А теперь выйдем в ночь и пустимся в погоню за коварной обольстительницей, имя которой — приключение!

«Гарри Поттер и Принц-полукровка»,

В этот удивительно тёплый сентябрьский день в английском пансионе Темпус, что в переводе с латинского означает «время», собирались ученики после летних каникул. Знаменитое учебное заведение, расположенное на западе от Лондона, принимало в свои объятия самых способных и амбициозных подростков уже более века, и каждый, кто попадал в пансион, запоминал проведенное здесь время как самые лучшие годы своей жизни.

Перед входом в жилые корпуса с утра шумели по-особенному громко: друзья встречались друг с другом после долгой разлуки и делились летними впечатлениями. Все хотели рассказать о своих далёких путешествиях, новых знакомствах и удивительных приключениях, поэтому гам в толпе не утихал.

Пять учеников пристроились чуть поодаль, возле громадных старинных ив, где никто не мешал им наслаждаться долгожданной встречей. Третий год крепкая дружба одноклассников должна была служить образцом преданности и единства, однако теперь идиллия трещала по швам из-за того, что одна их подруга до сих пор не появилась в Темпусе, а ведь раньше всегда приезжала самой первой.

Что-то случилось, и все знали это, хотя не сразу признались в своих опасениях.

— Ты осветлилась? Тебе идёт, — Роби, темноволосый, кареглазый, высокий парень довольным взглядом осмотрел Луизу, моментально смутив подругу. Девушка отвела свои голубые, словно осколки аквамарина, глаза в сторону и ничего не ответила, лишь едва улыбнулась.

— Спросите уже наконец, как я провела лето! — возмутилась Роза и взмахнула каштановыми волосами, чтобы придать причёске объём.

— Ну, что интересного произошло на каникулах? — первым поддался взгляду карих глаз подруги Ник и запустил свою руку в почти белые волосы. Каждый раз он говорил так тихо, будто боялся собственного голоса.

— Не поверите! Нью-Йорк! — вскрикнула Роза. — Наконец-то мы с родителями съездили к моей тете. И хоть я по вам очень соскучилась, возвращаться в Англию ужасно не хотелось, — Роза говорила громко, четко, немного театрально, лишь бы удержать внимание публики.

— Извини, что перебиваю, но меня волнует, что Ева всё ещё не приехала, — Алекс всё это время оглядывался по сторонам в поисках подруги. В его елового цвета глазах читалась тревога. Он не переставал поправлять свои русые волосы и ждал, когда кто-нибудь тоже обратит внимание на проблему.

— Опаздывать не её привычка, — нахмурилась Роза.

— Приедет она, куда денется, — Роби похлопал Алекса по плечу и, самодовольно усмехнувшись, добавил, не подумав: — В противном случае влюбишься в кого-нибудь другого, здесь достаточно хорошеньких первогодок.

Реакция Алекса была довольно предсказуемой: лицо парня залилось красным цветом, а уши чуть не воспламенились. Уже все в Темпусе знали об этой «несчастной» любви, которая называлась несчастной только из-за того, что оба влюбленных были катастрофически скромны, и сам факт, что им пора признаться друг другу в чувствах, вызывал страх и у Алекса, и у Евы.

— Жители первого корпуса, подходите ко мне. Если кто-то вдруг не узнал заранее, куда его заселили, то слушайте внимательно, я озвучу имена, — громким и довольно-таки грубым голосом произнёс мистер Фок со ступеней домика. Этот пятидесятилетний мужчина с уже седыми волосами следил за детьми в первом корпусе. Казалось, что ничего в жизни не радовало мистера Фока, он всегда был хмурым и озлобленным, и сейчас он по привычке оценивал тяжёлым взглядом своих воспитанников, раздумывая, от кого из них будет больше всего проблем.

— Итак, первый корпус: Уолтер Бейкер, Люси Браун, Адрианна Вон, Касси Дайсон, Одри Коннорс, Роза Мартин, Дэниел Найкер, Николас Пастер, Бэк Равилл, Робин Стронг, Кайл Тафт, Эмма Тикет, Джейд Фикс, Луиза Хэйл, Алекс Шмидт, Грегори Эттвуд.

— Он назвал Еву? — Алекс повернулся к друзьям.

— Нет, — еле слышно ответила Луиза и нахмурилась.

— Мистер Фок, вы не упомянули Еву Коллинз! — Роза не постеснялась перебить гам.

— Мисс Мартин, я прочитал весь список. Если мисс Коллинз в нем нет, значит, она живёт в другом корпусе, — выдавил мистер Фок, раздраженный тем, что кто-то посмел усомниться в его умении читать. — Теперь прошу собравшихся идти за мной в дом раскладывать вещи.

Подростки тут же двинулись за своим «командиром».

— Ты ей звонил? — спросил Роби, догадываясь, какой будет ответ Алекса.

— Недоступно.

— Не понимаю, — протянула Луиза. — Разве Еву могли заселить отдельно от нас?

— Чушь какая-то. Нужно сходить к миссис Труф и узнать лично у неё, что происходит, — высказал идею Роби, и на лице Алекса наконец-то появилась светлая улыбка.

Роза тем временем заинтересовалась незнакомой ученицей, мирно шагающей по правую от неё сторону. Всех остальных в доме Роза знала не первый год, и только Эмма Тикет раньше здесь не появлялась.

Она наверняка из выпускного класса, подумала Роза. Уж слишком у нее взрослое лицо, словно повидавшее жизнь. Хотя вот за волосами она ухаживать явно не научилась к своим годам.

Роза рассматривала почти чёрные кудри новенькой и так увлеклась, что не сразу заметила, как Роби выхватил у нее из рук огромный белый чемодан.

— Бросай вещи в гостиной, потом разберём, сейчас мы идём в школу.

— Зачем? — удивилась Роза. Идти в школу раньше времени ей точно не хотелось.

Алекс ответил на её вопрос, и совсем скоро все пятеро друзей уже направлялись к главному зданию Темпуса, чтобы попытаться узнать что-нибудь о своей потерявшейся подруге.

***

Когда Алекс приоткрыл дверь кабинета директрисы и уже настроился на извинения за то, что отвлекает её, он заметил, что миссис Труф не одна. На мягком стуле напротив директрисы сидела, закрыв лицо руками, Ева и всхлипывала так горько, что сердце, всегда сжимавшееся при виде девушки, сжалось ещё сильнее. Он был рад увидеть Еву, но в то же время забеспокоился из-за её слез: произошло явно что-то страшное. Алекс решил, что он только разозлит миссис Труф, если завалится в кабинет, поэтому быстро закрыл дверь и приставил к ней ухо. Остальные ребята молча стояли рядом и ждали объяснений.

Ева сидела спиной к выходу и даже не смогла заметить, что её друзья пришли сюда. Она протерла лицо рукавом блузки и умоляюще посмотрела на женщину.

— Но ведь я два года жила в первом корпусе. Там все мои друзья, большинство одноклассников. Я привыкла к этому месту, оно стало моим домом.

Однако привязанность Евы к одному из девяти домов пансиона совсем не интересовала миссис Труф. У директрисы скопились дела и поважнее.

— Девочка моя, я тебе который раз повторяю, что всё документировано, нельзя просто взять и заселиться, куда вздумается. И не надо так унывать, Ева. Во втором корпусе тебе понравится не меньше, — миссис Труф явно желала поскорее выпроводить ученицу за дверь. Она посматривала на наручные часы, демонстрируя, как дорого ей время.

Ева продолжала сидеть с поникшим видом.

— Пора раскладывать вещи. А у меня есть дела, ты же знаешь.

Ева поняла, что проиграла. Она молча вышла из-за стола и поспешила покинуть кабинет, чтобы больше не видеть это безразличие. Когда она столкнулась с друзьями, то слезы снова полились из зелёных глаз. Сегодня Ева никак не могла контролировать рвущиеся на свободу эмоции.

Некоторое время царило траурное молчание.

— Ева, — начала Роза, — ты теперь не с нами? Как же так? Мы без тебя не сможем!

У всех было ощущение, что любимый жилец покинул уютный дом, и теперь досада захватывала каждого из них, потому что ничего не могло быть теперь прежним.

— Мы обязательно что-нибудь придумаем, ты вернёшься, обещаю. Всё будет хорошо, — Алекс говорил совсем далёкие от действительности вещи, и это только больше расстраивало Еву. Она знала, что у нее нет шансов уговорить Труф заселить ее в родной корпус. Собравшись с силами, она негромко сказала:

— Спасибо, ребята, за время, которое мы провели вместе в доме, теперь будем пересекаться только в школе.

После этого Ева крепко обняла каждого, словно прощалась с друзьями на всю жизнь, и медленно пошла по длинному и светлому от ламп коридору. На углу она ещё раз повернулась к своим друзьям и, посмотрев на них своими большими глазами, улыбнувшись своей очаровательной улыбкой и поправив длинные густые русые волосы, скрылась за поворотом. Её старая и радостная жизнь осталась позади, и она не представляла, как ей быть дальше.

Жизнь в доме завертелась с такой же силой, как и всегда раньше. Ученики, толкаясь, неслись в комнаты и занимали лучшие, на их взгляд, кровати и наиболее удобные полки в больших шкафах. Мистер Фок смотрел на это всё с нескрываемым отвращением, уж больно он не любил балаган, в то время как Белла, работница первого корпуса, лучезарно улыбалась и с радостью помогала то одному, то другому с вещами, ведь обед уже манил учеников в столовой, а сидеть без дела Белла просто не могла.

Каждый старался придать своей комнате уют и внести свою индивидуальность. Роза вытащила из чемодана огромную фоторамку, заполненную распечатанными картинками и вырезками из глянцевых журналов, и повесила над своей кроватью. Её скромная черноволосая соседка Джейд расставила на комоде горшочки с кактусами, которые заменяли ей домашних питомцев. Третья кровать пустовала. В следующей комнате расположились Луиза, Люси и Эмма, между которыми царило необъяснимое напряжение.

Сам дом не был большим, и если кто-нибудь хотел бы найти себе собственный уголок для одиночества, то вряд ли бы у него это получилось. Однако вместо размеров дом впечатлял своей невероятной красотой. Завораживающая готика — отличительная черта пансиона, которая создавала средневековую атмосферу. Тёмные цвета и острые формы сводили с ума абсолютно всех. Не проникнуться волшебством корпусов Темпуса было попросту невозможно.

Ближе к вечеру, после сытного ужина и нескольких ссор, Роза, Луиза, Роби, Алекс и Ник собрались в заполненной кактусами комнате, чтобы найти решение для их главной на данный момент проблемы. Ребята молча уселись на кроватях и принялись думать. Периодически кто-то предлагал идеи, как вернуть сюда их подругу, но остальные мгновенно отбрасывали их из-за невозможности осуществить.

Когда уже, кажется, даже Роза сдалась, в дверь постучали, и в комнату зашла Эмма, скривив губы на подобии улыбки. Никто не предложил ей сесть, поэтому новенькая так и осталась стоять в дверях.

— Я случайно узнала, что вас волнует, — произнесла Эмма негромко, но уверенно. Волнение, свойственное новеньким, у нее напрочь отсутствовало.

— Ты подслушивала? — Роза сразу же вышла из себя. Или тон голоса, или её неаккуратные кудряшки, но что-то сильно раздражало в Эмме Тикет.

— Дело в том, что, мне кажется, я могу вам помочь.

Эта реплика показалась не особо правдивой, но всё-таки по глазам пятерых стало понятно, что им интересно узнать, что же задумала новенькая, которой вообще-то не должно быть никакого дела до забот незнакомых людей. Хотя, возможно, она пыталась таким способом влиться в коллектив.

— Как? — с волнительной дрожью поинтересовался Алекс и даже подвинулся, чтобы Эмма присела рядом. Но та осталась стоять, не обратив внимания на любезность, и после недолгой паузы сказала:

— Дайте мне совсем немного времени, — ответила Эмма, и на её лице отчётливо мелькнула самодовольная ухмылка. Затем она бросилась вон из комнаты, а потом и из корпуса, проигнорировав замечание Фока насчёт того, что передвигаться по дому разрешено только шагом.

Ребята в удивлении переглянулись и принялись ждать чуда, положившись на Эмму Тикет.

***

— Что она задумала? — Роза, слишком взволнованная, ходила взад-вперёд по столовой, задевая стулья, попадавшиеся ей на пути, и чувства окружающих. Роби недовольно взглянул на подругу, скрестив при этом руки на груди, показывая тем, что ей следует остановиться и перестать раздражать других. За полчаса наблюдать за «прогулкой» Розы стало просто невыносимо.

Время шло, ничего не происходило, и это всё больше заставляло ребят думать, что Эмма над ними посмеялась. Однако вскоре Эмма наконец-то появилась на пороге столовой с всё той же сомнительной улыбкой на лице. Нельзя было не заметить, как она гордилась собой.

— Можете звать Еву сюда. Труф согласилась внести небольшие изменения, — произнесла громким голосом новенькая и приподняла подбородок.

У всех буквально рты открылись от такой невероятной новости. Они до последнего не верили, что Эмма сможет повлиять на ситуацию.

Что сделала эта странная Тикет, чтобы Труф согласилась на такое? Ведь директриса не особо любила прислушиваться к ученикам, и вряд ли её интересовало мнение совершенно незнакомой ученицы.

Однако никто вслух не задал этот вопрос. Пятеро подростков подпрыгнули на своих стульях и тут же помчались к мистеру Фоку, перепрыгивая препятствия вроде неразобранных сумок.

Мистер Фок без улыбки подтвердил слова новенькой, явно не сильно обрадовавшись изменениям, ведь ему предстояло теперь пристально следить ещё за одним безумным подростком, нарушающим все прописанные и моральные правила. Фок попросил Алекса — единственного, кто ему более-менее симпатизировал — сходить за Евой и поделиться с ней этой новостью. Алекс, с улыбкой до ушей, которая ему очень шла, побежал во второй корпус, всё ещё не веря случившемуся чуду.

Когда он отыскал благодаря помощи других учеников нужную комнату, то обнаружил Еву на кровати в полном одиночестве. Она с грустью смотрела на белую стену и, увидев Алекса, искренне удивилась, почти вздрогнула от неожиданности и поднялась, чтобы их глаза были на одном уровне.

— Мисс Коллинз, я вызываюсь провести вас во дворец.

Правая бровь мисс Коллинз поползла вверх.

— Эмма обалденная! Она каким-то образом уговорила Труф передумать и поселить тебя там, где и сразу нужно было. Может, гипноз, может, чёрная магия. Неважно. Главное, что теперь ты снова с нами!

Ева несколько секунд молчала, обдумывая сказанное и накручивая прядь волос на палец. Из всего, что она могла ответить другу, она решила сказать следующее:

— Значит, Эмма обалденная…

Алекс понял, что сморозил лишнее.

— Ты не так поняла. Она просто нам помогла, поэтому я…

Однако его забавное оправдание было прервано, когда Ева поднесла палец к своим губам. Она осознала, что зря начала впадать в панику, что парень ее мечты заинтересовался другой девушкой, и теперь хотела скорее закончить эту тему из-за возрастающей неловкости.

— Пошли уже, — Алекс схватил закрытый чемодан Евы одной рукой, а другой осторожно взял руку подруги, и они как можно скорее покинули комнату, которой, к счастью, не суждено было стать новым домом для Евы.

Перед ребятами стоял готический двухэтажный корпус с парой пугающих, но всё-таки чудесных башен. Ева никак не могла поверить, что она сейчас переступит этот железный порог и окажется в по-настоящему родном месте. Она приподняла подборок, чтобы видеть здание целиком и насладиться его невероятной красотой.

— Ничего более великолепного ещё не построили, ты так не думаешь? — прошептала Ева и улыбнулась.

Алекс кивнул, потому что Ева была права. Может, кому-то и не нравилось учиться в Темпусе, но все без исключения обожали эстетичность пансиона.

Парень толкнул массивную и скрипящую дверь, и они зашли в дом. Ева тут же вдохнула знакомый аромат аппетитных булочек, приготовленных с любовью и мастерством Беллой, а ещё уловила нотки парфюма Розы, который подруга повсюду оставляла шлейфом. Взгляд упал на угол с креслом и телефоном, затем прошёлся по стенам, увешанным картинами, и остановился на дверях гостиной, откуда доносились голоса жильцов. Нахлынули приятные воспоминания за все эти два года, что они проучилась в Темпусе, и Ева с уверенностью могла сказать, что это были лучшие два года её жизни. Столько знаний, эмоций, впечатлений, друзей и открытий она не получала до этого в её прошлой, совсем обыкновенной школе в центре Лондона.

Чемодан остался у кожаного дивана, а сама Ева вышла в центр комнаты, чтобы увидеть всех своих соседей и улыбнуться им, не скрывая радостных эмоций от встречи.

— Неужели я вижу тебя? Это не сон? Хоть бы не сон! — завизжала Роза и, бросив книгу и яблоко на любимое кресло у электрического камина, кинулась обнимать подругу.

Луиза поспешила присоединиться к объятиям без лишних слов, но улыбнувшись Еве в знак приветствия.

— А как же мы? Тоже хотим теплоты и любви! — Роби вышел из-за стола, где от безделья складывал из фруктов картинку, и, прихватив за рукав рубашки Ника, широкими шагами подошёл к подруге. Парни сжали Еву с обеих сторон, при этом умудрились запутаться в длинных, почти как у Рапунцель, волосах.

— Алекс, идём к нам! — Роби махнул другу, прекрасно зная, каков будет ответ.

— Я потом, — смущённо улыбнулся тот и удалился в столовую за очередной булочкой с корицей. Еда всегда умудрялась спасать в неловких ситуациях, и с этим никто не смел спорить.

Наобнимавшись, Роза снова оказалась в своём большом кресле, закинув длинные ноги на каминную полку, что мистер Фок категорически запрещал делать, будто ей было до этого дело.

— А мы боялись, что всё потеряно. Я так разозлилась, если честно, когда узнала, что Эмма будет вместо тебя, — пожаловалась Роза, пытаясь отыскать страницу, где она остановилась. Про существование закладок она постоянно забывала.

Ева уселась в кресло напротив, поджав ноги, и как-то очень театрально вздохнула.

— Вот Алекс, например, сказал, что Эмма обалденная, — еле слышно протянула Ева, чтобы услышала только Роза, и улыбка сползла с её лица. Иногда очень трудно было избавиться от ревности, это чувство любило преследовать Еву даже там, где она совсем не ожидала.

— Эй, Алекс! — Роза не догадалась, что Ева не хочет выносить эту тему на всеобщее обозрение, и поэтому решила во всём разобраться прямо сейчас. — Тебе понравилась Эмма Тикет?

— Роза! — шикнула Ева и прикрыла лицо рукой, чтобы скрыть смущение.

Все восемь человек, что отдыхали в комнате, уставились на Алекса в ожидании шокирующей правды.

— Никто мне не понравился! — фыркнул Алекс и перевел взгляд в окно, словно увидел там что-то крайне интересное.

— Совсем-совсем? — Роза не любила рано сдаваться. Казалось, она решила прямо сейчас вытянуть из друга долгожданное признание.

— Отстань от меня, — всего лишь ответил парень, продолжая рассматривать старую иву. Он тоже был настойчив в своей скромности и не собирался говорить то, что все хотели услышать. На самом деле его ужасно раздражало, что одноклассники превратили его замкнутость и неуверенность в представление и не упускали возможности расшатать его зону комфорта.

В конце концов Розе пришлось смириться, что сегодня план не удастся исполнить. Что же, впереди у них целый год.

— Пора раскладывать вещи! — Роза закрыла книгу, так и не отыскав нужную страницу, и вскочила с кресла. Она схватила чемодан подруги и потянула в комнату. Ева поспешила за ней, успев перекинуться многозначительными взглядами с Алексом.

***

Заключительным штрихом стал мольберт возле окна и пара ещё пустых холстов на подоконнике. Теперь, зайдя в комнату, можно с лёгкостью узнать об увлечениях трёх соседок. Вообще у первой комнаты была репутация самой индивидуальной, уютной и открытой гостям, ведь не случайно компания друзей Евы всегда собиралась именно здесь, чтобы пообщаться и обсудить важные вопросы.

Разобравшись с вещами, Ева и Роза упали на свои кровати, чувствуя приятную усталость. Ещё немного, и обе бы провалились в глубокий сон, но в комнату постучали, и через мгновение на пороге появились двое. Подруги посмотрели на гостей и еле сдержали вздохи разочарования.

Люси большинство недолюбливали за её назойливость и желание всегда знать всё и про всех, а ещё она постоянно обижалась, бесилась и закатывала истерики, поэтому многие старались не подпускать её близко к себе.

Что касается второго человека, то это была Эмма, с которой Еве ещё не удалось познакомиться. Новенькая пока что для всех оставалась загадкой, которую интересно было бы решить.

Обе гостьи уселись на кровать Джейд, пока той не было в комнате. Обе молчали. Роза вскинула бровь, и наконец Люси заговорила своим тонким голосом:

— Знакомься, это Эмма. Именно она вернула тебя сюда, — представила миниатюрная светловолосая девушка новенькую и поджала губы, чтобы показать отсутствие той пышной радости, с которой встретили Еву её друзья.

Коллинз без особого желания приняла сидячее положение и внимательно посмотрела на новенькую. Её почти черные глаза моментально вселили в Еву некоторую долю страха.

— Значит, ты Эмма? — зачем-то спросила Ева и всё-таки, ненавидя себя за это, оценила внешность своей вовсе не конкурентки. Типаж новенькой был точно не тем, что сможет привлечь Алекса, и это немного успокоило девушку.

— А ты, значит, Ева? — не осталась в долгу Тикет.

Ева промолчала.

Неожиданно дверь снова распахнулась, и в комнату ввалился Дэн. Это был главный, так сказать, двоечник и хулиган в их классе, который, конечно же, нравился прилежной и безобидной Джейд. Парень о таком чудном парадоксе прекрасно знал и всеми способами пользовался добротой Джейд и ее неумением отказывать, особенно когда дело касалось учёбы.

— Ева! Рад видеть тебя в наших рядах. Боялся, что не у кого будет английский списывать.

Ева на это заявление только улыбнулась, ведь предоставлять Дэну сделанное домашнее задание по языку вошло уже в не самую лучшую, но крепкую привычку.

— Тебе, Найкер, только бы списать у кого. Больше ничем и никем не интересуешься, — укоризненно заметила Люси, явно делая отсылку к своей безответно влюбленной подруге. — Ладно, мы пошли, отдыхайте, — Люси поднялась с кровати и, даже не взглянув на одноклассниц, удалилась из комнаты. Эмма последовала её примеру. Вскоре ушел и Дэн, и подруги снова оказались в приятной тишине.

***

Конец первого дня нового учебного года в Темпусе ребята провели отлично. По инициативе Розы все собрались в гостиной и рассказывали истории, которые произошли с ними летом. В комнате царила непринуждённая атмосфера, у которой не было шансов остаться после первых занятий и предстоящих домашних заданий. И поэтому каждый ученик особенно ценил эти последние часы полной свободы перед тем, как разойтись по своим комнатам и приготовиться к суровым будням.

На следующее утро в столовой все завтракали уже в форме, готовые сразу же после омлета с овощами и чая отправиться в школу. Серые пиджаки с сине-золотой эмблемой Темпуса идеально сидели на подростках, и никто ни разу не жаловался на школьную форму.

Жители первого корпуса увлеченно обсуждали за едой предстоящие уроки, размышляли о том, появились ли новые учителя и насколько сложной окажется программа десятого класса. Белла не могла перестать улыбаться, видя, с каким аппетитом ребята наслаждаются её блюдами, и продолжала приносить к столу новые тарелки.

— У меня пищевой орг… — начал Роби, облизывая пальцы, никого при этом не стесняясь, но Роза шикнула на него, чтобы тот замолчал.

— А что такое? Вы не согласны? Лично я готов съесть все эти блинчики! — Роби развалился на стуле, словно это самое мягкое на свете кресло, и с закрытыми глазами наслаждался вкусной едой, по которой он скучал целое лето. Его занятым работой родителям некогда было готовить вкусности, поэтому теперь Роби собирался восполнить упущенное.

— Вот и бери, в нас же всё не влезет, — Алекс подвинул тарелку ближе к другу и посмотрел на него, как на милого голодного ребёнка.

Роби схватил ещё два блинчика, смазал их сгущенкой и налил стакан апельсинового сока с надеждой, чтобы завтрак никогда не заканчивался.

— Вы ещё здесь? У вас уроки через пятнадцать минут начинаются! — грозно сказал мистер Фок, когда зашёл в столовую к ученикам.

Мистер Фок как всегда был не в духе. И хоть он презирал подростков, всё-таки его нельзя было назвать монстром, ведь, например, смотритель в четвертом корпусе, мистер Лэйд, заставлял учеников за даже пустяковое непослушание убирать гостиную и столовую, что могло занять целый вечер у якобы провинившегося ученика. К счастью, в первом корпусе таких наказаний не наблюдалось, обычно всё ограничивалось лишь запугиванием и хмурыми взглядами.

Никто не хотел ещё больше нервировать Фока, поэтому все выскочили из-за стола и, схватив с дивана школьные сумки и рюкзаки, вылетели из дома. За столом остался только Роби, который ещё не съел до конца сладкие блинчики.

Мистер Фок втянул воздух, потом тяжело выдохнул и процедил:

— Стронг, тебе особое приглашение?

— Нет, что вы! Я уже бегу, — Роби встал, взяв в каждую руку по блину и бросился за друзьями.

***

Первым уроком в новом учебном году стояла биология, и ученики выбирали себе наиболее удачные, чтобы можно было списывать на тестах, места в зелёном от растений кабинете, на фоне которых легко было затеряться. Эмме пары не нашлось, но её это будто и не волновало, и она села одна за последнюю парту.

Со звонком в кабинет вошёл мистер Дарэк — средних лет мужчина в деловом костюме с милой, но фальшивой улыбкой на лице. Когда он так улыбался, это значило, что ребят ждёт что-то ужасное, и сегодня он наверняка приготовил самостоятельную работу на проверку оставшихся после лета знаний.

— Здравствуйте, солнышки, — поприветствовал учитель класс с явной насмешкой. — До меня дошли слухи, что у вас новенькая девочка в классе. Я надеюсь, все с ней познакомились и подружились. Эмма? — Дарэк с всё той же неискренней улыбкой взглянул на новенькую. — Нашла друзей?

Тикет кивнула без каких-либо откровений, что Дарэку только и нужно было. Урок быстро повернул в нужное русло, начавшись с вызова Роби к доске.

***

На перемене компания друзей собралась в холле, чтобы поделиться друг с другом своими рассуждениями.

— Знаете, мне эта Тикет совсем не нравится, — заявила вдруг Роза, когда они обсуждали проверочную работу. — Она слишком молчаливая, тихая и незаметная. В фильме бы ей досталась роль убийцы.

— Тебе нужно просто принять, что не все люди такие надоедливые, как ты, Маркин, — ответил ей Роби и взглянул на наручные часы, которыми он очень гордился. До звонка оставалось пять минут, так что у него с Розой было время попрекать друг друга.

— И хорошо, что не все такие самовлюблённые, как ты, Стронг.

— Давайте вы поругаетесь чуть позже. Хочу предложить кое-что, только пообещайте не смеяться во весь голос, — в глазах Луизы блеснула странная искорка. Девушка заправила свою светлую прядь волос за ухо и приготовилась делиться идеей.

— Ну, говори! — подтолкнул к раскрытию интриги Алекс.

— Давайте шпионить за Тикет! — выпалила Луиза.

Все ахнули.

— Ты застряла в начальной школе, Хэйл? — Роби так громко засмеялся, что один учитель попросил его взять над собой контроль.

— А что думают остальные? Вдруг она что-то скрывает…

Сначала никто не отвечал, а потом вдруг Ева поддержала идею подруги:

— Почему бы и нет? Давно у нас не было приключений.

— Да и в начальной школе было не так уж плохо, можно попытаться вернуться мысленно в это время, вспомнить, как пользоваться фантазией, — сказала Роза и подняла большой палец, одобряя предложение.

Алекс и Ник тоже кивнули. Ведь на самом деле, почему бы и нет. Они ничего не теряют, зато смогут поразвлечься.

Таким образом, Роби пришлось согласиться с большинством, и они все отправились к кабинету истории.

Уже прозвенел звонок, а учительница так и не появлялась, к тому же и дверь в кабинет была заперта, поэтому большинство учеников потянулись обратно в холл, чтобы дожидаться там начала урока.

— Сегодня в девять часов пройдет собрание. Нам нужно много чего обсудить, — намекая на новенькую, объявила Роза достаточно громко, что в их сторону посмотрело несколько одноклассников, убежденных, что у всех в этой компании какие-то проблемы с головой.

— Что за собрание? — не могла не спросить Люси. Она как всегда была там, где никто не хотел её видеть.

— Тебя это не касается, — спокойно ответила Роза и жестом руки показала, чтобы та шла дальше своей дорогой.

— Значит, нечего так орать, — тут же обиделась Люси и, как можно громче цокнув, отошла в сторону.

Роза решила, что пришло время поправить макияж, поэтому она схватила за руку Луизу и потянула подругу в уборную. Роби с Ником отошли к скамейке обсудить заданный мистером Дарэком реферат. Таким образом, Алекс и Ева остались вдвоём сгорать от неловкости недалеко от кабинета истории. Неожиданно для них из-за угла вышла Эмма с ключом в руке.

— Прячемся! — скомандовал Алекс и потянул Еву за шкафчики, откуда их не было видно.

Они молча наблюдали за Эммой, которая подошла к кабинету, несколько раз оглянулась, проверяя, чтобы никто не обращал на нее внимания, а потом вставила ключ в замочную скважину и дважды повернула. Через мгновение она скрылась в кабинете.

Друзья вышли из своего укрытия и подкрались ближе. Алекс пытался что-нибудь рассмотреть через мутное стекло, но безуспешно. Тогда Ева предложила зайти в кабинет, мол, пришли на урок, ничего особенного, а там уже они посмотрят, что из этого выйдет и с чем они поймают Тикет.

Алекс открыл дверь и заглянул внутрь. Ева крепко держала его за руку, чтобы меньше волноваться, потому что сердце почему-то билось так громко, что казалось, будто его слышно на другом конце школы. Она почувствовала, как рука друга напряглась.

— Там никого нет, — Алекс в растерянности взглянул подруге прямо в глаза, чего обычно он избегал.

— Шутишь? — не поверила Ева. Новенькая не могла исчезнуть из кабинета. Это же противоречило бы здравому смыслу. Но ведь и Алекс не был похож на сумасшедшего с галлюцинациями…

— Убедись сама, — Алекс позволил Еве заглянуть в кабинет.

Там действительно никого не было.

Напряжённое молчание, которое повисло в воздухе между друзьями, прервала молодая учительница истории мисс Леонс. Она отличалась тонкой талией, отдающими желтизной глазами, блондинистыми волосами, крупными золотыми серьгами и кольцом с черным камнем, и благодаря такому набору абсолютно все видели в ней осу. Характер учительницы оставлял желать лучшего, поэтому ужиться с Леонс было на самом деле довольно трудно. Она опоздала на своё занятие, но держалась так, словно провинился весь класс, а не она.

— Кто вам разрешил открыть дверь? И объясните, пожалуйста, где вы достали еще один ключ? — разговор начался с нападения, ведь это лучшая стратегия, когда нужно не выдать своего промаха. Взгляд мисс Леонс был жёстким и колючим, казалось, что она собирается ужалить обоих.

— Дверь уже была открыта, когда мы пришли. У нас нет ключа, — Алекс раскрыл перед Леонс ладони, то же сделала и Ева, чтобы подтвердить свою невиновность.

Учительница с неодобрением взглянула на бледные ладони, издала звук на подобии цоканья и зашла в кабинет, предварительно сухо попросив ребят позвать остальных.

Пока они направлялись в холл к одноклассникам, мысли друзей вертелась только вокруг Эммы и её загадочного исчезновения. Огромное желание захлестнуло обоих узнать наверняка, что и как именно произошло в кабинете истории. Они должны были убедиться, что не сошли с ума.

— Расскажем остальным, вместе подумаем над ситуацией. Пахнет, если честно, здесь неладным.

— Может, для начала сами разберемся? Не думаю, что нам поверят, — неожиданно предложила Ева и с надеждой посмотрела на друга.

Тот только усмехнулся, ведь он понял, что Ева хочет положить начало расследования ими самими. Другой бы решил, что это довольно эгоистично и чересчур амбициозно, но Алекс склонялся к мнению, что действовать некоторое время только вдвоем скорее романтично. Это был их первый, хоть и временный, секрет от остальных, и у Алекса от этих мыслей внутри всё перевернулось.

Во время урока, пока Леонс рисовала схему на доске и обращала меньше внимания на скучающих подростков, Роза, которая сидела за Евой, дёрнула подругу за длинную прядь и, когда недовольная Ева повернулась, поинтересовалась:

— Вы остались у кабинета. Эмму видели? Подозрительное было что?

Роза словно чувствовала. Интуиция на необычные и таинственные явления у неё была развита лучше, чем у кого другого. Если компания и находила себе приключения в школе, то только по "вине" Маркин.

Роза внимательно всматривались в Еву, будто хотела прочитать её самые сокровенные мысли.

— Не видели, — коротко ответила Ева, но потом испугалась, что слова прозвучали грубо, и добавила: — Но, надеюсь, всё впереди.

Явно опечаленная подруга кивнула и вернулась к схеме на доске.

В середине урока мисс Леонс отвлеклась от своей увлекательной темы урока и спросила учеников:

— Вы не знаете, где мисс Тикет?

Все переглянулись, будто Эмма могла сейчас появиться среди них. Никто не знал, где новенькая, потому что никто с ней не общался. Точнее, сама Эмма ни с кем не общалась и даже не пыталась подружиться с одноклассниками. Ей вроде было комфортно и без компании, она предпочитала наблюдать за всеми со стороны. Это немного пугало, и никто ей в друзья не навязывался.

— Только пришла в новую школу, а уже прогуливает. Разве это нормально? Поговорю после занятия с миссис Труф, нельзя закрывать глаза на такую наглость, — мисс Леонс, словно озверевшая, перелистывала страницы учебника и продолжала шипеть под нос о ненормальном поведении вредных детишек.

***

Ровно в девять часов вечера, как и договаривались, в комнате с кактусами, мольбертом и ароматом французских духов собрались все шестеро, выпроводив Джейд за дверь под лучшим предлогом, мол, её зовёт Дэн.

Первая начала, конечно же, Роза, которая даже и представить себе не могла, что беседой управляет кто-то другой:

— Нам нужно узнать о Тикет как можно больше. Кто она, откуда, почему перешла, чем она занимается в свободное время.

— Пороемся в её вещах? — тут же выдал Роби.

Непонятно, говорил ли он серьезно, но на всякий случай все посмотрели на него с осуждением.

— Можем осторожно, по парам, следить за тем, куда она ходит. Сегодня, например, с истории она сбежала, — продолжила Роза.

— В медпункт? — поспешил прервать пыл подруги Ник, самый приземлённый из всей компании.

— Не предупредив даже никого? Нет, здесь что-то другое, — Роза не сдавалась. Предвзятость — вещь сильная, и если она уже прицепились, то так просто от нее не избавиться. И Роза не хотела отпускать мысль, что Тикет что-то скрывает от своих одноклассников и учителей.

— Думаю, гадать бессмысленно. Лучше, как ты сказала, начать по-настоящему следить за ней с завтрашнего дня, — высказалась Ева, и, как часто бывает, с ней согласились, посчитав её мысль самой разумной.

В этот момент в комнату вернулась Джейд, недовольная, но не настолько, чтобы повышать голос. Она осталась стоять у дверей, потому что на её кровати сидел Роби и Ник.

— Дэн сказал, что не звал меня.

— Но, смею заметить, вернулась ты не так быстро, — Луиза прищурилась, будто лгала Джейд, а не они.

— Ну, — замялась та и поправила свои короткие черные волосы, — раз я всё равно пришла, то решила помочь ему с алгеброй, — Джейд жила в иллюзиях, что именно она принимала подобные решения.

Друзья лишь молча переглянулись и еле слышно хихикнули.

Время близилось к ночи, поэтому парни и Луиза вовремя покинули комнату, чтобы не пересечься с Фоком и не выслушивать его нотации о том, что после десяти каждый должен быть в своей комнате.

Роза и Ева хотели уже пойти в ванную, но Джейд вдруг включила несвойственный ей режим любопытства и поинтересовалась у подруг:

— А чем вы тут занимались?

Это всё дурное влияние Люси, с сожалением подумала Роза. А ещё она поняла, что будь в комнате Роби, он бы обязательно исказил слова одноклассницы в не лучшем свете.

— Ничего особенного. Обсуждали первый день.

— Да, нелегкий выдался. Особенно эти крики Леонс… Так взбесилась из-за того, что Эмма не пришла на её занятие. Будто кому-то нужна эта история, — Джейд старалась звучать так, как, по ее мнению, говорят другие подростки, потому что лично ей Леонс даже нравилась со всей её строгостью.

Роза мельком взглянула на Еву, и на её лице мелькнула тень улыбки. Джейд была крайне забавной, и иногда Розе даже хотелось взять её себе под крыло на перевоспитание, но всегда находились дела поважнее.

Когда все улеглись в свои кровати и выключили свет, Ева мысленно вернулась к той роковой перемене, уверенная, что Алекс сейчас думает о том же.

Завтра им предстояло выяснять подробности по поводу исчезновения новенькой. И Ева не сомневалась, что всё получится.

Утро наконец стало похоже на английское, потому что ночью полил дождь, и он вряд ли собирался прекращаться в ближайшие дни. Зелёная трава во дворе почти превратилась в коричневое болото, и без резиновых сапог не было смысла даже пытаться пройти по грязным лужам. Старые ивы качались из стороны в сторону так сильно, что казалось, будто они могут с корнями вырваться из земли и улететь в небо к пугающим тучам. И без того темные корпуса школы ещё больше нахмурились, ровно как и ученики, которые собрались за завтраком в столовой и долго молчали, пока Люси не заметила, что Эмма всё ещё не вернулась.

— Куда же она пропала? Неужели мы ей так не понравились, что она сбежала домой? Это вполне вероятно, если обратить внимание на то, какие у нас тут все недружелюбные, — Люси знала, что те, о ком она говорит, поймут её. Скорее всего ей хотелось как всегда с кем-нибудь поругаться.

Сначала ей никто не ответил, из-за чего образовалась неприятная пауза, и ситуацию осмелился спасти Ник:

— Вдруг у неё какие-то важные дела в городе.

Люси, широко улыбнувшись, развернулась к парню, зная, что он не уйдет от беседы, потому что слишком вежлив.

— А почему никто не знает? Она обязана предупреждать, если собирается уехать из школы. Никакой совести у человека!

Кто бы говорил, подумала Роза и вышла из-за стола, чтобы успеть накрутить волосы перед занятиями. Столовая снова погрузилась в тишину.

***

Перед началом физики в кабинете наросла тайно любимая подростками атмосфера, пропитанная амбициями, гневом, гордыней, раздражением и желанием разрушения. Подобное настроение летало по всему классу, и причиной служила очередная ссора Розы и Роби. Они продержались лишь пару дней после начала нового учебного года и больше не могли сдерживаться, им нужно было как можно скорее устроить противостояние. Они до сих пор не научились уживаться вместе и время от времени демонстрировали друг другу силу своего характера.

На этот раз загорелся спор на важную для них тему: кто смелее. Роза и Роби могли спорить абсолютно по любому поводу, включая даже такой, казалось бы, совершенно бессмысленный.

Никто так и не понял, кто начал этот дурдом первым, однако Роби и Роза уже кричали друг на друга, топали ногами и швыряли тетради с учебниками под зачарованные взгляды одноклассников. Наблюдать за ярко разгорающимся конфликтом с каждым разом становилось только интереснее.

— Маркин, ты прекрасно знаешь, что равных мне нет. Можешь даже не пытаться, твое вяканье совсем неслышно, — Роби самодовольно ухмыльнулся и закинул ноги на парту, даже не догадываясь, что копирует поведение Розы возле домашнего камина.

Алекс сидел сейчас возле него и старался казаться невидимым, чтобы бушующие друзья случайно не втянули его в своё эмоциональное месиво. Примерно такую же позицию занимали и остальные подростки. Наблюдать — с радостью, но точно не участвовать.

— Много слов, мало действий. Это ты называешь смелостью? — Роза стояла возле учительского стола и вертела в руках мел, всё ещё сомневаясь, стоит ли его кидать в друга.

— Физика. Миссис Занри. Кто больше совершит смелых поступков во время урока, тот и станет победителем. Навсегда. Что скажешь? — парень широко улыбался, но не сводил взгляда с мела.

Роби Стронг легко мог бы стать главной звездой школы, если бы этого захотел. Его яркая внешность, пылкий характер кружили головы ученицам Темпуса, и многие из них мечтали хотя бы общаться с ним, не говоря уже о чём-то большем вроде свиданий. Однако так сложилось, что Роби оказался не таким тщеславным, как другим могло показаться, и он ещё ни разу не воспользовался своим обаянием, чтобы заполучить внимание самых классных девушек Темпуса. Его устраивала их небольшая компания, ему хватало её сполна. Здесь регулярные ссоры с Розой, дружеские советы Ника, помощь в учебе от Алекса, мудрость Евы и спокойствие Луизы. Идеально. Ему действительно повезло с друзьями.

— Договорились, — ответила Роза и швырнула мел в Роби.

Теперь стало ясно наверняка, что Роза перешла в свою самую опасную фазу. Она легко могла разозлиться или обидеться, обрадоваться или удивиться, и эмоции эти всегда были бурными, долгими и иногда даже пугающими. Особенно это касалось эмоций из первой группы, и все обычно старались не провоцировать девушку, потому что знали, что добром это не кончится. Никому не хотелось стать причиной злости Розы Маркин, ведь она могла устроить обидчику настоящий ад.

Вдруг Роза залезла на свою третью парту на среднем ряду и обвела одноклассников деловым взглядом, а затем серьёзно заявила:

— Ведите счёт. Кто совершит больше смелых поступков, тот выиграл.

— Что ж, игра началась… — прошептала Луиза, когда в кабинет зашла пожилая миссис Занри. Учительница физики почему-то всегда была невесёлая, и очень сложно было ей понравиться, а ещё труднее рассмешить, потому что физика закралась слишком глубоко в её душу. Седые волосы учительницы, собранные в небольшой пучок, побелели ещё больше, когда Занри увидела, что вытворяет ученица.

— Роза Маркин, что вы себе позволяете? Вы что, сошли с ума?

— Давно уже, — хихикнул Роби и быстро опустил ноги на пол.

Пойманная Маркин продолжала невозмутимо стоять на парте. Её выражение лица было таким, будто на парте стоит вовсе не она, а скорее сама миссис Занри.

— Слезайте немедленно! Устроили мне тут цирк! Но всё, представление окончено, быстро к директору!

Наконец-то девушка поняла, что у неё проблемы, и без особого желания оказалась снова на полу. Поправив пиджак и смахнув несуществующую грязь с юбки, Роза удалилась из кабинета вместе с учительницей, оставив одноклассников в изумлении.

— Один-ноль в пользу Маркин, как я понимаю, да? — неожиданно послышался голос Дэна с последней парты.

На этом игра подошла к концу.

