— Марина Михайловна, Вы помните, что мы сегодня после работы идем в театр?

Рабочий день начался. Марина любила свою работу, любила девочек, хоть и старалась держаться немного отстраненно, все-таки начальник, поэтому была не против, когда ее называли по имени отчеству, хотя сама совсем недавно, кажется, закончила институт. Любила Марина и свой кабинет, и вид из окна, особенно летом, когда зелено, когда в сквере уличные музыканты радовали округу своей игрой. Сейчас зимой сквер стоял, засыпанный снегом, даже наступившая оттепель не смогла справиться с толстым белым покрывалом. К концу января синоптики грозили ураганным ветром, сильными морозами и обильными снегопадами. Марина как истинная жительница России всегда предпочитала морозные снежные зимы и всегда радовалась всем проявлениям холодной мощи родной природы.

До театра решили прогуляться пешком. Вечерний город радовал разноцветной новогодней иллюминацией, напоминавшей о не так давно закончившейся праздничной неделе. Дух нового года еще витал над городом, поднимая людям настроение и заставляя их улыбаться. Девушки скорым шагом двигались в сторону храма Мельпомены. Хоть погода была и не слишком холодной для второй половины января, но словно строгая воспитательница детского сада Марина, зная о слабых носах и горлах своих подчиненных, заставила их позакрывать рты и шагать молча. Она с любопытством наблюдала за подпрыгивающей в стадии крайнего нетерпения Машкой и вынуждена была поторапливать ничего не понимающих Ирину с Надей, боясь, что нетерпеливая невеста начнет делиться своей радостью прямо на улице. Тогда уж точно наглотается холодного воздуха и осядет на больничный до самой свадьбы.

Театр встретил рано пришедших почитательниц сиянием огней, нарядной елкой в фойе и еще свободным буфетом.

— Все? Марина Михайловна, я могу сказать?

Хитрюга Машка использовала грамотный тактический ход. Вроде как разрешение спросила, а на самом деле привлекла всеобщее внимание, ведь после подобного вопроса промолчать было невозможно. Ира с Надей, скинув пальто гардеробщице и получив номерки, как по команде с заинтригованными лицами развернулись к девушке и превратились в неподвижные изваяния, готовые выслушать самые неожиданные новости.

— Вперед, — дала отмашку Марина и, глядя как Машка глубоко вдохнула в себя воздух, чтобы оглушить коллег своим сообщением, быстро добавила, — идите займите столик, а я, пока ты будешь радовать девочек, пойду куплю всем что-нибудь выпить.

Марина уверенно двинулась к буфету, издалека пристреливаясь к напиткам, способным дать выход всплеску эмоций у подчиненных после сообщения Маши о замужестве. Выбор логично пал на шампанское, чтобы отпраздновать, и бутерброды с красной рыбой, как альтернативу красной икре, почему-то не наблюдавшейся в продаже. Жаль, Марина и на нее разорилась бы ради такого случая.

Разглядывая витрину буфета, девушка решила сделать небольшой шаг в сторону, чтобы не маячить перед ожидавшей ее буфетчицей и не мешаться, если кто еще захочет что-то купить, зато у нее как раз будет возможность еще подумать о кофе и сладком. Ее место у кассы тут же занял мужчина. Марина в задумчивости повернула в его сторону голову. Ушедший внутрь себя взгляд девушки скользнул по гладковыбритому лицу покупателя и задержался на нем несколько дольше, чем позволяли приличия. Когда до нее дошло, что незнакомец не просто заметил чрезмерное внимание, а ответил таким же пристальным взглядом, Марина быстро отвернулась. Взгляд незнакомца смутил, вызвав внутри нервную дрожь.

Девушку эта неуместная реакция организма удивила, и она постаралась незаметно рассмотреть возмутителя ее внутреннего спокойствия. Мужчина был значительно старше, в районе сорока, но подтянут и по-хорошему мужественен. Он был комфортного для Марины роста, макушкой она доставала ему приблизительно до подбородка. Это позволяло смотреть в глаза, не задирая голову, а лишь приподнимая ресницы. В другое время она, скорее всего, заинтересовалась бы симпатичным незнакомцем, но в данный момент девушка была в театре вместе с подчиненными, а потому ни о каких знакомствах не могло быть и речи.

Марина тряхнула волосами, выкидывая из головы этот случайный эпизод. Пока мужчина оплачивал и забирал свой заказ, она позвонила Наде и попросила ту подойти к буфету, потому что самостоятельно унести намеченные к покупке вкусности было нереально.

— Я не понимаю, для чего мне оформлять отношения с Тимкой. Мы прекрасно живем и так. Надоест, разбежимся, — горячо отстаивала свою свободу Ирина, когда Марина с Надей, тяжело груженые провиантом, подошли к столику.

— Ну вообще-то, отношения оформляют, чтобы создать семью, — с ходу включилась в разговор замужняя Надя.

— У нас с Тимкой и без оформления прекрасная семья. И никакая печать в паспорте на нас не давит.

— Разве может давить печать в паспорте? — задумчиво произнесла готовившаяся замуж Маша.

— Если есть печать, то человек как бы обязан жить со мной. А я не хочу, чтобы со мной жили по обязанности, — не сдавалась противница браков, — и, кстати, если в браке покупается имущество, то при разводе оно делится пополам, не зависимо, кто сколько зарабатывал и скольким вложился.

— Ну да. А родишь, — привела весомый аргумент опытная Надя, имеющая в анамнезе двоих детей, — сядешь без денег с ребенком, а твой ничем тебе не обязанный решит, что вы ему спать мешаете. Соберет монатки, в том числе совместно приобретенные, и свалит. Ты же не хочешь, чтобы он жил с тобой по обязанности. Останавливать не будешь…

— Нет, естественно! Пусть валит.

— Вместе со всем совместно приобретенным имуществом?

— Ты что меня не знаешь? Я его из-под земли достану, если лишнее прихватит.

— А с кем ты ребенка оставишь, пока беглеца ловить будешь? На няньку деньги нужны. Или мама поможет? — продолжала Надя забивать железобетонные доводы с методичностью дизель-молота.

— Уж на своего ребенка я всегда смогу заработать. И вообще, я до тридцати точно не собираюсь рожать. Так что лет пять у меня в запасе есть.

— Ты так уверена, что сможешь в тридцать лет найти того, кто подойдет для семейной жизни? Или планируешь ребенка растить одна без отца?

— Да ничего я не планирую. Там видно будет.

— Так, все, брейк, — прервала Марина спор, грозивший перейти в банальную бабскую ругань, — во-первых, мы в театре и ваш спор немного не по теме, а во-вторых, судя по всему, Машуня уже сообщила вам, что собирается замуж. Маш, — обратилась она к девушке, — а про вторую часть марлезонского балета?

— Не успела, — сникла неуемная Машка, не торопясь озвучить новость.

— Ну-ну. Тогда предлагаю начать с Шампанского. Давайте поздравим невесту, — подняла бокал Марина, качая головой, — Машенька, не слушай никого. Решила выходить замуж, значит, иди. Кому-то это счастье дается один раз и на всю жизнь, кто-то бегает туда с завидной регулярностью.

— Точно-точно, есть трудовые книжки, где уже нет места новые фамилии вписывать, — поддакнула Надя, отпив глоток, — ну ладно замуж по пять раз ходят, фамилии-то зачем каждый раз менять? Ведь после каждого развода возвращают себе свою девичью. А про что нам еще не успели сказать?

— Я увольняюсь, — короткая фраза произвела эффект выстрела крупнокалиберного орудия, — но давайте об этом подумаем завтра, — жалобно улыбнулась Маша, предлагая воспользоваться рецептом Скарлетт О’Хара, и тут же перескочила на другую тему, — мы вот решили, что я тоже возьму фамилию мужа. Девчонки, чур, я не буду своей рукой заполнять свою трудовую. Лучше кто-нибудь из вас.

Надя с Иришкой ошарашено посмотрели на руководительницу. Новость об увольнении Маши ожидаемо пронзила их отравленной стрелой, затмив собой жалкую заметку о каком-то там замужестве. Увидев мягкую успокаивающую улыбку на лице Марины, девушки в меру сил взяли себя в руки и не стали обсуждать неприятности в этот вечер. Машка включила свое обаяние на полную мощность, и разговор за столиком плавно перешел на забавные рабочие моменты. Замужество, связанное с неизбежным скорым увольнением, было коротко отмечено шампанским и временно забыто.

Закончив с пиршеством, девушки выдвинулись в фойе в поисках нужного входа в зал. Рядовым сотрудникам Компания в рамках корпоративного похода в театр закупила места на балконе. Зато Отделу кадров достался первый ряд.

— Слушайте, у нас еще есть время до начала спектакля, — предложила Марина, — пойдемте, посмотрим первый ряд партера. Там все наши Топы должны сидеть.

Мысль хоть ненадолго представить себя способными на первый ряд партера пришлась всем по вкусу, и дружные кадровички двинулись к нужному входу. Однако, женщина в униформе, стоявшая у двери, остановила их с просьбой показать билеты. Услышав, что места дам на балконе, она покачала головой и сообщила, что пока в партер пускают только обладателей соответствующих билетов.

— Не уходите далеко, — заговорщицки успокоила работница обступивших ее девушек, — возможно, после второго или третьего звонка я смогу пропустить вас в зал.

Для Марины такой поворот событий стал досадной неожиданностью, тем более что именно она привела подчиненных к партеру. Прикидывая, как с достоинством выйти из неприятного положения, девушка взяла под локоть Машу и потянула ее в сторону, чтобы не мешаться на проходе. В освободившееся пространство тут же прошел мужчина. Он протянул капельдинеру билет. Слушая ее вежливые разъяснения и напутствия, мужчина на какое-то мгновение оглянулся. Почувствовав заинтересованный взгляд, Марина подняла глаза. Это был симпатичный незнакомец из буфета. Один! Ей стало обидно. Мало того, что она как пятилетняя девчушка с детской непосредственностью пялилась на этого мужика в буфете, так теперь еще выступила в роли нищенки, которую не пускают в место тусовки приличных людей.

Настроение со свистом спикировало ниже плинтуса. Ира с Надей, далекие от трагедии, бушующей в Марининой душе, предложили и в самом деле не торопиться на балкон, а погулять внизу, тем более что до начала спектакля остались какие-то десять минут. Вынужденная демократично подчиниться большинству, Марина предложила девчонкам посмотреть фотографии актеров, а сама села на ближайшую банкетку, уткнувшись в телефон. Маша, остерегаясь оставаться с подругами наедине из-за планируемого увольнения, последовала ее примеру. Правда, в отличии от начальницы не стала терять время на изучение мировых новостей, а занялась более актуальным делом — завязала переписку с женихом.

Когда раздался мелодичный перезвон, означающий первый звонок, капельдинер, встретившись взглядом с Мариной, кивнула и показала глазами, что можно проходить.

— Сегодня партер практически пуст, — объяснила она, — так что сейчас будем официально предлагать всем зрителям пересаживаться ближе. Не очень хорошо, когда перед артистами пустые места. Так что проходите, куда вам удобно, пока народ не повалил.

Дважды повторять не пришлось. Марина, махнув рукой стоявшим недалеко девчонкам, двинулась в зал искать ряд поближе к сцене. Оглядев зал перед сценой, она удивилась, что не видит никого из руководства Компании, которое, как она слышала, должно было восседать в партере. Впрочем, данное обстоятельство ее совершенно не волновало. Пользуясь моментом, девушка хотела сесть не на первые попавшиеся места перед сценой, а сесть именно в центре ряда, чтобы смотреть спектакль прямо перед собой, ведь второй такой случай может и не подвернуться. Задача оказалась не из простых. На первых четырех рядах при относительно свободной середине крайние места уже были заняты. Дергать сидевших, возможно, по своим билетам зрителей не хотелось. Слушая громкие объявления капельдинеров о перемещении всех желающих в партер и сканируя зорким глазом ряды, Марина внутренне удивлялась людям, которые, зная, что можно сесть в любом месте, оставались на крайних местах и мешали другим пройти в середину рядов.

Марина принципиально не рвалась на первые три ряда. На ее взгляд это было слишком близко. Как-то раз она смотрела мюзикл. Молодой человек, пригласивший ее туда, купил билеты на второй ряд, как и любила Марина, в самый центр. Девушка в немом восхищении жила представлением ровно до того момента, как главные герои начали петь красивую и полную трагизма арию. Они так старательно работали своими голосовыми аппаратами, что изо рта певицы вдруг вырвался целый сноп слюней. Эта физиологическая подробность настолько поразила Марину, что ей сразу же разонравилось сидеть так близко в сцене. Конечно, тот спектакль она досидела до конца и громко хлопала. Но в дальнейшем никогда не садилась ближе четвертого — пятого ряда. При ее зрении с такого расстояния она могла спокойно смотреть на актеров и певцов, не боясь, что увидит что-то лишнее.

Четвертый и пятый ряды партера были практически свободны, по крайней мере со стороны, откуда подходили девушки. Поскольку на краю четвертого ряда приземлилась пара глубоко элегантного возраста, то Марина, не раздумывая, повела своих подопечных на пятый ряд. По ходу мелькнула озорная мысль, что если никто не захочет дергать этих старичков и не сядет перед ними в четвертом ряду, то им это только в плюс.

Строя радужные планы по поводу неожиданно свалившегося удобства, Марина не сразу заметила, что рядом со свободным местом, к которому она решительно продвигалась, сидит все тот же незнакомец. И не просто сидит, а внимательно сканирует приближающуюся к нему девушку.

У Марины внезапно похолодело все внутри. Третий раз за вечер так бездарно нарваться на одного и того же мужика — это слишком. Тем более, что его цепкий и высокомерный взгляд буквально замораживал и сворачивал в узел все внутренности, заставляя думать, что это неспроста. Марина трусливо оглянулась в поисках возможности все переиграть. Сзади плотным гуськом двигались девчонки, а за ними прибывающий народ. Лихую мысль удалиться, перепрыгнув через спинки на четвертый или шестой ряд, Марина мужественно откинула. Простая логика, что свой поступок ей придется завтра объяснять подчиненным, сильно отрезвила. А потому она, не глядя на соседа, приземлилась рядом с ним.

Беспокоить двух божьих одуванчиков, заблокировавших с краю четвертый ряд, как и предвидела Марина, никто так и не стал. Ее прогноз о комфортном просмотре сбылся. Хотя ей было уже не до него. Девушка всей кожей чувствовала внимание сидящего рядом мужчины. Оно льстило и нервировало. А главное в присутствии подчиненных было абсолютно бесполезным.

Марина мысленно абстрагировалась от соседа, сосредоточившись на медленно гаснущем свете, на особом, немного пыльном, запахе бархатных сидений, на затихающих звуках успокаивающегося зала. Она любила театр. Причем именно классический. Новомодные сцены, где актеры совершают свое действо прямо среди зрителей, Марина не слишком жаловала. Ей нравилась сцена, обязательно приподнятая над залом, оркестровая яма, из которой лились такие живые звуки. Марина искренне жалела, что в последнее время оркестры заменились на высококачественную аппаратуру. В театре ей хотелось всего натурального. И никакому мужику она не могла позволить испортить себе вечер, тем более что судьба подарила ей такую шикарную возможность сидеть в партере.

***

Для Константина все люди делились на тех, кто имел чуйку, и тех, кто был ее лишен. Главная мечта мужчины, а в свои тридцать семь лет он называл себя мысленно именно так, с завидной регулярностью представала перед его взором в виде эфемерного облачка, которое легко и непринужденно вплывало в его голову, давая возможность его мозгу предчувствовать будущее. Точнее, предчувствовать, что надо сделать. Проще говоря, Константин Игоревич Строев мечтал обладать интуицией. Мечтал с детства, мечтал страстно, мечтал настолько, что организовал у себя дома лабораторию, в которой два приходящих ординатора проводили интересующие его исследования на людях, которых Константин, как хорошая ищейка, выявлял, вербовал и привлекал.

В первую очередь к исследованиям привлекались те, кто по разумению владельца лаборатории, в отличие от него, обладали сильной интуицией. Главной проблемой было добровольное согласие испытуемых, но в вопросах получения согласия Константин был поистине волшебником. Он каким-то непостижимом образом выведывал, что является приоритетом для кандидата — деньги, слава, информация… А затем успешно использовал добытые данные в своих целях. В общем, все были довольны, каждый получал, что ему требовалось.

На Марину Константин поначалу не обратил никакого внимания. Разве что удивился, что столь симпатичная девушка остановила на нем равнодушный взгляд. Константин, будучи вполне привлекательным мужчиной, привык к несколько иным взорам. Обычно в них проскальзывал как минимум интерес. Отсутствие «интереса» в ее глазах стало понятно сразу. Девица вообще не видела его, она в тот момент размышляла о том, что ей прикупить. Отойдя со своим кофе от стойки буфета, Константин чуть позже разглядел, что девушки пришли в театр небольшой, но достаточно шумной компанией.

По-настоящему молодая особа заинтересовала мужчину у входа в зал, когда, стоя к нему спиной, прямо перед ним отошла в сторону, давая ему проход, и вдобавок отвела свою подругу. Вот это было уже серьезней. Девушка не могла ни видеть его, ни слышать. Однако, почувствовала его приближение и освободила проход. Это уже неосознанная интуиция в чистом виде. Проходя мимо незнакомки, Константин вспомнил, что и в буфете она освободила ему место перед буфетчицей. Правда, тогда он не придал этому значения. Все-таки случайных движений в мире гораздо больше, чем интуитивных.

Когда Константин увидел Марину, намеревающуюся сесть рядом с ним, он понял однозначно — это его клиент. Он заметил испуг в глазах девушки и усмехнулся про себя. Интуиция — великая вещь. Цель возникла в голове абсолютно четкой, хотя и витиеватой, формулировкой — во что бы то ни стало заполучить сидящую сейчас с ним «плечом к плечу» к себе в лабораторию для проведения исследования. Не переоценивая свои способности обольстителя, Константин тут же написал начальнику службы безопасности своей компании, чтобы тот выделил ему человечка для сбора информации о заинтересовавшей его девушке.

Глядя на индифферентное выражение лица соседки и ее напряженную фигуру, Константин прекрасно считал посылаемый ему предупредительный сигнал: «Не подходи», а потому не стал пробовать завести беседу до начала спектакля. Но некоторый реверанс в сторону незнакомки он все-таки сделал — галантно освободил подлокотник, на который соседка теперь могла положить руку, не боясь прикоснуться к нему. Тем не менее, в антракте он предпринял попытку наладить контакт, повернулся к девушке и проговорил ничего не значащие фразы относительно спектакля, который ему реально нравился. Воспитание вынудило ее ответить.

— Позвольте угостить Вашу компанию кофе, — немного старомодно попытался Константин закрепить успех и продолжить если не знакомство, то хотя бы беседу. В душе мужчина искренне надеялся, что его инициатива с кофе будет отвергнута, потому что буфетные очереди в антракте находились вне зоны его представлений. — И разрешите представиться, Константин.

— Очень приятно, Константин, — незнакомка, намеренно не назвала в ответ своего имени, — думаю, с кофе не очень хорошая идея. Но спасибо за предложение.

После этого девушка всем корпусом повернулась к подругам, предоставив Константину любоваться ее натянутой как струна спиной. Адресованное ему позой девушки сообщение трактовалось однозначно, а потому мужчина расслабился и предоставил событиям течь своим чередом. Наивная театралка еще не знала, но цепь событий уже была запущена, и их сотрудничество было вопросом времени.

***

— Я бы не советовала тебе ждать замужества до тридцати лет, — услышала Марина настойчивый шепот Нади. Спорщицы захватили в клещи хранившую молчание Машу и, судя по всему, продолжали начатую еще в буфете перепалку. — К тридцати годам ты станешь самодостаточной личностью, которая не захочет подстраиваться под прихоти и придури мужика. Ты и сейчас уже не хочешь подстраиваться под своего Тимку. И ни с кем ты не станешь уживаться. Потом-то тем более. Это я тебе точно говорю.

— Слушай, ты чего мне мозг поласкаешь? Замуж ни за Тимофея, ни за кого другого я сейчас не собираюсь. Что будет потом, время покажет.

— Ты сама хозяин своей судьбы. Просто имей в виду. Официальное оформление — это прежде всего экономическая защита женщины и ее ребенка. Ты не знаешь, когда тебе приспичит родить, а печать в паспорте, действительно заставляет супругов более серьезно относиться друг к другу. И я не про мужа сейчас говорю, а про тебя. Без печати, ты хвостом вильнула и свинтила. А с печатью подумаешь, подумаешь и помиритесь. На этом семья и держится. Сначала печать не дает разойтись, потом дети и общая собственность. А там, глядишь, столько лет прожили, что уже и не представляешь себя без своей второй половинки. Так что подумай.

— Это ты мне сейчас ответственного кадровика включила или объясняешь себе, почему до сих пор своего благоверного не бросила, — ехидно поинтересовалась Ирина.

— Дура ты, — обиженно огрызнулась Надя.

— Слушаюсь и повинуюсь.

— Девочки, — не выдержала Марина, немного пришедшая в себя после общения с соседом, — мы вообще-то в театре. Давайте лучше выберем тему, более близкую к спектаклю.

На самом деле Марина была рада, что развернувшаяся дискуссия не позволила девицам углядеть, что творится с их начальником. Она могла надеяться, что никто из спорщиков не видел нескольких ее пересечений с Константином. Девушка спиной чувствовала его присутствие. Спору нет, мужчина был симпатичен. Темные, коротко остриженные волосы, худощав, высок, спортивен, приятные, хоть и жестковатые, черты лица. Но взгляд! Сканирующий, изучающий, прожигающий насквозь. Он обладал одновременно смертельно парализующим и приятно магнетическим действием. Хотелось убежать и спрятаться, а потом выглянуть и посмотреть опять.

К счастью, Константин правильно понял нежелание Марины общаться и больше не докучал ей. Несмотря на благородство сидящего рядом мужчины, во время второго акта расслабиться девушке так и не удалось. Дождавшись момента, когда аплодисменты после очередного выхода артистов на поклон начали стихать, и стало возможным двинуться из зала, начальник отдела кадров кивнула подчиненным, что пора выбираться.

В раздевалке, как обычно, взявшим бинокли пальто выдавали вне очереди. Точнее, очередь была, но гораздо меньше, чем для тех, кто поленился оплатить дополнительный и в общем-то ненужный аксессуар. Взвалив на себя одежду всех четверых, Марина отыскала глазами девиц, благоразумно занявших скамеечку перед зеркалом, и, чувствуя себя под тяжестью шуб и зимник курток вьючной ослицей, направилась к ним.

— Вы офигительные умнички, — прошипела она, подходя, — могли бы и помочь. Я к вам носильщиком не нанималась.

Девчонки, резко вспомнив, что Марина в другой, нетеатральной, реальности является их руководителем, смутились и быстро разобрали свои куртки. Девушка хотела уже всунуть руку в рукав, как осознала, что ее норковая шубка сказочным образом приподнялась. Уверенная, что ей помогает кто-то из провинившихся паразиток, Марина запахнула шубу и обернулась поблагодарить. К ее неимоверному изумлению сзади стоял все тот же Константин.

— Всего хорошего, прекрасная незнакомка, — с улыбкой произнес он и, махнув на прощание рукой онемевшей девушке, ушел.

Марина настороженно оглянулась на коллег. Девчонки, одеваясь, вертелись перед зеркалом, и похоже, что не заметили и этот инцидент со своей начальницей. Лишние разговоры на работе ей были совершенно ни к чему. Достаточно, что она сама чувствовала себя не только вытряхнутой и опустошенной, но одновременно заинтригованной и разочарованной, что наклевывавшееся знакомство не состоялось. Но несмотря ни на что, внутри полоскалось стойкое и почему-то пугающее ощущение, что с этим мужчиной ей еще придется встретиться. И не один раз.

***

Вызванный Константином сотрудник приехал в театр задолго до окончания спектакля. Непостижимым для бизнесмена образом он просочился в вестибюль театра и терпеливо ожидал в раздевалке своего босса. Показать заинтересовавший его объект Константин решил самым простым и надежным способом — он подал Марине шубу. Дальнейшее уже было делом техники. Профессионал «проводил» девушку до квартиры, стащив по дороге паспорт, к счастью, оказавшийся в сумочке. Получив скан Марининого документа, Константин дал четкое распоряжение в ближайшее время вернуть его хозяйке любым доступным способом и желательно так, чтобы она вообще не поняла, что он исчезал.

К середине следующего дня у мужчины на столе лежало полное досье на прекрасную незнакомку, одаренную достаточно сильной интуицией. Двадцать пять лет, не замужем, живет одна. Особое удовольствие доставила информация о месте работы. Марина трудилась в фирме, с директором которой, своим старым другом, он договорился объединить бизнес. Мужчины решили, что для начала Константин немного поработает в Компании Советником. Увидев в досье Марины название практически «своей» фирмы, бизнесмен обрадовался, что не отказался от предложения заменить в корпоративном походе в театр своего друга, возглавляющего фирму в качестве Генерального директора. Тот не смог, а у Константина, как им думалось, представилась прекрасная возможность посмотреть на весь «Генералитет» в неформальной обстановке. Ведь никто из Топ-менеджеров не знал нового Советника и будущего совладельца в лицо.

Возможность эта растаяла, словно призрачная дымка, потому что Топы и их ближайшие подчиненные, для которых были куплены билеты в партер, узнав об отсутствии Генерального, в массе своей попросту проигнорировали мероприятие. Вокруг Константина были сплошь пустые места. Зато судьба преподнесла ему знаковый подарок в виде девушки, претендующей на звание сильного интуита.

***

Рабочий день в понедельник у Марины начался с поисков паспорта. Обычно сей важный документ хранился в сумочке. По давно отработанной привычке девушка на автомате перекладывала кошелек, ключи и паспорт в ту сумку, с которой выходила из дома. Расчески, заколки, носовые платочки, влажные салфетки, зеркальца, ручки и даже миниблокнотики лежали в каждой сумке свои. Марина специально так сделала, чтобы не перекладывать весь скарб. Лишь портмоне с карточками и деньгами, паспорт и ключи от квартиры существовали в единственных экземплярах, их приходилось постоянно дергать из сумки в сумку. Теоретически и ключи можно было размножить, Марина уже не раз задумывалась об этом, но все как-то руки не доходили. Паспорт же являлся документом, который из-за периодических поездок по делам требовался для подтверждения личности.

Отсутствие бордовой книжечки сильно напрягло девушку. Потеря паспорта означала, что придется тратить некоторое время на восстановление документа, начиная с написания заявления о пропаже. Кто знает, как захотят использовать паспорт те, в чьи руки он попал.

Последний раз Марина пользовалась им в пятницу, когда они всем отделом ходили в театр. Мысли от театра тут же скаканули к Константину. Мужчина с именем, переводящимся с латинского как постоянный, стойкий, здорово выбил девушку из колеи. Не только в остаток пятницы, но еще и в субботу она чувствовала на себе фантом его взгляда. Кто знает, возможно, он не просто так крутился вокруг нее? Не паспорт ли был его реальной целью? Он и сидел рядом, и шубу надеть помог. Неужели жулик? Марина мужественно отогнала подобные мысли. Уж больно мужчина с таким взглядом не походил на воришку, промышляющего кражей паспортов. Гораздо реальнее, что пропажа паспорта — результат ее невнимательности в общественном транспорте. Когда они с девчонками возвращались из театра, то так увлеклись болтовнёй, что не замечали ничего вокруг.

Внутреннее чутье подсказывало, что реального повода волноваться пока не было. Оставался пусть небольшой, но шанс, что паспорт по причине «сбоя программы» оказался не на своем обычном месте. Марина могла для чего-то его выложить и забыть. В любом случае она решила поискать документ дома после работы.

— Марина Михайловна, — оторвала ее от раздумий Надя, — мне сейчас из школы позвонили. У старшей температура, надо срочно ехать забрать ее домой. А у меня прием, — Надя показала на бледную молодую девицу, сидящую за столиком для оформляющихся на работу, — и девчонки все заняты…

— Дети — это святое, — вздохнула Марина, — конечно, езжай. Я сама разберусь с приемом. Ты вернешься или возьмешь больничный?

— Посмотрю, как котенок себя чувствует. Она достаточно взрослая и может вполне побыть дома одна до вечера. А завтра что-нибудь придумаем. Я позвоню.

— Хорошо, Надюш. Ты помнишь, что в два часа у нас общее собрание? Если решишь не брать больничный, то лучше успеть к его началу. Сама знаешь, там каждый присутствующий на учете.

Торопящаяся мамаша передала начальнице документы новенькой девушки, объяснила, какие данные уже ввела в программу, и убежала. Марина мысленно погрузилась в плотно утрамбовавшиеся пласты своей памяти. Она уже около года не занималась простой кадровой работой, и ей требовалось некоторое время вспомнить, что и как делать. Иру с Машей теребить не хотелось. Они и так в последнее время смотрели на нее как на чужеродный их кадровым делам элемент, поскольку Марина была погружена в отчетность, автоматизацию и разборки с подразделениями.

Навыки чистого кадровика, занимающегося приемами, переводами, увольнениями и отпусками, у нее неумолимо проседали, грозя в ближайшей перспективе сойти совсем на нет. Когда наступала запарка с делами, Марина всегда предлагала девочкам свою помощь, но с недавнего времени они старались не допускать своего начальника к работе в программе. Доверяли помогать им в совсем простых делах — копировать, ставить печать, на худой конец что-нибудь согласовывать в программе. С одной стороны, Марина обижалась на подобные сомнения в ее навыках, а с другой, прекрасно понимала, что скорость ее работы, как ни крути, далеко уже не та, что требуется при аврале.

Между тем новенькая, заполнив все выданные Надей бланки, нервно посматривала на Марину.

— Вы не подскажете, где здесь туалет, — неожиданно спросила она.

Марина обрадовалась передышке, используя ее для ознакомления со всеми заполненными бланками и приведения своих полузабытых знаний в рабочее состояние. Когда кандидатка вернулась, руководитель отдела выложила перед ней приказ и трудовой договор.

Если вначале Марину слегка поразила бледность новенькой, то, когда та вернулась из туалета, у руководителя отдела создалось впечатление, что кандидат густо подретушировала лицо зеленым цветом. Сомнения отпали — опытный кадровик полистала паспорт до страницы с семейным положением. Регистрация брака произошла около двух месяцев назад.

— Вы случаем не беременны? — аккуратно спросила Марина девушку.

— Вы не имеете права задавать мне подобный вопрос, — тихо, но достаточно резко отбрила ее новенькая.

— Знание законов делает Вам честь. Я не собираюсь чинить препятствий в устройстве на работу. Прошу меня извинить. Это было праздное любопытство.

Девушка недоверчиво покосилась на извиняющегося начальника Отдела кадров. А Марина, прекрасно понимая, что угадала с беременностью, мстительно потирала руки. Не часто выпадает такой шанс отомстить, а тем более одной весьма скандальной особе, по недоразумению оказавшейся начальником одного из отделов. Мадам Зазнайка плевала на законодательство и каждого неугодного пыталась выпереть из Компании по своему усмотрению. Марина не раз и не два попадала в нехорошую ситуацию, по распоряжению руководства заглаживая и нейтрализуя огрехи вздорной бабы, бывшей на хорошем счету у Генерального директора. И вот теперь к ней принималась беременная, которая, похоже, готова была постоять за свои права. Марина ощущала этот дар небес как возмездие вредной коллеге. Уж от беременной избавиться будет невозможно.

Надя приехала через три часа, сообщив, что с дочкой относительно все в порядке, и ее мама согласилась поприезжать к ним домой, чтобы посидеть с внучкой. В свете скорого увольнения Маши сообщение зашло на ура. Все-таки, пока отдел трудился в полном составе, Марина рассчитывала разобрать некоторые архивные дела. Понятно же было, что когда примется новый работник, то будет не до того — все силы пойдут на скорейшую адаптацию Машкиной замены.

Собрание всего департамента радовало работников раз в квартал. В этот раз оно прошло в обычном ключе. Марина с интересом слушала, что происходит в других отделах, сама поведала коллегам о последних событиях у кадровиков. Ее девчонки, забившись в уголок за спинами коллег из других отделов, мирно дремали. Для Марины оставалось неразрешимой загадкой, почему им не интересно знать, что происходит вокруг. Впрочем, она давно уже бросила попытки заинтересовать подчиненных. Просто приняла как данность — ее назначили начальником отдела именно потому, что ей было дело до всего вокруг, и хотелось изменить мир к лучшему.

После окончания двухчасового сборища из зала вышли вместе. Надя, Ира и Маша сгруппировались около Марины, единственной обладательницы ключей от их кабинета.

— Марина Михайловна, — услышала девушка голос директора департамента, — пойдемте ко мне. Есть пара вопросов.

Начальник отдела кадров отдала ключ Маше и отправилась вслед за руководителем. На душе было спокойно, ни страха, ни волнения она не испытывала. Сие означало одно — вопросы просты, она их быстренько разрешит. Действительно, минут через десять, Марина припустила обратно к себе в кабинет.

Еще будучи в кабинете у своего начальника, Марина почувствовала беспокойство, которое не было связано с обсуждаемыми вопросами и поначалу казалось совершенно беспричинным, но уже в коридоре на подходе к Отделу кадров Марина услышала громкий властный мужской голос. Он странным образом подействовал на нее, усиливая волнение и вызывая смутные воспоминания и внутреннюю дрожь. Девушка прислушалась к доносившимся словам:

— Что у Вас тут за бардак? Мало того что я минут сорок проторчал под дверью, так теперь мне еще отказывают в оформлении? Слова Генерального директора для Отдела кадров ничего не значат?

В Отделе кадров шел бой. Тихие робкие голоса девочек пытались что-то возразить бушевавшему монстру, но он не слушал и настойчиво отправлял их к Генеральному, чтобы убедиться, что тот дал такое распоряжение. Марина точно знала, что Генеральный не мог дать подобные указания. Согласование приема новых работников было полностью автоматизировано и строго регламентировано. Даже когда принимались «свои» люди, согласованием их приема занималась она лично, чтобы максимально сократить время, а если требовалось, то и количество согласующих. К тому же начальник отдела кадров пару минут назал ушла от директора департамента, и он явно ничего не знал о планируемом «левом» приеме. На практике Генеральный первым делом именно ее руководителю сообщил бы о необходимости организовать срочный прием важной персоны.

Вобрав в себя воздух и старательно досчитав до трех, Марина решительно открыла дверь. Картина, представшая ее взору, была сродни кошмару. Посреди кабинета, широко расставив ноги, стоял разъяренный Константин. Вокруг него разметались бледные и растерянные Надя, Маша и Иринка.

— Что случилось? — Марина постаралась не показать свое смятение, заставив голос звучать более уверенно, — я могу Вам помочь?

Мужчина обернулся на звук голоса новой жертвы и замер. Он узнал свою театральную соседку, и ее появление застало его врасплох. От начальника отдела кадров не укрылось, что Константин попытался взять себя в руки и как-то выправить ситуацию. Его лицо сначала окаменело от неожиданности, потом смягчилось и почти успокоилось. Марина его старания оценила и решила дать ему время.

— Вы, вероятно, согласовали с Генеральным директором прием на работу, — почти ласково начала она, — но, к сожалению, у нас пока нет данных, на каких условиях необходимо оформить Вам договор. Поэтому мы можем сейчас принять у Вас документы, а договор оформим, когда к нам придет информация.

— Вы не хотите представиться? — строгим, еще не отошедшим от скандала голосом, задал вполне логичный вопрос посетитель.

— Мелова Марина Михайловна, начальник отдела кадров.

— Так вот, Марина Михайловна, а не проще ли дойти до первого руководителя Компании? — более мягким голосом, но прожигая собеседницу взглядом, произнес Константин, — все-таки, это его решение о моем трудоустройстве.

— Дело в том, что Генеральный директор не вмешивается во внутреннюю кухню. Если он принял решение заключить с Вами договор, то документ будет оформлен после прохождения всех необходимых согласований. Вы не волнуйтесь, пожалуйста. Дата заключения договора будет та, которую укажет нам Генеральный директор.

Как только пугавший девчонок монстр угомонился, превратившись в обыкновенного мужчину, кадровики тихо разошлись по своим местам и уже оттуда прислушивались к разговору, удивляясь, как их начальнику так запросто удалось утихомирить огнедышащего дракона. Марина же, усадив Константина за столик для посетителей и чувствуя спиной все тот же парализующий взгляд, на ватных ногах отправилась сканировать документы.

Дождавшись, наконец, когда нежданный гость покинул их кабинет, девчонки с гомоном, не уступающим сорочьей стае, бросились со своих мест к руководителю. Бедные галчата после пережитого ужаса торопились выплеснуть на нее все эмоции, которые возбудил в них посетитель. Слушая подчиненных и постепенно успокаиваясь, Марина с удовлетворением выяснила главное — ни одна из девчонок не узнала в грубияне красавца из театра. Похоже, они если и видели мужчину там, то вскользь, и он не оставил у них такого мучительного впечатления, как у нее.

— Интересно, — воскликнула Иринка среди общего возмущения, — а как он вообще смог в одиночку без сопровождения бродить по Компании?

Вопрос повис в воздухе, потому что каждого посетителя, не имеющего постоянного пропуска, всегда конвоировал пригласивший его работник. Если Строева Константина пригласил Генеральный директор, то и сопровождать его должна была секретарь Генерального. На худой конец она должна была позвать кого-нибудь из их департамента, ну хотя бы позвонить на мобильный и предупредить.

Марина тут же набрала Леночку, секретаря Генерального, и выслушала от нее невероятно душещипательную историю о том, что пока та готовила на кухоньке кофе для шефа и его гостя, этот самый гость исчез. И бедная Леночка выглядела очень глупо, принеся шефу две чашки кофе. А главное, она теперь не знает, где гость, потому что охрана сообщила, что из здания он еще не выходил.

Следующий звонок Марина сделала своему руководителю. Она коротко, без излишних красок доложила о сегодняшнем происшествии, таким образом поручив ему самому выяснять у Генерального, кого и на какие условия им предстоит оформить.

***

При чтении справки о Марине отсутствие информации о ее должности Константина не смутило. Положение незнакомки в Компании было ему без надобности, а потому он не стал дополнительно уточнять эту деталь, а лишь в который раз довольно прикинул, что, если все так само собой выстилается, значит, Марина точно его клиент. Им предстоит долгая и плодотворная работа. Осталось сущая мелочь — убедить в этом ее.

Торопливость, как верно говорят, хороша исключительно при ловле блох. И правомерность данной народной мудрости Константину пришлось испытать на себе. Торопясь официально познакомиться с предполагаемой интуиткой, он не учел внутренние правила Компании.

После утренней беседы с Генеральным, когда они предметно обговорили все нюансы работы, мужчина поспешил в Отдел кадров. Но сначала бесконечное ожидание в коридоре около закрытой двери, затем отказ не узнавших его девиц в оформлении вывели бизнесмена из себя. Привыкнув к беспрекословному подчинению, Константин пришел в ярость, когда понял, что понапрасну потерял почти час. У него и так горел слишком плотный график, и такое бездарное разбрасывание своим временем грозило цейтнотом.

Именно в тот момент и появилась Марина. Константин многое отдал бы, чтоб узнать о должности девушки заранее. Мысленно он нехорошим словом помянул безопасников, которые то ли поленились, то ли позабыли указать в справке должность, из-за чего он и попал в столь нелепое положение. К чести девушки, она весьма профессионально, спокойно и изящно разрулила ситуацию, практически не выказав испуга, хотя мужчина знал, насколько сильно его взгляд воздействует на людей. Ситуацию-то Марина на своем уровне разрулила, да только Константину необходимо было наладить с ней доверительные и дружеские отношения, а первая официальная встреча никак этому не поспособствовала.

Договор, заключаемый с господином Строевым, оказался гражданско-правового характера. В простонародье ГПХ. Марину порадовало, что смущающий ее тип не будет на ежедневной основе донимать своим присутствием. Судя по тому, что ей поведал директор департамента, для нового советника Генерального директора не планировалось не то что отдельного кабинета, но и обычного рабочего места. С другой стороны, обломилась возможность заглянуть в трудовую книжку или, на худой конец, в анкету, чтобы узнать хоть какие-то подробности о об этой личности. Обычного ГПХашку Марина еще могла бы ради интереса заставить заполнить анкету. Но проделать подобный финт со строптивым Советником Генерального… А так хотелось узнать о нем побольше. Женат? Есть ли дети? Паспорт в разделе «Семейное положение» был девственно чист, но это ничего не значило. Обидно было, что о сфере деятельности Строева начальник отдела кадров не смогла найти никакой информации. Его обязанности по договору Марине пришлось придумывать самой. Никто из руководства ни намеком не планировал ей помочь. Единственным выставленным сверху условием, было то, что все должно быть в рамках закона. Ну это девушка и без указующих знала.

Марина, как трезво мыслящая особа, не обманывалась. Конечно, Константин сильно заинтересовал ее. В первую встречу в театре он предстал этаким загадочным принцем. Вежливым, обаятельным и лишающим покоя. Во вторую — высокомерным самодуром, презирающим тупых и неповоротливых кадровичек. Но внутреннее чутье, редко подводившее девушку, подсказывало, что им предстоит близкое общение. Мысли о Константине будоражили девушку. Все-таки, в руки себя он взял не из-за ее профессионализма, там было нечто личное и вдохновляющее.

Договор на Строева был согласован, оформлен и подписан, а потому в душе начальника отдела кадров поселилась некоторая нервозность теперь из-за того, что ей осталось всего лишь созвониться с новым сотрудником и пригласить его для подписания документа. Этот последний шаг Марина трусливо оттягивала вот уже целый час. Тут же нашлась тысяча неотложных и еще более важных дел, которые ну никак не могли подождать.

Наиболее значительным оказалось изучение обстановки за окном. И оно действительно не требовало отлагательства. Нечастое зимнее солнце вовсю сияло над свежевыпавшим накануне снегом. Январский морозец, который в последние дни все больше и больше входил в силу, подкрашивал в симпатичный красный цвет щеки и носы пешеходов. Он придавал их движениям некоторое ускорение, заставляя людей пробегать за пару минут то расстояние, которое они летом вальяжно покрывали минут за десять.

Марина усилием воли заставила себя оторваться от созерцания прекрасного и решительно набрала новому Советнику. Трубку ее личное страшилище взял практически сразу. Достаточно нейтральным вежливым тоном «мужчины из театра» он поблагодарил за информацию и пообещал в ближайшее время заехать. Растерявшись, кадровик не осилила конкретизировать, что крылось за расплывчатой фразой «ближайшее время». Из-за своей нерасторопности девушка расстроилась, потому как теперь ей предстояло пребывать в постоянном ожидании, что в переводе означало — в постоянном напряге. А главное, у нее отобрали возможность в нужное время слинять и малодушно предоставить подчиненным самим трепыхаться с Советником Генерального директора. На самом деле, начальник отдела кадров понимала, что не смогла бы бросить девочек наедине с монстром, каким Строев выглядел в их глазах.

Константин нарисовался в пятницу в конце дня. Он зашел в кабинет высокий, плечистый, в пальто нараспашку и с обаятельной улыбкой на породистом лице. Утонувшая в компьютере Марина сначала ощутила вокруг себя вдруг возникшую тишину. Еще не видя посетителя, она уже абсолютно точно знала, кем эта тишина вызвана.

— Всем добрый день, — мужчина, убедившись, что четыре пары глаз устремлены на него, жестом фокусника вытащил из пакета четыре коробки конфет и прошелся от стола к столу, раздавая их кадровичкам, — предлагаю забыть маленькое недоразумение, произошедшее пару дней назад.

Иришка, Надя и даже никого вокруг, кроме жениха, не замечающая Машка во все глаза уставились на преображенного монстра и принялись благодарить, подключая добрую порцию милого кокетства.

Марина в очереди на получение презентов вполне логичным образом оказалась последней. Константин, изобразив покаянный взгляд, чем привел девушку в совершенно размягченное состояние, протянул ей конфеты и приземлился на стул для посетителей возле ее стола.

— Я весь к Вашим услугам, — бархатный голос обольстителя завершил воздействие, начатое глазами.

Марина, чувствовала, что новый Советник выработал для себя совершенно четкую технику поведения и что-то от нее хочет. А поскольку единственным путем, освоенным всеми мужчинами, был легкий флирт, то именно его он сейчас и применял.

Мужественно сражаясь с размякшим нутром, Марина избегала смотреть на посетителя. Ей казалось, что этот мужчина влегкую прочитает по ее глазам, что она чувствует. Искушение поручить элементарнейшую процедуру Иришке, которая с открытым ртом наблюдала за изменившимся до неузнаваемости красавцем, было настолько велико, что начальник отдела кадров несколько раз посмотрела в ее сторону, чтоб дать указание.

Боясь, что голос подведет ее, бедняга, плевав на все приличия, открыла подаренную коробку с конфетами и одну немедленно засунула себе в рот, чтобы иметь весомую причину молчать. Сладость, разлившаяся во рту, подсказала девушке, изобразить чашкой нечто непонятное и выбежать из кабинета к кулеру в коридоре.

Вернулась она несколько успокоенной. С большим сожалением Марина отметила, что никто из подчиненных так и не додумался выдать господину Советнику его договор. Все ее девчонки, всё также глупо улыбаясь, продолжали тупо пялиться на сидящего у ее стола холеного самца. В кабинете, пожалуй, он единственный и выглядел адекватным.

— Извините, пожалуйста, — нашла в себе силы начать общение Марина, — очень люблю эти конфеты, не удержалась.

— Все нормально, — душевно отпустил ей грех Константин.

После подписания договора Марина объяснила новому сотруднику порядок взаимодействия при закрытии месяца. Как она и предполагала, господин Строев, обворожительно улыбаясь, настойчиво попросил оказать ему помощь в оформлении ежемесячных актов. В переводе это означало: «Вы же понимаете, что акты будете делать сами, а я буду периодически приходить и, мило Вам улыбаясь, подписывать их».

— Марина Михайловна, поверьте, мне очень стыдно за то, как я вел себя в прошлый раз, — перешел к решению поставленной задачи Константин, — мне нет оправдания. Никакие слова о занятости и цейтноте, о тяжелой нервной работе не могут меня оправдать. Предлагаю Вам встретиться в нейтральной обстановке и начать наше знакомство заново. А ту черную страницу надо заесть, перелистнуть и навсегда забыть.

