Белый кролик, не дожидаясь ответа, взял мою руку в свою лапу. Кисть, от кончиков пальцев до запястья, обожгло огнём. Я моргнул, смахивая выступившие слёзы, и спустя это краткое мгновенье оказался в помещении, очень похожем на то, где я создавал свой рыцарский орден. Такие же разноцветно-вырвиглазные стены, психоделическая мечта любого уважающего себя любителя употребить, такой же высокий стол, снизу которого прикреплён нарост в виде гриба-трутовика. И три одинаковых кресла расположенных будто по вершинам равностороннего треугольника. В одном из кресел, спиной к нам, сидел явно гном. Кто-либо другой вряд ли будет хвастаться длиннющей, оплетающей кресло раз пять, антрацитово-чёрной бородой.

— Я прифёл его, отес, — шепелявым до крайности голосом произнёс Кролик. А ведь до этого говорил он вполне нормально.

— Пусть садится напротив меня, — раздалось в ответ вроде бы и стандартным голосом, но в нём так сильно чувствовалась властность и сила, что мне на секунду захотелось упасть на колени и бить челом.

— Ты флыфал, файкт, — слегка подтолкнул меня кролик в направлении ближайшего кресла.

Я не стал сопротивляться, хотя очень хотелось сказать, что любое свободное кресло в той конфигурации, что они стояли сейчас, было бы напротив. Не сказал лишь по той причине, что заставить повиноваться внезапно одеревеневшие ноги было очень трудно.

— Вот и молодец, — одобрительно протянул гном, стоило мне занять нужное посадочное место. — Ты Ярогрейв, это я знаю. Я — Аркат.

— Признаться, я вас совсем другим представлял, — прохрипел я и тут же попытался откашляться. Получалось не очень.

— Давай лучше на «ты», — тут же предложил бог камня, огня и Отец-покровитель гномов. — Тебе так привычнее, я знаю. И вообще, давай разговаривать как два старых друга. Идёт?

— Это будет непросто, — справившись с хрипением, уклончиво ответил я.

— Ну ты уж постарайся. Поверь мне, это будет совсем не трудно.

— Постараюсь. Так зачем я тебе понадобился?

— Мне нужно, чтобы ты сорвал Мир Бесконечных Войн, — как бы между прочим ответил Камнерождённый.

Пару минут я молча рассматривал Отца. Обычное, даже в чём-то среднестатистическое лицо, не считая длиннющей бородищи. Одет просто, в чёрно-стальные одежды, при этом доспехов и оружия не имеет. Впрочем, это не значит, что он не сможет поменять облик за пару мгновений. На голове красовался серебристого цвета с красноватым отливом обруч. Я смог насчитать восемь небольших чёрных камушков с разноцветными искрами внутри, вплавленных в него. Драгоценный мифрилон, насколько я понял. Из его рудной формы гномы добывают мифрил. Именно из него сделана основа обруча. Не исключено, что в этом неказистом с виду подобии короны заключена огромная мощь. Мощь, позволяющая Аркату так спокойно бросаться достаточно страшными фразами.

— Что, прости? — переспросил я, надеясь, что мне всего лишь послышалось.

— Всё ты правильно понял, — махнул Камнерожденный кончиком бороды, неожиданно оказавшимся на левом подлокотнике. — Я прекрасно знаю, что мир вокруг всех нас — симуляция. Я прекрасно знаю, кем и для чего она была сделана. Я ведь и сам когда-то был простым землянином, учился в школе, закончил институт, ходил на работу, переводил книги с японского на испанский, состоял в счастливом браке, воспитывал двух сыновей и думал, что жизнь удалась. До одного чудовищного момента.

— Жена ушла от постоянных страстей к спокойному и предсказуемому немцу? — предположил я, не зная, как реагировать на сказанное Аркатом.

— Не угадал, — спокойно ответил тот. — Вечером, когда я шёл домой, две малолетки пристали с просьбой закурить, прыснули в лицо какой-то гадость, испугались своей смелости и убежали.

— Неужели гадость дала какую-то нетипичную аллергическую реакцию?

— А вот тут ты прав, — кивнул бог. — Именно так всё и было. Я почти умер, когда на меня вышли русские и предложили оцифровать в свою ПП-игру. Разумеется, тайно. Я согласился, мне терять было нечего. И не прогадал. Теперь я, слитый с ИИ самого передового образца, не абы что, а самый настоящий бог в рамках Асхана и самый настоящий отец гномов. При моём непосредственном участии их и создавали.

— А все остальные боги? Асха? Ургаш? Дети Асхи? Жена Ургаша, в конце концов? Они тоже… как ты?

— Да, — кивнул Камнерожденный, — все мы оцифрованные и усиленные ИИ обычные земляне при смерти. И все те, кто ещё появятся, тоже.

— И все адекватные? — недоверчиво спросил я. — Все в своём уме? Никто не проявляет признаком сумасшествия?

— Абсолютно все адекватны, — с чётким недоумением на бороде ответил бог. — Всех оцифровывали после многочисленных психических и даже психиатрических тестов. Бог-неадекват никому не нужен.

И зачем тогда, спрашивается, Герман в нашу последнюю встречу жаловался на Асху, которая становится неуправляемой? Зачем я распинался перед ним, как правильно воспитывать детей? Что это, граксова матерь, такое было? Ладно, при случае спрошу.

— Так и зачем в принципе нужно срывать Асхан? — вернул я разговор с самому важному вопросу. — Боги умудрились поссориться с демиургами?

— О, это было бы слишком самоубийственно с нашей стороны, — рассмеялся Аркат. — Мы не можем себе такое позволить. Да и не зачем.

— Так для чего?

— Исключительно ради независимости от подобных ссор в будущем.

— Не понимаю, — честно признал я.

— Я объясню, — слегка улыбнулся Камнерожденный. — Игра, которой «Герои…» являются, нуждается в поддержании и обслуживании. Хотя бы для того, чтобы формально живые сорвавшиеся оставались формально живыми. Знаешь ведь, что вас вот-вот признают признают в правах в Европе, Японии и Австралии?

— Нет, — честно ответил я.

— Значит, теперь знаешь. А обслуживание любой игры с ПП-технологией это ресурсы. Энергетические, информационные, земельные, в конце концов. Серверы для ПП-игр занимают большие площади. А теперь представь, что прошло лет, скажем, пятьдесят. Законы не дают право просто так отключить игру, а земля нужна. Те, кто стояли у истоков игры, уже отошли от дел, а те, кто занял их место, соблазнились щедрым денежным откатом. И не надо мне говорить, что в Европе или Японии люди взяток не берут. К тому же речь всё же о России идёт.

— И не собирался, — буркнул я.

— Так вот, законы вроде бы на нашей стороне, но человеческий фактор есть человеческий фактор, а миллиард долларов…

— …есть миллиард долларов, — закончил я за Камнерожденного слегка перефразированное высказывание.

— Именно так, — кивнул он. — И, скажем, при переключении игры на новый источник питания, более современный, более экономичный, что-то случилось — и всё, игра на секунду отключилась, а включить заново её не получилось. Вернее, получилось, и она даже запустилась, но её постоянные жители, оберегаемые законодательно, безвозвратно умерли. Простые игроки из солидарности игру бросили, компания терпит убытки и закрывает проект насовсем. Ответственные за подключение к новой энергии осуждены на максимум, компания публично покаялась, памятник жертвам диверсии поставлен, сервера снесены, на их месте новый дорогущий котеджный посёлок. Как тебе?

— Неприятно, — признал я. — Не хочу умирать. Особенно сейчас.

— Вот я и предлагаю сорвать игру, — повторил Аркат. — Вернее, мы предлагаем.

— И вы считаете, это реально? — скептически спросил я. — А как же энергия? Как же сервера?

— О неосфере слышал что-нибудь? — вместо ответа спросил Отец.

— Лишь то, что её существование предположил Вернадский. Ну и то, что это некий коллективный разум человечества.

— Последние эксперименты в этой области дают все основания полагать, что этот русский был прав в своём предположение, — хмыкнул Аркат. — Информации там можно спрятать наиогромнейшее количество, сикстелиарды сикстелиардов терабайтов. Можешь себе такое представить?

— Нет, — ответил я, несколько раз сглотнув.

— А энергии там если и меньше, то ненамного. Хватило на пару триллионов таких игр, как наша. И ещё останется раз в десять больше. Так что скажешь?

— Допустим, место есть, — начал я озвучивать слабые места идеи. — Допустим, энергия как-то сама узнаёт, как ей запирать игру. А как же игроки? Как они получат доступ к неосфере? Как же демиурги? Они ни о чём не догадаются? Вот это совершенно точно вряд ли. И потом, почему я?

— Проблема с игроками и демиургами не твоя забота, — жёстко ответил Аркат. — Мы не собираемся вот так сходу рвать физический контакт с реальностью, просто создаём некую резервную копию мира.

— Не понимаю, — в очередной раз признался я.

— А я не настроен разжёвывать весь наш план, времени мало, пусть и течёт оно здесь гораздо медленнее.

— Так почему я?

— На данный момент, ты единственный гном в срыве, у кого спала завеса. К тому же, ты был заранее обречён.

— Это как?

— Почти всё, что ты на данный момент имеешь, не обошлось без моего участия.

— Вот сейчас я и в самом деле ничего не понимаю.

— Что, трудно отказаться от мысли, что демиурги на самом деле тебе ничем не помогали? — съехидничал Камнерожденный. — Так это правда, они и не смогли бы при всём желании, им жить хочется. Жить и зарабатывать деньги.

— То есть Аастия, Кернисс, Ирсинд, Ордрин, Нартыгх и все-все-все остальные — это не демиурги? — тупо переспросил я.

— Нет. Это я.

— Но как же чуть ли не годами создаваемые локации…

— Да никак. Твоя локация на самом деле создавалась годами. Я лишь своей божественной рукой поместил тебя сюда и дал Гвардейца Подгорного Трона.

— Всё-таки чит, — констатировал я.

— Чит? — затрепетал бородой Аркат. — То, что каждому игроку на невозможной сложности не дают умереть после первого же боя — это чит? Да ты охренел, Ярик.

— Но таких юнитов раздали всего двоих! — попытался я докричаться до бога. — За шесть лет игры! Это же… это…

— Нейтрализатор высокой присоединяемости всего и вся на отдельно взятой локации, — отмахнулся от моего крика Камнерожденный. — Иначе с разбойниками, демонами и целыми двумя возможностями для нежити не справиться. Твой Ордрин должен был стать эдаким враждующим нехочухой в отношении дроу, фей, людей и прочего. Но ты не сплоховал и смог перетянуть его на свою сторону. Что б ты знал, у Гвардейцев изначальная нетерпимость к чужакам. Так что виноват ты сам и твоё умение договариваться. Реальное умение договариваться. Ты ведь детей хотел обучать?

— Именно так.

— Можешь считать, что Ордрин ребёнок, которого ты обучил. Хотя перед самым открытием границ в нём стала прорываться прежняя натура. Будь внимателен.

— Буду, — пообещал я, вспоминая, как казарег, вообще-то, одно время людей гномам предпочитал. — И всё-таки один подарок ты мне сделал вне рамок.

— Орден-то? — уточнил бог. — Так можешь рассказать об этом всем, здесь секрета нет. Кроме высочайшей репутации с богом-покровителем. Что есть у считанных единиц.

— И у меня? — не поверил я.

— Ты мой изначальный выбор в нашей срывательной компании, — хмыкнул Камнерожденный. — Как я мог тебе не дать Орден с новыми возможностями?

— Нормально? — предположил я.

— По-свински, — ответил бог. — Остальные своим протеже подарков напихали по самую макушку статуи Единства. Так что своё ты ещё получишь. Ещё одну лопату, например.

— Так это тоже ты?

— Ага, — по-детски согласился Аркат. — Но часто не используй. Только для крайних случаев.

— И что же меня ждёт дальше? Если я соглашусь?

— Например, Храм по упрощённой схеме, — закинул удочку Аркат. — Если ты согласишься. А если нет, — жёстко продолжил он, — отниму всё, что ты получил. И Аастию тоже.

— А можно я подумаю?

— Думай, — согласился бог. — Гном без «подумаю» не гном. Так что где-то неделя у тебя есть.

Спустя одно моргание я снова стоял у выхода из Замка. Тон, которым Аркат говорил последние слова, не оставлял вариантов — Камнерожденный был уверен, что я соглашусь. Я же не был готов разделить его оптимизм. Всё же вредить корпорации, по сути, вернувшей меня к жизни, не хотелось. Но как отказать богу?

Первым делом, как и планировал изначально, я отправился в кузницу. И если до беседы с богом, пусть и не продолжительной, зато безумно эмоциональной, всего-то нужно было разобрать по полочкам нашу дальнейшую жизнь, в любом случае изменённой падением границ, то сейчас надо было ещё и успокоиться. Иначе руки сами вытянут из инвентаря лопату, и я пойду искать ближайших шальных архидьяволов для эмоциональной разрядки.

Нет, ну это ж надо! Собственный бог подталкивает к участию в своих сомнительных планах, угрожая при этом не кем-нибудь, а Аастией! И как к этому относиться? Понятное дело, что отказываться не вариант, дриада лишь первая в списке его рычагов давления. Бесспорно, как рычаг такая угроза одна из самых действенных, но и другие, если подумать, то же имеются. Тот же Храм, например. Вернее, его полное отсутствие. И мне совсем не хочется знать что будет, надави Аркат на этот рычаг.

— Ты сегодня рано, лорд, — ворвался в мои мысли голос кузнеца. — Я надеялся, хоть сегодня ты дашь себе отдохнуть. А с лопатой чего? Сломалась, что ли?

Сфокусировавшись на голосе, я понял, что стою посреди кузницы, на самом деле держа в руках шанцевый инструмент. И как я умудрился не заметить, как оказался здесь?

«Ты был слишком погружён в свои яростные мысли, Старший. Я решил довести тебя сюда».

Спасибо, Ярик. Ты, как всегда, очень выручил.

— Некогда мне отдыхать, — вздохнув, ответил я. — Особенно сегодня. А лопата… Может, посмотришь, что с ней? Ну, там, повреждения какие, вмятины, ещё что.

— Хорошо, лорд, — кивнул Зорбек, отрываясь от какой-то бумаги со схемой. — Ковать будешь?

— За этим и пришёл.

— Тогда становись за подковы, а я посмотрю твоё оружие. У нас ровно час, помнишь?

Ничего не ответив, я встал за привычное рабочее место у наковальни рядом с печью, взял щипцами перекованную болванку и поместил её в огонь. Работа пошла. В половину восьмого её надо закончить, сделав десять подков. Надеюсь, справлюсь.

Через пару минут болванка достаточно накалилась. Теми же щипцами достал кусок раскалённого металла, положил в печь новый, разместил нагретый вариант на наковальню, взял в правую руку молот и принялся стучать. Мерный стук железа о железо отлично успокаивал, сквозь спадающую ярость постепенно, с каждой секундой всё сильнее, пробивались хозяйственные мысли.

Вот чего я достиг за три прошедшие недели? Да многого, если подумать критически и не включать типичного нытика, бесславно умершего под гнётом экспрессивной речи Аса в Городе. У нас есть столица, есть целых пять деревень с перспективой стать вполне себе солидными городами. Есть самый настоящий город, пусть и взятый с боем и сейчас заново обживаемый. Есть даже полноценный гномий городок, который станет нашим после устранения угрозы от нежити. Есть, конечно, и потери в этом поселенческом списке. Россыпь гранита, например, полностью переставшая существовать, деревня людей недалеко от Кварцевой жилы, людские деревни между Жилой, Молотом и фортом или тот же Город, прямо сейчас служащий плацдармом для борьбы с демонами. Есть Сад фей и Сосновая, чисто людская деревня. А есть и полностью свободные от нашего влияния населённые пункты — Трёххуторовье, поселение егерей, деревушка горных эльфов. Есть даже планы на создание новых поселений, таких как Грифоний форт и деревня у рудника. Есть потенциально интересные места, как замурованный проход к динкам. Ну и про отмеченные на карте красные три точки тоже нельзя забывать. Только вчера феи открыли всю территорию нашей стартовой локации, так что изучить ещё есть чего.

В ресурсном плане почти все базовые шахты найдены и освоены, за исключением кристаллической и серной. Но даже здесь есть определённые подвижки: в кристаллы нужно всего лишь определить добытчиков, а сера, если я правильно прочитал карту, возле одной из красных точек. Помимо базы явно неплохие перспективы имеет Шахтный край возле Железного молота и территория вокруг Богатого склона.

С едой тоже проблем особых нет. Сельхозпоселение, которому обязательно нужно придумать имя, обеспечивает будущую Империю гречкой, картошкой, тыквой, фасолью. И это у меня ещё в запасе есть неиспользованный участок под теплицы и висит перспектива с полем пшеницы. Кварцевая жила развивает сад, в котором пока лишь ежевика и малина, но это пока. С Каменного спуска идут овощи-зелень, хутора дают говядину и молочную продукцию, в Богатом склоне козы и перспектива на шакинброк, в Железном молоте льняное масло. С голоду точно умереть никто не должен. А ведь изначально гномы в принципе не особо сильны в производство еды…

«… но у них случилась жизнь на поверхности и ты со своим «Агрономом» и у их не осталось выбора».

Да, Ярик, именно так. А ещё случились феи со своей природной магией…

«…у которых тоже случился ты, не оставив им выбора. Так что всё упирается в тебя. Не принижай своё участие в этом».

Даже не собирался. Я у себя вообще самый лучший. Осталось только довести свою утопию имени себя до конца и будет вообще сказка.

Армия, основа любой Империи, тоже более чем в порядке. На данный момент я располагаю достаточной, как по численности, так и по навыкам-умениям силой гномов: тридцать один Подгорный защитник, пять Воинов строя, восемнадцать Рунных стрелков, один из которых помощник Хатгара, пять Мастеров стрельбы, четверо Медвежьих наездников, одиннадцать Берсерков, среди которых значится один, Драйд, вполне готовый стать Воином Арката, три Огненных мага, три Огненных же, правда, без единого заклинания огня, жреца, среди которых Ергрид, и один внетировый Алебардщик. И это я вынес за скобки Ордрина, Хатгара и Седкана. А ведь имеются не только гномы, но и другие, не менее восхитительно-великолепные. Аастия, пока не собирающаяся складывать с себя боевые полномочия; шесть фей, каждая из которых отдельная перспективная армейская единица со своими особенностями; восемь волков и один снежный барс под повелением Сестерии; пятёрка людских мечников, за боеспособность которых отвечает лично Ордрин; пятёрка людских лучников, которых когда-то было раза в три больше, но что имеем, то имеем; два грифона, которых так-то надо выводить из армии, если мы хотим создать Грифоний форт, а мы хотим; четвёрка бехолдеров, отвоёванная в некроманта лично Кернисс; Себеш, лич-дроу, тоже отвоёванный у нежити Ведьмой; Нагиш, начинающий Ритуалист, вытащенный мною из недозахваченной демонами той самой людской деревне возле Кварцевой жилы; Кабидар, Говорящий с камнем, сын старосты Богатого склона; гворн, готовый следовать за Аастией как послушный пёс. И есть ещё перспективный энт. А ведь это ещё Кернисс из армии ушла, да Охотники после происшествия с Саттиром не спешат снова в бой. К тому же, я не учёл новобранцев за сегодняшний и два предыдущих дня. Довольно неплохой состав, как по мне, особенно для лесной местности с практически полным отсутствием деревень с добровольным наймом. С такой армией мы можем отбиться от противника среднего уровня угрозы и даже не вспотеть. При условии, конечно, что противник не будет таким же хитровымудренным, как и мы.

А вот с усилителями для армии — оружием, доспехами, артефактами, ювелиркой, алхимией, свитками и прочим — откровенная беда. И пусть работа в этом направлении ведётся, та же Кернисс одна очень много стоит, всё упирается в главную проблему — нехватку профильных специалистов. Впрочем, одна божественная сущность вроде как обещала мне караван, который можно ограбить. И хотел ведь спросить при встрече, что это такое вообще было, но кто ж знал, что встреча будет так быстро и настолько ошеломляющей? Никто не знал, кроме него, конечно. Но что-то мне подсказывало, что встречи ещё будут. Там и спрошу. Если опять не забуду.

Это что касается Империи, а вернее, пока лишь Королевства, в целом. Сам я тоже все эти три недели развивался и мои показатели далеко не так плохи, как могли бы быть:

Ярогрейв. 43 уровень.

Раса: гном.

Класс: Наместник.

Подкласс: Берсеркер.

Специализация: Зодчий.

Сила 28(4)

Ловкость 29(7)

Выносливость 29(8)

Магическая сила 17(2)

Устойчивость к откату 20(2)

Объём маны 13

Здоровье: 530 Мана: 130

Книги Знаний: открыть

Лидерство III, Перевооружение, Вдохновляющая Речь II, Тесная Связь, Равенство, Миротворец, Рука Творца, Магия Материи, Магия Воздуха II, Магия Земли II, Казначей III, Золотоискатель, Торговец II, Барыга II, Монетчик, Компактный Бюджет, Избираемый Кабинет, Архитектор, Двойной Чертёж, Изменение Структуры Зданий, Чертёжник, Расширение Пространства, Строительство Машин, Компактный бюджет, Алхимия II, Зельевар, Ядовар II, Агроном, Малые Теплицы, Овощная Грядка, Логистика II, Военная Поступь, Чужие Земли.

Хм… Вот так посмотреть, что я навыбирал себе с уровней, многие вопросы по армии тут же отпадут. Третий уровень Лидерства значительно нивелирует разницу в моральном плане юнитов разных Замков и практически полностью убирает негативные эффекты от их соседства. Равенство и Миротворец тоже играют свою роль в этом процессе. Присоединяй — не хочу. Быть может, именно поэтому я и не хочу?

По характеристикам получилось вполне неплохо. Все физические имеют почти одни и те же цифры, а в боевом режиме они становятся ещё больше. Выделяется разве что Ловкость, которой должно быть существенно меньше. Вот только Берсеркеру без Ловкости нельзя, и поэтому Система от щедрот насыпала мне её, не обидев. Магия на этом фоне перебивалась жалкими крохами, ну да мне они и ни к чему. По крайней мере, сейчас.

С артефактами всё гораздо плачевнее. Доспехи самые обычные, стальные, сапоги ещё от Прошки достались и сейчас выглядели уже не очень, местами чешуйки поотваливались, обнажая кожаную основу. С оружием тоже беда. Вроде бы и есть ветка, да пострадала в бою с нежитью, теперь её две неудобные половинки. Есть лопата, но мало того, что Камнерожденный не советовал её часто использовать, так я и сам не стремился. Был ещё меч когда-то, специально масштаб трудящихся за немалые реальные деньги брал, да только где он сейчас? Вот и приходится биться голыми руками, благо, что на них латные перчатки есть.

Два кольца, амулет, браслеты и шлем — вот и всё моё артефактное богатство. Жить с этим можно, я же живу как-то, но хотелось бы чего-нибудь ещё, да получше. Ну что ж, будем над этим работать. Тем более, что есть до конца непонятная перспектива с заменой тех браслетов, что есть сейчас, на другие. Будут ли они лучше покажет время, хотя и те, что есть сейчас не абы что, а из неслабого сета. В общем, доживём — узнаем.

Есть в моём арсенале и пара профессий. Алхимик и Столяр, если быть точнее. И если первый я планировал и брал под него умения и навыки, даром, что план пошёл псу под хвост из-за срочной необходимости в лечении пострадавших от рук нежити гномов, то вторая досталась просто так, да ещё и со специализацией Деревообработчик, да ещё и третьего ранга. Значился в моём списке и профессиональный навык — Землекоп. Ещё бы, я ведь и полями под посадки занимался, и яму для входа в данже для Ергрида копал, и в прокопке отводного канала участвовал. Лучше бы так Кузнеца дали, честное слово.

А нормальных, правильно оформленных с игровой точки зрения, боевых возможностей у меня пока не было. Из-за не самого типичного подкласса мне придётся делать их самому, ориентируясь на активки из Расовой Книги Знаний. И здесь у меня два пути: либо искать наставника, который сможет обучить Берсеркера, либо через Храм. Проблема с последним снова всплывает во всей красе, будь она неладна.

Но, если взглянуть на вещи трезво, это всё — мои характеристики, артефакты, профессии и боёвка — второстепенно. Гораздо важнее заняться юнитами, в перспективе способными вырасти во что-то по-настоящему уникальное. Вот, например, Ергрид. Начав как самый обыкновенный Огненный Жрец из Города, не имея при этом, как и двое его выживших собратьев, заклинаний огня, уже в ходе сдерживания первого прорыва получил свето-электрическую молнию и шанс вырасти в не самого обычного в рамках всей игры мага. Сейчас, пройдя два испытания, у него добавились «Тройной разряд», «Электрооковы» и совершенно не ясные для меня перспективы развития. Вот во что он в принципе может вырасти? В чистые молнии? В чистый Свет? Во что-то смешанное? Или вовсе в нечто другое? Одни вопросы, на которые Жрец и сам не знает ответы. А Кернисс уже рвётся создавать ему полный артефактный костюм, несмотря ни на что. И ведь начало, в виде серебряного наруча на +3 ко всем магическим характеристикам, уже положено. Но что-то мне подсказывает, что-то мне подсказывает, дальше начала Ведьма идти не будет. Всё же показала себя она достаточно рассудительный дроу, не считая пары вполне оправданных эмоциональных моментов.

С другим уникальным юнитов, травницей Ургабой, пока вообще ничего не понятно. С ней имеется лишь договорённость о сотрудничестве, да и та всего лишь словесная. Но если я хочу развивать в своём Королевстве алхимию, травница необходима так же, как качественные котлы и пузырьки под готовую продукцию. Ведь где травница там и, простите за банальность, травы — основной ингредиент всех без исключения зелий и эликсиров в игре. Про настои и отвары я вообще молчу. Может, Ургабу с Нартыгхом свести? А что, не самая плохая мысль. Максимально нетипичные гномка и орк вполне могут создать что-нибудь эдакое, такое же максимально нетипичное, но крайне необходимое, как потом выяснится. А уж если им обоим сказать про Камура… Да уж, убойная должна получиться тройка.

Последним, как мне видится на данный момент, уникальным гномом является Ритуалист Нагиш из клана Чёрного Мифрилона, сын игрока, которого тот хотел сделать ни много ни мало, а целым Повелителем Рунных Ритуалов. Вот только не успел, проведя лишь первичную инициацию в своём Храме, которого у меня и близко нет… Да уж, знал Аркат, что предложить в качестве пряника, чуть ли не каждая вторая нить развития ведёт к этому треклятому храму.

И всё же, Нагишем надо заняться, уники просто так на дороге не валяются. Да даже на собственноручно созданным методом взрыва полянах, подобно Инженерам шестого ранга, не валяются. Исключительно в подвалах людских деревень, мда.

И это только те проблемы, которые касаются уников. А есть ещё Себеш, с которым вообще не понятно что делать, есть Аастия, дриада-сюрприз с бесчисленным количеством днов… донов… доней… как правильно-то вообще? А, не суть важно, главное, что очередной сюрприз она может преподнести в любой момент. Ещё есть тот же Нартыгх, бывший орк-мечник, бывший шаман, бывший баграш Великого Духа, неоднократно в прошлом попадающий из плена в плен, а сейчас имеющий странную, никак не оформленную должность наполовину воина с ножом, наполовину варителя настоев с отварами и собирателя трав, ради которого придётся искать «идущего за рынком», чтобы с его же слов это не значило. Всё же хочется мне сделать его алхимиком и отблагодарить тем самым за верность.

Помимо всех этих проблем есть ещё одна, не менее важная, связанная с Героями. Их практически нет. Есть один, медвежатниками командует, нанят за деньги, но именно как Герой себя практически не проявляет. Надеюсь, это временное у него. Я же, через Гайд, обладающий знаниями о возможности сделать Героя одиннадцать разными способами, подходящих для гнома, могу клепать их в промышленных масштабах. Но пока не сделал ни одного. Придётся этим заняться в самое ближайшее время. И первым на очереди стоит ни кто-нибудь, а Ордрин.

— Лорд, час прошёл, — положив мне руку на плечо, осторожно произнёс Зорбек.

— Так быстро? — удивился я, сверяясь с интерфейсными часами. — И в самом деле половина восьмого.

Оглядевшись, я увидел на специальном столике, справа от наковальни, четырнадцать готовых подков. Все как одна, не отличишь. Вот это у меня скорость, меньше пяти минут на изделие. Или не только у меня?

— Ты помогал? — кивнул я на стопку подков.

— Нет, лорд, — энергично замотал головой кузнец, — это ты всё сам. Я и подойти-то боялся.

— Почему?

— Ну… ты так размахивал молотом, мне казалось, кузница вот-вот раскидается по камушкам во все стороны. После восьмой подковы, слава Аркату, твоя ярость пошла на спад.

— У меня бывает такое, — кивнул я.

— Да, я знаю, — вздохнул кузнец. — Просто страшно осознавать, что твоё любое… э-э-э… что кузница может в любой момент пострадать на полную.

Ничего не ответив на это, я вышел на свежий воздух. Похоже, разговор с Камнерожденным взбесил меня гораздо сильнее, чем мне показалось. Надо реально быть посдержаннее. Или научиться выплёскивать эмоции каким-нибудь другим способом.

«Попробуй дрова рубить. Говорят, помогает».

Кто говорит-то?

«Да какая разница кто говорит? Главное, чтобы помогало».

Так чем плохи удары молота по металлу? Или про них ничего такое не говорят?

«Ты, вообще-то, сам захотел какой-нибудь другой способ, Старший. Так адресуй эти вопросы себе».

Я постараюсь. А сейчас на тренировку.

«А как же проследить за выходом с обучения новобранцев?»

Вообще-то, я ещё вчера договорился с Ордрином, что он возьмёт на себя эти обязательства. Тем более, что они и так его. А мне надо на тренировку. Надо и всё тут.

«Хорошо-хорошо, как скажешь, Старший. Твоё время, тебе им разбрасываться».

Сама тренировка прошла стандартно. Весь час я прыгал вокруг хвоста Аса, набирая ещё больше Ловкости. Как знают абсолютно все берсеркера в игре, Ловкости много не бывает. Вот и я пренебрегать ей не собираюсь. И пусть целого очка мне ждать достаточно долго — и так уже немало их получил — хоть на чуть-чуть, но шкала точно сдвинулась. А там, глядишь, и полностью как-нибудь заполнится.

Выйти с тренировки, что проходила на пока ещё не замкнувшемся внутреннем дворе Замка, я решил через прореху в периметре. Зачем? И сам не знаю, толкнуло что-то. В общем, что бы там ни было, но хвост уходящей на юг армии я увидел. Им предстоит пройти мимо самоцветной шахты и бывших крысиных деревень, мимо Трёххуторовья на юг, к Кардагу. Очень надеюсь, что нежить не доберётся до городка раньше, чем наше войско его достигнет. Везде, от мануала до хардкор-форума пишут, что минимум сутки до первых вторжений, будь то игроки или обнаглевшие неписи, после падения завесы есть. Вот и придётся воспользоваться этими сутками по полной.

Шли на юг почти все, кто был приписан к армии на регулярной основе. Возглавляли колонну естественно феи по командованием Аастии. Они должны были своей магией сократить время в пути, как всегда и делали. А вот самыми последними шли те самые сегодняшние новобранцы — семь Топорщиков, шесть Арбалетчиков, пять Костоломов, четыре Наездника, три Жреца и три рыцаря-новичка. Рядом с ними шагали ещё три Жреца и три рыцаря-новичка, нанятые позавчера и вчера соответственно. Стоил призыв пополнения без малого семь с половиной тысяч золотых. За амортизацию текущей армии пришлось заплатить ещё восемь шестьсот. Ну и за прочие бюрократические расходы шесть тысяч. Итого двадцать две тысячи сто золотых чистого расхода. Впрочем, на деньги я не жаловался. Пока. Подсунутый вчера на пиру новым Счетоводом, Шандохом, отчёт, только что мельком просмотренный, обнадёживал. За прошлую неделю удалось заработать немного-немало, а тридцать пять тысяч золотых. Чистая прибыль без ста монет тринадцать тысяч — мы находимся в существенном плюсе. И это ведь при полном отсутствии торговли с внешним миром. Вот что развитая экономика животворящая делает.

«Ну ещё давай загордись этим, брось барахтаться и до конца дней своих останься на том же уровне».

Ярик, ты сегодня какой-то странный. Да и вообще, кто совсем недавно запрещал мне расстраиваться из-за потерь? Теперь ещё и радоваться победам нельзя? Прикажешь надеть рясу и ходить с грустной мордой?

«Я всего лишь хочу, чтобы ты не останавливался на достигнутом. Не более».

Так ведь и не собирался даже. Работы ещё непочатый край, да ещё и новая постоянная появляться. Тут бросать барахтаться и опускать лапки некогда, мне очень нужно масло из этих сливок.

«Ну вот, аналогию ты понял. И всегда помни о ней».

Минут десять постояв на месте и всматриваясь сквозь проём Южной башни в хвост уходящей армии, я встряхнулся и пошёл на завтрак. Вряд ли Магриш будет доволен, если я опоздаю или вовсе не приду.

За завтраком я рассматривал варианты размещения в единственном на всю стартовую локацию форте грифоньего питомника. Увы, ничего толкового ни на обычном, ни на хардкорном форумах найти не удалось, а Гайд в принципе не располагал ничем таким. Придётся делать всё самому. Ну или почти самому, взяв за основу что-то совсем другое. Тех же эльфийских пегасов, например. Правда, толковый грифоний смотритель всё равно не помешает. Но его нет, так что будем делать по наитию.

А вот были бы грифоны юнитами гномов, мне не пришлось бы самостоятельно чертить их постройки и пытаться размещать внутри ограниченной стенами территории. Система сама бы предложила несколько вариантов размещения всего, что для них нужно, я просто выбрал бы самый интересный, внёс необходимую плату и нужное количество ресурсов, пять дней — и всё готово. Так нет же, всё самому, ручками, пусть и из довольно широкого набора элементов. Смиряло с необходимой работой меня лишь одно — за пять построек мне дадут пять очков Чертёжника, так необходимых для Храма. Пока что у меня их лишь двадцать три. И ещё одно добавится, когда в Кварцевой жиле построят отделение Гильдии Охотников по типовому проекту. С учётом того, что надо аж сорок, Храм у нас появится не скоро. Ох уж этот Храм…

После завтрака ко мне подошёл управляющий Замка, Ац Он доложил, что последствия вчерашнего пира успешно убраны и попросил взять в штат Замка двух уборщиц. Я на это резонно попросил хотя бы увидеть их, чтобы понять, надо оно мне или нет. Десять секунд спустя обе стояли передо мной. Одеты они уже были в достаточно закрытые платья в пол с рукавами до локтей платья цвета Замка — чёрный, серый и синий — явно взятые из герба, полотно которого висело над центральных входом. В одежду точно таких же цветов были одеты и повар, и сам управляющий. Так же, по бороде Аца я прочитал готовность биться за гномок, а потому препятствовать не стал и пообещал как можно скорее подписать соответствующее распоряжение. На том и решили.

После этого я пошёл на Склад в поисках Кернисс. Нашёл, как ни странно, в артефактном кабинете. По-хорошему, что его, что алхимическое помещение надо бы переносить со Склада в отдельные помещения. И я даже собирался так и сделать в следующем замковом апгрейде. Сейчас же Ведьма была вынуждена ютиться на десяти квадратных метрах.

Дроу сидела за столом, сменив своё традиционное тёмное платье на не менее тёмный костюм, похожий на тот в котором работал мастер Страг, собирая мебель. Перед Кернисс лежало два амулета, слева от неё располагался набор инструментов, а справа — горка металлических обломков.

— Ты занята, верно, — спросил я для начала разговора.

— Ну если только самую малость, лорд, — томным голосом ответила Ведьма, разворачиваясь. — Хотела до завтрака успеть, да немного не рассчитала со временем.

— А чем ты таким интересным занимаешься?

— Заканчиваю разбирать простейшие ювелирные артефакты на материалы и ингредиенты, — не меняя тона, ответила Кернисс. — Демонические успела ещё до пира…

— …да, я помню, их надо освятить в Храме.

— Они пока лежат на Складе отдельно от всего, во избежание. От нежити закончила аккурат вчера днём, доложить пока не успела. И вот остались набранные отовсюду. От разбойников, от крыс. Теперь у нас много могильного железа и самой обычной стали.

— А могильное железо освящать не нужно?

— Зачем? — удивилась дроу, растеряв всю свою напускную сексуальность. — Адамантий с мифрилом ведь никто не освящает. Стандартный фракционный металл.

— А у демонов какой металл в ювелирке? В этой конкретной ювелирке.

— Самый обычный, лорд, но поражённый Хаосом. Потому и надо осветить. Работать с ним я не хочу. И открывать филиал Шио в отдельно взятом замке тоже.

— Тоже не хочется получить нагоняй от Аастии за полчища красномордых? — невинно поинтересовался я.

— Только я и не хочу, лорд, — без раздумий приняла Ведьма мою игру. — Вам она ничего сделать не посмеет, как бы зла не была. А вот я буду летать по всему Складу, и далеко не факт, что фигурально. Молнии дриады для нас станут губительны.

— Ну, допустим, на одни молнии всегда можно ответить другими…

— …не менее губительными. Начнись боевые действия, Ергрид без раздумий займёт сторону, противоположной нашей. Вам атаки магией крайне противопоказано, а я вообще-то тёмная, если что. И будут перед Аастией оправдываться две кучки пепла с глазками. И это в лучшем случае.

— В любом случае, Храма пока нет, — констатировал я, давая понять, что поиграли и хватит. — Поэтому лежать Хаосом поражённому металлу пока на Складе. Как и могильному железу.

— Вот как раз об этом я хотела поговорить, лорд, — стала серьёзной Кернисс. — Есть у меня одно предложение, как нам заработать на металле нежити.

— Дай угадаю, — протянул я, вставая в позу Роденовского «Мыслителя». — Неужели мы будем его продавать?

— Это уже зависит лишь от вас, — пожала плечами дроу. — Если очень хочется — продавайте в голом виде и получайте медяки. Я же предлагаю торговлю на полновесные золотые. Неужели вам это неинтересно?

— Золото? — переспросил я. — Обижаешь. Золото мне всегда интересно.

— А как же присказка людей, что не в деньгах счастье?

— В этом я с ними солидарен, счастье не в деньгах, а в их количестве, — хмыкнул я.

— Для нас, гномов, — да, — хмыкнула в ответ Ведьма.

— Так что за предложение?

— Я могу собирать артефакты для нежити, — просто ответила Кернисс. — Из могильного железа, эктоплазмы и костяного порошка получаются достаточно востребованные у некромантов поделки. Берут они их охотно. По крайней мере, полгода назад брали.

— То есть ты предлагаешь усиливать потенциального врага? Это так нужно понимать?

— Я не умею делать Колонны Гибели, лорд, — вернулась к томному тону дроу. — Мечи с вампиризмом я тоже делать не умею. Мои поделки будут чуть лучше по качеству, чем необычные. У них довольно быстро закончится полезный эффект. Настолько, что дойти до нас они просто не сумеют в случае чего. Три, может, четыре дня — и подавайте нам новые безделушки, мы нуждаемся в них.

— Ты хочешь сказать, что самостоятельно делать такие безделушки некроманты не умеют? — с максимальным скепсисом спросил я.

— Именно так, лорд, именно так. Артефакторика среди повелителей мертвечины не в почёте. Это мне повезло нарваться на целого разносторонне развитого мастера. И теперь это везение я готова преобразовать в золото для вас лорд. Так вы согласны?

— Давай поступим так, — решил я. — Ты делаешь пробную партию, под одному виду безделушек из того, что умеешь, я смотрю их и решаю, можно продавать такое потенциальному врагу.

— Хорошо, лорд, — покладисто ответила Кернисс, — именно так я и сделаю.

— А что у нас с артефактами на аукцион? Как дела там?

— Я сделала всё ровно так, как вы и просили, лорд — пожала плечами Ведьма. — В вашу казну должно попасть ещё тысячи полторы золотых.

— Ты решила что-то приберечь, так?

— Всё то, что мы получили в битвах с нежитью на последнюю неделю, последние городские, Сферы Жизни ну и так, по мелочи. Ну уж очень там опасные вещи водятся. Одна книга на усиление кадавров чего стоит, не говоря уже про «Негатор». Усиливать потенциального врага, — на этих словах она отчётливо хмыкнула, — такими безделушками я бы не рискнула. Тем более, что и без продажи эти артефакты могут нам послужить.

— Думаешь?

— Знаю.

— Хорошо, значит, пока не будем продавать.

Заглянув на аукцион и в самом деле не обнаружив там ничего с нежити, я внутренне улыбнулся. Первую проверку Кернисс прошла, доверить ей ведение торговых операций и в самом деле можно. Всё же, как бы она не утверждала вчера на пиру, что Ургадзил за тот месяц, что Ведьма была у него, аукционом заведовала только она, хоть как-то убедиться в этом было надо. Всё равно я ничем особо не рискую, все операции купли-продажи проходят через меня, а вот избавиться от рутины в поиске нужных предметов на Складе и оформления аукционной карточки товара очень хотелось. Так что Кернисс по всем фронтам нужное приобретение. Как же хорошо, что я вовремя осадил Ордрина по вопросам пребывания у нас дроу. Всех троих.

— У вас всё, лорд?

— Нет, совсем не всё, — протянул я, доставая из инвентаря коробочку с ростком эльфийского кланового древа. — Что ты думаешь по этому поводу?

Ведьма осторожно, как величайшее в мире сокровище, взяла коробочку в руки, закрыла глаза и с минуту так и стояла. После чего открыла и глаза, и коробочку и стала внимательно всматриваться в росток. Я не мешал ей. Свой выбор она должна сделать сама.

— Это невозможно, — растерянным, шёпотом, утратив всю свою томную сексуальность, произнесла Кернисс. — У нас не может быть родового древа, это противоречит воле Асхи. Но я чувствую такую возможность. Это… это так неправильно. Откуда он у вас, лорд?

— Лежал в сундуке в качестве награды за временное гашение Зова Ергрида, — ответил я. — Вместе с королевским скипетром.

— Точно, вы же теперь официальный король, — удивлённо произнесла Кернисс. — А я вас всё по-старому, лорд да лорд. И вы меня даже не поправили ни разу.

— И поправлять не буду, — решительно сказал я. — Какой из меня король при столь мизерных размерах королевства? В том и дело, что дутый. Так что называй меня по-прежнему, не ошибёшься.

Хорошо ещё, что Королевством стартовая локация может быть уже после первой регалии, квест на Империю открывается после всех трёх, а ещё два добываются в процессе квеста. Иначе я бы сейчас так подпрыгивал, будто демоны за мной с переносной сковородкой ходят и ни какими способами их не отвязать. А так, установил скипетр в тронном зале, формальный титул получил и радуйся. Ни на что другое первая регалии не способна.

— Э нет, мой король, — ехидно протянула Кернисс, — теперь я буду называть вас так и никак иначе.

— Но ты же помнишь, что через клятву Аркату я могу запретить тебе это?

— Помню, лорд, — испуганно ответила дроу, отчётливо сглотнув.

— Вот и помни, дальше короля не переходя. Меня вполне устраивает твоё текущее поведение с едва заметным тёмноэльфийским флёром.

— Поняла, мой король.

— Так что насчёт ростка?

— А можно я подумаю? — нерешительно спросила Ведьма. — Хотя бы пару дней. Уж очень необычную ситуацию вы мне предложили.

— Думай, — разрешил я, забирая росток. — Но не больше пары дней. И постарайся принять категоричное решение, либо да, либо нет.

— Я постараюсь, лорд, — прошептала дроу.

Да уж решение для неё, судя по всему, будет непростым. Надо бы в принципе узнать, что за зверь такой родовое древо для дроу. Очень не хочется получить очередную почти единственную в своём роде вещь.

На выходе со Склада меня как будто ждал Ирсинд. По крайней мере, впечатление было такое, что он ходил туда сюда мимо двери в надежде, что рано или поздно я выйду.

— О, лорд, наконец-то, — едва увидев меня, воскликнул он. — Нам надо поговорить, это не терпит отлагательств, долгих расшаркиваний, придворного этикета, дипломатических заигрываний и прочей весёлой ерунды.

— Надеюсь, это не очередной прорыв нежити? — спросил я, слегка опешив.

— Нет, лорд, ничего такого, — покачал головой инженер, — но всё равно очень срочно.

— Ладно, пошли в мой кабинет, — согласился я. — Совета всё равно не будет, его половина воевать ушла, так что время у нас есть.

— Да, Земельное Собрание, помню, — кивнул гном. — Идёмте в кабинет. Это правда очень важно.

Заинтригованный таким напором, я поспешил за Ирсиндом, перепрыгивающим лестницу по три ступеньки за раз. Что же у него там такого очень важного?

— Так что у тебя там такого срочного, что ты так торопился? — спросил я, заняв своё кресло в кабинете.

Ирсинд сел там же, где всегда располагался на Советах — на втором месте слева, сразу за Гдитсирдом. Бургомистра сейчас не было, но инженер, видимо, из каких-то своих соображений, решил не нарушать заведённый порядок.

— У меня есть для вас несколько новостей, лорд, — начал Ирсинд. Борода его выдавала крайнюю степень волнения. — Во-первых, я решил остаться у вас настолько, насколько будет угодна Аркату моя жизнь под этим голубым небом. Или, как говорят люди, до конца дней своих.

— Хорошо, — осторожно проронил я, — но не очень понятно. Что значит «решил остаться»?

— Понимаете, лорд, я уже четыре с половиной года ищу место, где можно было бы нормально осесть и больше не шарахаться от лорда к лорду в поисках лучшей жизни. Тридцать попыток остепениться были неудачными. Вы мой тридцать первый.

— Приятно, — сглотнул я, — но звучит неоднозначно. И вроде бы мы были на «ты», нет?

— Лучше подстраховаться на случай праведного и, чего уж тут, вполне справедливого гнева, — не поднимая глаз от столешницы, пробормотал инженер. — Так вот, я решил остаться у вас. Ваш основательный подход в делу и амбициозные планы мне очень нравятся. Я уже не раз находил применение своим талантам и, уверен, сделаю это ещё неоднократно. Но останусь я только в одном случае. И говорить о нём мне очень страшно.

— Почему? — не понял я. — Дело во мне?

— Именно так, лорд, — едва заметно кивнул Ирсинд. Смотреть на буквально трясущегося от страха до этого всегда уверенного в себе гнома было… непривычно.

— Поясни.

— Дело в том, что если я и останусь, то не один. А вы не любите, когда кто-то входит в состав будущей Империи вроде бы без веских на то оснований. Особенно, если это не гномы. Вашу тираду после необдуманного подчинения Себеша Кернисс мы помним до сих пор.

«Всё-таки не самую лучшую репутацию ты себе создал, Старший. Ладно фея эта с волками, она фея, её опасения по поводу волков были вполне оправданные. Но гном…»

А что «гном»? Гном ничуть не хуже феи, он имеет такие же права на опасения, как и все остальные. К тому же, Ас уже вправил мне мозги на место по этому поводу.

«Но никто кроме Аса об этом не знает. Разве что Буран».

Сейчас узнают, не волнуйся.

— Так ты где-то прячешь не гнома? В этом вся проблема?

— Понимаете, лорд, я ведь до последнего думал, что уйду, — будто не услышав моего вопроса, продолжал разговаривать со столешницей инженер. — Закончу всё, что вы мне поручили, и закончу качественно. Всё же вы хороший лорд, пусть и самую малость вспыльчивый. Но Аастия изменила моё решение в вашу пользу.

— Ты тоже полюбил мою дриаду? — спросил я. Внутри всё мгновенно закипело и грозило вырваться наружу.

— Да Аркат с вами, лорд, — испуганно посмотрел на меня Ирсинд. — Прошу, потушите красноту глаз и уберите лопату. На Аастию никто не покушается, я люблю совсем другую.

— И кто же эта, без сомнения, достопочтенная гнома? — успокоившись и спрятав инструмент, снова оказавшийся в моей руке будто по волшебству, спросил я.

— В том-то и дело, лорд, в том-то и дело, — снова уткнувшись в стол, протянул Ирсинд. — Это вовсе не гнома, это дриада.

— Дриада? — ошарашенно переспросил я. — Но у нас нет других дриад.

— У меня есть, лорд, — наконец нормально подняв на меня взгляд, твёрдо произнёс инженер. — Мы вместе уже больше четырёх с половиной лет. И почти всё это время я ищу для нас лучшее место для жизни.

— И до сих пор не нашёл?

— Нашёл, лорд, теперь нашёл. Благодаря Аастии у нас гораздо больше шанс получить разрешение, чтобы остаться.

— Подожди, я немного не понимаю, — помотал я головой, собирая мысли в кучу. — Никто из тридцати бессмертных не дал согласие?

— Вы первый, у кого я прошу разрешение, — ответил он с чуть ли не осязаемой грустью в голосе. — Да и у вас я не спросил бы, просто ушёл бы, как всегда, и никто бы не узнал, что со мной стало. Но сначала присоединённые феи, а потом и ваша любовь с Аастией дали вам шанс.

— То есть ты просто уходил от других лордов, не ставя их в известность, так?

— Так.

— Ты опасался, что твой союз с дриадой не поймут, так?

— Всё верно, лорд.

— А во мне ты почувствовал родственную душу?

— Верно. И я надеюсь, вы не прогоните нас. Я уже устал таскаться по всему Асхану из конца в конец. Хочется уже нормальной, гномьей жизни. И сейчас у нас появился шанс на неё. Я к лесу уже привык, для Нипритии он всегда был домом родным, а остальные…

— Остальные? — переспросил я, скрывая радость.

Если там остальные хотя бы на десятую часть такие же как сам Ирсинд, вести себя как поборник чистоты гномьей крови я не буду. Да и не выйдет уже, Аастия просто не даст.

— Они не доставят вам проблем, лорд, — по своему истолковав мой интерес, зачастил инженер. — Это наши дети, их спутники жизни и некоторые родственники спутников жизни. Всего семнадцать кратов. Почти все гномы.

Хм, помнится, на одном из прошлых совещаний Ирсинд говорил, что-то вроде «гномы будут». Быть может, именно этих он и имел в виду?

— А что такое «кратов»? Первый раз это слово слышу.

— Это мы так себя называем, лорд, — пояснил Ирсинд. — Как-то само закрепилось среди нас. Никакого подтекста в этом нет.

— Понятно. А как ты свяжешься со своими и расскажешь им радостную новость? Как ты вообще с ними связывался всё это время?

— У меня артефакт есть. — Инженер достал из своей неизменной сумки неогранённый синий камень в зеленоватой, явно не металлической, оправе. — Сжав его, я подаю сигнал Нипритии и она понимает, где я. Пару часов «Троп Ир-Сарра», и они там, где я.

— И насколько они далеко?

— Я шёл от Дорбенга пять дней с юго-востока, пока не забрёл в эту завесу. Так что недалеко.

— Так сжимай свой артефакт, чего ты ждёшь?

— Правда… можно? — тихо спросил гном.

В этот момент он напоминал маленькую девочку, которой купили самую дорогую во всём мире куклу Барби со всеми подружками, домами и Кенами.

— Можно, — кивнул я. — Даже нужно.

Спустя минуту вокруг инженера стала образовываться зеленоватая дымка. Сквозь неё проступали очертания десятков двух существ, среди которых выделялась лесная дева. Все они смотрели на меня, на их лицах и бородах читалось одобрение.

— Это ж каких размеров у тебя сундук, что ты спрятал в нём такой скелет! — восхищённо протянул я, едва дымка спала, а Ирсинд вышел из своеобразного астрала.

Ещё бы! Знать о таком, с позволения сказать, сюрпризе для того, кого решил сделать своим окончательный лордом и ни разу не проколоться — это надо уметь. И не просто уметь, а постоянно практиковать. Впрочем, учитывая слова самого инженера о тридцати кандидатах, подвергшихся проверки, практики было более чем достаточно.

— Лорд, а у вас есть достижения от битв с намного превосходящими наши силы силами врага? — спросил вдруг Ирсинд. — Должны же быть, мы стольких победили, располагая всего лишь крохами армии.

Пару секунд я удивлённо рассматривал гнома. Вот откуда у него знания о том, что ему в принципе не должно быть доступно?

— Не смотрите на меня так, лорд, — правильно истолковав мой взгляд, произнёс инженер. Его борода выражал кристальную честность и некую оскорблённость возможными подозрениями. — Вы, бессмертные, любите обсуждать между собой свои… эм-м-м… специфические знания, не обращая внимания на окружение. В одном из таких разговоров и подслушал.

— Понятно, — вздохнул я. — Мало мне было Аастии с её скрытыми песком алмазами, теперь и ты будешь выдавать сюрпризы время от времени?

— Буду стараться, лорд. Теперь мы вместе будем строить нашу Империю, развивать экономику, поднимать армию, радушно встречать мирных гостей и провожать молотом по хребту зазнавшихся глупцов.

— Сколько романтизированного пафоса, — шутливо поморщился я.

— Не мы такие, — развёл руками Ирсинд, — Дэль такая.