***

На уроке географии перед тем, как объявить самостоятельную работу, мистер Примо, вытирая и так чистую доску, сказал, что нужны добровольцы, чтобы сходить в кабинет истории за картой Америки. Весь учебный реквизит хранился именно в том кабинете, где было больше всего огромных шкафов, поэтому его смело можно было назвать самым популярным местом в школе.

Желанием вставать и тянуться в другой конец школы на два этажа выше никто не обладал, поэтому все умело игнорировали просьбу, пока наконец не поднялась одна изящная рука.

— Давайте мы сходим? — Ева указала на Алекса и себя и умоляюще посмотрела на учителя, зная, что это поможет его задобрить.

— Тут и один справится. Но раз вы единственные готовы помочь любимому учителю, то так и быть, разрешаю вдвоём. Только быстро! Вы же знаете, что от вас зависит время, отведенное на работу.

Ева кивнула и расплылась в благодарственной улыбке.

— Зачем? Чем посидеть спокойно не нравится? — шёпотом сказал Алекс подруге, лениво вставая из-за парты и закрывая тетрадь. Ева лишь внимательно на него посмотрела, и тогда Алекс всё понял.

Через пару секунд они уже пулей неслись в нужный кабинет. Но не из-за того, что они боялись Примо или его теста, а потому что перед ними стояла цель узнать, как из кабинета истории можно исчезнуть, что смогла провернуть новенькая.

Мисс Леонс как раз собиралась закрывать кабинет, когда подбежали ученики. Они уговорили злюку отдать им ключ, пообещав отнести его после на место. Учительница небрежно бросила ключ Еве, и та еле успела поймать его. Когда Леонс скрылась за поворотом, Ева закатила глаза и поделилась с другом своими мыслями:

— Когда-нибудь я поставлю её на место.

Алекс лишь усмехнулся, очень сомневаясь, что Ева решится на подобный шаг, хотя на самом деле от нее многое можно ожидать. Он и сам не прочь рассказать Леонс о том, как отвратительно она себя ведёт, но пока что это оставалось лишь в мечтах.

Как только друзья перешагнули порог кабинета, они тут же разбежались в разные стороны и принялись заглядывать во все шкафы, в парты, даже в учительский стол. Ева просмотрела плинтус в надежде найти в нём щель, за которой мог бы скрываться тайный проход или ещё что-нибудь. Оба толком не знали, что именно им нужно искать, но надежда случайно наткнуться на разгадку пока что не умирала. И вскоре Алекс окликнул Еву:

— Эй, посмотри! Я, кажется, кое-что нашёл, — дрожащим от внезапных эмоций голосом произнес парень. Его рука указывала на внутреннюю стенку крупного шкафа, заполненного интересными вещами из прошлого вроде одежды, посуды, домашней утвари, которые периодически демонстрировали на уроках.

Ева моментально оказалась возле Алекса, чтобы узнать, что такое особенное увидел друг.

В среднем ярусе шкафа, свободного от полок, чтобы туда можно было складывать вещи высотой с человека, на самом верху деревянной стенки было прикреплено еле заметное железное устройство со счётчиком из шести цифр, расположенных в отдельных ячейках. Алекс дотронулся до первой цифры и неожиданно обнаружил, что цифры можно перекручивать. Это ещё больше заинтриговало друзей. Ева попробовала покрутить все цифры в надежде, что им так откроется какой-то секрет, но ничего не произошло.

— Что это, чёрт возьми, вообще такое? — не удержалась Ева и с таким отчаянным желанием объяснений посмотрела на Алекса, что тот даже расстроился из-за того, что не знал ответ.

— Такое чувство, что мы занимаемся взломом, — поделился своими мыслями Алекс.

Ева сделала пару шагов назад, пригляделась, потом вернулась на прежнее место. Постояла мгновение в молчании, а потом сказала:

— Знаешь, это похоже на код…

— От чего?

— Не имею ни малейшего понятия, — вздохнула Ева.

Алекс понимающе кивнул и потянулся в карман за телефоном, чтобы сделать фотографию находки.

— Возможно, здесь определенная комбинация цифр, и если её ввести, то произойдет что-то такое, что поможет отсюда исчезнуть. И Эмма наверняка знает последовательность, — Алекс бросил прощальный взгляд на устройство и направился к другому шкафу, чтобы взять карту, про которую они оба чуть не забыли.

— Но как нам узнать код? Это же нереально! — голос Евы звучал безнадёжно.

— Будем пытаться, — пришел к единственному возможному выходу Алекс и махнул подруге, мол, им пора возвращаться.

Ева который раз тяжело вздохнула и закрыла дверцы.

***

Как только прозвенел звонок с урока, ученики тут же сдали работы, поскольку мистер Примо не разрешал дописывать ни секунды, и уже заранее разочарованные в своих будущих оценках покинули кабинет.

Первым делом внимание привлекла с красными от слёз глазами Роза, которая поджидала друзей в коридоре после чересчур долгой беседы с директрисой и прогулки по школьному парку вместо географии. На её лице не было даже намёка на хорошее настроение, она выглядела слишком подавленной, даже несчастной, и всем стало не по себе.

Роза отложила в сторону учебник по английскому, который она невнимательно листала, и без особого желания рассказала по просьбе друзей, что произошло после того, как она покинула кабинет физики. Как выяснилось, Труф долго возмущалась неадекватным, непристойным и просто абсурдным, как директрисе казалось, поведением ученицы старшего класса, и по итогу она решила, что нет наказания лучше, чем сделать звонок матери Розы и доложить о том, что творит младшая Маркин в школе, предназначенной обеспечить девушке успешное будущее. Такой поворот событий стал неприятно неожиданным, и теперь Роза с ужасом ждала встречи с семьёй, ведь родители пообещали заявиться в Темпус, чтобы лично продемонстрировать дочери свое разочарование и негодование. Кроме этого, Розе поручили провести вечером уборку кабинета физики, притворившись, будто Роза прошлась в ботинках по всем партам, стульям и подоконникам. В общем, справедливость Розу не ждала с распростёртыми объятиями.

— Очень впечатляюще, — улыбаясь по всю ширину своего рта, произнёс Роби после монолога подруги. — Хоть будешь знать, что лучше не нарываться. Видишь, чем заканчиваются споры со мной?

Луиза метнула в Роби наполненный откровенной злостью взгляд и обняла ещё крепче раздосадованную и совсем поникшую Розу.

— Ты любишь строить из себя королеву мира и притворяться, что тебе всё позволено. Смирись уже, что это далеко не так, — парень не собирался останавливаться. Его рот не закрывался, как и синий шкафчик, дверцу которого Стронг не отпускал всю перемену.

— Роби, у меня напрашивается только одно слово для тебя. Ублюдок, — Ева удивила всех своей внезапной резкостью, и Стронг явно смутился. Он предпочел отвернуться, чтобы не показать, что слова подруги не пришлись ему по душе.

Толпа девятиклассников пробежала мимо притихшей компании, и все заметили красные глаза Розы Маркин, что моментально вызвало волну шёпота и догадок.

— А ты, вижу, умеешь только насмехаться над другими людьми и не замечаешь, насколько сам ничтожен, — сухо ответила Роза и замолчала. Но не прошло и пары секунд, как она решила, что хватит сдерживать эмоции, и вдруг крикнула парню прямо в лицо: — Не разговаривай больше со мной! Никогда!

Роби опешил от такого, как ему показалось, сумасшедшего заявления и хотел что-то сказать в ответ, но Роза уже бросилась к выходу из школы, даже не попрощавшись ни с кем. Злость и обида вдруг выросли до такой степени, что она не могла позволить себе даже находиться рядом с Роби, а угроза повторной встречи с Труф из-за пропусков занятий её сейчас совершенно не волновала.

— Надеюсь, ты доволен, — угрюмо процедил Алекс и кивнул Еве, мол, им надо кое-что обсудить наедине.

Они оба отошли к скамейкам, Луиза и Ник отправились в столовую, а Роби остался стоять в одиночестве и недоумении, всё ещё не догадываясь о серьёзности последствий всей этой сцены.

Когда Маркин не появилась на следующих нескольких уроках, волнение захлестнуло друзей, ведь они знали, что Роза могла податься куда угодно, начиная от леса за школой и до самого Лондона. Роза представляла собой настоящий спусковой крючок, и нужна была крайняя осторожность, чтобы случайно его не зацепить. И именно в этом провалился Роби.

Очередь в буфете продвигалась медленно, и чтобы как-то убить время, друзьям стоило поболтать друг с другом, но внезапно воцарившееся с исчезновением Розы напряжение сдавливало всех. Ребята молча делали небольшие шаги к кассе и попутно с неестественным интересом рассматривали полки с едой.

— Хорошо, после школы я с ней поговорю, — внезапно выплюнул слова Роби и так тяжело вздохнул, будто его только что освободили от пыток.

— И? — Алекс ждал продолжения.

— Извинюсь.

Роби расплатился за шоколадный батончик и уверенным шагом вышел из столовой, решив не дожидаться своих вредных друзей. Все без комментариев посмотрели ему вслед, а затем Луиза наклонилась к Еве и шепотом сказала то, над чем она размышляла целый день. Ева сначала усмехнулась, словно узнала какую-то сплетню,

Ровно в шесть утра на пороге первого корпуса появилась Эмма Тикет, которая уже успела стать настоящей загадкой для учеников Темпуса. Новенькая сбросила с плеча большую черную сумку и с облегчением выдохнула. Ей хотелось незаметно для всех пробраться в комнату и лечь отдохнуть, а ещё подготовиться к расспросам. Однако в Темпусе спокойно не бывает даже в такое раннее утро, и в этот раз тишину нарушила шаркающая по ещё темному коридору Луиза в столовую, где хранились лекарства. Головная боль донимала её всю ночь, и терпеть уже было невозможно.

Луиза еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть, когда совершенно неожиданно увидела новенькую возле порога. Обе замерли и выжидающе смотрели друг на друга, как хищники, готовясь броситься в бой. Первой атаковать решилась Эмма:

— Привет.

— Ага, — прошептала Хэйл и мигом вернулась на землю из ступора. Она сорвалась с места, забыв о головной боли, и помчалась в первую комнату.

Ева с Розой ещё сладко спали, и Луизе пришлось потрудиться, чтобы их разбудить, но при этом не потревожить Джейд.

— Подъём! Давайте же! У меня новости!

— Луиза, отстань, — поморщилась Роза. — Ещё полтора часа до завтрака, дай поспать.

Ева же сообразила, что нужно крепко схватиться за одеяло, чтобы подруга не смогла его стянуть. Просыпаться в шесть утра ради каких-либо новостей она точно не собиралась.

— Ладно, прячьтесь, но послушайте, — Луиза затихла, пропуская вперёд потенциальную барабанную дробь. — Эмма появилась!

Двух слов хватило, чтобы сон как рукой сняло.

— Что? — тут же подскочила Коллинз и попыталась запрыгнуть в тапочки, но из-за спешки ей никак не удавалось это провернуть, и она прямо босиком выбежала в коридор в надежде хотя бы сейчас не упустить Тикет.

Эмма послушно сидела в кресле в гостиной и с досадой ждала, какой шквал вопросов на нее скоро обвалится. Она уже поняла, что жители этого дома любопытные и активные, и теперь она уже начинала жалеть, что выбрала для себя именно первый корпус.

Ева в синих пижамных шортах и майке, с запутавшимися за ночь волосами и немного глупой улыбкой предстала перед новенькой. Она ещё не решила, какие вопросы задать, но спросить нужно было что-то наверняка.

Эмма вновь заговорила первой:

— Ты что-то хотела?

Ева вскинула брови, будто совсем не ожидала вопроса или вообще надеялась, что её пока что не заметили. Но Эмма видела всех.

— Я в ванную иду, — ответила Коллинз и тут же пожалела.

— Правда? Ванная в другой стороне, если я не ошибаюсь, — Эмма деловито закинула ногу на ногу и пронзила Еву своим очень темным и пугающим взглядом.

— Верно, — Ева кивнула, будто это была проверка на знания Эммой планировки дома. — Кстати, а где ты пропадала всё это время? — чтобы не показаться чересчур любопытной, Ева зевнула. Вопрос из вежливости, так сказать.

Тикет сделала глубокий вдох, поднялась с кресла и, приблизившись к Еве настолько, что можно было услышать её дыхание, коротко ответила:

— В больнице у бабушки. Довольна?

Ева хотела объяснить, что она не собиралась выпытывать информацию, всего лишь дружеский интерес, но Эмма продолжила:

— А теперь отвали от меня.

На такое заявление у Евы ответ не был готов. Эмма для надёжности ещё раз прожгла Коллинз своим свирепым взглядом и, слегка задев девушку плечом, грозно зашагала в свою комнату. Как только она скрылась во второй комнате, оттуда выскочила Луиза и поспешила в гостиную.

— Ну, узнала что? — Хэйл села вместе с подругой на диван и накрыла ноги декоративной подушкой, чтобы не так мёрзнуть. Из-за продолжительного дождя всё вокруг казалось мокрым, холодным и неуютным.

Ева передала короткий и захватывающий диалог.

— Почему мне кажется, что никакой больницы не было?

— Мне тоже, — согласилась Ева. Вообще она не сомневалась, что Эмма исчезла там, куда её отправил шкаф, и это точно не было лондонской больницей.

Подруги решили наведаться к парням, чтобы рассказать новость, и они еле успели скрыться за поворотом, когда в коридор вышел Фок проверить, не шумел ли кто-то в такую рань.

Разбудить ребят оказалось несложно, а когда с ними ещё и поделились содержанием беседы Евы и Эммы, то стало понятно, что спать никто больше не собирался.

Когда подруги отправились в свои комнаты, Алекс схватил с тумбочки телефон и уставился на фотографию. Он уже столько раз открывал ее, что, казалось, выучил всё на ней наизусть, но тем не менее это не помогало понять, что значат цифры в шкафу. Алекс чувствовал, что им нужно разобраться с загадкой поскорее, пока Эмма в школе, ведь он не сомневался, что подобные исчезновения ещё повторятся.

— Что у тебя там в телефоне? — прыгнул на кровать друга Роби и попытался заглянуть в экран. — Фотографии Евы Коллинз? Женщины номер один в твоём большом и добром сердце.

— Думай, что говоришь, — фыркнул Алекс и отвернулся.

— Показывай! — и Роби с ловкостью выхватил телефон.

— Отдай! — закричал Алекс и бросился на Роби, повалив друга на пол. Не хватало ему, чтобы Стронг всё узнал. Он не мог подставить их с Евой. Не мог раньше времени открыть их тайну.

— А если не отдам, то что будет? — засмеялся тот, вертя телефон в руке. Посмотреть, что же там такое запретное, он даже не додумался. Намного интереснее было наблюдать за реакцией бешеного Алекса.

— У тебя снова станет на одного друга меньше, — Алекс знал, куда нужно надавить.

После неприятной ситуации с Розой Роби не хотелось ссориться и с Алексом, поэтому он бросил телефон другу и поднялся с пола.

— Бери уже, только не хныкай, ладно? — последнее слово осталось за ним.

***

В школе на первом уроке мистер Примо, не отрываясь от проверки написанных учениками работ, спросил у притаившейся в глубине кабинета Эммы:

— Расскажи нам, пожалуйста, где ты вчера была? Почему прогуляла занятия?

Эмма без страха перед учителем закатила глаза, что заметила только Ева. Она позабыла о приличиях и таращилась на Тикет весь урок, будто хотела стать свидетелем очередного мистического исчезновения.

— У меня дедушка лежит в больнице, и нужно было его срочно проведать. Семейные обстоятельства, понимаете?

— Ох, мне очень жаль, — спохватился учитель, но потом всё-таки добавил: — Но чтобы больше без разрешения не уходила. А теперь география. Смотрим на свои оценки за самостоятельную и плачем. Совершенно не помните материал.

Мистер Примо начал урок и не заметил, как шесть человек переглянулись между собой. Они знали, что Эмма соврала либо им, либо Примо, либо всем. А там, где ложь, добра обычно мало.

***

— То она была у дедушки, то у бабушки. Сама определиться не может? — подытожила Луиза после первого урока, когда они всем составом неудачно собрались возле театральной студии, мешая ученикам проходить и привлекая ненужное внимание.

— Мне не нравится, что она водит всех нас вокруг пальца, — Роза нахмурилась, будто почувствовала в Эмме угрозу своей безупречной репутации мастера вранья.

Роби выбрал не лучший момент, однако то, что происходило между ним и Маркин, ужасно его бесило, поэтому он решил поставить точку их недопонимаю прямо сейчас. По его мнению, рассуждения о бесстыдном поведении Тикет могли немного подождать.

— Слушай, Роз, я хотел сказать… Вчера всё вышло не очень удачно…

— Отстань, Стронг, — Роза даже не дала ему договорить.

Роби надулся от несправедливости, как ребенок, и сам себе пообещал, что больше ни за что не подойдёт к Маркин с извинениями или чем-нибудь другим. С него уже хватит.

— У меня есть одна мысль. Может показаться безумной, но я всё-таки озвучу, — шептал Алекс, крепко сжимая теплую руку Евы, и шагал на второй этаж школы, подальше от друзей. Им еле удалось незаметно скрыться. Но это всё равно не спасёт их от фантазии Роби, когда он обнаружит исчезновение, и начнёт выдвигать безумные теории, где же они и что делают.

Ева послушно шла за другом, но это не означало, что она понимает, что тот задумал.

— Куда мы идём?

— Я видел, что Эмма сюда поднималась.

— Зачем она нам сейчас?

Алекс на миг остановился и посмотрел на Еву таким пронзительным взглядом, что та почувствовала себя самым глупым человеком на планете. Что она упускает? Почему Алекс удивляется её непониманию?

Друзья уселись в только что освободившиеся кресла и склонились друг к другу, чтобы шепотом обсуждать насущные вопросы. Они волновались, что кто-нибудь услышит их, только вот у учеников Темпуса и своих забот было по горло, поэтому никто не обращал на них внимания.

— Вдруг нам нужно ввести дату рождения Тикет? — выпалил Алекс и уставился на Еву в ожидании её реакции на такое заявление.

Ева моментально отмела эту теорию:

— Сомневаюсь, что этот таинственный шкаф создавался кем-то специально для Тикет. Откуда они могли знать о её существовании?

— Может, они и не знали. Но вот те, кто установил систему…

Ева тоскливо вздохнула, всё ещё сомневаясь, что теории Алекса стоит позволить жить, и посмотрела на большие настенные часы со стрелками. У них было ещё время до урока.

— Я понимаю, что это звучит абсурдно, но пока что это единственное, что мне пришло в голову, поэтому, мне кажется, стоит попробовать. Не сидеть же сложа руки.

Ева задумалась.

Алекс, затаив дыхание, не отрывал взгляд от подруги.

— Хорошо, но как ты собираешься узнать её дату рождения? Тикет не похожа на ту, которая будет с лёгкостью раздавать информацию о себе.

Алекс улыбнулся. Ева согласилась с его идеей, а это большой шаг.

— Давай сейчас подойдём к ней и скажем, что нам нужно собрать даты рождения одноклассников, чтобы потом поздравлять.

Ева решила, что это самый безобидный вариант и, вероятно, подходящий, чтобы привести их к успеху.

Они поднялись с кресел и уже пошли в сторону библиотеки, где скрылась Эмма, но далеко уйти им не удалось. По лестнице широкими шагами поднялся Роби и бросился прямо на друзей. Когда он словил Алекса и Еву, не смог сдержаться от комментария:

— Наслаждаетесь обществом друг друга? Как это ми-и-ило! — Роби сложил руки в сердечко, и Алекс не удержался, чтобы не толкнуть его.

Стронга это ещё больше развеселило, но уже через пару секунд он принял более серьезный, даже хмурый вид и, извинившись за предоставленные неудобства, потащил Алекса в противоположную от Эммы сторону.

— Мне нужно срочно с тобой поговорить!

— Но… — Ева взглядом указала на библиотеку, где возле входа стояла Эмма и быстро перелистывала страницы какой-то книги.

Алекс лишь пожал плечами. Ева мгновение стояла в нерешимости, но потом осмелилась разобраться с Тикет в одиночку.

Роби же усадил Алекса обратно в кресло, сам склонился над ним и начал бросаться вопросами:

— Почему Роза не хочет мириться? Что ей надо? Она как всегда привлекает внимание? Это причина? Я вообще не понимаю!

— Слушай, чего ты так зациклился? Неужели и правда так волнует ее расположение к тебе? — Алекс прищурился.

Роби не сразу нашёлся с ответом.

— Конечно! Я же не хочу быть с ней врагами.

— А так и не скажешь, — Алекс говорил медленно, явно наслаждаясь фактом, что Роби понадобился его совет. Ник лучше подходил на роль советчика в таких делах, поскольку опыта общения с девушками он скопил побольше. Только вот на третий год обучения с ним что-то произошло. Ник внезапно стал тише и спокойнее, улыбается реже, постоянно погружен в свои загадочные мысли. Алекс пытался узнать, произошло ли у друга что-то особенное за лето, но Ник давал размытый ответ, который, в общем-то, ничего и не объяснял.

— Ну, нашло на меня тогда, с кем не бывает. Зачем обижаться так долго?

— Попробуй поговорить с ней ещё раз.

— Ты и сам видел, как она реагирует. Предлагаешь снова унижаться? — Роби считал себя выше извинений. Выше чего угодно.

— Если просить прощения означает для тебя унижение, то, боюсь, я больше ничем тебе не смогу помочь.

И Алекс оставил Роби. Сейчас важнее всего было узнать, удалось ли Еве поговорить с Эммой. И, как оказалось, Коллинз смогла завести разговор с Тикет, хотя это было не так уж просто, если вспомнить, как вела новенькая себя с утра.

Алекс подбежал к Еве, которая ждала его недалеко от кресел, и спросил:

— Ну? Она назвала дату?

Ева вздохнула. Алекс всё понял.

— Не всё так просто. По её мнению, нам необязательно знать, когда она родилась. И добавила, что в наших поздравлениях не нуждается. У нее явно самая лучшая тактика для построения хороших отношений с одноклассниками.

— Чёрт! — Алекс пнул мусорное ведро. — Зато я теперь ещё больше уверен, что код связан с ней.

— Нужен другой способ добыть информацию.

Алекс несколько секунд размышлял, оценивал коэффициент риска и удачи, а потом, схватив подругу за руку уже который раз за день, что приносило ему сущее удовольствие, побежал к кабинету директрисы.

— Я отвлекаю Труф, ты ищешь личное дело Тикет. У тебя максимум две минуты.

— Но… — Ева не успела объяснить, что у них ничего не выйдет, но Алекс уже зашёл в кабинет и очень скоро вышел оттуда вместе с миссис Труф, которая в спешке пыталась надеть очки.

Парень подмигнул Еве, и та бросилась в кабинет. Найти дело удалось достаточно быстро, и, чтобы не забыть дату рождения от нахлынувшего адреналина, Коллинз сфотографировала лист бумаги и бросила обратно в полку. Ни секунды не задерживаясь, Ева вылетела из кабинета и упала прямо в объятия Алекса.

— Вот это скорость! — восхитился он и выхватил протянутый Евой телефон.

Оба склонились над экраном, чтобы изучить фото.

04.09.1999.

— Почему ты мне не говорил о своих экстрасенсорных способностях? — засмеялась Ева.

— Сюрприз, — залился смехом Алекс.

Раздался звонок на урок.

— Предлагаю сейчас проверить код, пока удача с нами. В кабинете истории как раз больше нет сегодня занятий.

— А английский?

— Так важно?

— Плевать, — ответила Ева, и они помчались вниз.

Кабинет и правда оказался пустым. Он не пользовался большой популярностью, потому что в нём до сих пор не повесили интерактивную доску, а учителя обожали пользоваться этим новшеством.

Здравый смысл подсказывал обоим, что всё закончится безуспешно, но всем известно, что надежда умирает последней.

Алекс начал вводить числа трясущимися руками, моля об удаче. Ева же, затаив дыхание, внимательно следила за его пальцами.

— Готово!

Ничего не произошло.

Они подождали минуту.

По-прежнему ничего.

И тогда Алекс взбесился от отчаяния. Не придумав ничего более разумного, он принялся в каком-то диком порыве менять последнюю цифру в меньшую сторону, пока на четвёрке не раздался едва слышимый хлопок.

— Остановись! — Ева схватила Алекса за руку. Её сердце начало бешено колотиться. Неужели получилось?

— Здесь дата рождения человека, которому сейчас двадцать один! А Эмме же шестнадцать. По крайней мере, должно быть…

Ева решила, что, возможно, здесь дата её родственника, однако Алекс не принял эту мысль, сказав, что день и месяц её, если опираться на личное дело. Каждый раз, когда подростки связывались с Тикет, жизнь тут же выкидывала им, как одну из матрёшек, проблему с огромным количеством недосказаний и странностей.

— Надеюсь, нам всё-таки удастся выяснять, кем Тикет является на самом деле, — прошептала Ева, почти не моргая, чтобы не упустить ни единой мелочи.

Перед друзьями в сторону отъехала внутренняя стенка шкафа, открыв обзор на заполненную темнотой и тишиной лестницу, ведущую в подвал.

Недолго думая, они сделали шаг вперёд.

Сплошная темнота поглотила незваных гостей, но, к счастью, не настолько долго, как они того ожидали. Алекс и Ева, затаив дыхание, спускались шаг за шагом, и всё вокруг приобретало форму, цвет и совсем немного смысла. Через минуту оба осознали, что идут по туннелю, в конце которого их ожидала массивная дверь, открыть которую удалось с трудом.

Теперь вокруг было настолько светло, что даже болели глаза от белого цвета стен. Помещение оказалось чем-то на подобии коридора, откуда можно было попасть в несколько других комнат. Резкие повороты направо и налево в конце сужающегося коридора означали, что впереди есть ещё что-то.

И Алекс, и Ева не знали, что нужно в таких ситуациях даже думать, поэтому они просто стояли плечом к плечу с раскрытыми от удивления ртами.

— Кто бы мог подумать, что это всё связано с нашей школой, с обыкновенным кабинетом истории. — Ева первая пришла в себя. — Но главное, как Эмма узнала об этом тайном продолжении Темпуса?

Вдалеке послышались шаги, и друзья инстинктивно отошли подальше. Прятаться было негде, так что выход был один — встретиться с неизвестностью напрямую. Дышать стало немного легче, когда из-за поворота вышел безобидный на вид молодой парень на пару лет старше ребят. Его чёрные длинные до плеч волосы привлекали всё внимание, и не так занятно было рассматривать белый комбинезон. Ева рискнула предложить, что это спецодежда строителя, но если уж здесь что-то и строили, то только новый мир. Незнакомец остановился в паре метрах и слишком безразличным тоном спросил:

— Здравствуйте. Вы к директору? На какое у вас время?

Явно какая-то строительная компания, честное слово, подумала Ева, а вслух сказала:

— Да, именно. Мы на время, какое как раз сейчас, — голос предательски дрожал. Подросткам повезло, что жизненным принципом этого чудака был абсолютный пофигизм, потому что на его лице не отражалось никаких эмоций.

— Она сейчас отсутствует. Подождите вот здесь, — тощая рука указала на единственную скамейку в коридоре. — Я Джек. Обращайтесь в случае необходимости.

И тут вдруг признаки жизни, точнее, признаки того, что дар речи не пропал, подал Алекс. Его глаза ярко горели интересом, и он не переставал вертеться кругом, как волчок, рассматривая всё, что только можно было рассмотреть в пустом помещении.

— Покажи мне всё! Хочу знать, что это за место!

— Алекс! — шикнула Ева и дёрнула друга за рукав. — Неизвестно, можно ли ему доверять, так что веди себя спокойно.

Джек же на просьбу Алекса просто кивнул, развернулся и пошёл по коридору, начав бубнить себе под нос что-то неразборчивое. Алекс хотел отправиться за ним, но Ева крепко сжимала его руку.

— Что ты творишь?!

— Отвали, а? Мне хочется знать, как здесь всё устроено.

Его рука освободилась, и он направился за Джеком, совершено не заинтересованным в гостях.

— Ладно, — как можно более едко произнесла Ева, в душе заливая вёдрами воды горячую рану от слов Алекса. — Я одна выясню, как это место связано с Эммой. Можешь делать, что душа пожелает, только из неприятностей сам потом выпутывайся, — сказала сухо Ева, но с места не сдвинулась, надеясь услышать что-нибудь от друга, но тот даже не взглянул на неё.

Терять дальше время, пока всё было относительно спокойно и мирно, не хотелось, и Ева, осторожно пошла прямо по коридору, обогнав парней, которым не было до неё дела.

Завернув направо, Ева столкнулась с ещё одним молодым человеком, одетым в точно такую же одежду, с такими же черными, но уже короткими, волосами. В руках он держал метлу.

— Кто ты? — ошарашенно спросил парень и от нахлынувших эмоций сдёр корку с заживающей раны на правой щеке.

— Я к директору… — пролепетала не менее напуганная этой неожиданной эмоциональностью Ева.

Тот сощурился.

— Ты к мисс Тикет?

— Эмма? Она директор? — ахнула Ева, не успев подумать, что этот ответ явно не понравится её собеседнику. Глаза парня от удивления округлились, и до неё дошло, что он сейчас поднимет тревогу, мол, у них тут подозрительная личность, не знающая даже, кто управляет этим местом. Её приведут к Эмме, та всё узнает, и жизнь Евы наверняка подойдёт к концу.

Однако ответная реакция оказалась совершенно другой.

— Ты случайная! — то ли с облегчением, то ли с ужасом произнес незнакомец и продолжил: — Появляются здесь раз в вечность, наверно. Думал, мне не повезет.

Ева взирала на него непонимающим взглядом.

— Расскажи всё! Поверь, мне можно доверять. А я взамен отвечу на твои вопросы. Зовут меня, кстати, Джек Два. Мы с первым Джеком работаем здесь. Выполняем все поручения Тикет.

— А я Ева — только вымолвила та.

— Как ты нашла это место? — спросил Джек Два и открыл одну из дверей.

Они зашли в миниатюрную комнату, где стояла кровать, тумбочка и шкаф. Оба сели на застеленную старым покрывалом кровать. Ева так переволновалась, что никак не могла начать свой рассказ. Однако, собравшись с мыслями, выложила, сама тому удивляясь, всё, что знала об Эмме, о недоверии к ней и огромной куче странных явлений, которыми та окружена.

— Прошу тебя, мне нужно отсюда выбраться, но без помощи ничего не выйдет, — Джек Два умоляюще посмотрел на Еву.

— А что здесь происходит?

— Это лаборатория, которой Эмма управляет уже месяц. Занимается всякими химическими жуткими штуками, и я без понятия, какой в этом смысл. Джек тоже ничего не знает. Мы похожи на рабов, следим за лабораторией, убираем, сортируем материалы, выполняем любые указания. А делаем всё это из-за того, что в самом начале прошли стадию прочистки мозгов. Ни я, ни Джек не помним о своем прошлом, не знаем, как сюда попали. Только на меня то, что она вколола мне, подействовало не до конца. Память исчезла, но я остался в здравом уме, у меня не исчезла воля, хотя должен притворяться, чтобы не получить вторую дозу.

— Я сразу поняла, что поведение Джека смахивает на какой-то транс…

— Выглядит именно так. Помощи от него я не получу, поэтому самостоятельно пытаюсь выяснить, что здесь толком происходит и как мне выбраться.

— А как вы здесь живёте? И почему ты не можешь просто выйти так, как я сюда зашла?

— Живём в таких комнатах, — Джек Два обвел руками свое жилище. — Эмма закупает продукты, самые дешёвые и примитивные, и мы едим их. Джек не замечает, что я отличаюсь, поэтому с ним мне легко. Но когда рядом Эмма… Использую по максимуму всё своё актерское мастерство. А выйти я до сих пор не смог, потому что она вставила в шею чип, и если я перейду порог, то система распознает меня, и из капсулы, прикрепленной к чипу, выльется яд, который убьет меня. Так сказала Эмма. Не знаю, правда ли всё это, но я, если честно, не хочу рисковать. Единственным вариантом сейчас я вижу вырезать чип, но без помощи это будет трудно сделать.

— Как же это ужасно… — Ева не знала, что говорить, настолько ее поразил рассказ.

— Ева, — тихо произнес Джек Два, — я очень надеюсь, что мы сможем друг другу помочь. Выясним планы Эммы и…

— Вытащим вас с Джеком, — закончила предложение Ева. — Обещаю, я помогу тебе. Только сейчас, боюсь, мне надо найти друга, он здесь сам не свой, — Ева чуть не позабыла об Алексе.

Глаза Джека Два превратились в огромные блюдца.

— Ты не одна?

— С Алексом…

— Чёрт, нужно скорее его увести! — тот побежал в сторону, откуда пришла Ева, не переставая говорить: — Я выяснил, что здесь установлена система распыления особого газа, которая срабатывает каждый раз, когда открывается дверь. Только те, у кого есть защита, могут тут находиться. Другие же забывают, как и зачем оказались в лаборатории. Эмма знает, как играть с чужим разумом. Она много чего знает.

— Но ведь со мной ничего не произошло, — не понимала Ева.

— Похоже, врождённый иммунитет. Тебе повезло. Считай, мы похожи.

Друга Ева нашла в комнате, напоминающей гостиную, за игрой в шахматы. Алекс и Джек бессмысленно переставляли фигуры с места на место. Ева поспешила к Алексу и, схватив за руку, потянула его к выходу. Тот сопротивлялся, говорил какую-то чушь вроде «Конь делает шаг, а король — три». Взглянув в глаза Алекса, Ева не обнаружила там ничего хорошего, одни только широченные зрачки и покрасневшие белки.

— Неужели мне придется всегда приходить одной? Не очень заманчивая идея, — вздохнула Ева.

— В отсутствие Эммы я времени зря не теряю. Мне удалось выяснить, что существует три браслета, которые при распылении газа поглощают его, а человек остаётся нетронутым. Они на случай, если Эмме понадобится кто-то в своём уме, только вот пока таких счастливчиков не было. Она работает одна и только для себя.

— А где же находятся эти браслеты? — спросила Ева. Она поняла, что должна заполучить их.

— Думаю, в ее кабинете. Я поищу их. Приходи завтра.

Ева кивнула и обняла Джека Два на прощание. Ей хотелось сделать что-нибудь приятное для этого несчастного человека.

Пока они с Алексом шли по чёрному туннелю, а потом поднимались по лестнице, Ева пыталась убедить себя, что это всё не сон, а реальность, что она с Алексом попала в тайное логово, непонятно каким чудом ставшим собственностью Тикет. Пленники, эксперименты, гипнозы, ядовитые вещества — всё слишком ужасно! И теперь на ней и ее друзьях лежит ответственность помочь Джекам освободиться и обезопасить себя и других от безумства Тикет. Нужно было выяснить, чем Эмма занимается и каковы её планы на будущее. Никаких сомнений не оставалось, что Тикет не обычная английская школьница, а какой-то монстр из фильмов ужасов.

Как только они вернулись в кабинет, Алекс схватился за голову, которую внезапно пронзила адская боль. Ева помогла другу присесть за заднюю парту возле стены. Алекс морщился и пытался сосредоточиться, но мысли куда-то улетали, и ему никак не удавалось вспомнить, что произошло буквально пару минут назад.

— Ты вообще ничего не помнишь? — удивлялась Ева, всматриваясь в страдающие глаза. К счастью, их красный цвет уходил, а зрачки уже уменьшились.

Алекс действительно не знал, что с ними произошло.

— А я отлично помню, как ты сказал отстать от тебя. Мне одной пришлось выяснять, какую роль играет Эмма в этой лаборатории.

— Отстать? Что за бред? Подожди, ты сказала слово «лаборатория». Как это понимать?

Ева недолго помолчала, а потом крепко обняла Алекса в надежде, что это поможет успокоиться. Им обоим.

Алекс попросил рассказать всё с самого начала и во всех подробностях, и Ева с готовностью поделилась всем, что узнала. Подытожила свой рассказ она словами:

— Придётся мне одной ходить в лабораторию, пока не найду браслеты.

— Это опасно!

— Джек будет рядом.

Хмурый взгляд в ответ.

— А потом уже и остальных введем в курс дела, — перевела как можно скорее тему Ева и вышла из-за парты. Время приближалось к обеду, школа постепенно пустела, и им нужно было возвращаться в свой корпус, не забыв придумать славную легенду их прогулам.

***

— Где ты была? А Алекс? Исчезли, никого не предупредив, — накинулась на подругу переживающая Луиза, как только Ева появилась в своей комнате.

— Что-то не то съели в столовой, заболел живот и у меня, и у него. Пошли к медсестре. Вручив таблетки, отправила в корпус. А потом я ещё в библиотеку сбегала отдать книгу.

Получилось вроде бы неплохо, и звучала Ева уверенно, поэтому надеялась, что никто не заподозрит неладное.

Роза отложила в сторону пилочку для ногтей и осуждающе посмотрела на Еву:

— Всё равно надо было предупредить. Мы волновались.

— Тебе уже лучше? — Луиза оказалась более сопереживающей.

Ева положительно кивнула, и на этом тема закрылась.

***

Ближе к вечеру, словно по традиции, Роби заглянул к Розе. В этот раз она была занята домашним заданием по химии.

— Не надоело обижаться? — как бы невзначай спросил Роби, стоя в дверях. — Прости меня уже наконец.

— Отстань.

— Я к тебе с чувствами, а ты…

Роби уже развернулся с целью уйти, но тут Роза захлопнула учебник и, заправив прядь волос за ухо, поинтересовалась:

— Какими такими чувствами?

Роби сначала озадачился, но внезапно понял, какой должен дать ответ, чтобы положить конец этому глупому цирку. Собравшись с духом, он ответил:

— Может, я к тебе неравнодушен.

— Ты? Ко мне?

Большего удивления ещё не наблюдалось в Темпусе за всю его историю! Роза вдруг так разволновалась, что даже сломала карандаш, которым до этого рисовала цветы в черновике. Она внимательно посмотрела на Роби в ожидании продолжения неожиданного признания.

— Поддавшись чувствам, начал творить всякую ерунду. Мне очень жаль. Прошу, прости меня.

Кажется, сработало, заликовал Роби и как можно милее улыбнулся.

— Что же. Ладно. Мир, — на этих словах Роза уткнулась в тетрадь, умоляя свое сердце перестать так сильно биться.

Роби понял, что на этом его роль заканчивается, и немедленно поспешил из комнаты, успевшей за все эти походы сильно ему надоесть. Мир был восстановлен.

Алекс ужасно волновался, он расхаживал туда-сюда по кабинету и переживал, что Ева слишком задерживается. С каждой минутой ему начинало сильнее казаться, что случилось что-то плохое и Еве нужна помощь, но спуститься в лабораторию он не мог, и Алекс бесился из-за своих ограниченных возможностей. Больше всего на свете он мечтал получить браслет, чтобы отправляться на разведку вместе с подругой.

Наконец-то Ева перешагнула порог шкафа и широко улыбнулась. Это могло означать только одно: «поисковая операция» прошла блестяще.

— Рада, что ты пришел меня встретить. Я чуть не спалилась.

— Тоже самое, — усмехнулся Алекс. — Еле успел залезть под парту, когда Эмма вышла.

— А я за диваном спряталась, — засмеялась Ева и добавила: — Но если бы не Джек Два, то мы бы явно с Тикет встретились лицом к лицу.

Алексу не особо хотелось слушать о геройстве этого загадочного парня, поэтому он поспешил перевести тему:

— Браслеты у тебя, да?

Ева продемонстрировала другу три темно-коричневых ободка, и Алекс с облегчением выдохнул.

— Я ещё кое-что узнала.

— Слушаю.

Ева бросила браслеты в сумку и кивнула в сторону двери: пора уходить, пока не пришли другие ученики. Друзья направились в кабинет биологии, и Ева по дороге рассказала, что ей довелось услышать:

— Ей очень нужны какие-то часы. Без них она не сможет сделать то, что хочет.

— А что она хочет?

— Ну, знаешь, она не обговаривали сама с собой все детали плана. Радуйся хоть чему-то.

— Я радуюсь. Продолжай.

Ева скептически просмотрела на Алекса, но всё-таки продолжила:

— Ещё Тикет хочет отправить Джека Два «обратно». И мне это не даёт покоя. Неужели отпустит на волю? А что будет с его памятью?

Прекрасно, подумал Алекс. Теперь Ева ни на секунду не перестает думать о нём. Скорее бы уже посмотреть, что этот Джек из себя представляет.

Ева почувствовала резко испортившееся настроение Алекса и решила, что Джека Два лучше обсуждать с Розой и Луизой, слишком уж близко он всё принимает к сердцу.

Как только друзья перешагнули порог кабинета, на них налетела Роза, размахивая руками и громко крича то, о чём следовало бы говорить намного тише:

— Слушайте, Эмма явно что-то затевает, а мы бездействуем! Сегодня же предлагаю устроить ей допрос.

От такого заявления у Евы аж пропал дар речи. Роза действительно собиралась всё испортить.

— Роза, успокойся. Мы это обсудим чуть позже, — Алекс вцепился взглядом в Розу в надежде, что это её как-то удержит.

— Если вечером не предложите идеи получше, я сделаю то, что хочу, — прозвучало как самая настоящая угроза.

Усевшись за парту, Ева наклонилась к уху Алекса и прошептала под проницательный взгляд улыбающейся Луизы:

— Кажется, пора рассказать. Мы зашли достаточно далеко. Теперь нужно действовать командой.

Алекс кивнул:

— За урок придумаю, как им поднести информацию.

И всю биологию Алекс размышлял о том, что сказать друзьям, как приукрасить, чтобы никого не обидеть, но ничего важного не скрыть. Настолько увлёкшись идеями, он даже не обратил внимания на вопрос учителя, который после тройного повтора не на шутку разозлился:

— Шмидт, вы совсем обнаглели! О чём таком важном можно думать на биологии?

— А? — Алекс не считал себя обнаглевшим, но понял, что ему придется постараться, чтобы вернуть доверие. Первую попытку он предпринял в тот же момент: — Я думаю только о биологии, сэр. Пытаюсь вспомнить, почему у растений зелёный цвет, — Алекс сказал первое, что пришло в голову, после того, как обратил внимание на фикус возле окна. Через мгновение он пожалел о своём вопросе.

— Шмидт, это шутка? Мы это проходили давным-давно. Всё дело в хлоропластах… — мистер Дарэк начал свой познавательный рассказал, и ученики обрадовались, что выпал шанс ненадолго отвлечься.

— Теперь слушай про свои хлоропласты, — не могла сдержать смех Ева.

— Смейся, конечно. А я зато определился с нашим будущим рассказом.

— Поделишься? — улыбка всё ещё не сползла с лица Евы.

— Если ты перестанешь смеяться.

Ева сразу же замолчала, и Алекс прошептал ей свою идею в полных подробностях, то и дело поглядывая на Дарэка: не хотелось снова попасться ему.

— Гениально! После урока соберём «Загадку».

И как только прозвенел звонок, оба тут же бросились в коридор, чтобы словить всех друзей, пока те не разошлись в разные стороны.

— Нам нужно кое-что вам рассказать, — голос Евы дрожал, и она карала себя за это.

— Я надеюсь, что это то самое, — Роби усмехнулся. Казалось, для него не было ничего интереснее отношений Алекса и Евы.

— Давайте быстрее. У меня есть ещё пара дел, — поторопила Роза.

— Мы сегодня вышли пораньше к мистеру Примо и по дороге в школу встретили Эмму…

— Вот это новость! — перебил Еву ухмыляющийся Роби и даже закатил глаза.