Марина собралась ответить на эту сдобренную пеплом и юмором тираду, что весь отдел с удовольствием примет предложение такого обходительного молодого человека, но устремленный на нее внимательный взгляд практически лишил воли и подчинил себе. Все планируемые слова были произнесены мысленно и тут же забыты. В голове завибрировал маячок о свидании. Вслух же девушка еле выдавила из себя осипшим голосом:

— Хорошо. Но рабочий день заканчивается через тридцать минут.

— Прекрасно. Как раз успею заглянуть к нашему наиглавнейшему, а потом заберу Вас, и мы поедем в кафе. Я на машине, так что Вам не придется морозиться, зима в этом году на редкость холодная.

Спровадив посетителя, Марина напустила на себя официально-деловой вид, чтобы не дать подчиненным возможности закидать ее вопросами. Конечно же, они все слышали. Конечно же, они хотели высказать свое авторитетное мнение и, наверняка, дать массу ценных советов. Какое же счастье, что они не обратили внимание на Константина в театре, а то никакой официальный вид не спас бы ее от их любопытства!

Полчаса за работой промелькнули быстрее внезапной умной мысли. Бывает, такая появляется и тут же исчезает, не оставив в голове и следа, лишь ощущение, что была очень содержательной. Марина тайком оглядела девчонок в надежде, что они, как это обычно бывало по пятницам, быстро соберутся и свалят домой до прихода новоиспеченного кавалера. Однако, чуда не произошло. Подчиненные в полнейшей тишине двигались со скоростью только что разбуженных от зимней спячки мух. Естественно, они не собирались отказать себе в удовольствии просмаковать тот момент, когда новый Советник придет забрать их начальницу на свидание.

«Ну и пусть, — мысленно чертыхнулась Марина, — в конце концов, я молодая, симпатичная и незамужняя девушка. Имею право на личную жизнь. Пусть завидуют».

***

Шагая вслед за Константином к его автомобилю, припаркованному недалеко в переулке, Марина искренне радовалась долгожданному, хотя и уже достаточно сильному, морозцу. Для себя любительница зимних холодов определила, что комфортная зима бывает лишь при отрицательной температуре до минус пятнадцати градусов. Погода стояла именно такая, какую она обожала. Мороз, солнце и без ветра. Впрочем, солнце уже скрылось, обещая вернуться на следующий день. В ближайшие дни синоптики неустанно грозили усилением морозов, а потом еще и сильными снегопадами с ураганными ветрами.

— Закажем ужин, или еще рановато? — расположившись за столиком, Константин глянул на часы. Начало шестого вечера озадачило мужчину, привыкшего ужинать ближе к восьми.

— Мы можем просто кофе попить. Я не голодна, — тут же среагировала Маринина скромность, запретив хозяйке вспоминать про обеденный аврал, не позволивший ей сегодня поесть.

— Ну нет, одним кофе Вы от меня не отделаетесь, — засмеялся спутник и, открыв меню, грозно припечатал, — времени у нас много, будем ужинать долго, вкусно и плотно.

Как и попросил Константин, сначала им принесли по бокалу красного сухого вина. Легкий алкоголь помог Марине расслабиться, и она перестала чувствовать себя завороженным кроликом перед голодным удавом. К тому же мужчина, видя ее зажатость, проявил чудеса деликатности и не стал мучить ее расспросами, а принялся рассказывать о себе. Он поведал о руководимой им строительной компании и выгодном предложении о сотрудничестве, поступившем от Генерального Марининой фирмы.

— Значит, Вы наш конкурент, — с улыбкой констатировала девушка. Третья реинкарнация образа мужчины заставила Марину млеть. Он был настолько внимательным и мягким, что казалось бушевавший в их кабинете монстр не имел к собеседнику никакого отношения.

— Партнер, — мягко поправил Константин, — у наших фирм разная специализация. Предлагаю на этом тему бизнеса завершить. Знаете, вне рабочего времени, да еще с такой симпатичной девушкой совершенно не хочется окунаться в рабочие будни. Идет?

— Идет.

Мало-помалу Марина тоже начала принимать активное участие в разговоре. Она коротко описала свое детство и учебу. Потом на собеседников сами собой накатили воспоминания об их первой встрече в театре. Они посмеялись над испугом девушки, когда она увидела, с кем ей придется сидеть. После этого некоторое время заняло обсуждение спектакля, и только потом Константин перешел к волнующему его вопросу.

— Марина… Ничего, что я без отчества? Что Вы знаете об интуиции? — аккуратно спросил мужчина, когда за столом нарисовалась небольшая пауза.

— Интуиция… — резкая смена темы несколько обескуражила девушку. Меньше всего она ожидала, что сидящий перед ней импозантный мужчина будет обсуждать с ней подобные вещи, более характерные для не слишком молодых и не обремененных умом бабенок. Тем не менее девушка задумалась и честно попробовала описать свое внутреннее чутье, — наверно, это когда человек что-то спонтанно предчувствует, но не может эти предчувствия конкретизировать или вызывать искусственно. Ну я хочу сказать, что интуиция проявляется сама по себе, а не по заказу. Как-то так.

— По науке интуиция — это способность человека понимать и проникать в смысл событий посредством бессознательного вывода. Понимаете? Она предоставляет нам подсознательную информацию и при принятии решений помогает не тратить силы на обдумывание. Люди с развитой интуицией способны прогнозировать последствия как своих поступков, так и поведения других людей. Можно сказать, что этот метод мышления похож на инстинкт.

Марина хотела возразить, что все разумные существа в большей или меньшей степени способны прогнозировать последствия своих поступков. Другое дело, что не всегда правильно. Но в любом случае, это заслуга не интуиции, а их мыслительного аппарата. Но влезать в спор не хотелось. Если ее собеседник, показавший себя исключительно с положительной стороны, вознамерился провести для нее урок на тему интуиции, она с удовольствием готова побыть послушной ученицей, тем более что на столе такая вкусная еда, у преподавателя такой приятный обволакивающий голос, да и сам он выше всяких похвал. Марине, от выпитого вина находящейся в состоянии легкой истомы, хотелось превратиться в морскую русалку и погрузиться в самую глубину глаз мужчины. Его интерес к ней приятно щекотал эго. «В конце концов, — крутилось в голове у девушки, — мы все созданы для продолжения рода. И это нормально, что мне хочется создать семью с весьма блистательным самцом, чтобы родить здоровых детей». Импозантный образец, вещающий про интуицию, прекрасно подходил на роль будущего мужа, и Марина дала себе волю немного помечтать, тем более что что-то ей подсказывало, что знакомство их не однодневное.

Константин, словно не замечая того эффекта, который он оказывал на собеседницу, прочитал ей небольшую, но емкую лекцию. Ее смысл поначалу не слишком доходил до разомлевшей слушательницы. Затем некоторые слова потихоньку начали проникать в мозг, и в конце концов она вынуждена была вслушаться. Рассказ про интуицию с точки зрения Марины больше походил на чушь в стиле дремучих старушек. И то, что его озвучивает вполне с виду адекватный, а главное, симпатичный мужик, сбивало с толку. Постепенно некоторые сентенции, не лишенные логики, начали цеплять. В конце концов, слегка заинтересовали.

Внимая собеседнику, девушка с изумлением изучала своего нового знакомого. Судя по всему, тема интуиции сильно занимала его. Во всяком случае, глаза лектора воодушевленно сияли, щеки слегка раскраснелись, и без того красивое лицо показалось девушке сказочно прекрасным. Марина наблюдала Константина уже в четвертом образе, образе вдохновленного идеей человека. Этот образ вызывал симпатию. Смущала причина подобного преобразования, но столь блистательному мужчине девушка готова была простить такую мелочь, как бзик на тему интуиции. Все-таки, у каждого свое хобби.

На память пришли давно забытые знания о пирамиде Маслоу, когда-то полученные в университете. В соответствии с теорией психолога Абрахама Маслоу у человека на вершине этой пирамиды, то есть, когда он защищен, сыт и обеспечен разными житейскими благами, на первый план выходят самореализация и признание. Людям в какой-то момент уже ничего не нужно, им важнее нести в массы свои знания и идеи. На взгляд Марины ее собеседник был как раз из таких — обеспеченный человек в наивысшей стадии внутреннего развития.

Слушая объяснения, Марина так и не пришла к окончательному решению, насколько можно верить всему сказанному. Она чувствовала себя семилетней девочкой, которой дают подарок от Деда Мороза. Ребенок, вроде, знает, что дедушки не существует, что подарок от родителей, но настолько сильно хочется верить в сказку, что проще закрыть глаза на явный обман.

— Вы меня удивили, — деликатно описала девушка свое состояние, когда оратор иссяк и выжидательно посмотрел на нее, — похоже, данный предмет Вам очень близок. Знаете, очень необычная тема для человека, занимающегося строительством.

Константин тепло улыбнулся, торжествуя, что пока все идет по плану, и он не был сразу послан по неопределенному адресу:

— Мариночка, разве у Вас нет хобби? Изучение интуиции — это хобби. Между прочим, весьма и весьма серьезное, как Вы, наверно, уже догадались. Согласитесь, у всех нас есть так называемый внутренний голос. Только у одних он говорит четко и по делу, а у других может болтать без перерыва и, что характерно, всякую ерунду. А ведь это изучается, измеряется, классифицируется.

— Я никогда не слышала о подобных исследованиях, — неуверенно пожала плечами Марина, — правда, я не слишком интересовалась.

— Вы абсолютно правы, — обрадовался собеседник, — я тоже не слышал об официальных исследованиях. Возможно, они проводятся, но засекречены. Я провожу собственные исследования. Да-да, — кивнул он, отметая сомнение девушки, — могу себе позволить. Финансово я достаточно обеспеченный человек.

— На мой непросвещённый взгляд для подобных исследований требуется как минимум соответствующее образование, возможно, медицинское, и специальное оборудование…

— Мариночка, Вы не представляете, как радуете меня своим включением в тему, — чуть ли не подпрыгнул от радости Константин, ничем не напоминая ни мужчину из театра, ни грубого монстра, — у меня дома есть лаборатория со специальным, как Вы его назвали, оборудованием. Там работают два врача-ординатора в свободное от основных дел время. Наше исследование хорошо продвигается и уже есть первые результаты.

— Например?

— Нет, нет, нет! Мариночка, я не хочу вот так вот в кафе на коленке рассказывать о деле, можно сказать, всей моей жизни, — с пафосом воскликнул мужчина, — завтра суббота, и я приглашаю Вас к себе в гости. Я покажу Вам лабораторию и все-все-все расскажу! Прошу Вас, не отказывайтесь.

В голове Марины возникла маленькая Алиса, попавшая в страну чудес. Все вокруг оказывалось не тем, чем казалось первоначально. Надменный обольститель из театра, трансформировавшийся сначала в грубого монстра потом в душевного собеседника, сейчас превратился в восторженного ученого-чудика. Этот чудик увлечен эфемерной мистической идеей и пытается затащить ее в свой мир иллюзий. Вдруг он психически болен? Как она пойдет домой к незнакомому человеку?

— Вы всех водите на экскурсии в свою лабораторию? Или отдаете предпочтение молодым глупым девушкам?

— Правильный вопрос! Не в бровь, а в глаз, — Константин настолько разгорячился, что сам почувствовал неуместность столь бурного реагирования и немного снизил громкость голоса, — неужели Вы еще не поняли? Я изучаю интуицию. Ею обладают люди. Их, кстати, называют интуитами. Понимаете? То есть именно люди исследуются в моей лаборатории. Разумеется, исключительно с их согласия и за некоторое вознаграждение. Поэтому на экскурсию я вожу в лабораторию только тех, чью интуицию хотел бы исследовать.

— Вы предлагаете мне побыть Вашим подопытным кроликом? Вряд ли Вы исследуете всех подряд. Наверняка существует какой отбор…

— Мариночка, мне ужасно нравятся Ваши деловые вопросы. Отвечаю. Во-первых, исследование интуиции не несет никакого вреда здоровью. Во-вторых, прежде чем я спрошу Ваше согласие на исследование, я покажу Вам лабораторию и подробно расскажу о наших успехах. И, в-третьих. Почему Вы… Вспомните нашу первую встречу. Да-да, в театре. Вы, не видя меня, уступили мне место перед буфетчицей, — видя, что Марина хочет возразить, Константин сделал предупредительный знак рукой, — понимаю Ваше возражение. Да, Вы выбирали, что купить, и двигались хаотично. Согласен. Именно поэтому я и не обратил внимания на Вас сразу. Хотя, надо сказать, когда на тебя в упор смотрит такая яркая девушка, сложно игнорировать.

— Извините, я в тот момент задумалась и не следила за своим взглядом.

— Правильно! Пока мозг был занят, Вашим взглядом руководила интуиция. Она пыталась достучаться до мозга и показать ему человека, с которым предначертана встреча, — высказав вслух Маринины подозрения, Константин поднял бокал, чтобы чокнуться по столь важному поводу, — надо сказать, что я тоже не среагировал в тот момент, хотя это был уже второй звоночек.

— Был еще и третий?

— Мариночка, был и третий, и четвертый… Четкое понимание, что Вы обладательница сильной неосознанной интуиции, пришло около входа в зал. Вы, опять-таки не видя меня, не просто освободили мне место, но и подругу оттащили.

— Это обычная воспитанность. Мы стояли и разговаривали с капельдинером, загораживая проход. Слону понятно, что он рано или поздно должен был кому-нибудь понадобиться.

— Правильно. Перед этим Вы несколько минут загораживали проход. Я наблюдал, потому что хотел зайти в зал. Когда мне надоело ждать, я пошел. И именно в этот момент Вы отошли.

— Ну не знаю, — для Марины все суперубедительные доводы больше напоминали полную белиберду, — а что было четвертым звоночком? — задавая вопрос, Марина уже знала ответ.

— Ха! Из огромного количества мест в партере Вы выбрали место рядом со мной. Как мы ранее уже выяснили, для Вас это было полной неожиданностью, — усмехнулся мужчина, глядя на девушку поверх бокала. — Да! Каждое действие по-отдельности выглядит случайностью, но собранные вместе, они четко указывают на наличие у Вас сильнейшей интуиции, которая руководит Вашими действиями. Вспомните любой обычный день. Наверняка, Вам в голову придут сразу несколько примеров неосознанной интуиции, на которую Вы, судя по всему, совершенно не обращаете внимания.

Марина в задумчивости сканировала странного собеседника. Как ни силился ее рассудок отвергнуть аргументы Константина, девушка чувствовала, что ее собственное нутро, похоже, та самая интуиция приняла их. Для ее внутреннего «я» доводы мужчины звучали более чем убедительно, можно сказать, железно. Память, чтобы уж до конца додавить сопротивляющийся мозг, услужливо нарисовала картину недельной давности.

***

— Мариночка, — старушка, словно сидящий в засаде боец, рванулась на звук открываемой двери, — как хорошо, что Вы мне попались.

— Людмила Евгеньевна, доброе утро, — Марина, пулей выскочившая из подъезда, при виде соседки мужественно собрала волю в кулачок и изобразила на лице приветливое выражение. Бабулька явно караулила жертву, которой придется выслушать все, что пожилая женщина имела сказать. Девушка расстроилась, что опять ей придется поработать вежливым болванчиком, понуро кивающим в такт словоохотливой соседки. Утреннее время у молодого начальника отдела кадров, как правило, было строго дозировано и не предполагало задержки для удовлетворения милой бабульки. — Что-то случилось, чем-то надо помочь?

— Да, деточка, — старушка протянула мобильник, — я вот ко врачу записалась, да забыла, в какую поликлинику. Ты же сама знаешь, их теперь несколько и все по разным адресам. Представляешь, уже несколько раз не туда приходила. Посмотри, милая, у тебя глаза молодые.

Марина, с трудом представляющая современную систему здравоохранения, подавив вздох, взяла протянутый аппаратик. Прежде, чем заглянуть в него, на всякий случай, чтобы не стоять под опустившимися под тяжестью снега ветвями, приобняла Людмилу Евгеньевну и отвела к скамейке.

— Людмила Евгеньевна, ну Вы не в ближайшую записались. Надо на автобусе ехать, — собеседницы одновременно оглянулись на раздавшийся рядом глухой шлепок. На месте, с которого Марина увела соседку отдыхала небольшая кучка рыхлого снега, а над ней весело подпрыгивала освободившаяся от зимнего покрывала ветка.

— Ой, Мариночка, а представляете, если бы мы с Вами там сейчас стояли? — в ужасе воскликнула старушка.

— Да, — усмехнулась Марина, — было бы очень прикольно. Но мы же оттуда вовремя ушли. Короче, Людмила Евгеньевна, нам с Вами по пути. Пойдемте на автобус. Я еду до метро, а Вам всего две остановочки до поликлиники.

По пути к автобусной остановке Марина то и дело нетерпеливо поглядывала на дорогу и, не видя автобуса, радовалась. Ведь, появись он сейчас, Людмила Евгеньевна ни за что не смогла бы до него добежать, а Марина, добрая душа, не смогла бы ее ни дотащить до него, ни бросить. Пришлось бы не известно сколько ждать следующего. Конечно, это прекрасно начинать день с доброго дела, но что-то девушке подсказывало, что в качестве причины опоздания оно не прокатывало. Начальник ее рвения уважить одинокую бабульку точно не оценит. Как бы не наоборот.

— Мариночка, а что-то давно не видно Вашей матушки, — Людмила Евгеньевна, судя по всему, решила воспользоваться моментом и в душевной беседе выведать последние новости, чтобы потом было, чем заинтриговать коллег по дворовым скамейкам.

— Мама с папой уже несколько месяцев как переехали жить в новую квартиру.

— Да как же они тебя одну-то оставили? — искренне изумилась старушка, слегка затормозив. — Разве ж так можно?

— Людмила Евгеньевна, а почему же нельзя? Я же не дитя малое. Давно сама зарабатываю, — с грустью ответила Марина и задумалась. Как бы ей хотелось сказать, что у нее уже своя семья — муж, дети. Но семья пока еще в мечтах. Не то что муж, даже кандидат на его роль пока отсутствует. В принципе, двадцать пять лет не такой уж стародевичный возраст. В последние годы многие выходят замуж ближе к тридцати.

— Ой, Мариночка, вон на остановке есть свободное местечко на скамеечке, — встрепенулась спутница, преодолевая последние метры с поразительной для ее, мягко говоря, преклонного возраста скоростью.

— Людмила Евгеньевна, — Марина, глядя на грязевую лужу у дороги, не успела обдумать мысль и лишь слегка попридержала за локоть ретивую старушку, — давайте здесь за остановкой постоим на всякий случай.

Пожилая леди непонимающе открыла рот для выражения недовольства, но ее прервал шум бьющих о стекло капель и возмущенные крики стоявших на остановке людей. Они, стряхивая с курток и шуб грязную снежную жижу, посылали проклятия стремительно удаляющейся машине, которая устроила им этим промозглым январским утром холодный мерзкий душ. По стеклу остановки, отделявшему Марину и ее собеседницу от дороги, медленно ползли вниз грязевые снежные подтеки.

— Мариночка, это уму непостижимо! Вы просто мой ангел-хранитель, — спутница потрясенно оглядывала людей в мокрых шубах и куртках, — Вы меня сегодня практически три раза спасли. Кто бы мог подумать, что до сих пор есть ненормальные, которые носятся по такой грязной дороге на большой скорости. Да еще мимо остановок, где стоят люди.

***

— Хорошо, — вынырнула Марина из задумчивости, — будем считать, Вы меня убедили. Но с точки зрения целесообразности любое научное исследование должно иметь прикладное значение. Иначе, смысла нет.

— Вот это конструктивный подход, — откинулся на спинку кресла Константин, до этого с напряженным вниманием ожидавший, когда же ушедшая в себя мадам вернется в мир, — мне кажется, мы с Вами сработаемся. Естественно, есть и прикладное применение. Весьма перспективное. Возьмем Вас — носителя интуиции. Ваш внутренний голос пытается достучаться до Вас, но Вы не всегда слышите его, потому что его глушит мозг и генерируемые им мысли. Поэтому интуиция, подчас, влияет непосредственно на тело, обходя, так сказать, главного оппонента. А представьте, если бы Вы научились четко распознавать, что говорит интуиция, а что есть Ваша личная мозговая деятельность. Это только один аспект. А представьте, если можно было бы интуицию измерить, а еще лучше усилить, развить. Вы же понимаете, от скольких ошибок человечество было бы избавлено. Люди годами тренируют свои навыки в спорте и в профессии. С интуицией то же самое, ее необходимо развивать. Носители сильной и развитой интуиции, если они были бы выявлены официальным методами, могли бы занимать определенные посты. Точнее, наоборот. Обязательным условием для важных должностей было бы наличие развитой до определенного уровня интуиции. И тогда не на персональном уровне, а на государственном и научном поприще проявилась бы польза от моего исследования.

Оратор выдохнул после столь яркой речи, произнесенной чуть приглушенным, чтобы не пугать посетителей кафе, голосом. Они сидели за пустым столиком. Официантка уже несколько раз подходила с надеждой получить или новый заказ или просьбу о чеке. В пятницу вечером свободные столики достаточно быстро исчезали, и ей хотелось, наконец, избавиться от этой странной пары, устроившей в кафе диспут.

Константин заметил нетерпеливые взгляды, бросаемые на них работницей кафе, и мгновенно изменился в лице. Марине стало немного жутковато от столь быстрой трансформации. Вспомнилась сцена, когда он орал на ее сотрудниц. Монстр со взрывным характером! Челюсти мужчины сжались, глаза уставились на официантку недобрым огнем. Он уже собрался высказать ей, что-то резкое, но заметив испуганный взгляд собеседницы, тут же взял себя в руки и вполне спокойно произнес:

— Пожалуйста, два кофе и какое-нибудь мороженное.

Струхнувшая официантка метнулась за десертным меню, и на некоторое время разговор прекратился, уступив первенство изучению предлагаемых видов мороженного.

— Давайте я завтра заеду за Вами. В конце концов, это я заинтересованное лицо, да и негоже гонять девушку по такому морозу. Или Вы на машине? — вернулся к разговору мужчина, как только принявшая заказ официантка отошла.

— У меня нет машины, — все еще не решив, как поступить, произнесла Марина. Поездка домой к малознакомому человеку манила и одновременно смущала. Успокаивало одно — ей были известны его паспортные данные, и ему доверял их Генеральный, иначе не принял бы Строева к себе в Советники. Значит, была надежда, что состоятельный товарищ не совсем проходимец. Возможно, дело было в ней самой. Марина никак не могла отделаться от чувства, что каждым взглядом, каждым вздохом, каждым словом Константин воздействует на нее, заставляя сердце биться сильнее, внутренности сжиматься, а между лопатками уже ощущался свербеж от растущих крыльев. Страшно было окунаться в новые отношения в заведомо подчиненной позиции. Ясно же, что собеседник гораздо спокойнее смотрит на нее, чем она на него, да и жизненный багаж у них за плечами совершенно разный.

Константин истолковал ее молчание по-своему.

— Марина, я понимаю, Вы девушка видная. Возможно, кто-то уже делал Вам какие-то непристойные предложения. Поверьте, я далек от этого. Обязуюсь ни словом, ни взглядом, ни тем более какими-то действиями не оскорбить Вас. В моем доме есть домоправительница и ее помощница. Так что мы не будем совсем одни. Такой расклад Вас успокоит?

— Хорошо, — решилась Марина, не услышав ничего про жену.

При этом заявление, что мужчина далек от желания сделать ей непристойное предложение, здорово огорчило. Естественно, так прямо и сразу она никаких непристойных предложений не приняла бы, но гораздо приятнее было бы думать, что Константину хочется их сделать. Впрочем, лиха беда начало!

— Константин, давайте, Вы будете обращаться ко мне на ты.

— Прекрасно! С небольшой поправкой, Мариночка, мы оба будем обращаться друг к другу на ты. О’кей?

Они доели принесенные кофе с мороженным, расплатились, и Константин отвез Марину домой, договорившись, что на следующий день он заедет за ней часов в одиннадцать утра.

Ночью Марина долго не могла уснуть. Голова пухла от совершенно противоречивых мыслей. Девушка попыталась проанализировать мысли в соответствии с теорией Константина отделить работу мозга от интуиции. Сразу стало ясно, что внутри нее, если объяснять простыми словами, как будто живут несколько личностей, каждая со своим характером. Обнаруженные в голове советчики, по-разному оценивающие ситуацию, то тихими, то громкими голосами требовали от нее совершенно разных поступков. И если раньше она воспринимала эти мысли как сомнения «за» или «против» какого-то поступка, то теперь каждый участник общего хора постепенно приобретал свою индивидуальность. Для удобства Марина назвала их голосами. Очень уж хотелось разобраться, который или которая из них могла быть Интуицией.

В итоге девушкой было идентифицировано несколько внутренних голосов. По некоторым вопросам они жарко спорили, по некоторым соглашались, создавая коалиции. Иногда голоса дружно молчали, особенно, в трудные минуты, иногда трещали все одновременно. Отдельные участники многоголосицы могли подолгу молчать, высказываясь время от времени.

Марина сразу определила самый авторитетный и трезвый голос, определяющий все ее действия. Рассудок. Ему подчинялась не только вся Маринина жизнь, но и все другие внутренние голоса.

Вспыхивающие иногда вздорные мысли, заставляющие немного стыдиться и периодически гнать их прочь, назвались Мечтательницей, глядящей на мир сквозь розовые очки. Этой внутренней даме хотелось непременно преодолеть чисто деловой подход красавца и полное отсутствие интереса к ней, как к женщине.

Вспомнила Марина о совсем редко дающих о себе знать внутренних страхах. Их она назвала Ребенком, который еще жил глубоко внутри. Он всего боялся и нет-нет, а напоминал о себе. Именно Ребенок испытывал страх перед Константином и вполне обоснованно подсказывал, что отношения с таким брутальным мужчиной могут таить опасность для ее душевного спокойствия. Впрочем, Марина выяснила, что Ребенок не всегда боялся, он еще веселился и озорничал от всей души.

Был еще один голос, точнее обезличенный шелест, появляющийся в эфире не часто. Он не высказывал своих предположений, а обычно только соглашался или отрицал предложения других, подтверждая свои мнения действиями. От этого внутреннего шелеста иногда начинал заворачиваться живот, зудели кончики пальцев, учащалось дыхание, а сердце иногда принималось стучать в бешеном ритме. Этот невнятный тихий голос мог не согласиться с авторитетным громким доводом Рассудка. Именно его Марина назвала Интуицией и именно его она решила слушать более внимательно. Этот еле слышный шепот уверенно встал на сторону тех, кто утверждал, что Марина все делает правильно, а значит, все будет хорошо.

***

В субботу мороз жахнул практически во всю силу. Термометр в машине Константина съежился до тридцати одного градуса. Марина порадовалась, что не упорствовала и согласилась ехать в гости на автомобиле, а не своим ходом. Сколько бы она могла простоять на автобусной остановке утром в выходной? Один плюс, вряд ли у кого-либо из безбашенных водителей получилось бы облить ее снежной жижей. Ее просто не было. Мороз сковал все, в том числе и посыпанный солью грязный снег. В любом случае, в салоне автомобиля было тепло и уютно.

Мужчина управлял своим железным конем легко и уверенно. Он не напрягал спутницу разговорами, предоставляя возможность привыкнуть к его постоянному присутствию. Можно было спокойно любоваться замершим на морозе пустынным городком. Пока Марина полусонными глазами разглядывала заснеженные улицы, автомобиль выехал из города и покатил дальше.

— Я живу на природе, — улыбнулся Константин на немой вопрос пассажирки, — ты же не думала, что лаборатория может располагаться в городской квартире? У меня дом, и там полно места и для проживания, и для лаборатории, и для гостей.

Они въехали в поселок, окруженный бетонным забором, и Марина смогла оценить уровень домов. Он весьма отличался от обычных деревушек. Вокруг стояли добротные строения причудливой архитектуры. Девушка не успела додумать мысль, как люди добровольно заключают себя хоть и в комфортабельное, но практически тюремное пространство, как автомобиль выехал за огражденную территорию. Оказалось, им дальше. От поселка они еще пару километров ехали по пустынной снежной дороге, мчащейся посреди огромного засыпанного снегом поля к следующей огражденной металлическим забором территории. Миновав у ворот будку, из которой вышел одетый в униформу парень, автомобиль подъехал к крыльцу сравнительно небольшого светло-желтого двухэтажного особнячка, уютно расположившегося в глубине участка. Константин быстрым шагом обошел машину спереди и открыл Маринину дверцу, предлагая выйти.

Мороз тут же ворвался в теплый салон, возмущаясь созданному там теплу. К счастью, пребывание на свежем воздухе ограничилось несколькими ступенями, по которым Марина и Константин поднялись к высоченной входной двери. Она практически тут же распахнулась. Высокая полная женщина с бесцеремонным любопытством оглядела гостью с головы до ног и только потом добродушно улыбнулась:

— Проходите, вот раздевалка, — произнесла она нараспев низким голосом и кивнула головой в сторону помещения справа, — Вам дать тапочки?

Марина внутренне порадовалась, что догадалась взять с собой летние удобные босоножки на сплошной мягкой подошве. Ей не придется шлепать по такому шикарному дому в чужих заношенных тапочках. «Еще не известно, — одернула сама себя девушка, глядя на встретившую их мадам, одетую в офисное платье и туфли на небольшом каблучке, — что тут называют тапочками. Они, возможно, гораздо круче моих потасканных босоножек».

Перед ней простиралась просторная гостиная-холл. Из-за обилия огромных зеркал она показалась уходящей в бесконечность. Глаза девушки заметались от расставленных тут и там статуэток к хрустальным бра, висящим между картинами; от гостеприимно пылающего камина к расставленным полукругом креслам; от шкур на паркетном узорчатом полу к огромной театральной люстре. Марина поежилась. Одетая в удобные джинсы и теплый свитер, она почувствовала себя Золушкой, пришедшей на бал к принцу в простом домашнем платьице.

— Знакомься, Мариночка, — Константин вышел из раздевалки. Девушке пришло в голову, насколько джинсы и джемпер сделали облик ее нового знакомого более мягким, — эту милую даму зовут Вероника Николаевна. Она, можно сказать, домоправительница. Поэтому по всем вопросам смело обращайся к ней.

— Проходите, Мариночка, не стесняйтесь, — с приветливой учтивостью пригласила Вероника Николаевна после того, как девушка пропищала вежливое «очень приятно».

Несмотря на внешнее добродушие женщины, Марине показалось, что в ней есть какая-то сила и властность. Ее озорной внутренний Ребенок, памятуя повесть про Малыша и Карлсона, немедленно и однозначно окрестил даму домомучительницей.

— А это Ниночка, — обернулся Константин с стоящей в стороне молодой женщине, — наш ангел спаситель. Ниночка помощница Вероники Николаевны. Не знаю, чтобы мы без нее делали. Сама понимаешь, дом большой, хлопот много.

Марина оглянулась в ту сторону, куда показывал хозяин дома и чуть не обуглилась от выжигающего взгляда той, которую ей представили. Впрочем, Нина — на вид лет тридцати с небольшим, тут же взяла себя в руки и наклеила на лицо искреннюю приветливость. Из слов Константина Марина, живущая в небольшой однушке, ничего не поняла про хлопоты, связанные с домом, но про себя решила, что обе женщины обычные служанки. Одна главная, а вторая типа девочки на побегушках. Гостью столь деликатная оценка статуса обеих женщин рассмешила и помогла немного прийти в себя. Все-таки, прислуга, отвергающая свой статус и ведущая себя на равных с хозяином, выглядела забавно.

— Пойдемте в столовую, попьете чай с мороза, — повелительно указала направление движения Вероника Николаевна.

— Спасибо, мне совсем не хочется, — смутившись, воспротивилась Марина больше из упрямства, чтобы не поддаваться указаниям обслуживающего персонала. Что ни говори, а под взглядом этих двух служительниц она чувствовала себя залетной птичкой, вторгшейся на чужую территорию. «Уж лучше бы он был один», — мрачно прокомментировала внутри Мечтательница, забыв, как совсем недавно девушка боялась оставаться с мужчиной тет-а-тет. — В машине было очень тепло, — постаралась она смягчить свой отказ, — Константин заманил меня сюда рассказами о лаборатории. Не терпится ее посмотреть и послушать об исследованиях.

— Да-да, прошу не отвлекать мне гостью, — шутливо прикрикнул на домоправительницу Константин, — Мариночка очень правильно мыслит. Сначала дело, а потом уже всякие развлечения и чаи, — мужчина, мягко взяв Марину под локоть, повел ее мимо лестницы в левое крыло здания.

Лаборатория находилась за дверью, украшенной изречением Опра Уинфри: «Интуиция — сложнейшие вычисления нашего разума по еще не известным нам законам математики». Марина словно вернулась в школьные годы на урок химии — реактивы, колбочки, пробирки, штативы. В памяти сами собой всплыли давно забытые слова — фенолфталеин, альдегид, электролит, коагуляция… Девушке пришлось тряхнуть головой, чтобы выбросить оттуда неожиданный наплыв заумных терминов, вытаскиваемых памятью из давно опечатанных кладовых. Из большого проходного помещения небольшие двери вели в две изолированные комнаты. Мужчина зашел в одну из них. Это оказался кабинет.

— Сначала я покажу тебе документы о том, что лаборатория официально зарегистрирована и имеет право проводить определенные исследования.

Константин действительно достал из сейфа папку с бумагами. Марина по его настоянию добросовестно уткнулась в них, но сколько ни старалась, словить разбегающиеся буквы и соединить их в более-менее понятные слова не смогла, а потому бросила сие бесполезное занятие. Бумаги, они и есть бумаги. Печати, штампы. Внешне все как положено, и ничего не смущает. Если дело дойдет до подписания, то тогда она подсоберется и попросит время на тщательное изучение. Дальше пошли фотографии — два медика, приходящих для проведения исследований; подопытные, которых экспериментатор деликатно называл то испытуемыми, а то клиентами.

В отдельном амбарном журнале хранились письменные отзывы тех самых подопытных. Марина нисколько не удивилась, прочитав несколько восхищенных оценок и реакций. Ехидный Рассудок же подал голос, что вряд ли у недовольных была возможность что-либо написать в этот журнал.

Пока гостья боролась с информацией из документов, журналов и фотографий, Константин, как и в кафе, сев на своего любимого конька, заливался соловьем и не замолкал ни на минуту. Из его рассказа Марина выяснила, что проходное пространство предназначалось для работы персонала. Там действительно стоял шкаф с документами и два рабочих стола с компьютерами. А во второй отдельной комнатке проводились собственно исследования с испытуемыми. Все стены этой клетушки были заставлены «пыточной» аппаратурой, о предназначении которой девушке даже думать было страшно.

— Это застенок инквизиции, — выдохнула девушка, оглядывая святая-святых.

— Здесь нет угрозы для жизни. Неприятных ощущений тоже, — засмеялся Константин, любовно оглядывая сокровищницу.

— Я не верю, что можно приборами измерить то, что человек и сам не слишком чувствует!

— Хотел бы сказать, что очень просто, но, к сожалению, это будет неправда, — мужчина усадил Марину в кресло и достал один из приборов, — вот смотри. Не буду тебя мучить сложными названиями, поэтому назову то, что у меня в руках прибор. Так вот этот прибор измеряет импульсы, излучаемые мозгом. Он позволяет определить периоды, когда мозг работает, а когда отдыхает. Причем, техника способна отличить интенсивную работу мозга от так себе прохладной. А вот эти штуки, — Константин, не разрывая зрительный контакт, указал на соседние приборы, — позволяют генерировать различные условия. Ну например, из простых и понятных — магнитное поле, нагнетание стрессовой обстановки, звуки различной громкости и частоты. То есть помогают изучить, влияет ли внешнее воздействие на интуицию и каким образом.

— Я так и не поняла, как приборы, описывающие деятельность головного мозга, измеряют интуицию, — раз утонув, русалка Марина так и не могла вынырнуть из обворожительных глаз своего экскурсовода. Как утопающий она хваталась за любую соломинку, чтобы спастись и остаться на плаву. Самое обидное было в том, что мужчина был на тысячу процентов увлечен своей лабораторией. Его глаза горели восхищением, но не симпатичная слушательница была тому причиной, а перспектива продолжить исследование.

— Константин, мне кажется, Вы совсем замучили нашу гостью, — ворвался в монолог хозяина дома низкий голос Вероники Николаевны, — уже время обеда. Прошу всех к столу. В конце концов, столы, стены и приборы посмотрели, а объяснения можно давать, совмещая приятное с полезным.

Домомучительница уверенными движениями полных рук подхватила Константина и Марину и повела их за собой, словно нашкодивших ребятишек. Девушка, удивляясь такому панибратству, недоуменно взглянула на хозяина дома, но мужчина лишь заговорщицки приподнял брови.

Столовая находилась на первом этаже в правом крыле. От лаборатории к ней пришлось идти мимо лестницы через так поразившую Марину гостиную. Посреди столовой стоял огромный овальный стол человек на двадцать, как минимум. На его узком закруглении сиротливо приютились пять приборов. От стоявшей на столе супницы, которую Нина открыла, увидев приближающуюся компанию, шел волшебный запах копченостей. Рот гостьи наполнился слюной, она физически почувствовала во рту вкус горохового супа.

Не ожидая, пока девушка начнет задавать вопросы, Вероника Николаевна пояснила, что в доме все по-простому. Едят все вместе — она, Ниночка, Константин, Марина и Александр, который тоже вот-вот должен подойти. Он помощник и практически компаньон ее босса.

Константин на правах хозяина подвел Марину к одному из стульев и, отодвинув его, предложил сесть. Девушка силой воли заставила себя не смотреть голодными глазами на стоящую перед ней фарфоровую супницу, источающую аппетитный аромат.

— Итак, — начал приземлившийся рядом мужчина, наблюдая за Ниночкой, разливающей суп, — давай углубимся в теорию.

Не торопясь помешивая ложкой суп, он поведал заинтересованным слушателям, что человеческий мозг — это тот же компьютер. Причем, его навороченное программное обеспечение позволяет ему работать и в качестве аналитической программы, сопоставляющей разные факты, и в качестве исследовательской. Самая неизученная сфера деятельности мозга как раз исследовательская. В частности, опытным путем выяснено, что мозг не только во все стороны посылает импульсы, но и ловит обратно их отражения. В качестве иллюстрации Константин рассказал, как это работает. Мозг отправляет импульс, тот отражается от некоторого препятствия. Поскольку это не одиночный импульс, а сплошное импульсное покрытие, то принимая и анализируя отражения, мозг составляет свое собственное представление о предмете, от которого импульсы отразились.

— Вот представь, — пояснил свою теорию Константин, — на крыше лежит кирпич в очень неуравновешенном состоянии. Так вот мозг вычисляет, когда этот кирпич может упасть. Если он представляет опасность для человека, в котором сей мозг заключен, то он дает команду, что надо пойти другим путем. Человек воспринимает команду как внезапную мысль, внезапное желание, но он понятия не имеет о плохо закрепленном кирпиче. Это и есть интуиция.

— Никогда не подозревала, что мой мозг настолько продвинут, что в состоянии анализировать невидимые мне кирпичи на крышах, — Марина, с нетерпением дожидающаяся хоть малюсенького перерыва в потоке слов мужчины, первую же паузу использовала в своих личных целях. — Ниночка, очень вкусный суп. Я бы не отказалась от добавки.

Вероника Николаевна также подставила свою тарелку для дополнительной дозы. Константин же, отложив ложку, продолжил вещать о том, что мозг действует автономно, и его хозяин не подозревает о всей проводимой работе. То есть внезапно мелькнувшая мысль, мол неплохо бы зайти в магазинчик, или полюбоваться определенным видом, или проехаться на трамвае и так далее, не вызывает у человека никаких подозрений или далеко идущих выводов о работе мозга. Человек, конечно, способен понять, что мысль появилась не просто так, но даже он, разрабатыващий эту тему, не думает постоянно об исследовательской и аналитической работе компьютера, расположенного в его голове. Сам Константин принимает команды своего мозга как нечто само по себе разумеющееся.

— Всем привет, — жизнерадостный мужской голос, раздавшийся позади Марины, прервал околонаучную лекцию, — Костян, я не пропустил про убивцев? Ты еще не дошел до них?

Молодой человек подошел к Константину, чтобы пожать руку, и гостья смогла его рассмотреть. Ростом он был практически с хозяина дома, но худее. Если Константина можно было назвать статным, то пришедший незнакомец подходил под категорию жилистых. Его темные волосы легкомысленным хвостиком торчали на макушке, придавая владельцу бесшабашный вид. Марина такой причесон обычно делала, когда занималась физическими упражнениями, лежа на спине, чтобы не мешал. В сочетании с многодневной небритостью, переходящей в легкую бородку, и официальным костюмом внешность весельчака, как мысленно окрестила его Марина, вызвала ощущение легкой и располагающей к нему фантасмагории.

— Александр, ну сколько Вас можно просить не называть Константина Костяном. Это грубо, — протрубила свое «фи» Вероника Николаевна, в очередной раз удивив Марину, ведь незнакомец, если она правильно сориентировалась, помощник Константина и вряд ли подчиняется домоправительнице.

— Да ладно, — улыбнулся Константин, и развернув пришедшего в сторону гостьи, представил, — познакомьтесь. Александр, Марина. Саш, очень надеюсь эту прелестную девушку привлечь к нашим исследованиям. На мой взгляд, обладает потрясающей интуицией.

Александр, широко улыбнувшись Марине, сел на стоящий рядом с ней свободный стул, перед которым стояли приготовленные для него приборы.

— Обожаю про убийц, — весело повторил он, — предлагаю попросить нашего ученого поведать нам про них.

— Дело в том, что наш мозг, как я уже сказал, направляя импульсы, помимо анализа устойчивости неодушевленных предметов в пространстве, — с удовольствием продолжил рассказ Константин, не обращая внимания на прозвучавшую подколку, — способен разбирать по косточкам импульсы, исходящие от живых существ. Он не только распознает их настроение, но также определяет, знакомы ли они человеку. Мозг, если считает нужным, направит человека по тому пути, где двигается его хороший знакомый. А если за углом стоит убийца, грабитель или злая собака, то мозг посылает сигнал, чтобы его носитель пошел другим путем.

— Ну, тогда все понятно, — воскликнула Марина, невольно переходя в стан Александра, — это полностью объясняет случайные убийства и укусы бродячих собак.

— Саш, рекомендую внимательно присмотреться к нашей гостье, — расплылся в хитрой усмешке хозяин дома, — она очень часто зрит прямо в суть. Мариночка, во-первых, мы говорим о людях с развитой интуицией, то есть о тех, кто способен слышать команды мозга. К сожалению, это доступно не всем. Именно этому предмету и посвящены мои исследования. А во-вторых, иногда мозг, как и любой другой компьютер, нуждается в профилактике…

— В чем, простите? — от неожиданности Марина закашлялась и тут же почувствовала, как сосед справа панибратски хлопает ее по спине. — Спасибо, — повернулась она в сторону Александра, надеясь, что он прекратит вольности. Взгляд девушки наткнулся на темные глаза, с насмешливым любопытством рассматривающие ее лицо. Неожиданно для себя смутившись, девушка сочла за самое разумное поскорее отвернуться.

— Несмотря на недоверие, высказанное аудиторией, я продолжу. Наш мозг периодически встает на профилактику, то есть диагностирует сам себя, ликвидирует неисправности. В этот период он не в состоянии сканировать окружающее его пространство и проводить аналитическую работу, соответственно, интуиция или внутренний голос, как угодно называй это явление, молчит. Человек находится без защиты, также как и все люди, не обладающие интуицией.

— Константин, я хотела бы немного добавить, — вклинилась в разговор Вероника Николаевна. — Мариночка, Вы, наверное, слышали про хиромантию. Знаете, а ведь древние хироманты уже много веков назад придерживались такой же теории. Конечно, все формулировалось другими понятиями. Тогда компьютеров не было. И тем не менее, выражаясь в той терминологии, которую сейчас использовал Константин, мозг весьма продвинутое устройство. Самоорганизующееся. Вот! Он планирует профилактики с самого зарождения. И как Вы думаете, где он располагает график профилактических ремонтов?

Марина, перестав жевать поданную Ниной на второе котлету по-киевски, уставилась на домоправительницу. Весь разговор начинал приобретать характер сюрреализма, как картины Дали — вроде люди, но какие-то не такие, вроде умно говорят, да как-то не о том. Она пожала плечами и в замешательстве оглянулась на сидящих по обе стороны от нее мужчин. Оба они спокойно ели, не видя ничего необычного в происходящем. Подумав, что после обеда надо будет тихо собираться «до дому, до хаты» и встречаться с Константином, если он захочет, исключительно на общественной территории, девушка слегка улыбнулась и вопросительно посмотрела на сидящую напротив нее женщину.

— Я знала, что Вы не догадаетесь, — обрадовалась Вероника Николаевна, — посмотрите на свою ладонь. Это и есть зашифрованный график. Точнее, это не совсем график профилактик, это вся информация, которую мозг хочет донести до своего владельца. Конечно, надо уметь ее читать. Хироманты именно этим и занимаются. Кстати, когда они говорят людям, что в какие-то периоды возможна смерть, и надо поберечь себя, то это как раз означает, что мозг встанет на профилактику, и человек останется без защиты, о которой говорил Константин.

Константин, глянув на замершую с пластиковой улыбкой на губах гостью, почувствовал, что для Марины наступил «перебор». Он подал знак любительнице хиромантии помолчать и перевел разговор на общие темы, задав Александру какой-то незначащий вопрос.

Марина до конца обеда сидела молча, закутавшись в незримый кокон и иногда односложно отвечая на вопросы, если те вдруг умудрялись пробить ее броню и долетали до сознания. Девушка решала важную для себя дилемму — как относиться к тому, что ей наговорили за обедом, и не попала ли она в дом умалишенных. С одной стороны, трезвый Рассудок с большим недоумением реагировал на людей, способных вести серьезный разговор про столь эфемерные вещи как интуиция, профилактика мозга и хиромантия. С другой стороны, после разговора с Константином про интуицию Марина не могла отрицать, что она сама зачастую действительно прислушивается к своим внутренним ощущениям, и они почти никогда ее не подводят. А уж если кому честно признаться, что голосов она слышит несколько, причем разнонаправленных, то ее саму в пору отправлять в психушку.