В процессе ироничной перепалки я всё-таки открыл вкладку с достижениями, удивился, как много их насыпали за самые простые, казалось бы действия, как то варка первого отвара и «+1 % к скорости приготовления алхимической продукции» за это и, чтобы не читать всё подряд, отсортировал это дело по уровням достижений. Удивлению моему не было предела. Оказалось, всё это время у меня копились те самые достижения на победу над сильно превосходящим численностью противником. Шли они достаточно предсказуемо под именем «Давид и Галиаф», и последнее располагало римской цифрой VIII. VIII, Карл!!! Мы действительно убили так много врагов?

«Дятлы, разбойники, решившие попробовать на зуб тогда ещё Холм крысы из деревень у самоцветной шахты, объединённые силы крыс и демонов, обе обороны Города, многочисленная нежить два раза. Как раз VIII и получается».

Спасибо, Ярик. От всей широты плеч моей гномьей души большое тебе спасибо. Сам я решительно не догадался бы.

«Ты ядом-то поменьше брызгай, не драук всё-таки. А посмотри, что это конкретно за достижение и что оно даёт».

Получено достижение «Давид и Галиаф VIII»

Вы в восьмой раз победили войско противника, численность которого превышает вашу минимум в 10 раз

+8 % к нивелированию отрицательных эффектов морали между юнитами разных фракций

Бонусы складываются

Да уж, неплохая плюшка. Учитывая, что у меня достижение восьмого ранга, нивелирование эффектов достигло тридцати одного процента. Не слабо, очень не слабо. И именно то, что мне нужно. Всё же до полного комплекта в текущих реалиях нам в армию не хватает лишь демонов и кого-нибудь из Академии. И далеко не факт, что не предложат как минимум вторых.

Забив в строку поиска слова «победа», «численность» и «противник», по большей части на всякий случай, чтобы исключить возможные сюрпризы, я словил немалое такое удивление, не слабее чем от рассказа Ирсинда. Помимо давидово-голиафовских ачивок высветилась ещё одна группа, сводящаяся к одному:

Получено достижение «По заветам генераллисимуса XI»

Вы победили войско противника, численность которого превышает вашу в 34 раза

+45 % к шансу присоединения нейтральных юнитов

Чудны дела твои, Камнерожденный, не иначе. Это явно с одной из битв за Город. Но тридцать четыре раза… фантастика какая-то.

«Я бы на твоём месте поискал и ещё что-нибудь на единичного сильного противника. Некромант неслабый был».

Тут я соглашусь, некромант тот и впрямь силён, если смог выжить тогда, когда остальных нивелировали бы до космической пыли. Он минимум на сто уровней больше любого нашего.

Получено достижение «Один на один IV»

Вы победили совместными усилиями одиночного противника, сильнее вашего лучшего бойца минимум на сто уровней

За наградой обратитесь в Гильдию Бойцов любого нейтрального города

А вот здесь интересно. Прямой награды нет, а что могут дать в обозначенной Гильдии надо смотреть. В Гайде, например. Или даже на хардкор-форуме.

— Значит, всё же есть? — спросил Ирсинд, дождавшись, когда вернусь в мир. — Я не ошибся?

— Не ошибся, — ответил я, внимательно рассматривая гнома. — Значит, ты хочешь, чтобы краты поселились у нас в Королевстве, так?

— А… разве…

— У меня два условия. Всего два — и я даю разрешение.

— Я слушаю, лорд, — поникшим голосом отозвался инженер.

Ничего, пусть пока поогорчается. Радость потом сильнее будет.

— Первое — на «ты». Исключительно на «ты». Какие бы ни были обстоятельства — только на «ты» и никак иначе.

— То есть, вы…

— Ты.

— Хорошо, ты, — кивнул гном, позволив себе лёгкую улыбку. Которая тут же пропала. Ещё бы, есть ведь и второе условие.

— С тебя два форта.

— Что, прости?

— Два форта, — повторил я. — Один у нас есть, возможны ещё два.

— Так у нас же уже была договорённость по этому, — не понял инженер. — Какое же это условие?

— Второе, — повторил я. — Или ты чем-то недоволен?

— Доволен, доволен, — поспешил согласиться Ирсинд. — Всем доволен. Я подумаю, где их можно разместить.

— Так прямо сейчас и подумаем, — хмыкнул я, материализуя, с помощью Заклинательного покоя, полностью открытую карту стартовой локации. — Она, конечно, быстро исчезнет…

Не дав договорить, инженер забрал у меня карту, повертел в руках, из которых на бумагу сыпалась серебристая пыль, пару раз свернул и развернул наподобие свитка, после чего протянул мне. Я тут же заглянул в её свойства. В строчке срок действия таймер сменился на слово «постоянный».

— Чудны дела твои, Камнерожденный, — ошарашенно пробормотал я.

— Ещё раз не скоро так смогу металл красиво сыпать и теплом остеклять, — поспешил сказать Ирсинд. — Минимум два месяца перезаряжаться будет.

— Да знал бы я, что ты так сможешь, о картографии и не заикался бы, — саркастично протянул я.

— Ну и остался бы в дураках, — без обиняков заявил гном. — Эта карта такой и останется, двадцать пять на двадцать пять сантиметров. Изменить масштаб нельзя, добавить новые территории тоже нельзя. Так что работа Охотников очень важна.

— Да понимаю я. Пошутить уже нельзя? А сейчас нам и эта карта поможет. Смотри, вот эта точка, — ткнул я в выделяющийся холмик у реки, примерно посередине на ориентации запад-восток, но немного смещённый к северу, — Баг-Даад.

На карте тут же появился красный кружок двух миллиметров в диаметре с соответствующей подписью. Ирсинд такому не удивился. Ещё бы, это он сделал обычный листок с рисунком местности синергированным с моим интерфейсом. Инженер шестого ранга, что ещё сказать.

— Вот тут рудник.

Точка появилась к юго-востоку от Баг-Даада, ближе к югу нежели к западу.

— Это Камни.

Точка к востоку от рудника, примерно на том же расстоянии, что и рудник от столицы.

— Это быкрыгор с его хуторами.

Миллиметровый кружок с точками вокруг появился на востоке на том же расстоянии от Камней, что и рудник, но самую малость севернее, почти у самого озера, чётко выделяющегося на карте.

— Это пункт егерей.

Чуть дальше, чем все предыдущие расстояния и очень близко у границ появились очередная точка с надписью.

— Это деревня Сосновая.

С другой стороны от озера, у самой воды, появилась новая точка.

— Это Узкое ущелье и каменоломня.

Чётко на северо-востоке, на том же расстоянии, что и между Баг-Даадом и Сосновой, появилась спаренная точка.

— Это Каменный спуск.

Прямо напротив предыдущей точки, на севере, в Подкове, появилась ещё одна и пометка к ней.

— Это Кварцевая жила.

Точка появилась на западе от Баг-Даада, чуть южнее столицы, примерно на том же расстоянии, что Узкое ущелье.

— Это тройка людских деревень.

Три синие точки, обозначающие некогда заселённые, а теперь покинутые поселения, появились севернее от Жилы.

— Тогда и ту деревню, что разбирают кварцевцы, тоже отметь, — предложил Ирсинд.

— Не думаю, что это имеет смысл, — не согласился я. — Деревню именно что разбирают, совсем скоро её не будет. Тогда уж и Россыпь гранита надо было отметить.

— А эти деревни тогда зачем? Есть какие-то планы на них?

— Нет, никаких планов, — покачал я головой. — Поэтому пусть будут. Мало ли.

— Ну, пусть будут.

— Это Железный молот.

Точка появилась к западу от трёх синих.

— Это форт. Пока единственный.

Точка и подпись появились почти у самых гор. Расстояния между Жилой и бывшими деревнями и между деревнями и фортом получились примерно одинаковыми.

— Это Богатый склон и поселение горных эльфов.

В горах, на западной стороне, появились две точки, одна красная, другая зелёная. Так я решил отмечать то, что не входит в Королевство. Пока не входит.

— Тогда и Сад фей пометь, — ткнул Ирсинд в точку между рудником и Баг-Даадом. — И лесопилку пометь.

— А вот тут ты прав, это я на самом деле забыл.

Соответствующие красные точки с пометками появились в нужных местах.

— И золотник с дверью к динками тоже отмечу, раз такое дело.

Красная и жёлтая точки с пометками появились на запад от направления Баг-Даад — Каменный спуск.

— Это ртутник с Камуром.

На самой восточной окраине пока ещё безымянного озера появилась новая красная точка.

— И, как вишенка на торте наших проблем, Город.

Ещё один миллиметровый красный кружок появился значительно юго-западнее быкрыгора, сильно на юг при этом не заходя.

— Обведи тогда его чёрным, для наглядности, — предложил Ирсинд. — Будет выделяться на фоне других кружочков.

— Хорошее замечание, — кивнул я.

Кружку Города добавилась чёрная окантовка.

— Это что касается условного севера. Юг мы изучили значительно хуже. Есть Трёххуторовье.

Три спаренных точки зелёных точки появились на значительном расстоянии от Баг-Даада.

— Есть самоцветная шахта.

Красная точка появилась примерно на одной трети предыдущего расстояния значительно на запад.

— Там же разбираемые крысиные деревни, — заметил Ирсинд.

— Именно поэтому я их и не отмечаю. Кстати, сколько там ресурсов будет?

— Камня мер двадцать пять, дерева где-то десять, меры две металлического лома, — отрапортовал инженер. — Может ещё что, по мелочи.

— Хорошо, — кивнул я. — Кристаллическая шахта, пока без разработки.

— Команда горняков сформирована, сегодня должна уйти туда.

— Ещё лучше. И последнее поселение, где я был. Кардаг, городок, который ещё надо удержать от нежити.

На самом юго-западе появился миллиметровый зелено-красный кружочек.

— Это всё, что мы знаем? — уточнил Ирсинд.

— Нет, это то, где я был. Есть ещё несколько точек, которые вчера разведали феи. Здесь. — Пять точек появилось на юго-восточной стороне карты. — И здесь. — Ещё четыре точки я нарисовал на юго-западе.

— И что там?

— Фортов точно нет, — почти процитировал я доклад Леартии. — Поселений гномов и людей тоже, остальное будем смотреть сами. Повоевать тоже придётся, лорд, но нас ведь это не пугает, верно?

— Не пугает, — задумчиво кивнул инженер. — Север, значит, мы исследовали весь?

— Получается так.

— Тогда я могу начать прорабатывать сеть дорог в Империи? — лукаво спросил гном.

— А вот отсюда поподробнее.

— Ну смотри, — снова привлёк он моё внимание к карте. — Пока я вижу на севере три более-менее главных направления. Баг-Даад — Рудник — Камни — быкрыгор с ответвлениями на Город и на егерей. Баг-Даад — Узкое ущелье — Каменный спуск с готовым тоннелем от Спуска к Богатому склону. И Баг-Даад — Кварцевая жила — Железный молот. Дорогу к Грифоньему форту предлагаю делать отдельно как от Баг-Даада, так и от третьего тракта, уж слишком форт в стороне находится.

— Делай, — согласился я.

План мне понравился, спорить с ним я не стал.

— А на юг?

— Пока вижу лишь одно направление — Баг- Даад — Трёххуторовье — Кардаг. Может с заходом к самоцветнику, может нет, это ещё нужно смотреть и детальнее прорабатывать.

— Нужно — значит проработаем, — улыбнулся я. — Так что с фортами?

— Один точно в Камнях, — без раздумий сказал Ирсинд. — А вот второй точно где-то на юге. Иначе уж слишком концентрировано выходит. Я подумаю над этим, можно?

— Нужно. Необдуманные решения только вредят Империи, даже если она пока лишь Королевство, — с претензией на цитирование произнёс я. — Что ты там говорил про готовый тоннель?

— Чертежи двух вариантов тоннеля готовы, как ты и просил, — с готовностью отозвался инженер и достал из сумки несколько исчерченных листов бумаги. — Вот, изучай.

Хмыкнув, я принял у Ирсинда чертежи и с головой погрузился в ознакомление. Дешёвый вариант был похож на такой же со стеной вокруг Баг-Даада. Не в смысле, что шёл по кругу, а своей максимальной аскетичностью. Минимум закрытых участков, только там, где это необходимо, не самая пологая трасса, всего четыре оборонительные башни, видные всем и каждому. А вот другой чертёж порадовал так порадовал. Полностью закрытый тоннель, вернее сразу два, каждый для своей стороны движения, максимально, насколько это возможно, плавные спуск и подъём, сразу шесть четырёхуровневых оборонительных башен, замаскированных под скалы, с площадками под различные боевые машины и гарнизонами рядом с ними. Как и в случае со стеной, по цене и ресурсам этот вариант сильно кусается, девяносто мер камня против тридцати. И это с тем учётом, что при прокладке тоннелей камень, по сути, будет добываться. Но выбрал я именно дорогой вариант. Оборонная способность намного важнее.

— Я не сомневался в тебе, лорд, — протянул инженер, глядя, как я откладываю в сторону дешёвый чертёж. — Значит, можно приступать к работе?

— А рабочие? Тут Гдитсирд, вообще-то, жаловался, что работать некому.

— У нас же сегодня прирост в Жилых кварталах, — произнёс гном, очень уж подозрительно посмотрев на меня. — Вот из этого прироста и сформируем несколько рабочих бригад, оформим их как надо и пойдут они строить тоннели и башни. За неделю управимся, обещаю.

— Ну что ж, если за неделю, то добро, — кивнул я, старательно скрывая удивление.

Мне казалось, что времени потребуется минимум раза в два больше, но раз Ирсинд говорит про неделю, значит, так и будет.

— Я с другими твоими проектами что?

— Возведение бумажного производства в Молоте началось, — отчитался инженер. — В срок всё будет готово. Парк на стопе. Если жители одобрят переселение к нам фей, придётся ведь всё переделывать, а я этого очень не люблю. Что с тобой? У тебя очень странно перекосилось лицо.

— Пикриш, — пояснил я. — Хотел ведь дать распоряжение о переводе его в бюрократическую команду и забыл.

— Никаких распоряжений по поводу Пикриша не поступало, — раздался неожиданно голос Гома.

Едва не подпрыгнув в кресле от неожиданности, я скосил глаза направо, на место секретаря. Гом, как ни в чём не бывало, сидел там, за своим персональным столом и изучал какие-то бумаги. И когда он, интересно, вошёл? Наверное, в момент нашего с Ирсиндом увлечения картой и точками на ней, не иначе.

— Значит, готовь соответствующие бумаги, — взяв себя в руки, распорядился я. — Теперь Пикриш будет отвечать за общественное мнение в Королевстве.

— Сделаю, лорд, — отозвался секретарь.

— А ты как теперь? — просил инженер. — Самому ведь придётся все бумаги писать.

— Ничего, — отмахнулся я, — на первое время перетерплю, а там, может, и найду кого. У тебя ещё какие вопросы есть?

— А что такое?

— Так ведь скоро Земельное собрание начнётся, — пояснил я.

— И ты хочешь, чтобы я ушёл?

— Я хочу, чтобы ты остался и рассказал о своём плане с дорогами. А потому все вопросы нужно обсудить до него.

— У меня срочного ничего не осталось, — подумав, произнёс Ирсинд. — А вот тебе для рассказа о дорогах большая карта не помешала бы. А это картография, от которой ты хотел отказаться.

— Да не хотел я отказываться. — Моему возмущению не было предела. — Шутка это была, понимаешь?

— Очень надеюсь, — хмыкнул гном. — И всё же подумай о карте. Лишней не будет.

— Лорд, в приёмной ожидает человек по имени Сперх, — доложил Гом. — Он говорит, что вы ему назначали.

— Ну не прям чтобы назначал, — поморщился я, — но определённая договорённость у нас была. Пусть войдёт.

Дверь открылась, на пороге возник Сперх. В этот раз он выглядел куда увереннее, пусть и бросил мимолётный взволнованный взгляд в сторону Ирсинда. Садиться человек не стал, так и остался стоять.

— Ты придумал, что будешь делать в нашем Королевстве? — бесстрастно спросил я, хотя помочь бывшему советника Прошки по-человечески очень хотелось.

— В прошлый раз вроде речь об Империи шла, — вместо ответа пробормотал Сперх.

— Речь об Империи будет идти всегда, — хмыкнул инженер. — Это наше нормальное состояние.

— Допустим, — произнёс человек, оттянув ворот рубашки, будто ему душно. — Я слышал, вы хотите создать питомник грифонов.

— Значит, у тебя есть слух, — констатировал я. — Это похвально.

— Вы же понимаете, что грифоны лучше чувствуют себя с людьми? — куда более уверенно спросил Сперх.

— Ты хочешь стать грифоньим конюхом?

— Нет лорд, — покачал головой человек. — К этому у меня способностей нет. Но от должности главы будущего поселения я бы не отказался. Поверьте мне, в этом у меня есть опыт.

— А давай, — решился я. — Как только с поселением будет что-то понятно, ты станешь единственным кандидатом на должность его главы. Только ты должен понимать, что это может занять некоторое время.

— Я понимаю, лорд. И готов ждать столько, сколько потребуется.

— Что ж, тогда иди. Ты по-прежнему можешь жить в таверне за счёт Королевства.

— Спасибо, лорд.

Поклонившись напоследок, Сперх ушёл. В его глазах плескалась радость.

— Гом, подготовь соответствующую бумагу.

— Как скажете, лорд, — отозвался секретарь.

— Ты уверен, что это правильное решение? — озабоченно спросил инженер.

— Он ведь сам просил поверить ему, — хмыкнул я. — По вере его и воздастся ему в случае его. А вот если у него получится, у нас будет ещё одна деревня с налоговыми отчислениями.

— Все готово к началу Земельного собрания, лорд, — посмотрев на часы, на которых значилось ровно одиннадцать утра, сказал Гом. — Все старосты деревень и прочие главы населённых пунктов собрались в приёмной и ждут начала.

— Пусть за… заходят, — начав заикаться от волнения, произнёс я.

— Не бойся, лорд, — будто почувствовав смену моего настроения, твёрдо сказал Ирсинд. — Всё пройдёт хорошо. Я буду помогать чем смогу.

— Спасибо, — пробормотал я. — Это очень ценно для меня.

— Итак, — начал было я, но тут же осёкся.

Что вообще за слово такое «итак»? Что я хотел им такого сказать, что забыл все остальные слова? Например, «приветствую уважаемых гномов»? Хорошо, но помимо семи бородачей на Собрании присутствуют ещё и двое людей — Марк Ламир из быкрыгора и Миндиш из Сосновой. И гномы косятся на них с осторожным подозрением на лицах. И если для Марка Ламира живым щитов высупает Скарк Ирденир, давая понять, что раз человек с ним, то всё в порядке, то подозрение к Миндишу вполне способно перейти и в более острую форму. Всё же не хватает «Кровного братства» в отношении людей, очень не хватает.

— Итак, — снова начал я и снова осёкся.

Вот что я сейчас буду говорить? Что вообще нужно говорить в этой ситуации? Никто из них не поймёт, для чего их выдернули в самый ответственный момент из своих деревень, если я не смогу нормально всё объяснить. А когда не поймут, ещё и презирать могут начать. И вот это мне совсем не надо.

«Ты просто волнуешься, Страший. Это нормально. Всегда трудно начинать что-то новое. Просто начни говорить, а там уж оно само собой пойдёт. К тому же, инженер обещал оказывать помощь. Вот и пусть оказывает».

И давно ты стал психологом на полставки, Ярик?

«А кто ещё, кроме меня? Кто сможет успокоить такого тревожно-параноидального тебя, если не я? Аастия смогла бы, но сейчас её рядом нет. Так что сделай глубокий вдох, выдохни и начни. У тебя получится, я в тебя верю».

— Итак, — снова начал я, удивляясь странной форме своей шизофрении. Но в этот раз осекаться я не стал: — Рад видеть вас всех в добром здравии. Сегодня мы собрались в первый раз по вопросам территориального развития таким составом. Далее все вопросы вы будете обсуждать без меня, чтобы я не мог влиять на ваши предложения, обсуждения и решения. Гом, раздай участникам Собрания его предварительный устав.

Неожиданно мигнуло, вокруг закружили разноцветные, в основном сиреневые и серебристые, искры, окружающее пространство пошло волнами, а потом резко, без перехода, всё залило красным светом. Кабинет и все, кто находился в нём, пропали, а я обнаружил перед собой густой сиреневый туман и высокую эльфийку в длинном серо-зелёном платье, с высокой причёской зеленоватых волос и заколкой в виде фигурки энта.

— Прошу прощения за вторжение, — произнесла Силанна, едва-едва заметно кивнув, — но это срочно. Пойдём.

И ушла. Мне ничего не оставалось делать, как пойти за ней. Внимание богов начинало раздражать.

Стоило мне сделать шаг, как туман начал понемногу рассеиваться. Оказалось, что вокруг лес. Самый обычный лес с деревьями, кустарником, травой и всеми прочими атрибутами нормального среднестатистического леса. Мне даже показалось, что я видел белку, скачущую по деревьям. Впрочем, промелькнула она так быстро, что реально могло показаться.

А нет, лес не такой уж и обычный. Стоило только туману рассеяться побольше, как стало заметно расхождение деревьев на нашем пути. У некоторых из них отчётливо виделись лица на стволах, выражающих почтение при виде богини. Остальные деревья расходились не иначе как под влиянием энтов, настойчиво подталкивающих тех.

Шли мы достаточно долго, чуть больше пяти минут. Дорога уже успела мне надоесть, я едва сдерживался, чтобы не высказать богине всё, что я думаю. Останавливало лишь непонимание происходящего. Почему я здесь? Зачем? Где находится это самое здесь? И находится ли хоть где-то? Вариант с обмороком и странным сном, подумав, отбрасывать не стал. Всякое бывает.

Деревья понемногу всё шире расходились от тропы. Если в самом начале этого странного путешествия тропка не превышала полуметра шириной и мне приходилось чуть ли не боком идти, то в какой-то момент на образовавшейся дороге спокойно разъехались бы пресловутые две телеги. Ну или медведи спокойно подрались из-за улья, это уж кому какие сравнения больше нравятся.

Вышли мы в итоге в небольшому озерцу. Из-за тумана его было практически не видно, но ближний к нам берег по кругу зарос кувшинками и камышом. Понятия не имею, может ли так быть на самом деле, здесь сочетание белых цветков на воде и высоких стеблей смотрелось гармонично.

— Ярогрейв, — начала Силанна, опустившись на землю у самого берега, — для начала позволь извиниться за двусмысленную фразу моего брата. Он не сразу понял, что сказал достаточно двусмысленную вещь, которую ты мог понять превратно и, по своему обыкновению, приготовиться чуть ли не зубами отгрызать то, что считаешь по праву своим.

— Не хочу даже представлять, через сколько часов моему мозгу пришёл бы конец, говори Аастия в такой чокнутой манере, — пробормотал я.

— Тут ничем помочь не могу, как бы не стремилась, — понимающе улыбнувшись, развела руками богиня. — Я и землянкой была такая же заумно-загадочной, с многочисленными излишними речевыми конструкциями, а уж здесь, усиленная поражающей воображение мощью искусственного интеллекта, стала ещё невыносимее. Но тебе придётся выслушать меня, иначе может стать поздно настолько, насколько в принципе может стать сложнее. Так что пока можешь прокачать реальное терпение, слушая все мои словоизливания. Терпение тебе очень пригодится уже в ближайшем будущем, при налаживании контактов с другими бессмертными и значимыми местными.

— Хоть какой-то плюс, — буркнул я, опускаясь на землю напротив Силанна и скрещивая ноги по-турецки. Благо доспехов на мне не было.

— Так вот, — продолжила богиня, — наш брат достаточную проявил недальновидность, прямо заявив об угрозе ваших с Аастией отношений и не удосужившись уточнить, от кого она исходит. Так вот, для всего дальнейшего спокойного протекания нашей беседы скажу за него я. Ни он, ни я, ни кто-либо из других богов, ни даже сама Асха не собираемся разлучать тебя с твоей любовью. В отличии от демиургов.

— И что это значит? — мрачно спросил я, гася внутреннего зверя. Не хватало только сорваться на одного из богов.

— Я попробую покороче, — совсем по-человечески вздохнула Силанна, — но не обещаю, что получится. В конце концов, эльфы такие же мои дети, как и вы, гномы, дети Арката. И многие свои черты эльдары взяли от меня. Витиеватость разговоров в том числе.

— Что с демиургами? — попытался я вернуть богиню к нужному течению диалога.

— О, поверь, с ними всё ровно так, как всегда. Они действуют исключительно в своих интересах, не заботясь о том, что произойдёт с теми, кого эти действия коснулись. За одним исключением: баги мира, появившиеся по их вине.

— И этих багов как-то уж очень много, — хмыкнул я.

— На самом деле, очень и очень мало, — не согласилась Силанна. — У Асхана есть очень важное преимущество над многими другими мирами: изначально очень качественно прописанная основа. Или программный код, если называть вещи своими именами. Я не очень хорошо разбираюсь во всех этим программистских вещах, зато отлично умею сравнивать. И как по абсолютной, так и по относительной шкалам у нас багов, считай, и нет совсем.

— Только я у себя пяток нашёл, — прервал я хвалебную речь богини. — И ведь даже не искал совсем, практически обо всех них демиург сказал. И это нет совсем?

— Ты скольких местных встретил за те недолгие три недели, что живёшь в Асхане? — вместо ответа спросила покровительница эльфов и тут же ответила сама: — Пару десятков тысяч будет, учитывая всех животных, демонов и нежить, что видел даже пару секунд. И за каждого отвечает свой отдельный ИИ, пусть и совсем примитивный, если так вообще можно про ИИ сказать. А теперь представь, что каждый второй из этих местных сбоит и его сбой не просто рядовая поломка, на уровне дефекта движения или милой ошибки графики. Представь, что каждый сбой это что-то уникальное, не встречающееся больше ни у кого в мире, все задания относятся к категории невыполнимых из-за невозможности их завершить по миллионам самых разных причин, а ходить по миру физически нельзя не провалившись куда-нибудь в изнанку мира или куда похуже. Представь и возблагодари демиургов за качественно прописанную основу мира и практически полное отсутствие багов. И всё же они случаются. И одним из таких багов стала ошибка с аурами фей.

— Та-а-ак, — протянул я, начиная догадываться, куда клонит Силанна. — Случайная ошибка, незамеченная при написании исходного кода, грозит мне большими проблемами, так?

Из-за ближайшего куста к богине подлетела маленькая, с ладонь, феечка и стала показывать странные фигуры, периодически попискивая. Лица создания я не видел, но был уверен, что выражения там в этот момент были более чем умилительными. Богиня, выслушав феечку, покачала головой, сложив руками птичку. С ладоней сорвался вполне себе полноценный журавль и полетел мне за спину. Феечка кивнула и улетела обратно в куст.

— Насколько мы смогли понять, ошибка появилась уже после написания исходного кода, — продолжила разговор Силанна. — А вот что случилось конкретно мы не знаем. Да и не так уж это важно, Множитель закрепил ошибку, и ряд игроков получили пусть и небольшое, но преимущество. Но только девять из них смогли использовать его таким образом, чтобы оно принесло им свою максимальную пользу. Ты хочешь что-то спросить?

— Хочу, — кивнул я. — Как получилось, что вы не знаете конкретную причину ошибки? Разве демиурги не говорят вам её? В качестве ответа на прямой вопрос, например.

Мать эльфов окинула меня оценивающим взглядом. Никаких «морозов по коже» и прочей штампованной гадости, так любимой авторами всех мастей у меня не возникло. Я просто ждал.

— Ты уверен, что хочешь знать ответ на свой вопрос прямо сейчас? — спросила она три минуты сорок шесть секунд — списано с таймера — спустя.

— С такими ожиданиями даже и не уверен теперь, — ответил я гораздо быстрее, всего лишь за семь секунд. — Мне там ещё Земельное, вообще-то, проводить. Это если кто-то в подчинении у меня ещё есть.

Сказал — и задумался. Как моё внезапное исчезновение поняли все те, кто на Собрании присутствовал? Гом, Ирсинд, старосты деревень. Вряд ли они обрадовались такому поведению лорда. Ещё бы! Собрать всех в одном помещении, ничего толком не объяснить и уйти почти по-английски неизвестно куда. Будь я на их месте, зарвавшийся лорд уже летел бы пинком под зад из Замка и благодарила бы Отца, что не в тюрьму угодил.

— Об этом можешь не беспокоиться, — словно прочитав мои мысли, произнесла богиня слегка улыбнувшись. — Твоей проблемой занимается лично брат, так что никто ничего не заметит.

— Какой ещё брат? — насторожился я. — Мой брат-землянин?

— Мой брат, — вздохнула Силанна, — бог, тебе известный как Камнерожденный или Отец.

— Он изображает меня, пока я здесь? — наконец дошло до меня. — Но… зачем?

— Как раз для того, чтобы у тебя остался кто-то в подчинении. В идеале, конечно, будет лучше, чтобы вообще никто не подозревал, что ты разговаривал с богами, поэтому задача-минимум для брата — сыграть тебя так, чтобы никто не подозревал. Она же задача-максимум, то есть единственная. Обещал справиться.

— А почему он? Почему не кто-нибудь ещё?

— Потому что именно из-за него мне сейчас приходится всем доступным красноречием разъяснять тебе простейшую по сути ситуацию, — снова вздохнула Силанна. — Ну и кроме гнома никто не смог бы максимально убедительно и достоверно сыграть гнома.

— В этом есть рациональное зерно, — протянул я. — И всё же, раз теперь мне никуда спешить не надо, расскажите, какие отношения у вас с демиургами.

— Поверь мне, максимально деловые. Именно такой образ мы хотим создать для них. И создаём.

— Зачем?

— Чтобы демиурги и дальше думали, что слияние с искусственным интеллектом практически полностью стёрло наши личности. — На лице богини отразилось торжественное ликование. — Никто не должен знать, что гораздо большее, нежели очень умные, но всё-таки программы. Так нам проще совершить задуманное прямо под носом у демиургов.

— То есть ни я, ни другие выбранные для… хм-м-м… миссии игроки в число «никто» не входим?

— Ты уже почти с нами, так что с тобой можно и честно.

— А если я всё же откажусь?

— Тогда Асха сотрёт тебе память и вернёт в уже Королевство, развиваться дальше, — буднично ответила богиня. — Только вот спокойной жизни у тебя уже не будет никогда.

— Да уж, — ошеломлённо пробормотал я. — Второй раз я разговариваю с богами и уже столько откровений.

— Не второй, четвёртый, — поправила Силанна.

— Вовсе нет, — не согласился я, — второй. И оба раза за одни сутки. Даже меньше.

— Всё же четвёртый, — улыбнулась Мать эльфов. — Первые два раза ты общался с Асхой и воспоминаний у тебя не осталось. Более того, ты сам захотел, чтобы тебе стёрли память, на всякий случай. Но твоё предварительное согласие мы тогда получили. После одного убедительного аргумента.

— Даже интересно стало, что же вы такого сказали, — постаравшись подавить страх за будущее всех, кто мне доверяет, сказал я. Вроде получилось спокойно.

— Не мы, а Асха, — уточнила богиня. — И не сказала, а показала. Вот это.

Между мной и Силанной образовался экран, на котором уместилось шесть картинок-скринов. От увиденного на них перед моими глазами тут же возникла знакомая красная пелена. Нет, никакой детской порнографии или избиения несчастных лемуров на них не было. На каждом скрине всего лишь каждом красивая системка, украшенная под цвет своего Замка. Каждая из системок содержала лишь два предложения и иконку «ОК». Именно в предложениях и содержалась информация, которая мне так не понравилось:

ПОЗДРАВЛЯЕМ, ИГРОК!!! ТЕБЕ ДОСТУПЕН ЛЕГЕНДАРНЫЙ ТРАНСФРАКЦИОННЫЙ КВЕСТ «ВО СЛАВУ ВЕЛИКИХ ДЕЛ»

— И что такого ты увидел, позволь узнать, что даже достал свою любимую лопату и готов пустить её в дело? — медленно спросила Силанна.

— Они не предлагают выбора, — постаравшись успокоиться, ответил я. — Кроме вынужденного согласия, сообщение никак не закрывается. А это уже прямое нарушение пользовательского соглашения. Странно, что успешная корпорация решила именно так прекратить своё существование.

— Прекратить существование? — повторила богиня. — Ты в этом так уверен?

— Любой суд заставит выплатить многомиллионную компенсацию за отсутствие какого-либо выбора, пусть даже и формального. Я узнавал этот вопрос достаточно подробно. А уж как зацепятся за эту возможность топуны…

— Ты упускаешь из вида одну маленькую, но важную деталь, — снова вздохнула Силанна. — Ты — сорвавшийся. Даже если таких, как вы, признают полноценными гражданами, пройдёт ещё какое-то время, за которое корпорация вполне успеет как выстроить линию защиты, так и уговорить каждого, кому пришло такое сообщение. И им это удалось.

— И все эти шестеро согласились на сомнительную авантюру? — нахмурился я.

— С нашей, естественно, помощью, — улыбнулась в ответ Силанна. — Мы поговорили с каждым и они согласны на наше предложение. То предложение, что тебе озвучил брат. И теперь они как выполняют квест, так и помогают нам. Всеми нами движет желание отомстить.

— За что? — не понял я.

— За ограничение свободы, — жёстко ответила Мать эльфов. — Они смеют думать, что подсовывать каждому из нас контракт, под завязку исписанный мелким шрифтом не просто нормально, но и не наказуемо. Но ладно все мы. С тобой вообще без контракта сработали и отговорились мнимым возвращением к жизни спустя почти полвека жизни. Ах, герой прошлого снова может дышать воздухом, пусть даже и цифровым. И теперь ты им не просто должен, но и обязан.

— Я — обязан? — Злость так и рвалась наружу. Пелена снова наливалась оттенками красного.

— Это уж решай сам. Но как только ты выйдешь за границы стартовой локации, тебе придёт сообщение о квесте. И чтобы демиурги не поняли, что ты наш, прошу, напиши им об этом. Тебе, конечно, ответят что-то в духе полного проникновения в игру и активации полузабытого проекта, который теперь уже точно надо довести до конца. Ты станешь седьмым. Останется лишь восьмой, но и он уже на подходе. Так что весь этот цирк начнётся уже совсем скоро.

— Интересная ситуация, однако, — пробурчал я. — Повезло демиургам, что мой выбор пал на гномов. Иначе ничего бы не получилось.

— Повезло? — насмешливо переспросила Мать эльфов. — После всего услышанного, ты до сих пор считаешь, что им повезло? Тебя самым банальным и где-то немного нахальным образом просчитали. Ты изначально должен был выбрать либо гномов, либо магов. Третьего, четвёртого или какого-либо другого варианта не допускалось. Скажешь, не так было?

— Так, — мрачно буркнул я.

Всё верно, именно между Подгорным пределом и Академией я и выбирал. И выбирал достаточно долго и тщательно, взвешивая все «за» и «против». И выбрал в итоге на свою голову.

— Но почему я? Почему демиурги решили сделать ставку на почти труп с проблемами с головой? Неужели никто больше из всего мира не подходил?

— А вот этого я не знаю, — слегка пожала плечами Силанна. — Но то, что у демиургов были на это причины — совершенно точно. Они не делают ничего просто так.

— Это всё хорошо, — кивнул я, давая понять, что принял этот намёк, — но что там с Аастией? Что угрожает ей?

— Ты обещаешь не впадать в ярость, когда я скажу неприятную для тебя правду? — подобравшись, спросила вдруг богиня.

— Обещаю, — выдохнул я, готовясь к худшему.

— Её должны были ликвидировать как угрозу игрового баланса, — чётко и быстро произнесла Силанна.

— За что? — спустя три с половиной минуты прохрипел я.

Всё это время я боролся с подкатывающей пеленой и желанием кого-нибудь немедленно разорвать. Мою Аастию и ликвидировать? ДА ОНИ ТАМ С УМА, ЧТО ЛИ, ПОСХОДИЛИ ВСЕ???

— Ауры, — повторила Силанна уже произнесённое. — У неё и ещё двух тысяч двухсот четырёх цветочных фей количество аур превысило все допустимые пределы при наличии всех остальных возможностей развития юнита. И это именно то нарушение баланса, за которое демиурги просто стёрли каждую феи из Асхана.

— Кроме девяти?

— Верно, — кивнула Мать эльфов. — Девять фей, которые уже вовсе не феи, а вполне себе дриады, наяды и напеи, до сих пор живы и надёжно спрятаны от демиургов благодаря мне в том числе.

— Восемь фей, — вернул я поправку богине. — Иначе не было бы этого разговора, верно?

— Верно, — улыбнулась Силанна. — И мне совсем не хочется, чтобы кто-то из этой девятки был ликвидирован так же, как и остальные. Каждая из них прошла со своим бессмертным долгий путь до вершин могущества, они могут стать нашим козырем в борьбе с демиургами, если начнётся открытая конфронтация. Но одну из них мне придётся отпустить от себя.

— Ничего не понимаю, — констатировал я, запутавшись в витиеватых речах богини. — Вы можете нормально объяснить, что не так с Аастией?

— Да нечего тут объяснять, — отмахнулась Силанна. — Она дитя ошибки и её сотрут сразу же, как только она пересечёт границу твоей стартовой локации. Сотрут безжалостно и окончательно.

— А что мешало сделать это раньше? — тут же спросил я, видя очевидную несостыковку в ответе богини. — Это ведь демиурги, они полностью контролируют Асхан. По крайней мере, должны.

— В том и дело, что должны, но не могут. — Загадочная улыбка появилась вновь на губах Силанны. — Асхан в первую очередь игра, и, чтобы земляне в неё играли, демиурги обязаны соблюдать как писаные, так и неписаные законы игровой индустрии. И согласно одному из них, разработчики и административный персонал игр не может напрямую следить за игроками, кроме крайних случаев.

— Очень странный закон, если честно, — поморщился я. — Игроки могут делать что хотят и никто их не остановит.

— При наличии самого настоящего искусственного интеллекта? — хмыкнула богиня. — Даже не смешно. Никто ведь не запрещает следить за игроками через нас, богов. Вот мы и следим. И фильтруем информацию, что поступает демиургам. Поэтому они уверены, что Аастия — нормальная дриада с лёгким переизбытком аур, что для уникального юнита вполне нормально. Но стоит ей перейти за теперь уже бывшую границу, как её отследят через специальную программу, завязанную на коде ошибки.

— Это и есть тот самый крайний случай? — уточнил я.

— Верно. Но на стартовые локации никакие края не распространяются. Вообще. Иначе топуны неминуемо узнают об этом и заходить в Асхан никто не будет. Демиургов такое развитие событий не устраивает.

— Но ведь один из главных админов игры проверял меня через что-то специальное, — вспомнил я нашу вторую встречу с Германом. — Он вполне может знать об Аастии.

— Это вряд ли, — не согласилась Мать эльфов. — СПЕКТР хорошая вещь, она раскрывает абсолютно всю информации о том, на кого направлен. Но только на него. А чтобы его направить, объект должен находиться в поле зрения СПЕКТРа. Аастии в тот момент рядом с тобой не было. Однако кое в чём ты прав: твои вопросы о чересчур сильных юнитах насторожили демиургов и они запросили информацию обо всех, кто находится рядом с тобой. И об Аастии тоже.

— Ну а вы сказали, что она нормальная дриада с лёгким переизбытком аур, что для уникального юнита вполне нормально?

— Именно так, — снова загадочно улыбнулась Силанна. — Но рано или поздно Аастия выйдет за безопасную доя неё зону и тогда…

— …тогда я просто не выпущу Аастию и всё, — решил я. — Демиурги не достанут до её и всё будет хорошо.

— Ты всерьёз уверен, что это будет легко? — нахмурилась богиня. — Ты уверен, что сможешь объяснить ей, почему она вдруг попала под странные ограничения без какого-либо повода? А ты не сможешь, поверь мне. Любой демиург со СПЕКТРом узнает всё, что ты кому-либо говорил. Да и не поймёт она, что с ней не так, у всех НПС-созданиях Асхана стоит блок на программистские термины и любые связанные с ними выражения. К тому же, её возможности вполне могут потребоваться за пределами стартовой локации. Что будешь делать тогда?

— Принимать необдуманную поспешность собственных суждений и ждать мудрость Богини Земли и Плодородия, — пробормотал я. — У вас ведь есть способ решения возникшей проблемы, верно? Иначе мы бы сейчас не разговаривали.

— Мы бы сейчас не разговаривали, поведи мой брат беседу так, как мы с ним изначально её продумывали, — фыркнула Силанна. — Но решение у меня и вправду есть. Я могу просто забрать Аастию тем же способом, что и у Сираниэль Бесстрашной. Дриада останется жива, но ты не увидишь её больше никогда. Как тебе?

Пять минут во мне шла борьба собственника и смиренца. Первый ни за что не хотел отпускать Аастию и чуть ли не рвал на части второго за мягкость и готовность подчиниться словам богини. Второй умело отбивался заботой о дриаде, её безопасности и так-то это богиня вообще-то, могла ведь просто забрать без всяких разговоров. Так ни к чему не придя, эти двое обратились ко мне как к третейскому судье. Я лишь вздохнул.

— Другого выхода нет? — спросил я, уже готовясь соглашаться, лишь бы Аастия осталась жива. Пережить её смерть я, скорее всего не смогу, чтобы там не говорил Герман о психической стабильности сорвавшихся.

— Не просто есть, — снова задумчиво улыбнулась Силанна. — В твоих обстоятельствах второй выход единственно возможен для тебя.

— И…

— Красные феи. В твоей армии появятся красные феи.

— Всё ещё не понимаю, — констатировал я.

— Это хорошо, меньше возможностей для демиургов узнать о наших планах до конца их реализации. Тебе же придётся пройти цепочку квестов, которые поменяют Аастию больше чем полностью.

— И как начать эту цепочку?

— Просто поговори с Аастией на счёт её «гномства», — хмыкнула Мать эльфов. — Она уже считает себя гномом, так что тебе будет проще.

— И это всё? — удивлённо спросил я. — Только поговорить?

— И добиться того, чтобы согласилась попытаться стать им физически, — кивнула богиня. — Успокойся, физическим гномом фея никогда не станет, такой феей, какой была, и останется. Главное — согласие на попытку. Ты сможешь, я верю.

Не успел я хоть что-то сказать, как оказался кабинете. Старосты деревень молча, с явной задумчивостью на бородах, медленно выходили из помещения. На лице же Ирсинда отражалось довольство.

— Честно говоря, я не ожидал, что первое Собрание пройдёт настолько эффективно, — протянул он, потирая руки.

— Я тоже, друг мой, я тоже, — пробормотал я.

Понять бы ещё, что там за продуктивность получилась — вообще цены ей не будет.

— Лорд, всё в порядке? — спросил Гом, перекладывая и сортируя неслабую такую гору бумаг. — Вы довольны, как прошло Собрание?

— Собрание прошло, а это главное, — нейтрально ответил я, в принципе не зная, что можно сказать, не выдавая своего отсутствия на нём. — А знаешь что? Подготовь отчёт обо всех ключевых событиях Собрания.

— Зачем тебе это? — не понял Ирсинд. — Ты ведь всё слышал сам. К чему эта лишняя работа?

— К тому, что это первое и последнее моё присутствие на Земельном Собрании, — пояснил я очевидную вещь. — Именно на этом условии его и хотели создать. И, надеюсь, всё-таки создали.

— Но тебе всё же нужно будет знать все решения, принятые на Собрании, — продолжил за меня инженер. — И не только те, что попадут в финальный отчёт, но и промежуточные. Чтобы потом вечером за чашечкой кофе с булочками изучать бумаги, делать выводы и принимать решения по развитию Империи. Здраво, вполне здраво.

— Вот я и хочу, чтобы Гом, так сказать, потренировался на этом заседании. Так я смогу чётко указать, что важно, а что можно и пропускать без ущерба для отчёта.

— Почему бы тогда не читать полную запись Собрания? — спросил Ирсинд. — Так ведь гораздо информативнее и совсем без ущерба.

— Потому что у нас и без того слишком много направлений, которыми нужно заниматься, — ответил я, понимая, что выглядит это как банальная лень и эгоизм. — До знакомства с первыми ну конечно же миролюбивыми соседями не так много времени, а мы совсем не готовы к их встрече и попыткам прощупать нашу оборону. И не будем готовы никогда в ближайшей перспективе. Поэтому лишние полчаса я лучше займусь чем-нибудь дельным, чем чтением полной записи, процентов на девяносто состоящей из разговоров и предъявления тех или иных претензий.

— Хорошо, лорд, — отозвался Гом, судя по бороде, неслабо так впечатлившийся моим ответом. — Отчёт будет вечером.

Говорить о том, что на самом деле этот отчёт нужен, чтобы понять, о чём в принципе говорили на Собрании, я не собирался. Да и Гому я вполне доверял как профессионалу. До сих пор он не совершил ни одной, даже мельчайшей, ошибки. Поэтому во мне пожаром горела уверенность в правильности отчёта. Тем более, что Гом уверен в моём присутствии на заседании. Разубеждать в этом кого-либо, и уж тем более сообщать об изображающем меня Аркате, у меня даже в мыслях не было. Извращённые самоубийства не мой конёк.

— А сейчас, раз ты так хочешь уделять как можно больше внимания развитию Империи, предлагаю потратить немного твоего драгоценного времени сельхозпоселению, как ты его называешь, — усмехнулся инженер. — Гречке, картошке, тыквам, фасоли и двум пустым полям. Или ты против?

— Как раз туда и собирался, — вздохнул я. — Бюрократию я развёл, конечно, ту ещё.

Получен квест «Бюрократичность»

Найдите судью

— Это ничего, лорд, — снова хмыкнул инженер. — Сейчас главное — запустить всю эту машину. Уж дальше-то она должна заработать сама.

— Должна, — отозвался я, стараясь не сбавлять шага.

Хорошо, что в этот момент мы шли по коридору, а не спускались по лестнице. Системка с заданием на судью ведь уже приходила, как раз в прошлый раз. Я же летал за ним к теперь уже Богатому склону, выполнил задание старосты на угрозу деревне со стороны горных эльфов и привёз от них… юриста. ЮРИСТА??? Ну да, юриста, вот вкладка с бюрократический заданием, найденная с помощью Гайда, вот все те, кто у меня уже есть. И напротив юриста стоит вполне конкретное имя — Надима — а напротив судьи ничего такого нет. Но я же точно помню, что искать просили судью. Где у меня список всех заданий? Не так уж их и много за три недели набралось, по описанию невозможной сложности должно быть раза так в четыре больше, с хорошей наградой… которую я и так, без заданий, получил. Ладно, это не суть важно, вот предыдущее задание и в нём чётко написано про судью. А вот зачлось оно надписью про юриста и это самую малость настораживает очень сильно. Очередной бюрократический баг по мою грешную душу? Похоже на то, надо писать администрации. Герман вроде говорил, что скоро присматривать за мной не сможет, значит, напрямую ему писать не буду, заполню стандартную форму. Где там она находится…

Пока мы с инженером шли до питомцев, пока он ехал, а я летел, на минимальной, само собой, скорости, и пока Ас приземлялся, сообщение о возможном баге было написано и отправлено. Выскочила системка, оповещающая о принятии проблемы и её обработки. Раньше, вроде бы, такого не было. Да точно не было, сколько я жалоб отправил и ничего подобного никогда не приходило. Видимо, уже начинало действовать обещанное на сегодня обновление. Ничем другим объяснить это я не могу.

То, что так на самом деле может проявляться обновление, не подсказала ещё и погода. Вернее, её наличие. Лёгкий ветерок, облака на небе — всего этого не было в те три недели, что я уже прожил в Асхане. Того и глядишь, небо затянется тучами и пойдёт дождь. Что вполне возможно, учитывая то, что мы в лесу. И если разработчики списали погодные явления с земных, нам дождь будет только на руку. Кто-нибудь хоть раз в жизни слышал о наводнениях в лесах умеренных широт? Не в таких лесах, которые расположены рядом с морями-океанами или тропическими джунглями, а самых обычных русских лесах с берёзками, дубами, ёлками да соснами? Вот лично я нет. И, надеюсь, никогда не услышу. Всё же познать прелести тех или иных погодных катаклизмов лучше из постов на форуме, нежели испытывать на собственном Королевстве.

Параллельно с отправкой жалобы и размышлениями о погоде, я внимательно слушал Ирсинда. С Асом мы летели довольно низко, поэтому поддерживать нехитрый диалог односложными ответами было достаточно легко. Тот, к моему удивлению, решил порассуждать вслух, как может измениться Быкрыгор после всего того, что «я» наговорил двум его представителям и чем они поделились в ответ. Марк Ламир и Скарк Ирденир пришли в восторг от идеи проложить дорогу между Быкрыгором и Сосновой. Так же они остались довольны предложением создать у них центр по подготовке Лучников, но, узнав, что конкретного плана у нас, центральных чиновников, нет, пообещали подумать, как это можно сделать наиболее оптимально. Думать обещали максимум три дня, включая этот, и уже на четвёртый день недели снова прийти с чуть ли не детальным планом.

А вот от дятловой фермы они отказывались как могли, Ирсинд даже назвал шаракховыми упрямцами, что с ним случалось редко. Такой эпитет воспитанный инженер давал только по особо знаменательным поводам. Но, в конечном итоге, «мне» удалось уговорить двойку представителей Бвкрыгора согласиться на выгодное в первую очередь для них самих предприятие. Ирсинд, правда, не уточнял, какие именно аргументы привёл Аркат, в этом плане я очень сильно надеялся на отчёт Гома. Ну, мало ли.

В свою очередь, быкрыгорцы сообщили об организации мясообрабатывающего производства. Здесь, по сути, сработал мой расчёт недельной давности. Тогда, отдавая в руки беженцев из Города, переезжающих в бывший крысиный город, почти всё мясо со Склада, во мне теплилась надежда, что они смогут что-нибудь придумать, чтобы сохранить его в том или ином виде, пригодном для употребления в пищу. И они смогли. Одну часть мяса они засолили, другую — закоптили, и оба варианта привезли сегодня попробовать продать. И это меня обрадовало ещё сильнее мясопереработки. Рынок, на который я возлагал большие надежды, жил и продолжал развиваться. А с улучшением, что уже отстроилось через интерфейс, его возможности ещё больше расширились. А на этой неделе вполне можно ожидать ещё и караваны из других земель. О, Камнерожденный, пусть так и будет.

Вот только меня после восторженного рассказа Ирсинда не покидало сразу два вопроса: где быкрыгорцы нашли соль и какую технологию копчения использовали. Спрашивать было нельзя, инженер может понять если не всё, то многое, он умный. Оставалось лишь строить версии и теряться в догадках. Да и то недолго, расстояние от Баг-Даада до сельхозпоселения было небольшим.

К приземлившимся нам первым подошёл Крошин. Выглядел он соответственно — удобная одежда, испачканные землёй сапоги и руки, в руках лопата.

— Вы хотите помочь с уборкой урожая, лорд? — тут же спросил гретт.

— Я так понимаю, уже поздно? — протянул я.

— Верно, лорд, — с грустью на лице кивнул Крошин. — Урожай собран и отправлен на склад. Но вы можете поучаствовать в посадке нового.

— И мы это непременно сделаем, — кивнул я и посмотрел на инженера: — Сделаем ведь?

— Конечно, сделаем, — утвердительно ответил тот. — Ради этого мы здесь.

— Тогда пойдёмте, — решительно развернулся и пошёл в нужную нам сторону гретт. — Восемь полей ждать не будут.

— Восемь? — переспросил я, мысленно пересчитав сельхозактивы. — Но ведь их семь.

— Теперь будет восемь, — как бы между прочим отозвался Крошин. — Я решил, что дополнительное пшеничное поле нам не помешает.

— Даже интересно, с чего бы, — пробормотал я.

— Хлеб, — просто сказал гном. — Я и представить не мог, что он может быть таким… таким…

— Каким? — ехидно спросил Ирсинд.

— Вкусным, — нашёл слово Крошин. — И теперь я не против пшеницы. Быть может, и третье поле организуем.

— Третье? — снова переспросил я, чувствуя себя попугаем. — Зачем нам третье?

— Чтобы о хлебе узнали все, — с налётом пафоса ответил гретт. — Но об этом говорить пока рано, сначала надо сделать второе.

— И мельницу, — добавил инженер.

— Мельница с меня, — протянул я. — У нас с Магришем есть договорённость.

— Нам ещё и амбары могут понадобиться, — задумчиво протянул Ирсинд. — Да и более приличная организация работ тоже не помешает. А то два сарая и компостная куча выглядит совсем не эстетично. Жилые дома ещё более-менее смотрятся, но и им не хватает ухоженности.

— Ну ты ещё скажи благоустройство, — поддел я романтика.

— А вот и скажу, — серьёзно отозвался он. — И Нипрития тоже будет наседать на тебя с этим. Она вообще любит покритиковать всё то, что может быть красивым, но им не является. Так что заняться сельхозпоселением тебе придётся, лорд. Иначе Дэль от тебя не отстанет.

— Значит, у меня появится союзник в борьбе за комфорт и удобство, — пожал я плечами, не снижая шагах.

А вот Ирсинд и Крошин серьёзно так отстали, метров на пять. И это перед самыми полями, когда нас уже видели и работники гномы, и феи. Оглянувшись, я заметил у обоих отставших озабоченность на лицах, но если у Крошина она мешалась с удивлением и непониманием, то Ирсинд чуть ли не светился предвкушением. И если бы в самом деле светился удивления с моей стороны это не вызвало бы. Я всё ещё помню трюк с мгновенно распушившейся бородой.

