Мрачная история в готическом стиле.Волчий край – отдаленные земли, дорога туда тяжела и опасна, население не велико. Что делать жителям одиноких замков, когда им угрожает оборотень?
Мятеж Роберта Вассера, продолжавшийся пять лет, был, наконец, подавлен. Войско короля, которое вел Зигурд Смелый, окружило Вассера, и вынудило принять бой.
Через несколько часов войско Роберта-мятежника было разбито, а сам он бежал, бежал с остатками своих людей, по раскисшим осенним дорогам в Волчий край.
Зигруд Смелый преследовал его по пятам. Едва Роберт закрыл ворота Блэкхауса, Зигурд был уже перед ними. И через месяц замок пал, а мятежник повешен в собственном дворе.
Тем временем король вел второе войско по восточной границе королевства, в землях баронов, сочувствующих мятежному Роберту. Но здесь уже знали о поражении Вассера, и войско Карла не встречало сопротивления, напротив, все спешили уверить Его Величество в своей лояльности.
Дольше всего король задержался в маленьком замке с потемневшими от сырости стенами и красной крышей. Принадлежал этот замок племяннику мятежного Роберта, Ансельму Вассеру, который никогда не поддерживал мятеж своего дяди. Несмотря на это, приближенные короля были немного удивлены, узнав, что его величество принял присягу от Ансельма Вассера и объявил его новым хозяином Блэкхауса и графом Волчьего края.
Через день после присяги, данной королю, Ансельм уехал в свои новые владения и снова все удивились. Такую поспешность сочли проявлением корысти и дурного воспитания.
Но вскоре об Ансельме Вассере забыли, потому, что король неожиданно покинул свое войско и с небольшим отрядом стражи умчался в неизвестном направлении. Говорили, что накануне он получил письмо от капеллана Зигурда Смелого. Будто вскрыв это письмо, король побледнел и велел седлать лошадей. А что было в письме, никто не знал.
Между тем, король мчался в Волчий край. Наступил октябрь и вовсю лили дожди, кони оскальзывались на раскисшей дороге. Маленький отряд летел вперед, меняя лошадей в каждом замке и не задерживаясь нигде.
Через три дня отряд короля въехал по каменному мосту под своды мрачного замка и остановился во дворе, залитом лужами. Серые плиты раскололись во многих местах, стены потемнели от дождя и сырости, и кое-где покрылись зеленоватым мхом.
Король спрыгнул на землю, бросил поводья конюху, оглядел полуразрушенные башни и стены поверх склоненных голов и звонко спросил:
– Это заброшенный замок?
– Нет, ваше величество, до войны здесь жила семья барона Даруа, мятежника, вставшего под знамена Роберта.
– Он выглядит так, будто его бросили несколько столетий назад. Почему Зигурд сейчас тут? В этом.. этом…
– Ваше величество, все случилось здесь. Перевозить сира Зигурда Теннера мы не рискнули – он был изранен… но мы вымыли бывшие покои барона и положили его на кровать и..
– В каком он состоянии? Что сейчас с ним?
Вперед выступил мужчина с простым крестьянским лицом и король узнал оруженосца Зигурда.
– Он очень плох, – просто сказал парень и король шумно вздохнул:
– Отведите меня к нему.
– Как это случилось? – спрашивал он взбегая по ступеням, вслед за оруженосцем Зигурда.
– Ваше величество, мой хозяин получил письмо. Я не знаю, от кого оно было, да только сир Зигурд очень расстроился, прочитав его. Мы как раз праздновали победу над мятежником – все веселились, а тут он прочел письмо и просто потемнел лицом.
Они уже поднялись на второй этаж и король, слушая парня, отмечал как грязно и холодно тут. Разве в такой обстановке должен лечиться его друг?
– Мы выехали в тот же час, как мой хозяин прочитал письмо, и прибыли сюда. СирЗигурд взял только меня и еще одного воина. Он оставил нас во дворе, а сам вошел внутрь. Мы ждали долго. Все было тихо и мы никого не видели, а потом услышали крик. Это кричал сир Зигурд. Мы с Жано бросились в замок и нашли хозяина на полу, изареного, всего в крови. Я остался с ним, а Жано помчался в лагерь..
– Он здесь? – спросил король, остановившись у двери. Парень кивнул и король вдруг услышал хриплый крик.
Внутренне содрогаясь Карл вошел в спальню со стенами из серого камня и высоким, закопченным потолком.
Посередине комнаты стояла огромная кровать. Сверху обрывками свисали остатки балдахина. В комнате было темно – слабый свет лился из окна, да всполохи огня из камина освещали ее. Человек, мечущийся среди подушек и одеял в отсветах дрожащего пламени, не мог, просто не мог быть Зигурдом Смелым. Это перекошенное страданием и болью лицо принадлежало кому угодно, но не ему!
– Что с ним?! – воскликнул король, после того, как человек на кровати изогнулся дугой и закричал так, что заложило уши.
– Огневица, ваша милость! – повернулся к королю один из лекарей, стоявших у постели. – Он весь был изранен. Некоторые раны загноились. Я думаю, он умрет сегодня к рассвету..
– Я привез своего лекаря, – грубо сказал король. – Пусть он придет сюда и посмотрит.
Шагнув к ложу, он позвал больного по имени:
– Зигурд! Зигурд, ты слышишь меня? Ответь!
Но человек на кровати не слышал никого – его лицо напоминало маску, а глаза закатывались, и изпод век видны были лишь белки, красные, воспаленные.
Король постоял немного у постели больного, прижав костяшки пальцев у губам. Вошел лекарь.
– Нет, он не дотянет даже до ночи, – внезапно понял король, чувствуя, как все внутри сковало горе и боль. – Зигурд, Зигурд, верный мой товарищ! Сколько раз ты спасал меня, сколько для меня сделал! Всю мою жизнь, с самых малых лет ты был рядом. Я привык полагаться на тебя как на старшего брата и верил во всем, и ты не разу не подвел меня… а я…чем я отплатил тебе за все это?! – вдруг с ужасом подумал король. – Я… я ничего не успел для тебя сделать!
– Зигурд! Я не знаю, слышишь ли ты меня, или нет, но знай, я всегда считал тебя своим братом! Я отблагодарю тебя за все, что ты сделал для меня! – воскликнул король. – Зигурд, я отдам тебе этот замок и все земли Даруа! Слышишь? Все это теперь твое! Ты же всегда хотел иметь свои земли?!
– Ваше величество, – положил ему руку на плечо кто-то из придворных. – Он умирает. Рыцарю Зигурду уже не нужны земли и титулы..
– Нет нужны! – выкрикнул король сбрасывая с себя руку. – Зигурд, я не оставлю твою сестру, я обещаю! Она унаследует за тобой твои владения! И я выдам ее замуж – за Ансельма Вассера! Он отличный человек, жаль ты его не знаешь! Они соединят свои земли – земли Вассеров и Даруа и твоя сестра.. она.. будет очень счастлива и богата.
Зигурд снова закричал, и сил троих лекарей едва хватило, чтоб не дать ему свалиться на пол. Тут же тело его начало бить дрожью, все сильнее и сильнее, и король услышал:
– Отходит.
Шумно втянув воздух, Карл оттолкнул солдата, стоявшего у двери, выбежал в коридор и крикнув:
– Выезжаем немедленно! – бросился бежать.
Придворные молча смотрели ему вслед.
Карл мчался прочь, подальше от этой спальни, где лежало тело, вовсе не похожее на прежнего Зигурда.
Но хуже всего было другое – вместе с горем потери, короля охватило чувство одиночества и страха. Нет больше верного Зигруда. И не на кого опереться. Никому не может верить король так, как верил Зигурду – во всем и до конца.
Он остановился и глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Казалось, черные стены ощутимо давили на него.
Так вышло. Нужно принять это и жить дальше. Дома, в столице он оплачет друга. Может быть воздвигнет в его честь статую, или построит церковь… и сестра, сестра Зигурда. Теперь до конца жизни он будет заботиться о ней в память о нем. Но все это там – в столице. А сейчас нужно бежать из этого мрачного замка, пропитанного смертью и криками.
Король развернулся, ища обратную дорогу в чужих, мрачных коридорах. Слышно было, как где-то капли мерно падают на пол.