Внутренности девушки медленно и неуклонно скручивались в тугой узел. По многолетнему опыту Марина догадывалась, что пытается сказать ей тело. Это означало лишь одно — она попала, ее ждет нечто выходящее за рамки привычного и не во всем приятное. Однако, упрямый Рассудок, поддерживаемый Мечтательницей, упорно гнул свою линию. Он загибал воображаемые пальцы, перечисляя выгоды знакомства с Константином. По всему выходило, что успешный и богатый человек, имеющий в собственности такой дом, да еще столь привлекательную внешность, может позволить себе чуточку придури, тем более что она совершенно не опасна для окружающих. Можно сказать, она даже приносит некоторым людям доход. И не шарахаться от него надо, а арканить, наводить мосты и закреплять позиции. В качестве конечной цели неплохо бы стать хозяйкой в этом доме и поставить на место самоуверенную домоправительницу.

Одновременно девушка не то с ужасом, не то с изумлением осознала, что понятия не имеет, где находится. По официальному адресу прописки, подсмотренному в документах, Константин должен жить в городе. По факту, они где-то в пригороде.

Константину, внимательно следящему за выражением лица гостьи, оно совершенно не понравилось. Боясь, что гостья близка к отказу от сотрудничества, он предостерегающе сверкнул глазами в сторону Вероники Николаевны. Марина заметила метнувшуюся в домоправительницу молнию. Столь резкий переход от радушного и обходительного хозяина к извергающему молнии монстру испугал девушку. Она еще раз взглянула на Константина, но он уже погасил пламя в глазах и доброжелательно улыбался.

Домоправительница с полувзгляда поняла, что наговорила лишку. Хиромантия была ее всем. Наблюдая за исследованиями интуиции, женщина болезненно воспринимала тот факт, что древняя наука незаслуженно откинута на обочину прогресса, ведь многие явления, связанные с интуицией, объяснялись также, как в хиромантии. Сколько раз Вероника Николаевна намекала Константину на сходство процессов и необходимость параллельно заняться хиромантией, но отклик в его душе не находился. И тем не менее она уважала мужчину, а потому, не сопротивляясь, поддержала разговор ни о чем и кивнула, что больше к крамольной теме не вернется.

Между тем Константин, засомневавшись в своей способности уговорить девушку остаться на ночь, решил подстраховаться и перейти к плану Б. Для этого требовалось создать подходящие экстраординарные условия, например, погрузить мир во тьму, а попросту отключить электричество. Мужчина такой фокус проделывал уже не раз. В расположенном недалеко небольшом поселке практически все дома имели собственные дизельные станции. Так что несколько часов отсутствия электричества больших неудобств не принесет. Зато ему это здорово сыграет на руку.

***

После обеда Константин извинился и, объяснив, что у них срочный деловой разговор, увел Александра собой. Нина занялась уборкой стола, Вероника Николаевна тоже ушла в сторону кухни, предложив гостье расположиться у камина в гостиной. Поскучав среди зеркал и картин, Марина в полной мере почувствовала разочарование брошенки и вспомнила о намерении определиться с местоположением. Памятуя, что телефон вместе с установленным в нем навигатором остался в кармане шубы, девушка отправилась в раздевалку. Она уже почти достигла цели, как была перехвачена Вероникой Николаевной.

— Мариночка, — сладко улыбаясь, женщина обеими руками вцепилась в локоть гостьи, — ох уж эти мужчины. Ну надо же! Привез девушку в гости и бросил. Никакого воспитания. Давайте я Вам дом покажу.

Не дожидаясь согласия, домомучительница поволокла жертву в левое крыло дома. Марине ничего не оставалось как, плюнув на телефон, сдаться на милость захватчицы. Вероника Николаевна, издавая скоростное низкочастотное гудение, поведала гостье, что дом построен задолго до революции, а Константин прикупил его всего несколько лет назад. Энергичная женщина показала Марине, где располагается кабинет хозяина, в котором он уединился с Александром, протащила мимо лаборатории, которая оказалась рядом с кабинетом.

Наличие двух кабинетов: одного обособленного, другого в лаборатории, удивило девушку. «У богатых свои причуды, — философски заметил ее Рассудок, — все достаточно логично, один кабинет для бизнеса, документов и собеседников по соответствующим вопросам, а второй для хобби и исследования интуиции. Туда заходят чудики, и решаются вопросы, касающиеся исключительно этой тематики». Также в левом крыле оказался музыкальный салон, как назвала домоправительница уютную комнатку, где в окружении нескольких диванчиков и кресел стояло фортепиано.

Дальше маленькая экскурсионная группа переместилась на мансарду, так называемый спальный этаж. В ходе его осмотра Марина узнала, что и Александр большей частью ночует в этом доме, хотя у него есть собственное жилье в городе. Девушка увидела, где располагаются комнаты мужчин. К величайшему облегчению гостьи, в план изучения второго этажа их посещение не вошло. Зато своими апартаментами Вероника Николаевна похвасталась с превеликим удовольствием. Она оказалась владелицей вполне симпатичной небольшой спаленки, обставленной, на взгляд Марины, с изюминкой и теплотой, мало вяжущейся с образом домомучительницы.

Гостевые спальни находились по другую сторону от лестницы, их тоже было три. Две двери в гостевом отсеке оказались заперты. Вероника Николаевна сочла необходимым пояснить, что процесс реставрации дома не закончен. Он тихой сапой движется уже несколько лет с момента покупки дома, потому что Константину очень хотелось как можно скорее въехать в дом, и он не стал дожидаться окончания полной реконструкции.

Домоправительница подробно поведала Марине, что в наибольшей степени отремонтирован первый этаж, потому что именно туда завели все коммуникации. Хотя и там, как гостья успела заметить, еще не все помещения использовались. Сообщение об имеющемся в доме подвале отозвалось в Марине нервной дрожью. Интуитивно, безо всяких голосов, гостья осознала, что ей очень хотелось бы побывать там.

— Нет, туда мы не пойдем, — отмела экскурсовод предложение девушки посетить подвал, — он в таком состоянии, что про него пока решили забыть, по крайней мере, пока. Пусть хоть какая-то территория останется во владении Хозяина дома. Его все ж таки уважать надо.

— Константина? — уточнила гостья, не совсем понимая смысл услышанной фразы.

— Настоящего Хозяина, — понизив без того низкий голос, ответила Вероника Николаевна, вводя девушку в состояние коматозного шока, — дому около двухсот лет. Как думаешь, кто его сберег в революцию, в Гражданскую войну, в Великую отечественную? А от коммунистов кто спас? Сколько таких домов, даже лучших, порушили? У них хозяева слабые были. А в нашем доме Хозяин настоящий, сильный. Пошалить баловник любит, но не серьезно. Так, для острастки, чтобы не забывали о его существовании.

Глянув на закрывшуюся внутри себя Марину, домоправительница вспомнила предостережение Константина, что не следует пугать гостью своими взглядами на жизнь. Она, чертыхнувшись, спохватилась, что опять хватила лишку так же, как с хиромантией за обедом. Женщина замолчала и, показав единственную отремонтированную гостевую, повела девушку на первый этаж и в правом крыле дома показала уже знакомые Марине гостиную и столовую, а потом отвела в кухню, где суетилась Ниночка, готовя десерты к полуденному чаю. В гараж и хозяйственные помещения, к огромадному счастью гостьи, ее не повели

Присущая Марине хозяйственная жилка не смогла остаться в стороне и естественным образом дала о себе знать. Слушая вполуха сказочные предания Вероники Николаевны, девушка не могла избавиться от ощущения, что этот дом для нее, и автоматически прикидывала, как бы изменила помещения, если бы у нее была такая возможность. А ведь за возможность можно и побороться…

Перед мысленным взором сразу же возникал Константин. Не тот монстр, что рычал у них в Отделе кадров, а нежный и заботливый, каким он был в кафе и по дороге сюда. В мыслях Марины, как ни странно, наступило полное единение. Мечтательница и Рассудок, образовав временную коалицию, хором перечисляли преимущества Константина. Если Мечтательница больше акцентировалась на внешних данных мужчины и отсутствии жены, то для Рассудка главными достоинствами были доход и этот загородный особняк. В итоге идея примерить на себя роль хозяйки дома не просто проросла, а расцвела пышным цветом. Почему нет? Константин одинок. Похоже, у него нет не только жены, но и постоянной женщины. Иначе, та сидела бы за столом и не позволила бы слишком распуститься домоправительнице.

В целом, дом своей обстановкой произвел на Марину однозначно давящее впечатление, несмотря на прекрасную отделку, зеркала, картины, светильники и статуэтки. Гостья не могла представить, как в таком огромном строении могут жить всего четыре человека. На память пришли детские впечатления от посещения пещеры страха — жутко и одновременно захватывающе. За каждым выступом мерещится если не приведение, то непременно скелет, который в обязательном порядке должен был выпрыгнуть на испуганную жертву. Словно в детстве Марине хотелось плюнуть на все и свалить домой. Одновременно подмывало досмотреть страшную сказку до конца. Интриговали закрытые помещения и, особенно, подвал. В сказках именно в таких местах таится нечто загадочное, способное принести герою сначала кучу неприятностей, а потом царский выигрыш.

. ***

Утомившись трудами праведными, дамы уселись в гостиной перед уютно горящим камином. Вероника Николаевна, все также ласково улыбаясь, приступила к допросу. Ее интересовали родители и детство Марины. Собственно, ничего секретного женщина не выпытывала, но девушка уже слегка притомилась от липкого внимания домомучительницы и лихорадочно искала предлог чтобы вежливо смыться, правда, не понятно было куда.

Ситуацию спасли материализовавшиеся мужчины.

— Константин, подскажешь мне, как отсюда доехать домой, — кинулась к нему Марина, мечтая побыть наедине с мужчиной во время обратной поездки, — уже начинает темнеть. Я, похоже, слишком засиделась, пора и честь знать. Надо было мне ехать домой сразу после обеда. У тебя дела, и я мешаю. Все было очень интересно.

— Нет-нет, что ты? Мариночка, это я должен просить у тебя прощения за то, что оставил на столь долгое время, — мужчина виновато улыбнулся и переглянулся с Александром, — Саше надо срочно уходить, вот и пришлось экстренно порешать кое-какие вопросы. Но теперь я полностью свободен и тебя ни за что не отпущу.

— У нас скоро полдник, — объявила вездесущая Вероника Николаевна.

— Видишь? Мы не можем обидеть Ниночку. Она старается специально для тебя. Ты непременно должна будешь оценить ее кулинарные шедевры. А домой я тебя чуть позже сам отвезу, — отмел не слишком настойчивые поползновения Марины Константин, — что-то мне подсказывает, что перед полдником мы с тобой вполне успеем переговорить.

Он взял девушку за руку, и они опять двинулись в его лабораторный кабинет. Плотно закрыв дверь, мужчина предложил гостье сесть и обратился к ней с напускной серьезностью:

— Итак, Мариночка, я надеюсь, Вероника Николаевна не сильно напугала тебя своими страшилками, пока водила по дому? Там, хиромантией или привидениями… Она это дело любит. Ну как же, старинный дом и без призраков, не порядок, — перед Мариной опять предстал интригующий и заигрывающий образец симпатяги-обаяшки, — полагаю, ты составила некоторое представление о доме, его обитателях и моем исследовании. Теперь мне хотелось бы задать тебе прямой вопрос. Итак! Ты согласна мне помочь и поучаствовать в исследовании?

Видя, что Марина все еще мнется, Константин усилил бархатистость голоса, добавил сияние глазам, развернул девушку таким образом, чтобы она была вынуждена смотреть на него, и продолжил:

— Давай я расскажу тебе о некоторых условиях. Во-первых, время, потраченное тобой на участие в исследовании, оплачивается пропорционально затраченным часам. Во-вторых, кормят здесь бесплатно и очень вкусно, — мужчина слегка приподнял Маринин подбородок, чтобы она не смогла уйти от зрительного контакта, — ну, ты пробовала. В-третьих, иногда придется ночевать. Второй этаж тебе Вероника Николаевна показала? Спальни все оборудованы туалетом и ванной, так что по коридорам бродить не придется. На все время твоего участия тебе предоставим собственную спальню. Прямо сегодня ты сможешь спокойно оставить там нужные тебе вещи. И последнее. Время проведения исследований каждый раз оговаривается отдельно. Этот вопрос ты будешь решать самостоятельно с моими помощниками, медиками, которые непосредственно занимаются исследованием. Если надо будет, у них есть возможность выписать тебе больничный лист для предъявления на работе. Но в эти тонкости ты сама понемногу въедешь по ходу общения с Владиком и Денисом. Я в ваши дела вмешиваться не буду.

Глядя в такие ласковые глаза мужчины, Марина словно под гипнозом кивала каждому сказанному им слову. Все подозрения Рассудка о необычности исследования выветрились на задний, недосягаемый план. Обитель умалишенных, как недавно думала о доме девушка, гостеприимно распахнула ей свои объятья. Отдельная обустроенная спальная, вкусная еда, красивая обстановка. О чем еще можно мечтать? Разве что о самом хозяине… Так и он рядом и такой близкий…

— А как я буду добираться сюда? Какой транспорт здесь ходит? — девушка нашла в себе силы задать хоть один вопрос, — я же так и не узнала…

— Мариночка, — рассмеялся Константин, не дав договорить фразу, — ну неужели ты думаешь, что я заставлю такого важного для меня человечка мотаться на общественном транспорте? Я понятия не имею, что здесь ходит, бродит и ездит. Этот вопрос всегда будет решаться по ходу дела. Тебя буду привозить сюда я, или Александр, или кто-то из ординаторов, или оплачу тебе такси. Его, знаешь ли, никто не отменял. Не забивай голову пустяками. Ну? По рукам?

— По рукам, — словно со стороны услышала свой голос Марина, не веря, что согласилась и уже представляя себя хозяйкой дома.

Константин тут же, словно фокусник из рукава, вытащил договор и положил его перед девушкой. Не слушая настоятельных требований мужчины прочитать, Марина решила следовать своей Интуиции и подписала бумаги, которые еще утром собиралась как следует изучить в спокойной обстановке. В глазах от волнения все расплывалось. Все-таки, Константин действовал на нее магнетически. В его присутствии даже внутренние спорщики и советчики впали в ступор, а вместе с их параличом и способность здраво мыслить и что-либо понимать испарилась, подобно влаге на солнце.

Полдник Марина с Константином провели вдвоем. Ввиду отсутствия остальных домочадцев мужчина предложил перебазироваться в гостиную к камину. Марина ощущала себя подростком на первом свидании. Взгляды, бросаемые на нее мужчиной, обещали нечто большее, чем рабочее сотрудничество. Они активизировали внутреннюю Мечтательницу, которая гордо подняла голову и не обращала внимание на предупреждения Рассудка о том, что весь любовный опыт девушки сводился к прыщавым юнцам в школьные времена, да нескольким не очень длительным романам с молодыми людьми на два-три года старшее ее. Сейчас же она имела дело со взрослым опытным мужчиной.

Изучение интуиции уже не пугало, оно теперь казалось вполне реальной и интересной задачей, тем более что Марина не могла не признать правоту Константина — она действительно сама всю жизнь прислушивалась к своему чутью. На память пришел эпизод недельной давности. Один из многих, когда Марина пользовалась интуицией, не прилагая к этому никаких усилий.

***

В тот день, когда они всем коллективом пошли в театр, шебутная Машутка вьюном вертелась вокруг пришедшей на работу Марины. Начальник отдела кадров чувствовала возбуждение подчиненной и готова была поставить на кон любую не очень важную часть своего тела — у девушки что-то произошло, причем, нечто экстраординарное. Надо было немедленно освободить неуемную вертушку от ее тайны, иначе рвущаяся из нее энергия не даст работать никому. Облаченной властью Марине не комильфо было первой показывать своего любопытства, поэтому она решила чуточку подождать, когда непоседу «прорвет». Начальник важно повесила на плечики шубу и двинулась в кабинет, придерживая подчиненную рядом с собой.

— Машунь, давай признавайся, что у тебя? Только не говори, что замуж собралась, — все-таки, Марина не выдержала первой.

— Я выхожу замуж, — практически беззвучно прошептала Маша, поражаясь, как начальница смогла угадать ее новость.

— Поздравляю, — Марина обняла девушку, искренне радуясь за невесту, но в то же время чертыхаясь про себя, что теперь у Машки в голове будет одно приготовление к свадьбе, — дату назначили?

— В конце февраля…

«Ради сообщения о замужестве ты не стала бы дожидаться меня и таиться от девчонок,» — мелькнуло в голове.

— Но, судя по всему, ты собираешься еще и уволиться, — неожиданно для самой себя произнесла Марина и с сожалением увидела опустившуюся голову собеседницы, подтверждающей ее догадку, — я правильно ведь поняла?

— Да. Мы уезжаем из России. Моего парня, ну то есть будущего мужа переводят в Белорусию. Поэтому нам и надо так быстро пожениться, чтобы я официально могла поехать с ним, — Маша тяжело вздохнула, — мне так жаль.

— Господи, Машка, о чем ты думаешь! — воскликнула Марина и тут же перешла на шепот чтобы раньше времени не разнести новость по всей Компании, — выходи замуж, рожай детишек, а работать и заботиться о семейном бюджете предоставь своему мужу. Ну по крайней мере на время! — давая столь мудрый совет, руководитель и в самом деле чувствовала себя видавшей виды опытной женщиной. Как бы ей хотелось услышать от кого-нибудь такие слова по отношению к себе. — Все уже знают? Если нет, то давай объявишь о замужестве в театре. Как раз в буфете эту новость и обмоем.

— Марина Михайловна, — выскочила из кабинета Ирина, услышав голос начальника, — что Вы думаете! Колосова таки увольняется. Все как Вы и спрогнозировали, ровно три дня проработала.

— Это нормально. Что я могу еще сказать? — усмехнулась Марина. — По ней же видно было, не наш человек. Странно, что те, кто собеседовал ее, не поняли этого сразу. Ее начальник уже знает? Сообщи ей обязательно, а то на испытательном сроке увольнение через три дня. Лучше убедиться, что ее руководство понимает это, а не витает в облаках, грезя о двух неделях отработки.

После полдника по настоянию Константина они вышли немного прогуляться. Ветер утих, и тридцатиградусный мороз не чувствовался так сильно. Ранние зимние сумерки уже прикрыли собой округу, и дом предстал перед Мариной загадочным волшебником с горящими глазами. Вероника Николаевна специально для гостьи оставила в раздевалке валенки и необъятных размеров шубу, которую та накинула прямо поверх своей. Кутаясь на морозе в двойное теплое одеяние, девушка почти полюбила домоправительницу и от благодарности сняла с нее клеймо домомучительницы.

Пока Константин показывал гостье участок вокруг дома, сумерки спрессовались до полной темноты. Вокруг в свете фонарей желтыми искрами засверкал снег, создавая праздничное настроение. Молодые люди вышли за пределы участка и, не торопясь, двинулись в сторону основного поселка. Девушка с наслаждением и по чуть-чуть вдыхала острый морозный воздух. Кое-где проглядывающие в разрывы между облаками звезды создавали ощущение нереальности. Безмолвие, нарушаемое только собственным дыханием и легким скрипом снега, казалось затишьем перед большой бурей.

Уже стали видны огни поселка, когда все вокруг в одно мгновение погрузилось во тьму. Густая первозданная тьма буквально толкнула Марину к спутнику, заставив ее сердце замереть от страха. Предчувствие приближения чего-то неведомого, которое девушка с завидным упорством игнорировала, подняло голову и заговорило в полный голос. Рассудок предложил на всякий случай посмотреть на небо. Звезд виднелось мало, но они были, значит, мир стоял на месте. Мечтательница, разогнав из Марининой головы мрачные мысли, заставила ее воспринять происшедшее как романтическое приключение.

— Кажется, во всей округе отключили свет, — прозвучал над ухом спокойный голос Константина. Он был будничным, как будто ничего особенного и не произошло. Мужчина бережно прижал к себе девушку и, почувствовав ее испуг, успокаивающе погладил. — Пригород. Что ты хочешь! Да еще такой мороз. Пошли домой. Надо позвонить и узнать о масштабе бедствия.

— Ой, смотри, — с облегчением воскликнула Марина, показывая на поселок, где один за другим загорались окна домов, — уже все нормально.

— Это подключаются генераторы, — улыбнулся Константин, — видишь? Не во всех домах они есть, и фонари уличного освещения не горят.

— А в твоем доме есть? — ответом Марине послужили вспыхнувшее световое пятно, к которому они направлялись. — А как же люди, у которых нет генераторов? Они же замерзнут в такой мороз.

— Ну замерзнуть не замерзнут. Для тепла у всех есть газ, печи или камины. Вода в колодцах. Правда, придется постараться и лед продолбить.

— Я уж начала волноваться за вас, — на крыльце дома топталась укутанная в еще одну необъятную шубу Вероника Николаевна. — Мариночка, Вы не напугались? А то, представляете, такой мороз, и свет отключили! Что же люди-то будут делать, у кого нет электрогенераторов.

— Будут звонить, чтобы быстрее починили, — невозмутимо ответил Константин, — дома прогреты, так что какое-то время продержатся.

Зайдя в дом, мужчина сразу же начал звонить в диспетчерскую. Поговорив, он озабоченно посмотрел на гостью:

— В диспетчерской говорят, что там что-то серьезное. Ни освещение дороги, ни светофоры не работают. Не рекомендуют выезжать. Если в течение получаса не починят, то и автобусы начнут с рейсов снимать, чтобы не побились.

— Но как же так. Что за глупость, автобусы едут на бензине, а не на электричестве, — возмутилась Марина, — как же я домой попаду?

«Что и требовалось доказать, — скептически заметил Рассудок, — предчувствие никогда не подводит. Но, вообще, что-то здесь творится очень странное». Марина не могла понять своего отношения к происходящему. С одной стороны, Мечтательница, поддерживаемая тихим шелестом Интуиции, потирала руки. Она утверждала, что появится время поближе познакомиться с Константином, и смысла сопротивляться нет. Чтобы ни сказала Марина, хозяева все-равно найдут причину для ночевки. Да и чувства опасности не было. С другой стороны, поднял голову Рассудок, предсказывая, что неприятности не за горами. Ведь очевидно, что это совершенно глупый предлог, чтобы оставить ее в доме.

— Деточка, не волнуйся, — Вероника Николаевна по-матерински обняла девушку и прижала к себе, — все будет хорошо. Пошли, я сейчас тебе покажу комнату, которой ты будешь пользоваться, приезжая сюда. Ты можешь немного полежать там, освоиться. Отдохнешь, а через минут сорок мы будем ужин подавать. А там, глядишь, и все образумится.

Комната, выделенная для Марины в гостевом крыле второго этажа, ей понравилась еще во время экскурсии. Окрашенные в светло-розовый тон стены, напоминавшие обои в ее собственной квартире; плотные в тон стенам шторы, какие она видела в отелях Турции и Египта; небольшой из светлого натурального дерева шкафчик, напоминающий больше музейный экспонат, и пузатый ночник, стоящий на тумбочке возле кровати, создавали домашний уют. На стене напротив кровати висела репродукция картины Карла Брюллова «Всадница». Наездница с картины с благосклонной строгостью взглянула на временную жилицу, и гостье показалось, что девушка с картины как бы наказывает ей вести себя хорошо, пока сама отъедет покататься на лошади.

У себя дома Марина повесила репродукцию Ивана Крамского «Неизвестная». Когда было одиноко или срочно требовался совет, девушка всегда обращалась к молодой женщине на картине. Порой разговаривала с ней как с подругой. Поэтому наличие Всадницы обрадовало. Получалось, что и в этой комнате она не одна, у нее есть подруга.

Как и предупреждал Константин, в спальне была душевая с туалетом и ненужный зимой балкон. Марина выглянула в окно. Оно выходило во внутрь участка, поэтому ни будку охранников, ни стоянку машин, ни поселок девушка не могла видеть. За стеклом висела густая темнота. «Что я делаю в этом чужом доме? — в который раз укорила себя Марина. — Надо немедленно ехать домой, пока транспорт не остановили. Но ведь Константин так и не сказал, как отсюда добираться своим ходом. А мороз такой, что если заблудишься, то и концы отдать не долго. Вон погуляли всего минут тридцать-сорок, а щеки горят, ноги замерзли.»

Метаясь между ощущением, что отсюда надо бежать, и желанием остаться и попробовать раскрутить ситуацию в свою сторону, Марина невольно поймала себя на том, что мысленно уже заставила столик перед зеркалом кремами и косметикой. В сотый раз напомнив, что не следует делить шкуру неубитого медведя, она глянула на свое отражение. Зеркало порадовало. Горящие глаза, пылающие с мороза щеки и небольшой беспорядок гладких темных волос, подстриженных под каре, смотрелись вполне мило. Тем не менее кокетка достала из сумочки расческу и привела волосы в более подходящий вид. Гостье хотелось нравиться и, не смотря на непонятную для нее внутреннюю обеспокоенность, Марина не обманывала себя, она рада была остаться здесь на ночь. Ей выпал шанс к замужеству и к спокойной обеспеченной жизни. И его нельзя было упустить.

Единственным недостатком предоставленного помещения был замок. Не сам по себе замок, против возможности запереться гостья как раз-таки не возражала. Марине не понравилось, что в ее комнате замок запирался с обеих сторон исключительно ключом. А вот самого ключа нигде не наблюдалось. На вопрос девушки домоправительница так искренне удивилась: «Зачем он тебе? Мы никогда комнаты не запираем. У нас не принято входить без стука и без разрешения», что гостья почувствовала укор совести. В самом деле, ей предложили ночевать в прекрасных условиях, а она требует еще и ключ, чтобы запереться, словно в отеле. Ни у нее дома, ни у родителей в комнатных дверях и замков-то нет.

Девушка легла на кровать и задумалась о новых знакомых. Вероника Николаевна произвела двойственное впечатление. С одной стороны недалекая добродушная бабулька, помешанная на хиромантии и сверхъестественном, а с другой стороны умные и властные глаза. У Марины уже не было по отношению к домоправительнице предубеждения, но и общаться близко не тянуло. Общий вывод относительно Вероники Николаевны был таков — лучше бы держаться от нее подальше.

С Ниночкой все было ясно. Однозначно молодую служанку надо по возможности обходить стороной. Вон каким взглядом при встрече окатила. Если бы могла, то точно прихлопнула бы на месте. Интересно, в чем причина? Скорее всего, банальная влюбленность в Константина. Он же посмел привести в дом девицу! Марина самоуверенно решила, что служанка ей не помеха, у них разные социальные уровни.

Впрочем, сам хозяин дома тоже остался для Марины темной лошадкой. В некоторые моменты, ей казалось, что мужчина кокетничает с ней. Было ощущение, что протяни руку, и он весь в ее распоряжении. Но в следующие моменты он обдавал ее холодными волнами «теплой вежливости». Именно они, да еще воспоминание об образе монстра в офисе, беспокоили девушку.

Еще Александр. По первому взгляду молодой человек не вызывал отторжения, скорее симпатию и расположение. Он казался веселым и открытым. В отличие от остальных, без подвохов. При мысли о нем сразу вспоминались задорные и насмешливые глаза, внимательно ее изучающие.

Ближе к ужину Константин зашел за Мариной, и они вместе спустились в столовую. Гостье хотелось исподволь проследить за Ниночкой, чтобы подтвердить или опровергнуть свою догадку о ее влюбленности. Но осуществить задуманное не дали Вероника Николаевна и Константин, в два голоса продолжающие уговаривать ее остаться ночевать. Причины выдвигали совершенно дурацкие — электричество так и не починили, дороги темные, ехать на машине, значит рисковать. А зачем? Завтра выходной, ночевать есть где, да и дома ее никто не ждет. Домоправительница, совершенно четко уяснив, что Марина живет одна, и никто о ней беспокоиться не будет, все возможные возражения девушки опровергла еще до того, как та успела их озвучить.

По правде говоря, Марина возражала скорее из вежливости. Дом напоминал ей отель «все включено». К тому же, перед ней маячил совершенно реальный шанс покорить симпатичного неженатого мужчину со вполне приличным доходом. Хотя последнее романтичная Мечтательница с возмущением отвергала, настаивая, что Константин хорош сам по себе. На худой конец, мужчин в доме двое. В том что Александр не женат, Марина почему-то не сомневалась.

***

Общие усилия по принуждению гостьи остаться на ночь ожидаемо увенчались успехом, и после ужина, отправив девушку отдыхать в выделенную ей комнату, Константин с Вероникой Николаевной разместились в музыкальном салоне на первом этаже. Открытое фортепиано с установленными на пюпитре нотами; старинные деревянные кресла, обтянутые кожей; внимательно взирающие со стен портреты композиторов; уютное освещение от напольных ламп и подвесных бра располагали к неторопливому откровенному разговору. Требовалось обсудить и скоординировать дальнейшие действия.

— Мам, ну что ты ко мне пристала с Мариной? — в который раз попытался отмахнуться от домоправительницы Константин, одной рукой клацая по клавишам фортепьяно.

— Не называй меня мамой, — скорее для проформы возмутилась Вероника Николаевна, — а то ляпнешь так при Марине, — я тебе больше пригожусь в качестве постороннего человека.

В чем может пригодиться такой обман, Константин не понимал, но в спор не вступал. С точки зрения любого человека, в том числе и их гостьи, что мать, что наемный работник, много лет живущий в семье, в любом случае всегда встанут на защиту сына или хозяина. Да и вообще, он не собирался воевать с Мариной. Прежде всего исследование. Вон как она волновалась про обратную дорогу! Ведь прекрасно чувствовала, что придется остаться ночевать у него. Интуиция, в которую она не слишком верит — дело такое! Если она есть, то никуда от нее не денешься. Пожалуй, ночевка — это единственная хитрость, которую он себе позволил в отношении гостьи. Очень уж хотелось, чтобы она попривыкла к дому. Им предстоит много работы и не только исследовательской. Точнее, не столько исследовательской.

— Между прочим, девушка очень приличная, — продолжила Вероника Николаевна, — у тебя же уже есть данные, что интуиция зависит от состава крови. То есть она может передаваться по наследству. Это было бы интересно.

— Ты о чем? — вынырнул из своих дум мужчина.

— Жениться тебе пора. Вот о чем. Не думал еще? — при этих словах матери сын поморщился, — и нечего нос воротить. Если у Марины интуиция действительно настолько сильная, как ты предполагаешь, то неплохо бы передать ее детям. Твоим детям. Сам говоришь, будущее за людьми с сильной интуицией.

— Ну мам…

— Я видела, как девушка на тебя смотрит. Она каждый взгляд твой ловит, а ты словно чурка бесчувственная.

— Ну мам, это неправда. Я стараюсь быть с ней мягким, — пожал плечами Константин, — не люблю обманывать женщин. Кто знает, может, и женюсь на ней. Но сейчас мне гораздо важнее установить с ней нормальные рабочие отношения. Сначала дело. Ты, вообще, не забыла, для чего мы все это затеяли?

— Одно другому не мешает, — Вероника Николаевна хотела как следует развить свою мысль, но глянув на сморщившегося как от зубной боли сына, перевела разговор на другую тему, — кстати, твоя гостья забыла в кармане шубы телефон.

— Ты что? Обыскала ее карманы? Мать, я от тебя такого не ожидал.

— Не говори глупостей, — фыркнула женщина, — телефон зазвонил, я и услышала. Достала из кармана, хотела ей отнести потом подумала: «А зачем?». Пусть без него пока посидит. Зачем нам здесь проблемы с ее родней и друзьями. Мы же не знаем, насколько все затянется…

— Ну ты голова! Правильно, кстати, сделала. Я об этом как-то не подумал. Давай телефон, я его к себе уберу.

— Ну вот и ладненько. Пойду предупрежу Ниночку и Александра, чтобы молчали пока про наше родство, — расслабилась Вероника Николаевна, сбагрив с себя груз ответственности за чужой телефон. — А что? Светофоры действительно во всем районе не работают? И автобусы с рейсов сняли?

— Ну мам… — в который раз протянул хозяин дома, — нет, конечно. Эта лапша не для твоих ушей. Что ты как маленькая?

— Мало ли… Свет-то действительно вырубился…

В ответ Константин, фыркнув, вышел из комнаты.

***

Как ни странно, напряженные нервы не смогли справиться с прогулкой по морозцу и последующим вкусным ужином, и Марина уснула еще на подходе к подушке. Проснувшись в ярко освещенной комнате, гостья сразу же отыскала глазами часы, те изобразили половину двенадцатого ночи. Вполне нормальное время, чтобы спокойно принять душ и по-человечески лечь спать. Расстроившись, что проспала самое топовое вечернее время, Марина вспомнила, что за весь день так и не позвонила ни маме, ни подругам. Получалось, никто из ее знакомых не знал, где она. Наверняка, уже обзвонились и волнуются, почему она им не отвечала. Мысль настолько хорошо зашла, что неожиданно девушке показалось очень важным немедленно связаться хоть с кем-то, находящимся вне гостеприимного дома.

Поискав глазами телефон и не найдя его, Марина вспомнила, что так и не вытащила аппарат из кармана шубы. Надо было спускаться в раздевалку на первый этаж. Девушка вылезла из кровати и на цыпочках подошла к столику перед зеркалом. Румяное и помятое со сна лицо с растрепанными волосами не обрадовало. Выходить в таком виде в коридор явно не следовало. Если она хотела быть во всеоружии при встрече с Константином, требовалось привести себя в порядок.

Свалившаяся во второй раз за день темнота Марину сначала не испугала. «Что-то с генератором», — выскочила первой вполне разумная мысль, и гостья, плюнув на поиски расчески, руками пригладила волосы. Поскольку она так и так собиралась спуститься на первый этаж, то направилась к выходу из комнаты, надеясь заодно поймать внизу кого-нибудь и узнать про свет. Попытка открыть дверь провалилась. Деревянный страж комнаты стоял непоколебимо. Ни более сильное нажатие на ручку, ни более сильный пинок в дверь результата не принесли. Комната была заперта снаружи, потому что ключа, чтобы закрыть или открыть комнату изнутри, у Марины не было.

Обернувшись к темному окну, девушка с холодком в сердце заметила на стене непонятное тусклое пятно света. Медленно в полной тишине передвигалось оно по комнате, переплывая с одного предмета мебели на другой, словно ощупывая и изучая их. Свет однозначно шел со стороны балкона. Внутренняя Мечтательница заставила Марину выглянуть в окно в надежде увидеть на улице Константина, но незнакомое свечение исчезло, и там царствовала все та же темнота, но уже без звезд. Рассудок деликатно молчал, давая понять, что никаких разумных версий, кто мог бы светить в окно, откуда и зачем, у него не было.

Поскольку свет больше не появлялся, то девушка решила было, что ей показалось, но вдруг сбоку она увидела нечто мерцающее, что и направляло в ее окно свет. Она прижалась к стеклу, пытаясь лучше рассмотреть. В темноте не было абсолютно ничего видно позади источника проблесков. Забыв про стужу на улице, Марина бросилась к балконной двери. С трудом приоткрыв ее из-за насыпавшего на балкон снега, девушка высунулась наружу. Цепкие пальца мороза тут же схватили ее в свои ледяные объятья. Пару секунд пленница, стараясь не дышать, пялилась в то место, где прежде ей виделся светящийся предмет, но там ничего уже не было, как не было и светового пятна в комнате.

Марина быстро захлопнула балконную дверь и бросилась к одеялу, чтобы согреться. Насмешливый голос Рассудка ожил и напомнил, что учитывая какие отрицательные температуры объявляют в последние дни, укутываться надо было до того, как полезла на балкон на поводу своей авантюрной составляющей.

Завернувшись с головой в одеяло, гостья гадала, что же произошло. Рассудок категорически отвергал слова Вероники Николаевны про Хозяина этого старинного дома. А проснувшийся как обычно в неординарных ситуациях испуганный Ребенок, не вникая в причины, протяжным голосом завывал, что она никогда уже не увидит белого света, что ее навеки заперли в этой благоустроенной тюрьме. Мечтательница не слишком уверено успокаивала, что это недоразумение. В конце концов, тепло, кровать, туалет и вода есть. Все не так плохо, и не стоит среди ночи беспокоить хозяев. Утром все само разрешится. Ее хватятся и откроют.

Периодически девушке чудилось, что она все еще спит, и никак не может вылезти из тягучего неприятного сна… Очнулась Марина утром внезапно, как от толчка. В комнате было светло, причем не от естественного света, проникающего сквозь шторы, а от включенных ламп. Увидев, что уже девять часов, девушка решительно подошла к двери. На всякий случай, прежде чем начать долбить, она нажала ручку. Дверь с легкостью распахнулась. Этот факт испугал девушку едва ли не больше, чем вчерашняя пропажа света и запертый замок. Прикрыв дверь, Марина выключила бесполезные лампы. Ей стало немного стыдно, что пока она спала, они всю ночь напрасно жгли топливо в электрогенераторе. Вообще, вся вчерашняя история с запертой дверью и блуждающим светом показалась каким-то далеким сном. Девушка невольно засомневалась, было ли все на самом деле.

Наскоро причесавшись, Марина бросилась на первый этаж в раздевалку за телефоном. Прошерстив два или три раза все карманы шубы: и внутренние, и наружные, девушка вынуждена была принять тот факт, что телефон пропал. На всякий случай она посмотрела в обуви, стоящей под вешалкой с верхней одеждой, но там тоже ничего не нашлось. Очевидно, аппарат выпал из кармана во время прогулки. Думать, что кто-то его украл, Марине не хотелось.

***

После завтрака Константин, с утра примеривший на себя образ недоступного бизнесмена, пригласил гостью в музыкальный салон на важный разговор. Марина, еще до еды сообщившая ему шепотом о пропаже телефона, была уверена, что тема разговора будет именно об этом. Версий пропажи могло быть только две — уронила на улице или вытащил кто-то из живущих в доме. Вторую версию девушка откидывала, как профнепригодную, а потому планировала вместе с мужчиной пойти прогуляться по вчерашнему маршруту. Поскольку погода стояла хоть и сильно морозная, но без осадков, то на пустой утрамбованной дороге, по которой мало кто ездит, у них были все шансы найти телефон.

Однако, Константин, плотно закрыв за ними дверь в комнату, начал совсем о другом.

— Сегодня утром я обнаружил пропажу…

— Тогда я могу предположить, почему сегодня ночью не было света, — воскликнула Марина, не замечая, как удивленно поползли вверх брови собеседника, — а то мне уж всякая мистика начала в голову лезть.

— При чем тут свет? Какая мистика? — не понял мужчина.

— Ну как какая! Вчера вечером у меня в комнате погас свет, и дверь в комнату оказалась запертой снаружи!

— Так что-же ты не позвонила… Ай, — Константин недовольно хлопнул себя по лбу, — я забыл про телефон. Ну тогда почему не покричала, не постучала, в конце концов? Во сколько это было?

— Около полуночи. Так мне в окно с улицы еще какие-то огни светили. Неяркие такие. Жуткие, — Марина передернула плечами, усиливая эффект сказанного.

Константин недоуменно слушал гостью, стараясь погасить раздражение:

— Твои окна выходят на сад. Там вообще никого не должно быть. Можно обойти дом и посмотреть следы. Да, — мужчина сел в кресло и знаком предложил собеседнице последовать его примеру, — чуть попозже так и сделаем.

Все пока шло хорошо. Хоть и не по ее сценарию, но утренняя прогулка с Константином состоится. Смущала лишь прорывающаяся, несмотря на усилия мужчины, агрессия. Здравый Рассудок внутри девушки напомнил, что к взрывному характеру мужчины придется привыкнуть и научиться с ним уживаться. Марина уселась в удобное кресло, прикинув, что хорошо бы и у себя дома заиметь такое же. Перед ее глазами прямо как живая возникла картинка, как она, забравшись в него с ногами, читает какую-нибудь интересную книгу.

— Я вчера тебе показывал свой кабинет в лаборатории, — между тем Константин начал выдавать информацию о своей проблеме, — там в сейфе хранилась папка с очень важными документами. Понимаешь? Среди них лежали списки людей, участвующих в исследованиях. В этих списках их координаты и результаты, в том числе аналитика по крови. Это очень опасные документы. Если кто-то вдруг захочет их опубликовать…

Марина вынуждена была в своих мечтах спуститься на землю. Романтическая прогулка горела синим пламенем и прямо на глазах рассыпалась в прах. Вздохнув, девушка взяла себя в руки и переключилась на интересующую мужчину тему:

— Ты хочешь сказать, что их украли как раз в тот момент, когда погас свет? Вероятно, и меня закрыли именно из-за этого, чтобы случайно не вышла и не помешала. Или ты подозреваешь меня?

— Прекрати пороть ерунду. Про твой свет ничего сказать пока не могу. Я лег спать около часу ночи. Электричество не отключалось, с генератором все было в порядке. Короче, с отключением света в твоей комнате надо отдельно разобраться, — отмахнулся Константин от гостьи, как от назойливой мухи. — Так вот. Документы я видел в последний раз недели полторы назад. Так что украсть их могли как сегодня, так и неделю назад. А за это время, чтобы ты понимала, здесь целые толпы народу болтались.

Слушая рассказ мужчины о текущем содержании дома, Марина все больше и больше изумлялась, сколько народу обслуживают одного человека. По словам Константина в течение недели в дом приходили: две девушки из клининговой компании; женщина, ухаживающая за цветами; мужчина, доставляющий химические реактивы; несколько курьеров с доставкой разных заказов, в том числе и продовольственных; мастер по ремонту теплоснабжения; мастер по ремонту мебели; два строителя, ремонтирующие комнаты; портниха к Веронике Николаевне; ее подруга; приходящий повар; четыре охранника и ветеринар.

— И они все заходили в лабораторию, где находится сейф? — немного ерничая поинтересовалась Марина. Больше всего ее огорчало то, что сидевший перед ней Константин все сильнее и сильнее напоминал монстра, что бушевал в начале недели в их офисе. Последнее, что ей хотелось, видеть мужчину своей мечты в драконьем обличье.

— Из клининговой точно заходили, с химикатами и цветами тоже. Остальные официально не должны были, но кто ж их знает. Если Ниночка и Вероника Николаевна недосмотрели, то все могло быть.

— То есть, все они под подозрением, — резюмировала Марина.

— Все они, плюс ты, Александр, Ниночка и Вероника Николаевна.

— А ты? — не удержалась Марина, но тут же, чтобы не гневить лихо, поправилась, — пусть будет так. Что ты сейчас от меня хочешь? Эти документы, возможно, давно покинули стены твоего гостеприимного дома.

— Вот и нет, Мариночка, — неожиданно миролюбиво откатил назад Константин, — при выходе из дома все проходят через охранную систему. Она оповестила бы, при попытке вынести документы. Самые секретные у меня все с электронными метками. А это значит, что бумаги где-то здесь.

— И?

— И ты просто обязана мне помочь.

— Как? Может, лучше специально обученную собачку привлечь?

— Смешно, — одними губами улыбнулся хозяин дома и замолчал, внимательно глядя на собеседницу. — Марин, ты сюда приехала, чтобы исследовать свою интуицию. К сожалению, пока моих медиков нет, это невозможно. Но чтобы использовать твой дар, не обязательно ждать, когда они возьмут у тебя анализ крови, навешают кучу приборов и так далее. Ты уже сейчас можешь попробовать использовать интуицию на благое дело. Собственно, ты ею и так пользуешься всю жизнь.

— Попробую перевести. Ты хочешь, чтобы я посмотрела внутрь себя и назвала тебе место, где лежат документы, а заодно, и имя вора? — Марина, хлопая глазами, кокетливо посмотрела на Константина, уверенная, что озвученное предложение если не шутка, то сделано от безысходности, и он сам понимает его абсурдность. Она умудрилась почти забыть про непостижимое влияние мужчины на нее. Сейчас перед ней сидел обычный расстроенный мужик, хватающийся за соломинку.

— Ну в общем и целом, все выглядит именно так, — мужчина взял в ладони Маринину руку, возвращая себе контроль над гостьей, — пойми, я не смогу выпустить тебя отсюда, пока не найдутся бумаги. Ты теперь знаешь о пропаже. Кроме нас с тобой и вора об этом пока не знает никто. Если информация об исчезновении документов просочится к моим клиентам, меня ждут очень большие неприятности.

Интуиция, та самая, к помощи которой взывал Константин, во всю мочь отрабатывала в груди и животе девушки, намекая частыми ударами сердца, что в чем-то мужчина врет. Ему реально что-то было нужно. Но вот что? Об этом необследованная непрофессионалка молчала.

— Мариночка, я не тороплю тебя. Ты можешь гулять по всему дому, заходить в любые помещения. Кто знает, может, где-то что-то почувствуешь. Я не буду тебе мешать, ну буду на тебя давить, займусь своими делами. Постарайся все сделать сегодня, потому что завтра приедут Владик с Денисом, и времени у тебя будет меньше. Его практически не будет.

— Не поняла, что значит завтра «времени у меня будет меньше»? Ты забыл? Мне завтра в девять ноль-ноль надо быть в офисе.

— Еще раз повторяю. Слушай меня внимательно или читай по губам! Пока документы не найдутся, ты отсюда не уедешь, — от вчерашнего влюбленного мужчины не осталось и следа, остался жесткий монстр, в стадии готовности к взрыву.

— Хорошо, — Марина устала от этого разговора. Очередная вспышка ярости Константина разбудила в ней дремлющие подозрения в неадекватности происходящего. — Ты сказал, что поможешь мне с телефоном. Если ты не отпускаешь меня домой, то хоть связь с миром обеспечь.

— Ты счастливый человек! — воскликнул Константин, искусственно рассмеявшись, — неужто помнишь наизусть телефонные номера родных и знакомых? А как насчет паролей для входа в почту, мессенджеры и соцсети.

Марина с ужасом подняла глаза на мужчину. Она с легкостью могла назвать городские телефоны бабушки и родителей. Да только бабушки уже давно нет, в ее квартире теперь живет Марина, а родителям она сама не так давно втирала, что в наше время городской телефон никому не нужен. Мать отключила его буквально месяц назад. Константин был прав на все сто процентов. Действительно, без знания номеров и паролей самый крутой аппарат — это просто кусок пластика. Девушка попыталась вспомнить пароль от облачного хранения номеров с ее мобильника. Память услужливо изобразила из себя черную дыру в космическом пространстве. Все пароли умная Марина хранила в телефоне.

