вместе они докопаются до истины, после чего мы поступим... по ситуации.

Я цокнул языком, оценивая ход инквизитора. Наверняка позже он скажет Герцогу, что был на его стороне и хотел обличить преступника, Королю — что спас меня от своевольства Герцога, а мне — что расследование выяснит правду и раз я невиновен, то и нечего бояться. Идеальный ход в краткосрочной перспективе, а к тому моменту как расследование закончится... всегда можно будет объявить те результаты, какие выгодней ему самому. Уж не верю я, что расследование в самом деле будет честным.

Тем не менее, киваю Верховному. Мол, понял, принял.

— Если понадоблюсь то я буду в Лиграде. Сегодня переночую там, а завтра вернусь в своё баронство.

Позади раздались невнятные стоны.

— Ах, да. Заберите своего барона, Ваша Светлость. Мы его подлатали, так что умереть не должен... наверное.

Герцог махнул рукой своим рыцарям, отдав приказ лишь жестом руки. Закованные в латы хлопцы подняли Алуина и погрузили на грифона.

Герцог так же молча забрался на дракона и поднялся в воздух. Следом за ним взлетели и грифоны.

Хоть бы поблагодарил, паскуда. Как-никак жизнь его вассалу спасли.

— Отправляемся. Солнце скоро сядет, а нам еще нужно доехать до Лиграда. — Приказал я, не обращая внимание на удаляющееся хлопанье крыльев в небе.

До города мы добрались затемно, проклятый грифон то и дело пытался взлететь, отказываясь тащить телегу по земле, а пара лошадей, которых мы сумели вернуть — не справлялась с поклажей, приходилось останавливаться на отдых.

К счастью, в остальном добрались без проблем, да и город встретил весьма приветственно. На полупустых улицах горожане бурно радовались уходу тумана, компенсируя свою немногочисленность разудалостью праздника и громкостью криков. Пьяные и веселые граждане не скупились, и угощали выпивкой и меня и бойцов, особенно, когда узнали, по какой причине исчез туман.

Выпив с ними пару кружек и расквартировав солдат — завалился спать, на утро намечалось много дел. Раз уж оказался в городе, то пора по магазинам пройтись, пусть золота я с собой почти не взял, чтобы купить продовольствия — хватит.

Сразу начались неприятные сюрпризы. Лавка алхимика, которую Орин в своё время завалил золотом, купив подчистую все запасы — оказалась закрыта. Склад, на котором мельник торговал мукой — тоже. Но если про мельника мне рассказал прохожий, что ему не повезло попасть под туман, так как мельница находилась за городом, то что случилось с алхимиком — было решительно непонятно. Прохожий развел руками и сказал, что алхимик закрылся уже давно. Видимо, вскоре после того, как мы отправились в Столицу.

В странных чувствах, я шатался по пустому городу, наблюдая заколоченные окна на месте лавок, которые раньше посещал. Наконец, мне улыбнулась удача. Лавочник, у которого я скупил сыр — оказался на месте.

— Да, господин, очень плохо стало. Когда Ваша Милость всем золото раздал, не все справились с жадностью. Мельник на выручку, вместо того чтобы мельницу починить — шелка себе купил и ходил расфуфыренный, покуда в туман не попал. Там-то всё его нутро наружу вышло. С алхимиком нашим и вовсе беда стряслась. Узнал Клемен, будь он неладен, что у того золота много завелось и послал солдат. Вытрясли они всю душу бедолаге, насилу живым из баронства сбежал.

— А у тебя всё в порядке, вроде. — Заметил я.

Лавочник был в такой же простой рубахе, а лавка ничуть не изменилась, хотя ему я тоже платил золотом.

— А как ты потратил своё золото?

— Дал взятку торговой гильдии, чтобы взяли сына в помощники. Слава Единому, что успел это сделать в прошлом месяце, иначе он был бы на ферме, когда упал красный туман. Коровы все монстряками стали, страсть что творилось...

Я передал последний круг сыра гвардейцу и достал из кошеля золотой, но лавочник покачал головой.

— Не нужно, вы и на половину золотого не взяли.

— Клемена больше нет, можешь не бояться, что его бандиты заберут золото.

— Я знаю, господин и спасибо вам за это. Слухами город полнится. Но золото не возьму.

— Почему? Судя по тому, что ты рассказал — с фермой проблемы, надо будет покупать новых коров.

— Это так, господин. Ферма разрушена, работники, что я нанимал — погибли. Но справедливая цена в тридцать монет серебром. Больше я не возьму.

Я повернулся к гвардейцам.

— Парни, есть серебро? У меня только золото.

— Пять монет. — сказал один.

— Одиннадцать. — добавив другой, немного покопавшись в мешочке на поясе.

— Ладно, тогда сделаем так.

Я прикоснулся к монете и разделил её на три равные части, после чего подал треть лавочнику.

— Это на три монеты больше... — Попытался возразить тот.

Не стал спорить, просто отрезал острый уголок у золотого треугольника. Лишь после этого лавочник её принял.

— Спасибо за покупки, господин.

— Что будешь делать теперь? Восстанавливать ферму?

— Сам не знаю, господин. Я думал допродать товар, а после не загадывал. — Вздохнул он.

Я задумался, человек вроде хороший. У него был отличный шанс нажиться, но он предпочел принципы. Почему бы не попробовать к себе переманить?

— Ну вот, я купил всё, что у тебя оставалось. Может переберешься к нам, в Рейкланд? Пусть у нас еще довольно плохо с коровами и всем таким, зато это отличное место, чтобы начать всё сначала.

— Я... подумаю, господин. — Замялся лавочник.

— Если надумаешь, то просто присоединись к каравану. Скоро они будут проезжать к нам через Лиград довольно часто. — Посоветовал я и развернулся.

— Постойте, господин.

— Да?

— Утром заходили люди в рясах. Расспрашивали обо всем, о вас в том числе.

Я нахмурился. Так быстро? А Верховный инквизитор времени зря не теряет.

— И что ты им сказал?

— То, что вы избавили нас от тумана, повергнув барона и его демонов. Как ядром железным на части порвали!

Моё настроение стало стремительно портиться. Слухи слухами, но такие подробности уже внушали опасения. Поворачиваюсь к солдатам. Первый тут же мотает головой.

— Я ни слова не рассказывал, господин! Клянусь.

Второй кивает.

— Я тоже! Вроде бы...

Вздыхаю. Учитывая вчерашний праздник, очевидно, что кто-то сболтнул лишнего. Надеюсь, про пушки хоть догадались молчать?

— Не волнуйтесь, господин. — Неверно растолковал моё молчание лавочник. — Этих недоумков в рясах у нас в городе никто не любит. Они вечно нам досаждали, ловили людей и сжигали прямо на площади, а барон наш ничего не делал. Никто о вас и слова худого не скажет, будьте уверены!

Поблагодарив мужика, я вышел на улицу. Занятно, но похоже церковники и правда выстрелили себе в ногу. Да, они верно чуяли, что в городе демоническая скверна, и боролись с ней, как могли. Но со стороны это выглядело так, словно они просто сжигают невинных людей. Я бы даже посочувствовал им немного, не будь они такими мудаками. Каждый получает, что заслуживает.

Покачав головой, я продолжил поиски работающих лавок. Нам кровь из носу надо найти хотя бы одного быка либо парочку лошадей.

Фалькон наотрез отказался вновь запрягать грифона, да и я уже не настаивал. Летучая зараза несколько раз чуть не скинула раненных на землю. Ну не привыкла по земле ходить, не привыкла...

Обойдя половину города, на другом конце улицы мы встретили несколько солдат, что вели за собой корову, обвязав веревку вокруг её рогов.

— Нашли только такого быка, господин. Зато можно еще и доить!

— Пойдет... — Согласился я под жалобное мычание буренки.

Когда вернемся домой — нас же всех засмеют!

Не засмеяли.

Старая добрая палатка, печка и кровать, застланная шкурами. Словно и не уезжал никуда!

— В кровати холодно. — Намекает Мира. Из-под шкуры торчат лишь острые уши.

— Тогда тебе стоило остаться в доме.

— Там стена покосилась, я боюсь что на меня крыша упадет!

Жаль только, как и раньше — снова куча работы. Половина деревни в руинах, собственно, поэтому я и вернулся в палатку. Благо, уже не так холодно.

— Подкинь в печку дров, раз мерзнешь.

— Мня... — Она вылезла из кровати, подбросила пару поленьев в буржуйку и подошла ко мне.

— Ты там долго? — Спросила она, заглядывая в бумаги.

— На пару дней, вероятно.

— Мне-е-ех. О, это железная балка? Не слишком ли экстравагантно использовать так много железа?

Я бросил взгляд на рисунок, в которой она тыкнула пальцем. Это были наброски для цехового помещения, из-за большого размера, железо было неплохим выходом, но да. Пока что у нас столько не было.

— Это будет нормально, как только мы запустим домну. Мы не можем полагаться на то, что наворуем по округе или привезем с караванами. Нам потребуется очень... Очень много железа!

А когда у нас будет столько железа, то даже такие конструкции не будут проблемой.

— Всё равно это дорого... А почему тут такие широкие улицы? — Тыкнула она на другой набросок, на котором я пытался понять, как надо строить новые дома. Хотя бы примерно. Все мои знания о канализации ограничивались полумифическими рассказами о больших туннелях под городом, выложенных камнем, по котором идет река нечистот. Как такое строить, чтобы всё не обвалилась к хренам — я понятия не имел. Плюс место для дорожного движения, задел под теплоснабжение, ливневки, чтобы всё не затопило. Работы на месяцы вперед, если не на годы. Даже если ограничиться сортирами на улицах, как и сейчас... Столько работы.

— Потому что так нужно. — Коротко ответил я, подавив раздражение.

— Дома будут из того же камня, из какого стена? В них не будет холодно, как в замках?

— Не будет, просто добавим в раствор побольше опилок. Благо, не шестиэтажки строим. Хотя...

Хм, если сделать побольше этажей, мы сэкономим много места. Впрочем, ладно, займемся этим чуть позже.

— Все печники сейчас заняты второй домной, опять будешь лично всем делать железные печи?

— Ммм, нет, мы поставим одну большую печь, а тепло будет идти по трубам.

— Но всё равно придется делать тебе?

— Ну да. — Признал я. Чтобы подключить простых людей нужен трубопрокатный завод, электродуговая сварка, а значит и электростанции. Кошмар. Стоит мне об этом подумать, как голова кругом идет.

Я вздохнул и отложил перо. Такой объем работы мне за век не сделать, будь я хоть трижды Мерлином. Но как иначе?

— Я могу помочь? — Спросила она, заметив, что я поник.

— Даже будь ты магом, твоей помощи бы не хватило. — Ответил я и погладил её по голове, потрепав ушки.

— Тогда должна помочь не только я, вот и всё. — Насупилась Мира, а я задумался.

Ведь в Столице есть система канализации, я это точно знаю. И есть архитекторы, ясное дело. Зачем мне без толку тратить время, пытаясь разобраться в том, о чем я имею лишь туманное представление? Благодаря грифону, мы сможем смотаться за знающим человеком меньше чем за неделю. Цемент пока помолотят про запас. Лучше небольшая задержка, чем мы настроим фигни, которую потом всё равно придется переделывать. Закладка города — это ответственное дело, к которому нельзя подходить на авось.

— Знаешь, ты права. Завтра я отправляюсь в Столицу.

— Что? Ты же только вернулся!

— Я ненадолго, туда и обратно. На грифоне это быстро, поверь.

Она несколько минут молчала, лишь хвост раздраженно дергался из стороны в сторону.

— Вообще-то я имела в виду, чтобы ты больше полагался на меня. Все чем-то заняты, а я чувствую себя абсолютно бесполезной.

— Прости, но с этим... — Я обвел рукой груду бумаги с разрозненными записями. — С этим мне никто не поможет, кроме меня самого.

— Мне-е-ех. — Грустно протянула она и поникла. — Но раз ты завтра улетаешь, то может...

— Мне еще нужно кое-что доделать. Освобожусь через пару часов. Или может часов шесть...

— Хорошо, я пока погрею кровать.

Минут десять я работал в тишине.

— Слушай, а где книжка?

— Какая книжка? — Недоуменно спросил я, выводя промежуточные цифры.

— Ну дневник. Ты его дочитал, а я еще нет.

— Ах, дневник. По правде сказать, я так его и не дочитал. Посмотри в сумках, в какой-то из тех, что я привез он точно должен быть.

— Погоди, за столько времени ты не успел его прочитать? — Недоверчиво уточнила она.

— У меня было много дел. — Развел руками я.

— Хм. Тогда хочешь, я тебе почитаю? Ты где остановился?

— Честно сказать — не помню. После того как я его открывал в последний раз, прошло много времени... Что? — Спросил я, заметив, как она пялится на меня сверкающими глазами.

— Ничего. Просто вспомнила поговорку про собаку на сене.

Она взмахнула хвостом и принялась ловко обшаривать сумки.

— Ох, эти сухари совсем испортились, зачем ты продолжаешь их носить?

Делаю вид, что не слышу её и продолжаю работу.

— О, нашла! Так. Вспоминай, ты уже прочитал, как родную деревню Алекса разрушил безумный маг?

— Да, это было в самом начале. — Произнес я со вздохом. Сказать по правде, необходимость следить за её чтением будет меня только отвлекать от работы, но... зачем обижать её еще сильнее? Пусть читает, мне не жалко.

— А то, как он утопил Барона в нужнике?

— О, это я знаю.

— Так, а как познакомился с твоей матерью?

— Нет, погоди. Про нужник я слышал, но не читал.

— Ммм, то есть ты остановился до этого момента?

— Ага.

Мира зашелестела страницами.

— А как за ним гнались последователи старых богов, пытаясь отобрать книгу мага?

— Это тоже нет. Еще раньше.

— Хм. А как приехал лорд и отправил его с матерью в серые холмы, где рядом водились гоблины?

— Пускай отсюда будет. — Произнес я. Эту часть я более-менее помнил, но и ладно.

— Мр-р, так это самое начало! Ладно, слушай.

Мира пару раз кашлянула и начала рассказ, имитируя бардовскую речь.

«Хорошо, соберите весь этот сброд и отгоните в серые холмы. Гоблины опять вырезали там всех... — Приказал Лорд...»Я вернулся к работе, быстро потеряв нить повествования. Порой, когда я чуть отвлекался — до меня доносились отдельные слова, но в целом всё пролетало мимо ушей.

Цифры мелькали перед глазами, дрова в печке прогорели и тишину нарушал лишь скрип пера, ветер дующий за палаткой и усыпляющий голос Миры. Чертеж был почти готов, а глаза закрывались, но вдруг знакомое слово холодным душем сбросила с меня всю сонливость.

«Самаила» — произнесла Мира имя того, кто забросил меня в этот мир.

— Что? — Вздрогнул я. — Повтори, пожалуйста.

— Барон оказался последователем Самаила. — Перечитала Мира и посмотрела в мои непонимающие глаза. — Так и знала, что ты не слушаешь!

Я отложил перо и закрыл чернильницу крышечкой.

— Всё, я целиком и полностью в твоем распоряжении.

— Ну, да. Конечно! — Фыркнула Мира и помахала дневником, открытым на середине. — Я уже читала это несколько часов и не собираюсь перречитывать снова. Слушать надо было!

Я встал со стула и направился к ней.

— Так, давай сюда!

Мира высунула язык и ловко проскользнула меж рук, выбежав из палатки на улицу.

— Вот ж... — Пробормотал я и отогнул полог палатки.

В лицо ударил морозный воздух.

Полная луна освещала лагерь и улыбку довольной кошкодевки, что размахивала дневником.

— Не догонишь! — Крикнула она, сделав пару шагов назад.

— Ну всё, хватит. Люди отдыхают после работы. Большинство людей, по крайней мере... — Я бросил взгляд на склон, где вокруг домны горели огни.

— Тогда догоняй ме-ня на цыпочках! — Рассмеялась она.

Разумеется, бегать за неё по ночному лагерю я не собирался. Хотя бы потому что шансов поймать её у меня не было.

— Так и быть, прости что я не слушал. Теперь возвращайся в палатку или будешь на улице спать.

Она задумалась и покачала хвостом.

— Читать заново не буду.

Вздыхаю, подняв в воздух облачко пара.

— Можешь просто кратко пересказать суть.

— За поцелуй!

— Хорошо, заходи давай.

Закрываю полог и возвращаюсь в палатку. Не так уж и тепло внутри, если подумать. Снимаю с плиты чайник и наливаю травяной чай в деревянную кружку. Открываю топку, и поворошив угли, добавляю дров. За спиной в палатку прошмыгнула Мира и уселась на кровать.

— Так, что тебе пересказать?

— Всё, что есть про Самаила.

— Ммм, про него ничего и нет. Это просто имя одного из старых богов, которому поклонялись те, кто пытался отобрать книгу у Хорнета.

— Старых богов?

— Ну, которые были до Единого. Раньше за этими ребятами гонялась лишь церковь, но... сейчас, погоди. — Она залистала дневник ближе к концу.

— Ага, вот тут. Примерно шесть лет назад Третий Принц добился того, чтобы этот культ официально был признан подлежащим искоренению в Королевстве. Первое время за его последователями гонялись даже активнее, чем за демонопоклонниками. Поэтому Алекс передал книгу на хранение надежному человеку. Собственно, до этого момента я и дочитала, потом ты забрал дневник. — Пожаловалась она.

— Погоди. Расскажи сначала. Почему они вообще гонялись за Хорнетом?

— Из-за книги безумного мага. С её помощью Алекс стал воином хотя не имел никакого дара, но заплатил за это, цитирую, «страшную цену». Последователи Старых богов думали, что книга — это артефакт из другого мира, хотя Алекс пишет, что скорее всего это просто результат исследований безумного мага. Этот маг пытался пробудить воинский дар в придачу к магическому, но в итоге потерял контроль и сошел с ума.

— Ладно, а что там про Барона, который последователь Самаила. Это вообще кто?

— Просто Барон тех земель, в которых тогда жил Алекс. И этот барон тоже охотился за книгой. Однажды он узнал, что книга попала в руки Хорнета, приехал в деревню, пытал его мать, но сам Хорнет сумел сбежать и долго наращивал силу, работая наемником.

— Постой, как Алекс понял, что Барон связан с Самаилом?

— Так он сам ему сказал. Вот, смотри... — Она перелистнула на середину и повернула дневник ко мне, показав пальцем на строчку.

«...вот ты и попался! Я не убью тебя сразу, дам маленький шанс. Сыграй со мной в карты. На жизнь. Но не надейся, что ты сможешь выиграть, Самаил даровал мне способность побеждать в любых играх...»— Ого. И что, Алекс проиграл? — Спросил я, отпив из кружки.

— Нет, он просто не стал играть с Бароном. Переломал ему все конечности и утопил в нужнике.

Я прыснул, разлив чай.

— Эй! — Возмутилась Мира, на которую попали брызги.

— Прости... И это всё, что там есть?

— Вроде... По крайней мере, больше про Самаила ничего не было. Ну, может дальше еще что-то есть, я до конца не дочитала. Ммм... Хочешь, еще что-нибудь расскажу?

— Нет. Пришло время платить за рассказ.

Я привлек её к себе.

А уже утром мы с Фальконом отправились в путь.

Спустя два дня я был в Столице.

— Вы совсем загоняли мою Лауру, Виконт. — Пожаловался Фалькон, когда мы покинули территории Королевского зверинца, где оставили Грифона.

— А вы не хотите посетить свое поместье, пока мы в Столице, Баронет?

— Мои обязанности сопровождать вас это не снимает.

— Тогда, боюсь, времени заглянуть к вам у нас не будет. Итак, где в Столице я могу найти квалифицированных архитекторов?

— В Гильдии, ваша милость. В Гильдии.

Здание Гильдии было потрясающе нелепым смешением стилей. Готичные башенки и резкие линии сочетались с плавными, спиралевидными колоннами. Внутри стояла могильная тишина, а прохладный, мраморный пол лишь подчеркивал это, усиливая сходство с усыпальницей.

Оглядевшись, я заметил неприметного человека, что читал какую-то книгу в углу.

— Здравствуйте. Где я могу найти мастера, готового взять необычный заказ?

— Вообще-то такие вещи оговариваются заранее... — Человек смерил меня взглядом и добавил — ... Господин. Но можете походить по кабинетам, возможно кто-то будет на месте и выслушает вас.

Я сдержанно поблагодарил его за совет. Похоже, это будет не так просто, как я думал.

— Нет, я не возьмусь за такое. Обращайтесь, если нужно будет спроектировать особняк.

— Я потомственный маг земли и архитектор в пятом поколении, а вы предлагаете строить прямоугольные коробки.

— Так далеко от Столицы... Я бы подумал над вашим предложением, если бы не пришлось лететь на другой конец страны. Я сейчас курирую ремонт замка. Если подождете три-четыре месяца, пока я закончу...

— Я беру заказы лишь от графов, минимум. Мои таланты не оплатить какому-нибудь виконту!

— Слишком необычно. Не возьмемся. — Произнесли еще двое, изучив предложение. — Но можем посоветовать, к кому обратиться.

— В каком он кабинете?

— О нет, в гильдии вы его не найдете, он не её член. У него свое поместье за городом, а столь... необычный заказ его как минимум заинтересует. — Заговорщическим тоном прошептал первый архитектор.

— Он хотя бы компетентен? — Недоверчиво спросил я.

— Я бы сказал, что это лучшее, на что вы можете рассчитывать. — обтекаемо сформулировал второй. И тихо добавил. — Он чокнутый.

— Вы что, его к тому психопату отправляете? Ха. Они точно найдут друг друга. Предлагать мне, архитектору в пятом поколении строить прямоугольные коробки... — Послышался громкий голос из соседнего кабинета.

— Как я могу найти этого человека? — Спрашиваю я, игнорируя болтливого выпендрежника, что продолжал стенать о своих предках.

— На востоке от города. Ориентируйтесь на высокую, остроконечную башню. Так вы его поместье вы не пропустите... передайте ему, что вы от Братьев, он поймет. — Сказал первый архитектор.

— Но если он что-то учудит — мы не при делах. — Добавил второй.

Поместье и впрямь выглядело необычно, у кованного забора с одной стороны — росла береза, а с другой — пальма. За забором возвышалась башня, воткнутая в дом, словно одинокая свечка на праздничном торте.

Его хозяин тоже был необычным. Весь покрытый шрамами, в немного грязном костюме, он выбежал нам навстречу из особняка едва я открыл дверь.

— Гости? Надо же, давно не было гостей. Добро пожаловать, я Пит. — Радостно прокричал он, трясся меня за руку.

— Пит? — С сомнением произнес я. Всё же пригород столицы и нехилая по размеру «дача». И почему я не вижу ни одного слуги?

— Питтенруаль фон Сельбори. Второй слог произносить с придыханием, ударение ставить на У. Думаете, теперь вы поняли, почему я предпочитаю просто Пит? Кстати, а вас как величать, мой дорогой гость?

— Рэн. — Поколебавшись, представился я.

— Та же проблема, что у меня? — Сочувственно произнес Питтенруаль.

— Нет... вообще-то я Рэндал.

— Рэн-дал, рэн взял, ха-ха?! Не обижайтесь. Просто это забавно. Не переживайте! Как хотите, так и буду вас называть.

— Пусть будет Рэн.

Выговаривать его Пит-что-то-там я бы не смог, так что пусть будет так.

— Ну, как скажете. Итак, вы по делу или кто-то опять решил надо мной подшутить?

— Меня посоветовали вас в Гильдии архитекторов, «Братья», сказали, что вы неплохой архитектор.

— Хм, архитектор? Звучит весело, я готов этим заняться. Что будем строить, замок? Хотя нет, подождите, не говорите. Давайте сначала я покажу вам тут всё!

Он повел меня во двор, по пути рассуждая о той парочке архитекторов, по совету которых я прибыл.

— Знаете, вы не первый, кого они ко мне послали. И тому человеку я даже помог! Ну, в каком-то смысле... По крайней мере его проблема теперь кажется ему несущественной. В общем, можно сказать, что я их третий брат. Мы симбиоты, как голова и волосы.

— Волосы? — Притормозил я, неуловив ход мыслей.

— Да, вы знали, что есть древние заклинания для укладки волос? Их структура явно говорит, что волосы тоже имеют разум! Иначе и быть не может, ведь там используются те же конструкты, какими древние аристократы учили своих детей танцам. Так что одно из двух, либо дети были безмозглыми, либо волосы можно обучить так же, как и детей!

— Понятно. — Вежливо произнес я. Этот человек абсолютно чокнутый!

Впрочем, насколько — выяснилось позже, когда он притащил меня на свой огород.

— Вот, любуйтесь, мои достижения в области садоводства! Слева — драконье дерево, единственное в своем роде. Справа — свеклонамбур. Смесь топинамбура и сахарной свеклы. Там дальше — самая скучная вещь в саду, даже не смотрите туда.

Я вытянул голову, заглядывая за заросли свеклонабура. Похоже, там что-то похожее на пшеницу.

— Нет-нет, — Пит выскочил вперед и перегородил мне обзор. — Смотрите лучше сюда!

Он указал на красноватое дерево, на котором росли чешуйчатые плоды.

— Драконье дерево! Моя четвертая попытка вырастить растительное мясо. И первая удачная. Опля! — Пит встряхнул рукой и из рукава выскочил раздвижной нож. Он ловко подскочил к дереву и срубил один из плодов.

— Он теплый, прямо как драконятина! — Гордо произнес Пит и бросил мне фрукт.

— И как его...

— Надо вскрыть. Нет, подождите, нож тут не поможет. Чешуя режется преотвратно, но сий момент, где-то у меня был топор...

Пит задумчиво чешет лохматую голову и сигает в кусты.

Прикасаясь к своему клинку и металл струится по руке, облепляет странный фрукт. Сталь проникает под чешуйки и перерезает куда более мягкие жилки, на которых они держатся. Твердая чешуя сыпется под ноги, а на руки льется сок, как две капли воды похожий на кровь. А мякоть внутри неотличима от мяса.

— Ого, вы вскрыли его. Оригинально. Ну, тогда это мне не надо. — Топор снова полетел в кусты.

— Занятно. И как это есть? Жарить?

— О! Для нас, людей — он несъедобен. Зато для гоблинов плоды этого дерева — лакомство почище человечины! Наркотик! Я кормил одного эксперимента ради, так он вымахал размером чуть ли не с хобгоблина, а когда я ему дал выбор между моим драконьим фруктом и трупом... Эм, труп был не мой. Ну в плане не я убил, не переживайте. В общем, гоблин на тело даже не посмотрел! Это прорыв, это дерево могло стать первым шагом на пути человечества к принятию гоблинов как разумного и равного себе вида. Я пытался сделать так, чтобы дерево могло размножаться и хотел высадить их в Гоблинском лесу, но... Эти идеи немного не одобрили при дворе. Так что это единственное Драконье дерево в мире!