– Кажется, все здесь промокло насквозь, – подумал король, прислушиваясь к шорохам и скрипам во тьме.
Что-то шлепнулось на пол с чавкающим звуком, прямо у него за спиной, и подпрыгнув от неожиданности, король развернулся. Никого не было. Он нагнулся, рассматривая пол, и тут что-то кольнуло его в спину. Выхватив меч, король с разворота ударил им, но меч разрезал лишь воздух – коридор был все так же пуст. На всякий случай он вытащил ладанку со святыми мощами из-за ворота. Выставив ее перед собой, король медленно пошел вперед, постоянно оглядываясь. Странное чувство не оставляло короля – ему казалось, что кто-то притаившись за углом следит за ним недобрым взглядом. И иногда он будто бы слышал чье-то мерное дыхание.
Наконец, миновав очередной коридор, король оказался в холле и увидел распахнутую входную дверь. С улицы доносились голоса и ржание коней. Еще раз глянув в темный коридор за спиной, его величество решительно спрятал меч и ладанку,и передернув плечами от ужаса и отвращения выбежал во двор. Грум подал ему коня. Остальная свита уже ждала в седлах.
Выбивая копытами фонтаны грязи лошади помчались прочь. Уже въезжая на мост, Карл обернулся и поднял руку, посылая последний салют другу.
Обратный путь выдался не легким – в тот же вечер, едва покинув замокДаруа, король почувствовал себя плохо.
– Вы простыли, ваше величество! Такая сырость! – сказал граф Вальдур. – Остановимся в первом же замке, чтобы вы могли отдохнуть!
Но король только помотал головой:
– Нет, мне нужно спешить в столицу. Я должен исполнить клятву, данную другу, пока его душа не ушла еще слишком далеко.
Когда миновали Волчьи земли, короля уже вовсю била лихорадка. Через два дня, он едва смог сесть на лошадь. Лекарь в замке, где они остановились на ночлег, умолял их остаться, но король ничего не хотел слушать.
До столицы они домчались за семь дней, хотя обычно этот путь занимал не меньше двух-трех недель. Спутники короля к концу пути тоже выглядели больными – от бессонных ночей и постоянной скачки. Король же едва держался в седле и придворные не понимали, откуда он черпает силы.
Его лицо было белым как снег, глаза запали, а на щеках алели пятна, словно майские маки. И все же он отказывался остановиться. На коротких стоянках, он ненадолго засыпал и во сне разговаривал то с покойным отцом, то с матерью. Слыша это, придворные с тревогой переглядывались и качали головами.
Едва добравшись до своего дворца в столице, король потребовал к себе нотариусов и глашатаев. За один час документ, объявляющий Зигурда Теннера новым бароном Даруа был составлен, подписан и оглашен. Едва король поставил последнюю подпись, перо выкатилось у него из рук, а тело пронзила такая дрожь, что все невольно вскрикнули. А затем тело короля выгнулось дугой над кроватью, глаза закатились и из побелевших губ вырвался хриплый крик.
Тут же все было кончено. Его величество Карл второй скончался не оставив детей законных, или незаконных.
Столицу охватили страх и недоумение. Кто станет новым королем? Люди на улицах стали разговаривать тише. Все боялись, что претенденты на престол ввергнут страну в новую гражданскую войну теперь, когда только-только отгремела предыдущая.
А еще ходили слухи, что вроде бы у границ император Вильгельм собирает войска.
В этой суете никто и не заметил, как в убогой тележке покинула город через северные ворота девушка лет двадцати. Ее сопровождала старуха-нянька и такой же старый солдат с бельмом на глазу. В возке притулился один единственный сундучок. Кляча миновала ворота и телега скрипя и раскачиваясь, поехала по размытой дождями дороге.
– Что это за клоуны? На крестьян не похожи. Бродячие актеры что-ли? – спросил караульный.
Второй страж покачал головой:
– Ты никогда не догадаешься! Это сестра героя – погибшего Зигурда Смелого, Мелисса Теннер. Теперь она стала баронессой Даруа. Покойный король подарил ей земли в Волчьем краю. Туда она и едет со старой нянькой и охраной.
Первый страж только воздел к небу руки:
– Этот старик – охрана?! Она сумасшедшая?! На дороге разбойники, зима вот-вот начнется! Если они доберутся до места, я очень удивлюсь! – и сплюнув сквозь зубы ушел.
Может быть, сам бог хранил Мелиссу Теннер, а может быть повозка ее не привлекала разбойников, но через месяц, в начале ноября, она миновала подъемный мост замка Даруа и остановилась во дворе.
Солдат, стоящий на карауле у ворот, презрительно оглядел ее бедное платье и малочисленный эскорт, сплюнул на землю и сказал:
– Чего вам тут надо, мисс? Ежели вы хотите арендовать участок, то вам нужно к управляющему.
Но Мелисса недаром была сестрой Зигурда Смелого. Она выпрыгнула из телеги, смерила стража ледяным взглядом и сказала:
– Встань и поклонись своей госпоже, страж!
И сказала она это таким грозным голосом, что стражник вдруг вскочил, и на самом деле ей поклонился. Но тут же пришел в себя:
Тьфу ты! Вот ведь сбила с толку! Нашлась тут.. госпожа!
Мелисса больше не обращала на него никакого внимания. Она пересекла двор и поднимаясь по лестнице к дверям замка бросила через плечо:
– Нянюшка, следуй за мной! Нам нужен управляющий. А ты, дядюшка Уэсли, выгрузи мой сундучок.
– Ты бы поосторожней, солдат, коли потерять место не хочешь, – между тем посоветовал дядюшка Уэсли, бравому стражу, рванувшемуся было вслед за молодой госпожой. – Это ведь и правда твоя новая хозяйка!
– Да что ты мелешь, – растерянно застыв на месте сказал страж с досадой. – Какая еще хозяйка?! Наш господин ничего не говорил про это!
Тем временем Мелисса миновала темную лестницу, пыльный холл и шла по коридору второго этажа, с неудовольствием оглядывая мрачные стены и запустение, царящие в замке. Пахло сыростью и грибами.
– Странно, нянюшка, – произнесла она, – окна выбиты и тянет сквозняком, а плесень все ж как-то прижилась.
– Намучимся мы тут, – вздохнула в ответ няня. – Какая громада! И на что вам этот сарай?!
Мелисса ничего не ответила и вскоре они подошли к арке, ведущей в залу. Оттуда доносилось тепло и человеческий голос.
– Ну вот, люди, – вздохнула нянька. – Я уж думала, что кроме того солдата у ворот, тут только призраки и обитают… Что с тобой, милая?! – вскричала нянька, видя как ее воспитанница побледнев схватилась за горло, а глаза ее стали огромными, в пол лица. Но не успела она подхватить свою воспитанницу, как та хрипло вскрикнув, метнулась в зал. Нянька бросилась за ней и вдруг застыла и начала истово креститься. А Мелисса, плача и повторяя:
– Зигурд! Зигурд, ты жив! Неужели ты жив! – обнимала сидящего в кресле у огня мужчину.
– Мелисса! Как же ты так быстро приехала?! Ох, Мелисса! Я послал за тобой в столицу, но верно вы разминулись!
– Я думала ты… тыууумер! – рыдая проговорила девушка. – В столице все так считали! И король, это сказал сам король!
– Я и впрямь чуть не умер, и чудом остался жив, – говорил брат, – едва- едва хожу, с костылями.
– Кхм… – простите, я невольно стал свидетелем семейной сцены, – произнес еще один голос и Мелисса, отпрянув от брата, увидела в соседнем кресле еще одного мужчину. Он был удивительно хорош собой – тонкое, аристократическое лицо, высокие скулы. Он смотрел на плачущую Мелиссу холодными голубыми глазами, и казалось, ему неловко видеть все это.
Мелисса вытерла слезы и поклонившись, вопросительно посмотрела на брата.
– Ох, простите, сударь, – сказал Зигурд, – все так неожиданно случилось, что я забыл про вас. Это моя сестра, Мелисса Теннер, она вот только что приехала из столицы и узнала, что я жив. Видно там меня давно похоронили.
Мужчина посмотрел на нее и сочувствующе кивнул, как бы говоря, не смущайтесь, мне ваши чувства вполне понятны.
– Ну а это наш сосед и сюзерен, Мелисса, – продолжил Зигурд. – Граф Вассер.