— Я куплю тебе аппарат самый лучший, — насмешливо продолжил собеседник, — но и тебе следует поработать. Включи интуицию и научись ее слушать. Хотя бы для того, чтобы найти свой телефон. Ну что? Давай начнем осмотр с лаборатории? Кстати, ты можешь пользоваться стоящим там компьютером. Какие-нибудь интересные материалы для себя в Интернете посмотришь. Правда, он без доступа в соцсети и мессенджеры. Сама понимаешь, действует режим секретности. Хотя, без паролей доступ к ним тебе и не нужен.

От возмущения Марина не нашлась, что сказать. Спрашивается, для чего ей комп, если через него нельзя достучаться ни до кого из знакомых. Девушка почувствовала, что ей нужна помощь. Внутренняя Мечтательница, при поддержке бессловесной Интуиции, предположила, что пропажа документов, это повод, чтобы подольше оставить ее здесь. Но Рассудок задавал простой и незамысловатый вопрос: «Зачем? Зачем? Зачем? Константин ведь даже не пытается изобразить заинтересованность в ней. Более того, из него все больше и больше выпирает равнодушие».

Отвлекшись на внутренние голоса, девушка так погрузилась в себя, что не слышала мужчину:

— Эй! Мариночка! Надеюсь, ты уже налаживаешь контакт со свои внутренним Я? Давай, девочка, давай. Вам обязательно надо с ним подружиться и сработаться.

Горячий спор несогласных между собой внутренних личностей разгорелся с новой силой. Мечтательница, ободряемая Интуицией, настойчиво предлагала начать поиск с комнаты Константина. На что более реалистичный Рассудок буквально на пальцах объяснял, как именно будет расценен приход молодой девушки в спальню холостого мужчины. Даме в розовых очках в достаточно жесткой форме было доведено до сведения, что столь кардинальные меры по завоеванию мужчины предпринимать пока еще рановато. Достаточно уже того, что Марина ночует в его доме.

Девушка собралась мыслями, чтобы ответить Константину, но зазвонивший телефон переключил на себя внимание мужчины. «Извини, это по работе», — бросил он и вышел в коридор. Марина залезла в Интернет. Как и предупредил хозяин дома, ни в почту, ни в Whats App она зайти не смогла, а потому от нечего делать решила немного ознакомиться с информацией об интуиции. Статьи попались настолько заумные и не имеющие никакого отношения к предстоящим исследованиям, что читать их стало скучно. Более того, интуиция в них рассматривалась как нечто эфемерное, несуществующее, не подлежащее в рамках официальной науки изучению и тем более развитию.

Так и не дождавшись Константина, Марина на всякий случай осмотрела сейф, из которого украли документы. Больше всего девушку поразил тот факт, что бронированный шкаф был явно предназначен для хранения реактивов и химикатов. Об этом красноречиво свидетельствовали специальные коробочки и лоточки. Будучи кадровиком, то есть профессиональным хранителем важных документов, связанных с персональными данными, гостья с недоумением озадачилась вопросом, как можно было держать важные документы в совершенно не предназначенном для этого месте. Ответ на этот непростой вопрос Марина решила поискать на попозже. А пока последовала совету Константина — попробовала договориться со своим внутренним тихим голосом изменить место поиска пропавших бумаг. Все-таки спальня холостого мужчины — не совсем то место, куда следует рваться порядочной девушке.

Внутренние оппоненты — авторитетный голос Рассудка и восторженный Мечтательницы, сошлись в одном, предложение Константина побыть детективом не обсуждается. Эту навязанную реальность необходимо было принять. Ясно, что мужчина решительно настроен не отпускать Марину домой, и в отсутствии телефона она оказалась невольной пленницей, пусть и содержащейся в золотой клетке со всеми удобствами. Девушка не могла отрицать, что в некотором отношении такая настойчивость ей импонировала, можно сказать, пришлась по вкусу. Расстраивало, что отношение мужчины к ней отличалось неожиданными колебаниями от нежного кокетства и ухаживания до холодного равнодушия и приказного тона.

Поскольку Константин настаивал, чтобы она шла по интуиции, Марина добросовестно прислушалась к внутренним советчикам. Мечтательница, одобряемая едва слышимым шелестом Интуиции, по-прежнему отправляла ее в комнату хозяина дома, где скорее всего и находились документы. Развеселившийся неожиданно Ребенок поддакивал, что если там их нет, то в любом случае некоторое приключение будет обеспечено. Нацеленный на результат Рассудок предлагал вспомнить о прочитанных в детективах правилах проведения расследований. Выходило, что надо общаться с людьми. Спальней Константина можно будет воспользоваться в крайнем случае.

«Господи, чем я занимаюсь?! — вопрошала девушка саму себя, — надо найти способ выбраться отсюда. Настоять, в конце концов! Скандал устроить!» Однако, живущий в ней авантюрный Ребенок подначивал доиграть приключение до конца, да и опасности не чувствовалось, да и мечта о семье, да еще в таком доме, манила.

Подозревая, что телефонный разговор бизнесмена никогда не закончится, Марина помахала мужчине рукой и вышла из лаборатории. Ноги, не особо интересуясь ее мнением, сами повели девушку на кухню, где в это время должна была колдовать Ниночка. Неторопливо шагая мимо лестницы, сыщица обдумывала, о чем можно спросить служанку, которая ее явно недолюбливает. Перед глазами маячил резкий злой взгляд, брошенный Ниной вчера при встрече. Справедливости ради, Марина отметила, что все остальное время молодая женщина вела себя по отношению к ней очень вежливо. Периодами гостье удавалось убедить себя, что тот взгляд ей показался, или что он относился не к ней. Мало ли на кого злилась Нина. Тем не менее, тихий шелест Интуиции предлагал верить своему Рассудку, который твердил: «Не обманывайся, ты все правильно поняла».

К кухне Марина подошла в полном душевном раздрае. Не привлекая внимания служанки к пропавшим документам, требовалось выяснить у нее, не видела ли та, как кто-то в отсутствие Константина заходил в лабораторию. О чем можно задавать вопросы, девушка не понимала, учитывая, что ни время, ни дата кражи не были известны. «Главное, начать, — успокоила она себя, — о чем-нибудь поговорим, а там видно будет».

Ниночка, напевая что-то веселое, освобождала посудомоечную машину и расставляла чистую посуду по местам в светлые, цвета густых топленых сливок, подвесные шкафчики. Глядя на свободные полочки, на которых каждое блюдо стояло по-отдельности, в худшем случае по две салатницы одна в другой, Марина представила свою микрокухоньку с пирамидами из разномастной посуды в шкафах. Чтобы добраться до большой салатницы, надо было сначала вытащить из нее все «внутренности», а потом вернуть их на полочку.

— Как же здорово, когда кухня свободная и много шкафов, — первую фразу не пришлось и выдумывать, она вылетела сама собой.

— Ой, Вы так неожиданно, — Ниночка вздрогнула и, обернувшись, испуганно посмотрела на вошедшую.

Нервозность служанки бросилась Марине в глаза. Как профессионал, работающий с людьми, она хорошо научилась чувствовать состояния людей. Волнение молодой женщины могло быть связано с чем угодно, в том числе не иметь ничего общего конкретно с приходом гостьи.

— Ниночка, я не хотела Вас пугать. Извините, — Марина обратила внимание, как расслабилась молодая женщина, и продолжила, — у меня на кухне такая теснота. Хотя, казалось бы, живу одна, посуды много не нужно. Но все-равно даже тот минимум, что держу дома, еле-еле втискивается в мои две подвесные полочки.

Недавно замолчавшие внутренние советчики приподняли головы, и кто-то из них ехидно поинтересовался, отчего служанка так испугалась прихода Марины. Трезвый Рассудок тут же осадил его, объяснив, что когда человек уходит мыслями в работу, то неожиданный звук легко может его испугать, и в этом нет ничего крамольного.

Нина, пожав плечами, ничего не ответила. Вывод отсюда мог следовать лишь один, служанка не планирует поддерживать светский разговор с гостьей и, скорее всего, ждет ее ухода. «Ну уж нет, — настроилась на победу девушка, — я без борьбы не сдамся. Тебе придется меня немного потерпеть».

— Этот дом ведь очень старинный, — зашла сыщица с другой стороны, — Вероника Николаевна сказала, что он построен чуть ли не два века назад, хотя внутри переделан на современный лад. Как Вам тут живется? Вы чувствуете запах истории?

— Запах истории? Это вонь, что ли, или привидения? — вежливо-равнодушное лицо Нины по ходу ее речи вдруг начало изменяться, глаза загорелись, как будто служанка то ли вспомнила о чем-то, то ли в голову ей пришла какая-то оригинальная мысль. — Не могу утверждать, что оно имеет запах, но действительно, что-то такое есть.

Нина закрыла пустую посудомойку, чтобы та не мешала, и села за небольшой обеденный столик, вероятно, предусмотренный для кормления тех, кому не предоставили допуск в хозяйскую столовую. Знаком молодая женщина предложила сесть и Марине. Гостья внутренне возликовала из-за проявленного Ниной хоть какого-то интереса к их разговору. Сыщица подалась вперед, убедительно изображая готовность выслушать все, что угодно. Оглянувшись на окно, Марина проследила за взглядом собеседницы и увидела на улице Веронику Николаевну, что-то выясняющую с охраной.

— Вас не напугало вчерашнее отключение электричества? — спросила Нина таинственным шепотом.

— Мы были в тот момент на улице. Выглядело потрясающе. Вся округа разом погрузилась во тьму. Хорошо, что рядом был Константин, он сразу все объяснил, так что я по настоящему не успела испугаться, — Марина не была уверена, про которое отключение спрашивала Нина, но со слов Константина поняла, что ночью проблем с электрогенератором не было, и электричество в доме, за исключением ее комнаты, не отключалось.

— А я до сих пор боюсь этих отключений. Ладно, если свет гаснет, когда я здесь. Все, как правило, сразу же сбегаются на первый этаж, и тогда действительно не страшно, — продолжила Нина, — а если я у себя в комнате одна. Это такая жуть! Особенно, если я в душе, например. Эти несколько минут до включения электрогенератора для меня просто ужасны.

Неприятные моменты прошедшей практически бессонной ночи пульсирующей болью заворочались в голове Марины. Девушка не стала давать им волю и вслух произнесла совсем другое:

— Неужели Вы до сих пор не привыкли? Я так поняла, что отключения здесь не редкость, особенно, зимой.

— В первый раз я чуть инфаркт не получила, когда решила спуститься вниз. Представляете абсолютно темное пространство. Всюду мерещатся шаги и шорохи. А еще эти блуждающие огни…

— Что? — всколыхнулась Марина, почувствовав, как ее сердце на несколько секунд замерло, — что за блуждающие огни?

— Я не знаю, что это. Но иногда, когда отключается электричество, откуда-то снаружи в окно начинает проникать тусклый свет. Он двигается по комнате, и это реально жутко. Особенно, когда знаешь, что после этих чертовых огней обязательно какая-нибудь гадость случится.

Сыщица расширенными глазами уставилась на Нину. Память тут же предоставила видеоролик, отснятый мозгом ночью: небольшой тусклый круг света, в полной тишине плывущий по стене, по кровати, по гардеробу.

— Что значит, гадость?

— Ну они как бы предвестники. Вот как увижу их, так на следующий день и прилетает. То дорогущую вазу разобью, то обед сгорит, то пылесос сломается и начнет работать в обратную сторону — всю пыль изнутри наружу выбрасывать. А то дверь недавно входная захлопнулась, а в доме никого. Так и мерзла на улице, потом к охране греться пошла. Так влетело от Вероники Николаевны.

— А что говорят Константин и Вероника Николаевна? Ты говорила им про эти огни?

— Говорила. Так что толку? — недовольно протянула Нина. — Константину вообще ни до кого и ни до чего. Как глянет своими рентгенами, так и спрашивать ничего не хочется. Это при Вас он такой весь из себя обходительный. На самом деле Вы еще не видели, каким он может быть. Тиран, одним словом.

Каким может быть Константин, Марина знала. Еще помнила, как мужчина орал на ее девчонок, когда ему пришлось долго ждать под их дверью. Прозвище «Монстр» от них он получил не зря. Девушка погрузилась в свои мысли и вынырнула только, когда Нина, наклонившись к ней жарко зашептала:

— Старуха выгнать грозится, если буду трепаться. По-моему, она сама боится, все про шалости Хозяина дома рассказывает. Мне кажется, они все про это знают, но молчат.

«Пошалить баловник любит, но не серьезно. Так, для острастки, чтобы не забывали о его существовании», — всплыли слова домоправительницы, сказанные вчера во время экскурсии по дому. Нина намекает, что это домовой вчера ее запер? Они тут все с ума посходили? Марина заставила себя прислушаться к рассказу Ниночки, ушедшей в своих разглагольствованиях далеко вперед.

— В доме постоянно ночуют разные люди. Их никто не знает. А главное, они все потом исчезают. Понимаешь? Здесь какой-то то ли притон, то ли перевалочный пункт. Тебе показывали лабораторию? Ты веришь в этот бред про интуицию и хиромантию? Наверняка, здесь ставят какие-то опыты на людях. Бежала бы ты отсюда, — Нина проследила в окно за идущей к центральному крыльцу домоправительницей и, улыбнувшись, резко оборвала треп, — ну что-то я заболталась. Мне уже надо к обеду готовиться.

Она встала из-за стола и принялась споро закладывать грязную посуду в недавно освобожденную посудомойку, давая понять, что аудиенция окончена. Марина, стряхнув оцепенение, в которое ее вогнали слова служанки, также встала и молча покинула кухню.

Ощущение лжи прочно прилепилось к девушке, она чувствовала ее и кончиками пальцев, и во рту. Марину беспокоило, что ей врал Константин, врала Ниночка, врала вчера Вероника Николаевна. Чтобы сходу самостоятельно разобраться, кто и в чем врет, требовался опыт, а его у новоиспеченной сыщицы не было. Насколько же комфортней было на работе. Там девушка чувствовала себя в своей среде, понимала, что и когда надо сделать, умела вывести на чистую воду лгунов. Но там на нее работала ее должность. А здесь? Здесь ее положение в Компании никого не волнует. Девушкой овладевало единственное желание спрятаться от всех обитателей дома. И даже обворожительный облик Константина уже не так сильно манил, как это было утром до встречи с ним.

***

Пройдя через столовую, Марина вышла в гостиную, куда уже вплывала раскрасневшаяся с мороза Вероника Николаевна. Следуя намеченному плану пообщаться со всеми жителями дома, девушка взяла курс прямо на домоправительницу. Пока она вымучивала вопрос, который следовало бы задать женщине, та сама начала речь:

— Мариночка, на улице так хорошо. Там такое солнце и совсем нет ветра. Правда, мороз самый что ни на есть злющий. Обязательно выйдите погулять на участке хотя бы ненадолго. Далеко по такой стуже все-равно не уйдете.

Девушка подозрительно посмотрела на женщину и, чтобы зря не выдумывать в голове небылицы, выпалила напрямую:

— Вероника Николаевна, не подскажете, как я могу отсюда выбраться? Константин занят. Не поможете вызвать такси? А то я не знаю адрес этого дома, да и телефон потерялся.

— Мариночка, о чем Вы говорите? — искреннее удивление Вероники Николаевны обрушилось на девушку душевными объятиями. — Разве Вам здесь плохо? Ох уж этот Константин. Привез гостью, а сам окунулся в дела. Ну что поделать. Бизнесмены они такие.

— Так как же насчет такси? — ехидно вклинилась в монолог девушка, прекрасно понимая, что пока уезжать не собирается, но уж больно хотелось поддеть самоуверенную мадам.

— Мариночка, я здесь всего лишь служащая. Могу помочь Вам в чем угодно, кроме такси. Представляете, что будет, когда хозяин узнает, что я Вас отправила домой, не уведомив его. Вы же, все-таки, его гостья, а не моя. Хотите, вместе пойдем к нему в кабинет?

Марина тут же перевела слова домоправительницы как скрытое предупреждение, что самостоятельно она никуда не сможет уйти.

— Нет-нет, спасибо, — вежливо сдала назад девушка, абсолютно точно зная, что Константин ее не только не отпустит домой, а еще и обвинит в попытке его обмануть. Да, собственно, пока у нее оставалась надежда заарканить мужчину, она и сама не торопилась покидать загадочный и очень хорошо упакованный дом. «Хорошо, продолжим имитацию расследования», — резюмировала девушка и вслух продолжила, — пусть работает. Я подожду. Дом еще раз посмотрю. Он же старый. Сколько, Вы сказали, лет ему уже? Почти два века?

— Знаешь, Мариночка, иди-ка ты в музыкальный салон и подожди меня там. Минут через десять-пятнадцать я туда приду с чаем и булочками. А то после улицы уж больно чего-нибудь горяченького хочется.

«Интересно, а есть ли тут библиотека…» — пока Марина шла мимо запертой двери в комнату, именуемую музыкальным салоном, в голове у нее заворочался мыслительный процесс. Девушке показалось, что тихий шелест, задавший вопрос, принадлежал Интуиции. Но что это значит? Надо отыскать библиотеку, раз ею заинтересовалась Интуиция? Или надо попросить принести книгу? Рассудок воспринимал вполне логичным, что папку с документами спрятали среди книг. Но библиотеку гостье не показывали. Марина отметила странность, что в таком большом доме музыкальный салон есть, а библиотеки нет.

Времени на глубокое погружение в анализ дома гостье не дали, Вероника Николаевна вместе с Ниной принесли подносы с чашками, чайниками и вазочками со сладостями.

— Ну вот, — домоправительница с довольным видом осмотрела заставленный столик, — теперь можно попить чай, а заодно, и поговорить.

Женщина, словно Кустодиевская купчиха, налила горячий чай в блюдце и, держа его на кончиках пальцев правой руки, начала, аккуратно прихлебывая, пить слегка охлажденный напиток. В левой руке она держала обычное Юбилейное печенье, чем сильно удивила Марину. Той казалось, что в таком богатом доме не держат столь простецких лакомств.

Современное продвинутое воспитание не позволило девушке употреблять чай из блюдца, а воду, чтобы разбавить его, не принесли. Эта новомодная привычка еще не просочилась в столь благородное место.

— Странно, что у Вас нет библиотеки, — заметила Марина.

— Что же тут странного, — ощутимо напряглась домоправительница, — кто же теперь бумажные книги читает? Все в телефонах сидят.

Марина физически ощутила исходящие от собеседницы волны беспокойства и вранья, а потому поспешила сменить тему:

— Вам не страшно жить в таком огромном доме вдвоем с Ниной? — задала она первый пришедший в голову вопрос.

— Почему вдвоем с Ниной? — немного опешила Вероника Николаевна.

— Сегодня второй день, как я здесь, но толп народа не наблюдается. Константин постоянно занят. Наверняка, в рабочие дни он если не в офисе, то в своем кабинете. Да и в выходной вон выходит исключительно на ароматы из кухни. Александр, похоже, тоже редкий гость. Получается, что в доме регулярно находитесь Вы и Нина.

— А… Ну да, — важно акцептовала Маринино объяснение домоправительница и излишне бодро затараторила, — некогда бояться, деточка. Ты забыла, что здесь часто бывают Владик с Денисом. Они работают в лаборатории. Ты с ними еще не знакома. Константин приглашает людей для изучения интуиции. Да и содержание дома требует постоянного внимания. То уборщицы придут, то цветовод, то доставка, то ремонтники. В доме столько оборудования, постоянно что-нибудь ломается и надо чинить — лампочки, розетки, краны, интернет, приборы… Нет, совсем некогда бояться, не до этого.

Марина попробовала языком чай, он все еще был слишком горячим.

— Вы говорили вчера, что Константин купил этот дом пять лет назад. И до сих пор ремонтирует, за подвал вообще еще не брались. Где же тогда располагается все оборудование. Я слышала, что люди обычно в подвалах размещают всякие водонагреватели и котлы для обогрева дома.

— Нет-нет, подвал мы закрыли. Ну здесь история получилась такая. То, что мы сейчас называем первым этажом, на самом деле второй этаж. Первый наполовину сам ушел под землю, наполовину его сознательно закопали — подняли уровень земли вокруг дома. Это сделали еще предыдущие хозяева. А Константин не стал переделывать. Предыдущие пристроили на нашем первом этаже специальное техническое помещение под котел и водонагреватель. Этого вполне достаточно. А подвал, то есть бывший первый этаж, ждет своего часа.

— Ждет, когда Константин его отреставрирует? — с неожиданным волнением спросила девушка. Она и сама не могла понять, откуда взялось волнение, но ощущение, что ей непременно надо спуститься на бывший первый этаж, прочно поселилось у нее в голове. Проявив недюжинную силу воли, Марина не стала информировать об этом домоправительницу.

— Он долго будет ждать, — ворчливо прогудела Вероника Николаевна, — времени нет. Да и денег много на исследования уходит. Да и зачем? С двумя-то этажами еле справляемся. Нам их для житься и работы за глаза хватает.

Марина отметила, что сегодня Вероника Николаевна не стала ничего говорить про Хозяина дома, которому вчера планировала отдать на откуп подвал. К изумлению девушки, далее домоправительница пустилась в пространные разглагольствования о Константине. Из ее речи выходило, что более ответственного, благожелательного, работящего и далее по тексту персонажа найти практически невозможно. Марина должна быть счастлива, что судьба преподнесла ей такой подарок — знакомство с великим человеком, который, к тому же, холост. Женщина не забыла добавить, что хозяин очень любит детей и достаточно постоянен с женщинами, однако на данный момент свободен от каких бы то ни было отношений.

Со слов домоправительницы, мощной грудью стоявшей на страже интересов хозяина, последняя пассия Константина совершенно не ценила его хобби. Легкомысленная вертихвостка так и не смогла воспринять масштаб личности мужчины и масштаб задач, которые он решает своим исследованием.

Боясь растопиться в том бальзаме, который ей на душу лила Вероника Николаевна, Марина решилась прервать сладкий поток, потому что никак не могла разгадать цель, преследуемую женщиной. Похоже, той очень хотелось видеть рядом с Константином постоянную спутницу. Хотя озвученная цель и красноречивые намеки совпадали с планами Марины, но, в общем и целом, у девушки сложилось впечатление, что ей, словно деревенской клуше, рыночная торговка впаривает негодный товар. Внутри гостьи зазвучал возмущенный голос Рассудка, резюмирующий, что, во-первых, должность домоправительницы не дает ей право вмешиваться в жизнь хозяина, а во-вторых, Константин видный и уверенный в себе мужчина, и ему не требуется помощь прислуги в таком важном деле как поиск подруги жизни.

— Вероника Николаевна, — девушка дождалась первой технологической паузы для вдоха, — у меня ночью свет погас.

— Да? — испугалась дама, — ты не ошиблась?

— Да ну как же можно ошибиться, коль ничего не видно было, — усмехнулась Марина, — я хотела спуститься вниз, узнать, в чем дело, но дверь оказалась запертой.

Девушка внимательно изучала лицо задумавшейся собеседницы, пытаясь выяснить, не она ли ее заперла. Но женщина была явно озабочена.

— А как же ты вышла утром? Почему ничего не сказала нам?

— Утром дверь спокойно открылась, и свет горел. Константину я об этом рассказа перед завтраком.

Домоправительница с сомнением покачала головой и отставила подальше от себя недопитую чашку.

— Не знаю, что делать. Константин не верит в Хозяина дома, говорит, что это мои бредни. Видишь, и тебе ничего не сказал. А он-то, реальный Хозяин, иногда пошаливает.

— Ах, ну да, домовой, — Марина больше удивилась себе. Интересно, что еще она ожидала услышать от женщины после той экскурсии и после разговора с Ниной.

— Называть его можно как угодно, — вздохнула пожилая женщина и посмотрела на фортепиано, — пошаливает иногда, но ничего прям сильно плохого не делал. Так… замками балуется, светом, огнями.

— Вот и Нина что-то про блуждающие огни говорила… — начала девушка, но была прервана.

— Что там еще наболтала эта сплетница, — возмущенно прогудела Вероника Николаевна, — выгнать бы давно уже пора эту бестолковую девицу. Да…

— Что? — не выдержала Марина образовавшейся пустоты после резкого обрыва недоговоренной фразы.

— Трудно найти молодую женщину, готовую постоянно жить на отшибе, — горестно вздохнула собеседница, произнеся явно не то, что собиралась, — вот ты кадровик. Какие требования ты бы предъявила моей помощнице?

Марина в очередной раз поразилась, с какой деликатностью в этом доме обходят слово «служанка». Интересно, почему? Дворянское воспитание и культивирование равенства людей? Типа, мы с тобой одной крови и абсолютно равны, но лишь до тех пор, пока ты выполняешь все мои требования.

— Аккуратность, умение готовить, готовность к переезду, знание этикета, — начала с ходу перечислять девушка, — надо подумать. Все-таки требования к вакансиям не пишутся на коленке. Это очень важный вопрос. Он во многом зависит от того, как лично Вы видите взаимодействие со своей помощницей.

— Поскольку я об этом много думала, то могу продолжить. Умение держать язык за зубами, крепкое здоровье, отсутствие вредных привычек, терпеливость и так далее. Нина далеко не во всем нас устраивает, но вот за смелость приходится прощать ей многое.

— Смелость? — повторила Марина зацепившее слух слово. Она ожидала услышать все что угодно, но не «смелость». — У вас же охрана.

— Да что толку от охраны, когда сидишь запертая в темноте. Хорошо, хоть Нина не из трусливых… Ладно, забудем все эти россказни, — встрепенулась женщина, — заговорилась я с Вами. Раз Константин не захотел эту тему развивать, то давайте уважать его желание и тоже прекратим.

Марину возмутил такой подход. С одной стороны она не верила в привидения и домовых, но с другой — свет-то гас, дверь запиралась, огни гуляли. Правда, это мог сделать и вполне реальный человек. Но кто? Зачем? А между тем домой ее пока не отпускают и это при том, что такой желанной влюбленности со стороны Константина не чувствуется. Во что она вляпалась? Как ни странно, обмана в словах собеседницы не чувствовалось, домоправительница говорила искренне и была реально обескуражена.

— Мариночка, походите по дому еще.

— Зачем? — не поняла девушка. Такую же настоятельную рекомендацию ей дал и Константин. По его словам, о пропаже документов никто из домочадцев не знает. — Вы же мне все уже показали. В принципе, я и так запомнила. Могу схему нарисовать. У меня прекрасная память.

— Походите, — полупросительно, что очень не вязалось с ее обликом, произнесла Вероника Николаевна, — Константин рекомендовал, чтобы Вы еще и еще раз походили по дому. Постарайтесь его почувствовать. Если какое место заинтересует, мы можем вместе его осмотреть.

— Ну я попробую, — с сомнением произнесла Марина. На самом деле это был прекрасный повод остаться одной и обдумать сложившуюся ситуацию, поэтому она не стала активно спорить, но и выдавать, что ее вполне устраивает предложение, не торопилась.

— К сожалению, мне надо заняться делами. Я поговорю с Константином. Все-таки, ему следует как-то организовать Ваш досуг, чтобы Вы не скучали, — Вероника Николаевна собрала на поднос чайные принадлежности и встала с кресла. В дверях она оглянулась, — о! Я вижу Александра, сейчас мы что-нибудь придумаем. Не уходите, побудьте здесь.

Домоправительница выплыла из комнаты. Марина услышала приглушенные удаляющиеся переговоры. Затем все стихло. Пока никого не было, гостья решила поразмяться и заодно осмотреть висевшие на стенах картины. Не успела она пройти и двух шагов, как услышала сзади тихий щелчок. Девушка быстро подошла к двери и тронула ее. Дверь была заперта.

***

«Я не дам себя запугать ни живым особям, ни призрачным формациям,» — взбодрила себя Марина и решительно отбросила в сторону мысли о домовом. Рвущийся в окно солнечный свет существенно облегчил ей задачу.

Решив потратить с пользой вынужденное одиночество, сыщица попробовала подвести первые итоги своего расследования. Что она сумела узнать?

Нина. Во-первых, испугалась ее появления. Но это мог быть фактор неожиданности. Во-вторых, оживилась, когда заговорили про древность дома и рассказала о блуждающих огнях. Похоже, именно о тех самых, что видела Марина прошедшей ночью. Если верить Нине, то Марине пора ждать неприятных последствий. В-третьих, служанка ругала Константина и его деятельность, рисуя крайне неприятную картину. Осталось только разобраться, что в ее словах правда, а что игра на доверчивую публику.

Вероника Николаевна. Во-первых, сообщение о погасшем свете и запертой двери произвело на нее сильное впечатление. При этом она сразу завела речь о потустороннем. При ее увлечении хиромантией и верой в домового, данная тема не удивляет. Во-вторых, во все глаза блюдет гостью и ни за что не выпустит Марину из дома без разрешения хозяина, которого боготворит. В-третьих, устроила презентацию Константина так, будто подготавливала почву для сватовства. Странный, но при этом весьма занятный момент, учитывая, что Марина вовсе не против. В-четвертых, оказалось, что дом был построен трехэтажным, но сейчас первый этаж не используется, ушел под землю и числится подвалом.

«Ну и что у них с библиотекой?» — зашелестел внутренний голосок. «Такой приличный старинный дом, а специально отведенного места для хранения книг нет,» — поддакнул Рассудок. «Ну как тут можно договориться с Интуицией? — мысленно воскликнула девушка, — то в личные покои Константина гонит, то маринует мозги какой-то библиотекой. Да нет ее здесь!»

От трансформации внутреннего недовольства в физический протест Марину спасла открывшаяся дверь.

— Мариночка, а чего это Вы заперлись? Вот поручаю Вас Александру, — Вероника Николаевна ввела вяло ухмыляющегося молодого человека. — Сашенька, покажи нашей гостье все, что она попросит. Мне самой некогда. Через час-полтора обед.

Домоправительница величественно кивнула и оставила молодых людей наедине. Марина не успела продумать, о чем следует спросить практически незнакомого помощника Константина, а потому с милой улыбкой бросилась как в омут головой:

— Александр, Вы же, наверняка, на машине. Не могли бы Вы отвезти меня до ближайшего общественного транспорта.

— Это к Константину. Вы его гостья, — взгляд молодого мужчины, не ожидавшего подобного начала общения, сквозь насмешку загорелся любопытством. Его слегка волнистые волосы в этот раз были распущены и убраны за уши, что придавало ему вид средневекового принца, забывшего надеть корону, — мне приказано сопровождать прекрасную даму по дому и участку. Ни в чем не отказывать, в рамках приличий, разумеется, и обеспечить досуг наиболее завлекательным способом.

— Учитывая, что Вы мне уже ни в чем не отказали, способ действительно завлекательный, можно сказать прикольный, — если раньше Марина не могла определить свое отношение к мужчине, то теперь она почувствовала раздражение, тем более что его насмешливый взгляд моментально трансформировался в ехидный. — Я так понимаю, Вы приставлены ко мне в качестве конвоира…

— Да уж скорее няньки, — беззлобно перебил Александр, — Вероника Николаевна предупредила, что Вы хотели осмотреть дом. Извольте следовать.

— Мне Ваша Вероника Николаевна его уже вчера показывала. Так куда я там хочу идти?

— Вы хотели начать с рабочего крыла, в котором мы сейчас находимся, — подхватив Маринин тон, невозмутимо пожал плечами назначенный экскурсовод, — если что особенно заинтересует, то говорите, спрашивайте, не стесняйтесь. Я весь к Вашим услугам.

Марину опять покоробил тот факт, что хотя она ни домоправительнице, ни Александру не говорила о поручении Константина искать по всему дому документы, они оба настойчиво направляли ее пройтись по дому. Интересно, они в курсе, что пропали документы, или документы вовсе не при чем, и от нее ждут чего-то другого? Ее собеседник чуть ли не явно намекал на интуицию. Или у нее у самой уже начался бред?

Медленно двигаясь по коридору левого крыла дома, молодой человек старательно притормаживал у каждой двери, предлагая войти, но гостья каждый раз отрицательно мотала головой. В голове опять начало звучать выводящее из себя приглушенное журчание Интуиции: «Почему в этом доме нет библиотеки?»

— Александр, поведайте, как Вы докатились до жизни такой, что стали изучать интуицию? — идиотское мотание по коридору с непрекращающимся библиотечным фоном в голове бесило, поэтому девушке требовалось срочно переключиться на разговор со своим конвоиром.

— К Вашему сведению, я по образованию философ. А для философии вопрос интуиции ничем не хуже любого другого. Между прочим, ею занимался даже такой гигант мысли, как Платон. Древнегреческий идеалист считал, что интуиция — это некое, возможно, слегка подзабытое знание, которое приходит к нам из глубины подсознания как озарение.

Лицо Александра преобразилось, из глаз исчезла насмешка. Чувствовалось, что тема ему близка и понятна. Марину заинтересовал такой взгляд на интуицию. В отличие от ее нынешнего спутника, Константин больше рассказывал об изучении интуиции, ее практическом применении и способах развития в конкретном человеке.

— Интересно. То есть изначально все-равно надо эти знания откуда-то получить? А как же предчувствие будущего?

— Тут, Марин, все достаточно сложно. Древние часто противопоставляли интуицию и интеллект. В частности, тот же Платон. Но были и такие, кто, наоборот, их объединяли. Ты, похоже, ближе к этой позиции.

— Не знаю, я вообще не думала про интуицию до вчерашнего, то есть до позавчерашнего дня, — усмехнулась девушка.

— Зря, мадемуазель, зря, — они уже прошли все левое крыло и вернулись в гостиную. Александр потянул Марину к креслам у камина, — потрясающе интересная тема. Между прочим, есть несколько классификаций интуиции. Бывает экспертная. Она, как сама понимаешь, основана на профессиональном опыте.

— Ну вряд ли это интуиция. Я вижу некое событие. Используя свой опыт, анализирую его и делаю вывод. При чем тут интуиция? — Марина с удивлением почувствовала, что реально увлекаясь разговором, втягивается в спор.

— Чтобы не впадать в философский диспут, давай поддержим мнение древних и сойдемся на том, что это как раз вариант объединения интуиции и интеллекта, — улыбнулся собеседник, — я продолжу. Следующий вид — творческая интуиция. Скажем, генерация новых идей. Далее — социальная, то есть умение разбираться в человеческих взаимоотношениях. И последняя — временнАя. Есть люди, которые очень хорошо чувствуют момент, когда надо что-то сделать или сказать.

— Пожалуй, Вы правы. Если уж выбирать, то я, пожалуй, сторонница объединения интеллекта и интуиции. Во всех предложенных вариантах оно прямо-таки прослеживается, — не выдержала гостья, с любопытством глядя на молодого философа.

— Я рад, что тема Вас заинтересовала, — шутливо-церемонно поклонился собеседник, — может, перейдем на ты? Предоставляю Вам официальное разрешение звать меня Сашей, — получив одобрительный кивок Марины, он продолжил, — и кстати, раз уж пошел такой треп про классификации, то открою тебе еще одну. Так вот. Различают эмоциональную интуицию — это когда озарения возникают перед глазами в виде образов и картинок; физическую — когда уведомления от интуиции ощущаются в виде вибраций и покалываний, ну или идут любые другие сигналы тела; и мысленную — все идеи приходят в виде мыслей.

— О, у меня в виде мыслей, а еще, бывает, сжимается все внутри, еще редко-редко покалывает пальцы, а иногда в виде волнения, — воскликнула заинтригованная Марина. — Когда я в школе или институте сдавала экзамены, то не зависимо от подготовки, если я была спокойна, то сдавала экзамен на пять, а ежели, все вызубрив, чувствовала внутри свербеж, то выше тройки не получала. Да и сейчас, если думаю о каком-то деле, а внутри все сворачивается, то знаю заранее, что пустые хлопоты — ничего не выйдет.

— Понятно, что нет людей, у которых интуиция какого-то одного вида. Обычно присутствуют все три, но что-то в большей степени, что-то в меньшей, — Александр посмотрел на собеседницу. Возбуждение, проступившее на еще недавно строгом лице, сделало ее похожей на любопытного ребенка. На ум пришла мысль, что порученное матерью задание развлекать гостью не такое уж и поганое.

— Ты меня заинтриговал. Правда! Почему же мне Константин вешал какую-то нудятину?

— Потому что Костяна интересует исключительно прикладное применение интуиции. Он изучает, если можно так сказать, ее физический аспект. У него же медики работают. Кстати, по жизни я вовсе не философ, а очень уважаемый практик-юрист, — увидев, что Марина не поняла, Александр пояснил, — у меня два образования. Кстати, ты не хочешь пройти прогуляться после обеда? Сегодня хоть и офигительно холодный, но последний ясный день. Вечером обещают снегопады дня на три. Угрожают, что прямо-таки месячная норма снега выпадет и все погребет под собой.

Фраза Александра растворилась в воздухе, и разговор ненадолго прервался. Огонь в камине немного поутих, но зато жар от него постепенно начал донимать собеседников.

— Мне завтра на работу… — девушка немного развернула кресло, загородившись от камина спинкой, и вопросительно посмотрела на собеседника.

— Предлагаю данную тему обходить стороной во избежание недопонимания и обид. Слышишь? Ниночка уже накрывает на стол. За обедом с Константином и договоришься, если сможешь, — с сомнением добавил молодой человек, отвернувшись от Марины.

Через некоторое время трубный глас Вероники Николаевны действительно оповестил их о приглашении к столу. Константин пришел, когда Ниночка уже раскладывала второе. Он отказался от супа и десерта, быстро закинул в себя кушанье и, извинившись, сбежал, обещая вернуться к ужину.

Марину обидело поведение хозяина. Куда делся влюбленный мужчина? Кто она здесь? Зачем она здесь? Ищет какие-то документы, шатаясь по дому и болтая с домочадцами? Константин ни одним словом не поинтересовался, как идет расследование. Оно его попросту не интересует! Внутри себя Марина была уверена, что он сам спрятал документы у себя в спальне. Только зачем? Если бы мужчина провел весь день с ней, то девушка с радостью простила бы ему небольшую ложь. Но не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что ею он не сильно интересуется, к сожалению.

Настроение гостьи снежным комом покатилось вниз, сдвигая к переносице брови и смыкая челюсти до скрежета зубов. Марина не заметила, как обеспокоенно переглянулись Вероника Николаевна и Александр, и как радостно сверкнули глаза Ниночки, тут же отвернувшейся, чтобы никто этого не заметил.

— Такая прекрасная солнечная погода, — преувеличенно воодушевленно воскликнула домоправительница, — Мариночка, не хотите на свежий воздух? Хоть ненадолго? Александр с удовольствием составит Вам компанию.

— Давайте, — равнодушно вздохнула Марина, — что дома-то сидеть.

День непременно стал бы чудесным, если бы Марина имела хоть малейшее представление, что она делает в этой загородной усадьбе. В итоге ничего не происходило. Если первично девушка оправдывала свое пребывание шансом поближе познакомиться с Константином и при космическом раскладе выйти за него замуж, то в отсутствии мужчины ее цель была априори недостижимой, и она ничего не могла с этим поделать. Никакие красавицы снежинки, от самого малого дуновения парящие с деревьев; никакой свежий воздух, озорным холодком щекотавший под шарфом; никакие высоченные ели, вытаскивающие из-под снежных боа свои ярко зеленые руки, не могли ей помочь.

Сегодняшняя погода была неожиданно более приветливой, чем в предыдущие дни — светило солнце и ветер успокоился, поэтому сильный мороз не донимал. Александр также, как вчера Константин, повел девушку проторенным маршрутом вокруг дома. Когда Марина приехала, она увидела дом с парадной стороны. Что находилось за ним девушка могла бы рассмотреть из окна, если бы не вечнозеленые великанши, росшие в некотором отдалении от дома, поэтому вечером Константин специально провел гостью вокруг здания, чтобы она полюбовалась им. В сумерках дом большого впечатления не произвел.

При дневном свете внушительность строения, по приезду показавшегося небольшим, вызвала трепет. П-образной формы с длинной «перекладиной» и очень короткими «ножками» дом, поблескивая стеклами, задумчиво и внимательно разглядывал огибавшую его пару и дымился белыми клубами, поднимавшимися из устремленных в небо труб. Над центром «перекладины» возвышался то ли второй этаж, то ли внушительного размера мансарда или мезонин, занятый, как девушка уже знала, спальнями. Она легко отыскала свое окно, потому что только два окна выходили на один общий балкон, разделенный ажурной перегородкой, по которой летом, наверняка, пускали вьющиеся растения.

— Вероника Николаевна сказала, что ты интересовалась историей дома, — вытянул Марину из задумчивости Александр, — могу просветить немного.

— Давай, — не стала спорить девушка. У нее было к нему двойственное отношение. С одной стороны, она ни разу не почувствовала в его словах ложь, и это вызывало симпатию. С другой, он честно и откровенно не торопился ей помогать.

— Этот дом построил мой далекий предок. Прапрадед или прапрапрадед. Я запутался в этих «пра».

— А! Так это он пять лет назад продал дом Константину? — невинно хлопая глазами, поинтересовалась Марина.

— Шутница, — засмеялся Александр, — предок дал деру во время революции. А ребенка своего забыл взять. Тот остался жить в России, правда, не в родовой усадьбе.

— Ты серьезно? Какой у тебя веселый предок…

— Не то слово. Правда, и времена были такие, что обхохочешься… Я очень благодарен Костяну, что он выкупил дом. Теперь есть возможность здесь бывать, практически жить.

— Ты хорошо знаешь свою историю. Я вот понятия не имею, кем были мои предки в начале прошлого века, где жили, что делали … Вероника Николаевна сказала, что дом раньше был трехэтажным? — перешла Марина на другую тему, — правда, что бывший первый этаж сейчас стал подвалом?

— Да, а бывший подвал полностью залит водой.

— То есть дом, можно сказать, на два уровня в земле?

— Да, Марин, можно сказать и так. А почему тебя это заинтересовало? Первый этаж, который сейчас подвал, не отремонтирован. Им не пользуются.

— Саш, а что располагалось на бывшем первом этаже? — Марина, чувствуя всколыхнувшееся внутри напряжение, в который раз удивилась, отчего вопрос про нежилой этаж настолько важен для нее.

— Первый этаж, в основном был хозяйственный, второй для светской жизни, а третий спальный.

— Что значит, хозяйственный?

— Ну раздевалка, кладовки, кухня, комнаты прислуги, подсобные помещения.

— Понятно. А что же в таком современном доме нет библиотеки?

— Как это нет? Она … закрыта, там сейчас ремонт, — впервые с начала общения с Александром девушку посетило чувство недосказанности. — Мы пришли, — молодой человек остановился около хоть и одноэтажного, но достаточно высокого облегченного строения, похожего на ангар, — прошу.

Из открытой галантным Александром двери на Марину пахнуло теплым животным духом. Она быстро просочилась внутрь просторного помещения, пол в котором был щедро засыпан песком, а свет проникал сквозь прозрачную крышу. Девушка безошибочно определила, что находится в манеже для выгула лошадей. Ее догадку подтвердило приветливое ржание, раздавшееся из-за стены.

— У Вас есть лошади? — восторженно воскликнула гостья. — А кто же за ними смотрит? Не Вероника Николаевна же с Ниной?

— Нет, конечно. Для это есть Михалыч. Он где-то здесь крутится. Появится, я вас познакомлю. Пойдем.

Молодой человек повел восхищено озиравшуюся девушку в приоткрытую дверь в левой стене ангара, откуда слышалось редкое всхрапывание. В стойлах, расположенных сбоку от манежа, стояли три лошади.

— Знакомься, вот этот черный гигант Алмаз. Его облюбовал Константин. А вот этот шоколадный, — Александр потрепал по морде ткнувшегося ему навстречу коня, — Герой, мой любимец. Ну а эта дама Ромашка. Ее, как сама понимаешь, предпочитают женщины. Она и размером поменьше, и поспокойнее двух других товарищей. Покатаемся?

— Нет, — гостья активно замотала головой из стороны в сторону, — я никогда на лошадях не ездила.

— Тем более. Когда-то надо начинать. Сейчас самое время. Свидетелей нет, зато в наличии персональный тренер, — он отвесил шутовской поклон, — ну решайся.

Марина, продолжая отрицательно качать головой, двинулась назад. Александр, не настаивая, подошел к небольшому ящику и загадочно улыбаясь поманил к себе девушку. Внутри лежали нарезанные яблоки, морковка и кабачки.

— Давай порадуем их. Покормить-то не откажешься? — мужчина набрал в руку разные кусочки, — правда, кабачки ест только Ромашка. Она их жуть как любит. Хочешь посмотреть цирк?

Александр выбрал кабачки и протянул их черному гиганту. Алмаз, совершенно по-человечески недовольно фыркнув и осуждающе покосившись на другую руку, в которой были зажаты яблоки и морковь, отвернулся. Марина изумленно смотрела на коня. В ее понимании лошади ели сено. О том, что у них есть свои предпочтения в овощах, она никогда не задумывалась. Между тем ее спутник, чтобы не ссориться с животным, протянул ему другую руку, с которой конь аккуратно взял в рот яблоки и морковки, не забыв покивать головой в знак благодарности.

— Ну надо же! Он еще и обидеться может!

— А то! — Александр протянул руку с кабачками Герою, — смотри! Видишь, как лениво берет?

Герой, тяжело вдохнув, забрал с ладони мужчины кусочки кабачка. Немного похрустел ими и, приоткрыв рот, позволил кабачковой кашице беспрепятственно вывалиться под ноги. Марина в немом восторге прижала руки к лицу, не зная, что сказать.

— Ах, ты хитрюга, — смешно просюсюкал Александр, обнимая коня и целуя его в покрытую шестинками шоколадную щеку, — не хочешь меня обидеть. Знаю, что кабачки не твой удел. На тебе вкусняшку.

Он достал из короба яблоки и морковки. Конь с благодарностью их взял и потянулся к лицу хозяина отблагодарить.

— Попробуй Ромашку покормить, пока я мужиков угощаю. А то бедная лошадка стоит и завидует. Не бойся, она смирная.

Марина взяла несколько кусочков кабачков и протянула руку лошади. Та, увидев угощение, потянулась к нему большими пухлыми губами. Гостья инстинктивно дернула рукой, но обнаружила, что Александр, стоя сзади, придерживает ее локоть, так что отодвинуть руку невозможно. Впрочем, Интуиция давала понять девушке, что мягкие губы лошади не причинят ей вреда. Глядя в большой влажный глаз, Марина впервые в жизни осознала, что ничего не знает об этих красивых животных. А у них свои вкусы, предпочтения, любимые люди. Они же многое понимают. Вон, как по-доброму смотрит на нее Ромашка. От лошадей точно никакой лжи не исходит, все искренне.