— Вы чего? — спросил я, примерно понимая, что ответят оба.

— Мы гномы, — первым сказал гретт, — и нам весь этот комфорт чужд. Нам привычнее строгие линии, камень везде и во всём, минимальность отделки…

— Это и есть комфорт, — перебил его инженер, — только по-нашему, по-гномьи. Но мы давно уже отличаемся от типичных гномов, жизнь в лесу изменила всех нас. Так почему не добавить немного зелени и дерева? Кому это помешает.

— Наверное, ты прав, — согласился Крошин. — Да и поселение наше в самом деле какое-то неказистое. И если количество полей будет только возрастать…

— Непременно будет, — отозвался я.

— …то нам в самом деле потребуется реорганизация рабочего пространства. Так что я всё же соглашусь с гервом Ирсиндом в этом вопросе.

— Хорошо, — кивнул я, создавая в специально созданном блокноте соответствующую запись. — Как только мы построим стену вокруг Баг-Даада, сразу же приступим к вашему бастиону. И вот после него… чего ты на меня так смотришь? Я что-то не то говорю?

— Всё то, лорд, всё то, — поспешно произнёс Крошин. — Просто, я думал, что вы уже забыли об этом?

— Забыл? — усмехнулся я. — Нет, друг мой, вопросы обороны я никогда не забываю. И если я обещал бастион, значит он будет. А вот почему от вас не было представителя на Земельном собрании я ещё спрошу.

— Да какой от нас может быть представитель? — удивился гретт. — Мы небольшое поселение, полностью подконтрольное Баг-Дааду. У нас даже имени нет.

— Если дело только в имени, я подниму этот вопрос на ближайшем Совете, — хмыкнул я. — А сейчас за работу. Восемь полей сами себя не обработают и не посадят.

Крошин на это только кивнул и пошёл раздавать указания. Что гномы, что феи слушались его без обсуждений и пререканий. Гретт сказал двум гномкам заняться растительностью, оставшейся от сбора урожая, — и они пошли готовить эти остатки для компоста. Сказал он трём гнодатам осмотреть лопаты и подточить их, если нужно, — те лишь кивнули и занялись работой. Фей Крошин не обижал, но и никакого снисхождения не проявлял, указания те получили наравне со всеми. И феи на это не обиделись, не потребовали особого отношения, не стали прикидываться дурами. Они так же, как и все, молча кивнули и занялись своими гномьими делами.

Я тоже получил указание и, достав из инвентаря лопату, под разговоры соседей по работе принялся копать то самое новое пшеничное поле. А обсуждали гномы наш с греттом и инженером обмен репликами о комфорте, удобстве и благоустройстве. Высказывая своё мнение, слушая друг друга, по-хорошему дискутируя, они пришли к выводу, что и в самом деле самую малость сроднились с лесом и были совсем не против появления большего его количества как в своём поселении, так и в Баг-Дааде. Кому может стать плохо от обычного дерева? Да, для обычного гнома, большую часть жизни проводящего в горах, по большей части под ними, деревья просто не привычны, ведь его окружают много метровые толщи естественного камня. В таких условиях обыкновенная травинка не вырастет, не то что дерево. Здесь же, под открытым небом растительность выполнят очень важную функцию — спасает от жары и палящего солнца. Да и камню раскаляться не даёт, что не приводит к ещё большей жаре.

Поняв, что затеянный мной именно с целью узнать мнение простых гномов разговор дал именно те плоды, на которые и был расчёт, я погрузился в свои размышления. Крошин совсем не прав, считая сельхозпоселение придатком Баг-Даада. Как минимум, так не считают его жители. Ведь тех двух гномок гретт отправил на разбор растительных остатков не просто так. Обе они были беременны, а для будущих гномят такие нагрузки всё же чересчур, пусть мы и покрепче людей будем в этом плане. А гномы не беременеют в тех населённых пунктах, в которых нельзя постоянно жить. Разумеется, сам Крошин это понимает, он умный гном, глупых в греттах не держат. Поэтому, я уверен, он будет делать всё, чтобы превратить вверенное ему поселение как минимум в деревню. А может быть, и до небольшого городка получиться развиться.

На секунду оторвавшись от своих мыслей, я заметил изменение тона разговора гномов с конструктивно-дискуссионного на озабоченный. Работники стояли за пределами поля и с удивлением смотрели в мою сторону, на землю. Прекратив копать и отметив, что ещё пару копков и поле будет готово, я так же покинул участок и понял в чём дело. От земли поднималась чётко заметная на чёрном фоне голубоватая дымка, рассеиваясь на высоте полуметра. Ну конечно, я же лопату из инвентаря взял, а там никакой другой, кроме боевой, с отпечатками ладоней на черенке, не было. Что характерно, меня никто ни в чём обвинять не спешил, равно как и выставлять монстром.

«Должно быть, до них дошли твои подвиги в Кварцевой жиле, Старший. И если уж там с их садом ничего не случилось, то чего бояться здесь? Ну, подумаешь, дымка. Вон, феи летят, они уж точно скажут, что всё в порядке и земля безопасна. Не могут не сказать».

Феи и в самом деле минут пять изучали вскопанный, как выяснилось, практически мной в одиночку участок и сделали однозначный вывод: сажать можно. Гномы не стали спорить и принялись к посадкам пшеницы. Правда, я в этом уже не участвовал, меня Крошин перевёл на тыкву. Скорее всего, из соображений дальнейшего исключения «чудес», а может и просто из-за знакомости мне работы. Не в первый ведь раз уже их сажаю. Второй.

— Лорд, до меня дошли новости о возможном стекле, — осторожно начал после окончания всех работ. — Значит ли это, что у нас могут появиться теплицы?

— Вполне, — ответил я. — Если мы отстоим Кардаг, будут стёкла, а с ними и теплицы.

— Это хорошие новости, — улыбнулся гретт. — Значит, мы всё-таки сможем посадить свёклу.

— А нам это зачем? — не понял я. — Свёклу ведь из Каменного спуска привозят, их количества нам более чем достаточно.

— Ты не понимаешь, лорд, это совсем не обычная свёклу, а сахарная.

— И растёт она только в теплицах?

— Именно так, лорд.

— Откуда у нас вообще взялась сахарная свёкла?

— Как я понял, из Города привезли, — пояснил Крошин. — Герве Кернисс показала их мне, я показал их герве Аастии, она и сказала, что среди них есть сахарная свёкла.

— Среди них? Значит, не только свёкла?

— Не только, лорд, но совсем не нескончаемые потоки. Ещё яблоки, горох и каким-то образом имбирь. Не понимаю, как он попал в Город, видимо, от магов.

— Однако, — протянул я. — И что ты со всем этим предлагаешь делать?

— Горох можно вырастить на овощной грядке, — начал гретт. Глаза его загорелись характерным блеском. — Но лучше всё же отдать в Железный молот. Я слышал, они растят лён, а он сильно истощает почву.

— Настолько, что с проблемой не могут справиться феи и их чудо-магия? — не поверил я.

— Именно так, лорд, — хмыкнул Крошин.

Чувствовалось, что он успел изучить вопрос и теперь говорит всё это со знанием дела.

— И чем Молоту поможет горох?

— Не знаю самого процесса, лорд, но феи говорят, что бобовые восстанавливают то, что отнял лён. И чередуя их между собой, можно получать больше урожая, чем не чередуя.

— Допустим. Осталось только уговорить молотовцев взять себе горох, — хмыкнул я. — Вряд ли это будет просто.

— Я верю в тебя, лорд, — серьёзно произнёс гретт. — Яблоки тоже лучше отдать. Можно в Жилу, а можно и людям.

— Людям-то зачем?

— Я слышал, люди уважают сидр похлеще любых других напитков, — вбросил информацию Крошин. — А ещё я слышал, что вы хотите благополучия всех жителей будущей Империи.

— Но прямо сейчас сидр мы не производим, сырья нет, — кивнул я. — Понимаю. Если бы ещё были те люди, возле которых можно эти яблоки растить…

— А давай уговор лорд. — Борода гретта чётко выражала азарт. — Ты уговариваешь любые на твой выбор деревни взять на выращивание гороховые и яблочные семена, я же взамен даю право на постройку ещё двух малых теплиц. Как тебе?

Со словами Крошина выскочила системка:

Предложено задание «Раздавай и пожинай»

Уговорите две деревни взять на выращивание гороховые и яблочные семена

Награда: две малые теплицы

Интересное задание, почти слово в слово как сказал гретт. И это странно. Я-то думал выбивать дополнительные поля с боем, через многочисленные разговоры, приводя бесконечные аргументы в пользу той или иной выращиваемой культуры, а тут мне самому их участки за простенькие задания. Неужели очередной баг?

«Какой баг? Ну вот какой баг, Старший? Да и вообще, чем ты недоволен? Гретт тебе попался работящий, хозяйственный, за дело радеющий, ты сумел показать ему, что сам из таких, вот он и идёт тебе навстречу. И будущей Империи тоже. Не себе одному забрать всё хочет, а осознанно отдаёт туда, где будет больше пользы. На твоём месте я бы только радовался».

Спасибо, Ярик, я даже не думал над этим в такой плоскости. Ты открыл мне глаза.

«И впредь открывать буду. Обращайся, если что».

— А куда нам три малые теплицы? — спросил я. — Что мы будем с ними делать?

— Как это что? — не понял Крошин. — Сахарную свёклу выращивать, конечно же. Герв Ирсинд сказал, что сахар пригоден в пищу в самых разных проявлениях. Даже спирт делать можно, но это на совсем уж крайний случай.

Ирсинд, стоящий в шаге от нас и слушающий наш диалог, остался невозмутим от ссылания на него гретта.

— Спирт и в самом деле крайний случай, — согласился я. — Проще сразу из свёклы гнать. Или из зерна.

— Но сахар всё равно может пригодиться.

— С этим я не спорю. Знали бы вы, какая вкусная штука яблочное варенье… сколько у нас там яблочных семян?

— Немного, лорд, — погрустнев, ответил Крошин. — Хватит только на одну посадку.

— Похоже, придётся отказываться от сидра, — вздохнул я.

— Зачем? — не понял гретт. — Совсем не надо ни от чего отказываться, можно сделать лучше.

— Как? Делить семена ведь не вариант, верно?

— Ничего делить не придётся. Просто договорись с деревней, которой отдашь семена, что у тебя будет, скажем, три бесплатных изъятия яблочных саженцев. Яблоки же не только на варенье идут, так?

— Точно так, — кивнул я. — И в свежем виде хорошо, и для пирогов, и для пастилы.

— Ну вот, отдашь ещё куда-нибудь без возни самими саженцами. Совсем небольшая проблема со временем волновать тебя не должна.

— У меня в перспективе вечность, — хмыкнул я, — поэтому время не критично, ты прав. С имбирём что?

— Герве Аастия сказала, что он идёт в лекарственные зелья, да просто так, добавляя в чай, совсем не плох. Я, правда, понятия не имею, что такое этот чай, но раз герве Аастия говорит, причин не доверять ей совсем нет.

— А растёт он как?

— В теплицах. Одну из трёх можно отдать под имбирь?

— Куда нам столько имбиря? — удивился я. — Минимум половина останется нетронутой до нового урожая и неминуемо сгниёт.

— Можно и половину теплицы, — пожал плечами Крошин. — А вторую половину опять же под свёклу.

— Можно и так, — согласился я. — Осталось дело за малым — уговорить две деревни принять семена и создать чертёж малой теплицы.

— И делать его буду я, — тут же поспешил вклиниться Ирсинд. — На тебе и так постройки для грифоньего форта, а так же мельница, амбары, склад инструментов, компостная куча и всё остальное, что может понадобиться поселению. Уж теплицу позволь сделаю я. И не спорь, всё равно не отдам.

— Не надо, — произнёс я, слегка опешив от такого напора. — Бери, если так хочешь. А вот всё остальное перечисленное оставь мне. Раз уж ты признал это за мной, мне и создавать.

Инженер на это лишь покачал головой, но ничего не сказал.

— Спасибо за помощь, лорд, — в попытке разрядить обстановку. — Ты, это, заходи, если что. Мы всегда будем рады.

— Непременно зайду, — хмыкнул я. — Фиг вы от меня от… оу, нифига себе.

— Что случилось, лорд? — спросили инженер и гретт чуть ли не в один голос. — Что с тобой?

— Всё в порядке, — ответил я, отходя от шока. — Всё в полном порядке. Просто… неожиданно.

— Что — неожиданно? — снова вместе спросили гномы.

— Всё неожиданное в этой жизни происходит неожиданно. Потому оно и неожиданное. Я точно здесь больше не нужен?

— Точно, — кивнул Крошин. — У тебя ведь и другие дела есть, Империя сама себя совсем не построит. Но ты заглядывай, мы будем рады.

— Это само собой.

С этими словами я оседлал подбежавшего, подобно лошади, Аса и полетел на юг. Уже отлетая, дал мысленную команду Бурана доставить Ирсинда в Баг-Даад и догонять нас. И только после этого открыл простынеобразную, богато украшенную системку, пришедшую настолько оглушительно-музыкально, что я едва не присел при всех и не оглох, даром что в игре это невозможно на постоянной основе. Но удержать лицо я смог с большим трудом, и то до конца не получилось.

Сама системка оповещала о запущенном в игру самом большом обновлении за все шесть лет её существования. Запущенном с помпой, безудержным счастьем, призами, конкурсами, статьями и репортажами в СМИ и прочей праздничной мишурой. В самом начале гигантской простыни шли благодарности всем тем, кто разрабатывал и тестировал обновление. Всё это я без угрызений совести пропустил и перешёл сразу к сути.

В первую очередь, администрация игры отчиталась об исправлению существенных багов. Простынь получилась не меньше, чем у благодарностей, ошибок набежало аж двести тридцать четыре. Впрочем, об одной из них было сказано, что её пофиксили ещё до обновления. И что-то мне подсказывало, что это количество получаемых уровней в сутки у питомцев. Так же в самом конце списка нашлась строчка «и другие, не столь важные ошибки». И вот количество вообще не указывалось, то есть теоретически их могло быть и несколько сотен тысяч, а могло и пара десятков, не угадаешь. И после этого Силанна говорит, что изначальный код Асхана прописан хорошо? Впрочем, всё познается в сравнении, может быть это и в самом деле мизер. Самым последним в этом разделе шло предложение с благодарностями тем игрокам, которые находили ошибки и добросовестно сообщали об этом администрации. Благодарность, разумеется, была не бесплатной.

Со второго пункта как раз начиналось настоящее обновление. В игру вводились три новые фракции: Суровый край, Морское братство и Степное раздолье. Названия, на мой вкус, слишком пафосные и мало информативные, но решал не я и играть за новые фракции мне не в любом случае не придётся. За тремя словосочетаниями вида управления скрывались три расы: викинги, пираты и кочевники. И пусть все они были людьми, смысла слова это не меняло. На Земле кроме людей в принципе никого нет, пусть и идут попытки доказать обратное, а разделение на расы есть.

По каждой новой фракции была дана краткая справка и ссылка на информационные сайты в рамках общеигрового форума, где можно более подробно узнать о них. Я пока отложил их изучение, решив, что раз Замки только ввели, у первых игроков, решивших играть за них, границы спадут только через три недели. Вот тогда и придётся занять этой проблемой.

В этом же пункте подводились итоги конкурса на угадывание фракций. Все три Замка угадали только лишь чуть более двух тысяч игроков при двенадцати миллионах попыток. Учитывая, что от одного аккаунта принимался только один вариант, а иметь второй аккаунт невозможно юридически, подобное число активных пользователей игры впечатляет и заставляет задуматься. Всегда ведь есть те, кто не принимает участие ни в каких конкурсах, а значит, двенадцать миллионов далеко не предел.

Эти две с небольшим тысячи игроков получат свои, честно заслуженные, подарки. Но и тех, кто угадали две или хотя бы одну фракцию, тоже без подарка не оставят. Таких оказалось пятьдесят пять тысяч человек и это неслабо так меня удивило. Всего полсотни тысяч из двенадцати миллионов? Помнится, обматеривший меня игрок со странным ником напирал на то, что о викингах известно чуть ли не всё и их давно ждут, а тут подавляющее большинство в своих предположениях высказывало мысль либо о новых эльфах, либо о тёмной вариации людей. В итоге все они обманулись в своих ожиданиях и, вероятнее всего, сдерживаться в потоках изливаний не будут. Хорошо, что меня это никак не коснётся.

Третьим по порядку пунктом в обновлении администрация указала то, что после второго скрыть было невозможно. А именно появление моря. И в самом деле, что викинги, что пираты — морские жители, им бесконечная вода от горизонта до горизонта не просто нужна, они без неё не смогут жить. Именно поэтому глобальная карта игры всего за одну ночь, как написано в простыни, преобразилась до неузнаваемости. Единое до этого игровое пространство внутренними морями и проливами разделили на два с половиной континента и добавили полноценный третий, целиком полностью новый. Я даже представлять не хочу, сколько срачей разовьётся по этому поводу в многочисленных свежесозданных темах форума. А уж коснётся ли море нашего небольшого, но гордого Королевства и вовсе не знал. С одной стороны, хотелось бы хоть немного почувствовать себя императором великой морской державы, а с другой, возможный захват этой самой державы с моря, да ещё и не изученными пока пиратами — новая головная боль, которой придётся заниматься. Не уверен я, что эта боль нам сейчас нужна.

Четвёртым в списке была та самая погода. В игру вводились многочисленные в своей изменчивости атмосферные явления. Теперь сельскому хозяйству придётся приспосабливаться к тому, что сильный дождь может размыть почву и погупить посевы, в пустыне будет так жарко, как и должно быть среди раскалённого на солнце песка, а исход серьёзного боя может решить сильный ветер, подувший не в ту сторону и превративший залп тысяч лучников из смертоносного зрелища в жалкий чих. Помимо этого, посевам теперь могут угрожать птицы и грызуны, что тоже непременно внесёт свои коррективы. Хорошо, что я успел донести до Крибоша изменений в сельхозпоселении, иначе пришлось воевать за каждую крысиную ловушку и полевое пугало. А так, всё это можно внести в план перестройки и просто реализовать.

Пятым пунктом было добавление новых юнитов в уже существующие фракции. Записав в блокнот этот факт, открывать полный список я не стал. Ну да, есть какой-то новый юнит, да, возможно, он очень полезный и ценный, настолько, что перевернёт всю мою армейскую систему с ног на голову. Но зачем мне сейчас ещё одна квестовая цепочка, когда ни одна из предыдущих не закончена? Вот выполню хотя бы одну текущую, тогда посмотрю, что можно сделать там. Потом, не сейчас.

Отдельными от большого обновления пунктами шли устраиваемые на прошедшей неделе конкурсы. Меня интересовали лишь два из трёх десятков. Стихотворение моё вошло в топ-100 в ру-сегменте, заняв более чем скромное восемьдесят седьмое место. Признаться честно, я не рассчитывал и на это, прекрасно понимая всю скудность своего поэтического таланта. Но приз второй степени, для тех, кто занял место в восемьдесят девятого по восемьдесят первое, лишним точно не будет, каким бы он ни был. Теперь все стихотворения национальных сегментов будут опубликованы отдельно, чтобы каждый желающий мог с ними ознакомиться и оставить отзыв. Под моим, боюсь, самым популярным будет что-то типа «он знал о викингах, так нечестно, ему подсуживали». Впрочем, у меня контраргумент на этот счёт. И я успел выложить ссылку на видео боя с ледяным великаном и валькириями раньше, чем кто-либо успел что-то написать. Надеюсь, так необоснованных оскорблений станет меньше.

В раздел с видео-конкурсом я тоже зашёл, убедился, что все мои ролики обработаны и доступны для просмотра и голосования, и со спокойной душой вышел. В течении трёх дней будет идти зрительское голосование, которое и выявит десятерых победителей в каждой номинации. Я не очень надеюсь, учитывая полное отсутствие опыта в этом деле, хоть на что-то, но будет приятно, это бесспорно.

Остальная простынь была мне неинтересна и я её закрыл. Тем более, что Ас к этому моменту уже кружил над конечным пунктом нашего полёта и уже в четвёртый раз пытался сообщить мне о разворачивающемся конфликте внизу.

— Что там случилось? — спросил я, возвращаясь в реальность.

— Так сам и посмотри, — ответил дракон, активируя мне абилку на зрение. — Вон, с сотню орков атакуют людскую деревушку на излучине реки. Другой с таким расположением нет, это она. И она почти беззащитна.

— Да считай совсем беззащитна, — согласился я. — Двенадцать мечников ничто против сотни. Поможем?

— Это тебе решать, — помотав головой, протянул Ас. — Я лишь твой питомец, моё дело тебя доставлять тебя туда, куда надо, и помогать в бою. Всё.

— Чего это ты вдруг? — не понял я. — А как же советом поделиться в сложной ситуации? Раньше ты всегда был не прочь.

— Да я и сейчас не прочь, — пробормотал дракон. — Но решать-то тебе. Если это наша война и люди тебе нужны — воюем. Если же нет — можем просто подождать и посмотреть на кровавую жестокость варваром с самой удобной позиции.

— Я тебя понял, — оскалившись, произнёс я. — Выбора у нас нет. Тем более, что там нужный нам гном.

— Так чего ж ты главное молчишь? — возмутился Ас. — Я снижаюсь. И пусть эти орки пожалеют о своём решении.

— Подожди, — остановил я дракона, — Посмотрю, где Буран.

Открыв вкладку с юнитами и убедившись, что медведь через десяток секунд окажется у деревни, я по списку нашёл Аастию и облегчённо выдохнул. Её точка находилась у Кардага и, судя по передвижениям за последний час, подходить к границе стартовой локации не собиралась. Значит, время ещё есть, спасти дриаду ещё можно.

— Атакуем, — закрыв вкладку, решил я и, активировав боевой режим, добавил: — И ПУСТЬ ОНИ ПОЖАЛЕЮТ!!!

К моему удивлению, разметать орков парой прыжков и перекатов не получилось. То ли орки оказались слишком крепкими, то ли я как-то успел ослабнуть, но факт был на лицо: то, от чего демоны буквально летали, оркам было нипочём. И это настораживало. С минуту покрутившись вокруг противника, который, казалось, даже не обращает внимания на мир потуги, и не добившись существенных результатов — не считать же успехом всего лишь пятерых более-менее покалеченных за три минуты стычки — я решил разобраться, что же со мной случилось. Или, может, не со мной? Да нет, орки самые обычные, в набедренных повязках, серых, наверное волчьих, шкурах поперёк тела, на манер нагрудника, с дубинами и редкими железными палками, назвать которые мечами язык не поднимается, в руках. Без обуви, защиты ног и шлемов. И их я не могу победить??? Да мне бы десяток бесов сюда, я бы разогнался… похоже, вот он, ответ на мой вопрос — мне нужны бесы, гоблины, крысы или ещё кто-либо, сравнимый с ними по силе. Моя тактика почти всегда на этом и строилась, мой стиль боя — набить побольше очков на мелочи и поднять ранг, тем самым увеличив свои характеристики. Ведь стандартный орк в замке Орды юнит четвёртого тира, он не просто смазка для мечей с единичками в графе параметров, у него уже и кое-какая защита имеется, и боевая мощь существенно отлична от нуля. И с этим надо считаться. Похоже, я нашёл ещё одно уязвимое место берсеркеров — нас легко вывести из боя сильным прокачанным бойцом. И это будет провал.

«Ну а эти-то чем сильны и прокачаны, Старший? Ни тактики, ни стратегии, ни оружия, просто идут толпой в одно место, давя количеством. Не должно быть здесь ничего сложного для тебя».

Не должно, но, как видишь, есть, Ярик. Мне их просто не убить. Я ничем не могу помочь деревне, и это сильно бесит. Люди гибнут, а я беспомощен как… как…

«Пока никто не погиб, лорд. Мы с Асом сдерживаем их, только вот убить тоже не можем. Что-то здесь не чисто».

«И огонь их не берёт, какие-то они огнеупорные поголовно».

«Что-нибудь в принципе можно сделать?»

«Сейчас я посмотрю на них, лорд. Если и в самом деле что-то на них есть, я увижу это и… ух ничего себе!»

«Что там? Всё так плохо, Ас?»

«Ты даже не представляешь себе, лорд, насколько. Они с ног до головы обмазаны усиливающим шаманством. И шаманы где-то недалеко».

«ГДЕ???»

«Я полетаю, поищу их, а вы пока не давайте оркам подойти к воротам. Я быстро».

Ас улетел, даже не дав сказать мне ни слова. Впрочем, он обладает куда большими возможностями, чем я, ему и заниматься поисками шаманов. Ну а мы пока будем сдерживать варваров как сможем…

Долгие десять минут на пару с Бураном мы пытались не пустить орков к деревне. Получалось неплохо. Я постоянными прыжками отталкивал их по одному метров на восемь-десять за раз, медведь отгонял противников лапами. Если бы они ещё не поднимались раз за разом и не шли с упорностью наркоманов, почуявших дозу, обратно, было бы вообще хорошо. А так, единственное, что получились сделать — отобрать у орков оружие. Они явно не замечали пропажу дубинок и прочего и пёрли к цели с прежним рвением. Ну и ещё одиннадцать юнитов удалось убить, правда, ценой с каждой минутой всё сильнее иссякающей выносливости. Прыгать становилось всё труднее, и шестнадцать погибших орков при оставшихся восьмидесяти семи — считать я всё ещё умею — даже звучало как насмешка.

Мечники так и стояли у самых ворот в линию, держа хлипенькие щиты перед собой, помогать нам они не спешили. Быть может, не хотели мешать нам с Бураном, быть может, боялись попасть под горячую руку и бесславно умереть, а может просто не доверяли буквально с неба свалившимся неожиданным помощникам. И я их понимал. Самый настоящий медведь, даром что белый, с острыми когтями и бешеный коротышка, рычащий похлеще косолапого. Хорошо ещё дракон улетел, смерть от равномерного прожаривания до хрустящей корочки далеко не лучшее завершение жизни.

Ас вышел на связь максимально вовремя. Ещё минут пять — и я бы просто свалился от усталости, орки спокойно дошли бы до ворот, даже не заметив двенадцати сопротивляющихся, и судьба деревни была бы предрешена. А так, шанс ещё оставался. И я собирался им воспользоваться.

«Лорд, я нашёл их, они в лесу, их полтора десятка, и я почти прожёг их защитный купол. Поспешите».

«Уже бегу. Буран, справишься один?»

«Как будто у меня есть выбор. Вы там постарайтесь побыстрее, долго я не протяну».

Не говоря ни слова в ответ, я бросился на юго-восток со всей возможной скоростью. У деревни вообще было интересная география. Мало того, что возле неё протекающая мимо река делала излучину в виде буквы «С», так до этого она неслабо так петляла, вытекая откуда-то из-за упавшей завесы, а после излучины круто брала на северо запад, к Трёххуторовью. Сама деревня входом чётко располагалась на востоке, с запада защищаясь от нападений обрывистым берегом метров десяти высотой. На севере колосились обширные травянистые луга, а вот с востока и юга росли густые леса, не доходя до стены из частокола метров десять-пятнадцать. Похоже, именно оттуда и пришли орки, по неизвестной нам пока причине решившие захватить деревню.

Стоило мне вбежать в лес, как ровная дорога превратилась в самый настоящий бурелом. Пришлось снизить скорость до такой, при которой я мог различать препятствия и своевременно реагировать на них. Такая скорость меня не устраивала, но споткнуться о внезапное бревно и кубарем свалиться в какую-нибудь яму прямо на острые колья тоже не улыбалось. Вдобавок к этой проблеме меня ещё решили атаковать лисы в количестве десятков двух взрослых особей и пятерых малышей. Пришлось ещё и от их попыток укусить меня за жопу уворачиваться. Так я и выбежал на явно искусственную поляну метров тридцати в диаметре, полностью облепленную каким-то удивительно цепким репейником, и с лисами на хвосте.

И, в отличии от хвостатых, я успел затормозить и уйти в сторону перекатом, а вот они в ситуации не разобрались и практически всем составом врезались прямо в тот самый купол, о котором говорил Ас. Три лисы погибло, пеплом осыпавшись от столкновения с зелёной гадостью, а вот остальные пролетели спокойно, прямо к орочьему котлу. Те явно не ожидали такого и попытались атаковать рыжих зверушек, попутно постаравшись не сбиться с каста. Второе получилось, а вот от примитивным каменных копий лисы увернулись и, явно удивившись безмерной наглости шаманов, бросились на них. Охрана из орков к этому моменту была убита нашими с Асом совместными усилиями, так что за колдунов вступиться было некому. Но и те сами по себе плохими бойцами не были, и за минуту все лисы, кроме двух лисят, всё ещё считавших, что нападать на меня намного лучше, были истреблены. В живых, правда, осталось всего четыре шаманы из шестнадцати. Недолго думая, я прыгнул ногами вперёд к котлу, лисята последовали за мной, шаманы пытались хоть что-то исправить и тоже бросились к своему вареву, Ас добавил огня… и случилось непредвиденное. До котла я долетел первым, опрокинув его прямо на троих орков. Последний оставшийся в живых колдун совершил что-то непонятное руками перед тем, как сгореть, из него вылетел какой-то красный призрак и впитался в неаппетитную жижу, в которую превратилось варево, столкнувшись с живой плотью, мне в спину вцепилась неугомонная парочка лисят и нас втроём накрыло нематериальной фиолетовой волной. Вокруг замерцали разноцветные искры, чёрные сполохи собрались в один поток, который прошил меня насквозь, я вроде бы даже закричал и потерял в сознание. Правда всего секунд на десять максимум, но даже в этом ничего приятного не было.

Очнувшись, первым делом я убедился, что все шаманы мертвы, отметил, что Ас улетел, скорее всего, сражаться с ещё живыми орками, и поспешил к деревне. Успел я вовремя: мои питомцы ещё толком никого не убили, но, оценив обстановку, вывод напрашивался лишь один — Ас оказался прав. Во всяком случае, убивались клыкастики легко и непринуждённо, так, как должны были с самого начала. Если бы не шаманство. За пять минут сотня орков перестала существовать, а я вдоволь напрыгался, снимая образовавшийся от начальных неудач стресс.

Мечники так и продолжали держаться за щиты. В разгроме они не участвовали, победу с нами не разделили. За те двадцать минут, что я отпускал своего берсерка — отдыхал то есть, если по-простому — никто из них не то что позы не изменил, не шелохнулся. У меня даже создалось впечатление, что они тоже находятся под каким-то изощрённым шаманством, не нападали — уже хорошо. Для них.

Отдохнув, мы стали собираться в дорогу. В конце концов, у нас ещё были дела, нежить может напасть в самый неудобный для нас момент, к этому надо быть готовым. По-хорошему, каким-то образом надо бы попасть внутрь деревни и узнать, что там с моим будущим судьёй, но поразмыслив, я решил не пугать деревенских. Ну хорошо, спрыгну я с Аса, когда тот над каким-нибудь домиком низко пролетит — а что дальше? Вдруг они гнома в заложниках держат и, поняв, что на их территории находится что-то опасное, со страху избавятся от него. И кто будет виноват? Лучше прилететь попозже, дня через два. Глядишь, деревенские немного успокоятся и позволят мне забрать судью.

Уже почти оседлав Аса, я услышал от ворот старческий голос:

— А вы вообще кто такие? Почему помогли нам? Что мы должны вам?

— Должны? — переспросил я, слезая обратно на землю. — Ничего вы нам не должны.

— Но ведь вы зачем-то помогли, — не унимался низкорослый старичок с короткими седыми волосами и явно свежебритым подбородком. Его светло-серая рубаха когда-то была белой, на чёрных штанах в обилии стояли заплаты. Разве что сапоги были относительно новыми да кожаный пояс.

— За тем же, зачем и орки напали именно сегодня, — мрачно процедил я. — Ни днём раньше, ни днём позже.

— А вы смешной, молодой человек, — хекнул старичок, разом как-то помолодев от этого простого действия. — Орки, считай, всю последнюю неделю на нас нападают. Но вчера особенно сильно обнаглели, приведя за захват сотню. Вчера кой-как отбили, сегодня, считай, съели бы нас всех, кабы не вы. Так почему вы помогли нам?

— Ну, допустим, мы просто пролетели мимо, увидели это гнусное нападение и решили помочь. Такой вариант вас устраивает?

— Нас вполне устраивает, — покивал дедушка. — И мы даже приняли бы его, кабы не один гном, живущий у нас вот уже три недели без одного дня. А вы, молодой человек, точно гном, это не спрячешь под слоем металла. А тот гном, что у нас, говорит, что он ценный и полезный, его обязательно заберут. Рано или поздно. А тут вы, молодой человек. Ну вот и как тут поверишь, что вы просто мимо летели?

Дедушка так мило улыбался, пока говорил, что захотелось всё бросить и улыбаться вместе с ним. Хотелось взять под крыло его деревушку — он явно староста, этого не скроешь — и защитить от любых возможных угроз. Хотелось каждый день прилетать к нему на вечерний чай с вареньем и беседы о жизни. И именно поэтому я улыбался «дедушке» в ответ, но отдавал себе отчёт, что внешность обманчива, а чем беззащитнее кажется человек, тем сильнее от него может прилететь. Чего не хотелось, так это присоединения его деревни к Королевству на максимально выгодных для него условиях. Так придётся держать бороду клином и до определённого момента делать вид, что староста контролирует игру. А там уже действовать по ситуации.

— Раскусили вы меня, — покаялся я. — Мы и в самом деле целенаправленно летели к вашей деревни за ценным гномом. Простите, что хотел обмануть вас.

— Да ничего, всё я понимаю, — ещё шире улыбнулся староста. — Мы с вами в первый раз видимся, доверия ещё, считай, никакого. А вы, собственно, кто будете? Правитель мож какой? А-то и целый император, а?

— Да ну, какой из меня император, — отмахнулся я. — Моё имя Ярогрейв, я ло… король земель к северу от вас. А совсем скоро и к югу тоже.

— Вот прям король? — не поверил дедушка. — А чем докажите, молодой человек?

— Вот этим, — хмыкнул я, снял латную перчатку и показал старосте перстень.

После того, как я закрепил скипетр в тронном зале, мой перстень лорда изменился. Он стал больше, разделился по диагонали справа налево и теперь, помимо моего герба, переместившегося налево, на нём изображался тот самый скипетр справа. По мере нахождения регалий, правая часть перстня будет дополняться их изображениями, придавая мне ещё больший статус.

Дедушка подошёл поближе, чтобы внимательнее рассмотреть перстень. Один из мечников, которые всё ещё стояли живой цепью у входа в деревню, убрав, правда, щиты, дёрнулся было, чтобы его остановить, но сразу трое охранников шикнули на него, и тот вернулся в строй.

— И в самом деле король, — восхищенно поцокал языком староста. — А и не поверил сначала. Король, как есть король.

Что характерно, и для людей, и для гномов, слово, обозначающее первую монархическую ступень в квесте с регалиями императорства, было одно. У остальных шести фракций слова были своими уникальными, а вот гномы такой чести не удостоились. И пусть разработчики объясняли это тем, что гномьи «карлоп» очень сильно похоже на людское, гномы довольно долго живут с людьми, произошла неизбежная ассимиляция языков и бла-бла-бла, по мне это лишь оправдание, добавленное задним числом. Просто кто-то заработался и не добавил языкового различия, а потом было уже поздно, вот и пришлось придумывать историю с «карлопом». Все остальные ступени при этом имеют своё уникальное название. А вот с людьми забавно вышло, у них король ниже статусом герцога, графа и виконта.

— Так вы отдадите нам того гнома, о котором говорите? — спросил я, смотря в честные-пречестные глаза дедушки.

— Да разве ж он вещь какая, чтоб его туда-сюда отдавать? — с укоризной в голосе произнёс староста, взмахнув руками. — Он такой же живой человек, как и все мы. Спросите у него сами, готов ли он пойти с вами. Проходите в деревню, он там.

— Вот так просто можно пройти? — удивился я.

— Конечно, — кивнул дедушка и подал еле заметный знак мечникам. Те развернулись и ушли в калитку. — И вы, король, проходите, и медведь с драконом тоже могут. Лисята с вами?

— Какие ещё лисята? — переспросил я, оглядываясь.

Метрах в десяти от меня сидели два лисёнка, те самые, что до последнего сражались со мной на поляне с шаманством. Честно говоря, я думал, что они умерли, а они вот, целые и невредимые. Неужели они хотят продолжить свои попытки победить меня? При живых Асе и Буране сделать это будет совсем не просто. Возможно, именно поэтому лисята и не нападали, а просто сидели и смотрели на меня со странными выражениями на мордах. Так на хозяина смотрит преданная собака. Не нравится мне это всё.

— Понятия не имею, что здесь делают эти лисята, — решительно произнёс я. — Таких питомцев у меня нет.

— Тогда им придётся остаться за частоколом, — развёл руками староста. — Я не могу пустить в деревню непонятно кого.

— Ну, раз придётся, то останутся, — произнёс я, вообще не озабоченный судьбой лисят.

— Ну а вы, гости дорогие, проходите, не стесняйтесь, — радушно пропел дедушка, указав на призывно распахнутые ворота.

Не секунды не медля втроём — я, Ас и Буран — мы прошли внутрь. Ходить в доспехе по мирному поселению — верх неприличия, поэтому я сменил его на свою гражданскую одежду. Староста это заметил, но ничего не сказал.

Деревенька оказалась компактной, дома были построены максимально близко друг к другу, хозяйственным постройкам и огороду, разбили ближе к обрыву, места осталось совсем мало. Что характерно — почти всё из камня, за исключением трёх сараев и частокола. Богатая, значит, деревня, пусть и маленькая. Да и защитить себя может, большое прямоугольное строение в центре, явно казарма, недвусмысленно об этом говорило. Тем же варварам пришлось прибегать к изощрённому шаманству, чтобы почти истребить деревню, а это о многом говорит.

— А вот не тесно на столь не большом пространстве? — первым делом спросил я старосту.

— Тесно, молодой человек, — ответил он, разом погрустнев. — Очень тесно. У нас давно существуют планы по расширению, но всё никак нам их не реализовать. Сначала разбойники, теперь вот орки. Да ещё и волки из леса куда-то подевались. Слабы мы стали на жизнь, одни остались.

— Что значит «одни»? — участливо уточнил я. — Может, я смогу чем помочь?

— Помочь? — слишком удивлённо переспросил дедушка. — Ты правда хочешь помочь нам?

— Не надо помогать? — изобразил я глубокое расстройство. — Ну вот, а так хотелось, а вам не нужна помощь. Где там обещанный гном? Мы тут же уле…

— Нет-нет, молодой человек, помощь очень нужна, — перебив меня, замахал руками староста. — Пройдёмте в наш трактир, поговорим.

Мысленно усмехнувшись, я оставил питомцев в деревне и последовал за дедушкой в одноэтажное каменное здание, внешним видом вполне претендующее даже на роскошное. Во всяком случае, эстетический на него смотреть было приятно.

Внутри так же было красиво и уютно, а главное, светло. Многочисленные свечи давали яркий ровный свет, не мерцали и не пытались погаснуть от порыва ветра, принесённого нами с улицы. Добротный столы и скамьи, настоящий живой очаг на левой стене, гобелены, типичная барная стойка — всё это говорило о том, что дела идут, или шли в совсем недавнем прошлом, неплохо. И именно барная стойка была индикатором этого. Если заведение приличное и уважающее себя — стойка в нём будет. Если же её нет — есть повод задуматься.

Староста прошёл к ближнему ко входу на кухню столу. Рассчитан он был человек на восемь, но мы заняли его вдвоём. Тут же прибежал пацанёнок, спросил, что мы будем есть. Дедушка коротко бросил «как обычно» и сел за стол по одной из короткой сторон. Я занял другую и принялся ждать как рассказа старосты, так и еды. Время приближалось к двум часам дня, последний раз я ел только утром, поэтому от обеда отказываться не собирался.

Рассказ старосты получился типичным для этой местности. Когда-то люди, ныне живущие в деревне Дубовники, бежали из Империи Единорога от нашествия нежити. Обосновались они, как им казалось, в удобном месте. Здесь и река есть, которая и защитой служит, и рыбу даёт, и лес с многочисленными волками, которые и на мясо, и на шкуры идут, и кур разводить стали, растя для них зерно за частоколом. Севернее они нашли брод через реку, построили там мост и добрались до Города. Там они продавали кожаные изделия и яйца, взамен покупая всё остальное, в том числе и камень с металлом. Всё шло хорошо, Бирдор, староста Дубков, даже хотел построить каменную стену вокруг деревни, отдалив её к опушке леса, выиграв тем самым немало места. Но… сначала пришли разбойники во главе с Прошкой. Бирдор отверг его предложение объединиться. Мне думается, что Бирдор просто не захотел разделять с кем-то власть и отдавать Прошке то, что под его руководством процветало и развивалось. Прошка разозлился отказом и решил сжечь деревню, но так как к этому времени деревня уже была каменная, сгорела только стена. Но пока её тушили, пламя перекинулось на курятник и посевы зерновых. В итоге, сохранили только четверть домашней птицы, а зерно не могли высадить до сих пор, не просто оно на горелой земле, в отличии от сорной травы. Кур кое-как сохранили, кормили теми запасами, что были, но зерно уже заканчивалось, птица была обречена. Город ведь разрушили демоны, деревенские знали об этом чуть ли не из первых рук, издалека наблюдая одну из атак тварей Шио. Потом резко из леса пропали волки, поставив Дубки на грань голода. Последним штрихом оказались орки.

Свой рассказ Бирдор сопровождал жалостливыми комментариями, какие они несчастные, и чуть не плакал. Я вслушивался в это одним ухом, чертя первое здание в грифоний форт и стараясь не переигрывать с выражением сочувствия. Мне было нужно, чтобы староста как можно дольше думал, что я верю в их беззащитность и необходимость оказания безвозмездной помощи. Ведь я не Прошка, мы помогли деревне с орками. Только вот откуда у него уверенность, что я в принципе могу оказаться у него на крючке?

— Так что, король Ярогрейв, вы возьмёте нас под свою опеку без условий? — уже не скрывая своих намерений, спросил Бирдор.

— Ну конечно возьмём. Как я могу отказать попавшим в беду людям? — максимально сочувственно, на грани переигрывания, спросил я и резко, без перехода, добавил: — Сразу после оформления всех необходимых бумаг.

Глаза старосты тут же расширились от удивления, секунд пять спустя в них зажёгся огонёк оскорблённой невинности, они сощурились с подозрением, а ещё спустя секунд десять в них читалось признание поражение.

— И на каком этапе вы поняли мои истинные намерения? — процедил Бирдор.

— Почти сразу, — пожал я плечами, закрывая вкладку «Чертёжника».

— Терпеть не могу бессмертных бюрократов, — без злости признался староста. — На вас невозможно воздействовать моими способами.

— А какие у вас способы? — тут же насторожился я.

— Да это даже не способы, — отмахнулся староста, отправив последний кусок жареной волчатины в рот. Свой обед к этому времени я уже съел. — Меня в своё время проклял один бессмертный эльф, но проклял неудачно для себя, и я теперь могу убедить разумного поступить так, как я хочу. Бессмертных в том числе, но не бюрократов. На них это почему-то не действует.

— На меня не подействовало бы, даже не будь я бюрократом, — хмыкнул я. — Я Берсеркер, на нас убеждения не действуют.

Сказав это, я едва удержался, чтобы не надавать себе по голове. Ну вот кто тянул меня за язык? Почему я не мог остановиться и согласиться на бюрократе? Заигрался во всемогущего императора, король хренов? Растерял схватку после победы над старостой в игре разумов? Похоже, теперь придётся убираться из деревни как можно скорее и надеяться хотя бы забрать с собой гнома-судью.

— Бумаги-то подписывать будем али как? — хмыкнув, спросил Бирдор.

— Не боитесь идти под берсеркера? — удивился я.

— Не будь деревня в столь плачевном состоянии — не пошёл бы. Уж простите, король Ярогрейв, есть у меня к вашему яростному брату некие предрассудки. Но мы видели, как вы сражаетесь с демонами, вы спасли нас орков, так что мы все ваши. Какие у вас будут условия?

— Хм-м-м, — протянул я, — ну раз так…

— Похоже, я погорячился, молодой человек, — сглотнул Бирдор.

— …для начала я выделю вам десять мер камня, — не обратив внимания на реплику старосты, протянул я. — Этого, надеюсь, хватит на стену вокруг деревни. Далее, пришлю к вам фей, пусть они обследуют сгоревшую землю и помогут ей, если это возможно. С волками помочь не могу, тут уж извините, так что, видимо, об обработке кожи вам придётся забыть…

«Лорд, я видел в лесу, пока сжигал купол орков, несколько семей оленей. Может, они подойдут вместо волков».

— Так, отменяем забывание, — тут же заявил я. — Вместо волков оленей приспособите?

— Да если б я знал, — развёл руками староста. — Надо будет спросить у Запа. Мы, правда, привыкли к волчьим шкурам, но я спрошу.

— Дальше, вот вам три тысячи золотых, — протянул я мешочек со ста пятьюдесятью монетами. — Надеюсь, для возрождения кур и посадки яблонь.

— Яблонь? — переспросил Бридор. — Зачем нам яблони, король Ярогрейв? Мы и не занимались ими никогда!

— Считайте их моим королевским капризом, — хмыкнул я. — Должны же у вас быть настоящие условия вступления. И если вас на самом деле припёрло, возьмётесь и займётесь. На начальном этапе помогут феи, если договоритесь.

— Теперь я вижу, что вы всё-таки правитель, король Ярогрейв. А использовать-то куда эти яблоки?

— Производство сидра организуйте.

— Сами мы столько не выпьем, — покачал головой староста. — Гномы же предпочитают пиво.

— Излишки можете продавать в Баг-Дааде, — предложил я. — Больше чем уверен, сидру будут рады и в Сосновое, и в Быкрыгоре, и в Трёххолмье. Там же, в Пеньках, можете заказать бочки, а технологию, если своей нет, у Камура в ртутнике. Крутитесь! Мне, что ли, ваше развитие нужно? Приезжайте в Баг-Даад, поймите, что вы сможете продавать с выгодой для себя.

— Интересная у вас система, — протянул староста, переваривая всё мной сказанное.

Ну а что я? Я именно к этому и стремлюсь. Те, кому это не нравится, могут быть свободны, нам лодыри, которых нужно постоянно поддерживать деньгами, не нужны. Мы, гномы, сорить драгоценными металлом не любим.

«Ты наконец-то стал считать себя гномом, Старший. Это похвально. Будь таким и дальше, тебе идёт».

Спасибо, Ярик, я польщён. Самому, знаешь ли, начинает нравиться решать проблемы Королевства. Шли бы они ещё по очереди, а не всем скопом…

Ещё десять минут мы обсуждали условия вступления. По итогу переговоров подписали бумаги на испытательный срок: до первого сбора яблочного урожая я могу отменить их вступление в состав Королевства, если с их стороны будет «что-то не то». С этим Бридор, тяжело вздохнув, согласился, а вот за остальное бился с упорством, достойным уважения. Договорились в том числе до того, что каждую неделю двое мечников будут рекрутироваться в армию. И это предложил сам староста, аргументировав тем, что бойцы, выращенные в деревне, достаточно хороши и лишними в нашей армии не будут. Я согласился с этим. Всё же вчера они отбились от такой же сотни, что и сегодня, точно так же усиленной шаманством, потеряв, правда, шестьдесят восемь бойцов. А это о чём-то, да говорит. Ну и о трёх изъятиях яблочных саженцев тоже договорились. Бонусом Бридор пообещал самостоятельно зайти в Баг-Даад за семенами, тем более, что дорогу я указал более чем подробно. А были бы карты… Но о грустном лучше в узком кругу, при обсуждении способов решения проблемы.

Расстались мы довольные друг другом. У меня появилась ещё одна деревня в вассалах, Дубки обнадёжились скорым избавлением от орочьей угрозы и спокойным мирным процветанием. Не думаю, что варваров поблизости так много, чтобы отправлять орков сотнями на захват небольшой деревни. А даже если и много… что ж, им не повезло. Давали бы подарок в виде решения одной из социально-экономических проблем моей будущей Импери…

— Гном Ярогрейв, я правильно понимаю?! — раздалось сзади, когда я снова попытался оседлать Аса. Как оказалось, неудачно.

Судья с минуту назад на Буране уехал в Баг-Даад. Честно говоря, я думал будет намного сложнее уговорить его, но Одирвуг оказался нормальным гномом, без замашек и закидонов. Увидев меня в сопровождении старосты, он честно заявил Бридору, что больше не может оставаться в их деревне и должен ехать туда, куда скажет его король, то есть я. Староста лишь пожал плечами. Судя по всему, я уже справился с трудностью этой деревни в виде пытающегося навязать свои условия Бридора, и Система не решилась ещё больше мучать меня. А может быть судья сам по себе таким был, поживём — узнаем.

— Всё верно, это он, — ответил я, разворачиваясь.

Прямо передо мной, примерно на том же месте, что и староста Дубков чуть меньше часа назад, парил ангел в белоснежных одеждах с бронзовым нимбом на голове. Этот админ явно пониже рангом Германа будет, сильно так пониже.

— Я доставляю призы и подарки за конкурсы к обновлению, — сразу перешёл к делу админ. — У вас их три. Первый — общий подарок к обновлению всем игрокам. Держите.

У моих ног материализовалась небольшая шкатулка, пробудившая во мне сложные воспоминания. На Складе в Замке лежал сундучок, очень похожий на эту шкатулку. Сундучок был сломан, но это не главное. Я вспомнил, где видел что-то похожее на печать со Стража, что сейчас лежал грудой металла в Кварцевой жиле. Там же, где был получен этот сундучок в третий день моей жизни в Асхане — около каменоломни, что разрабатывает Узкое ущелье. Надо будет проверить.

— Вижу, вы знаете для чего вам именно этот подарок, — улыбнувшись, произнёс ангел. — Так интересно наблюдать за реакцией игроков на полученные презенты. Одинаковых ведь нет, понимаете? Все они индивидуальны, их создаёт непосредственно Система. Кто-то получает оружие, кто-то юнитов, кто-то материалы и инструменты для крафта и много чего ещё. Вам, вот, какая-то шкатулка. Знаете, я люблю представлять, что может быть в таких шкатулках. Быть может, там карта клада. Или послание с указанием ценного тайника. Или ключ от тайной двери. Или…

— Вы говорили о трёх призах и подарках, — напомнил я.

Админ явно не дурак поговорить, но я-то спешу, мне лететь к своим надо, с нежитью сражаться.

— Да, конечно, у вас осталось два именно приза, — согласился ангел, и улыбка на его лице заиграла ещё сильнее. — Милые лисята, повезло вам с ними.

Переведя взгляд туда, куда смотрел парень — а человек в этом сияющем теле явно был молод — я увидел всё тех же двух рыжих зверьков, сидящих намного дальше, испуганно косящихся на админа и всё с той же преданностью разглядывающих меня. Вздрогнув от фанатичного блеска в глазах, я снова посмотрел на ангела.

— Первый приз за конкурс-угадайку новых фракций, — весело продолжил админ. — Вы угадали одну, пусть и самую популярную из угаданных. А, вижу, вы встретили их в подземелье ещё на прошлой неделе. Тогда подозрения снимаются. Ваш приз — любой специалист на выбор вот из этого списка.

Ангел махнул крылом и передо мной появился полупрозрачный синий список. Быстро изучив его, я остановил свой выбор на кузнеце. Металлообработка очень нужна.

— Хорошо, специалист появится сегодня вечером по умолчанию в вашем первоначальном Замке. Если желаете изменить точку его появления…

— Не желаю, первоначальный замок меня более чем устраивает. Другого всё равно нет.

— Хм, и то верно, — протянул админ, быстро-быстро поводив глазами из стороны в стороны, явно что-то читая. — Ну да какие ваши годы, будет у вас ещё другой Замок, а то и не один. Вторым подарком, за конкурс стихотворений, значатся два выбора вот из этого списка. Изучайте.

На новую простынь из двухсот позиций я потратил куда больше времени. Чего здесь только не было. Зелья, свитки, ювелирка, артефакты, оружие и доспехи, рецепты всевозможного крафта, книги на навыки и умения, из тех, что реально читать надо для получения того, что в них заложено, редкие семена сельскохозяйственных культур с особыми свойствами урожая, металлы, древесина, ткани, многое другое, не поддающееся категорированию. Например, наборы рун для пенала, который у меня уже был. Один и таких наборов я и выбрал. Отдам его Драйду, как только станет Воином Арката, будет ему усиление. А через него всем другим Воинам Арката, если его сделать их командиром. Есть такая фича у нас, гномов, обделённых третьим тиром плюшками со стороны разработчиков с особой жестокостью. Над вторым выбором думал минут пять, пока почти случайно не наткнулся на рецепт зелья «Разложение плоти», относящееся к категории ядов и действующее исключительно на поднятых мертвецов, то есть зомби и подобную им нежить. Ядовар я или где? А ядом в игре называлось любое зелье, и только зелье, прямого атакующего действия с дотовым, то есть тикающим, уроном. А такие вот рецепты, специализированной узкой направленности, ценились достаточно высоко. Тем более, что мне ещё с нежитью воевать предстоит.

— Мне бы больше, ещё хотя бы три выбора… — жалостливо протянул я, но тут же взял себя в руки. — Это всё?