Мелисса вздрогнула:
– Вассер?!
– Не тот Вассер, – громим шепотом сказал брат, – Не Роберт-мятежник, а его племянник, Ансельм.
– О… – только и смогла вымолвить девушка, – простите.
– Ничего, я привык, что люди так реагируют на мой титул, – холодно ответил Ансельм и встал. – Не хочу мешать вашему семейному воссоединению, мне уже пора.
– Ох, ну что вы! – воскликнул Зигурд. – Нисколько вы не помешали! Мне было приятно, что вы приехали.
– Я вскоре снова вас навещу, – ответил граф, накидывая на плечи роскошный шелковый плащ, отороченный мехом.
– Да, кстати, – остановившись в дверях, он повернулся назад. – Предупредите свою сестру о том, о чем я говорил вам сегодня.
– О чем предупредить? – спросила Мелисса у брата.
– Да волки! Напали на пастуха в Мглистой долине!
– Не волки, а волк, – поправил Зигурда Ансельм. – Два дня назад волк убил пастуха возле стада в Мглистой долине, миледи. И это уже третье нападение на месяц.
– Ну,не даром эта местность зовется Волчий край, – ответил Зигурд.
– Даже в Волчьем краю волки редко нападают на людей, – резко сказал Ансельм. – И уж тем более, волк предпочтет пару жирных овец костлявому мальчишке – подпаску. Чтобы добраться до него волку пришлось убить трех собак. Не каких-нибудь комнатных шавок, а матерых волкодавов. После этого он убил мальчика, но есть не стал. Лишь придушил и бросил. Впрочем, как и псов. И произошло это не далее, как в трех часах езды от вашего замка, миледи. Вспомните об этом, когда вам захочется прогуляться верхом.
Не дожидаясь ответа, он поклонился и стремительно вышел из залы, только плащ взметнулся за ним, словно крылья летучей мыши.
– Ничего себе, – пробормотала Мелисса.
– А это кстати он и есть, – улыбнулся Зигурд.
– Кто – он?
– Да твой жених! Карл сосватал вас, когда я еще был в бреду. Он должен стать твоим посаженым отцом, наш король, раз уж он сам тебе жениха выбрал.
– Зигурд..
– А что? Он богат, хорошо воспитан, этот Ансельм. И в отличии от прежнего Вассера не мятежник. Вы соедините земли и это будет целое герцогство! Кто знает, может Карл пожалует Вассеру после вашей свадьбы герцогскую корону? И будешь ты герцогиней Вассер! Ты представляешь, малышка?
– Зигурд!
– Ну что? Только не говори мне, что граф тебе не по нраву! Я и слышать не желаю ничего такого! Может быть он и задавака, но..
– Зигурд! Выслушай же меня!
– Ну говори, что там еще..
– Король… вернувшись в столицу, он сразу умер от лихорадки. Карл второй уже два месяца лежит в гробнице и..
И тутЗигурд зашатался в кресле и побледнев съехал на пол.
Мелисса быстро осваивалась в новом доме. Наступил декабрь, и снег должен был вот-вот выпасть. Мелисса набрала в деревне женщин-поденщиц и вместе с ними скоблила и терла закопченные потолки и стены.
Мужчины из деревни под руководством старосты заколачивали деревянными щитами на зиму окна.
Вскоре, сквозняков стало меньше и запах плесени почти пропал.
Осматривая свои отмытые покои Зигурд сказал:
– Как хорошо, что ты приехала, Мелисса! Не знаю, как бы я перезимовал без тебя!
– Если ты мне и правда рад, то разреши мне поехать на прогулку! – взмолилась девушка. – Я целыми днями мою и скребу! А мне так хочется увидеть лес до того, как выпадет снег!Зигурд!
Но вмиг посерьезнев, он только покачал головой:
– Нет, нет и нет. И не проси меня! С того дня, как ты приехала в округе было еще два нападения! Этот волк очень опасен!
– Так мне и сидеть тут взаперти?! Обиженно надула губы Мелисса.
– НуМелли! Пойми ты! Был бы я как прежде здоров, сел бы на коня, выследил и убил бы ту скотину! Но я… – тут он махнул рукой и отвернулся.
У Мелиссы сердце сжалось. Ее брат после болезни стал калекой. Не мог не то чтоб сидеть на коне, даже по замку передвигался с трудом. И хотя он делал вид, что все в порядке, Мелисса понимала, как он страдает.
– Так что жди, скоро приедет граф Вассер, вот с ним и его воинами можешь кататься сколько тебе угодно. Только я с вами тоже поеду. В повозке.
– Ну и езжай со своим графом Вассером! – снова надулась Мелисса. – Он злой! Нет, помолчи, ты просто не понимаешь, Зигурд! В нем есть что-то ужасное! Я не удивлюсь, если он как-то связан со всеми этими нападениями!
Тут Зигурд вспылил. Оборвав ее взмахом руки, глянул так яростно, что Мелисса попятилась:
– Что ты несешь, Мелли?! Чтоб я больше от тебя такого не слышал! Граф Вассер натравливает волков на людей! Ты с ума сошла! Да граф Вассер не спит ночей, ездит по округе с лучшими охотниками и мечтает избавиться от зверя!
– Я конечно мало понимаю в охоте, но ведь он так и не поймал волка, да? Сколько нужно времени, чтобы с отрядом «лучших охотников» выследить одного волка, Зигурд?
– Молчи. Ты и правда ничего не понимаешь в охоте. Думаешь так просто поймать волка одиночку, который и сам неплохой охотник? Думаешь, волк ждет у дороги – сидит и смотрит, ах, когда же приедут охотники и спустят с меня шкуру?!
– Не кричи, брат, – сказала Мелисса. – Может быть ты и прав, но за две недели волк убил уже троих, а граф и его люди не нашли даже следов. Зигурд махнул рукой и ушел, и сколько потом Мелисса не упрашивала, Зигурд так и не позволил ей поехать на прогулку. А в конце декабря выпал снег.
Мелисса проснулась в то утро и не сразу поняла что случилось. В комнате было слишком светло для раннего часа. Тут она увидела, как за окном кружат пушистые хлопьяи вскочив с постели подбежала к окну. Весь двор был бел и чист. Снег спрятал уродства и неровности плит, приукрасил разрушенную башню. Мелисса радостно захлопала в ладоши и закричала:
– Нянюшка! Няня! Ты видишь это? Снег выпал!
Но кресло, в котором старушка обычно ожидала ее пробуждения, стояло пустым. Мелисса оглядев комнату еще раз, словно надеясь увидеть няню в шкафу, или на столе, подошла к двери и приоткрыв ее крикнула в коридор:
– Няня?
Никто не ответил. Девушка подошла к тазу для умывания и увидела, что кувшин, который няня заботливо наполняла водой каждое утро, пуст.
Тогда кое-как зашнуровав платье, Мелиссапошла искать старушку.
– Скорее всего, няня сидит в кухне и пьет чай, – говорила она себе.
Но в кухне ее не видели с вечера. Не было ее и в кладовой и в столовой. Все больше и больше волнуясь,Мелиссанакинув плащ, выбежала во двор. Обежала сараи и службы, но нянюшки не было нигде.
– Я ее видел, ваша милость, – сказал страж. – Вчера ночью она вышла за ворота, за мост. Я спросил ее, куда она идет, но ваша няня отмахнулась и сказала, чтоб я не лез не в свое дело…
– Когда это было?! Вчера вечером? И она до сих пор не вернулась?! – чувствуя, что срывается на крик, сказала Мелисса.
– Она свернула влево и пошла вдоль стены, миледи, – смущенно ответил страж. – Я стою тут с самого вечера и видел бы, если б она вернулась…
– Но как ты мог отпустить ее?! Зачем позволил выйти?!
– Я думал, она идет по вашему поручению, миледи…
Мелисса выбежала за ворота и пересекла мост. Куда теперь?! Где искать няню?!
– Миледи, стойте, стойте, вам нельзя туда одной! – кричал позади страж, но она только отмахнулась и побежала вдоль стены. За ночь снегом завалило все поле. На девственно чистом ковре еще виднелась цепочка одиноких следов. Мелисса пошла вдоль нее, чувствуя, как сердце сжимается от дурное предчувствие. Мелисса вдруг заплакала, сама не зная почему. Она все шла по следам, сжимая ворот плаща у горла и вдруг замерла, как вкопанная – на снегу впереди что-то лежало.