— Знаешь, — решилась девушка наперекор активно подаваемым внутренним сигналам Интуиции, когда коняшка не только покачала в знак благодарности головой, но и изобразила ногой признательность, — если она не против, я могла бы прокатиться. Только ты рядом пойдешь и будешь держать.

Александр вывел из стойла Ромашку и, оседлывая ее, подробно перечислял Марине, что и для чего он кладет на спину лошади. Пока девушка прикидывала, сможет ли она забраться на достаточно высокое животное, молодой человек принес небольшую табуретку со ступенями. Все оказалось гораздо проще — девушка забралась на Ромашку не с земли, а по приставной лесенке. Добровольный помощник повел лошадь по манежу, давая всаднице указания: сидеть прямо, но расслабленно, потому что лошадь сквозь седло тонко чувствует все мышцы сидящего на ней человека и реагирует на их напряжение; держать ноги в стременах обязательно пятками вниз, чтобы в случае чего быстро вытащить и не запутаться; держать поводья не слабо, но и не туго, чтобы лошади не было больно, но в то же время она должна чувствовать, что ее контролируют; во время ходьбы двигать обеими руками вперед-назад в такт физиологическому киванию головы животного.

Дальше пошли команды управления — вперед, налево, направо, стой… Голова Марины шла кругом от вала льющейся на нее информации и попыток следовать всем правилам. Когда она немного успокоилась и более-менее начала следить за спиной, мышцами, руками и пятками, Александр отпустил Ромашку и сначала шагал рядом, а потом вообще встал в центре манежа, наблюдая за всадницей и делая замечания обеим дамам.

Марина представила картину, висящую у нее в комнате. Там расслабленная спокойная всадница сидит на вздыбленной лошади. Только сейчас до девушки дошла вся несуразность изображения. Такого в действительности быть не может. Марина на спокойно идущей лошади постоянно чувствует себя в легком напряжении, а уж на вздыбленной-то… страшно подумать. При этом девушка к своей досаде почувствовала нарастающее напряжение внутри живота, это всегда означало лишь одно: жди неприятностей.

— Ты не против, если я все-таки выведу Героя? А то, боюсь, он не поймет, если я оставлю его без прогулки, — спросил тренер, убедившись, что Марина вполне уверенно сидит на лошади и в ближайшее время не собирается ни падать, ни впадать в истерику. — Продержишься две минуты? Я выведу его сюда. Это быстро.

Марина кивнула головой, наслаждаясь непривычными ощущениями. Пока Александр не отвернулся, девушка, осмелев, бесстрашно наклонилась к морде Ромашки, чтобы ее погладить. Она настолько освоилась, что смогла даже оторвать взгляд от головы лошади и оглядела манеж, в котором они занимались.

Звонкий крик «Гей!» и хлопок в ладоши раздался неожиданно. Ромашка, услышав звуки, радостно взбрыкнула задними копытами и пустилась галопом в сторону двери, где стояла невысокая женская фигурка, укутанная в шубу. Марина не в силах совладать с лошадью, бросив поводья, вцепилась в гриву и полностью распласталась на Ромашкиной шее. Ее надеждам удержаться на галопирующей коняшке, то и дело весело подкидывающей свой зад, не суждено было сбыться. Наездница медленно но верно стекала вправо.

Александр, выводящий в манеж Героя, увидел гарцующую лошадь с болтающейся на ней наездницей и бросился наперерез, громко скомандовав Ромашке остановиться. Животное, услышав знакомый властный голос, активно замедлила ход, и Марина без последствий для себя тяжелым мешком сползла на землю. Девушка обрадовалась, что, следуя наставлениям, старательно держала в стременах только мыски, что позволило легко вытащить ноги.

Мужчина подбежал к месту приземления практически одновременно с остановкой лошади. Собственно, его помощь уже и не требовалась. Марина на полусогнутых ногах, дрожа всем телом, стояла рядом с Ромашкой и круглыми от пережитого стресса глазами смотрела на животное, с которого только что шваркнулась.

— Ты как? — Александр обеспокоенно оглянулся в поисках причины происшедшего.

У выхода стояла Ниночка, растерянно прижимая к лицу обе руки. Молодой человек, взяв под уздцы Ромашку, двинулся в ее сторону.

— Простите меня, пожалуйста, — залепетала служанка, — это, наверно, я виновата. Так обрадовалась Ромашке, поздоровалась с ней. А она, видно, тоже от радости, поскакала ко мне.

— Ладно. Проехали, — Александр с сомнением посмотрел на виновницу, но ничего не сказал. — Марин, попробуешь еще раз прокатиться?

Марина, не в силах вымолвить ни слова, отрицательно покачала головой и на всякий случай подтвердила свое окончательное решение обеими руками. Для нее было ясно, что после такого старта она не скоро еще раз осилит залезть на лошадь.

— Меня Вероника Николаевна прислала за Вами. Ужин скоро, — скороговоркой сообщила Ниночка и скрылась за дверью.

— Саш, ты прокатись на Герое, я подожду здесь. Он же не виноват, что я такая неумеха, — к Марине возвратилась способность говорить и трезво мыслить, и теперь она чувствовала себя виноватой перед красавцем конем, которого поманили манежем, но могли опять поставить в стойло.

Александр подвинул Марине скамейку, оседлал Героя и легко, без всяких приспособлений, вскочил на него. Зрительница покачала головой, жалея, что ее отношения с лошадьми складываются не так, как хотелось бы. Впервые она увидела лошадей в детстве. Это было зимой на снежной дороге. Три всадника на огромных, как ей тогда казалось, конях мчались галопом. На ребенка произвело огромное впечатление, как мощные животные раскидывали ноги и ощерялись крупными зубами. Особенно поразили вырывавшиеся из их ноздрей клубы пара, словно дым у огнедышащих драконов.

Безобидные лошадки из детских книжек в тот раз показались ей чудовищами. Страх, засевший где-то внутри еще в детстве, не позволял Марине близко подходить к лошадям. Она смогла пересилить его только рядом с Александром. И надо же такому случиться, только он отвернулся, Ромашка скинула ее. «Ну прям, точно после блуждающих огней случилась неприятность», — вспомнила девушка слова Нины.

Когда Марина с Александром вошли в столовую, Вероника Николаевна и Ниночка уже сидели за столом.

— Ну сколько можно Вас ждать, — выразительно прогудела домоправительница, — все же стынет.

— Извините, — улыбнулась Марина, — мне Саша показывал лошадей. Это так здорово. У них такие глаза. А Константин еще не приехал? Он обещал после ужина отвезти меня домой.

Марина выжидательно посмотрела на пожилую женщину, потом на Александра, пытаясь считать их реакцию. Домоправительница упрямо молчала, словно робот, методично отрезая и засовывая себе в рот кусочки мяса. Совсем недавно бывший ей практически другом Александр занялся изучением положенного ему в тарелку салата.

— Мариночка, — первой не выдержала Вероника Николаевна, — Константин задерживается. Он сказал, что что-то должен Вам привезти…

— Он обещал мне купить телефон, но это было утром. Сейчас в нем уже нет большой необходимости. Теперь надо ехать домой. Завтра я сама куплю себе телефон. Давайте вызовем такси.

— Ну какое такси сейчас сюда поедет? — весьма натурально охнула домоправительница. — Вы возвращалась из конюшни, небось, видели, что на улице делается? Это у нас на территории дорожки расчищены, а за забором-то дороги все позамело. К вечеру заметет еще сильнее. Обещали метель.

Марина вынуждена была согласиться. Пока они провозились с лошадьми, погода резко изменилась. Выйдя из манежа, молодые люди восхитились валившими с неба огромными хлопьями снега. Плотность была такая, что казалось, воздух превратился в сплошную снежную стену. Видимость была меньше метра. Учитывая поднявшийся ветер, до дома пришлось идти, крепко держась за руки.

— Вероника Николаевна, Вы можете дать мне свой телефон, чтобы связаться с Константином? — Марина демонстративно отложила ложку. Есть совершенно не хотелось. В конце концов, главная цель ее нахождения здесь — это общение с Константином, а не с его челядью. Ради него она еще могла бы потерпеть все странности этого дома, но на нет и суда нет. Похоже, мужчину она совершенно не интересует, а значит, надо прорываться домой.

— Да, конечно, — зачастила женщина, — только давайте поужинаем. Десять минут погоды не сделают…

Марина не стала слушать продолжение монолога и, обернувшись на прикинувшегося невидимкой Александра, вышла из-за стола. Под обеспокоенное кудахтанье домоправительницы она решительно отправилась к себе в комнату. Обитатели дома явно по какой-то неизвестной ей причине всеми силами препятствуют ее отъезду. Константин придумал какие-то пропавшие документы; домоправительница пугает снегом и под любым предлогом не дает телефон; Александр кивает на своего руководителя и делает вид, что тут вообще не при чем; Нина явно ее недолюбливает, и что-то подсказывает, что ее вскрик и хлопки, после которых понеслась Ромашка, были вполне осознанными.

Девушка поднялась по лестнице. В тишине коридора послышался чуть слышный щелчок, и освещение потухло, погрузив концы коридора в темноту. Второй этаж освещал лишь неяркий пучок света, прорывающийся по лестнице с первого этажа. Гостья замерла, просчитывая свой следующий шаг. Жаль, она не догадалась спросить у Нины, сколько неприятностей отмеривается после появления таинственных огней. Вероятно, поштучно за каждый огонек и пропорционально их размерам?

Стоя в сумраке, Марина попробовала проанализировать чехарду в голове. Здравый Рассудок с испуганным Ребенком настаивали вернуться в столовую и сообщить о перегоревших лампочках. Мечтательница требовала двинуться вперед на встречу приключениям. А вот Интуиция тонким перестуком пульсирующих у висков вен сообщила Марине, что в коридоре она не одна. Девушка прислушалась. Ухо уловило не только чье-то сдерживаемое дыхание, но и тихие легкие шаги. На память пришла вчерашняя экскурсия по дому, когда Вероника Николаевна показала ей выключатель, расположенный около лестницы. Рука, наугад потянувшись к стене, нащупала клавишу.

Свет вспыхнул неожиданно. Тыкая «пальцем в небо» на клавишу выключателя, Марина не надеялась на столь положительный результат. Краем глаза девушка заметила впереди себя движение двери в комнату, расположенную напротив ее спальни. Домоправительница, показывая на нее, что-то говорила о ремонте. Гостья стремглав рванула к загадочной двери. Та оказалась запертой. «Дом заблокированных дверей и выключающегося света», — чертыхнулась про себя гостья, вспомнив, что сама уже дважды побывала под замком.

Марине стало не по себе. Кто мог находиться в коридоре? Похоже, свет при ее появлении был кем-то выключен. Тот, кто это сделал заперся в «а-ля» ремонтируемой комнате. Опять какие-то тайны. Ну не призрак же, в самом-то деле! Может, это Константин? Из всех проживающих в доме только его нет за ужином в столовой. Вдруг он не уехал никуда, а спокойно сидит дома, избегая ее?

Зайдя к себе в комнату, девушка поймала себя на мысли, что непроизвольно прислушивается, не раздастся ли опять щелчок замка. Гостья приоткрыла дверь и подсунула расческу так, чтобы никто снаружи не смог влегкую захлопнуть замок. Минут через пятнадцать, не выдержав непонятной перспективы, Марина вышла из комнаты. Ждать, когда опять запрут или отключат свет, оказалось выше ее сил. Идти в столовую любоваться на живущих в доме лгунов было противно. Хорошо было бы добраться домой, но в такой мороз и ветер она даже до ближайшего поселка не сможет дойти. И это при условии, что охрана выпустит ее за ворота, в чем Марина сильно сомневалась.

Пребывание в гостях оказало какое-то странное воздействие на мозг девушки. Если обычно она совершала действия на основании строго продуманных решений, то теперь, после всех лекций про интуицию, Марина приобрела стойкую привычку копошиться в своей голове, напоминая себе бездомного, ковыряющегося в мусорном баке.

Со всеми этими внутриголовными дискуссиями девушке периодически казалось, что она начала страдать раздвоением или растроением личности. И во всем этом был виноват лишь один мужчина — Константин.

Мысль о Константине долбила мозг. Если верить Веронике Николаевне, дороги засыпало снегом, и мужчина никак не сможет вернуться домой именно по этой причине. Рассудок тут же задался вопросом, почему же никто не волнуется о хозяине? Все выказывают твердую уверенность, что он сегодня приедет. Какова вероятность, что он давно дома, но прячется от нее?

Девушка медленно двинулась по коридору. Вспомнив о скрывшемся в комнате напротив, она вернулась и потрогала дверь, та по-прежнему была заперта. Прислушиваясь к звукам, доносившимся с первого этажа, плененная гостья направилась в другое крыло, где располагались спальни хозяев. Лежащий на полу ковролин дружески скрадывал звуки без того тихих Марининых шагов. Внутренний пугливый Ребенок, сообразив, что кто-то с первого этажа может подняться наверх, заставил девушку действовать активнее, ведь случае встречи с кем-то из домочадцев будет трудно объяснить, что она делает в хозяйском крыле.

Достигнув комнаты Константина, гостья настороженно прижала ухо к двери. Сквозь захлебывающийся стук своего сердца, слышимый, вероятно, и в столовой на первом этаже, ей показалось, что внутри комнаты есть движение. Марина, мягко нажав на ручку, толкнула дверь. Та была заперта. Какая неожиданность! При этом шевеление в комнате прекратилось. Разведчица постучала. Ответом была тишина.

Спеша покинуть ту часть дома, где ей быть не следовало, девушка пошла обратно. Подойдя к лестнице, она уже начала во всем сомневаться. Видела ли на самом деле кого-то, спрятавшегося в ремонтируемой комнате, слышала ли она хоть что-нибудь в комнате Константина? Внутренние советчики начали нашептывать, что это был обман зрения после резкого включения света, а звуки в спальне у мужчины, это слуховая галлюцинация. Может у него открыто окно, шевелится кошка, птичка, хомячок. Да, мало ли что? Константин же совсем ничего о себе не рассказывал! Она вообще ничего о нем не знает.

Спускаясь, Марина обратила внимание, что дверь каморки под пролетом лестницы, ведущей на второй этаж, приоткрыта. Не утерпев, искательница приключений заглянула в нее. Из темноты повеяло холодом. Помещение явно не отапливалось. Это оказалась вовсе не каморка, а лестничный пролет, уходящий вниз. Что, собственно, было абсолютно логичным. Внизу виднелись какие-то бочки и стеллажи с тускло отражающими свет банками. Подвал, бывший когда-то первым этажом.

Рассудок настойчиво рекомендовал ей прикрыть дверь и шагать в музыкальный салон, гостиную или к «светскому обществу», все еще беседующему в столовой. Азартная Мечтательница настойчиво подбивала спуститься вниз навстречу приключениям. Откуда-то опять прилетели мысли про библиотеку. Рассудок тут же попытался их опровергнуть. Какая библиотека может быть в подвале? Для чего она ей нужна эта библиотека? Как правильно заметила домоправительница, все давно перешли на электронные книги.

Чтобы успокоить свою совесть, гостья аккуратно заглянула в столовую — вдруг Константин уже появился? Там по-прежнему восседала Вероника Николаевна, что-то горячо декламирующая Александру и Нине. Слух уловил слово «лошади». «Обсуждают мое падение с Ромашки,» — подумала девушка, вспомнив, как беспомощно чувствовала себя на подкидывающей зад коняшке. Не обнаружив главного нарушителя своего спокойствия, Марина разрешила себе плюнуть на все правила приличия и пойти на поводу у авантюрной Мечтательницы, подробно объясняющей ей, что раз хозяева позволяют себе не выпускать ее из дома, значит и она может позволить себе лазить, где ей вздумается. Тем более что Константин утром сам дал девушке полный карт-бланш для поиска пропавших документов.

Для исследования холодного подвала, бывшего когда-то первым этажом, требовалось подготовиться основательно. Первым делом Марина, повинуясь указаниям негодующего Рассудка, сбегала к в музыкальную комнату, где она видела свечку и зажигалку. Обеспокоенный внутренний Ребенок, боясь замерзнуть напомнил о необходимости утеплиться, и гостья заскочила в раздевалку за теплыми ботинками и огромной шубой, любезно предоставленной ей домоправительницей для прогулок. На случай, если кто-то из домочадцев ее увидит, девушка приготовила легенду. Мол, захотела прогуляться. Удача ей сопутствовала, и никто из столовой не вышел. Там продолжался вечерний тягучий разговор.

Стараясь не произвести ни капельки звука, Марина просочилась на темную лестницу в подвал. Девушка на всякий случай подложила под дверь варежку, чтобы она не дала той захлопнуться. Не желая привлекать ничьего внимания, искательница приключений не стала выяснять наличие возможности включить свет. От внутреннего напряжения покалывало кончики пальцев и сводило затылок. Рассудок возмущенно молчал, а его авантюрная оппонентка нетерпеливыми волнами, исходившими от середины груди, подначивала хозяйку двигаться вперед. Впрочем, уровень адреналина в крови был таков, что Марина уже не понимала, что ей говорят разные голоса. Ее манила неизвестность.

Девушка осторожно спустилась по ступенькам до самых бочек. Судя по исходившим от них ароматам, они были наполнены чем-то съестным. Очевидно, ближайшая к лестнице часть этажа использовалась в качестве обычного холодного подпола для хранения продуктов. Буквально в двух шагах от лестницы было совсем темно, свет от небольшой щелки в дверном проеме, туда не проникал.

Исследовательница зажгла свечу. В непосредственной близости предметы проступили ярче, зато мрак за кругом дрожащего света сгустился до плотной черной массы, делая Марину полностью слепой за пределами освещенного пространства. Немного подумав, в какую сторону лучше пойти, девушка направилась в правое крыло подвала, располагающееся под гостиной, столовой и кухней. Ноги ступали по чему-то мягкому, вероятно, многолетнему слою пыли, хотя собственные шаги Марина и без пыли не услышала бы, они глушились пульсирующими ударами сердца, бьющегося где-то в ушах.

«А вдруг здесь есть крысы или огромные пауки?» — яркой ракетой взвился в голове голос испуганного Ребенка. Тихий шелест Интуиции тут же поддакнул, что она в подвале не одна. Стойкое чувство неотступного чужого взгляда поселилось около горла, мешая дышать. Девушка несколько раз оглянулась, но если кто и шел сзади, то он был в более выигрышной позиции, потому что видел Марину в свете свечи, а она ничего видеть не могла.

Отбросив все мысли о духах, домовых и привидениях, которыми ее пугали домоправительница и Ниночка, отважный следопыт двинулась дальше по анфиладам комнат. Иногда помещения были настолько большие, что она не могла рассмотреть стен. Рассудок подсказывал новоиспеченной диггерше, что потеряться невозможно, однако, Марина решила не рисковать и двигалась только вперед, никуда не сворачивая.

Наконец, пространство подвала сузилось до обычного коридора. Страхи немного отступили, возможность видеть слева и справа от себя стены успокаивала. Внутри искательницы приключений разлилось умиротворяющее тепло, только в кончиках пальцев нетерпеливо пульсировала кровь — Интуиция удовлетворенно дала знать, что Марина пришла по адресу. Она там, где и должна быть. Девушка дернула на удачу за ручку одной из дверей. Дверь, к огромному удивлению исследовательницы, бесшумно поддалась. Очевидно, в подвале принцип запертых замков не работал.

Забыв о необходимости дышать, девушка распахнула ее как можно шире. Сравнительно небольшое помещение было пусто. В световой круг попали прямоугольные предметы, густо покрытые пылью. Вдоль обеих боковых стен просматривались пустые стеллажи. На стене напротив выделялся заложенный кирпичами оконный проем.

Марина подошла к стеллажу и провела зажигалкой по пыльной полке. Рука споткнулась о препятствие, которое слегка завернулось. Девушка взялась за приподнявшийся край. У нее в руках оказался журнал Работница за январь 1984 года. С обложки на нее смотрела молодая симпатичная женщина в клетчатой рубашке и комбинезоне. «Знакомьтесь, Тамара Малейко,» — прочитала Марина.

Почувствовав, что нога во что-то уперлась, девушка присела и подняла с пола лежащий рядом «кирпич». Приблизив свечу, смогла прочитать: «Ярослав Гашек. Приключения бравого солдата Швейка». Дружный хор голосов в голове возбужденно констатировал очевидное, это была библиотека. Она нашла ее! Рассудок тут же выдал возражение: «Ну нашла… а зачем? Здесь точно не могут храниться документы Константина. Слой пыли однозначно указывает, что помещение не посещалось не то что несколько месяцев, а несколько лет, если не десятков лет».

Из задумчивости Марину вывел чуть слышный скрип. Уловив его, девушка буквально подпрыгнула на месте. Тут же раздался щелчок, которого она так боялась услышать у себя в комнате. Оглянувшись на дверь, гостья увидела в проеме очертания человека со свечой. Огромный капюшон закрывал половину лица, не позволяя разглядеть его. Мысль о призраке была безжалостно уничтожена в зародыше. Фигура неподвижной женщины, стоявшей перед ней, была не такая огромная, как у Вероники Николаевны, но гораздо больше, чем у Нины. Вспомнив, что в подвале холодно, и никто сюда раздетый не полезет, Марина сделала вывод, что перед ней Нина. Она уже открыла рот, чтобы облегченно покаяться и извиниться за вторжение, как, приглядевшись, поняла, что смотрится на свое отражение. Перед ней рядом с дверью висело зеркало. Искательница приключений быстро подскочила к двери и, дернув за ручку совершенно не удивилась, не сумев ее открыть. Отсутствие света и запертые двери были ее постоянными спутниками в этом странном доме.

***

Константин приехал домой ближе к девяти вечера. Марина сильно удивилась бы, узнав, что охрана тщательно чистила не только дорожки внутри забора, но и следила за дорогой до основного поселка. Поэтому проблем с подъездом у хозяина дома не возникло. Первым его встретил Александр, нетерпеливо несущий вахту у камина:

— Ну как погодка?

— Полный швах… Метет, сыплет. Дороги исчезают прямо на глазах. Завтра даже врать не придется, почему не могу отвезти Марину на работу.

— Костян, ты можешь мне по нормальному объяснить, почему мы держим ее здесь? — недоуменно спросил у вошедшего развалившийся в кресле молодой человек. В руке он крутил бокал с вином и внимательно изучал броуновское движение, происходящее внутри. Начатая бутылка стояла тут же на журнальном столике.

— Тебе-то что за дело, — беззлобно отшил брата Константин. Мужчина прошел в столовую за бокалом и, приземлившись в соседнее кресло, налил себе вина. — Кайф! — протянул он, играя на нервах у собеседника. — Пошли, что ли, в салон, чтоб тут не отсвечивать.

Мужчины одновременно поднялись.

— Шурик, Марина сильно скандалила?

— Да, нет. Скорее, обиделась. Ужинать не стала, ушла к себе. Отправили Нину уговорить ее спуститься, но Марина ей не открыла. Так что случилось? Почему мы ее здесь держим?

— Значит, есть причины, — Константин плотно прикрыл за собой дверь и сел напротив Александра, изображая всем своим видом, насколько ему не хочется развивать эту тему, — мне нужен анализ ее крови. Срочно. Наше с ней взаимодействие будет развиваться в зависимости от него. — Видя, что собеседник его не очень понимает, Константин продолжил, — по внешним признакам сила интуиции у Марины зашкаливает. Я думаю, именно поэтому она и не скандалила. Мадам заранее чувствует многие вещи и, соответственно, воспринимает их спокойно.

— Ну а где твои Владик с Денисом? Не сам же ты будешь возиться с пробирками.

— Шурик, — устало закатил глаза хозяин дома, — в этом вся засада. Денис заранее предупредил, что в эти выходные его нет в городе, а Влад обещал сегодня с утра быть. Поэтому я и оставил Марину на ночь. Кто ж знал, что этот кретин решит заболеть. Я сегодня специально поехал к нему проверить. Думал, если он в более-менее приличной форме, притащу сюда. Не срослось. Вваляется практически невменяемый с высоченной температурой.

— Денис завтра, надеюсь, приедет?

— Да, прямо с утра. Его тоже только что проверил-навестил. Реально нет дома, но хотя бы здоров. Ты же понимаешь, мне никак нельзя было сегодня появляться. Я Марине телефон обещал привезти, дитя прогресса рвалась связаться со своими.

— Да, я в курсе. Она и у нас просила телефон, чтобы вызвать такси. Не дали, как сам понимаешь, — раздраженно ответил Александр на немой вопрос собеседника. — Чувствовал себя по-идиотски. «Не дам, потому что мне злой дядя не разрешил», — передразнил молодой человек сам себя.

— Шурик, вы все правильно сделали. А чем занимались? Где маман?

— Маман скоро прискочит. Сдается мне, она тоже тебя караулила и, наверняка, слышала, как ты пришел.

Молодой человек вкратце рассказал, что произошло за день, не забыв упомянуть о небольшом происшествии с Ромашкой, произошедшем при активном участии Ниночки.

— Думаешь, коза специально шуганула лошадь? — уточнил старший брат.

— А то нет! Слушай, Нинуха Ромашку знает как облупленную. Все ее реакции просчитывает. Неужто она не в курсе, как ведет себя лошадь, когда хозяйка подзывает к ее себе, да еще с таким активным посылом. Естественно, та, задрав хвост, рванула вскачь на призыв.

— С другой стороны, Нинуха не могла знать, что Марина впервые на лошади, — резонно возразил Константин, — давай пока эту тему оставим.

— Мальчики, вы оба плохо себя ведете, — дверь распахнулась и в музыкальный салон огромной возбужденной бабочкой влетела Вероника Николаевна, — ну сколько можно мучить бедную девочку? Один держит ее как в тюрьме, другой чуть под копыта лошади не бросил.

— Ну мам, — единым хором возмутились братья.

— И перестаньте мамкать, — сурово осекла их женщина, — договорились не афишировать, что мы семья, значит, надо держать себя в руках. Для всех внешних людей я домоправительница. Так же как и ты, Александр, для всех — помощник Константина.

— Как скажете, мадам, — усмехнулся Александр, — могу и дворецким побыть, коль прикажете. Или лучше садовником?

— Не паясничай, — грозно взглянула на сына Вероника Николаевна, — Марина как после ужина ушла к себе, так и не выходила. Константин, похоже, она всерьез надеется завтра попасть на работу.

— Пусть надеется, доля у нее такая. Завтра утром приедет Денис, и все разрешится. Если ее кровь не подходит, то по обстоятельствам… Кто знает, возможно, к обеду будет уже на работе. Все полагающиеся извинения я ей принесу. Что ни говори, а изучить такой редкий экземпляр хотелось бы. Так что ссориться с нашей милейшей гостьей не собираюсь.

— Костян, я прямо стесняюсь спросить. Что будет, если подходит?

— Что?

— Что будет завтра, если кровь Марины тебе походит. Про «не подходит» я понял.

— Ну тоже по обстоятельствам, — раздраженно бросил Константин.

— Зашибись…

— Костик, — женщина ласково прикоснулась к руке старшего сына, — тебе уже тридцать семь. Пора начинать думать о семье.

— Это вон к Шурику давай.

— Костик, я же вижу, как неравнодушно Марина на тебя смотрит. Раз ты считаешь, что девушка очень интересна в плане исследований, тогда если она здорова, и если ее кровь подойдет, она может стать для тебя пожизненным донором. Тебе надо жениться на ней. К тому же твои детки могут наследовать ее способности.

— Костян, только я ощущаю, что мать несет бред? — возмутился Александр, вскакивая с кресла. — Вы рассуждаете о молодой симпатичной девушке как о каком-то то ли инкубаторе, то ли дойной корове.

— Племенной, заметь, корове, — язвительно вставил Константин. — Заткнись, Шурик. Хватит морализировать. Между прочим, резон в словах матери есть. «Дойную корову» и «инкубатор», как ты выразился, действительно неплохо бы оформить официальной женой. И что характерно, по взаимному согласию и на вполне себе выгодных для нее условиях.

— Костик, да тебе надо-то всего пару раз ласково девушке улыбнуться. Сейчас все зависит только от тебя, — радостно защебетала Вероника Николаевна.

— Дальше без меня, — мрачно промолвил Александр, выходя из комнаты и плотно закрывая за собой дверь.

Сегодняшний день не прошел для него даром. Марина оказалась вполне разумной девушкой, без оккультных придуростей, и это привлекало к ней. Самое удивительное, что именно он, ругающий всех за слишком большое увлечение темой интуиции, невольно выступил ее пропагандистом. Гостья заинтересовалась его рассказами! И теперь планируемое семьей будущее девушки его лично не устраивало. Впрочем, что-то подсказывало молодому человеку, что она сумеет отличить настоящие чувства от выгодной сделки. Хотя с другой стороны, Марина действительно может захотеть пойти на сделку с открытыми глазами. В таком случае он в ней ошибся, а жаль…

— Должна сказать, я не заметила, чтобы твоя гостья носилась по дому в поисках, — Вероника Николаевна с недоумением посмотрела на закрывшуюся за младшим сыном дверь.

— Не страшно. Ей в любом случае еще не раз придется здесь бывать, — спокойно возразил Константин, пытаясь понять, к чему клонит мать. Обычно она никогда не вмешивалась в его дела.

— Я уже пожилой человек, иногда так хочется побыть в тишине. Большие сборища с возрастом становятся в тягость, — женщина напустила на себя жалостливо-плаксивый вид, подтверждающий всю тяжесть ее положения. — Я рада, когда вы с Сашенькой приезжаете. Но пойми меня правильно, когда вы уезжаете, я тоже рада. А вот посторонних терпеть в доме с каждым разом становится все тяжелее и тяжелее.

— Ма! Ты вообще о чем? Лаборатория в доме. Я не могу разместить ее у себя в квартире. Придется терпеть. Ну хотя бы иногда, — смягчился Константин, увидев реакцию Веры Николаевны.

Слезы в глазах матери стали для мужчины полной неожиданностью. Возрастное, как он привык считать, недовольство по факту приобрело вполне четкую направленность. Маменька не больше и не меньше вознамерилась прихватизировать загородный дом в свое полное единоличное пользование. Оказалось, что он здесь лишний. Нехило, однако.

***

Нельзя сказать, что Марина сильно испугалась, когда поняла, что опять оказалась запертой. Третий раз за два дня! Правда, на этот раз в неотапливаемом подвальном помещении. Как ни странно, на душе было спокойно, настойчивый шелест Интуиции подавлял остальные возмущенные голоса и настаивал, что все идет так как и должно идти. Это просто надо пережить. Более того, первой реакцией была радость, что прислушалась к советам трезвых голосов, взяла шубу и надела теплые ботинки. Дальше с сожалением вспомнились варежки, оставленные в двери. Наверняка, тот, кто ее запер, именно по ним и нашел ее.

Внутренний Ребенок-паникер вытащил из памяти слова Нины про неприятности, которые пророчат блуждающие огни, и начал истерить, что падением с лошади и пропуском завтра работы дело не ограничивается! Сколько еще проблем свалится на ее голову? Как долго ей придется сидеть взаперти на этот раз? Все-таки, условия далеки от комфортных.

На всякий случай Марина попробовала крикнуть. Собственный голос показался ей чужим и очень слабым. Во внешнем звуковом фоне вообще ничего не изменилось. Наверное, звукоизоляция между этажами хорошего качества, и орать бесполезно. Это вам не современные панельки.

Рассудок взял себя в руки и занялся разработкой плана. Мудрить не имело смысла. Надо начать с самого простого — дать о себе знать. Конечно, придется объясняться, но лучше это сделать сейчас, чем через несколько лет предстать перед хозяевами в виде полуразложившегося трупа или высохшей мумии. Девушка попробовала прикинуть, под каким помещением она находится, но расчеты получались настолько приблизительными, что варианты разнились достаточно сильно: то ли под кухней, то ли под столовой, то ли под гостиной, то ли под хозяйственными помещениями. Несмотря ни на что, неунывающая Мечтательница настаивала, что над ней столовая.

Первым делом Марина нашла на стеллажах надежное место для свечи, рядом положила зажигалку. Попрыгав, она выяснила, что до потолка рукой не достать, необходимо возвышение, с которого можно было бы дотянуться, и что-то жесткое чтобы постучать. Осталось найти необходимые предметы.

Девушка озадачилась. На сколько хватит маленькой свечки не известно, как долго придется тут сидеть, тоже не известно, а значит, надо экономить. Марина благоразумно решила, что исследовать помещение, где ей предстоит не известно сколько находиться, лучше со свечой. И так окружившая световой ореол кромешная тьма заставляла пленницу чувствовать себя до жути некомфортно. Настолько до жути, что внутренний Ребенок из задворок сознания приволок спасительную мыслишку впасть в истерику. «Заодно, и погреешься,» — хмыкнул Рассудок, категорический противник ее авантюры с подвалом. Незваную мыслишку пришлось придавить на корню и заняться делом, точнее обследовать всю комнату и найти место, где можно хотя бы присесть. А потом двигаться, двигаться и двигаться, как подсказывал Рассудок, пока будут силы.

Марина заставила заткнуться все сомнительные голоса в своей голове, оставив лишь голос Рассудка. Повинуясь ему, узница утвердила программу действий и двинулась по часовой стрелке вдоль стеллажей. Она аккуратно осматривала и ощупывала руками полки. Изредка попадавшиеся книги и журналы складывала в стопку, намереваясь сделать себе из них что-то вроде постели, чтобы не лежать на холодном полу. Обнаруженный в ходе поисковой операции сломанный стул девушка расчленила на ножки, совмещенные со спинкой, и сиденье. Сиденье отправилось к книгам, а ножки идеально подошли в качестве источника шума. Скинув шубу, Марина влезла на полку стеллажа и с нее начала долбить в потолок.

Нельзя сказать, что грохот был значительным, но сидящие в столовой должны были бы его услышать, однако, никаких ответных реакций не последовало. Данное обстоятельство привело девушку к грустному выводу, что все уже разошлись. В итоге, пришлось слезть и снова облачиться в шубу. Думать, что она находится где-то под необитаемым помещением, Марина себе запретила. Чтобы не сойти с ума надо было довериться интуиции и заняться делом.

Кто бы ее ни закрыл, скорее всего, он не будет торопиться к домочадцам с докладом о запертой пленнице. Трезвый расчет подсказывал, что дать о себе знать она сможет только утром во время завтрака. Если сможет определить время… «и если доживешь», — заныл Ребенок.

Потерпев первое фиаско, Марина продолжила изучение комнаты. Дойдя до зеркала, девушка до боли в глазах всматривалась в свое отражение — растрепанная, чумазая, с расширившимися от напряжения глазами. Как ни странно, сильно большого страха не было. Может, Константин прав, и она реальный интуит и чувствует, что завтра все будет хорошо?

После нескольких обходов комнаты девушка выбрала место, на которое перенесла всю найденную макулатуру. Сиденье от стула, книги и журналы она уложила широкой стопочкой в углу, чтобы иметь возможность полулежать, облокотившись на стеллажи. Марина приготовилась к длительному ожиданию и затушила свечку.

Утром в понедельник Вероника Николаевна материализовалась в столовой первая. Памятуя, что Марина накануне активно рвалась на работу, женщина очень удивилась отсутствию гостьи в положенное время. По идее, та должна была уже нетерпеливо стучать ножкой и требовать выпустить ее.

— Я совершенно забыла предупредить Мариночку, что в будние дни мы завтракаем пораньше, — обратилась она к Александру, увидев, что братья спускаются со второго этажа, — сходи, позови ее. Я пока помогу Нине накрыть на стол.

— Ну что? — весело потер руки Константин, — у нас на сегодня две задачи. Первая, успокоить Марину. Думаю, для этого достаточно вывести ее на улицу. Надеюсь, с ней проблем не будет. Там даже место, где когда-то была дорога, найти невозможно, не говоря уж про мороз. Вторая, доставить Дениса. Он сказал, что скоро выезжает. Что ли на лыжах его встретить?

— Костик, ты шутник! Есть же снегоход.

— И как я потом объясню Марине, что мы не можем одолеть занесенные дороги? — усмехнулся хозяин дома, — ладно будем решать вопросы по мере возникновения. — Константин прислушался к тихим неравномерным ударам, идущим, казалось, из-под пола, — кстати, а что это за звуки?

— Не пойму, — завертела головой Вероника Николаевна, — такое ощущение, что откуда-то снизу.

— Марина не открывает, — Александр сбежал по лестнице и озадаченно посмотрел на брата и мать, — она может быть в душе, но шума воды не слышно. Мам, может, сходить за ключами и войти к ней в комнату? Она вчера не ужинала, рано ушла. Вдруг после падения с лошади плохо себя чувствует.

— Хорошо, сейчас схожу, — женщина с тяжелым вздохом поднялась и, не торопясь, направилась к лестнице, — ну что за дела такие. Позавтракать спокойно не можем.

— Мне показалось, или кто-то стучал? — спросил Александр, провожая глазами мать.

— Мы с маман не поняли, что это. Но ощущение, что снизу стучат…

— Пойду-ка я в подвал, — забеспокоился младший брат, — что-то мне подсказывает, что с этим надо разобраться в первую очередь. Марина вчера слишком активно им интересовалась.

— Что ты хочешь сказать? — Константин так резко вскочил со стула, что тот с грохотом повалился на пол, — я с тобой, — воскликнул он и рванул вслед за братом к лестнице.

Пока Александр бегал за фонарем, Константин взял ключи и отпер дверь, закрывающую лестницу вниз. Не дожидаясь, когда принесут свет, он в беспокойстве начал спускаться. Стуки возобновились, и теперь было совершенно ясно, откуда они раздаются.

— Эй, — что есть силы крикнул мужчина, осторожно нащупывая ступени, — кто там?

Стук тут же прекратился, и он услышал отвечающий ему женский голос. Еще не разобрав слов, Константин уже совершенно точно знал, что в подвале находится Марина. Догнавший его Александр всунул ему в руки зажжённый фонарь, и мужчины быстрым шагом двинулись на голос, который теперь уже слышался совершенно явственно: «Это я, Марина. Дверь закрыта.»

***

Рассудок уверенно твердил, что заточение закончилось, и тем не менее Марина непрерывно повторяла и повторяла фразы, боясь, что если замолчит, спасатели не смогут определить, где она. Долгое пребывание в достаточно прохладном помещении не прошло бесследно. Появившаяся слабость заставила опуститься на пол. Несмотря на теплую шубу, Марина замерзла и теперь чувствовала озноб, верный признак поднимающейся температуры. От практически бессонной ночи на неровном ложе из книг болело все тело, и раскалывалась голова. Пленница не вдавалась в подробности, отчего у нее слабость, боли и озноб, она искренне радовалась приближающемуся освобождению. А о том, кто заставил ее пройти через подобное жестокое испытание, она дала себе слово подумать потом.

Константин добежал первым и отпер дверь. Сначала он никого не увидел. Лишь опустив глаза вниз, обнаружил сидящую около входа дрожащую девушку. Оттеснив Александра, бросившегося к ней, хозяин дома сам поднял гостью и понес ее в тепло. Почувствовав надежные мужские руки, девушка расслабилась и отключилась. При этом неукротимая Мечтательница внутри нее успела восторженно заметить, насколько обеспокоенным был Константин, и насколько приятна его забота.

Спускавшаяся к ним со второго этажа Вероника Николаевна, не успев сообщить, что в комнате Марины никого нет, увидела бледную гостью на руках старшего сына и со всей возможной при ее комплекции скоростью припустила набирать в ванну горячую воду. Домоправительница сама помогла очнувшейся Марине раздеться и залезть в ванну.

Лежа в теплой воде, девушка пребывала на грани сознания. Даже внутренние голоса предпочли замолчать. Любое шевеление мыслей причиняло физическую боль, и Марина сознательно поддерживала в голове «пустой эфир». Разговаривать с Вероникой Николаевной сил не было тем более. На всю заботу домоправительницы гостья ограничивалась благодарными полуулыбками, ни на минуту не забывая, что кто-то в доме все-таки запер ее в подвале, и этим кем-то могла быть и эта внешне добрая женщина.

Когда пришедший следом старший сын начал всех выгонять из комнаты, Вероника Николаевна хотела было возмутиться, но, глянув на его насупленный и грозный вид, сочла за благо оставить молодых наедине. К тому же, это вполне отвечало ее матримониальным планам. Поэтому домоправительница пошла отдать распоряжение Нине принести все необходимое для гостьи.

Не прошло и часа с момента освобождения, как Марина согретая и переодетая лежала в своей кровати, а Константин отпаивал ее горячим чаем. Градусник безжалостно показывал температуру, близкую к тридцати девяти, так что вопрос о работе отпал сам собой. Девушка чувствовала, что Мечтательница внутри нее вовсю кружила в свадебном вальсе, радуясь, что пребывание в гостях продлевается на неопределенный период. Это не может быть просто так. Константин теперь не сможет от нее отвертеться! Да и Интуиция как всегда тихим покалыванием намекала, что с этим домом у Марины появилась крепкая и неразрывная связь.

Девушка понимала, что мужчине не терпится задать ей вопросы. Но на первую часть их (как очутилась в подвале?) гостье отвечать не хотелось, а на вторую (кто запер?) она сама не знала ответа. В том числе не знала, можно ли доверять Константину. Рассудок предлагал подождать, когда она более-менее придет в себя, и осилит самостоятельно обдумать ситуацию. И только потом можно будет разговаривать с другими. А потому Марина в ответ на обеспокоенные и вопросительные взгляды мужчины устало закрывала глаза, давая понять, что говорить пока сил нет.

Видя, что пострадавшая не торопится рассказывать о своем загадочном заточении, Константин оставил все расспросы на потом, тем более, что больная практически сразу после чая уснула.

***

В общем и целом, Константин потирал руки. Ясно было, что, ночевка в холодном подвале не прошла бесследно. «Счастливый случай» основательно выбил Марину из колеи, и проблема с ее жаждой вырваться на свободу логичным образом разрешилась сама собой. Мужчина выдохнул с облегчением и сразу же позаботился о безопасности пребывания гостьи и ее лечении. Тем более что предоставился прекрасный повод взять у нее кровь без лишних объяснений.

Как девица оказалась в подвале, и кто запер ее там, пока оставалось загадкой, которую все надеялись разгадать после пробуждения больной. Впрочем, Вероника Николаевна, молчаливо поддерживаемая кивающей в такт ее словам Ниночкой, уверяла, что это расшалился Хозяин. Не Константин, а реальный Хозяин — дух дома. Чуждые суевериям братья отмели бредни любимой мамочки, как ничтожные. Они вдвоем спустились в подвал и осмотрели комнату, в которой бедняга провела ночь. То, что это библиотека советских времен, удивило обоих.

— Ну вот как можно отпустить от себя такого интуита? — возбужденно схватился за голову Константин. Он счастливыми глазами осматривал все еще пыльное, хоть и освещенное переносными лампами помещение, временно поработавшее западней для их гостьи. — Ну ведь интуиция зашкаливает! Я два года по камешку перебираю нашу библиотеку, а она на второй день пребывания находит настоящую. Мне в голову не пришло искать в этой комнате. Я знал, что после войны здесь оборудовали библиотеку, но более поздние времена меня не интересовали. Я же был уверен, что именно наша располагается на своем историческом месте.

— На чем же держалась твоя уверенность? Чертежи-то что говорят?

— По всем планам дома, которые я нашел, на первом этаже хозяйственные помещения и комнаты прислуги. Шурик, я понятия не имею, что за чертежи у меня, в каком году они были сделаны, и кем. Кто знает, может, там специально не указали библиотеку. Факт остается фактом. На имеющихся у меня довоенных чертежах библиотека там, где мы сейчас храним книги. И пока мы держали оборону и не пускали Марину в нашу библиотеку, она нашла подлинную.

— Так, может, твоя тревога ложная? С чего ты взял, что именно эта библиотека подлинная?

— Марина очень сильный интуит, — Константин вколачивал фразы с убежденностью фаната, — если она пришла сюда, значит, до революции библиотека находилась именно здесь.

— Костян, логика у тебя железная, но, пардон, выше моего понимания. Если ты не хотел, чтобы Марина попала в библиотеку, почему тогда так радуешься, что она ее нашла?

— Я понятия не имел, что ей придется искать библиотеку. Понимаешь? Был в полной уверенности, что точно знаю, где она, — раздражение старшего брата готово было выплеснуться на Александра горячей лавиной. — Мне было необходимо, чтобы в первый раз Марина вошла в библиотеку в моем присутствии. Не с тобой, не с матерью, не с Ниночкой, а со мной. Всё?

— Всё, — Александр для убедительности выставил вперед ладони, показывая, что заранее со всем согласен и не собирается спорить, — что ж тут не понять? Исключительно в твоем присутствии. Так с какого ляда тебе вдруг в голову пришло заставлять ее мотаться по дому?

— Ты будешь удивлен, но похоже, у меня как у каждого нормального человека тоже есть интуиция. По моим расчетам Марина должна была почувствовать, что конкретно мне нужно. Хотелось, чтобы она просканировала весь дом. Если так можно выразиться. Мне казалось, что Марина будет рваться в нашу библиотеку. Вот я и попросил вас не пускать ее туда. Мать права! Если кровь в порядке, женюсь.

— Костян, это теперь такая норма поведения? — язвительно поинтересовался брат, — раз девушка в твоем доме переночевала, значит обязан взять в жены? Или женитьба относится исключительно к подвальной ночевке? Невесту, случаем, не хочешь спросить?

— Куда она денется. С ее способностями у меня и у наших детей такие перспективы открываются… Понятно, что силком замуж никто ее не потащит. Так что будем мотивировать. У каждого человека есть своя персональная кнопка управления, надо только ее найти.

Александр раздражено пожал плечами и ушел к себе. Константин еще и еще раз обошел комнату, прикидывая перечень неотложных работ, которые необходимо срочно организовать, прежде чем он опять приведет туда Марину.

***

Денис пополнил собой компанию, обитавшую в доме Константина, когда все уже более-менее успокоились. Вслед за ним попытался пролезть разудалый морозный ветер, бросив на прорыв охапки колючего снега. Молодой крепкий мужчина быстро захлопнул за собой дверь, и зимний гуляка остался бесноваться снаружи.

— Ну и погодка, — выдохнул приехавший, увидев вышедшую к нему домоправительницу, — Вероника Николаевна, там такое! Я от охраны до крыльца еле дошел. Буквально с ног сбивает. А уж по заметенным ступенькам практически на четвереньках поднимался. Так надежнее. Вспомнил детство золотое.