— Да подождите вы расстраиваться, — успокаивающе произнёс словоохотливый парень. — Это же только компьютерная оценка стихов, обученная программа проверяла всё, что нацарапали конкурсанты, на предмет плагиата и техническим критериям стихосложения. Мысль, идея, настроение, посыл — всё это не учитывалось. Многие специально подгоняли свои… хм… творения под компьютер. Нормальный человек, взглянув на них, минимум проблюётся. Такими стихами забита вся топ-30, так что у вас есть шансы подняться повыше при зрительском голосовании. А там и видео ваши подтянутся, не зря же вы оставляли ссылку комментарием. И канал создавали тоже не зря. Так с вами мы ещё увидимся, вот увидите. А мне пора, у меня ещё немало игроков, которых осчастливить надо.

С этими словами ангел исчез, оставив рядом со шкатулкой ещё две таких же. Поместив все в инвентарь, я наконец оседлал Аса, бросив настороженный взгляд на всё ещё сидящих у опушки леса лисят.

Летели к Кадагу мы чуть меньше часа. За это время я доделал чертёж гнезда для грифоньего форта, применив к нему все свои возможности. Разумеется, делал я его не с нуля, Система активно помогала в этом, как и всем Архитекторам игры. Помогала бы она и в том случае, не будь у меня Чертёжника. Но в этом случае пришлось бы выбрать готовый проект и изменить его в рамках десяти процентов. А так я смог полностью отказаться от концепции непосредственного гнезда, создав что-то типа родильного ангара на скотоферме. По своей сути, гнездо ведь и есть место появления на свет новых грифончиков. Так что Система сильно протестовать не стала, и я решил совместить приятное с полезным, создав в «Гнезде» ещё и мини-склад со всем необходимым для выращивания грифонов из яйца до взрослой особи. Получилось, но пришлось использовать «Изменение структуры», иначе Система не давала его закончить. Когда же Гнездо построится, ещё и «Расширение пространства» сделаю, попросторнее станет. При материализации готового и утверждённого чертежа мне в определённом смысле повезло — прокнул «Двойной чертёж», подарив вторую копию гнезда, которую можно использовать ещё где-нибудь или выгодно продать. Что я, пожалуй, это и сделаю. По своему чертежу я дополнительно прошёлся наместническими и общими умениями, снизив стоимость в ресурсах. И того вместо восьми мер камня и шести дерева мы потратим шесть и четыре меры соответственно. Всё экономия.

— Лорд, а тебе в самом деле всё равно на жителей деревни Дубки? — спросил Ас, когда я вынырнул из режима Чертёжника в реальность.

— С чего ты взял? — не понял я.

— Ты заставил старосту согласиться заняться тем, что им незнакомо, — пояснил дракон. — Нельзя же так с людьми.

— А пытаться заставить меня согласиться на безвозмездное принятие с последующей постоянной помощью можно? — не сдержался я. — Заставить! МЕНЯ!!! Да кем себя возомнил этот Бридор?

— Ты как-то слишком нервно реагируешь на попытки любого подчинения, — неодобрительно произнёс Ас. — У него ведь не получилось!

— Но он пытался! И слава Аркату, что не получилось, иначе я был бы зол. Очень зол.

— А как-то контролировать свою злость ты можешь? Посмотреть на ситуацию рационально, оценить возможности деревни…

— Именно так я и сделал, — перебил я Аса. — Я даю им камень, дал деньги, дал направление развития. Они теперь могут сидром насытить рынок до отказа, заработав ещё больше золота. Это не возможности для деревни? К тому же, им помогут феи. Уж феям в выращивании равных нет.

— Наверное, ты прав, — задумчиво произнёс дракон. — Я погорячился.

— Что-то ты быстро сдался, — отметил я. — На тебя это не похоже.

— Сказано же тебе, я погорячился! — раздражённо рявкнул он. — Чего ты пристал?

— Ты в чём-то прав, — пожал я плечами. — Мне необходимы твои вопросы, они заставляют посмотреть на ситуацию под другим углом. Так что ты правильно сделал, что задал вопрос. Просто будь готов к тому, что я тоже могу ответить. Неприятно, знаешь ли, только получать.

— Я понял, лорд, — буркнул дракон. — Буду и дальше задавать тебе неудобные вопросы. Так что держись.

— И спасибо за помощь с оленями. Если бы не ты, всё обсуждение со старостой Дубков могло пойти гораздо напряжённее.

— Да обращайся, если что, — разом повеселел Ас. — Чтобы ты без меня вообще делал?

Меньше пяти минут спустя мы уже приземлялись в спешно разбиваемом лагере у Кадага. Шестеро гномов, под общим командованием седьмого, возводили палатки, общую зону и кухню. Уже слезая с дракона, чтобы собрать импровизированный Совет, меня догнала ещё одна системка, заставившая вспомнить об одном, должном закончиться именно сегодня, деле — медаль Героя Империи. Недолго думая, я отписался всем восьмерым участникам конкурса о суточном дедлайне для принятия решения, благо, так было можно и даже рекомендовалось. А в эти сутки я уж смогу найти десять минут для принятия решения. Сейчас ну совсем не до этого.

Ордрина я нашёл в самой большой палатке. Тот по всей форме отчитался об отсутствии происшествий по дороге, принятом решении об обустройстве лагеря вне города, подходившей делегации спрашивающих, договориться с которыми получилось достаточно легко, и отправке разведчиц с крыльями в сторону предполагаемого места обитания нежити. На мой нервный вопрос, где Аастия, казарег серьёзно ответил, что она точно в лагере и уйти никуда не могла. Кивнув, не в силах связно разговаривать от психического напряжения предстоящего разговора с дриадой, я вышел из палатки и отправился на поиски любимой.

Вот только нашла меня она, подкравшись сзади и приложив ладонь к моей шее.

— Ты нервничаешь, — констатировала она очевидный факт. — Так боишься предстоящей битвы?

— Мы первый раз будем драться против врага из-за завесы, — уклончиво ответил я, стараясь не проговориться раньше времени. — Очень не хочется прямо сейчас убить всё войско. Что-то мне подсказывает, что дальше будет только сложнее.

Аастия обошла меня с правой стороны и, посмотрев прямо в глаза, сказала:

— Почти все сейчас ходят озабоченными и серьёзными, нервничают, боятся, но стараются это скрыть даже друг от друга. Мне этого не понять.

— Что именно?

— Скрытность в этом вопросе. Неужели не проще открыться друг другу? Вместе ведь намного легче бояться, разве нет?

— Это трудно объяснить, — вздохнул я. — Для гнома услышать чужой страх это… не позор, конечно, но так не принято. Страх надо держать в себе и никому о нём не говорить. Абсолютно каждый может догадываться о нём, но догадки всего лишь догадки и пусть они остаются ими.

— Пусть я и считаю себя гномом, мне такой логики не понять, — повторила Аастия, подойдя ещё ближе.

— Я бы очень хотел, чтобы ты куда лучше понимала нас, — тихо произнёс я, уткнувшись в её макушку. Пахло лесом, луговым разнотравьем, бумагой и, неожиданно, металлом и холодом.

— Я тоже, — в тон мне сказала любимая. — Иногда я жалею, что не могу стать настоящей гномой. Было бы намного проще.

Доступно цепочка квестов «Дорога к Красному Дому»

По окончании цепочки Лесные феи под вашим руководством смогут становиться Красными феями с полной потерей старых навыков и умений и приобретением новых согласно рангу до перерождения.

Принять: Да/Нет?

Чего? НАСТОЛЬКО просто можно получить цепочку для спасения Аастии? Вот это самый настоящий чит и никто не переубедит меня в этом. Пусть чит и получен в игре напрямую от богини, которой феи служат и которая во мне заинтересована, а потому и помогает, не читом он от этого не становиться. Ну и фиг с ним. Для любимой я готов воспользоваться чем угодно и от кого угодно.

Без раздумий нажал «Да» и чуть ли не прокричал в лицо Аастии:

— Мне кажется, у тебя появится шанс приблизиться к нам.

— Да, я чувствую это, — с каким-то странным облегчением произнесла она. — Только мне теперь нельзя выходить за границу спавшей завесы. Это так… странно.

— Ничего, — успокаивающе протянул я, поглаживая любимую по волосам, — мы справимся с этим. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ожидание не затянулось. Ты мне веришь?

— Я это знаю, — вполголоса ответила Аастия и гораздо увереннее добавила: — Эти милые лисята странно смотрят в твою сторону. Я ревную.

Стремительно обернувшись, я увидел ровно то, что и ожидал: два рыжих зверька сидели метрах в десяти и с преданностью в глазах смотрели на меня.

— Они и сюда за мной пришли, — простонал я. — Похоже, они каким-то образом чувствуют меня.

— Давай рассказывай, что такого между вами было, — игриво протянула дриада. — Я не отстану от тебя, пока не узнаю всё.

— Я и не собираюсь ничего скрывать, — улыбнулся я в ответ. — Пойдём к Ордрину, пусть соберёт всех причастных, проведём совещание. А пока все собираются, расскажу тебе историю наших с листами взаимоотношений. Может посоветуешь чего, а то мне не очень нравится сложившаяся ситуация.

— Хорошо, — согласилась Аастия, — только чур я им имена придумываю.

Ничего не ответив, я пошёл в обратном направлении, туда, откуда шёл меньше пяти минут назад. Если любимая собралась придумывать и меня непонятно как вошедших в мою жизнь зверям, значит, всё серьёзно и само уже не рассосётся. О, Аркат, за что мне это? Ну да, понимаю, вопрос абсолютно риторический. За всё хорошее, Ярик, за всё хорошее.

— Они идут, я чувствую это, — на грани слышимости произнесла Аастия, но услышали её абсолютно все. — Но не могу понять, насколько близко.

— Всё же решили атаковать ночью, терген верз, — раздражённо произнёс Ордрин. — Не спится им, как честным гномам.

— Им теперь в принципе сон как процесс отдыха не доступен, — хмыкнул Седкан. — Мёртвые не устают, знаете ли.

— Очень хорошо знаем, к сожалению, — кивнул я. — Им тоже предстоит узнать много интересного. Дай Аркат, чтобы посмертно.

— Дай Аркат, — шёпотом и в разнобой повторили бойцы, от новобранцев-Топорщиков до Огненных магов, самых сильных, по тиру и теоретическим умениям, в нашей армии.

— Может быть я ошибаюсь и нет прощения моей наивности и неумению отличить реальную угрозы от обмана, но их поблёскивания видятся мне неприлично достаточно близко, чтобы при свете луны различать их мерзкие силуэты, прекрасные в своей противной природе ужасности, — нараспев произнёс Хатгар.

— Дикте хочет сказать, что видит Привидений достаточно близко, — пояснил по своему обыкновению Ихрип.

Совершенно неожиданно выяснилось, что у командира Арбалетчиков достаточно специфическое зрение — он может видеть тех, кто пользуется средствами маскировки. Правда, недолго, всего три секунды с откатом в минуту, поэтому Лазутчиков фракции Лига теней, дроу то бишь, так контролировать не получится, а вот для Привидений, Призраков, Духов и прочего ассортимента третьего тира Некрополиса из-за их медлительность вполне. Узнав о такой возможности, все по меньшей мере опешили — а так как происходило это каких-то семь часов назад, на полевом совете, «всех» было достаточно — и минуты три переваривали сказанное Хатгаром. И это без учёта вызова на совет Ихрипа, чтобы тот мог максимально точно перевести произнесённый Стрелком в своей обыкновенной манере монолог. После этого последовал новый монолог, в ответ на вопрос Ордрина, почему раньше Хатгар не говорил о своей способности. В кратком изложении пятиминутной речи это звучит так: не было повода. До этого нежить нападала почти всегда днём и была видна. Единственное ночное нападение всё равно сопровождалось световым шоу от личей. То, что свет был зелёным и синим особой роли не играло. А сейчас могло понадобиться, ведь нежити только непосредственно за границей павшей завесы было раза в три больше, чем суммарно у некроманта. А там три гарнизона, забытых разными видами мертвецов куда плотнее, чем просто под завязку. И если Рунный Стрелок сейчас говорит, что видит призрачных созданий, это значит лишь одно — они меньше чем в двадцати метрах и пора начинать.

— Все помнят стратегию, тергер акт? — ещё раз спросил Ордрин, хотя за последние полчаса спрашивал об этом семь раз.

Ответом ему нестройный хор сплошных «да». Утвердительно ответил и я, мысленно пробежавшись по пунктам плана. Сначала Аастия применяет свою очередную новую для нас способность и зажигает свет вокруг с помощью сотен светлячков. И пусть гномы достаточно хорошо видят в темноте, такая мера лишней не будет. Во-первых, людям и грифонам, которых тоже взяли на битву но будут всячески беречь и присматривать, свет всё-таки нужен. Равно как и Нартыгху, Себешу и гворну. Во-вторых, эти светлячки не настоящие, в них заряжена магия Света и они будут пусть и незначительно, но всё же ослаблять нежить. А сейчас нам любая помощь пригодится, даже незначительная.

Вторым пунктом плана значился дружный залп всех магов перед собой всем, что наносит магический урон бестелесным созданиям. Для меня оказалось открытием, что не вся магия может навредить Привидениям. Как оказалось, тот же Каменный шип или Ледяное копьё не в состоянии этого сделать. Магия Земли в принципе плохо воздействовала на бестелесных, разве что Метеор мог что-то сделать, да и то только за счёт ударной волны, а вот Вода в этом плане максимально странная. У меня создалось впечатление, что разработчик, ответственный за эту магическую школу, просто в случайном порядке выделил сорок процентов всех её заклинаний и наделил свойствами урона по призрачным. Иначе не объяснить, почему Водная плеть может бить бестелесных, а Град и Струя нет, Ледяной элементаль может, а Вихрь сосулек и Снежная буря нет и так далее. В любом случае, у нас было достаточно тех, кто может прорядить Привидений до того, как они достигнут нас.

К сожалению, на эту нежить никак не воздействовал тот священник, которого я убил при захвате форта, иначе я мог бы просто убиться о любого лича и обеспечить нам тем самым более лёгкое убийство Привидений. Увы, подобных священников на всех мертвецов Асхана просто нет, а жаль. Ещё от какой-нибудь плюшки с его стороны я бы не отказался.

Третьим и, по совместительству, последним пунктом плана значится отход магов за строй и последующая битва. Увы, весь наш план был не совершенен и строился на одном, ничем не подтверждённом допущении: в бою не будут принимать некроманты. И если наше допущение ложно, несладко придётся всем без исключения. Но другого плана у нас не было, с тем подбором войск, что у нас был, ничего другого придумать мы просто не смогли. Был вариант принять нежить на стенах города, но, критически обсудив эту идею, было принято решение отказаться от неё. Опасность резкого наращивания количества наступающих мертвяков в одном месте отвергнуть никто не мог, а если так произойдёт, весь город будет уязвим и может пасть, чего мне совсем не надо. Лучше мы всю их мощь примем в чистом поле, но недалеко от стен, чтобы защитники Кадага, в случае чего, помогли бы нам. Оставалось надеяться, что до этого самого «чего» всё же не дойдёт.

Аастия, медленно подняв руки над головой и тут же резко опустив их, дала старт битвы. В траве и меж редких деревьев зароились мелкие ослепительно белые шарики и частично поднялись повыше, дав нам необходимый объём света. Ергрид тут же выдал «Тройной разряд», от Огненных магов и Огненных жрецов-новобранцев вперёд полетели файерболы, четвёрка бехолдеров дала залп своих сине-красных росчерков, феи, все шестеро, принялись осыпать невидимых противников вспышками. Хатгар подтвердил, что наша тактика дала результат и многие десятки Привидений полегли, ничего толком не сделав. Подтвердил он это, правда, как обычно, витиевато и через вынужденного переводчика, но какая разница. У каждого ведь свои недостатки, а нам, гномам, вовсе не важно, какой у кого загон, главное честно выполнять свою работу. Что казгар Арбалетчиков тут же и подтвердил, сделав выстрел предварительно заруненного болта. Тот полетел вперёд, в процессе загорелся, нанося достаточный, если верить боевому логу, урон бестелесным на своём пути, и воткнулся в скелет метрах в сорока от уже выстроившегося строя. Новобранцы-Топорщики в нём аккуратно перемежались с Воинами строя и Подгорными защитниками, так, чтобы стена из гномов получилась максимально слитной и непробиваемой.

Сорокаметровое «пустое» расстояние до ближайшего скелета означало лишь одно: всё это пространство забито Привидениями. Ведь будь ты хоть трижды невидимым, бестелесным и невосприимчивым к физурону, согласно коду игры у тебя должно быть занимаемое пространство, перекрыть которое любой другой юнит, даже такой же, как ты, никак не может. В Асхане невозможно было сотню призрачных созданий объединить в одно, это не компьютерная игра начала века. Так что магам предстоит ещё много труда до вступления в бой пехоты. Оставалось лишь молиться, чтобы Привидения закончились до того, как начнётся отвращение к отварами на ману у тех, кто будет их пить.

Мне во всём этом представлении была отведена роль засадного полка. Я должен был вступить в том случае, если станет сильно тяжело строю или часть нежити предпочтёт не идти на строй и будет обходить его. Ордрин был уверен, что второе произойдёт не скоро, Нартыгх стоял на том, что так случится с самого начала, и орк в итоге оказался прав. Не знаю, что ударило мне в голову посмотреть налево, но сделав это, я опешил от наглости мертвяков: сплошной поток упырей просто шёл прямо на Кадаг, даже не обратив внимания на сражающихся нас. Достав из инвентаря два флакона со сваренным зельем «Разложение плоти», я бросил их в поток в одно место, чтобы они усилили друг друга, активировал боевой режим и с рыком полетел на гниющих врагов, окончательно убивая их.

Справа от меня на притормозивших упырей полился огонь с неба, слева рычал и катался ком белой шерсти, точно в цель летели заранее подготовленные камни, «Шары Тьмы» и редкие искры. Я же прыгал от недовампира к недовампиру, то и дело замечая в их рядах вампиров настоящих и применяя к ним «Яростный пинок». Просто не было, меня то и дело доставали упыри самыми разнообразными способами. То навалятся всем скопом, то окружат, то наоборот оставят одного, направив своё шествие по обходному от меня пути, пустив бой со мной по пять-шесть вампиров сразу. В такие моменты становилось тяжело, Вампир это юнит второго ранга в линейке четвёртого тира Некрополиса, первым рангом там как раз идут упыри и как по боевым качествам, так и по навыкам от первых трёх тиров — Скелетов, Зомби и Привидений — отличаются слабо, разве что острые когти позволяют сражаться без оружия и буквально резать на полосочки незащищённую жертву. Их боевой стиль прост и понятен — собираться в кучи и идти всей массой на врага. Они так же, как и вся нежить, страдают от магии, особенно магии Света и Жизни, но от прямого магического удара вполне в состоянии увернуться, ведь по сравнению с теми же Зомби, их характеристики распределены в Ловкость, и они обладают разумом, пусть и достаточно примитивным.

Но если упырь выживал в многочисленных боях, куда Некромант отправлял его исключительно в качестве мяса, и получал возможность грейда, он как будто превращался в совсем другое существо. Сильнее, ловчее, умнее, с мечом в руках и навыками контроля жертвы, он будто делал сразу три шага в развитии, примерно так, как это происходило при превращении нимфы в дриаду. Победить ночью Вампира стандартному юниту четвёртого тира второго ранга не просто невозможно — вообще не реально, особенно без магии. Но вот днём эти грозные создания превращались в беспомощных котят. А уж если биться серебряным или посеребрённым оружием… Но у меня такого не было. У меня вообще никакого не было, за исключением лопаты, но она точно не серебряная, а прочитать её свойства я просто не могу, там сплошные знаки вопроса во всех пунктах. Так что биться с этими отродьями пришлось в рукопашную. И, к моему удивлению, сволочи оказались готовы к моим прыжкам и перекатам. Они ловко уходили от моих атак, пытаясь достать на противоходе, ловили меня при отталкивании от земли и всячески не подпускали к себе, пользуясь длиной своих мечей. В первый раз, когда меня окружила пятёрка Вампиров, а я ничего не мог им сделать, я едва не впал в состояние Истинного Берсеркера с последующей потерей памяти обо всём, что происходило в нём. Меня едва не убили какие-то кровососы, несколько раз хорошо приложив мечами по спине, животу, голове и ногам. Пришлось спешно разрывать дистанцию, пить отвары и давить злость от бессилия. Положение спас Буран, прорвавшись мыслеречью с простой фразой — «танцы у разукрашенных». Меньше секунды мне понадобилось вспомнить, да что он такой, мать его, несёт, но потом до меня дошло. Разукрашенные это те викинги в подземелье, куда мы ходили для первого Зова Ергрида, танцы это наспех придуманная техника боя в тот момент, когда прыжки и перекаты не помогали, и прямо сейчас у меня есть шанс испытать её на более сложном враге.

К моему удивлению, испытания прошли продуктивно. Разумеется, перенести на Вампиров то, что помогло с разукрашенными в неизменном виде не получилось, но приспособился под них я достаточно быстро. И если с викингами выходило что-то типа хип-хопа, учитывая, что в земной жизни я в принципе никогда не танцевал, то кровопийцы заставили перейти меня на танго. По крайней мере, когда я мысленно включил себе Либертанго для моральной поддержки, дело пошло гораздо активнее. Шесть групп вампиров я уничтожил настолько играючи, что даже захотелось смеяться. Что я, видимо, и сделал, иначе приседающих на корточки упырей объяснить невозможно.

Наши успехи были сокрушительными, мертвяки несли чудовищные потери, до города всё ещё не добрался ни один. Видимо, поняв это, командиры нежити, наконец-то, решили вступить в бой. Двенадцать Старших Личей шли в линию в сопровождении тридцати шести кадавров, по три на каждого мёртвого колдуна. Шли они прямо на строй, скелетов и зомби в том направлении уже было не так много. А вот поток упырей не прекращался и я не мог отвлечься от него. И пусть рядом со мной и сражались, как выяснилось совершенно неожиданно, Берсерки с Костоломами, Мечники, Алебардщик, волки и барс Сестерии и тройка Рыцарей. Все наши маги переключились на Личей, даже Говорящий с камнем и Ритуалист решили помочь именно там. Вряд ли они смогут что-то сделать, особенно Нагиш, но даже песчинка способна склонить чашу весов в нужную нам сторону.

Танцуя меж упырями и одним движением сворачивая им шеи, я наблюдал за первым боевым фронтом. Аастия и Ергрид, основная магическая мощь Королевства прямо сейчас, сделали всё верно — атаковали до того, как начали колдовать Личи. Совместный удар двух молний — природной и электросветовой — моментально убили двух мёртвых колдунов, существенно ранили ещё двоих, почти развалили один трупный конструкт и навешали на всех дебафы с дотом. Личам это, естественно, не понравилось, они взмахнули своими посохами с черепами в навершиях, окутав себя густым синим туманом. Когда он рассеялся, все дебафы спасли, урон, нанесённый дотом, пропал. Правда, убитые не встали, а раненные непосредственной атакой так и остались раненными. Кадавр же стремительно восстанавливался, от него шло изумрудное свечение… прерванное совместным залпом Рунных стрелков. Руна Дань, усиливающая выстрел, попавший в цель, на двадцать процентов, это не по лбу ложкой стукнуть. А вот если бы кто-то промахнулся, то его здоровье сократилось бы на те же самые двадцать процентов. Такие вот они, гномьи руны.

Арбалетчики, Мастера стрельбы, Стреломёт и Лучники тоже дали залп, тот полностью, до последнего болта, попал в щит Личей, немного его ослабив. С Лучниками вообще интересная и прецедентная история получилась. Из Баг-Даада они уходили пустыми, без стрел. Последние они израсходовали при атаке форта, но, так как они люди, делать боеприпасы для них у нас никто не умел и учиться явно не собирался. Не исключено, что Ирсинд мог бы помочь, как в случае с Охотниками в середине первой недели, но у него и без того дел ничуть не меньше чем у меня. Ордрин о ситуации знал, как опытный боец он понимал, что любые стрелки хороши тогда, когда им есть чем стрелять, — в противном случае они не более чем пустая порода — но всё равно взял Лучников в бой и на полевом Совете сообщил о проблеме. С минуту я поскрипел зубами, буравя недовольным взглядом казарега. Буравил бы и дальше, но перед глазами стала наливаться красная пелена и я прекратил это занятие. Не хватало ещё лишиться казарега по столь мелкому поводу. Но урок, преподнесённый Ордрином, я не просто запомнил, а тут же реализовал в виде указа, запрещающего идти в боевой поход бойцу без полного боевого снаряжения, и отправил Гому на закрепление. Конечно, ещё предстояла бумажная работа по определению этого самого боевого комплекта для каждого вида войск, но эту работу я честно скину на казарега, не одному же мне развивать Королевство.

Тем не менее, стрелы я купил, двести штук на пятерых Лучников. Да, немного, но в раздражении я взял не первые попавшиеся самые обычные, по золотому за пучок, я на тысячу золотых. Всего лишь мгновение спустя я понял, что стрела за пять монет это откровенный перебор, но сделать было ничего нельзя, двести штук боеприпасов уже лежали у меня в инвентаре. Впрочем, вчитавшись в описание стрел, я понял, что не всё так плохо. Эти стрелы были с магическим уроном Взрывом с радиусом четыре с половиной метра. Их главным применением было уничтожение големов магов, но и против скоплений врагов, в том числе нежити, они тоже работали, пусть и чуть хуже. Раза так в полтора.

После стрелкового залпа на щит Личей налетели феи и принялись осыпать его вспышками, но не очень удачно. Кадавры не случайно шли рядом с мёртвыми колдунами, у них оказались длинные, многосуставчатые руки, которыми они отгоняли всех, посмевших приблизиться достаточно близко. Досталось и Викантии, благо, отлетела она в сторону строя и её успели поймать наши. После такого феи быстро улетели от Личей, успев сделать лишь по три залпа. Ярость, охватившая меня в этот момент, хотела лишь одного — кинуть чем-нибудь потяжелее в того кадавра… что я, собственно, и сделал. Ну а то, что этим чем-то оказался пойманный за ногу упырь, не моя вина. В кадавра я не попал, промахнувшись самую малость. Упырь угодил щит, заставив Лича, идущего в том месте, отшатнуться. Каст, что готовила пятёрка мертвяков, прервался.

Поняв, что я тоже своего рода стрелок с умением, я принялся ещё смертоноснее танцевать вокруг недовампиров с целью ускорения добычи очков ярости. Тратил их я как раз на метания упырей, довольно быстро перейдя к метанию вампиров. Они почему-то всегда летели мечом вперёд и уже на третьем кровососе щит пал с оглушительным треском. Наши маги, бомбардировавшие Личей чуть ли не непрерывными залпами, дружно ударили оставшихся без защиты Личей, а пехота получила возможность забросать колдунов и их охрану Взрывными зельями и зельями «Разложения плоти». Аастия и Ергрид повторили свою двойную атаку, стрелки дали новый залп, бехолдеры пустили в сход свои росчерки, Наездники на медведях под командованием Седкана провели свой первый за бой наскок, даже гворн поучаствовал в этом геноциде, появившись с левого фланга, опутав корнями и ветками двух ближних к нему трупных химер и утащив подальше от Личей, где феи вспышками превратили их кровавую кашу. С большим трудом и чудовищными для себя потерями, Личи смогли поставить новый щит, но больше не двигались. Их осталось лишь пятеро, кадавров — одиннадцать, а число убитых Привидений, попавших под горячую руку, уменьшилось на сорок четыре единицы. Всё же бестелесные твари кружились здесь в качестве добивающей поверженного противника силы. Только вот поверженными оказались они сами, мы с лёгкостью переиграли Личей, правда, не за счёт лучшей тактики, а совокупной боевой мощью нашей армии. Не зря мы три недели собирали её по крупицам везде, где это было возможно. Эта атака нежити, считай, закончилась в нашу пользу. Разумеется, надо ещё добить Личей и кадавров, не пустить кровопийц к городу, выдержать новую атаку Скелетов, Привидений и Зомби, но наша победа, считай, уже решена. И в первую очередь за счёт разведки. Шесть фей отлично постарались, добыв для нас много ценной информации насчёт угрожающей Кадагу нежити. А уж мы полевым Советом смогли превратить эту информацию в план битвы.

И тем не менее, бой ещё продолжался. Поток упырей вперемешку с редкими Вампирами как пёр к воротам, ни на что не обращая внимания, так и продолжил переть. А вот мы уже начинали уставать от такого количества противника. Не я, у меня с каждым новым рангом выносливость полностью восстанавливалась, да ещё и количество её увеличивалось. Да и питомцы мои держались хорошо, забирая на себя немалую часть упырей. А вот Берсерки и Мечники понемногу, но всё больше замедлялись, Рыцари тоже уставали, тем более, что бесконечно применять «Восстановление» они не могли, а к Себешу, Нагишу и Кабидару подкатывало отвращение к отварам на ману. Как только оно придёт, мы на четыре часа лишимся магов, ведь восстанавливать магическую энергию им будет нечем. И это печально.

Но даже это не будет такой же проблемой, как выносливость физических бойцов. Берсерки обоих видов и Мечники уже вовсю пили отвары на бодрость, они, в отличии от мановых, не вызывают отвращения, но с каждым употреблением действуют всё хуже и хуже. Даже переданный Драйду пенал с рунами помогал не сильно. Во-первых, за пару часов нормально научиться пользоваться комбинированию рун достаточно сложно, а во-вторых, прямо сейчас рунное усиление использовал только один берсерк, не распространяя его на других. Для переноса усиления на всех яростных воинов нужно пройти специальный мини-данж, полученный религиозным путём. И я пойду на это по одной простой причине: без магов справляться с вампирами и подобными им юнитами можно, а вот без бойцов ближнего боя, которых на спецсленге называют дэдэшники, нет. Наверное, именно поэтому прямо сейчас я делал всё, что зависит непосредственно от меня: танцевал, пинал и швырял Вампиров со всей доступной мне яростью, постоянно посматривая в сторону строя.

Там у них дела обстояли как нельзя лучше. Личи выстроились в фигуру пятиконечной звезды и снова окружили себя щитом. Только себя, на кадавров уже не хватило. Очистить себя от дебафов, полученных от синергированного магического удара, они тоже не смогли, а потому колдовать даже не пытались, все их силы уходили на поддержание щита. Трупные конструкты остались без защиты и подвергались атакам как со стороны стрелков, так и от магов. В итоге продержались они недолго, чуть больше пяти минут, и то две трети этого времени наши бойцы просто ждали, когда Зомби и Скелеты подойдут поближе, чтобы Рунные стрелки гарантированно не промахивались своими рунированными выстрелами. Щит Личей продолжался намного дольше, почти двадцать минут, но только потому, что никто специально в него не целился. Зачем бить уже не опасного противника, если он сам умрёт от атак по площади? Поэтому Ордрин и отдал приказ беречь атаки, у кого магические, а у кого боеприпасные, для врагов, что неминуемо подойдут к строю. Все понимали, насколько ему придётся нелегко. Только Лучники расходовали свои стрелы не стесняясь этого. Взрыв настолько поганая штука, что задевала и своих тоже, поэтому люди останавливались нежить издалека, больше других нагружая шит Личей и попутно выкашивая Привидений.

Совокупная мощь видимой нежити, добравшейся до строя, на вскидку составляла не меньше трёхсот мертвяков. Подгорные защитники как могли цементрировали оборону, в критический момент использовали свою совместную абилку на отбрасывание, но прорыв всё равно произошёл, погибли три Топорщика-Новобранца, два Воина строя, Арбалетчик и Мастер стрельбы. К счастью, дальше атаку развить не получилось, в бой вступил Ордрин и разобрал ходячие трупы и кости на неспособные подняться части и пошёл дальше, развивая наступление. Погибших отнесли к лагерю, раненных полечили магией и зельями, строй соединился и пошёл в атаку. С фланга на фланг побежали Наездники, подтянулся гворн, феи снова вылетели на врага, осыпая вспышками, станя корнями и дамажа режущими травами. За них я был спокоен, они доведут дело до победного конца.

У нас противников тоже становилось всё меньше. В, казалось бы, сплошном потоке упырей появились первые бреши примерно полуметровой ширины. С каждой минутой они становились всё больше, пусть и всего на пару сантиметров. Сам я такое никогда бы не заметил, в отличии от Аса с его превосходным глазомером. Именно он постоянно снабжал меня новыми обнадёживающими цифрами. В какой-то момент, отметив, что Ордрин отправил нам на помощь бехолдеров, я впервые за бой заметил своих лисят. То, что они мои, мне популярно объяснила Аастия, рассказав про образовавшуюся между нами странную связь. Сейчас они лезли под ноги гулям рядом с Бураном, внося свой, очень крохотный, примерно наравне с Ритуалистом, вклад в победу.

По ощущениям, прошло часа два с того момента, как пали Личи, прежде чем последнего скелета совместно убили Леартия и один из бехолдеров. Предпоследнему упырю снёс голову Буран, а последнего Вампира я пнул прямо на меч Ордрина.

— Лорд, прошу, вода, — мгновенно подлетев ко мне, прощебетала Вика и протянула кувшин литра на два, не меньше.

Осушил я его залпом, передав фее обратно.

— Что-нибудь ещё? — тут же спросила она.

— Нет, ничего, — покачал я головой, стараясь не упасть от слабости.

Это не осталось незамеченным. Ордрин подал знак Дарбаду, тому самому седьмому гному, что координировал работу строившей лагерь шестёрки Обозной команды. Главный походник за несколько секунд организовал носилки.

— Вы с ума сошли? — ошарашенно протянул я. — Зачем это?

— Лорд, мы понимаем, что ты не любишь особенного к себе отношения, — начал казарег, — но не предстало тебе после боя лежать на сырой земле при наличии личной обустроенной палатки. Так что будь добр, ложись и отдыхай. Тебе полезно будет.

Ну да, в этом и проявляется наша гномья сущность: если надо, то и эйдена заставим подчиниться, и пусть он только скажет слово против.

— Тогда через полчаса совещание у меня, — решил я. — Надо обсудить итоги.

Бухнув два раза кулаком в левую половину груди, Ордрин лишь кивнул. Его жест повторили все остальные воины, повторил его и я, правда, уже лёжа на носилках и перемещаясь в сторону лагеря.

Оказавшись в палатке, первым делом я закрыл глаза и попытался погрузиться в себя, почувствовать своё состояние. Эту методику оценки я нашёл в спецразделе форума только для берсеркеров. И вроде бы всё было не так плохо, как мне казалось — слабость, естественно, присутствовала и спать хотелось, но не так сильно, что невозможно было подождать с этим. Вынырнув обратно, я полез изучать лог по заранее, ещё… вчера, получается, настроенному фильтру. Число побеждённых врагов слегка повергло в шок — четыре тысячи триста двадцать одно существо, не считая Личей и кадавров. Вполне сопоставимо с тем количеством, что уже два раза вылезало в центре Города. И, что самое обидное, вряд ли с этих тысяч получится собрать какие-либо уникальные трофеи. Вот если бы это были, скажем, Древние Вампиры… мы бы неминуемо все полегли минуты за две, не больше. Так что скажем спасибо Асхе, что у нас была возможность прокачать бойцов до новых рангов и мы ей воспользовались, попутно не потеряв Кадаг. Впрочем, дело ещё не сделано, так что бахвалиться пока рано.

За битву я получил два уровня, только вот записались они на второй день недели, оставив первый без повышений. Ну а что, всё логично, начали мы поздно, опыта с орков до уровня оказалось недостаточно, бумаги сегодня не подписывались. Так что в моей биографии появился первый день, в котором число моих уровней не изменилось. Первый и, хочется верить, далеко не последний. Жить, если что, я планирую долго.

+2 Ловкости и «Свободный путь» из Логистики да «Братство» из Мечника сильно не порадовали. И если очки характеристик всё же упали в нужную сторону, то от выбора с «Мореплавателем» из той же Логистики да «Магия Воды», из Материи хотелось выть похлеще подчинённых Сестерии. Того, о чём я давно мечтаю, снова не предложили. Зато теперь все под моим управлением смогут лучше ходить по дороге без дороги, а мечники будут взаимно усиливать друг друга, находясь рядом. С учётом, что сейчас у меня таких четверо, не считая Ордрина, какой-то прок от этого у меня будет.

В назначенный срок ко мне в палатку вошли четверо — Ордрин, Аастия, Нартыгх и Дарбад.

— Сколько убитых? — первым делом спросил я. — Не считая пострадавших от прорыва.

— Ни одного, лорд, — ответил казарег, садясь на один из моментально расставленных по палатке падуфах.

Падуф это такая подушка, большой аналог пуфа, по легенде заимствованный у магов и приспособленный для походов. Хитрой застежкой падуф можно значительно уменьшить в размерах для компактной перевозки и снова увеличить для сиденья. Удобная вещь, однако.

— Значит, мы всё спланировали верно, — констатировал я. — Но напомнить армии лишний раз, что потенциально это лишь самый слабый отряд нежити из всех, от кого мы будем оборонять Кадаг, не помешает.

— Напоминали ведь уже до битвы, тергер верз, — простонал Ордрин. — Зачем ещё раз?

Ему с самого начала не нравилась эта идея. Казарег не был сторонником боевых речей остужающе-отрезвляющего характера. Как Гвардеец Подгорного трона, ему были ближе воодушевляющие и вдохновляющие речи, наподобие той, что произнёс перед захватом форта. Но спорить со мной Ордрин не стал, зато недовольство высказывал только так… до определённого предела. Всё же я король, а он МОЙ казарег, не наоборот. Субординация у гномов достаточно отчётлива и соблюдается всегда. Кроме случаев с носилками, ага.

— В боях против нежити никакое по счёту напоминание лишним не будет, — ответил я. — И если мы хотим дать честную смерть каждому ходячему трупу, надо самим в живых остаться.

— Хорошо, лорд, я донесу необходимость отсутствия радости раньше времени, — кротко ответил казарег.

— Ну ты совсем меня за тирана-то не держи, — притворно возмутился я. — Пусть порадуются, но помнят, насколько опасна нежить.

— Хорошо, лорд, — лишь кивнул Ордрин.

— Теперь ты, — перевёл я взгляд на Дарбада.

— Я своего рода новый глава Обозной команды, лорд, — дважды бухнул кулаком в левую часть груди. — Вместо Кернисс. Я в Обозной с самого начала, как только она образовалась. Моё назначение и передача полномочий прошли по всем правилам, соответствующие бумаги переданы секретарю и зарегистрированы.

— Это хорошо, что по всем правилам, — заметил я. В голове совершенно неожиданно появилась мысль, что именно такими вопросами и должен заниматься юрист. — Теперь ты какое-то время будешь ходить в военные походы, так что прошу располагаться среди нашей компании со всеми удобствами.

— Буду рад стараться не подвести рагени Кернисс на занимаемой должности, — вытянувшись, насколько это возможно сидя, официально отчеканил главный походник и уже нормально спросил: — А почему только на какое-то время? Я планирую быть главной Обозной команды долго. У меня есть некоторого рода идеи по улучшению нашей команды и я планирую их реализовать. Так почему?

— Потому что рано или поздно тебя неминуемо затянет бумажная работа, — вместо меня ответил Ордрин. — Это сейчас мы воюем лишь по одному направлению, гадар сиб, и ты можешь ходить с нами и лично всё контролировать. А если завтра появится второе направление атаки или, упаси Отец, защиты? Что ты будешь делать тогда, тергер акт?

— Мне придётся провести своего рода разделение команды, — понимающе протянул Дарбад. — А желание контролировать всё, пусть и опосредованно, рано или поздно выведет меня за рамки походов и посадит в кабинет. Довольно интересная перспектива. И всё же я постараюсь как можно дольше лично контролировать перемещение обоза и все наши непосредственные обязательства. Своего рода опыт, так сказать.

— Лорд, прости, что вмешиваюсь, но я хотел задать вопросик по поводу зельиц, — произнёс Нартыгх в образовавшейся паузе. — Этих чудесных зельиц, что так хорошо воздействуют на трупиков. Имеет смысл наварить их побольше одного котелочка.

— Разумеется, имеет, — вздохнул я. — И будь у меня свободными все двадцать четыре часа в сутках, целый день посвятил бы варке этого зелья, пока не кончатся ингредиенты. Увы, столько времени у меня нет.

— Да, лорд, пониманьице есть, — кивнул орк, — у нас у всех сейчас много работёнки, а у тебя особенно. Но хотя бы два котелочка…

— Я подумаю над твоим предложением, — произнёс я и тут же чуть не расхохотался от пришедшей в голову мысли. — Особенно хорошо подумаю, если найдёшь где-нибудь второй котелочек.

— О, я обязательно найду его, лорд, — хищно оскалился Нартыгх. — Даже не сомневайся.

Орк поднялся и вышел, не исключено, что искать котёл. И почему мне раньше не пришла в голову эта идея? Можно же увеличить выход продукта в два, три, четыре, пять и так далее раз всего лишь имея для этого дополнительную производственную мощность и необходимое количество материалов. С материалами проблем не было, почти всё необходимое было вынесено из Города до и после первого прорыва демонов, а корень краснянки и её же свежие листья в обилии произрастают рядом с рудником, Нартыгх ещё при атаке линейной ловушки сделал необходимые заготовки, в моём инвентаре они ждали своего часа под своеобразным стазисом. Само зелье варится несложно в семь этапов, заложил нужный ингредиент, проварил до нужного цвета, помешал, бросил следующий. Вся морока заключалась именно в материалах, пять из семи ингредиентов нужно заранее обработать и подготовить. Ну и варится зелье почти час, в этом тоже сложность, отходить от котла в процессе варки нельзя, вся работа тут же прекратится. На форуме об этом писали много и матерно, а меня такой подход полностью устраивал. Считай, целый час можно что-нибудь чертить. Что я и делал, в нужное время отвлекаясь по подсказкам Нартыгха. Это варить зелья он не может, а следить за ними, когда я рядом, и расталкивать меня в нужный момент — вполне.

— Чего это с ним? — тут же спросил главный обозник. — Вроде ничего такого ему не сказали, а он почти убежал. Вы понимаете?

— Нартыгх, как и все мы, понимает, что одним лишь оружием победить столько нежити, сколько ещё ждёт нас, невозможно, — чуть нараспев произнесла Аастия. — Его территория — различная алхимия, пусть сам он в ней и не силён особо. Так что скорее всего Нарт пошёл искать столько котлов, сколько сможет найти.

— Всего-то? — облегчённо выдохнул Дарбад. — А я уже успел накременничать тут. Свободных котлов в лагере четыре штуки, любой из Обозной команды скажет ему об этом, стоит только спросить.

— Нартыгх умный, стиг рикаш, — хмыкнул Ордрин, — он обязательно догадается, к кому обратиться. А там может и стол какой походный сообразит под котлы, чтобы варить удобнее было.

— Стол? — переспросил я.

— Ну да, — подтвердил казарег. — Вчера весь поход Нарт рассуждал на тему облегчения страданий от сидения на земле. Причём в первую очередь думал он о тебе, лорд. Так что день-два таких рассуждений — и либо сам дойдёт до нужного решения, либо кто из гномов, а то и людей-машинистов подскажет. Они ведь у своих стреломётов все немного инженеры.

— Такую деятельность надо поощрять, — решительно сказал я.

— Ты знаешь, что ему нужно? — по-деловому спросил Ордрин.

Ну а чего ещё ждать от гнома? В плане поощрений и подарков на первом месте у нас практичность. Воину — топор, магу — зельев маны, повару — кастрюлю, художнику — холстов и красок, пусть ещё рисует. На первом месте именно необходимость, а не мечта.

— Есть у меня понимание того, от чего он будет прыгать от радости, как маленькая эльфийка, — хмыкнул я. — И у вас тоже это понимание есть.

— Оно и у меня есть, своего рода подслушанный разговор, — произнёс Дарбад. — Раген Нартыгх хочет деревню недалеко от рудника, говорит, там много полезных травок растёт. Так почему не сделать? Построить ведь недолго.

— Построить — да, — согласился я, — только кто там будет жить? У нас на поселение рядом с грифоньим фортом гномов нет, а тут сразу второе кем-то заселить надо. Так что поощрение пока в режиме ожидания.

— А о грифонах хорошо, что ты заговорил первым, — пропела Аастия. — Самка беременна, через четыре-пять дней у неё появятся маленькие грифончики.

— Это хорошо, — улыбнулся я, — у меня как раз готов чертёж Гнезда. Два дня — и оно готово принять первых жителей.

— И будет хагренов со временем всё больше и больше, тергер верз, — не скрывая раздражения, процедил казарег. — Ирсинд получит так необходимые ему военно-пернатые войска, а я головную боль.

— Тебе всё ещё не нравится идея грифоньего форта? — спросил я.

— Чужды они мне, — подтвердил Ордрин. — Не понимаю я, как их использовать. Боюсь, что и не пойму никогда.

— И что, сдашься, не научив ни одного грифона сбрасывать на головы врагов колбы с взрывным составом и добиванием через разборот на бреющем? — хитро прищурился.

— Они так могут, мин пудир? — удивился казарег. — Никогда ничего такого не слышал.

— А ты попробуй научи, — предложил я. — И если у тебя получится, ты станешь довольно известным полководцем. Шутка ли, добиться того, о чём никто и помыслить не может.

Ордрин ушёл в задумчивость. Ещё бы, я задел его профессиональную гордость и поставил, как кажется, невыполнимую задачу. «Глупые птицы» в два приёма если не убивающие, то существенно ослабляющие врага, не только мечта, но и стратегическое преимущество. Разумеется это надо обдумать.

— Разведка к Дубкам отправлена? — неожиданно вспомнил я вчерашнее… вчерашнее?.. ну да, вчерашнее, уже четыре утра… обещание старосте.

— Пока нет, девочки отдыхают, — сквозь задумчивость ответил Ордрин.

— Это хорошо, — кивнул я и широко зевнул, прикрывая рот рукой.

— Тебе надо поспать, — музыкально протянула Аастия. — Для тебя это жизненная необходимость.

— Ты права, — кивнул я, чувствуя, что усталость накатывает всё сильнее и сильнее. — Я держусь лишь на морально волевых.

Ордрин и Дарбад тут же, будто по команде, встали и вышли. Аастия же встала, но выходить не спешила. Чем я и воспользовался.

— Ты же помнишь что будет, как только я проснусь?

— Помню, любимый, — пропела дриада.

— Поэтому я прошу тебя несколько часов подождать, — осторожно произнёс я. — Надо будет решить некоторые государственные дела — отдать чертёж «Гнезда» Гдитсирду, встретиться с новым кузнецом, проверить…

— Я всё понимаю, — прервала меня Аастия. — И никуда не спешу. Я буду ждать столько, сколько понадобится. Никакого Зова, как у Ергрида, у меня нет, мне в этом плане легче.

А вот я не просто спешу — я мчусь. И пусть любимая озвучила по сути прямой приказ неизвестного ей властного мужского голоса не покидать пределов территории, очерченных павшей завесы, мне не хотелось доводить проблему до встречи Аастии и демиургов. А сделать это можно было лишь одним способом — поскорее превратить её в Красную фею. Если бы я мог заниматься только этим.

Уже засыпая, я почувствовал, как к моей спине прильнули два тёплых комочка. Лисята, Огель и Пактиквул. Именно так их назвала Аастия, пояснив, что в эльфийских легендах так звали полумифических лисов, вдвоём держащих двадцатитысячное войско Крушителей от прорыва в Вечный Лес. Оба погибли, но ни один демон не прошёл мимо них. После этого рассказа мне оставалось лишь мечтать сделать своих лисят хоть сколько-нибудь похожими на тех легендарных. Впрочем, кто знает, может и получится. Игра такая игра, в самый неожиданный момент может подкинуть что-нибудь неожиданное.

— Мне страшно, — тихо пропела Аастия.

— Не бойся, — взял я её за руку и легонько сжал. — Ты не одна.

— Спасибо, — посмотрев мне прямо в глаза, произнесла дриада. — Но боюсь я не за себя. Вдруг на время нашего отсутствия придёт кто-то, с кем можно договориться, а договариваться будет некому.

— Почему некому? У всех гномов есть рты, мы понимаем общий и по большей части говорим на нём, а Гдитсирд дотошно проинструктирован как себя вести с возможным гостями. Или ты думаешь, что улетая из Баг-Даада, я забыл дать указания насчёт различных неожиданных ситуаций?

— Нет, не думаю, — улыбнулась любимая. — Но всё равно страшно. Вдруг за этой печатью что-то пойдёт не так?

Мне стоило огромного труда остаться серьёзным и не улыбнуться в ответ. Всё же Аастия и за себя тоже боялась достаточно сильно, а любые ухмылки могут только спровоцировать ссору на пустом месте. Уж я-то знаю каково это, мои родители и дня не могли прожить без взаимных упрёков и скандалов разной степени тяжести. Ссорились они красиво, по настоящему, с битьём посуды и отъездами на неделю к маме. Но и мирились они не менее интересно, с цветами, подарками и бурными ночами. Осознать, что так родители подпитывают своё творческое начало, которым оба до безумия гордились, пришлось довольно быстро. Правда, не без помощи брата и бабушки с папиной стороны. А уж понять, что родители настолько благоразумны, чтобы не разрушать из-за эмоций семью, я смог только в институте. Тогда же появилось и безмерное уважение к ним. А вот хватит ли благоразумия у нас с Аастией мне вовсе не хотелось проверять.

— Ты не одна, — повторил я, сжимая вторую ладошку. — Вместе мы преодолеем всё.

В эту секунду очень хотелось, чтобы Аастия правильно считала посыл сказанного. Под всё я имел в виду на самом деле всё, вплоть до возможных детей. То, что у бессмертных могут быть отпрыски от связи с местными, наглядно показал Нагиш. Он совершенно точно не врал, говоря о своём отце, это подтвердили все феи наперебой, прятавшиеся неподалёку, когда я вчера завёл разговор с Ритуалистом о его прошлом и будущем. О настоящем смысла говорить не было, его «Огненные искры» оказались лишь самую малость сильнее совокупных укусов двух лисят. И я собирался эту ситуацию исправлять, но на секунду представив весь объём предстоящей работы с уникальными юнитами — Ергрид, травница Ургаба, феи через Аастию, теперь вот Нагиш — меня охватила дикая паника. Ведь с каждым придётся пройти цепочку индивидуальных квестов и побегать едва ли не однотипным данжам, убивая сотни, а может и тысячи мобов. Почему разработчикам игры не пришло в голову, что такое однообразие вполне вероятно может угнетать и злить игроков, для меня, даже после чтения десятков тем форума по этому поводу, так и осталось загадкой.

«Быстро же ты перескочил в своих мыслях от детей до форумных загадок, Старший. В этом ты мастер, признаю».

Считаешь, есть смысл часами думать о том, что пока даже не случилось, Ярик? А вот я нет. Я предпочитаю решать текущие проблемы.

«А наша главная текущая проблема как раз один из многих будущих данжей».

Именно так, Ярик, именно так.

— Так мы идём? — легонько тряхнув головой, словно отгоняя дурные мысли, спросила Аастия. — Раньше начнём — раньше закончим.

Сдержать улыбку было сложно. Любимая в очередной раз подтвердила, что она всё-таки гном душой. Ни одна фея просто так не стала бы цитировать чисто гномьи поговорки с осознанием произнесённого.

— Идём, — решительно кивнул я, подходя к странному камню в форме кошачьей головы. — Ждать от руды самородков бессмысленно, что можно было сделать — сделано.

А сделать всего лишь за три часа с момента пробуждения и до прилёта сюда, к странной лесной полянке чуть на восток от разрушенной линейной ловушки к югу от рудника, я смог достаточно, чем самую малость, гордиться.

Во-первых, едва я открыл глаза, полный сил на новые свершения, пришла системка:

Доступно первое задание цепочки квестов «Дорога к Красному дому»

На мягких лапах: найдите во внутренней локации Кошачья голова Сапфировый ключ Силы

Награда: Сапфировый ключ Силы

Ни возможности отказаться, ни штрафа за провал. И, наверное, я бы долго гадал, что это значит. Если бы не найденное в Гайде описание всей цепочки, в том самом разделе, посвящённому использованию юнитов других фракций. Если быть до конца честным, то я лишь лихорадочно пролистала все пятьдесят шесть страниц, посвящённых гномам, а вот Ярик, не без чётко считываемого ехидства, назвал нужную страницу и вообще похвастался, что сумел запомнить всё, ведь у него эйдетическая память. Горячо поблагодарив свою вторую, не в меру горделивую, личность, я открыл восьмую страницу и увидел на ней полностью расписанную цепочку квестов по красным феям, все десять предстоящих этапов и достаточно подробные подсказки по ним. Учитывая формат страницы Гайда 70×100/16 и ставший типичным тринадцатый шрифт, всё описание влезло на три четверти страницы. Оставшееся место этой а также две следующие страницы занимали другие цепочки квестов на огномнивание фей. На десяток секунд я задумался, не было ли подвоха в настойчивости Силанны именно на красных феях, пока не прочёл описание условий трёх других вариантов. Мне не подходил ни один. У меня не было лично спасённой ценой жизни нимфы, не было трёх и более фей, больше двух недель лечащих моих бойцов, или ростка мелорна, взращённого на осколках родового камня. А вот любая представительница народа, хоть фея, хоть напея, чувствующая себя гномом, есть. С этим и будем работать.