— Да слушайте вы! Эмма зашла в кабинет истории, а мы, естественно, за ней. И её каким-то образом там не оказалось.

— Может, она вам померещилась? — спросил Ник.

— Не думаю, что Ева с Алексом страдают шизофренией, — Роза была готова поверить в сказанное. — Продолжайте.

И они по очереди начали рассказывать всё, что было. И про то, как им повезло обнаружить открытый вход, для которого вообще-то, как оказалось, нужен код, рассказали про пленников, газ, браслеты, про директорское кресло Эммы.

— Неужели это правда? — прошептала Луиза.

— Больше похоже на розыгрыш, — всё ещё не верил Ник.

А вот Роби сразу заинтересовался. Он уже приготовился идти в лабораторию:

— Жаль, что только три браслета. Не сможем ходить все вместе.

— Зато меньше подозрений будет, — заметила Роза.

— Предлагаю собраться вечером и обсудить, что же делать дальше, — высказался Алекс, и все его поддержали, не считая Ника, который снова ушёл в себя и словно не слышал, о чём говорят его друзья.

Роби снова попытался выяснить, что у Ника на душе, однако тот не выдавал тайну своих размышлений и изолированности, и это пугало ещё больше.

Собравшаяся вечером в комнате девочек «Загадка» не впускала Джейд, которая стремилась взять какие-то учебники. Ребята составляли план своих дальнейших действий, и к восьми часам они решили, что, пока школа не закрыта, можно сходить в лабораторию, тем более Эмма сейчас занята домашним заданием.

— Иду я, Ева и Роза, — заявил громко Роби, чтобы никто не возмутился.

Подростки вышли из дома, затаив дыхание и чуть не паря над полом, чтобы Фок их не заметил: скоро нужно готовиться ко сну, а не отправляться в неизведанное.

Ева ввела цифры кода, подождала хлопок, и все вместе они переступили порог шкафа.

— Ого! Здесь так здорово! — первая фраза Розы, которая сразу же начала осматриваться.

— Ты браслет надела? — Ева с испугом схватила руки подруги, чтобы проверить, защитила ли она себя от газа. К счастью, браслет был на месте.

— Но согласись, что тут круто! — поделился своим мнением и Роби.

— Нет, — отрезала Ева и потянула друзей. — Пошлите.

Компания быстрым шагом направилась в кабинет Эммы под восхищённые возгласы Розы, что очень раздражало Еву, но заставить подругу замолчать она не могла.

Решили, что Ева и Роза проведут очередной осмотр кабинета, а Роби тем временем постоит возле входа в качестве охранника. Оставшись один, Роби понял, что внутри него закрался колючий страх, и вся эта ситуация начинала казаться жуткой.

Роза первым делом завалились на уже знакомый Еве чёрный диван и с печалью в голосе изрекла:

— Эмма хорошо устроилась, не спорю. Может, я бы тоже перешла на тёмную сторону, если бы мне предоставили такой кабинет.

Ева фыркнула:

— Не говори глупости. Иди лучше посмотри на это, — её палец указывал на тонкую темно-коричневую книгу, на вид которой можно было дать и пару сотен лет. На обложке не было ни названия, ни имени автора, ни любых других слов. Книга не внушала ничего хорошего, и именно поэтому Ева ею заинтересовалась.

— Где ты её нашла? — спросила Роза и, хихикнув, добавила: — Похожа на сборник с заклинаниями.

— Да в полке вот нижней лежала. В прошлый раз я её не видела.

Роза взяла книгу в руки и, недолго думая, раскрыла на первой странице. На ней было написано что-то вроде эпиграфа мелким и еле понятным почерком: «Кто найдёт ключи от времени, проживёт он сотни лет, ему смерти вряд ли видеть, жить он станет лучше всех». Затем примерно тридцать листов были вырваны на скорую руку, а остальные были описаны непонятными символами, напоминающими шифр. Вся эта картина значительно запутала подруг.

— Нужно забрать книгу с собой, — решила Роза, и Ева с ней согласилась.

Как раз в этот момент, когда они решили, что на сегодня поисков достаточно, и собрались выходить, в кабинет влетел перепуганный Роби.

— Кто-то идёт. Сваливаем!

Все трое оказались в коридоре, и, когда они почти подошли к выходу из лаборатории, Еву окликнул знакомый голос:

— Эй, кто вы?

Джек Два выглядел немного напряжённым, руки он сжал в кулаки, будто был готов устроить драку с незнакомцами. Но когда Ева развернулась к нему, Джек Два сразу же расслабился.

— Ева! — воскликнул он и расплылся в улыбке. — Что вы здесь делаете?

— Мы нашли в кабинете странную книгу, — Ева показала находку. — Хотим узнать, что это за вещь.

Джек Два взял книгу и раскрыл на той единственной более-менее понятной странице. Прочитав эпиграф, он сказал:

— Здесь говорится о бессмертии.

— Ты уверен? — засомневалась Роза. Джек Два выглядел умным парнем, но такие серьезные заявления должны быть тщательно продуманы.

— Да, точно. Возможно, именно к этому Эмма и стремится.

— И проводит здесь разные эксперименты, готовит так называемый эликсир бессмертия, — развил мысль Роби.

— Что же, у нас появилась подсказка, — подытожила Ева.

Повисла пауза. Роби и Роза рассматривали Джека Два, а тот не сводил взгляда с Евы.

— Ева сказала, мы должны тебя вытащить отсюда, — заговорил Роби.

— Я был бы очень признателен, — Джек Два опустил глаза. Ему стало неловко, что он требует от незнакомых людей помощи.

— Но сначала мы разберемся с Эммой. Извини, друг, но без тебя здесь станет опасно. Придется тебе ещё немного поработать на Тикет.

— Роби! — ахнула Ева. — Поставь себя на его место. Уверена, ты бы так не рассуждал.

— Ничего, он ведь прав. Мне лучше побыть здесь, — Джек Два горько усмехнулся. — На самом деле я немного боюсь свободы. Не знаю, что со мной там будет, вернется ли память. Вдруг я навсегда останусь Джеком Два…

— Не говори так! — Еве было больно это слышать.

Роза посмотрела на наручные часы.

— Не хочу вмешиваться, но нам пора уходить. Фок будет в бешенстве, если не застанет нас в комнатах.

Им и правда нужно было возвращаться в дом. Ева тепло обняла Джека Два, сказала ему, что они скоро встретятся, и после этого друзья ушли. Всю дорогу Еве хотелось плакать от несправедливости и жестокости мира: они сейчас вернутся к людям в уютный дом, а что же остаётся Джеку Два? Он всегда в одиночестве, ему не с кем поговорить, да к тому же он не помнит самого себя. Как бы Ева хотела забрать его с собой!

— А он симпатичный, кстати. Я почему-то представляла его совсем не таким, — вдруг призналась Роза, когда они уже стояли у порога.

Ева на это ничего не ответила, а Роби косо взглянул на Розу, будто её слова затронули его лично.

В доме стояла тишина, хотя до отбоя оставалось полчаса. Ева, Роза и Роби бесшумно пробрались в свои комнаты, молясь о том, чтобы не пересечься с Фоком.

Кое-как избавившись от вопросов Джейд, Ева и Роза улеглись в кровати, чтобы скорее заснуть, а потом проснуться и вручить книгу друзьям. Им снова нужно было собрать «Загадку» и подумать о будущем.

Утро началось с чудесного завтрака. На столе стояли тарелки со сладкими блинчиками, шоколадным печеньем и чашки горячего насыщенного чая. Ученики с удовольствием уплетали вкусности, пока вдруг Ник не отвлек всех своим внезапным вопросом:

— Как вчера всё прошло? — Ник смотрел прямо на Розу, и той стало даже как-то неловко от столь пристального внимания.

Люси и Джейд тоже уставились на Розу в ожидании ответа. Неважно, о чём шла речь, главное — узнать.

— Ты издеваешься? — прошептала Роза, и её кисти сжались в кулаки. Никто не должен знать о лаборатории, обсуждать ее можно только вдалеке от остальных, а Ник додумался спросить о вчерашнем походе при всём доме, даже Белла услышала и теперь смотрела на стол с ребятами.

— А что вчера случилось? — не смогла устоять перед соблазном поживиться новой информацией Люси и уставилась на Ника.

Всех ужасно раздражала любопытность маленькой и невзрачной девушки, больше похожей на мышь, чем на человека, но Люси никогда не делала выводов и упорно продолжала совать нос не в свои дела.

Однако в этот раз всей столовой захотелось узнать, что же такого произошло вчера у Розы, на которую растерянно смотрел Ник.

Люси вскинула брови, и Нику пришлось заговорить:

— Ну, это вас не особо касается. Но вообще-то вчера у Розы и Роби было свидание, — это первое, что пришло Нику в голову. Свою ошибку он осознал почти моментально.

— Что?! — Роза подскочила со своего места. В её трясущихся руках оказалась бутылка с молоком, уже готовым оказаться на светлых волосах Ника, его бледном лице и школьном пиджаке.

— Так это неправда? — спросила Люси, и этот вопрос мигом усадил Розу. Она поставила бутылку и кивнула, мол, всё так и есть, у нее было свидание. Возмущаться сейчас не самая лучшая идея. Разборки с другом можно оставить и на другое время.

— Просто я хотела оставить это в тайне, но Ник оказался слишком болтливым.

— Прости, — улыбка мелькнула на лице друга.

Роби же никак не прокомментировал этот разговор. Он спокойно продолжал макать блинчики в сгущёнку, словно речь шла вовсе не о его личной жизни.

— Значит, вы только недавно ругались, а уже на свидания ходите. Бывает же, — только дурак мог не услышать в голосе Люси нотки зависти.

— Бывает, — усмехнулся Роби и, бросив в сумку завёрнутое в салфетку печенье, вышел из столовой, предварительно многозначительно посмотрев на Розу. Та наспех допила чай и поспешила в коридор, где её у стены ждал Роби со скрещенными на груди руками.

— Что же, теперь мы с тобой официально пара, — засмеялся Роби и подмигнул недовольной Розе.

— Ник знает про нас?!

— Ты о чём?

Роза ненадолго смутилась.

— Ну, помнишь, ты говорил, что я тебе нравлюсь.

Чёрт, вспомнил Роби. Она ещё помнит это кошмарное признание в любви.

— Не знает он ничего. Но что ты имела в виду, говоря «про нас»? — Роби искренне удивился.

Роза смутилась ещё больше и поспешила оборвать разговор:

— Ерунду сказала, забудь.

***

«Загадка» собралась на большой перемене в холле, чтобы вместе рассмотреть книгу. Пока ученики не заняли все диваны вокруг, Ник решил наконец-то узнать о вчерашнем.

— Мы расскажем, если пообещаешь держать свои шуточки при себе, — предупредила Роза.

— Прости, я не хотел…

— Да ладно, ничего страшного ведь не случилось, — усмехнулся Роби.

Роза метнула в него недовольный взгляд, но Роби это только больше развеселило.

Ева негромко попросила тишины, и, когда ее желание исполнилось, она подробно рассказала обо всем, что вчера произошло в лаборатории. Потом она попросила Розу достать книгу, и скоро они все склонились над находкой. Единственная страница с разборчивой надписью долго оставалась без комментариев, пока Алекс наконец не произнес:

— Ну, как я понимаю, нам нужно искать какие-то ключи.

Роза фыркнула:

— Да неужели?

Алекс пожал плечами, мол, он здесь бессилен. Слово «ключи» единственное, за которое он смог хоть немного зацепиться.

— А вдруг поиски ключей — это метафора? — неуверенно предложил Ник.

— И как нам тогда ее интерпретировать? — вздохнула Луиза.

— Это усложнит задачу, поэтому лучше бы речь шла о реальных ключах, — заметил Роби.

— Ключи от времени… Бред какой-то, если честно, — Алекс поник ещё больше. Он любил разгадывать загадки, но только если в них был смысл.

Подошла очередь Евы:

— Если Эмма ищет какие-то часы для бессмертия, то, возможно, нужны и ключи, чтобы они заработали.

— Даже не знаю, что из этого всего безумнее… — Роби взял книгу и пролистал ее до конца. — Может, разгадаем шифр?

— Здесь сотни символом, на это понадобится целый год. Боюсь, лучше вернуть книгу обратно, пока Эмма не заметила пропажи, — Ева аккуратно положила книгу в бездонную сумку Розы.

В итоге «Загадка» решила заняться поисками ключей. Никто не знал, где искать и как они должны выглядеть, но выбора у них не было. Если они хотели опередить Эмму, то не стоило тратить время на жалобные стоны, что им ничего неизвестно. Неизвестность побеждается действием.

Луиза сказала, что преступить им нужно как можно скорее, и лучше сразу после уроков, потому что в этой игре они против Эммы, а у Тикет мотивация железная и непоколебимая.

На этом друзья закончили обсуждать планы на ближайшее будущее и начали готовиться к следующему уроку, ведь школа не исчезла просто потому, что им захотелось связаться с бессмертием.

Вечера в первом корпусе проходили всегда по схожему сценарию, занятия учеников состояли из просмотра телевизора в гостиной, чтения книг, домашнего задания, быстрых перекусов и периодических ссор. В этот вечер Луиза звонила своим родителям, с которыми она встречалась довольно редко, потому что жила ее семья дальше, чем другие. Рассказывать о своей жизни у Луизы получалось плохо, ведь не могла же она просветить семью в дела «Загадки». Луиза обходилась общими фразами и предпочитала больше слушать, чем говорить.

Беседа с мамой и папой продлилась около десяти минут, и Луиза уже собиралась повесить трубку телефона, как над ней навис мистер Фок. Его грозный вид смутил Луизу, и она чуть ли не отбросила трубку от неожиданности.

— У тебя нет мобильного? Я жду звонок, а ты мне тут занимаешь телефон.

На белой рубашке Фока красовалось яркое красное пятно от кетчупа, и Луиза не могла на него не смотреть. Это пятно выбило прочь все мысли, и ей понадобилось время, чтобы ответить на недовольство Фока.

— Мой телефон сломан, поэтому пользуюсь стационарным, чтобы позвонить семье.

Луиза надеялась, что Фок войдёт в её положение и оставит в покое, но не тут-то было.

— Я разрешаю болтать максимум пять минут! Ни секундой больше. Вам понятно, мисс Хэйл?

— Но…

Довести разговор до конца мистер Фокс не посчитал нужным и тяжёлыми шагами направился в столовую устроить выяснение отношений с учениками и там.

Луиза недолго посидела на мягком пуфике и, проглотив недовольство, поднялась. Она уже хотела пойти в гостиную, чтобы отвлечься на сериал, к которому прилипла Роза, но вдруг заметила на полу небольшой ключ с пометкой «К» на прикрепленной к нему картонке. Всё сопоставив, она поняла, что ключ принадлежит Фоку и отпирает его кабинет. Надеясь, что смотритель сейчас не выбежит с криками из столовой в поисках пропажи, Луиза схватила находку и, позвав из гостиной подругу, помчалась в комнату Евы, где та писала сочинение.

Первая реплика эмоциональной Луизы была следующей:

— Я нашла ключ!

Ни у кого бы другого глаза так не загорелись при слове «ключ», как у Евы, которая тут же захлопнула тетрадь и потащила подругу на кровать, расспрашивая подробности.

Роза влетела в комнату за Луизой и перехватила ключ. Поднеся его к свету и сощурившись, она сделала уже известный вывод:

— Ключ от кабинета Фока.

— Именно! Это знак! — Луиза радовалась как никогда.

— Завтра мы обязаны проникнуть туда, — решила Ева и забрала ключ себе на хранение.

Все сошлись во мнении, что уйти лучше всего с физики, потому что пропустить урок миссис Занри — сплошное удовольствие для любого подростка в Темпусе.

Подруги пожелали друг другу спокойной ночи, и Луиза вышла из комнаты, чтобы забежать ещё к парням и рассказать о случившемся и планах на завтра.

***

Первые два урока друзья еле высидели, так не терпелось им пробраться в кабинет Фока и провести там своё расследование. Однако литература и биология длились слишком долго, и Роза не переставала ныть Луизе, как она устала ждать.

Когда наконец-то наступила перемена, все шестеро собрались вместе, чтобы обговорить дальнейшие действия.

Роби предложил следующее: пойдет Луиза, потому что она нашла ключ, и прогул будет её вознаграждением; Роза, потому что она больше всех горит желанием прогулять; Алекс, потому что нужен кто-нибудь с мозгами, как выразился Роби, за что тут же получил парочку разгневанных взглядов.

Прибежав в дом, троица обнаружила Беллу и Фока на кухне. Смотритель чинил кран, а хозяйка бегала вокруг него, предлагая свою помощь. На ребят внимание никто не обратил, и они спокойно прошли на носочках в кабинет. Алекс заявил, что Роза должна стоять снаружи и следить, чтобы никто не увидел их. Роза же с такой ролью мириться не захотела, ей по душе были активные поиски, но Алекс прямо перед её носом закрыл дверь кабинета, мило улыбнувшись.

Некоторое время в кабинете стояла тишина, не считая звуков открывающихся полок и шкафов. Друзья ни один не упустили из вида.

— А что мы ищем? — всё-таки решила спросить Луиза.

— Что-нибудь необычное.

На такой ответ Луиза лишь закатила глаза. Здесь было всё необычное. Начиная от ковра на полу и заканчивая люстрой на потолке. Но не уносить же это всё с собой.

Их затянувшиеся бессмысленные поиски внезапно прервала Роза, когда она с широкими от страха глазами влетела в кабинет и схватила друзей за руки.

— Белла идёт! Бежим! Скорее!

Однако убежать далеко не получилось: перед ними возникла хозяйка дома с ящиком инструментов в запачканных руках. Ремонт раковины успешно завершился, что означало скорое возвращение Фока.

— Чего вы не в школе? — удивилась Белла и обвела каждого внимательным взглядом, готовая к любой лжи.

— Да тут Луиза, кажется, ногу подвернула, вот мы и решили привести её в дом, — Роза не растерялась и тут же ущипнула подругу за руку. Луиза сморщилась и гневно посмотрела на Розу, а та продолжила:

— Видите, как ей больно? Ей срочно нужна ваша помощь!

На горизонте показался мистер Фок, и когда он увидел подростков в учебное время, то его настроение моментально упало ещё ниже, если такое, конечно, вообще возможно.

— Что здесь происходит? — смотритель уже собрался поднять крик, но Белла ему всё объяснила и даже сказала помочь Луизе дойти до медпункта. Мистер Фок отказать не мог, и они вместе с Беллой взяли Луизу под руку, отчего той стало даже как-то неловко.

— А вы быстро в школу!

— Конечно, мистер Фок. Воды попьём и побежим.

Луиза последний раз перед тем, как скрыться за поворотом, взглянула на друзей и одними губами прошептала, что она им эту выходку припомнит. Алекс и Роза лишь подмигнули и бросились обратно в кабинет.

В один прекрасный момент Роза воскликнула:

— Нашла!

Она протянула Алексу клочок бумаги, который вытащила из полки в столе. Там лежало много различного мусора, но внимание Розы привлекла именно эта бумажка, потому что запись была сделана ручкой с красным стержнем, а не синим.

— Обыкновенная макулатура, — отмахнулся Алекс.

— Но это единственное, что у нас есть. Или ты можешь предложить другое?

Алекс отрицательно махнул головой.

Роза засунула листок в карман пиджака и сказала, что им пора уходить: медпункт находится не так уж далеко. Алекс согласился, и они побежали в школу.

Ева ждала друзей с волнением, переживала, что кто-нибудь мог их увидеть или что ничего интересного они не найдут, что даже гораздо хуже. Чтобы хоть как-то отвлечься от назойливых мыслей, Ева решила вспомнить Джека Два — одинокого, но сильного и смелого парня, которому она с друзьями обязательно поможет. Ева узнает, как вытащить Джека Два из лаборатории. Он должен вернуться в настоящую жизнь, к семье, друзьям, вспомнить своё имя и навсегда забыть этот кошмар, над которым усилено трудится Тикет.

Ева сама себе улыбнулась и написала в конспекте имя нового друга, старательно выводя буквы.

Дверь распахнулась, и в кабинете очутились радостные Роза с Алексом. По их глазах Ева поняла, что они вернулись не пустыми руками, и ее настроение сразу же улучшилось.

Роза повернулась к учителю и чуть ли не дрожащим от слёз голосом промолвила:

— Извините за опоздание, сэр. Луиза подвернула ногу, и мы её завели в медпункт.

— Жаль, конечно. Надеюсь, мисс Хэйл быстро поправится. А вы садитесь, не стойте. Новую тему проходим.

Как только Алекс опустился за свою парту, Ева сразу же начала донимать его вопросами. Как они умудрились такое допустить? Сильно ли пострадала Луиза? Что теперь с ней будет?

Алекс подождал, пока закончатся все вопросы, и ответил, что всё на самом деле в порядке, им просто нужно было выкрутиться.

— А я уже испугалась. Что тогда с кабинетом? Есть успехи?

— До перемены потерпеть сможешь? — прошептал Алекс, словив неодобрительный взгляд учителя. С появлением Эммы и «Загадки» такие взгляды Алекс начал ловить регулярно.

— Намекни хотя бы.

— Роза решила, что черновик, заброшенный в полку с мусором, и есть то, зачем мы пробрались в кабинет Фока.

Ева вскинула бровь. Алекс кивнул, мол, да, всё именно так, не стоит удивляться. Ева подождала, пока учитель повернется к доске и перестанет поглядывать на их вторую парту, и потом задала очередной вопрос:

— Что написано на той бумажке?

— Не знаю, мы не читали.

Алекс старался параллельно писать конспект. Ева же давно бросила это занятие и теперь полностью развернулась к другу. Свою тетрадь она поспешила закрыть, чтобы тот случаем не увидел написанного там имени.

— То есть вы принесли сюда неизвестно что?

— Все вопросы к Маркин.

Ева тяжело вздохнула, а Алекс усмехнулся.

На перемене компанию подловила миссис Труф и ласково попросила, точнее, приказала помочь с организацией субботней дискотеки. В итоге, все перемены девушки были заняты планированием украшений танцевального зала, а парни подбирали музыку. Возможность «Загадки» собраться вместе и заняться бумажкой Фока улетучилась.

Только в доме ребята смогли вернуться к своему главному делу. Они вернулись из школы уставшие, и многие хотели вздремнуть, но Роза звонким голосом загнала всех в свою комнату. Люси не могла не услышать приглашение и тут же поинтересовалась:

— Что у вас снова случилось?

Люси шла в свою комнату с целым подносом еды, которая должна была приукрасить её скучный вечер за выполнением домашнего задания. Уходя из столовой, Роза ответила коротко:

— Не твоё дело.

Люси хмыкнула, но замолчала.

Закрыв дверь и подперев её стулом, хотя такой жест мог обернуться для них воплями Фока, «Загадка» по традиции расселась по всей маленькой комнате, загроможденной вещами Розы, которая не особо любила думать о порядке и с радостью держала свою одежду в хаосе, разбрасывая её на кроватях, стульях и даже подоконнике. Сейчас Роза комфортно устроилась на собственной кровати, да ещё так, что парням пришлось устроиться на полу. Однако Ева и Луиза по доброте душевной подвинулись, и на ламинате остался только хмурый Роби.

Все уже хотели приступить к бумажке, но Алекс спохватился:

— Из вежливости мы обязаны поинтересоваться, как дела у Луизы. Ради команды она пошла на такой подвиг!

Луиза фыркнула, но ответила:

— Ногу осмотрели, сказали, что ничего серьезного нет. Лучше будет посидеть день в доме. Вот и всё. А теперь к делу.

Роза кивнула и полезла в карман. Через секунду её глаза уже бегали по белой бумаге.

— Вслух! — хором сказали остальные.

— Ну, слушайте, — голос звучал не особо уверенно. — «Купить ножницы, позвонить Биллу во вторник, забрать костюм из химчистки в четверг». Конец.

— «Конец» там написан? — спросил Ник, и Роза закатила глаза.

— Да уж. Очень познавательно. Могла бы ты, Маркин, вытащить из ящика другую бумажку. Всё было бы лучше этого списка дел, — разочарованно протянул Роби.

Возникла пауза.

— Что думаете? — Ева обвела взглядом друзей. — Давайте сделаем хоть какой-нибудь вывод. Не признавать же поражение.

— Могу сделать вывод, что не нужно было вам брать Розу.

— Стронг, заткнись уже! — рявкнула обиженная Роза и бросила помятый листок на пол.

Алекс поднял бумажку и про себя перечитал высказывание.

— Что же нам с этим делать?

Луиза подняла руку, словно она отвечала в классе перед учителем. Ева кивнула.

— Всё дело в интерпретации. Раз Фок составляет списки дел, то почему бы и Эмме этого не делать. Мы можем поискать ежедневник или даже дневник у Тикет, из него узнаем больше о том, чем она занимается.

Все пятеро уставились на Луизу так, словно впервые видели её. Рыться в вещах Тикет? И это ещё предложила Луиза? Чистая и невинная душа?

— Чего смотрите? Ева сказала же, что нужны хоть какие-то выводы.

Молчание тянулось недолго, скоро все согласились, что мысль вообще-то неплохая. Ничего страшного не случится, если они проверят идею Луизы. Только уже завтра, после того как наберутся сил, ведь дискотека забрала всю сегодняшнюю энергию.

Парни отправились к себе, Луиза — тоже, а Ева с Розой спрятались под одеяла, чтобы немного поспать.

Сборы в школу в первой комнате сегодня проходили довольно медленно и вяло. Роза и Ева не выспались, потому что полночи думали об Эмме, бумажке, дневнике, а ещё о таинственных часах. Роза даже предложила попросить у Беллы снотворное, но Ева не теряла надежды, что они сами смогут уложить себя спать. Однако, когда они всё-таки заснули, будильник почему-то зазвонил слишком скоро.

Роза сидела на полу перед зеркалом вместе с несколькими блузками и уже десять минут решала, какую выбрать. Все три были белого цвета и отличались только незначительными деталями вроде пуговиц.

— Какую? — простонала Роза, не отрывая взгляда от одежды.

— Любую, — коротко ответила подруга. Свой школьный наряд Ева составляла намного быстрее. Джейд же собралась вообще раньше всех, и к этому моменту она давно уже завтракала в столовой.

— Тебе плевать на меня? Не можешь мне помочь? А ещё зовешься подругой! — бушевала Роза. Она вскочила с пола и принялась расхаживать перед зеркалом, прикладывая то одну блузку, то вторую, то третью.

Еве ничего не оставалось, как бросить школьную сумку и подойти к опечаленной подруге. Недолго думая, Ева указала на одну из блузок.

— Эту.

— Уверена?

— Да.

— Точно?

— Точно.

— А почему именно эту?

— Роза!

Их беседа могла продолжаться вечность, но дверь в комнату распахнулась, и вбежала Люси, размахивая руками, в одной из которых она что-то зажала.

Подруги не испытали особого восторга при виде одноклассницы. Роза, тяжело вздохнув, поинтересовалась:

— Чего тебе?

— Где Луиза? Её здесь нет? — с наигранным удивлением спросила Люси. Она знала, что Луиза в гостиной. — Что же, очень жаль.

— А зачем тебе она? — сощурилась Роза, пытаясь разобраться, что скрывается за неискренностью Люси.

— Я нашла какой-то ключ у нас на полу. Может, Луиза потеряла. Хотела узнать.

Как и следовало ожидать, глаза Розы и Евы загорелись. Теперь ключи были их триггером.

В этот же в момент в комнату влетела Луиза и уже начала что-то говорить, но, споткнувшись взглядом о Люси, тут же замолчала.

— А мы как раз тебя вспоминали, — во весь рот улыбнулась соседка Луизы. — Ты ничего не теряла? — хитрила Люси.

— Я? — переспросила удивлённая Луиза, но, заметив разнообразные знаки и кивки подруг, поняла, что надо ответить.

— Теряла. А ты нашла?

— А что потеряла?

— Ты и сама прекрасно знаешь. Отдай, пожалуйста, — осознав, что нужно добиться «потерянного», Луиза даже почти разозлилась.

— Вот уже! Лови свой ключ, — Люси бросила находку на ближайшую кровать и, гордо подняв голову, вышла из комнаты. На неё никто и не взглянул.

Подруги уже хотели броситься рассматривать ключ, но послышался всё тот же противный писклявый голос:

— Раз я его нашла, то скажи для чего он тебе?

Люси стояла на пороге, будто никуда и не уходила.

— Это мой талисман, — моментально отозвалась Луиза.

— Ладно, — Люси успокоила своё любопытство.

Наконец-то три подруги остались без посторонних.

— Ну ты и придумала! Талисман, понимаете ли, — заливаясь смехом, пропищала Роза. О своем тяжелом выборе она позабыла и уже надевала первую попавшуюся блузку.

— А что мне надо было сказать? — спросила Луиза, но потом тоже рассмеялась.

— Ключ явно принадлежит Эмме, раз был у вас в комнате. Такой маленький… От дневника! — решила Ева.

Луиза кивнула:

— Нужно порыться в её вещах. Может, и найдем что.

Подруги с ней согласились. Они были настолько спокойными, что казалось, будто рыться в чьих-то вещах — обычное дело.

Все трое решили сейчас сходить в комнату Луизы и обыскать шкафчик Эммы, пока остальные завтракают.

В коридоре они встретили парней. Луиза с радостью рассказала историю про новый ключ, чему все, кроме Роби, обрадовались.

— Это нечестно! Почему всё вы находите? — не скрывая обиды, поинтересовался Роби.

Алекс и Ник лишь закатили глаза. Они были счастливы, что их команде так крупно везёт с ключами.

— Загадка… — многозначительно ответила Роза, а затем подруги свернули в комнату Эммы и Луизы.

Обыскав шкаф, тумбочку и полку, никто ничего не нашёл. Возможно, никакого дневника и не было на самом деле, но сдаваться никому не хотелось.

— Наверно, она хранит дневник в своей лаборатории или носит его всегда с собой. Пошлите туда, — высказала своё мнение Ева, и все согласились с предложением.

***

Лаборатория как всегда наводила ужас, но девушки старались не думать обо всем, что здесь творится. Они глядели только прямо перед собой и шагали уже в почти родной им кабинет Тикет.

Возле одного поворота Ева спохватилась:

— Вы идите, а я забегу к Джеку.

— Первому? — спросила Роза.

— Второму, естественно.

— Значит, и говори так.

— Сомневаюсь, что ты бы хотела цифру в своем имени, — Ева защищала нового друга.

Роза лишь закатила глаза и ускорила шаг. Луиза быстро нагнала ее, а Ева пошла в противоположную сторону.

Комната Джека Два оказалась не заперта, и Ева беззвучно в неё вошла. Выглядело миниатюрное помещение настолько удручающе, что Ева почувствовала пробежавший по спине холодок. Она бы ни за что не согласилась жить в таких условиях.

— Что ты здесь делаешь? У тебя же сейчас уроки, — удивился Джек Два и отложил в сторону тряпку, которой протирал пыль. В тесноте, но не в грязи.

Ева как можно короче, чтобы не терять времени, рассказала про новый ключ и предположение о существовании дневника у Эммы. Когда она закончила, то тут же перешла к следующей теме, не дав Джеку Два сказать и слова.

— Я ещё хотела кое-что сказать. Когда я тогда пряталась за диваном, Эмма вслух размышляла. Она сказала, только ты не обижайся, что ты её достал и надо тебя отправить назад.

— Куда назад?

— Это я и пришла узнать. Куда назад? — Ева машинально взяла Джека Два за руку.

Тот улыбнулся.

Ева осознала, что только что сделала, и быстро спрятала руку в карман.

— Знаешь, у меня есть одна идея, — неуверенно сказала Ева.

— Поделись.

— Может, тебе ещё больше злить её? Вдруг она отпустит тебя на свободу.

— Или сожжёт своими химическими препаратами. Тоже похоже на увольнение.

— Прости, я не подумала…

— Нет, на самом деле ты права. Стоит попробовать. Я уже не могу здесь находиться. Ещё немного, и я сам повешусь прямо в этой комнате, — Джек Два горько улыбнулся.

— Тогда договорились.

На этом они простились, и Ева помчалась к подругам.

— Почему ты так долго? Мы тут делом заняты, а ты светские беседы устраиваешь со всякими красавчиками, — распсиховалась Роза. Она снова развалилась на чёрном диване и делом была не особо занята.

— Не возмущайся. Когда у тебя появится кавалер, тоже будешь пропадать с ним, — заметила Луиза.

— Эй, он не мой кавалер! — вспыхнула Ева. Она никогда ничего такого не думала о Джеке.

Луиза загадочно улыбнулась и сказала:

— Давайте уже искать.

Время шло, но никакой дневник не попадался им на глаза.

— Может, его и нет? Может, мы уже заигрались? Пошлите отсюда, — расстроилась Роза и бросила взгляд на диван. На самом деле уходить ей не особо хотелось.

— Я не верю. Дневник должен быть. Давайте ждать Эмму здесь, всё равно она скоро придет, — Ева не хотела сдаваться.

— И как мы заберемся в ее сумку? — Роза сложила руки на груди.

— А вот с этим нам поможет твой кавалер, Ева, — Луиза подмигнула подруге, и та закатила глаза.

Они набросали план действий и скоро уже стояли наготове возле кабинета.

Время шло, но Эмма не появлялась. Напряжение нарастало, и подруги начали по-настоящему волноваться. Их ждали по ту сторону лаборатории уроки, а они здесь просто стояли и бездействовали. Джек Два тоже был с ними, он стоял бесшумно, казалось, он даже не дышит, только о чем-то размышляет.

— Вспомнил! — вдруг воскликнул Джек Два. — Я видел черный блокнот, но никогда не придавал ему значения, а ведь это и правда может быть ее ежедневник.

— Точно! Она же писала что-то в тот день, когда я браслеты искала, — Ева удивилась, почему не подумала об этом раньше.

— Отлично, теперь у нас есть хоть немного уверенности. Хорошо, что вы вспомнили про этот блокнот. Осталось лишь дождаться Тикет, — Роза кивнула в знак благодарности Джеку Два. Он улыбнулся. Такой милый, дружелюбный… Где же его темная сторона?

Прошло ещё несколько минут, и наконец-то послышались знакомые шаги.

— Идёт! Давайте! — заволновалась Луиза.

Джек Два поспешил навстречу Эмме. Когда Тикет приблизилась, он отчётливо увидел совершенно пустое лицо, будто она сама себе вколола яд.

— Добрый день, мисс! — голос парня звучал слишком сладко, но Эмма не обратила на это внимания.

— Что тебе снова надо от меня? — стараясь сохранять спокойствие, спросила Эмма.

— У вас такая тяжёлая сумка. Позвольте донести её до вашего кабинета.

Эмма со злостью засмеялась. Её смех был такой гадкий, что хотелось заткнуть уши.

— А ты забавный.

— Я обязан помогать вам.

Джек Два больше не мог ждать разрешения, потому что уже приближался поворот, а он должен был успеть передать сумку Еве до того, как они завернут к кабинету. Он взял за ручку сумку, но тут же получил сильный удар по руке. Эмме явно нравилось причинять боль другим.

— Никогда не трогай мои вещи, — моментально взбесилась Эмма. От её хладнокровия не осталось и следа.

— Я просто хочу помочь, — Джек Два знал, что отступать ему нельзя, иначе он подведёт всю команду и особенно Еву.

Эмма остановилась. Выражение лица совсем чуть-чуть подобрело.

— Вообще-то мне нужно зайти в блок «Б», так что ладно, отнеси к кабинету. Но смотри! Чтобы больше мне сегодня не попадался на глаза, — Эмма всегда разговаривала с ним грубо. Джек Два ей совершенно не нравился, и она всё больше жалела, что её выбор однажды пал на него. Нужно было выбрать кандидата получше.

Эмма отдала сумку и пошла обратно. Большей удачи и придумать нельзя было. Джек Два поспешил к притаившимся за поворотом девушкам. Когда сумка оказалась у них, Ева сразу же начала её обыскивать.

— Нашла! — воскликнула Ева и достала с самой глубины заветный чёрный блокнот. Она с громко бьющимся сердцем вставила маленький ключ в замок на блокноте. Раздался щелчок.

Все радостно переглянулись.

— Нужно всё быстро сфотографировать, — Роза заранее приготовила телефон и теперь яростно перелистывала страницы и снимала все попадавшиеся записи.

— Пошлите, она может появиться в любую секунду, — забеспокоилась Луиза.

Ева по традиции обняла Джека Два на прощание, поблагодарила его за помощь, и все трое побежали к выходу.

— Доволен? Донёс мою сумку? — вскоре послышался насмешливый голос Эммы, но Джек Два ничего ей не ответил.

***

«Загадка» забилась на самую дальнюю парту в кабинете химии и приготовилась к погружению в тайны Тикет.

— Показывай скорее! — торопил Роби.

— Не всё так быстро, — успокаивал друга Алекс.

— А тебе неинтересно?

— Интересно, не отрицаю. Но надо же уметь ждать.

— Что тут ждать? — не отступал Роби.

Пока Роза заходила в галерею с фотографиями, Ева протянула:

— Хорошо, что нам тогда Люси попалась…

И на этих словах волшебным образом в кабинете появилась сама Люси. Все моментально насторожились. Иногда им казалось, что Люси за ними следит.

— Куда это я, позвольте узнать, попалась? — с интересом спросила Люси и уселась за парту напротив ребят. Роза тут же заблокировала телефон. Не хватало ещё, чтобы увидела фотографии.

— Никуда, — сухо ответила Ева.

— Я отлично услышала, как вы сказали, что я вам попалась. Объясни, пожалуйста, что это значит, — Люси недовольно дёрнула плечом и склонила голову на бок, якобы приготовившись слушать.

— Да отвали ты уже от нас! Только и вижу, как ты перед носом всегда крутишься, — не выдержал Роби. Люси только одним своим видом заставляла его трястись от неприязни.

— Что? — опешила Люси. — Вот же хамы! Ходите всегда одни, шепчетесь постоянно! Вот это по-настоящему бесит! — глаза Люси моментально намокли от слез. Она бросилась в коридор и так громко хлопнула дверью, что даже стёкла в окнах задрожали.

— Зачем ты так? — неожиданно для всех заговорил Ник.

— А что такое? Я не прав! Она всех достала, верно? — Роби оглянулся в страхе, что не получит поддержки, но все кивнули. Люси сводила с ума.

— Знаете, а ведь она права… — Ник ещё больше удивил своих друзей, когда поднялся со стула и вышел из кабинета. Ему стало невыносимо находиться в их компании. Люси не соврала, они и правда ни с кем не общались, а если кто-то пытался приблизиться к ним, то они тут же грубили в ответ, а ведь можно было бы вести себя чуточку вежливее с одноклассниками.

Ник решил, что он извинится перед Люси за наглость Роби, потому что он точно не собирался брать пример с друга.

Тем временем в кабинете химии остальные всё ещё не могли отойти от того, что Ник только что променял их на Люси.

— Он с ума сошел? Люси же на самом деле надоедливая.

— Я полностью с тобой согласна, — выдала Роза, и все даже удивились. Она ведь никогда не соглашалась с Роби. Просто из принципа.

— А если Ник в неё влюблен, а мы не замечали этого? — Ева задумалась.

— Прямо сейчас мы этого не узнаем, но зато можем посмотреть дневник Эммы, если вы ещё помните о нём, — Алекс протянул руку Розе, чтобы та включила телефон.

— Без Ника? — с грустью спросила Луиза.

— Пусть за своей истеричкой бегает, — ответил Роби. На Ника он обиделся больше других.

Когда все успокоились, Роза открыла первую фотографию.

Первая фотография оказалась расплывчатой. Роза так торопилась, что не обратила внимания на качество снимков. Она открыла вторую, третью, но все они были смазанные, рассмотреть хоть что-то они никак не могли.

— Черт! Надеюсь, хоть одна страница получилась, — Роза забеспокоилась, что ее обвинят в безответственности.

Пока она листала фотографии, в кабинет неожиданно вернулся Ник. Никто уже его не ждал, поэтому все удивились.

— Успокоил бедняжку? А чего вернулся? Неужели она сумочку забыла? — усмехнулся Роби, когда Ник сел на своё прежнее место. Он проигнорировал попытку Роби подколоть и негромко заговорил:

— Я кое-что решил, и мне бы хотелось, чтобы вы меня выслушали.

Все уставились на Ника. Только Роза продолжала искать удачные фотографии и тихонько возмущаться своей неудачей.

— Я не хочу с вами ссориться, но мне действительно надоело то, какой стратегии мы придерживаемся в общении с одноклассниками. Эта грубость… Они ее не заслуживают. И даже Люси. Она ведь безобидная и одинокая, ей жалеть нужно, а не срываться на ней. Вы не согласны?

Роби присвистнул.

— Я готов продолжить наше расследование только при условии, что вы перестанете хамить Люси.

Естественно, Роби захотел ответить пару слов на такое «условие», но Ева наступила ему на ногу.

— Хорошо. Если для тебя это так важно, мы будем вести себя прилично, — Ева даже улыбнулась, но Ник остался по-прежнему хмурым.

— Наконец-то! Всего пять станиц, но лучше так, чем вообще ничего, правда? — Роза умоляюще посмотрела на друзей. Наверняка кто-то хотел возмутиться, но после обвинений Ника никто не решился выступать.

Алекс сказал:

— Читай то, что есть.

Роза кивнула.

Почерк Тикет был мелким, с наклоном вправо и довольно прыгающий. Многие буквы постоянно меняли свой вид, и это даже сбивало с толку.

Записи оказались короткие, рваные, будто Эмма выплескивала на бумагу лишь часть того, что хранилось у нее в голове. А может, и сами ее мысли не отличались стройностью.

«Бабушка и правда установила в качестве кода дату моего рождения. Как это мило с её стороны».

«Всегда знала, что управлять людьми и их разумом мое истинное признание. Всего один укол — и эти букашки в моей власти. Я могу создать целую армию рабов. И однажды так и сделаю».

«Инструкцию нашла ещё в первый день, ингредиенты давно готовы, остались только часы. И я без понятия, где их искать. Кажется, я перерыла просто всё вокруг, но ничего… Темпус умеет хранить тайны»

«Пришло время попрощаться с Джеком Два. Его помощь мне больше не нужна, а часы же он мне не найдет, поэтому можно с лёгкостью расстаться с ним. Я чувствую, что его разум стал крепчать, Джек так себя не ведёт, поэтому лучше избавиться от него, пока не стало слишком поздно».

Последняя запись поразила друзей больше других:

«Эта компания действует мне на нервы. Они словно вынюхивают что-то. Наивные. Пытаются понять, что со мной не так. А ещё смотрят на меня, как на чудовище. Хотя, может, они и правы. Думаю воспользоваться кем-то из них для обряда. В наказание за любопытство».

— Господи! — воскликнула Луиза. — Она ещё и над нами опыты собралась ставить?

— Пусть только дотронется до меня! — возмутился Роби.

— А мы-то думали, она ничего не замечает. Пока мы следим за Эммой, Эмма следит за нами, — усмехнулся Алекс.

Ева всё это время молчала. Ей не понравилась запись про Джека Два. Хотелось надеется, что Эмма не причинит ему ещё большего вреда, хоть слово «избавиться» доверия не внушало.

Звонок заставил вернуться ребят в школьную реальность.

После химии у них был английский, и в начале урока миссис Кроуфорд объявила, что домашним заданием будет презентация на тему правильного питания. Разрешалось работать в парах.