Молодой человек показал на остатки снега на своих штанах и аккуратно стряхнул их на придверный половик. Женщина, покивав головой, изобразила вежливый интерес, но едва Денис замолчал, сразу же обратилась к нему со своим вопросом:

— Денис, Вы же доктор?

— Э… — беспечно улыбнулся гость, — зависит от того, в каком смысле Вы это произносите. Доктора я еще не получил. Но если в смысле могу ли я лечить людей, то да. Я врач.

— Я не очень понимаю в этих ваших званиях и, честно говоря, не интересуюсь, — Вероника Николаевна быстро пресекла попытку Дениса пуститься в пространные объяснения, — дело в том, что у нас заболела гостья. Вызывать неотложку сейчас совершенно бесполезно. Вы же сами видели, что там снаружи. Это Вы, по-свойски, в такой ветрило согласились добраться сюда на снегоходе. Скорая так не поедет, а Марине нужна помощь.

— Какие проблемы? Я же, если правильно понял, именно из-за Марины сюда и приехал. Правда, не знал, что она заболела, но не страшно. Сейчас соорудим два в одном: и поможем, если сможем, и все наши дела сделаем. Дайте мне пару минут в себя прийти, руки помыть, переодеться, и я весь Ваш.

Денис направился в лабораторию, где у исследователей висела сменная одежда. Открыв дверь, молодой человек практически столкнулся с Константином, нервно меряющим помещение шагами. При виде долгожданного специалиста тот остановился и радостно протянул обе руки:

— Ну наконец-то! Сколько можно ждать, — нетерпеливо начал хозяин дома.

— Погодка, однако ж, — Денис кивнул в сторону окна. Там, завывая на все лады, неистовствовала метель. Крупные хлопья снега с бешеной скоростью летели по диагонали окна сверху вниз, а иногда, казалось, что небесный заводила хотел поддразнить людей и со всей силы швырял огромные пригоршни снега прямо в окно.

— Нормально добрался? — чисто для проформы спросил немного смягчившийся Константин.

— Вынужден признать, что из окна ненастье наблюдать гораздо приятнее, — засмеялся медик, — я бы после покатушек на снегоходе с удовольствием бы что-нибудь горячего или горячительного хряпнул, но Вероника Николаевна сказала, что надо клиентке помочь. Чем заболела-то? Неужто гостеприимные хозяева на мороз беднягу выгнали? Что серьезно? — лаборант с изумлением уставился на замявшегося Константина.

— Не смотри на меня так! На мороз ее никто, естественно, не выгонял. Но она ночь просидела в холодном подвале. Честно говоря, мы еще сами не поняли, что произошло. Она каким-то образом оказалась там запертой. Дверь захлопнулась, или кто специально запер — загадка. Надо выяснять. Марина пока спит. Давай переодевайся, а я схожу посмотрю, как там у нее. Если еще не проснулась, то как раз попьешь чай, а потом поднимешься.

У спальни Марины Константин увидел нерешительно мнущегося Александра. «Только этого еще не хватало!» — мелькнуло в голове. В другое время старший брат с пониманием бы воспринял интерес Шурика к молодой особе. Но не сейчас и не к Марине. Ее архивысокая интуиция уготовила своей хозяйке определенную роль. Интерес другой особи мужского пола к его будущей жене показался Константину неуместным. Все-таки, он был собственником.

— Какого лешего ты тут пасешься? — угрожающе спокойно начал мужчина, внимательно вглядываясь в конкурента.

— Пришел узнать, как Марина. Неужто возбраняется? — ответная агрессия всегда уступчивого Александра не сулила отношениям братьев ничего хорошего. Еще не хватало ссориться из-за бабы.

— Вчера ты ею вообще не интересовался. Что изменилось? Кстати, приехал Денис. Марина проснется, он ее осмотрит, назначит лечение. А сейчас я к ней никого не пущу.

— Ну да, здоровье дойной коровушки надо беречь, — Александр раздраженно обошел собеседника и практически бегом отправился к себе.

Открыв запертую на ключ дверь, Константин убедился, что Марина еще спит, и уселся в стоящее около туалетного столика кресло. Взгляд упал на раскрытую перед зеркалом косметичку. В ней лежали крема, дезодорант, духи, расческа, помада и прочие дамские мелочи. Мысль, что Марина, собираясь к нему в гости на несколько часов, взяла с собой вещи для ночевки, прочно поселилась в сознании мужчины. Он был уверен, что если порыться в ее вещах, то обязательно найдется и запасное нижнее белье и сменная одежда, за исключением ночной рубашки. Этот парашют, что болтался на спящей, он лично натянул на девушку, чудом не потеряв ее внутри огромного мешка с рюшами. Неужели мать с Нинухой не могли найти что-нибудь более подходящее по размеру? Или это опять Нинкины проделки?

Мужчина в зеркало наблюдал за девушкой. Волосы разметались по подушке, щеки раскраснелись, вероятно, от температуры, из-под одеяла кокетливо высунулись две тонкие ножки. Обращали на себя внимание ухоженные розовые пяточки и ярко-красные ноготки на маленьких аккуратных пальчиках. «Нафига зимой красить ногти на ногах, если не собираешься ночевать вне дома?» Константин поймал себя на том, что невольно ищет подтверждения, что Марина подспудно догадывалась о предстоящей ночевке, а может, и о длительности пребывания.

Услышав тихий стук в дверь, мужчина впустил в комнату Дениса.

— Хороша, — оценил тот, выразительно поглядев на хозяина дома.

— Не про тебя, — отрезал Константин, — ты подтверждаешь, что исследования позволяют однозначно фиксировать наличие прямой связи между составом крови и интуицией?

— Подтверждаю на сто процентов. За последние месяцы мы провели определенное количество серий опытов на нескольких людях. Все однозначно указывает на существующую взаимосвязь.

— Хорошо. А что насчет переливания?

— Переливание от человека, обладающего сильной интуицией, особенно, регулярное, может изменить немного состав и привести к тому, что у реципиента может так же усилиться интуиция. Однако, пока это теоретические выкладки, — Денис посмотрел на спящую Марину, — насколько я понимаю, опыты начнутся с выздоровлением донора? Реципиентом будете Вы?

— Срочно проверяй ее кровь на соответствие моей и на отсутствие ненужных болячек.

— Как только, так сразу, — козырнул медик, — ждем, когда девушка проснется, а мы-то всегда готовы.

***

Марине снилось, что она по-прежнему в подвале. Раздававшийся рядом непонятный шепот пугал, заставляя сердце биться сильнее. Она протянула руку и нащупала оставленную рядом свечу с зажигалкой. Вспыхнувший огонек заставил всколыхнуться тени, окружавшие девушку. Тихие голоса замолкли, но Марина почувствовала, как они неумолимо приближаются к ней. Ужас заставил ее отпустить свечу и прижать руки к лицу. Других средств защиты против неведомого у нее не было. Она скорее почувствовала, чем увидела, как в огонь полетели пожелтевшие пыльные страницы, и он начал разрастаться.

Жар мешал дышать. Сквозь закрытые веки проникал свет, исходивший от огня. Не выдержав неизвестности, девушка распахнула глаза. Первое, что бросилось в глаза — призрачный незнакомец, задумчиво ее разглядывающий:

— Привет.

Миг, и картинка преобразилась. Не было никакого огня, она находилась в кровати в своей комнате в доме Строева, и ей действительно было жарко. Марина с облегчением оглядела розовые стены, задержалась на картине, с которой на нее озабоченно взирала Всадница, фантастически спокойно сидящая на почти вздыбленной лошади. Шторы, шкаф и ночник — все выглядело таким милым и родным. Она дома, в безопасности, ночной кошмар позади. Завывающий за окном ветер вместо света отправлял на балкон охапки снега. Стрелки на циферблате показывали два часа. Поскольку за окном не было явной темноты, девушка сделала вывод, что это два часа дня, хотя в комнате и горел электрический свет.

Наконец, Марина вернулась взглядом к рыжеволосому конопатому незнакомцу.

— Ну что? Проснулась? А то уж будить хотел, температура слишком высокая. Надо бы полечиться.

— Ты кто? — голос не желал просыпаться, поэтому фраза прозвучала похмельным полухрипом.

Рыжий хотел ответить, но его оттеснил Константин, который, оказывается, также находился в комнате:

— Мариночка, — нежность, выплескиваемая из его глаз, и ласкающий голос подействовали на больную лучше любого лекарства, — как же ты нас напугала, девочка. Этого молодого человека зовут Денис. Он врач. Сейчас осмотрит тебя и назначит лечение. Как полегчает, ты подробно расскажешь мне, что произошло, как ты оказалась запертой в подвале. Пока не узнаем, как т оказалась запертой в подвале, мы с Денисом по очереди будем тебя охранять. Больше пока никому не могу доверять.

Гостья успокоено закрыла глаза. Перед мысленным взором возникла пирамида из книг. Марину накрыли ощущения, что она испытывала, когда, забравшись на книги, стучала обломками стула по потолку в надежде, что ее хоть кто-нибудь услышит. Какой сладкой музыкой показались ей шаги спешащих на помощь! Внутри возник фантом пережитого страха, что ее не найдут, что у них не окажется ключей. За страхом расцвела радость, когда прекрасный, словно греческий бог, Константин вызволил девушку из темницы.

На этом в воспоминаниях имелся провал. Следующим ярким эпизодом было тепло воды. Марина помнила, что никак не могла согреться. Она дрожала от холода и все просила Веронику Николаевну сделать воду погорячее, а та возражала и говорила, что и так льется практически кипяток.

Сколько ни пыталась, девушка не смогла ухватить тот момент, когда согрелась. Наверно, так и уснула в ванне. Хорошо, что была не одна, а то утонула бы. Марина помнила, что с ней была Вероника Николаевна, но пожилая женщина никак не могла перенести ее в кровать. Получается, что это сделал Константин. Вероятность, что мужчина мог видеть ее без одежды, смутила больную и заставила покраснеть. В то же время ее нежной волной накрыла почти умершая надежда на нечто большее, чем рабочие отношения. Мечтательница внутри нее ликовала, даже скептический Рассудок предпочел временно отказаться от возражений. «Что ни делается, все к лучшему,» — блаженно решила девушка, расслабляясь.

От слабости у Марины не было сил говорить, поэтому она попыталась максимально искренне улыбнуться своему спасителю и стоявшему позади него Денису. Девушка послушно выполнила все просьбы осматривавшего ее врача и проглотила какие-то лекарства. Затем она снова закрыла глаза, показывая, что устала и хотела бы поспать. Марина по-прежнему не готова была обсуждать происшедшее. Ее обрадовало, что Константин никого не допускает в ее комнату, это давало некоторое чувство защищенности. Оставалось лишь верить, что к ее заточению в подвале сам мужчина никакого отношения не имеет.

— Когда будут результаты по крови? — Константин вышел в коридор вслед за медиком. — И насколько серьезно состояние?

— Что касается состояния, то будем надеяться, что сегодня отлежится и завтра будет если не как новенькая, то близкой к этому. С анализами тянуть не буду. Потерпи чуть-чуть. Тебе же надо по всем параметрам?

— Хорошо. Как закончишь, вернешься сюда. Марину будем круглосуточно охранять. Только ты и я. Понял? Никого не пускать. Слово «никого» доходчиво произношу? Так что ночуешь здесь до тех пор, пока я все не выясню.

***

После процедур, лекарств и сна состояние гостьи улучшилось, и к вечеру постоянное присутствие посторонних начало раздражать. Трезво анализируя ситуацию, Марина отдавала себе отчет, что если бы она была прилично одета и при макияже, ее отношение к наличию в ее комнате мужчин, особенно, Константина, было бы иным. Слоновьих размеров ночнушка, не желающая следовать за передвижениями тела, свалявшиеся волосы и синие круги под глазами никак не располагали к приятному времяпрепровождению. К тому же, если Константин источал искреннюю обеспокоенность и заботу, то Денис честно и откровенно воспринимал пребывание около больной как выполнение ответственной работы.

Медик многословностью не отличался. Единственный раз, когда Денис проявил интерес к беседе, было обсуждение вопроса о здоровье подопечной. Красочными и полными предложениями, совершенно непонятными простому человеку без медицинского образования, он подробно описал девушке ее состояние и в качестве приятного бонуса дал положительный прогноз. На остальные вопросы, не касающиеся медицинской тематики, экулап отвечал односложно, либо отмахивался и отправлял к хозяину, а потому заводить с ним светский разговор Марину также не тянуло. В итоге их совместное пребывание было достаточно тоскливым, и девушка с нетерпением ждала прихода предмета ее чаяний. Голос Мечтательницы неустанно твердил, что вчерашнее равнодушие мужчины связано с какими-то внешними неприятностями, о которых Марина еще не знает.

— Понимаешь, Мариночка, — принял вахту Константин, ласково поглаживая девушку по нечёсаным волосам, — я никак не могу понять, что происходит. В сказки про духов и приведений, естественно, не верю. Но надо смотреть правде в глаза, кто-то же украл документы, кто-то же запер тебя в подвале. Если это не бесплотные существа из потустороннего мира, то значит, кто-то из крови и плоти, живущий в доме. Чужих тут нет. Поскольку Денис приехал после того, как тебя нашли, то получается, что только его я могу исключить из подозреваемых и доверить ухаживать за тобой. К тому же, он врач.

Теоретически девушка была согласна с доводами своего спасителя. Особенное удовольствие ей доставлял голос, которым он их произносил. Глубоко внутри нее боролись два чувства. С одной стороны, Мечтательница, практически полностью завладев ее думами, утверждала, что ради таких моментов стоило провести ночь в холодном подвале. Млея в волнах нежности, исходящей от мужчины, Марина позволила себе хоть недолго побыть слабой и любимой. Она изо всех сил отбрыкивалась от своего самого главного подозрения, потому что трезвый Рассудок прорывался сквозь восторги Мечтательницы и припоминал мужчине вчерашнюю холодность и раздражительность. Благодаря ему девушка чуть было не уверилась, что оказалась запертой по наущению Константина, ведь именно он препятствовал отъезду. Да и телефон. Еще не известно, она сама потеряла мобильник, или его попросту изъяли. Так что теперь все шло так, как и хотелось чересчур гостеприимному хозяину. Хотя запирать на всю ночь в холодном подвале с его стороны было слишком жестоко и опасно. Исключительно этот факт позволял мечтательной части Марины отбрасывать доводы Рассудка о коварстве симпатичного ей мужчины и продолжать надеяться на его благосклонность.

— Ты хочешь сказать, что пока не найдешь того, кто меня закрыл, я так и буду терпеть присутствие Дениса? — надув губы, Марина позволила себе изобразить капризную барышню. Она не стала сообщать, что с присутствием самого Константина не просто готова смириться, а можно сказать, совсем не против, чтобы он временно переселился в ее комнату. — Мне же надо вставать в туалет, в душ. А я одета как чувырла.

Прикрывшись одеялом, больная вытащила из-под него болтающийся край ночной рубашки, подробно объяснив, что старается не вылезать из-под одеяла, чтобы лишний раз не демонстрировать присутствующим позорный мешок с рюшечками, в который ее безжалостно сунули.

— Хотя если меня одевал ты, то тогда ты в курсе, — глянув на мужчину, Марина поняла, что не ошиблась в своих предположениях, — неужели, тебя не смутил размер? Ведь в субботу мне дали нормальную рубашку. Интересно, где она?

— Ну… — собеседник пожал плечами и тепло улыбнулся, вспомнив, что и сам хотел попросить мать заменить выданную для гостьи тряпку, — я постараюсь принести тебе что-нибудь более подходящее. Когда мы тебя нашли, не до фасонов было. Что принесли, то и надел. Хочу заметить, что никакая одежда не сможет испортить то, что дано природой, — увидев, что Маринины щеки приобрели цвет спелого граната, мужчина хитро глянул на девушку и перешел на другую тему, — Мариночка, мы не можем долго ходить вокруг да около. Мне для выяснения всех деталей необходимо, чтобы ты как можно скорее рассказала, что случилось вчера. Как ты оказалась в подвале? Что там делала? Это очень поможет мне. Я, как и ты, возможно, больше, чем ты, заинтересован найти злодея. Ведь он живет в моем доме!

Марина, успевшая во время дежурства Дениса подготовиться к подобному допросу, со всеми подробностями изложила свою версию злоключения, не забыв припомнить собеседнику, что он бросил ее одну, вместо того чтобы помочь с поисками столь важных для него документов. Мужчина выслушал внимательно, не перебивая. Когда рассказ закончился, он подвел итог:

— Ок. Я понял, как ты попала в подвал, что там делала, что видела и что чувствовала. Не понял одного, какого…, — спокойствие изменило Константину, и сквозь него прорвалось раздражение. Острый, словно заточенный шампур, взгляд резанул девушку, заставив внутреннее сжаться. Мелькнула мысль, что именно такой быстрый переход от уравновешенности к агрессии пугает в собеседнике больше всего. Совладав с собой, Константин продолжил, — что заставило тебя туда лезть? Причем в одиночку, никого не предупредив. Что ты там хотела найти?

— Не знаю, — детское упрямство не позволило Марине признаться, что пошла туда на поводу у своего внутреннего голоса. Того самого, который Константин изучает и называет интуицией. В свете того, что мужчина поручил ей искать документы, поиск их в богом забытом подвале, где много лет не ступала нога человека, выглядел весьма глупо, а объяснение, что ей за каким-то лядом потребовалась библиотека, которую она в конце концов нашла, вообще выглядело странным. — Была зла на тебя. Хотелось сделать что-то нестандартное. Раз ты приставил ко мне сторожей, Веронику и Сашку, то мне хотелось сделать принципиально хоть что-то без них, избавиться от соглядатаев. Вот как представилась возможность, я ее и использовала.

— Ну ладно, будем считать, что принято. Скоро придет Денис. Сможешь позаниматься с ним? Он проверит твою интуицию. Тебе не придется вставать с кровати. Будешь лежа отвечать на его вопросы.

— А телефон ты мне не принес? Или я так и остаюсь невольницей? — голос Марины против ее воли приобрел кокетливые нотки. Она догадывалась, что телефон ей не дадут, и воспринимала его отсутствие как некое условие игры. В самом деле, ну что принципиально изменилось бы, если бы у нее был мобильник? Она в любом случае не стала бы звонить знакомым или, тем более, в полицию с криками: «Спасите, меня держат в плену». Пока этот «плен», как ни странно, был интересен. И хотелось доиграть в него до конца.

— Мариночка, ты же умница.

— Да-да. Я где-то слышала, когда женщине говорят, что она умница, это означает, что из нее хотят слепить полную дуру.

— Не говори глупости. Подумай сама, смысла в телефоне абсолютно нет. Ты видишь, что за окном? На таком морозе техника глохнет. Дороги засыпаны, очистить их не могут. Электричество вчера опять выключили, так что мы сидим на дизеле, и без интернета. Насколько я понял, номера своих подруг и родных ты не помнишь. Так что расслабься и отдыхай. Как умные люди говорят? «Если не можешь изменить ситуацию, то измени свое отношение к ней».

— Агата Кристи отдыхает. Дом занесен снегом, к нему никто не может пробраться. Правда, трупов не хватает. Надеюсь, мой не планировался был стать первым?

— Прекрати, — Константин, увидев открывающуюся дверь, двинулся навстречу входившему Денису.

— Готов тебя обрадовать, — сходу сообщил пришедший и передал хозяину распечатанный листок бумаги, — все идеально.

— Ладно, я пошел, — обрадованно сообщил Константин, махнув Марине рукой.

***

Придя к себе в комнату, мужчина принялся читать заключение по исследованию Марининой крови. Выходило, что его театральная находка не просто молодая симпатичная девушка, наделенная сильной интуицией. Анализы показали, что она обладает завидным здоровьем без критических патологий, а самое главное, ее группа крови идеально ему подходит. Осталось только чтобы Денис подтвердил уровень интуиции Марины. Хотя то, что он высок, видно и невооруженным взглядом.

Константин позвонил Нине и попросил ее приготовить для Марины смену постельного белья, какую-нибудь книгу и что-нибудь легкое поесть. Они вместе отнесут это все в ее комнату, потому что больной может потребоваться помощь, если она захочет принять душ. К тому же там надо будет слегка прибраться.

Два часа спустя, вооружившись подносом и хозяйственными принадлежностями, Ниночка зашла за Константином.

— Вероника Николаевна уже оценила твою новую униформу? — Константин недовольно посмотрел на несколько фривольный наряд работницы. Поверх футболки с веселым Микки Маусом девушка повязала озорной фартучек с красными рюшами так, что спереди вид был вполне приличный. Казалось, что она в юбке. Зато сзади совершенно не осталось места для фантазии. Сверкающие шелком лосины плотно обтягивали ее подтянутую задницу, которую не прикрывала перехваченная фартуком короткая футболка.

В ответ Ниночка призывно вильнула бедрами. Мужчина привычным жестом потянулся к притягивающей взгляд части тела молодой женщины, но тут же отдернул руку. Похоже, все идет к тому, что он женится на Марине, а значит, ему необходимо, по крайней мере на время, забыть все свои шуры-муры с помощницей по хозяйству. Иначе она может стать для него весьма большой проблемой.

Раздраженный наложенным на себя самоограничением, Константин придержал за плечи уверенно дефилирующую немного впереди Ниночку и, развернув ее к себе лицом, включил свой самый пронзительный взгляд.

— В нашем доме в таком виде ходить не принято, — он с трудом подбирал слова, чтобы не сильно оскорбить девушку, периодически скрашивавшую его одинокие вечера. — И еще. Может случиться так, что я скоро женюсь. Ты же понимаешь, что в таком случае между нами установятся строго деловые отношения? Все остальное тебе придется забыть.

Ниночка дернулась от неожиданного сообщения, как от удара током. Если бы Константин не придержал поднос, его содержимое неминуемо полетело бы на пол.

— Уж не на этой ли Марине? На кой она тебе сдалась? — глаза служанки сузились и взирали на обидчика с нескрываемой яростью. — А если я не хочу забывать? Если я ей все расскажу?

— Заткни рот. Запомни, ты не в той весовой категории, — с тихой угрозой прошипел хозяин дома, испепеляя Нину презрительным взглядом, — вылетишь отсюда в миг. В твоих же интересах держать язык за зубами.

— Ты хочешь заплатить мне за молчание?

— Я хочу, чтобы ты сейчас же переоделась. И будь добра общаться со мной как с работодателем, — увидев, что первый гнев Нины прошел, Константин успокоился. Все-таки не хотелось с бухты-барахты менять служанку и запускать в дом чужого человека, к тому же с матерью пришлось бы объясняться. Она как-то странно привязана к своей помощнице и прощает ей много такого, чего другим никогда не спустила бы. — Через десять минут жду тебя у Марины.

***

— По первым результатам высший класс! — Денис, обернувшись на звук открываемой двери, поднял вверх большой палец. — Мы тут поработали, интуиция зашкаливает. На моей памяти Марина самый сильный интуит. Завтра, если она будет хорошо себя чувствовать, займемся исследованием в лаборатории.

Константин отпустил лаборанта и присел на край кровати.

— Ну как? Не сильно Денис тебя мучил?

— Нет, — улыбнулась девушка и воодушевленно продолжила, — знаешь, он показал мне мои способности. Мы делали специальные упражнения из йоги и китайской гимнастики Цигун. Представляешь, я практически точно определила, содержание папки, что находилась в коробке без опознавательных знаков.

К удивлению Марины, работа с Денисом в самом деле оказалась интересной. В отличие от первого тоскливого сидения, когда из него невозможно было вытащить ни слова, во время исследований он много шутил, пояснял, для чего необходимы те или иные тесты. Рассказывал много случаев из своей практики. Путем несложных вычислений испытуемая пришла к выводу, что в первый раз задавала молодому человеку не те вопросы. Он явно хорошо общается исключительно на профессиональные темы и, похоже, теряется перед незнакомыми девушками.

— Мариночка, с тобой вообще опасно рядом находиться, — усмехнулся Константин, — ты же можешь чувствовать не только предметы, но и мотивы поступков людей, можешь различать, когда они говорят правду, а когда лгут.

Марина внимательно посмотрела на мужчину, который из хищного тигра на глазах превратился в ручного котенка. Слова Константина, что она может отличать правду от лжи, льстили, но на самом деле, девушка по опыту знала, все было не так просто. Находясь в доме Строевых, она постоянно чувствовала наличие смеси лжи и правды. Но отличить, что именно ложь, а что правда, для нее было нереально. Все слишком переплетено.

Вот и сейчас в словах мужчины Марина с подсказками Интуиции ощущала некоторую фальшь, но разобраться в этом хитросплетении сильно мешали собственные чувства — Мечтательность, купавшаяся в нежности мужчины, и Рассудок, настаивающий, что такие шикарные экземпляры на дороге не валяются, и если ей посчастливилось встретить единичную особь, то надо хватать, крепко-крепко держать и не обращать внимания на легкие закидоны.

Запутавшись в своих мыслях и не зная, что ответить на то ли комплимент, то ли упрек Константина, Марина сочла самым безопасным обойти эту тему стороной.

— Сегодня понедельник, — ласково произнесла она.

— Да, — недоуменно подтвердил Константин, гадая, к чему клонит гостья.

— Рабочий день…

— И? Ты же болеешь…

— Константин, я не помню телефонов и паролей к своим мессенджерам и почте, но я прекрасно помню адрес рабочей электронной почты. Точнее, адреса каждой из своих девчонок, потому что они пофамильные.

Сверкнувший раздраженной вспышкой взгляд и помрачневшее лицо мужчины без всяких слов подсказали девушке, что он скорее костьми ляжет, но возможности написать своим не предоставит. Впрочем, интуитивно Марина об этом уже знала, но ей было любопытно узнать, как будет выкручиваться из положения ее практически кумир, какие новые доводы приведет.

— Мариночка, — Константин достаточно быстро справился со своими эмоциями и теперь безмятежно и непонимающе смотрел на гостью, — повторюсь. Мы заметены. Нет ни электричества, ни, соответственно, интернета. Наш дом, как ты знаешь, может жить автономно от генератора. Но, к сожалению, генератор не может обеспечить интернет.

— Нечто подобное я и ожидала.

— Как восстановят интернет, я немедленно сообщу тебе и дам связаться с твоими коллегами. На счет себя не волнуйся. Я уже позвонил в офис и через Генерального передал в Отдел кадров, что ты простудилась и несколько дней будешь на больничном. Так что с твоей работой все в порядке.

Марина, сама того не желая, порушила все планы Вероники Николаевны. Хотя, правду сказать, тут еще и погода подвела. Не успел закончиться сверхобильный снегопад, как вдарили сверхсильные морозы, так что ни о какой расчистке дорог в их захолустье и речи не могло идти. Все подходы к участку оказались заметены. Зато в самом доме жизнь кипела вовсю.

Особенно активное движение организовалось у спальни пострадавшей гости. Его плотный трафик неимоверно раздражал домоправительницу. Все из-за того, что пострадал ее шкурный интерес. Несколько месяцев назад в комнате, что находилась напротив Марининой, женщина тайно поселила своего давнего друга Митяя. Она с куда большим удовольствием поселила бы его в своей комнате официально, но старший сын, увидев однажды тщедушного мужичонку, уперся всеми молодецкими рогами и запретил матери «держать в доме всякий сброд». Доводы родительницы, что она женщина и ей тоже хочется личной жизни, Константина не убедили. Он предложил для личной жизни поискать более приличный экземпляр. Жалобы, что сердцу не прикажешь, тем более в таком деликатном возрасте, Хозяином дома отмелись вместе с хиромантией как не имеющие твердой доказательной базы.

Женщина вспомнила первую ссору с Константином из-за Митьки. Она тогда и в мыслях не допускала, что ее любимый сын встанет в такую жесткую позицию: «Никаких женихов». А ведь ей всего седьмой десяток. Что же одной куковать, коль наметился кавалер? Да, доход размером в одну социальную пенсию! Да, образование трудно назвать даже средним. Да, уже не работает. Да, квартиру оставил бывшей семье. Возможно, он «сброд и нахлебник», как назвал его Константин. Но если ей с ним хорошо? Сын не захотел понимать таких простых житейских вещей. Уж скорей бы его женить. Может, тогда смягчится?

Когда очередную клиентку по обыкновению поселили в спальню напротив Митяевской, Вероника Николаевна не сильно обеспокоилась. Скольких таких одно-двухдневных гостей пережили. Более того! Девушка домоправительнице очень понравилась. Однако, Марина умудрилась заболеть. В результате, Константин, который обычно, находясь в доме, курсировал по первому этажу между кабинетами и столовой, вот уже который день мало того, что с завидной регулярностью шастал на второй этаж в комнату больной, он еще то и дело шептался с Денисом за дверью в коридоре. Александр также никуда не уехал и периодически пасся у Марининой комнаты, ловя моменты Денисова дежурства в надежде прорваться к больной, потому что во время дежурства Константина шансов на прорыв у него не было. Старший сын охранял свою добычу, запретив всем, кроме доктора, заходить к ней.

Веронику Николаевну, часто залавливаемую фланирующей по коридору с едой, Константин также отправлял обратно на кухню. Хоть недоверие сына больно било по самолюбию, к тому же, жутко хотелось узнать подробности пребывания Марины в подвале, но главной проблемой стал голодный Митяй. Бедной женщине незаметно прорваться с едой к своему тайному воздыхателю удавалось лишь со второго, а то и третьего захода. Каждая вылазка к сердечному другу после спасения гостьи стала походить на секретную экспедицию во вражеские тылы.

Женщина как раз предприняла очередную попытку прорыва блокады несчастного Митяя, когда навстречу ей вылетел Константин. Увидев, что мать несет поднос с едой, сын умилился ее заботе и настойчивости, а заодно отрапортовал, что о Марине он прекрасно заботится, и она недавно поела. «Она-то поела, а Митенька без обеда бедолага сидит», — с тоской вздохнула домоправительница. Пришлось ей врать сыну, что несет себе, хочет поесть в комнате. Радостное известие, что Константин идет поработать, и в ближайший час его нет ни для кого, придало сил. Вероника Николаевна подождала, когда взращённый ею цербер спустится вниз и, не раздумывая, взяла курс в гостевое крыло. Победило любопытство, и Митяй, которому женщина первоначально несла еду, мгновенно был забыт. В конце концов, у него там полно фруктов и печенья, так что голодная смерть ему не грозила, даже если бы он вообще остался без обеда.

Вероника Николаевна тихо поскреблась в дверь к Марине. Когда Денис открыл, домоправительница, слегка двинув тазом, потеснила хлипкого охранника внутрь и официальным тоном, не допускающим никаких возражений, заявила, что больная проголодалась и ей срочно требуется поесть. При этом она, отвернувшись от растерявшегося медика, усиленно просемафорила девушке, чтобы та поддержала ее обман.

— Да уж, поесть не отказалась бы! Вероника Николаевна, я так соскучилась без Вас, — подыграла Марина, наблюдая за вторжением великанши.

С одной стороны ей понравилось, как женщина влегкую одолела ее охрану, с другой Рассудок тут же напомнил, что до сих пор не известно, кто запер ее в подвале. Домоправительница вполне могла это сделать по ей одной известным причинам. Однако, внутренний Ребенок весело заметил, что переживать было уже поздно, да в присутствии медика Марине вряд ли что-то угрожало.

Денис, памятуя приказ Константина, попытался объяснить вошедшей, что вход воспрещен, но его беспомощное сопротивление было смято в самом зачатке. Едва он вытащил мобильник с твердым намерением вызвать подмогу в виде шефа, Вероника Николаевна с ловкостью жонглера перехватила его руку и с ласковой улыбкой людоеда изъяла аппарат.

Телохранитель, напряженно крутя головой, попытался решить важную для себя дилемму. С одной стороны он мог срочно бежать за помощью к шефу, с другой стороны ему было запрещено оставлять Марину наедине с домоправительницей. Драку с пожилой дамой молодой человек принципиально не рассматривал, то ли по причине хорошего воспитания, то ли по причине явного перевеса сил не в его пользу.

— Не бросайте нас, — помогла Денису сделать правильный выбор Вероника Николаевна. Она царственным жестом указала медику на стул и, заперев дверь, положила ключ в карман. Женщина гораздо быстрее просекла, что врача нельзя выпускать из комнаты, если она не планирует через пять минут лицезреть любимого сыночка в драконьем обличье. — Мариночка, — обратилась домоправительница к девушке, — наконец-то я смогла тебя увидеть. Может, тебе помочь принять душ?

Марина, восхищаясь виртуозным манипулированием визитерши, радостно закивала. Пропотев после дневного сна и лекарств, она с нетерпением ждала момента самостоятельно встать под струи воды, но из-за сильной слабости Константин не выпускал ее одну из кровати. Когда она пару раз настояла на самостоятельном посещении туалета, мужчина запретил ей закрываться и потребовал, чтобы она каждую минуту подавала голосовые сообщения. Проще говоря, девушке пришлось рассказывать диктатору стихотворение, чтобы он был уверен, что с ней все в порядке, и она в сознании. При упоминании душа заботливый телохранитель безапелляционно объяснил, что она может либо терпеть до выздоровления, либо воспользоваться его помощью. При всех своих планах на мужчину к таким вольностям Марина оказалась еще не готова. От услуг Ниночки, девушка также предпочла отказаться, не желая представать перед служанкой в столь беспомощном виде.

Опираясь на плечо домоправительницы, больная ободряюще подмигнула Денису, приткнувшемуся у двери. Несомненно, ей было жалко молодого человека, не сумевшего совладать с грозной дамой. Марина прекрасно представляла, что будет, когда Константин узнает, что его приказ нарушен. За Веронику Николаевну она нисколько не волновалась. Хоть та и была прислугой в доме, но имела непонятную власть над хозяином, так что ей скорее всего ничего страшного не грозило. А вот врачу могло обломиться по полной. Так что скорее всего домоправительница спасла его от неминуемой погибели, заставив остаться в комнате и лишив его необходимости идти каяться к Константину.

Поддержав больную, пока та залезала в ванну, Вероника Николаевна села рядом и пустилась в долгое перечисление своих страхов и волнений из-за непонятного происшествия с гостьей и его последствий. Блаженствуя в струях теплой воды, Марина благосклонно выслушала четко выстроенную версию о шалостях Домового и предположение, что он принял Мариночку и не хочет ее отпускать. Идея, что дом принял ее, девушке очень понравилась. Мечтательница тут же исполнила торжествующую руладу на тему их взаимной любви.

Когда версия о сверхестественном была полностью изложена и аргументирована, домоправительница, сожалея, что не произвела на Марину должного впечатления, с мольбой обратилась к девушке посвятить ее в подробности прошедшей ночи.

Разомлевшая больная без запинки повторила отработанную на Константине версию о своем заточении.

— Так зачем ты туда пошла? Там же ничего нет. Неужели тебе никто не сказал, что мы не пользуемся подвалом. Разве что небольшой пятачок перед лестницей оприходовали. Ну ты и сама видела. Там даже свет только сегодня проводят.

— Любопытство, Вероника Николаевна. Смотрю, дверь приоткрыта. Заглянула, лестница и холодно. Все так таинственно, необитаемо, притягательно. Оделась, свечки взяла и вперед. Я же не думала, что кто-то дверь закроет. Да и вообще, про замок в двери не подумала.

— Слушай деточка, а что это ты в моей рубашке? Она же тебе велика. У нас полно гостевых как раз твоего размера. Ох уж эти мужчины. Ничего не могут сами сделать. Ну ничего, мы это исправим. Я передам тебе такую красивую пижамку, что будь здоров, у мужиков мозги точно набекрень съедут.

Женщина заговорщицки подмигнула. Марина искренне поблагодарила неожиданную подругу. Риск вывалиться в огромный вырез при любом повороте с бока на бок порядком измотал ее. О том, как она выглядит в этой хламиде, девушка старалась не думать.

— Я не планировала здесь ночевать, свою пижаму не привезла, а той, в которой спала первую ночь, в комнате не было. Да, еще моя расческа куда-то запропастилась, — Марина показала на нечёсаные лохмы, свисавшие с ее головы. — Мне как-то неудобно было просить Константина. Сейчас голову бы помыть, да расчесываться нечем.

— Нашла, о чем переживать, — домоправительница тут же направила душ на голову девушки, — с собой расчески у меня нет, но ты завернешь волосы в полотенце, а я передам щетку вместе с пижамкой. Точно происки Домового, — задумчиво протянула домоправительница, — если вещи таскает, надо как-то его задобрить.

— Побалакать с ним по душам? Может, он еще и телефон вернет?

— Ты точно никаких голосов не слышала, когда в подвале сидела? — Вероника Николаевна, проигнорировав иронию девушки, помогла ей отжать волосы и вылезти из ванной.

Вытерев гостью и немного подсушив ей голову, женщина старательно закрутила полотенце в высокий восточный тюрбан, скрывший влажное мочало, до мытья гордо именуемое волосами.

Марина, обеими руками придерживая висящую на ней прозрачную ажурную тряпку, выданную ей в качестве ночной сорочки, быстро шмыгнула под одеяло. Глядя на хлопочущую около нее Веронику Николаевну, она никак не могла поверить, что эта женщина могла сознательно запереть ее в холоде, а потом как ни в чем не бывало заботиться о ней, волноваться и помогать во всем. Как-то не вязалось. И хотя никаких подтверждений невиновности домоправительницы у гостьи не было, она решила пока подозрения с нее снять.

По факту из присутствующих в доме самой подозрительной была Нина. Пришлось признать, что лежа в кровати, самостоятельно проводить какие-либо расследования невозможно. «Пусть этим занимается Константин,» — намекнул Марине голос Рассудка, а Мечтательница вдруг выразила робкую надежду, что ее ночное заточение никак не связано с Александром. Вспомнив про молодого человека, больная почувствовала острое желание его увидеть. Ей стало обидно, что Константин держит ее взаперти и не доверяет никому, в том числе и своему помощнику.

— Больной надо полоскать горло, — забытый возле двери медик протянул Марине пузырек в Мирамистином.

Девушка послушно открыла рот и начала пшикать:

— Что за гадость, — не выдержала она, — я, конечно, не специалист в лекарствах, но мне казалось, что Мирамистин практически не имеет вкуса, а тут такая горечь…Брр

Денис взял из рук девушки бутылочку с лекарством и пшикнул жидкость себе в рот. Лицо врача тут же скуксилось, он вскочил и быстро шмыгнул в ванную. — Тьфу, гадость! Это же Хлоргексидин! От него, кстати, зубы чернеют, правда не сразу, — пояснил он испугавшейся Марине, — если долго полоскать, несколько дней. Кто тебе это дал?

Тут же поняв бессмысленность вопроса, Денис сел на стул и задумчиво поглядел на лекарства. У богатых свои причуды, налили Хлоргексидин в пузырек из-под Мирамистина. В принципе, лекарства вполне могут взаимозаменяться. Константин, принесший сюда этот пузырек, мог не знать о подмене. Либо знать, но не придавать значения. Хорошо, если заменили один Мирамистин, а что с остальными таблетками? Не зря же хозяин посадил его охранять Марину. Исследователь не стал озвучивать свое беспокойство, чтобы не пугать женщин. Срочно надо было поговорить с шефом. Но для начала не менее срочно требовалось избавиться от нахальной посетительницы, что-то она задержалась. И так попадет за ее внеплановый визит.

— Скоро должен прийти Константин, он разберется, — с нажимом произнес медик, намекая домоправительнице, что пора бы и честь знать. К счастью, дама его поняла, быстро простилась с Мариной и покинула комнату.

***

Вероника Николаевна узнала если не все, что хотела, то все, что могла, и теперь жаждала пообщаться с заразой Нинкой. Только сегодня утром они помирились, и эта беспутная девка дала клятвенное обещание, во-первых, молчать про Митяя, во-вторых, не приставать к Марине.

На самом деле кто и почему мелко пакостит Марине вычислить не представляло большого труда. Женщина не раз наблюдала, как Ниночка под утро извивающимся ужиком выскальзывала из комнаты старшего сына. Вероника Николаевна, страдая от неприятия им ее связи с Митяем, не мстила наследнику в ответ и закрывала глаза на его любовные шашни. Дело молодое, взрослому мужчине для здоровья необходимо общаться с женщинами. В этом плане помощница была очень удобна, пока знала свое место. Понятно, что присутствие возможной конкурентки молодую женщину не обрадовало.

Теперь надо было срочно поставить мерзавку на место. Но как? Из всех обитателей дома одна Нина знала о Митяе, занимающем площадь на птичьих правах. Из-за этого и уволить ее невозможно! Шантажистка давно и открыто заявила, что не собирается лишаться теплого места с хорошей оплатой. И тем не менее вопрос надо было как-то решать. Кто знает, до чего она еще дойдет? Плевать, что подсунула не ту ночную рубашку. Подумаешь, Маринка немного помучалась. Не страшно! А вот падение с лошади, организованное Нинкой, серьезнее. Кто же поверит, что она, опытная наездница, не знала, как Ромашка среагирует на ее зов? Теперь еще и замена лекарства… Это вообще ни в какие ворота. А расческа с книгой… Их-то зачем Нинка утащила?

Столкнувшись с тяжелой проблемой, домоправительница спустилась на кухню. Но, увидев колдующую с посудой Ниночку, немного скуксилась, к тому же на совесть начал давить некормленый Митяй. Боевой настрой Вероники Николаевны резко изменился. В конце концов, пока все Нинкины гадости исправимы, а поговорить с ней можно будет и потом — гораздо важнее покормить оголодалого мужичка, чтобы он не принялся грызть мебель. Представив эту забавную картину, женщина хихикнула и, собрав очередной поднос, резвой влюбленной козочкой предприняла очередную попытку пробраться наверх.

Александр всеми фибрами души чувствовал, что в доме творится что-то если и не ужасное, то точно не правильное. Все эти бредовые исследования Константина, стенания Вероники Николаевны про привидения, выпирающая как живот у беременной наглость Ниночки и вершина всего заточение Марины в холодном подвале выстраивались в непонятную шеренгу обстоятельств, которые ни к чему хорошему привести не могли. Последнее происшествие, в отличие от падения с лошади, при всем желании невозможно было принять за нелепую случайность. Девушку кто-то сознательно запер, она могла там замерзнуть насмерть, и самое ужасное, никому в голову не пришло бы ее там искать.

Для начала Александр обдумал, кому могло быть выгодно избавиться от совершенно незнакомой девушки, впервые попавшей в их дом? Учитывая количество живущих в нем, кандидатов на звание злодея не так много.

Костян сильно разволновался, обнаружив Марину. Почему? Он испугался за ее здоровье или испугался, что девушка на зло всему оказалась живой и могла что-то про него рассказать? Теперь он держит ее, словно пленницу, взаперти и никого к ней не пускает. Охраняет от беды или не дает проговориться?

Ниночка. Та еще штучка. Ее ночные походы к брату ни для кого не секрет. Падение Марины с лошади Нинуха мастерски спровоцировала, комар носа не подточит. И глаза-то такие невинные сделала. Могла она запереть ее в подвале? Вполне. Именно Нина занимается заготовками и часто спускается туда.

Мать. Она, конечно, тоже часто спускается в подвал, но зачем ей убирать Марину? У Нинухи понятно — ревность. А у матери что? Она же, наоборот, вознамерилась женить брата на сильной интуитке. Помешались они на этой интуиции. И тем не менее, маман странно себя ведет. Сколько раз он наблюдал, как Нинка ей грубит. Не в характере матери терпеть такое, однако ж, не увольняет. Зато лаются, как две собаки. Чем-то Нинуха ее держит. Крепко держит.

Раскидав рабочие дела и поняв, что без дополнительной информации он ни в чем не разберется, Александр пошел выяснить, кто в данный момент караулит больную. Поднимаясь на второй этаж, он столкнулся с Денисом, идущим ему навстречу.

— Ну что? Смена пажеского караула?

— Да, — немногословно улыбнулся медик, давно чувствовавший негативное отношение к себе со стороны помощника шефа.

— Ну и сколько у меня есть времени, чтобы умилостивить Костяна?

— Час точно. Дальше по обстоятельствам. Тебе же не обязательно с ним разговаривать в запретной комнате. В вашем распоряжении весь дом, — пожав плечами съязвил врач.

Александр не стал отвечать, но про себя усмехнулся. Каким образом он собирался уболтать Дениса, если в тягость даже переброситься с ним ничего не значащей парой фраз? Между тем мощная потребность увидеть Марину и самолично убедиться, что с ней все в порядке, вынуждала молодого человека искать пути проникновения в ее комнату. Поскольку Константин его уже раз отшил, и никаких предпосылок к добровольному изменению точки зрения у него не предвиделось, то оставалось одно — осуществить прорыв, используя максимально убедительные средства.

Прежде чем вступить в бой с братом, Александр свернул в свою комнату, где хранил весомый аргумент, который должен был помочь ему добиться своего. Журнал, найденный им в лаборатории несколько дней назад, обещал массу интересного. Не будучи химиком, молодой человек не мог разобраться в записях, но щель за батареей, откуда толмут был изъят, наводила на мысли, что его там попросту прятали. А прячут обычно те вещи, которые не должны попасть в чужие руки. Что-то подсказывало, его руки как раз и были теми самыми чужими.

Просчитав все варианты, Александр пришел к выводу, что изъятый из лаборатории тайный журнал прекрасно подходит для бартера. Прекрасный обмен — журнал на возможность повидаться с Мариной. Мысль, что мать с Костяном упорно планируют девушку в жены Константину, который не чувствует к ней ничего, кроме научного интереса, заставляла молодого человека крепко стискивать зубы. Александр решительно откинул в сторону упадническое настроение, рассудив, что еще не вечер, проблемы же лучше решать по мере их поступления.

Открыв дверь в коридор, молодой человек обнаружил Веронику Николаевну, направляющуюся с подносом в гостевую половину. Повинуясь непонятно откуда взявшемуся желанию, Александр быстро прикрыл дверь и сквозь щель проследил за матерью. К его несказанному изумлению она повернула не к Марине, а тихо поскреблась в комнату напротив. Дверь тут же открылась, пропуская женщину внутрь.

Ничего не понимая и стараясь не шуметь, заинтригованный следопыт быстрым шагом приблизился к двери, за которой исчезла Вероника Николаевна. По его понятиям комната была еще не отремонтирована. Ремонтников там тоже не могло быть, так как после выходных дороги были занесены, и никто, кроме Дениса в дом не приезжал. Прислонившись ухом к двери, Александр услышал едва различимые голоса. Находящиеся внутри переговаривались настолько тихо, что слов разобрать не получилось.