Я вежливо покивал. Псих! Гоблинов, да как разумный вид? Правильно, что не одобрили. Если бы он рассадил везде эту дрянь, то на деревню бы перли не мелкие зеленые паразиты, а большие и отожранные мутанты.

Показываю рукой на соседние заросли, где росло что-то похожее на зеленые палки с крупными листьями.

— А это?

— А это сахарный тростник. Точнее, я пытался воссоздать его по рассказам. Реальность оказалась разочаровывающий, когда мне наконец привезли тростник с земель джинов, он оказался дико скучным. Так что оставил расти в память о веселых днях, когда я скрещивал свеклу и топинамбур. Это было сложно даже с помощью магии, скажу я вам.

— Но у вас получилось добыть сахар?

— А? Нет. Он пропитан ядом, я так и не понял, как от него избавиться и забросил это дело. Но он действительно сладкий, пусть и ядовитый.

— А там?

— О, это морозостойкая пшеница.

— И все? Просто пшеница?

— Именно. Поэтому я и говорю, что это самый скучный экземпляр.

— Зачем вообще делать пшеницу морозостойкой, если тут, у столицы, почти не бывает снега?

— Вы говорите как мои знакомые. Затем, что мне захотелось, вот и всё. — Недовольно пробурчал Пит.

Я алчным взглядом уставился на золотистую полянку. Пригодится! Только вон надо бы уточнить пару вещей.

— Она съедобна?

— Ага.

— Не ядовита?

— Ага.

— От неё не вырастают рога или что-то в таком духе?

— Неа, могу вас разочаровать, Рэн. Это очень скучная штука, просто пшеница. Пойдемте, я покажу по-настоящему интересные штуковины.

— Я могу взять немного семян на посев?

— Хоть всю забирайте, она мне уже давно глаза мозолит.

— Фалькон? — Обращаюсь я к безмолвно стоящему позади рыцарю, что за все время не произнес ни слова.

— Да, Виконт?

— Вы же поняли, о чем я хочу вас попросить?

Он тяжело вздыхает.

— Сначала вы сделали из моего грифона тягловую животину, а теперь из меня делаете фермера?

— Ммм... Пожалуйста?

— Не так я себе представлял свою службу. — Пробормотал он, вынимая меч, чтобы срезать злаки.

— Пойдемте, пойдемте. — Пит потащил меня в особняк.

Слои пыли вокруг жирно намекали то, что я не видел слуг — это неслучайность. Похоже, их попросту не было.

Перешагивая через груды каких-то механизмов и обломков мебели, мы добрались до более-менее расчищенного пространства. Судя по всему — рабочего места Пита. На столе валялись шестеренки и резко пахло оливковым маслом.

— Так, что бы такого показать... Ах да. Оружие. Все любят оружие! — Воскликнул Пит и шмыгнул к громадному сундуку, на котором лежало что-то бесформенное и растительное. Непонятную штуку Пит осторожно перенес на стол, а вот с содержимым сундука так не церемонился. Всякая всячина летела по все стороны, пока он пытался докопаться до того, что искал.

Звонко прыгая на полу, мне под ноги прилетел шлем, чуть не попав по сапогу. Я нагнулся и поднял его.

Тяжелый и крепкий, он закрывал вообще всё лицо. Напротив глаз торчали две трубки, внутри которых блестело что-то стеклянное. Надеваю шлем на голову и вижу, как все стало размытым. Кажется, там не просто стекло, а что-то типа лупы.

— О, это мой защитный шлем для работы. А я думал, куда он подевался... — Воскликнул Пит.

Я снял шлем и протянул ему. Интересно, откуда у него так много шрамов на лице, если есть такие «продвинутые» средства защиты?

— Бросьте куда-нибудь в угол. В нем дышать тяжело, не люблю им пользоваться.

Тяжело вздыхаю, похоже про технику безопасности этот кадр не слышал.

— Так доработали бы его, это помогло бы вам сохранить лицо.

— Лицо? А, вы про шрамы. Ерунда, мне они не мешают. Заживут когда-нибудь... ага, вот оно!

Пит вытащил из глубин сундука что-то, похожее на базуку, стилизованную под драконью голову.

— Что это?

— Это Драконострел. Или дракономет? Нет, дракономет созвучно с помет... В общем, я еще не придумал название, но там обязательно должен быть дракон. Пойдемте на задний двор, внутри дома не смогу показать его действие. Точнее, смогу, но тогда мне придется строить новый дом, а это столько хлопот...

Весело размахивая этой штукой, он вновь повел меня через залежи особняка, пока мы не вышли на открытую местность. Кажется, когда-то это был плац для тренировки или что-то в таком духе. Земля вокруг была густо посыпана песком.

— Так, нам понадобится мишень. Мишень, мишень... а, вот эта штука подойдет! — Хозяин особняка взмахнул рукой и из-под навеса к нам, отчаянно скрежеща, вылетела громадная ржавая хрень, отдаленно напоминающая человека.

— А это еще что?

— Это? Причина, почему меня выгнали из гильдии инженеров. Я всего лишь подумал над тем, что немного несправедливо, что только сильные воины и маги металла могут носить хорошие латы, а все остальные могут пользоваться лишь какими-то тонкими листочками, извините. Ну вот и попробовал сделать заводные латы, работающие на движении шестеренок.

— И-и-и? — Заинтересовавшись, протянул я. Меха, это же меха?! Ржавая меха!

— И говорили, что лучше бы я просто обратился к магам, чтобы они зачаровали их, тем самым сделав голема. Проклятые бесталанные лодыри, способные лишь клепать часики и игрушки для лордов! А, вы про латы? Ну, в итоге вышло, что для того чтобы их носить — человек должен быть еще более сильным, чем если бы это были простые латы. На движение шестерней тратится в сотни раз больше энергии, чем если бы он просто напрямую управлял доспехом! Да и движение таких лат были еще более неуклюжи, чем у голема, что я считал невозможным... А еще я никак не мог заставить его ходить, чтобы он не падал. Я думал поставить латы на колеса и привязать их к упряжке, чтобы воин управлял лишь руками...

Пит продолжал бубнить себе под нос, пока я разочарованно осматривал ржавую махину.

Что ж, провал затеи был очевидным. То, что эта штука хоть как-то шевелилась — уже большой успех.

— В общем, не вышло. — Извиняющие проговорил Пит, как будто я его в чем-то упрекнул. — Зато у меня есть дракономет! И он прекрасно работает. Так, отойдите чуть подальше... Просто на всякий случай.

Я сделал пару шагов в сторону, а безумный инженер-любитель вскидывает трубку к груди и нацеливает её на ржавую меху.

— Огнеееешаааар! — Кричит он и ничего не происходит.

— Погодите, сейчас всё будет. Долго валялось, чутка заело. Огнеее... Да что будешь делать! — Слышится хруст металла, а сразу после этого — громкий хлопок.

Из драконьей пасти вылетает сноп ослепительно ярких искр и накрывает доспех. Впрочем, я замечаю, что одна из искр попадает на горе-изобретателя и его костюм вспыхивает.

— Ай! Я в порядке, я в порядке! — Вопит он, бросив пушку на землю и отчаянно сбивая пламя. — На мишень смотрите, не на меня!

Железный доспех плавился, красные потоки металла стекали вниз, образуя лужу. Песок спекался в стекло, а и без того теплый день стал невыносимо жарким.

Бросаю взгляд на пушку — она тоже превратилась в раскаленную лужицу металла. Что-то мне это напоминает... Этот безумец что, просто запихнул в трубу огненные кристаллы и выстрелил ими?

— Небольшой ожог, не переживайте. Обычное дело! — Улыбнулся Пит, закончив тушить себя. — Ну, как вам? Представьте, что против вас какой-нибудь монстр, а вы простой землепашец. Нет ни шанса, скажите вы, но на помощь приходит драконострел! Один выстрел и чудовище сгорает до костей!

— Это огненные кристаллы, верно? — Спросил я.

Пит восхищенно присвистнул и расплылся в широкой улыбке.

— Вас острый взгляд! Совершенно верно!

— И во сколько золотых обошелся этот выстрел?

Улыбка пропала так же быстро, как появилась.

— Да... Второй Герцог мне то же самое сказал. Ну... Тысячи две золотых, примерно. Или три. Но! Если мы сможем решить проблему производства искусственных огненных кристаллов, то можно будет вооружить даже фермеров. Представьте, все посевы страны будут защищены. Мантикоры! Тролли! Да кто угодно, любой землепашец сможет сам от них защититься, не прибегая к помощи своего лорда!

Я хмыкнул. Скорее лорды возьмут на вооружение эту штуку и будут меситься друг с другом еще упорнее, а землепашец получит от господ разве что пинка под зад. Но... идеи Пита чем-то похожи на мои, со скидкой на то, что у него не все дома.

Заметив, что я задумался, хозяин особняка вновь показал на доспех, от которого осталась лишь раскаленная лужа металла.

— Да, дорого, но ведь стоит своё, верно?

— Пожалуй. — Согласился я и на его лицо вновь вернулась улыбка. — Но я хотел бы узнать, как у вас со строительством?

— Вон ту башню построил я. — Он махнул рукой на торчащую из середины поместья башенку. — Ну, не я лично, конечно. Я только проектировал, но она еще не развалилась!

Я хмыкнул, после чего подробно расписал, что мне от него требуется.

— Звучит очень интересно! Поселить людей в каменные коробки вместо нормальных домов, а всё необходимое поставлять железными трубами? Потрясающе расточительно! Это по мне! Вам нужны деньги на проект?

— Нет, спасибо, мне нужен лишь архитектор.

— А на разработку жидкого камня? — Потирая руки, спросил Пит.

— Нет, вы не поняли. Он уже готов.

— Бездна... Жаль. Я хотел бы заняться разработкой такой штуки. — Чуть разочарованно протянул он.

— А с канализацией справитесь? — Уточнил я.

— Конечно! Разберемся!

— То есть, вы не знаете, как это строить?

— Ну, мало ли что я не знаю... Возьму книги из королевской библиотеки, да разберусь. Там есть почти всё, что только может быть необходимо. Не было еще такого направления, где спасовал Питтенруаль фон Сельбори! — Гордо заявил он.

Звучало чертовски ненадежно, но раз все остальные отказывались, другого варианта у меня нет. В конце концов две головы лучше, чем одна, если хоть немного поможет — уже хорошо.

В голове будто зажглась лампочка. Библиотека! Может там найдется что-нибудь про Самаила?

Проспорив с Питом несколько часов и наконец договорившись с ним о символической оплате услуг, я направился на выход из поместья. Смеркалось. Пит предлагал остаться у него, но я сильно сомневался, что комнаты для гостей у него были в нормальном состоянии. Лучше переночую на постоялом дворе.

Впрочем, планы мои рухнули, как только я дошел до ворот.

Рядом с ними стояла черная карета. Дверца распахнулась, и из неё выглянул Граф Кондор.

— Поедешь со мной. — Безапелляционно заявил он.

— А если я не хочу ехать с тобой? Куда делся Фалькон, кстати?

— Отправился на доклад. Так что какое-то время за тобой присматриваю я. — Поджал губы Граф Кондор и скрылся в глубине кареты, проигнорировав первый вопрос.

Важная я шишка, однако, раз целый Граф за мной присматривает. Но что-то мне подсказывает — он сам вызвался. Постояв несколько секунд для приличия, залезаю в карету. Хлопает дверь, щелкает кнут, и карета начинает трястись по брусчатке.

— Итак. — Начал дед. — Почему я узнаю о твоем прибытии в Столицу не от тебя, а от моих шпионов?

— Может потому что я хотел быстро сделать свои дела и смыться к себе домой? — Иронично предположил я.

— Наш дом теперь здесь. В столице.

— Во как. Король даровал тебе поместье? Или ты просто живешь во дворце, в комнате для гостей?

Дед скривился, похоже я попал в цель.

— Тц! Наше поместье обязательно вернется к нам! — Крикнул он, не стесняясь возницы.

— Да-да. Кстати, а ты сам-то в нем когда-нибудь жил? Вроде как, наш род лишился столичного поместья не один век назад.

Граф Кондор отвернулся, с красным от гнева лицом. Сквозь стук колес об брусчатку до меня донеслось тихое «Всё равно оно наше...».

Несколько минут мы ехали в относительной тишине, которую нарушало лишь громыхание деревянных колес и цокот копыт.

За окном проплывали улицы ночной столицы.

— Умеешь ты выводить людей из себя, Рэндал. Раньше ты был куда почтительнее. — Наконец успокоившись, произнес Граф.

— Раньше меня не пытались скормить насекомому, размером с замок. — Парировал я.

— Туше. Я доподлинно знаю, Король не планировал ничего такого. Это должна была быть легкая прогулка.

— Это теперь ты знаешь. А когда посылал в Черный Лес, был ли ты уверен, что Король не хочет от меня избавиться? Умри, но сделай — ты сказал. Я сделал. Теперь отвали от меня и дай мне спокойно заниматься своими делами.

Граф вздохнул.

— Ты ведешь себя как незрелый щенок. Неважно, что произошло — мы один род, мы одной крови. Мы на одной стороне.

— Если мы на одной стороне, так сделай милость. Не тащи меня никуда, просто раздобудь мне личного грифона, чтобы я мог вернуться к себе, не завися от разрешений Короля.

— Твой предел амбиций — забиться в самый дальний угол Королевства и увеличивать надои в жалкой деревне?

Я развел руками. Ну да, так я и расскажу ему о том, что реально собираюсь там увеличивать.

— Сколько рыцарей у тебя есть? — Продолжил допрашивать дед.

— Пока — ни одного. Но если надо — посвящу в рыцари столько, сколько потребуется.

— Кого? Свинопасов? — Фыркнул Граф. — Сколько у тебя воинов четвертого ранга? Сколько адептов и магов под знаменами?

— Так-то это секретная информация. — Нахмурился я.

— Нет, глупый внучок. Буквально все знают, что у тебя нет нихрена. Твои земли — пустынны. Там нет людей, а где нет людей — там нет и талантов. Зато есть ресурсы.

— Король обещал привести к лету десять тысяч крестьян со своих земель.

— И ты думаешь, что там найдутся воины или маги? Он пригонит тебе сброд, что способен только сеять пшеницу. Наоборот, я считаю, что зря ты попросил людей. Нужно было отказаться.

— Что? Почему?

— Они увеличат ценность твоего баронства в глазах окружающих, ты станешь более жирным и беззащитным призом.

— Намекаешь, что на меня могут напасть?

— Я не намекаю, я прямо говорю. Твоё... наше положение целиком и полностью зависит от расположения Короля. Пока он нас защищает — никто и пискнет. Как только он отвернется от нас... Ты помнишь, что произошло с нашим родом в последний раз?

— Я прекрасно помню, что случилось, когда Король от тебя отвернулся, дед. Но вывод делаю совсем другой. Нужно не ублажать Короля, прыгая вокруг него, как собачка. Нужно стать таким сильным, чтобы наше существование не зависело от чьего-то расположения!

Дед грустно засмеялся.

— Наивный максимализм. Тысячи вассалов желают того же, но у скольких выйдет нарастить силы, чтобы стать сильнее своих сюзеренов? Да что там вассалы? Сам Король желает не зависеть от доброй воли наших соседей-гегемонов! Но всё остается на своих местах. Это просто невозможно изменить, баланс сил давно сложился. С неба не свалится Архимагистр, что присягнет нам в вечной верности, а наши силы ограничены.

— Я смогу тебя удивить. — Обещаю я.

— Удиви меня тем, что прими верное решение, и забудь про свою деревню на краю Королевства. — Фыркнул дед. — Там справится и управляющий, а твоё место здесь. Ты знаешь, что уже сейчас во дворце решают, кто займет место убитого тобой Клемена?

— Ммм... Я? Раз я убил, то и земли мне.

— Тц! Раскатал губу. Насчет тебя еще будет проводиться расследование. Герцог истерит, пытаясь доказать, что чуть ли не ты лично организовал тот ритуал, который был виден даже в Столице. Вряд ли у него что-то выйдет, но всё равно нужно следить. А претендента на земли Брута, по сути, два. Баронесса Баттори, которую поддержал Второй Герцог и Маркиз Шорт, ставленник Первого. И скорее всего именно он и прикарманит к себе еще кучу земли.

— По какому еще праву? — Возмутился я. Шорт и так наши земли заграбастал и не хочет возвращать, теперь и мне под нос припрется!

— У Клемена нет наследников. Учитывая, какой бардак творится среди сторонников Короля, выбрать компромиссную фигуру на роль Барона, которая устраивала бы всех... Очень тяжело. Это займет время. Шорта предлагают, как временного управляющего земель, ссылаясь на его многолетний опыт в этом. — Горько усмехнулся Граф, намекая, что этот многолетний опыт был получен как раз за счет нашей земли.

— Неприятно, да. — Согласился я. Избавиться от одного жирного гада, чтобы на его место пришел другой? Не на это я рассчитывал.

— Теперь ты понимаешь, что должен быть в Столице, если не хочешь оказаться в окружении врагов? Посещай приемы, налаживай связи. Трави байки, как Матриарха убил, у тебя был отличный шанс нарастить влияния и создать союзы! Но ты еще не упустил его полностью.

— Чтобы иметь возможность прорвать это окружение, мне нужны не чванливые союзы с аристократишками. Мне нужны верные лично мне бойцы. — Отмел его предложение я.

— Толку с твоих бойцов, если они слабы? — Взорвался Дед, устав от уговоров. — Ну наладишь ты выплавку железа, ну сформируешь тяжелую кавалерию из ста... Пусть даже из трехсот человек. Что тебе это даст? Их нужно обучать годами, чтобы они смогли хотя бы разогнать крестьянское восстание. Их доспехи будут дерьмом, по сравнению с рыцарскими. Любая дружина из десяти рыцарей разобьет их наголову. Тебе потребуется всем трестам выдать доспехи из изолита, чтобы они хотя бы достойно проиграли. А знаешь сколько стоят такие доспехи? Чтобы оснастить ими кавалерию, не то что тебе, твоим внукам придется все выплавленное железо продавать. Веками!

Гневные крики деда в закрытой карете вызвали звон в ухе. Демонстративно его чищу.

— Незачем так орать. Я не идиот, у меня есть план.

— Тц! Ну, да! Ну да! — Скривился дед и отвернулся к окну.

Карета остановилась и в крышу постучали.

Открываю дверцы и спрыгиваю на землю.

— И куда мы приехали? — Спрашиваю я. Обычная улица, никакого дворца.

— Заходи в лавку. Неужели ты думал, что я потащу тебя к королю в таком виде? — Буркнул всё еще недовольный дед.

— В каком виде? — Провожу рукой по плечу, смахивая с перехваченного у Фалькона мундира воображаемую пылинку. Отличная одежда, удобная и в меру помпезная. Что опять деду не нравится?

— Признаю, напялить мундир королевских рыцарей грифона, когда ты даровал Королю голову — было удачным решением. Одеждой ты показал ему свою верность. — Нехотя признал дед и бросил на меня внимательный взгляд. — Но постоянно ходить в нем не стоит, это позорит род.

— Да, так я и планировал. — Поспешно соврал я. Похоже, в кои-то веки я прокололся в правильную сторону. — Закажем одежду, но фасон выберу я.

— Заказывать ничего не надо. Я сделал это еще тогда, когда ты улетел из Столицы. — Произнес Граф и открыл дверь.

Ему навстречу тут же выбежал портной и распластался в подобострастном поклоне.

— Ваше Сиятельство, я ждал вас, как и сказал посыльный. Всё готово, достопочтенный господин. Пройдемте, я покажу.

Он отвел нас в комнату, где на деревянных манекенах висели черно-белые наряды, разной степени расфуфыренности. Хмыкнув, выбираю наиболее похожий на мундир и примеряю. Чуть-чуть великоват, но пойдет.

Дед недовольно цокает языком.

— Когда ты в последний раз спарринговался с кем-нибудь?

— Имеешь в виду с мечом? Хм...

Я зарылся в глубины памяти. Если отбросить все битвы насмерть, то последний спарринг был...

— В школе, в тот день, когда ты меня оттуда забрал.

Граф нахмурился.

— А тренировки с мечом?

— Последние? В тот день, когда ты запретил.

— Тц. Хочешь сказать, что ты соблюдал запрет? Вынь меч, прими стойку!

Вздохнув, вынимаю меч.

— И это стойка? Ты вообще учился обращаться с мечом?

— Ты прекрасно знаешь, что нет. Или может ты нанимал мне репетитора?

— Тц. Я не мог обучать тебя, это могли неправильно понять при дворе и под угрозой оказался бы весь наш род. Но я надеялся, у тебя хватит мозгов самостоятельно обучиться хотя бы бою на мечах, а в итоге их хватило лишь на пьянки и сомнительные знакомства с культистами!

Я равнодушно пожал плечами. Мой предшественник нашел утешение в алхимии, химмерологии, ритуалистике. Мечи его не очень интересовали. Я же видел в них своё очарование, но... Лишь в качестве хобби для поддержания себя в форме. И то, если нет более важных занятий. Сейчас я бы лучше потратил свободное время на то, чтобы вновь сделать себе револьвер. Это было бы полезнее разучивания стоек, Индиана Джонс не даст соврать.

— Но ничего, запрет снят, так что теперь я сделаю из тебя настоящего наследника! — Кровожадно ухмыляется дед.

— У меня нет на это времени. — Возвращаю меч в ножны.

Граф вдруг расплывается в улыбке и довольно хлопает в ладоши.

— Ха. Твоё неумение обращаться с мечом навело меня на отличную идею!

— Какую? — Подозрительно спрашиваю я.

— Скоро узнаешь. А теперь — во дворец. Король планировал поговорить с тобой сегодня ночью.

— Жди здесь. — Произнес Граф и пошел дальше по коридору, к большим, окованным металлом, дверям.

— Класс. — Фыркнул я и огляделся. Коридор. Двери каких-то комнат, непонятного мне назначения, и ни одного, мать его, стула.

Тоже мне, дворец называется.

Переминаюсь с ноги на ногу. И сколько мне стоять, ожидая, пока дед разберется со своими делами?

Из закрытой комнаты неподалеку доносится шебуршение и тихие голоса. От нечего делать пытаюсь прислушаться, но они тут же стихают. Секунда, и дверь со скрипом открывается.

Оттуда выходит дама в пышном платье, что поправляет фарфоровую маску на своём лице. Завидев меня, она на миг замирает, после чего направляется ко мне.

— Боже мой, это же Виконт Рэндал Кондор! — Защебетала она необычайно приятным голосом.

— С кем имею честь... Мадам?

— Я помню вас еще вот таким. — Она соблазнительно провела рукой по своей тонкой талии, проигнорировав вопрос. — Хм. Или вот таким?

Рука поднялась выше, чувственно пройдясь по груди, а я начал догадываться, кто передо мной.

— Баронесса Баттори, я полагаю? — Холодно произнес я.

Девушка сделала реверанс, продемонстрировав декольте.

— У вас острый глаз, Виконт. Могу ли я звать вас по имени?

— Думаю, мы для этого недостаточно знакомы.

— Так почему бы нам не познакомиться поближе? Меня зовут Элизабет.

— Нет желания. — Отрезал я.

Даже если забыть, как лет десять назад она казнила повара на том приеме, что присутствовал Рэндал — у меня в деревне буквально жили те крестьяне, что пытались её сжечь. Разумеется, не за красивые глаза, которыми она сейчас сверкает на меня из-под своей маски.

Говорят, эта сучка резала своих поданных и купалась в крови, чтобы продлить красоту.

— Ну почему вы так холодны, Виконт? — Томно проворковала она.

— Я слышал, что вас сожгли заживо. Судя по маске, пожар был сильный.

— Ах! Как видите, слухи вновь лгали и я жива. Что до пожара, его целью была вовсе не я.

— Мда? И что же, тогда? — Недоверчиво произнес я.

— Мой артефакт, что находился в поместье. Благодаря ему я могла всегда узнать, где находятся мои крестьяне. Эти неблагодарные холопы отказались платить дань, украли моё имущество и, чтобы не быть пойманными — коварно подожгли мой особняк. К счастью, меня не было тогда в особняке.

Я скептически поджал губу. Ну, не очень правдоподобно, если честно.

— Тогда почему на вас...

Из-за маски я не видел выражения лица, но её глаза улыбались.

— Ах, вы про маску? — Перебила она. — Мне просто так удобнее, для меня это просто элемент платья. Но если хотите, мне не составит труда её снять.

Изящным движением, она снимает маску и обворожительно улыбается.

Красивая сучка, однако. Но тем не менее, сильно сомневаюсь, что она невинна, аки ангелочек. Ей сейчас примерно лет пятьдесят, но на вид едва ли дашь больше двадцати. Маги стареют медленней, но даже для них — это перебор. Тут не обошлось без могущественной магии, и вряд ли она проходила без жертвоприношений.

— Понимаете, Рэндал, жизнь красивой женщины полна трудностей. На меня клевещут все, кому не досталось от природы такой красоты. Клевещут те, кого я отвергла. Вокруг меня всегда очень много корыстной лжи, распущенной завистниками. Я понимаю, что вы слышали обо мне много плохого, но... Предлагаю нам познакомиться поближе и тогда вы сами узнаете, что было правдой, а что нет. — Шепнула она, и я ощутил на своём лице её горячее дыхание.

Черт, когда она успела подойти так близко? Она же только что стояла в нескольких метрах! Миг — и она уже вплотную ко мне! Как?

— Эмм... — Я пытался собраться с мыслями. Почему её слова прозвучали так логично?

— Я лишь прошу маленький шанс, развеять все эти слухи вокруг меня. — Умоляла она.

Скрипнула дверь. Из той комнаты, что вышла баронесса — показался незнакомый мне аристократ. Я попытался рассмотреть его, но Элизабет прикоснулась к моему лицу, заставив отвести взгляд. Хм, какие бархатные у неё ручки.

— И зачем вам это? — Отстраняюсь я, но она вновь подступает.

— Да, вы правы... Конечно же у меня есть мотив. Вы победили Клемена, тем самым избавив меня от столь опасного соседа. Разве искренняя благодарность за это — не причина? — Томно шепнула она.

— Нет. — Твердо отвечаю я, и она убирает ладонь с моего подбородка.

— Ах, в наше время никто не верит в искренние чувства. Что ж, тогда скажу правду. Земли Клемена, вот что мне нужно. Вы же знаете, что сейчас решается, кому они достанутся. Я хочу их себе.