— Ник, — тут же позвала друга Луиза. Она знала, что Ева будет с Розой, а Роби не отпустит от себя Алекса.

— Да?

— Не хочешь вместе работать?

Ник почесал нос, и Луиза сразу всё поняла.

— Понимаешь, я уже договорился с Люси. Ну, знаешь, хочу наладить отношения. Давай в другой раз.

— Конечно, — еле слышно ответила Луиза и уставилась в тетрадь, чтобы никто не увидел, как её глаза моментально намокли.

После всех уроков «Загадка» обдумывала, кому же сейчас пойти в лабораторию. Браслеты как обычно были с ними, они их никогда не снимали, только передавали друг другу.

— Я не могу, буду готовить презентацию, — поспешил предупредить Ник.

Роби захотелось бросить в его адрес что-нибудь обидное, но всё же он сдержался.

— Раз вы все такие занятые, то пойду я, — процедила Роза.

— Я бы хотел… — начал оправдываться Ник, но Роби его перебил:

— Но Люси… Ради этой дамы можно бросить всех своих друзей. Правда?

Ник тут же вышел из себя:

— Раз у вас ко мне претензии и вы не хотите, чтобы у меня были другие друзья, то разбирайтесь со своей чертовой Эммой сами, — после этих слов он направился к выходу из школы.

Наступила минута молчания.

— Я, Ева и Алекс. Как вам такой состав? — спокойным тоном поинтересовалась Роза.

Никто не был против, и друзья разделились.

Лаборатория как всегда отличалась тишиной и спокойствием. Ева, Роза и Алекс молча шли прямо по коридору. Завернув за угол, они увидели в паре метров двоих человек. Быстро спрятавшись, Ева прошептала друзьям вернуться в кабинет истории. Сама она решила остаться и подслушать чужой разговор. Она ещё не знала, что, услышав эту беседу и покинув лабораторию, всё в их жизни поменяется.

Стояла гробовая тишина. Только два негромких голоса нарушали ее, и Ева внимательно вслушивалась в произносимые слова, запоминая каждую реплику.

— Ты меня понял? — грубо спросил первый голос.

— Да, — еле слышно ответил второй.

— Я сотру твою память обо мне и этом месте. Будешь жить как раньше, даже вернешься в школу. Это мой подарок тебе.

— Спасибо, мисс.

— Ты помог мне приготовить ингредиенты, и я действительно тебе благодарна. Теперь мне хватит и одного раба. Радуйся, Томас, что я оставляю не тебя.

— Это будет больно?

— Вытаскивать чип? А тебя пугает боль? Разве ты не привык к ней?

Ева услышала звуки сильной пощёчины, и сердце её сжалось.

— Пойдем. Я постараюсь, чтобы ты не умер, — усмехнулся первый голос, который принадлежал Эмме.

Отдаляющиеся шаги.

Снова противный смех.

Затем закрылась дверь.

Ева выглянула из-за угла, но никого уже не увидела. Голова ее кружилась, а ноги едва удерживали на земле. Она попыталась сделать несколько глубоких вдохов, но мысли все равно продолжали жужжать, как рой пчел.

Его имя Томас, думала Ева. И Эмма действительно выпустит его на волю. Оказывается, он тоже учится в школе, хотя из-за его серьезного задумчивого лица ей казалось, что он на пару лет старше.

Ева не знала, что ей делать. Если она сейчас уйдет, то уже никогда его не увидит, даже не сможет попрощаться с ним. Но Еве так хотелось поговорить с ним!

Когда она несмело возвращалась по туннелю в школу, страшные мысли вертелись в голове. Ева боялась, что он забудет ее, ведь Эмма постарается стереть все воспоминания о лаборатории. А Ева была частью лаборатории. И будет дальше.

Совсем недавно она обрела друга, но теперь должна была его потерять. И почему они сами не вытащили Джека раньше? Почему оставили его в руках чудовищной Эммы Тикет?

Это был конец.

Когда Ева вышла из шкафа, Алекс и Роза сразу же подбежали к ней и накинулись с вопросами:

— Ну, что там было?

— О чем они говорили?

— Узнала что-нибудь полезное?

Но Ева никак не могла собрать мысли в порядок:

— Он… Эмма… Чип…

— Что? Вставит ещё один чип? — опешила Роза.

— Нет, он…

— Говори же! — Роза затрясла подругу за плечи.

— Да отпусти ты её! — Алекс оттолкнул Розу и просмотрел Еве в глаза. Он увидел слезы.

— Мы не успели, она…

— Убила его?! — вновь крикнула в ужасе Роза и упала на стул.

Ева отрицательно махнула головой. Алекс обнял её. Он понял, что ей нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

— Ничего, мы подождем. Скажешь, когда будешь готова.

Ева крепче сжала Алекса в объятиях и позволила слезе скатиться по щеке.

***

Сегодня Луиза впервые боялась зайти в комнату парней, куда раньше залетала молнией. Она уже несколько минут топталась возле двери и то поднимала руку, чтобы постучать, то в нерешительности отпрыгивала в сторону. А когда мимо прошла Белла со стопкой постельного белья в руках, Луиза быстро присела, притворившись, что поправляет носки, а не набирается смелости переступить порог комнаты, где, как она знала, сейчас находился только Ник.

— Ты чего стоишь? — Белла появилась внезапно, и Луиза не успела придумать отмазку. Ничего не оставалось, как постучать.

— Можно? — спросила она негромко и закрыла за собой дверь.

— Когда это ты спрашивала разрешения? — усмехнулся Ник и опустил крышку ноутбука. Он посмотрел на нее, как показалось Луизе, без особого интереса, и она только больше смутилась.

— Ты занят сейчас? — Луиза продолжала стоять в дверях.

— Ну, через минут десять придёт Люси. Знаю, тебе неприятно это слышать, но я уже высказался по этому поводу и менять свое решение не собираюсь. Всё равно от меня толка мало, я не сделал ничего полезного, просто шатаюсь возле вас, как дурак.

— Но ведь без тебя мы уже не «Загадка», — тихонько произнесла Луиза и вдруг поняла, что название на самом деле глупое.

Ник лишь усмехнулся.

— Ты нам нужен, — Луиза преодолела себя и опустилась рядом с Ником на его кровать. На мгновение Луизе захотелось добавить, что он нужен ей, но она быстро отогнала эти мысли.

— Очень сомневаюсь, — вроде бы искренне вздохнул Ник. — Роби меня вообще возненавидел.

— Неправда. Ему просто обидно, что друг променял его на какую-то девчонку.

— Не надо его защищать. И Люси не какая-то там девчонка. Такая же, как и вы все, — Ник повернулся к подруге и, взвесив все «за» и «против», уверенно сказал: — Уходи, Луиза. Я не хочу слушать лекции о том, какой я предатель.

Луиза поднялась. Глаза вновь намокли, и она выскочила из комнаты, чтобы Ник не увидел ее жалких слез.

***

Всю дорогу Алекс, Ева и Роза шли молча. Ева ушла далеко вперёд, потому что ей хотелось побыть наедине со своими мыслями, и друзья не мешали ей, пока она чуть не врезалась в дерево от задумчивости.

— Да что с тобой происходит? — вспыхнула Роза. Долгое молчание её всегда выводило из себя, а эта невнимательность подруги только быстрее заставила ее возмутиться.

— Ты что-то спросила? — Ева обернулась и виновато подняла глаза на недовольную Розу.

— Алекс, сделай что-нибудь!

— Что я сделаю? — угрюмо спросил тот. Он не хотел беспокоить Еву расспросами. Если она молчала, то им нужно было смириться.

Роза махнула рукой и пошла скорее в дом. Она больше не могла выносить этот раздражающий спектакль. Алекс же подошёл к Еве и протянул ей руку. Она взяла ее, и они вдвоем направились к дому.

— Она сказала, что отпустит его, но сотрёт память о лаборатории. Он не вспомнит ничего. А я даже не смогла попрощаться.

Алекс сильнее сжал руку Евы. Возможно, он хотел показать ей, что, даже если Джек Два исчезнет, он, Алекс, всегда будет рядом. И он очень надеялся, что Еву это успокоит.

Когда все в первом корпусе лежали в своих кроватях и пытались уснуть, двое думали об одном человеке, но только мысли их далеко не совпадали.

Ева никак не могла смириться с потерей, она боялась проснуться утром, пойти в лабораторию и увидеть там только бездушного Джека. Она хотела, чтобы ее встретили приветливые глаза, сияющая улыбка, теплые объятия. Она почти полюбила это страшное место только из-за того, что ее всегда ждал там друг. Томас. Но теперь…

На другом конце коридора, в комнате под номером пять не спал Алекс. Он тоже думал о Джеке. И как бы Алекс не старался признать его заслуги и добродушие, он тайно ненавидел этого парня. Он не сомневался, что Джек запал на Еву, которая тоже обратила внимание на привлекательность и дружелюбие пленника Тикет. Она обожала спускаться в лабораторию, забывая обо всем, кроме Джека. И Алекс ревновал. Ужасно ревновал. И теперь, когда он узнал, что Эмма избавится от Джека Два, Алекс тихонько радовался и обещал себе, что перестанет скрывать свои чувства к Еве и признается ей в своей любви.

Прошло несколько пасмурных дней, и они не отличались ничем выдающимся ни для «Загадки», ни для кого-либо ещё. Ученики занимались своими будничными делами и даже немного скучали, пока одним утром мистер Фок не поделился с подростками, собравшимися в столовой за завтраком, новостью, которая никого не оставила равнодушным.

В столовой сразу же поднялся шум, некоторые ребята повскакивали со своих мест и бросились в комнаты, чтобы позвать друзей. Луиза тоже метнулась в первую комнату, где до сих пор прятались от нового дня сонные Роза и Ева.

— Девочки! — вбежав в комнату, вскрикнула Луиза. — Идёмте скорее.

— Что такое? — Роза отложила в сторону бордовую помаду. Учителя не разрешали ярко краситься, но Роза все равно периодически пыталась нарушать правила.

Ева же просто лежала на кровати без дела и смотрела в потолок. После возвращения из лаборатории она резко потеряла всю свою энергичность и разговорчивость. Сначала Роза пыталась расшевелить подругу, но вскоре сдалась и предпочитала делать вид, что ничего не изменилось.

— У нас новенький. И я очень советую вам на него посмотреть.

— Новенький? — тут же оживилась Роза. — Мне нравятся такие новости, — она обрадовалась, что именно сегодня решила накрасить губы.

— Ева, пошли! — Луиза потянула подругу за руку. — Говорю же, вы обязаны его увидеть.

— Так красив? — не унималась Роза. Сейчас бы ей очень не помешало новое увлечение. Всё что угодно, лишь бы затмить старое…

Луиза лишь усмехнулась. Наконец-то Ева поднялась с кровати, и все трое отправились в столовую, где собрался весь дом.

— Да я так, из небольшого городка, вряд ли вы его знаете. Живу с дядей, но ему пришлось срочно уехать по работе, и он отправил меня в Темпус. Возможно, я здесь долго не задержусь, но точно не знаю, — новенький неторопливо отвечал сразу на все вопросы, которые сыпались с разных сторон. Вероятно, жители первого корпуса настолько разочаровались в Эмме, что теперь надеялись получить более приветливого одноклассника, и пока что он оправдывал их ожидания. Одна широкая улыбка чего только стоила.

Луиза села на свое место за столом и поманила пальцем Еву и Розу, которые застыли неподалеку, заворожённые приятным юношеским голосом. Как раз в этот момент в столовой появился и растрёпанный после сна Алекс. Вид у него был довольно милый, но ровно до тех пор, пока он не сел за стол и не увидел парня напротив. Если бы Алекс держал в руке вилку, то он бы ее тут же уронил на пол. Новенький улыбнулся и ему, а потом перевел взгляд на Розу и Еву.

— С этими можешь и не стараться подружиться, они всегда своей компанией ходят, — нагло затараторила Люси и тыкнула пальцем в Луизу, Алекса, Еву и Розу. Роби на завтрак не торопился.

Роза бросила на Люси самый ледяной взгляд, которым она только умела бросаться, и молча опустилась на свое место.

— Как тебя зовут? — глухо спросила она.

— Томас. А вас? — новенький принялся ещё внимательнее рассматривать тех, с кем ему посоветовали не связываться. Почему-то именно эти ребята показались ему самыми интересными.

Все по очереди представились.

Томас кивнул и ещё раз улыбнулся. Это была его коронная улыбка, и он не стеснялся пользоваться ею.

Весь завтрак «Загадка» просидела с каменными лицами, не считая Ника, который так и не успел встретиться с Томасом в лаборатории и теперь не подозревал, кто сидит с ними за одним столом. У Евы же тряслись руки то ли от необъяснимого волнения, то ли от радости, то ли от страха. Она не могла смотреть на Томаса, потому что боялась, что увидит кого-то другого. Всё это могло быть лишь сном, а никак не реальностью.

***

Первым уроком стояла история, и мисс Леонс по привычке опаздывала, а ученики по привычке расселись на диванах в холле. Некоторые даже достали конспекты и начали готовиться к следующему предмету. Но у «Загадки» нашлись дела поважнее.

— Как он здесь оказался? — начала Роза. — Разве это возможно? И почему его зовут Томас?

— Это его настоящее имя, — тихо ответила Ева.

— Откуда ты знаешь?

Ева вздохнула. Пришло время рассказать подслушанный диалог между Томасом и Эммой, который она до сих пор держала при себе. Она запомнила, как и хотела, все реплики, и теперь пересказывала их друзьям, а те внимательно слушали.

— Невероятно! — не могла поверить Роза. — Эмма действительно его отпустила. Интересно, она знает, что он теперь будет учиться с нами? За завтраком ее не было.

— Наверно, ночевала в лаборатории, — заметил Роби.

— Надеюсь, она ничего ему не сделает, — Луиза не на шутку забеспокоилась. От Эммы можно было ожидать чего угодно. И присутствие Томаса в школе ей явно не понравится.

— Вряд ли она его тронет. Он же ничего не помнит. Включая нас, — Ева была готова вот-вот расплакаться. Видеть Томаса и знать, что он даже не представляет, что их связывало, оказалось ещё больнее, чем не видеть его вовсе.

Алекс молчал. После встречи за завтраком он внезапно ушел в себя и будто бы не планировал уже выходить оттуда.

— Что будем делать? Расскажем ему обо всем? — спросила Луиза и посмотрела в сторону их нового одноклассника.

Томас стоял у окна рядом с Дэном и Уолтером и то и дело улыбался им, пока те что-то увлеченно рассказывали своему новому другу. Возможно, Уолтер пытался объяснить Томасу, какие из девушек, по его авторитетному мнению, самые классные в Темпусе, а Дэн в свою очередь старался убедить Томаса в необходимости делиться выполненным домашним заданием. Новенький слушал обоих с самым заинтересованным выражением лица, но «Загадка» видела, как он поглядывал в их сторону.

— Сначала посмотрим, что он за человек такой. Томас может оказаться не таким хорошим парнем, как Джек Два, — решил Роби и поднялся с дивана.

В этот момент из кабинета истории вышла Эмма. Она будто знала, что Леонс сегодня опоздает, и не побоялась задержаться в лаборатории. Сначала ее скучающий взгляд упал на «Загадку», а потом она увидела его. И никто не усомнился в том, что Эмма по-настоящему удивилась увиденному. Она замерла и впилась в Томаса глазами, будто хотела убить его одним только взглядом. Но Томас не видел ее и продолжал болтать с парнями. Тикет ещё некоторое время понаблюдала за ним, а потом бросила. Всё равно опасности для нее Томас не представлял. Он ведь ничего не помнил.

***

Когда миссис Занри вышла во время контрольной работы в лаборантскую за несколькими приборами, Ева тут же развернулась к Розе и тихо позвала ее.

— Что? — в голосе подруги не было ни капли дружелюбности. Она не знала, как решить две задачи, и это ужасно ее бесило.

— Почему Томаса здесь нет? Он же должен учиться с нами.

Роза вскинула брови.

— Серьезно? Тебя сейчас волнует именно это?

— А что? — не поняла Ева.

— У нас контрольная! Отвернись и пиши. А лучше помоги мне с вот этой задачей, — Роза тыкнула ручкой в распечатанный лист бумаги.

— Какая задача? — вмешался Роби и повернул лист соседки по парте к себе. — Вторая? Это же легкотня.

— Вот и реши мне ее, раз такой умный, — обиделась Роза и хотела забрать лист, но Роби вдруг положил на ее руку свою.

— Вот и решу, — сказал он и начал набрасывать решение в черновике.

Ева поняла, что со своими вопросами оказалась не вовремя, и повернулась обратно. Свои задачи она почти решила, торопиться было некуда, и она взглянула на погруженного в работу Алекса. Он показался ей слишком молчаливым. Конечно, он и не должен был болтать во время контрольной, но в этот раз от него исходило особое молчание, от которого Еве хотелось укрыться.

— Всё в порядке? — шепнула Ева.

— Да, — отрезал Алекс и немного отодвинулся от подруги.

Ева хотела уже вернуться к собственной работе, но тут дверь кабинета открылась, и на пороге показалась миссис Труф с Томасом. Она сказала миссис Занри, что задержала новенького для решения некоторых вопросов, но теперь он мог полноценно приступить к учебе. Занри кивнула, даже не взглянув на парня, и указала на последнюю парту, где сидела Эмма.

— Присаживайтесь вон туда. У нас сейчас контрольная, я дам вам задания, и вы сделаете столько, сколько успеете.

— Хорошо, — улыбнулся Томас.

Он взял лист с контрольной и пошел к парте, даже не подозревая, кто такая его соседка. Пять пар глаз устремились в их сторону.

— Я был на больничном и немного отстал от программы. Что вы сейчас проходите? — спросил Томас у Эммы, которая вся сжалась от ненависти. Больше всего на свете она хотела, чтобы Томас никогда не попадался ей на глаза, а теперь он сидел рядом с ней.

— Посмотри на название темы, придурок, — Эмма не собиралась церемониться.

— Полегче, — усмехнулся Томас. — Я не знал, что ты такая ранимая.

Эмма повернулась к нему, чтобы Томас увидел ее пустые глаза и понял, что ранить ее невозможно.

— Никогда не разговаривай со мной. Ясно?

— Как скажешь, — Томас вскинул брови и отвернулся. Раз она решила ненавидеть его, то ему оставалось лишь смириться с этим.

Перед тем, как приступить к контрольной, Томас посмотрел на парты среднего ряда, потому что почувствовал, что кто-то там за ним наблюдает. Однако все успели отвернуться, и только Ева на мгновение задержала свой проницательный взгляд.

Целый вечер Ева провела в своей комнате, слушая музыку в наушниках и пытаясь который раз разобраться со своими мыслями. Роза знала, как Ева привязалась к Джеку Два, и понимала, что теперь подруге нужно решить, как же ей вести себя с Томасом, который был вроде и тем же человеком, но при этом совершенно другим. Как настоящая подруга, Роза даже вызвалась написать в тетрадке Евы уравнения по математике, чтобы та могла не отвлекаться на ненужное домашнее задание.

— Я пойду прогуляюсь, — Ева вдруг поднялась с кровати и вытащила наушники. Ей нужен был свежий воздух.

— Окей, — кивнула Роза, старательно копируя аккуратный почерк.

— Не нужно этого делать, я сама потом всё решу, — Ева обняла Розу со спины и улыбнулась. У Розы отлично получалось подделывать её почерк. Она могла бы на этом зарабатывать.

— Иди давай, — лишь отмахнулась та. Почему-то настроение у Розы сегодня было слишком хорошее, особенно после физики.

Ева вышла в коридор и сразу же столкнулась с Томасом, будто он стоял всё это время под дверью. Ещё чуть-чуть — и они могли удариться лбами.

— Ой, извини! — забеспокоилась Ева, но не смогла сдержать улыбки. Томас выглядел каким-то напуганным, но при этом ужасно милым. Она увидела шрам на щеке и вспомнила, как в день их встречи Томас сдер корку с раны. Казалось, это было так давно.

— Нет, это ты прости, — заволновался Томас. — Хожу тут под дверями. А ты куда-то торопишься?

— Наоборот. Решила пройтись по парку.

— Можно составить тебе компанию?

Вроде бы безобидное предложение, но сердце у Евы в миг забилось быстрее. Она согласилась. Отказать не могла и не хотела.

***

Луиза провела всё свободное время в гостиной, лишь бы не находиться в одной комнате с Люси, которая за последние дни стала ещё невыносимее. Но постоянно прятаться она не могла, поэтому в семь часов всё-таки вернулась в комнату, где обнаружила вертящуюся у зеркала Люси. Соседка примеряла разные сережки и никак не могла выбрать одни. Луиза обратила внимание на то, что Люси принарядилась: на ней были красивые темные брюки и нежно-голубая блузка, ногти она накрасила лаком бежевого цвета, а блеклые волосы немного подкрутила.

— Свидание? — усмехнулась Луиза и упала на свою кровать.

— Как ты узнала? — Люси вроде даже удивилась и повернулась к соседке.

Луиза лишь пожала плечами.

— Ник сказал, что приготовил сюрприз для меня.

— Ник? — сначала Луиза решила, что ей послышалось, но Люси радостно закивала головой.

— Надеюсь, ты не будешь меня обвинять, что я украла его у вас. Он сам меня выбрал, — Люси достала из шкатулки новые сережки и поднесла к ушам.

— Эти подходят, — сказала Луиза и поскорее спрятала лицо за книгой. В последнее время слезы так и просились наружу, хотя раньше она не расстраивалась из-за каждого разговора. Новый учебный год принёс с собой слишком много грусти, опасности и разочарований, и эти гадости облепили Луизу, как мухи, от которых она никак не могла отбиться.

***

Тем временем Роби сидел один в своей комнате, и тот факт, что он скучал там именно один, бесил его больше всего. Он выполнил все задания, посмотрел несколько серий сериала, даже немного порисовал в альбоме, но скука никуда не исчезала. У всех, в отличие от него, было море проблем, страстей и интриг: Алекс пытался бороться с ревностью, пропадая среди книг в библиотеке, Ник сначала вертелся вокруг Люси, а потом готовил идеальное свидание, и только Роби не от чего было бежать и не к чему было стремиться. Он даже подумал сходить в гости к Дэну, хотя знал, что тот занят компьютерной игрой, но лучше сидеть рядом с клоуном, чем в полном одиночестве.

Решение было принято. И как только Роби поднялся с кровати и направился к выходу из комнаты, дверь сама широко распахнулась и ударилась прямо о его лоб.

— Ай! — вскрикнул Роби и схватился за лицо. Ему показалось, что он увидел перед собой танцующие звёздочки, как это бывает в мультиках.

— Роби! Я не знала, что ты стоишь под дверью, — Роза метнулась к другу и оторвала руку от его красного лба.

— Зачем так нестись?! — злился тот. Его раздражала не Роза, а то, что она увидела его боль. Перед ней ему почему-то хотелось выглядеть бесстрашным и непробиваемым.

— Извини, я не хотела, честно.

Они оба уселись на кровать. Роби всё ещё держался за место ушиба.

— Теперь будет шишка, как я в школу пойду.

— Да ладно, твоя красота никуда не исчезает.

— Моя что? — опешил Роби. Ему казалось, что Роза замечает только собственную привлекательность.

— Мне действительно жаль. Как мне исправить свою вину? Хочешь, я подую? — Роза то ли шутила, то ли говорила серьезно. Ни Роби, ни она сама не понимали, что сейчас происходит.

Недолго думая, Роза наклонилась и слегка подула на будущую шишку. Роби застыл. Он не верил, что она и правда это делает.

— Роза?

— Роби?

Он хотел спросить у нее, что конкретно она к нему испытывает, но Роза вновь принялась дуть, и взгляд Роби остановился на ее губах. Он вспомнил розовый карандаш, которым она красилась в тот вечер, когда он впервые пришел извиняться за грубость. Тогда же он заметил, какой изысканной формы у нее губы. Настолько красивой, что ему тайно хотелось до них дотронуться. И Роби решил, что момент настал.

Поцелуй продлился лишь пару секунд, но даже этого хватило, чтобы внутри у обоих всё перевернулось от нахлынувших эмоций. Роза резко отстранилась и взглянула на Роби широко распахнутыми глазами.

— Что ты делаешь?

— Ты не хотела?

— Я… Я лучше пойду, — и Роза моментально выскочила в коридор, словно это был спасательный круг.

Никто не знал, что же теперь будет дальше.

***

В течение всей прогулки Еву мучали одни и те же вопросы. Она знала, что они договорились не рассказывать пока Томасу о лаборатории, но ей так хотелось узнать, вспомнит ли он ее. Хотя проблема была ещё и в том, поверит ли в принципе Томас ее словам. Сама бы она вряд ли поверила в такое.

— Ты такая задумчивая, — Томас заметил то, что Ева и не пыталась скрыть.

— Слишком много мыслей, я их даже не могу контролировать. Наверно, мне нужно отвлечься. Расскажи о своём первом впечатлении о Темпусе.

Томас усмехнулся:

— Школа как школа. Так часто менял их, что они все стали одинаковыми.

— Часто переезжал?

— Можно и так сказать.

Еве было интересно, вернула ли ему Эмма все воспоминания о жизни до лаборатории, но, конечно же, этот вопрос она задать не могла.

— Заметил, как твои друзья подглядывают на меня. Я им чем-то насолил?

— Что ты! — поспешила разубедить его Ева. — Тебе кажется. Они просто всю неделю волновались из-за контрольной по физике.

— Надеюсь, что это так. Не хотелось бы завести врагов в первый же день. Ах да! Эмма. Как я мог забыть о той, кто назвала меня придурком вместо того, чтобы представиться.

Ева улыбнулась.

— А вот с ней на самом деле лучше не связываться.

— Охотно верю, — Томас тоже улыбнулся и вдруг остановился.

— Что такое?

— Мне нравится это озеро. Давай присядем, — Томас повел Еву к лавочке, откуда можно было смотреть на сверкающую водяную гладь. Ева и сама любила сидеть именно здесь, поэтому выбор Томаса ее только порадовал. Это подтверждало, что у них схожие взгляды, а это многое значило для нее.

Некоторое время они сидели в тишине. Первым заговорил Томас:

— Слушай, я не хочу показаться странным, но мне кажется, что мы уже встречались. У тебя нет такого чувства?

Ева даже не сразу нашла что сказать.

— Возможно…

— Целый день пытаюсь вспомнить, где видел тебя. Ты не знаешь, но я долго не учился, потому что лежал в больнице после аварии. Когда восстановился, то некоторые воспоминания будто исчезли, я чувствую, что должен помнить больше, но не могу вспомнить.

Ева слушала его, затаив дыхание. Неужели Эмма всё это устроила? Сделала так, чтобы Томас думал, будто попал в аварию.

— Надеюсь, я не отпугнул тебя, — Томас положил руку на колено Евы.

— Всё хорошо, — еле смогла вымолвить Ева. Она чувствовала приближение чего-то волшебного.

Томас наклонился чуть ближе.

И тут вдруг позади пары зашуршали листья и послышались быстрые отдаляющиеся шаги. Ева обернулась и увидела Алекса. Он возвращался из библиотеки с несколькими книгами в руках.

— Алекс! — Ева подскочила и бросилась за другом, который и не думал останавливаться даже на миг. Он хотел убежать как можно дальше от озера и развернувшейся там любовной сцены. Если он не исчезнет, то от его сердца останутся лишь рваные куски.

— Да постой ты! — снова крикнула Ева и побежала быстрее. О брошенном на лавочке Томасе она сейчас совершенно не думала.

Наконец Ева нагнала друга и схватила его за руку. Книги упали на землю.

— Алекс, ничего не было. Слышишь? Ничего. Я не собиралась с ним целоваться, — Ева истерично оправдывалась, будто муж застал ее за изменой. А ведь это было даже забавно, потому что они с Алексом до сих пор не признались друг другу в чувствах, хотя для обоих всё было слишком очевидно.

Алекс тоже понял, в какой глупой ситуации они оказались, и поспешил ответить:

— Всё нормально, правда. У меня нет никаких оснований мешать твоему счастью, — он поднял книги, но те снова вывалились из трясущихся рук.

Ева опустилась вместе с Алексом на землю и подняла учебник по истории.

— Алекс, ты же знаешь… — Ева боялась завершить фразу. До сих пор боялась. Словно, как только признание прозвучит, всё, что было между ними, рухнет. Если уже не рухнуло.

К ним подбежал Томас. Он не мог понять, что случилось, и вопросительно смотрел на обоих. Алекс сжал зубы. Ещё секунда рядом с этим парнем — и Алекс взорвется от разрывающих его чувств. Он хотел наброситься на Томаса и избить его до смерти, но знал, что это всего лишь его жалкие мечты. Он трус, который не способен ни на драку, ни на войну.

Ева пыталась удержать друга, но Алекс вырвался из ее объятий и побежал скорее в дом, где собирался утонуть в море жалости к собственной персоне.

— Что это с ним? — Томас смотрел вслед сгорбленному Алексу.

Но Ева ничего не ответила. Она оказалась ровно по середине между двумя огнями, и нужно было решить, на чей свет идти.

Неделя прошла для «Загадки» довольно странно, они все словно резко отдалились друг от друга и проводили время как угодно, но не вместе. Алекс не общался с Евой, Роза избегали Роби, а Ник по-прежнему проводил большую часть времени с Люси. Так могло продолжаться и дальше, пока в один день миссис Труф не объявила приближение дня открытых дверей. Раз в год Темпус приглашал к себе в гости будущих учеников и их родителей, для которых организовывали экскурсии по пансиону, рассказывали о программе обучения, знакомили с учителями, а в конце устраивали концерт. Многие из учеников школы показывали свои таланты на сцене, но только при условии, что им поставят хорошую оценку по одному из предметов. Обычно большинство выбирали физику.

Именно предстоящее мероприятие собрало «Загадку» на любимых диванах в холле, даже Ник пришел на эту встречу. Сначала все чувствовали дискомфорт, глядя друг на друга после долгих дней тишины, но благодаря Розе беседа начала захватывать каждого.

— Наверно, я как обычно сыграю на гитаре и спою что-нибудь. Если Роби, конечно, одолжит гитару, — Роза мельком взглянула на парня и поспешила отвести взгляд. — А ты, Ева? Прочитаешь стихотворение?

Все знали, что Ева с детства пишет, но она так этого стеснялась, что только один раз «Загадке» удалось заставить Еву показать им какое-нибудь стихотворение. Это было настоящим произведением искусства, каждый почувствовал его глубину, но Ева не верила восхищённым отзывам и продолжала прятать написанное.

Когда Роза предложила прочитать стихотворение на сцене, Ева решила, что это шутка.

— Давай! Неужели не хочешь подправить оценки по какому-нибудь предмету?

— Меня всё устраивает, — отмахнулась Ева.

— А вы? — Роза смотрела на Луизу и Ника, которые от неожиданности вопроса даже не знали, что им думать. — В том году ваш дуэт признали лучшим.

На прошлом концерте Луиза играла на пианино, а Ник — на скрипке, и их музыка растопила сердца даже самых чёрствых людей. Но тогда они были близки, сейчас же…

— Я бы выступил. У меня сейчас какая-то дичь творится с биологией, — Ник повернулся к Луизе. — Что скажешь? Повторим?

Луиза уставилась на Ника, не веря его словам. Он действительно этого хочет?

— Ладно. Мне надо улучшить физику.

— Свой человек! — засмеялась Роза, у которой были точно такие же планы.

В первый год в Темпусе ещё выступал Роби, его игра на гитаре сводила с ума многих. Но сейчас он считал, что таланты не меняют на оценки, поэтому гордо отказывался от участия в концерте.

Один Алекс не мог похвастаться никакими талантами. Он, как и Ева, любил писать, но только прозу, а не поэзию, но с таким даром на сцену не выйдешь.

Когда концерт обсудили, все резко замолчали, будто им не о чем было больше говорить. А ведь Тикет с ее жестокостью и опытами никуда не исчезла… Просто «Загадке» нужно было вернуть свое единство, и они пока не знали, как это сделать.

***

Эмма постоянно пропадала в лаборатории, она ночевала там уже несколько ночей и уходила рано, пока кабинет истории не занимал какой-нибудь класс. С уходом Томаса ничего особо не изменилось, хотя Эмма чувствовала что-то неладное, будто её обманули. Она десятки раз проверяла комнаты с машинами и препаратами, боясь, что Томас прихватил одну из коробок или бутылок с собой, но ничего не исчезло, везде был идеальный порядок, и Эмма опускала руки.

После того раза, когда она позволила Томасу нести свою сумку, она обнаружила в дневнике помятые листы. Он явно пытался прочитать его, но вряд ли успел увидеть многое. Он обманывал ее. Притворялся. Она знала это. Видела по его лживым глазам. И Эмма била Томаса за враньё, но тот не сдавался и упорно продолжал играть роль ее раба.

С другим парнем, с Джеком, у Эммы проблем не было вовсе. Его разум был полностью подвластен ей, и она не могла перестать радоваться своему успеху. Возможно, когда она найдет часы и совершит обряд, она оставит Джека себе в качестве питомца, всё равно его никто не будет искать. Этот парень был круглой сиротой, и никакой дядя не пытался его отыскать, как это, к сожалению, получилось с Томасом.

Злую шутку, конечно, сыграла с Эммой судьба. Подкинула Томаса в Темпус, как червяка на крючке. Специально провоцировала Эмму вновь схватить его, но Тикет быстро одергивала себя, вспоминая, что его не приручить.

А ведь руки чесались… Эмме нужна была новая жертва.

***

Вечером Ник долго думал, стоит ли писать друзьям. После той перемены в холле он понял, что они больше не держат на него зла, что даже Роби смирился с тем, что Ник решил разнообразить свою жизнь. Но при этом он всё равно боялся, что они откажутся принять его обратно, скажут, ты, конечно, парень неплохой, но мы лучше расскажем Томасу о «Загадке», чем снова свяжемся с тобой.

Ник решил сходить в столовую, чтобы ненадолго отвлечься от мыслей, и встретил там Луизу. Она сидела за столом с книгой и лениво нарезала апельсины. Ее длинные светлые волосы закрывали всю ее спину, и Ник поймал себя на мысли, что смотрит на них уже минуту.

— Чего здесь сидишь? — спросил он и опустился на соседний стал.

— Не хочу быть в комнате, — ответила Луиза, даже не взглянув на друга.

Ник знал, что с тех пор, как он начал гулять с Люси, Луиза старалась не пересекаться со своей соседкой. Он не понимал, в чем причина такого поведения, а спрашивать ему было неловко.

Луиза дорезала апельсины, сложила кусочки в глубокую тарелку и, прихватив книгу, поспешила удалиться.

Ник остался один.

Он достал из кармана телефон и набрал сообщение: «Приходи в восемь часов в столовую. Это важно». Перечитав короткий текст, он послал сообщение на пять номеров.

***

Алекс и Ева встретились, когда шли по коридору в столовую, хотя до восьми было ещё пять минут. Они оба всегда отличались крайней пунктуальностью.

— Алекс, мне кажется, нам надо поговорить, — набралась смелости Ева и отвела друга в сторону.

— Разве?

— Ты так не считаешь?

— Не знаю, о чем нам говорить. Ты вечерами пропадаешь с Томасом в парке, наверно, с ним тебе есть о чем разговаривать, но точно не со мной.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Ева.

— Кто-то не умеет хранить секреты, — усмехнулся Алекс.

Роза, подумала Ева. Только она знала, куда Ева бегает каждый вечер вместо того, чтобы ходить в лабораторию.

— Это не секрет.

— Правда? Почему бы тебе тогда не рассказать нам о своем парне? — Алекс презирал самого себя, но не мог остановиться.

— Потому что у меня нет парня, — отрезала Ева и отошла. Больше ей не хотелось стоять рядом с тем, кто так и не смог набраться смелости, чтобы доказать, что Еве не нужен никакой Томас.

***

В пять минут девятого в столовой собрались все шестеро. Вся «Загадка». Прямо как в старые добрые времена.

— Я хотел извиниться перед вами, — начал Ник, когда друзья в изумлении расселись за столом.

— Хотел, но больше не хочешь? — перебил его Роби и потянулся к вазочке с конфетами.

— Эй! — Ева строго посмотрела на Роби. Она радовалась, что Ник решил вернуться к ним, это означало, что они вновь станут сильной и непобедимой командой.

— Мне жаль, что я так повёл себя с вами. Надеюсь, вы меня простите.

— А Люси? — прищурилась Роза. — Как с ней быть?

— Она не помешает нашей дружбе, — заверил ее Ник.

Все хотели ему поверить, поэтому поверили. Друзья долго ждали, когда же мир среди них восстановится, и теперь они были на шаг ближе к гармонии.

— Я совсем выпал из расследования. Далеко вы продвинулись? — Ник тоже сел за стол. Он надеялся узнать много чего интересного об Эмме.

Но сначала он узнала о Томасе. До сих пор Ник не подозревал, кем является этот новенький, но теперь ему всё рассказали, и он был также удивлен, как и все остальные в день появления Томаса в школе.

— А в лабораторию мы больше не ходим, — негромко сказала Луиза и посмотрела на Еву. Та смутилась и отвела взгляд.

— Почему? Там же должно быть ещё столько всего неизведанного.

— У Евы теперь другие дела, — горько усмехнулся Алекс и вышел из-за стола. — У меня голова разболелась, я пойду в комнату, ладно?

И Алекс ушел под пристальный взгляд Евы.

— Ты разбиваешь ему сердце, — прошептала Роза подруге на ухо.

Но Ева ответила вслух:

— Он первый начал.

***

Когда Ева пошла с Томасом на прогулку, чувствовала она себя отвратительно из-за той злости, что росла внутри. Ева ненавидела Алекса, она не сомневалась в этом. Хотела, чтобы он страдал ещё больше, если ему привычнее прятаться в комнате, чем брать пример с Томаса и звать ее на свидания.

— Я видел тебя с ним сегодня в коридоре, — вдруг сказал Томас, когда они уже возвращались в дом.

— Ты о ком? — спросила Ева, хотя догадывалась, о ком идёт речь.

— Я не знал, что у вас что-то есть. Алекс ревнует?

— Он…

— Ева, если из-за меня у тебя портятся с кем-то отношения, то я готов на всё, чтобы это исправить, — Томас говорил на удивление тихо. Его шикарная улыбка давно исчезла. — И я пойму, если ты выберешь его.

— Эй, я никого не выбираю, зачем ты вообще всё это говоришь? Нам хорошо, и это главное. Слышишь? — Ева остановилась и развернула Томаса к себе. Он мягко на нее посмотрел своими темными глазами, и Ева увидела в них настоящие чувства.

Подул северный ветер и подхватил волосы Евы. Томас осторожно убрал их с ее лица и сделал маленький шаг вперёд. Ева не двигалась, но продолжала таинственно смотреть на Томаса.

Момент.

Она приподнялась на носочках и потянулась к манящим губам парня. Томас обнял её, и они поцеловались.

— Ты прекрасна, — прошептал Томас.

Ева поцеловала его снова.

Кажется, она всё-таки сделала выбор.

На следующий день в кабинете истории с самого утра собралась «Загадка» в своём полном составе. План их звучал радикально: во что бы то ни стало найти инструкцию для проведения обряда, который собиралась провести Эмма. «Загадка» хотела узнать, что ещё нужно Тикет, кроме часов, и тогда они смогут лучше повлиять на ход событий, а точнее, оборвать эти события. Позволить Эмме обрести бессмертие — открыть дорогу абсолютному злу, в этом никто не сомневался.

— Ева, Роза, Ник, поклянитесь, что не выйдете с пустыми руками, — потребовал Роби перед тем, как отпустить друзей в лабораторию.

— Вот ещё, — фыркнула Роза, но Ева сказала:

— Клянёмся. Мы слишком долго бездействовали. Сегодня перероем каждую комнату в этом чертовом подвале.

Все с восхищением посмотрели на Еву. Она вновь обрела свои лидерские способности и была готова вести «Загадку» вперёд.

Как только трое оказались в лаборатории, то сразу же разбежались в разные стороны. У них было всего двадцать минут до начала занятий, и за это время нужно было обязательно отыскать заветную бумажку. Никто из них не знал, что вчера вечером Тикет установила камеры наблюдения по всей лаборатории и что когда она спустится сюда, то узнает, кто же играет у нее за спиной.

Тем временем в кабинете, где остались Алекс, Луиза и Роби, ситуация оказалась не лучше. Только они хотели усесться за парты и спокойно подождать возвращения искателей, как за дверью послышались тяжёлые шаги, и все трое едва успели спрятаться: Роби и Алекс залезли под столы, а Луиза прыгнула за тот самый шкаф.

Через секунду в кабинет зашла Эмма. Все знали, что она собирается делать дальше, и Луиза первая поняла, что ни в коем случае нельзя позволить Тикет попасть в лабораторию.

Луиза выскочила из-за шкафа и якобы случайно упала на Эмму. Обе девушки повалились на пол, но Эмме не повезло больше: она больно ударилась головой об угол парты, и из виска тут же потекла кровь.

— Ты с ума сошла? — рявкнула Эмма и посмотрела на красные пальцы. — Чего прыгаешь на меня, как бешеная?

— Прости, я случайно. Просто мы тут с Роби… Я услышала, что кто-то зашёл и испугалась. Выбежала, а тут ты под боком, — оправдывалась Луиза. Ее голос звучал так удручающе, будто ей действительно было жаль.

— С Роби? — переспросила Эмма и заглянула как раз под ту парту, где прятался парень. Роби дружелюбно помахал ей в знак приветствия.

— Что вы делали? — удивилась Эмма. Даже она знала, что такой союз слишком сомнителен.

— Не твое дело, правда? — подмигнул Роби и поднялся. Алекс же продолжал прятаться.

Эмма хмыкнула и снова дотронулась до виска. На пальцах осталось ещё больше крови.

— Мне так жаль! Давай мы проведем тебя в медпункт, — Луиза потянулась к Тикет, но та отпрыгнула в сторону. В чужих прикосновениях Эмма вовсе не нуждалась.

— Ты можешь потерять сознание, если пойдешь одна, — вставил Роби, хотя не был уверен, что говорит правду.

В конце концов Эмма согласилась, и Луиза с Роби быстро вывели ее из кабинета.

Когда Роза, Ева и Ник вернулись из лаборатории, Алекс во всех подробностях рассказал им о случившемся, не забыв отметить смекалку Луизы.

— Надеюсь, Эмма не такая умная, как кажется, и не сделает никаких выводов. Не представляю, что она может с нами сотворить, если узнает правду, — забеспокоилась Ева. Но волноваться долго не было смысла, потому что пользы никакой пустое волнение не приносило, и поэтому Ева потянулась к своей сумке.

— Мы нашли кое-что, но не уверены, что это инструкция. Там снова шифр, и теперь нам придется его разгадать, — пояснила Роза, когда Ева протянула Алексу смятый лист. В глаза ему Ева не смотрела.

— Выбора нет, — вздохнул Алекс. — Пошлите, скоро здесь начнется урок.

***

На большом перемене «Загадка» по традиции собралась в холле. Они хотели изучить шифр, но тут Роби увидел вдалеке Томаса и помахал ему рукой. Это выглядело довольно странно, учитывая то, что с Томасом он не общался. Однако тот подошёл к рассевшейся на диванах компании и поздоровался.

— Чего школу прогуливаешь, новенький? — спросил Роби и широко улыбнулся. Он заметил, что бывший Джек Два не появился на первых трёх занятиях.