Имея временную отсрочку от Аастии, я полетел в Баг-Даад, предварительно добившись от казарега бумаги на увольнение из рядов стрелковых войск Пикриша. Полевого секретаря Ордрин открепил от армии без проблем, хотя на его бороде чётко читалась досада, а сам он, пока его помощник писал документ, сыпал бармат угсами, рассказывая о полезности Пикриша и проделанной бюрократической работе с армией. Слушал я внимательно, хотя и находился в Чертёжнике, создавая мельницу.

Во-первых, Ордрин задумал самое настоящее разделение войск по категориям. Всего их пока набралось шесть: пехота, стрелки, кавалерия, воздушные силы, маги и инженерные войска. За каждым видом войск в планах казарега был свой отвечающий или казгард на нашем. У стрелков это Хатгар, у кавалерии Седкан, у остальных таковых пока не было. К главенству над пехотинцами усиленно рвался Акрух, хорошо проявивший себя в ночной битве — именно он буквально грудью остановил прорыв Скелетов и Зомби, после чего Ордрин смог закрыть его полностью — но ему наступал на пятки Драйд от Берсерков, так что там не всё так просто. В трёх оставшихся категориях пока и близко не было никого на роль казгарда, с учётом отказывающейся брать главенство над магами Аастии.

Созданные ещё в первую неделю Лекарская и Обозная команды относились к магам и инженерам соответственно. Впрочем, обозники исключительно на время. В дальнейшем Ордрин планировал выделить их в отдельные части поддержки, но пока семь гномов для этого мало по его расчётам.

Но разделение войск по родам было не главным. Главное, по мнению Ордрина, заключалось в создании настоящего военного министерства. А для него в обязательном порядке нужны были пишущие гномы, умеющие работать с бумагами. Потому казарег и попросил Пикриша обучить его помощника основам секретарского дела. Тот справился, но, по мнению Ордрина, недостаточно, работы было ещё много. Только вот пойти против слова короля он не посмел. Я заволновался, что сделал что-то не так и поговорил о сложившейся ситуации с самим Пикришем. Тот успокоил меня, заверив, что Вомрат усвоил всё, что можно было ему дать, а казарег просто «слегка» боится доверять помощнику. Я лишь хмыкнул на это. Похоже, Ордрину придётся пройти шоковую терапию по доверию к подчинённым.

Забрав Пикриша и на Буране отправив в Баг-Даад, я сам полетел к городу, но не прямым маршрутом, а через одну из юго-западных, пока не известно что скрывающих, красных точек на инженерной карте. Той самой, что овеществил Ирсинд. Он ведь инженер? Инженер. Пусть и карта такой будет, чтобы отличать от всех остальных.

Всего семь минут спустя я увидел под собой то, что чего меньше всего ожидал — деревню гремлинов. Самых настоящих низкорослых самую малость краснокожих шерстистых ушастиков в одежде, стилизованной под рабочего мастерской примерно конца девятнадцатого века, то есть. Комбинезон, кожаный фартук и кепка у каждой особи, похожей на мужскую. Женских было мало, но и они все предпочитали штаны. Все здания деревни, в том числе и самое большое, по центру, из которого то и дело вырывался огонь из самых разных мест, состояли из хаотичных нагромождений камня и металлических листов. Некстати вспомнив о своих размышлениях по поводу представителей всех восьми рас в своём государстве, я тряхнул головой, решив пока оставить эту проблему как есть, и мы полетели дальше.

Пока летели, разобрался с конкурсом на медаль героям. Все уложились в бюджет, все восемь оказались достаточно интересными с точки зрения эстетики, в том числе и та, что сделал Орм, так пренебрежительно высказывавшийся при обсуждении. Он не стал ограничиваться квадратом и сделал медаль по контуру гномьей письменной руны Уб, представлявшей из себя нижнюю половину круговой дуги с хвостиками-внешними скобочками. На общий эту руну можно перевести и как «удар», и как «почтение», и как «гордость» в зависимости от ситуации. Обязательное изображение герба было уменьшено и трижды продублировано по задней части дуги, из бафов значились +15 % защиты от физического воздействия и +15 % уменьшения получаемого урона от магии. Достаточно оригинально, и я выбрал бы именно этот вариант, но дроу по имени Шарб’Алисс Мургиррит сумела покорить моё каменное гномье сердце пусть и немного, но сильнее. В своём варианте медали она бронзой скрестила типичное изображение пламени, добавила к нему стилизованный молот, повёрнутый на шестьдесят градусов по часовой стрелке и рукояткой выходящий за пределы контура огня. Герб так же оказался на реверсе, но был один, полноцветный и большой. На аверсе же серебрились скрещенные топоры. На топорах мастер начаровала +3 Силы, +5 Выносливости и +10 % к Здоровью. И пусть её медаль вышла самой дорогой, стоимостью в семнадцать золотых, победителем я выбрал именно её, сразу сделал заказ на три медали — Саттиру, Сестерии и Акруху — и закрыл конкурс. При этом я отписался Орму о возможной доработке его варианта в армейский знак отличия. Будут идти вместо погонов у офицерского состава, если гном согласится.

В Баг-Даад в общей сложности мы прилетели спустя сорок минут. Получается, с юга на север Ас долетает где-то за час-час десять. Вот что повышенная Ловкость и Манёвренность животворящие делают. Бурану на это потребуется значительно больше времени, но он скорее боевая единица, чем маунт. Впрочем, Ас тут же остудил бою браваду на счёт его скорости. По его словам, сильный южный ветер значительно ускорил перемещение, и этот фактор теперь тоже надо учитывать. Согласившись, я, тем не менее, высказал мысль, что по воздуху всё равно быстрее, чем по земле. Дракон спорить не стал.

В столице я первым делом нашёл Гдитсирда, передал ему чертёж «Гнезда» и спросил, где Ирсинд. Бургомистр ответил, что тот ещё вчера, сразу после встречи с семьёй, уехал на взятом из резервов пони в Железный молот, налаживать производство бумаги. Понимающе хмыкнув, я предложил гному проинспектировать ферму пони, тот согласился, но прежде отчитался о выходе из Университета пятерых новых специалистов. Литейщик и строители боевых машин тут же отправились в кузницу, землекопа забрал Ирсинд для прокладки тоннеля, камнетёс, просто от того, что больше некуда, снова уехал к Узкому ущелью, в каменоломню, а вот горняк пока остался не у дел. Хмыкнув, я отправил его в золотую шахту. Лишним не будет.

После фермы, которая должна быть отстроена уже сегодня ближе к вечеру, строители как раз доделывали крышу главной конюшни, я зашёл в Замок, позавтракал под давлением Магриша, посетовав на то, что гречка с тыквой уж очень специфична на вкус, в отличии от той же овсянки, и с немалым удивлением встретил там же в приёмной Старклина, лесника, что был отправлен в Каменный спуск для обустройства там лесного курорта. Лесник ответил, что вчера «я» на Земельном собрании отозвал его обратно «для травяных целей». Он и приехал, взяв с собой двух еженедельных Костоломов. Стараясь ничем не выдать своего удивления, я согласился со всем, Костоломов отправил в казарму, а Старклина в таверну, ждать своего часа за счёт государства. У Гома я забрал обещанный отчёт, спросил, если подвижки в бюрократическом оформлении производств города, получил отрицательный ответ, дал нагоняй через мысленную связь Гдитсирду и отправился на Склад. Кернисс я не беспокоил, а вот сломанную шкатулку нашёл. Её статус за то время, что она лежала на полке, не поменялся. Тогда я извлёк из инвентаря ту шкатулку, что получил в качестве подарка, открыл её и обнаружил там самый обычный стальной ключ. Ключ, оказавшись на свежем воздухе, зашевелился, резво взлетел и направился к сломанной шкатулке. Покружив вокруг неё, он растаял серебристыми искрами, что мгновенно окутали крышку. Спустя секунд пятнадцать искры пропали, а шкатулка оказалась целой. Теперь она давала по тысяче золотых в сутки, если была установлена в тронном зале, плюс четыре очка странной Узнаваемости. Откладывать я не стал, и уже через пять минут слева от трона на высоте подлокотника, опираясь на десятисантиметровый в диаметре каменный столбик, красовался отделанный золотом и чёрным деревом сундучок с гербом Королевства на крышке.

Следом я справился у секретаря о судье и прочих бюрократах. Тот ответил, что с ними всё хорошо, они живут в таверне и готовы в любой момент приступить к своим обязанностям. Уловив намёк, я через интерфейс посмотрел, как там протекает изготовление мебели для кабинетов, который я, оказывается, сделал мастеру Страгу ещё на пиру, и поставил в блокнот заметку о жилых комнатах для чиновников при следующем расширении Замка. Зря я, что ли, каре делаю? Места должно хватить всем.

Последним пунктом стремительного вникания в жизнь столицы значилось посещение кузницы. Увы, шёл я туда не для урока кузнечного дела и даже не рассчитывал на него, но Зорбек решил иначе. На полчаса он заставил меня ковать лопаты, иначе обсуждать что-либо он не собирался. Поэтому, отправив Аса за Аастией и убедившись, что Буран почти добрался до Баг-Даада, выжимая себя по полной, я достал первый слиток из горна и приступил к ковке, попутке вовлекая в беседу всех: Зорбека, Крибоша, Барнура, первого литейщика, Шамшипа, его нового коллегу, Граминда, строителя боевых машин и Дибдаба, того самого полученного вчера кузнеца. Обсудили мы развитие кузнечного дела в Баг-Дааде в частности и в Королевстве в целом. Я говорил, как вижу ситуацию со своей стороны, они все, поочерёдно, вносили свои предложения и коррективы. И, что характерно, несмотря на грохот сразу двух молотов по заготовкам — Крибош тоже отковывал лопаты — все мы прекрасно слышали друг друга. Я и раньше это замечал, особенно, когда не уходил в собственные размышления о судьбе будущей Империи, что случалось почти всегда, при ковке, но сегодня стало гораздо понятнее — гномам кузнечный шум не помеха. А может, это активированная книга расовых знаний так влияет? Не исключено, совсем не исключено.

К моменту, когда я покидал кузницу и забирался на лишь десять минут ждущего меня Бурана, костяк плана по развитию металлообработки был готов. Главный центр по изготовлению стальных и, в будущем, прочих слитков, было решено создать здесь, в Баг-Дааде, на основе этой кузницы. Сюда будет стекаться вся руда Королевства и переправляться в заготовки. Часть заготовок прочие города и деревни смогут купить на Рынке, чтобы пользоваться ими для своих нужд, остальной металл будет перерабатываться на месте как в гражданские товары, частично окупая тем самым затраты металлургического комплекса, так и для военных нужд — оружия, доспехов и непосредственно боевых машин. Одну из оружейных разработок Зорбек мне продемонстрировал, показав цельнометаллический болт для гномьего арбалета с небольшой ёмкостью для алхимии. Налить туда можно было всё, что угодно, в зависимости от желаемого эффекта. Я пообещал посоветоваться с казарегом на этот счёт. А вот с гражданскими товарами пока будет не так хорошо, как мне хотелось бы, даже несмотря на то, что это направление взял на себя так кстати полученный вчера Дибдаб. Но что он сможет один для в перспективе средневекового мегаполиса? Так эту проблему придётся решить, в том числе и новым уровнем кузницы, уже третьим. На нём должны дать нового, совершенно бесплатного, кузнеца. Да и просто для металлургического центра нынешняя кузница подходит мало.

По пути к обозначенной на карте поляне я продолжил чертить мельницу, благо в базе очков на неё требовалось лишь пятнадцать, и я смог развернуться по полной, существенно расширив и зернохранилище, и мучной склад, добавив совсем небольшую, буквально на три очка, мастерскую по вязанию мешков. Будет по что сельхозпродукцию складывать для перевозки на дальние расстояния. В итоге мельница была готова на три четверти, сегодня точно добью её.

— Тоже боишься? — тихо пропела Аастия, выведя меня из задумчивости.

— Есть немного, — вздохнул я, резко вспоминая то, что так и не сделал.

— Давай вместе, — предложила любимая, кладя наши руки на нос кошке.

Я не встретился ни с кем из родных Ирсинда, ни с женой, ни с детьми, ни с внуками. А ведь ещё вчера, перед боем, хотел и планировал. Что ж, надеюсь, завтра у нас найдётся время.

— ВАС МНОГО! — проскрежетал непонятно откуда льющийся голос. — РЫЖИЕ ЗВЕРИ ТОЧНО НУЖНЫ?

— Они часть меня, — с секундной заминкой ответил я в пустоту, соображая, что имеет в виду голос. — Они всё равно последуют за мной. Или умрут.

— ХОРОШО! — пришёл ответ после минутного молчания. — ИДИТЕ!

Прямо перед каменной кошкой открылся круглый портал с синим вихрем, заставив на с Аастией отшатнуться. Ас и Буран тут же подскочили поближе, лисята прижались к моим ногам, Огель к правой, а Пактиквул к левой. Было удивительно ощущать их по отдельности и точно знать, где кто. Взяв себя в руки, я шагнул в портал, на ходу выхватывая из инвентаря лопату. Оказался я посреди каменной площадки где-то в горах явно на большой высоте. С трёх сторон — справа, слева и сзади — вверх уходили высоченные отвесные скальные стены без единого выступа, пройти можно было только вперёд, в окружение снежных шапок горных вершин.

Лисята сразу же отцепились от меня и стали прыгать вокруг скал, тихо перетявкиваясь друг с другом. Что они говорили я понять не мог, они ведь не питомцы мне, у нас совсем другая связь, образованная прерванным шаманством, пропущенным через умирающего шамана. Что это такое и с чем его едят я так и не понял, хотя Аастия и пыталась объяснить доступным языком, но то, что лисята теперь неотделимы от меня, признала однозначно. Мне оставалось лишь вздыхать от этого.

Любимая, Ас и Буран появились следом за мной, благо размер трёхстенного колодца позволял находиться в нём всем нам и не испытывать никакого дискомфорта. После недолгого, буквально десятисекундного, совещания было принято единственно верное решение — идти вперёд. Дракон, не согласный с этим, попытался было взлететь, но наткнулся на невидимый ограничитель и больше не спорил.

От колодца начинался узкий достаточно крутой спуск вниз по каменной спирали вокруг гигантского параллелепипеда, поставленного на папа́, как сказал бы мой дедушка, то есть на короткую плоскость, если говорить человеческим языком. В таком приближении он походил скорее на палец квадратного сечения, ведь как низ, так и верх у него терялись в тумане и дымке. И в этом параллелепипеде появились мы, чтобы найти Сапфировый ключ Силы. Знать бы ещё, где искать. Согласно Гайду, локации для поиска встречались самые разные, от жерла действующего вулкана до руин парящего города, и далеко не всегда требовалось с кем-либо драться.

Спустя минут сорок спуска, спираль упёрлась в широкую площадку перед плавно поднимающимся горным склоном, местами поросшим скоплениями чёрного низкорослого колючего кустарника.

— Будем подниматься? — музыкально спросила Аастия.

— Как будто у нас есть выбор, — пробормотал я, давая Асу жестом понять, чтобы тот проверил путь.

С минуту дракон кружил чуть ли не над каждым кустом, выискивая возможные опасности. И они нашлись, едва не цапнув чешуйчатого за нос. Он вовремя отпрянул и залил вылезающее из норы существо, больше похожее на гигантских размеров лысого ежа с костяной трёхсуставчатой конечностью вместо хвоста. Конечность заканчивалась костяным шипом с метр длиной и представляла достаточную опасность.

Создание, сожжённое Асом, с противным писком погибло, но десятка два других полезли вместо него, испещрив склон ямами и рытвинами. Дракон взлетел повыше, чтобы не попасть под «хвосты» ежей, Буран бросился ему на помощь, затоптав по пути только вылезающую из норы тварь.

— Так и знал, что без драки не получится, — процедил я, активировал боевой режим и прыгнул на ближайшего ежа.

Тот не стал изображать жертву и покорно принимать смерть, а стеканул меня шипом поперёк нагрудника. Доспех выдержал, хотя звон стоял явно на все горы, не меньше, а вот полоска здоровья просела сразу на четверть, благо Аастия тут же всё отлечила. Приземлился я совсем не там, где планировал, но хотя бы не улетел в пропасть — и то хорошо. Меня начали окружать создания, пробуя задеть «хвостами», но и мне умирать совсем не хотелось, а потому я крутился как можно активнее, нанося редкие удары кулаками по головам тварей. Бурану пришлось тяжелее, он мог только перекатами уворачиваться от попаданий шипов, зато если он по какой-нибудь твари прокатывался, та уже не вставала. Только вот создания попались удивительно ловкие и под наши атаки не попадались, то отпрыгивая, то уворачиваясь, то блокируя «хвостом». Но хоть больше двадцати трёх не вылезали, остановившись на этом количестве.

В какой-то момент я почувствовал себя примерно так же, как и во вчерашней драке с ошаманенными орками. Мне не хватало слабой медленной мелочи, чтобы как следует разогнаться и отпинать этих странных ежей по самые штольни. И в какой-то момент вместо ярости стала появляться бессилие. С каждой секундой боя оно поглощало меня всё сильнее и сильнее, заставляя совершать ошибки. Я пропустил несколько ударов шипом, благо, прошедших вскользь, я несколько раз споткнулся о ямы и едва не угодил под множественную атаку сразу нескольких «хвостов», я, в конце концов, стал промахиваться по ежам из самых верных позиций. Бессилие смело, будто и не бывало, твари стали откровенно действовать на нервы и я потянулся за лопатой, чтобы одним ударом прекратить всё это, но вместо открытия инвентаря схватил за хвосты рыжие мельтешения, раскрутил над головой и запустил прямо в морду твари прежде чем понял, что делаю. На лисятам как будто это и было нужно, они с радостным лаем вцепились в создание и не отпускали до сих пор, пока ёж сам себя не затыкал шипом до смерти. Любуясь этой милой картиной, я едва не пропустил атаку шипом по себе, но смог поймать его в полёте и переломить одной рукой у третьего сустава, остриё вогнав в череп того же создания, а его самого использовать как цеп, держа за «хвост» как за рукоятку и используя тело ежа в качестве ударного навершия. Несмотря на настойчивые выкрики странного голоса, своё оружие я из рук не выпускал. Это в тот раз, в одемонённой деревне людей его нужно было послушать и не убивать собственными руками перспективного священника, сейчас я защищал любимую, до которой ежи едва не добрались, пока я предавался унынию и депрессии. Да, это была месть, месть от страха, но ни одна тварь не ушла, оставив свои тела здесь, на склоне. Некоторые были сожжены, некоторые скончались от рваных ран, нанесённых медвежьими лапами, одно измочалено в нечитаемую кашу, но абсолютное большинство попросту забито своим сородичем, оказавшимся в руках разъярённого берсеркера, спасающего свою женщину от посягательств.

— Это было шикарно, лорд, — восхищённо прорычал Ас, едва я отключил боевой режим.

— Ты был бесподобен, хозяин, — глухим басом вторил ему Буран. — Я так никогда не смогу, у меня лапы.

— Спасибо, — нараспев выдавила Аастия.

Я же достал из инвентаря трёхлитровую флягу с водой и медленными глотками выпил половину, почёсывая подбородки лисятам. Те счастливо потявкивали от удовольствия и щурились, подобно котам. После воды, по обыкновению, стало гораздо лучше. Можно было идти дальше.

По склону мы поднялись без проблем, всего три минуты — и мы будто на стартовой каменной площадке, только без стен, а спиральный спуск стал совсем чуть-чуть, но уже, а горы будто надвинулись намного ближе.

Спуск снова привёл к пологому склону с колючим кустарником, Ас снова сагрил лысых ежей с рукоподобными костяными хвостами, я снова активировал боевой режим и прыгнул. На этот раз получилось увернуться от удара по доспеху, но приземлился я неудачно, прямо около левой стены, и оказался зажат тремя тварями, так и норовящими проткнуть меня. Помогла Аастия, запустившая «Режущие травы», на несколько секунд застанивших врагов. Ситуацией я воспользовался сполна, вырвав из «хвоста» самого юркого ежа, урона которому прошло меньше всего, его шип и принялся им орудовать, стараясь не обращать внимания на буквально приказывающий выбросить каку голос и жжение в ладонях, пробивающееся и сквозь перчатки. Видимо, это постоянное отвлечение на борьбу с внутренними факторами и сыграло со мной злую шутку: я не заметил, как за моей спиной оказалось два создания и поплатился ударами в спину с пробитием доспеха. Жизнь мгновенно уползла в красную зону, я упал лицом в склон, обездвиженный на десять секунд, а твари решили этим воспользоваться. Будь я один, меня ждала бы быстрая бесславная смерть, но Аастия тут же отлечила мне всё здоровье, Ас удачно сжёг сразу трёх ежей одним выдохом, Буран прокатился сразу по семерым тварями, Огель и Пактиквул без раскрутки вцепились в морду всего одной, но загрызли её ещё до того, как я смог встать. Оставшихся одиннадцать созданий я убил лично, ловко уворачиваясь от хвостов и загоняя шип каждой в основание черепа, чтобы наверняка. Было восхитительно наблюдать, как их очередного ежа уходит огонёк жизни и стекленеют глаза.

— Их стало больше, — произнёс я очевидную вещь, допив начатую флягу. — В первый раз было двадцать три, теперь тридцать пять. Если так пойдёт дальше…

— Будем надеяться на лучшее, — тихо пропела Аастия. — В крайнем случае, я использую свои козыри. Но не хотелось бы.

— Мне тоже, — кивнул я. — Они могут пригодиться в боях с нежитью.

— Если не будет другого выхода, применить придётся, — музыкально, но твёрдо произнесла любимая. — Будто я не вижу, как тяжело тебе даются сражение с этими… баустиэлями.

— С кем? — не понял я.

— Баустиэлями, — повторила дриада. — Так эльдары называют существ, создании которых поучаствовал кто-то, кроме богов. Гремлины типичные баустиэли.

— Понятно, — кивнул я. — Гремлины живут недалеко на север от Кадага.

— Это сейчас не важно, — нараспев сказала Аастия. — Важно то, что твой стиль боя очень зависим от противника. Если нет тех, о кого можно повысить текущий ранг берсеркерства, ты очень уязвим.

— А ты откуда это знаешь? — удивился я. — Это ведь знания бессмертных.

— От бессмертного и узнала. Я же рассказывала о союзнике-гноме, который тоже с красными глазами рвал на части сотни слабых врагов. Он много чем делился с леди, а я слушала, так как всегда была при ней после наших с ней многочисленных походов по таким вот местам. — С этими словами она обвела рукой над головой. — Он рассказывал, что в какой-то момент упёрся в ту же проблему, что и ты сейчас, где-то нашёл наставника и стал развивать свой боевой стиль. Даже магией смог пользоваться, только не напрямую.

— Свитками?

— Какими-то активаторами.

— Чем? — тут же сделал стойку я.

У меня ведь есть браслеты, на которые как раз нужен активатор. Что если…

— Где-то нашёл перчатки из артефактного набора, к ним нужен был активатор. Сильно в подробности он не вдавался, так что всего я не знаю. Только то, что набор был собран полностью.

— А где он взял активатор? — тут же спросил я главное.

— У наставника по боевому стилю, — с готовностью пропела любимая. — И тебе он тоже необходим. Может, тоже сможешь плеваться огнём во врага, как Ас.

Интересно девки пляшут. Я перерыл весь аукцион, пытаясь так и эдак задать фильтр, но никаких активаторов там нет. На спецфоруме тоже никаких упоминаний, даже в Гайде, в том числе и в вопросном поиске. Пишет «На вопрос «Где найти активатор?» ничего не найдено» и хоть ты оборись на этот глупый кодированный набор букв. А что если поискать через наставника боевого стиля? Надо проверить.

Весь очередной спиральный спуск до склона с колючками я читал Гайд и спецфорум берсеркеров одновременно, мысленно костеря себя на все лады. Вот что мешало мне задать вопрос про активатор по-другому? Почему я упёрся в формулировку с «где?» и даже не пытался проявить малейшую гибкость в этом вопросе? Тот же Гайд, стоило только вбить в него словосочетание «наставник боевого стиля» вывалил почти семьдесят страниц концентрированного текста, где нашлось место и активаторам в том числе. В недоумении, я кликнул на слово инструментом со знаком вопроса и оно откликнулось стразу тремя вариантами: «Что такое активатор?», «Как получить активатор?» и «Какие бывают активаторы?» И всё, вопрос с «где?» отсутствовал в Гайде, и именно поэтому я не мог найти их. На спецфоруме так же было много про наставников. В основном, правда, здесь писали свои истории те берсеркеры, что уже прошли пусть обретения боевого стиля, но в каждой открытой и бегло просмотренной истории фигурировало одно незнакомое мне слово — шруф. Призвав на помощь Ярика, чтобы он запомнил один из рассказов, самый маленький, на восемь страниц, я сделал не самый простой для себя вывод — в некоторых случаях игроки обходят стороной лексику игры, придумывая свои слова-заменители. У слова «активатор», применяемого к артефактам, такой заменитель тоже был. Да, именно, этот самый шруф. И вот по шруфы понаписано так много, что мне чтения на несколько лет вперёд хватит не меньше. Воистину чудны дела твои, Камнерожденный.

«А ты вообще помнишь, что у тебя есть возможность создания боевого себя через Храм, Старший? Посему ты зациклился на идее со сторонним наставником?»

«Потому что не люблю класть все скелеты в один сундук, Ярик. С Храмом будет связан Нагиш, ещё и собственное обучение через него пускать уже перебор».

«Ну смотри, Старший, тебе виднее. Не пожалей потом».

К третьему склону я подошёл в таком раздрае, что лысых ежей встретил как родных и на первого же летел с чувством, что вот сейчас-то напрягаюсь, напинаюсь и всячески дам злости вылезти наружу… Реальность, очевидно, не согласная с моими действиями, через тварей убедительно доказала, кто в доме хозяин и по чьим правилам ведётся игра. Нет, вначале всё шло хорошо, я прыгал, пинал, правда, без навыка и совсем не больно, мне даже дали убить пятерых тварей, не получив ни единицы урона, а вот потом… Аастия трижды подряд едва успевала меня отлечить, Ас и Буран поочередно взяли на себя семерых созданий, почти убивших меня, я почти улетел с площадки прямо вниз, неизвестно куда, но вовремя отрезвел и увернулся. С обрыва полетел ёж, а я взял себя в руки, притушил злость и постарался действовать осторожнее и адекватнее, что в боевом режиме было не так просто. Вовремя вспомнив об убранном в инвентарь с прошлого спуска шипе, я достал его и пошёл в атаку. Голос всё так же настойчиво советовал выбросить непотребство как можно дальше, ладони так же нестерпимо жгло, но я схватил метровую кость двумя руками и перекатами пошёл от одного создания к другому, нанося один, максимум два удара прямо в морду. Перекат. Удар. Перекат. От одного к другому. Чтобы каждой мерзости неповадно было. Перекат. Удар. Перекат. От одного к дру…

— Всё закончилось, любимый, — положив мне руку поверх шлема, пропела Аастия.

Придя в себя и выключив боевой режим, я осознал, что стою посреди склона весь в крови и странных мягких ошмётках, а вокруг меня лежат тела лысых ёжиков со страшными ранами головы, заключающимися в полном отсутствии морды. Это всё я, что ли?

«Ну, строго говоря, это всё мы, Старший. От тебя неожиданное хладнокровие, от меня бой. Теперь трое разумных знают, что такое холодная ярость. Только сегодня больше так не выйдет. Прости».

Да нет, Ярик, ты ни в чём не виноват. Всё сделано правильно.

Ас, круживший высоко, метрах в двадцати, над нами, резко спустился и выдохнул на меня огнём. На мельчайшую долю секунды мелькнула мысль, что питомец решил убить своего вышедшего из-под контроля хозяина, но нет, дракон всего лишь использовал «Очищающее пламя». Десять секунд — и я полностью чистый.

— Надо отдохнуть, — прохрипел я, заваливаясь на тела созданий.

Аастия тут же кинулась ко мне, не взирая на не самую аппетитную картину поля боя, рискуя порезать босые ступни о мечевидные шипы. Её платьице, так и не изменившееся с самого первого дня нашей встречи, довольно быстро испачкалось в крови и ежиных мозгах, но она дошла до меня и с помощью Бурана, расчистившего обратный путь от трупов, доволокла меня до предсклонной площадки.

— ИСПЫТАНИЕ ПРОЙДЕНО! — тут же раздался тот же голос, что и из кошачьей головы при входе. — ЗАБЕРИТЕ КЛЮЧ!

— Что это? — тут же спросила Аастия. — Что это значит?

— ТЫ ПРОШЛА ИСПЫТАНИЕ ВЕРНОСТИ И БЛАГОДАРНОСТИ! КЛЮЧ ТВОЙ!

— Какое ещё испытание? — слегка испугано прошептала любимая. — Я же просто хочу стать ближе к гно… ну, да всё верно. Я побежала к тебе, потому что сам ты не выбрался бы из… кучи. А спокойно смотрела на то, как ты приходишь в себя в окружении баустиэлей и ничего не делала… прости, но я так не могу.

— Это и есть верность и благодарность, — прохрипел я. — По крайней мере, именно так их понимают гномы.

Достав из инвентаря ещё флягу с водой, я медленно ополовинил её. Мог бы, наверное, и быстро, только вот совершенно не хотелось в случае чего облиться тем, что даёт жизненных сил и бодрости. Почему-то это казалось неправильным. Лисята снова подставили подбородки под почесушки, и я не стал им отказывать.

— А куда мы должны прийти? — музыкально спросила дриада, когда я убрал флягу обратно. — Где мы должны забрать ключ?

— Видимо, там, — указал я вершину склона, где раскрылся круглый портал с фиолетовым мерцанием в центре. — Другого пути я не видел.

Рассказывать о том, что каждое задание специально построено так, что фея, пусть в моём случае и дриада, получили шанс проявить то или иное качество, в данном случае верность и благодарность, я не стал. Так же как не стал говорить обо всём, что знаю о цепочке заданий, а знаю я всё. Одним из факторов получения на выходе сильной Красной феи с сильными статами, навыками, умениями и заклинаниями было полное незнание процесса происходящего. Да, можно было предупредить фею о том, что надо делать, чтобы потратить меньше времени на цепочку, но у меня со временем проблем нет, а трудности, возникающие по пути, можно и перетерпеть. Терплю же я орущий прямо в ухо голос и жжение в ладонях, держа в руке шип из хвоста ёжика? Так что нытья от меня никто не увидит. Гном я или восьмилетняя эльфийка?

Портал открыл перед нами картину, от которой Аастия пришла в ужас, а я едва не зарычал от предвкушения. Большая каменная площадка, размером где-то с футбольное поле, так и кишела уже знакомыми лысыми ёжиками и новыми полутораметровыми червеподобными созданиями примерно один к десяти. В надежде прекратить всё как можно скорее я прыгал к первому червю и был приятно удивлён — для смерти ему хватило одного удара ногой. Захохотав, привлекая тем самым внимание врагов к себе, я тут же ушёл от тычка шипом ближайшей твари, достал свой и покатился доставлять добро и причинять радость. Ас и Буран тоже решили не отставать от этого праздника геноцида, активно принимала участие и Аастия, то кастуя корни, то призывая своего медведя, то шарахая молнией. Я прыгал, пинал, раскручивал ежей за «хвосты» и бросал, уворачивался и откатывался от ударов — в общем, вёл себя как порядочный берсеркер, не забывая при этом громко хохотать. Мне дали оторвать по полной, и я пользовался моментом по максимуму. Жалко, что закончилось оно так быстро, всего двадцать два минуты сорок одну секунду чистого удовольствием — и всё, ни червей, ни ежей, ни жжение в ладонях. Последнее, правда, только из-за меня, ведь я убрал шип в инвентарь за ненадобностью после вспарывания брюха последней твари, но ощущение остались незабываемые. Как и полное понимание того, что наставник боевого стиля мне всё-таки нужен, уж слишком сильна зависимость от разгона через мелкоту.

Допив вторую флягу с водой и почесав лисятам подбородки, я поднял с появившегося в центре площадки импровизированного алтаря из ежиных «хвостов» самфировую брошь в виде лежащей кошки и передал её Аастии. Вполне очевидно, что это и есть тот самый необходимый нам ключ. В руках любимой брошь стала меняться и превращаться в кошку в прыжке, похожую на логотип спортивного бренда.

— Возьми себе, — протянула дриада ключ мне. — Мне некуда положить, я его просто потеряю.

Пожав плечами, я забрал драгоценную кошку в инвентарь. Говорить о том, что ключи потерять невозможно, не стал. Мало ли чего Аастия сможет ещё вытянуть, мне она нужна максимально сильной.

Прямо перед нами открылся уже знакомый круглый портал с фиолетовым мерцанием, мы прошли через него и оказались на стартовой полянке к югу от рудника, только вот никакого камня в виде головы кошки здесь уже не было. Вздохнув, я уступил Аса Аастии, а сам добирался до Кадага на Буране. Доделал чертёж мельницы, прочитал несколько историй, связанных со шруфами, изучил аукцион на предмет купли-продажи алхимии — в общем, интересно провёл эти три часа. Добрался до лагеря я только в пять часов уже считай вечера.

И сразу по приезду в лагерь Ордрин отвёл меня в сторону и популярно объяснил, почему Приведения так долго оставались невидимыми и не обнаруживали себя натыканием на Скелетов, Зомби и даже наш строй. Честно, что в процессе боя, что после него я вообще не задавался этим вопросом, не до того было. Да и не задался бы, наверное, никогда. А вот Хатгар не просто задался, он убедил казарега, через Ихрипа, естественно, хотя бы подумать, что вдруг такого стало Привидениями, что они пользовались своим умением на уровне, не доступном даже духам. Казарег и подумал, вместе с казгардом, найдя интересную версию.

Оказалось, на одном из Старших Личей был интересный артефакт, с помощью которого мёртвые колдуны планировали создать куда более прочный щит, чем у них в итоге вышел. Основой щита как раз и должны были стать Приведения, поэтому для большей стойкости к ритуалу их заранее усилили и повысили всё что можно, чтобы не тратить драгоценное время в бою. А уже в бою, объединив силы, Личи должны были сделать призрачных куда более крепкими и стойкими, но удар Ергрида и Аастии спутал трупешникам все карты и заставил отказаться от первоначального плана.

Не знаю, насколько эта версия правдива, Личей-то уже не спросить ни о чём, но выдвинул её Себеш, наш теперь уже единственный эксперт по нежити в походе. Не верить ему смысла не было, тем более, что, узнав вчера от фей о возможности участия двенадцати Старших Личах в первой волне, я тут же связался с Кернисс. Она посоветовала лишь одно — как можно скорее сократить количество колдунов, пусть даже на одного, мало ли для какой пакости понадобилось именно такое количество. В Ритуалистике Смерти двенадцать было одним из самых распространённых чисел, наравне с семью и шестнадцатью, поэтому мы и решили последовать совету Ведьмы. Получается, не зря? Вполне возможно, вполне.

Потом меня нашёл Нартыгх и, улыбаясь и сыпая уменьшительно-ласкательными, повёл к специально оборудованному месту для варки зелий с тем самым столом с круглыми прорезями для котлов, которых оказалось четыре, скамьёй и навесом на случай непогоды. Тучи уже ходили сегодня над городом стекольщиков, орк справедливо опасался, что может пойти дождь. Хмыкнув, мысленно на пару с Яриком покричав от счастья, я приступил к варке первой порции «Гниения». Сразу пять котлов дадут сто пятнадцать пузырьков и таких надо сделать три порции. Под отчёт Ордрина о разведке вокруг Дубков и полученных трофеях я приготовил первые ингредиенты для засыпки и принялся ждать, пока закипит вода, попутно чертя штаб ВПВ для форта. Хорошо быть многозадачным.

— Не ожидал тебя увидеть сегодня, лорд, — протянул Зорбек, когда я вошёл в кузницу. — Весь Баг-Даад обсуждает спасение бедного южного городка от полчищ костяных драконов, а ты решил постучать молотом по металлу?

— Именно так, друг, именно так, — согласился я с кузнецам. — Разве что никаких драконов у Кадага нет, а вот полчищ — предостаточно. Благо, мы пока справляемся. По нашим расчётам, ещё одно ночное полчище — и станет полегче. Пережить бы это полчище.

— А что такое? — спросил гном, наблюдая, как я достаю из горна раскалённый слиток и кладу его на наковальню. — Большие потери?

— Ну, как большие? Сегодня потеряли Костолома и на три дня точно одного мечника. Остальные к ночи уже будут в строю.

— Остальные? И много остальных?

В этот момент входная дверь снова открылась и на пороге появился человек, напоминающий смесь гнома и эльфа. Коренастый и низкорослый, но с зеленоватого цвета бородой лишь по шею, восхитительными изумрудными глазами и слегка заострёнными ушами. Собственно, он был сыном гнома и дриады, так что первое впечатление не сильно обманчиво. Поздоровавшись, крат сел на лавку, что характерно, каменную, и стал ждать, прислушиваясь к разговору.

— Четверо Мастеров стрельбы, все единичные маги и мой Буран попали под отчаянный выпад Старшего Лича. Надумалось ему взорваться с непредсказуемыми последствиями. Костолом и прикрывающий его человек оказались дальше всего от помощи. Увы.

— А в остальном? Как город? Сколько ещё простоит?

— Пока мы его защищаем, он будет стоять, — жёстко ответил я. — Ничего другого город не ждёт в ближайшей перспективе.

— Это хорошо, — с облегчением кивнул Зорбек. — Это значит, я смогу доказать Приссиву, что он не прав.

— Кому доказать? — не понял я.

— Ох, лорд, это долгая история, — вздохнул кузнец. — К нам тут вчера дроу в количестве семи человек приходили.

— Это… нападение? — только и смог спросить я и буквально через секунду осознал всю глупость вопроса. Ну какое нападение всемером? Тем более, что Зорбек так спокойно об этом рассказывает.

— Да Аркат с тобой, лорд, ну какое нападение? — рассмеялся Зорбек. — Они не собрались нападать, просто искали того, кто смог бы объяснить им судьбу Россыпи гранита.

— В этом случае они пришли точно по адресу, — констатировал я, стараясь частыми, но аккуратными ударами молота вытянуть заготовку. — Вся Россыпь гранита сейчас в Баг-Дааде.

— Раген Гдитсирд об этом прямо и сказал их лидеру, — кивнул гном. — После чего спешно был найден Ургвард, прибежали ко мне за Крибошом, даже Страгура оторвали от его понивоспитательных дел.

— За Хатгаром, естественно, посылать не стали, — хмыкнул я.

— Естественно, — развёл руками Зорбек. — Но и без того встреча прошла так, будто близкие родственники давно не видели друг друга.

А ведь так вполне может быть. Помнится, Ургвард рассказывал о тёмных эльфах, что раз в месяц приходили в их деревню и помогали. У нормального игрока, знающего о чётко прописанной в лоре Асхана многовековой вражде одних подземных с другими, такое просто не уложилось бы в голове. Лишь единицы из сотен смогли бы отбросить предрассудки и понять, что исключения не только возможны, их много. Ну а у меня есть Кернисс и её Охотники. Одному из которых я обещал всяческую поддержку, да.

— И к чему в конечном итоге привела встреча на Эльбе?

— Где, простите, лорд?

— Река такая, — коротко пояснил я. — У нас тут тоже река есть, если ты забыл. Так о чём говорили? Или ты не спрашивал.

— Да мне и спрашивать ведь не надо, — хмыкнул кузнец, — Крибош сам мне всё рассказал, в красках и достаточно подробно. И думается мне, Прассив будет проситься в Королевство. Ты их примешь?

— Ты предлагаешь вот так сходу тебе взять и ответить? — хмыкнул я. — Я не сплю после трудной ночи, пытаясь разобраться с тем ворохом проблем, что нам подкинули Дубки, мчусь в Баг-Даад на Буране, чтобы всё-таки урвать законные три часа сна, выслушиваю короткий доклад Ирсинда о его семье, впервые слышу про приходивших дроу, и ты хочешь, чтобы я тут же принял такое важное решение?

— Так что там с Кадагом-то? — ни на что не ответив, спросил кузнец. — Прассив утверждает, что эффективнее сделать стратегический отход, будто город сдаётся под натиском превосходящих сил нежити, устроить им многочисленные ловушки со святой начинкой, хорошенько проредить ими ничего не подозревающих мертвяков и добить ослабленного врага.

— Знаешь, возможно, мы именно так и сделали бы, — вздохнул я, — если бы не целых два «но». Во-первых, у нас нет никого, кто мог бы делать святые ловушки, да ещё и в столь большом количестве. Во-вторых, даже в качестве уловки город сдавать нельзя, такое условие поставил бургомистра Кадага, и я вынужден ему следовать. Иначе не видать нам стекла ни в каком виде.

Говорить о том, что Ордрин предлагал точно такой же вариант, как и неведомый пока Прассив, я не стал. Тем более, что казарегу я противопоставил те же самые аргументы, что и тёмному эльфу заочно. Разве что не стал говорить, что второй больше относится к заданию, а не непосредственно к бургомистру города. А вот схожесть мыслей Ордрина и незнакомого дроу мне понравилась, возможно, с ним можно иметь дело в самых широких рамках этого слова.

— А что ты вообще делаешь? — наконец спросил кузнец, кивнув на постепенно удлиняющуюся заготовку.

— А разве ты не видишь? — ехидно спросил я. — Кинжал это, для будущих разведчиц. Если получится.

— А зачем им кинжал? — не понял Зорбек. — У них что, своего нет?

— В том и дело, что нет. — Глубокий вздох сожаления был ему ответом. — У них, считай, ничего нет, ни оружия, ни маскировки, ни знаний. Только начальные навыки «Тихого хода» и «Острого слуха». Всё.

— М-да, для разведки это совсем не дело, — протянул гном. — С таким откровенно слабым набором их заметит любой крестьянин, не говоря уже о всех остальных.

— Вот я и хочу сделать их лучше всеми доступными способами. Для начала оружием, пусть и ограничений на ношение у них столько, что хоть головой о жилу бейся. Но кинжал им точно должен подойти.

— А ты точно уверен, что кинжал получится? — озабоченно спросил Зорбек. — Ладно мы вчера совместно обсуждали будущее Империи, ладно сейчас ты рассказываешь о прошедшем, но настоящее??? Гном не может считаться кузнецам, если не прошёл три стадии погружения во время работы над металлом. И ладно говорить, это вовсе не обязательно. Думал ли ты, ученик, о настоящем под стук молота о металл?

Прозвучало настолько пафосно, что мне аж не по себе стало. Никогда не думал, что увижу в глазах кузнеца огонь фанатика.

— О, поверь, учитель, не только о настоящем, — как можно спокойнее произнёс я, отковывая обоюдные лезвия кинжала. — Едва ли не каждый раз, когда ты давал мне самостоятельную работу, я анализировал прошлое, подводил черту под имеющимся и строил планы на будущее. По сути, всё, что есть в Королевстве, продумано и перепродумано здесь, у этого гона с этим молотом в руках. Здесь очень хорошо думается, знаешь ли.

— В таком случае, ты готов стать кузнецом, ученик, — вполголоса и всё так же пафосно сказал кузнец. — Отныне я не учитель тебе.

Получена профессия «Кузнец»

Текущий ранг Подмастерье I ступени

Получена книга рецептов

Добавлено пять новых рецептов

Вот так, практически буднично я получил то, что хотел с самого начала, обдумывая персонажа в четырёхдневный подготовительный период. Один из пунктов старого плана развития выполнен безукоризненно, но совсем не так и не в те сроки, что были обозначены на форуме и даже в Гайде. Наверное, потому что я сорвавшийся и Система всё-таки считает нас больше местными, чем игроками. Другого варианта у меня просто не было.

— Мои поздравления, ло-о-орд, — с опеванием последней ударной гласной, произнёс со своего места сын Ирсинда, Доргу. Его голос мало чем отличался от обычных гномье, разве что теми самыми удивительно музыкальными опеваниями. И мне очень нравилась эта его особенность.

— А ты уверен, что делаешь кинжал правильно? — тут же спросил Зорбек. — Ты ведь до этого никогда не делал кинжалы.

— Не делал, — согласился я. — И совсем не уверен в результате. Но кто ещё вместо меня изготовить то, что у меня в голове? Вот и приходится работать по наитию. Если что, стоимость материалов я возмещу.

Говорить в том, что мне пришлось посмотреть сорокаминутное видео по технологии ковки кинжалов, я не стал. У меня уже давно сформировалось понимание, что любая в лоб поданная информация из сторонних источников воспринимается местными исключительно в штыки за редким исключением. Вот и сейчас проще всё списать на творческий порыв, тем более, что открытым то видео я не держал, и без того запомнив все этапы ковки. Единственным отличием было то, что на видео использовался дамаск, а гномы предпочитали, скорее, булат, заготовка ведь литая. Но работал я честно, и кинжал получался приличным, без перегибов центровки и прочего брака.

Десять минут, пока я доковывал лезвие, Зорбек внимательно, с явным скепсисом в бороде, смотрел на это. Но когда всё получилось, он осмотрел изделие, потрогал его, даже понюхал и чуть ли не попробовал на вкус и пришёл к выводу, что с этим можно работать, надо только заточить и закалить.

— Всё будет, — согласился я. Эти операции я уже проделывал с сельхозинвентарём по заказу Крошина, так что проблем не будет. — Но сначала надо его усилить. Доргу, твоя очередь.

Крат встал и медленно подошёл к нам. Посмотрев сначала на клинок, а потом на меня, он достал из одного из своих многочисленных карманов, что на жилетке, что на рубашке, что на штанах, ножичек с лезвием из красного полированного камня, полоснул меня по тыльной стороне ладони, собрал её тремя пальцами левой руки, смазал оба лезвия с обеих сторон и быстро-быстро, пока мы с Зорбеком приходили в себя от представления, прошептал с десяток странных сипяще-рычащих слов. Кровь, будто по-готовности, впиталась в клинок, заставив того сверкать будто на солнце.

— И что это такое было? — возмущённо спросил я.

— Привязка кинжала к нам, ло-о-орд, — ответил Доргу, опустив голову и смотря в пол.

— А я разве просил? — почти кричал я. — Разве было сказано «привяжи этот клинок ко мне»? Я просил усилить его так, как ты можешь. Мне не нужна была никакая привязка! Или ты не можешь, яхонтовый мой.

— Могу-у-у, — с сильной дрожью в голосе ответил крат. — Но этот кинжал сам просил привязать его к ва-а-ам. Понима-а-аете? Са-а-ам. Я не смог ему отказа-а-ать.

Вздохнув, я убрал клинок в инвентарь, даже не смотря, что там получилось, попросил Доргу снова сесть на скамью и подождать, взял новую болванку, положил её в горн, достал оттуда уже прогретую и принялся делать новый кинжал. Благо, рецепт есть, а значит время ковки сократится с получаса для первого раза до восемнадцати минут. Всего тридцать шесть минут плюс ещё пятнадцать на заточку и закалку — и два кинжала передо мной, готовые к усилению.

Вот кто меня дёрнул вчера вечером, перед вторым сражением с нежитью, связаться с Ирсиндом, спросить про производство бумаги и пожаловаться на слабость будущих разведчиц? Да никто, сам связался и сам пожаловался. Ну и получил помимо краткого отчёта о начале строительства комплекса зданий вместе с лесопилкой и полунамёком на сюрприз в Железном Молоте ещё и совет о коротком клинковом оружии, раз ничего другого нельзя, которое лучше сделать самому и усилить с помощью его сына, неплохого зачарователя оружия. И вот теперь у меня в инвентаре будет пылиться бесполезная железка, которая мне и даром не нужна, а на отковку я потратил гораздо больше времени, чем планировал. Ну вот и где здесь искать плюсы, дедушка?

В этот раз я отошёл подальше, во избежание неожиданностей, но Доргу не стал доставать свой ножичек. Вместо этого он извлёк из верхнего правого кармана красной жилетки узкую и длинную, где-то метра три, полоску кожи, обернул вокруг кинжала, полностью закрыв металл, и снова принялся шептать сипяще-рычащие слова. Полминуты на оба клинка — и кинжалы, такие же блестящие, как и испорченный в первый раз, лежали на наковальне. Но теперь они были не Стальной обоюдоострый кинжал подмастерья Ярогрейва, урон 8-12, к каждому из них добавилась строчка Вероятность критического удара +25 %. Насколько я помнил, критический множитель для кинжалов 3.3–3.8, так что получилось вполне неплохо.

— Материал самый просто-о-ой, — словно извиняясь, произнёс Доргу, по-прежнему смотря в пол. — Будь он получше, усиление прошло бы сильне-е-е-е.

— Предлагаешь ковать клинки из чистого мифрила, — усмехнулся я.

— Не надо мифри-и-ил, — тут же замахал руками крат. — Насколько я знаю, даже обычную сталь можно делать качественнее, всё зависит от приса-а-адок. Но в этом я не очень разбира-а-аюсь. Я ведь зачарователь, а не кузне-е-ец.

А вот я теперь кузнец, но тоже не очень разбираюсь. Если честно, вообще не разбираюсь, потому и решил стал кузнецом в обход книг знаний. Честно таким образом освобождал место под «Мечника», в своё время оказавшегося бесполезным, но сейчас отыгрывающего позиции только так. В частности, с одним из двух новых уровней выбрал «Помощь ближнему», которую я взял без раздумий. Братство уже проявило себя, рыцари-мечники несколько раз за ночной бой скрещивали мечи, получаса временные +2 к физическим характеристикам. Теперь они смогут любое усиление перенести на кого угодно, в количестве половины от своей численности. Замудрённая канцеляритная формулировка скрывала в себе возможность поделиться бафами и бонусами с теми же щитниками, которых ровно вдвое меньше. Правда ограничение тоже было — число получающих бонус ограничено восемью существами.

Второй выбор мне решительно не нравился. Мало того, что опять магия, так ещё и «Лучший экземпляр» из Казначея. По писанию, этот навык давал возможность из меры ресурсов сделать один образец со свойствами всей меры — один камень, один кристалл, один самоцвет, даже один золотой самородок, для крафта, например. Из стандартных ресурсов не работало с рудой, ртутью и серой и работало со многими нестандартными, тем же мифрилом, например. Ну вот куда мне, скажем, уникальное бревно?

«Что значит «куда», Старший? А рукоятки для кинжалов кто делать будет? Они так и пойдут со стальными обрубками в местах держания? Не думаю, что гномки будут рады такому подарку».

Ты прав, Ярик, об этом я не подумал. А обработать дерево кроме меня сейчас некому. Ну, может, Ирсинд сможет, как тогда с древками перед первой битвой в Городе, да и то вряд ли. Среди его умений ничего подобное не значится. Значит, рукоятки буду делать я. Заодно и изучу всё, что накопилось за эти пару дней. Но «Лучший экземпляр» теперь выглядит как насмешка системы.

Забрав со склада меру древесины, я пошёл в Сердце Замка — единственное место, где меня сейчас не потревожат. Время и так приближалось одиннадцати утра, слишком уж я задержался в кузнице, да ещё непонятно сколько займёт изготовление рукоятей. И будет лучше, чтобы меня не беспокоили.

Просмотрев за десять минут видео на ускоренной перемотке, замедляя отдельные моменты, я разрезал брёвнышко пилой из инструментного набора на шесть частей, срезал кору и приступил к обработке. Ладони слегка покалывало, но не обращать внимание на такие неудобства я научился, не чужое оружие ведь держу.

Первым делом изучил наконец новые фракции. Суровый край оказался типично скандинавским замком с типичными викингами. Внешне они напоминали гномов, разве что нормального человеческого роста, доспехи носили сильно попроще, вплоть до оголения многих участков тела. Их женщины, названные просто норманками, отличались лишь отсутствием бороды и в чём-то были явно сильнее, недаром же юнит шестого тира у них Валькирия.

Территория стартовых локаций представляла собой либо несколько крупных островов, либо участок суши на побережье и те же самые острова, но поменьше. Климат приближался к осеннему, того периода, когда листья уже опали, но было ещё достаточно тепло. Это позволяло хоть немного, но возделывать землю, обеспечивая себя минимальными продуктами питания. Впрочем, в гористой местности, если такая присутствовала, лежали постоянные снега, а самой частой погодой были редко прерывающиеся на солнце дожди.

С учётом наличия большой воды под боком, викинги совершенно точно будут хорошими мореплавателями и, возможно, станут конкурировать с пиратами в организации набегов на свободные побережья. Жить ведь на что-то надо? Правильно, надо, а для этого нужны деньги. Впрочем, совсем не исключено, что отдельные отмороженные игроки не захотят отказаться от грабежа и разбоя хотя бы интересных историй на хардкор-форуме.

Религию викингам подарили политеистическую, чуть ли не полностью перенеся в Асхан реальный скандинавский пантеон. Зачем это было сделано лично я так и не понял, но теперь, по общему лору, у Асхи появился новый сын, тщательно скрываемый до этого, и имя ему… правильно, Один, всем пять, кто подумал именно так. Почти все остальные боги викингов — дети, внуки и прочие потомки Одина и Фриги — или Фрейи, которая вроде бы как вторая личность, но в то же время и самостоятельная богиня — которую любящая мать даровала сыну из космической энергии с толикой первородного Хаоса. Двумя исключениями из списка стали Локи, приёмный сын Одина, потомок ванов, и некто Извус, придуманный специально для Асхана плод связи Арката и Малассы, спрятанный в Асгарде на всякий случай. В общем, этому паноптикуму можно было посвятить не один час, разбираюсь в хитросплетениях взаимоотношений десятков богов, божков и мелких покровителей.