— И я тоже бы от них не отказался. — Ухмыльнулся я, чутка расслабившись. Корыстный мотив, наконец-то. Вот в это — я могу поверить.

Она мелодично рассмеялась, словно колокольчиком позвенели.

— Это мило, но пока вы находитесь под дознанием, об этом не может быть речи. Но я могу доказать вам, что буду отличной властительницей этих земель, за ужином. Как вы на это смотрите?

— Хм, а если я смогу за ужином доказать вам, что эти земли лучше всего передать роду Кондоров? — Включаюсь в игру я.

Она вновь рассмеялась и улыбнулась, довольной улыбкой рыбака, что наконец-то поймал рыбку себе на ужин.

— Тогда я выступлю за вас перед Королем. Итак, осталось лишь определиться с местом и временем, где мы... проведем дебаты. — Она соблазнительно улыбнулась и провела кончиком языка по губам.

— Рэндал! — Раздался голос деда сзади.

Баронесса отстраняется и быстро надевает маску.

— Вижу, у вас дела, Рэндал. Я пойду. Еще увидимся и помните о своем обещании.

Виляя бедрами, она удалилась. Хороша, чертовка. Хоть и кровавое чудовище. Скорее всего...

— Стоило оставить тебя на пять минут, как тебя уже обвила эта гадюка. Что ты ей пообещал? — Дед был в ярости, хотя я не понимал, почему.

— Буквально ничего, не беспокойся.

— Ага, как же не беспокоиться. Ты ходячий мешок проблем. — Буркнул дед и я поспешил сменить тему.

— Ладно, всё, проехали. Идем к Королю?

— Нет.

— Нет?

— Король не хочет тебя видеть.

— Какого черта? — Возмущаюсь я.

— Это еще не всё. Содружество заинтересовалось выбросом магической энергии в небо, теперь и Маги присоединяются к расследованию. Пока оно не кончится — тебе запрещено покидать дворец.

Вот дерьмо! Думал же, что не нужно сюда ехать.

— Сколько продлится расследование?

— Неделя, месяц, год. Кто знает? — Пожал плечами дед.

Погано. Застрял тут хрен знает насколько!

Граф Кондор вдруг довольно улыбнулся и положил руку мне на плечо.

— Зато Король полностью одобрил мою идею.

— Что за идея? — Подозрительно спрашиваю я.

— Тебе не понравится.

— Я ожидал увидеть кого-то более внушительного в качестве своего учителя. — Произнес я молодой блондинке, вошедшей в тренировочный зал. Длинные, светлые волосы, брюки, узкий меч в ножнах. Похоже, это и есть та, кто должен был прийти.

Девушка внимательно обвела меня взглядом.

— А я ожидала увидеть человека, что умеет обращаться с мечом.

Недоуменно поднимаю бровь. Если бы я умел обращаться с мечом, зачем нужен был бы учитель? Что-то эта девка невпопад отвечает.

— Стойку! — Приказала «учительница».

Вздыхаю и тянусь к рукояти меча.

Вдруг красная линия сверкает перед глазами, и подбородок холодит сталь.

— Вы хотели посмотреть стойку или потыкать в меня железом? — Хладнокровно произношу я, игнорируя клинок у горла.

Я жду от неё банальностей, вроде «всегда надо сохранять бдительность», но белобрысая психопатка меня удивила.

Клинок змеей рвется вперед и перехватывает горло. Горячая кровь стекает на грудь. Отшатываюсь, пытаясь зажать рукой рану, а второй выставляю перед собой меч. Убийца? Твою же мать, пистоль в комнате остался...

Блондинка одним движением стряхивает кровь с меча и возвращает его в ножны.

— Целебное зелье на скамье в углу зала. Прими, пока не истек кровью. — Презрительно произносит она.

Мысленно чертыхаясь, пячусь к стене зала. В ушах нарастает звон, но черта с два я повернусь спиной к этой умалишенной бабе!

Выливаю на горло жгучую смесь и на всякий случай, еще немного отхлебываю. Кровь перестает течь, но пальцы кажутся холодными, а весь зал щедро полит кровью. Полоумная сука.

— Итак, правило первое — всегда сохраняй бдительность. — Не скрывая удовольствие, менторским тоном поучает она.

— Как тебя зовут? — Сипло интересуюсь я. Только что сращенное горло к мелодичному голосу не располагает.

— Как ВАС зовут. Пока что иначе, чем Госпожа, можешь ко мне не обращаться. Стойку!

Выставляю вперед меч, воскресив в памяти давние уроки, что в детстве успел получить Рэндал."Учитель" цокнула языком.

— Отвратительно. — Произнесла она и её рука метнулась к мечу.

В этот раз я успел заметить движение, но мне это не помогло. Один удар и клинок вновь у горла. Только в этот раз я готов.

Вместо того чтобы отшатнуться — подаюсь вперед, обратившись к источнику. Да, я не могу отклонить клинок, но моя способность изменить форму всё еще при мне. Кожа касается острого кончика клинка, и я пытаюсь перехватить контроль. Тяжело, но выходит. Сталь становится податливой...

Девка убрала клинок так же быстро, как и наносила удар.

Воспользовавшись этим — пытаюсь атаковать. Она принимает мой удар в блок. Руку сушит, словно я ударил валун!

Но это оказывается сущей ерундой. Её следующий удар похож на таран разогнавшегося поезда. Пальцы хрустят, и меч вылетает из руки, чтобы до середины клинка вонзиться в стену.

Трясу онемевшей кистью. Большой палец неестественно оттопырен в сторону. Да как его вообще не оторвало, от такого удара?

Мучительница тем временем оглядывает чуть затупившейся кончик своего меча.

— Интересный трюк, но в бою не поможет. Ну, что встал? Призывай меч обратно, если хочешь продолжить.

Вправляю палец на место и отправляюсь за мечом. Он застрял так крепко, что его бы и тяжелоатлет не вытащил! К счастью, мне необязательно вытаскивать его силой рук. Заставляю металл буквально вытечь из стены, а потом вновь принять форму меча.

Невзирая на болезненную пульсацию в пальце, возвращаюсь к девке и вновь принимаю стойку.

Та вздыхает.

— Я ожидала, что это будет напрасная трата времени, но чтобы настолько... Давай так. Король уговорил меня с тобой позаниматься, но я вижу — это бессмысленно. Посиди на скамейке все отведенное для тренировки время, как хороший мальчик, и я тебя не трону.

— Ещё раз. — Приказываю я и пытаюсь атаковать.

Безуспешно. Вспышка меча и я вновь безоружен и с новой раной, на этот раз на плече.

— Как хочешь, но предупреждаю, что я начинаю скучать. Поверь, ты не захочешь увидеть, что я могу с тобой сделать, если мне будет скучно.

— Ещё раз.

В этот раз нога. Колено подгибается, а в ботинок стекает кровь.

— Ещё раз.

Опять горло. Зелья всё меньше.

— Ещё. Ещё. Ещё.

Как я не пытался ей противостоять — это невозможно. Эта тварь слишком быстрая и сильная. Эх, был бы со мной демон... Но сейчас я могу надеяться лишь на пистоль. Вот только у меня были сомнения, что одного выстрела хватит. Нужно вновь собрать револьвер, взамен потерянного. Или даже лучше картечницу...

— Ещё раз. Ещё. Ещё.

Тренировочный зал уже обильно покрыт кровью, а меня самого шатает. Белобрысая тварь, раздраженно скалится, ожидая того момента, когда я наконец свалюсь. Вот только хрен она дождется.

Злобно пялюсь на её чистенькую одежду, что резко контрастирует с моей, всей изрезанной и окровавленной. Некоторые части уже задубели от крови и плохо гнуться. Черт, почему я не могу её даже коснуться?

Подбираю меч и незаметно надрезаю ладонь. Кровь стекает в "лодочку".

Мучительница скучающе поигрывает своим узким мечом, ожидая, когда я подойду.

— Ещё раз. — Произношу я, но вместо того, чтобы привычно попытаться ударить — брызгаю кровью ей в лицо.

Она отшатывается и вслепую отмахивается мечом — капли крови попали в глаза. Левую руку жжет огнем, но я рвусь вперед, сбивая её с ног. Заношу кулак, но что-то врезается в висок и поле зрения мгновенно заволакивает тьма.

Прихожу в себя, когда под нос суют бутылек с резким, анисовым запахом.

— Господин Кондор, сколько пальцев вы видите? — Спросила туманная фигура, сидящая надо мной. Пытаюсь сконцентрировать зрение.

— Ммм, четыре?

— Два.

Меня накрывает волна света. Резкая тошнота, только что мучившая меня — на время отступает.

— Руку я вам вернул на место, но слабость и тремор в течение пары дней — это нормально. Постарайтесь её не перенапрягать. — Советует целитель и поднимается с колен.

Руку? Бросаю взгляд на конечность и вижу ровно срезанных рукав. Эта падла отрубила мне руку? Желание вновь обзавестись револьвером стало еще сильнее. Ищу взглядом сумасшедшую мечницу, оказалось, что она стоит прямо за мной.

— Чего тебе? — Недовольно спрашивает она. На лице, покрытом кровавыми разводами — ни капли сожаления.

— Еще раз. — Требовательно произношу я и она вздыхает.

В ту же секунду меч вонзается в плечо, пришпиливая меня к полу.

— Госпожа! — Возмущенно голосит целитель.

— А что он выделывается? Лежит, вот и пусть лежит.

— Сука... — Закусываю губы. Клянусь, что буду улыбаться, когда целитель будет выковыривать свинец из её тушки.

Двери зала открываются, в них показывается дед.

— Я слышал, что сюда направился целитель, надеюсь, вы нашли... — Он осекается, оглядывая покрытый кровью зал. — Общий язык... Что черт возьми тут происходит? Эрин?

— Для вас — фон Клаус, Граф Кондор. — Отреагировала чертовка.

— Во имя бездны, что ты устроила?

— Тренировку. Вы сами виноваты в том, что ваш внук так беспомощен.

— Эрин, мы все считали, что ты уже вышла из возраста подросткового бунтарства. Решение принято, и Король, и твой род согласился с тем, что оно оптимально в нынешней ситуации.

Блондинка вспыхнула, её лицо покраснело настолько, что кровавые разводы перестали бросаться в глаза.

— К демонам! Если я стану Герцогиней...

— Твои шансы на это исчезающе малы. — Перебил девушку Граф Кондор. — Лучше кондор в руках, чем грифон в небе.

— Фр! — Отрицающе фыркнула она и одним движением вынула меч из моего плеча. Целитель тут же склонился, чтобы залатать новую рану.

— Завтра в то же время, если показалось мало. — Произнесла она мне и ушла из зала, обогнув деда по дуге.

— Из какой адской дыры ты достал эту стерву? Она злее черта!

— Будь к ней помягче, она просто немного недовольна. — Попытался сыграть в миротворца дед.

Вопросительно поднимаю бровь.

— А я-то тут при чем? Это ваши внутренние разборки.

— Узнаешь, когда придет время. — Отрезал дед и вздохнул. — Похоже, моя идея оказалась не такой гениальной, как я думал... Надеюсь, она тебя не запугала?

— В смысле?

— Ты не хочешь другого учителя?

— О, нет! Теперь я обязан добиться, чтобы эта сучка валялась тут на полу, в окровавленной и порезанной одежде! — Твердо пообещал я.

Граф Кондор скептически хмыкнул и покачал головой.

— Даже если бы я был в своей лучшей форме — она была бы мне не по зубам. У Эрин двойной дар, она не только старший маг металла, но и воин четвертого ранга. Благодаря этому сочетанию, у неё есть шанс даже в бою с архимагом, а обычных магов она ест на завтрак.

Я присвистнул. Если она так крута, то единственный мой шанс — это закосплеить Индиану Джонса.

— Мне нужно будет доставить во дворец пару вещей... А еще мне нужен доступ в библиотеку.

— Хорошо, я постараюсь это устроить. А еще пришлю пару рыцарей, чтобы в следующий раз дежурили на выходе из зала... А теперь хватит валяться, по распорядку дня у тебя уроки столового этикета!

Вздыхаю и с трудом поднимаюсь. Похоже, это будет пытка похлеще адской тренировки...

На второй день не поменялось ровным счетом ни хрена, если не считать того, что бешеная оставляла не столь глубокие порезы.

И то, что на тренировку заглянула Баттори.

— Вижу, вы предпочли ужину со мной — регулярные кровопускания? — Съехидничала она, и я не нашелся, что ответить. Сказать, что кровопускание лучше — язык не повернулся. В конце концов, а что плохого в ужине с красивой девушкой?

— Не отвлекайся. — Произнесла «учительница» и сделала выпад, проколов руку. — А ты, убирайся отсюда, пока я не рассердилась.

— Какие мы грозные... — Пропела Баронесса и прошла через весь зал, чтобы усесться на скамью.

Мы продолжили тренировку. Точнее, я вновь пытался атаковать, а меня либо ранили, либо обезоруживали одним ударом.

Спустя пять минут, Баронесса подошла ко мне.

— Давайте, я поправлю вам стойку. — Она протянула ко мне руки. Я отстранился.

— Замараете руки в крови.

— Ничего страшного. — Заверила она. Несмотря на маску, я был уверен — в этот момент она доброжелательно улыбнулась. Или может я лишь представил это?

В любом случае бурчание «ей не привыкать» от моей мучительницы прошло мимо моих ушей.

Бархатные руки легли на талию, чуть наклонили корпус...

— И что это за стойка? — Скривилась Эрин.

— Я не воин, но лучше хоть какой-то совет, чем никакого, верно? Что-то я не заметила, чтобы его хоть чему-то обучали, помимо способности терпеть боль. — Ответила Баттори и в воздухе мелькнул клинок.

На пол тренировочного зала упала одна из пуговиц платья, а декольте Баронессы стало чуть глубже. Она повела плечами, еще чуть припуская платье.

— Спасибо, я тоже думаю, что так лучше. — Поблагодарила Баттори.

— Просто убирайся отсюда, иначе придется снять с тебя эту масочку.

— Под ней нет ничего криминального. — Баронесса приопустила маску. — Видите, просто лицо... Получше вашего, кстати.

Эрин фыркнула и обратилась ко мне.

— Ногу вперед подвинь. Другую. Да. Еще немного. Всё. Продолжим.

Еще несколько болезненных раундов.

Но теперь я хоть получал что-то, похожее на обучение. Порой Элизабет, сидящая на скамье зрителем, давала комментарии. Не столько реально помогающие мне, сколько заставляющие Эрин скрипеть зубами и разжевывать тот или иной момент.

— Позвольте, я протру раны.

Я скосил взгляд. Баттори вновь не сиделось на месте, она протягивала мне платок, смоченный чем-то.

— Всего лишь вон то целебное зелье. — Она махнула рукой на скамью.

Хм. На всякий случай нюхаю платок. Ничего не чувствую, кроме запаха зелья и легкого парфюма.

— Не доверяете?

— Доверяй, но проверяй. — Отвечаю я и позволяю протереть раны.

— Опять срываешь нам тренировку. — Фыркнула мечница.

— Тренировку, как истекать кровью?

— Воин должен уметь сражаться несмотря на раны.

— Мда? Лучшая победа, это когда враг перешел на твою сторону, не получив и раны. — Мелодично проворковала Элизабет.

— Какой бред... Виконт. Стойку. — Рявкнула Эрин.

Удивительное дело, если бы мне сказали, что одна из этих девушек — кровавая маньячка, я бы указал пальцем на "учительницу", не задумываясь ни секунды. Может и правда, не всё так однозначно? В конце концов, крестьяне могли и приврать.

Раздираемый противоречивыми мыслями и ударами клинка, я продолжал тренировку.

В тот день я закончил её, даже стоя на ногах.

С тех пор Баттори ежедневно появлялась в тренировочном зале, раздражая мою мучительницу. С каждым разом юбка Баронессы становилась всё короче, а декольте — глубже. Не то, чтобы я специально следил за этим, просто... она делала всё, чтобы это бросилось в глаза. Как я не пытался найти какие-то недостатки в её поведении — у меня не получалось. Может и правда девушку оклеветали?

Так прошло две недели.

Я всё еще не отказался от мысли напичкать Эрин свинцом. Не до смерти, просто чтобы не наглела так. И учила нормально, а не садистки, приговаривая, что боль — лучший учитель.

Пусть с каждым днем она пускала всё меньше крови, всё равно за тот беспредел вначале «обучения» надо спросить.

Понадобилось довольно много времени, чтобы доставить все компоненты во дворец, но наконец-то, в моих руках была копия револьвера, снаряженная шестью новенькими пулями!

Сделав капсюли про запас, я уничтожал остатки оборудования, когда в мою дверь постучали.

На пороге стоял Фалькон.

— Баронет, давно не виделись! — Радостно поприветствовал я его.

Меня постоянно сопровождали рыцари, но Фалькона я уже не видел очень давно.

— Давненько, Ваша Милость. Вам разрешили посетить библиотеку, я буду вас сопровождать.

— Наконец-то.

Засунув револьвер в самодельную кобуру, я закрыл дверь и направился следом за Фальконом, что показывал дорогу.

— Какие новости? Как расследование идет? А то живу тут как в бочке Диогена. Тренировки, уроки этикета и знаки родов. Скука смертная...

— Кхм. Простите, господин, я не имею права об этом распространяться. Мне жаль.

Я похлопал его по плечу.

— Не переживай. Разберутся.

— Я свидетельствовал перед Королем в вашу пользу, но он всё равно предпочел ждать результаты от Теократии и Содружества. Такое чувство, что он доверяет им больше, чем своим рыцарям. — Недовольно произнес Фалькон и тут же осекся. — Забудьте, я не должен был так говорить.

Я заверил Баронета, что ничего не слышал и мы продолжали путь в тишине.

Королевская библиотека располагалась недалеко от уже знакомых мне архивов. Но в отличие от архивов — была намного более обширной и занимала целое крыло дворца.

Смуглый и молчаливый библиотекарь скрупулёзно записал мою просьбу принести книги, где есть упоминание Самаила, после чего отложил перо.

— Все книги о культе Старых богов перенесены в секретный архив по приказу Третьего Принца.

Облом.

— Может, осталась какая-нибудь общая информация, хотя бы. — Делаю попытку узнать хоть что-то я.

— Если такая книга будет обнаружена, она тоже будет перенесена в секретный архив.

— Хорошо, но вы знакомы с темой? Может вы могли бы мне просто пересказать?

— Запрещено пересказывать то, что находятся в секретных архивах. — С каменным лицом ответил библиотекарь.

Стучу пальцами по стойке. Вот же ж засада.

— Как мне получить доступ в эти самые архивы?

— Его может дать Королевская чета, либо один из принцев. — Отозвался библиотекарь с тщательно скрываемой ухмылкой. Похоже, в вероятность того, что я получу доступ — он не верил.

Потратив еще минут двадцать без всякого толка — мне пришлось ретироваться несолоно хлебавши, под ехидным взглядом смуглого библиотекаря. Похоже, с наскока тут ничего не добиться. Но я никуда и не спешу, рано или поздно и цитадель знаний штурмом возьмем и перегрызем весь гранит внутри, всем назло.

С испорченным настроением от неудачи я направился к тренировочному залу.

Обменявшись кивками с двумя рыцарями, охранявшими вход — захожу в зал.

Эрин уже там. Удивительно, но не столь хмурая, как обычно!

— Опаздываешь. — Недовольно приветствует она.

— Задержался в библиотеке.

— Оно и видно, что ты уделял больше времени библиотекам, чем фехтованию.

Пожимаю плечами. Сегодня она необычайно говорлива, можно ответить честно.

— Меч не является моим основным оружием. Изучение фехтования — просто хобби.

— И какое же твое оружие? Арбалет? — Почти угадала она.

— Пусть это будет для тебя сюрпризом. — Отвечаю я, поглаживая кобуру. Когда-нибудь она допрыгается, и я нашпигую её свинцом.

— Я отклоняю десять из десяти арбалетных болтов своим меч...

— Приступай к работе. — Обрываю я её и атакую. Конечно, застать врасплох мне её не удается, она небрежно парирует атаку, но не спешит контратаковать, как поступает обычно.

— Тебе самому не надоело? Ты мазохист? — Спрашивает она, закатив глаза.

— То есть ты признаешься, что не учишь, а только издеваешься?

— Туше. Если ты это понял, тупица, зачем продолжаешь нарываться? — Произносит она.

— Из принципа. И я не отступлю. Так что, может, прекратишь выделываться и займешься обучением, как полагается?

— И не надейся. — Отрезала она.

— Объясни хотя бы, почему?

— Почему... Хм. — Несколько секунд она думала, после чего вложила меч в ножны. Похоже, решила поговорить.

— С самого начала это была тупая затея, у нас слишком разный уровень. Это все равно что если бы гильдмастер алхимиков учил детей варить суп. Пустая трата времени.

— Принимается, однако это не повод отрубать ученику руку.

— Это вышло случайно! — Вспыхнула она. — Есть и вторая причина.

— Какая?

Она внимательно смотрит на меня.

— Наша свадьба.

— Наша... что?

— Ты не знал? Король уже договорился с моим родом. Наш брак создаст союз между третьим Герцогством и фактически, Королем. Ведь Кондоры всегда были его правой рукой. Разумеется, меня это не устраивает.

— Совсем оборзели. Даже меня не спросили! — Поморщился я.

— А меня, что ли, спросили? Извини, но наш брак — совершеннейший мезальянс. Я уже являюсь Графиней, и есть шанс, что стану не просто Маркизой, а Третьей Герцогиней. В будущем, конечно. Ты же Виконт без земли и Барон одной деревни, в каком-то захолустье. Не говоря уже о том, что я всегда мечтала об избраннике, что победит меня в бою на мечах, а ты буквально худший мечник из всех, что я когда-либо встречала. Я клянусь, не существует ни одного рыцаря, что владел бы мечом хуже. Ты машешь им, словно простая солдатня!

— Всё, хватит, я понял. Ладно. — Взъерошиваю волосы на голове. — Признаюсь, мою мужскую гордость немного задевает тот факт, что ты не в восторге, но в целом — мне наплевать. У меня уже есть девушка, а все эти политические игры меня мало интересуют. Так что как только Король меня примет — я уговорю его отказаться от этой затеи.

Блондинка хлопает глазами.

— Серьезно?

— Клянусь родом, что так и сделаю.

У неё чуть ли челюсть не отвисает.

— Ты понимаешь, что тебе это соглашение было выгодно? Ты получишь часть прав на мои земли! — Восклицает она.

— Похрен, мне своих хватает. — Равнодушно пожимаю плечами.

— Ты не хочешь затащить меня в постель?! — Теперь её крик звучит почти возмущенно.

— Ммм, честно сказать, я предпочел бы затащить Баронессу.

Белобрысая была не так уж и плоха внешне, но уступала идеальной красоте Баттори.

Она замерла, не зная как отреагировать, после чего вынула меч и вонзила его в пол.

— Это какая-то шутка! Я две недели страдала ерундой, хотя могла просто поговорить об этом? А еще тебя тупым называла... Теперь я сама чувствую себя полной идиоткой. — Пробормотала она и протянула руку.

— Графиня Эрин фон Клаус, шестнадцатая на титул Герцогини Третьего Герцогства.

Жму её.

— Виконт без земель и барон одной деревни в захолустье.

— Не смешно... Но ладно, имеешь право. Клянусь, я сделаю из тебя приличного мечника, если ты сдержишь своё слово.

— Пары уроков будет достаточно. — Ответил я.

Но она меня уже не слушала.

— Итак, с чего бы начать... Давай отработаем удар, которым я чаще всего тебя убивала.

Она делает резкий выпад, на который я традиционно не успеваю отреагировать. Но вместо острого клинка к шее приближается затупленное острие и лишь слегка проминает кожу.

— Скорости тебя не хватает, хотя могу отметить, что ты не безнадежен. Но куда важнее отсутствие техники, этот удар отбивать лучше так, смотри, я всё сделаю медленно...

Прошел еще час тренировок, а вся кровь всё еще была при мне! За исключением пары капель и десятка синяков — абсолютно цел.

— Ты с самого начала так могла? — Спросил я, разрываюсь между желанием её пристрелить и обнять.

— Ну да. Согласись, когда рядом нет этой липнувшей к тебе сучки — дела сразу идут в гору. — Весело произносит она и моя губа рефлекторно чуть искривляется.

Ну-ну, конечно же, это всё Элиза виновата, что ты тут меня в мясо рубила!

— О, как вспомнишь, так и всплывет. — Фыркает Графиня, на слух определив приближающеюся гостью.

Действительно, двери тренировочного зала открылись и к нам направилась облизывающая губы Баттори. Почему-то в этот раз она была без своей традиционной маски.

— Привет, детишки! — Весело пропела она.

— Сегодня ты какая-то веселая. Что-то хорошее случилось? — Поинтересовался я.

— Именно, так, посмотрите на меня! — Она хлопнула в ладоши, заставив Эрин обернуться к ней. — У меня сегодня праздник!

— Рада за тебя. — Скривилась блондинка, всем своим видом давая понять, что это полная ложь.

— И у вас тоже праздник, потому что сегодня Третий Принц наконец-то разрешил мне действовать. — Улыбнулась Баттори, показывая острые зубы.

— Что?

Красные глаза заполнили всё вокруг, казалось, что зал исчез, остался лишь чарующий взгляд Элизабет. Спустя секунду я прихожу в себя, но тело абсолютно не слушается. Рядом застыла Эрин, её поднятый меч в руке замер. Вот дерьмо!

Пытаясь дернуться, но без толку. Высосать магию!

Никакого эффекта. Похоже, её чары завязаны на Бездну.

Баттори тем временем спокойно подошла к Эрин, нисколько не боясь занесенного меча. Сквозь прекрасный лик Баронессы проступало всё больше демонических черт.

— Даже не пытайтесь, я изучала ваши тела две недели и нашла ключик к каждой мышце. — Произнесла демонетка и ласково провела пальцем по мелко дрожащей руке Эрин, что пыталась рассечь демона мечом.

Но всё, что у графини получалось — лишь незначительное дрожание клинка.

— Не бойтесь, я не убиваю своих жертв. Мы просто очень хорошо проведем время, а потом вы и не вспомните о случившемся. — Томно прошептала она.

Я чувствую, что могу пошевелить пальцем левой руки, но на этом всё. Сосредотачиваю все силы на ней, такое чувство, словно рука вмерзла в лед. Баронесса тем временем коршуном вьется вокруг мечницы.

— Я же говорила, что побеждаю врага без единой раны... Если не считать душевных. С чего бы начать? Такая сладенькая и невинная! Давненько мне таких не попадалось! — Меж острых зубов Баттори вылезает непропорционально длинный язык и проходится по щеке и губам Эрин.