Томас смутился, но ответил:

— Плохо себя чувствовал.

Ева поймала его взгляд и нежно ему улыбнулась. Томас воспринял улыбку как знак и не постеснялся проложить руку на талию девушки, хотя вообще в Темпусе не было принято публично демонстрировать романтические жесты.

— Как ты? — спросил Томас и поцеловал Еву в макушку.

У всей «Загадки» только рты пооткрывались.

— У меня всё отлично, — Ева улыбнулась, но слегка отодвинулась. Ей, как никому другому, было неловко нежиться перед друзьями.

— Ты чего? Или тебя можно целовать только под свисающими ветвями ивы? — Томас рассмеялся, только вот никто к нему не присоединился.

— Мы что-то пропустили? — Роза не сводила взгляд с Евы. Ещё недавно подруга переживала из-за Алекса, а теперь она, оказывается, целуется под ивами.

— Вы встречаетесь? — прямо спросила Луиза. Она была поражена не меньше.

— Да нет, мы просто… — Ева не знала, что говорить. Ну почему именно сейчас нужно было поднять эту сложную тему?

— Нет? Получается, я всё не так понял… — Томас убрал свою руку и даже отступил на несколько шагов. Он посмотрел на Алекса, своего соперника, но на лице того не отражалось никаких эмоций. Алекс будто не слышал и не видел всего, что перед ним происходило.

— Черт, давай не сейчас. Я не хочу обсуждать свою личную жизнь в кругу, как на собрании анонимных алкоголиков, — настроение Евы камнем упало на пол.

Томас кивнул и сел на диван. Лучше было бы ему уйти, но он до этого не додумался.

— Так, значит, ты в тайне от всех целуешься, строишь романтические отношения и даже не думаешь рассказывать об этом? И долго ты собиралась скрывать? — Роби будто был оскорблен больше других. Он поймал упрекающий взгляд Розы, который означал только одно: они тоже тайно целовались и никому не рассказывали, поэтому у Роби нет никаких оснований обвинять Еву. Просто она оказалась не такой хорошей обманщицей.

— А ты разве хорошо его знаешь? — подал голос и Ник. Раз решили отчитывать Еву, так уже все вместе.

— Хорошо ли я его знаю? — опешила Ева. — Вам напомнить, как давно мы с ним знакомы? Напомнить, что Томас для нас сделал? Без него у нас бы вообще сейчас ничего не было. Я доверяю ему даже лучше, чем некоторым из вас.

Возможно, такое откровенное признание не следовало произносить при Томасе, который с удивлением посмотрел на Еву, не понимая, что такое она говорит. Давно знакомы? Он им что-то сделал? У них бы ничего без него не было?

«Загадка» уставилась на Томаса. Между ними повисло тревожное молчание. Если он сейчас задаст вопрос, то что им нужно будет ответить?

Но Томас молчал.

***

На математике, пока учитель писал условия задачи на доске, Роби толкнул локтем Алекса. Они на днях поменялись с Евой местами, и теперь Роби сидел с главным умником их компании.

— Ты как? Всё нормально?

— Конечно. Даже больше тебе скажу. Всё просто замечательно. Ева встречается с Томасом, а я, как лох, смотрю на их телячьи нежности.

— Да брось, ты же знаешь, что ничего у них не получится, — попытался приободрить друга Роби.

— Уже получилось, — ответил Алекс.

Ева сидела сзади и услышала, как Алекс назвал ее имя. Догадаться было не сложно, что они с Роби там обсуждают. Наверняка перекидываются гадостями о ней и обзывают легкомысленной. Ну и ладно, подумала Ева. Ей теперь всё равно.

***

Весь вечер Ева снова провела в компании Томаса. Сначала они долго гуляли, а потом устроились в его комнате под пледом и с ноутбуком на коленях, чтобы посмотреть фильм. Ева принесла из столовой чашки с чаем и столько конфет, сколько влезло в карманы ее домашнего кардигана. Они уже приготовились насладиться душевной атмосферой, как вдруг в комнату резко вошел Алекс с учебником по физике в руке и, увидев прижавшуюся друг к другу парочку на кровати, аж отпрянул.

— Ох, простите, я думал, Дэн здесь. Мы договорились, — Алекс помахал учебником.

— Ну, как видишь, его здесь нет, — без тени улыбки ответил Томас и посмотрел на дверь, предлагая таким образом Алексу исчезнуть.

Тому большего и не нужно было, и Алекс тут же выскочил обратно в коридор.

— Черт, — Ева откинула плед и поднялась.

— Ты куда? — удивился Томас.

— Сейчас вернусь.

— Ева, тебе не кажется, что ты слишком стараешься?

— Подожди всего минуту, — улыбнулась девушка и вышла из комнаты.

Алекса она нашла в его комнате. Он сидел за столом и бессмысленно листал страницы учебника. Появление Евы он никак не прокомментировал.

— Алекс… Неужели это не прекратится?

— Что?

— То, что ты делаешь.

— А что я делаю? Вроде ничего. С Томасом под пледиком точно не обнимаюсь.

— Алекс! — вскрикнула Ева и тяжело вздохнула. — Перестань. Мне больно.

— А мне, думаешь, нет?! — вспыхнул тот.

— Ты решил, что я вечно буду ждать, пока ты наберешься смелости? — глаза Евы загорелись. Она поняла, что сейчас всё ему выскажет. — Буду смотреть на тебя умоляющими глазками, чтобы ты наконец признался? Я ждала и так слишком долго, не спорь. Томас же оказался более уверенным. Он мне нравится, поэтому не вижу ничего плохого в том, чтобы почувствовать себя счастливой.

— Что тебе мешало самой сделать первый шаг, а? Почему виноват я?

— Как ловко ты придумал перевести стрелки! Все, Алекс, с меня хватит. Если ты собираешься продолжать этот цирк, то пусть, больше я не буду обращать внимание.

Ева вылетела в коридор и громко хлопнула дверью.

— Мисс Коллинз! Держите себя в руках, — тут же крикнул на Еву появившийся из-за поворота мистер Фок.

Ева ничего не ответила. Она хотела скорее вернуться в комнату Томаса, но почему-то продолжала стоять под дверью, опустив голову, словно провинившаяся. Вдруг она услышала, как по ту сторону двери послышались шаги, потом все затихло.

Это подошел Алекс, и теперь он стоял точно также, не зная, что ему делать. Бежать за Евой? Броситься на кровать? Проклясть этот мир?

— Я люблю тебя, Ева, — прошептал Алекс, глядя на дверь. Он постоял еще мгновение, а потом вернулся к столу.

У Евы перехватило дыхание.

Часы показывали десять минут седьмого, когда Луиза открыла глаза. В последнее время она плохо спала, возможно, из-за нервов, и связанных явно не с учебой. Луиза недолго полежала, натянув одеяло до подбородка и глядя в белый потолок. Когда она поняла, что все-таки не заснет, то решила подняться и сходить заварить себе чай, чтобы хоть чем-то заняться в столь ранний час.

Не успела Луиза накинуть на пижаму свой любимый пушистый халат с заячьими ушками, как послышался писклявый голосок:

— Чего не спишь, Хэйл?

Луиза даже не сразу отреагировала, потому что не привыкла слышать свою фамилию не от учителей.

Люси сонно смотрела на свою соседку, приподнявшись на локтях.

— А ты чего проснулась? — задала вопрос Луиза.

— Из-за шума твоего, естественного.

— Я не шумела.

— Мне виднее.

Луиза вздохнула и пошла к двери. Оставаться с говорящей Люси ей точно не хотелось.

— К Нику спешишь? — бросила на прощание Люси, что заставило Луизу остановиться.

— С чего это вдруг?

— Ну, вы же снова заманили его в свои грязные сети. Мы с ним вчера почти и не общались.

— Я рада за Ника, — прошептала Луиза, но Люси все равно услышала и закатила глаза.

— Если решила, что я сдамся так просто, то не на ту напала.

— Я не нападала на тебя, — Луизе этот разговор казался слишком дурацким, но просто выйти в коридор она не могла, нужно было завершить все до конца.

— Это, конечно, не твое дело, но мы с ним целовались, так что не надейся, что он так просто забудет меня лишь из-за того, что ты поманила его пальчиком.

Луиза промолчала. Когда она услышала "целовались", то внутри все резко оборвалось. У Ника, как оказались, были настоящие чувства к проклятой Люси, и она, Луиза, вряд ли могла на это повлиять. А ведь ей казалось, что все еще возможно… Но, похоже, она жила в иллюзиях.

***

Завтрак в первом корпусе прошел не самым традиционным образом. Всё началось с того, что когда в столовую зашёл Томас, то он мило улыбнулся Еве и шепнул ей на ушко «Доброе утро, любимая», а после этого впервые сел рядом с ней. Тут же в столовую зашел Алекс и, увидев Томаса на своём месте, на котором он сидел уже третий год, молча, но демонстративно развернулся и вышел, ничего не прихватив со стола. На минуту в помещении повисла тяжелая пауза. Потом Роза потянулась за чайником и как бы случайно пролила теплую воду на штаны Томаса. Того этого ни капли не разозлило, он лишь как обычно улыбнулся и отправился в комнату переодеться.

— Зачем ты это сделала? — сквозь зубы процедила Ева. Она не понимала, с чего вдруг Роза начала себя так вести.

— Я же случайно! — воскликнула Роза и спокойно опустила в чашку ложку сахара.

— Неправда, — ответила Ева и откинула полную тарелку. Она поднялась из-за стола и тоже вышла.

В этот момент в столовой появилась Луиза, но как только она увидела мило улыбающегося ей Ника, будто ему нечего было скрывать от нее, то она громко цокнула и, взмахнув волосами, сразу же развернулась.

Ник понял, что Луиза отказалась от завтрака из-за него, и в недоумении побежал за подругой.

Все остальные жильцы позавтракали раньше, и за столом сидели Роза и Бэк, который, впрочем, через минуту допил свой чай и пошел собираться в школу.

Наконец в столовой появился запозднившийся и пропустивший всю тихую драму Роби. Он в удивлении оглядел пустующую комнату и уселся напротив Розы. Так вдвоем они и позавтракали, пристально глядя друг на друга, словно безмолвно договорились сыграть в игру, кто кого переглядит.

— Почти ничего не съели, — обиженно сказала Белла, собирая полные тарелки. И надо же было теперь куда-то это все девать!

— А они все сыты своими любовными проблемами, — подметила Роза и вновь взглянула на Роби. Они оба уже закончили с завтраком, но почему-то не спешили уходить.

— Не хочешь сегодня после уроков прогуляться? Разнообразить скучный вечер, — как-то лениво предложил Роби, будто идея принадлежала вовсе и не ему.

— Вдвоем? — Роза вскинула бровь. Ей почему-то вспомнились ивы, под которыми целовались Ева и Томас. Романтичное все-таки местечко.

— Это получше, чем с такой безумной компанией, — Роби кивнул на дверь, намекая на всех их друзей.

Роза усмехнулась.

— Ладно. Давай пройдемся.

— Все так быстро поели, — вдруг раздался совсем рядом непривычный для слуха голос. Ребята повернулись. Возле них стояла Эмма и улыбалась. Действительно улыбалась, широко и почти искренне. Роби и Роза были настолько удивлены тем, что Тикет с ними заговорила, что не смогли ей ответить.

— Чего молчите? — Эмма села за стол и начала накладывать себе то, что Белла еще не успела унести.

— Так неожиданно слышать твой голос, — честно призналась Роза.

— Вы со мной не общаетесь, а навязываться я не хочу.

— Всё в порядке? — прямо спросил Роби, уверенный, что эта дружелюбность связана с недавним столкновение головы Эммы и угла парты.

— Конечно. А что?

— Ничего… — протянул Роби.

Оставаться рядом с Эммой никому не хотелось, и Роза с Роби быстро выбрались из-за стола, успев переброситься многозначительными взглядами насчет всей этой сомнительной ситуации.

***

На перемене Ева стояла в стороне от всех и репетировала свой доклад по истории. Вдруг ниоткуда появился Алекс и вплотную подошел к ней.

— Сегодня идем в лабораторию?

Ева закрыла папку с докладом и уставилась на друга.

— Ну? — Алекс по-прежнему стоял слишком близко и даже не думал отходить.

— Вроде ты меня игнорируешь, нет? — прищурилась Ева.

— Лаборатория к нашим проблемам дела не имеет.

— Ах, "нашим проблемам"! Как эффектно ты это обозвал.

Ева не верила, что вчера он признался, что любит ее, хоть и не ей прямо, а всего лишь деревянной двери его комнаты, а теперь он вновь ведет себя так мерзко, будто специально хочет разозлить ее.

— Скажи спасибо, что я не размазал твоего глубоко уважаемого Томаса по стенке, когда увидел его утром на моем гребаном стуле.

— Так размазал бы, я бы с удовольствием посмотрела, — фыркнула Ева. — А вообще я не просила его туда садиться.

— Конечно, не просила, я и не сомневаюсь.

— Алекс! Он сам сел. Хватит нападать на меня! Достал уже со своим Томасом!

— То, что я тебя достал, давно не секрет. Можешь не повторять это каждые пять минут, — глаза Алекса пылали огнем, какого в них еще никогда не было.

— Ты хоть сам веришь в то, что говоришь? — вот Ева не могла поверить, что он серьезно решил продолжить высказывать свои претензии ей в лицо. И куда подевался тот милый, безобидный парень, который однажды похитил ее сердце? — Ведешь себя отвратительно.

— Отвратительно? Ну, я хоть не целуюсь с Томасом, — от этих слов Алекса аж передернуло.

— Да ты издеваешься! — Ева бросила папку на стоящий рядом столик. — Чего ты прицепился к этим поцелуям?

— Действительно, чего это?

— Перестань ревновать. Лишь себя позоришь.

— Раз за завтраком уже опозорили, то почему бы не продолжить.

— Опять завтрак! Алекс, ты убиваешь меня!

— Взаимно!

— Эй, вы же вроде собирались обсуждать лабораторию, не так ли? — неожиданно спросила Луиза, которая все это время стояла чуть в стороне и наблюдала за до абсурда смешной сценой.

— Прекрасно… — выдохнула Ева, догадываясь, что теперь еще и Луиза будет делиться своими соображения.

Однако, к удивлению всех, Луиза обняла Еву, потом похлопала по плечу Алекса и сказала:

— Стоите, ругаетесь, а сами ведь хотите помириться и жить дружно и счастливо.

— Возможно, я бы хотел помириться, если бы Ева не усаживала Томаса на мое место.

— Возможно, я бы хотела помириться, если бы Алекс поверил, что я не просила Томаса садиться на тот стул.

Луиза рассмеялась. Звучало все это до безобразия глупо. Она поняла, что первый шаг к примирению делать никто не собирается, и сама подтолкнула Еву и Алекса друг к другу, чтобы те под строгим ее контролем обнялись.

И как бы Ева и Алекс не противились этому, они все-таки обнялись.

Всю биологию Роза переглядывалась с Роби, на что обратили внимание абсолютно все присутствующие в кабинете, и от учителя эти неожиданные взгляды тоже не утаились.

— Мисс Маркин, попрошу строить глазки мистеру Стронгу после моего урока. Сейчас я пытаюсь вложить в ваши головы очень важную тему, по которой через две недели будет очень серьезная работа.

И мисс Маркин, и мистер Стронг лишь еле слышно хихикнули.

Ева посмотрела на подругу и мысленно порадовалась за нее. Хоть Роза и пыталась скрыть свои расцветающие чувства, получалось у нее это довольно плохо. На самом деле Роби и правда подходил Розе, непонятно, почему никто не подумал об этом раньше. И главное, эти двое точно не будут годами прятаться друг от друга, так что в ближайшее время «Загадка» явно сможет поприветствовать новый роман бурными аплодисментами.

Сразу после урока Роза попросила друзей собраться в пустом кабинете истории, где их никто не потревожит. Она и Роби хотели рассказать об утренних событиях, связанных с Тикет.

— Ясное дело, она что-то задумала. И я уверен, это что-то нехорошее, — высказался Алекс.

— Вдруг она готовит для нас какую-нибудь гадость, — с нотками тревоги сказала Луиза. Эмму она действительно побаивалась, ведь никто не знал, что она может провернуть.

— А если в ней проснулись гормоны совести, и Эмма решила завязать с криминальным прошлым? — засмеялся Роби. Его шутку оценили не только друзья.

— Я решила завязать с криминальным прошлым? Чуть подробнее, Роби, подробнее, — Эмма появилась неожиданно. В руке она держала свой дубликат ключа от кабинета. Уже второй раз они встретились в этом месте.

«Загадка» не была готова к такой встрече, поэтому лица у всех выражали обеспокоенность. Молчание могло продолжаться долго, но скоро Роби всё-таки подобрал слова для ответа:

— Во-первых, подслушивать далеко не этично. А во-вторых, если тебе настолько интересно, что ты даже влезла в чужой разговор, то я соглашусь удовлетворить твое любопытство. Мы говорили вовсе не о тебе, царице земного мира, а о моей однокласснице из прошлой школы.

Все уставились на Эмму в ожидании ее реакции.

К сожалению, Роби не смог убедить Тикет.

— Знаете, у меня скопилось много вопросов насчёт вашей компании…

— Например? — Роза кивнула Эмме, мол, давай, выкладывай всё.

Но Эмма не спешила. Она внимательно изучала взглядом каждого и что-то для себя отмечала.

— Так и будешь молчать? Тогда проваливай! Мы здесь заняты, — Роза не побоялась пойти на такой риск, хотя только что они обсуждали, как Эмма всех их чуть ли не поубивает.

— Как ты со мной разговариваешь, малявка!

Ева взяла Розу за руку в надежде умерить ее пыл, но подругу уже было не остановить. Она вылетела из-за парты и в миг оказалась напротив Эммы.

— Мне до лампочки, что тебе двадцать лет. Хоть сорок. И если тебе всё-таки нечего спросить у нас, то тогда ответь на мои вопросы. Зачем ты приехала в Темпус? Что ты пытаешься здесь провернуть? Почему у тебя в руке ключ от этого кабинета?

Ева опустила голову и застонала. Кто тянул Розу за язык! Теперь Эмма точно не оставит их в покое.

— Хотите ответы? Не волнуйтесь, очень скоро вы их получите, — ледяным тоном ответила Эмма и вышла из кабинета.

— Довольна? — Ева подошла к Розе. — Понравилось собственное выступление?

Роза фыркнула и отошла к окну.

— Подумаешь. Давно надо было ей сказать, чтобы меньше выпендривалась.

— Она вообще-то не выпендривалась, а действовала тайно, как и мы. А теперь всё это рухнуло. Ты прямо дала знать Тикет, что мы интересуемся её персоной и даже знаем её реальный возраст, — голос Евы почти сорвалась на крик.

Роза смутилась, потому что обычно голос на нее не повышали. Она схватила сумку и выбежала из кабинета, больше ничего не сказав, потому что она и правда сболтнула лишнего. Что же теперь будет?

Ева выбежала вслед за Розой. Она не думала, что подруга так отреагирует, и теперь боялась, что Роза на эмоциях натворит что-нибудь недоброе. Ева нагнала подругу у выхода из школы и принялась успокаивать Розу, словно это не они только что ругались. К счастью, Роза сама успокоилась, к тому же признала свою вину, и девушки вместе вернулись в кабинет.

— Пока вы выясняли отношения, я подумал, что нам пора заняться шифром на инструкции. Бумажка у тебя с собой? — Роби с надеждой посмотрел на Еву, у которой всё всегда было с собой.

— И правда! Совсем вылетело из головы, — спохватилась Луиза.

— Доставай, — кивнул и Алекс, тоже уверенный, что инструкция рядом.

Ева согласилась, что они не так уж торопятся и что пора наконец заняться важным делом. Она полезла в сумку и довольно долго шарила руками по внутренним карманам, но в итоге так ничего и не нашла.

— Пожалуйста, не говори, что ты её потеряла, — простонала Луиза. Только этого им сейчас не хватало.

— Нет, я не могла! — Ева снова и снова обыскивала сумку.

— А ты не выкинула её случайно? — спросил Ник, надеясь получить отрицательный ответ.

Ева помотала головой.

— Хорошо. Кто брал твою сумку? — нахмурился Алекс. Он решил идти таким путем.

— Никто… Но даже если бы кто и нашёл эту пожелтевшую бумажку, то ничего не понял бы.

— Кроме Эммы, — прошептала Луиза.

— Вряд ли, Тикет вообще возле нас не бывает. Ну, почти, — попытался приободрить Роби, но получилось не очень.

Однако Ева понимала, что что-то изменилось. До сегодняшнего дня Эмме было вроде как наплевать на них, а тут она полезла с претензиями. Тикет могла найти бумажку и таким образом убедиться, что они знают довольно много.

Правда была слишком жестокой, и никто не хотел соглашаться с ней.

— Но всё-таки кто-то ещё мог найти бумажку. Ева, вспоминай, кому приходилось держать сумку, — настаивал Роби.

— Томас, — Ева с большой неохотой назвала это имя. — Он помогал собирать сумку в школу.

Алекс усмехнулся:

— Не удивлюсь, если Эмма его и здесь под своё крыло взяла, и он теперь на неё работает.

— Что ты несешь? Это исключено! — Ева моментально разозлилась. Томасу она полностью доверяла. Он не мог такое сделать.

— Спокойно. Нужно просто с ним поговорить, — сказала Луиза.

Предложение всем понравилось. Решили, что после уроков Ева, Роза и Роби поговорят с Томасом в доме, а остальные сходят в лабораторию.

Когда занятия закончились, друзья разделились, и вторая команда как можно скорее пошла в туннель.

— Давайте попробуем снова обыскать всё. Если Эмма забрала инструкцию, то, возможно, она спрятала ее здесь, но уже в другом месте, — Луиза повернулась к парням, и те кивнули.

Они хотели уже разойтись в разные стороны, как вдруг Ник с ужасом указал на белую камеру в углу потолка.

— Черт! Когда они появились? — Алекс отвернулся, будто это могло его спасти.

— А если они были всегда? — прошептал Ник. Он продолжал смотреть прямо в камеру.

— Нет, ещё пару дней назад их не было, я точно знаю, — уверила Луиза. — Но последний наш визит Эмма, вероятно, видела. Это ещё больше доказывает то, что она забрала у Евы инструкцию, просто решила не раскрывать своих карт.

— Нам конец, — Алекс сполз по стенке на пол.

— Нужно сваливать. Рассказать остальным, Томасу ведь влетит ни за что, — Ник уже развернулся, чтобы уйти.

— Сначала нужно стереть сегодняшнюю запись, чтобы Эмма не увидела, как мы пялимся на камеры. Так будет лучше.

— Ты знаешь, как это сделать? — удивился Ник.

— Нет, но придется узнать. Пошлите, — Луиза зашагала в сторону кабинета.

— Я пойду обратно, не хочу, чтобы они устроили скандал, ведь Роза с Роби могут, — Ник все-таки развернулся, чтобы пойти к выходу.

— Так переживаешь за Томаса? — Луиза вскинула брови. — Или просто торопишься к Люси за порцией поцелуев?

Алекс, все еще сидя на полу, вздохнул.

— Какими поцелуями? — удивился Ник.

— Я все прекрасно знаю. Люси уже успела поделиться подробностями, — Луиза скрестила руки на груди.

— Что? Я с ней даже не общался в последние дни.

— Неужели она выдумала? — Луиза впилась в Ника своим самым проницательным взглядом.

— Естественно!

Луиза ничего не ответила. Она подняла Алекса с пола и повела его за собой в кабинет Эммы. Ник поплелся за ними.

Им понадобилось немало времени, чтобы разобраться с системой, но в итоге Луизе удалось удалить запись и заодно выключить камеры. Вскоре все трое бежали обратно в дом, где нашли своих друзей в гостиной. Роза читала книгу, а Ева и Роби играли в шахматы.

Как оказалось, Томас ничего не брал из сумки, и Ева сразу же ему поверила, потому что видела по его темным глазам, что он не врет.

— А он не спросил, с чего это вдруг такие вопросы? — поинтересовалась Луиза.

Ева передвинула фигуру на доске и ответила:

— Я сказала, что потеряла одну важную вещь. Что-то вроде талисмана. Через десять минут сказала, что нашла, чтобы он не беспокоился зря.

— Талисман? — усмехнулась Луиза, и Ева тоже расплылась в улыбке. Снова это слово спасает их от лишнего внимания.

— А у вас какие новости? — спросил Роби и сделал свой ход с самодовольной улыбкой, будто у Евы не оставалось никаких шансов на победу.

— Ужаснейшие новости, — вздохнул Алекс.

Они рассказали о камерах.

— Значит, это все-таки Эмма забрала инструкцию. И когда же она успела порыться в моей сумке? — Еву аж передернуло от таких неприятных мыслей.

— Уже не так важно. Нам надо решить, что же теперь делать, — сказал Алекс.

Все задумались.

Эмма в этот момент гуляла в одиночестве по парку и тоже думала обо всей ситуации. Сначала она разозлилась из-за того, что ее одноклассники настолько обнаглели, что не только пробрались в лабораторию, но и умудрились обокрасть ее. Эмме повезло, что ей удалось перехватить инструкцию, иначе дело бы приняло совсем другой ход. Однако теперь все было под контролем, и Эмма составила план, с простоты которого можно только смеяться: она не будет мешать этой жалкой компании вести собственные поиски, ведь если они найдут часы, из-за которых у нее целыми днями головные боли, то ей не составит никакого труда забрать и их. Они будут работать на нее, даже не догадываясь об этом. Эмме только нужен один хороший помощник, который сможет следить за одноклассниками в тех случаях, когда она будет занята. И Эмма уже знала, как такого помощника заполучить.

Перед сном, пока Джейд где-то пропадала с Люси, Роза и Ева вновь обсуждали все, что произошло.

— У нас ничего нет, — вздыхала Роза.

— Но мы можем попробовать найти часы. Сейчас они для Тикет самое важное.

— И что мы с ними сделаем, если найдем?

— Уничтожим, — без раздумий ответила Ева. — С их помощью Тикет хочет провести обряд и получить бессмертие, а потом создать себе армию рабов. И раз уж мы об этом узнали, нам с этим и бороться.

— Думаешь, Эмма позволит нам увести у нее из-под носа желанные часы?

— Нас шестеро. Она одна, — Ева говорила уверенно, будто часы уже стояли у на столе и нужно было лишь протянуть руку.

Однако Роза не сдавалась и продолжала сомневаться:

— Не знаю, если честно. Она ведь слишком серьезно ко всему этому относится. А раз она знает о «Загадке», то высока вероятность, что она захочет от нас избавиться.

От этих слов у Евы внутри все похолодело. Ведь Роза была права. Эмма из тех, кто может захотеть убрать их с дороги. И все, что им оставалось, это надеться на то, что жестокость Тикет еще не дошла до такой степени.

С утра ученики Темпуса узнали, что сегодня будет первая репетиция концерта для дня открытых дверей. Миссис Труф потребовала как минимум пятнадцать номеров, однако реализовать это оказалось довольно проблематично, ведь, несмотря на перспективу хорошей оценки, желающих все равно получилось мало. Среди «Загадки» в итоге выступать согласилась только Роза, у которой отношения с миссис Занри испортились окончательно, и Роза была готова на все что угодно ради улучшения ситуации.

Во время последнего урока в кабинет зашел один выпускник и заявил, что собирает фамилии тех, кто придет в актовый зал на репетицию.

— Кто из вас смелый? — усмехнулась мисс Леонс.

Из всего класса руку подняла только Роза.

— Маркин, — с гордостью произнесла свою фамилию Роза.

— И все? — с разочарованием спросил ответственный за задание. — Мне нужно как минимум двое из вашего класса.

И тут вдруг появилась еще одна рука.

Все с удивлением посмотрели на ее обладателя.

— Роби? И какой номер ты приготовил? — усмехнулась Роза.

— С гитарой я управляюсь лучше тебя, так что ты будешь петь, а я буду играть, — Роби явно не шутил.

— Ты серьезно? — Роза даже перестала рисовать в цветы на полях тетради.

— Записывай. Роби Стронг.

Парень с радостью записал и сразу же исчез.

— Будете петь вместе, как это мило, — хихикнула Ева. — Уверена, дуэт получится крышесносный.

Роза лишь отмахнулась. Она еще больше погрузилась в чернильные цветы, лишь бы не размышлять о причинах поступка Роби.

После истории Ева с Луизой хотели пойти в дом, чтобы немного отдохнуть, но Роза перехватила подруг и потянула за собой в актовый зал.

— Не буду же я там одна торчать до вечера.

— Ты будешь с Роби, — подметила Ева.

— Нет, без вас я не обойдусь.

— Тогда зови и Алекса с Ником. Чего это мы должны страдать одни? — возмутилась Луиза.

— Мне главное, чтобы вы были рядом, — Роза крепко сжимала подруг за руки.

На самом деле Роза просто боялась оставаться с Роби наедине. Без всех остальных друзей. Она боялась, что он вновь учудит что-нибудь безумное, а у нее не получится сопротивляться.

В актовом зале Роби уже настраивал гитару. Роза подошла к нему, чтобы решить, какую песню она будет петь.

— Умоляю, давай что-нибудь приличное, — сказал Роби и посмотрел на разместившихся в задних рядах Еву и Луизу. — А они чего пришли? Больше заняться нечем?

— Это поддержка! — возмутилась Роза.

Роби усмехнулся, но промолчал.

Как только Луиза достала из сумки булочки и сок, чтобы они могли с Евой пообедать, к ним подошел Алекс, а затем и Ник.

— Вы остаетесь? — удивился Алекс.

— Да, и вы тоже должны. Роза очень хочет увидеть нас всех со сцены, — приврала Луиза.

Алекс засомневался, но все-таки решил и правда остаться. Он сел рядом с Луизой и спросил, не поделится ли она с ним вкусностями.

— Ник, а ты? — поинтересовалась Ева и похлопала по сиденью рядом с собой.

— Я пойду домой, если вы не против.

Все кивнули. Никто переубеждать его не стал.

Ник вышел из актового зала.

За ним выскользнула другая фигура.

Когда Ник шел мимо старых ив, к нему вдруг подбежала воодушевленная Эмма и схватила его за руку.

— Эй, отпусти меня, — Ник не на шутку испугался, но Эмма шикнула на него и завела подальше за деревья.

— Что тебе надо? — Ник пытался звучать сурово, но у него едва ли получалось. Он старался незаметно отходить подальше от Тикет, но та сразу же делала несколько шагов ближе к нему.

— Николас Пастер, ты прекрасно знаешь, что я за вами наблюдаю.

Нику нечего было ответить. Он не понимал, почему Тикет поймала именно его, ведь с Роза или Роби, да вообще кто угодно, знал бы, как поставить Эмму на место. Ник мог лишь молча слушать.

— Я хочу, чтобы ты понял, что зла я вам не желаю. Если вам так интересно то, чем я занимаюсь, то пусть, наслаждайтесь, я вам не помешаю. Я всего лишь хочу знать, что именно вы делаете. Возможно, я могла бы в некоторых вопросах даже направлять…

— Что ты хочешь? — Ник отступил еще немного.

— Давай лучше узнаем, что хочешь ты? Например, хочешь ли ты, чтобы твои друзья погибли?

— Не понял.

— Ты отлично все понял, — усмехнулся Эмма. — Если нет, то ты обязательно согласишься на мое предложение.

Снова несколько шагов дальше под ивы.

— Мне нужен человек, который будет докладывать обо всем, чем вы занимаетесь, чтобы я могла контролировать вас. Это очень важно, и ты знаешь причину.

— Подожди, ты предлагаешь эту почетную роль мне? — Ник даже опешил. Он не мог поверить, что Эмма действительно говорит об этом.

— Угадал, — улыбнулась Тикет. — Согласен?

— Ни за что! — выкрикнул Ник и плюнул Эмме в лицо.

Та спокойно вытерлась и продолжила:

— Ладно, тогда поступим по-другому, раз по-хорошему тебе не нравится.

Тикет полезла в сумку и достала оттуда шприц.

У Ника закружилась голова.

Он знал, на чтобы способны уколы Эммы Тикет.

И если он не убежит, то столкнется с ними напрямую.

— Постой-ка, — Эмма схватила Ника за руку и рывком притянула к себе.

Если бы Нику сейчас предложили умереть, то он бы явно выбрал смерть, лишь бы не то, что собиралась сделать Эмма. Он вновь попытался отпрянуть, но Эмма была сильнее, и он сдался.

Игла вошла в висок.

— Вот и славно, — улыбнулась Эмма и равнодушно посмотрела, как Ник, пошатнувшись, упал на землю.

Он пролежал там несколько минут, потом Эмма ударила Ника по лицу, и тот очнулся. Взгляд его отличался, в нем уже не было никакой воли, одно лишь смирение.

— Здравствуй, Джек Два, — Эмма помогла своему новому рабу подняться, а потом они вместе побрели в сторону дома. По пути Тикет объясняла свои требования, а Ник лишь равнодушно кивал.

В актовом зале тем временем уже во всю шла репетиция. Роза и Роби пытались всем своим видом доказать, что их номер лучше остальных, а Луиза, Ева и Алекс с радостью их подбадривали. О Нике сейчас никто не вспоминал. Они еще не знали, сколько бед их ждет впереди и как сильно они пожалеют, что не были внимательнее к своему другу.

За ужином все обсуждали потрясающее выступление Роби и Розы.

— Я бы хлопал вам без остановки! — сказал Бэк и в доказательство своих слов захлопал, что тут же подхватили остальные подростки.

— Да перестаньте, — засмущалась Роза, хотя внимание льстило ей.

— Нет, правда, это было великолепно. Вам нужно почаще выступать вместе, — Алекс подмигнул Роби.

— Думаю, получилось неплохо, — сдержанно поделилась своим мнением Люси.

— Видишь, какие мы с тобой классные? Всем нравимся! Может, стоит сколотить группу «Роро» и выступать на всех концертах, а после школы отправиться в тур по Англии? Что думаешь? — Роби подвинул свой стул ближе к Розе и положил ей руку на плечо.

— Размечтался, — фыркнула Роза, но мысленно она ликовала.

Волна смеха пронеслась по столовой, но Роби только сделал вид, что обиделся. Он знал, что Роза просто прикрывается сарказмом, что на самом деле она без ума от него, он чувствовал это каждой клеточкой своего тела. Интересно, чувствовала ли она то же?

Когда после ужина Роби и Алекс выполняли домашнее задание, в комнату беззвучно зашел Ник и упал на кровать.

— Где ты пропадал? И, кстати, мог бы остаться на репетицию, — Роби с недовольством посмотрел на друга.

— Отвали, — ответил Ник и закрыл глаза. У него ужасно, ужасно кружилась голова.

Сначала Роби хотел возмутиться, но потом плюнул и продолжил читать учебник по географии.

***

План Эммы обязан был пойти как по маслу. В качестве жертвы она выбрала именно Ника и знала, что не ошиблась. В деятельности «Загадки» Ник проявлял меньше всего вовлеченности, он будто ходил с ним лишь для видимости, а на самом деле вся эта суматоха его вовсе не интересовала. Если бы Эмма выбрала для себя Алекса или вообще Еву, то все бы быстро заметили изменения в их поведении, но Ник всегда отличался отрешенностью, поэтому вряд ли кто-то обратит внимание. Он будет по-прежнему якобы участвовать в поисках часов и обо всем докладывать Эмме, и никто об этом даже не узнает.

Пока Эмма лежала на кровати и размышляла обо всем этом, в комнату зашла Люси. У Эммы сразу же появилась чудесная идея.

— Привет, — улыбнулась Эмма.

— Привет? — неуверенно ответила Люси. Даже она чувствовала, что с Тикет лучше не связываться.

— Не хочу лезть не в свое дело, но тебе, как я знаю, нравится Ник?

Люси такого прямого вопроса не ожидала и даже не сразу нашлась с ответом:

— А что?

— Да так, просто. Он же еще и Луизе нравится, но, по моему мнению, ты с ним смотришься намного лучше.

Люси мгновенно расцвела. Она села рядом с соседкой и улыбнулась.

— Вот и я так считаю. Только смысл? Он снова постоянно пропадает со своими так называемыми друзьями.

— Не волнуйся, — Эмма тоже улыбнулась. — Я уверена, что все изменится, и вы с ним будете вместе.

— Хотелось бы верить, — вздохнула Люси.

За полчаса до отбоя у Эммы была запланирована встреча с Ником за домом. Она хотела узнать, какой план составила «Загадка». Однако, к ее сожалению, Ник мало что рассказал.

— Сегодня они не обсуждали ничего, только решили, что надо сконцентрироваться на поисках часов. Но идеи, где их искать, пока не выдвигали.

— Да уж, не густо. Нужно, чтобы они ускорились. Подтолкни их, скажи, как важно скорее найти часы, иначе я их и правда опережу.

— Будет сделано. Что-нибудь еще? — равнодушным голосом спросил Ник.

— Да, кое-что еще, — Эмма загадочно улыбнулась. — Почему бы тебе не погулять с Люси? Позвать ее на свидание? Девочка скучает по тебе. А вот на Луизу обращай внимания поменьше.

— Я понял.

— Вот и славно. Завтра встречаемся в то же время. И еще! Забери браслеты, мне не нравится, что они постоянно бегают на мою территорию.

Ник кивнул и на этот приказ. Они простились. Эмма пошла в лабораторию, а Ник направился к себе.

Тем временем в доме устроили настоящий концерт. Бэку все-таки удалось уговорить Розу порепетировать перед ними, и теперь Роза и Роби пели и играли перед одноклассниками в гостиной уже полчаса. Собрались все, и поэтому Ник без труда пробрался в комнаты друзей и забрал браслеты из полок. Затем он зашел к Эмме и положил браслеты в ее сумку. Первое поручение было выполнено. Ник решил сразу же преступить к следующему. Он спустился в гостиную и присоединился к зрителям. Вместо того, чтобы сесть рядом с Алексом, Ник поставил стул возле Люси, и та аж ахнула от удивления.

— Я присяду здесь? — спросил Ник.

— Конечно, — Люси стрельнула глазками в сторону Луизы и, когда увидела, как та поджала губы, осталась очень довольна.

Луизы не знала даже, что и думать. Только вчера Ник говорил, что не общается с Люси, а теперь садится рядом с ней как ни в чем не бывало.

— Ты чего не с друзьями? — Люси усмехнулась и закинула одну ногу на другую.

— Захотел побыть с тобой.

— Ага, конечно.

— Не веришь? — Ник вскинул брови. — А если я позову тебя погулять завтра после уроков?

— Тогда поверю, — засмеялась Люси. Слишком быстро мечты начали сбываться.

Ник не сводил с Люси взгляда и не заметил, как Луиза выскочила из комнаты и помчалась к себе. Она больше не могла выносить этой боли, которую ей причинял Ник.

Ева решила узнать, что случилось с подругой.

— Ненавижу его! Ещё вчера невинным голосом говорил, что между ним и Люси всё кончено. Ненавижу! Ненавижу! — Луиза ходила по комнате и едва сдерживала слезы.

— Солнышко, не расстраивайся так, пожалуйста. Он не достоин твоих слез. Я попрошу мальчиков поговорить с Ником, пусть узнают, что это на него нашло.

— И так видно, что на него нашло. Он влюблен в эту крысу!

Ева подошла к Луизе и крепко обняла ее. Она не знала, что еще может сделать для подруги, и надеялась, что объятия хоть немного утешат ее. В последнее время в их компании все только и расстраивают друг друга, и это уже начинало даже пугать. Казалось, что их дружба рассыпалась, как песочный замок.

Когда Ева пошла в столовую заварить им чай, то столкнулась там с Алексом.

— Ты не знаешь, что творится с Ником? Он ведёт себя очень странно.

— Разве? — удивился Алекс. Он никаких изменений в поведении друга не заметил.

— По-моему, что-то случилось, у него изменился взгляд, — Ева была самой внимательной из всех. — И этот разговор с Люси… Неужели она действительно… — Ева не успела договорить, потому что вдруг кто-то подошел к ней сзади и закрыл глаза ладонями.

— Эй, — улыбнулась Ева и повернулась. Перед ней стоял довольный своей выходкой Томас.

— Все в порядке? — Томас тоже тонко чувствовал настроение других.

— Конечно, — Ева тепло ему улыбнулась.

— Ты кажешься такой занятой сегодня.

— Боюсь, так на самом деле и есть.

Томас с недоверием глянул на Алекса.

— Ты же знаешь, я помогу, если тебе что-то понадобится.

— Знаю, конечно, — Ева снова улыбнулась. Томас казался воплощением добродетельности и благородства.

Алекс поднялся и хотел уйти, но Ева усадила его обратно. Она все еще не получила ответы, которые ей нужны были.

— Я тут немного не вписываюсь. Если захочешь обсудить что-нибудь, — Алекс выделил последнее слово. — Я буду у себя, — и он вышел из столовой.

Ева ненадолго растерялась, но потом сказала, предварительно чмокнув Томаса в щеку:

— Прости, я скоро вернусь.

— Почему ты постоянно за ним бегаешь? — Томас искренне этого не понимал. Он только и видел, как Алекс без остановки обижался и убегал, а Ева носилась за ним, как мамочка.

— Нам с ним надо поговорить, — сквозь зубы ответила Ева. Слова Томаса пришлись ей не по душе.

— А со мной это обсудить нельзя?

Ева с непониманием уставилась на Томаса.

— Томас, это касается Ника, и, думаю, Алекс лучше тебя знает его.

— Мне кажется, ты просто не можешь без него. Мы с тобой вместе, но ты все равно вечно находишь причины остаться наедине с этим хлюпиком.

Это было сказано зря.

— Хватит! Не смей оскорблять моих друзей, — не на шутку разошлась Ева и отошла от Томаса.

— Я не хотел… Просто…

— Оставь меня! — Ева выбежала из столовой и пошла в комнату Алекса.

Сейчас она была ужасно зла. И на Томаса, и на Алекса. Все ее раздражали, и она не могла и не хотела сдерживать эмоции.

— Чего ты ушел? — спросила Ева, как только распахнула дверь.

— Я там лишний.

— Перестань нести чушь. Ты отлично знаешь, что не лишний. Может, тебе просто нравится разыгрывать жертву? Может, Томас прав, и ты просто-напросто хлюпик?

— Что? — Алекс опешил. — Это он так сказал? Как мило, очень ему благодарен.

— И мне все больше начинает казаться, что это правда.

Алекс хмыкнул. А затем поднялся с кровати и подошел к двери.

— Раз так, то почему бы тебе не выйти из моей комнаты и не вернуться в объятия своего героя?

Ева подняла глаза на друга.

— Ты меня выгоняешь?

— Похоже на то.

Ева подошла к открытой двери.

— Давай тогда договоримся. Я сейчас уйду, и ты никогда больше не будешь демонстрировать свои обиды и устраивать сцены.

Алекс молчал. Он о чем-то задумался, и Ева даже не могла представить, о чем же.

Ева поняла, что не дождется ответа и уже хотела шагнуть за порог, как вдруг Алекс захлопнул дверь перед самым ее носом.

— Ты чего? Открой!

Алекс по-прежнему молчал.

Ева решила, что это какая-то игра.

Вдруг Алекс подошел к ней вплотную, настолько близко, что их дыхание смешалось в одно. Они простояли так лишь мгновения, и потом Алекс сделал то, о чем мечтал уже несколько лет. Он поцеловал Еву в губы.