-Нет. Этого не может быть… нет, я не верю. Это кто-то другой лежит на снегу, это не она. Не может моя добрая, дорогая няня, лежать тут в снегу с таким синим, таким чужим лицом.
– Нет, это не она, – проговорила Мелисса и опустилась в снег возле трупа. – Нет.
– Что вы делаете, миледи?! – раздался раздосадованный окрик и она сморщилась:
– Ох, только не сейчас! Откуда тут взялся этот мерзкий АнсельмВассер?! Сейчас совсем не нужно, чтобы он был тут. Пусть уйдет и оставит ее с ее горем наедине!
Снег заскрипел совсем рядом и руки грубо вздернули ее вверх. Мелисса оказалась в седле, а АнсельмВассер возмущенно спросил:
– Вы верно с ума сошли?! Умереть хотите?! Что вас понесло сюда?!
– Оставьте меня! – выкрикнула она. – Это моя няня, дайте мне поплакать возле нее!
– Вы верно ослепли! – он кипел от гнева. – Вы видите следы на снегу?! Он совсем недавно был здесь!
– Кто? – непонимающе переспросила она, а потом снова взглянула на неподвижное тело няни. Да, прежде она не видела ничего, кроме нее, а теперь заметила на снегу цепочку волчьих следов. Огромных следов, идущих прочь от тела.
Вскрикнув, она прижала руку к губам.
– Вместо того, чтоб гнаться за зверем, мне придется везти вас домой, миледи! – с досадой высказал он и тронул коня.
Мелисса, придавленная горем и страхом, не ответила.
Он ссадил ее возле моста, а сам умчался в облаке снега, в вихре людей и собак. Мелисса слышала как охотники кричали :
– След свежий, сейчас возьмем!
Но в тот день они никого не поймали: через час снова пошел снег и завалил все следы. Охотники вернулись в замок под вечер раздосадованные своей неудачей.
За это время нянюшку успели обмыть и переодеть в новое платье. В руки ей вставили восковую свечу и тело положили в гробу, в домашней церкви, чтобы все могли попрощаться с ней.
Послали за пастором. Он приехал вечером, почти одновременно с охотниками и Мелисса пошла к брату, чтобы сказать, что пастор уже здесь, но Зигурда не было в его комнате. Мелисса вспомнила, что не видела его с самого утра и вдруг, испугавшись, помчалась по замку разыскивать его. В голову ей лезли дурные мысли. К счастью Зигурд скоро нашелся – он стоял, опершись на костыли, в холле, рядом с охотниками, и увлеченно с ними разговаривал. Увидев Мелиссу, кивнул ей и крикнул:
– Сестренка, распорядись, чтоб накрывали столы в большом зале!
Мелисса ходила между людей с красными опухшими глазами. Раздавала указания тусклым, бесцветным голосом. За стол сели тридцать человек – Зигурд, Ансельм, его охотники и пастор. Мужчины ели молча, почти не разговаривая между собой. В зале ощутимо витали тревога и страх.
– Госпожа баронесса! – окликнул ее пастор и Мелисса не сразу поняла, что он обращается к ней. Вынырнув из печальных раздумий, она ответила:
– Что вам угодно, падре?
– Я хотел бы, чтобы господин барон и вы позволили мне собрать в зале всех людей, что есть в замке. Мне нужно сообщить важную, но не очень приятную новость.
Мелисса глянула на брата. Тот хмуро кивнул. И тут она заметила, что Ансельм Вассер смотрит на отца Валентино так, словно хочет задушить его своими руками. Он заметил ее взгляд и отвернулся.
Вскоре в зале собрались все, кто был в замке. Включая конюхов и псарей. Дворовые робко жались вдоль стен. Мелисса теперь все время поглядывала на Ансельма Вассера, но тот играл с завязками плаща и угрюмо смотрел в стол.
– Добрые жители замка Даруа и его гости! – падре Валентино встал из-за стола и вышел на середину зала. – Я должен рассказать вам ужасную весть. Сегодня я осмотрел покойную нянюшкуБланше, которую убил волк, и понял, что это не простой волк…
По залу пронесся рокот голосов.
– Я так и знал, что с этой тварью нечисто, – громко сказал один охотник другому.
– Это не обычный волк, не лесной зверь, который возжелал человеческого мяса, – продолжал пастор. – Нет, это страшное чудовище, поднявшееся из самых глубин ада. Увы, это оборотень гуляет по нашим лесам, убивая людей.
Кто-то из женщин взвизгнул и теперь заговорили все разом.
Зигурд с трудом встал на ноги, держась за крышку стола.
– Мессиры!
В царящем шуме его никто не услышал.
– Почему молчит Ансельм Вассер? – вдруг подумала Мелисса. – Он – сюзерен этого края и он должен сейчас что-то сказать людям, но он молчит…
– Мессиры, – рявкнул вдруг Зигурдтак, что звук эхом прокатился по залу. Все замолчали и уставились на него.
– Прежде я был хорошим воином, и случись бы такое прежде, я б сел в седло и помчался в поле. Но теперь я калека. Чтож, пусть так, но все же я могу помочь. В прежние времена мне случалось общаться с охотником на оборотней. И я могу многое рассказать вам. Ну а пока командовать охотой конечно будет наш сюзерен – граф Вассер.
Мелисса следила, как граф встал, неохотно сказал несколько фраз и сел на место. Наверное, многие думали, что граф расстроен. Все же оборотень, это не обычный зверь. Но Мелисса чувствовала, что под хмурой маской Ансельма скрывается что-то иное.
После ужина все разошлись по комнатам. Мелисса скользнула в нишу в стенеи дождавшись пока все пройдут мимо, выглянула наружу.
– Куда ты собралась?! – рявкнул над ухом Зигурд так громко, что она испуганно вскрикнула.
– Что ты пугаешь меня! Я просто хочу побыть вместе со святым отцом у гроба няни!
Зигурд минуту молча рассматривал ее лицо:
– Я надеюсь, Мелли, что ты понимаешь как все серьезно, да? И не будешь делать глупостей?
– Зигурд, я..
– Ты не будешь выходить сегодня из замка даже во двор. И никуда не пойдешь после молельни! Обещаешь?
Она кивнула.
– А завтра, на рассвете, ты уедешь отсюда в Блэкхаус, вместе с Ансельмом Вассером и будешь там жить, пока оборотня не поймают.
– Нет! – вскрикнула она. – Нет! Ты с ума сошел, Зигурд?! Это… это неприлично!
– С тобой поедут служанки и камеристка.
– Но это.. это невозможно!Вассер..
– Вассер – здоровый мужчина, окруженный воинами. И он защитит тебя лучше меня. Ты едешь, Мелли. И не спорь.
Он прошел мимо, не желая слушать ее возражений.
Мелисса снова вернулась в нишу и прижалась к стене. Из-за подступивших слез дыхание сбилось. Почему? Почему Зигурд не понимает, не чувствует, что с Вассером не все в порядке? Он же так странно себя ведет!
– Но как он понял?! – произнес за углом чей-то голос.
– Ведь он – священник. Это его работа, искать оборотней, – ответил второй мужчина и Мелисса узнала голос Ансельма Вассера.
Шаги приближались. Она еще сильнее вжалась в стену.
Двое мужчин прошли мимо и скрылись за поворотом.
– Боже мой! – простонала она едва слышно. Первой мыслью Мелиссы было пойти к брату и все ему рассказать, но тут она поняла, что Зигурд ей не поверит. Решит, что она все выдумала, чтобы не ехать в Блэкхаус. Мелисса задумалась, а потом развернулась и бросилась в другую сторону. Ей нужно было срочно найти священника.
Отец Валентино стоял у изголовья гроба с молитвенником в руках. Вокруг горели восковые свечи, как на заупокойной службе, и пахло ладаном. Мелисса удивилась:
– Почему он читает все эти молитвы? Разве не нужно прочесть их завтра, во время погребения?
Она тихонечко вошлаи опустившись на колени начала повторяла за пастором слова молитв.