— Ым-Кы-мЫ! — С трудом мычу я сквозь сжатые зубы, привлекая к себе внимание.

— Что, мой сладкий?

Давление чуть спадает и возвращается контроль над лицевыми мышцами.

— А как же я? Мы вроде договаривались на ужин!

— Ах, прости, но ты зауряден и понадкусан многими. Так что, на моём ужине — ты не главное блюдо. Будешь закуской к этой сладкой, невинной вишенке... — Баттори кусает Эрин за ушко.

— Стража! — Кричу я, но Баттори лишь смеется.

— Я избавилась от них первым делом. Они сейчас в плену сладких снов, с испачканными штанами. Так что кричи сколько влезет.

Эрин выглядит не на шутку перепуганной.

Парализованную аристократку бросает то в краску, то в мертвенную бледность, но сделать она ничего не может.

Зато я всё лучше и лучше шевелю пальцами левой руки. Вот только проклятая кобура всё никак не поддается...

Баронесса тем временем проводит острым когтем по подбородку Эрин, оставляя красную царапину, из которой выступают бусинки крови. Коготь идет ниже и ниже, без труда прорезая жакет, пуговицы градом сыпятся на пол.

Я слышу треск ткани. На пол падает что-то, похожее на полотенце.

— И зачем перетягивать тряпками такую грудь? — Томно вздыхает Баронесса. — Тут нечего стесняться!

Коготь прорезает ремень брюк.

Мои пальцы обхватывают рукоять револьвера. Лишь бы не уронить!

Баронесса чуть отстраняется, чтобы полюбоваться на результат своей мести, потом жадным поцелуем впивается в губы Эрин, закрываясь ей от меня.

Поцелуй длится бесконечно долго, меч выпадает из ослабевшей руки графини.

Курок взведен. Но я не могу стрелять, демонетка прикрывается ей, как живым щитом!

Наконец Баттори отцепилась от губ Эрин, она шепчет ей на ухо.

— Это был всего лишь аперитив!

И толкает её на пол, открывшись для выстрела.

Мушка и целик скрещиваются у неё на лбу.

— Эм? — Недоумевает она, вероятно это не тот ствол, который она надеялась увидеть, но тот — который она заслужила.

— Официант, счет! — Произношу я и спускаю курок.

Вспышка пламени, выстрел эхом отдается по залу!

Тяжелая пуля насквозь прошивает черепушку и улетает в дверь, не заметив препятствия.

Бах-Бах-Бах!

Помня о живучести демонов — выпускаю весь барабан. Свинцовые пули разбрызгивают черную кровь и вырывают куски плоти. Впрочем, конкретно эта демоннеса оказалась не столь крепкой — паралич тут же спадает, как и иллюзия.

Передо мной лишь груда обгоревшего, лишенного кожи мяса, с огромной пастью, полной острых зубов и похожим на змею, длинным языком. Пороховой дым клубится над телом, истекающим чернильной кровью.

— А ведь я просил средней прожарки... — Мрачно шучу я.

Слава богу, что я с ней так и не переспал! А ведь уже был не против...

С пола слышатся всхлипы.

— Ты в порядке? — Наклоняюсь к ней.

Графиня вцепляется в меня, в словно терпящие крушение пассажиры в спасательный жилет. И отцепить её совершенно нереально, дама нисколько не сдерживает силу.

Чувствую, что вот-вот затрещит позвоночник.

— Эй, полегче!

Но она не слушает, лишь ревет, увлажняя мой костюм кровью и слезами. У неё натуральная истерика, а после того, как она видит тело демонессы — еще и стойкие позывы к рвоте.

Дверь тренировочного зала открывается и к нам заглядывает Граф Кондор в компании незнакомого мне рыжего аристократа, с огромным носом.

Граф, цокнув языком, оглядывает помещение.

Пороховая гарь смешивается с серным запахом черной демонической крови, что щедро расплескана по стенам. Дохлая демоническая тварь на полу, и плачущая, полуголая графиня, вцепившаяся в меня с силой гориллы.

— Я могу всё объяснить. — Максимально убедительно произношу я.

— Не нужно объяснений, тут и так всё понятно! — Замахал руками рыжий мужчина, жадно пожирая глазами полураздетую графиню.

— Но ты попробуй. — Задумчиво добавил дед, теребя бороду.

— Эм... Мы тренировались как обычно, но вдруг Баттори обернулась монстром и напала на нас и я её убил.

Мужчины переглянулись.

— Звучит так же дерьмово, как вонял ваш караван, Виконт! — Выразил сомнения рыжий аристократ. — Чтобы это чудовище было моей милой Баронессой? Не верю. Вы, должно быть, пьяны, раз несете такой бред!

Граф Кондор подошел к обгорелому телу и прикоснулся к горелой плоти.

— Одежда походит, да и снаружи ты сам видел её маску, лежащую возле спящей стражи. Тц! Это она, без сомнений..

— А я повторю, что маска ничего не доказывает. А стражу и вовсе могли усыпить эти двое, чтобы помиловаться без свидетелей!

— Эй, попрошу без грязных инсинуаций, месье...? — Возмутился я.

— Достопочтенный граф Нойс! — С пафосом представился рыжий носач.

— И главный сплетник Королевства, тц. — Добавил дед, сдерживая улыбку.

— Весьма безосновательно так думать, я всего лишь... — Воскликнул рыжий.

— Прекратите пороть чушь! — Перебил его я. — Нужно вызвать целителя, Графиня не в себе.

Эрин всё так же пыталась переломить мне хребет объятиями, никак не реагируя на новые лица.

— По-моему, она в полном порядке. — Отрезал дед. — Лучше вызвать стражу, желательно из гвардии Короля. Я постараюсь это устроить.

— Согласен, нужно позвать. Даже если это служанка, они определенно убили её, когда она застала их... да, наверное, так и было. — Рыжий кивнул в такт своим мыслям и тоже подошел к телу, чтобы внимательней его осмотреть, не затыкаясь при этом ни на секунду.

— Думаю, скорее всего — это служанка. Да-да! В смысле, это не может же в самом деле быть Элизабет, у нас ведь назначено свидание на следующую неделю... Ну не может же быть она, верно? — Произнес он, чуть ли не жалобно и почти сразу заломил руки. — Сохрани меня Всединый, это она, да???

— Я же сразу сказал. — Попытался встрять я, но рыжий совсем пошел вразнос.

— Боже, они убили её! Они убили мою Лизу! Безжалостно сожгли! Прямо во дворце, мою невинную прелесть! Наверное, она застала ихв неподобающем виде! Господи, ваш внук — убийца! Я должен всем расска...

Звонкий удар пощечины разлетелся по залу.

— Тц! Придите в себя, мой дорогой друг. — Произнес дед и опустил руку.

— Да, спасибо... Но всё же... — Неуверенно протянул Нойс, поглаживая щеку.

— Всюду черная кровь, уже этого достаточно, чтобы понять что к чему.

— Ну, Элизабет заботилась о своей красоте и наверняка принимала множество алхимических средств. Кто знает, какой побочный эффект от них мог быть? Может и черная кровь! Так что это не повод сжигать человека!

— Тц! Человека ли? К тому же — платье не сгорело. Очевидно, что она обгорела до того, как его надела.

— Я не знаю, всякое возможно. Может, какой-то артефакт сработал... — Развел руками Нойс. — Пусть инквизитор разбирается!

— Вот именно. — Понизил голос Граф Кондор. — А пока он не разберется, ты будешь молчать как рыба о неправильных версиях произошедшего.

— Хм. Тогда нам стоит определиться, какие версии правильные, а какие нет? — Рыжий тут же принял деловитый вид.

Дед пренебрежительно махнул рукой.

— Я уверен в своём внуке. Наверняка инквизитор подтвердит, что эта штука — демон. — Граф легонько пнул тело Баттори. — Так что даже не пытайся клеветать в эту сторону.

— Не знаю, не знаю... прямо сейчас продолжается расследование о смерти Клемена. Как-то подозрительно много «демонов» умирает от рук вашего внука. Может он умеет как-то маскировать жертв под одержимых?

— Звучит неправдоподобно. — Отмахнулся старый Кондор.

— Вы, двое, хватит болтать! Если сами не хотите звать целителя, помогите отцепить её от меня, и я сам всё сделаю! — Недовольно прикрикнул я. Стоят, понимаешь, лясы точат, пердуны аристократичные.

— Сиди и терпи до прихода стражи. Сейчас всё выглядит идеально. — Рявкнул на меня дед и я сразу понял, что за «идеально» он имеет в виду.

Вот что это была за идея, о которой он намекал в прошлый раз!

Дурацкая мысль женить меня на Эрин. Даже моего мнения не спросил, козлина старый.

— У нас ничего не было! — Заверил я деда. — У неё просто шок... или мозги набекрень после поцелуя суккубы.

— Неважно. Главное, как это выглядит. Её же никто не заставляет прижиматься к тебе? Верно, Нойс?

— Согласен, она определенно это делает добровольно. Но вот что я подумал, раз Графиня фон Клаус питает к вашему внуку столь сильные чувства, то всё становится понятно.

— Что понятно? — С нотками угрозы спросил Кондор.

— То, что леди Клаус совершила убийство из ревности. — Усмехнулся Нойс. — А потом предалась постыдной страсти прямо рядом с трупом. Ах, классический любовный треугольник, две барышни не поделили джентльмена!

— Друг мой, вы не представляете, какие силы планируют этот альянс. Его не разрушить парой слухов, вы лишь вызовете недовольство обеих сторон. — Угроза в голосе Графа Кондора стала очевидной.

Но рыжий лишь почесал длинный нос.

— Возможно. Но вы же не хотите начинать его со скандала?

Дед вздохнул.

— Сколько ты хочешь за то, чтобы преподнести всё в правильном свете?

— Учитывая, что от брака вы получите... многое... Думаю, полсотни тысяч золотых будет достаточно. — Потер руки Нойс.

Да они вконец охренели! Оба! Я дернулся вновь, но освободиться от хватки мечницы было еще тяжелее, чем от парализации демонетки.

Прости, Эрин!

Тяжелая рукоять револьвера с силой опустилась на беззащитный висок девушки и она тут же обмякла, наконец разжав объятья.

Непорядочно, но это для её же блага.

На звук удара поворачивается дед.

Я бережно поднимаю тело и укладываю его на скамью.

— Какого... Рэндал, что ты наделал, бездна тебя возьми?! — Яростно взревел дед, хватаясь за голову.

Но я прохожу мимо него, прямо к Нойсу.

— Думаю, сумму придется удвоить. Синяк на виске и бессознательное стояние, может ваш внук и вовсе хотел её изнаси... Убери руку!

Я крепко хватаю воротник рыжего болтуна и тяну к себе. Он пошатывается.

— Да как ты смеешь меня касаться? Я грааа... — Удар кулака затыкает мерзавца, и он падает на пол. В воздух поднимаются капли крови.

— Рэндал! Прекрати немедленно! — Кричит дед.

Я чувствую, что оба готовятся колдовать, и глушу обоих.

Рыжий пытается подняться, но получает снова и вынужден отползать к стене, выставив перед собой руку. Придавливаю его к полу, и хватаю обеими руками за камзол.

На плечо опускается рука.

— Хватит. Нам и так придется поработать головой, чтобы выкарабкаться из этой ситуации без потерь.

— Поработать головой? Отличная мысль! — С размаху врезаюсь лбом в лицо Графа.

Слышится хруст.

— Мой нос! Мой нос! — Пищит рыжий.

— А нехрен совать, куда не надо.

Нойс вновь пытается колдовать, но без толку. Его меч спокойно лежит в ножнах, никак не реагируя на бесплодные попытки Графа.

— Рэндал! Чего ты хочешь добиться? — Рука деда пытается стащить меня с графа, но я скидываю её.

— Тебе тоже хочется врезать за эту подставу со свадьбой... Но не буду. Дед, как-никак.

— Подставу? — Искренне возмутился старый. — Да это лучший подарок тебе за всю жизнь!

— Мне или роду? — Уточнил я.

— И тебе и роду. — Отрезал Граф.

— Ну, тогда считай, что я не оценил это дерьмо в подарочной упаковке.

— Эрин, конечно, резковата, но называть её...

— Я не про неё саму говорю!

— Что тогда тебе не нравится? У нас нет людей — это факт. Если мы объединимся, то получим то, что нужно больше всего — воинов и союзы.

— Ситуация мне не нравится! Не дело давить на девушку, если она не хочет.

Дед издал истерический смешок. Нойс же шмыгнул кровью и усмехнулся.

— Друг мой... Похоже твой внук — просто сумасшедший.

Вновь бью головой по длинному носу.

— А тебя никто не спрашивал! Заткнулся, если не хочешь опять получить.

— Рэндал... — Попытался вразумить меня дед. — У нашего рода нет ничего, кроме славного имени и расположения Короля. Ты думаешь, есть большая вереница желающих породниться с нашим домом и поделиться войсками? Король полностью поддержал план и даже Третий Герцог не против. Девица упрямилась, но сегодня был идеальный вариант, как и ей не оставить выбора. И этот вариант еще не полностью профукан!

— Считай, что полностью. Я на него не подписывался.

Дед вознес руки к небу.

— Скажи — зачем? Почему? С какой целью?

— Я пообещал ей, что не допущу этот брак.

Граф Кондор опустил руки и закатил глаза.

— Тц! А пообещал-то зачем? Сидел бы и в ус не дул, всё за тебя устроили!

— Потому что я решил, что так будет правильно. Вот и всё.

— Правильно? Правильно отказаться от валящихся с неба благ для себя и для нашего рода?

— Ага. — Просто отвечаю я.

— Ха, твой внук в самом деле сумасшедши... — Вновь подал голос рыжий, чьи усы уже были густо заляпаны кровью.

Удар. И Граф на время затыкается.

Дед вновь пытается стащить меня со своего «друга».

— Рэндал, хватит. Я понял твою позицию, прилететь и насрать на все мои труды. Хорошо. Но не усугубляй, ты и так сделал графа Нойса своим врагом, а он... неприятный человек.

На этих словах рыжий мерзко усмехнулся мне в лицо.

— Твой дед верно говорит. Даже не знаю, какие про тебя теперь будут ходить слухи!

— А я знаю. Абсолютно никаких.

— Ха! Думаешь, я прощу тебя? Сколько бы золота ты не...

Прерываю его ударом. Головы.

— Неверно!

Удар!

Я!

Буду!

Бить!

Тебя!

Пока!

Ты!

Не!

Поймешь!

Что!

Не нужно!

Быть!

Моим!

Врагом!

Каждое слово сопровождалось ударом головы. Проклятые маги были крепкими и могли выдержать многое!

— Рэндал, если продолжишь, ты убьешь его. — Попытался остановить меня дед и я увидел, как в глазах Нойса мелькнула надежда.

Ну уж нет, там должен быть лишь ужас!

Удар!

— Если!

Он!

Сдохнет!

Тогда!

Тоже!

Перестанет!

Быть!

Моим!

Врагом!

Я ударами вбивал в него понимание этого и наконец видел в глазах то, что и хотел. Страх.

— К тому же... мы всегда можем сказать, что его убила Баттори. Может, он сам напал на неё, поняв, что она предпочла свидание со мной? Какие интересные слухи будут ходить после его трагической смерти... — Усмехнулся я.

— Нет-не-нет-нет! — Замотал головой он.

УДАР!

Нойс, наконец, вырубился. Фух.

С трудом поднимаюсь с тела и пошатываюсь. Голова кружится, всё лицо в крови. Если уже маги такие крепкие, то сколько архимагов придется колотить? Кошмар.

Дед тяжело вздыхает.

— За что мне такой непутевый внук...

— За грехи твои. Сходи за целителем.

— А ты его не добьешь?

Я бросаю взгляд на окровавленное тело.

— Нет, если до него дошел смысл послания.

— Что-то я сомневаюсь. Скорее всего, ты приобрел смертельного врага, который усложнит нам жизнь. Ты ведь не попытаешься убить его прямо во дворце? Даже ты не настолько глуп... наверное. — С сомнением добавил дед.

— Я не настолько глуп, ты прав. Но он-то об этом не знает.

Дед вновь вздыхает и выходит из зала, бросив напоследок:

— Только не добивай его на глазах у целителя...

Фыркаю. Как будто я собирался так подставляться.

Опираясь на стену, бреду к уложенной на скамью, Эрин. Её руки крестом сложены на разрезанном жилете, прикрывая грудь. Разве я так ей руки положил? Ладно, неважно.

Сбрасываю их вдоль тела и загребаю из меча тонкую нить металла.

Грубыми стяжками соединяю ткань. Порезанный жилет стягивается стальной нитью, теперь издали будет незаметно, что с ним что-то не так. Готово!

Устало сажусь рядом. Отлично тренировка прошла, ничего не скажешь. Тянусь за бутылочкой зелья и плещу в ладонь немного. Смачиваю костяшки пальцев, а потом голову.

Лоб щиплет, а в нос бьет концентрированный и терпкий запах трав.

Головная боль проходит, но не головокружение. Надо бы и внутрь немного принять.

Бросаю взгляд на валяющегося Графа.

Ах да, неплохо бы заранее придумать этому какое-нибудь объяснение...

Задумчиво лохмачу светлые волосы лежащей рядом в отрубе, Эрин.

— Ну, как думаешь? — Задаю я риторический вопрос бессознательному телу и отхлебываю зелья. — Скажем, что он пытался нам помочь и получил в жбан от Баттори?

— Ага... — Слабо отвечает графиня, не открывая глаз.

Захожусь в кашле. От неожиданности проклятое зелье попало не в то горло. Твою ж...

И на каком моменте она пришла в себя?

Старый инквизитор, опираясь на молот, смотрел вдаль. Проклятый, покинутый богом Лиград! Уже больше недели он с помощниками пытается вычленить хоть частичку правды из океана лжи местных демонопоклоников. Прокаженных порчей нечестивцев, лишь маскирующихся под добрых граждан!

Их спас Кондор, убив Барона? Трижды ха!

Ведь он лично видел суть этого... существа. Святой свет, который он призвал на площади, показал — проклятый виконт был одержимым. Причем уже на той стадии, на которой человек теряет себя. Невозможно повернуть назад на этом этапе! Демон неизбежно сжирает душу, выпивает источник, всю суть человека, включая воспоминания и полностью подчиняет тело.

А то, что даже столичный алтарь не вскрыл маскировку нечестивца... Может это какой-то трюк?

Пусть Верховный скрепя сердце признал Виконта чистым, даже он сомневался в своем решении.

Иначе почему Верховный поручил руководить расследованием именно ему? Тому, кто точно не станет выгораживать демонического наглеца.

— Преподобный отец, лавочник... — Донесся голос позади. Это вернулся один из помощников.

— Что лавочник? — Встрепенулся старик.

— Говорит то же самое, что и остальные. — Мрачным тоном закончил помощник, чуть поклонившись.

Инквизитор с силой опустил молот на брусчатку, раскалывая камень.

Проклятый Лиград и его проклятые жители, что выгораживают демона!

Вот бы подвергнуть более тщательному дознанию кого-нибудь! Но...

Старик бросил взгляд на руины замка, где устроили лагерь богомерзкие маги Содружества.

Но он не мог делать это под носом у проклятых магов. Впрочем, им тоже связывало руки присутствие инквизиции. Жаль только, что у магов было многим больше методов тонкого и незаметного воздействия на людей.

— Также, прошу возможность обратиться к вам, отец. — Продолжил помощник.

Старик нахмурился.

— Слушаю вас, брат мой.

— Мне кажется, что ваши действия не вполне отвечают поставленным задачам, святой отец. — Обтекаемо произнес помощник и сделал паузу.

То, что Верховный назначил именно старика главой, хотя в составе группы были люди с более высоким саном — создавало определенные трудности. Фактически, помощник ничем не уступал ему в Церковной Иерархии. Всё дело в том, что старый инквизитор нашел бога очень поздно, но продвигался по службе невероятно быстро. Божественные дары легко давались ему и, возможно, совсем скоро он сможет примерить даже святые доспехи...

— Я не понимаю, что вы имеете в виду, брат мой. Прошу вас, поведайте мне о своих сомнениях. — Благожелательно произнес старик.

Пусть он и назначен главой расследования, необходимо сохранять благочестивый вид, а не требовать безоговорочного подчинения. Они ведь служители церкви, а не какие-то там заносчивые аристократы!

— До меня дошли неприятные слухи, что вы злоупотребляете своим положением. Вместо того чтобы расследовать обстоятельства смерти Барона, наши дознаватели пытаются найти следы вашей дочери. Личные мотивы не должны мешать делу церкви. Боюсь, вы позволили химерам прошлого завладеть вашими мыслями. Я буду вынужден доложить об этом Верховному. — Смиренно пристыдил старика, помощник.

Согласно этикету, его слова были грубыми, но в них чувствовалась искренняя забота об их общем деле.

Старик причмокнул губами и закатал рукав, показывая серебряный браслет.

— Этот браслет я снял с тела убитого еретиками зятя, а мою дочь похитили. Я готов поклясться, что Виконт узнал браслет! Мы не можем найти следы его преступлений сейчас, потому что их сожрал туман... Но мы можем преследовать его в прошлом.

Помощник поклонился.

— В своём докладе я упомяну о ваших аргументах, глава.

Из-за угла улицы выбежал запыхавшийся горожанин. Враг? Старик инстинктивно обратился к богу, подарив ему на время вес молота.

Огромная кувалда взметнулась в воздух, словно пушинка, ведомая лишь жилистыми, старческими руками! Но не стоит недооценивать её. Когда молитва вернет вес — удар молота будет столь сокрушительным, что даже рыцарские латы не выдержат!

— Господин Инквизитор! — Крикнул горожанин и старик опустил молот.

Это был один из тех местных, кто согласился стать агентом инквизиции за презренное золото. Человек полезный, но уважения недостойный.

— Новости, господин, хорошие новости! Мы... то есть я! Я нашел зацепку о том, что вы спрашивали!

Старик вдруг почувствовал, что сердце пустилось в радостный пляс. Наконец-то! Хоть что-то!

— Ну же, говори, не тяни! ... Сын мой! — Чуть запнувшись, добавил старик под укоризненный взгляд помощника.

— Кухарка, что является женой моего друга, слушала кое-что... Один из солдат Кондора, что раньше был членом вольного отряда баронета Алекса Хорнета, травил байки. В том числе там была байка о том, что на них напал монстр, что перебил десять человек, прежде чем Кондор не сразил его в жестокой схватке насмерть, чуть не лишившись при этом руки...

Радость старика погасла.

— И к чему мне солдатские байки? Вранья в них не меньше, чем в любовных признаниях продажных девиц!

— Господин, он сказал, что на руке у монстра был серебряный браслет.

В воздухе повисла тишина. Лишь старик нервно барабанил пальцами по рукояти молота.

— Эти грязные наемники забрали браслет с собой?

— Нет, господин. Они похоронили его с телом.

— Где именно?

— Между Грязевкой и Последней Крепостью. Ну, той, что закрывает долину Черного Леса.

— Собирайте работников. — Жестко приказал инквизитор.

Лопата ударилась в замерзшую землю. Грязь жадно чавкала под ногами. Проклятая весна.

— Преподобный отец, мы уже потратили целых четыре дня на эти бесплодные поиски. Прошу, отложите лопату, нет нужды самому этим заниматься. Летом наймем людей и они перероют тут всё, но сейчас нас ждет задание Верховного!

Старик не обращал внимания на увещевания помощника. Лишь долбил стылую землю, чередуя лом и лопату.

Все мышцы ныли от бесконечной работы.

Пот катился по заострившимся скулам. Последние четыре дня он почти не спал. Он чувствовал, что она рядом. Еще немного и он точно её найдет!

— Вы пренебрегаете своими обязанностями ради химер! Вы понимаете, что ставите крест на своем продвижении по службе?

— Мне плевать. Я должен докопаться до истины. — Рявкнул старик.

Лопата наткнулась на истлевший кусок ткани...

Работники, что копали в округе — кинулись помогать.

Спустя три часа большинство из них разошлись и лишь старик сидел в грязи, обнимая закоченевшее, изуродованное магическими преобразованиями, тело.

Лишь помощник стоял над инквизитором. Уже час он порывался попросить его сложить с себя полномочия, ведь было очевидно — старик не в состоянии руководить расследованием.

Под его руководством расследование зашло в тупик. Даже неважно, кто прекратил земное существование его дочери, отряд Хорнета или лично Кондор, тут нечего предъявить. Она уже потеряла разум и человеческий облик, а убить монстра — не преступление.

Да и судя по всему, они столкнулись случайно, так что дознаватели лишь зря потратили время. Эта нить оборвана.

Стоило попрекнуть главу всем этим, но он не мог.

Только маги будут смотреть лишь на эффективность, только аристократы не проявят сочувствия. Служители церкви — иные.

В конце концов, они в самом деле братья, пусть и по вере.

Помощник сел рядом в грязь и начал молиться за упокой невинной души.

Солнце коснулось верхушки гор и исчезло из вида. Ему на смену робко взошла луна.

— Мы должны двигаться в так называемый Рейкланд. Я уверен, там я найду ответы. — Произнес наконец старик хриплым голосом, когда на землю опустилась тьма.

— Мы не можем, глава. У нас есть долг перед Церковью. — Сочувственно произнес помощник.

— Я знаю.

Старик забрал второй браслет и снова похоронил тело. После чего снял инсигнию и рясу. Передал помощнику свой тяжеленный молот.

— Я складываю с себя полномочия и отрекаюсь от церкви... Но не от Единого. Я сам продолжу путь. — Устало сказал старик и исчез во тьме.

— Я буду молиться за вас, брат. — Произнес помощник в сгустившуюся тьму.

Подул холодный, северный ветер.

— Итак, все в сборе? — Король обвел взглядом присутствующих.

Комната малого совета отличилась от тронного зала так же, как слон отличался от мыши.

Аромат хорошего вина и задрапированные темным бархатом стены. Мягкие кресла, обитые шелком и очень мало свободного места. При желании каждый мог коснуться ближайшего соседа рукой... или клинком.

Планировалось, что малая дистанция будет сближать власть имущих и помогать им найти компромиссы. Но в итоге... лишь повышало общую нервозность.

Вот и Второй Герцог демонстративно отодвинул своё кресло, чтобы оказаться чуть дальше от сидящего напротив Первого Герцога.

К слову, далеко не всегда лидеры политических сил присутствовали лично на малом совете. Зачастую, вместо них были доверенные лица.

Так место прикованного к постели Третьего Герцога — кресло занимала его дочь. А место Четвертого... Признаться, король совершенно не узнавал молодого парня, нервно дрожащего в кресле, хотя и помнил многих отпрысков Четвертого наизусть.