— Что ты… — Ева не успела договорить, потому что Алекс обнял ее и снова поцеловал. И что бы Ева не хотела сказать, все это в миг потеряло смысл. Она растворилась в своих ощущениях и сама притянула Алекса ближе к себе. Ее руки быстро нашли его густые волосы и погрузились в них так ловко, будто знали, что это произойдет.

— Ева, — вымолвил Алекс, когда они на секунду прекратили целоваться и отошли обратно к кровати. — Я люблю тебя. Слышишь? Люблю.

Ева рассмеялась и поспешила ответить:

— Знаю, и я тоже тебя люблю.

— Знаю, — засмеялся и Алекс.

Они упали на кровать. Вся их знаменитая скромность была в миг забыта и отброшена в прошлое. Ева и Алекс целовались с такой страстью и рвением, словно хотели восполнить все потраченное зря время. Их счастье могло продолжаться целую вечность, но внезапно в комнату зашел Томас. Он устал ждать Еву в столовой и решил узнать, что ее задерживает.

То, что Томас увидел, на мгновение отняло у него дар речи.

— Что вы делаете?! — воскликнул он, когда пришел в себя.

— Ох, Томас! — Ева отпрянула от Алекса. — Извини. Но, кажется, я поняла, чего на самом деле хочу.

Еве было немного совестно, но все-таки не слишком. Она была благодарна Томасу за время, что они провели вместе, но теперь, когда ее истинная мечта наконец-то реализовалась, Ева больше не могла прятаться в отношениях не с тем человеком.

— Ты говорила, что вы просто друзья… — Томас почти плакал от причиненной ему боли.

— Мы были… И есть. Но здесь и кое-что большее.

— И как давно ты скрываешь это от меня?! — теперь в голове Томаса звучала злость. Ярость. Хаос.

— Я ничего не скрывала. Все случилось прямо сейчас.

Томас сел прямо на пол и уронил голову в руки. Он выглядел разбитым, и Еве действительно было жаль, что все так получилось. Она не хотела разбивать ему сердце, но ее собственное тоже хотело быть с тем, кого она по-настоящему любит, и уже давно и так сильно.

— Зачем ты так… — Томас продолжал сидеть на полу, но Алекс увидел, как он сжал кулаки, готовый к нападению. Алекс понял, что сейчас что-то произойдет.

И он не ошибся.

Томас вдруг вскочил и с такой силой ударил Алекса по лицу, что тот аж отлетел в сторону. Щека вспыхнула, но Алекс не обратил внимания на жуткую боль, он без раздумий тоже кинулся на Томаса. Удар пришелся в живот.

Завязалась самая настоящая драка. Парни били друг друга без сожаления, будто хотели оставить противника без шанса на выживание.

— Что вы делаете?! Остановитесь! — Ева кричала, но ее никто не слышал. Тогда она умудрилась влезть между Алексом и Томасом, и последнему пришлось опустить руку чтобы случайно не ударить и Еву.

— Где твоя смелость была раньше, а? Решил вытащить свои чувства тогда, когда Ева уже выбрала меня? — Томас плевался кровью. Он оттолкнул Еву и вновь набросился на Алекса, у которого уже не осталось сил, ведь драться ему еще никогда в своей жизни не приходилось. Он упал на пол, и Томас забрался на него сверху и бил его пол лицу снова и снова, не обращая никакого внимания на крики Евы.

Наконец-то звуки дошли до остальных, и вскоре в комнату ворвались Роза и Роби. Роза сразу же подбежала к Еве, которая пыталась остановить Томаса, и оттащила ее. Роби же сам взялся за восстановление порядка, и смог сбросить Томаса с Алекса, который остался лежать на полу неподвижно.

— Лед! — крикнула Роза и помчалась на кухню.

Роби вытолкал Томаса в коридор и повел его в ванную комнату.

Ева же в слезах подползла к Алексу.

— Алекс, прости меня! Я пыталась его остановить.

Алекс открыл глаза, но потом вновь закрыл. Однако он сказал:

— И правда хлюпик. Даже драться не умею.

— Алекс, мне так жаль.

— Ева, тебе не за что извиняться. Возможно, я заслужил. Должен был взять себя в руки раньше, а не сейчас, когда стало уже поздно.

— Не говори так! — Ева помогла другу подняться. Согнувшись, Алекс дошел до кровати и лег на нее. Ева сидела рядом на полу и гладила Алекса по руке.

Скоро вернулась Роза со льдом. К этому времени уже весь дом был в курсе произошедшего, и теперь мистер Фок железным тоном отчитывал Томаса и придумывал ему наказание за то, что он развязал драку. Все собрались в гостиной и слушали Фока, затаив дыхание и тихонько радуясь, что это случилось не с ними.

Спать первый корпус лег в тот день намного позже.

Мистер Фок позволил Алексу пропустить один учебный день и отдохнуть после, как смотритель выразился, жутких побоев. Сам Алекс выглядеть жертвой не собирался, но все решили за него. В итоге он остался лежать в комнате, куда Белла регулярно заглядывала и обрабатывала раны на мальчишеском лице.

По школе уже с самого утра ползли слухи о случившемся в первом корпусе. Кто-то говорил, что Томас не оставил на Алексе и живого места, кто-то убеждал, что Томас оторвал Алексу руку, а некоторые вообще заявляли, что Алекс умирает. Еву эти разговоры выводили из себя, но бросаться на каждого ученика и все им объяснять она тоже не хотела. Лучшей стратегией для нее стало самое простое избегание как можно большего количества людей, включая Томаса, которого Ева сейчас почти ненавидела за его не поддавшуюся контролю вспышку ярости.

Томас же чувствовал себя хуже некуда. Он сожалел о содеянном, но не знал, как ему исправить все. Волшебным образом вылечить раны Алекса он не мог, и это его вгоняло в отчаяние. Томас с утра извинился перед Алексом, тот его простил, но вот Ева… Томас понимал, что для него навсегда закрыта нежна улыбка этой очаровательной девушки. А ведь ему только она и нужна была…

На одной из перемен к прячущейся в пустом кабинете от сверлящих взглядов Еве подошел Ник. Он не сел рядом с подругой, а остался стоять чудь поодаль.

— Когда мы уже начнем искать часы? Время идет.

Ева подняла на Ника удивленные глаза. Она сначала не поверила, что он действительно это сказал, ведь Ник никогда не проявлял особого интереса к их затее.

— Не знаю, если честно, — выдохнула Ева. — Мне сейчас совсем не до этого.

— Но ведь Эмма не будет ждать, пока ты там придешь в себя после расставания с Томасом. Она в любой момент может найти их, и тогда все кончено, — Ник говорил очень серьезным тоном, почти пугающим.

— Хотя бы пару дней… Если не разберусь со своими мыслями, то о часах думать не смогу.

— Нам надо найти их первыми, — настаивал Ник.

— Ты вообще меня слышишь? — Ева снова посмотрела на друга, в этот раз более внимательно.

Что-то ей не понравилось в его взгляде. По-прежнему спокойный, но при этом… Словно отдаленный, словно чужой. Глаза Ника сейчас казались Еве вовсе не его глазами.

Ева не понимала, что могло случиться, поэтому отбросила свои сомнения. Ее и так тревожило слишком многое.

— Хорошо, сегодня соберемся и подумаем о часах. Доволен?

Ник не ответил, а просто развернулся и вышел из кабинета. Там его поджидала ухмыляющаяся Эмма, и Ник кивнул ей, мол, он добился желаемого. Эмма похлопала Ника по плечу и тут же убежала, чтобы никто не заметил их вдвоем.

Ева же, проводив друга долгим и задумчивым взглядом, поняла, что не может просто наплевать на только что произошедшую сцену. Она схватила сумку и выбежала из кабинета в поисках Розы.

Подругу Ева нашла у шкафчиков, где Роза пыталась втиснуть все свои вывалившиеся вещи обратно.

— Слушай, тебе не кажется, что с Ником что-то произошло? Он изменился. Его взгляд… Он пустой.

В другой раз Роза, возможно, рассмеялась из-за мнительности Евы, но сейчас она была полностью согласна с подругой.

— Да, я тоже заметила. После того дня, когда у нас была первая репетиция, он начала вести себя странно. Помнишь, как он подкатывал к Люси при всех? Ужас!

— А сейчас он настаивал на том, чтобы мы искали часы, а не теряли время. Ник. Хочет искать часы. Веришь в это?

Роза задумалась.

— Его будто подменили.

Ева кивнула.

— Нужно узнать, где Ник был во время репетиции. Он единственный из нас, кто не остался в актовом зале.

Вдруг возле подруг будто из-под земли вырос тот самый парень, который недавно собирал фамилии учеников, желающих выступить на дне открытых дверей. Он любезно извинился и сказал:

— Я случайно услышал ваш разговор и решил, что могу помочь вам. В тот день я видел Ника во время репетиции с девушкой с темным кучерявыми волосами. Не знаю ее имени, она вроде только в этом году перешла. Они с Ником шли к ивам за школой.

— К ивам? — переспросила Ева.

Ивы, как все знали, всегда были главным местом для парочек. Иногда там еще курили особо бесстрашные подростки. Что же там могли делать Ник и Эмма?

Роза поблагодарила незнакомца за ценную информацию и потянула Еву в сторону.

— У них роман?! — Роза впилась в Еву взглядом, будто та могла дать ей ответ.

— Нет, не верю, здесь что-то другое.

— А если все-таки… — Розу ужаса возможность того, что Нику приглянулась Эмма.

— Надо с ним поговорить. Сейчас же.

Однако прозвенел звонок на урок, и разговор пришлось отложить до следующей перемены.

Ника они нашли в столовой. Он сидел один за дальним столом и ел сэндвич. На Розу и Еву он будто не обращал внимания.

Ева начала первой:

— Ник, где ты был во время репетиции?

— Не знаю.

— Ник, скажи правду.

— Я не знаю. Это было давно.

Ева и Роза переглянулись. Они не знали, что Ник говорит правду. Эмма так сильно закалывала его своими уколами, что у него начались побочные эффекты и он забывал о своей жизни все больше и больше.

— Ладно, давай по-другому, — вмешалась Роза. — Что ты делал с Эммой в тот день у ив?

— Не помню, — честно ответил Ник.

— Не ври! — взбесилась Роза. — У вас с ней что-то происходит, мы это знаем. Если ты нас предал, то не надо теперь увиливать от прямого ответа.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — Ник говорил все так же спокойно, и это действительно пугало.

Вдруг Ева увидела неподалеку Роби с подносом и позвала его.

— Что обсуждаете? — Роби плюхнулся на стул рядом с Розой.

— Боюсь, ничего хорошего, — ответила Ева.

Они с Розой рассказали все, что знали. Ник в беседу не встревал.

— Она его загипнотизировала? — первая мысль Роби сразила всех.

— Как это? — удивилась Роза.

— Не знаю. Но все выглядит именно так. Вы же посмотрите на него, — Роби тыкну пальцем на продолжающего жевать Ника. — Его взгляд. Это взгляд зомби.

Никто не рассмеялся.

— Что нам делать? Нужно же как-то вытащить его из этого состояния, — Ева с тревогой смотрела на Ника. После слов Роби она теперь и сама видела не человека, а зомби, которого срочно нужно было спасать.

— Если Эмма что-то вколола ему из своего запаса, то я даже не знаю, как мы можем это исправить, — Роби будто чувствовал правду.

— Вколола? — переспросила Роза. — Хочешь сказать, она сделала из Ника одного из своих Джеков?

— Возможно.

— Но какой в этом смысл?! Чем Ник может ей помочь? — Ева не знала, что и думать.

— Боюсь, мы этого не узнаем. Но мы обязаны вытащить Ника из ее чудовищных лап! — заявила Роза громким голосом. — Предлагаю обыскать лабораторию.

— И найти так называемое лекарство? — спросила Ева.

— Да. Раз есть яд, то должно быть и противоядие.

— Хорошая мысль, — поддержал Роби, но потом добавил: — Если только дело в яде, а не чипе.

— У нас нет других вариантов, — отрезала Роза.

— Тогда мы попробуем найти то, что поможет Нику вернуться к нам, — согласилась Ева.

Ник все это время смотрел сквозь друзей. Если он и запомнил их разговор, то все равно ненадолго.

Уходя из столовой, Ева подумала еще об одной детали. Раз Ник так хотел, чтобы они занялись часами, то не говорил ли он словами Эммы? Не пытались ли Тикет через Ника повлиять на их действия? И если так, то зачем она хочет их участия в своем деле?

Они явно что-то упускали, но Ева не понимала что именно. Мотивы Тикет оставались для нее слишком затуманенными, и это расстраивало Еву так сильно, что она почти забыла о своих личных драмах.

После уроков Роза и Роби снова остались репетировать, а Ева вместе с Луизой пошла в дом. По дороге она рассказала подруге обо всем, что произошло за этот бурный день. Как Ева и догадывалась, Луиза приняла все слишком близко к сердцу.

— А если у нас не получится? Вдруг он навсегда останется ее Джеком? Я не выдержу, я просто не смогу жить с этим, — голос Луизы дрожал от подкрадывающихся слез.

— Не волнуйся, мы что-нибудь обязательно придумаем, — Ева пыталась утешить Луизу и думала о том, как сильно она хочет уничтожить Эмму.

***

Целый вечер Ева провела рядом с Алексом. Они переиграли во все настольные игры в доме, послушали музыку, почитали друг другу вслух. Алексу было больно улыбаться разбитыми губами, но он не мог удержаться. Ева действовала на него сильнее лекарств.

Томас исчез из школы после второго урока, и больше никто его за день не видел. Ева по привычке немного поволновалась, но потом решила, что он не достоин ее беспокойств. Возможно, Томас сбежал в город и бродит там по улицам, пытаясь совладеть со своей виной.

Однако Ева ошибалась.

Когда она ложилась спать, из-под подушки выпал сложенный несколько раз белый лист. Ева раскрыла его и поняла, что держит в руках письмо. Крупные черные буквы плавно скользили друг за другом и занимали почти всю страницу.

«Дорогая Ева,

После всего, что случилось, я понял, что не могу оставаться в Темпусе. Я натворил слишком много зла здесь. Вчерашний вечер уничтожил все, что я надеялся удержать. Хотя зачем я обманываю, ведь виноват не вечер, а я сам. Я сам все уничтожил. Так хотел удержать тебя, что совсем потерял голову. Я знаю, что ты меня не достойна, что тебе будет намного лучше с Алексом, которого ты по-настоящему любишь. Мое присутствие будет только всех смущать, нервировать и злить. Я это понимаю и принимаю, поэтому я поговорил с дядей, и он согласился, чтобы я перешел в другой пансион. Он как раз вернулся из затянувшейся командировки и сможет устроить меня в новую школу. Не знаю, где теперь я буду учиться, но меня это и не волнует. Без тебя все для меня темнота, хотя у меня нет права это писать. Я забрал документы, сложил вещи и через десять минут приедет такси. Я пишу это письмо и понимаю, что больше мы не увидимся и не заговорим, поэтому я хочу рассказать тебе всю правду, которую до этого бессовестно скрывал от тебя.

Я узнал о «Загадке» и о том, чему посвящена ваша деятельность. Не говорил тебе, потому что ты, наверно, не хотела, чтобы я знал. Но так вышло, что я могу кое-чем поделиться. Давным-давно я читал о часах, способных принести бессмертие, но, естественно, серьезно к этому не относился. Но, когда понял, что у Эммы другие мысли на этот счет, решил углубиться в эту таинственную тему. То, что я узнал из старинных книг, меня ужаснуло. Эти песочные часы, совсем небольшие, но такие мощные, что могут полностью изменить мир, к которому мы привыкли. Смешав песок из часов с одними веществами, получится напиток, продлевающий жизнь, а если смешать с другими, то такая смесь сможет разрушить разум похлеще любых наркотиков. Это больше похоже на магию, чем на химию, однако это все реально, отчего еще страшнее. Если вы не найдете часы раньше Эммы и не уничтожите их, то, боюсь, наш ждет что-то вроде конца света. Только хуже.

Только вот запугивать легко, а еще бессмысленно, поэтому лучше я расскажу главное. Эмма обосновалась здесь неслучайно, ведь именно на территории Темпуса спрятаны часы. Я узнал из книг, что они хранятся в сейфе в подвале. О каком подвале идет речь, я и сам не знаю, но уверен, что вам надо обыскать все, что вы найдете в Темпусе. Где-то они ждут своей минуты славы…

Надеюсь, вам поможет эта информация и вы опередите Эмму. Если бы я остался, то обязательно помог бы вам, но я не могу. Прости.

Вечно твой,

Томас».

Ева дочитала письмо, и лист выпал из ее ослабевших рук.

Мысли пылали ярким огнем, и Ева не знала, как их потушить.

Он все знал. Он старался помочь. Он сам сделал для них первый шаг.

А потом он уехал. Он решил, что так будет лучше для всех.

Но это было ошибкой!

Ева не сомневалась, что, включив Томаса в «Загадку», они бы быстрее пришли к своей цели. Даже примчались бы к ней.

Почему он не признавался, что всё знает? Почему он скрывал от них?

Ева упала на кровать.

Она вновь потеряла Томаса, и в этот раз навсегда.

Слёзы потекли по щекам, но Ева вытерла их. Письмо сразило ее, но оно также придало немного сил. Теперь, когда Томас дал им подсказку, они больше не будут терять время. Они найдут часы и избавят мир от их злой силы.

Ева не подведет Томаса. Нет. Теперь она была обязана ему.

Проснулась Ева в ужасном настроении. Ей казалось, что ночь облегчит чувство потери и придаст сил для новых приключений, но она ошиблась. Ева ощущала себя разбитой об камни, брошенной на съедение волкам, потерянной в густой тьме. Она едва смогла подняться, и то только после того, как Роза украла у нее одеяло.

— Оставь меня в покое, — не сдержалась Ева, но подруга лишь рассмеялась.

В школу Роза собиралась чересчур громко, даже не задумываясь, что ее бесконечные хлопанья дверцами шкафа могут плохо сказаться на соседках. Ева поспешила в ванную, чтобы умыться и отдохнуть от свалившегося на нее шума.

Тем временем ученики подтягивались в столовую на завтрак, где Белла уже давно расставила тарелки с чашками и теперь ждала внимания к своим вкусностям.

Когда за столом собрались все, включая хмурую Еву, сохранявшую молчаливость целое утро, Белла на мгновение замерла с чайником в руках, а потом продолжила разливать чай. Она подождала ещё некоторое время, а потом всё-таки спросила:

— А где Томас? Он не будет завтракать?

Все, кто сидел за столом, посмотрели друг на друга, будто где-то среди них мог затеряться Томас. Никто, кроме одного человека, даже и не заметил, что их одноклассник отсутствует.

У Евы не было аппетита, и она, сложив столовые приборы на тарелке, повернулась к Дэну, с кем соседствовал Томас:

— Томас уехал. Ушел из Темпуса. Ты разве не заметил, что его вещей нет в комнате?

— Да? — Дэн вроде бы искренне удивился. — Не обратил внимания. А когда это он успел?

— Вчера.

— Ничего себе, а чего это он так?

Еве показалось, что Дэн специально провоцирует её, но она не успела ничего ему ответить, потому что в разговор вмешалась Люси:

— Сбежал после происшествия? Не смог вынести такого позора? Что же, я и не удивлена, что он так поступил, вполне в его стиле.

— В каком ещё его стиле? — моментально вспылила Ева. — Ты даже не общалась с ним. Никто из вас не общался с ним.

— Эй, расслабься, — Роза попыталась остудить пыл подруги, но сделала только хуже.

— Легко говорить, когда тебе никогда не было до него дела. Не знаю, есть ли тебе вообще до кого-то дело.

Роза ахнула, но промолчала. Ей сейчас не хотелось ссориться за столом. Она знала, что Томас много значил для Евы, и это логично, что она расстроилась из-за его решения уйти из школы. Хотя, конечно, срываться на друзьях из-за этого вряд ли стоило…

— Ева, не надо злиться. Томас ничего не сказал нам о своем уходе, а тебе, очевидно, сказал, поэтому лучше бы ты объяснила нам, что случилось, — Роби решил попытать удачу и тоже заговорить с раздражённой Евой.

Та лишь фыркнула.

— Вы и так всё прекрасно знаете.

Ева демонстративно вышла из-за стола и направилась в свою комнату под озадаченные взгляды. И плевать ей было, что они будут обсуждать ее за спиной.

— Как видишь, Алекс, Ева не рада тому, что ты выпроводил ее друга за порог школы, — хихикнула Люси и потянулась к вазочке с печеньем.

— Закрой рот, а? — ответил той Роби и мельком глянул на Алекса.

Алекс смотрел в тарелку и не поднимал глаз. Вся эта ситуация и, главное, поведение Евы заставили его испытывать чувство вины, хотя виноватым в чем-либо его вряд ли можно было назвать. Алекс подумал, что он живёт с проклятием, потому что даже теперь, когда Томас внезапно уехал, а они с Евой признались друг другу в чувствах, они вряд ли мигом сойдутся. Как будто сама вселенная выступала против их отношений.

Эмма на завтрак не пришла, она не любила лишний раз оказываться в кругу одноклассников, но уже в школе и до нее дошло известие, что Томас больше не учится с ними. Эмма даже удивилась такому повороту. Неужели Томас был настолько слабым, что из-за дурацкой драки сразу же сбежал? Ей это казалось довольно странным, но в любом случае так было даже лучше: меньше людей — меньше проблем.

Только вот Ева не хотела мириться со случившемся. Когда она пришла в школу, то первым же делом бросилась в кабинет миссис Труф.

— Мисс Коллинз, вы забыли постучать, — Труф с явным недовольством помешивала ложечкой сахар в чае.

Но Еву сейчас не заботили правила.

— Вы не знаете, в какую школу перешёл Томас?

— Какой ещё Томас?

— Томас Гер. Он вчера ушел из Темпуса. Я бы хотела знать, где он теперь будет учиться.

— К сожалению, я такой информацией не располагаю. Всё произошло быстро, на вопросы времени не осталось.

Ева тяжело вздохнула. Последняя возможность узнать хоть что-то о её бывшем парне растворилась, как сахар в горьком чае.

В коридоре возле кабинета директрисы Еву поджидал Алекс. Он нервно вертелся на месте, волнуясь, что Ева оттолкнет его, когда он с ней заговорит.

Ева, конечно, не собиралась ничего такого делать, но всё-таки она надеялась пройти мимо, потому что настроение у нее оставалось хуже некуда. Однако Алекс встал у нее на пути.

— Ты злишься на меня?

— Алекс, дело совсем не в тебе.

— А что произошло? Что он тебе сказал перед уходом?

Ева вновь вздохнула и сдалась. Предложив Алексу устроиться в холле, она, едва сдерживая слезы, рассказала о письме Томаса.

Алекс слушал внимательно и, когда речь пошла о «Загадке», даже присвистнул. Он не мог и предположить, что Томас многое знал и даже пытался тайно помочь им. Алекс понял, что начинает уважать всегда бесившего его Томаса. Хотя было уже слишком поздно.

— Ева, мне действительно жаль, что всё так вышло, — Алекс рискнул обнять Еву, и та не отстранилась.

— Мне нужно пережить свои чувства, не дать им растоптать меня, — Ева крепко сжимала Алекса.

— Я понимаю всё. Когда будешь готова, мы… — Алекс запнулся. Он не был уверен, что сейчас стоит говорить об их собственных отношениях. Лучше оставить всё на потом.

На следующей перемене Ева снова куда-то убежала, и, решив не дожидаться ее, Роза подошла к Луизе с предложением:

— Пошли сейчас в лабораторию, поищем что-нибудь для Ника.

— Одни? — удивилась Луиза. Ей казалось, что два человека не хватит, чтобы противостоять гнетущей атмосфере того места.

— Почему нет? Браслет с собой?

Луиза кивнула и полезла в сумку за браслетом, но, к своему большому удивлению, не нашла его.

— Странно, я хорошо помню, что не вынимала его.

Тем временем Роза проверила свой браслет, который взяла у Алекса после их последнего похода в лабораторию. Его тоже не было.

— Я вчера вечером положила его к себе. Он не мог так просто исчезнуть, — возмутилась Роза. Её план ускользнуть на поиски резко провалился.

— Знаешь, у нас тут даже люди исчезают…

Но Роза мириться с таким положением дел не собиралась:

— Пошли спросим у Ника. Он тоже был тогда с вами.

— Ника? Думаешь, он нам ответит? — от мыслей о друге у Луизы больно сжалось сердце.

Однако выбора не было, и подруги поспешили к Нику, который стоял неподалеку и громко смеялся над какой-то бессмысленной шуткой Люси. Эта парочка вновь стала неразлучной, везде ходила вместе и привлекала к себе не самое положительное внимание.

— Нам нужно поговорить, — ледяным тоном сказала Роза и потянула растерявшегося Ника за собой.

— Эй, отпусти его! — тут же встрепенулась Люси, у которой словно отобрали любимую игрушку.

Но Роза не собиралась слушаться. Она отвела Ника в сторону, где их ждала Луиза, и поставила прямо перед собой.

— Выкладывай, где браслеты.

— Какие браслеты?

— Не издевайся, пожалуйста. У нас исчезло два браслета, признайся, это ты их взял?

Ник молчал. Ему нечего было ответить. Он просто-напросто не помнил, брал он браслеты или нет. Он мало что помнил. И даже с Люси он уже проводил время не потому, что Эмма ему так сказала, а потому что Люси сама его не отпускала ни на шаг.

— Ник, нам срочно нужны браслеты, иначе… — Луиза боялась произнести вслух то, что было у нее на уме. Иначе что? Они потеряют Ника навсегда?

Тут у ним подкралась Люси и с силой потянута Ника на себя.

— Отстаньте от него. Он не хочет с вами разговаривать.

— Может, он сам будет решать, чего он хочет? — разозлилась Роза, но потом подумала, что вряд ли Ник способен сейчас что-то решать.

Люси хмыкнула, но руку Ника не опустила. Продолжать разговор не имело никакого смысла.

Луиза и Роза пошли в кабинет на следующий урок.

— Неужели теперь ходить в лабораторию сможет только Ева? — разочарованно протянула Роза. Лаборатория ей, естественно, не нравилась, но всё-таки… Бегать туда в страхе быть пойманной ей приносило немного удовольствия.

— Такое ощущение, что нас отбросило назад. Снова искать браслеты вместо того, чтобы заняться часами.

Обо всём этом Роза и Луиза рассказали «Загадке» на большой перемене. Возмущений было целое море.

— Как же так? — первым нахмурился Роби. — Ник нас предал?

— Ещё не факт, что это именно он забрал все браслеты, но в любом случае вряд он поступил по своей воле, — поспешила напомнить Ева.

После того, как Ева поговорила с Алексом, ей стало немного лучше, и она была готова вернуться к делам команды. Она извинилась за грубость перед Розой и теперь вместе с остальными думала, что же им делать.

— Мы потеряем столько времени… — заметил Алекс и скрыл лицо за ладонями.

— Нам придется разделиться, — сказала Луиза. — Ева будет искать в лаборатории освобождение для Ника, а мы будем искать часы. Если, конечно, узнаем, где вообще их можно искать…

Вдруг Ева стукнула себя по лбу и воскликнула:

— Я же вам ещё не рассказала!

— Что такое? — Роби повернулся к подруге и ждал продолжения.

— Письмо Томаса. Он оставил мне письмо, где рассказал о часах.

— Что?! — воскликнули все сразу, только Алекс промолчал, потому что уже знал о письме.

Ева поспешила поделиться подробностями. Она не рассказала о личном, только о той части письма, где Томас писал об Эмме, «Загадке» и загадочных часах бессмертия.

Все остались под большим впечатлением.

— Значит, подвалы? — уточнила Роза.

— Получается, что так, — кивнула Ева.

— Интересно будет попробовать, — Роза улыбнулась. Раз лаборатории ей больше не достанется, то хотя бы в ее власти будут все возможные школьное подземелья.

После уроков Роза, Луиза, Алекс и Роби собрались возле школы, чтобы обсудить план действий.

— Если я не ошибаюсь, в нашем корпусе есть подвал. А если есть в нашем, то наверняка есть и в остальных одиннадцати, — сказал Алекс.

— Ещё школа, — добавила Роза.

— Получается, тринадцать домов. Тринадцать. Нехорошее число, — Роби напустил на себя задумчивый вид, будто его унесло в мир нумерологии.

— Без разницы, хорошее или плохое. Мы обязаны попасть во все эти подвалы, — настрой Алекса был непоколебим.

— Только вот как? — спросила Луиза.

На некоторое время повисла тишина. Алекс заговорил первый:

— Думаю, можно начать с нашего дома, здесь проблем быть не должно. Попросим у Беллы ключи от подвала и спустимся сегодня же.

— Нет, нужно шевелиться быстрее. Сегодня проверим ещё и школу, — сказала Роза, положив глаз именно на учебный корпус.

— Если ты придумаешь, как туда попасть, то я буду только счастлив, — отметил Алекс.

— Предлагаю нам с Алексом проверить дом, а Роза с Роби займутся школой, — Луиза оглядела друзей, интересуясь, согласны ли с ней.

— Когда пойдем? Сейчас? — Розе не терпелось приступить к поискам.

— Давайте только перекусим, — предложил Роби, очень надеясь, что его не обругают за то, что он не собирался отказываться от еды из-за часов, однако все поддержали его мысль.

Тем временем Ева уже спустилась в лабораторию. Ей было немного не по себе, потому что она давно не появлялась здесь без компании, а теперь даже Томас ее здесь не ждал. Абсолютное одиночество страшило Еву, но она взяла себя в руки. Всё-таки одиночество не было ее главной проблемой, неприятности ещё ждут Еву в будущем, когда благодаря камерам Эмма узнает, что на Еву не действует гипноз даже без браслета. Стирать записи Ева не умела, поэтому она смирилась, что вскоре ее способность раскроется врагу.

Однако сейчас нечего было об этом думать. Ева пришла с одной целью — узнать, как вернуть разум Нику, и она не хотела тратить время на пессимистичные размышления.

Первым делом Ева собиралась проверить самое главное в лаборатории помещение — непосредственно комнату, где Эмма химичила и экспериментировала. Там хранилось множество загадочных аппаратов, бутылочек, коробочек, полных всевозможными веществами. Жуткое помещение по-настоящему пугало Еву, но если где-то она и могла отыскать ответ на свой вопрос, как спасти Ника, то только там.

Очень часто дверь туда была заперта, что Ева даже тайно одобряла, но сейчас, когда она надавила на ручку, дверь поддалась с лёгкостью и раскрылась, приглашая в темноту с медицинским запахом.

Сначала Ева даже отпрянула от неожиданности, но отступать нельзя было, и она несмелыми шажками зашла внутрь. Когда она прошла немного вперёд, дверь за ней сама закрылась, и Ева с ужасом бросилась к ней, но теперь ручка не поддалась.

— Я давно тебя жду, дорогая, — голос Эммы по ту сторону двери прозвучал приторно, и Еве моментально стало плохо.

Луиза и Алекс нашли Беллу на кухне за приготовлением ужина. Стоял ароматный запах плова, от которого проснулся аппетит, но друзья решили в этот раз не выпрашивать у Беллы чего-нибудь вкусного, а сразу перейти к делу.

— Можно взять у тебя ключи от подвала? — Луиза как можно милее улыбнулась.

— Зачем это вам? — удивилась Белла и подняла крышку сковороды, чтобы проверить, как там ее плов.

— Да нам надо на историю принести кое-что оттуда, — поспешил ответить Алекс.

— Туда так давно никто не ходил. Грязи, наверно, сколько… А мистер Фок разрешил спускаться в подвал?

Снова врать не очень хотелось, но у них не было выбора, поэтому Луиза поспешила убедить Беллу, что всё в порядке.

Белла дружелюбно улыбнулась и полезла в карман за связкой. Быстро отыскав нужный ключ, она вручила его Луизе. Поблагодарив, друзья кинулись в подвал.

— И никаких проблем не возникло, нам явно везёт, — радовался Алекс, пока Луиза пыталась открыть дверь. Ключ вошёл в скважину с трудом, уж слишком долго не пользовались замком.

Однако пыл Алекса резко остыл, когда они оказались в подвале и увидели своими глазами, насколько там всё запущено. Толстый слой пыли и паутина покрывали все шкафы и стеллажи, и, увидев это, Луизу даже передёрнуло от отвращения.

— И в таких условиях мы живём.

— К счастью, мы не живём, только если крысы, — заметил Алекс.

— Надеюсь, мы их не увидим, иначе меня тут же вырвет.

— Давай просто скорее покончим с этим. Томас писал про сейф. Видишь где-нибудь сейф?

— Думаю, надо открыть все эти дверцы и заглянуть внутрь.

Этим Алекс и Луиза занялись. Они старались не шуметь, чтобы не привлечь внимание Фока наверху. Его обмануть им бы точно не удалось.

— Смотри, в некоторых местах пыли нет. Может, Эмма здесь уже порылась? — обратил внимание Алекс.

— Но дверь будто веками не трогали…

— Не удивлюсь, если Тикет проникла сюда через тайный проход.

В любом случае, кто бы здесь был раньше или не был, ничего похожего на сейф в подвале не стояло. Только если его не вынесли, в чем Алекс с Луизой сомневались.

Спустя некоторое время, когда всё уже вроде было проверено по несколько раз, Алекс с сожалением сказал, оперевшись на один из шкафов:

— Всё-таки мне кажется, что Эмма догадалась проверить наш дом и быстро сообразила, что загадка не может быть такой лёгкой. Часы бессмертия спрятаны в первом корпусе? Или в каком-то другом? Слишком просто, слишком. Может, подвал — это метафора?

— Только этого нам не хватало, — вдохнула Луиза и хлопнула дверцей. Обмазалась пылью, а всё оказалось зря.

— А если сейф и существует в действительности, то он явно спрятан намного лучше: под полом, над потолком, в стенах.

— Фок явно обрадуется, если мы начнём крушить подвал, — усмехнулась Луиза.

Алекс кивнул.

Повисла неприятная тишина, означавшая, что они зашли в тупик.

***

Роза и Роби пришли в опустевшую школу и даже удивились, как она отличается, когда почти никого в ней нет (только в некоторых кабинетах проходили дополнительные занятия). Но наслаждаться школьной атмосферой времени не было, и Роза с Роби поспешили на поиски подвала, о котором раньше даже никогда и не задумывались.

— Придумала, как попадём внутрь? — спросил Роби.

— А ты придумал?

— С чего это вдруг? Ты же у нас ответственная за креатив.

— А за что же ответственен ты?

— За поддержание своей красоты, которой ты однажды восхитилась, — усмехнулся Роби и ускорил шаг.

Роза тут же вспыхнула:

— Не было такого!

— Было-было. Может, ещё скажешь, что мы и гулять не ходили?

— Сам говорил, что это всего лишь способ отвлечься от окруживших нас чужих проблем.

— Думаю, мы неплохо тогда отвлеклись, — Роби мельком взглянул на Розу и увидел, как она отчаянно пытается скрыть улыбку.

Их внезапная прогулка, случившаяся ещё тогда, когда Томас учился в Темпусе, особенно запомнилась не милым кормлением уточек в озере, а крепкими объятиями. Порадовав птиц, Роби с Розой уселись на одну из погруженных в сумерки лавочек и некоторое время болтали, притворяясь, что ужасно увлечены беседой и вовсе не думают о том, как бы подвинуться ближе друг к другу. Однако они не отличались забавной робостью своих друзей, и вскоре Роби всё-таки предложил Розе свой пиджак, при этом так сократив расстояние между ними, что они оказались прижатыми друг к другу, словно представляли собой единое целое.

— Чтобы холодно не было, — сказал тогда Роби и обхватил Розу рукой.

— Лучше бы придумал что-нибудь, чтобы не было так жарко, — не сдержалась Роза.

Так они просидели очень долго, пока действительно не стали замерзать. Вернувшись в дом, они разошлись по своим комнатам и больше в тот день не виделись. С утра обоим показалось, что всё это было лишь удивительным сном.

И вот теперь, когда им предстояло пробраться в школьный подвал, тема той вечерней прогулки вылезла на поверхность.

— Не пришло ли время повторить? — Роби снова глянул на уверенно шагавшую рядом Розу.

— Проверю свой ежедневник, — без раздумий ответила Роза и всё-таки широко улыбнулась.

Как раз в это время они подошли к одной из лестниц, за которой пряталась дверь. Роби дёрнул за ручку, и, на удивление, дверь оказалась не заперта.

— Пошли, — Роза первая переступила порог, даже не подумав, почему подвал не заперт.

А причина заключалась в том, что в подвале как раз в это время находился школьный столяр. Пожилой мужчина под светом одинокой тусклой лампочки перебирал доски в поисках той самой, что ему нужна была для ремонта. Увидев гостей, он нахмурился:

— А вы, ребятня, что здесь делаете? Ну-ка брысь.

Роза хотела даже обидеться на такое отношение, но потом передумала. Она собиралась идти напролом.

— Сэр, не подскажите, здесь есть сейф?

— Что? — опешил столяр, а заодно и Роби, не ожидавший, что Роза вот так возьмёт и спросит о сейфе, будто речь шла о какой-нибудь ерунде.

— Школу хочется обокрасть? — мужчина отбросил доску, которую держал в руках.

— Не в этот раз. И всё-таки?

Пока Роза ждала ответ, она взглядом анализировала помещение, чтобы самой найти ответ на свой вопрос. Роби принялся делать то же самое. Они оба поняли, что через секунду их выставят за порог, поэтому нужно было пользоваться моментом.

— Нет здесь никакого сейфа, не знаю, что это вам в голову взбрело. Давайте топайте отсюда.

— А мы можем сами в этом убедиться? — улыбнулась Роза, но столяра ее улыбка не покорила.

— Я сказал, быстро наверх. Нечего мне мешать. Или дать вам молоток с гвоздями, поработаете?

— Нет, спасибо большое. Мы лучше пойдем, — поспешил ответить Роби, потому что испугался, что Роза согласится на предложение. Он схватил Розу за руку и потянул обратно в коридор.

Роза, как и следовало ожидать, сопротивлялась, потому что не хотела уходить, тщательно всё не обыскав. Выйдя из подвала, она тут же начала возмущаться:

— И что ты наделал? Мы могли там остаться и лучше осмотреться.

— Вряд ли осмотришься, пока будешь вбивать гвозди.

— Я бы справилась, не волнуйся. Всё бы сделала ради цели, в отличие от тебя! — Роза даже скрестила руки на груди и нахмурилась, чтобы выглядеть суровее.

Они продолжали стоять под лестницей и не торопились уходить.

— Надо было Луизу брать, она бы не увильнула.

— Я и не увиливал. Всё равно уже понял, что там ничего нет, смысл оставаться…

— Да неужели? А может, сейф крохотный, может, он где-нибудь под досками спрятан или в ящиках с инструментами. Мы должны были всё обыскать! Что остальным скажем? Столяр запугал нас гвоздями, и мы сбежали? — Роза на самом деле злилась на Роби и старалась это отчётливо показать.

— Не надо кипятиться, — Роби подошёл ближе к Розе, хотя сам и не понял, зачем сделал это.

— Я не кипячусь, а объясняю твою бесполезность.

— Вот как?

Роби в миг оказался возле Розы и схватил её за подбородок. Недолго думая, он наклонился и прижался к ее ярким манящим губам. Роза его не оттолкнула, а наоборот, даже ближе притянула Роби к себе, будто секунду назад вовсе не собиралась уничтожить его своими возмущениями.

Поцелуй растянулся, и, когда их глаза всё-таки открылись, Роби усмехнулся:

— Всё ещё бесполезный?

Роза фыркнула и закатила глаза:

— Если думаешь, что так впечатлишь меня…

Но Роби не дал ей договорить. Страстно поцеловав Розу ещё раз, Роби опустился ниже и прижался губами к ее открытой шее, словно вампир, жаждущий напиться крови.

— Стронг, ты что творишь… — выдохнула то ли в ужасе, то ли в наслаждении Роза и попыталась увернуться, но руки Роби твердо упёрлись в стену и не позволяли ей ускользнуть. Роза оказалась в клетке, словно пойманная маленькая птичка.

Сцена из «Дракулы» могла продолжаться ещё долго, если бы из подвала не вышел тот самый угрюмый столяр. Увидев, что подростки вытворяют под лестницей, он рявкнул:

— Эй, а ну проваливайте живо! Нечего тут свои извращения выставлять на показ! Вы же в школе!

Роби тут же отстранился и виновато взглянул на недовольного картиной чужой страсти мужчину.

— Конечно, мы уходим, — Роби снова схватил Розу за руку, что ему на самом деле очень нравилось делать, и потащил подальше от подвала. Он все ещё побаивался, что его заставят работать.

Уже выйдя из школы, Роза забеспокоилась:

— И что мы расскажем про сейф?

— Правду. Его там не было, я уверен.

— Надейся.

— Ещё можем рассказать, как ты растаяла, как только я к тебе прикоснулся. Хорошая манипуляция, знаешь ли, — Роби даже приподнял голову от гордости за свою находчивость.

— Больше тебе не удастся такое провернуть! — постаралась заверить Роза. Она вырвала свою руку из руки Роби, которую тот всё это время крепко и с удовольствием сжимал.

— Посмотрим, — улыбнулся Роби и погрузился в свои мысли.

***

Эмма с наслаждением слушала, как Ева стучала кулаками в дверь и требовала немедленно её выпустить из лаборатории. Бедняжка так перепугалась, что Эмме даже хотелось смеяться: всю смелость Евы как рукой сняло, стоило ей лишь открыто вступить в игру и показать, кто здесь главный.

Тикет позволила Еве покричать ещё немного, а потом перебила ее:

— Так ты, значит, невосприимчива к гипнозу. Как мило. Только вот вряд ли я позволю тебе рыскать здесь, как крыса. Я уже сполна натерпелась ваших выходок и воровства. Пора положить этому конец.

— Заперев меня здесь, думаешь остановить нас?

— Нет, я собираюсь подчинить вас себе.

Ева не сдержалась, чтобы не рассмеяться.

— И каким образом?

— Самым лёгким. Я знаю, зачем ты пришла. Хочешь спасти вашего нечастого друга. Только вот без меня ничего не выйдет. Лишь я могу приготовить раствор, разрушающий мои, так сказать, чары. И я готова это сделать, если вы выполните мое условие.

Эмма замолчала, и Ева неуверенно спросила:

— Какое ещё условие?

— Принести мне часы. Даю вам неделю. Если выполните задание, то получите Ника назад. Если нет, то я его, вероятно, убью. Будет вам уроком.

У Евы от такого заявления даже не сразу нашлись слова. Она не могла поверить, что Тикет действительно сейчас сказала, что способна на убийство. Убийство их друга.

— А почему бы тебе не оставить нас и Ника в покое и самой заняться этими часами?

Эмма рассмеялась:

— О, мои хорошие, вы заслуживаете наказание за любопытство. И наказание свое я только что озвучила.

Ева молчала. Она не знала, что ответить. Целью «Загадки» всегда было найти и уничтожить часы, а теперь им придётся найти их за семь дней и спокойно отдать их Эмме как подарок на день рождения. Если они не обхитрят Тикет, то счастливой жизни им больше не видать. Получив часы, Эмма не отпустит их, она похитит их разум в самую первую очередь, Ева в этом даже не сомневалась.

— Допустим, я согласна.

— Я и не сомневалась, — Эмма улыбнулась и тут же повернула ключ в замке.