Сыщик тут же бросился к комнате Марины и тихо поскребся. Константин, приоткрыв дверь и увидев брата, разинул было рот, чтобы напомнить об их утреннем разговоре. По его раздраженному виду было понятно, что брата к больной он не пустит. Александр, предупреждая недовольство мужчины, выразительно прижал к губам палец и дал знак следовать за ним. Старший брат демонстративно закрыл Маринину дверь на замок, и они вместе подошли к комнате напротив.

— Кто там? — одними губами спросил Константин, услышав в комнате приглушенную речь.

Александр пожал плечами и жестами предложил подождать. Ожидание растянулось минут на пятнадцать. За это время младший брат успел не только рассказать о зашедшей в комнату матери, но и поделился своим негодованием относительно действий брата в истории с Мариной.

Едва дверь приоткрылась, Константин схватился за ручку и со всей силы дернул ее на себя. Взорам братьев предстала растерянная Вероника Николаевна, а позади нее щуплый невзрачный мужичишка, который при виде разгневанного хозяина со свехзвуковой скоростью ретировался в ванную.

— Мать! Ты совсем ополоумела! — взревел разъяренный Константин, — какого лешего ты сюда этого ханурика приволокла. Я же запретил ему сюда свой поганый нос совать.

— Если ты бобылем ходишь, то это не значит, что и я последние годы жизни должна влачить в одиночестве, — отмерла Вероника Николаевна, по ходу стараясь продумать лучшую тактику обороны: наступать с боем или пустить слезу, — я не пленница здесь и не девчушка молоденькая, чтобы на седьмом десятке в поселок по морозцу босиком на свидания гонцать.

— Так! У нас появился еще один крепкий подозреваемый, — безапелляционно заявил Константин, — нам надо поговорить.

— Я могу посидеть с Мариной, — услужливо предложил Александр, радуясь, что старший брат вынужден был разрываться на два фронта.

Константин с досадой швырнул младшему ключ, а сам вслед за матерью вошел в комнату, где обитал Митяй.

***

Марина мучилась в догадках, пытаясь понять, что происходит за дверью. Она слышала, как кто-то постучал и вызвал Константина в коридор. Девушка догадывалась, а может быть, внутренняя Мечтательница надеялась, что это был ее вчерашний спутник. Прогулка на лошади оставила у девушки очень приятное впечатление, несмотря на испорченное Ниной ее окончание. Как только больная прикрывала веки, веселый и заботливый взгляд Александра то и дело закрывал собой властные и строгие глаза Константина. При этом на душе становилось удивительно уютно, тепло и спокойно.

Долгое время за дверью было тихо, и как будто ничего не происходило до тех пор, пока не раздался грозный рык взбесившегося хищника. Девушка тут же вспомнила свой кабинет, испуганных девчонок, с ужасом внимающих воплям Константина. Действительно, к его вспыльчивости практически невозможно привыкнуть, слишком стремителен переход от нормального человека к взбесившемуся упырю. Гостья поневоле улыбнулась, монстр и есть монстр. Это его природная сущность. Из доносившегося ора стало понятно, что перед хозяином чем-то провинилась Вероника Николаевна. Марине не хотелось бы быть на ее месте.

Через некоторое время в комнату впорхнул довольный Александр.

— Ну наконец-то, я к тебе прорвался, а то этот жуткий монстр, — молодой человек, сам того не зная, употребил прозвище, данное Константину в Маринином отделе, — приватизировал все права на тебя и никого не пускает.

— Не знаю, не знаю. Вот Вероника Николаевна уже побывала у меня, — весело подколола гостя Марина, удивляясь, насколько сама обрадовалась ему, — правда, Константин об этом еще не знает. Или… Неужели он из-за этого так разорялся в коридоре?

— Нет. Там другие их дрязги. Они тебе ни к чему. Главное, Костян прекратил валять дурака и пустил меня сюда, — отмахнулся Александр и принялся расспрашивать Марину о ее состоянии и о том, как она пережила пребывание в подвале.

Девушке пришлось изображать заезженную пластинку и по третьему разу описывать свои злоключения. В этот раз рассказывать было тяжелее всего. Рассудок Марины настаивал выдать молодому человеку ту же версию, что и Константину с домоправительницей, потому что если мужчины будут обсуждать между собой ситуацию, то у них должна быть одна и та же информация. Но доверчивая Мечтательница подначивала рассказать реальную версию произошедшего. Язвительный Рассудок быстро прекратил ее потуги, скромно предложив поведать Александру еще и про планы по завоеванию Константина.

В присутствии Александра прежние меркантильные идеи показались столь постыдными, что девушка покраснела. Визитер, приняв ее смущение за приступ страха при воспоминании о прошедшей в подвале ночи, принялся успокаивать. Он уже знал об интересе гостьи к устройству дома и к подвалу в частности, поэтому глупых вопросов типа: «А что тебя вообще туда понесло?» не задал. Он высоко оценил предусмотрительность гостьи в части шубы и теплых ботинок и больше заинтересовался ее моральным состоянием в тот момент, когда она поняла, что заперта в темноте в холодном подвале и не может ни самостоятельно выбраться, ни докричаться до людей.

— Бедняга! Находиться запертой в помещении, в котором люди в последний раз были несколько десятков лет назад, без надежды на помощь… Как только не сошла с ума!

— Знаешь, я все больше и больше начинаю понимать увлеченность Константина интуицией. Возможно, в этом реально что-то есть. Одна часть меня жутко испугалась. А другая как бы говорила: «Успокойся, все будет хорошо. Ты выберешься отсюда». И я действительно не так уж сильно волновалась, старалась думать, изучать комнату, искала вещи, которые могли бы мне пригодиться.

— Ты умница, — не выдержал молодой человек, — и очень сильная. Ты знаешь это?

— Да ну тебя, — засмеялась Марина, стараясь скрыть смущение от похвалы Александра, — там столько ненужного на первый взгляд хлама. А если подумать, да правильно употребить, так сразу понимаешь, там были вещи исключительно первой необходимости. Я и постель себе соорудила, и до потолка добралась, чтобы постучать.

— О! Я помню этот момент! — воскликнул собеседник. — Ну а сама-то ты что думаешь? Кто это был? Может, что заметила? Есть какие-то мысли, подозрения?

— Вероника Николаевна утверждает, что Хозяин дома шалит, — важно скопировала домоправительницу девушка, — но, знаешь, мне иногда кажется, что это она меня закрыла.

— Мать? — в изумлении произнес молодой человек, но вспомнив, что Вероника Николаевна держит факт родства в тайне, тут же поправился, — Мать божья! Что ты говоришь! Я даже заикаться стал. Нет, этого не может быть.

Марина обрадовалась, что Александр не верит в виновность домоправительницы. Тем не менее ей хотелось услышать более весомые аргументы, поэтому она продолжила сыпать доводами, вынуждая собеседника опровергать их.

— Подумай сам. Мадам с чудинкой. Я пару раз видела, что она ходила в гостевую часть этажа. Что ей тут делать? Здесь одна моя комната используется. Получается, за мной следила. За два дня из комнаты пропали книга и расческа, а еще телефон. Кому расческа могла понадобиться? А Вероника Николаевна увлекается всякими оккультными вещами. Может, заговоры какие-нибудь делает? До подвала меня уже два раза запирали: один раз в этой комнате. Между прочим, в темноте! Еще пугали какими-то блуждающими огнями. Второй раз — в музыкальном салоне. Вероника Николаевна все твердит о домовом, то есть Хозяине, о призраках. Что я должна думать?

— Ну например, что в доме водятся привидения, — завывающим голосом отреагировал на страстную речь Александр, — шучу. Не обращай внимания на ее присвисты. Но сейчас я абсолютно уверен, что это не она. У мадам, как ты ее называешь, была тайна. Насколько я понимаю, она несколько минут назад раскрылась. Парадный салют по этому поводу ты имела счастье слышать. Но эта тайна к тебе не относится вообще никак. Мне так кажется, во всяком случае.

— Представляешь, она мне пиарит твоего шефа, — Марина, начав вываливать все накопленное на душе за последние три дня, уже не могла остановиться, — рекламирует так, как будто бы собирается предложить мне его в мужья. Прикинь! Взрослого богатого мужика, у которого, наверняка, желающих на роль жены как грязи, она пытается втюхать безродной небогатой девице! Что за бред! Да кто она такая, чтобы лезть в мою и его личную жизнь! Я, может, и решу выйти за него замуж, но сама, без посторонней помощи.

Вспомнив, что перед ней симпатичный молодой человек, Марина вдруг осознала, что не может честно и откровенно сообщить ему о своих тайных надеждах сменить фамилию Мелова на Строеву и обосноваться в этом доме в качестве хозяйки. Внимательные глаза Александра сводили на нет ее уверенность в правильности изначальных планов. Взгляд гостя приводил девушку в волнение, и внутренняя Мечтательница металась в раздрае, пытаясь оценить, какой из мужчин ей нравится больше, заодно возмущаясь тем безобразием, что нельзя иметь дело сразу с двумя. В этот раз Рассудок изобразил порядочность. Категоричным, простым и доступным языком он объяснил Мечтательнице циничность ее намерений. Девушка против воли смутилась и опять покраснела.

Александра слова про возможное решение выйти замуж за Константина нисколько не обрадовали.

— Справедливости ради должен заметить, что Костян не по части дам. Хотя, конечно, они у него были, — печально вздохнул молодой человек, — женить его на тебе она… — молодой человек запнулся, вспомнив, что опять чуть не ляпнул про мать, и продолжил немного в другом ключе, — тут дело в интуиции. Сама знаешь, шеф повернут на ней. Он и сам думает о женитьбе. Ты, по его словам, очень сильный интуит, и если родишь ему наследника, разумеется, в законном браке, то ребенок, возможно, также будет сильным интуитом. Но это будет уже и его ребенок.

— Бред! Есть такой бородатый анекдот. Пока мужчина думает, как подойти к симпатичной девушке и познакомиться, она в это время уже прикидывает дату свадьбы, количество детей и их имена. Со мной, правда, все наоборот, — девушка не стала озвучивать собеседнику полностью свою мысль, которая заключалась в том, что пока Марина, ломала голову, достаточно ли она нравится Константину, и насколько между ними возможен роман, за нее уже не просто все решили, а практически замуж выдали. — А вдруг ребенок родится не интуитом? Его под нож?

— Ну зачем же так кровожадно? У товарищей исследователей есть целая система усиления интуиции. И это не только специфические упражнения и восточные практики. Сейчас в лаборатории Денис на молекулы разбирает твою кровь, потому что у них есть концепция, что на интуицию влияет ее состав. Соответственно, данную способность можно усилить переливанием определенной составляющей. Ты никогда не была донором?

— Хочешь сказать, что Константин готовит для меня роль его донорши? И для официальности готов жениться? А Вероника Николаевна это знает и готовит почву? Мне кажется, или в этом доме действительно живут немного свихнутые. Уж и не знаю, что хуже — зацикленные на интуиции фанатики или обычные безобидные приведения.

— Зацикленные на интуиции фанатики, — засмеялся Александр, прикидывая, как безболезненно выбраться из этого скользкого разговора, — по крайней мере, я, похоже, нащупал, как с ними бороться, — гость помахал амбарным журналом, с которым пришел и не выпускал из рук, — кстати, меня из их числа можешь смело вычеркивать. Я тебе рассказывал положение дел с точки зрения Костяна и нашей любимой домоправительницы.

Информация о планах Константина заставила гостью задуматься. Впрочем, мужчина и так не выходил у нее из головы. Внутренняя Мечтательница постоянно напоминала, как он красив, хорошо сложен, образован, чудо, а не жених. Но если раньше Марина не понимала, чем, кроме исследований, может заинтересовать такого мужчину, то теперь перед ней открылись буквально врата рая. Рассудок подсказывал, что стать хозяйкой усадьбы совершенно реально. Подумаешь, иногда придется давать мужу свою кровь. Зато будет беречь ее как зеницу ока. В конце концов, некоторые люди всю жизнь сдают кровь чужим и находят в этом удовольствие. Ну да, исследование интуиции напоминает бред, но богатый человек может себе позволить небольшую блажь, точнее, хобби. К тому же, что-то такое в интуиции действительно есть, и Марина не против получше изучить свои способности.

Тем не менее, внутри свербел червячок сомнения. Та же самая Мечтательница, расхваливающая Константина, напоминала, что мечтает о любви, которую он не в состоянии дать. Сможет ли Марина отказаться от чувств? Тем более, что рядом с мужем будет постоянно присутствовать Александр. Сможет ли она годами терпеть безумные перепады настроения? В субботу, когда Марина только приехала, Константин был сам душка, в воскресенье с утра сплошной официоз: «Найди документы и точка», а потом бросил на весь день. После того, как спас из подвала, снова превратился в форменного очаровашку и тут же без перехода наорал на домоправительницу. Что делать, если спустя какое-то время он так же будет орать на жену? Несмотря на притягательность кандидата в мужья и прелесть прилагающегося к нему дома, в гостье росло сомнение. Укреплялась внутренняя коалиция голосов, выступающих против необдуманного союза с Константином. При этом Марина все больше и больше осознавала себя пленницей, связанной по рукам и ногам.

— Мне как-то не по себе, будто в какой-то секте оказалась, — подвела Марина итог своим внутренним метаниям.

— Что касается интуиции могу добавить, что если подходить к ней с умом, то это реальная и очень полезная вещь. Похоже, в исследованиях Костяна слишком много от лженауки, и мне надо как-то убедить его в этом. А интуиция сама по себе давно используется в промышленных масштабах.

Вынырнув из задумчивости, Марина озадаченно посмотрела на молодого человека. Он что-то давно и увлеченно рассказывал. Девушка попыталась вспомнить, на какой теме она выпала в астрал. Александр заметил устремленный на него взгляд собеседницы и, приняв его за проявление интереса, продолжил с удесятеренной энергией:

— По территории нашей страны под землей проложено огромное количество трубопроводов — нефтепроводы, газопроводы, водопроводы и еще бог знает какие «жидкопроводы». Как думаешь их проверяют? Нельзя же всегда ждать, когда рванет, а потом ремонтировать. Все делается проще. Привлекают людей со специальными способностями. Некоторые идут с рамками, типа как для поиска воды. Слышала о лозоходах? Те же самые интуиты. Берут в руки рамку или раздвоенный прутик и вперед вдоль подземной трассы. Где есть источник жидкости, рамка начинает вертеться, а прутик колебаться. А что такое источник жидкости? Дырка в трубе. Так вот и находят. Вызывают туда ремонтную бригаду, те копают в указанном месте и, если интуит хороший, то реально находят свищ. Ну а если плохой, то кроют его нехорошими словами и уезжают.

Молодые люди еще долго беседовали об интуиции, правде и вымыслах о ней. Прежде чем вернулся Константин, они договорились, что Александр по возможности еще придет, потому что пока «он еще не выяснил, постоянный пропуск в комнату Марины ему выдан или разовый».

Греясь в лучах искренней заботы Александра, Марина чувствовала себя так комфортно, как будто разговаривала с близким другом. Ей вспомнилось, как насмешливо и слегка высокомерно молодой человек глянул на нее в первую встречу; каким вежливо-равнодушным был его взгляд во время экскурсии по дому. Все изменилось во время прогулки — его глаза горели, когда рассказывал про интуицию и лошадей. Во время катания на Ромашке — смотрел ободряюще, потом испуганно, когда решил, что она упала.

Марина вынуждена была признаться себе, что Константин с Вероникой Николаевной держали ее в постоянном в напряжении. Она неизменно чувствовала в общении с ними фальшь. В противовес им Александр дарил искренность и открытость. Даже когда накануне молодой человек отказался дать Марине телефон, он честно признался, что не может это сделать без разрешения. И хотя ей было обидно, что рыцарь не торопится совершить маленький подвиг ради дамы, но верность шефу и нежелание врать лишь добавили очки в его пользу. Марине вдруг пришло осознание, что в этом доме только с ним она могла быть самой собой, не изображая кисейную барышню и чувствуя безмятежное спокойствие в его присутствии.

***

Все еще сжимая в руках журнал, Александр вышел от Марины в приподнятом настроении. Общение с гостьей приободрило его. Молодой человек неожиданно для себя ощутил, насколько для него важно помочь девушке не совершить фатальную ошибку с замужеством. Ему понравилось, что девушка не закричала от радости после сообщения о желании Константина жениться на ней. Наоборот, она нахмурилась. Это было обнадеживающе.

Подозрительный взгляд старшего брата, вернувшегося после бурного объяснения с матерью, рекомендовал молодому человеку не торопиться с раскрытием всех карт. Кто знает, захочет ли брат в следующий раз пускать его к Марине, так что бартер с журналом еще может пригодиться. К тому же, неплохо было бы предварительно самостоятельно разобраться с попавшими ему в руки записями исследователей.

Что исследования о влиянии состава крови на внутреннее чутье человека — обычное разводилово, Александр чувствовал давно. На его взгляд, молодые ученые от медицины внаглую использовали деньги Константина для своих разработок. Спонсора же кормили той лапшой, которую он жаждал от них услышать. Позицию наемных медиков можно понять — помешался человек на интуиции, надеется усилить ее за счет изменения состава крови, например, путем переливания от сильного интуита, так: «любой каприз за Ваши деньги». Молодой человек не торопился осуждать Дениса и Влада. Кто знает, их истинное исследование могло быть гораздо важнее придуманной интуиции и, возможно, способно принести реальную пользу людям. А потому лучше не рубить сгоряча.

Сначала Александр прошел в кабинет, где стоял копировальный аппарат, и сделал копии нескольких разворотов журнала. Сам журнал отправился в сейф, ключи от которого были только у них с Константином. Внутренне собравшись перед серьезным разговором, он отправился в лабораторию. Мирно спускающиеся со второго этажа мать с Митяем настолько были заняты друг другом, что не обратили никакого внимания на случайного свидетеля. Александр сделал вывод, что в битве со старшим братом победу одержала матушка. Судя по всему, она сумела убедить домашнего цербера в необходимости иметь личную жизнь в преклонном возрасте.

Младший же сын, испытав несколько запоздалые муки совести, как ни крути, а ради своего шкурного интереса пришлось подставить мать, порадовался за благоприятный во всех отношениях исход. Выдохнув, что одной проблемой меньше, он вошел в лабораторию.

Денис сидел за рабочим столом, изучая содержимое верхнего ящика.

— Здорово живешь, — приветствовал его Александр, — что-то ищешь?

— Да так, — неопределенно пожал плечами лаборант и выжидательно посмотрел на посетителя. Помощник шефа не часто посещал их исследовательскую обитель и практически не общался с медиками, а потому его приход был неожиданным.

Александр аккуратно положил перед Денисом ксерокопии найденного им журнала и стал наблюдать за реакцией лаборанта. Сначала эскулап мельком глянул на них и продолжил смотреть на посетителя, но видимо, что-то смутило его, потому что он опустил глаза еще раз, а затем взял листки в руки и принялся разглядывать внимательно. Лицо его по мере понимания, что это за копии, начало вытягиваться, рыжие брови хмуро устремились на переносице, образовав сплошную яркую линию.

— Откуда это у тебя? — наконец, выдавил из себя Денис.

— Оригинал в надежном месте.

— Константин знает?

— Еще нет. Но, Денис, ты же понимаешь, теперь он узнает. Вопрос в одном — от меня или от тебя, — Александр жестом остановил собеседника, открывшего рот, чтобы что-то сказать, — я ничего не понимаю в этих каракулях, но всегда могу обратиться к профессионалам, в том числе в полицию. Так что лучше расскажи мне сам, что за фигня здесь творится. И помни, каждое твое слово чуть позже будет проверено.

Денис на какое-то время задумался. Александр его не торопил. Он рассматривал лаборантскую, удивляясь, почему Константин решил отделать стены обычной квадратной белой плиткой, какую теперь и в государственных поликлиниках уже не найдешь. Эдакий ретровариант европейского качества.

Голос эскулапа заставил ушедшего в себя Александра вздрогнуть.

— Давай завтра утром все расскажу, — Денис поднял на молодого человека умоляющий взгляд. — Константин нас отсюда тут же выпроводит. А мне надо доделать. Очень надо. Утром выложу все как на духу.

В животе Александра противно заурчало. Он напряг мышцы, пытаясь угомонить голодный желудок. Конечно, хотелось сразу и сейчас узнать правду об исследованиях. Однако, понятно, что беседа не на пять минут. С урчащим желудком сосредоточиться на деле будет тяжело. Молодой человек пожал плечами и молча вышел. В конце концов, журнал у него. Если Денис надумает сбежать, то они с Константином при необходиости напишут заявление в полицию. Все данные на исследователей есть, свидетели, заключения с их подписями и документы о перечислении денег в наличии.

Часы в гостиной весело намекнули на ужин, и Александр бодрой рысцой поскакал подкрепляться. За столом уже сидела счастливая Вероника Николаевна, справа от нее, явно чувствуя себя не своей тарелке, жался Митяй. Несуразный плешивый мужечишко робко оглядывался вокруг, стараясь не встречаться ни с кем глазами. С одной стороны, материна проблема решилась, с другой, Костян прав, появился еще один подозреваемый в покушении на Марину.

***

Утром во вторник Константин проснулся с ломотой в теле и не в духе. Ночь на диване в Марининой комнате подвела его к мысли, что игра в глобальную охрану подзатянулась, и ее пора прекращать, тем более что больная не так уж и больна. Она отогрелась, отоспалась, отъелась и теперь неплохо бы заняться делами, требующими ее нахождения вне комнаты.

Когда пришел вызванный им Денис, мужчина обратил внимание на усталый вид медика, но приставать к нему с вопросами не стал. Врач осмотрел Марину и вынес вердикт, что она вполне может вставать. Охлаждение было не слишком опасным и, благодаря своевременно принятым мерам, обошлось без осложнений. К радости затворницы, ей было разрешено спуститься на завтрак в столовую.

Довольная домоправительница церемонно представила девушке своего спутника. Марина с интересом выслушала историю тайного проживания Митяя в доме, и вчерашнее рычание Константина нашло свое логическое объяснение. Сам хозяин дома на завтрак пришел с большим опозданием, сухо со всеми поздоровался, избегая смотреть в сторону поспешившего исчезнуть прихлебателя. Вероника Николаевна укоризненно покачала головой, но вмешиваться не стала, соблюдая достигнутый с трудом паритет.

Разговор за столом не клеился. Напряжение чувствовалось у всех. Непривычно тихая Ниночка ела, не поднимая глаз. Хмурый Денис также не отрывал взгляда от своей тарелки. Непривычно мягкая домоправительница вопреки обыкновению не делала никому никаких замечаний. Даже Александр, хоть и поглядывал задумчиво на всю достойную компанию, но воздерживался от обычных шуток.

Марина решила, что на всех давит тяжелая аура мрачного Константина. Он нисколько не напоминал вчерашнего заботливого спасителя. Проснувшись утром, девушка физически ощутила исходившее от мужчины раздражение. Он с трудом смог дождаться Дениса и практически сбежал, едва тот зашел в комнату. Судя по всему, к завтраку настроение у господина Строева так и не улучшилось. Во всяком случае, Марина спиной почувствовала его приход, сопровождающийся предгрозовой электризацией воздуха. «Похоже, его настроение зависит от четных и нечетных чисел,» — презрительно прокомментировал поведение мужчины Рассудок. Такая нестабильность характера Константина уже не столько пугала, сколько раздражала девушку.

После завтрака Константин официальным тоном, не терпящим возражений, предложил Марине вместе проводить Дениса до лаборатории. Осознавая, что им предстоит беседа, гостья мысленно прикинула отчет о поисках документов, которые в воскресенье утром мужчина просил найти. Она ждала этих вопросов еще вчера, но мужчина обошел тему пропавших бумаг стороной, и девушка была ему за это благодарна.

— Марина, у нас два нерешенных вопроса, — Константин пропустил ее в соседнюю с лабораторией дверь своего бизнесового кабинета, — первый, необходимо возобновить поиск пропавших документов; второй, найти, кто запер тебя в подвале. Мне представляется, что на данный момент легче начать со второго вопроса. Давай спустимся в подвал, и ты мне еще раз все подробно расскажешь на месте. Не боишься?

— Нет, — у Марины в очередной раз мелькнула шальная мысль, что Константин вполне мог ее запереть, и испугавшийся внутренний Ребенок отметил, что хорошо бы сделать так, чтобы об их походе в подвал знал еще кто-нибудь. Девушка усилием воли заставила Рассудок отогнать дурацкую страшилку. Насколько она теперь знала, у мужчины на нее были совершенно другие планы, — надо обязательно взять фонари и теплую одежду, — пропищала она, откашлявшись.

— Фонари не нужны, туда вчера провели электричество, так что теперь там светло. С теплом пока не очень. Обогреватели поставили, температура немного повысилась, но тебе все же лучше что-нибудь теплое накинуть.

Когда они, уже одетые, подошли к лестнице, рядом с которой находилась дверь в подвал, к огромной радости Марины из столовой им навстречу выдвинулся Александр.

— Вы в подвал? Я с вами, — безапелляционно сообщил он.

Марину поразил тон, которым помощник сообщил шефу о своем намерении. Константин сверкнул глазами. Девушка внутренне сжалась, готовясь к скандалу. Стало страшно за Александра, и она уже собралась переключить гнев вздыбившегося монстра на себя. Однако, он, недовольно хмыкнув, пожал плечами и начал спускаться вниз. Его помощник, весело подмигнув перепуганной гостье, пропустил ее вперед.

В подвале действительно горел свет. Марина с интересом осматривалась вокруг себя. Большое и запущенное помещение на пути их следования было приведено в относительный порядок. Во всяком случае пол был подметен. Константин знаком предложил гостье идти первой. От лестницы девушка уверенно повернула влево, но пройдя несколько метров, растерянно остановилась:

— А как я найду, в какой комнате находилась? Вообще не узнаю подвал. Я же была здесь в темноте. Все было настолько другим…

— Спокойно! Иди по чистому полу и не ошибешься, — засмеялся идущий последним Александр, — Костян, тебе столько дел привалило. Все не хотел подвалом заниматься, а вот теперь придется. Не пропадать же добру. Тут и спортзал можно сделать, и тир, и бильярд, и бассейник вполне получится, а то в уличном зимой немного прохладно, да и воды нет.

— Заткнись, шутник, — оборвал трепотню помощника Константин и зашел вслед за Мариной в старую библиотеку.

Помещение, где девушка провела ночь в темноте, было залито светом и на первый взгляд совершенно не напоминало ту комнату, где Марина собирала пыльные книги и журналы, чтобы устроить себе постель. Любопытство заставило бывшую узницу забыть про страх. Восхищенными глазами девушка посмотрелась в зеркало, висящее у стены. Она вспомнила, как перепугалась, увидев в нем свое отражение, приняв его за призрак. Зеркало было старинным, поверхность его приобрела мутный бежеватый оттенок и была сплошь в мелких морщинках трещин. Обрамление, представляющее собой различной длины и изгибов завитушки, было выковано из металла, типа чугуна. Впрочем, Марина в этом не разбиралась.

— Настоящая женщина! Ни минуты не может жить без зеркала, — саркастически усмехнулся Константин, но девушка не стала обращать внимания на его подколку.

Полюбовавшись на себя, она оглянулась. Все ее нагромождения были убраны. Можно сказать, в комнате был наведен порядок. Марина в который раз изложила подробности своего пребывания в библиотеке, показала, что делала, куда ставила, чувствуя себя при этом участницей следственного эксперимента.

— Интуиция тебе ничего не подсказывает? — с напряжением в голосе поинтересовался Константин, когда она закончила рассказ, — давай вместе пройдем еще раз.

— Да что ты пристал к ней, — не выдержал Александр.

— Вали отсюда, — выплеснул давно копившееся раздражение хозяин дома, — пошел вон! Тебе здесь нечего делать. Давай, — он резко махнул рукой в сторону двери.

Помощник шутовски изобразил, что угрозы ранили его в самое сердце, и молча ушел. Константин закрыл дверь и, стараясь взять себя в руки, обернулся к спутнице:

— Посмотри еще раз. Закрой глаза, почувствуй хоть что-нибудь, в конце концов.

— Константин, если ты про документы, то их тут не может быть, — Марине не понравились исходящие от мужчины нервозность и фальшь.

Внутри у девушки произошел взрыв негодования. Перед ней стоял образец самца, с которым она вчера еще надеялась завести близкие отношения. Марина вдруг четко осознала, что это абсолютно чужой, далекий от нее человек. Рассудок настаивал, что Константин пытается использовать Марину вслепую. Вся его забота — притворство, способ добиться от нее чего-то для него очень важного. Это не интуиция и не кровь, о которых вчера вещал Александр. Те вопросы решались в лаборатории. Рассудок однозначно вычислил, что Константин что-то ищет и надеется найти это в подвале. Что именно, главный советчик не указывал, да и Интуиция молчала, зато Ребенок, со свойственным ему максимализмом постановил, что быть слепым орудием в руках монстра неприемлемо. В конце концов, Марина в своем рвении завлечь богача уже дважды пострадала. Глянув Константину в глаза, девушка отбросила политесы:

— Что именно ты здесь хочешь найти? Документы недельной давности? Когда я сюда пришла, здесь был нетронутый слой пыли. В эту комнату несколько лет никто не заходил. Не дней, не неделей, не месяцев, а лет!

— Как ты могла увидеть при свете свечи, что нет следов? — грубо прервал ее собеседник, — если человек хотел здесь спрятать, он мог что-то привязать к подошвам, чтобы оставить минимум следов или нестандартные следы. Ведь сюда никто не догадался бы зайти. Твоя интуиция привела тебя сюда. Понимаешь ты это? Значит то, что мы ищем находится здесь!

— «То, что мы ищем», — повторила Марина последнюю фразу, — Константин, вся штука в том, что мой внутренний голос давным-давно дружески мне поведал, где скрываются «пропавшие» бумаги. Моя интуиция совершенно ясно дает понять, что документы надо искать в другом месте… — голос Марины дрогнул и практически сошел на нет в конце предложения, глаза тщательно сканировали пол в поисках, за чтобы дельное зацепиться, — они в твоей комнате.

Еще вчера мысль о нахождении в спальне Константина возбуждала в груди Марины приятное волнение. Ее беспокоила всего-навсего одна мысль — не показаться навязывающейся. Теперь, девушка с усмешкой почувствовала, что ничего, кроме отвращения, перед предстоящей сценой, которая непременно случится, не чувствует.

На короткое мгновенье Константин недоуменно замер. Быстро взяв себя в руки, он вздохнул и неестественно бодрым голосом произнес:

— Так что же ты молчала? Идем туда!

***

Изгнанный из подвала Александр и не подумал обижаться. В данный момент его больше интересовало, что ему поведает прохвост Денис, с которым он договорился встретиться после завтрака. Поэтому молодой человек, удостоверившись, что безопасности Марины ничего не угрожает, рванул прямо в лабораторию. Они с медиком уже виделись за завтраком. Но в присутствии домочадцев, особенно Константина, разговор об исследованиях удивительным образом оба сочли неуместным.

Денис восседал за своим рабочим столом, изучая дикие пляски стихии, не прекращавшей ни на минуту снежную круговерть:

— Не известно там, когда дорогу расчистят? Мерзнуть опять на снегоходе влом. Одно дело, когда я сюда приехал и сразу в тепло, а другое, когда после прогулки по морозцу с ветерком трястись на общественном транспорте.

Александр равнодушно пожал плечами, обозначив то ли отсутствие информации по данному вопросу, то ли нежелание общаться на сторонние темы. Изображать дружеское расположение по отношению к жулику он не счел нужным, памятуя, сколько денег тот выкачал из их бюджета на лжеисследования. Про бредовую мечту, лелеемую Константином, стать сильным интуитом, молодой человек старался не вспоминать, чтобы не расстраиваться из-за глупости брата. Ему еще предстояло сообщить горе-мечтателю, что все это было обманом…

— Ну? — поощрил он занимавшегося созерцанием шалостей природы Дениса, — чего молчим?

— Спрашивай…

— О’кей. Поведай для начала, каким образом Константин вышел на вас с Владиком, и в чем был ваш интерес помимо денег.

Реакция медика на последнюю реплику четко обозначила, что вопрос попал в точку. Денис, поминутно тяжко вздыхая, будто не за столом сидел, а волок в гору полный воз дров, начал рассказ. Его трагическая повесть свелась к тому, что финансирование их института оставляло желать лучшего, а у них с Владиком горел проект по изучению влияния состава крови на какие-то там процессы в организме. Точное название работы Александр пропустил мимо ушей. Он понял одно, Костян обратился к ребятам, профессионально занимавшимся изучением крови.

Когда незнакомый мужик посыпал на головы двум исследователям манну небесную в виде современной лаборатории и финансирования на закупку необходимого оборудования, те никак не могли поверить в чудо и все искали подвох. Подвох не заставил себя ждать. Содержался он в небольшом условии. Параллельно своим опытам ребята должны были провести специальные эксперименты лично для спонсора. Тема исследования о влиянии состава крови на интуицию, а также поиск путей усиления интуиции через кровь сильно обескуражили молодых врачей, заставив их взять неделю на обдумывание.

Пролистав книги про интуицию, медики поняли, что правильнее было бы объяснить чудаку бесперспективность подобного исследования и отказаться. Но возможность довести до ума свой проект в комфортных условиях пересилила. Денис с Владиком решили рискнуть. В конце концов, раз человек просит провести исследование, они проведут и сообщат ему о результатах.

Реальность, как это обычно бывает, внесла свои коррективы. Вероника Николаевна, сам Константин, да и все испытуемые с такой надеждой смотрели на исследователей, так ждали результатов, которые, как на зло, иногда подтверждали теорию спонсора, что в один прекрасный момент медики сдались. Сердобольные товарищи скрыли выпадающий из общего ряда результат, уверяя себя, что больше подобное не повторится никогда и ни за что. Но вскоре пришлось скрыть еще один выпадающий результат, а затем и еще… Чтобы самим не запутаться дотошные ребята вынуждены были вести «двойную бухгалтерию». Так появился тайный журнал, куда заносились реальные данные. Именно его и нашел в лаборатории Александр. Проект медиков подходил к концу, и совестливые Денис с Владиком ломали головы, как деликатно и без риска для себя открыть Константину правду.

Судьба в лице помощника спонсора им здорово помогла, правда чуть раньше, чем требовалось. Но в любом случае, Денис этому был скорее рад, чем расстроен.

— В полицию пойдешь? — закончив рассказ, тихо спросил он.

— Это дело Константина. Пусть сам решает. Я пока еще ничего ему не говорил. В конце концов, исследования вы действительно проводили, — задумчиво ответил Александр и, подойдя к двери, добавил, — пока никуда не рыпайся. Доделывай свой проект. Как что-то решу, узнаешь первый.

Чем ближе Марина подходила к комнате Константина, тем отчетливее Интуиция ей практически в красках рисовала, что произойдет дальше. Девушку совершенно не удивило собственное весьма отрицательное отношение к шедшему рядом мужчине. Планируемая им романтическая сцена опоздала столь сильно, что уже не вызвала у кандидатки в жены ответного порыва, скорее наоборот. Гостья шла с четким намерением как можно дольше тянуть время и ломала голову, как бы поделикатнее избежать неискренних объятий. Пока она находилась в доме Константина, ей не хотелось с ним ссориться. Стоило завершить свое пребывание тут максимально корректно. Все-таки, они работали в одной Компании.

Мужчина первым зашел в свою комнату и галантно придержал дверь. Как и представлялось интуитке, он, забыв поинтересоваться документами, обнял девушку и прижал к себе, едва она вошла внутрь.

— Ты умеешь управлять нашим братом, — с томным придыханием прошептал Константин, склонившись к ее лицу.

Противоборствующие голоса в Марининой голове, тут же открыли жаркую дискуссию на тему отношения к хозяину дома. Мечтательница, теперь заговорившая о любви, безуспешно призывала на помощь закусивший удила Рассудок. Он теперь предлагал не сопротивляться мужчине и перечислял положительные моменты, которые давал роман с хорошо обеспеченным человеком. Последующее замужество с точки зрения Рассудка являлось бы хорошим обеспечением на всю жизнь, дало бы стабильность и уверенность в завтрашнем дне. Если, конечно, планы господина Строева жениться не фантазия Александра. При этом Интуиция, к общению с которой девушку постоянно подталкивал сам Константин, настойчивыми вибрациями в теле давала понять, что все ложь, объятия — игра, чтобы что-то от нее получить, а конкретно сейчас, а-ля влюбленный пытается помешать ей найти в комнате документы.

— Документы… — неприятие лжи победило, и Марина, извиваясь всем телом, попыталась вывернуться из крепких рук, — мы хотели их найти.

— Да бог с ними, — Константин легко поднял девушку на руки и перенес на диван, — никуда они не денутся. Мариночка, я так долго ждал. Мне нужен был от тебя лишь намек, что ты неравнодушна ко мне. Как мальчишка боялся тебя обидеть. Все-таки по делу к себе в гости зазвал, обещал не приставать…

Чувствуя себя расплющенной камбалой под навалившимся на нее тяжелым мужским телом, девушка сквозь хор внутренних голосов лихорадочно соображала, что делать. Симпатия к Константину сменилась холодной рассудительностью и подозрительностью. Увертываясь от поцелуев, Марина с изумлением интуитивно сомневалась в том, что мужчине хочется ее целовать. Чутье подсказывало, что он действует механически по известному одному ему плану.

Не успела пленница ничего придумать, как дверь распахнулась.

— Костян, я… — в комнату ангелом-спасителем влетел Александр с каким-то журналом в руках.

Молодой человек оглядел комнату и не сразу обнаружил завалившегося на Марину брата. Когда его глаза споткнулись о беспомощный взгляд пленницы, он, не раздумывая, подскочил к Константину и, не говоря ни слова, спихнул его на пол. Девушка тут же соскочила с дивана и бросилась к двери, но хозяин комнаты, оттолкнув оторопевшего Александра, опередил ее.

— Сидим здесь и не рыпаемся, — рявкнул он и указал на диван. Марина, тяжело дыша, с широко открытыми глазами смотрела на мгновенно превратившегося в монстра мужчину, уже не удивляясь столь быстрой перемене, ведь буквально минуту назад этот человек шептал ей нежные слова и пытался поцеловать. — Ты чего тут забыл?

— Мне кажется, дама не поощряет твоих ухаживаний, — Александр подошел к Марине и взял ее за руку, — если девушка хочет уйти, пусть идет.

С облегчением поняв, что драки между мужчинами не планируется, Марина попыталась собраться с мыслями. Неугомонный Рассудок настаивал, что нельзя уходить просто так. Раз пришла сюда за документами, значит, их надо найти, потому что второй раз добровольно она сюда вряд ли войдет.

Комната хозяина дома была немного больше, чем у нее, и отделана в строгом стиле. Напротив дивана, на котором девушка сидела, с другой стороны от двери стоял книжный шкаф на изогнутых ножках под старину. Дальше у окна расположилась огромная кровать, на противоположной от нее стене две двери. Памятуя спальню Вероники Николаевны, Марина сделала вывод, что одна из дверей ведет в туалетную комнату, а другая в гардеробную.

Учитывая, что приход гостьи для Константина был неожидан, то вряд ли он экстренно спрятал документы в душевой или гардеробе. Вывод был очевиден, если ее версия верна, и Константин хранит документы в комнате, то самое разумное для них место — книжный шкаф. Марина, не обращая внимания на продолжающуюся громкоголосую перепалку мужчин, подошла к нему. Почувствовав, что в комнате воцарилась настороженная тишина, оглянулась на спорщиков.

Константин буравил ее тяжелым взглядом, способным убить небольшое парнокопытное, Александр источал любопытство. Ни один не двинулся с места, что придало Марине некоторое воодушевление. Она решительно открыла дверцу. За ней обнаружились полки и запертый выдвижной ящик. Подавив первый порыв скинуть на пол все, что лежало на полках, Марина потрогала ящик с замком. Он был заперт. Интуит, как научил ее накануне Денис, закрыла глаза и прислушалась к себе. Легкость и абсолютная уверенность подсказали девушке, что она идет по правильному пути, искомые документы там. Во всяком случае, она важные бумаги положила бы под замок.

— Открой, пожалуйста, — обратилась гостья к Константину, указывая на ящик.

Мужчина раздраженно вздохнул, взяв с надкроватной полки ключи, отпер замок и самолично выдвинул ящик. Внутри поверх других бумаг лежал голубой конверт из прозрачного пластика. Первое, что в нем увидела девушка, был ее собственный телефон.

— Молодец, ты прошла испытание, — с фальшивой поощрительной улыбкой, исказившей до неузнаваемости лицо, произнес Константин, — Мариночка, ты не представляешь, какой силы интуицией обладаешь. Реально бомба! Мы с тобой …

Договорить ему не дала открывшаяся дверь. На этом раз она впустила Вернику Николаевну, из-за широкой спины которой, поднимаясь на цыпочки и чуть ли не подпрыгивая, выглядывал тщедушный Митяй.

— Мальчики, не ссорьтесь, — повелительно добродушно пробасила домоправительница. Увидев гостью, она несколько растерялась, но тут же взяла себя в руки, — о, Мариночка, как хорошо, что Вы здесь. Я как раз по Вашему вопросу пришла. Константин, ты уже выяснил, кто запер нашу гостью в подвале?

— Проходной двор, — недовольно буркнул в ответ хозяин комнаты, — чего тут выяснять? Если не присутствующие здесь, то Нина.

— Я тоже уверен, что Нина, — поддакнул Александр, — она же и падение с Ромашки подстроила. И что характерно, мы все знаем, почему она это сделала. Не так ли, Костик, — язвительно обратился он к брату, скопировав интонацию матери. Реакцией было презрительное фырканье.

— Надеюсь, теперь все твои проблемы с ней закончились? — обратился к матери Константин. — Теперь уж все в курсе твоей «страшной тайны», — он кивнул в сторону испуганно моргнувшего Митяя, — или есть что-то еще, чем она тебя шантажирует? Может, лучше сразу скажешь, пока в доме не произошло нечто более серьезное.

Вероника Николаевна, не обращая внимания на бухтение старшего сына, расположилась в центре комнаты и затянула за собой стеснительного друга. Митяй, упорно изучая пол, двигался так, чтобы не повернуться спиной к Константину, словно боялся нападения разгневанного монстра.

Марина еще за завтраком обратила внимание, какую колоритную и занятную пару представляли собой эти два не слишком молодых человека. В действительности, мужичок, как и полагается, был немного повыше своей дамы, но из-за щуплой комплекции и некоторой сутулости выглядел рядом с дородной спутницей сущим ребенком. Девушка и так искренне радовалась за домоправительницу, но конкретно в данный момент Марина испытала к женщине еще и неподдельную благодарность. Своим продвижением в центр та открыла путь наружу, чем пленница немедленно и воспользовалась. Она, цапнув из ящика пакет с документами и телефоном, шустро вышмыгнула на свободу и припустила в свою комнату.

***

— Где ключ от ее спальни? — первым сориентировался Константин, бросаясь к замершей посередине комнаты матери. — Не дергайся, я ее просто запру, — взяв у домоправительницы ключ, он не дал Александру выйти из комнаты, — нам всем надо успокоиться и все обсудить.

Убедившись, что строптивая интуитка в комнате, мужчина запер ее на замок. Шагая обратно, он испепелял взглядом младшего брата, поджидавшего его в коридоре. Они вернулись в комнату, где Вероника Николаевна с другом Митяем со всеми удобствами разместились на диване. Александр со всего размаха недовольно плюхнулся в кресло, Константин остался стоять.

— Итак, — начал он, но был прерван матерью:

— Не поняла, а что у вас здесь произошло?

— Ма, давай все по порядку, — вернул себе право ведущего совещание старший сын. — Не узнала, когда дорогу прочистят?

— Что ты! Там такой мороз! Минус тридцать — не шутки. Сказали, в лучшем случае дня через два.

— Хорошо. Марину я пока запер, ей полезно успокоиться. Но в любом случае, у меня не так много времени, надо с ней поговорить. Так что давай выкладывай, что тебя принесло сюда.

— Пришла рассказать по поводу субботнего происшествия. На счет домового я, возможно, поторопилась, — Вероника Николаевна кокетливо пожала округлыми плечами. — Помните, Мариночка говорила, что ее заперли в субботу, в день приезда? И про блуждающие огни? Вы, мальчики, не обратили на ее слова внимания, а она, между прочим, реально сидела запертая. Митенька кое-что видел, — женщина повернулась к спутнику и нежно провела рукой по его спине, — расскажи, дружок, сам.

Под взглядом братьев, можно сказать, его пасынков, Митяй для верности съежился до размеров молекулы, откашлялся и, потирая пятерней голову для стимулирования мозговых клеток, приступил к повествованию:

— Ну это… Верушка позвонила, мол, идет, я и приоткрыл дверку.

— Я правильно понимаю, речь про субботу? — нетерпеливо прервал его Константин. — Во сколько?

— Ну да, в субботу… вечером уже, после ужина, — Митяй опять замялся, не в силах поднять глаза на грозного хозяина дома, — ну то есть после вашего ужина. Я свой … того … еще ждал. Еще не ел. Вот Верушка и звонит, мол, несет. Я дверку-то и того… приоткрыл. Слышу, кто-то стоит рядом. Выглянул, а там эта… Нинка ключ из двери вытаскивает. Ну той, где девица живет. Я думал, она там того… прибиралась, хотел окликнуть, а она это… быстро так ключ в карман раз и бежать, но не к лестнице, а туда… в другую сторону.

— Что значит, в другую сторону. Там нет других сторон.

— Как же нет, — не вытерпела Вероника Николаевна, — там торцевая гостиная.

— Митяй, ты можешь толком сказать, Нинуха в торцевую гостиную зашла?

— Ну я… того… это и говорю…

— Она еще не обставлена, — затараторила домоправительница, — там только недавно ремонт закончили. И между прочим, балкон смежный с балконом гостевой, в которой Марина обитает. Я туда недавно сходила, два мощных фонаря нашла. Нинку заразу сразу пошла отругала и в комнате заперла, чтоб не шлялась по дому и не пакостила.

— Ну Нинуха! — воскликнул Александр, — и она все еще работает у нас?

— Нет! Я ее сегодня уволила, полный расчет выдала и заперла. Как дорогу расчистят, сразу же пусть убирается на все четыре стороны. Но поесть я ее, конечно, выпущу. Будет по дому передвигаться под моим присмотром. Не носить же ей еду в комнату. Много чести!