Похоже, Четвертый Герцог вновь выкинул шутку, прислав вместо себя седьмую воду на киселе. Неудивительно, что парень так нервничает, ведь в одной комнате с ним почти весь цвет Королевства!

По левую сторону от Короля — Первый принц смиренно перебирал четки, сидя рядом с Первым Герцогом. Серое рубище принца разительно контрастировало с одеждой всех остальных присутствующих. Кроме, разве что, Верховного инквизитора.

По правую сторону — Второй Принц, рядом со Вторым Герцогом соответственно. Дорогая мантия и выражение скуки на лице. Вот уж кто с радостью пропустил бы собрание...

Напротив Короля сидел Третий Принц. Было бы забавно, если бы он сидел рядом с представительницей Третьего Герцога, но нет. Принц сознательно дистанцировался от людей королевства, заняв место между послом Содружества и Верховным Инквизитором. На его лице не отражалось ничего, но внутри бушевали эмоции.

Опять всё пошло не по плану! И как всегда, по вине некомпетентных исполнителей. Проклятая Баттори, что умела работать лишь одним местом! Всё, что от неё требовалось, это развалить планирующийся союз между Кондорами и Третьим Герцогством. Неужели нельзя было придумать что-то лучше, чем умереть, в попытке затрахать их до беспамятства? Кругом одни идиоты... Теперь придется покрутиться, ведь на Баттори были завязаны планы по присвоению земель Клемена.

Миловидная дура была отличной, компромиссной фигурой. Всё уже было готово к тому, что Маркиза Шорта прокатят и земли достанутся именно ей! Теперь же в воздухе повис не только вопрос, кто получит земли Клемена, но уже и земли Баронессы под угрозой!

Детей у неё не было, остаются лишь дальние родственники.

— Моей сводной сестры не видно. — Запоздало ответила Королю представительница Третьего Герцогства.

— Её не будет. Моя супруга обычно игнорирует такие встречи. — Произнес Второй Герцог и погладил бородку.

— Королева тоже решила не приходить. — Признался Король и смущенно взял в руки бокал вина, когда на нем скрестились взгляды собравшихся.

Конечно же, все уже были в курсе о скандале, который закатила ему Королева, когда он наотрез отказался назначать Шорта управлять землями. Проклятые шпионы по всему дворцу...

— В общем, можем начинать... Граф Кондор!

— Именем Короля, объявляю заседание открытым. — Коротко произнес старик.

Помимо слуг, что носили вино, он был единственным, кто не имел сидячего места. Но даже стоять за спиной Короля — уже было знаком почета и доверия, ведь обычный граф и мечтать не мог посетить эту комнату.

— Первое, что мы должны обсудить — это недавняя гибель Баронессы Элизабет фон Баттори. Слово предоставляется представителю Теократии. — Произнес Граф, получив разрешающий кивок от Короля.

Верховный Инквизитор поднялся с кресла и поклонился.

— Мои дознаватели осмотрели тело и без сомнения — эта грешная оболочка свидетельствует о крайней степени одержимости. Вероятно, к моменту физической смерти от души Баронессы уже ничего не осталось.

— Представителям Содружества есть что добавить?

Посол отрицающе покачал головой.

Король отхлебнул еще вина и подытожил.

— Засим объявляю Барона Рейкландского, Виконта Орлиного Утеса, Рэндала фон Кондора оправданным, так как согласно законам убийство нелюдя не является преступлением.

— Прошу слова, Ваше Величество. — Попросил Инквизитор и, дождавшись кивка Короля, продолжил. — Если бы вы дозволили хотя бы нескольким боевым братьям патрулировать дворец — мы бы смогли вовремя выявлять таких... существ. Кто знает, сколько демонов прячется среди посетителей дворца?! Благочестивые патрули могли бы...

— Отказано. — Жестко оборвал просьбу Король. Позволить солдатам другой страны шляться по королевскому дворцу? Это недопустимо.

Тук-тук-тук.

В дубовую дверь донесся осторожный стук. Присутствующие недоуменно переглянулись. Они никого не ждали. Да и кто мог набраться такой наглости, чтобы прерывать собрание?

Дверь бесшумно приотворилась и из проема высунулась гладковыбритая голова.

— Можно к вам? — Улыбаясь, произнес гость.

— Ваше сиятельство? — Заикнулся паренек, что занимал место четвертого Герцога.

— Собственной персоной! — Усмехнулась голова и лысина сверкнула в свете магических ламп.

— Четвертый Герцог... Рад, что вы почтили нас своим присутствием. Проходите. — Король поприветствовал лысого старика.

Четвертый был очень... неоднозначным человеком. Он чудил столько лет, сколько Король его помнил, а с возрастом его шутки становились всё более и более экстравагантными. Словно он пытался найти предел терпения у окружающих. Всё больше его эксцентричность походила на прямые оскорбления.

— Так, спасибо, что кресло погрел. Теперь выметайся дальше чистить лошадей! — Крикнул Герцог дрожащему пареньку и тот пулей вылетел из комнаты.

Лысый завалился на кресло и немного поерзал жилистой задницей.

— Правильно ли я понимаю, что на собрании вас замещал конюх? — Мрачно спросил Первый.

— Агась. — Весело болтал ногами старик.

— Тогда я сочту это оскорблением и неуважением ко всем нам. — Первый ударил кулаком по столику, из-за чего бокалы подпрыгнули на месте.

— Туше. В правилах не сказано о том, чтобы доверенное лицо было благородных кровей. — Развел руками лысый.

Второй тихо кашлянул.

— Он прав. Давайте сойдемся на том, что Четвертый опозорил сам себя, и продолжим.

В комнате поднялся шум. Присутствующие никак не могли определиться, оскорбил Четвертый их или всё же самого себя.

— Вот-вот. Умные вещи говоришь, паренек! Что я пропустил, кстати? — Визгливый голос Четвертого рассек гомон.

Сорокалетний «паренек» поморщился. Вот и высказывайся после такого в пользу этого мудака! Хотя, с высоты возраста Четвертого — все присутствующие — «пареньки».

— Мы только начали. Пока что лишь оправдали молодого Кондора. — Вмешался Король и Четвертый возмущенно закудахтал.

— Оправдали? Какой кошмар, его нужно было жестоко наказать!

— За что? Он не нарушил законов.

— Как за что? Он лишил королевство такой первоклассной давалки! Эх, будь я помоложе, я бы её...

— Это отвратительно!

— Единственную в комнате женщину, представительницу Третьего Герцога, аж передернуло.

— Когда я в последний раз проверял, у Третьего Герцога не было сисек. Вы уверены, что сели в правильное кресло? — Нагло заявил Четвертый и положил ноги на столик.

— Хватит! Вы переходите все границы! — Рявкнул Король и лысый тут же убрал ноги.

— Простите, Ваше Величество. Память меня подводит, я почему-то решил, что нахожусь у себя во дворце. Всё! Больше ни звука! — Смиренно дал заднюю лысый. Он всегда так делал, когда его шутки заходили слишком далеко.

— Я надеюсь. Продолжим. Господин Посол, будьте любезны, доложите о результатах расследования.

— Пусть это сделают сами. — Маг отдал приказ и в комнату внесли массивное сооружение, сложенное из кристаллов.

Посол совершил несколько пассов и из засветившейся кристаллической глубины донесся голос.

— От имени Содружества приветствую вас.

— Говорящие камни? — Усмехнулся Первый.

Спустя полминуты кристаллы ответили.

— Нет, я глава исследовательской группы, что сейчас находится в Лиграде. Рад приветствовать вас.

— Хотите сказать, что с помощью этой штуки меня услышали на другом конце Королевства? — Недоверчиво уточнил Первый.

Посол довольно улыбнулся, показывая всем своим видом превосходство магических технологий Содружества над отсталым Королевством.

— Верно. Пусть связь не так стабильна, как нам хотелось — это революция в области связи. Такую скорость не обеспечит ни один посыльный!

— Магические штучки. — Фыркнул Инквизитор. — Одна площадная молитва и ваши кристаллики развалятся на части.

— Как скажете. Надеюсь, нам не придется проверять вашу теорию на практике. Боюсь, реальность может оказаться для вас очень разочаровывающей... — Подразнил Маг и сделал шаг в сторону, давая возможность своим подчиненным спокойно закончить доклад.

— ... в итоге мы можем заключить, что нет никаких весомых доказательств того, что вышеупомянутый Виконт действительно замешан в каких-либо преступлениях. У меня всё.

Маг коснулся рукой кристаллов, и они погасли.

Король облегченно хлопнул в ладоши. Не то, чтобы он сомневался... Но мало ли, вдруг в самом деле что-то было нечисто?

— Отлично, отлично. У Теократии есть что добавить?

— Наше расследование еще не завершено. — Смиренно ответил Верховный.

— Очень жаль, ведь я уже требую ответов. Ваши конкуренты уже закончили свои изыскания, хотя приступили к работе позже. Какой результат у вас есть?

— Мне нечего добавить к их заключениям. — Стиснув зубы, посетовал Верховный и заметил, как Первый герцог недовольно поджимает губу. Он явно рассчитывал на иной результат.

Но как его покажешь? Львиная доля потенциальных свидетелей — мертвы. Монстры и туман серьезно проредили население. Самое лучшее, что удалось добыть дознавателям -это слухи из третьих рук, что кто-то кому-то рассказывал, как Виконт режет крестьян в подвалах. Но идти с этим к Королю? На смех поднимут! Если где и были реальные доказательства того, что Кондор с Брутом не просто друзья, но и соратники по демоническому ремеслу — так это в подвалах замка. Вот только от них осталась лишь дыра в земле!

Утверждать, что Кондор так заметал следы можно... Но тоже слишком уж косвенно. В общем, ноль. Ничего. Еще и подающий надежды глава расследования просто сложил с себя полномочия и исчез, что тоже не способствовало нормальной работе. Позор...

— У меня вопрос! К вам. — Четвертый тыкнул пальцем в посла Содружества.

— Конечно, ваше сиятельство. Что вам угодно узнать?

— Почем можно купить десяток таких кристаллических вещалок?

— Их могут использовать лишь специально обученные маги.

— Тогда добавим в сделку десяток магов. — Улыбнулся лысый.

— Простите, но это секретная разработка. Она не продается.

— Всё в нашем мире продается. — Со странной смесью радости и огорчения припечатал Четвертый.

— Я... Мы можем обсудить это позже.

— Тогда вопросов больше не имею.

Посол сел на своё место, утирая пот. Этот странный старикан его пугал. На глазах у всех предлагать предать страну? Для этого надо иметь большую наглость. Посол перебросился взглядами со Вторым Герцогом и улыбнулся. Вот это — правильный парень и судя, по всему, он тоже заинтересовался новой разработкой...

Король встал со своего места, привлекая к себе внимание.

— Итак, подытожим. Расследование не нашло никаких доказательств неправомерности действий рода Кондоров. А значит — оправданы. Теперь приступим к самому важному. Целых два баронства королевского домена остались без хозяев и по странному совпадению, у обоих нет наследников.

— Я точно помню, что у Баттори родственников как собак. Куда все подевались? — Улучив паузу в речи Короля, вставил Второй.

— Все пропали. К некоторым до исчезновения приходили слуги Элизабет, некоторые получали письма от неё. Их следы терялись в родовом поместье Баттори. В конечном итоге не осталось никого из тех, кто мог бы взять баронство под свою защиту. К сожалению, я не могу назначить барона. Кого бы я ни выбрал — это внесет раскол в коалицию. Поэтому я придумал элегантное решение. Изменим административное деление домена. Отныне баронства Баттори и Клемена входят в состав графства Кондоров.

В комнате поднялся гул, скорее вялый, чем возмущенный. Благодаря шпионам (и шумному скандалу с Королевой) все присутствующие и так знали, что планирует Король.

— Граф Кондор не может защитить даже себя, как он защитит целых два баронства? — Усомнился Первый в решении Короля.

— На него кто-то планирует нападать? — Ловко вставила слово представительница третьего Герцогства и застигнутый врасплох Первый, замялся.

— Ну... Бандитов и гоблинов никто не отменял. — Пробурчал он.

— Ему не обязательно защищать их лично. Если найдется достойный по силе воин, то Граф может предложить ему баронство в обмен на вассалитет. Я обещаю утвердить любую кандидатуру вне зависимости от своих предпочтений. — Подытожил довольный Король.

Пусть решение не без минусов, но плюсы на его взгляд перевешивали. Он дает возможность Кондорам заманить на службу двух сильных воинов и главное, снимает с себя всякую ответственность за то, кто займет эти земли. Идеально!

— Клянусь служить Королю. — Граф опустился на колени.

Как все формальности были закончены, а указы подписаны — Король хлопнул в ладоши.

— Ну и последнее на сегодня. Не самое важное, но довольно приятное. Слуги! Приведите к нам младшего Кондора и младшую Клаус!

В нос ударил запах терпкого вина, едва слуга отворил дверь.

Они там напиваются, что ли? Приглушенный свет, всюду бархат.

Эрин вдруг вцепилась в рукав.

— Как думаешь, зачем нас вызвали? — Быстро шепнула она мне на ухо.

— Сразу двоих? Да и так понятно, зачем...

— Ммм, насчет этого... Я подумала, что не обязательно тебе идти против короля.

— Ты так сильно боишься Короля? Он простой человек. — Отбросил я руку и вошел внутрь.

Целая куча высшей аристократии. Почти дюжина заносчивых хозяев жизни. Я быстро нашел взглядом третьего принца, выглядел он безобидно, но я-то знал, что глазам не стоит верить.

— Рэндал фон Кондор, рад тебе сообщить, что все обвинения с тебя сняты и ты можешь беспрепятственно покидать дворец.

— Благодарю, Ваше Величество. — Поклонился я.

— А также здесь присутствует мачеха Эрин. Кхм. По традиции именно кавалер должен обращаться со своим предложением даме.

— Спасибо, что рассказали о традициях, Ваше Величество. — Вновь поклонился я, пряча улыбку.

В комнате образовалась гнетущая тишина.

Неловко прокашлялся дед.

— Рэндал, может всё-таки... — Начинает он.

— Нет. — Резко перебиваю я.

За рукав дергает Эрин и яростно шепчет.

— Не позорься... Или мне самой тебе предложение сделать?

Не менее яростно шепчу ей в ответ.

— Ты же буквально пару дней назад была резко против всего этого?

— Ну-у... — Смущенно протянула она и отвернула покрасневшее лицо.

Вновь воцарилась тишина.

— Итак, мы ждем, Виконт. — Напомнил Король.

— Можете не ждать, я не собираюсь никому предлагать руку и тем более, сердце.

В тишине хлопок ладони деда, встретившейся с его лицом — был оглушительным.

— Одну красивую девку убил, от другой — отказываешься, а ты случаем не... — Начал какой-то лысый старик, с улыбкой Чеширского Кота.

Но ему не дает договорить Третий Принц.

Совершенно внезапно он настолько широко улыбается, что разом превосходит старика в оскале.

Одним резким движением Принц вскакивает со своего места и направляется к нам.

— Что ж, раз Кондор не хочет, тогда у меня есть предложение получше. Эрин фон Клаус, станете моей женой?

— Это... очень неожиданно. Мне нужно будет это обсудить с главой. — Чуть запнувшись, ответила Эрин.

— Тогда я избавлю вас от этой необходимости. — Принц повернулся к представительнице Третьего Герцога. — Я официально прошу руки вашей падчерицы.

Дама бросила взгляд на хмурого Короля. Не нужно было быть гением, чтобы понять — он хочет немедленный и однозначный отказ.

— Мы... рассмотрим ваше предложение, Принц Дастан Дорн. Сейчас я не готова дать вам ответ.

Король резко поднялся со своего кресла.

— Думаю, на этом мы закончим. Брачные вопросы — это внутренние дела родов, не стоит их поднимать на Малом Совете!

Четвертый издал смешок.

— Разве не вы первым подняли их, пытаясь показать всем, как крепок ваш союз с Третьим Герцогством? Боюсь, вы добились обратного эффекта... Ох? Я что, сказал это вслух?

Лысый принялся заламывать руки, явно переигрывая.

— Простите, мой король. К старости язык совсем перестает меня слушаться!

Король тем временем багровел, а его корона сияла всё сильнее и сильнее, затапливая полутьму комнаты лазурным светом.

— ВСЕ ВОН! — Крикнул он, после чего добавил. — Кроме Кондоров, а также Маркизы и графини фон Клаус.

— Король объявляет собрание закрытым, благодарим всех присутствующих за то что смогли лично его посетить. — Скороговоркой протарабанил дед, пытаясь смягчить слова Короля.

Чинно и благородно, аристократия покинула комнату. Кто-то откровенно посмеивался над ситуацией, а Четвертый Герцог не постеснялся захватить с собой бутылку вина со столика. Наконец, мы остались впятером.

— Я предупреждал, что это не сработает. — Вздохнул дед.

— Мне в его годы хватало ума идти на уступки, когда всё заходило настолько далеко. — Пожаловался в пустоту Король и указал на Эрин.

— Вот взять её. Уверен, что младшая Клаус тоже не в восторге, однако ей хватило ума не возражать перед лицом всей элиты королевства!

Эрин смиренно поклонилась.

— Что делает она — это её дело. Если ей не хватает духу отстаивать свои интересы — это её беда. — Фыркнул я и девушка вспыхнула.

— Возможно, мне всё равно. — Махнул рукой Король. — Мне необходимо подтверждение союза с Третьим Герцогством, и пока я его не получу — из этой комнаты никто не выйдет.

Король поочередно скрестил взгляд на присутствующих. Клаусы, в лице матери и дочери — поклонились, я же стоял прямо. Видимо, поэтому он с меня и начал.

— Итак... кажется, я обещал тебе десять тысяч крестьян после посевной. Согласишься на брак — получишь вдвое больше. Откажешься — не получишь ничего.

Едва заметно цокаю языком. С козырей зашел, гад! Я не был особо заинтересован в тех рыцарях, что мог бы получить от союза с Эрин. Да и преданны они будут ей, а не мне. Но вот крестьяне...

Простые люди — это единственное, в чем я остро нуждался. Всё остальное — приложится. Железо можно добыть, серу — купить. Но где брать людей?

Однако, нельзя позволять себя шантажировать.

Хлопаю по нагрудному карману, где лежало королевское кольцо.

— Если вы решили пересмотреть наши договоренности, мой король... Возможно, на солнцестояние у меня будут иные планы, чем визиты в соседние страны.

Король фыркает и поворачивается к деду.

— Ну ты видел? Проклятая молодежь! Прикладываешь ради её блага усилия, а она всё равно ведет себя, будто ты ей враг!

— Истинно так. — Соглашается дед.

Они синхронно вздыхают.

Воспользовавшись моментом, шепчу Эрин на ухо.

— Ведешь себя как послушная девочка, тебя всё устраивает?

— Конечно нет, но что я могу? Если все всё твердо решили, остается лишь подчиниться. У этих людей есть достаточно инструментов, чтобы испортить мне жизн...

— Эрин! — Воскликнула дама.

— Да, мама? — Вздрогнула та.

— Что скажешь насчет предложения третьего принца? Сильнейший мастер меча в Королевстве... А может и во всем мире не найдется того, кто столь же искусно владел мечом!

Эрин едва заметно мотнула головой.

— Почему нет? Разве не ты спрашивала меня, почему король сватает какого-то виконта, а не принца?

— Это было до того, как он попытался меня убить.... Хуже чем убить! — Эрин старательно пыталась не смотреть в мою сторону.

— Ах, эти слухи...

— Я лично слы..!

— Неважно! — Перебила Маркиза. — Кто поверит демону? Их цель — сеять раздор и смущение в умы людей. Быть может, его и вовсе подослал... кто-то другой, чтобы создать на тебя впечатление?

— Я так не думаю. — Куда менее уверенно прошептала Эрин.

— Жаль. В таком случае мне придется вновь поставить вопрос о резонности отлучения твоего брата от рода.

— Не придется. — Твердо ответила Эрин. — Я лишь сказала, что мне не очень нравится эта идея, а не то, что я отказываюсь ей подчиняться.

— Умничка. Мне тоже кажется, что вы будете отличной парой. Правда, Роберт? — Обратилась маркиза к Королю.

Если разговор касался браков, она всегда чувствовала себя как рыба в воде! Чего не скажешь об остальных...

— Прекрати. Мы уже обо всем договорились.

— Мы договаривались до того, как поступило такое интересное предложение! Почему же ты не хочешь вновь объединить наши рода. Ведь ты так долго продвигал Третьего — как своего преемника! Что же поменялось?

— Ты прекрасно знаешь, что. И ты знаешь, что нам всем несдобровать, если его безумные планы осуществятся.

— Так убей его и всё. Или не можешь?

В комнате повисла тишина. Дед прокашлялся— Миледи, ваши слова недопустимы.

— Я приношу свои извинения, ваше Величество. — Маркиза поклонилась.

— Принимаю. Теперь вернемся к нашему делу. Ты хочешь больше?

— Да.

— Обсудим. Теперь ты. — Король бросил взгляд на меня. — Прислушаешься к голосу разума?

— Иначе что?

— Наглый. Это и хорошо, Теократии и Содружеству будет тяжело тебя прогнуть. Но это и плохо, из-за ослиного упрямства ты можешь зайти в тупик. — Медленно проговорил вслух Король, словно обращаясь к самому себе.

Несколько минут он молча стучал пальцами по столику, после чего, наконец, сказал.

— Ладно. К счастью для тебя, сегодня я вижу выход. Но в будущем я буду учить тебя искать компромиссы, даже если придется послать к черту все планы. Не ты один такой упрямый. Карл!

— Да, Ваше Величество.

— Приказываю взять в жены Маркизу фон Клаус.

— Что? — Оторопел дед.

Маркиза же оценивающе прищурилась.

— Для своего возраста он выглядит слишком старо.

— Это из-за повреждения источника. — Пробормотал дед.

— Вам с него не есть, Маркиза. Это строго формальный брак. Либо так, либо помогите мне заставить вон того упрямца жениться на вашей падчерице. Хм. Или может выдать Графа Кондора за вашу падчерицу? — Полушутя предложил Король.

— Тогда она просидит в девках до старости. — Фыркнула Маркиза. — Пора уже не только мечами махать, но и с детьми нянчиться!

— Значит?... — Протянул Король.

— Значит, я согласна. Но нам нужно будет очень предметно обсудить то, почему Эри не должна стать женой Дастана.

— Обсудим. — Подытожил Король и пристыдил меня. — Вот, Рэндал, бери пример со своего деда. Ни капли возражений!

— Ясное дело. Старик, небось, в шоке от счастья. Красивая жена совершенно бесплатно. — Фыркнул я.

— А для тебя младшая Клаус недостаточно красива? — Подначивал Король.

Я оборачиваюсь и внимательно осматриваю девушку, что смущенно прячет взгляд.

— Нет. Дело в том, что я не собираюсь никого принуждать.

Роберт рассмеялся.

— Дурак. Они сами не знают, чего хотят. Сегодня одно, завтра другое. Поставь её перед фактом, а потом ей и самой понравится.

— Спасибо за совет, Ваше Величество. — Иронично поблагодарил я.

— Так может последуешь ему?

— Нет. Есть и вторая причина, почему я отказываюсь от брака. Я не собираюсь активно заниматься политикой. Если же я женюсь на Эрин, то увязну в этом болоте по уши.

Взгляд Короля показался мне очень понимающим.

— Прячешь голову в песок? Как знакомо... Если ты не занимаешься политикой, политика займется тобой. Это судьба, её не избежишь. Но будем считать, сегодня ты её немного отсрочил. Свободны, молодежь. А мы продолжим обсуждать...

— Только после того, как определимся с фасоном нарядов на нашей с Карлом, церемонии! — Безапелляционно воскликнула Маркиза и мы с Эрин поспешили удалиться.

Последнее что я слышал — недовольное «Теперь я вспомнил, почему ненавижу свадьбы» в исполнении деда.

Пха.

К моему удивлению, сразу за дверью нашелся лысый старичок, что совершенно беззастенчиво подслушивал.

— О, Виконт. Я как раз вас и ждал. — Весело произнес он, не переставая прислоняться ухом к замочной скважине.

— Ждали?

— Именно. — Герцог наконец отстранился от двери и подытожил. — Они там обсуждают фасон свадебного платья. Жуткая скукотища.

— Разве комната малого совета не должна быть защищена от подслушивания? — Подозрительно спросил я.

— Конечно защищена, но когда это меня останавливало? — Улыбнулся Четвертый. — Впрочем, сейчас мы говорим о вас. Новое лицо в нашем болоте. Лягушка или тролль, вот в чем вопрос. Больно уж нагло ты себя вел сегодня и у меня есть лишь два объяснения.

— Какие?

— Первая — вы, голубчик, идиот. Самое вероятное объяснение, скажу прямо. Второе — вы действительно можете позволить себе быть наглым. А это значит, что вы фигура, которую стоит взять в расчет. Согласны?

Чем дольше я говорил с этим улыбчивым человеком — тем меньше он мне нравился. На первый взгляд — эталонный тролль, этакий приколист, не заботящийся о том, что о нём подумают другие. Но что глубже? Расчетливый делец, под маской неадеквата?

— Вам решать. — Пожал плечами я.

Он пригрозил мне пальцем.

— В точку, молодой Кондор. Решать мне. Поэтому я приглашаю вас на небольшое мероприятие, которое начнется... — Он закатал рукав и взглянул на циферблат изящных механических часов из чистого золота. — Мать моя, воробушек! Оно уже началось. Встречаемся через час, в холле дворца, оттуда я вас проведу на маленькую и не вполне легальную вечеринку. У вас есть маска? Впрочем ладно, я этим займусь!

Весело посвистывая, он удалился, так и не спросив моего согласия.

Когда просит Герцог, не отказывают — вспомнил я старые слова Аши и вздохнул. Ладно, к черту.

Всё равно, пока я сидел во дворце, у меня возникли мысли посетить еще пару человек и договориться о поставках. Значит, так и так, ракетой из Столицы я не вылетаю, да и с Фальконом еще непонятно. Король вроде как не в восторге, так что будет ли его рыцарь и дальше меня возить или придется по старинке добираться — непонятно.

Так что нет причины отказываться.

Поправив камзол, я отправился на кухню. До назначенного часа время еще было, а из-за этих дрязг я проголодался.

Четвертый вел меня по темным переулкам столицы, тогда как на город уже опускалась ночь. Никакой охраны или кортежа, лишь мы вдвоем. Понятное дело, что аристократы такого уровня — это живая машина смерти, но всё равно — подозрительно беспечно.