Спустя два часа пастор окончил службу и обратился к ней:
– Мне нужно уехать еще до рассвета, госпожа баронесса. Поэтому я и провел заупокойную службу сейчас – спешу в обитель, чтоб рассказать все святым отцам и попросить совета о том, как сладить с этой тварью. Во время похорон вы можете прочесть несколько молитв. Я оставлю вам…
– Меня тоже не будет на церемонии, – с горечью перебила Мелисса. – Брат хочет, чтобы я уехала с Ансельмом Вассером.
– Вот как?Значит барон Даруахочет вашего отъезда в Блэкхаус… Ну что ж.. В замке Вассера сейчас гораздо безопаснее, чем здесь, – ответил священник и Мелисса почувствовала, что он очень удивлен ее отъездом.
– Почему? Почему там безопаснее? – спросила Мелисса. – Оборотень же не сможет взобраться по каменным стенам?!
– Не может, но… он убил вашу няню почти у ворот.
Он отвернулсяи начал собирать книги, четки и прочие вещи.
– Падре, – решилась Мелисса. – Я случайно слышала, какодин человек сказал другому, что вы все знаете. Я думаю, вам нужно рассказать все моему брату..
– Брату? – переспросил пастор и рука его, собирающая четки замерла.
– Да, брату. Он сможет вам помочь, нужно только открыть ему глаза! И мне. Скажите мне, падре! Я тоже должна знать, что происходит!
– А кто сказал, что я догадался, дитя мое? – священник смотрел на нее очень внимательно, настороженно.
– АнсельмВассер, – выдохнула она.
– Вот как… что ж… значит Вассер знает…
Наконец он собрал вещи и пошел к двери.
– Падре! Неужели вы не скажете мне о чем вы догадались? Вы уедете и оставите меня в опасности?!
– Дочь моя, – немного поколебавшись сказал он. – Я не знаю, что для тебя опаснее – знать, или не знать. В любом случае, все, что нам остается – это положится на волю господа нашего и во всем на него уповать. Молись, дитя мое и если господу будет угодно, он спасет тебя. Прости, больше я ничем не могу помочь… И перекрестив ее он вышел.
На рассвете в комнату Мелиссы застучали:
– Мелли! Вставай! Пора ехать, – прокричал Зигурд и ушел. Вошли служанки, засуетились вокруг нее.
Мелисса позволила им одеть ее, обуть и даже съела кусок хлеба с медом. Наконец вышли во двор. Мелисса увидела тройку, запряженную в сани и расплакалась. Ансельм уже сидел в седле. Увидев ее слезы, он отвернулся.
Вышел во двор, опираясь на костыли Зигурд.
– Вы уже можете спускаться по лестнице? – спросил его Ансельм.
– С трудом, но все ж уже спускаюсь. Так пойдет и к весне забегаю, как конь! – хохотнул брат. Меслисса услышала, как снег захрустел совсем близко – это Зигрурд подошел к ее повозке.
– Мелли!
Она отвернулась.
– Мелли, ты злишься и не хочешь меня видеть. Ладно. Только обещай, что будешь благоразумна. И что не будешь бродить где попало. И что ты будешь помнить, что кроме тебя у меня никого нет и беречь себя, – голос его чуть дрогнул, он обнял ее крепко и поцеловал в щеку. Прежде, чем она смогла ответить, Зигурд уже отошел и теперь прощался с графом:
– Вы уж позаботьтесь о ней! Берегите ее!
– Вашу сестру я буду беречь, как зеницу ока, – услышала она ледяной голос Ансельма. – Ведь как-никак, она моя невеста!
– Да, да, ваша свадьба должна состояться в этом году, может быть, весной!
– Трогай!
– Что? В этом году?! – резко развернулась Мелисса в повозке. Но конники уже выезжали со двора на мост, и возок тоже тронулся вслед за ними. Мелисса встала на ноги и повернувшись к удаляющемуся замку, смотрела как он становиться все меньше, отдаляется и исчезает.
Вскоре встало солнце и снежная равнина засверкала так, что заболели глаза. Мелисса села на лавку, закутала ноги медвежьей полостью и опустила голову.
Через час кто-то впереди сказал:
– Ого! Да это же сани святого отца мчаться по дороге!
– Выехал он еще ночью, но вот далеко уехать не успел! – рассмеялся кто-то.
С гиканьем конники помчались вперед, и Мелисса, встав на ноги, посмотрела им вслед. Да, вот они, сани отца Валентино. Красные ободки на лошадиной оглобле…едут странно, виляя из стороны в сторону. Видно падре совсем не умеет править.
Всадники Ансельма Вассера быстро настигли их, окружили. Сани встали и Мелисса услышала возбужденные голоса. Что там происходит? Почему сани отца Валентино стоят на месте? Может быть, Ансельм решил причинить ему вред из-за того, что святой отец что-то узнал про оборотня?
Мелисса почувствовала, что сердце в груди забилось часто-часто. Отец Валентино один тут на дороге. Может быть, охотники Вассера отпетые головорезы, как и их господин? Что, если они сейчас схватят, или убьют его?! Что тогда ей делать?
Возок стремительно приближался к саням отца Валентино и Мелисса искала взглядом священника, но его видно не было.
Ансельм повернулся к ним и посмотрев так, словно она ему сделала что-то дурное, сказал вознице:
– Не останавливайся.
– Нет! Нет стойте! – крикнула вдруг она. – Так нельзя! Стойте же!
Возница разнервничался, не зная как ему быть, завертелся на сидении.
Ансельм крикнул ему, приказывая остановиться. Потом подъехал к ней.
– Что с вами? Что вы кричите, миледи?!
– Я… я хочу… хочу увидеть отца Валентино. Попросить его благословения.
– Вчера за всю ночь не выпросили?
Она отпрянула: откуда он знает, что она провела пол ночи в молельне? Следил за ней? Или за отцом Валентино?
Решительно распахнув дверцу, Мелисса выбралась на снег:
– Пустите. Пустите же меня к отцу Валентино!
– Вам точно нужно его видеть прямо сейчас? – зло спросил Вассер.
– Да! – отрезала она.
– Ну что ж, идите! – Он отъехал в сторону, освобождая ей путь.
Мелисса бросилась к саням:
– Святой отец! Это я.. – и остановилась. В санях лежал растерзанный священник. Его застывшие глаза смотрели в небо. Разорванное тело уже подернулось изморозью. Люди Вассера никак не смогли бы причинить ему вред – он давно был мертв.
Мелисса отступила и тут увидела следы на снегу. Огромные, волчьи. Цепочка их уходила в сторону леса.
Остаток дороги к Блэкхаусу, Мелисса просидела в повозке, сжавшись от страха. В том, что священника убил Ансельм, она не сомневалась. И что теперь будет с ней? Каковы его планы?
Писать брату нет смысла…
– Интересно, как Вассер объяснит Зигурду мою гибель, если он замыслил меня убить? – подумала она, сверля взглядом удаляющуюся спину. – Скажет, что я сбежала из замка и меня поймал оборотень?
Тут ее затрясло и всю оставшуюся дорогу в замок, Мелисса не поднимала головы.
Но в замке Вассера все оказалось совсем не так страшно. Во-первых сам замок был гораздо больше и ухоженней, чем замок Даруа. Даже полы в коридорах Блэкхауса были застелены дорожками. Ковры висели и настенах – в залах и спальнях. Слуги исправно, по два раза в день топили камины. Обеденные столы к трапезам накрывали белыми скатертями и кухарки, все как одна, носили белые фартуки.
Комнату Мелиссе отвели в одной из башен. Уютные покои с белыми стенами, завешанными яркими коврами. Лежа в постели Мелисса разглядывала причудливые узоры и дивилась цветным птицам и зверям. Где, интересно, такие живут?
Камин в ее спальне был высокий, с кованой решеткой, а по низу отделан белым мрамором. Еще у Мелиссы в комнате был резной столик, шкаф и даже умывальник на ножках, с розовой, мраморной раковиной.
– Господи, как же богато тут! – воскликнула одна из служанок приехавшая вместе с Мелиссой из Даруа.
Мелисса не стала так бурно выражать свои чувства, но роскошью и уютом Блэкхауса она была поражена не меньше.
Потянулись долгие зимние дни. Мелисса проводила в замковой кухне и кладовой все свое время. Управляющий и ключница прониклись к ней уважением, и по утрам приходили посоветоваться, что подавать на обед и какие дела лучше предпринять сегодня.
Мелисса была рада помочь – все лучше, чем сидеть целые дни в спальне и пялиться вокно.