Через мгновение Ева стояла перед ней. Обе прожигали друг друга взглядами.

— Проваливай и расскажи своей «Загадке» обо всем, — Эмма указала Еве в сторону выхода.

— Ты можешь дать нам браслеты? — рискнула Ева.

— Ещё чего! Вам тут делать нечего. И можешь не пытаться сунуться одна. Я сделала всё, чтобы ты их не нашла. И не только их.

Эмма подтолкнула Еву, чтобы та шла быстрее. Видеть Коллинз на своей территории ей не нравилось.

***

«Загадка» по традиции собралась в первой комнате, чтобы поделиться новостями. Хороших новостей не нашлось.

Сначала рассказали о своем безуспешном обыске Луиза и Алекс, затем Роза и Роби неохотно признались, как их быстро выставили за дверь.

Все надежды оставались на историю Евы, но по ее тяжёлому вздоху стало понятно, что и здесь им не повезло. Только они ещё не знали насколько.

— В лаборатории меня встретила Эмма.

Все ахнули. Такое ничем хорошим не могло кончиться.

— Беседа наша получилась… Неравноправной, — Ева на мгновение задумалась. — Но это неважно. Главное то, что она сказала про Ника.

— Ника? — переспросила Луиза.

Ник сейчас с ними не сидел. Все поняли, что его к обсуждению «Загадки» лучше не подпускать до тех пор, пока они не вернут его разум.

— Эмма сказала, что если мы не принесем ей через неделю часы, то она его убьет, — выпалила Ева и приготовилась к худшему.

— ЧТО? — спросили все хором.

— Это шутка? — Роза схватила Еву за руку.

— Боюсь, что нет…

— Она совсем спятила! — воскликнул Роби и пнул подушку, которую держал в руках.

— Господи, что же нам делать… — Луиза закрыла лицо руками.

— Искать часы, что же ещё, — ответил Алекс и задумался.

— Но где? Мы уже решили, что в школьных подвалах ничего нет. Эмма сама наверняка проверила, — в голосе Луизы звучало отчаяние.

— Скорее всего так и есть, — поддержала мысль Ева. — Эмма явно знает больше нас и с подвалами она давно уже должна была разобраться. Может, именно поэтому она хочет, чтобы мы нашли часы, потому что сама она не справилась. Надеется теперь на наши мозги, которых в шесть, точнее, в пять раз больше, чем у неё одной.

— Но ведь подвал, как сказал Томас, на территории школы… — напомнила Роза.

— Может, мы знаем не обо всех? — сказал Роби.

— В Темпусе есть заброшенные или разрушенные строения? Вдруг наш подвал как раз где-то там, — высказал предположение Алекс, и оно всем понравилось.

— Завтра, значит, это выясним, — Ева поставила точку, и друзья лениво поднялись с кроватей, чтобы разойтись по своим комнатам и заняться домашним заданием. Какими бы занятыми они не были, в школу всё ещё приходилось ходить.

Целую ночь Ева не могла заснуть. Как бы она не старалась провалиться в сон, мысли крепко её держали и не отпускали даже тогда, когда часы показали три часа ночи. Во всем была виновата Эмма Тикет, которой удалось разрушить хрупкий покой Евы. Она ещё только начинала смиряться с исчезновением Томаса из ее жизни, как тут ей на голову свалилась новая беда, и в этот раз намного серьезнее. Шантаж, угрозы, смерть — всё это резко стало реальностью, а не опасением, и Ева никак не могла побороть свои страхи. Ей казалось, что «Загадка» не справится, что они не смогут найти подвал, сейф, часы, не смогут спасти Ника и самих себя от жестокости обезумевшей Эммы.

У них не было никаких подсказок и указаний, они знали слишком мало о том, что им предстояло отыскать. Информации явно не хватало.

Им нужно было узнать больше.

Но как?

И тут Еве пришла в голову дикая мысль. Почему бы не поговорить с Эммой? Не обсудить всё вместе, ведь они теперь почти что партнёры. Если Эмма знает что-нибудь, что им поможет в поисках, то ей стоило бы поделиться сведениями. Посылать их на задание, совершенно неподготовленных, было неразумно, и нужно объяснить это Эмме.

Придя к такому выводу, Ева наконец-то заснула.

Проснулась она раньше обычного и, хоть ей очень хотелось спать, Ева всё-таки заставила себя подняться и собраться в школу, пока соседки ещё прятались под своими одеялами. На завтрак Ева не осталась, только схватила несколько фруктов со стола и помчалась скорее в школу, чтобы спуститься в лабораторию и поговорить с Эммой.

Только вот до этого дело не дошло, потому что Ева столкнулась с Эммой прямо на пороге школы. Эмма шла явно не с дома, вероятно, она приехала на такси из города, наверняка никого не предупредив, что будет ночевать не в пансионе. Чем бы Эмма не занималась в Лондоне, Еве вряд ли когда-нибудь удастся узнать.

— Стой! — крикнула Ева, когда поняла, что Эмма решила её проигнорировать.

Тикет неохотно развернулась, сняла с плеча свою тяжёлую черную сумку и спросила:

— Чего тебе, Коллинз?

Ева указала на скамейку возле школы.

— Давай присядем, надо поговорить.

Эмма рассмеялась:

— О чем нам с тобой разговаривать? Ты решила, что мы теперь подружки? Боюсь, это не так.

Ева лишь закатила глаза и уселась на ту самую скамейку. Как ни странно, Эмма подошла и опустилась рядом. Как будто и правда подружки.

— Мы знаем только то, что часы спрятаны в подвале, но этого слишком мало. Расскажи то, что ты знаешь, и мы, возможно, справимся за неделю.

Эмма вздохнула. Еве это не понравилось.

— Я знаю не больше…

— Уверена? — не хотелось верить Тикет. Она явно обманывала.

— Ещё в начале сентября я проверила все школьные подвалы, но ничего не нашла.

— Мы заглянули в два, а потом догадались, что ты скорее всего нас опередила.

Эмма молчала.

— Ну? Скажешь что-нибудь? Может, ты знаешь какие-нибудь тайные подвалы?

— Я ничего не знаю, — ответила Эмма, и в ее голосе прозвучало столько боли, что у Евы на миг даже сжалось сердце.

Эмма бросила сумку рядом с собой и уронила голову в руки.

— Провести обряд можно только в определенные дни, и если я не найду часы в ближайшее время, то следующий шанс мне выпадет только через пятьдесят лет, — Эмма будто хотела получить немного сочувствия, но Ева помнила, чего хочет добиться Тикет своим обрядом.

— Как ты можешь жалеть себя? Ты хочешь подчинить себе время и людей и при этом ждёшь понимания? У тебя совсем крыша поехала.

Эмма резко выпрямилась и гневно посмотрела на Еву:

— Твое мнение никто не спрашивал, делай то, что велят. Или забыла, что я сделаю, если вы меня подведёте?

О таком забыть было невозможно.

Ева чуть отодвинулась от Эммы и спросила:

— Так стремишься за решетку? Будь уверена, если ты навредишь Нику, то быстро там окажешься. Ты же у нас давно совершеннолетняя.

Эмма усмехнулась:

— Не волнуйся, в тюрьме я не окажусь. Вы не сможете доказать, что это я убила его. Хотя, если честно, я не горю желанием пачкать руки. Это случится только при одном условии. Сегодня первый из семи дней, помнишь? Лучше бы не ко мне цеплялась, а часы искала. И ещё кое-что. Если продолжишь меня преследовать, то я постараюсь, чтобы Нику стало ещё хуже.

— Черт, да я ведь сказала, что мы не знаем, где искать эти часы! — крикнула Ева. Хорошо, что рядом не было других учеников.

— Не мои проблемы, — пожала плечами Эмма и поднялась со скамейки. Она повесила обратно на плечо сумку и помахала Еве рукой на прощание.

Ева осталась одна. Она не могла заставить себя подняться и тоже пойти в школу. Единственная надежда была разрушена, и теперь Еве хотелось лишь плакать. Она спрятала лицо в руках и сидела так очень долго, пока чья-то рука вдруг не упала на ее плечо.

— Эй, ты чего? — это был Алекс, который опаздывал на занятия. Все уже давно разошлись по кабинетам, а он сегодня проспал и вышел позже остальных. Он думал, что Ева уже тоже в школе, поэтому удивился, когда обнаружил ее на скамейке. Ее печальный вид встревожил Алекса, и он сел рядом.

— Всё нормально, — еле выдавила Ева и отвернулась.

— Я же вижу, что ты врёшь. Что случилось?

Разве Ева могла объяснить, что своими попытками разговорить Эмму причинила только больше вреда, и Нику в первую очередь.

— Мне надо побыть одной.

Недолго думая, Ева вскочила и бросилась в густой лес, окружавший школу. Ей хотелось спрятаться от всех и повязнуть в своих тяжёлых мыслях. И плевать ей было, что занятия уже начались.

Алекс не медлил и, тоже наплевав на учебу, побежал за Евой. Что бы она не говорила, ему не хотелось оставлять ее одну. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.

Вскоре школа осталась позади, и теперь Еву и Алекса окружали лишь сосны и ели. Оба не обращали внимания на то, что ушли глубоко в лес: Ева пыталась совладать с неприятными мыслями, а Алекс пытался придумать, как её разговорить. В какой-то момент Ева сама заговорила:

— Возвращайся, нечего из-за меня прогуливать.

— А может, я хочу прогулять?

— Тогда найди себе другое место.

— Лес не принадлежит тебе. Где хочу, там и прогуливаю.

Ева вздохнула и повернулась к Алексу:

— Что ты хочешь?

— Хочу, чтобы ты рассказала, что произошло. Мне больно видеть твои слезы.

— Какие ещё слёзы? — Ева протёрла лицо и показала Алексу сухую ладонь.

— Ты меня не обманешь. Я знаю, что ты плакала.

— Алекс, успокойся, — Ева хотела пойти чуть быстрее, но Алекс схватил ее за руку и притянул к себе.

— Ева, это же я. Ты можешь мне всё рассказать.

Ева подняла глаза на Алекса и увидела его милую улыбку, которую она обожала больше всего на свете. Алекс крепко обнял Еву, и она позволила себе раствориться в его теплоте.

Постояв так некоторое время в тишине и спокойствии, Алекс выпустил Еву из объятий, снял свой пиджак, бросил на землю под одной из елей и сел.

— А теперь рассказывай.

Ева улыбнулась и проделала тоже самое. Усевшись как можно удобнее, она рассказала Алексу о своей бессоннице и об утреннем разговоре с Эммой, которая пригрозила ухудшить состояние Ника из-за того, что Ева посмела донимать ее расспросами.

— Мне страшно, что из-за меня она сделает ему больно.

— Не волнуйся, думаю, это лишь слова, — попытался успокоить Еву Алекс.

— Не знаю… От Эммы можно ожидать всякое.

Повисло молчание.

Алекс принялся водить ботинком по земле перед собой, придавливая траву и мох. В один момент его нога вдруг немного провалилась в землю, будто там была необычная нора. Он тут же подскочил и наклонился поближе.

— Что это? — спросил Алекс и разгреб руками толстый слой мха. Под ним оказалась деревянная доска.

— Покажи, — Ева мигом выбралась из своих переживаний и тоже подползла к странному месту.

Они вдвоем начали отбрасывать мох, всё больше и больше открывая старое прогнившее дерево. Вскоре они поняли, что перед ними лежат аккуратно сложенные доски так, словно они прикрывают какую-то дыру в земле. Алекс и Ева решили избавиться и от этого препятствия, чтобы узнать, что же скрывается от их глаз.

***

Когда Ева и Алекс не появились на истории, их друзья забеспокоились.

— Сначала Ева пропала с самого утра, теперь ещё и Алекс… — шепнула Роза Роби, не отводя взгляд от мисс Леонс. Ей не хотелось получить очередное замечание, которыми вредная учительница постоянно ее обсыпала.

— Может, они решили вместе прогулять, чтобы весь урок целоваться в дальнем конце парка, — решил романтичный Роби и перевернул страницу учебника, которым он делился со своей соседкой по парте.

— Очень на них похоже, — хихикнула Роза.

— Надеюсь, следующим пропаду я, потому что не хочу идти на химию, а потом ты, Маркин, и мы тоже будем где-нибудь целоваться.

Роза на такое признание лишь закатила глаза:

— Умерь свой пыл.

— И не подумаю.

Тем временем Алекс и Ева вовсе не целовались, как хотелось думать друзьям, а старательно выясняли тайну леса. Отбросив в сторону все доски, они увидели перед собой огромную яму с глиняными ступеньками, которые вели глубоко вниз.

Сначала никто не проронил ни слова, настолько их поразило увиденное, но наконец Алекс произнёс:

— Либо я уже сошёл с ума, либо мы нашли подземную пещеру.

— Придерживаюсь второго варианта.

— Спустимся?

— Под землю?

— А что?

Ева улыбнулась. Алекс тоже.

— Если у кого-то и есть дар отыскивать тайные подвалы, то явно у нас с тобой, — Ева усмехнулась.

— У нас зарождаются интересные традиции.

Алекс хотел уже начать спускаться, но Ева его остановила:

— Вдруг там окажутся монстры?

Алекс вскинул бровь. От Евы он такого предположения точно не ожидал. Однако выдуманное волнение Евы быстро сменилось многозначительной улыбкой, и она прошептала:

— На всякий случай, если мы погибнем, хочу перед смертью сделать кое-что.

Ева потянулась к Алексу и нежно поцеловала его.

— Теперь я готов умирать, — улыбнулся Алекс.

Они взялись за руки и начали осторожно спускаются по ненадежным ступенькам вниз под землю с надеждой, что в конце пути их поджидает то, о чем они оба подумали, но что не произнесли вслух.

После первого урока, когда Ева и Алекс так и не появились в школе, уже даже Роби начал волноваться:

— Да где же они ходят?

— Может, в лаборатории? — неуверенно предложила Роза.

— Без браслетов?

— Мне всё это совсем не нравится, — прошептала Луиза и вдруг увидела, как в их сторону приближается Ник.

Когда он вплотную подошел к друзьям, все заметили его нездоровую бледность и туманность в глазах, но ничего не сказали.

— Чего тебе? — рявкнула Роза. Она понимала, что ведет себя глупо, но Ник сейчас ее ужасно раздражал, ведь именно из-за него им приходилось так много переживать.

— Где остальные? — еле слышно спросил Ник.

— Сами не знаем.

— Ты в порядке? — вмешалась Луиза. Она видела в чужих глазах не просто боль, а настоящее страдание, и в какой-то момент ей даже показалось, что едва державшийся на ногах друг сейчас камнем рухнет на пол.

И не успела она отогнать от себя эту жуткую мысль, как Ник действительно пошатнулся, ударился плечом о запертый шкафчик и упал на пол, потеряв сознание.

Луиза вскрикнула, за ней испугалась и Роза, а Роби тут же опустился на колени и затряс Ника, крича ему в лицо:

— Эй! Пастер! Очнись! Ну же!

Ник не приходил в себя, и у Луизы моментально намокли глаза. Она села рядом с Роби и зашептала:

— Это всё Эмма. Я чувствую. Она что-то с ним сделала.

Роби продолжал свои попытки оживить Ника, но тот по-прежнему оставался без сознания. Ошарашенная такой переменой Роза молча проклинала себя за то, что ещё минуту назад злилась на Ника.

Подбежали учителя, рядом собрались ещё несколько любопытных учеников, которых взрослые сразу же попросили разойтись по своим кабинетам.

— Вы тоже идите на урок, — шикнул мистер Примо друзьям Ника, которые растерялись и не знали, что им делать. Однако как только учитель отдал приказ, Роза, Луиза и Роби сразу взяли себя в руки и заявили, что не оставят Ника и тоже пойдут в медпункт.

Когда Ник наконец-то пришел в себя, но всё ещё оставался слаб, мистер Примо и Роби осторожно повели его к медсестре, а Роза с Луизой поплелись сзади.

Медсестра померила Нику температуру, задала ему разные вопросы о том, что он ест, сколько спит, как часто волнуется, и получила ответы, которые не могли ей объяснить причины случившегося. В итоге она решила, что парню нужно просто отдохнуть и выспаться, и друзья вызвались отвести Ника в дом. Мистер Примо сначала сомневался, а потом разрешил, но сказал вернуться в школу, что, впрочем, Роби, Роза и Луиза делать не собирались.

Пока Ник мирно спал, его друзья сидели с ним в комнате в угнетающей тишине, погруженные в свои мысли, пока вдруг Луиза, которая сидела на полу возле Ника, не обратила внимание друзей:

— Смотрите! У него кровь на виске.

Роби и Роза тут же очутились возле кровати и склонились над другом.

— У него там рана? — удивилась Роза и наклонилась ещё ближе.

— Похоже на след от укола, — сделал вывод Роби.

— Укола? Хочешь сказать, ему что-то в виски кололи? — ахнула Луиза.

— И даже не кто-то, а очень даже конкретный человек. Если человеком это существо назвать можно.

— Тикет. Вот же… — Роза не закончила фразу. — Решила убедить нас, что не шутит насчёт его смерти.

— Не говори это! — Луиза в слезах упала на грудь Ника.

— Прости. Я не думаю, что что-то серьезное случилось. Он быстро восстановится. Слышишь? Всё будет хорошо.

Но Луизу слова подруги не убедили. Она не сомневалась, что они медленно, но точно теряют Ника.

— Нам нужно поставить ее на место. Эмма слишком много себе позволяет.

— Ага, — ответил Роби. — Только для начала стоило бы найти Алекса и Еву. Они всё упускают.

В комнате повисла тишина. Если бы Фок сейчас зашёл сюда, то их всех ожидало бы ужасное наказание за очередную порцию прогулов, но друзьям сейчас было всё равно.

***

Темно. Темнее даже ночной темноты. Истинный мрак, первозданный и абсолютный. Именно такие мысли скользили в голове Евы, пока они с Алексом пробирались по неожиданному туннелю под землей. Алекс же чувствовал, будто попал в царство мертвых, ведь они шли именно там, где обычно прячут тела, оставшиеся без душ. Оба были напуганы, но всё-таки сила, названная любопытством, вела их всё дальше в глубь узкого туннеля. Алекс и Ева держались за руки и, пригнувшись, маленькими шажками следовали по зову сердца, почти не дыша, потому что воздуха с каждым шагом становилось будто всё меньше и меньше.

Алекс освещал всё фонариком на телефоне, и поначалу ничего не привлекало внимания, пока вдруг впереди не показалась каменная стена, на которую до этого никогда не падал свет.

— Тупик… — разочарованно прошептала Ева и потрогала стену. На ощупь был обыкновенный камень.

— Постой-ка, — Алекс навёл фонарик на стену перед собой, пригляделся и сказал: — Видишь?

— Что? — Ева наклонилась поближе и действительно кое-что заметила на камне.

Едва заметные небольшие белые линии складывались в квадрат с множеством маленьких квадратов, и внутри некоторых из них были написаны миниатюрные цифры.

— Это же… Судоку, — Ева и не знала, как на такое реагировать. — Словно доисторическое, однако это явно оно.

Алекс включил камеру, выбрал режим со вспышкой и сделал несколько фотографий.

— Восемнадцать из восьмидесяти одной цифры уже вставлены.

— Не так уж много, — заметила Ева.

— Но всё-таки достаточно. Теперь я знаю, как буду развлекаться сегодня вечером.

— Алекс… — тихонько сказала Ева и снова взяла друга за руку.

— Ева?

— Ты же думаешь о том же?

Алекс помолчал лишь секунду.

— О том, что вселенная помогает нам? Что специально направила нас в это место? Думаю, да, я думаю о том же.

— Это же невозможно.

— Скоро узнаем наверняка. Нужно решить сегодня судоку, чтобы завтра вернуться и мелом, его придется стащить, дописать недостающие цифры.

— И что же будет потом? — спросила Ева.

— Надеюсь, мы найдем то, что ищем.

Оставаться в темноте больше никому не хотелось, и Ева с Алексом поспешили обратно. Когда они поднялись на поверхность, дневной свет хлынул им в глаза, и Ева даже сощурилась. Алекс забросал досками и мхом яму, помог Еве стрясти со школьной формы песок и постарался привести в порядок и себя.

— Куда теперь? — спросила Ева.

— В школу? — спросил Алекс.

Ева на ответила.

Так было решено, что на уроки они сегодня уже не пойдут, а вернутся в дом, где смогут сосредоточиться на игре.

Когда Алекс зашел в свою комнату и увидел всех друзей у кровати Ника, он очень удивился.

— Чего вы все здесь?

Роби поднялся с пола.

— А чего ты не здесь?

Алеск увидел спящего Ника и спросил:

— Что с ним?

— Где ты был?

— Почему вы не в школе?

У Роби и Алекса хорошо получалось задавать собственные вопросы и игнорировать чужие.

Фока, к счастью, не пришлось долго убеждать, что Нику стоит полежать в доме пару дней и хорошенько отдохнуть. Конечно, он сказал, что вызовет врача, чтобы тот проверил состояние ученика, но хотя бы в больницу никто не принуждал ехать.

Когда все легли спать, Алекс ещё продолжал пыхтеть над решением судоку. У него вроде всё получалось, но в самом конце вдруг появлялись нестыковки, и приходилось снова и снова переделывать. Отчаявшись, он отправился спать, упрекая себя за отсутствие прогресса.

Когда утром все собрались за завтраком, Ева обратила внимание на опухшие глаза Алекса и то, каким вялым и сонным он выглядел.

— Не зацикливайся так, нас же пятеро, как-нибудь решим, — шепнула Ева Алексу, когда тот медленно мешал сахар в чае.

— Это же такая легкотня, а я вожусь с ней, как ребенок.

— Тебе нужно переключиться, заняться другим, позволить мозгам отдохнуть.

— И на что же мне, по-твоему, стоит переключиться? — Алекс поднял глаза на Еву, и та смутилась, но быстро взяла себя в руки и улыбнулась:

— Не знаю, на свидание, может, какое-нибудь.

Алекс тоже улыбнулся. Ему нравилось предложение Евы. Он решил, что обязательно подумает, как интересно можно организовать вечер для них двоих. Но сначала… Он всё-таки решит это чёртово судоку.

Весь урок истории Алекс не отрывал взгляд от бумаги и не выпускал из рук карандаш со стеркой, которыми он орудовал с вечера. Он вставлял цифры, стирал, вставлял снова и уже не помнил, что было время, когда он этим не занимался.

В какой-то момент Алексу показалось, что только что вписанная в пустую клетку цифра идеально подошла. Он перепроверил. Потом ещё раз и ещё, боясь, что всё-таки упустил нечто, и ошибка вот-вот раскроется.

— Шмидт! Повторите задание.

Алекс резко посмотрел на мисс Леонс.

— Задание?

— Именно.

— Задание… Очень важное, как я понимаю.

— Знаете, мистер Шмидт, — «мистер» было по-особому выделено интонацией. — Мне не нравится, как вы возитесь всё занятие с какой-то бумагой. Отдайте мне ее до конца урока.

Алекс не успел сообразить, как мисс Леонс подошла к парте и протянула руку. И пока Алекс истерично пытался решить, что же ему делать, Ева, которая сидела рядом, протянула учительнице листок.

— Благодарю, мисс Коллинз.

Бросив на Алекса недовольный взгляд, мисс Леонс вернулась к своему столу и положила на книгу исписанный лист бумаги.

— Ева! Там же судоку! Правильный вариант! — тихонько, как то позволяли условия, взвыл Алекс и схватился за голову.

— Тише! — шикнула Ева. — Я отдала другой. Тот, что ты писал прямо сейчас, я спрятала под тетрадку, пока она шла.

Она вернула Алексу то самое судоку, немного помятое, но это не имело значения.

— Значит, ты его решил?

Алекс ещё раз всё проверил. Он волновался, но старался мыслить трезво.

— Кажется, да.

Еве захотелось захлопать в ладоши, но она лишь широко улыбнулась и шепнула Алексу на ухо:

— Ты гений!

— Успокойся, — Алекс считал себя ровно противоположным существом, но всё-таки было приятно получить похвалу от любимой девушки.

— После урока пойдем в лес?

— Снова прогуливать?

— У нас не так много времени.

— Согласен.

Однако Ева и Алекс приняли во внимание прошлый опыт и не исчезли без предупреждения. Они рассказали «Загадке», что судоку решено и что им лучше прямо сейчас пойти в то таинственное место и понять, что же делать дальше.

Выходя из кабинета, Роза стащила кусочек мела и сунула его в руки Евы.

— Понадобится.

Ева кивнула и спрятала мел в карман пиджака.

— Удачи! Возвращайтесь поскорее и с хорошими новостями!

До своеобразного подвала Ева и Алекс добрались быстро, они знали, куда идти, поэтому очень скоро уже отбрасывали защитный слой и спускались под землю, снова крепко держась за руки.

Воздуха внизу по-прежнему не хватало, и дышать приходилось очень осторожно. Добравшись до каменной подземной стены, Алекс взял у Евы мел и начал писать цифры. Ева освещала фонариком бумагу и камень и еле умудрялась скрывать бушующее внутри нее волнение и страх.

Когда с последней цифрой было покончено, Алекс и Ева принялись ждать. Как это уже с ними случалось, некоторое время ничего не происходило, но друзья пока не отчаивались, они знали, что иногда нужно подождать.

Так случилось и в этот раз. Вскоре основное поле игры вспыхнуло светом, словно кто-то нажал на кнопку питания, и горящий квадрат выдвинулся вперёд, потом разделился по середине на две части, которые разъехались по сторонам, открывая вид на углубление в стене.

Еве не терпелось узнать, что же они открыли, и она протянула руку во тьму.

— Что там? — разволновался Алекс.

Пошарив рукой по самому необычному сейфу, который ей только доводилось встречать, Ева наконец вытащила оттуда предмет. Это оказалась небольшая железная шкатулка, вмещающаяся в две ладони, с большим и внушительным замком, ключ к которому в комплекте, к сожалению, не шел.

— Это оно? — выдохнул Алекс.

— Думаю, да… — Ева крепко сжимала шкатулку, будто боялась выронить, и прожигала находку взглядом. Ей не терпелось открыть ее и узнать наверняка, но прямо сейчас такой возможности у них не было.

— Неужели нам снова придется искать ключ? — смешок Алекса выдался скорее истеричным, чем расслабленным.

— У меня ни малейшего понятия.

— Ладно, пошли отсюда, пока кто-нибудь из нас не грохнулся в обморок.

Алекс закинул шкатулку в рюкзак, и, взяв Еву за руку, пошел обратно, не подозревая, какой сюрприз их поджидает наверху.

А возле ямы стояла сама Эмма Тикет, сложив руки на груди, и терпеливо вглядывалась в темноту. Когда одноклассники появились на поверхности, ее лицо исказилось в улыбке Гринча, и Эмма отступила на пару шагов.

— Приветик, мои зайчики.

— Черт! Что ты здесь делаешь? — Алекс сначала даже испугался такого неожиданного появления их врага в самом центре поисковой операции, но потом почувствовал ненависть, и ему едва удалось сдержаться и не броситься на Эмму с кулаками.

— Наблюдаю. И, думаю, не зря. Объясните, что же сейчас произошло?

— Не обязаны, — отрезала Ева и потянула Алекса за собой, будто действительно надеялась спокойно уйти.

— О, наоборот! — Эмма схватила Еву за рукав пиджака. — Вы должны отчитываться передо мной. Разве это не подвал? — она кивнула на яму, которую мало кто бы решился назвать подвалом. Но они все были как раз из тех, кто решился бы.

И тут у Евы родился план. Возможно, глупый и даже ужасный, но она крепко вцепилась в идею и понадеялась, что Алекс поймет ход ее мыслей.

— Вообще-то это на самом деле подвал, — Ева напустила на себя смущенный вид. — И не обычный.

— Правда? — Эмма ухмыльнулась. — Продолжай.

— Мы нашли его случайно, честно слово. Скорее даже, это он нашел нас. И…

— Ева! — Алекс одернул подругу. — Ты собираешься все рассказать?

— Какая уже разница, — Ева задержала свой взгляд на Алексе, мысленно умоляя его подыграть. И, кажется, он услышал ее, потому что больше не возмущался.

— Мы там нашли нечто похоже на сейф, — продолжила Ева.

— Сейф? — глаза Тикет горели.

— Только мы пока не знаем, как его открыть.

Алекс стоял в недоумении, но Эмма ничего не замечала. Она вдруг отпустила Еву и повернулась к яме.

— Что ж, нужно убедиться самой.

Ни секунды не колеблясь, Тикет принялась спускаться вниз по непрочным ступенькам, которые вот-вот должны были превратиться в кучу грязи. Едва она скрылась в темноте, Ева сразу же схватила две доски, отброшенных к дереву, и закрыла ими яму.

— Алекс! Давай остальные! Скорее!

Алекс тут же принес остальные доски, Ева уложила их, а сама села сверху, чтобы Эмма не могла сбросить их, что она сразу и попыталась сделать, как только поняла, что ей устроили западню.

— Эй! Вы с ума сошли?! Выпустите меня!

Эмма ударяла доски, но из-за Евы у нее ничего не получалось сдвинуть.

Алекс с ужасом смотрел на Еву.

— Зачем? — прошептал он.

— Хочу, чтобы она сказала нам, где взять лекарство для Ника. Не думаю, что он ещё долго протянет.

Алекс понимающие кивнул.

— Я ничего вам не скажу! И не надейтесь! Когда я выйду, вашего Ника больше не будет на земле.

— Кто сказал, что ты выйдешь? — гнула Ева. — Алекс сейчас принесет больше тяжести, и мы оставим тебя там, а сами пойдем обратно в школу.

Алекс снова в ужасе посмотрел на Еву.

— Не делай глупостей. Слезь, и я, возможно, смогу простить этот дурдом, — Эмма пыталась звучать спокойно, но злость так и лилась из ее слов.

— Где противоядие? Ты говорила, что оно существует, я должна сходить и взять его.

— Размечталась.

— Алекс, неси вот те камни, — кивнула Ева на воображаемые камни.

— Да что ж такое! — злилась Эмма, продолжая стучать по доскам. — Ладно! Я дам тебе его, только свали отсюда.

Ева усмехнулась:

— Ты же знаешь, что мы знаем, что ты обманываешь. Скажи, где искать, мы найдем, спасем Ника, а потом тебя освободим.

— Противоядие в том же кабинете, где и все остальные мои препараты. Но ключ у меня с собой. Поэтому вам придётся меня выпустить.

— Ты можешь протянуть его в щель.

— И вы меня действительно здесь оставите? Ева, давай вести себя по-взрослому. Дайте мне выйти, и я отведу тебя в лабораторию.

— Слушай, это и правда всё как-то чересчур, — засомневался Алекс. — Мы же не будем её тут замуровывать живьём.

— Не будем? — Ева будто удивилась.

— Ты даёшь свое слово? — спросил Алекс у досок, за которыми скрывалась Тикет.

— Да.

— Ее слово ничего не значит, — себе под нос проговорила Ева и поднялась с земли.

Эмма тут же снесла всё дерево на ее пути и выбралась на свободу.

Я труп, подумала Ева, но, к ее удивлению, Эмма не набросилась на нее с криками и желанием задушить, а лишь выгнула бровь и спросила:

— Идёшь?

— Куда? — не поняла Ева.

— Куда договаривались. В лабораторию.

Ева посмотрела на Алекса. Тот молчал. Они оба не знали, действительно ли Эмма намеревается выполнить обещание. Но выбора не было, и они втроём направились обратно в школу.

Когда Ева и Эмма спустились в лабораторию, Ева почувствовала, как настроение Эммы резко изменилось. Хотя, вероятно, оно всегда у нее меняется, когда та оказывается в своей зловещей стихии.

В кабинете стоял необычный незнакомый запах, и Еве хотелось верить, что это не какая-нибудь отрава. Однако Эмма зашла вместе с ней и даже закрыла дверь, повернув ключ в замке. Этот жест, далеко не символичный, Еве не понравился, но пока что она оставалась спокойной.

— Где оно? — спросила Ева, пятясь от Эммы.

Эмма усмехнулась, подошла к заваленному коробками и стеклянными приборами столу, опустилась на железный стул, тяжело вздохнула и затем ответила:

— Ты же сказала, что найдешь. Ищи.

Перед последним уроком Алекс и все остальные не на шутку испугались, ведь Ева должна была давно вернуться из лаборатории. Они боялись, что Эмма не просто их обманула, но и решила наказать Еву каким-нибудь изощрённым способом за дерзость в лесу.

— Давайте надеяться, что она просто пошла в дом, и сейчас мы ее там встретим, — вздохнула Роза, когда они уже выходили из школы.

— Ушла и ничего не сказала? — засомневалась Луиза.

— Легко. Ева же любит действовать по своему усмотрению. Если она получила лекарство, то явно пошла в дом и там уже дала его Нику.

— Скорее всего… — Алекс решил, что мысль Розы выглядит довольно реалистично.

Только вот всё оказалось совершенно по-другому.

Эмма гордилась своей идеей закрыть Еву в лаборатории до утра и позволить ей самой вытворять всё что угодно в кабинете. Если Коллинз так хочет получить лекарство, то пусть сама его сделает.

— Помни, что один неверный шаг, и твое «лекарство» подействует вовсе не так, как надо.

— Что ты имеешь в виду? — напряглась Ева, уже подбежав к первому шкафу с препаратами. Она не хотела терять ни минуты.

— Ты убьёшь Ника, — хохотнула Тикет. — Так что желаю удачи.

И Эмма ушла, не забыв закрыть дверь на ключ.

Ева подумала, что ее будут искать, если она не вернётся к ужину. Ей не хотелось волновать друзей, но, вероятно, избежать этого не получится. Придется смириться с положением дел и посвятить всю себя «алхимии», в которой Ева ничего не смыслила.

На железном столе безо всякой последовательности стояли стеклянные баночки, наполненные загадочными мутными жидкостями. Ева понюхала одну из них и скривилась: пахло явно чем-то ядовитым.

Какой бы умной Тикет себя не выставляла, она явно не могла знать всё на свете. У «колдуний» всегда хранится под кроватью книга с заклинаниями, и Ева решила поискать такую и здесь. Должно же быть что-то, куда Эмма записывает все свои безумные рецепты.

И Ева не прогадала. Спустя полчаса поисков и копания во всех полках Ева вытащила несколько нужных книг. Теперь ей предстояло внимательно прочитать каждую, понять, чем именно отравлен Ник и как именно нужно возвращать его к жизни.

Почерк в книгах сильно отличался, кто-то писал формулы и латинские названия аккуратно и мелко, кто-то же вел чернилами размашисто, не жалея пустого места. Ева почему-то решила, точно почувствовала, что книгу составляли люди из одной большой и зловещей семьи, где поколения за поколениями стремились раскрыть все самые могущественные тайны природы. Огромные и потрёпанные книги представляли собой масштабный труд, полный тайн и волшебства, и Ева планировала во всем этом хорошенько разобраться до того, как она упадет обессиленная на пол.

***

В доме Тикет наблюдала со стороны за волнениями «Загадки», за Алексом, который не находил себе места и проклинал себя за то, что позволил Еве отправиться одной в лабораторию, где никогда ничего доброго не случается. Друзья Евы слонялись по дому мрачными и нервными, и только Ник сладко спал в свой кровати. Из-за экспериментов Эмма Ник ужасно ослаб, и всё, на что у него хватало сил, это лежать неподвижно и едва слышно постанывать от нескончаемых приступов тошноты.

Когда до закрытия сторожем школы на ночь оставалось всего двадцать минут, Алекс отвлек внимание Роби от книги:

— Кажется, вариантов не осталось. Надо идти в лабораторию.

— Алекс, мы это сто раз обсудили. Мы не сможем там себя контролировать.

— Попытаться стоит.

— А кто тебя оттуда вытаскивать будет?

Алекс молчал. Он начинал злиться, но не показал этого. Если все так хотят оставаться в безопасности, то он пойдет один и найдет Еву, чему бы это ему не стоило.

А Ева тем временем уже сидела на полу под запертой дверью и крепко сжимала в руках свое творение, пузырек с долгожданным лекарством для Ника, в которое она вложила все свои силы и осторожность, чтобы ничего не напутать в процессе приготовления. Темноватая жидкость выглядела пугающе, но Ева верила в нее и в то, что когда Ник выпьет это, то ему сразу же станет легче и он быстро поправится, забыв обо всем, как о кошмарном сне.

Телефон к этому моменту уже разрядился, и Ева даже не знала, который час, но она понимала, что приближается ночь, и, когда вдруг где-то в коридоре по ту сторону двери послышались негромкие медленные шаги, Ева удивилась, потому что понимала, что к ней приближается вовсе не Тикет. Но кто еще мог оказаться в лаборатории кроме них?

— Ева… Ева… Ты здесь? — дрожащий глухой голос прозвучал совсем рядом.

— Алекс! — вспыхнула Ева и тут же вскочила на ноги, едва не выронив пузырек.

— Ты… правда, здесь?

— Да, конечно! Эмма меня заперла, но… Алекс! Постой, откуда у тебя браслет? Как ты его достал?

Парень подошел к двери и вдруг будто ударился головой, потом сполз на пол, и его дыхание стало редким и громким, казалось, что в его легких совершенно не осталось кислорода. Ева не видела, как он начал перекатываться по полу, сжимая голову, словно хотел от нее избавиться.

— Я без браслета…

— ЧТО?!

В этот момент Еве показалось, что у неё поднялась температура сразу же до сорока градусов, настолько сильно ее бросило в жар и ужас. Слова Алекса не могли быть правдой! Ведь если он действительно решился появиться в лаборатории без браслета, то остались буквально мгновения до того, как он сойдет с ума.

— Господи, зачем? Алекс, тебе нужно срочно возвращаться. Слышишь? Пожалуйста, иди, Эмма потом меня откроет.

— Где… взять ключ? — голос стал неузнаваемым.

Ева едва не расплакалась от осознания того, какие муки испытывает Алекс, борясь с собственным сознанием прямо за дверью, чтобы вытащить ее отсюда.

— Ты уверен, что хочешь остаться?

— Черт, давай… не будем терять времени, — Алекс по-прежнему сжимал раскалывающуюся голову, но все-таки нашел в себе силы встать на ноги.

— Ключ в ее кабинете, но он наверняка заперт. Сначала надо взять ключ от кабинета в комнате дежурного. Алекс?

Но он уже направился туда, куда указала Ева. Его мотало, как пьяного, из стороны в сторону, приходилось держаться за стены, чтобы вновь не упасть. Голова адски болела, совсем не как в их первый раз, когда он чувствовал себя без браслета отлично, не считая искривленного разума.

То, что должно было занять пару минут, в итоге отняло у Алекса все десять из-за того, что уходя из кабинета Эммы, он не выдержал. Алекс рухнул сломанной марионеткой на чистый блестящий пол и скрутился от тяжести в голове и каких-то непонятных галлюцинаций, которые совершенно невозможно было разобрать.

Ева нетерпеливо ждала его возвращения, металась по комнате и пыталась сообразить, что же ей делать. Теперь ей нужно было скорее выбраться не ради себя самой, а ради Алекса, который, кто знает, мог прямо сейчас умирать в нескольких метрах от нее.

Неожиданно дверная ручка задергалась, послышались шорохи. Алекс подполз к двери и вставил ключ, повернул его дважды, а затем, вскрикнув криком раненного животного, он потерял сознание. В этот же момент Ева вылетела на свободу, и когда она увидела парня, то сама с трудом сдержала крик. Его бледное лицо покрылось едва заметной синевой, приоткрытые губы высохли, отчего Алекс выглядел по-настоящему мертвым. Оставалось почти что исчезнувшее дыхание.

— Очнись, Алекс!

Но никакой реакции не последовало. Ева спрятала пузырек в сумку и поволокла Алекса по полу к выходу, не в состоянии поднять его на ноги. Она кое-как выбралась из лаборатории и, оказавшись в темном коридоре школы, усадила Алекса в кресло, а сама бросилась за водой. Вернувшись с целой бутылкой, она обрызгала бледное лицо.

— Ну же! Живи!

Глаза несмело открылись.

— Ева?

Крепкие объятия полностью вернули Алекса к жизни. Он выпил всю воду, чтобы утолить внезапный приступ жажды, и вновь посмотрел на Еву, по которой так сильно соскучился, словно не видел ее годами.

— Я очень испугалась! Почему ты кричал?

— Кажется, Тикет придумала кое-что новое для тех, кто суётся к ней без разрешения. У меня никогда так не раскалывалась голова. Я думал… думал, что умираю. Боже, мне так стыдно! — Алекс вдруг уронил голову в руки, и всё его тело задрожало. — Решил разыграть из себя героя, спасти запертую принцессу, а в итоге спасать пришлось меня самого.

— Эй, ты чего? Мы сейчас здесь только благодаря тебе. Слышишь? Никто бы не согласился на такое, а ты смог. Ты… — Ева на мгновение запнулась в страхе развернуть душу, но потом продолжила: — Самый лучший. Я счастлива, что мы есть друг у друга.

Алекс хотел ответить, но Ева не позволила. Она притянула Алекса к себе и нежно поцеловала его, наслаждаясь каждым пылающим внутри нее чувством. Поцелуй растянулся, и вот они уже теснились на маленьком кресле, забирая и отдавая друг другу всё, что только могли.

— Тебе лучше? Идти сможешь? — спросила Ева, восстановив дыхание после огромной порции нежностей.

— Думаю, да, только вот идти некуда, — улыбнулся Алекс.

К этому времени и школа, и дом были уже закрыты, все ученики и работники Темпуса улеглись спать и, возможно, даже видели первый сон.

— Какой тогда план?

— Может, в холл? Каждому по дивану на ночь. Можем купить что-нибудь в автомате, ты же явно голодна.

Еве план понравился.

В автомате они обменяли деньги на шоколадное печенье и уселись на широких диванах, где ученики обычно собирались компаниями на переменах обсудить свои дела.

— Почему она заперла тебя? Обманула? Хотя, это далеко не удивительно, я понимал, что никакое лекарство она не отдаст нам.

— Ты прав. Но Эмма придумала кое-что другое.

Ева достала пузырек с жидкостью и вложила в чужие ладони.

— Она позволила мне сделать лекарство самой.

— В смысле?

Тогда Ева рассказала все подробности. Начала с гадкого хихиканья Тикет, продолжила поисками книги с рецептами, а закончила последними каплями.

— Ты знаешь, что значат все эти названия, которые ты намешала?

— Ни одного. Но так было написано в книге, и я следовала строго по буквам.

— Не боишься, что…

— Конечно, боюсь! Но выбора у нас нет, так ведь? Придется рискнуть.

Пузырек отправился обратно в сумку.

— Ты волшебница. Самая могущественная из всех.

— Ой, давай только без вот этих словечек, — отмахнулась Ева, но улыбка мелькнула на ее лице.

— Не представляю, как можно… Да тебе надо алтарь ставить!

— Перестань, — рассмеялась Ева, а потом кивнула на его собственный рюкзак. — Ты показал шкатулку?

— Черт, я совершенно забыл о ней! Весь день думал о тебе.

Алекс достал шкатулку и поставил на середину стола. Несколько минут они молча смотрели на вещь, ради которой Эмма была готова убивать.

— Часы прямо у нас в руках, но не можем их потрогать. Что за ирония… — Ева подергала прочный замок, который ничем нельзя было сломать.

— Не знаю, может, завтра стащить из подвала топор и разрубить его.