Особенно учитывая места, по которым мы шлялись. Кожаные туфли на мягкой подошве шлепали по нечистотам, а сгущающийся сумрак душил не меньше, чем амбре трущоб. Черт, всю дорогу я жалел, что плотно поел!

Когда Четвертый наконец остановился перед невзрачной на вид лачугой и простучал в дверь особый сигнал, я едва удержался, чтобы не схватиться за револьвер.

Дверь лачуги отворилась.

— Заходите. — Пригласил четвертый и шагнул внутрь.

За деревянной стеной лачуги скрывалась роскошная, мраморная лестница, ступеньками уходящая вниз.

— Здесь принят определенный дресс-код, Виконт, а также правила поведения. Пока мы тут — мы равны. Нет Маркизов и Баронов, есть лишь месье и мистеры. — Проинструктировал меня Чертвертый.

К нам подошел слуга и протянул две маски. Одну, в виде улыбающегося зайца, надел Герцог, а вторую — протянул мне.

Взяв в руки исписанный кусок фарфора — я узнал его. Это же одна из масок Баттори!

— Вы еще не заслужили именную маску. И, возможно, не заслужите никогда. Все ваши достижения пока что — вот. У вас на руках. Будут ли другие, кто знает... — Разводит руками «заяц». Лица не видно, но я уверен, что он посмеивается. Считает, что остроумно пошутил с этой маской?

Надеваю маску павшего врага. Немного неудобно, ведь не под меня сделана, но пойдет. Терпимо.

Четвертый довольно кивает и мы спускаемся ниже.

Большое, открытое пространство Множество людей в масках. Яма, в которой лежит красный от крови песок и терпкий запах железа.

Вокруг гребаный подземный Колизей!

— Что, черт возьми тут происходит?

— Кажется, это был номер с боевыми псами. — Как ни в чем не бывало, поведал мой спутник.

— Я имел в виду — вообще.

— Вообще? Выпуск напряжения. Глупо и недальновидно терроризировать свои земли... Хотя некоторых и это не останавливает. Люди поумнее и повлиятельнее приходят сюда... Посмотри, кто на верхней ложе!

Этажом выше я увидел медведеподобного аристократа, чье лицо ожидаемо оказалось закрыто маской медведя. Не нужно было ходить к гадалке, чтобы узнать в нем Первого Герцога.

— Пойдем, спустимся на два этажа ниже. Скоро начнется новый бой, лучше смотреть его вблизи. — Позвал четвертый и радостно, вприпрыжку поскакал дальше вниз по лестнице. Не за это ли он получил маску зайца, ха?

Вот только всё остальное было не смешно. Это действительно был чертов колизей и у участников обычно не спрашивали, хотят ли они в нём участвовать. Отправка сюда — была формой особо жестокого наказания для слуг, крестьян и даже провинившихся солдат. Служанка вздумала артачится перед желаниями господина? Тогда под взглядом толпы она встретится с гоблинами. Проворовался казначей? Добро пожаловать к псам. Крестьяне недовольны поднятием налогов? Ну... большинство таких убьют еще в деревне, но если удастся кого-то захватить — добро пожаловать на бой.

Разумеется, шансы выжить были минимальны. Это были не гладиаторские бои, где чемпион мог получить уважение и свободу. Это была плохо прикрытая казнь, с эфемерной надеждой на чудо.

— И много людей смогли спастись? — Хмуро спросил я у Четвертого, что самодовольно разглагольствовал об этом месте.

— Ммм, штук пять точно было. За все годы существования Арены.

— Значит, шансов нет.

— Ну почему же? Ты можешь им помочь, бросив, например, оружие. — Четвертый указал на бочку, из которой торчали рукояти мечей.

Рядом с этой бочкой — стояла еще одна, внутри лежали металлические шары и светящиеся магические ядра. Словно кусочки фруктов среди льда!

— А это что?

— Это? Это шары боли, чтобы бросать в тех, кто перед смертью оскорбляет господ. Не трогай их без специальных перчаток! Прикосновения такого шара похоже на укус сотен шершней, но без серьезных физических повреждений. Впрочем, если долго прижимать его к телу, мышцы буду сокращаться так яростно, что даже могут сломать кость! Есть очень занятная старая традиция. Двум крестьянам дают по такому шару в руку. Без перчаток, конечно. Того, кто уронит его первым — казнят. Говорят, руки удержавших шар похожи на корни дерева, настолько они ломаются во все стороны... Ого! А вот и новые бойцы!

Невольничьи клети отворились и надсмотрщики ударами палок выгнали из них десяток тощих крестьян. Решетка опустилась, перекрывая свежему мясу путь обратно.

Мужики, потирая ушибы, с опаской осматривали пропитанный кровью песок. Кто-то глазастый заметил под слоем песка меч и вытащил его под улюлюканье зрителей.

— Сейчас должна начаться церемония покаяния. — Четвертый чмокнул губами и расслабленно оперся на перила.

— Что еще за покаяние?

— Провинившиеся должны попросить господ о помиловании. Они будут на четвереньках ползать, а мы на них плевать.

— Зачем? — Искренне изумился я.

— Как зачем? Удовольствие получать! — Улыбнулся в ответ Четвертый.

— Какое же в этом удовольствие?

Лысый рассмеялся и хлопнул меня по спине.

— Хах, молодой еще!

Меня передернуло от отвращения.

К сожалению, Четвертый был хорошим актером, так что понять, притворяется он или правда тащится от происходящего — я не мог. Но даже если притворялся — это было чертовски мерзко.

С силой сжав перила так, что кулаки побелели, я уставился на смертников.

Никто из них не встал на колени. Зрители разочарованно взвыли. Кто-то бросил початую бутылку с вином. Сделав сальто, она приземлилась на песок, разливая красную жидкость. Словно предсказывая грядущее кровопролитие.

— Смерть! Смерть! — Скандировала толпа в экстазе. К своему ужасу, среди зрителей я вижу не только женщин, но и пару детей.

Распорядитель махнул рукой и слуги побежали к одной из решеток, что отделяла арену от клеток. Весьма крупной решетке, я замечу.

— Жаль, я надеялся, что будут псы. Выставить против них такую тварину — это закончить бой слишком быстро и совсем без шансов. Похоже, эти ребята кого-то серьезно достали. — Покачал головой Четвертый и подозвал слугу, что сновал меж гостей с подносом, на котором стояли бокалы с вином.

Решетка на противоположенном конце арены поднималась. Внутри бесновалось и рычало что-то среднее между львом и скорпионом, размером с бегемота. Крайне опасная тварь, способная за секунду убить человека. Мантикора — главный бич рыцарей Королевства.

Во мне закипает ярость.

Молча напрягаю мышцы и поднимаю сразу всю бочку с мечами, чтобы перекинуть её через перила. Бочка летит и падает в мягкие объятия песка.

Удар!

Звон стали! Клинки рассыпались по арене и ребята споро побежали за ними. Решетка уже поднялась достаточно, чтобы чудовище попыталось просунуть в щель голову.

— Не поможет. У них всё равно нет ни единого шанса. — Пренебрежительно махнул рукой Четвертый, отпивая из поданного слугой бокала.

— Я знаю. — Стиснув зубы от бешенства, прошипел я.

И спрыгнул следом.

От приземления в воздух поднимается пыль. Пытается запорошить глаза, забиться в ноздри, но почти вся бессильно оседает на маске. Вокруг крестьяне разбирают мечи. Бесполезное, даже вредное оружие против чудовища, многократно превосходящего тебя в размере и весе. Хватаю с песка два клинка и сливаю в длинную пику. Тяжелая, неудобная — но всяко более полезная, чем короткий меч.

Сую её ближайшему бойцу и отбираю меч.

Пика, пика еще пика. Грубые, разной длины, примитивные заостренные палки.

Простейшее, но эффективное оружие, что позволило человеку стать самым грозным хищником и расселиться по всей планете.

Бросаю взгляд к чудовищу. Решетка поднимается медленно, вероятно для большего драматизма. Львиная голова любопытно протискивается под зубья и фыркает от попавшего в нос песка. Говорят, кошачьи могут пролезть везде, где пролазит их голова, но похоже — это не тот случай. Один из храбрецов, первым схвативший меч уже на всех парах приближается к решетке. План прост и понятен, попытаться нанести как можно больше ран чудовищу, пока оно не может выбраться на арену.

Взмах меча пропадает втуне, без толку взрыхлив песок. Гигантская голова с кошачьей ловкостью уходит под защиту стальных прутьев.

Тут же на её месте появляется лапа и пытается добраться до обидчика. Когти рассекают воздух, чуть-чуть не задевая человека.

Боец неуверенно поднимает меч, думая как подступиться к твари. Лапы слишком длинные, а решетка всё поднимается и поднимается...

Мантикора решает за него. Черный, сегментированный хвост оказывается длиннее когтистой лапы. Он почти без труда проскальзывает сквозь промежутки прутьев и пробивает человека насквозь. Брызги крови подлетают до зрительского зала и оттуда слышится пронзительный девичий визг.

Это был визг не от ужаса или шока, скорее веселое негодование, сродни тому, когда в зоопарке обезьянка швырнула комком грязи.

Протяжный и противный, он заглушает и крики человека, и рычание зверя.

Бесит.

Сую девятое копье крестьянину и вижу, как еще двое спешат к мантикоре.

— Стоять, дурачье, он уже мертв! Вместе держитесь! В строй! В строй!

Вряд ли они знали, что такое строй, но послушно сбились в кучу.

Тем временем мантикора тащит нанизанного на хвост человека к себе. Тело ожидаемо застревает среди прутьев.

Плавно сужающийся хвост — страшное и главное оружие твари.

От его удара не всякая броня спасет, не то что рваная рубаха!

Треугольный кончик хвоста тверд, словно обсидиан, да еще и покрыт сильным ядом. Впрочем, человеку, с дырой в груди размером с баскетбольный мяч — нет разницы, отравлены ли края раны.

Она всё равно несовместима с жизнью.

По арене разлетается хруст — это мантикора наконец стащила тело с хвоста и начинает жрать. Даже с другого конца арены я вижу выпирающие ребра на львиных боках. Чудовище явно недокармливали. Чтобы была злее или просто экономили на корме?

Эти твари жрут очень много, так что черт его знает, и тот и другой вариант возможен. Для нас же главное то, что она будет слабее и менее вынослива, чем дикая особь.

Пользуясь тем, что Мантикора самозабвенно насыщается — сливаю последние три клинка в алебарду. Да, я мог попробовать пристрелить её хоть сейчас, но показывать оружие перед такой толпой? Оставим это на крайний случай. К тому же, у нас были все шансы.

Решетка поднялась полностью, но Мантикора всё хрустела костями, смакуя добычу. Из глубины клетки показался человек со светящимся жезлом и кнутом в руках.

Один щелчок и тварь, поджав хвост, тут же выбежала арену, моментально проглотив останки. Из львиной пасти кровь капала на песок.

— Упирайте копья в песок! Если кто побежит — все сдохнут, ясно? — Приказываю я, наблюдая за тварью.

Помимо худобы, от дикой особи её отличал один очень важный момент. Вместо роскошных, крупных крыльев — торчали лишь два опаленных обрубка. Никто не хотел, чтобы тварь взлетела и полакомилась гостями.

Мантикора на мягких лапах подходит к нам. Тяжелый и длинный хвост мечется из стороны в сторону. Без крыльев её знаменитый удар, пробивающий всадника вместе с лошадью, мантикоре не исполнить, но даже так — это очень неприятное оружие.

Тварь поднимает лапу и неуверенно пытается отодвинуть острые железки. В ответ, острое железо тут же врезается в плечо! Рыжий мех пачкается тонкой струйкой крови.

Взвизгнув, Мантикора отпрыгивает на добрый десяток шагов и сердито рычит.

Неплохо! Первая кровь!

Но на этом наши скромные успехи кончаются.

Получив первую рану, чудовище стало намного осторожнее. Тварь бесконечно нарезает круги вокруг нас, гипнотизируя янтарными глазами. Железные колья следуют за ней, но так долго продолжаться не может, люди устанут всяко быстрее, чем монстр.

Перехватываю алебарду и делаю выпад. Тварь тут же отпрыгивает, выходя из зоны досягаемости. Черт.

С трибун поднимается недовольный гул, толпа требует крови.

Но ничего не поделать, есть у этих тварей неприятная особенность. Пока они спокойны — они не очень агрессивны. Но стоит их раздраконить — впадают в самоубийственное буйство и тогда мало не покажется никому. Многие охотники так и погибали, вместе с умирающими мантикорами, которые твердо решали захватить с собой на небеса кого-нибудь из обидчиков...

К счастью, сейчас тварь уже перекусила и не испытывает желания любой ценой лезть на пики.

С трибун летит металлический шарик и со шлепком приземляется на тощий, львиный зад.

От пронзительного воя Мантикоры закладывает уши.

Похоже, эти штуки действительно болезненные! Но нет времени разглядывать, кто подстегнул схватку. Тварь оттопыривает тощий зад и бьет хвостом, словно заправский пикинер.

К счастью, металлические колья достаточно длинные и наконечник лишь забрызгивает крестьян каплями желтоватого яда. Строй колеблется, копья чуть приопускаются. Несколько человек придерживают их одной рукой, а другой — пытаются оттереть лицо.

Вот хитрое животное! Ну ничего, я в эту игру тоже могу играть.

Спешно преобразую алебарду в лопату и щедро загребаю песок, чтобы отправить его прямо в морду.

— Нравится, кошка драная? — Кричу я, бросая лопату за лопатой песка, пытаясь попасть в глаза. Поле боя заволакивает пыль и тварь вновь отступает, тряся головой, с которой сыпется песок. Отскочив чуть ли не на другой край арены, Мантикора неуклюже трет лапой морду. Похоже, хотя бы часть песка попала в глаза!

— За мной, за мной! — Азартно кричу я и бегу за отступившим монстром.

Пока тварь дезориентирована её нужно если не добить, то хотя бы серьезно ранить, чтобы были шансы в бою на истощение.

Интуиция гудит сиреной и я подаюсь в сторону, пытаясь уклониться неведомо от чего.

Руку пронзает невыносимая боль, мышцы спины твердеют, словно их пронзила молния и всё тело становится деревянным. Алебарда сама вылетает из рук, и я запинаясь, чудом не падаю на землю. Рядом, в песке лежит металлический шарик, по видимому прилетевший в меня. Уже само это должно было быть больно, но я даже не почувствовал удара.

Спешно оглядываю зрительские ложи. Проклятый Первый Герцог опускает руку, облаченную в руническую перчатку. Ну конечно!

Кто еще бы посмел бросить эту хрень в аристократа?

Ублюдок. Пытаюсь расслабить мышцы, чтобы поднять алебарду и вижу, что всё больше аристократов натягивают перчатки. Один за другим, шары летят в крестьян и я слышу крики боли.

Дерьмово, но если мы убьем мантикору — это не будет проблемой.

Стиснув зубы, подхватываю алебарду и мчусь вперед. Спина в холодном поту, а мышцы то и дело дергаются сами собой. Но черта с два мне это помешает.

Мантикора забилась в угол и отмахивается хвостом. На теле — несколько кровавых пятен, но не более. На земле лежит тело еще одного бойца.

Едва делаю шаг, как навстречу летит хвост. Быстро, чертовски быстро. Пытаюсь принять его на алебарду и тут понимаю, что это тупая затея — меня отбрасывает к телу, а алебарду выбивает из рук.

Хорошо, что тренировки с Эрин научили меня вовремя отпускать оружие, иначе бы не обошлось без сломанных рук. Благо, бьет она не слабее Мантикоры...

Подхватываю копье павшего взамен алебарды. Направляю его на чудовище и вижу перед собой янтарные глаза, налитые кровью. Тварь наконец проморгалась.

Не давая мне и секунды на реакцию, она прыгает через меня. Наконечник копья бороздит по костяным пластинам хвоста без видимого эффекта, а тварь тем временем начинает убивать. Слишком рассеялись бойцы, нет той стены из копий, что не давала ей приблизиться. Прыжок, прыжок и еще один человек попал к ней в лапы. Пытаюсь ударить бок, но хвост отклоняет атаку, вновь чуть не выбив оружие из рук.

— В кучу, в кучу собирайтесь! — Кричу я и тут же понимаю, что это не самая хорошая мысль — летящих шаров становилось всё больше, благо почти все шли мимо. Но по групповой цели попасть было намного проще!

— Дьявол вас дери, в середину арены, не стойте рядом со зрителями! — В бешенстве ору я, заметив, что еще один боец рухнул в песок. Рядом с телом катился окровавленный шар. Эта штука легко могла убить и просто за счет массы, если прилетала в голову, как в этом случае.

Рядом со мной пролетает еще один шар. Маркиз присоединяется к броскам и как и его хозяин, плюет на все неписаные правила. Благо, этот жирдяй хотя бы косой.

Вновь делаю выпад, на этот раз удачный. Наконечник вонзается в тощий зад и Мантикора вновь рычит, отпрыгивая от меня подальше.

Вот только по пути еще один человек попадает ей в лапы.

Дерьмо, да нас так перебьют!

Мантикора всё больше бесится и всё меньше осторожничает. Она прет как паровоз на крестьянина, не обращая внимания на вытянутое копье. Наконечник вспарывает шкуру, но всё. Оружие теряет эффективную дистанцию. Чудовище близко, оно открыло пасть и...

Взвыв, неловко отпрыгивает от жертвы, поджимая лапу.

Что?

Шары! Черт побери, проклятые аристократы накидали шаров на арену, тварь наступила на один из них. Мы можем использовать их, как оружие!

— Бросайте в неё шары! — Приказываю я и ближайший крестьянин нагибается за железным снарядом... Чтобы с руганью его выронить и схватиться за руку.

Мантикора поворачивается к нам, её пасть открыта для громкого рыка и она достаточно близко. Под ногой — шар, брошенный маркизом.

Лучшего момента не будет.

Время замирает.

Загребаю в руку проклятый шарик вместе с песком. Кисть тут же пронзают волны боли, а рука немеет. Пальцы выгибаются в не предусмотренных природой направлениях. Молясь, чтобы не выронить шар, совершаю бросок скорее корпусом, чем рукой.

Снаряд, размером с небольшое яблоко медленно летит в цель.

Зрители показывают пальцем, под масками не видно выражение лиц, но я уверен — они смеются. Разорванный когтистой лапой делает последний вздох, боец. Кровь пузырится на губах.

Шар ударяется об клык, что размером с длинный кинжал и рикошетит прямиком в глотку. Мантикора поперхнулась рыком и издала булькающий звук.

Я не знаю, какую боль причиняет эта штука, если её проглотить — но многотонная тварь в восторг не пришла. С ошалевшими глазами, она дерет лапой горло, пытается отрыгнуть предмет. Пользуюсь моментом, втыкаю копье в беззащитную грудину и тут же отпрыгиваю в сторону — взбесившаяся тварь прет вперед, не обращая внимания, что загоняет наконечник глубже и глубже. Дико воя, она несется вперед и с размаха впечатывается головой в стену. Трибуны трясет, сверху падает мраморная крошка.

Подбежавшие бойцы тыкают тело, но похоже этого уже не требуется. Мантикора подохла. То ли от остановки сердца, то ли от болевого шока.

Преобразую копье в три пары ножей и кидаю бойцам.

— Разделайте тушу и вытащите ядро.

После чего показываю пальцем на верхнюю ложу.

— А вам, Господа, спасибо за шары. Они нам очень помогли. — Почти искренне издеваюсь я.

Герцог раздраженно сдирает перчатку с руки, разрывая руническую ткань. Не могу сдержать смешка, хотя моя собственная рука уже посинела и чувствует себя так, словно я разгружал ею вагоны неделю без перерыва. А потом её укусила гадюка. Раз, эдак, пять.

Со стороны зрителей доносится невнятная какофония. Жаль, но снизу их бурные рассуждения совершенно невозможно разобрать. Однако, судя по всему, настроения скорее удовлетворенные, чем нет.

Решетка в нашем конце арены поднимается и оттуда выходит распорядитель.

— Прошу, проходите. Только прикажите бойцам оставить оружие. И хватит терзать тело бедного животного.

Фыркаю. Угу, так я трофей и отдал. Он денег стоит, в конце концов.

— И не подумаю.

— Ваша милость. — Крестьянин подал окровавленное ядро. Меньше размером, чем у паука-воина, но крупнее, чем у обычного. Неплохо.

— Подержи пока. Все ко мне! — Подозвал я бойцов и прикосновениями рук укоротил копья. — Всё, теперь можем идти.

Распорядитель повел нас через мрачные и сырые темницы, в которых ожидали своей участи остальные смертники. Затхлый воздух щекотал нос. Крысы, тараканы и кандалы. Лишь огонь смог бы вернуть этому месту чистоту. Вдоволь пропетляв по влажным коридорам, мы наконец прошли через охраняемый вход к лестнице, что вела на следующий этаж.

У её конца стоял Четвертый герцог. В его руках всё еще был полный бокал вина, то ли он так и не отпил, то ли взял новый.

— Поздравляю с победой. За ваше здоровье! — Дружелюбно поприветствовал он, после чего приподнял маску и залпом опрокинул бокал.

— Надеюсь, вы узнали, что хотели. — Холодно отвечаю я.

— Без сомнения, даже больше, чем я ожидал... И чем хотел.

— Славно.

Я поднимаюсь по лестнице дальше, но вопрос распорядителя заставляет меня притормозить.

— Управляющий, тело Мантикоры скоро уберут, но я не уверен в составленном графике. Мне кажется, финал будет не столь интересным.

— Да, ты прав. Объяви о завершении боев на этой неделе... — Заметив, что я слушаю, Четвертый обратился ко мне. — Да, вы задали мне большую задачку. Как мне после такого развлекать зрителей?

— Значит, это всё ваших рук дело?

— Ну да. Эти люди — Он указал рукой на сопровождавших меня крестьян. — Отбросы, бунтовщики, глупцы и просто нерадивые слуги. Их всё равно бы ждала смерть, а так у них есть шанс на спасение, пусть и небольшой.

— Как благородно. — Фыркнул я.

— О, да, я такой. — Заулыбался Четвертый, сделав вид, будто принял мой сарказм за искренний комплимент. — Однако, до вас мне далеко. Признаюсь, я думал остановить бой, ваша смерть на арене очень серьезно бы подкосила мой бизнес.

— Но не остановили. — Заметил я.

— Нет, не остановил, ха-ха! Признаюсь, я опешил, когда увидел количество ставок. Да и всё обошлось, а победителей не судят!

— Мило. Раз уж вы управляете этим местом — я хочу выкупить всех как вы выразились «отбросов».

— Ммм, вы хотите дать мне деньги? Обожаю деньги, но есть ли они у вас?

Подзываю человека, что нес ядро и передаю его Четвертому.

— О, вы пытаетесь продать мне моё же ядро? Знаете, сколько усилий стоило поймать ту мантикору? Пока ей подрезали крылья — умерло двое егерей и один рыцарь.

— Это уже мой трофей. Впрочем, возможно вас заинтересует и более крупные ядра в больших количествах.

— Хм, звучит заманчиво. Однако я не могу продать всех, мне всё еще нужны бойцы на арене.

— Тогда подумайте, чем их заменить. Например, Гоблинами.

Четвертый рассмеялся.

— На эту возню никто не будет смотреть... Но хорошо, я продам часть этих несчастных. Пожалуй, теперь я окончательно составил о вас мнение.

— Интересно будет послушать.

— Вы опасный псих, Кондор. Такой же, как и я. Так что я не буду присоединяться к тем разборкам, что сейчас витают вокруг дворца и продолжу наблюдать. Не хочется однажды оказаться на месте Мантикоры, ха-ха.

— Думаю, совсем скоро вам придется пересмотреть это мнение. Где проход на верхний этаж?

— Вип-места? Вообще-то вам туда нельзя, но сделаю исключение, в честь победы. — Предвкушающе потер руки Четвертый и повел меня наверх.

На пути нам встретилась дама, на белом платье которой отчетливо были видны брызги крови. Я не выдержал и спросил у Четвертого.

— Все-таки, зачем всё это? Наверняка есть и другие способы заработать деньги, чем подпольные гладиаторские бои?

Мы поднялись еще на один этаж, после чего он наконец ответил.

— Все люди хотят зрелищ, это заложено в их природе. Но если убогим крестьянам достаточно, если раз в полгода к ним приедут артисты и проведут спектакль — то знати этого недостаточно. Они хотят видеть, как дракон в самом деле убивает. Они хотят видеть кровь, а не томатный сок. Я просто даю им то, что они хотят. Если бы не я — это бы сделал кто-нибудь ещё. Если бы вы знали, какие действа происходят в некоторых землях... То моя маленькая арена показалась бы вам безобидной песочницей.

Я покачал головой. Такой ответ я не приму. Впервые за долгое время я вновь захотел показать здешним такое детище прогресса, как гильотина. Время, проведенное в далеких от аристократов походах, выхолощенная жизнь во дворце или относительно мирная в Баронстве, где у всех, кто хочет тебя убить — конечностей поболее четырех — заставили меня подзабыть, какими монстрами являются окружающие люди.

Пожалуй, Четвертого стоило поблагодарить хотя бы за то, что он мне об этом напомнил.

— Вип-ложа. Ваша... кх, доблестная и могучая охрана должна остаться тут. — Вновь заулыбался лысый, обведя рукой оборванцев.

— Пускай. — Равнодушно отвечаю я и открываю дверь. Герцог и Маркиз уже собирались уходить, ведь распорядитель объявил о том, что боев больше не будет.

— Уважаемые, нехорошо бросать камни человеку в спину.

— Кто пустил сюда этого клоуна? — Нахмурился Первый.

— Конечно же я. — Отсалютовал пустым бокалом Четвертый.

— Еще одна из твоих провокаций? Мне это неинтересно. Мы уходим!

Преграждаю путь.

— Не так быстро! Думаете, можно бить благородного в спину, а потом просто уйти, словно ничего не произошло?

Маркиз поправляет маску волка на столь упитанном лице, что пухлые щеки выпирают за пределы маски.

— Благородного? Ха, вероятно я перепутал вас со слугой, ведь благородный не полезет в бойцовскую яму на потеху толпы. Быть может, вы и вовсе никакой не аристократ, а просто слуга, надевший чужой костюм?

Демонстративно снимаю маску. Черта с два он отвертится под столь надуманным предлогом!

— Какая неожиданность, я и подумать не мог, что наследник Кондоров посещает такие места! Ваш дед будет очень «доволен», когда об этом узнает. — Гогочет Шорт, обрадованный тем, что его маленькая провокация удалась.