Однажды после обеда Ансельм Вассер обратился к ней:
– Миледи! Мой управляющий не нахвалится вами. Каждый день я слышу от него комплименты в ваш адрес. И не будь он простым крестьянином, я бы начал ревновать.
Мелисса вскинула голову и удивленно посмотрела на него. Впервые за много дней Ансельм обратился к ней с такой длиной речью. Обычно он ограничивался двумя фразами: «добрый вечер» и «добрый день».
– Благодарю вас, – пробормотала она.
– О, не меня, а моего управляющего! – усмехнулся он. – Я же хотел посоветовать вам, не посвящать все свое время домашним хлопотам. Ваш брат будет недоволен этим и сочтет, что я вас нещадно эксплуатирую. Вам стоит выходить гулять. В конюшне есть лошади, вполне смирные, подходящие для молодой леди.
– Вы.. вы хотите сказать, что я могу выезжать на прогулки? – поразилась она.
– Ну да. А почему вы должны все время сидеть в замке?
– Но разве оборотень уже пойман?!
– О нет, конечно нет. Я не забыл бы рассказать вам о таком событии.
– И все же вы предлагаете мне свободно выезжать из дома, не смотря на то, что где-то неподалеку бродит оборотень?!
– Я не думаю, что вам может грозить хоть какая-то опасность с его стороны, – сверля ее взглядом сказал Вассер.
Мелисса в смятении опустила взгляд. Что это? Он признается ей в соучастии с волком? Вроде как – гуляйте свободно, оборотень слушается меня и вас не тронет?
Или все гораздо хуже? Он хочет избавиться от нее и надеется, что она поедет на прогулку и попадет прямо в лапы к оборотню?
– Я вижу, что мои слова расстроили вас… – Ансельм встал. – Мне очень жаль, миледи. Но я хотел всего лишь, что бы вы проводили время приятно для себя – и поклонившись отправился к выходу, но тут же остановился и добавил холодно:
– Да, кстати. Ваш брат прислал письмо. Он настаивает, чтобы мы с вами поженились как можно скорее.
– Настаивает? – пораженно перебила Мелисса.
– Ну… можно сказать и так. Он выражает беспокойство, что вы живете под моей крышей и по округе могут пойти нехорошие слухи. Кроме того он не понимет чего нам ждать, раз уж нам с вами суждено пожениться.
Вспыхнув, Мелисса сказала:
– Я могу уехать в любой день! Вы вовсе не обязаны на мне жениться!
– Уехать вы не можете, не говорите глупостей! – бросил Ансельм. – Ведь волк то не пойман, бродит по округе! И боюсь, если вы покинете замок, то он скоро сведет с вами знакомство. Так что придется вам остаться и выйти за меня замуж. И свадьба состоится скоро – думаю за неделю мы справимся с приготовлениями.
– Что вы несете? – холодно спросила Мелисса. – Вы верно выпили много вина. То вы говорите, что мне можно взять лошадку и ездить хоть по всей округе, то сами себе противоречите и говорите, что уехав из Блэкхауса я буду в опасности!
– Вы правда не понимаете? – развернувшись, Ансельм сделал к ней несколько шагов. – Неужели вы ничего не знаете? Или вы так хорошо умеете притворяться? Впрочем, какая разница? Так, или иначе скоро все станет ясно.
– Так что готовьтесь, через неделю мы поженимся.
– Боже, что за бред! – воскликнула Мелисса. – И я конечно не могу выйти за вас замуж Тем более через неделю.
– Почему?
Но… но… но как же платье? Приданое, гости, священник наконец?!
– О, не волнуйтесь моя дорогая! Я обо всем позаботился! Венчальное платье моей матушки вполне подойдет вам. Приданое привезет ваш брат – я пошлю за ним людей и повозку. Ваш брат и будет нашим гостем, а кто еще нам тут нужен?
– Ну а священник?! – вскричала Мелисса. – Кто нас обвенчает? Я не стану жить с вами словно язычница!
– Священник будет, не волнуйтесь! Я послал в обитель и сюда уже едет кто-то из братьев.
– Через горы? По снегу? А вы предупредили священника, что по дорогам бродит оборотень?!
– А зачем?! Зачем? Вряд ли кто-то сейчас в большей безопасности, чем мы трое – священник, вы и я, во всем Волчьем краю!
– Вы что, признаетесь?! – закричала она. – Вот так открыто признаетесь мне?!
– Признаюсь? – хмыкнул он. – В чем интересно вы меня подозреваете? Пару минут он сверлил ее взглядом, а потом вышел из зала.
Прошла неделя и до свадьбы Мелисса дожила. Сквозь какую-то пелену она отдавала распоряжения и занималась приготовлениями.
За день до церемонии приехали Зигурд и священник. Все живые здоровые. Увидев брата, Мелисса заплакала, и посмотрела ему в глаза, умоляя взглядом: спаси меня!
Но он только обнял ее и сказал:
– Ты отлично выглядишь, Мелли! Я привез приданое, посмотри там, куда его девать.
На церемонии, в домашней церкви присутствовали только жених, невеста, священник, брат невесты и несколько дворовых людей.
Зигурд удивленно спросил:
– А где же твои вассалы, Ансельм?Неужто никого не позвал?
– Кругом лежит снег, а по лесу бродит оборотень, – ответил граф. – Я решил, что весной мы еще раз отметим это событие. Ну а сейчас я думаю свидетелей итак довольно.
– Что ж.. – проговорил Зигурд. – Тебе виднее. Но я расстроен, что свадьба сестры проходит так… так будто, мы ее скрываем.
– О, не волнуйся! – сказал Ансельм. – Священник сделает все нужные записи и оставит нам бумаги. Ну а теперь, если вопросов больше нет, давайте приступим к церемонии.
Через пол часа Мелисса была уже венчаной женой Ансельма, графиней Вассер. Под руку с мужем они покинули домашнюю церковь и спустились в большой зал, где стол уже был накрыт на троих. Праздничный обед не занял много времени. Вскоре Вассер встал из-за стола и подав ей руку насмешливо произнес:
– Простите нас, дорогие гости, мы с невестой вас покинем.
– Ну ты сказал! – захохотал Зигурд – Вот это шутка!
Отсмеявшись, он встал и подошел к ним.
– Береги мою сестру, хорошо, Вассер? А ты Мелли, береги его…и будь счастлива! – он отвернулся и украдкой вытер уголок глаза.
Ансельм схватил ее за руку и потащил вверх по лестнице в свои покои.
– О боже! Боже! Боже! – в панике думала Мелисса. – Что сейчас будет?! Ни матери нет, ни няни! Я совсем одна! Ох, я не знаю, что должна делать и как..
Ансельм распахнул дверь и буквально втолкнул ее в жарко натопленную спальню. Сам пересек ее в два шага и уселся на стуле. Мелиссазастыла в дверях не зная, что ей делать. Она вопросительно взглянула на мужа, но тот предпочел не заметить ее взгляда.
– Кхм.. – наконец произнесла она.
– О, ради бога, дорогая! Отойди наконец от двери!
– И что мне делать?
– Я не знаю! Ляг на кровать!
– Мне… мне раздеться? – робко спросила она.
– Что?! Раздеться?! – зло спросил он, а потом взглянул на нее и сказал спокойней:
– Не стоит. Просто сядь где-нибудь в углу и не мешай.
Пожав плечами, она подошла к кровати и села, разглядывая Ансельма. Его плечи были напряжены, он сверлил взглядом дверь и словно прислушивался к тому, что происходит в коридоре.
– Вы кого-то ждете? – пробормотала она.
– Так и есть.
– Но.. но кого вы ждете?! – воскликнула она.
– Вы и правда не знаете? – он мельком глянул на нее и вытащил из под кровати уже заряженный арбалет.
– Что.. что вы делаете? – закричала она. – Зачем вам это?!
– Ох, ну хватит кричать, глупая женщина! Сядь на постель и молчи!
Но охваченная ужасом от мысли, что была права, и Ансельм все это время хотел ее убить, она бросилась к двери. Ансельм вскочил со стула и в два прыжка настиг ее. Мелисса хотела закричать, но он зажал ей рот и скрутил руки за спиной. И тут дверь, тяжелая дубовая, окованная железными пластинами, распахнулась и отлетела к стене, словно лист бумаги.