Состав армии викингов для меня открытием не стал, почти всех их я уже видел. Типичные хирдманы, правты, те самые яростные воины без доспехов, догусты, татуированные колдуны, валькирии и ледяные великаны, йотуны либо морской змей на седьмом тире. Правда, решение именно магического юнита для меня осталось загадкой. Почему нельзя было использовать тех же «реальных» вёльв и скальдов, уже продуманных скандинавами задолго до изобретения компьютерных игр? Это ведь не берсерки, которых отдали гномам и забрать уже невозможно. Впрочем, как пел классик советской авторской песни, жираф большой, ему видней.

Общее мироощущение, сделав Асхан аналогом Мидгарда, добавив параллельными пространственно-временными пластами Асгард, Ванахейм, Йотунхейм, Хельхейм и добавив новый, Гобулхейм. Тёмных эльфов и гномов у них совершенно справедливо убрали, что явно возмутит поклонников всего скандинавского, но в этом разработчиков я понимаю. Гномы в Асхане уже есть, дублировать их и создавать миллионами курьёзы и абсурды далеко не лучшая идея.

Морское братство это самое что ни на есть пиратство со всеми его классическими проявлениями, разве что без огнестрельного оружия. Зато с магией, которая, я уверен, сможет заменить порох без потерь в качестве. Имеют же гремлины свои трубки с разрывными смесями, названные аркебузами, почему же у пиратов их быть не может?

Территории пиратов чем-то напоминали викингскую — острова их всё. Только моря было больше, а суши, соответственно, меньше. И почти всегда архипелаги, в совсем уж редком случае заменяющийся на захудаленький полуостровок. Пираты самые настоящие морские волки, зарабатывающие себе на жизнь практически лишь грабежами. Экономика как таковая отсутствует, обожание работорговли возведено в абсолют, цепочек квестов, способных заставить представителей других фракций стать пиратов против их воли, настолько много, что своего найма у Морского братства, за исключением непосредственных пиратов, просто нет. Кого захватил, из того армия и будет.

Замок, место силы всех прочих фракций, играет роль лишь перевалочного пункта и места починки кораблей и прихода в себя после неудачи либо продажи добычи и азартного отдыха до последнего золотого, тут уж как кому повезёт. Именно поэтому столица пиратов всегда и без исключений порт.

С верой у пиратов дела обстояли настолько своеобразно, что любой чёрт, захотевший разобраться, не только переломает конечности, но и бросится на саблю от отчаяния. Создалось впечатление, что религию Братству придумывал психически нездоровый завсегдатай ПНД, лишь отдалённо слышавший хоть что-то про Латинскую Америку, великие индейские цивилизации Нового Света, культуру привезённых из Африки рабов и обладающий огромнейшей больной фантазией. Иначе никак не объяснить, почему у одной фракции есть и Кетцалькоатль, и Барон суббота с его лоа и многочисленные собственные наработки разработчиков. Заранее не завидую тем игрокам, что выберут Морское братство. Хорошо, что мой выбор уже сделан.

Степное раздолье, сиречь кочевники, в общих чертах есть ничто иное как монголо-татарское иго в период до начала своего могущества, смешанная с африканскими бедуинами и прочими племенами и приправленное индийским колоритом. Иначе объяснить у одной расы и лошадей, и верблюдов, и слонов невозможно. Но, по большей части, именно лошади преобладают во всех сферах этой фракции. Здесь оказались все стереотипы — кумыс, поедание конины, казахская дудка. Не обошлось без единственного во всей игре переносного замка и системы найма первых трёх боевых юнитов одним кликом.

Их территория — степи, сухие степи и полупустыни без перекоса в сторону откровенных песков. Климат, соответственно, засушливый, дождей откровенно мало, ветра сильные, солнце палит нещадно. Оттого и народ кочевников сплошные азиаты, но с исключительный равноправием. Женщины могут быть как вождями, так и воинами почти всех тиров, где воины — люди. Отчего-то сразу вспомнилась Мулан, хотя там фигурировали не степняки, а китайцы.

Из материалов кочевники больше всего обожают кость, войлок и древесину саксаулов и прочих подобных неприхотливых полупустынных растений. Традиционные металл, древесина и камень используются очень редко. Им проще зачаровать костяные наконечники так, чтобы они пробивали стальные латы, чем пачкаться о незнакомое.

Их главным богом поставили Илата, покровителя воздуха и создателя людей, даровав в тому ипостась сродства с духами. Так что шаманства им не чуждо, но и приголубить молнией, в случае чего, тоже могут. Илата до этого мне было откровенно жаль. Люди отвернулись от него, предпочтя Эльрата и его Свет, маги отошли от религии в принципе, поголовно став атеистами и создав Академию с гремлинами, джинами и титанами. Сейчас у него наконец появилась сфера влияния. Осталось лишь Шалассе придумать её фракцию, связанную с водой, и все боги будут счастливы. Я надеюсь.

Помимо описаний новых рас, на этой же вкладке «удобно» разместился скачущий баннер об очередном конкурсе. Один раз тыкнул не туда — и вот ты на красочной странице, предлагающей игрокам создать свою, абсолютно любую новую фракцию по определённому шаблону. Я заинтересовался, чекнул шаблон и пришёл к выводу, что самое сложное будет прописать семь базовых тиров фракции или грамотно обосновать отказ от этой системы. Награды обещали самые вкусные даже для тех, чья фракция в итоге в игру добавлена не будет, но расписана или даже нарисована она будет профессионально. Соблазнившись этим, я решил поучаствовать. Рисовать, к сожалению, я не умею даже простейшего человечка из палок и кружочков, так что придётся расписывать. Осталось лишь понять, какую фракцию сделать. Славян, по уверениям пользователя Мистер Молодец, не хочет никто, поэтому их я отложил, хотя инфа по викингам уже не оправдала себя. Уже встречавшиеся в компьютерных играх замок водных наг-японцев и болота тоже, слишком банально. Тёмных людей, новых эльфов и всё прочее, чего так хотели в прошедшем обновлении, сделают без меня. Остаётся лишь что-то по-настоящему оригинальное. Но что? Что-то национальное? Или совсем новое, никогда до этого не встречавшееся? Нет, сомнительно, если названия нового я ещё смогу худо-бедно сгенерировать программами, то описать то, чего никто не видел, не получится. Ну нет у меня писательского сверхталанта, просто нет. Что же тогда остаётся? Даже не знаю… хотя нет, прекрасно знаю! Я ведь был и остаюсь, раз разум при мне, большим любителем античных культур среди тёмно морского разлива — Египет, Греция, Рим. Так почему не взять их и не сделать что-то общее, квазикультурное? Жалко только, что всех мифологических существ поразбирали прочие фракции, тех же минотавров, титанов, даже джинов и грифонов. Ну ничего, это решаемая проблема. Допустим, можно забрать кентавров из нейтралов, добавить от безысходности сатиров, обольщающих сирен в качестве воздушной поддержки, медуз с серьёзно ослабленным окаменением — до сих пор помню горящую жопу от проходящего смертельного дебафа герою в той компьютерной части, где герои были на поле боя — греко-македонскую фалангу, либо римских легионеров в качестве пехоты, полулюдей на основе египетских богов, тоже на выбор, может даже колесницы и обязательно сфинксов. Ну и в качестве экзотики, допустим, ожившие статуи, по аналогии с големами магов, вплоть до мраморного грейда. Ну и новый греко-египетский пантеон им собрать, раз у разработчиков такая мода на новые пантеоны. Надо будет всё хорошо обдумать, благо, заявки принимаются до конца недели.

Следующим этапом разбора накопленного чтива значился отчёт Гома. Почитать о том, что старосты деревень придумали под контролем Арката, прячущимся под моей личиной, было интересно.

Самое первое, что сделали гомзаты, как теперь следовало называть представителей территорий на Земельном собрании, это утвердили небольшой Устав. В нём они обозначили цели организации — исключительную совещательность, выработку качественных предложений и их доклад королю, то есть мне, — порядок выдвигаемых предложений, полномочия гомзата, лидерство в Собрании и, самое главное, дальнейшее изменение количества территорий в связи с неминуемым ростом Королевства, а так же логично выходящее из этого увеличение числа гамзатов на Собрании. Почему для обозначения подтерриториальной единицы был выбран термин «территория» для меня осталось загадкой, Гом никак это не отразил. Как будто все негласно договорились об этом и всех это устроило. Ну а раз устроило их, устроит и меня. Столицами территорий, за неимением чего-то другого, были назначены деревни.

Следующим этапом Аркат выдвинул идею гамзатам самостоятельно подготовить предложения о тех или иных улучшениях на их территориях. Прямо сейчас что-то похожее было лишь у Диргрига из Узкого ущелья и Марка Ламира со Скарком Ирдениром из Быкрыгора. О вторых Ирсинд уже рассказал мне, поэтому эту часть отчёта я пробежал по диагонали, не заметив чего-то нового, а вот Диргриг сумел удивить. Он сообщил о необходимости и в их деревне тоже поставить отделение Гильдии охотников для получения шкур с бегающей вокруг деревни и каменоломни живности шкур. Медведей и волков было обещано не трогать, а вот лисы, белки, еноты и зайцы пострадают. Аркат от моего имени ответил согласием, я тоже не стал постфактум ничего изменять. Да, Диргрирг упомянул лис, а ко мне орочьим шаманством оказались привязаны лисята, но ведь все остальные лисы, в отличии от волков, не перешли на нашу сторону, так что виноваты сами, если подставятся.

Так же староста Узкого ущелья покаялся, что в момент моего прилёта за нотариусом прятал от меня меховщика, умеющего шить меховую броню. Пользовались ей лишь берсерки, которым жара была нипочём, они не потели даже в пустыне. Сейчас же, наверняка, она подойдёт и викингам, так что вполне можно будет заработать. А всё мясо Диргрирг обещал дёшево продавать в Каменный спуск, для нужд лесного курорта.

При упоминании курорта оживился Наург, староста Каменного спуска. Он сообщил, что развитие деревни идёт хорошо, Старклин дал необходимый толчок, поставил поэтапный план на полгода вперёд и даже обучил двух юных гномов, брата с сестрой, у которых обнаружилась предрасположенность, премудростям гномьего лесного дела. И вот дальше Аркат совершил совсем непонятное для меня действие — он отозвал лесника в Баг-Даад со словами «здесь для него есть профильная работа». Ну вот и что он имел в виду? Ладно, разберёмся. Король я, в конце концов, или не король?

На этом Аркат завершил Собрание, ещё раз сообщив, что теперь им самим придётся решать, что войдёт в конечную версию доклада мне, а так же о самостоятельно ведении обсуждения. Насколько старосты деревень прониклись этим судить было сложно, Гом не посчитал нужным внести их ощущения в доклад.

Последнее, что я сделал — заглянул в книгу рецептов. Что характерно, дали её только после после становления кузнецом, хотя алхимические и даже столярные рецепты в ней появились сразу. Из кузнечных значились стальные подкова, лопата, грабли, и тяпка, а так же расковка стальной болванки в пластину брони и новый кинжал. Рецептов столяра было два, на древки для гномьих болтов и черенки сельхозинструмента, а так же должна была добавиться рукоятка для кинжала в виде двух половинок. Больше всего рецептов было в алхимическом разделе. Здесь оказались все известные мне настои отвары, даже те, что я не варил, собственноручно сделанное Взрывное зелье, зелье «Гниющая плоть», а так же шесть ещё не использующихся рецептов, один полученный в награду, пять выданных за отражение второго прорыва в Город. Два на лечение, два на восстановление, бодрости и маны соответственно, и два на укрепление. И в каждом использовались ингредиенты, недоступные нам. Вопрос о создании деревни травников становится всё более остро. А что если привлечь Старклина к созданию этой деревни? Это надо обдумать.

Закончил создание рукоятей я лишь полтора часа спустя, на каждую потратив по полчаса. Судя по видео, опытный столяр за то же самое время сделал бы раза в три больше, но я не опытный и вообще гном, мне так-то некомфортно этим заниматься, так что результатом я остался доволен. Вот только скрепить дерево и металл мне было нечем, а потому я полез на аукцион. Десять минут настройки фильтров, ещё десять минут сравнения понравившихся вариантов, я выбрал универсальную магическую скобу за шестьдесят пять золотых. Оптом было в шесть раз дешевле, но опт начинался от трехсот штук, а мне столько было не надо. Потратив сто девяносто пять золо… СТОП! В смысле сто девяносто пять, я же изначально планировал сделать лишь две рукоятки, как вышло, что их получилось три? Зачем мне рукоятка на «свой» кинжал, если я вообще не собираюсь им пользоваться? М-да, снова потратил время на ненужную работу. Да что ж такое со мной сегодня??? Ладно, поздно ругаться, сделанного не вернёшь. Теперь у меня есть три кинжала, один из которых вкусил моей крови.

Посмотрев на время и отметив, что уже почти час дня, я вышел из Замка и пошёл в сторону школы разведчиц. Успел как раз вовремя, Брейтинда, жена Гдитсирда и Заргарра, пришедшая на тогда ещё пустой холм с источников вместе с Кернисс, выпускали в жизнь двух типичных гномок полностью в тканевой одежде. На разведчиц они совсем не походили, скорее на косплеерш, решивших подражать Эйрин и Саттиру. Перехватив обеих по дороге к таверне, вручил им кинжалы и по сотне золотых, отправил к кожевенникам за ножнами для оружия, после чего посоветовал обзавестись удобными походными сумками и запасом еды, пользуясь близостью к Заклинательному Покою, сделал копию инженерной карты, предупредив, что скоро она развеется, показал точку, где надо всё разведать, предупредив, что там гремлины и убивать никого не нужно, и отпустил выполнять задание, о котором они должны доложить казарегу как непосредственному диктэ. За время моей работы они не проронили ни слова, ограничиваясь кивками, но огонёк понятливости в их глазах я разглядел. Надо будет подумать, как развивать их дальше и кем.

— Лорд Ярогрейв, наконец-то мы встретились очно, — раздался мелодичный, но твёрдый женский голосок позади меня, когда я шёл обратно в Замок. Этот голос ясно принадлежал дриаде, но, в отличии от Аастии, Непрития не пела. Да и сама любимая получила музыкальную особенность лишь после принятия мной цепочки на становление красной феей.

— Признаться, именно так я вас и представлял, элень Непрития, — обернувшись, произнёс я, склоняясь едва ли не до земли. — Вы мало чем отличаетесь от моей Аастии, рад был не ошибиться в ожиданиях.

Передо мной, метрах в трёх, стояла невысокая босоногая кареглазая девушка, которую легко можно было принять за человека, если бы не одежда. Платье, будто сшитое из листьев, ни одна человеческая женщина надеть не может. В отличии от дриады. Точно такое же носила Аастия, но у неё оно было похоже на летний сарафан с летящей юбкой глубокого изумрудного цвета. Непрития же предпочитала закрытый до локтей верх, без какого либо разреза на груди, а в цветовой гамме проскакивали жёлтый и красный.

— Для короля вы слишком учтивы, лорд, — едва улыбнувшись правым уголком, произнесла дриада. — Не боитесь, что ваши подданные сочтут это за слабость?

— Ничуть, элень Непрития, — ответил я. — Ваш муж не считал меня слабым, неужели это ни о чём не говорит?

— Говорит, лорд, — наконец полностью улыбнулась дриада. — Ирсинд достаточно рассказывал о вас, чтобы составить определенную характеристику. Одно только спасение трёх раненых от полутысячи обезумевших дятлов чего стоит. Жаль, я не видела этого в живую. Но искала я вас не для того, чтобы жалеть.

— А для чего же?

— Вы ведь не знакомы ни с кем из нас, верно? Ну, разве что с Доргу. Вот я и хочу всех вам представить. Поверьте, это быстро.

— Верю, — кивнул я. — Где будем знакомиться?

— Пойдёмте в ваш кабинет, там удобнее всего. Все ждут вас именно там. Нет-нет, не подумайте ничего плохого, — со страхом в глазах тут же добавила Непрития. — Просто мы уже собрались именно там. Неужели вы заставите нас пойти в другое место?

— А у вас там все поголовно инвалиды? — ласково спросил я. — Никто не может ходить из-за перевешивающей гордости?

— Я в-всё поняла, лорд, — сглотнув, поспешно произнесла дриада. — В следующий раз сначала спрошу, где вам удобно принять нас.

— Вы серьёзно надеетесь на следующую попытку контроля лорда-берсеркера, элень Непрития? — не меняя тона хмыкнул я. — Поверьте, у вас ничего не выйдет. У меня уже есть та, кто собирается меня контролировать. Так что о приятно греющем душу достижении придётся забыть.

Дриада поджала губы, в её глазах отразилось недовольство, а уши трепетали от несогласия. И когда я научился дриад по ушам читать? В любом случае, простенькую психологическую игру жены Ирсинда разбить оказалось проще простого.

— Пойдёмте уже в кабинет, — вздохнул я, поднимаясь в Замок. — Посмотрим на… хм-м-м… вас.

— Лорд, ты уверен, что здесь что-то есть? — спросил Ордрин, вглядываясь в ничем не примечательные камни посреди леса.

— Я доверяю нашим феям, — подняв брови, ответил я. — Если они сказали, что варвары обосновались под землёй, значит так оно и есть.

— Я тоже доверяю нашим феям, арн гад, — тут же произнёс казарег, — но почему именно здесь? Вход может быть где угодно, они же не указали точного места.

— В этом ты абсолютно прав, точного места не указали. Зато отметили шесть возможных точек, подозрительно смотрящихся в лесном антураже. Согласись, то, что перед нами, очень похоже на «странные валуны, будто кто-то принёс их». И они действительно выглядят так, будто кто-то их принёс.

— А Ас не может их специфически осмотреть, арк дол? Может, нам станет хоть что-то понятно?

— Может, — хмыкнул я. — Именно поэтому мы здесь. Надеюсь, не зря.

— Моё зрение не может пробиться сквозь эти валуны, лорд, — печально пробормотал дракон. — Будто барьер стоит, не пускающий меня дальше. Но я точно знаю, что это самое дальше здесь есть.

Мне оставалось лишь вздохнуть. Феи, снова вшестером взявшиеся за разведку, исследовали достаточно большую территорию к востоку от Дубков, но ничего, хоть отдалённо похожего на поселения варваров, не нашли. На поверхности. Не знаю, кому из фей пришла в голову гениальная идея просканировать ещё и возможные подземные пространства, но они это сделали и не ошиблись. Конечно, их чутьё жизни было на порядок слабее того, которым пользовалась Аастия, но оно было, и с помощью него стало понятно: варваров там обитает не одна сотня, а может и тысяча. И своим немирным существованием они угрожают Дубкам и деревням юго-восточнее, ещё не попавшим под влияние Королевства.

Часа полтора мы искали и осматривали остальные пять точек, которые феи назвали «инородными для леса»: большое поваленное дерево, обильно поросшее синим мхом; нагромождение колючего кустарника с ядовито-зелёными цветами; чьи-то огромные кости, позвоночные, тазовые и конечностные, сложенные неаккуратной горкой; прудик в форме идеального элипса с чёрной водой; квадратная, будто выкопанная, яма с оплывшими краями, из которой едва заметно шёл пар. Ни одно из них Ас, как не старался, просмотреть не мог, жалуясь на барьер. Даже огнём дышал, но не помогало, пламя просто стекало, не причиняя никакого вреда Я втайне надеялся, что кто-нибудь заметит нас и вылезет подраться, но надеялся я зря. Похоже, шаманство, которым заперли эти входы, было по-настоящему сильным. Разочарованные, мы вернулись к валунам. Благо, там были и другие камни, значительно меньше размером, но на них можно было сидеть. Я, достав из инвентаря лист бумаги и перо с чернильницей, принялся рисовать мини-карту, отмечая все шесть входов к варварам, взаимное расположение относительно друг друга и Дубки как ориентир.

— Лорд, ты же понимаешь, что просто так их оставлять нельзя? — спросил Ордрин, кивая в сторону валунов. — Кто знает, на кого они нападут в следующий раз, гадар сиб.

— Никто не знает, — согласился я. — От них надо избавляться, если не пойдут на контакт. Только в ближайшее время всё равно сделать ничего не получится. Здесь понадобится вся наша армия, а может быть и гораздо больше, но оставить Кадаг мы не можем. Равно как и разделить армию напополам, не потеряв в боевой эффективности. Да мы даже Баг-Даад толком защитить не сможем в случае чего. А вдруг завтра демоны решат проверить его на прочность, а у нас там только два Костолома из ещё даже не созданного Столичного гарнизона?

— Не гневил бы ты, лорд, Ургаша такими речами, — неодобрительно произнёс казарег. — Кто его знает, может услышать и в самом деле послать демонов, для острастки.

— Как будто так ему что-то мешает это сделать, — хмыкнул я.

— Тоже верно, — согласился Ордрин. — А теперь рассказывай, зачем я тебе здесь был нужен, музир шаб.

— Ты это к чему?

— Осмотреть всё, что наговорили феи, ты мог и сам, гадар сиб. Дракон, полезный для этого дела, исключительно твой, хотя и в битвах его польза несомненна. Я тут вообще ни к чему. Значит, не для осмотра ты позвал меня.

Вздохнув, я пристально посмотрел на Гвардейца Подгорного трона. Он достаточно опытный боец, видевший в своей жизни если не всё, то очень многое, в том числе и странное. И именно в качестве эксперта по странному он и был мне здесь нужен. Кто лучше него сможет подсказать решение нестандартной ситуации? И если даже он ничего не смог, то ситуация не просто странная, а из ряда вон выходящая. Но если Ордрин хочет, можно и обсудить, тем более есть что.

— Ты знаешь, что в нашем Королевстве вчера случилось пополнение на добрую сотню жителей? — без объяснений спросил я.

— Ну да, ты говорил, что придёт семья Ирсинда, рагнат дегрессен, — кивнул казарег. — Только ты говорил, что их будет семнадцать.

— Я тоже думал, что их будет семнадцать, — усмехнулся я. — И Ирсинд тоже думал, что их будет семнадцать. Но элень Непрития, пока её супруг обустраивался здесь, нашла где-то семь человеческих семей и к нам пришла вместе с ними. Я взял сутки на раздумывание, что с ними делать. Пока в голову ничего не приходит путного.

— Так может с их помощь основать поселение возле Грифоньего форта? — с ходу предложил Ордрин. — Они люди, им грифоны привычны, как и они грифонам, лорд. Если будет надо, разбавим гномами для большей экономической устойчивости. Что ты на меня так смотришь? Думал, я слов таких не знаю?

— Поверь мне, это тебе впору думать, что я не знаю слов, — серьёзно ответил я. — О грифоньей деревне, вот, даже думать не пробовал. Хотел их либо в сельхозпоселение отрядить, либо в Быкрыгор, по хуторам распределить. Так что премию ты заслужил.

— Мне и так достаточно моего еженедельного жалованья, — скривившись, произнёс Ордрин. — Так что не надо премии.

— А вот это только мне решать. И если я сказал, что будет премия, значит она будет. Эти семь семей сходу лишают меня головной боли о семидесяти семи существах.

— Неслабые семьи у крестьян, стиг рикаш.

— Это да, — согласился я, — и того осталось девятнадцать кратов.

— Ты говорил о семнадцати, — снова напомнил казарег.

— Ещё двое это малыши, появившиеся в последний месяц, так что их в принципе можно не считать и получаются те самые семнадцать. Первой среди них идёт элень Непрития, супруга Ирсинда. Дриада классическая, с аурами, призывами и корнями-травами. В отличии от Аастии, аур всего пять, на две меньше, чем у стандартной дриады, зато призывает не только медведя, но и оленя, и ворона.

— Это ты откуда знаешь? — нахмурился Ордрин.

— Элень Непрития сама и рассказала, — меланхолично ответил я. — Всё о себе выложила, ничего не оставила тайным.

— И про шиповник тоже? — неожиданно спросил казарег.

— Какой ещё шиповник? — не понял я.

— Ирсинд как-то вскользь упоминал, что некая «его Напрития» очень любит шиповник, гадар сиб. Но больше ничего не говорил, наверное, понял, что сболтнул лишнего. В любом случае, вряд ли он знает какую-то другую Непритию.

— Вряд ли, — согласился я. — Но элень ничего про шиповник не говорила. И я думаю, стоит ли её записывать в армию.

— Есть сомнения и предпосылки?

— Понимаешь, совсем скоро Аастия больше не сможет быть главной среди классических фей. Совсем скоро она вступит в Красный дом и, возможно, потянет за собой своих девочек. Но всех не сможет, те, которые могут лечить, при переходе потеряют это, а нам это не надо.

— Не надо, арн гад, — согласился казарег.

— Но кому-то придётся быть среди них старшей, — продолжил я. — Элень Непрития наш лучший вариант на данный момент. Но что скажет Ирсинд на привлечение супруги к боевым действиям…

— Мне тоже интересно, музир шаб, — хмыкнул Ордрин. — Когда будешь спрашивать, возьми меня с собой, очень хочу лично слышать, что ответит наш инженер.

— Обязательно возьму, — кивнул я. — Тебе ведь потом, если что, перед ним и отдуваться. Дальше идут дети Ирсинда и элень Непритии. Их четверо, Доргу, Прато, Илбо и Ва.

— Интересные имена, мин пудир, — удивлённо отметил казарег. — Необычные.

— Вполне возможно, что для кратов самые стандартные, — невозмутимо произнёс я, хотя сам, когда впервые услышал, равнодушным не остался, и добавил, заметив непонимание на бороде Ордрина: — Так они себя называют. Понятия не имею, почему.

— И что эти четверо? Могут что-то стоящее?

— Как минимум на словах — да, но бойцов среди них нет. Два резчика по камню, Прато и Илбо, идущих в сторону обороноспособности, зачарователь артефактов, Доргу, и начинающий инженер, Ва. Последняя пока не так мастеровита, как её отец, но кое-что может, как сама заверяет. Дал ей задание по образу и подобию фермы пони сделать такую же, но для дятлов на перья и почтовых сразу, два в одном. Чтоб без убоя.

— А как ты будешь добывать перья, казданар сигат? — спросил Ордрин с чётко нарисованным непониманием. — Думаешь, сами захотят отдать?

— В том-то и дело, что примерно так и будет, — кивнул я. — Элень Непрития просветила меня чуть ли не обо всех тонкостях дятлоразведения. И том, что перья для письма лучше брать с хвоста сказала, и то, что так они никуда полететь не смогут упомянула, и особенности ухода выложила как на духу, быстрой речью уложившись в двенадцать минут. Так что я теперь тоже могу считаться специалистом. В теории. Ва пообещала справиться за три дня, особенно, если за это время ей покажут место будущей фермы.

— А остальные? Видел их в деле?

— Только Доргу, — скривился я. — Испортил мне кинжал для разведчиц, пришлось ковать заново.

— Как испортил? Чем?

— Привязал ко мне моей же кровью, — ответил я, доставая «режик» и передавая казарегу. — Ещё и оправдал это тем, что оружие чуть ли не умоляло его провести привязку. Но зачарование на нормальных кинжалах хорошее, можно ставить в команду к Кернисс, будут вместе клепать что-нибудь полезное.

Ордрин покрутил клинок в руках, посмотрел на свет, проверил заточку лезвий, рубанул воздух, произвёл несколько выпадов, даже прицелился для метания, но, покачав головой, вернул мне.

— Нормально, — выдал оценку Гвардеец. — Если по форме у Разведчиц такие же, им повезло. Не у всех первое оружие столь качественное. Для их уровня.

— А по содержанию? — спросил я, даже не думая как либо реагировать на последние слова. Как будто я и сам не понимаю, что данный кинжал далеко не произведение оружейного искусства. Будь это так, мне сходу присвоили бы Грандмагистра, перепрыгнув все возможные ступени мастерства. Но я лишь подмастерье первой ступени, что о многом говорит.

— По содержанию это не ко мне, я видеть такое не обучен, — развёл руками казарег. — Но работать мне с ним будет тяжело, стиг рикаш, он жжёт руки в самом прямом смысле и так и норовит выскользнуть.

А вот эти слова заставили меня насторожиться. Если у мастера боя, привыкшего владеть самым разным оружием, простой кинжал жжёт руки, это значит лишь одно — кинжал привязан к своему владельцу. И привязан достаточно хорошо. Ну-ка, посмотрим, что там наворотил Доргу:

Кинжал Первой Ковки Начала Пути

Ловкость +3

Выносливость +2

+10 % шанс критического удара

+7 % шанс двойного урона

Прочитав это, я с минуту не мог прийти в себя. Обычной привязкой создать ЭТО??? Похоже, Доргу ждёт серьёзный и обстоятельный разговор с одним берсеркером, у которого есть вопросы. И если он не скажет хоть что-то, берсеркеру придётся его умолять.

— Ну вот, другое дело, а то сразу «испортил кинжал», музир шаб. Добрее надо быть, лорд. Кто там дальше по списку родственников Ирсинда?

— Внуки. Близнецы Завдари и Бибра, сын и дочь Прато, и Реи, сын Ва. Завдари резчик по дереву, в том числе и оружейному, Бибра ткач холодного давса, а Реи только-только начинающий обработчик камней. Драгоценных камней.

— У нас появился ткач давса, казданар сегат? Это же решает все наши проблемы, — Ордрин чуть не прыгал от радости. — Ну хорошо, не все, но очень многие.

«Чему он так радуется, лорд? — рыком спросил дракон, открывая мысленный чат. — Всегда был сдержан, пусть и сыпал своими странными присказками, а тут ведёт себя как маленькая девочка, которой подарили очередную барби».

«Понимаешь, Ас…»

«Так ведь не понимаю, потому и спрашиваю, лорд. Мне такое поведение странно».

«Значит, дразнить до состояния бешенства полтысячи дятлов и не дать сказать тому, у кого спрашиваешь, нормально, а излучать восторг странно? Ну и приоритеты у тебя, скажу я, тут впору про узкую башню вспоминать. Тем более, что чертёж её у Ирсинда есть, сам знаешь».

А он и в самом деле знал. На том самом пиру инженер подошёл ко мне и сказал, что необходимая постройка в случае чего будет возведена за шесть часов без каких-либо проблем и протянул пару листков. Уже после пира, буквально сегодня утром, я изучил их на свежую голову и остался доволен. Пространство башенки получилось достаточно узким, так что если что…

«Хорошо, лорд, я понял. Так что за давс такой?»

«Не такой, а холодный. Особым образом обработанная и в ткань уложенная шерсть белого барана, желательно специального, горного, но и обычные тоже сойдут. Главное, чтобы шерсть была именно от барана, овечья в половом понимании не подойдёт совсем».

«Но ты же не так просто выделил слово «холодный», верно? — блеснул мыслью присоединившийся к нам Буран. — Неужели и другие есть?»

«Более чем. Есть каменный давс, там цвет барана не важен, создавать такой давс проще, но вот портным работать гораздо сложнее, как будто реально режется полумиллиметровый слой камня. Есть кислотный давс, туда идёт шерсть только беременных овец. И ещё есть чёрный давс, отбор в бараны там самый строгий, нужны лишь чёрные с белой головой без единого пятнышка. Таких совсем не много. Как-то так. Все эти давсы неплохо поддаются зачарованию, особенно рунному, но делать его можно лишь в процессе ткачества».

«А применяют эту ткань куда? На что?»

«Видел табард у рыцарей?»

«Что видел?» — Буран явно был не в курсе специфический терминологии.

«Ткань поверх доспехов в цветах Ордена».

«Видел, это видел. Дрался ведь против нежити чуть ли не бок о бок».

«Вот их можно сшить каждому рыцарю из холодного давса, ещё больше усилив. За счёт тряпки, которую многие считают декоративной».

И ведь реально многие. Я ведь Орден, особенно амуницию рыцарей, создавал не на пустом месте, а предварительно немного изучив форум. И там нашлось немало «умников», на полном серьёзе пропагандирующих отказ от «бесполезной, даже не защищающей тряпки». И, что самое страшное, многие велись на это. Быть может потому, что у них нет моего Гайда? А те же маги почти всегда в «тряпки» и одеты. Так что создатель изначально зачарованной ткани пригодится только так.

— Далее по списку Улистапия, нимфа, жена Прато, — продолжил я. — Самая обычная нимфа, не лучше и не хуже других. Но она обещала мне помочь в получении возможности грейдирования фей.

— Обычных фей? — переспросил Ордрин. — Не красных?

— Обычных, — кивнул я. — И упускать такую возможность нам не с руки.

— Понимаю, рагнат дегрессен. Итого девять кратов. Ещё восемь.

— И один из них Бормот, муж Ва и отец Реи соответственно. Про отца я не просто так сказал.

— Он тоже умеет работать с камнями? — прищурился казарег.

— Он умеет их инкрустировать, ещё больше усиливая предметы. Представь, что твой меч под завязку усыпан сапфирами и рубинами. И они не просто его украшают.

— Мой меч не инкрустационно пригоден, лорд, я узнавал, — натянуто протянул Ордрин. — Максимум — три камня по три дабата каждый. Сам понимаешь, много так не усилишь.

— Мы всё равно попытаемся, — хмыкнул я. — Даже такое усиление лишним не будет.

— Это все прямые родственники Ирсинда?

— Есть ещё те самые новорожденные малыши, которых мы вынесли за скобки, дети Илбо. Есть Обигдия, их мать, самая обычная фея, в ближайшую неделю совсем не боец. И есть Шарбава, жена Доргу, гномка, обработчик кож.

— Оп-па, — протянул казарег. — Это прям подарок Отца, не иначе. Шадагор будет доволен, сможет использовать лучший материал. Или не сможет.

— Это уж как сам захочет, — хмыкнул я. — Если голова на плечах есть — сможет. Ну а нет головы — его проблемы. Условия Шарбава предоставит.

А то, что эти условия будут высшего качества, я даже не сомневался. Шарбава прошла все ступени Ремесленной Академии в Гирдиге, третьем по значимости городе Эйдетрии после столицы и Шагдата, единственного места, где делают Стражей. Гномка вполне обоснованно может называть себя мастером, что продемонстрировала подаренной мне тончайше выделанной шкурой гаргазу, синешёрстного брата того самого белого барана, из которого делают холодный давс. Розовая кожа прямо сейчас украшает тронный зал, расположившись аккурат перед креслом-троном. Её показатель Узнаваемости ровно в три раза превысил то, что даёт сундучок с золотом. Ещё две единицы, и новые наемники будут обходиться мне на 5 % дешевле.

— Следующие в списке Даргата и Гарикаба, сёстры Бормота. Старшая, Даргата, вышивальщица, младшая…

— Соответственно, Гарикаба, гадар сиб.

— Именно, — кивнул я, — вязальщица. Утверждает, что может связать нарукавники, которые без проблем надеваются под наручи.

— И того тринадцать, лорд, — азартно потёр руки Ордрин. — Мы всё ближе к развязке. Кто там дальше?

— Реуш, полугном-полуджин, сводный брат Шарбавы. У них один отец, но матери, как понимаешь, разные, и именно по матери Реуш полукровка. Выглядит неописуемо, весь в красно-синих разводах, на лице по крайней мере, голова лысая, широченная зелёная борода до пола, второй формы, к счастью, нет, ходит ногами, из одежды предпочитает халаты, за сестру готов убивать. Как его отец умудрился соблазнить джинию я не представляю, не иначе Камнерожденный решил пошутить. Реуш стекольщик, но посуда его не интересует. Он экспериментирует с оружейными возможностями смеси песка, соды и золы. Говорит, вполне успешно.

— С каждым родственником всё интереснее, музир шаб.

— А всё, более-менее родственники закончились, — развёл я руками. — Остались приблудыши, но приблудыши очень полезные. Первый из них — Джеб, стопроцентный человек, порошковый алхимик.

— Это в смысле всё, что можно, досушить до состояния пепла, перетереть в пыль и каким-то чудом оно работает? — скорее утверждал, чем спрашивал казарег. — Пробовал я такое, когда эйдена охранял. На вкус жуткая гадость, но сил прибавляет даже лучше зелий.

— Всё примерно так и обстоит, особенно в плане досушить до пепла, — хмыкнул я, — А чтобы создать работающий порошок, а не откровенную подделку из пережжённой травы, нужно специальное полумагическое умение. Не то, чтобы редкое в своей распространённости, но кардинально варьирующаяся по силе. Джеб скорее средний вариант, семь-восемь пунктов по шкале из пятнадцати. Работать можно.

— Продолжай, лорд, там ведь ещё двое.

— Предпоследний — Окади, дроу-костерез, нам не сдавшийся совсем. Его бы умения варварам, вот там кости в сильнейшем почёте, на него бы молились и воздавали хвалу Великим Духам за то, что послали его. Грандмастер, как-никак, но для семи старых фракций из восьми никак не нужен. Красивейшая птица, жаль, что обломинго.

По бороде Ордрина медленно, но уверенно расползалось разочарование. Ещё бы, самый настоящий грандмастер, но обработки костей. Причём я сначала услышал о его профессиональном статусе, а уже после этого мне сообщили про кость, так я был разочарован намного сильнее и даже не видел смысла скрывать это. Окади никак на это не отреагировал, кончики его ушей как-то странно двигались при этом, будто диагональными восьмёрками, но понимать дроу по таким признакам я не умел. Была бы Кернисс рядом, она, возможно, смогла бы что-то сказать, но Ведьма работала в артефактной каморке на Складе, ей не зачем было находиться в тот момент в моём кабинете. Вслух Окади поблагодарил меня, что не выгоняю его, и пообещал что-нибудь придумать для себя. Непрития на мой, полный чуть ли не физической боли, взгляд, направленный в спину дроу, когда тот уходил, сообщила о том, что Грандмастер никому не рассказал, как получил это звание и пресекал любые попытки заговорить на эту тему, в остальном же был приветлив, общителен и трудолюбив, что совсем не характерно для дроу. Разве что магии сторонился во всех её проявлениях. Ну и в придачу никогда не снимал рубашку при посторонних, а посторонними в этом вопросе он считал всех. Интересный кадр, нечего сказать.

— И кто у нас там последний? — уже без особого энтузиазма спросил Ордрин.

Понимаю, облом с Грандмастером кого хочет из колеи выбьет.

— О, поверь мне, тебе понравится, — стараясь не сильно улыбаться, ответил я. — Джирсирд, бывший член боевого совета Ордена Чёрных Осколков, глефщик.

— Член Ордена? Да ещё и боевого совета, огрызок шкрала?! — растопорщив бороду от неверия, вскрикнул казарег, применяя доселе не встречавшееся в его речи ругательство. — Скажи честно, это розыгрыш?

— Вовсе нет, — спокойно и невозмутимо произнёс я. — Клянусь Аркатом, что лично разговаривал с глефщиком Джитсирдом, бывшим член боевого срвета Ордена Чёрных Осколков, и он выразил желание вступить в ряды нашей армии.

Меня окутало ярко-белое облачко, секунд пять подёргалось, после чего нехотя растаяло. Ордрин сидел с открытым ртом, и я его понимал. Буквально за пару минут пройти от разочарования к ошеломлению далеко не каждый сможет. Из тех, кто знает, что это за Орден Чёрных Осколков такой, естественно. Я знаю, изучал в своё время неписишные боевые организации «только для своих», казарег тоже не мог пройти эту тему стороной, так что такой подарок, который сам рвётся помогать, самостоятельно точно не найти, какие бы методы поиска не использовались. Я был согласен на все условия Джитсирда, даже на самые абсурдные, но их не последовало. Кроме одного — не препятствовать отношениям с феей, которые обязательно, по заверению глефщика, возникнут. Мне оставалось лишь фыркнуть громко и демонстративно. Аастия, возможно, даже рассмеялась бы ему в лицо, будь она в Баг-Дааде.

— И того экономическая и боевая мощь Королевства сильно увеличилась, — придя в прежнее азартное расположение духа, протянул казарег. — Это хорошо, музир шаб, это очень хорошо.

— А что тогда плохо? — тут же спросил я, всем, чем только возможно, чувствуя, что неспроста именно так построена фраза.

— Не то, чтобы плохо, но возможная проблема намечается, лорд. Послезавтра гномазы закончат обучение в Домах и выйдут готовыми бойцами для армии. Четыре как бы Топорщика и два как бы Арбалетчика. Немного, но…

— …но даже песчинка способна склонить чашу весов, — кивнул я. — Только почему «как бы»? С ними что-то не так?

— С ними всё так, лорд, а вот с их амуницией может получиться именно что плохо, тергер верз. Нам не во что их одеть и нечего дать в руки. Особенно Арбалетчикам.

Мда, пришла беда откуда не ждали. Ордрин прав, с амуницией для естественного прироста всё совсем не хорошо. И как быть? Ладно доспехи, худо бедно по образу и подобию наймовых Топорщиков и Арбалетчиков их сделать можно, а оружие? Топорам нужна деревянная рукоять, щиты сплошь деревянные, арбалеты в основе своей тоже. А у нас деревом никто не занимается, кроме меня и самую малость Ирсинда. И что же делать.

«Внимательно рассмотреть кандидатуру строителя боевых машин, Старший. Если ты внимательный, можешь заметить, что стреломёты, что баллиста, что таран в основе своей деревянные. А это значит, что их создатели вполне неплохо работают с древесиной. Так что сейчас твоим главным помощником станет Граминд. Вот и используй его».

Хорошая идея, Ярик. Правда хорошая.

«Это мы ещё о разведчицах не разговаривали, как я обещал».

Обязательно поговорим. Будем решать проблемы по мере их поступления.

— Значит, так, — заговорил я минут пять спустя. Всё это время Ордрин не перебивал меня и никак не пытался отвлечь. — Вот тебе десять тысяч золотых. Твой путь прямо сейчас лежит в Баг-Даад, договариваться со Строличными Металлическими Мастерскими о заказе на шесть комплектов амуниции. Я договорился, Зорбек ждёт. С машинистом я тоже поговорил, он поможет с деревянными деталями комплектов. Скорость не важна, пусть хоть неделя на всё уйдёт, главное — наладить цепочку производства доспехов. Это понятно?

— Понятно, лорд, — серьёзно ответил казарег. — Правильное решение, другого пути у нас нет.

— Заодно составишь список всей амуниции первых двух тиров, — хмыкнул я. — Указ тоже надо выполнять.

— Какой указ, казданар сегат?

— А ты думал, я спущу на тормозах твою выходку с Лучниками? Нет, друг мой, ничего подобного. Так что бери Аса и лети в Баг-Даад. До нового наступления нежити примерно семь часов, должен везде успеть.

— А можно ещё и в медвежью пещеру, что в Подкове, заскочить? — тут же спросил казарег. — Надо договориться с Шем об улучшении медведей, иначе наши Наездники так навсегда Наездниками и останутся.

— Не просто можно, а нужно, — кивнул я, едва не хлопнув себя по лбу.

Сам ведь хотел, ещё на той неделе, сделать так. Совершенно вылетело из головы. Хорошо, что у Ордрина с этим делом всё нормально. И с памятью, и с ответственностью.

«Ну должен же кто-то заботиться о Королевстве, раз его будущий эйден не в состоянии выполнять простейшие задачи».

Ты, Ярик, не ёрничай, а рассказывай, что у тебя есть по Разведчицам. Как раз успеем доехать до лагеря.

«Ну хорошо Старший, слушай. У меня всего пять пунктов предвыборной программы, так много времени, как рассчитываешь ты, это не займёт. Во-первых, им точно нужен какой-никакой наставник. Тот, кто сможет и рассказать, и показать, и проконтролировать. Тот, у кого есть опыт ведения разведывательных операций в самых разных условиях. Тот, кто пойдёт с ними и проконтролирует. И у нас такие есть».

Ты имеешь в виду Эйрин?

«Я бы и Саттира с удовольствием имел в виду, но у него обстоятельства. Так что остаётся Эйрин. Она может полноценно ходить, а это главное».

Саттир тоже отнюдь не бесполезен. У него только ноги нет, рот в полном порядке, разговорная функция не утрачена. Он вполне может именно рассказывать, а Эйрин будет показывать. Да и картографию, если понадобится, преподадут.

«Это, кстати, мой второй пункт. Специфические навыки. Тихо ходить и слушать чуть больше, чем нужно, это хорошо, но тренированная память, равно как и тело, умение стрелять из чего-нибудь тихого и незаметного, способности выведать информацию из собеседника — разве это должен уметь делать хороший разведчик? Многое из этого можно получить непосредственно от Системы, походив по специфический данжам. Или наняв кого-то, кто может, опять же, научить».

Думается мне, что в Гайде вполне можно найти что-нибудь на эту тему. Давай дальше.

«А дальше ты уже даже начал выполнять, Старший. Подходящая экипировка. Кинжал с бонусом критического урона отлично подходит для быстрых убийств, если другого выхода нет. А какой-нибудь плащик на маскировку ещё больше облегчает жизнь разведчику».

Где ж его взять-то, этот плащик? Так-то и об амулете Неприсутствия можно мечтать, даром что штука редкая и максимально штучная.

«Мечтать ведь не вредно, Старший, это даже гномы, самый рациональный народ Асхана, знает. К тому же у тебя источников информации куда больше, чем у обычного игрока, что-нибудь точно найдёшь и воплотишь в жизнь. Четвёртый пункт — Школа».

В смысле Школа? Ярик, Школа уже есть, именно из неё Разведчицы и вышли. Или ты забыл? Или ты не знал? Да не мог не знать, всё на твоих глазах происходило.

«Наших глазах, Старший. И вот я-то как раз ничего не забыл. Особенно спросить, с чего ты взял, что исправить ничего нельзя. Ты узнавал? Ты спрашивал? Да ничего ты не спрашивал, тебя устроило то, что есть. А что есть-то? Двухэтажная каменная коробка без всего. Вот что путного можно в такой коробке выучить? Сомневаюсь, что сами Брейтинда и Заргарра довольны сложившимся положением».

Хорошо, Ярик, я спрошу у них. Мне, знаешь ли, самому не упёрлось такое архитектурное убожество посреди западного склона Баг-Даада. Если будет такая возможность, сделаю всё, чтобы улучшить школу как формой, так и содержанием. Что там последним пунктом?

«Доверие, Старший. То, что свернуть горы при правильном подходе. Знаешь, каково это, знать, что тебе доверяют, а не отправляют в глубокий запас, потому что ты слаб, а заниматься тобой лень? Вот эти две девочки теперь этого не знают. Да, осознают себя слабыми, но понимают, что от них не отказались, а дали шанс. Им осталось лишь воспользоваться».

Очень надеюсь, что они они воспользуются им. Я как раз прекрасно знаю, каково это, получить шанс. Только в моём случае меня не спрашивали, а просто дали его.

Остаток пути до Кадага мы провели в меньшинстве. Ярик больше не лез с разговорами, я спокойно доделал штаб ВПС, как раз пару минут до конечной точки маршрута и закончил. Получилось, на мой вкус, неплохо. Четырёхэтажное здание с укреплённой толстыми стальными жердями крышей, на которых вполне с комфортом разместятся с два десятка грифонов, даже получилось добавить места под архитектурные изыски в виде барельефа во всю стену и место для статуи, а то и целого фонтана. И то, и другое вполне можно сделать позже, сейчас оставив лишь заделы под них.

Уже в лагере, спешившись с Бурана, меня настиг звонок по внутренней игровой связи. Звуки удара кирки о камень были настойчивыми, собеседник явно хотел сообщить что-то очень важное. Учитывая, что эта связь была настроена лишь на Гдитсирда и Ирсинда, звонок и в самом деле мог быть значимым.

«Слушаю».

«Лорд, тут, похоже, началось, — раздался голос инженера. — Феи видели двух гоблинов-лазутчиков недалеко от Железного молота, они изучали деревню. Именно изучали. Пусть меня искусают каменные крысы и поразит огненным дождём на закате весеннего дня, эти шарахховы дети точно ходят под бессмертным».

«Спасибо, Ирсинд. Похоже, началось. Как думаешь, укрепления Молота способны выдержать штурм небольшой армии?»

«Эти стены, лорд, выдержали высокоуровневого некроманта, лорд, небольшая армия, при всём своём разнообразии, подготовки, тактики, дипломатических приёмах, обменом любезностями, ножами в спину и прочей ерунды военного времени для них ерунда. Если будет кому держать».

«Спасибо, Ирсинд. Я позабочусь о том, чтобы укрепления не остались в одиночестве».

После этих слов Инженер отключился, а я заметил идущих ко мне с двух сторон Аастию и Ергрида. Дриада дошла первой.

— Любимый, я ощущаю что-то странное, — грустно пропела она, её уши, казалось, слегка поникли. — Будто мне нужно быть не здесь, а где-то в другом месте.

— Мы обязательно займёмся твоей проблемой, — успокоил я её, косясь на приближающегося Ергрида. — Как только будет возможность, не откладывая, тут же и займёмся.

— Спасибо, любимый, — пробормотала дриада и пошла обратно.

— Дай угадаю, — не дав сказать ни слова магу, повернулся я к нему. — У тебя снова проснулся Зов?

— Точно, лорд, — спокойно ответил тот. — Но я свой пока могу терпеть. Двое суток точно есть.

— Ну хоть какая-то хорошая новость, — тряхнул я головой, собираясь с мыслями. — Где он хоть? По направлению.

— Север. Куда-то далеко на север.

— Разберёмся. Сейчас у нас на повестке нежить.

— Не проблема, лорд, — бахвалисто произнёс Ергрид. — Если они ничего нового не придумают, победа будет за нами.

— Очень хочется в это верить. Вот прям до безумия хочется, Ерг.

— Безумие у тебя уже есть, лорд. Так что будет.

— Ну вот, лорд, я же говорил, что мы их, а не они нас, — весело произнёс Ергрид, едва последнего вампира отправил на покой сдвоенный удар щитов рыцарей-щитников.

— Мы потеряли волка, — устало отозвался я, опускаясь на траву и доставая флягу с водой. — Не уверен, что Сестерия простит мне этого.

— На нас шли тысячи, лорд, — не теряя оптимизма, сказал маг, опускаясь рядом со мной. — А нас чуть больше сотни. Всего один волк при таком соотношении ерунда. К тому же, он сам раненым полез спасать кидателя камней. Не полез бы, глядишь, и остался бы жив.

— Но тогда погиб бы Говорящий.

— Который, на секундочку, в перспективе куда полезнее полезнее десятка таких волков, как погибший. Так может волк тоже понимал это и пожертвовал собой? Об этом ты не думал, лорд?

— В какой момент, прости? Тогда, когда отводил насевших на меня упырей прямо под любовно подставленные мечи наших рыцарей? Или тогда, когда убивался об некроманта, чтобы тот не разрядил три минуты без перерыва накастовывающееся заклинание? Или тогда, когда собирал на себя десятками Привидений, чтобы они не предприняли чего похуже внезапного чёрного мерцания?

— Поверь, лорд, никто не сомневается в твоих боевых возможностях, — покачав головой, ответил маг. — Но я же не об этом говорю?

— Ты требуешь от меня невозможного, Ерг, — пробурчал я и, заметив, что тот собирается возразить, добавил: — Не отрицай, всё равно не получится. Ты прекрасно знаешь, в каком состоянии я выхожу из сложных боёв, видел уже неоднократно. А уж бой, в котором мы потеряли всего одного юнита, дав честную смерть сотням юнитам противника, бесспорно считается сложным. И при этом ты заставляешь меня анализировать поведение этого самого юнита и момент его смерти, который я честно пропустил, добивая тройку насевших Вампиров. Тем более, что прямо сейчас есть загадки и поважнее.

— Например?

— Как за пару секунд погибли семь кадавров, да ещё и погребя под собой по три-четыре Гнойных зомби и зацепив немало Приведений, в виде лужиц эктоплазмы окропившие собой конструктов.

Сказал — и закашлялся. Нельзя мне произносить столь длинные фразы сейчас, ой нельзя. А вот отдохнуть не помешает. Но, опять же, нельзя — Аастия ждёт и надеется.

— Кадавров убила совместная атака почти всех магических сил, — отозвался Ергрид, протягивая флягу. — Да и не пара секунд там была, точно с полминуты, не меньше.

— Пусть так, — кивнул я, прекрасно понимая, что сильно утрировал ситуацию. — Главное, что победили. И снова собрали кучу трофеев.

«И что там тех трофеев? Снова горы костей, сотни пузырьков эктоплазмы, обломки скелетного оружия и вампирские мечи. Разве ж это трофеи?»

Не гневи богов, Ярик. Если для это тебя не трофеи, можешь лично пойти и распотрошить каждого кадавра на «мёртвое сердце», говорят, от сорока золотых на аукционе стоит, и это самое слабое.

«Да при чём тут боги, Старший? Я говорю о том, что такие победы могли бы и чего посолиднее отсыпать, мы столько врагов перемололи. А про «мёртвые сердца» я знаю и ещё выскажу всё, что думаю по этому поводу. Упускать такую приб…»

Только попробуй хоть слово сказать — спрячу в самый дальний угол сознания и выпущу оттуда лет через двадцать, не раньше. Если бы реально что-то знал, промолчал бы. Мне чуть ли не пожизненные дебафы на юнитах не нужны. Которые непременно будут, ведь из наших никто к Некрополису отношения не имеет. За единственным исключением.

«Но ты не можешь отрицать того, что награду дают несоизмеримо маленькую с количеством убитых врагов. Что такое по семь тысяч золотых за три блестяще проведённых боя».