— Жизнь полна неожиданностей, например я тоже был весьма удивлен, увидев на вас, Маркиз, маску волка. Вам больше подошла бы маска свиньи.

— Оскорбительно, да как...! — Возмущенно начал Шорт.

— Верно, это оскорбление. — Перебил его я. — А еще я вызываю вас на дуэль, прямо здесь. На Арене, пока еще не убрали тело Мантикоры, чтобы слугам два раза за лопатами не пришлось ходить!

— Кхм. А с чего вы вообще взяли, что я тот, о ком вы думаете? — Его глаза забегали.

— Верно. — Вдруг подал голос Четвертый. — Мы не можем утверждать, что под маской именно Маркиз Шорт. Анонимность — одно из правил этого места.

— Плевать. Тогда я буду бить его, как нерадивого слугу, до тех пор, пока он не признает свою личность!

Я двинулся вперед, но встрял Первый.

— Что ж вы тогда не вызываете меня, Кондор? Мой бросок был куда точнее. Как ваша рука, кстати?

— Будешь следующим!

— Наглец! — Фыркнул Герцог.

Делаю шаг вперед, но между нами выбегает обеспокоенный Четвертый.

— Виконт, это не разумно. В конце концов, вы ранены и сможете биться лишь одной рукой!

— Мне хватит одной руки. — Сказал я и добавил про себя. — А также по три пули каждому.

— Ха! — Воспрял духом маркиз, заметив посиневшую руку. — Пускай! Давно пора научить тебя уму-разуму!

Он пытается идти навстречу, но чуть ли не за шкирку останавливается Герцогом.

— Стой, друг. Я понял его план. Шкет хочет пожертвовать собой, чтобы натравить на нас короля. Психованная, бешеная собака, готовая пожертвовать собой ради трона, как и все Кондоры!

— Бешеная, говоришь? — Я шагаю вперед, но утыкаюсь в ладонь четвертого, что вытянул руки, пытаясь нас остановить.

— В любом случае, я не позволю вам устраивать смертельные разборки на моей территории! Идите в город и убивайте друг друга там, если хотите.

— Мне всё равно, где. Город, так город. Шорт, принимаете вызов или струсили?

Первый могучей рукой с легкостью оттягивает Маркиза за себя.

— Не ведись. Мы ничего не выиграем, убив его. Идем, пусть лает и дальше.

— Верно-Верно. Вызвать Марзкиза на дуэль, будучи виконтом? Ха, может у нас и крестьянин будет вызывать на дуэль короля? Пусть забивается в свою конуру у края земли и лает оттуда сколько влезет... Точнее, пока мы его оттуда не выкурим! — Подобострастно запищал Маркиз своему сюзерену.

Хмурюсь, пухляш явно намекал на то, что Герцог собирается и дальше расширяться, теперь уже на наши земли. Не то, чтобы это было новостью. Но не слишком ли нагло?

— Это мы еще посмотрим, день, когда «взятые под временное управление» земли вернутся к нам — тоже близится.

— Тщетные надежды. — Пренебрежительно отмахивается рукой Первый. — Вы думаете, что рыцари Клаусов вам помогут? Сколько они решатся отправить, ослабив свои земли? Двадцать кавалеристов? Сорок? Смерть уже склонилась над Третьим Герцогом и выбирает место для последнего поцелуя. С его гибелью начнется война за наследство. Ха! Да даже если бы у вас самих были силы, вам бы самим пришлось идти им на помощь. Думаешь, Клаусы просто так согласились на союз, по доброте душевной? Они тоже в заднице.

Так что я предлагаю сделку. Откажитесь от всех новых земель. От Клемена, от Баттори и от этого, жалкого свежеиспеченного баронства. Взамен я верну вам город под вашим замком и часть окрестных деревень. Людей там всяко по более будет, чем у вас сейчас.

— У меня встречное предложение. Вы возвращаете все наши земли, а я не буду брать с вас плату за её аренду. А уж поверь, за те годы, что Маркиз высасывал из них все соки, накапало столько, что и его жизни не хватит, чтобы заплатить по счетам!

— Жалкий наглец! — Взвизгнул Маркиз.

— Тогда прими вызов на дуэль и решим все здесь и сейчас.

— Тихо! Мы не примем вызов, можешь не стараться. Я всё думаю, на что ты надеешься? На королевские войска? Возможно, Клаусам они помогут, у меня нет интересов в их землях, в отличие от Второго Герцога. Но я клянусь, если хоть один рыцарь короля выступит против Маркиза, я соберу все свои силы! Бойня в Баронстве Клемена покажется вам легким разведывательным рейдом!

— Я это уже слышал. Вот только, не пустая ли это угроза? А может войска Второго уже испарились с границы?

— У нас со Вторым больше общего, чем с Королем. Мы вот-вот договоримся. Если королевские войска атакуют Шорта, я отвечу и защищу его. А вот осмелиться ли король защитить ваши жалкие земли, когда я сделаю свой ход? Подумай над этим, Кондор. — Угрожающе прорычал Первый.

— Я и сам справлюсь. — Дерзко парирую я.

— Увидим. До скорой встречи. Молись за здоровье Третьего...

Обойдя меня по дуге, они вышли из комнаты. Трусы.

— Фух! — Четвертый снимает маску и вытирает пот с лысой головы. — Надо бы записать в дневнике памятку, что не нужно выполнять ваши дурацкие просьбы. Первый — горячий мужик и порой не думает головой, он мог вас убить прямо тут, а разгребать последствия мне...

— Он мог попробовать меня убить. — уточняю я, тем временем анализируя разговор.

Последний намек мне не понравился. Как и то, что у Второго есть интересы в землях Клауса. Достаточно сложить два плюс два, чтобы понять — Войска Первого блокируют Второго так же, как Второй блокирует Первого. Когда начнется борьба за наследство — Второй не сможет остаться в стороне и будет вынужден договориться с Первым. И это плохо.

Если они сумеют договориться — то Второй тут же тут же направит войска к Клаусам, ослабляя свою границу с Первым. Однако, это освободит и войска Первого, что даст Герцогу возможность разобраться со мной. Точнее, попытаться разобраться со мной.

Вывод простой — нужно ускоряться. До Солнцестояния еще четыре месяца. После — я выпадаю на неизвестный срок, находясь в другой стране я не смогу оперативно влиять на события. А значит, как минимум проблему с Шортом надо решить заранее.

Нужно навестить промышленников. Как же звали того владельца ткацкой, о котором рассказывала Тамилла? Того, кому она хотела предложить паровую машину? Пришло время пообщаться с ним.

— Виконт? — Учтивый голос Четвертого вывел меня из раздумий.

— Да? Что это? — Подняв взгляд, я увидел, что слуга протягивает мне поднос, на котором стоял небольшой пузырек из матового стекла.

— Небольшая благодарность. Высшего качества.

Откупориваю пробку и вдыхаю травяной аромат. Облизываю пробку и прислушиваюсь к ощущениям. Вроде ничего постороннего в эликсире нет. Лишь теперь, убедившись, что всё в порядке — принимаю зелье. Всё же, с Четвертого станется слабительное подсунуть. Просто смеха ради.

Прохлада окутывает руку, снимая боль.

— Спасибо.

— Вам спасибо, Виконт. Благодаря вашему спору с Маркизом мне в голову пришла отличная идея, как разнообразить бои.

— «Рад» за вас. — Нахмурился я. — Не подскажете ли, как мне найти одного человека...

Спустя два часа я трясся в экипаже, в очередной раз проклиная себя за то, что предприятие по производству резиновых шин так и не сдвинулось с мертвой точки из-за обилия остальных дел. Королевский тракт может и был лучше грунтовых дорог, но до нормального асфальта ему было далеко! Трясло, как в парке аттракционов!

Карета по мосту миновала небольшой ручеек, и я сразу понял, что почти на месте. Вода в ручье была неестественно красноватого оттенка. Гринпис на них нет, пха!

Ткацкая фабрика находилась довольно далеко от столицы, даже не в пригороде. Возле маленькой речушки, вдали от любопытных глаз, Сэр Уильям воздвиг цех из красного кирпича. А чуть позже, словно сам собой — вокруг него вырос небольшой поселок. Выбор места не был неожиданным, ведь для окраски тканей нужно много воды.

Карета остановилась. Сую вознице монету и выхожу наружу. В нос тут же бьет запах, чем-то похожий на смесь хлорки и прокисшего лимона. Оглядываюсь на дорогу — телеги с материалом, которую я заранее заказал, видно не было. Похоже, отстали. Ну и ладно.

Четвертый говорил, что Уильям должен быть тут. Если только не уехал в другую часть страны на инспекцию, таких цехов у него было уже около четырех. Не говоря уже о хлопковых полях и прядильных производствах...

Донеся до улыбчивого стража цель визита, я с любопытством разглядывал округу. На заднем дворе рабочие разгружали бобины с белой нитью, часть из которых исчезала в широких дверях цеха, а другая отправлялась в отдельное здание, к алхимику, где, судя по всему, нить окрашивали. Глаз цеплялся и за одежду, необычайно хорошего качества, как для простых рабочих. Интересно, платили ли им продукцией или может насильно заставляли покупать «униформу»? А может и вовсе, просто выдавали в аренду?

Когда из дверей выбежал хозяин фабрики, мне стало казаться, что последний вариант самый вероятный. Когда-то давно, Рэндал уже встречал его. Лет десять назад? Или даже больше?

С тех пор он не так уж и изменился. Всё такой же низкий ростом, разве что обзавелся пивным животом и залысинами. Причем, не сказать, что он был жирным. Просто человек, занимающийся бумажной, сидячей работой и не утруждающий себя диетой и спортом. Этакий типичный бюргер, которому для полноты образа не хватало большой кружки пива в одной руке и охотничьей колбаски в другой.

— Приветствую! Друзьям Тами я всегда рад... Только если они не просят денег на свои повстанческие делишки, хе-хе. — Хихикнул он и заговорщически подмигнул.

— Эм, да.

— Не переживайте, это просто шутка. Я прекрасно вижу знаки рода, вы и не можете быть из харданцев. Эх... Печально, ни один из этих белобрысых даже не появился, чтобы помянуть её.

— Помянуть? — Чутка затупил я.

— Ну да. — Уильям понизил голос. — Вы же знаете, что её смерть вовсе не была несчастным случаем, как это пытается представить граф Булл?

Я мысленно хлопнул себя по лицу. Черт, совсем забыл, что Тамилу считают мертвой. Вопрос лишь в том, стоит ли просвещать Уильяма? Хм, надо бы прозондировать эту тему.

— Вы обвиняете Витора Булла? — Закинул удочку я. Если будет съезжать, на «меня не так поняли», то хрен с ним. Сделаем дело и разбежимся.

— Да. Я абсолютно уверен, что он виновен. — Твердо ответил Уильям.

— Тогда вы ведь выступили против него открыто, верно?

— Ну-у... — Замялся он и отвел взгляд. — На его стороне Лазурная гильдия, а это одна из крупнейших гильдий страны. А я всего лишь обычный человек. Всё, что я мог — это полностью оборвать все торговые связи с ними. Боюсь, в спорах между высокой аристократией — справедливость существует лишь для аристократов, а не для простых торговцев.

— Всё же вы не простой торговец, ваши ткани продаются даже в другие страны. Разве у вас нет кучи денег и какого-нибудь титула? — Чуть грубовато поднажал я.

— Эх... Да, всё так. У меня есть деньги и даже есть титул, хотя я никогда к нему не стремился. Король сам пожаловал мне звание рыцаря, и я до сих пор думаю, что зря. Но отказать Королю... сам понимаете. Деньги и титулы — это хорошо, однако, в конечном счете все решает сила, а в этом плане — я самый обычный человек. Не маг и не воин.

— Понятно. Тогда у меня есть для вас хорошие новости насчет одной харданской особы... Только мы можем найти место, где поменьше людей?

— Я всегда говорил ей не полагаться исключительно на свой талант. Эмоции людей — это не самый верный... эм... Показатель, вот! — Нашел слово Уильям и поставил кружку на стол. — Вам долить, Рэндал?

— Нет, вообще-то я пришел по другому вопросу. — Я решительно отодвинул кружку.

Мы находились в кабинете Уильяма, что находился прямо над цехом. Теплый ветер дул в большое окно, выветривая запах эля и задувая взамен едкие запахи красителей. Впрочем, Уильяма это, похоже не смущало. Да и вряд ли могло смущать, весь кабинет был завален различными отрезами разноцветных тканей.

— Хм, мне показалось, что вы пришли порадовать меня хорошей новостью. Впрочем, я всегда рад клиентам. Хотите что-то купить? Я дам скидку. Ничто так не подчеркивает богатство, как новая одежда каждый день. Подумайте над этим.

— Одежда мне и правда нужна и очень, очень много. Но в первую очередь я пришел продавать.

— Продавать? — Удивился он.

— Да. Могу я попросить вас провести экскурсию по цеху, чтобы прикинуть, что к чему? Или вы... выпили слишком много?

— Много? Ха, всего две кружки эля, это даже не разминка. — Возмутился Уильям и так резко встал из-за стола, что задел животом пустую кружку, которая тут же укатилась под стол. — Ох, бездна. Ладно, демон с ней. Идем, я всё покажу!

Мы спустили по лестнице на улицу и наконец вошли в большие двери цеха. В нос тут же ударили едкие запахи, в помещении их концентрация была многим сильнее, чем на улице. Думаю, цеху не помешала бы хорошая вытяжка.

Всюду крутились и разматывались бобины с нитью, станки поднимались и опускались, переплетая нити в ткань. Недурно, недурно.

— Лучшая ткань в королевстве! — Крикнул Уильям, заглушая грохот станков. — Ну, во всяком случае самая доступная из лучших!

Присмотревшись, я заметил, что через весь цех проходит гигантский, стальной вал, от которого шел отбор мощности на отдельные станки. Всё, как на самых ранних заводах!

— Потрясно, я о таком разве что читал. — Воскликнул я.

— Читали? Где?

— Эм, неважно. — Стушевался я. — А где крутят вал?

— Дальше, идем.

Пройдя вдоль вала, мы добрались до противоположенного края цеха. В отдельной, крупной комнате по бесконечному кругу бродили две уродливые химеры и приводили в движение огромные шестерни, связанные с валом, что через дыру в стене шел к цеху. Скрипел металл, устало пыхтели твари — а их пот вонял так, что все окрестные красители казались цветочками на его фоне.

— Взгляните на эти зубчатые колеса! — Радостно воскликнул Уильям, указывая на шестеренки. — Ни один кузнец не смог бы выковать такие. Мне пришлось нанять магов, чтобы они выполнили их под заказ... Вы бы не поверили, сколько раз мне пришлось отбиваться от их посыльных. Они раз за разом предлагали сделать мне циферблат и стрелки, ха.

— Решили, что вы хотите сделать большие часы? — Уточнил я, закрывая нос рукавом.

— Именно. Эти маги бывают довольно ограниченными. Эх, если бы я имел эту силу, было бы намного проще воплощать в жизнь свои идеи. Хотя... быть может, будь я магом — сидел бы сейчас на берегу моря и пил вино из своих виноградников, даже не помышляя о каких-нибудь станках.

— Никто не знает, как сложилась бы его судьба в иных обстоятельствах. — Вежливо согласился я и попытался перенаправить его мысли в пользу дела. — Много жрут эти твари?

— Конечно! Я пытался использовать травоядных, но они быстро устают и постоянно останавливаются на отдых! А мясо, сами понимаете — дорого. Особенно учитывая, сколько они съедают! И это еще половина от смены, еще две твари в загоне. Пока идет пересменка — у рабочих перерыв. В среднем, мы перезапрягаем химер четыре раза за сутки, на это уходит примерно пятнадцать минут.

— Они работают круглые сутки? — Уточнил я.

— Нет конечно, с заходом солнца химеры отправляются спать, чтобы восстановить силы. Я мог бы гонять их и двое и даже трое суток, но потом они бы свалились. Мне важна стабильность работы.

— Отлично. Тогда как насчет железного монстра, что будет работать целые сутки напролет?

— Железный монстр? Голем что ли? Они жрут столько ядер, что дешевле содержать химер.

— Нет-нет. Мой монстр работает на дровах и угле.

— Угле и дровах? Хм. Ну, я всегда выступал за новаторство. Показывайте своего монстра, поглядим, достоин ли он работать в моём цеху.

В дверь постучали, после чего в комнату с химерами заглянул один из стражников.

— Сэр! — Обратился он к Уильяму. — Во двор прибыла большая телега, нагруженная железом. Говорят, что по заказу Кондора. Им позволить разгружаться?

— Пусть тащат железо прямо сюда. — Приказал я и засучил рукава.

Пришло время поработать.

А вот рабочий пыл в Рейкланде серьезно упал. Лес безмолвствовал, да и красных облаков больше не появлялось. Тишь, да гладь, особенно учитывая, что Лорд опять уехал на неделю и пропал почти что на месяц. Медленно приходили караваны, с трудом пробираясь через раскисшую землю. Строились склады и амбары, ну и конечно же... Таверна. Какой город без таверны? — хором кричали все значимые члены отряда, и даже доводы Миры, что от города у них лишь название — ничего не поменяли. Таверне приказали быть.

Как минимум чтобы у владельцев караванов было место для отдыха.

В рекордные сроки залили первый этаж, а второй по старинке решили строить из дерева.

Стук молотков и визг рубанков нисколько не мешал первым посетителям.

— Не нравятся мне эти стены. Будто в склепе сидишь. — Недовольно проворчал Тил, ковыряя ногтем стену.

— Не в склепе, а в замке. Считай, что лордом стал! — Возразил Долан.

— Сомневаюсь, что в замке так же сыро.

— О, еще как сыро. Ты явно ни в одной темнице не сидел... А стену прекрати ковырять, она просто еще не высохла до конца.

— Может, тогда не стоит сверху ничего пристраивать?

— Да не ссы ты, всё нормально. Там же железо внутри! — Авторитетно заявил стрелок.

— Тонкие прутики, ага. Ох, надают же вам по башке, если всё это обвалится...

— Почему нам? Тебе тоже!

— Да я-то тут при чем? Кто вообще первый предложил?

Бойцы скрестили взгляд на Дорване, что тащил на кухню два увесистых бочонка.

— Эй, Дон. Ты же хотел таверну?

Здоровяк остановился и потряс бочкой.

— Конечно! А то даже посидеть и пивка выпить негде!

Тил с Доланом заговорщически переглянулись. Крайний был найден.

— Что тащишь? Эль?

— Пиво. С Лиграда.

— Фу. Гадость редкостная. — Скривился Долан. — Пойду, долью эля, пока он еще есть. Мира, а тебе плеснуть?

Кошкодевушка, сидящая с книгой за самым дальним столом сердито зашипела.

— Плесните мне наконец тишины!

Тил недоуменно поднял взгляд наверх. Странно просить тишины, когда то и дело раздаются громкие удары молотком.

— Почему бы тебе не пойти к себе домой, например?

— Потому что там мне мешают посетители. Просто не орите и всё, к стуку молотков я уже привыкла.

— А чем ты вообще занята? — Спросил Долан.

Немного поколебавшись, Мира повернула дневник к нему.

— Закорючки какие-то. — Фыркнул стрелок.

— Можно, я гляну? — Попросил Тил, подойдя к столу.

На развороте дневника красовалось что-то похожее на карту, но все надписи были на незнакомом Тилу языке.

— Ого... Похоже на рисунок пути до драконьих сокровищ, из рыцарских романов.

— Ты читал рыцарские романы? — Удивилась Мира.

— Ну, я хотя бы умею читать, в отличие от этих вот. — Тил мотнул головой в сторону Долана с Дорваном, что пытались открыть последний бочонок с элем. Наконец, здоровяк просто проломил крышку ударом руки.

— Так и знала, что с вас, идиотов не будет никакого толку. — Фыркнула Мира.

— Я знаю как пишется слово «пиво» и как пишется слово «эль». Большего мне и не надо! — Весело ответил Долан, зачерпывая напиток деревянной кружкой.

— Почему ты вообще тут прохлаждаешься, а не дежуришь на стене?

— А что там делать? Паучарам таких звездилей дали, что они теперь долго не покажутся. Можно и отдохнуть.

От возмущения Мира потеряла дар речи.

— Может, обратишься к Тамилле? Уверен, она тебе поможет. — Быстро посоветовал, Тил, пока не начался скандал.

— Нет уж! Сама разбе-р-русь! — Зашипела девушка.

— Я так и не понял, в чем именно. Это карта...

— Да, это карта, где Хорнет спрятал книгу. Вот уж не мог просто взять и написать...

— О, книгу? Так я знаю, где он её заныкал. На могиле матери, в серых холмах... — Заметив, что все замолчали, Долан спросил. — Что такое?

— Откуда ты это знаешь? — Недоверчиво спросила Мира.

— Так он же не один туда ездил, а с нашим отрядом был. — Легкомысленно ответил стрелок и сделал глоток.

Девушка яростно захлопнула книгу.

— Поверить не могу, что потратила столько времени впустую.

— Не переживай. Так что, налить тебе эля?

— Бездна с тобой, давай. — Вздохнула она.

Оставалась лишь одна проблема — ныне те земли были под контролем Герцога. Учитывая обстоятельства, вряд ли он будет рад вооруженному отряду на своих землях. Однако, не обязательно же делать всё открыто? Скажем, можно отправить пару человек под видом крестьян или торговцев.

Впрочем, это уже не её забота...

— Запускай. — Приказываю я, и двое работяг налегают на рычаг, чтобы переключить вал, идущий от химер на паровую машину.

Одно из требований Уильяма было в том, чтобы я оставил возможность станкам работать по старинке. Я его понимал, простой в работе ткацкой — большие убытки, а в надежности машины он не был так же уверен, как я. Пришлось потратить еще полдня и дополнительное железо, чтобы выполнить просьбу.

Заскрипели шестерни, зашипел пар, и вал начал разгоняться. Всё быстрее и быстрее. Я с сомнением потянулся к регулятору оборотов, но Уильям меня остановил.

— Нет, нет, так даже лучше! — Воскликнул он, горящими глазами осматривая грохочущую махину.

Из-за недостатка места внутри — пришлось собирать машину снаружи. В этом даже был плюс, на открытом воздухе жар от топки не так чувствовался, но это ненадолго. Уильям уже закупил кирпичи и ждал лишь строителей, что закроют железный механизм пристройкой.

— Думаю, на этом всё же надо её ограничить. — Возразил я и на лету внес изменения в конструкцию. Станки разогнались настолько, что начали конвульсивно трястись, что наверняка плохо сказывалось на качестве ткани.

Пожалуй, я слегка перестарался с мощностью. Это была самая крупная из всех машин, что я строил. Железный монстр, размером с небольшой домик, гордо дымил копотью из длинных труб, что возвышались метров на десять, над крышей завода. Тяга была такова, что ветер засасывался в топку со свистом. В отличие от прошлых, сравнительно небольших машин, сдвинуть эту с места было попросту нереально, даже если бы Уильям пригнал всех четырех химер. Такой паровой агрегат не стыдно было бы поставить на какой-нибудь броненосец, не то что на паровоз!

Целых четыре с половиной дня ушло на всё, да и то лишь потому что мне помогали работяги, а разрабатывать ничего не нужно было. Я лишь увеличил размер. Всё это время я оставался здесь и спал в одном из деревенских домов. Ездить в столицу и обратно было бы слишком затратно по времени.

— Похоже, придется расширять цеха. Думаю, я смогу поставить еще вдвое, а то и втрое больше станков. — Предвкушающе произнес Уильям. — Один лишь вопрос, сколько угля уйдет в месяц?

— Боюсь, тут я не могу вам помочь. — Развел руками я. — Впрочем, подойдет любое топливо, что горит, не обязательно уголь. Во всяком случае, я уверен, что мясо было бы дороже.

— Это так. — Согласился он, всё еще пожирая взглядом агрегат. — Надеюсь, она не сломается в ближайшие пару месяцев.

— Гарантирую, что не сломается.

Уильям рассмеялся и хлопнул меня по плечу.

— Я своему первому инвестору то же самое говорил! Не переживай, уж кто-кто, а я-то всё понимаю. Чтобы довести станки до ума мне понадобилось несколько лет. Прототип может казаться идеальным, но спустя какое-то время ты сам поймешь, как сделать его лучше.

— Это не прототип. — Нахмурился я. — Конструкция уже отработана.

— Ну... как скажете, ваша милость. Я лишь имел в виду, что поломка не поставит крест на нашем сотрудничестве. В отличие от остальных остолопов, я вижу большой потенциал в этом устройстве! Если вам нужны будут инвестиции — обращайтесь.

— Пока что мне нужно лишь чтобы вы выполнили заказ в срок.

— Четыре тысячи комплектов утепленной формы? Сделаю. Первая партия в три сотни отправится уже через три месяца. Боюсь, сначала я должен закончить уже имеющиеся заказы.

— Добро. — Согласился я и какое-то время мы просто смотрели на ревущую топку, в которой полыхало пламя.

— В каком-то смысле это похоже на то, что когда-то придумал я. — Сказал вдруг Уильям. — Я хотел, чтобы маги помогали работать простым людям. Обычный человек должен потратить уйму сил, чтобы разогнать маховик, но магу достаточно лишь махнуть рукой. Жаль, что в мире не нашлось магов, что поняли бы мою идею. Они не хотят работать вместе, они хотят лишь подчинять всех своей силе. Вы же решили обратиться к природе. Природа щедра, в отличие от жадных людей. Сила огня, воды и ветра всегда рядом. Речка не откажется течь, огонь не откажется греть. Скажите, как вы додумались до этого?

Он взмахнул рукой, указывая на движущиеся от силы пара, цилиндры. На долю секунды я испытал странный укол совести. Всё же, не я это придумал, лавры изобретателя казались мне незаслуженными. Любой возможный ответ казался фальшивым.

— А как вы изобрели свои станки? — Ответил вопрос на вопрос, я.

Уильям бросил взгляд в окно, где рабочие, сбиваясь с ног, меняли опустевшие бобины с нитью.

— Я думал над тем, как облегчить труд матери. Почему она должна часами переплетать нити, огрубевшими пальцами? Я мечтал, чтобы у меня был дар, чтобы я взмахнул рукой и вся работа была сделана сама собой. Признаюсь, в детстве я даже выдумывал заклинания, пытаясь пробудить магическую силу... Повзрослев, я понял, что магом мне не быть. Да и сами маги... Стали для меня разочарованием. Сказки о мудрых волшебниках были лишь детскими сказками. Магов больше волнует, как убивать друг друга, тратя меньше маны, а не заклинания для кройки или шитья. Поэтому я просто делал то, что мог. Только и всего.