На пороге стоял Зигурд. Он не опирался на палку и не выглядел немощным. Нет, глаза его поблескивали в свете свечей радостью. Оценив ситуацию за мгновение, он оттолкнул Ансельма, который метнулся обратно к арбалету и схватил его сам.
Побледневший Ансельм прижавшись к стене настороженно на него смотрел.
– Братец! – бросилась к нему Мелисса. – Как хорошо, что ты тут! Ансельм заодно с оборотнем, а может он и есть оборотень! Он хочет меня убить!
Но Зигурд глянул на нее и расхохотался. Толкнув ее так, что она упала на кровать, он промолвил:
– Мелли, тебе нужно посидеть тихо, как мышка, поняла? Скоро все кончится.
Она непонимающе посмотрела на него.
– Давай, делай свое дело, – сказал угрюмо Ансельм.
Зигурд улыбаясь посмотрел на него и подняв арбалет понюхал его. – Серебро? Давно ты догадался?
– Не я, мой дядя, – сказал Ансельм. – Прежде чем ты добрался до него, он успел отправить мне письмо, в котором все рассказал.
Зигурд шумно втянул носом воздух:
– Так это ты был здесь, в октябре? Ты прислал мне то письмо, заманил в замок, а затем всадил в шею стрелу?!
– А потом для надежности всадил в грудь еще три! – с вызовом ответил Ансельм. – Я хотел убить тебя и избавить нас всех от нечистой силы.
– Ты стрелял в меня серебром, но неужели ты не знал, что убить оборотня можно только когда он обратился? Иначе ничего не выйдет?
– Нет, – покачал головой Ансельм. – Тогда я этого не знал. Я думал, что убил тебя.
Зигурд прошел по комнате и Мелисса вдруг заметила красные отблески в его глазах.
– А теперь, зная это, ты все равно сидел здесь как дурак с серебряными стрелами! Зачем?
– В прошлый раз серебро не убило тебя, но ты лишился сил. И в этот раз я мог бы тебя остановить и поймать.
– И во второй раз ты облажался!
– Может быть и так. Но рано или поздно тебя кто-нибудь остановит, – ответил Ансельм. – Такие как ты всегда заканчивают плохо. Может быть, поэтому твои настоящие родители бросили тебя, подкинули к дверям Теннеров?
В этот момент Мелиссе показалось, что Зигурд сейчас бросится на Ансельма. Все его тело напряглось, и он действительно стал похож на зверя, готовящегося к прыжку. Но овладев собой, лишь шумно вздохнул и улыбнулся уголком рта:
– Вот как! Это Роберт–мятежник тебе рассказал?
– Я знаю все про тебя.
– Ну тогда ты должен знать и кто мой настоящий отец. Не знаешь? – усмехнулся он, увидев, как лицо Ансельма вытянулось. – Ну так я расскажу тебе. Я родной брат умершего Карла, его старший брат. И матерью моей была не какая-нибудь крестьянка. Нет. Это твоя тетка, жена Роберта Вассера, покойная Анна Вассер.
– Ты лжешь.. – пробормотал Ансельм.
– А смысл?! – воскликнул Зигурд. – Зачем мне лгать?
– Итак, – произнес он через некоторое время тихо – Мой отец – король, моя мать графиня Вассер. Но что со мной стало на деле? Родители отказались от меня, вот тут ты прав. Они сплавили меня! Отдали беднякам Теннерам, не имеющим ни денег ни земель. И вот я, старший сын короля стал нищим! А между тем мой настоящий отец владел целым королевством!
– Зигурд, они не бросили тебя! – воскликнула Мелисса. – Они не выбросили тебя на улицу! Не отдали бродячим цыганам! Нет, они отдали тебя хорошим людям, и наши родители любили тебя всю жизнь! И они дали тебе имя!
– Помолчи, малышка, – ласково сказал он ей. – Ты одна ни в чем не виновата и тебе не нужно бояться меня.
Не смотря на ласку в его голосе, Мелисса отпрянула –в его глазах плескались всполохи безумия. Зрачки глаз удлинились. На нее будто смотрело лицо дьявола.
– Так на чем мы остановились? – сказал он снова поворачиваясь к Вассеру. – Ах да, мое имя. Имя! Я, сын короля, носил имя Теннер!
Он остановился и наклонил голову, словно прислушиваясь к тому, что происходило в коридоре.
– Чего ты ждешь? – нервно спросил Ансельм. – Зачем тянешь время?!
– Может быть, я хочу, чтобы перед смертью ты все понял? – он пересек комнату и осторожно выглянув в коридор, тут же вернулся. – Потом король захотел меня видеть, – продолжил Зигурд через минуту. – Мне было пять лет и я не знал, что я его родной сын. Поэтому я был счастлив и польщен, что меня пригласили ко двору. Я помню, как отец, настоящий отец, познакомил меня с Карлом и с того дня мы стали друзьями и были неразлучны, – голос Зигурда смягчился, и Мелисса с замиранием сердца вдруг услышала прежние нотки в нем, но тряхнув головой он продолжил жестким, злым голосом:
– Этот дурак, мой младший братец, все знал. Слышал разговор отца с королевой. Королева не хотела, чтобы отец привез в столицу своего бастарда и растил его вместе с законным сыном. Карл запомнил этот разговор и вскоре рассказал мне о нем.
– Этот дурак, этот глупец думал, что узнав, что мы с ним кровные братья я буду счастлив! – помотал головой Зигурд. – Что это привяжет меня к нему! Боже мой, он не стеснялся мне при случае напомнить: «Зигурд», говорил он, «Ты поддержишь меня? Ведь мы же братья! Ты всегда должен быть за меня!» В его понимании то, что у нас был один отец, делало меня обязанным стать его тенью. Но братец забывал, что я – старше. И что я не шут и не слуга!
Мелисса вся сжалась на кровати от яда, которым был пропитан голос Зигурда. За окном вдруг поднялся ветер, застучал деревянный ставень и вздрогнув Ансельм спросил:
– Ты всю жизнь его ненавидел?
– Почти всю! Сперва я думал, что это пройдет… я даже хотел, чтоб это прошло, ведь пока я не знал, что Карл мой брат, я любил его как брата, – рассмеялся Зигурд, – но время шло и моя ненависть только росла. Мой отец обращался со мной как с прислугой, мой брат обращался со мной как с прислугой!
– Они столько делали для тебя! – крикнул Ансельм.
– Они давали мне подачки! За каждую я должен был благодарить! Они давали мне милостыню, вытащив кошель из моего же кармана! И я возненавидел всех – Роберта Вассера и Анну Вассер. Короля и королеву. И Карла. Больше всех.
– Но его то за что?! – воскликнула Мелисса.
– За то, что ему досталось все то, чего не было у Зигурда, думаю, – ответил вместо него Ансельм.
– О, тут ты прав…Я захотел вернуть себе то, что мне принадлежит по праву, – продолжил Зигурд тихо. – Я был полон ненависти, но не знал, куда ее девать. И вот однажды мне повстречался человек, который помог мне осуществить мои планы. И сейчас мы ждем, когда он выловит в замке твоих помошников, и притащит сюда их тела, – усмехнулся в лицо Ансельму Зигурд. – Если ты в одиночку собирался расправиться со мной, я буду глубоко разочарован, Вассер!
– Ты будешь разочарован, – буркнул Ансельм раздосадованно, – я не знал, даже не предполагал, что вас двое! И надеялся, что справлюсь с тобой сам.
Зигурд расхохотался, а Мелисса сглотнула. От ужаса она выдавила слабым голосом:
-Зигурд, так это не ты? Ты не оборотень? Оборотень кто-то другой?
– Моя маленькая, сестрица- глупышка! – усмехнулся Зигруд. – Я оборотень, малышка. Но нас двое – я и тот кто обратил меня, мой наставник, дядюшка Уэсли.
– Как же я сразу не понял! – словно сам себе сказал Ансельм. – Ведь кто-то отравил Карла, когда он приезжал сюда! Ты сделать этого не мог – ты был болен! Значит у тебя был сообщник! А кто может быть сообщником у оборотня? Только второй оборотень!
– Да, тут дядюшка Уэсли погорячился, – помрачнел Зигурд. – Не стоило ему убивать Карла. По крайней мере до вашей свадьбы.