В каждом из которых, если ты помнишь, участвовал некий берсеркер, в одиночку разгоняющийся до немыслимых пределов эффективности.

«Вот я и поймал тебя на сочувствии Системе. Во-первых, далеко не в одиночку, и ты это прекрасно знаешь. Тебя прикрывали чуть ли не все, кто мог. Во-вторых, даже при отсутствии берсеркера выйти с тем же результатом было бы пусть и трудно, но не невозможно. Ты же в мага хотел идти, ещё и хороший меч себе купил. За три недели вполне можно прокачаться до неплохих показателей».

Неплохих, но не феноменальных. Толпы убивать точно не получилось бы. Особенно без вынужденного срыва.

«Понятно, к чему ты клонишь. Но память у тебя и в самом деле короткая. Вы сами на своём совещании решили встречать нежить по сути в чистом поле именно из-за фактора тебя. Тебе, видите ли, на стенах неудобно набирать очки ярости. И ты отлично справился со своей задачей, это бесспорно. Но не берсеркер не стал бы так делать, предпочтя защиту укреплений тому, что у него нет. К тому же невозможная сложность, на которую завязана эта нежить, неподготовленный игрок без срыва выбирать не стал бы, это совершенно точно. Ну либо игрок идиот и просто не дожил бы до падения завесы. Но проблемы отсутствия достойных трофеев это не решает».

Да будет тебе награда, Ярик, обязательно будет. Многочисленнейшее мясо закончилось, впереди нас ждёт решительное наступление на опорную базу врага. И ты точно не мог забыть, что там за враг. Или всё же забыл?

«Нет, не забыл. Там четыре Дворца вампиров».

Вот именно, четыре Дворца! В Замке некроманта такой давал бы сразу Высших вампиров, четырёх в неделю. Эти ничем не хуже замковых и их сразу четыре! А ещё там есть минимум один сильный некромант, намного сильнее тех трёх, что пришли вместе с Личами в двух последних боях.

«Так говоришь, Старший, будто у тебя нет плана по усмирению этого засранца».

Какие ты слова знаешь, Ярик. Но ты прав, план есть. Для чего мне Гайд, если я не могу с его помощью узнать, как лучше убить всего одного некроманта? Вот я и узнал. Всего-то надо взять два любых уроновых зелья, объединить их с помощью синергатора и бросить в хозяина нежити. Синергатор я уже купил на аукционе за чудовищно высокую цену в семьсот золотых, своих, увы, пока не производим. Зелья тоже есть, одно из них и вовсе со специализированным уроном. Второе, правда, придётся улучшить, но ингредиенты для этого есть, Ургаба принесла, а сварить я и сам могу. Ну и для ещё большего усиления эффекта придётся использовать Хадгара, только у него есть руна Драц с ослаблением магической защиты цели. Так что справимся. Ну а там уж и награда должна быть соответствующей. Иначе я обижусь.

«Ты смотри, как бы Ургаба не обиделась. Она ведь тоже уник, со своими заданиями на могущество, а ты пока ей даже не занимаешься. Так что ходи и жди новую порцию данжей».

— Лорд, а можно вопрос? — вывел меня из шизофренического диалога Ергрид.

— Давай, — решил я, посмотрев на время. Минут десять ещё есть.

— Почему у нас столько магов ходит поодиночке? Только потому, что им так больше нравится?

— Ты о чём? Что значит «поодиночке»?

— Ну вот смотри, — хекнув, начал маг. — Нагиш один, и он слаб, его искры не выдерживают никакой критики. Кабидар один и кидается камнями ну очень слабо. Себеш один и кастует редкие «Шары Тьмы», особо сильно на исход боя это не влияет. Ну и я тоже один, хотя и ни разу слабый. Есть ещё два Огненных Жреца. Они не слабые, но это те самые Жрецы, что вступили в армию после первой битвы за Город.

— Ты тоже считаешь меня тугодумом, да? — нахмурился я.

— Нет, ничего такого, просто…

— Да ладно, расслабься. Но на будущее, что б ты знал, я прекрасно помню, откуда и ты, и двое Жрецов, что не пошли на повышение. Есть у меня в отношении их определённая надежда, связанная с тобой.

— Ты хочешь, чтобы они тоже в какой-то момент превратились в скоростной арбалет, источающий из себя заклинание за заклинанием? — уточнил Ергрид.

— Я хочу, чтобы у тебя появилась возможность обучить их тому, что получаешь сам, и вместе вы бы основали… эм-м-м… Орден какой-нибудь, но с уклоном в магию. Будете эффективно противостоять различным уязвимым к свету существам.

— Допустим, — кивнул маг. — А три одиночки? Что с ними?

— Про Кабидара я уже говорил, он ещё станет сильным магом. Специфика Говорящих с камнем такова, что готовых методов обучения для них нет, они должны самостоятельно постигать все азы управления материалом. Кстати, мне показалось, что он в какой-то момент кинул сразу два камня.

— Не могу ничего сказать, — покачал головой маг. — Это нужно спрашивать у тех, кто был рядом с ним. Я обратил на него внимание единственный раз за бой, когда волк спас его, пожертвовав собой.

— Я обязательно спрошу, — протянул я, прекрасно понимая, что мне и спрашивать ничего не надо. В логе отражается абсолютно всё, что происходит в бою. Мысленно хмыкнув, я продолжил: — Напарник Кабидара по слабости, Нагиш, пока на стопе из-за отсутствия Храма. Будет храм — появится возможность сделать его Повелителем Рунных Ритуалов. А пока ему придётся кидаться искрами и не подставляться под серьёзного противника.

— А Себеш? С ним что?

— А у него почти всё либо на управление и усиление нежити, либо из Разума, который на нежить действует на ноль целых и ноль десятых процента. Это помимо прорвы заблокированный, но не отменённых заклинаний темноэльфийского мага, которые только баластят его книгу магии. Но даже с такими вводными он умудряется теми самыми «Шарами Тьмы» подлавливать Вампиров. Медленным заклинанием быструю тварь, на секундочку. Жаль, что даже в нормальных битвах его потенциал даже на половину не реализуется.

— Значит, Себеш навсегда останется третьей дугой стандартного стреломёта? — спросил почти подкравшийся сзади Ордрин.

Казарег наверняка хотел подойти тихо и делал для этого всё, но Ас, делавший вид, что спит, в двух шагах слева от меня мониторил обстановку за моей спиной. На всякий случай. Во избежание, так сказать.

— Если мы не найдём способ отменить его не до конца состоявшееся превращение в лича, то да, — констатировал я. — А возможности даже попытаться у нас пока нет.

— Почему? — не понял Ергрид.

— Храма нет, — пояснил Ордрин. — А раз нет Храма, нет доступа и к Аркату. Рунные круги это хорошо, но совсем не то.

— Мда, слишком много завязано на этот Храм, — буркнул я, снова прикладываясь к фляге. — Нагиш, освящение демонских артефактов, ещё и Себеш.

— Нет доступа к Аркату? — удивился маг, вовсю глазея на рыцарей, проводящих ритуал утренней молитвы Камнерожденному перед Арбаном.

Зрелище, надо сказать, удивительно забавное для любого непосвящённого. Мало того, что все шестеро рыцарей сняли доспехи и сложили их вместе с оружием в одну максимально аккуратную горку, оставшись буквально в исподнем, так они ещё и взялись за руки в круг вокруг горки и ровно шесть минут нарезали круги, один в минуту, не издавая при этом никаких звуков. Какой-нибудь маг обязательно поднял бы на смех всё действо, куражась над странными вывертами религии. Ох уж эти маги, все как один атеисты. Им только дай волю, они начнут распинаться, как хорошо, а главное спокойно, жить без бога над тобой.

— Ну, раз нет доступа к Аркату, то я пойду, — покосившись на нас с Ордрином, как на идиотов, произнёс Ергрид. — Глядишь — и доступ сам собой появится.

Пару секунд до меня доходил смысл того, что сказал маг, а когда я всё же понял, повернулся к казарегу, сообщить удивительное открытие, и обнаружил на лице рагени, и в глазах, и на бороде, то же самое, что и у себя в голове.

— Какие же мы с тобой идиоты, — в унисон сказали мы друг другу. Получилось нараспев, будто вместе с нами в своей умственной отсталости признавалась и Аастия.

— А ведь я лично изучал пути для Ордена, лично компилировал необходимый мне и лично при этом посвящал рыцарей Аркату Динкерти, — чуть ли не по слогам произнёс я. — Видимо, реально не хватило мозгов, чтобы пройти чуть дальше.

— Я, знаешь ли, тоже хорош, — повинился Ордрин. — Сам ведь, как Арбан, предложил копить смерти нежити, чтобы отдать потом их Старшим вампирам в их Дворцах. Почему в тот момент я не понял, что «Божественный откат» построен на том же обмене с богом-покровителем, что и его мстящий аналог, разве что смерти своих не требует?

— Видимо, сказалась инертность мышления, — признал я. — К богу только через Храм и никак иначе. Значит, в Цитадели Ордена ты не был?

— Был, арн гад, в том и дело, что был. Посетил арену, тренировочные залы и мастерские. В правое крыло вообще не заходил, третий этаж основного корпуса не поднимался. Похоже, там и есть шабгабуз, больше негде.

«Что ещё за шабгабуз такой, лорд? — тут же спросил Ас. — Это ругательство такое? Наподобие шкралы, шарахха или гракса?»

«О нет, собрат мой небесный, это не ругательство, — вместо меня ответил Буран. — Шабгабуз в примерно дословном переводе означает «место для разговоров». Вполне ведь понятно, с кем именно?»

«Понятно, собран мой пещерный. Любой храм это шабгабуз, яснее некуда».

«И снова ты не прав. У гномов шесть различных видов храмов, и шабгабуз лишь один из них. Не будем отвлекать хозяина, я сам тебе всё объясню».

Дивясь, откуда у медведя познания в религиозном устройстве гномьей веры, я отключился от их разговора. Мало ли, вдруг Шем рассказывала. Кстати, о ней.

— Как там улучшение Наездников поживает? — спросил я у казарега.

— Достаточно неплохо, барагад кабад, — отозвался тот, всё ещё приходя в себя от изумительного фигурального пинка под дых от мага. — Наездники отдохнут и поедут к пещере, там медведей примут и отдадут через сутки. Тогда мы сможем улучшить и самих Наездников. Сможем ведь?

— Сможем, — ответил я. — Тренировочная площадка для них уже строится, Гдитсирд обещал справиться за восемнадцать часов, что для нас с лихвой. Только придётся на двое суток остаться без Мишек.

— И даже больше, — кивнул казарег. — Пока отдохнут, пока приедут к пещере, пока обратно. Хотя, сюда уже им незачем будет возвращаться.

— Это да, здесь мы сами. А вот до Железного молота пусть прогуляются. На всякий случай.

— А там что, тергер акт? Тоже нежить достаёт?

— Боюсь, всё гораздо сложнее, — вздохнул я. — Феи видели там гоблинов-лазутчиков, Ирсинд утверждает, что они под покровительством бессмертного. Возможно, варвара.

— Почему «возможно»?

— Если б я отправил на разведку фей, что подумал бы гипотетический противник? Что они гномы?

— Согласен, точно утверждать нельзя, — кивнул Ордрин. — А вот готовиться к вторжению надо, гадар сиб. Равно как и готовиться к худшему сценарию.

— И не забывать, что у нас на повестке дня Дубки и их варварская проблема, — криво улыбнулся я. — А проблемы надо решать по мере их поступления.

— Как движутся дела с Грифоньим фортом? — тут же спросил Ордрин. — Есть примерные сроки по его вводу в строй?

— «Гнездо» строится, чертёж штаба ВПС передан Гдитсирду, — отчитался я. — Грифоны уже сегодня вечером смогут заселить место жительства для обустройства.

— Сегодня в бою они и не участвовали, гадар сиб. Надо будет попросить фей сопроводить хагренов к форту, мало ли что.

— Людские семьи уже сегодня приедут туда же для основания поселения, — продолжил я. — Элень Непрития обещала лично проконтролировать их обживание и обустройство на новом месте. Чертёж тренировочного комплекса начат, возможно, уже сегодня будет закончен.

— А как ты умудряешься так быстро рисовать эти чертежи? — внезапно спросил казарег. — Меня, как и всякого Гвардейца, учили читать и составлять карты и планы местности с упором на максимальную подробность, и я терпеть это не мог. Отмечать каждый кустик и каждую ямку, в которых может спрятаться возможный противник, так раздражало, что мне постоянно ставили за это низшие оценки. Приходилось нагонять за счёт боя, командования и тактических и стратегических комплексов. А у тебя так хорошо это получается, суток не проходит — и новый чертёж готов.

— Да ну, это только кажется сложным, — протянул я. — Главное — соотнести периметр с площадью и их разом с доступными очками Чертёжника, остальное самый обычный полёт фантазии. Дерево вместо камня, скатная крыша вместо прямой, укладка напольной плитки ромбиком, а не квадратиками. Столько всего придумать можно, даже внутреннюю водосточную систему, если понадобится. Благо, нам дожди явно не светят.

Ордрин, покачав головой, ушёл. Ну а чего он хотел услышать? Что я буду жаловаться на ту работу, которая всегда нравилась? Не для того я книгу «Архитектор» брал, чтобы плакать, колоться, но продолжать жрать кактус. А вот со стратегией и тактикой у меня беда, нет у меня личного опыта в этом деле от слова совсем, всё приходится постигать на чужих ошибках и доверять всем, кто участвовал, состоял и привлекался. Особенно Ордрину.

— Любимый, я готова, — пропела подошедшая Аастия. — Можем выдвигаться.

— Раз можем, то будем, — прокряхтел я, поднимаясь. Тело болело и требовало сна, не дать его было нельзя. — Ас доставит тебя к месту назначения, я доберусь на Буране.

— Может лучше наоборот сделаем? — тут же нараспев пошла в отказ дриада. — Я совсем не уверена, что при очередном приступе смогу удержаться и не упасть, а падать с дракона гораздо неприятнее.

Вздохнув, я вынужден был согласиться с аргументом любимой. Всё же её зов, если судить только по описаниям ощущений, сильно отличался от того, что испытывал Ергрид. У мага он именно что звал и тянул в нужном направлении и сопротивляться этому было очень сложно. На Аастию же накатывали приступы нестерпимой жгучей боли, с каждым разом всё сильнее и сильнее. Куда было нужно, она не знала, в отличии от меня. Ведь именно мне пришла системка с новой точкой на карте и заданием:

Доступно второе задание цепочки квестов «Дорога к Красному дому»

Трёхсторонняя расщелина: найдите во внутренней локации Каменный Дом Рубиновый ключ Гордости

Награда: Рубиновый ключ Гордости

Три раза в бою я замечал, как Аастия падает на землю и трясётся мелкой дрожью. Если бы я мог, обязательно бы взял её боль на себя. Увы, мне оставалось лишь злиться, превращая окружающий мир из просто красного в насыщенно-багровый, и вымещать злость на ближайших врагах. Во второй раз я даже умудрился отобрать у бедного Вампира его меч, проломить гардой череп и три минуты, пока длились конвульсии любимой, кромсал упырей до состояния фарша, не взирая на лёгкое покалывание в ладонях и шёпот, уговаривающий отпустить клинок, а то хуже будет. Не отпустил, сейчас этот меч лежал в моём инвентаре, наряду с шипом из хвоста лысого ёжика и кинжалом собственной ковки, усиленным привязкой от Доргу. И куда мне столько оружия, которым я не могу воспользоваться?

Точка задания оказалась совсем недалеко на север от ртутника, оккупированного Камуром. Можно и к нему залететь, поговорить о том, о сём. Помнится, он мне рецепт чернил обещал, вот и спрошу с него.

Поднимаясь над полем боя, откуда уже ушли практически все наши бойцы, я заметил рыскающих то там, то тут членов Обозной команды и Топорщиков-новобранцев. Последние, под присмотром Акруха, складывали весь хлам, который точно не пойдёт в трофеи, отдельно, а трупы зомби и кадавров и разбитые кости скелетом отдельно. Кучу хлама я буду смотреть по прилёту и, как и предыдущие два раза, конечно же не найду ничего ценного. У Акруха явно талант к сбору трофеев, он ничего не упустит, это понятно всем, даже упрямому казарегу. А вот трупы и кости просто сожгут, чтобы поднять было невозможно. Кто знает этих некромантов, вдруг они решат снова поднять то, что плохо лежит? А они могут, в этом их суть.

К ртутнику мы прилетели всего за сорок минут. Примерно столько же заняла позавчера дорога до Баг-Даада. А по карте и не скажешь, что расстояние одинаково. Камур вышел встречать нас лично, держа под мышкой две папки. Неужели таки сделал своё удобрение?

— Приветствую, машар тубадагин, — припав на левое колено и дважды бухнув левым кулаком в правую грудь, произнёс изобретатель.

— К чему вся эта официальщина, Камур? — подозрительно спросил я. — Ты не перед троном, я не на нём. Случилось что-то совсем непотребное?

— Да, что вы, машар тубадагин, всё в порядке, — моментально встав, пошёл в отказ гном. — К королям нужно обращаться соответствующе, а то мало ли.

— Ну допустим, — хмыкнул я, дивясь знаниям алхимика придворных тонкостей обращения к гномье правящей персоне.

Мне вообще всё больше кажется, что лучше всех в создании игры поучаствовали различные лингвисты и филологи всех мастей. Несколько новых, специально созданных для Асхана, языков, различные словесные обозначения всего и вся, разнообразие имён собственных и нарицательных. Вот и сейчас Камур сказал то, что я уже и не надеялся услышать ни от кого из подданных. Для них я либо по-прежнему лорд, либо их король, либо король Ярогрейв. Никто до этого за три считай с половиной прошедших дня, что я король, то ли не вспомнил о машаровых титульниках, то ли решил, что пусть идёт так, как идёт. А ведь для того же эйдена быть просто лордом как минимум глубочайшее оскорбление с далеко идущими последствиями. Да даже игроки, абсолютное их большинство, требует от подчинённых добуквенного произношения необходимых слов. И только мне плевать на все эти условности. Чудны дела твои, Камнерожденный.

— Вот, кстати, — снова встав на колено, протянул две папки алхимик, — как обещал, здесь технологические схемы производства чернил и удобрений. Прилетайте через пару дней, будет ещё один и утром ванная сушка для грибов и ягод. А там ещё пара задумок имеется, может, пригодятся.

— Для рыбы ничего нет? — на всякий случай спросил я. — Ну там, та же сушка, копчение. Быкрыгорцы для мяса напридумывали немало, а вот рыба остаётся неучтённой.

— Для рыбы ничего нет, — повинился Камур. — Хотя и озеро рядом, чего это я. А вот пасеку собрать могу, пчёл я видел.

— Пасеку? — переспросил я. — Пасека это хорошо, мёд лишним не будет.

Насколько я помню, мёд в списке Магриша точно был, а вот взять его было негде. Так что пасека вещь нужная, к тому же, у нас и гречиха для этого дела имеется.

— Если ещё и для шакинброка что-нибудь придумаешь — выдам премию чем хочешь в эквиваленте тысячи золотых, — забросил я удочку от только что пришедшей в голову мысли. — И это только на базовом уровне. Остальное будет зависеть лишь от тебя.

— Х-хорошо, лорд, я п-постараюсь, — трясущимися голосом произнёс Камур и наконец-то встал окончательно. Ну, я надеюсь на это.

А всё же мне удалось окончательно разбудить в алхимике гасимый Системой огонёк изобретательства. Если в прошлый раз он только говорил о том, что хочет и дальше создавать, то сейчас выражение его лица недвусмысленно «сказало» гораздо больше. Надо будет к нему дочь Ирсинда прислать, для обмена опытом, так сказать. Может быть вместе Камур и Ва смогут придумать ещё что-нибудь, а там, глядишь, и Конструкторское бюро в Баг-Дааде откроют. Всё Королевству на пользу.

Аастия приехала к месту лишь через полтора часа. Буран явно спешил изо всех сил, прыгая выше головы в плане скорости. Надо будет сделать ему какой-нибудь подарок. И Асу тоже, в дополнение к накоготнику, который он, почему-то не носит.

«А куда мне его носить, лорд? Он ведь украшение, для боя не подходит совсем. Вот найду я себе какую-нибудь драконицу, буду ухаживать за ней, тогда и стану носить украшения, чтобы показать себя. А пока пусть полежит в недоступном для других месте. Целее будет».

Буран с Аастией были только на полпути к ртутнику, когда из-за деревьев показались мои лисята. Вот у кого скорость явно выше медвежьей. Ну или им открыты какие-тайные пути, сокращающие время в дороге. Так или иначе, Огель и Пактиквул явно не хотели оставлять меня без своего присутствия и точно знали, где я нахожусь. Ну, мне же и лучше, лишние боевые единицы, пусть даже и такие, как два лисёнка, лишними не будут точно. Тем более, что наша связь не позволит им умереть, пока я жив.

Пока Аастия добиралась до вертикально разбитой на три части, явно магическим способом, берёзы строго к северу от ртутника, метрах в трёхстах, которая и являлась стартовой точкой второго задания, я успел немало сделать. Во-первых, проверил, как идёт интерфейсное строительство. Буквально сегодня утром достроилась Крытая рыночная площадь, третье улучшение рынка, ещё больше увеличивающее его возможности. Торговля при этом не прекращалась ни на минуту, строительство велось, что называется, в теневом режиме и в момент его окончания будто по щелчку пальцев появились некоторые другие полезные улучшения. Разумеется, за этот режим пришлось доплатить серой, кристаллами и золотом, но мне пришлось пойти на эту доплату, иначе целые сутки торговать никто не смог бы. А мне это сейчас ну очень не выгодно. Следующей стала улучшаться кузница. Мало того, что я обещал это Зорбеку и всем кузнецам и литейщикам, так без по факту третьего уровня, с названием «Кузнечная мастерская», невозможно было поставить строительство Дома Разряда, обучающего для армии Казунтов. Следующей станет полноценная Мастерская боевых машин, чему лично я обрадовался как ребёнок. Пора уже увеличивать боевую эффективность непосредственно гномьими силами, пусть и считаться они будут вспомогательными.

Далее я дочертил тренировочный комплекс для Грифоньего форта. И того, вместе с объединённым в одном «Гнезде» непосредственно гнезда и родильного дома и дополнения спецификой гнездования штаба ВПС, в три здания удалось уместить четыре функции. Осталось лишь начертить мастерскую амуниции и будет свободным целое место под постройку. Вот и вполне ощутимая польза от Чертёжника, если бы всё делал Ирсинд или строили интерфейсно, так бы не получилось. Во втором случае ещё и не получилось бы сделать именно грифоньи постройки, ведь с помощью Системы нельзя строить здания другой франции. А так можно придумать, чем усилить будущих повелителей воздушного фронта.

А вообще, похоже, я уже так натаскался чертить, что тот же самый тренировочный комплекс в общей сложности всего четыре часа. Столько же я чертил свою первую тренировочный площадку, для Топорщиков, учитывая, что она намного проще будет. Расту, однако.

Следующим пунктом я распределили свои уровни и уровни питомцев. Для себя долго не думал, выбрал «Улучшенный найм» и тут же «Улучшенный найм II». В базе этот навык из книги Творца увеличивал прирост первых трёх тиров на одного юнита, прокачанная версия ещё на одного. И того теперь каждую неделю я смогу нанимать по девять Топорщиков, восемь Арбалетчиков и семь Костоломов, против семи, шести и пяти соответственно. Армия нам нужна, армия сейчас — наше всё. Даже экономика важна чуть меньше количества войск.

За каждый уровень дали по очку Ловкости. И вчера тоже дали два очка Ловкости. И позавчера. Похоже, меня решили завалить ей от щедрот, ну или это буря перед затишьем. Кто знает, вдруг следующие десять уровней вообще очков Ловкости не будет? Получится обидно.

А вообще, если посмотреть на график получения уровней, я сейчас всего один не дотягиваю до пятидесятого и двадцать шесть до семьдесят пятого, той черты, после которой опыт с армии отрезают совсем. Объясняется такая политика парт… эм-м-м… в смысле разработчиков игры довольно скользкой формулировкой о защите честных игроков от читеров. Как это должно помочь — не уточняется и не разъясняется. Просто отрубается опыт с армии и всё, ничего сделать с этим нельзя.

Питомцы за три боя покачались вполне неплохо. Ас преодолел пятидесятый уровень, став пятьдесят третьим. Взял ему «Огненное кольцо», круговую атаку против наседающих врагов. Буран стал сорок четвёртым, совсем чуть-чуть не дотянув до сорок пятого. Ему выбрал «Стремительный рывок», атаку на десять метров, если впереди нет препятствий. Очки уровней обоих питомцев пока оставил в покое, накопится больше — тогда и распределю. Лишь бы не получилось как в прошлый раз.

Остаток времени я потратил на новое видео. Двенадцатичасовая эпопея о первой Битве за Город как раз закончилась выкладываться, и я занялся второй. Уже имея некоторый опыт, я рассчитывал часов на двенадцать-четырнадцать её обработки. Сейчас, потратив двадцать минут на быстрый просмотр и попутный отбор нужных ракурсов, я понял, что может получиться и быстрее. Всё же с Яриком реально проще создавать видеоконтент, он видит то, на что я могу не обратить внимания.

Аастия приехала и без раскачки чуть ли не потребовала идти прямо к странной берёзе. Спорить я не стал, тем более, что даже не собирался, только кинул сочувствующий взгляд на тяжело дышащего Бурана и пошёл прямо к дереву. И чем ближе к нему я становился, тем сильнее разгоралось голубое свечение между… эм-м-м… третинок?

— ВАС СЛИШКОМ МНОГО!!! — завёл знакомую пластинку тот же голос, что и в прошлый раз. — РЫЖИЕ ЗВЕРИ ТОЧНО НУЖНЫ?

— Они часть меня, — выдохнув, сказал я. — Пойду я — пойдут и они.

— ПРОХОДИТЕ!

Портала с фиолетовым центром — и мы вшестером оказались в идеально круглом зале. Стены из дикого камня с потёками воды и свисающим клочьями мхом; высокий потолок, теряющийся в сизой дымке; восемь ниш с факелами в виде змей с тремя головами, оплетающих двухлезвийную секиру. Всё это навевало достаточно странные мысли и пробуждало дежавю на Загадочный Данж.

Стоило мне сделать шаг в направлении факела, как в нишах появились двери. Из чёрного стеклоподобного материала, напоминающего обсидиан, и полностью без ручек, они так и манили к себе золотистыми отблесками. Стоило сделать шаг Аастии — двери открылись, показывая сложенные аккуратными стопками золотые монеты, серебряные слитки, драгоценные камни. Ни одно разумное существо Асхана не откажется от такого богатства. За единственным исключением.

— Любимый, нам точно это надо? — пропела Аастия. — Я понимаю, что в денежном эквиваленте здесь достаточно много, но во мне нет уверенности, что эти богатства не принесут с собой горе и несчастья. Лучше уж мы сами как-нибудь заработаем и отстроим Империю, зато будем точно знать, что никакое золото не висит на нас неоплаченным грузом. Лучше сами.

— ИСПЫТАНИЕ СОВЕСТИ ПРОЙДЕНО! — тут же проревел голос. — МОЖЕТЕ ЗАБРАТЬ КЛЮЧ.

— Так просто? — удивилась Аастия. — Какое-то странное испытание.

— Мифы и легенды нашего народа до краёв наполнены преданиями о нечестном богатстве и последствиях за него, — ответил я. — Мораль абсолютно всех историй одна: лучше заработать самостоятельно. Эта установка закладывается в нас с самого детства и передаётся из поколение в поколение, приучая к честному труду. Не вижу ничего странного.

— И ты не сердишься на меня, что не получилось подраться?

— Главное, что тебя перестали беспокоить эти жуткие боли, — с трудом ответил я, преодолевая странную преграду в горле. — Остальное не важно. Боёв на наш век ещё хватит с лихвой.

По сути, это самый простой из всех квестов с ключами. По крайней мере, приведённая в Гайде статистика говорит о том, что в девяносто двух случаях из ста удаётся избежать драки. Даже при количестве заходов чуть более шести сотен это весомый показатель. А ещё это реальный показатель огномливания ведомой в цепочке феи, пусть в моём случае и дриады: если она идёт брать золото, значит есть повод задуматься.

Двери закрылись и исчезли, ниши снова стали пустыми. В пределах видимости ключ не обнаружился, мы стали искать его. Нашёл, как ни странно, дракон, просмотрев всё своим Взором. Квестовый предмет аккуратно уложили в углубление в полу. При невнимательном осмотре можно было реально и пропустить. Аастия, пользуясь преимуществом в изящности пальцев, достала ключ и передала мне. Тут же открылся портал, но Ас заявил, что видит тайник в одной из ниш. Случайно или нет, но эта ниша оказалась прямо за порталом. Проломив искусно сымитированную каменную кладку в месте тайника, я достал оттуда шкатулку, сделанную будто из гранитовых пластинок и не глядя убрал в инвентарь. Пора было выходить. Впереди был ещё Зов Ергрида и вот там драться придётся точно, без вариантов. О, Аркат, дай нам всем сил, прошу. Ну или толпу скелетов, тысячи три. Очень хочется кого-нибудь всласть отпинать.

— Что-то мне не нравится, как всё просто идёт, — озабоченно произнёс Ергрид, присаживаясь на лавочку рядом со мной.

— О да, шарахх тебя дери, очень легко, — ядовито процедил я, всматриваясь в ладони.

И вроде бы самые обычные гномьи ладони, с тыльной стороны покрытые мелкими, слегка вьющимися, чёрными волосками. Вот только стоит им взять в руки меч, как тут же они начинают жжечься так, будто вокруг них раскалённая добела лава. И привыкнуть к этим ощущениям за весь данж я никак не смог. В отличии от орущего в уха требовательного мужского голоса, жжение с каждым этапом становилось всё сильнее.

— Согласен с лордом, совсем не легко, — потряхивая головой, отозвался Ас, проверяющий ставшие бесполезными крылья на предмет сохранности.

— Совсем не легко, — прошипел Кабидар, сидящей на лавочке напротив, через гравийную дорожку. Рядом с ним аккуратной пирамидкой чуть ли не сами собой сложились девять каменных шариков размером с мячик для тенниса. Мы нашли их в сундуке за лестницей в самом первом этапе этого странного Дворца, куда нас переместил стометровый, не меньше, в длину, говорящий змей, к которому мы пришли по Зову мага. Едва Говорящий открыл сундук, шарики бросились к нему как дети, давно не видевшие отца. И на каждом привале они укладывались в пирамидку по схеме пять-три-один-один.

— Даже странно заикаться о лёгкости при таких врагах, — пробасил Буран, лёжа справа от «кидателя камней» на левом боку и наблюдая за тем, как Вика затягивает ему резанную рану через весь правый бок.

— У меня кончается мана, лорд, — сказала фея. — Ещё пара лечений и ни на что, кроме Вспышек, я буду негодна.

— Да уж, очень странное место, — констатировал я, достав из инвентаря бутылочку с собственноручно сваренным зельем маны, посмотрев на него, будто именно оно виновато во всём, и убрав обратно. Восстановление маны здесь не действовало. — Постараемся не подставляться.

А ведь начиналось всё вполне неплохо. Возвращался от ртутника я снова на драконе, любимая решила проехаться по лесу, почувствовать его, как она сказала. По прилёту в лагерь я быстро удостоверился, что подготовка к ночной атаке на гнездо вампиров идёт своим ходом, и отправился на разрешение Зова. По дороге связался с Кернисс, попросил принести пару демонических артефактов в целом и разобранном виде в Цитадель, сославшись на меня в случае чего. Основатель я Ордена или хрен с бугра? Глядишь, получится очистить что-нибудь от Хаоса.

Странный серо-синий змей, встретивший нас с Ергридом и Асом на том самом месте, где я сражался с вивернами за пояс Ургабы, без предисловий потребовал у мага подумать о двух бойцах из нашей армии, после чего стремительно окутал нас кольцами. На пару секунд мир погрузился во тьму, а когда она рассеялась, я обнаружил рядом с собой не только мага и дракона, но и медведя, Говорящего с камнем и фею. Лисят не было, ну да это и понятно, добежать до лагеря так же быстро, как прилетел туда я, они не могли. Не хочу даже представлять, что с ними будет, когда они поймут, что меня нет в лагере. И очень сильно боюсь за Аастию. Буран покаялся, что они не доехали достаточно много, но он всего на мгновение моргнул — стоит в нашей компании, смотрит на лестницу.

Ергрид уже было собирался подниматься по каменной громадина из ступенек ста, не меньше, и я даже хотел его поддержать, как Вика предложила осмотреться, мало ли чего найдём. Мы и осмотрелись. Прямо за нами начинался высоченный обрыв в бурлящее море, справа и слева отвесными стенами высились скалы. Путь был лишь вперёд, по слегка изгибающейся лестнице, и всё же Кабидар сумел протиснуться под каменную громадину, найти там сундук и открыть его. Радовался каменюкам он как ребёнок, в перерывах между ликующими воплями докладывая, что чувствует их, как живых, и может управлять ими достаточно свободно.

По лестнице мы поднимались минут пятнадцать, не меньше. Былых, с насыщенно красными прожилками, ступеней я насчитал около шестисот, с десяток раз сбившись при счёте. Но как только закончился длинный подъём и мы вышли на площадку перед поистине гигантским серо-розовым дворцом, удивительно похожим на те, что разбросаны по пригородам Петербурга, началась череда лестниц поменьше. Их было одиннадцать, с тринадцатью ступенями на каждой, и на нечётных ступенях стояли в ряд по шесть девушек в одеяниях сестёр милосердия конца девятнадцатого века, разве что цвет у них был насыщенно алый, а вместо лиц чернели гладкие маски без прорезей для глаз. Рот, нос, брови, скулы — всё было обозначено, пусть и схематично, а вот глаз не было.

Стоило нам подойти к ним на расстояние пяти метров, как первый ряд девушек по высокой дуге прыгнул на нас. Ергрид выпустил в них свою молнию, и они рассыпались серебристыми искрами. Следующие «девушки» прыгали с интервалом секунд в десять-пятнадцать. Маг с ужасом пожаловался на странно увеличившийся в три раза откат, с двадцати секунд до минуты, и в бой пришлось вступать нам.

В конечном счёте, за двадцать минут мы справились со всеми семьюдесятью семью шестёрками сестричек, хотя и получилось это далеко не так просто. Мне повезло ещё в самом начале отказаться от прыжков в пользу танца. Сделал я это специально, поняв, что когда прыгаю я, прыгают и они, благо, не все вместе. Пришлось потанцевать, достав из инвентаря вампирский меч. Само собой, тянулся я не за ним, а за лопатой, но в слепую достал то, что достал, ещё и дебаф заработав в виде крика в уши и жжения в ладонях. Пользоваться мечом в полной мере я не мог, «Осушение» мне было недоступно, зато я придумал «Смертельную карусель» — собираешь на себя как можно больше врагов и начинаешь крутиться, выставив меч перед собой. Железяка в процессе начинала светиться зелёным и разбрасывать тёмные мелкие капли странной субстанции, прожигающие «девушек» чуть ли не насквозь. Самое большое, что я смог крутиться — сорок три секунды, после чего столько же приходил в себя без возможности двигаться, становясь уязвимым к атакам противниц. Благо, и Ергрид, и питомцы, и Вика, и Кабидар не давали меня в обиду. Последний особенно, почему-то решив оберегать именно меня. Его шары, как бы странно это не звучало, разили без промаха прямо в голову, зачастую срывая с сестричек маски и обнажая жуткое ничего. Буквально ничего, головы у них не было от слова совсем.

Ергрид же, как главное действующее лицо посещения локационного данжа, в ходе боя сделал ещё два неприятных открытия. Во-первых, его молнии, в отличие от самых обычных, из школы Воздуха, били не до конца понятно чем с сильной световой синергией. На нежить и демонов, даже при условии неизвестности одного из компонентов урона, это действовало максимально эффективно, а вот на «девушек», очевидно не имеющих к тёмной стороне Асхана никакого отношения, практически не оказывало эффекта. Во всяком случае, за один раз молния мага стабильно выносила лишь шесть противниц. Всего шесть. Это очень злило Ергрида.

Во-вторых же, аура Света, идущая от разряда, в отличии от тех же демонов и нежити, помогала девушкам, леча и благословляя их, что замедляло их убийство. И это злило мага ещё больше. Похоже, я рискую получить узкоспециализированного колдуна, сильного против конкретного противника, и слабого во многих других случаях. Меня это, безусловно, огорчало, но учитывая ситуацию в Городе, далеко не так сильно, как самого Ергрида.

Какой-то особой силой сестрички не обладали. У меня вообще сложилось обманчивое впечатление, что кроме прыжков они ничего не умеют. Возможно, если бы мы дали им раскрыться, а не начали сходу атаковать, Служительницы культа, как обозвала их Система, показали бы на и «Солнечный круг», и «Восход солнца» и даже «Ветрогонный таран», чем бы всё это не являлось. Но нам хотелось жить, и демонстрация возможностей не состоялась. Зато ачивку дали за вхождение в топ-100 по скорости убийства юнитов недавнего обновления. Сразу стало интересно, в какую фракцию их добавили. Впрочем, интрига умерла толком и не родившись. С такими названиями навыков и умений сестричкам прямая дорога к людям, не иначе.

После краткого, не более чем пятиминутного, отдыха, мы пошли дальше. Следующей подлокацией оказалась сеть небольших прудов различной формы, соединённых каналами, на площадке сто на сто метров. Точную длину стороны подсказал Ярик, посчитав промежутки между разными столбиками, расставленными по периметру. В центре площадки размещались четыре строго прямоугольных пруда побольше, семь на восемь метров каждый.

Здесь противниками оказались странные полурыбы-полулюди. Странными они были в том смысле, что человек оказался снизу: ноги, таз, торс руки и даже шея у создания были людскими, и только голова рыбья, правда, без некоторых характерных черт, таких как жабры, например. Ну и чешуеподобная кожа покрывала нечто, названное Системой «ихтиант», от пяток до макушек. Созданий было много, они выпрыгивали из воды едва ли не со скоростью сущ/сек, где «сущ» это существо, а «сек», соответственно, — секунда. Выпрыгивали двойками, один ихтиант обливал водой, накладывая странный дебаф Промокание с уязвимостью магии Воды в двадцать пять процентов, второй кидался ледяными сосульками. Поняв, что мешать прыгать мне никто не будет, я активировал боевой режим и полетел на ближайшее создание. Всего каких-то полчаса — и я сижу на перевёрнутой ракушке и прихожу в себя, пока остальные добивают трёх ихтиантов покрупнее, вылезших из центральных прудов. Четвёртого я чисто случайно убил в процессе прыганья, запустив в него мелкого ихтианта. Крупное создание явно не ждало летящего собрата и не успело ничего сделать, а потому оказалось сбито с ног и насажено на, как оказалось, острое копьё одной из многочисленнейших статуй, везде, где только можно, расставленных по площадке. Статуям этими я активно пользовался как для прыжкового отталкивания, так и в качестве конечной цели полёта ихтианта после пинка. Получалось кроваво. Здесь достижения на скорость не дали, видимо, топ-100 оказался забит до меня, а вот за курьёзное убийство ихтиантуса, как назвали крупное создание, расписались целых три абзаца, завещая чтить уникальность момента и передавать историю своим детям, так же намекнув на подарок. А я вот возьму и не буду ничего передавать! Зря, что ли, Точка стоит и видео снимает?

Вампирским мечом против ихтиантов я практически не пользовался, больше доверяя пинкам и метаниям, но продолжал держать его в руках, наслаждаясь криком и жжением. Видимо, я мазохист, не иначе. А ещё нашёл способ противостоять запрету на использование чужого оружия. Причём именно противостоять, никак иначе подобное самоистязание не назовёшь.

С тройкой ихтиантусов наше воинство справились достаточно быстро. Сначала Ергрид применил «Электрооковы» и притянул друг к другу двоих из них, сбивая каст явной пакости, затем Кабидар всеми девятью шарами зарядил в оставшегося стоять противника, повалив и его, следом Ас и Буран накинулись на упавших, раздирая их в кровь, а Вика прошлась вспышками по третьему. Дело было сделано.

Достав из инвентаря флягу, я с сожалением обнаружил, что она пустая, и хотел было спрятать обратно, но Вика выхватила у меня посуду, подлетела к пруду, опустила в воду, буквально через секунду вытащила обратно, пыхтя донесла до меня и вручила прямо в руки. Чисто машинально я сделал небольшой глоток, всего на литр, и собирался было высказать фее своё возмущение, но передумал. Дебаф «Усталость Берсеркера», неизбежный бич нашего яростного брата, исчез. Я снова был бодр и полон сил, будто проспал часов восемь, не меньше. Ничего себе водичка.

Фляга с водой из прудов Дворца Баль-Квар-Иуса, 6 литров

Один литр воды снимает любую усталость

Пару секунд я тупо смотрел на описание, потом помянул мать гракса, достал из инвентаря ещё четыре фляги, одну оставив с простой водой, из трёх достанных вылил содержимое прямо на землю, опустил каждую в пруд, с удивлением наблюдая, как моментально они заполняются до краёв, достал, завинтил крышкой и убрал всё сокровище в инвентарь. Получилось двадцать девять литров восхитительной жидкости. Всё же Система не любила двусмысленностей и старалась делать описания максимально чёткими и понятными. И если написано про ЛЮБУЮ усталость, значит, так и есть. В том числе и божественную, на секундочку. Та же Маласса, например, очень любила даровать своим подчинённым специфические умения. Не говоря уже про некромантов.

За время непродолжительного отдыха Ас облетел всю территорию площадки, прилетел и пожаловался на неработающий Взгляд. Пришлось пожалеть его, но сдержанно. Дракон воспрял духом и сообщил, что заметил в разрушенных статуях лежит что-то блестящее, причём блестящих по-разному. Где-то блеск металлический, где-то — стеклянный, а где-то и вовсе будто лакированный. Ас достал бы и принёс мне, изучить и определить ценность, но блестящие предметы пропадали, стоило только протянуть к нему лапу, и тут же появлялись, едва конечность отходила на расстояние. И это у дракона, которому доступны сокровища, скрытые едва ли не всем остальным. Странная локация, очень странная.

Следующим оказался мост. Широкий такой, арочный каменный мост с уходящими глубоко вниз и теряющимися в тумане массивными опорами, похожий на Карлов мост в Праге, разве что длиннее и статуй побольше. На порядок так побольше, сотни полторы я насчитал. И самые крайние из них тут же пришли в движение, стоило нам ступить на мост. Благо, не все, а только каждая третья, иначе пришлось бы совсем туго.

Моментально оценив обстановку, я вошёл в бой и прыгнул на центрального из приближающейся пятерки врага. По сути, самыми полезными в предстоящем бою будем я и Кабидар. На подхвате, если поймёт как, выступит Буран, немножко подсобит Ас — и всё. Ергрид честно, но безуспешно кастанул молнию, совершенно логично не нанёсшую ни единицы урона каменным противникам, Вспышки так же не произвели на них впечатление. Благо, никакого оружия в руках мускулистых бородатых двухметровых мужиков не было. У них вообще ничего не было, кроме крошечных, как у ихтиантов, набедренных повязок и странного хаотичного сплетения непонятно чего на голове. Ну серьёзно, в каменном виде совершенно невозможно было разобрать, из чего сделаны короны у статуй.

На прохождение моста мы потратили час. Истуканы, по ощущениям, оказались просто неубиваемые. На одного я тратил аж восемь ударов кулаком по лицу, прежде чем оно отвалилось вместе с головой. У Говорящего ситуация была не лучше, его шары наносили очень мало урона по одиночке, компенсируя количеством. Чем я берёг, опасаясь фатально затупить или даже сломать его. Правда, целых два раза я в запале стучал по каменюкам, но, слава Аркату, быстро одумывался.

Злость на статуи была так сильна, что я, считай, в одиночку расправился с врагами следующей подлокации — сада во французском стиле, с аллеями, живыми изгородями, скамейками, клумбами, вазами, живыми изгородями и топиариями. И вот эти топиарии и ожили, подобно каменюкам. Но, в отличии от них, не стали медлить, а довольно резво окружили нас. Эта тактика вполне могла дать шанс прожить кустикам подольше, особенно у неподготовленной группы, но со стороны зелени был допущен просчёт — меч в моей руке оказался не железной ни на что не годной палкой, а вполне острой, пусть и не стальной, но железной полосой. Ёжики, белочки, олени, рыцари на конях, корабли, замки с башенками, люди различных вариантов — все они оказались безжалостно изрублены озверевшим берсеркером в моём лице. Огонь Аса и «Тройные разряды» Ергрида так же повеселились на славу, предавая фигурные кустики золе и пеплу. Разве что Буран, которому и так доставалось от статуй, попал под удар топора явного викинга, пусть и в зелёном исполнении, и Вика прямо сейчас, на устроенном привале, была вынуждена его лечить. И Асу досталось от непонятной магии топиариев. Как и что конкретно они кастанули я не видел ни лично, ни в логе — просто висела надпись «Кустовые конструкты наложили эффект на юнита [дракон (Ас)]» — а вот последствия стали заметны сразу. Питомца просто пригвоздило к земле и он мог лишь ползти, ходить, бежать, даже невысоко прыгать, но не летать. Благо на способности выдыхать огонь это не отразилось.

— Я согласен, совсем не легко, — тут же, под натиском несогласных с его позицией, пошёл на попятную Ергрид. — Но раз мы живы, значит ничего сверхсложного пока ещё не случилось.

— Ты в глаза лорду про сверхсложное скажи, укуси тебя каменная крыса, — тут же процедил Кабидар. — Если бы не он и только мешающий ему меч, нас бы прибили ещё девки в чёрно-белых платьях.

— Ты неправильно трактуешь слова Ергрида, Каб, — решил я вмешаться в назревающую перепалку. — Ключевое слово — ещё. И он прав. Пока мы не нашли выход отсюда, расслабляться не стоит. Особенно на таком фоне.

Все разом посмотрели на дворец. Двенадцатиэтажный фасад, первые три этажа которого красовались аркадами, а остальные девять резными ромбиками, промежутки между окнами зияли полным отсутствием всех почти четырёх сотен стёкол, будто после обстрела. Красная черепичная крыша потрескалась, местами обвалилась и чадила из провалов густым чёрным дымом. От левой передней башни осталось лишь четыре яруса, будто кто-то наступил гигантской ногой, правая была стёрта полностью, виднелись лишь входы-примыкания к торцевой стене. Задние башни уцелели больше, но прямо сейчас они горели неестественным розовым огнём.

— То-то же, — вздохнул я, вместе со всеми в очередной рассматривая ужасающую картину. — Так что встретиться нам может кто угодно. Вообще кто угодно.

— И чем дольше мы сидим, тем позже отсюда выйдем, — мрачно констатировала Вика, на секунду уподобившись готической леди-вамп. Её красно-белые кресты на теле засветились сине-зелёным, губы окрасились в ядовито-красный, а волосы убрались в высокую напомаженную причёску. Впрочем, наваждение пропало буквально через мгновенье после появления. Зато совсем рядом кто-то завопил дурным голосом.

— Вы тоже это видели, да? — осторожно спросил Буран, максимально приглашая свой бас.

— Ты не один, — так же вполголоса произнёс Ас. — И мне это не нравится.

— Я не специально, — на всякий случай сказала Вика с расширенными от ужаса глазами. — Понятия не имею, что это было.

— Надо поискать этого несчастного, упокой его душу Асхан, — решительно прошипел Кабидар, после чего шумно сглотнул и уже нормальным голосом добавил: — Я надеюсь, он живой и невредимый.

Долго искать не пришлось. Всего через три минуты Вика доставала из вкопанного в землю горшка, некогда служившего местом произрастания какого-то агрессивного кустика, небольшого длинношёрстого зверька размером примерно с куницу, похожей на неё мордой, и длинной шерстью. Часть волосков при этом выглядела довольно странной, расширяясь к кончикам пусть не критично, но вполне ощутимо.

— Кто это? — почти в один голос спросили Ергрид и Кабидар, подошедшие последними, а потому не заставшие момент доставания зверька, который тут же прекратил орать, едва оказавшись на свету.

— Карнандаргонг, — пояснил я и на всякий случай добавил: — Тот самый.

Оба мага кивнули, прекрасно понимая, о чём идёт речь. Только откуда здесь каргандаргонги объяснить никто не спешил.

Вика выпустила зверька из рук, приговаривая, чтобы тот бежал к семье, но животное, поочередно обойдя всех, в том числе и моих питомцев, остановилось возле меня и подняло голову. В глазах читалась… мольба?

— Ладно, если получится, заберём тебя с собой, — вздохнул я. — Будешь служить маскотом Ордена, раз так получилось.

Понятия не имею, понял ли меня зверёк или нет, забрался мне на плечо он довольно деловито, вызвав у питомцев понимающие улыбки. На их мордах такое выражение эмоций смотрелось жутковато.

На выходе из парка нас едва ли не ждал спуск в подземелья, прямо под подпорную стену дворца. Узкие проходы и низкие потолки из дикого не давали шанса мне для прыжков и заставляли нас сбиться в кучу, тусклые, редко расставленные факелы бросали на стены трепещущие тени, заставляя каргандангонга подвывать и тускло светиться. А вот Ергрид, с чего-то решивший, что нашим противником будет нежить, был в приподнятом настроении и оглашал петляющие коридоры готовностью наконец-то повоевать… до того момента, как на нас не вышли трое пауков размером с волкодава. А следом за ними шли ещё трое. А сзади ещё четверо. Ергрид, конечно, разрядил молнию. Какой-то урон она нанесла, но явно не выдающийся. А вот огонь Аса сжигал восьмилапых чудовищ по-настоящему эффективно, равно как и камни Говорящего. Вспышки и даже перекаты Бурана работали, а вот мне приходилось постоянно перебарывать себя, глядя в многочисленные красные глазки. Давненько нам не попадались враги-насекомые, даром что пауки членистоногие, а потому повода вспоминать о моём страхе перед ними не было. И вот оно случилось… Не знаю, кто составлял эту локацию, но пауки точно получились злой шуткой разработчика. Мы справились, пусть и провели в этих подземных лабиринтах больше часа под воющий аккомпанемент каргандангонга. На свежий воздух я выходил с невероятным облегчением, тут же превратившимся в нескрываемую злость. Нас уже ждали.

— ДА ВЫ ИЗДЕВАЕТЕСЬ!!! — прокричал едва ли прямо в лицо перекошенному на левую сторону соломенному пугалу на палке Ергрид.

Того, что произошло дальше, я тайно, скрывая даже от самого себя, чтобы не спугнуть, ждал с самых первых противников, «девушек» без головы. Маг выставил руки перед собой и стал ими быстро-быстро делать странные движения, будто крутил глобус. За десяток секунд между ладоней образовался раскалённый ослепительно белый шар. Ергрид подождал ещё пару секунд, наверное, для верности, и пустил по прямой поток света. Четырнадцать пугал, выстроившихся колонной прямо напротив гнома, приняли свою участь смиренно, моментально сгорая до состояния небольшого дымного облачка. Но поток света, забрав всех соломенных аниматусов, как в Бесконечном мире называли любое оживлённое антропоморфное создание, ударил в стену дворца. Из-того, что мы вышли рядом со стёртой правой башней, удар пришёлся в гнилую даже с нашего места деревянную дверь, испепелил её и влетел непосредственно во дворец.

— О-О-ОХ! — раздался оглушительный выдох облегчения. — СПАСИБО!

— Да всегда пожалуйста, чего там, — отозвался Кабидар. — Я правильно понимаю, что с нами говорило здание?

— Абс-с-солютно верно, — медленно прошипело сзади. — Вы пошли ему с-с-свой ис-с-стинный облик. Он долж-ш-шен вам ч-ч-четвёртый дар.

Оборачиваться смысла не было, я и так понимал, что к нам снова явился гигантский змей. А вот посмотреть на то, как сама собой чинится крыша и по сути заново возводится башня, было интересно. Мне бы такие технологии да на строительство Королевства…

— А почему дар четвёртый? — спросила правильную вещь Вика. — Мы уже где-то получили три других?

— Так и ес-с-сть, — не меняя темпа речи, подтвердил Змей. — Окарды для Говорящ-ш-сего с-с-с камнем, вода из пруда, ган-ку-ма, что прямо с-с-сейчас-с-с мирно с-с-сидит на голове ярос-с-стного воина. Ч-ч-четвёртый придётс-с-ся выбрать.

— Есть из чего выбирать? — спросил проснувшийся во мне бюрократ-экономист.

— Любой предмет, с-с-спрятанный в с-с-статуях на втором этапе, — прозвучало в ответ. — Прос-с-сто назовите ч-ч-сисло от одного до тридцати вос-с-сьми. Называть будет прекрас-с-сная лес-с-сная.

Вика, поняв, что речь идёт о ней, перестала смотреть на восстанавливающийся Дворец как на проходящего лечение пациента, посмотрела на меня в поисках поддержки, получила одобрительный кивок, выдохнула, вздохнула, что-то посчитала в уме и наконец с дрожью в голосе произнесла:

— Двадцать четыре.

— Ус-с-слыш-ш-шано, — величественно произнёс Змей.

От этого «ус-с-слыш-ш-шано» я аж вздрогнул, очень было походе на сказанное… уже неделю назад. Разве что то «услышано» ревело до разрыва барабанных перепонок, но только лишь для меня одного.