С этим я спорить не мог. В Королевстве мало кто обучался общей магии, а стихийная была весьма ограничена и зачастую сосредотачивалась лишь на убийстве себе подобных.

— Если бы все делали что могли — наш мир был бы намного лучше. — Я похлопал паровую машину по горячему, железному боку. — Следите за свистком, если сработает предохранительный клапан — перекрывайте топку. И старайтесь заливать дождевую воду. А мне, боюсь, пора отправляться. Наверняка во дворце меня уже потеряли.

— Учитывая число шпионов у благородных домов, на вашем месте я бы на это не надеялся. Если хотите, я одолжу вам свой экипаж. — Он пожал мне на прощание руку. — Храни вас Единый, Виконт.

— Ты пропустил четыре тренировки! Где ты пропадал? — Накинулась на меня Эрин, едва я добрался до дверей своей комнаты.

— Дела были. — Буркнул я.

— Вроде убийства мантикоры на потеху толпе?

— Всё-то ты знаешь. — Буркнул я, попытавшись обойти её и открыть дверь.

Не тут-то было, белобрысая сделала шаг в сторону и преградила мне дорогу.

— Стоять! Мы идем на тренировку.

— Ну какая тренировка? Я хочу отдохнуть, а завтра утром отбываю из столицы.

— Тем более! Хочешь пропустить последнюю тренировку?

— Да, хочу. К тому же, ты сама говорила, что в них нет никакого толку.

— Именно! Я трачу свое время на то, в чем нет смысла. Так что прояви уважение и делай так, как я скажу!

На несколько секунд я завис, пытаясь понять логику этого странного умозаключения, но она от меня упорно ускользала.

— Погоди, так если ты признаешь, что в этом нет смысла, тогда зачем этим заниматься?

— Всё, хватит болтать, идем! — Она схватила меня за руку и потащила в тренировочный зал.

Я тихо выругался и побрел следом. Всё равно отцепиться от человека с силой бульдозера было трудновато, если не невозможно. Ну не стрелять же в неё!

— Ну, доставай меч! — Предвкушающе произнесла она, когда мы добрались до места.

— Ничего не понимаю. Как же ты убил мантикору?

Мой меч вновь валялся на полу, выбитый из рук в очередной раз.

— Закинул ей в глотку рунный шарик. — Пожал плечами я и подобрал меч.

— То есть, ты выступил против одного из самых опасных монстров надеясь на то, что она слопает всё, что ты ей кинешь, будто дворовая собака? — Недоверчиво спросила она.

По лицу было видно, что она в шоке от такой самонадеянности.

— Не говори ерунды. Разумеется, у меня были и другие варианты, как её убить. Просто вышло так.

— Славно. А то я уж думала, ты совсем тупой... Однако, я могу констатировать лишь то, что у тебя абсолютно нет таланта мечника. После арены я думала, что что-то поменялось... Но нет. Ты всё так же машешь мечом, как простой солдат. Боюсь, даже если обучать тебя годами, ты лишь приблизишься к уровню сержанта....

— Ничего нового я не услышал. С самого начала же сказал — это пустая трата времени... — Пробурчал я.

— Дай договорить! Бездна, сбил мне мысль. В общем, я хочу сказать, что всё равно готова с тобой заниматься. Вот.

— Спасибо, не надо.

— Надо! Ты же совершенно беспомощен. Нельзя постоянно надеяться на мимолетный фарт. Однажды тебе просто не повезет и ты погибнешь.

— Погибну и погибну, тебе-то какое дело? — Попытался отвязаться я.

Не спорю, порой разминаться было полезно, но тратить годы впустую я не собирался.

Белобрысая тем временем начала загибать пальцы.

— Во-первых, у нас политический союз.

Во-вторых, скоро мы станем родственниками, почти как брат с сестрой.

И в третьих, я всего лишь хочу тебя как-нибудь отблагодарить.

— Отблагодарить?

— Да, и если бы ты не умчался в первый же день после собрания, я бы сделала это не так запоздало. Спасибо. Я правда не хочу связывать себя браком, пока не превзойду тетушку.

— Не обязательно благодарить именно тренировками. Есть и другие варианты. — Подмигнул я.

— Какие? — Наивно распахнула глаза блондинка.

Подкол не удался, она его попросту не поняла.

— Мне нужны люди...

Эрин поморщилась.

— Я понимаю, но я правда не могу пока с этим помочь, ситуация не из простых...

— Мне не нужны рыцари. Просто обычных крестьян будет достаточно.

— Я не буду разрывать семьи и принудительно переселять людей. — Покачала головой она.

— Не нужно. — Произнес сердито я. Как будто я заставляю делать именно это! — Просто предложи им вариант. С подъемными не обижу.

— Тех, кто согласится — будет мало. Может я могу еще чем-то помочь?

Я задумался. Всё остальное я могу просто купить. Попросить денег? Это несерьезно. Моё положение не настолько печально, да и скоро я начну сбывать ядра и денег станет достаточно, несмотря на огромные закупки.

— Позаботься о дедушке. — Искренне попросил я.

Блондинка вдруг отвернулась, пряча лицо.

— Ты не останешься на свадьбу? — Произнесла Эрин куда-то в сторону.

— Нет.

— Понятно. Я позабочусь о нём, обещаю. А сейчас... Покажи напоследок, как ты сражаешься на самом деле. Покажи, как ты убил баронессу. — Глаза Эрин заблестели.

Я заколебался, показать свой козырь или нет. Зачем? Ради чего?

— Не доверяешь мне? — Чуть грустно произнесла та.

— Доверяю, но не вижу смысла.

— Быть может, нам придется биться плечом к плечу. Покажи, на что ты способен, а я покажу всё, что могу сама.

— Хм. Ладно, черт с тобой. Доставай меч.

Это было не вполне разумно, но я попросту не удержался. Слишком уж часто она унижала меня на тренировках, а если вспомнить первые тренировки, когда она выпускала мне почти всю кровь. Ух! Думаю, небольшой урок ей не повредит.

Эрин делает шаг назад и встает в стойку, выставив меч.

Выстрел!

Звон металла!

Клинок летит в угол зала, выбитый из руки тяжелой пулей.

— О! — Восклицает она, разглядывая безоружную руку. — Это было неожиданно. Давай еще раз, теперь я буду держать крепко.

Она призвала клинок к себе, одним прикосновением убирая вмятину на лезвии.

Ну, хочешь еще, так еще. Целюсь рядом с рукоятью, в середину меча.

Выстрел! Зал заволакивает пороховой дым.

Рукоять остается у неё в руке, а красное лезвие, сделав кувырок в воздухе, вонзается в дощатый пол.

— Хм. Слабо. — Заключает она с предвкушающим придыханием.

Да она издевается!

— Твой меч разломан пополам. Для тебя это слабо?

— Слабо, слабо, слааабооо. — Пропела Эрин, её лицо раскраснелось, и выглядела она в высшей степени довольно. — Признаю, сильнее стреломета и даже крепостного арбалета, но всё еще слабо. Это артефакт? Я не почувствовала магию, где ты его нашел?

— Артефакт, да. Неважно.

— Ты прав, неважно. Используй его на мне.

— Что?

— Выстрели в меня! Давай! — Она взмахнула отремонтированным мечом.

— Ты с ума сошла? Маньячка чертова.

— Ммм... пожалуйста? Пожаааалуйста! — Соблазнительно протянула она.

Её едва заметно трясло, а стойка была напряженной. Хочет попытаться отбить пулю, что ли?

Тщательно прицеливаюсь и вновь спускаю курок. Свинцовая пуля пролетает возле её уха, взметнув в воздух светлую прядку.

— Ты промазал! — Возмущается она.

— Ясное дело, я же не хочу тебя убить.

Глаза аристократки гневно сужаются.

— Еще. Раз. И целься. Лучше.

— Нет уж. Это тренировка, а не бой насмерть. — Я опустил револьвер.

— Тогда сегодня целителю придется собирать твои кишки с пола! — Разъяренно крикнула она и рванула вперед.

Кажется, не стоило намекать, что у меня есть возможность её убить. Это разъярило Эрин до белого каления.

Мгновенно поднимаю револьвер и стреляю на поражение.

Звенит металл, похоже она попыталась отбить пулю мечом. Безуспешно, пуля рикошетит от клинка и мчится к её груди. Но вдруг я чувствую волну магии и Эрин попросту исчезает. Деформированная пуля, кувыркаясь, летит дальше и врезается в стену.

Где она?

Сбоку свистит клинок.

Выстрел! Меч превращается в кинжал, разлетаясь на обломки. Вторая попытка отбить пулю ничего хорошего клинку не принесла. Чувствую надвигающуюся волну и сразу же глушу её. Прямо передо мной появляется Эрин. Близко. Но не так близко, как она рассчитывала.

Револьвер упирается ей в живот, а спустя доли секунды моя шея чувствует укол лезвия. Мы замерли.

— Ты не выстрелил. — Заметила она странным голосом, в котором чувствовалось и осуждение, и облегчение.

— Мои кишки тоже при мне.

— Да. Похоже на то. — Произнесла она, пододвигаясь ещё ближе. Прижимаясь к стволу так близко, что я забеспокоился, как бы случайно не спустить курок.

— Ты слишком близко.

Она отстранилась.

— Прости, увлеклась. Кхм, ладно. Думаю, я примерно поняла, что к чему, но ты слишком полагаешься на артефакт и способность прерывать магию. Тебе нужно больше разнообразить приемы, если противник будет готов — скорее всего ты проиграешь.

Фыркаю.

— Поэтому я и не хочу, чтобы мой противник был готов. Достаточно застать его врасплох один раз. До второго раза он не доживет.

— Понимаю. Тогда мне тоже надо раскрыть все карты, верно? Только не тут, этот зал слишком хрупкий. Пойдем в тот, где я обычно тренируюсь.

В двери кто-то осторожно постучал. Спустя секунду в проеме показалось лицо слуги.

— Господин Кондор, его Высочество требует аудиенции сегодня вечером, после заката.

— Какое из Его Высочеств? — Уточнил я, но интуиция уже тревожно пищала на границе сознания.

— Его Высочество Третий Принц, Дастан Дорн. — Пафосно возвестил слуга.

Пожалуй, перед тем, как с ним встретится — надо будет перезарядить револьвер.

— Ты уверен, что стоит идти на встречу с ним? — Спросила она, когда слуга ушел.

— Почему бы и нет? — Ответил вопросом на вопрос я и крутанул барабан револьвера. Еще две пули.

— Потому что это подозрительно и против всех протоколов.

— Ну и что? Не попытается же он меня убить прямо во дворце.

— Кто знает... Я бы не была так уверена.

Пожимаю плечами.

— Пускай попытается.

— Ты слишком самоуверен. Твой артефакт неплох, но не более. Будь это реальный бой, соглашусь, я была бы тяжело ранена. Но уже через секунду ты лишился бы головы. Для тебя это в лучшем случае ничья.

— Возможно. — Не стал спорить я. В конце концов моя задача — собрать и вооружить верных людей, а не воевать лично.

Эрин недовольно фыркнула и поправила прядку волос.

— Похоже у тебя сложилось неверное представление о моей силе. Пойдем в мой тренировочный зал! — Твердо заявила она.

— Мне нужно подготовиться к встрече с Третьим. — Попытался съехать я. Хватит уже тренировок на сегодня.

— Вот поэтому ты и должен пойти со мной. Я же вижу, что у тебя совершенно неверное представление о его силе. Да и о твоей — тоже. Это может спасти тебе жизнь!

— Ладно, ладно. Только ненадолго. — Сдался я и она довольно хлопнула в ладоши.

Тренировочный зал Эрин весьма отличался от того, в каком занимались мы. Полностью стальные стены были покрыты глубокими бороздами, а каменный пол выглядел холодным и чертовски твердым. Не хотел бы я на него падать!

Посередине зала лежало что-то железное, свернувшееся в шар, диаметром примерно с человека.

— Честно говоря, не ждала гостей, иначе бы накрыла его тканью для пущего эффекта. — Произнесла Эрин, приглашая подойти поближе к железной штуке.

— Что это за хрень?

— Это Миша. Мой тренировочный голем.

Блондинка похлопала ладонью о массивную стальную пластину в середине шара. На ней нетвердой рукой было вырезано слово «Мишутка».

— Мишутка? — Скептически произнес я.

— Ну да, я его так назвала. Отец помог мне вырезать эту надпись, чтобы я не била в это место. Передний доспех голема очень крепкий, но за ним — ядро и магические круги. Если их повредить — починить голема будет невозможно. Вернее, придется везти его в Содружество и стоить это будет нереальных денег, ведь его ремонт будет незаконным. Так... Миша, просыпайся!

В глубинах шара что-то заскрипело и он развернулся, увеличившись размером раза в три. Безликий, полированный металл вместо лица, шесть паукообразных ног, кончающихся железными когтями, четыре длинных лапы и бочкообразное тело, что делало голема похожим на паучьего кентавра. Ну или на одутловатого, четырехрукого мужичка, что оседлал паука.

Кто мог додуматься назвать эту страхолюдину Мишуткой?

— У тебя в детстве не было мягких игрушек для сна? — Поинтересовался я у довольной Эрин.

— После тренировки Миша довольно теплый. Уверяю, с ним тоже можно спать в обнимку... Когда он не пытается тебя убить. Миша! Война!

— Война! — Протяжно заскрипел голем и в ту же секунду его острые лапы со свистом рассекли воздух в том месте, где только что стояла Эрин.

— Хочу уточнить! — Крикнула она и тут же уклонилась от следующего удара. — Миша называется тренировочным големом лишь потому что я с ним тренируюсь. Так-то это боевое орудие времен распада магократии. Он не остановится, пока не убьет всех магов, что чует!

Высекая искры из каменного пола, голем гонялся за Эрин по залу, безуспешно пытаясь разрезать её на части размашистыми ударами.

Я покачал головой, внимательно наблюдая за его действиями. Боевой робот, значит? Скорее заводная игрушка. Он не анализировал, не думал. Он просто поворачивал свою голову в сторону Эрин и мчался к ней, неуклюже, но быстро перебирая лапами. Он не фехтовал, он просто размахивал лапами-клинками. Быстро. Сильно. Но многие его удары были бессмысленны, они изначально были нацелены мимо цели. Или может в том и дело, что удары не были нацелены вовсе?

— Эй, почему он не атакует тебя? — Возмутилась девушка. — Миша, убивать слуг!

— Убивать! — Проскрипел голем, продолжая безуспешно пытаться догнать Эрин, что раз за разом изящно уклонялась от его лап.

Вдруг она исчезает, и лицо обдает потоком воздуха. Сзади меня!

Голем тут же поворачивается и несется ко мне!

Все мои пренебрежительные наблюдения тут же были отброшены, когда на тебя прет трехметровая, стальная хрень, размахивающая клинками, будто мельница — тут уже не до слов, что машет он недостаточно точно!

Выругавшись, делаю два выстрела в овальную голову голема. Голова дергается, пули оставляют уродливые борозды на полированном металле и... всё.

— Срань! — Кричу я и отступаю. Перед лицом мелькает клинок, но голем продолжает движение дальше. Похоже, в Эрин он видит приоритетную цель.

— Теперь понял, что я имела в виду, когда говорила «слабо» о твоем оружии? — Весело рассмеялась девушка. В этот раз она не отступает.

Достав клинок, она отбивает удары с такой частотой, что кажется будто она играет на барабане. Цзынь-цзынь-цзынь!

— На самом деле блокировать довольно легко, он действует по одному шаблону. Может, ты тоже попробуешь?

— Издеваешься? — Спросил я, доставая с ремня пороховницу.

— Немного. Так что, может мне отступить из зала и закрыть за собой дверь. Справишься с Мишей?

В принципе, если иметь в арсенале что-нибудь кумулятивное были бы шансы... Но сейчас — нет. Разве что попытаться, прикоснувшись, изменить его форму. Но как подойти к штуке, что машет четырьмя клинками, словно взбесившийся вентилятор? Хм, а могу ли я высосать из него магию?

Убедившись, что антимагией я не подставлю Эрин, обращаюсь к своему искаженному дару. Волна направляется к голему и...

Его голова поворачивается на сто восемьдесят градусов, прямо ко мне.

Забыв про Эрин, голем мчится прямо ко мне. В лицо бьет рукотворный ветер от вращающихся клинков! Швыряю в железяку револьвер, но он даже не достигает голову, отбитый клинком.

Выхватываю меч и пытаюсь отскочить вбок, чтобы иметь дело лишь с двумя клинками из четырех.

Первый же удар чуть не отрывает руку, силища у этой штуки абсолютно дурная! Но полученный импульс позволяет откатиться в сторону, выигрывая пару секунд. Клинком сражаться нереально, но...

Превращаю меч в длинную цепь и швыряю на вентилятор из клинков.

Звон!

Намотавшаяся на клинок, цепь с такой силой бьет по каменному полу, что в воздух летят осколки! Но уже через секунду, она встречается со вторым клинком и наматывается и на его тоже. Отвратительный скрежет царапает слух, заклинило!

Вот только вторая пара клинков всё еще рассекают воздух по кругу, а я теперь безоружен.

Голем поворачивается ко мне «рабочим» боком и вдруг замирает. В его голове торчит клинок Эрин.

— Ты додумался кинуть цепь пока я прыгала с ним вокруг или когда он помчался на тебя? — Странным голосом спросила она.

— Второе.

— Хм. Я попыталась так сделать лишь на второй час тренировки. Тебе очень повезло, обычно он отбивает цепи.

— Если бы у меня была еще секунда на размышление и немного времени, я бы сплел стальную сетку. В ней бы он точно запутался. — Возразил я.

— А что делал бы, если бы я его не остановила?

— Попытался бы сблизиться с ним и прикоснуться, чтобы преобразовать.

— Он защищен от магии, у тебя бы не вышло.

— Пускай он защищен. Но вот мой клинок — нет. Я бы продолжил преобразовывать цепь, пока не заклинил все его шарниры, только и всего.

Эрин вздохнула.

— Теперь я даже жалею, что остановила его так рано. Хотелось бы на это посмотреть. Что ж, поздравляю, теперь мне кажется, что у тебя есть небольшой шанс и против Третьего Принца.

— Только небольшой? — Удивился я.

— Чисто логически, у тебя нет ни одного шанса. Но теперь я допускаю, что выкинешь безумный фортель и каким-то чудом его победишь.

— Чудом? — Фыркнул я. — Может, моё оружие и не сработало против этого железного громилы, но Принц — всего лишь человек. Плоть и кровь не сможет противостоять свинцу.

Она покачала головой.

— Знаешь, почему я до сих пор ни разу не смогла победить Вторую Герцогиню в бою?

— Потому что она сильнее? — Сыграл в Капитана очевидность, я.

— Нет. Даже сильный может совершить ошибку. Даже сильного можно застать врасплох. Но тетю — нет. Её боевое чутье настолько чудовищное, что кажется, будто она видит будущее. Она уклоняется от ударов, которые ей только планируют нанести. Ты не сможешь её удивить. Ничем и никогда. Предвидение сделало её одной из сильнейших людей Королевства.

— Я не собираюсь сражаться с ней.

— Возможно. А теперь небольшая история: когда на прошлом турнире у них с Принцем был спарринг, Дастан одержал победу в три удара. Честно говоря, я хотела сбить с тебя спесь с помощью голема, но... Просто скажу — будь осторожен. И не зазнавайся.

— Беспокоишься? — Улыбаюсь я.

— Наша ветвь не может позволить себе терять союзников, их и так мало. — Уклончиво ответила она, отведя взгляд.

— Не волнуйся, мы с ним просто поговорим.

Почти искренне заверил я и отправился искать револьвер.

Третий Принц сидел за столом, скрестив ладони. Большие, в человеческий рост, маятниковые часы мерно продолжали свой ход.

Тик-Так, тик-так, тик-так.

Непревзойденно точно, раз за разом, маятник двигался туда-сюда. Без ошибок и задержек.

Вот бы все его планы срабатывали так же! Но, увы...

С тихим шелестом минутная стрелка подошла к границе. Время пришло, обязательный протокол соблюден.

— Впускай его. И оставь нас одних. — Приказал Дастан своему слуге.

Дверь кабинета открылась и внутрь зашел молодой, чуть бледный парень и коротко поклонился.

Внутри Дастана кольнула вспышка раздражения, поклон был недостаточно низким. Но он привычно подавил её, сейчас ему требовалось быть дружелюбным.

— Рад, что вы смогли посетить меня сегодня, Виконт фон Кондор. Прошу, присаживайтесь.

Гость сел в кресло, почему-то придерживая что-то похожее на кожаный подсумок у себя на поясе. Что там? Фляжка с зельем? Мешочек огненных кристаллов? Неважно.

— Видите ли, Виконт, недавно до меня дошли ужасные новости. Оказывается, Второй Герцог объявил награду за вашу голову.

— Вот как... — Задумчиво протянул Кондор.

Подбодренный отсутствием негативной реакции, Дастан достал из ящика толстую кипу бумаг и протянул собеседнику.

— Здесь все доказательства. Доклады шпионов. Показания свидетелей. Боюсь, то, что Торн фон Штейгер готовил ваше убийство руками... — Принц ловко вытащил из кипы листов тот, на котором красовался нарисованный от руки портрет совсем молодой девушки. — ...руками изгнанной из Аширии наемницы, по прозвищу Красная шапочка.

Явно заинтересованный Виконт принялся внимательно листать бумаги и Дастан расслабленно откинулся в кресле, похоже, до гостя дошла серьезность ситуации.

— Рост сто сорок три сантиметра? — Весело спросил Рэндал, не сдерживая улыбку.

Чертов недоумок, как будто рост как-то влияет на силу мага.

В этот раз укол раздражения был сильнее, но Дастан вновь сумел его подавить и дружелюбно улыбнутся.

— Кхм, друг мой! Вы должны понимать, что рост — это не главное в боевой мощи мага. Эта особа не только младший маг огня, она чистокровная аширка и обладает великолепным сродством с огнем.

— Понятно, понятно. — Лишь отмахнулся Виконт, еще сильнее раздражая Принца.

Взяв себя в руки, он вновь попытался достучаться до дурня.

— Будьте уверены, это очень опасный человек. Она предала свой народ, сожгла здание Огненного Совета, опалила бороду самому председателю и убила бесчисленное множество людей. Это не знающее чести и преданности, испорченное, ненасытное существо! — Драматические повысил голос Дастан.

Виконт же степенно кивнул.

— Это так, ненасытнее некуда. Никак не нажирается.

— Эм, верно. — Произнес Принц, чуть выбитый из колеи странной фразой. Что, черт побери, с этим человеком не так? Весь план на разговор идет коту под хвост, он просто не показывает те реакции, на которые рассчитывал принц. Мозг на время отстранился от далеких планов, чтобы осмыслить текущую ситуацию, но игру стоило доиграть.

— Ладно, если это всё, то я пойду. — Кондор аккуратно сгреб бумаги и постучал ими по столу, выравнивая стопку. — А бумаги я возьму, как сувенир, если вы не против.

— Разумеется это не всё, зачем я вас пригласил. Видите ли... До меня дошли проверенные новости, что Второй Герцог прямо сейчас ведет закулисные переговоры прямо за вашей спиной, Виконт. Ваш дед пытается договориться с человеком, что заказал ваше убийство! — Патетично воскликнул Принц.

Он ждал чего угодно. Гнева. Недоверия. Возмущения.

Но Виконт лишь равнодушно пожал плечами.

— Пускай. Земля круглая, посчитаюсь с ним потом.

— Но... — Дастан на секунду замялся. Земля круглая. Круглая земля. Разум вцепился в странную фразу. — Что вы имеете в виду?

— То, что я когда-нибудь отомщу ему, только и всего. Кстати, перед смертью Баттори произнесла интересную фразу...

— Ну, вы же не будете верить демону на слово. — Деланно рассмеялся Принц. Проклятущая потаскуха, чьи мозги размером с орех. Как вообще можно что-то планировать, если все твои слуги столь некомпетентны? Завалить даже такую ерунду...

— Хорошо, не буду. — Пренебрежительно бросил Виконт и расслабленно развалился в кресле.

Какого Мерлина они поменялись местами? Этот разговор должен был стать еще одним маленьким делом на сегодня. Сказать пару слов и отправить Виконта, как стрелу в нужную сторону. Срывать переговоры между Торном и Королем. Астарот бы уже мчался в тронный зал, пуская пену от возмущения. Рэндал бы затаил гнев и обязательно придумал план, чтобы сорвать переговоры. А этот... ему плевать. На грани сознания забрезжила неприятная догадка. Кто же «этот»? Может, стоит проверить?

Натужно улыбнувшись, Дастан забросил крючок.

— Вы никогда не задумывались, почему в нашем Королевстве Четыре Герцога, но три Принца?

— Разве это как-то связанно? Количество герцогов зависит от того, сколько герцогств, а количество отпрысков у короля от числа герцогств не зависит. С тем же успехом он вообще мог быть бездетным... — Лениво ответил гость.

Никакой реакции на намек. Сделал вид, что не понял? Ведь он должен был это знать...

Скорее по инерции, терзаемый сомнениями Принц продолжил двигаться по заранее намеченному плану разговора.

Плану, что трещал по швам.

— Вернемся к тайным переговорам. Второй пытается склонить Короля не вмешиваться в раздел наследства Третьего. Представьте, Король только что заключил через вас союз с Клаусами, но уже обсуждает как их предать! Вы, кажется, неплохо общаетесь с Эрин, и видя, как вы смотритесь вместе, я даже готов забыть свою мимолетную идею о браке с ней. Друг мой, можете ли вы себе представить отчаянье этой милой девушки, когда окажется, что все надежды на королевские войска пойдут прахом? И благодарность, если вы сорвете эти мерзкие переговоры? Кажется, вы были против брака лишь потому что она не была в этом заинтересована... кто знает, может, она заинтересуется в спасителе её рода? — Дастан попытался надавить на мужскую гордость но... Вновь неудача. Виконт лишь фыркнул на его тираду.

— Эрин большая девочка, а я ей не нянька. Сама справится. Проблемы её рода — это проблемы её рода. Я могу лишь искренне пожелать ей удачи. Что-то еще, ваше Высочество?

В третий раз наплыв бешенства был такой силы, что моментально смел все барьеры. Странное поведение. Странные фразы. Земля не круглая, Бездна тебя дери, в конце концов!

Дастан вцепился рукой в столешницу из черного дерева с такой силой, что затрещали волокна. Он чувствовал, что мышцы на лице ему больше не подчиняются, они конвульсивно напряглись, искажая черты лица.

— Кто. Ты. Такой? — Прошипел Третий Принц, сквозь зубы.

С вами был Цокольный этаж, на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Наградите автора лайком и донатом:

Виконт Линейных Войск 3