— Замечательно! Марина и Нина сидят взаперти, лучше не придумаешь! — развеселился Александр. После всех вводных, которым он стал свидетелем, желание показывать брату журнал и сообщать об обмане с исследованием незаметно испарилось.

— С тобой все ясно, — подытожил Константин, обращаясь к матери, а затем обернулся к брату, — а ты по какой спеси ворвался сюда?

— Не помню, — беспечно ответствовал тот, незаметно убирая руку с измятым журналом за спину, — хотел тебе что-то сообщить… забыл. Ничего важного.

— Полагаю, да. Если что-то стоящее внимания, то вспомнишь, — махнул рукой старший брат и обернулся к сладкой парочке пенсионеров, — мать, мне думается, твоего подопечного мы можем отпустить.

Вероника Николаевна сходу поняла намек сына. Она поднялась и, заботливо приобняв тут же вскочившего Митяя, проводила его до двери и сразу же заперла ее. Вернувшись на диван, женщина в ожидании уставилась на сердитого сына.

— Значит так, — Константин в задумчивости принял позу грозного полководца, скрестил руки на груди и широко расставил ноги, — похоже, вариант со свадьбой отпадает.

— Но… — попыталась возразить домоправительница.

— Не обсуждается, — отрезал Константин и раздосадовано глянул на Александра, — значит, переходим к плану Б. Берем максимальную дозу крови и отпускаем. На первое время нам для исследований хватит.

— А ребеночек?

— Ма, забудь про ребеночка. Все! Тема закрыта.

— Хотелось бы уточнить, что значит «максимальная доза крови», которую ты хочешь взять у Марины, — Александра подмывало броситься с кулаками на фанатеющего идиота, но при матери он изо всех сил старался держать себя в руках, — максимальная, значит, сколько есть в наличии?

— Совсем что ли очумел? — возмущенно гаркнул Константин, — естественно, безопасно для жизни. Что ты там обо мне думаешь? Конечно, после такого переливания она, наверняка, на какое-то время полностью лишится способностей, но похоже, она и без них прекрасно себя чувствует. Отдохнет несколько месяцев, успокоится, потом, когда интуиция восстановится, будем договариваться о регулярном донорстве.

— Я не понял, — практически не сдерживая гнев, уточнил Александр, — потом ты с Мариной договоришься, а сейчас ты как у нее возьмешь кровь? Силком?

— Расслабься. Ты прекрасно знаешь, есть специальные средства. Она даже и не узнает.

Братья стояли друг напротив друга. По росту они были приблизительно одинаковые, так что играть в гляделки и метать глазами молнии им было достаточно комфортно. Увидев сжатые кулаки и перекатывающиеся желваки сыновей, Вероника Николаевна проворно вскочила с дивана и резво втиснулась между ними. Могучим телом она раздвинула петухов в разные стороны, не желая, чтобы беседа ее любимых мальчиков закончилась бульварным мордобоем.

— Тихо-тихо. Что это вы удумали? Чай не дети уже…

— Твой старшенький одержим идеей стать интуитом. Мать, ты понимаешь, что он безумен? Его уже пора лечить.

— Не твое дело…

— Да что с вами такое? Из-за чего сыр-бор, — то поднимаясь к высоким, то спускаясь к низким нотам закудахтала Вероника Николаевна. Она, старательно задрав голову, оборачивалась то к одному, то к другому сыну.

— Как же это ты так упустила? Видать своей любовью больше занималась… Шурик глаз положил на мадам, которую ты мне в жены прочила.

— Шуреночек, — от удивления Вероника Николаевна, назвала сына давно выброшенным из обихода детским именем, — да зачем она тебе? Оставь ее Костику. Найди себе другую девушку. Таких Марин вокруг пруд пруди. За тобой любая пойдет, ты у меня такой красавчик.

— Мам, он лишит Марину ее дара! — вне себя воскликнул Александр.

— На время! — рявкнул Константин. — Если мне не изменяет память, ты вообще не веришь в мои исследования! Да она понятия не имеет, как пользоваться интуицией. Ей этот дар вообще ни к чему.

— Документы она тебе нашла, а заодно свой телефон. Как это ты до банальной кражи скатился? Поздравляю, братан, — остывая, с мучительным чувством стыда Александр поразился, как это его угораздило ввязаться в этот идиотский спор. Кровь, интуиция… Бред! Он же сам шел доказать Константину, что кровь никак не может повлиять на способности внутреннего чутья. Молодой человек лихорадочно просчитывал, грозит ли Марине какая-нибудь опасность, помимо выдуманной трагедии со временной потерей интуиции.

— Идиотка! Кому нужны эти бумажонки!

— И настоящую библиотеку тоже… — Александр практически полностью успокоился и с издевкой наблюдал, как бесится его старший брат.

— А толку? — взвился тот, — если бы сразу указала, где искать. Впрочем, ты прав, в нашей библиотеке мы еще долго шарили бы. С паршивой овцы хоть шерсти клок. Спасибо и на этом.

Александр отвернулся к окну. В голове неожиданно сложился логический пазл. Перед его взглядом возникла картина сегодняшнего утра, когда они вместе с Мариной спустились в подвал. Конечно! Как бы он не оппонировал всем этим бредням о всемогуществе интуиции, но проверить правильность версии все-таки стоит. Ну надо же! Как это психопат Костян не обратил внимание? Ведь Марина-то как раз явно дала понять, где надо порыться.

— Меня вот что смущает, — Александр перевел разговор на другую тему, — не верится, что Нина настолько ненавидела Марину, что готова была убить. Она ее знала-то всего неполные два дня. Понятно, ревновала к конкурентке. Но про женитьбу на ней Костяна активно начали говорить в понедельник. В воскресенье его весь день не было, да и анализы крови еще не брали. Марина банально могла не подойти тебе.

— Нинуха не в курсе этих тонкостей, — с сомнением произнес Константин, — хотя, мне тоже кажется, что она не может быть убийцей.

— Мальчики, я знаю, как все произошло, — вздохнула Вероника Николаевна, — мы в воскресенье сильно поругались с Нинкой после того, как я обнаружила в торцевой гостевой фонари, которыми эта зараза Марину пугала. Я высказала ей все и пригрозила, что уволю. Она в ответ собралась рассказать про Митяя. Вот мне и показалось спокойнее дать ей снотворное… Может, это как-то связано?

— Как-то связано, — передразнил мать младший сын, — тогда все более-менее понятно. Нинуха Марину закрыла. Наверняка, хотела всего лишь постращать, а потом стараниями маман уснула.

Молодой человек почувствовал, что с души свалился огромный кирпич. Хоть он и не был большим поклонником Нинухи, но одно дело, когда человек целенаправленно запирает в холодном подвале, чтобы убить, а другое, когда это трагическая случайность. Увидев, что Константин с матерью переключились на другие темы, Александр вышел из комнаты.

***

Поворот ключа в замочной скважине оказался той самой последней каплей, которая поставила точку в метаниях Марины. Итак, сидеть взаперти, похоже, стало доброй традицией, благо, что на этот раз в нормальных условиях. И тем не менее, она здесь не останется, надо выбираться любыми доступными путями. Девушка вытащила из пластикового конверта свой мобильник, отшвырнув на тумбу перед зеркалом пакет с ненужными ей документами, и бросилась к сумке за зарядкой. Мелодия возвращения к жизни телефона показалась ей волшебной музыкой. Сколь важным этот небольшой кусочек пластика оказался в ее теперешнем положении!

Забыв про все на свете, Марина уткнулась в мессенджеры и почту. Всемирная паутина в один миг поглотила ее всю и без остатка. Пленница в буквальном смысле, дорвавшись до персональной цивилизации, выпала из нормальной жизни настолько, что не услышала, как с балкона в ее комнату тихо протиснулась одетая в яркий лыжный костюм фигура. Девушка оторвала взгляд от экрана в тот момент, когда чья-то тень полностью загородила ей и без того тусклый свет от окна.

Гость размотал шарф и снял с головы капюшон. Марина, не успев испугаться, с удивлением узнала Нину. Интуиция тихой вибрацией в пальцах намекнула девушке, что этот визит во благо. Служанка приложила палец к губам и быстро пробежала к двери, намереваясь выглянуть в коридор.

— Что? Заперли? Странно… Ну это уже точно не я, — с нервным смешком выдавила из себя молодая женщина, обнаружив закрытую на замок дверь, — что случилось? Кто посмел?

Марина продолжала молча пялиться на неожиданную гостью, отмечая ее непривычно виноватое выражение лица. На краю сознания Рассудок сделал вывод, что помощница домоправительницы хочет за что-то извиниться. Но основной доминантой в голове крутилась другая мысль: «Нина каким-то образом пробралась, значит, путь на свободу существует». Оставаться дальше в этом чокнутом доме пленница не собиралась. Ореол красавца мужчины у Константина давно развеялся, без него миру предстал зацикленный на своих исследованиях самодур, который, к тому же, держал ее силком у себя дома. Марине не хотелось думать, на какие еще ухищрения он готов пойти, чтобы не дать ей уехать. И для чего ему это надо.

— Константин запер. Мне кажется, он болен. Свихнулся на своей интуиции, — недовольство Марины прорвалось к глазам горячими слезами. Не в силах сдержаться, она разрыдалась.

— Запросто. Мне кажется, что этот дом всех живущих в нем потихоньку сводит с ума, — Нина прижала к себе плачущую девушку, — и… прости меня, — молодая женщина замолчала, собираясь силами, — разве я могла себе представить, что вот так запросто могу чуть ли не погубить человека?

— Ты о чем?

— Это же я заперла тебя в подвале. Ты разве не знала?

Марина испугано отстранилась и подняла взгляд на собеседницу, не зная, как реагировать, и что ожидать дальше. Нина усмехнулась:

— Не бойся, я не специально. Точнее, специально, но не до такой степени. Короче, я пришла с миром и рада, что с тобой все хорошо.

— Ничего не поняла…На самом деле, я видела, что ты влюблена в Константина…

— Ха! Влюблена! Во что тут влюбляться? Я уже давно окучиваю этого маньяка со всеми его придуростями. А он взял и притащил в дом… — молодая женщина оборвала фразу, чтобы не ляпнуть что-нибудь обидное для Марины, — вот видишь, до сих пор внутри все клокочет. Короче, хотелось тебя слегка шугануть, чтобы ты свинтила отсюда на фиг. Кто ж знал, что этот придурок держит тебя насильно. Ты сама хороша… такими преданными овечьими глазками на него пялилась.

— Дура… была.

— Ну вот и я тоже, — вздохнула Нина, — одного не могу понять, как я умудрилась так легко уснуть, зная, что ты в подвале. Я, конечно, видела, что ты одетая, но все-равно рассчитывала продержать тебя там часа два-три, не более. И тут бац, просыпаюсь, а уже утро. Перепугалась, думала, конец тебе. Вероника орет: «Давай завтрак!», а я все думаю, как мне незаметно сбегать посмотреть, что с тобой, и выпустить. Голову ломала, как договориться, чтобы ты шум не поднимала. А тут ты сама о себе дала знать. Прям от души отлегло. Знаешь, так боялась, что приду, а там труп.

— Мне такая мысль в голову тоже приходила… — Марина вспомнила минуты отчаяния, свалившегося на нее в подвале. Чтобы не ссориться с Ниной, она перевела разговор в шутливую плоскость, — честно говоря, никогда не думала, что из-за ревности можно так жестко. Ну расческу спереть, ну книжку…

— Как же без этого! — усмехнулась Нина, — и ночнушку бегемотихину подсунула.

— Я никак не могла с этой тряпкой договориться, — хихикнула Марина, — она существовала принципиально отдельно от меня.

— Я то волновалась, что ты помрешь в подвале, то начала злиться, что придурок слишком нянчился с тобой, — горько хохотнула в ответ гостья, — представляешь как обидно? Я с досады тебе еще и Хлоргексидин в пузырек с Мирамистином набулькала, чтобы зубы почернели.

— Денис сказал, что за один день полоскания ничего не будет. Чтобы эмаль почернела, надо требуется несколько дней, — со знанием дела важно сообщила Марина и, чувствуя, что обстановка немного разрядилась, перешла к самому для себя важному, — ладно, проехали. Давай забудем. Ты мне лучше скажи, почему сейчас пришла ко мне через окно? И главное, как? Что там на улице? Я не хочу здесь оставаться. Мне обязательно надо уйти из этого дурдома.

Нина заблокировала вешалкой дверь, чтобы снаружи никто не смог войти и застать ее в комнате Марины, и подробно рассказала о своем увольнении, и что сейчас она якобы тоже сидит в своей комнате, запертая дурындой Вероникой. Получалось, домоправительница крупно просчиталась. Для человека, проработавшего в доме больше двух лет и имеющего при себе дубликаты всех ключей от абсолютно всех дверей, нет ничего невозможного. Нинина спальня находится на первом этаже, окно выходит на торец дома, и его не видно от будки охранников. Специальную одежду, например, для лыжных прогулок или для верховой езды, Нина хранит у себя в комнате, а не в общей раздевалке. Поэтому ей не составило труда вылезти в окно и по приставной лестнице забраться к Марине на балкон, выходящий на внутреннюю часть участка и тем более не видный охранникам. Все балконные двери открываются снаружи специальными ключами. Так что если бы Марины не было в комнате, или у нее сидел бы кто-то еще, то Нина зашла бы погреться в соседнюю комнату, выходящую на смежный с Марининым балкон, и подождала бы там.

— Ниночка, умоляю, помоги мне выбраться отсюда, — Марина с надеждой схватила женщину за руки и не отпускала, ожидая ответа.

— Погодь, дай сообразить. В принципе, Вероника полностью рассчиталась со мной, поэтому я уж и сама собиралась покинуть сие негостеприимное пристанище. Там же сейчас снежный армагеддон. Дороги отсутствуют как класс, ни пешком не уйдешь, ни на машине не уедешь. Вон с Борькой охранником договорилась, он отвезет меня на снегоходе в аптеку. Вероника, по ходу дела, забыла его предупредить, что я заперта. Хотя, черт ее знает, баба дура. Ведь только рада будет, если я свалю. Она же заперла меня почему? Боится, что я сопру у нее чего-нибудь. Вот коза! За кого она меня принимает.

— А мы вдвоем поместимся на снегоходе?

— Поместиться-то поместимся. Но Борька об этом должен будет доложиться. Прислуга в аптеку — это обычное дело, а гостья на выход — это совсем другой расклад. Уверена, что придурок тебя выпустит?

— Так что же делать? Должен быть какой-нибудь выход! — глянув на яркий лыжный костюм гостьи, Марина прикинула его размер. На ее взгляд выходило, что они с Ниной приблизительно одной комплекции.

— Чувствую, придется мне и дальше посидеть запертой, — притворно вздохнула Нина, уловив прицеливающийся взгляд пленницы, — уговорила. Это будет тебе в качестве возмещения ущерба. Поедешь вместо меня. Наденешь мой костюм, замотаешься шарфом и вперед. Борька ничего не поймет. Там такой ветрило, что не до разговоров и не до разглядываний.

— А ты?

— Надеюсь, меня за это не убьют, — усмехнулась Нина, — расслабься и за меня не беспокойся. Где наша не пропадала…

Бывшая помощница домоправительницы объяснила Марине, как они договорились с охранником, нарисовала путь, которым девушка выберется из аптеки и дойдет до остановки автобуса. Заговорщицы вместе посмотрели расписание автобусов, останавливающихся около поселка, чтобы беглянке не мерзнуть на улице. Под конец нерешенным остался всего один вопрос — если Нина презентует свой костюм бывшей сопернице, то в чем ей самой добраться до своей комнаты, Маринина-то верхняя одежда осталась в общей раздевалке на первом этаже. Дефиле в домашней одежде по морозцу в тридцать градусов Нину не привлекало. Марина, едва оклемавшаяся после ночи в холодном подвале, также отвергла для себя подобный вариант.

— Жди, — подвела итог Нина, перебрав в уме все варианты, а параллельно ручками одежду Марины, — придется бежать к себе, у меня там много чего есть.

Молодая женщина выскользнула в балконную дверь, впустив в комнату облако морозного воздуха. Марина поежилась, представив, что скоро и ей придется вылезти из тепла. Вылезти в буквальном смысле слова — спускаться вниз придется по приставной лестнице.

В ожидании подельницы Марина собрала сумку, с радостью отметив, что телефон зарядился почти на семьдесят процентов. Недочитанные сообщения девушка решила оставить «на потом», благоразумно рассудив, что сейчас полная зарядка гораздо важнее. Не известно, как она поведет себя на морозе, а телефон может понадобиться.

Гостья оглядела комнату, в которой ей неожиданно пришлось провести несколько дней. Ее взгляд упал на изображенную на картине девушку, которая все дни была ее безмолвной собеседницей. Всадница с высокомерным укором взглянула на готовую к позорному отступлению Марину, явно осуждая ее за сей неблаговидный поступок. Часы, не обращая ни на кого внимание, бесстрастно отмеряли время. Они напомнили, что в любой момент кто-нибудь из домочадцев может попробовать зайти и, обнаружив заблокированную дверь, поднимет шум. Раскрытая дверца шкафчика, обнажив пустые полки и вешалки, намекнула, что девушке больше нечего здесь делать.

Марине в этом доме, действительно, больше нечего было делать. Она получила массу впечатлений и даже приключение, вылечилась от навязчивого увлечения Константином и от желания выйти за него замуж. Единственной грустной ноткой оказалось воспоминание об Александре. Однако, внутренняя Мечтательница, ободряемая тихим шелестом Интуиции, надеялась, что еще не конец и что все будет хорошо.

Нина вернулась минут через пятнадцать, когда Рассудок Марины в состоянии, близком к нервному срыву, тоскливо выбирал, какой из плохих исходов для нее хуже. Вариантов было два, либо помощница домоправительницы ее кинула, либо приснилась. На молодой женщине красовалась необхватного размера осенняя куртка, из-под которой виднелось несколько то ли кофт, то ли толстовок. В рюкзаке добровольная помощница принесла для Марины свой горнолыжный костюм, в котором была до этого, и теплые ботинки. К счастью, Маринины шапка, шарф, теплая толстовка и варежки обнаружились в шкафу.

Переодевшись, девушка вслед за спасительницей вышла на балкон. Морозный воздух при первом же вздохе ворвался внутрь до самых глубин легких, заставив сначала задержать дыхание, а потом запускать в себя воздух «через раз» и тонкой струйкой. Ветер резко швырнул в лицо колючие иглы снежинок, унося с кожи остатки тепла, и Марина, подобно черепахе, втянула голову глубоко в шарф, как это ранее делала Нина. Спускаясь вниз по приставной лестнице, беглянка восхищалась смелостью бывшей соперницы за внимание Константина. Сама она, наверное, никогда не решилась бы вот так влегкую забраться по деревянной лестнице на балкон, да еще в такой мороз и ветер.

Проникнув к себе в комнату, Нина изнутри по телефону сообщила охраннику о своем выходе.

— Ну все, беги, — она поправила на оставшейся снаружи Марине шарф, — все будет путем. Как только эта чехарда закончится, я с тобой свяжусь, костюм заберу, он мне еще пригодится для более веселых дел, — хихикнула авантюристка.

Беглянка, чуть не расплакавшись от благодарности, быстро ткнулась шапкой в рукав Нининой куртки. Закончив ритуал прощания, Марина, с трудом преодолевая сбивавший ее ветер, утопая в снегу и помогая себе руками, двинулась к будке охранников. На ходу она автоматически прислушивалась к ворчанию рационального Рассудка о том, что Нине было бы проще отдать свой костюм и остаться в комнате, чем устраивать хождения туда-сюда.

***

Дорогу домой Марина запомнила плохо. На снегоходе, где заботливый Борис поверх комбинезона закутал ее каким-то одеялом, беглянка почувствовала себя маленькой девочкой. В памяти возникли давние воспоминания.

Ее родители, бывшие спортсмены, обожали кататься на лыжах и делали это в любую погоду. Наличие пятилетней дочери, не умевшей передвигаться с их скоростью, лыжников нисколько не смущало. Отец закидывал в огромный рюкзак сменную одежду для малышки, бутерброды, термос с чаем, теплое одеялко. Как мощный тяжеловоз он с рюкзаком за плечами тянул за собой санки, в которых дремала закутанная в одеяло Марина. Когда родители, совершив свой моцион, встречали симпатичную горку, они делали перерыв, выковыривали дочь из кокона и предоставляли ей возможность вдоволь накататься на санках. Самым долгожданным для девочки был обед — бутерброды с теплым сладким чаем, после которого родители, по новой укутав ее в одеяло, отправлялись в обратный путь.

Когда Борис остановил снегоход недалеко от аптеки, Марина, растопырив пальцы в перчатках, показала мужчине, что вернется через пять минут. Он в свою очередь обрисовал рукой полукруг, объясняя, что за это время как раз успеет развернуться, чтобы ехать обратно. Марина, постоянно оглядываясь, двинулась ко входу в аптеку. Дождавшись, когда Борис отвернулся, она со всех ног бросилась за угол здания. До автобуса оставалось двадцать минут, торчать на остановке в ожидании было выше Марининых сил, поэтому она вызвала такси. Вероятно, небесные ангелы-хранители сжалились над девушкой, и машина подъехала буквально через пять минут, словно специально ее дожидалась.

Сидя в теплом салоне еле живого и скрипящего всеми частями Хендэ, беглянка с трудом верила в обретенную свободу. Могла ли она, начальник Отдела кадров приличной Компании, всего четыре дня назад думать, что поездка на дачу к симпатичному коллеге, с которым она была не против завести легкий роман, обернется реальным пленом. Вспомнив об ожидающем ее у аптеки охраннике, Марина позвонила Нине и сообщила, что все получилось как нельзя лучше. Она попросила сообщить мужчине о бесполезности ожидания. О том, как ее побег скажется на Борисе, девушка предпочла не думать.

Часа через два Марина была дома. Стоимость поездки неприятно удивила, но подобной мелочью девушка и не подумала заморачиваться. Она в любом случае готова была отдать любые деньги за свое освобождение, в том числе расцеловать хмурого азиата, в особенности за то, что не лез к ней с разговорами.

Квартира выглядела совершенно буднично. Маленькая уютная кухонька, которую Марина сейчас ни за что не променяла бы ни на одну самую большую и навороченную, встретила хозяйку с легким укором из-за долгого непредвиденного отсутствия и непомытой чашки, оставленной в субботу на столе. Заглянув в холодильник, девушка с облегчением констатировала, что минимум продуктов есть, и в магазин по такой непогоде ползти не придется. Жизнь вроде как вошла в обыденное русло, если не принимать во внимание, что обычно по вторникам Марина в это время находилась на работе.

Приняв душ, чтобы скорее смыть с себя запах злополучного особняка, девушка прилегла на диван немного прийти в себя. Все приключившееся за последние четыре дня казалось дурным сном. Марина так и не поняла, чего от нее добивался Константин. Он явно хотел что-то найти с ее помощью, и это были вовсе не документы. Внутренние личности на все лады предлагали десяток версий, но ни одна из них не выдерживала никакой критики Рассудка. Зная по опыту, что прогнать ненужные мысли помогала умственная деятельность, девушка занялась разборкой рабочей почты. За полтора дня ее отсутствия там накопилось достаточно много писем, чему в данный момент начальник отдела кадров была только рада.

Из-за вьюги в комнате висел сизый туман, поэтому пришлось включить свет, и наступление ранних сумерек произошло совершенно незаметно. От рабочей переписки ее оторвали затекшие ноги, начавшие возмущенно колоться на все лады и заставлять ее встать и размяться. Звонок в дверь прозвучал громом среди ясного неба, заставив сердце хозяйки перебраться ближе к горлу и забиться с удесятеренной скоростью.

Это мог прийти кто угодно, например, к Марине достаточно часто заходила пожилая соседка с разными просьбами. Но интуитивно девушка чувствовала, что сейчас за дверью стоит кто-то оттуда, кто-то, имеющий отношение к ее приключению. Она на цыпочках подошла к двери и посмотрела в глазок. На лестничной площадке стоял сияющий, как новый автомобиль, Александр. В руках он держал пакет и шапку. Волосы, с которых она, вероятно, только что была снята, немного растрепались и спадали на плечи отдельными прядками, что придавало молодому человеку некоторый шарм. Марина с облегчением и искренней радостью выдохнула и открыла дверь.

— Здорово ты их уела, — смеясь, воскликнул гость и вошел в квартиру, — ты одна?

— Подозрительный вопрос…

— Да ладно, — вошедший понял, что никого, кроме Марины, дома нет, и заметно расслабился, — чаем напоишь бедного замерзшего странника?

— Если ты один, то напою. А если вслед за тобой команда исследователей ворвется, то буду полицию звать.

— Не ворвется. Костян далеко не дурак, понял, что к тебе сейчас лучше не соваться, — Александр, сняв с плеча рюкзак, протянул его хозяйке, — твоя одежда.

Марина улыбкой поблагодарила мужчину и достала припасенные в давние времена тапочки большого размера.

— Я совершенно забыла про шубу с ботинками. Какой ты молодец!

— Уютно здесь у тебя… — видя, что хозяйка немного смущается, молодой человек попробовал расшевелить ее, — почему ты не спрашиваешь меня, как все случилось? Неужели не интересно, как обнаружили твой побег?

— Не знаю, — зябко пожала плечами девушка, заходя в кухню, — я уже несколько часов дома. И все это время изобретаю способы не думать о прошедших днях. Хочу скорее все забыть. Завтра пойду на работу, и начнется нормальная жизнь.

— Э, нет. Так не получится! — молодой человек взял из рук замершей Марины чайник и сам налил в него воду. — Черт! Я так рвался сюда, что совершенно не подумал о вкусняшках к чаю. Зато… — гость сделал театральную паузу и поднял вверх указательный палец, — у меня для тебя есть кое-что другое.

Метнувшись в коридор, Александр принес пакет, с которым пришел. Он бережно выложил из него на стол небольшой пыльный сверток, перехваченный веревкой. Глядя на взволнованного гостя, девушка и сама почувствовала легкий трепет.

— Что это?

— Так что стоишь, как неродная? Бери, смотри, специально для тебя привез. Думаю, ты вполне заслужила увидеть это.

Марина с замиранием сердца протянула руку, но, не дотронувшись до свертка, отдернула ее:

— Нет, сначала объясни, что это.

— Марин, ну ты же сама подсказала мне, где искать клад, — видя полное непонимание девушки, Александр продолжил, — помнишь, ты вошла в подвал? Что ты сделала первым делом?

Марина непонимающе посмотрела на гостя, хотя слово «клад» несколько в ином раскладе высветило все, что с ней произошло. Девушка попыталась восстановить свои ощущения. Она вспомнила, как ей было интересно увидеть при ярком освещении комнату, в которой провела ночь, но Марина не помнила, чтобы хоть что-нибудь показывала Александру. Это Константин все пытал ее, не чувствует ли она что-нибудь.

— Маришка, ты же специально подошла к зеркалу! Именно за ним я и нашел тайник!

— Нет, Саша! Зеркало я прекрасно помню. К нему подошла, потому что очень хотелось рассмотреть его при свете. Знаешь, как оно так напугало меня ночью. Я же не ожидала его там увидеть. Смотрю, фигура и огонек. Сначала решила, и вправду призрак, — Марина замолчала, вспоминая свои ощущения. — А оно красивое, правда, стекло заменить хорошо бы.

— Красивое, слишком слабое определение! До меня как дошло, что ты мне знак подала… — закивал гость быстро, видя, что хозяйка хочет возразить, — хорошо, хорошо… Ты была не при делах, но как только мою голову посетила мысль, что ты мне подала знак, я каждый кирпичик сзади него простучал. Ты можешь себе представить? И нашел-таки. Знаешь, все-таки здесь я склонен верить Костяну. Ты, сама того не осознавая, интуитивно привела нас к этому зеркалу.

— Это называется везение. Я тут совершенно не при чем, — не унималась бывшая пленница, — в тот раз в подвал меня попросил спуститься Константин. Я бы сама второй раз туда ни в жизнь не сунулась. А в зеркало…

— Да, да, да! В зеркало ты просто смотрелась, — засмеялся Александр, — Маришка, ты так и не поняла. Интуиция существует. Но не каждому дано ею управлять. В основном, это неосознанные знаки. Вот тебя почему так интересовал подвал? За каким лешим ты туда поперлась? Почему зашла не в какую-то другую комнату, а именно в библиотеку. Тебя вела твоя интуиция. Ты делала то, что должна была сделать.

— Ты такой же чокнутый, как твой начальник…

— Нет. Его пунктик самому стать сильным интуитом. У меня такого пунктика нет. Я отрицаю, что интуицию можно передать от одного человека к другому, но я не отрицаю самой интуиции.

Молодой человек замолчал, ожидая реакции собеседницы. Марина сидела, не двигаясь. Александр почувствовал, что если не хочет поссориться с девушкой, то пора прекращать толочь воду в ступе по поводу интуиции. Он кивнул головой на принесенный сверток.

— Ну так что? Посмотришь?

— Нет, а зачем? Это не мое. Но теперь я хоть понимаю, чего от меня хотел Константин. Значит, есть надежда, что он от меня отстанет. Почему он сразу не сказал, что ищет клад? Пудрил мозги какими-то документами, — Марина недоуменно пожала плечами, — хотя, с документами тоже хорошо получилось. Вот парадокс! Человек, верящий во всемогущество интуиции, рассчитывал, что я найду ему клад, но никак не ожидал, что смогу найти спрятанные бумаги. Лично я больше телефону обрадовалась.

— То есть тебя совершенно не интересует ни история клада, ни история, как я его нашел, ни рассказ о том, как обнаружили твое исчезновение?

Марина разлила по чашкам чай, достала варенье и печенье и уселась напротив Александра в позу прилежной ученицы:

— Я вся внимание, — улыбнулась она, — и для начала скажи мне, Константин знает, что ты нашел клад?

— Не-а! Сразу рванул к тебе.

— Зря. Я это трогать его не буду. Меньше всего мне хотелось бы участвовать в разборках, кто и что себе присвоил. Давай, без меня. Ладно? Самое лучшее, и тебе туда не лезть, чтобы не нарваться. Ты бы дал возможность Константину самому найти свои сокровища.

— Положить на место и намекнуть Костяну, где надо поискать?

— Типа того. Ты же как-то вышел на это место. Дай и ему попробовать. Если Константин так свихнут на этом кладе, то никогда тебе не простит, что ты первым его нашел. Или ты вообще не хочешь говорить шефу о находке? — спохватилась девушка, хотя Интуиция подсказывала, что ее гость на такое не способен, — тогда это тем более не ко мне.

— Марина, как ты могла такое подумать! — растерялся от подобного предположения Александр, — честно говоря, мне показалось, что ты, как никто другой, заслуживаешь первой увидеть, что там внутри. Я же сам еще не смотрел! — с жаром воскликнул он, — но ты права, если я принесу Костяну вскрытый клад, он всю оставшуюся жизнь будет задаваться вопросом, не стянул ли я чего оттуда. Короче, расслабься и слушай.

Молодой человек вздохнул и тоном бывалого рассказчика принялся посвящать Марину в тайны мадридского двора, в то, что так тщательно скрывали от нее в доме Константина. Первым делом он удивил девушку, сообщив, что Вероника Николаевна их с Константином мать.

— Я видела, что с Вероникой что-то не так, — не выдержала Марина, — слишком вольно она вела себя с Константином и тобой. Меня все время удивляло, как вы позволяете ей собой командовать. Да и ты в качестве помощника слишком свободно общался со своим боссом.

Александр, пожав плечами, развел руки:

— Мамочка уговорила нас поиграть.

— Зачем?!

— Не спрашивай, — засмеялся гость, — объяснить все-равно не смогу, потому как сам ее не понимаю. Мы с Костяном давно смирились с этой маленькой чудаковатостью, тем более что она не единственная и не самая напряжная. Скорее, забавная.

Гораздо хуже, по словам Александра, было увлечение матери мистикой, ее верой в потусторонние силы. Истоки этой веры крылись в глубоком прошлом. Ее бабка в начале прошлого века, еще при царе, служила в этом доме нянькой. Когда грянула революция, то барин успел жену с маленьким сыном и нянькой отправить в другой город. Судьба не пожалела барыню. Бедняга заболела тифом и умерла, взяв со служанки слово заботиться о маленьком барчонке. Что стало с самим барином история умалчивает. Общее мнение «дал деру», а скорее всего убили.

Служанка слово сдержала и воспитала мальчика как своего сына вместе с появившимися позже своими. Собственно, о том, что он не родной, бывший барчонок узнал, уже будучи пожилым мужчиной, когда прабабка Константина и Александра начала бояться, что умрет, и никто не узнает ею тайну. Надо сказать, что вместе с ребенком и деньгами, оставленными на первое время, ей достались и некоторые документы. Бумаги ее не интересовали, но ради приемного сына она их хранила.

— Дед, узнав правду, попытался отследить судьбу своего отца, но не получилось. Он нигде не афишировал, что является родным сыном барина. Возможно, потому что в Советском Союзе не слишком поощрялись такие предки. Зато, оказалось, что его родной отец интересовался изучением интуиции и многие события предчувствовал. Часть его исследований была описана в хранимых прабабкой бумагах. Правда, теория развития мозга, которую он взял за основу, сейчас считается ошибочной. Современная наука не рассматривает рептильный мозг как реально существующий.

— Какой-какой мозг? — удивленно прервала Марина, — рептильный?

— Ну да, — Александр приосанился и, изобразив лектора, деланно скучным голосом продолжил, — когда-то некоторые ученые считали, что развитие человека шло от рептилий по нарастающей. Соответственно, в нем, то бишь в человеке, существуют три уровня мозга. Первый уровень, самый древний, рептильный. Он проявляется, когда ты отпрыгиваешь от мчащейся машины, отдергиваешь руку от горячего чайника. Это инстинкты и чутье. Интуиция по этой теории входит в сферу деятельности рептильного мозга.

— Ты мне сейчас заранее заготовленную сказку рассказываешь или на ходу фантазируешь?

— Нет, это не фантазия, это теория триединого мозга. Между прочим, многие люди до сих пор еще уверены в ее правильности.

— Поняла. Рептильный — самый древний, какой следующий?

— Все в соответствии с теорией развития Чальза Дарвина. Следующий уровень — мозг млекопитающего. Он отвечает за контакты, шаблоны поведения, стандарты красоты. Один человек тебе интуитивно нравится, другой нет. Тебе хочется позаботиться о слабом, а кого-то и убить.

— Точно, я чувствовала с самого начала, что от Константина надо держаться подальше.

— Я бы и рад сказать, что тебе так и надо было сделать, но не скажу, потому как в таком случае мы бы не познакомились, — Александр внимательно посмотрел в глаза Марины, — предлагаю придерживаться простой житейской истины: «Что ни делается, все к лучшему».

— А какой третий мозг? — смутившись от столь пристального взгляда, девушка поспешила отвести глаза и вернуть разговор в безопасное русло.

— Третий, самый молодой, называется неокортекс. В переводе — новая кора. Он отвечает за обучение абстрактным вещам.

— То есть на работе я использую неокортекс, потому что занимаюсь всякой фигней, которую иначе, чем абстрактной, и не назовешь.

— Верняк! Схватываешь все прямо на лету! Продолжаю про деда? — и молодой человек снова углубился в историю своей семьи и клада.

Прочитав об исследованиях интуиции в сохраненных приемной матерью дневниках, дед братьев также заинтересовался этой темой. Для него интерес к интуиции оставался на уровне хобби. В сохранившихся бумагах наследник также прочитал, что его отец спрятал в родовом поместье в библиотеке многие документы и ценности, не имея возможности вывезти их самолично и не желая доверять святое жене.

Дальше все было совсем просто. Дед открыл дочери Веронике и внукам Константину и Александру их родословную и свою мечту найти то, что оставил его отец. Проблема была в том, что родовой дом, хоть и не был растоптан революцией, но отошел государству. В нем в разное время располагались то государственные организации, то школа. Лишь в девяностые оказалось возможным перевести усадьбу в частную собственность. К сожалению, тогда у сильно постаревшего деда уже не нашлось ни средств, ни возможностей оформить родовое гнездо на себя. Его опередили другие совершенно посторонние люди, ничего не знавшие о возможном кладе.

— Пять лет назад Костян сумел договориться о покупке дома, — завершил свой рассказ Александр, — дед до этого счастливого момента не дожил. Но, в принципе, историческая справедливость восторжествовала. Мы, можно сказать, живем в своем родовом поместье. Да, у нас другая фамилия, и по документам мы никак не связаны с жившим там до революции барином. Сама понимаешь, нам это особо и не надо. Но вот наследство, оставленное прадедом, найти хотелось.

— Поправь меня. Константин боялся, что я найду клад и ему об этом не сообщу. Из-за этого он настаивал, чтобы со мной всегда кто-то был…

— Не в бровь, а в глаз, — улыбнулся Александр, — ты меня тоже постарайся понять. Во-первых, я дал своим слово. Все-таки, это наше семейное дело, хотя я, как и ты, равнодушно отношусь к сокровищам. Но прошу заметить, этот клад — наследство, отставленное моим прадедом своим потомкам, то есть матери и нам с Костяном. Во-вторых, в дом приводят совершенно чужую девицу. Если бы все пошло, как предполагал Костян, ты нашла бы тайник, а мы постарались бы не дать тебе понять, что это. Поучаствовав в исследовании, ты либо отправилась бы домой с приличной суммой в кармане, либо вообще вышла бы за Костяна замуж и жила бы себе спокойно в полном достатке. Все были бы довольны!

— Какие молодцы, все распланировали, — насмешливо покачала головой Марина, доливая себе чай. Находясь дома, она воспринимала рассказанную историю как некую сказку. Рассудок отказывался привязывать услышанное к себе, хотя по мере вникания в ситуацию, отдельные события приобретали логическую взаимосвязь.

— Но, что-то пошло не так, — развеселился Александр, видя, что девушка без возмущения воспринимает несколько щепетильную информацию, — знаешь, никто представить не мог, что Нинуха начнет свою игру. Она же не была в курсе про поиск клада, воспринимала тебя как обычную исследуемую. Точнее, не совсем обычную, а конкурентку на звание моей невестки.

— Допустим, если Константин собирался на мне жениться, то основания у нее были.

— Пожалуйста, не говори, что брат тебе не понравился, — поддел хозяйку гость, — мы все видели, как ты плыла от одного его присутствия.

— Было дело… — смутилась Марина. Внутренняя Мечтательница пристыженно замолчала, она сама не могла понять, что привлекло ее в этом холодном и напыщенном экземпляре. Ведь уже при знакомстве было видно, что он из себя представляет. Чудовище и монстр, как его прозвали девчонки. Все остальное было маской, причем грубой, наспех сооруженной. Маской, которая едва держалась и слетала при малейшем дуновении.

— Да ладно тебе, — Александр заметил состояние девушки и поспешил сменить тему, — давай о веселом. Представляешь их лица, когда они увидели, что тебя нет в комнате? Костян, понимаешь ли, шел к тебе с шикарным предложением руки и сердца, — гость не стал раскрывать Марине, что ее ожидало в случае отказа, — а тут такой облом! И главное, на Нинуху не свалишь. Ее саму под замок посадили! Что именно она тебя в подвале заперла, ты скорее всего догадалась. А знаешь, почему она не выпустила тебя сразу?

— Она сказала, что уснула, — пожала плечами девушка.

— Ну да, заперла человека в темноте и холоде и спать завалилась… На самом деле её маман наша нейтрализовала, снотворное подсунула. Она даже и подумать не могла, где ты в это время находишься стараниями Нинухи.

— Дурдом! А зачем она Нину усыпила? Нет, усыпила — какое-то мрачное слово…

— Я понял. Давай скажем: «Сделала так, чтобы Нинуха уснула». Это отдельная тема. Ты немного в курсе. Леди поругались. Собственно, ругались они постоянно, но в этот раз Митяй рассказал матери, что Нинуха заперла тебя в субботу, да еще мать выяснила, что она тебя фонарями пугала. Мамочка сложила два и два и, похоже, догадалась, кто периодически пугал огнями ее саму. Маман же иногда нам с Костяном сообщала про шалости Хозяина. Мы не обращали на ее бред внимания, а судя по всему, зря. Ну короче, пошла у них пляска. Одна пригрозила, что уволит, а вторая припугнула, что расскажет Костяну про Митяя, которого мать прятала. Вот Нинуха и нарвалась. Маман подстраховалась и подсыпала ей снотворное, чтоб не рыпнулась к брату. Утром дамы помирились. А ближе к вечеру маманина страшная тайна раскрылась, даровав ей свободу от шантажа помощницы. У них с милым другом сейчас практически медовый месяц. В обнимку ходят, глаз друг от друга не отводят. Ну а Нинкина карьера у нас приказала долго жить.

— Понятно. Снотворное в ночь с воскресенья на понедельник, а сегодня-то вторник. Почему она сегодня запертой оказалась? Она же вчера ко мне заходила, — Марина приблизительно знала ответ, но интересно было послушать другое мнение.

— Так все просто. Присутствие Митяя вчера вечером раскрылось, грубости Нинкины матери терпеть стало недосуг, вот она ее и уволила. Нинуха стала в доме чужим человеком. Так, непорядок, если чужой человек по дому шастать будет. Кто ж такое выдержит? Из дома мать ее физически убрать не смогла. Дороги замело, до снегохода она чегой-то не додумалась, а может, пожалела Нинку или захотела отомстить и решила, что ей лучше посидеть взаперти. Кто знает! Не удивлюсь, если надеялась, что Нинкина помощь по хозяйству еще может понадобиться. Чужая душа, особенно, нашей любимой мамочки, потемки.

— А что Борис? Ему сильно досталось?

— Борька вообще ничего не понял. Он же договаривался с Нинкой. Запретов в отношении нее ему не поступало. Когда Нинка позвонила и сказала ему не ждать и ехать домой, он решил, что она знакомую в аптеке встретила и к ней в гости пошла. Удивился слегка, пожал плечами и вернулся домой. А там дым коромыслом! Как к нему пристали, не выходила ли ты за ворота, он и рассказал, что только Нинку в аптеку возил. Пошли к Нинухе. Она довольная сидит в запертой комнате. Потом уж по следам на снегу Костян понял, как вы все провернули.

— Нину, наверное, ругали сильно?

— Мать громыхала, конечно. Не без этого! А что Нинухе? Она уже уволенная и полностью рассчитанная. У нее самой орало, будь здоров. Популярно объяснила матушке, что никому ничего не должна, что она свободный человек и у нас уже не работает. Еще и полицией грозила. Несла какой-то бред про опыты над людьми. Еле угомонили.

— Ну слава богу. Не хотелось бы чтобы из-за меня ей попало…

— Зато мне вся эта чехарда с поисками пропажи, то бишь тебя, дала возможность спокойно заняться кладом в подвале. Я же в тот момент еще не знал, что ты сбежала. Сам все голову ломал, как тебя оттуда вытащить. Думал, с тайником разберусь, и тогда вместе свалим, — молодой человек отставил чашку и взял в свои ладони Маринину руку. — Не сердись на брата. Он по жизни не самый худший человек. Сдвинутый, конечно, но самую малость. Наверно, и мне стоило вести себя по-другому, но там все так перемешалось — дурацкое исследование, Нинухины прибабахи, катаклизмы с погодой, твоя болезнь, клад…

— Кстати, — Марина с хитрой улыбкой посмотрела на гостя, не убирая свою руку из его ладоней, — я так и не поняла, что ты собираешься делать со свертком?

— Вез тебе показать, потом родным отдать. Но ты реально права. Положу обратно в тайник и намекну старшому, что ты неспроста в зеркало смотрелась. Пойдем вместе с ним кирпичи простукивать. А потом, — Александр раздул щеки и выпятил грудь, — будем вести серьезные переговоры, делить сокровища. Нам с Костяном в любом случае надо душевно поговорить. Я тут небольшое расследование провернул, вывел, можно сказать, на чистую воду этих прохиндеев-медиков.

— Серьезно? — заинтересовалась Марина, — почему прохиндеев? Мне Денис показался вполне искренним. Такой работяга.

— Понимаешь, на самом деле нет никакой взаимосвязи между интуицией и составом крови. Лапшу они брату вешали, специально левый журнал исследований завели. Жаль, я со всеми событиями брата не успел обрадовать.

— Ты хочешь сказать, что интуиция — это бред?

— Нет, я хочу сказать, что природа интуиции остается загадкой. Бред — это попытка повлиять на внутреннее чутье через кровь.

Молодые люди двинулись в гостиную. Разговор плавно перешел на другие темы. Марина не переставала восхищаться, насколько ей было комфортно и легко с Александром. Более того, рядом она ощущала искреннего друга, который ее понимал и принимал. Внутренняя Мечтательница, легко переключившись с Константина на его брата, вальсировала в предвкушении счастья. Расслабившись, девушка позволила себе выпустить в свет своего внутреннего простодушно-наивного Ребенка без контроля всемогущего Рассудка.

Время, включив форсаж, пролетело с непривычной для него скоростью.

— К сожалению, мне пора раскланяться. Ты же завтра на работу? — Александр с неудовольствием поднял глаза на часы, показывающие начало одиннадцатого, — хочешь, приеду завтра к тебе на работу вместе с Костяном, чтобы поприсутствовать при вашем разговоре? Ты же понимаешь, что от общения с ним не отвертишься? Мы с матерью еле отговорили его сегодня к тебе домой мчать. Пригрозили, что ты полицию вызовешь.

Марина пожала плечами. Последние четыре дня настолько не вязались с ее обычной жизнью, что временами она сомневалась в их реальности. Требовалось убедиться, что мужчина, завлекший ее в эту авантюру, больше не сможет повлиять на ее решения, убедиться, что она сможет противостоять ему при личном общении.

— Нет, я сама должна с ним поговорить, — мягкая улыбка девушки засверкала веселыми хитрыми искорками, — но ты можешь подъехать к концу рабочего дня.

— Намек понят, — радостный смех гостя отозвался в Марининой душе торжественными звуками марша Мендельсона. В отношении молодого человека все внутренние оппоненты, ведущие частые диспуты, пришли к консенсусу. Они все, и в первую очередь Мечтательница, сошлись на том, что Александр надолго вошел в судьбу их хозяйки. А тихий шелест Интуиции подтвердил, что они не ошибаются.