– Дядюшка Уэсли оборотень? – прошептала Мелисса.
– Ну да, Мелли. И твоя няня об этом знала. В ту ночь, когда ее убили, она пошла за ним, и просила остановиться. В округе вот-вот догадались бы. Это могло сильно осложнить нам жизнь…но увы, дядюшка Уэсли всегда был невоздержан, и тем более в волчьем виде.
– Так это он убил мою няню?! – воскликнула Мелисса и Зигурд мрачно кивнул:
– Да и мне очень жаль, что так случилось.
– Похоже твой дядюшка Уэсли не очень то слушается тебя, да, Зигурд? – хмыкнул Ансельм. – Убил Карла, хоть ты этого и не хотел, убил няню твоей сестренки. Смотри, как-нибудь он выдаст тебя, и тебя сожгут на площади!
– Заткнись, – помрачнев бросил Зигурд.
– Последний вопрос. Мне очень хочется узнать, что ты теперь хочешь делать? Или твоя месть завершена?
Зигурд посмотрел на него с сожалением:
– Я думал, ты умнее, Вассер. Неужто непонятно? Теперь, когда Карл умер, кто самый главный претендент на трон?
Ансельм помотал головой:
– Кто подтвердит, что твой отец король? Все, кто знал правду, умерли!
– Верно, – улыбнулся Зигурд. – все умерли, остались лишь дальние родственники королевской семьи. И я. И еще у меня есть письма. Да, да, настоящие письма короля, моего отца и брата Карла. В них они открыто признают наше родство. Называют меня сыном, братом. Так что весной, с огромным войском Волчьего края и письмами отца,я приеду в столицу. И заберу то, что принадлежит мне по праву.
– Зигурд! Да как ты можешь?! – воскликнула Мелисса
– Все будет хорошо, Мелли! – сказал ей Зигурд. – Мы вместе поедем в столицу. Я сяду на трон и женюсь на тебе. Ведь ты не настоящая моя сестра. Ты станешь королевой, и у тебя будет все, что ты захочешь и куча красивых платьев, как ты мечтала в детстве. Помнишь?
Не успела Мелисса ответить, как дверь распахнулась и в комнату вошел дядюшка Уэсли. Оглядев всех злым, колючим взглядом он произнес:
– Я обшарил все, но в замке и впрямь никого нет, хозяин. Только слуги и священник. Так что пора убивать этих.
– Я сказал тебе, что Мелиссу мы убивать не будем! – рявкнулЗигурд.
– А почему, хозяин? Так будет правдоподобней, если по утру в спальне найдут мертвыми обоих молодоженов. Да и мало ли что она начнет болтать?!
– Я сказал – нет!
– Ты еще молод и глуп! – взревел дядюшка Уэсли делая шаг к кровати, на которой сидела Мелисса.
– Остановись! – потребовал Зигурд, но дядюшка Уэсли бросив:
– Ты потом скажешь мне спасибо, – сделал еще шаг.
Быстрым движением Зигурдвыхватил арбалет и нажал на спусковой крючок. Но прежде, чем стрела вылетела, дядюшка Уэсли подпрыгнул в воздух и вмиг обратившись в мохнатое чудовище приземлился на постели, рядом с Мелиссой. Стрела прошла мимо и воткнулась в стену над головой Мелиссы, а вытянутая морда оборотня оказалась прямо напротив ее лица.
– Держи! – крикнул Ансельм и Мелисса увидела, что он кинул Зигурду еще одну стрелу.
– Он не успеет зарядить, – проваливаясь в беспамятство подумала Мелисса.
Оборотень заревел и повернулся к Зигурду, готовясь прыгнуть, но тот с размаха всадил серебряный наконечник прямо в глаз зверя. И тут Мелисса ненадолго отключилась.
Через минуту она пришла в себя. Приподнялась на локтях и увидела мертвого волка. Он так и остался после смерти – волком, с оскаленной пастью и торчащими клыками. Весь покрытый густой шерстью, жуткий даже сейчас, когда умер.
Ансельм, сидел наполу, сжимая в руке еще одну стрелу, а напротив него стоял Зигурд и усмехался во весь рот. Но нет, теперь это уже был не рот, а волчий оскал. Мелисса прижала руку ко рту и замерла, боясь издать хотя бы один звук. Между тем Зигурд продолжал меняться и голос его звучал теперь иначе:
– Хорошо, Вассер. Я дам тебе один шанс убить меня. Ведь у тебя остался серебряный наконечник? – произносила оскаленная пасть.
– Он умер, твой наставник, – прохрипел Ансельм сжимая последнюю стрелу.
– Все сложилось как нельзя лучше, – проговорил Зигурд вытянув вперед руку. Пальцы ломались, вытягивались, превращались в когти. – Мне жаль старика, но он в последнее время стал своевольным и все чаще мешал, а не помогал. Его смерть на руку мне – я убью тебя, обернусь обратно, крикну священника, и он увидит мертвого графа Вассера и зверя. И меня, героя, убившего чудовище. Ну а теперь пришла пора тебе умереть. Последние слова Зигурда Мелисса уже почти не поняла потому, что лицо брата полностью превратилось в волчью морду. Одежда порвалась, обнажая звериную шерсть.
Зигурд окончательно преобразился. Голова и шея волка. Верхние конечности покрылись шерстью,обрели когти, длиной с ладонь и вытянулись так, чтодоходили теперь до колен. Плечи раздались.Мускулы по всему телу мощно вздулись. Туловище, покрытое жестким серым волосом, напоминалочеловеческое, но стало втрое массивнее. Оборотеньупирался в пол когтистыми задними лапами.
Чудовище повело мордой по сторонам, алые глаза горели ненавистью. Оно бросилось на Ансельма и ударило наотмашь, а потом пасть чудовища приблизилась к горлу. Человек был прижат к полу и мог защититься, лишь упираясь руками в грудь хищника. Зверь привскакивал и снова бросался, крутя головой , вспарывая и нарезаякожу на предплечьях.Ансельм был весь в крови, но все еще пытался воткнуть в зверя обломок стрелы с серебряным наконечником.
В ужасе Мелисса взмолилась:
– Помоги! Спаси нас от зверя! – и вдруг увидела стрелу, воткнутую в стену прямо над ее головой.
Не зная что делает, Мелисса вскочила на ноги, схватилась за стрелу обеими руками и каким- то чудом выдрала ее из стены. Потом она перескочила в два прыжка через кровать, утопая каблучками в перине, высоко подпрыгивая и чуть не запнувшись о собственный подол, и приземлилась на пол, возле оборотня. Звериная морда повернулась к ней.
В глазах оборотня застыло недоумение.
Мелисса замахнулась, смело глядя в распахнутые нечеловеческие глаза. Девушка застыла на мгновение, не соображая, как ей ударить.
Огромная лапа взлетела в воздух,готовая пригвоздить ее к полу, но вдруг остановилась и не ударила. Лицо зверя дрогнуло, меняясь, и тут Ансельм всадил стрелу ударом снизу. Серебряный наконечник скользнул меж ребрами и пробил сердце. В следующий миг оборотень дернулся вверх, и она отскочила подальше, думая, что это еще не конец. Но волчье тело задрожало, меняя форму, и упало к ее ногам мертвым человеком. Пустые глаза Зигурда смотрели на нее.
Через три дня на кладбище у замка Блэкхаус, состоялись похороны. Молодая жена АнсельмаВассера была необычайно бледна и держалась за руку мужа.
– И не мудрено, – шептались крестьяне. В самую брачную ночь, в окно к ним забрался оборотень. Он едва не убил их, но на помощь к ним примчался брат невесты, Зигурд Смелый, лучший рыцарь в стране. Он то и смог наконец убить чудовище, погубившее стольких людей. Но и сам рыцарь Зигруд погиб от страшных ран.
В конце службымолодая расплакалась. Ансельм обнял ее и увел в замок.
– Все будет хорошо, – говорил он ей, поднимаясь с женой на руках в спальню. – Все будет хорошо. Бог простит его, слышишь?
– Но как?! – воскликнула она заходясь в рыданиях, – Как?! Ведь он был оборотнем и сделал столько зла! – В самом конце он не смог убить тебя. Вспомни, он остановил руку, – ответил Ансельм. – Может быть поэтому после смерти он превратился в человека? Может это знак, что Господь простил его?