— Если бы всё так просто…

— Но мы должны открыть шкатулку прежде, чем она попадет в руки Тикет.

— Конечно, я понимаю, — вздохнула Ева. — Давай покажем ее остальным. Вдруг кто-нибудь найдет решение.

— А что мы будем делать, когда откроем ее?

— Вот об этом я бы предпочла пока не думать. Давай лучше попробуем поспать.

Они обвели взглядом диваны без подушек и усмехнулись. Условия оставляли желать лучшего, но Ева с Алексом кое-как умудрились улечься и закрыть глаза. Только вот заснуть у них получилось далеко не сразу.

Роза открыла глаза и очень удивилась, когда поняла, что проснулась ещё до будильника. Такое с ней случалось довольно редко, но вдруг в голову ударили резкие воспоминания о вчерашнем дне, и она догадалась, что ранний подъём был вызван волной переживаний.

Кровать Евы по-прежнему оставалась пустой.

Мириться с таким положением дел становилось действительно опасно, и Роза быстро оделась, затем вынырнула из комнаты и пробралась к еще спящей Луизе. Эмма тоже спала, но Роза все равно боялась, что ее услышат, поэтому будила подругу шепотом.

— Тебе чего? — с явным недовольством спросила Луиза.

— Поднимайся, Ева так и не появилась. Нужно проверить, вернулся ли Алекс.

Сон как рукой сняло. Луиза натянула штаны и блузку, и через пару минут девушки уже стучались в комнату парней.

Алекса они там не обнаружили, но нашли кое-что намного хуже.

— О, а я как раз хотел бежать за вами! Посмотрите, Нику совсем плохо. Его тошнит, несет бред, трясется в жару. Я проснулся и так испугался! Ему явно нужно в больницу, больше тянуть нельзя.

Возражать никто бы не осмелился. Один вид Ника внушал чистый ужас, а то, что он чувствовал…

Роза побежала к Фоку, и тот позвонил в скорую. Все боялись, что он будет кричать и обвинять подростков в случившемся, но Фок вел себя довольно сдержанно, почти что хладнокровно. Он явно желал поскорее избавиться от больного ученика и заняться своими делами.

Скорая приехала через двадцать минут и увезла Ника в Лондон в больницу. К этому моменту проснулся весь дом, и шум раздражал мистера Фока, но тот не мог ему сопротивляться. Все обсуждали состояние Ника и строили теории о том, что с ним произошло и что теперь его ждет. Только Эмма как обычно выскользнула довольная, и Роза успела заметить на ее лице довольную ухмылку.

Когда первый корпус опустел, все отправились в школу, хотя желания ни у кого, естественно, не было, Ева и Алекс вернулись в дом, чтобы провести спасательную операцию. Пустая комната сильно удивила их.

— Ник же не мог пойти на уроки? — Ева оглядывалась по сторонам, словно Ник мог внезапно выпрыгнуть из шкафа или вылезти из-под кровати.

— Это очень странно, ведь он вчера едва двигался. Но, получается, что он и правда в школе. Пошли тогда тоже, там его и найдем.

Однако сперва они встретились с Розой и Луизой. Когда подруги увидели едва стоявших на ногах после тяжелой ночи Еву и Алекса, они с воплем бросились на них и чуть не повалили на пол.

— Где вы пропадали?! Совсем рехнулись?! — шумела Роза. — Мы думали, вы уже всё. Совсем всё. Я собиралась идти к Труф, объявлять вас официально исчезнувшими.

— Тише, мы всё объясним, — принялась успокаивать подругу Ева.

— Так объясняйте! Что с вашими лицами? Вас будто в темнице держали и голодом морили. Это Эмма? Что она сделала?

Луиза положила руку на плечо Розы и сказала:

— Ты же сама не даешь им слово вставить. Они вернулись, и это самое главное.

Ева улыбнулась в благодарности.

— Где Ник? В доме мы его не нашли, неужели ему стало лучше? — спросил Алекс и нахмурился, сам не веря в то, что говорит.

Луиза опустила глаза.

— Ник в больнице. Его забрали утром, всё стало совсем плохо.

— Что? — глаза Алекса округлились.

— Нужно было выходить пораньше, — Ева выругалась мысленно на себя. — Но ладно, ничего, поедем, значит, в больницу. В какой он?

— В больнице Святой Марии. Ты хочешь ехать прямо сейчас? — удивилась Луиза.

— У нас лекарство. Не спрашивайте, — Ева сразу прервала поток вопросов. — Объясню всё по дороге.

Роза и Луиза послушно кивнули. Никого не предупредив, они вчетвером побежали из школы.

До больницы компания добралась только через час. Пока они ехали на автобусе до города, а затем толкались с другими пассажирами в метро, Ева и Алекс рассказали обо всем, что вчера произошло, а Роза с Луизой слушали, затаив дыхание и почти не моргая, словно боялись упустить даже один звук и жест. Рассказ восхитил, напугал, ошеломил их, но в этом была вся суть этой безумной парочки, которая постоянно находила себе приключения, несмотря на всю их известную скромность.

Попасть к Нику в палату оказалось серьезной проблемой. Медсестра на посте чуть ли не кричала на посетителей, которые явно не приходились ему родственниками, что Ник под капельницей, что он не может сейчас принимать гостей, особенно шумных подростков в школьной форме, и что им лучше развернуться и отправиться на уроки, а не прогуливать учебу.

— Эта тётка явно не собирается нас пропускать. Что же, тогда мы проберемся в палату сами, — отрезала Роза, когда они спрятались за высоким растением недалеко от поста.

— Но мы даже не знаем его палату, — оборвала энтузиазм Луиза.

— Двести девятая.

— С чего ты решила?

— Увидела в его раскрытой истории болезни, пока она орала на нас.

— Хорошо, но как именно мы пройдем? — спросил Алекс.

— Очень просто, — и Роза тут же опустилась на четвереньки.

— Ползком?! — ахнула Луиза, которая предпочла бы не пачкать руки и одежду.

Но Роза не осталась давать подробности. Она быстро, как юркая мышь, прошмыгнула по полу мимо поста медсестры, занятой бумагами, и поднялась на ноги уже возле нужной палаты.

Остальным ничего не оставалось, как последовать ее примеру.

На одной кровати спал ребенок, на соседней лежал Ник с открытыми глазами. У обоих пациентов стояли капельницы, и атмосфера в палате стояла удручающая.

— Ник! Как ты себя чувствуешь? — Луиза инстинктивно потрогала лоб парня и присела рядом на кровать.

Ник промолчал. Его глаза неуверенно бегали по лицам друзей, словно он их не узнавал.

— Так, давайте сделаем всё быстро. Алекс, следи, чтобы никто не зашел, — Ева достала из сумки пузырек, с которым не расставалась с вечера и подошла к Нику.

Когда тот понял, что его собираются чем-то напоить, Ник дернулся и вырвал руку из теплой руки Луизы. В его глазах стоял страх, ужас, непонимание, он выглядел несчастным кроликом, попавших в капкан, и толпа, собравшаяся в его палате, сводила его с ума.

— Что вы делаете? Я сейчас же позову медсестру!

— Что с ним такое? — удивлялась Роза и попыталась взять Ника за другую руку, но тот не поддался. Он завертел головой, чтобы Ева не смогла добраться до него.

— Кто вы такие? Уйдите, оставьте меня в покое.

— Да тише ты, это лекарство. Тебе станет лучше, — Ева протягивала руку с пузырьком, но потом одергивала из-за страха, что Ник его выбьет из рук. Он вел себя дико, непонятно, пугающе, и Ева боялась, что случилось худшее.

Эмма пока не убила Ника, как грозилась, но, вероятно, она проделала кое-что другое, пока все спали ночью, и вколола Нику что-то такое, отчего он полностью потерял память. Что-то такое, что Эмма вколола Томасу перед тем, как выпустить его из лаборатории на волю. Стирать воспоминания и программировать людей заново казалось Тикет настоящим удовольствием.

Ник закрыл рот руками, и тогда Луизе пришлось сменить Алекса, чтобы тот смог удержать Ника и позволить Еве напоить его загадочной микстурой.

— Обещаю, тебе полегчает. Мы твои друзья, и мы пришли тебе помочь.

Ник внимательно посмотрел на Еву. Он всё еще не верил ей, но при этом чувствовал искренность в ее голосе. Пока он размышлял, как же поступить, Ева ловко запрокинула его голову и вылила весь пузырек целиком в рот Ника.

— Глотай.

И Ник проглотил. Затем он закрыл глаза и опустил голову на подушку.

— Что с ним? — Луиза в миг оказалась рядом.

— Ник, как ты себя чувствуешь? — Ева дотронулась до плеча друга. — Надеюсь, ему полегчает к обеду. Они наверняка потребуют пересдать кровь, чтобы убедиться, что им показались странные вещества.

— Ник, ответь что-нибудь, — Луиза хотела заглянуть в голубые глаза, но они оставались закрытыми. Ник заснул.

— Пошлите, пока нас не обнаружила та медсестра.

— Ты уверена? — Роза сомневалась. — Если… Если он…

— У меня хорошее предчувствие, — Ева кивнула и первая вышла из палаты. За ней неуверенно потянулись и остальные. Они всеми силами хотели верить, что спасли Ника.

За воротами больницы Ева обняла всех друзей. Ей казалось, что теперь-то наступит белая полоса в их темных жизнях. Они вернули Ника к жизни, нашли шкатулку. Осталось лишь избавиться от этих ненавистных часов, и всё снова будет хорошо. Если, конечно, не считать все те прогулы, из-за которых их явно выгонят из школы.

Только это всё равно не остановило Алекса и Еву. Они решили остаться в доме и наконец выспаться в своих уютных кроватях, поэтому попросили подруг передать всем любопытным учителям самое популярное объяснение, сказать с тревожным выражением лица, что они болеют. Роза и Луиза без возражений согласились выполнить просьбу.

Когда Луиза и Роза зашли в кабинет, их взгляды сразу упали на Роби, чьей реакции они боялись. Они понимали, что поступили ужасно, бросив его одного без объяснений, и теперь были готовы нести за это наказание.

Роби сидел один за партой и безо всякого интереса перелистывал учебник. Его мысли витали где-то далеко. Роза осторожно подошла к нему и села рядом. Луиза остановилась возле подруги.

— Я жду, — всё, что сказал Роби, и даже не оторвал взгляд от учебника.

— Нас перехватили на коридоре Алекс и Ева… — начала Роза.

— О, так они всё-таки решили заглянуть? — перебил Роби и захлопнул учебник.

— Просто послушай нас, — и Роза вместе с Луизой рассказала всё с того момента, как их нашли Ева и Алекс. Им пришлось немного укоротить историю, чтобы успеть до звонка.

Как только девушки замолчали и принялись ждать реакцию Роби, тот ответил:

— Вы всегда меня обвиняете, что я весь такой плохой друг, а сами… Знаете, мне было совсем не до смеха, когда я понял, что остался один. Один! Как будто вы все по порядку вымерли, а у меня даже никакой зацепки. Я уже решил, что Эмма вас отловила по одиночке и посадила в клетки, если не сразу грохнула.

— Роби, прости нас, нам очень жаль, — Роза потянулась к щеке парня, но тот увернулся.

— Я уже забыл, как Ева с Алексом выглядят.

— Скоро вспомнишь. И Ника мы скоро увидим, целого и здорового.

— Теперь всё хорошо, — сказала Луиза. — Мы здесь, часы здесь, Ник скоро будет здесь, только плохо, что Эмма всё ещё здесь.

— Надеюсь, всё закончится как можно скорее. Я устал. Действительно устал от этого безумства.

Наступило молчание. Потом прозвенел звонок.

— Обнимите же меня кто-нибудь, — еле улыбнулся Роби.

Роза тут же поцеловала его в губы. Луиза поняла, что теперь она тут лишняя и быстренько метнулась к своей парте, оставив влюбленных наслаждаться обществом друг друга. Другие ученики в классе заметили, как уютно обнимаются Роза и Роби, и не могли поверить, что вроде бы совсем недавно в этом самом кабинете, на уроке миссис Занри они кидались вещами и кричали друг на друга, спорили и обзывались. А теперь… Теперь тут цвела любовь.

Наконец-то прозвенел последний на сегодня звонок с урока, и ученики торопились из школы на свободу. Роби, Розе и Луизе удалось проделать это с огромной скоростью. Растолкав других и наплевав на все летевшие в их сторону замечания, они примчались в дом. Когда они завалились в комнату парней, то с явным удовольствием обнаружили мирно спящих в обнимку на одной кровати Алекса и Еву.

— Эй, страстные возлюбленные, подъём! — Роза стащила на пол покрывало, хорошо хоть, что оба спали в одежде.

Сонные Ева и Алекс сначала ничего не понимали, но потом до них дошло, что они проспали последние уроки и теперь видят перед собой вернувшихся из школы друзей, которые улыбались чересчур весело.

— Как всё прошло? Подробностями поделитесь? — Роби заиграл бровями.

— Ай, отвали, Стронг, — лишь отмахнулся Алекс и поправил съехавшую простыню. — Мы просто спали.

— Ага, мы не сомневаемся, — всё никак не мог угомониться Роби.

Роза с хитринкой смотрела на Еву.

— Вы же теперь вместе, да? Обманывать нет смысла.

— Да, — с гордостью ответила Ева, всё еще валяясь на чужой кровати.

— Поздравляю! Мы так долго ждали! — Роза кинулась обнимать подругу, словно та призналась, что покорила Эверест. Роза шепнула Еве на ухо, что ждет потом всех подробностей о том, как ее лучшая подруга поддалась чувствам.

— Это всё очень мило, правда, я ужасно рад за вас, но все-таки теперь выметайтесь все отсюда, мне нужно отдохнуть после физики, — Роби грохнулся на свою кровать, и на миг его лицо озарила улыбка. Он подумал, что не прочь бы тоже вот так полежать вместе с Розой вместо уроков.

Когда в комнате остался только он с Алексом, то Алекс тоже решил влезть в личную жизнь друга, раз на то пошло.

— Значит, у тебя с Розой тоже всё отлично?

Роби перевернулся на бок, чтобы скрыть смущение.

— Ну, выкладывай. Ты влюблен в нее?

Роби молчал.

— Роби Стронг без ума от Розы Маркин! — сделал вывод Алекс и засмеялся. Роби тут же запустил в него подушкой, но промазал. Подушка так и осталась лежать на полу.

— Сам не знаю, как так вышло. Но у нас… Как так выразиться… Сильные чувства, — Роби с наслаждением вспомнил все их страстные поцелуи.

— Значит, двойные свидания, — Алекс снова лег на кровать.

— Или вообще тройные. У Ника с Луизой тоже какие-то интриги плетутся.

Алекс вдруг помрачнел.

— Не уверен. У Ника же амнезия… Помнит ли он о своей симпатии к Луизе?

— На днях, как я понял, он вернётся. Вот тогда и узнаем.

***

Поздним вечером, после ужина, на котором от Евы и Алекса не отлипала Люси с вопросами об их прогулах, «Загадка» собралась в комнате Луизы. Все сели на полу в круг, а в центр поставили железную шкатулку с самым суровым замком, который им только доводилось встречать. Роза предложила открыть замок шпильками, целую гость которых она притащила с собой, но ничего из этой идеи не вышло, они лишь скривили и поломали шпильки. Здесь явно требовался ключ.

— Всё шло так хорошо. И теперь в самом конце мы в тупике, — вздохнул Роби.

— Не может всегда везти, — ответила Ева, хотя и сама хотела, чтобы им как обычно повезло. Но ничего такого пока что не происходило.

— Не знаю, что еще мы можем сделать. Лишь увезти эту шкатулку в город и там засунуть в какой-нибудь мусорный бак в надежде, что никто ее не найдет и уж точно не откроет, — сказала Роза и вдруг поднялась. — Нет смысла тратить всю ночь на бессмысленные посиделки.

Роби тоже поднялся.

— Да, думаю, нам придется завтра просто выкинуть часы.

Ева и Алекс встретились взглядами. Им больше всех не хотелось просто избавиться от шкатулки, даже не открыв ее, ведь именно они, если говорить откровенно, больше всех приложили усилий для того, чтобы ее заполучить.

Пока в комнате стояло неприятное молчание, Роза и Роби тихонько выскользнули в коридор.

— Алекс, что ты скажешь?

— Честно, не знаю. Возможно, они правы…

— Но ведь… Мы не можем сдаться!

— А вдруг это самое правильное решение? — Алекс на секунду замер, а потом все-таки встал на ноги. Он вздохнул и, чтобы не увидеть разочарование в глазах Евы, поспешил к себе в комнату.

На полу остались сидеть только Ева и Луиза.

— Ты думаешь о Нике сейчас, да? — спросила Ева и обняла подругу. Ева понимала, что чувствует сейчас Луиза, зная, что Ник не помнит, кто они все такие.

— Мне страшно. Вдруг Эмма и теперь не оставит его в покое?

— Не волнуйся. Мне кажется, ей это наскучило, раз она позволила мне приготовить лекарство. Возможно, теперь она переключится на меня в отместку.

— Тикет знает, что с тобой ей не справится.

— Ты слишком преувеличиваешь.

— Я говорю правду.

Ева решила оборвать тему и переключиться на часы.

— Мы должны их вытащить, — она кивнула на шкатулку. — Нужно усиленно следить за часами, чтобы Тикет не забрала их.

И как по взмаху волшебной палочки на последней реплике дверь открылась, и в комнате появилась Эмма. Она сразу же заметила шкатулку и не скрыла своей радости. Ее сильные руки приготовились хватать добычу.

— Это то, о чем я думаю? Вы нашли их?

До Евы только сейчас дошло, как глупо они поступили, когда решили рассматривать шкатулку в комнате, где живет еще и Эмма.

— Нет, боюсь, это не то, — Ева хотела звучать уверенно, но резко осипший голос и напряжённость выдавали её целиком.

Эмма спросила у Евы, не отводя взгляда от мирно стоявшей на полу шкатулки:

— Как лекарство? Получилось?

— Да, я справилась. И мы уже дали его Нику, так что скоро он вернется к нам.

— Сомневаюсь, что он вернется именно к вам, — усмехнулась Эмма. — Кстати, позволь спросить, я тебя разве выпускала из лаборатории? — Тикет остановилась прямо возле Евы и смотрела на нее свысока.

— Мне не нужно твоё разрешение.

— Как знаешь. А мне больше не нужны вы.

И тут Эмма со скоростью света схватила шкатулку и выбежала из комнаты так быстро, что Луиза и Ева даже моргнуть толком не успели. Когда они пришли в себя и осознали, что произошло, они сразу же побежали вслед за Тикет, которая, несомненно, направлялась в лабораторию, чтобы не терять ни минуты.

— Стой! — выкрикнула Ева. — Ты с ума сошла? Отдай мою шкатулку. Я же сказала, что это не часы!

Эмма выскочила из первого корпуса и свернула на газон вместо цементных дорожек, чтобы добраться до школы быстрее обычного. Крики Евы её лишь развеселили, настолько жалко выглядела попытка Евы её остановить.

— Луиза, расскажи остальным о самом большом промахе за всю историю человечества, а я попытаюсь её догнать. Увидимся в школе.

— Они убьют нас! — затревожилась Луиза, но Ева не стала её слушать. Она пустилась за Эммой прямо в домашних штанах и тапочках, потому что была обязана вернуть часы обратно.

Луиза же поплелась с опущенной головой обратно в дом, чтобы поднять друзей с кроватей и рассказать, что все их планы рухнули.

***

Эмма закрылась в своем самом любимом помещении, в маленькой и заставленной богатствами комнате, где она почти ежедневно экспериментировала, смешивала, записывала и никогда не останавливалась на достигнутом. Сейчас её раздражал беспорядок, учиненный Евой, но она признавала долю своей вины в этом, слишком уж недооценила она мерзкую Коллинз. Конечно, неприятно осознавать, что Ева справилась и, вероятно, спасла своего друга от неминуемой смерти, однако всё это потухало на фоне того, что теперь на столе перед Эммой стояла та сама шкатулка, которая снилась ей даже во снах.

— Наивная Коллинз думала, что я не знаю, что ищу. Будто я не догадываюсь, как выглядит моя цель. Будто я не провела годы за рассматриванием старинных картинок.

Эмма вновь взяла шкатулку в руки. Холодный металл согревал её сердце. Эмма чувствовала, как внутри железа бьется невероятная сила, которая вот-вот станет её собственной. Оставалось лишь открыть замок. И этот ключ, самый важный ключ в её жизни, всегда находился рядом с ней, ведь Эмма пользовалась им каждый день, когда открывала свой дневник, замок для которого она изготовила специально под необыкновенный ключ, доставшейся ей по наследству.

***

— Я не понимаю. Как можно было это допустить? Как? Просто вот объясните мне, — Роби не переставал возмущаться всю дорогу до школы, пока они бежали, наспех одевшись, по темноте.

— Говорю же, всё произошло слишком быстро, — Ева пыталась защитить и оправдать себя и Луизу, но никто не собирался их прощать.

Черный вход в школу, который стал для них родным, затем кабинет истории, где они бывали чаще, чем в любом другом кабинете, — и вот все пятеро уже стояли возле шкафа и думали, как именно им поступить. Нужно было решить, как они заберут часы, куда их спрячут, как разберутся с сумасшедшей Эммой.

— Предлагаю действовать по вдохновению. Пока мы тут размышляем, Эмма там уже наверняка стала бессмертной и сейчас выйдет за нашими мозгами! — Роза решила не дожидаться, что друзья ответят на её предложение, и начала вводить код, который могла бы ввести и с закрытыми глазами.

04.09.1994.

Однако ничего не произошло. Задняя стенка не разъехалась в стороны. Не послышался даже никакой шум, треск или щелчок.

— Что это значит? — Роби пролез вперед и ударил по стене. Она не сдвинулась.

— Заело? — предположил Алекс.

— Нет, — резко ответила Ева и села за парту. — Вход заблокирован.

— Как это понимать? — Роза не могла поверить в такой поворот событий, впрочем, как и все остальные.

— Если это так, то почему она не закрыла его от нас раньше? — Алекс сел рядом с Евой.

— Потому что знала, что мы ей нужны. А теперь…

— Нет. Не может быть. Мы должны его открыть, — Роби начал бить стенку шкафа кулаками, но результата это никакого не приносило. — Серьёзно? В самый последний момент мы проиграли?

— Это абсурд, — прошептала Луиза.

Повисла гнетущая тишина. Правда оказалась слишком жестокой.

Чёрные. Её любимый цвет. И дерево чёрное, и сам песок. Всё чёрное.

Истинная красота и великая сила. Всегда идут вместе.

Песок сверкал от света лампы, и его сияние могло затмить любой драгоценный камень. Эмма не могла перестать любоваться и с трудом заставила себя поставить часы обратно на стол и взять инструкцию.

«1. В пустую ёмкость (200 мл) налить чистой родниковой воды (50 мл)».

С утра Эмма съездила в одну деревню неподалеку, где хлещет милый родничок, и набрала в нем бутылку воды. Самый простой пункт.

«2. Насыпать кулак измельчённой Вечной Травы».

Безумно редкое растение, и растёт оно только в нескольких странах мира. Суть его в том, что эта трава и правда вечная, она всегда остаётся свежей, сколько бы времени не прошло с того момента, как ее сорвали. И эта самая трава давно хранилась у Эммы в специальном холодильнике на случай, если увядание все-таки случится, ведь эту горстку листьев Эмме передали по наследству.

«3. Добавить 50 капель валерьянки (или любое другое успокоительное)».

Необходимость сохранить нервы в процессе преображения из человека в сверхчеловека.

«4. Песок, который должен прежде пересыпаться с одной чаши в другую (не пропустить!), добавить в ёмкость».

Эмма послушно выждала пять минут, пока песок изменит свое местоположение, а затем ловко разбила часы и отправила содержимое в стеклянную банку.

«5. Налить 100 мл крови живого, без серьёзных заболеваний человека. Тщательно размешать. Подождать около минуты. Выпить полностью, без остатка. Лечь и заснуть. После получасового сна вы СТАНЕТЕ БЕССМЕРТНЫМ.

Всего наилучшего,

Ю.»

Ю. — английский учёный, который разработал этот способ бессмертия ещё полтысячи лет назад. Но никто из коллег не хотел верить в его достижение, беднягу высмеяли, оскорбили, а рецепт разорвали на мелкие кусочки. Больше всего им не понравились часы, неизвестно откуда взявшиеся у свихнувшегося старика, потому что никто не знал, из чего состоит их песок. И хоть они все были учеными, в тот момент неизведанное напугало их.

Лишенный всех званий и уважения Ю. собрал разбросанные по полу обрывки бумаги, вложил в одну из своих любимых книг, уничтожил все ингридиенты, с которыми пришел на встречу, а стеклянные часы с песком, посланные ему либо с высот, либо с глубин, он спрятал в самодельной пещере в лесу за Лондоном.

О своем открытии Ю. решил попросту забыть, потому что его слабое сердце не выдерживало позора. Однако забвение не помогло. Через несколько дней после этого Ю. умер.

Однако слухи живут своей жизнью, и вскоре среди людей стали ходить тихие разговоры об ученом и его открытии. Многие люди поверили в рецепт бессмертия и стали одержимы этой идей. Они пытались отыскать сам рецепт и все необходимые ингредиенты, но никому не удавалось. Перед смертью одни наказывали другим найти все ингредиенты и обрести счастье стать бессмертными. Так продолжалось много сотен лет, и вот наступила очередь Эммы, когда её смертельно больные родители раскрыли ей тайну. Эмма сразу же загорелась идеей. Ей хотелось довести дело до конца, чтобы она всегда могла хранить память о своей семье. Родители рассказали Эмме, что ее умная, амбициозная и целеустремленная прабабушка не просто основала Темпус, но и построила секретную лабораторию. В одной из городских библиотек ей посчастливилось отыскать ту самую книгу с разорванным рецептом, а еще узнать, что самый важный ингредиент Ю. спрятал в лесах за югом Лондона. Так и родилась частная закрытая школа для девочек, которая со временем преобразовалась в современный Темпус. Она продолжала поиски, но больше отыскать ничего не смогла и в конце концов умерла, как и все остальные люди. Бабушка Эммы занималась алхимией и все ночи проводила в лаборатории после того, как занимала директорское кресло школы днем. Она привезла из Южной Америки целую кучу Вечной Травы и постоянно экспериментировала с ней, пытаясь сотворить чудо без часов, которые не получалось отыскать. Когда она умерла, родители Эммы преподавали в Темпусе, и кто-то из них должен был занять должность директора, но неожиданно они оба заболели и скончались так быстро, словно от средневековой чумы. Эмма в миг потеряла всех трех родственников. Она считала, что столкнулась с семейным проклятием за то, что они так отчаянно желают обрести бессмертие. Себе такой участи Эмма не желала. И так она помешалась на часах. Ей хотелось отомстить самой Вселенной и наконец-то завершить начатое сотни лет назад дело. Она не хотела умереть, как её родственники. Она хотела жить. И желательно вечно.

Эмма оставила учебу в университете и через год после смерти родителей перебралась в Темпус, чтобы править лабораторией, о которой никто другой не догадывался. С подправленными документами она поступила в старший класс. Миссис Труф знала, что до нее школой заправляла династия Тикет, но с Эммой знакома не была. Она с радостью приняла осиротевшую ученицу, хотя чувствовала какой-то подвох. Ее интересовало, кто же теперь является опекуном Эммы, но та смогла ее убедить в существовании таинственного дальнего родственника.

Таким образом Эмма Тикет оказалась ученицей Темпуса и посвятила всю себя поискам часов. Она каждую секунду думала о счастье, которое ее ждет, и не догадывалась о зле, которое придет вместе с ним. Эмма не знала, что, выпив зелье, полностью лишится разума, бесповоротно сойдет с ума, что она либо захочет убить себя, либо всех вокруг.

Но об этом знал Томас. Его семья принадлежала к противоположному движению, к тем, кто стремился отыскать часы ради их уничтожения, потому что они верили в темную силу песка, намешанного из ядов и праха человека. Когда родители Томаса погибли в аварии и он стал жить со своим дядей, тогда он и узнал об их семейном предназначении, о поисках, которые они ведут веками. Томас каждый вечер после учебы ездил в Темпус и исследовал территорию школы. Однажды он проявил неосторожность и попался на глаза Эмме, которая, вытянув из него всю правду благодаря специальной сыворотке, решила превратить Томаса в своего раба. Ее не волновало то, что его будут искать, ей лишь хотелось делать больно и унижать. После того, как Эмма поняла, что все ее уколы не подействовали должным образом и что Томас не лишился разума, как было написано в одной из книг, написанных еще прабабушкой, она ловко избавилась от него, отправив обратно во внешний мир, но на этот раз отобрав у него воспоминания о лаборатории. Но часы Томас помнил. Когда он вернулся домой и восстановился после месяца потрясений, дядя времени решил не терять и отправил племянника учиться в Темпус, чтобы тот был ближе к часам. Всё это время, до того, как он ушел из школы, Томас вёл поиски, как и «Загадка», и Эмма. О том, что он провел время в лаборатории Эммы, которая тоже ищет часы, Томас узнал из разговоров «Загадки», но решил не рассказывать им об этом, чтобы не создавать лишних проблем. Когда его последний родственник внезапно серьёзно заболел (вероятно, проклятие не щадило ни добрых, ни злых), Томас решил вернуться домой, оставив записку и все надежды на Еву и её друзей. Он доверял им и знал, что они не допустят того, чтобы Эмма добилась желаемого.

Только вот Эмма почти что добилась успеха. Останавливал ее лишь последний пункт. Она напрочь забыла о крови. Совершенно вылетело из головы. Однако Тикет быстро сообразила, что делать. Она знала, где ей достать оставшийся ингредиент.

Когда она подошла к обратной стене шкафа, то услышала голоса по ту сторону. Она улыбнулась. Вся компания была в сборе.

— Мы сейчас действительно уйдем? Вот просто встанем и пойдем спать? — Роби ходил по кабинету, не желая мириться с реальностью.

— Вряд ли я теперь засну, — сказала Луиза.

— Это точно, — согласился Алекс и тяжело вздохнул.

— Не могу поверить в то, что у нас не получилось, — Роза готова была расплакаться от обиды.

— Столько времени, и всё зря! — снова взвыл Роби.

Ева же молчала.

Вдруг стенка шкафа знакомо щелкнула и плавно отодвинулась. Через мгновение перед компанией стояла сияющая и улыбающаяся Эмма Тикет.

— Прошу прощения, что не впускала вас. Ситуация немного изменилась. Ева, — Эмма кивнула девушке и вновь как можно добрее улыбнулась. — Пойдем-ка со мной.

Ева встала со стула, но к Эмме не приблизилась.

— Мы пойдём все, — твёрдо сказал Алекс.

— Нет, мне нужен только один. И это Ева. А вы идите в дом, если хотите остаться невредимыми.

— Позволь узнать, для каких целей я тебе нужна?

— Будешь моей вишенкой на торте.

Эмма так же быстро, как недавно схватила часы, теперь схватила руку Евы и потянута за собой. Она нажала на кнопку, и стенка стремительно начала задвигаться, однако Алекс успел проскочить следом. Остальные же остались в кабинете истории с ужасом на лицах.

— А ты чего, как верный пес, поплелся? — Эмма фыркнула, но выгонять Алекса из лаборатории не стала.

— Я не оставлю свою девушку с сумасшедшей.

— Как мило, честное слово. Могу вас, значит, похоронить вместе?

— Собираешься нас убить? — Ева усмехнулась. Она знала, просто знала, что любой план Эммы провалится. Интуиция ее никогда не подводила.

— Посмотрим на ваше поведение.

Когда Ева и Алекс увидели в кабинете банку с черной жидкостью, увидели разбитые часы, за которыми они так долго гонялись, увидели ремни и трубочки, книги и бумаги, то они быстро всё поняли. Эмма почти приготовила напиток. Ей оставалось только одно.

Ева и Алекс переглянулись. Они начали это дело. Они его и закончат.

Эмма толкнула Еву на стул и привязала ремнями.

— Не рыпаться, иначе ты труп.

— Что ты собираешься делать? — Ева не испытывала страха, лишь любопытство.

— Заткнись.

Эмма подошла к столу, взяла один из приготовленных шприцов, наполнила его чем-то загадочным и неизвестным и повернулась к Алексу. Тот сразу же попятился.

— Я говорила, что мне нужна только Ева.

Алекс попытался увернуться, но Эмма отличалась силой и ловкостью, она запросто схватила парня и под вскрик Евы сделала ему укол в висок. Алекс упал на пол. Теперь правила не останавливали Еву, и она завертелась на стуле в попытках освободиться, но Эмма дала ей звонкую пощечину.

— Сидеть. Это будет быстро. И почти без боли.

Ева никогда не сдавала кровь как донор, но поняла, что прямо сейчас происходит нечто похожее. Только вот кровь ее должна была послужить далеко не гуманным целям.

Пока кровь бежала по специальной трубке, Эмма насмешливо гладила Еву по волосам, представляя ее своим питомцем, а сама Ева сидела молча с закрытыми глазами и представляла, как душит Эмму.

Когда Тикет перелила кровь в банку ко всей смеси, она не смогла сдержать смех. В ее руках плескалось настоящее чудо.

— Так, осталось перемешать. Мама, папа, — Эмма подняла голову к лампам на потолке, — у меня получилось. Вы должны гордиться мною.

Мешала она тщательно, но осторожно, чтобы случайно не расплескать драгоценные капли. Она полностью сосредоточилась на своем зелье и не заметила, как Алекс открыл глаза.

Ева встретилась с ним взглядом. Она молча перевела взгляд на банку в руках Эммы, потом снова посмотрела на Алекса. Она хотела телепатически передать ему что-то, но Алекс уже сам решил, как ему поступить. Он пополз, словно ядовитая змея, по полу, и, когда Эмма поднесла банку к губам, чтобы сделать первый знаменательный глоток, Алекс собрал все свои оставшиеся силы и толкнул Эмму, которая тут же споткнулась о подножку Евы, по-прежнему привязанной к стулу, и упала прямо на пол.

Банка вылетела из рук Тикет и ударилась о плитку. Чёрная жидкость растеклась во все стороны.

— НЕТ! — Эмма закричала так, что ее могли услышать в самом Лондоне. Она подползла к разбитой банке, схватилась за стекло, потом отбросила его в сторону и наклонилась к чёрной луже. Она думала лишь мгновение, потом принялась лизать пол, а по щекам ее текли слезы.

Алекс тем временем освободил Еву. Они вместе оттащили Эмму от разлитого зелья и усадили на стул, где только что сидела Ева. Они привязали ее теми же ремнями.

— Вытри пол, нужно избавиться от этого, — Ева кивнула на лужу, и Алекс стянул с себя кофту.

Пока он прибирался, не пропуская ни одного чёрного пятнышка, Ева лучше закрепляла ремни на Эмме. Она посмотрела Тикет в глаза и сказала:

— Ты проиграла.

— Ты тоже. Твой парень сегодня же умрет.

— Не раньше тебя так точно.

Ева помнила, откуда Эмма набирала шприц для Алекса. Теперь она проделала тоже самое и поднесла шприц к лицу Тикет.

— Ева, не надо, — Алекс схватил ее за руку. — Пошли отсюда. Всё кончено.

— Оставим ее вот так сидеть?

— Теперь она не представляет никакой угрозы.

— А как же ты? Он же сказала, что… Нужно ехать в больницу!

— Сейчас нам нужно быстро выйти отсюда, я не хочу снова испытать в коридоре ту мучительную головную боль. Когда выйдем, сможем решить, что делать.

— Что ты ему вколола, тварь? — вдруг Ева с силой толкнула Эмму, и та не удержалась на стуле. Она упала на пол, ударившись затылком.

Карие злые глаза неожиданно закрылись.

— Ева! Ты ее убила? — тут же спохватился Алекс и подбежал к Тикет. Он наклонился к ней, чтобы послушать ее дыхание.

— Теперь точно уходим, — Ева не выглядела испуганной, она смело потянула Алекса за собой, и тот поддался.

Они вышли в коридор. До выхода из лаборатории оставалось около десяти метров. Однако приступ случился сразу же. Алекса передернуло, словно по нему пустили заряд электричества, и он упал на колени. Ева сразу же подхватила его и повела, шепча на ухо успокаивающие слова. Всего минута — и они навсегда выйдут из этого чудовищного места.

Когда они наконец вернулись в кабинет истории, то встретили там друзей с теми же неуверенными лицами. Алекс хотел сказать, что всё теперь позади и волноваться больше не стоит, но его глаза закрылись, и он отключился прямо в объятиях своей девушки.

Ева с каменным лицом посмотрела на Розу, Луизу и Роби и сказала:

— Звоните в скорую. Иначе в Темпусе окажется два мертвых тела.

Правый глаз еле-еле приоткрылся, и, посмотрев секунду на белую стену впереди, закрылся. Тоже самое сделал и второй глаз, только смог продержаться открытым около трёх секунд. Это помогло Алексу понять, что он в больнице. Как он здесь оказался, вспомнить не получалось. В его голове мутными пятнами расползались воспоминания о лаборатории, о крови, о разбитой банке, об Эмме, привязанной к стулу, а потом неожиданно оказавшейся на полу без сознания.

Алекс повернул голову и увидел Еву. Она сидела на стуле возле кровати и сжимала его руку.

— Привет, — она улыбнулась.

— Привет, — ответил Алекс.

— Мир спасен?

— Мир спасен.

— Ты же знаешь, что я тебя люблю?

— Я тоже тебя люблю.

***

В первом корпусе поднялась настоящая суматоха, еще больше той, когда Ника увезли в больницу. Пришла даже миссис Труф, чтобы выяснить, что же происходит, почему столько учеников попадает в больницу по непонятным причинам. Ей срочно нужно было решать проблему, ведь если информация разнесется по всей округе, то школу могут даже закрыть. Когда она выяснила посещаемость Алекса и Евы, то у нее чуть не случился удар. Она так много не знала о собственных учениках! Однако жаловаться родителям подростков ей не хотелось, она старалась поддерживать превосходную репутацию пансиона, ведь она управляла идеальной школой, а не сумасшедшим домом.

Только вот не все были готовы закрыть глаза на случившееся. Родители Ника заявили, что заберут его из Темпуса, потому что, по их мнению, здесь распространяли страшные наркотики, которыми накачали их сына, для которого всё обернулось частичной потерей памяти. Как бы миссис Труф не уговаривала родителей Ника передумать, они стояли на своем. И теперь директриса думала, как ей успокаивать друзей парня, когда те узнают, что больше не увидят своего одноклассника.

Когда Труф пригрозилась следить за учениками строже, а затем ушла, оставив первый корпус на воспитание мистеру Фоку, жители дома хранили молчание лишь минуту, а затем поспешили в гостиную, где собирались репетировать свои номера для концерта. Ведь на следующий день, в самый неподходящий момент, в школе должен был состояться день открытых дверей, к которому все так долго готовились. Роби, Луиза и Роза хотели улизнуть и отправиться в больницу, но разъяренный Фок запретил им покидать дом в этот вечер, поэтому они остались ждать Еву с новостями об Алексе.

***

— Пока все завтра будут на концерте, мы сможем сходить в лабораторию и проверить, как там Эмма. Жива ли она… — по коже Евы пробежал холодок.

— Если меня выпишут. Пообещай, что одна не пойдешь.

— Обещаю. Я не хочу увидеть тело в одиночестве.

— Если она умерла, то что мы будем делать?

— Подумаем об этом уже на месте. Я же не звучу слишком жестоко?

— Нет, ты звучишь так, что я хочу тебя поцеловать.

— Упс, кажется, психи здесь мы, — хихикнула Ева и села на кровать. Она чуть отодвинула капельницу и наклонилась к Алексу, чтобы получить сладкий поцелуй.

Один поцелуй перешел в следующий. И больничная палата погрузилась в нежности.

— Неужели весь этот кошмар с часами, бессмертием, подчинением воли и жестокостью закончился? — Ева положила голову на грудь Алекса. Она знала, что через минуту придет медсестра и попросит её оставить Алекса отдыхать, поэтому старалась насладиться каждым мгновением рядом с парнем.

— Помнишь, как мы когда-то решили, что сами разберемся, почему Эммы нет в кабинете истории? — поинтересовался Алекс и улыбнулся.

— Конечно. Мы прошли целый круг. Мы были в начале пути, и мы его закончили.

— Хоть и с некоторыми потерями.

Ева снова хихикнула.

— И пусть завтра день открытых дверей, концерт и дискотека, пусть никто не узнает о том, что произошло, пусть это так и останется загадкой для всех, что с нами не так, пусть мы будем сумасшедшими, но я готов сказать, что мне это нравится. Я не жалею ни о чем.

— Я тоже.

В палату зашла медсестра с упаковкой таблеток.

— Всё, время душевных посиделок вышло. Пора на выход.

Ева поднялась и на прощание улыбнулась Алексу.

Но еще до того, как Ева ушла, медсестра прищурилась и спросила у Алекса:

— Что же такое с тобой произошло, что ты оказался здесь?

Алекс глянул на Еву.

— Да так. Искоренил вместе с ней одно крайне опасное зло.

Медсестра усмехнулась и протянула Алексу таблетку.

— Юношеский максимализм, что поделать.

И все трое рассмеялись.

Мой первый роман, вдохновленный главным сериалом моего детства, родился благодаря ему. Когда закончился «Обитель Анубиса», я знала, что не могу вот так просто отпустить вселенную закрытой школы, родных моему сердцу друзей и их приключения, полные опасности и незабываемых впечатлений. И вот тогда я решила создать собственную вселенную и наполнить ее всеми подвластными моему юному воображению идеями и мечтами.

«Загадки времени» я писала долго, около трёх лет, с большими перерывами, лихо меняя сюжет и регулярно переписывая готовый текст. Когда я открыла для себя Wattpad, то дело пошло намного быстрее и веселее, ведь у меня появились первые читатели, которые меня поддерживали и писали в комментариях популярную в 2015 году фразу «Когда прода?». Это было такое чудесное время, аж до слёз, честное слово.

Но самое интересное началось потом. Бесконечная эпоха переписывания. Я переписывала главу, потом оставляла книгу на месяц или три, потом переписывала ее снова, двигалась дальше, снова откладывала, и так долгие годы. И вот спустя семь лет, в 2022 году, я переписала последнее предложение и поставила последнюю точку. И почувствовала себя такой счастливой!

За это время роман потерпел много сюжетных изменений, катастрофическое количество грамматических и стилистических правок, многие предложения остались по смыслу теми же, но теперь они выражены совершенно иными словами. Получилась словно новая работа, написанная с чистого листа.

Однако кое-что осталось прежним. Осталась лёгкость, скорость, краткость. Этот роман больше других моих работ похож на сценарий, здесь всё строится на действиях и диалогах, ведь именно такие литературные тексты всегда привлекали меня больше всего.

Роман на этих страницах бессовестно наивен и нереалистичен, его художественный мир пестрит потерей логики и большими дозами «это же книга, а не жизнь», но я ценю его таким, какой он есть, ведь нас связывают прочные узы ностальгии, приятные воспоминания о моем детстве и моих первых шагах в крупной прозе. Пусть он живёт как символ беззаботной поры и надежд на безоблачное будущее!

Если вы прочитали книгу целиком и сейчас читаете эту последнюю главу, то я посылаю вам огромную коробку объятий и благодарностей за то, что разделили со мной частичку добра, воплощенную в «Загадках времени».