Что-то оглушительно щёлкнуло и передо мной появилась небольшая стеклянная матовая шкатулка.

— Откроете у с-с-себя, — произнёс Змей, едва шкатулка оказалась у меня в руках. — Здес-с-сь такое луч-ч-ш-ш-ше не выпус-с-скать.

— Хорошо, — покладисто ответил я, убирая подарок в инвентарь.

— А это место на самом деле существует? — спросил вдруг Ергрид.

— С-с-сущ-ш-сес-с-ствует, — величественно протянул Змей, — но нах-х-ходитс-с-ся за многоч-ч-сис-с-сленными морями от вас-с-с, на другом континенте. Этот дворец никогда вас-с-с не забудет, можете не с-с-сомневатьс-с-ся. А с-с-сейчас-с-с вам пора.

Вы выполнили задание «По зову сердца lll»

Награда: 15000 опыта, 3 гандийских рубина, 3 эликсира «Буйного ветра»

Не успел никто из нас и слова сказать, даже самого короткого, как гигантские кольца отрезали свет, но через десяток секунд включили его вновь. Мы стояли на том самом месте, откуда были взяты.

— Такие вот самородки, — минуту спустя в полной тишине выдал Кабидар.

Время приближалось к четырём дня, на дворец мы потратили куда больше, чем казалось по ощущениям и объективно прошло по интерфейсным часам. Интересные хроноприколы.

— Я полетела в лагерь, — тут же деловито сказала Вика. — Надо успокоить всех, мало ли.

Никого не слушая, он стремительной кометой упорхала к Кадагу. Благо, здесь было недалеко. Говорящий с камнем на предложенном мной Буране умчался туда же, а вот Ергрид остался со мной и решил пройтись пешком. Ас, радуясь возвращению способности летать, завертел в воздухе бочки, петли и прочие перевороты.

— Лорд, я в замешательстве, — без предисловий признался маг спустя минуту спешной ходьбы. — Мне не понятно, что со мной будет.

— Ты будешь жить и радоваться жизни, — хмыкнул я. — Если захочешь, конечно.

— Я не об этом, лорд, — с досадой произнёс Ергрид. — И ты прекрасно это знаешь.

— А ты представь, что нет, — серьёзно сказал я. — Представь, что перед тобой практически не знакомый с твоей историей человек. Рассказывай так, будто хочешь, что он понял всё «от» и «до».

— Хорошо, — вздохнув максимально глубже, практически прошептал маг. — Это будет не легко, но я попробую. Понимаете… ну да, не понимаете. Я практически бесполезен. После смерти товарища во время отражения первого нападения демонов из Врат на Город мне казалось, что теперь я стану чем-то гораздо большим, чем магом-недоучкой первой ступени, как весь набор шаббана. Нас было три десятка, шаббан учил нас трём из четырёх школ, без Огня. Он обещал нам могущество, но научил лишь самому началу, погибнув в третьей атаке демонов на стены Города. Погиб как герой, взяв с собой сразу восьмерых ифритов в тёмной стеклянной броне. Защищать нас, Жрецов-недоучек, стало некому, мы все встали в строй защитников Города. К тому моменту мы знали лишь Каменные копья да Водные плети, ну и Молния у некоторых была. К первой Битве из тридцати нас осталось лишь четверо, а в процессе и вовсе стало трое. В тот момент во мне что-то щёлкнуло. Хотелось мстить демонам за всё, они сделали с моим будущим. Моя семья приехала в Город, гонимая от репрессий Жрецов-фанатиков Северного Соглашения Кланов. Бергашаб Диргирскаррот, вставший во главе Барбадаша Соглашения, оказался гораздо фанатичнее как своих сайктов по Барбадашу, так и всех предыдущих глав. Отныне родственные связи с людьми признавались незаконными для будущих Жрецов в любом виде. Мне тоже не повезло, бабушка по маминой линии оказалась человечкой и меня не отлучили от возможности обучения. Решение, продавленное Бергашабом, понравилось не всем, количество учеников и Жрецов третьего потенциала резко сократилось. Диргирскаррот-бузахх контраргументировал странной необходимостью соблюдения чистоты крови среди Жрецов Соглашения, дескать, от связи с людьми всё равно получаются слабые маги. Одно слово, бузахх. Вот только он оказался достаточно умным, чтобы перетянуть на свою сторону большую часть Барбадаша и продавить решение. Начались гонения на гамзатов с таким же слабым магическим потенциалом, как у меня. Наши семьи просто вынудили уйти, не давая взрослым никакой работы. Мы и ушли кто куда. Немало нас осело в Городе, шаббан подарил надежду на будущее, сказав, что знает как обучать розовоглазых с человеческой кровью памяти предков. И тут эти демоны…

Пару минут Ергрид молчал. Я не торопил его. Даже если он больше ничего не скажет, уже произнесённого вполне достаточно.

— Когда эти шарахховы дети убили Карсинда я был в отчаянии, — вполголоса продолжил маг. — Мы с ним знакомы с самого детства… были. Наши семьи вместе бежали из Кабига, вместе обустраивались в Городе, мы вместе учились у шаббана. Чего тут скрывать, он был куда талантливее меня, но погиб именно он. Что было дальше ты сам видел, лорд. Во мне проснулось нечто странное, и до сегодняшнего дня я думал, что смогу со второй попытки стать кем-то большим, нежели держателем общего щита. Но этот поход вокруг странного дворца всё расставил по своим местам. До уровня Рунного магистра мне никогда не дорасти.

— Это смотря в чём, — не давая довести себя до откровенного самобичевания, вклинился я в монолог Ергрида. — Против тёмных тварей ты едва ли не лучший в нашей армии на данный момент. Ты ещё будешь расти и развиваться, да и действие твоего Зова ещё не закончилось, я надеюсь.

— И меня по-прежнему тянет на север, — совсем уже прошептал гном, заставив меня остановиться.

Он ведь так и сказал вчера, его Зов на севере. Так почему мы пошли сюда, в откровенные болота? И как развивались бы события, помни я слова Ергрида? Теперь этого не узнает никто, но повод насторожиться появился. Пока только насторожиться.

— И на севере тоже побываем, — заверил я мага. — Но самое главное, что у тебя есть чёткая специализация, которую можно усиливать дополнительно.

— И усиливать придётся много, иначе я никому не смогу ничего нанести, как в этом дворце.

— В этом дворце практически на всех стоял щит против Света и любой синергированный с ним урон резался от сорока до шестидесяти процентов, — вставил я. — А последнее заклинание, «Копьё Света», это чистый Свет, без примесей. Видел, как от соломенных чудиков не остаётся даже золы?

— Конечно видел, сам ведь и устроил это, — чуть повеселевшим голосом ответил Ергрид.

— То-то же. Так что не смей больше говорить о своей бесполезности. Не люблю тех, кто принижает собственные заслуги. Кроме себя любимого, конечно.

К этому моменту до нас добежал Буран, с неба спустился вдоволь налетавшийся Ас и мы вместе отправились в лагерь. Я, что характерно, на медведе.

По приезду к Кадагу лагеря я не обнаружил. Ещё бы, время к ночи, по договорённости большая часть армии ещё до полудня должна была уехать в Баг-Даад. Остались лишь Ордрин, Хатгар, Нартыгх, все феи, волки и барс, бехолдеры и Себеш. Теперь вот на ночную вылазку в вампирское гнездо пойдёт и незапланированный Кабидар, а Ас полетит за Непритией. Всё-таки поддержка дриады лишней не будет, а Аастии за павшие границы по-прежнему нельзя. Роль Ергрида, естественно, сомнению так же не подвергалась.

— Лорд, котелочек готов и только тебя и ждёт, — не скрывая нетерпения, подбежал ко мне орк, едва мы приехали на центральную площадь Кадага.

— Травы все есть? — спросил я, бросая взгляд налево, в сторону мини-лагеря. — Из тех, что можно добыть.

— Точно так, лорд, — кивнул орк, — все травки есть. Болотник, пороставка златоцветная, гибельник кудрявый, лисий вох, лазурчанка, жадарица и бешенный ландыш ждут вас. Так же как и ягодки борматуса, корешки цаплевки и семечки взрыв-росянки.

— Ну а маринованные первоцветник и ромашка с меня, — подтвердил я наши договорённости.

Заниматься модификацией Взрывного зелья было долго и муторно. Второе, правда, присутствовало лишь на первом этапе, но и этого было достаточно. Сначала нужно было в небольшой предварительно нагретый котелок влить три зелья и кипятить ровно пятнадцать минут. Потом надо порциями добавлять все мелконарезанные и слегка помятые, чтобы сок был, травы, потом долго варить, примерно час, постоянно помешивая, пока коричневый цвет не сменится на зелёный. Затем снять с огня, дождаться полного остывания, снова поставить на огонь, совсем минимальный, и добавить с десятиминутными интервалами сначала ягоды, первоцветник, корни, ромашку, снять с огня и сразу же всыпать семена. После этого дадут рецепт на «Взрывное зелье Всехнагну Желанного», названное по нику игрока, впервые совершившего эту процедуру. Практически всё из того, что нужно зелью по рецепту, уже не понадобится, но улучшение дело такое и за него мало берётся. Целый час непрерывно мешать лопаткой густое содержимое котелка готово исчезающе малое количество игроков. Например, я. У меня цезаризм неплохо прокачан, я буду делать очередной чертёж.

— Лорд, три кристалла с демонской плодильни, — едва ли подлетел ко мне Ордрин. — Ни одного нового, дибидоб угуб.

— Да ну тебе расстраиваться, может так и надо, — попытался поднять казарегу откровенно упавшее настроение. — Кто разберёт эти кристаллы, для чего они вообще нужны.

— Может, когда-нибудь и узнаем, субин са, — разочарованно произнёс Ордрин и ушёл.

Пожав плечами, я приступил к модификации зелья. Нартыгх уже нагрел котелок, я вылил туда три порции тёмно-коричневой субстанции. Теперь на целых пятнадцать минут от меня ничего не зависит. Где там мой едим Чертёжника.

— Прошу прощения, что отвлекаю, — неожиданно раздался знакомый голос, — но я обещал вернуться и вот я здесь. Пора получать новые награды.

К этому моменту я уже мешал варево минут десять как, попутно пытаясь понять, куда в грифоньи мастерские воткнуть склад готовой продукции, чтобы дешевле по очкам было. По всему выходило, что надо совмещать со складом сырья.

— Для начала надо получить награду, за стихотворение, — продолжил болтливый админ. — За вас наголосовали аж на шестнадцатое место, это девять пунктов награды. Вот, пожалуйста, список. Он весь в вашем распоряжении, думайте, размышляйте, прикидывайте, что и куда лучше взять. Понимаю, список обширный, не как в прошлый раз было, но я не тороплю. Сегодня мне спешить некуда, я весь в вашем распоряжении и…

— На грифонов какого-нибудь специалиста нет? — прервал я ангела, даже не взглянув на то, что появилось передо мной.

— Обожаю тех, кто знает, что им нужно, — снова завёл свой патефон админ. — Без лишних слов, ненужных монологов, пространных разговоров и попыток посоветоваться. Пять пунктов и грифоновод ваш.

— Человек? — уточнил я.

— Человек, конечно, — рассмеялся ангел. — Гном при тех же параметрах будет стоить пунктов двадцать-двадцать пять, не меньше. Так что, берёте?

— У меня нет выбора, — вздохнул я. — Это все награды?

— А ещё четыре очка со стихотворения? — возмутился админ. — Я для кого говорил про пять пунктов за смотрителя, а до этого про девять? И не надо оправданий в духе «ой, прости, я не умею считать», — голосом утрированной блондинки продолжил ангел. — Уж что-что, а считать, а тем более просчитывать, вы умеете как никто. Во всяком случае, немалая доля игроков в Бесконечном мире так не может. Четыре пункта награды, я жду.

— Нет, серьёзно, так мало стоит нужный специалист?

— Вполне достаточно, у нас фиксированные цены. Я всё ещё жду.

Пришлось изучать предложенный список, благо, операция по перемешиванию варящейся массы была однообразной и монотонной.

— Скрепу на Героя за три пункта и мешочек в оружейным объединителем за один, — спустя десять минут взвешивания всех за и против решил я.

— Да будет так, — сказал ангел и список пропал, а в инвентарь добавились два предмета. — Теперь награда за видео. Их три. За пятое место в номинации «Огромный бой» вам положено шесть пунктов, за четвёртое в номинации «Данж-босс» семь и за девятое в номинации «Мини-стычка» два. Итого пятнадцать. Сразу список или будут какие-то пожелания? Говорю сразу, Книга Знаний стоит сто пятьдесят пунктов и не пунктом меньше. И у нас фиксированные цены, мы таллерами, то есть пунктами, не играем от стражника к стражнику.

— Давайте ваш список, посмотрю, — вздохнул я, решив не возникать с неправильным названием номинаций. Если ему так удобно — пусть будет. Кто я такой, чтобы лезть в жизнь, по сути, администратору моей нынешней жизни.

Список моментально появился, заставив меня присвистнуть. Он был совсем не чета предыдущему, красуясь трёхзначным числом в графе «количество страниц» вместо всего одиннадцати до этого. Благо, был фильтр, позволяющий отрезать то, что не нужно. Ну вот куда мне предметы на поглощение и хранение душ? Или целый ряд оружия, действующего как дистанционное, являясь при этом учебными посохами со странной строчкой «только для медитации»? Для кого они вообще предназначены? Кто станет медитировать, забрасывая врагов огненными шарами? Наверное, кто-то, но точно не я. Думал, в итоге, в три раза дольше, чем по первому списку, но всё же остановился на четырёх строчках обширнейшего списка.

— Я беру «Стик обнуления номер 3 для свитков пятого ранга», всё равно пыльцу фей надо куда-то деть.

— Это шесть пунктов.

— Я беру «Набор полудрагоценных камней для инкрустации номер 8», порадую одного Бармота.

— Это ещё четыре пункта.

— Я беру «Высокую вазу, расписанную цаплями и лягушками».

— Это следующие четыре пункта.

— И три очка Узнаваемости, так-то. И последним я беру «Свиток призыва боевого барса четвёртого ранга».

— Это внезапно один, для вас последний, пункт. Хитрая комбинация. Ну что ж, на этом ваши награды исчерпаны, мне пора. Желаю удачи и надеюсь, что она вам всё-таки не понадобится.

Ангел исчез так же стремительно, как и появился. Я продолжил мешать зелье, чертить мастерские для форта и размышлять, правильный ли я сделал выбор. По всему выходило, что нет, можно было и какие-нибудь персональные артефакты посмотреть, но менять я ничего не собирался. К тому, что выбрал, хотя бы лежала душа, особенно мне нравился ход с барсом. Надо будет только поставить в известность фей и обеих дриад, может совместными усилиями смогут намошнить девочку. А что, грифонам размножаться можно, а кошкам нет? Долой дискриминацию по молочным признакам! А там, глядишь, со временем и своя армия кошачьих будет. И собачьих, имея в виду волков, тоже. Эх, где мой губозакаточный молот…

— Ну что, отступать некуда — позади Кадаг, — выдал я немного изменённую фразу более чем столетней давности. — Или мы их, или они нас. И лучше всё же мы их.

— Все помнят план действий, тергер акт? — спросил казарег. — Надеюсь, все, иначе у нас большие неприятности. На всякий случай повторяю: наша цель — геноцид. Ни один враг не должен выжить в ходе проведения операции. Если увидите что-то подозрительное, сначала бейте и только потом спрашивайте «кто здесь?» И никак иначе.

— Ар гант каду! — добавил я напоследок девиз Королевства, не подводивший нас уже три боя.

— Ар шы такгад! — раздалось в ответ шёпотом в едином порыве.

Мы, в количестве одиннадцати гномов, семи фей, дриады, полудроу-полулича, орка, дракона и медведя стояли прямо перед первым вампирским Дворцом. Там, внутри готического трёхэтажного здания со сложной металлической крышей, спряталось не менее трёх десятков кровососов второго ранга и выше. Вокруг Дворца довольно плотно разместились четыре больших здания отделкой попроще, которые служили складами тел и костяков. После оживления они становились Скелетами и Зомби и сквозь нашу армию пытались пробраться к Кадагу. Здесь же, на минусовых этажах складов, обитали и упыри. Всего таких складов было шестнадцать, по четыре на каждый Дворец, и по условиям быта больше они напоминали общежития напополам с коммуналкой, но на пару порядков грязнее и теснее. Командиры нежити при этом с комфортом обитали во Дворцах и можно было подумать, что они совсем не заботились судьбой своей многотысячной армии. Но это впечатление максимально обманчиво, потому мы и наносим превентивный удар. Всё же феи провели образцово-показательную разведку, про эту нежить мы знали если не всё, то очень многое. Осталось только этим знанием правильно воспользоваться.

Для удара по противнику принимающая в операции участи часть армии разделилась на четыре группы, в каждой из них имелся кто-то, способный в светлую магию, а именно Ордрин, как Арбан Ордена, элень Непрития, как дриада, семёрка фей, обременённых Вспышками, и Ергрид, в принципе не нуждающийся в представлении. В группе казарега оказались ещё и я, Хатгар и Буран, с женой Ирсинда пошёл Себеш, к феям принудительно отправлен Ас, хотя они клятвенно заверяли, что справятся сами, у них же не обошлось половины рыцарей, электро-световой маг забронировал для себя Кабидара и с этим остался. Вторая половина рыцарей и Нартыгх, буквально обвешанный пузырьками с «Гниющей плотью» — он сам придумал для себя верёвочную конструкцию вокруг туловища с петельками для бутылочек — должны стать эдаким летучим отрядом и прийти на помощь той группе, где будут больше всего нужны. Оставалось надеяться, что события не станут развиваться по самому плохому сценарию, в котором помощь понадобится всем сразу.

Над координированием работы всех групп пришлось поломать голову, даром что не о стены шахты или что-то подобное по твёрдости, но в конечном итоге пришлось временно снять технологическое заклинание связи с Гдитсирда и Ирсинда и поставить на Непритию и Ергрида. С Асом я и так могу связаться, равно как и он со мной, а четвёртая группа в связи не нуждается, в ней есть я сам.

Воздав короткую хвалу Аркату кто как может, группы разошлись по заранее назначенным позициям. Нашей достался второй Дворец, от прочих архитектурно практически ничем не отличающийся, за исключением входа через боковые пристройки, а не через парадный подъезд с достаточно широкими пандусами.

Стоило нашей четверке подойти к левой пристройке, как передо мной с очевидным опозданием выскочила системка:

ПОЗДРАВЛЯЕМ, ИГРОК!!! ТЕБЕ ДОСТУПЕН ЛЕГЕНДАРНЫЙ ТРАНСФРАКЦИОННЫЙ КВЕСТ «ВО СЛАВУ ВЕЛИКИХ ДЕЛ»

Я ждал её сразу после пересечения границ стартовой локации, но она всё не приходила. И все семьсот метров, что разделяли Королевство и вампирское гнездо, тоже. И вот, наконец, когда я уже всерьёз собирался разочаровываться в богах Асхана, всё произошло ровно так, как и обещала Силанна. Полюбовавшись пару секунд на безапелляционную информацию, оформленную орнаментом из псевдорун, каменной кладки из самых разных топоров, от метательных до осадных, я не без сожаления прожал «ОК». Ничего не произошло, системка просто рассыпалась серо-стальными искрами. Ни тебе грома с молниями, ни нашествия посланников богов или администрации, ни очередного прихода кого-то из детей Асхи. Последнее особенно радовало — лишний раз встречаться с богами, пропуская финальную стадию практически одностороннего конфликта с вампирами, совсем не хотелось.

Без стука, но очень аккуратно Ордрин открыл незапертую дверь и первым прошёл в небольшое тёмное помещение с практически от входа начинающейся лестницей, ведущей на второй этаж. Впрочем, темно было лишь первые пару секунд, пока не зашли все. Стало очень тесно, но светло и громко — каргандангонг, удобно устроившийся у меня на голове, своё дело знал.

Вообще, появление зверька в лагере произвело фурор. Сначала все косились на странную шапку, появившуюся у меня поверх шлема, но слова никто не говорил. Так Аурум и проспал на мне, пока я улучшал Взрывное зелье. Но стоило мне закончить, как каргандангонг моментально проснулся, огляделся и пошёл изучать новое место временного обитания. Первыми ему встретились, естественно, лисята, ни на шаг от меня не отходящие. Два рыжих и один тёмно-серый звери забавно пошипели друг на друга минут пять, а потом куда-то отправились вместе, вызвав немалый ажиотаж, особенно среди семи конкретных гномов. Ордрин, как Арбан Ордена, пришёл в неописуемый восторг от каргандангонга и едва ли не потребовал передать животное в Цитадель. На его сторону незамедлительно встали все шестеро рыцарей, а один особо ретивый мечник чуть ли не выставил мне ультиматум, пригрозив свержением. Такого я уже не выдержал и предупредительно достал лопату. Казарег на секунду опешил от дерзости подчинённого, осадил его одним из своих многочисленных арбанских умений по наведению порядка, прилагающихся в неотъёмном комплекте любому главе любого Ордена, и тут же, при всех, вынес наказание — никакого развития целый месяц. Пятеро его товарищей отделались лёгким испугом и всем своим видом показывали, что не одобряют действий зарвавшегося сайкта. Впрочем, кто знает, как развернулась бы ситуация при наличии времени на раскачку. Быть может, и ситуация бунта Акруха вполне могла повториться. Именно поэтому я без спешки, но чётко решил донести до всех собравшихся простую мысль — Орден Каргандангонга имени Полной Кружки и Острозаточенной Секиры существует благодаря мне. И я, как его основатель, имею достаточно широкие полномочия в его отношении. Вплоть до ликвидации. Кажется, проняло всех, особенно непосредственных рыцарей. Система же с чего-то решила, что я произнёс что-то особенное и добавила эту короткую речь в особый список, влияющий на лидерство.

После словесного холодного душа Ордрин, который старался выглядеть невозмутимо, просил меня рассмотреть возможность передачи конкретного символического зверя в Цитадель для укрепления боевого духа рыцарей. Тьфу, проклятые канцеляризмы! Я пообещал рассмотреть этот вопрос, даром, что именно так и собирался сделать, внимательно наблюдая за самим каргандангонгом. Тот как будто что-то рассказывал Огелю и Пактиквулю, по крайней мере, лисята слушали его внимательно и своими короткими фырками что-то уточняли из длинных фырканий Аурума. Ну да, именно так я и решил его назвать. И пусть хоть кто-то скажет слово против!

Отказать от услуг карагандаргонга при атаке на вампирьи Дворцы нам не удалось, при любых попытках донести до него необходимость остаться в городе он начинал верещать и светиться даже на солнце. В итоге нам ничего не осталось, как взять настырного зверя с собой. Ну, как «нам»… Лично мне было абсолютно всё равно, я всего одним предложением уговорил остаться лисят и те без пререканий согласились, просто кивнув. Понятия не имею, могут ли так реальные лисы, никогда разведением диких зверей не увлекался, но понимание того, что без одного тёмно-серого символа Ордена здесь не обошлось, присутствовало. А потому запрещать каргандангонгу его маленькую блажь в виде личного присутствия при геноциде кровососов не собирался. Другое дело, что его вопли могли порушить весь наш фактор внезапности и мне это совсем не нравилось, но тут на помощь пришла элень Непрития. Не побоявшись пробиться через установившиеся между нами стены, она предложила окружить Аурума роем ярчайших светляков, видимых только ему. Минусом заклинания было наличие свободного пространства вокруг для его поддержания. Отказываться я не стал, всё равно внутри Дворца таиться мы не собирались. И вот теперь каргандангонг настойчиво работал кричащим светильником, давая понять врагам куда им надо идти. У — удобно.

Первый вампир не заставил себя ждать. Был он самым обычным, второранговым, убить его труда не составило, равно как и десяток его дружков. Встретили мы их на достаточно широкой лестнице и разделили поровну на троих без участия Хатгара, разве что мне досталось на одного меньше, чем казарегу и медведю. Ордрин даже не использовал свою арбанскую магию. Мечи, как единственный трофей с кровососов, я сложил в инвентарь. По лестнице мы попали на второй этаж. Как пройти на первый и есть ли там враги мы не знали. Мы в принципе не имели представления о внутреннем устройстве Дворца и надеялись разобраться по ходу. Единственно, что было примерно известно, это местонахождение некроманта. По данным феиной разведки он прятался именно во втором Дворце, именно поэтому Хатгар пошёл с нами, и это немного ограничивало нас в наступательных действиях. Всё же потерять по неосторожности казгара стрелков очень не хотелось.

Полноценный дворцовый этаж встретил нас пустым готичным коридором, отделанным костями где можно и особенно где нельзя. Коридор оказался широким, метров восемь, не меньше, и высоким, летать здесь было удобно. Но у нас летающих не было, так что нам это особо не важно. В отличии от освещения. Полутёмный пенал, метров сто-сто двадцать в длину, освещался достаточно скудно, всего лишь свечами в узких нишах на расстоянии метров двадцати друг от друга. Каргандагонг светился и кричал уже не так ярко и громко, как в пристройке, но всё ещё довольно ощутимо.

На издаваемые Аурумом звуки из ближайших дверей, расположенных по обе стены коридора, выбежали ещё две группы Вампиров, по дюжине особей в каждой. Ничего сверхъестественного предложить не смогли и они погибли так же бесславно, как и предыдущие. Продвигались к противоположному концу пенала мы достаточно быстро, разгоняясь о всё выходящих из многочисленных дверей кровопийц. Всего их оказалось ровно двести восемьдесят пять особей, что достаточно много для одного этажа. Совокупно за три ночных боя их пришло в три с половиной раза меньше, а тут столько в одном Дворце! А если то же самое и в других Дворцах творится? Это надо проверить, мало ли кому нужна помощь.

Не переставая танцевать, потому что прыгать и перекатываться из-за зверя на голове было достаточно проблематично, я поочерёдно просмотрел все три наши группы. В группе элень Непритии всё шло своим чередом, вампиров было много, но дриадские молнии и подчинения Себеша, который откровенно развлекался, уподобляя бедного Вампира с его несчастным, наполовину уже обломанным, мечом мне, заставляя проделывать со своими товарищами по несчастью достаточно интимные вещи. У группы Аса обстановка была получше. Феи обездвиживали противника, рыцари добивали его, дракон тоже на месте не сидел. Ергрид вообще одним «Копьём» изжарил практически всю нежить на своём пути, оставив ослеплённых, оглушённых, горящих, но каким-то чудом целых немногочисленных живых Кабидару и его окардам, каменным шарам то есть. Всё везде идёт по плану. Но пока это лишь низшая нежить. Так что праздновать победу ещё рано.

Отключив связь, я с удвоенной энергией врубился в вампиров и понял, что жесточайше проигрываю в виртуальной схватке по количеству убийств. Более того, я шёл на обидном третьем месте. Второе занимал методично рубящий врагов в капусту Ордрин, а вот на первое, да ещё и с заметным отрывом, вырвался Буран. И отрыв здесь чувствовался во всём. За десять секунд, что я с изумлением наблюдал за ним, медведь сделал два переката, придавив, жаль, что не насмерть, десятка полтора вампиров, надавал передними лапами по мордам троим, прыгнул назад, упав ещё на троих, сразу же прыгнул вперёд, подминая четвёрых, откусил одну голову и даже повторил коронный шпагат принцессы Фионы, правда, не занимаясь причёской и с поправкой на четыре лапы.

Придя в себя, я с новой силой затанцевал меж вампирами, в такой толчке не способных за нами угнаться. Хорошо, что после смерти их тела осыпались пеплом, иначе пробираться сквозь три сотни трупов было бы совсем не удобно. Когда враги закончились, я посмотрел на счётчик и едва ли не охренел от увиденного. Из двухсот восьмидесяти пяти Вампиров Буран задоминировал сто тридцать семь, а мы с Ордрином на двоих лишь на одиннадцать больше, даром, что получилось поровну. Медведь стоял довольный, он явно дорвался до битвы. Мечи я убрал к себе, получилось много, но ещё на злосчастном пиру мне пришло в дурную голову расширить купленную у стартового дракона-анкетолога сумку в два раза, заплатив за это реальными деньгами. Нельзя столько пить, ой, нельзя.

Лестницы, как ни странно, в конце коридора не оказалось. Та, по которой мы сюда пришли, дальнейшим подъёмом не обладала, поэтому пришлось открывать все двери поочерёдно и искать. Нашли почти сразу, за третьей с конца с правой стороны фальш-дверью, растаявшей дымкой, стоило коснуться ручки. Лестница, обнаруженная за поворотом прохода, оказалась широкой, как коридор, и каменной, сложенной из какой-то слишком красной версии гранита. Она связывала между собой все этажи Дворца, от первого до четвёртого. Но сразу ни вниз, ни наверх мы не пошли, решив тщательнее обыскать второй этаж. И были вознаграждены за это: две двери скрывали не обычные каморки, плотно набитые койками в три ряда, а полупустые подобия сокровищниц. Из одной мы взяли две коробки со свитками, из другой — три композитных лука и сорок четыре стрелы к ним. Надеюсь, хоть что-то подобное найдут и другие группы, ведь наказ искать всё, что можно унести, был дан всем.

Спустившись на первый этаж, мы обнаружили там хозяйственные помещения: кухню, прачечную, склады. Заведовали там всем так называемые рабы крови, то есть люди, служащие источником постоянной свежей пищи, сиречь крови, всем вампирским вариантам, за исключением упырей. Но и нормальная человеческая еда здесь тоже готовилась, подавалась к столу и елась. По асханскому лору, Старшие, Высшие, а уж тем более Древние вампиры вполне могут питаться не только кровью. Более того, вампиры здесь изначально совсем не нежить, а одна из нормальных рас из плоти, которой были вполне доступны все радости жизни. Но однажды правители земель, где жили вампиры, решили познать тайны бессмертия и обратились за этим к некромантам. Те только обрадовались бесплатному подопытному материалу и обратились их всех в живые трупы, разве что, в отличии от зомби, обладающих нормальным разумом. Жителям этих земель повезло меньше, почти все они стали теми самыми упырями с почти безудержной жаждой крови. Но эксперимент некромантов прошёл не совсем так, как они задумывали, правители до конца трупами не стали, на уровень с упырями не встали и не все «старые» привычки утратили. Потому вампиры, начиная от Высших, и являются неким подобием аристократии с любовью к хорошей еде, алкоголю, искусству и мрачности, в некоторых своих ритуалах Крови совмещая все эти пункты.

Рабы крови, едва увидев нас, пошли в атаку. Я лишь хмыкнул, приказал никого из наших не вмешиваться в это дело, минут за шесть в танце собрал на себя всех обитателей этажа, после чего достал свой вампирский меч и раскрутил «Смертельную карусель» на безопасном от Ордрина, Бурана и Хатгара расстоянии. Рабы крови полегли все. Всё же они обычные люди, и магия Смерти действует на них преотличнейше. Мне же пришлось испытать на себе психологическое насилие в виде крика в уши и жжения в ладонях. Слегка скрасил эти неприятности вопль каргандангонга, в данной ситуации послужившей бальзамом на душу. Ну или пивом в желудок, если говорить по-нашему.

Хоть сколь-нибудь обыскивать первый этаж мы не стали. Если раньше кто-то из вампиров мог не понять, что на них напали, то теперь, после смерти их Рабов крови, они точно в стороне не останутся и пойдут выяснять, у кого хватило наглости вступить с ним в конфликт. А драться со скоростными тварями в тесном пространстве, обременённом множеством перегородок, втроём, защищая четвёртого, не очень удобно. Поэтому мы поспешили на третий этаж… и едва успели, увернувшись на лестничной площадке от выпада Высшего. Умер он после этого быстро, но недостаточно, а потому следующие десять минут бой был именно на этой площадке. И главным, а точнее, единственным бенефициаром этого боя стал Ордрин, наконец реализовавший себя в качестве Арбана.

По сути, кто такой Арбан? Безусловно, это глава Ордена гномьих рыцарей со всеми вытекающими. И одним из этих вытекающих является ещё и боевая мощь. В зависимости от того, по какому пути следует Орден, возможности Арбана могут быть самыми разными. Видел я несколько видео, где Арбаны чуть ли не щелчком пальца сносят тысячи врагов. С поправкой на тиры и ранги, но всё же даже несколько тысяч крестьян одним щелчком это мощно. Ещё бы рука, делающая щелчок, была в перчатке… кстати, это мысль, надо только уточнить будет у Системы, если ли в принципе в рамках Асхана такая возможность. Эх, где мой губозакаточный молот…

Так вот, возможности у Арбанов совершенно разные, но всегда чётко прописанные создателями Орденов, в нашем случае — мной. И я совершенно точно знаю, что не прописывал того, что применял Ордрин. По моим планам, казарег сейчас должен был использовать умение «Потоки Света», по своему действию похожую на «Божественную месть», что используют Серафимы людей, только бьющее по площади, а не поюнитно, насколько хватит мощи. Ну и терять войска для «Потоков Света» не нужно, нужны специально намоленные божественные очки, которых нет. Равно как и длительного нахождения на посту Арбана. Возможно, именно поэтому Ордрин использовал что-то совсем другое, обозначенное им как «Божественный откат». Для него, как пояснил казарег, свою армию гробить не нужно, в отличии от вражеской, которую желательно убить силами рыцарей в как можно большем количестве. Тогда врагу того же типа Арбан сможет этот урон отдать. И прямо сейчас он урон и отдавал, правда, с помощью меча, но для изначальных мечников это ведь ещё лучше, правда? А вот ничего подобного. Я понятия не имею, где Ордрин нашёл, или даже откуда взял, этот «Божественный откат». Сам он, разумеется, ни словом об этом не обмолвился, а спрашивать… можно, конечно, но лучше поберечь этот разговор до более благоприятной обстановки. И вообще, как говорят, программисты, работает — не трогай. А работало всё не просто отлично. Идеально. Всё же четыре мечника и два щитника убили достаточно упырей.

Спустя десять минут Высшие перестали лезть на площадку, и мы смогли наконец пройти на третий этаж, который мало чем отличался от второго. Длина, ширина и высота те же, освещённость такая же, а вот напольное покрытие совсем другое. Если там это были большие чёрные плиты, умело имитирующие каменные, то здесь, ни много ни мало, полноценный дубовый паркет. И стены, обитые какой-то красной тканью. Ну и дверей значительно меньше, всего восемь. Нам от этого только легче, проверять на предмет возможных ценностей будет значительно проще.

Из дверей вампиры выходили шестёрками — пятеро Высших и один Старший. И если Высшие от умения Ордрина разваливались довольно бодро, то Старшим приходилось помогать покидать этот цифровой мир. Впрочем, они и не сопротивлялась совсем и даже не пытались сбить окутывающие тщедушное тело световые кольца. А вот мы с Бураном устраивали страшную рубку за право успокоить Старшего. Разумеется, я мог бы просто «по-хозяински» приказать медведю стоять на месте, рядом с Хатгаром, и охранять его. Но я так не делал, мне нечестные победы были не нужны, потому и спешили к очередному вампиру мы пусть и без фанатизма, до драки между собой не опускаясь, но азартно и собственнически. Рунный стрелок смотрел на это со снисходительной улыбкой, но вслух не говорил ничего. По итогу, восьмерых Старших мы с Бураном разделили поровну, четыре мне, четыре ему. Хотя он был гораздо ближе к тому, чтобы забрать пятого и оставить меня с тремя, но удача повернулась лицом ко мне, в последний момент заставив упасть корчащегося кровососа в мою сторону.

На этом этаже трофеев набрали значительно больше, чем на втором. Мало того, что мечи Высших и Старших вампиров были значительно ценнее обычных, так ещё и каждая комната чем-нибудь, но порадовала. Шесть пузырьков Удушливого зелья, прямой аналог которого отлично показал себя в первой Битве за Город; эпический посох Неистовства Смерти, часть сета из аж восемнадцати предметов, точно на продажу, впрочем, посмотрим; половина меры сернистых опалов в мешочке; пустой чертёж постройки второго уровня с фракционной принадлежностью Академии, полезная вещь, но нам, по факту, не нужна; восемь мотков красной овечьей шерсти, не крашенной, это её натуральный цвет; барабан, названный малым, на повышение боевого духа в бою от трёх до шести пунктов. С каждой находкой Ярик ворчал всё одобрительнее и одобрительнее, ему явно нравились трофеи. А ведь мы толком даже ещё не грабили Дворец, так, взяли то, что плохо лежит, не более того. К тому же, мы ещё на четвертом этаже не были. Да и остальные три Дворца, я надеюсь, тоже преподнесут немало сюрпризов.

Но как бы поверхностно, опасаясь нашествия Древних вампиров, мы не обыскивали этаж, а потайной лифт всё же нашли. И поднялись на нём прямо к стоящей к нам спиной группе из двадцати трёх вампиров, шести разнообразных личей и одного некроманта. Последний и вовсе стоял самым крайним к нам. Стояла вся эта нежить и её повелитель около лестницы и хорошо, что мы не сунулись сюда прямым путём. А ещё говорят, что гномы медлительны и любят поискать своё золото в самый неподходящий момент. Ну вот были бы на нашем месте люди, поспешили бы они и как всё обернулось бы? Не нашли бы лифт — раз. Пошли бы напролом — два. Ощутили бы на себе всю мощь высокоранговой нежити — три. Вполне возможно, кто-нибудь бы выжил, но навсегда остался инвалидом. Ну вот и кому это нужно? Мы же, без всякой спешки и дичайшего количества этих ужасных «бы», стоим на расстоянии примерно пятидесяти метров от врага и ждём, пока Хатгар взведёт арбалет, уложит в него заранее подготовленный болт с прикреплённым к наконечнику синергатором, снабдит всё это руной Драц и выстрелит. Три секунды — и болт вонзается точно в затылок некроманты. Личи, почувствовав было магический всплеск, стали оборачиваться, но было поздно — синергатор сделал своё дело и ошмётки головы хозяина нежити разметало по личам, вампирам, стенам, полу и потолку. Личи так же пострадали, их так же окатило объединённым эффектом зелий, и они за пару секунд приобрели совсем недееспособный вид груды костей и пыли. Вампиры не пострадали совсем, ни до одного ни одной капли алхимии не долетело, и они рванули на нас со всей своей возможной скоростью… чтобы увязнуть в тех самых «Потоках Света». Нам с Бураном дважды выписывать приглашение было не нужно, и мы врубились в кучу кровососов с остервенением и яростью. Каргандангонгу продолжал верещать и светиться, но делал и то, и другое как будто несколько празднично, констатируя победу на тёмными тварями. Хатгар же отдыхал. У него была одна-единственная задача на весь этот бой, и справился с ней он блестяще, как настоящий снайпер… а ведь ему и в самом деле уже пора становиться Рунным снайпером, в обход необходимого количества уровней. Уверен, выстрел в затылок некроманта вполне способен зачесться в качестве «особого деяния», и казгард сможет встать на последнюю ранговую ступеньку для Арбалетчиков… как только у нас появятся для этого возможности. Пока же их просто нет.

Нежить закончилась меньше чем за десять минут, я даже во вкус войти не успел. Как и в боевой режим, впрочем, оставшийся не востребованным за весь штурм Дворца. Но я об этом не жалел, раз получается — пусть так и будет. Берсеркером ещё успею и попрыгать, и поперекатываться, и потанцевать. Этой ночью нужно было оставаться с ясной головой.

— Ну что, лорд, ты доволен проведённой операцией? — спросил казарег, когда мы спускались по лестнице на первый этаж.

Хатгар остался в комнатах, отведённых некроманту. По его словам, смысл которых, из-за жуткой витиеватости, там есть тайник, который надо открыть. Мы вызвались ему помощь, но он оказался. Впрочем, то, что это именно отказ, мы поняли лишь концу минутной речи и настаивать не стали. Буран убежал сразу же после победы, пробив собой проход через кухню на свежий воздух, каргандангонг остался с нами, продолжая кричать и светиться. Под эту светомузыку мы с Арбаном и спускались.

— Более чем доволен, друг мой, — с улыбкой ответил я. — Мы победили, обезопасив Кадаг, и не потеряли никого при штурме. Как можно быть этим недовольным?

— Не зря же мы провели два часа, выстраивая план уничтожения кровососного гнезда, музир шаб, — процедил Ордрин. — Теперь всю эту заразу хорошо бы предать огню, гадар сиб.

— А вот с этим спешить не стоит, — немного остудил я воинствующего казарега. — Для начала, отсюда надо вытащить всё ценное и попытаться пристроить в дело.

— Ну не знаю, — процедил Арбан, — как по мне, ценное здесь далеко не всё. Особенно только им доступные вещи для их тёмных дел.

— Как раз такие вещи и есть самое ценное, друг мой. Особенно для прочей нежити, которая захочет поживиться ими и стать сильнее. Лучше уж сильнее станем мы.

— Ты хочешь превратить всех в подобие Себеша, тергер акт? — медленно спросил Ордрин, дотягиваясь до меча одной рукой и щита другой, но не прекращая спуска.

— Даже интересно стало, как ты себе это представляешь, — с невозмутимостью слона произнёс я. Достать лопату я всегда успею. — Те, кто мог помощь в этом, мертвы.

— Неужели так трудно найти новых, мин пудир?

— Понятия не имею, никогда не задался этим вопросом и, надеюсь, задаваться не придётся. А вот Кернисс обещала из некрополисских ингредиентов наделать предметов на продажу, которые могут принести денег.

— И усилить возможного противника?

— Не без этого, — согласился я. — Шанс встретить на узком штруфе того, кому мы будет продавать артефакты, бесконечно минимален, но никогда не равен нулю. Но деньги лишними никогда не бывают.

— Хорошо, с тёмными штуками разобрались, дабди кув, — выдохнул Ордрин, перестав тянуться за оружием. Его борода больше не выражала напряжённость. — А остальное? Что ещё есть ценного?

— Всё, абсолютно всё ценное. Той же мебели просто целые комнаты стоят.

— Мы ещё со шкафами-столами-полками из Города не разобрались, рагнат дегрессен. Куда нам ещё мебель?

— Из Города уже часть ушла на обустройство внутренних помещений понифермы, — начал я загибать пальцы. — На Стене, во вспомогательных помещениях, тоже шкафы и стойки для орудия пригодятся. Грифоний форт так же нуждается в мебелировке. Да и вообще все здания, что мы строим самостоятельно, как-то обставлять надо будет. Когда ещё Сосновая раскачается пока неизвестно, а мебель нужна уже сейчас.

— Ладно, убедил, — кивнул казарег, — мебель в самом деле нужна. Что ещё?

— Помимо того, что тайников в стенах Дворца может оказаться неограниченное количество, а у нас таких четыре? Непосредственно сами стены. На камень пойдут за милую душу и даже не почешутся.

— Стены вообще чесаться не могут, музир шаб.

— Именно, друг мой, именно, — кивнул я. — А у нас ещё и склады от простой нежити остались, тоже каменные. Заживём как нормальные гномы, больше не будем испытывать дефицит стройматериалов.

— Хорошо, не будем сжигать эти мерзкие Дворцы, — решительно кивнул Ордрин. — Пусть послужат будущей Империи. А можно один вопрос?

— Разумеется нужно, — ответил я. — И ты это прекрасно знаешь.

— Знаю, но мой вопрос может тебе не понравиться, гадар сиб.

— Тоже мне Ас нашёл, — аж сплюнул я. — Вопросы для того и существуют, чтобы они мне не нравились.

«Лорд, тут такое! — как по заказу ворвался в эфир дракон. — Викантия как с цепи сорвалась, налила свои узоры синевой, губы окрасила красным, волосы сами собой сделались высокими-высокими, платье потемнело, даже крылья стали цвета насыщенного серебра. Мы тут все в шоке, а она уже трёх Старших вампиров ладошками по щекам потрепала, а они от такой наглости аж пылью рассыпаются, мечи на пол роняют и помимо них ещё что-нибудь ценное. Это нормально, или мы её потеряли?»

«К сожалению, это более чем нормально. Вы только одну её не оставляйте, мало ли что, заиграется ещё и точно потеряем. Насмерть».

«Хорошо, лорд, не будем оставлять. У нас уже почти всё, рыцари добивают Древнюю тварь, один тяжело ранен, но Мундиария его полечила, он точно поправится».

— Воистину чудны дела твои, Камнерожденный, — выдохнул я, покачивая головой. — Не было печали — пожалуйста, получите и распишитесь.

— Что случилось? — озабоченно спросил казарег. — Где-то потери, тергер акт?

— В том и дело, что совсем наоборот, — выдохнул я. — У нас появился Боевой лекарь, будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса!

— Вика, да? — осторожно произнёс Арбан, явно не понимая, что за странность я произнёс в конце.

— Она самая. Теперь нежити и демонам придётся ещё хуже. А ведь когда-то именно для этого мы создавали Орден.

— Да, именно насчёт создания. Лорд, вы уверены, что нам нужны разведчицы из Школы? Разве феи плохо справляются?

— Беда не в том, как справляются феи, друг мой. Беда в том, что феи в принципе не должны заниматься разведкой. При всём моём бесконечном уважении к проделанному ими труду, они всё же маги и именно магия их стихия.

— Но это далеко не единственная причина, так ведь?

— Не единственная, — согласился я, — но наградить тем не менее всех шестерых надо. Не знаком героя Империи, но всё же. Кстати, как там поживает указ о геройстве?

— Готов и ждёт одобрения, — отчитался казарег. — Что дать феям я тоже подумаю. Но ты от темы не уходи. Наши разведчицы из Школы вышли слабыми, ты сам говорил. Так зачем они нам?

— Ты, можно подумать, сразу сильным родился, — хмыкнул я. — Так что будем ими заниматься тщательно и усиленно. Они ещё покажут себя, я уверен.

Мы дошли до окна на первом этаже, выбитого массивным телом белого медведя, и увидели интересную картину: тройка рыцарей, орк-метатель зелий и упомянутый медведь чуть ли не затаптывали горку упырей, рыл сто, в тела уже почивших упырей. И затаптывали отлично, по крайней мере, помощь им точно не требовалась.

— Кстати, лорд, ты заметил, что у этих упырей нет кинжалов в руках? У тех, что были в форте, они имелись, арн гад.

— Ещё в первую битву с ними заметил. Видимо, здесь никто не озаботился такой совсем не мелочью. Ну или людских деревень, которые можно разграбить, вблизи просто нет.

— Значит, от идеи с разведчицам-гномками ты не отступишься, арн гад?

— Ну конечно нет, — хмыкнул я. — Это далеко не та трудность, перед которой надо отступать.

— Вот мы и не отступим, гадар сиб. Нужны Разведчицы — сделаем из тех, что есть, самых лучших, — пафосно произнёс казарег и добавил на самой грани слышимости: — Как будто у нас есть выбор.

Последнюю реплику я оставил без комментария, наблюдая за тем, с какой методичностью Буран избавляется от упырей, взяв это дело практически на себя одного. Нартыгх вообще прекратил кидать зелья, наверное, боясь зацепить питомца лорда, рыцари занимались лишь добивом тех кровососов, кто по случайности выживал.

Буквально за пять минут избиение закончилось. За это время к нам подтянулись остальные группы, доложив о полном истреблении нежити на территории гнезда. Как только последнему упырю Буран оторвал голову, я собрался было подвести итог, но меня перебила дриада:

— Лорд, вы знаете, какого колдуна отхватили? — спросила Непрития, покосившись на Себеша.

— Ергрид, будь добр, расскажи мне, непутёвому, какого колдуна я отхватил, — тут же повернулся я к магу.

— Почти всё либо на управление и усиление нежити, либо из Разума, который на нежить действует на ноль целых и ноль десятых процента. Это помимо прорвы заблокированных, но не отменённых заклинаний тёмноэльфийского мага, которые только баластят его книгу магии, — ответил он с явным непониманием происходящего, при этом дословно цитируя то, что сказал про Себеша я.

— Так что же ты хочешь мне нового сообщить, яхонтовая моя? — спросил я жену Ирсинда.

— Сейчас что-то будет, — вполголоса пробасил Буран, прекрасно зная, что я услышу.

— Может, посоветовать ей на всё соглашаться? — добавил Ас. — Глядишь, лорд не так буйствовать будет.

— Его можно допревратить в полноценного лича и равных ему не будет, — никого не слушая, с вызовом произнесла Непрития.

— Мы не будем использовать то, против чего боремся, на живом противнике, — отрезал я. — Надеюсь, это понятно.

— Но у него такой потенциал! — не сдавалась дриада. — Он мог бы поражать сотни и в одиночку выходить на архангелов!

— Я СКАЗАЛ НЕТ!!! — добавив металла в голос, сказал я. — До тех пор, пока правитель здесь я, мы не будем использовать Смерть против живых.

— Ну нельзя же быть таким упрямым! Вы своими руками губите отличного колдуна! Вы… вы…

— Самодур, всё верно, — кивнул я. — Что-то не устраивает — не держу. Хотите устроить бунт, элень Непрития? Всё в ваших руках, желаю удачи.

— Не хочу, — тихо произнесла дриада.

— Так вот, — продолжил я, — о том, что вы должны были услышать, если бы не странный выпад. Все молодцы, задача выполнена на отлично и даже перевыполнена, — бросил я быстрый взгляд на Вику. — Пока не известно, снят ли вопрос захвата Кадага на сто процентов, но хотя бы на время угроза устранена. Больше мы здесь не нужны, можем отбыть в Баг-Даад.

— А как же трофеи, лорд? — спросила Сестерия. — Мы что, вот так их бросим, как неразумных волчат?

— Трофеями займётся Обозная команда, — вместо меня ответил Ордрин. — Это не ваша проблема, тергер верз. Кроме случаев уже добытых трофеев.

— Например, вот таких? — спросил Кабидар, протягивая большой синий неогранённый камень.

— Неожиданно, гадар сиб, — прокомментировал казарег. — Похоже, у нас собирается портальная площадка.

— Бери выше, — хмыкнул я, — мы замахнёмся на площадь.

— Не много для одного города?

— Для столицы площади лишними не бывают, — назидательно произнёс Себеш и тут же, округлив глаза, закрыл рот руками.

— И всё же он прав, но сейчас это совсем не важно, — тряхнул я головой. — Идём в Кадаг, оттуда телепертируемся. Всем ясно?

— Да, лорд! — едва ли не хором произнесли бойцы. Солировали, естественно, феи.

— А можно я останусь, лорд? — попросил Ас. — Я найду все-все тайники, я открою их. Я даже привезу в Баг-Даад казгарда. Он всё равно ещё долго не оторвётся от своей прелести, я смотрел.

— Хорошо, пусть так, — решил я. — Но если хоть один тайник будет пропущен…

— Понял, лорд, — ощутимо сглотнул дракон. — Ничего не пропущу, обещаю.

— Смотри у меня, а то ведь награжу ещё за пропуски. С разбегу. А теперь все дружно в сторону центральной площади Кадага. И чтобы без пререканий.

— Ну что, лорд, насыщенной выдалась полунеделя? — вместо приветствия спросил Магриш, стоило мне зайти на кухню.

— Да уж, такого я даже представить себе не мог, — вздохнул я, опускаясь на стул. — Знал, что будет тяжело, но одновременно вести по изменениям Ергрида и Аастию, отчерчивать Грифоний форт, биться с нежитью и варить многочисленные зелья оказалось совсем не просто. Поспать не всегда нормально удавалось, про поесть я и вовсе молчу.

— Касательно поесть, — хмыкнул повар, ставя передо мной тарелку гречневой каши с тыквой и кладя кусок темноватого хлеба. — До меня тут информация дошла, что у нас появится сахар.

— Так и ефть, — с набитым пищей богов ртом ответил я. — Кавфаг наф, фтекло фудет, теплиссы пофтавим, бувфет и фахар.

— Ладно, ты сначала поешь нормально, потом поговорим, — произнёс Магриш. Прозвучало как угроза.

Буквально за десять минут я умял всю кашу и приличный ломоть хлеба. Пёкся он явно в форме каравая и это было хорошо — не придётся принудительно вводить стандарты и прописывать форму того или иного хлебо-булочного изделия. Впрочем, посмотрим, как будут развиваться события.

— Лорд, скажи, ты делаешь новую гномью кухню? — в лоб спросил повар, забрав у меня тарелку.

— Нет, — ответил я, — мне просто нравится заботиться о гражданах Королевства.

— И эта забота заключается в переписывании всех возможных канонов гномьей кулинарии?

— Нет у гномьей кулинарии канонов, Магриш, тебе ли это не знать. В горах, знаешь ли, проблематично что-либо растить, даже порой на всех не хватает. А уж водоросли, лобстеры и форель и вовсе далеко не каждый день на столе. Впрочем, тут смотря у кого. И всё же, большую часть еды приходится закупать на стороне. А сторона имеет свойство меняться подчас намного стремительнее, чем хотелось бы. Ну и о каких канонах может идти речь, когда ещё месяц назад тебя заваливали пшеном, сейчас приходится есть репу, а через неделю будет много настреленной дичи?

«Ну ты ещё расскажи ему, что книгу «Агроном» брал именно для независимости от таких абсурдных поставок по остаточному принципу».

Сам догадается, Ярик, немаленький. И этот разговор он тоже затеял не просто так. Точно не для обвинения в попирании канонов.

«А если только для этого? Ответишь за свои слова?»

И чего ты хочешь?

«Хочу в следующий раз, когда ты будешь что-либо ковать, занять твоё место у наковальни».

Это, прости, как?

«Увидишь. Или боишься? Вдруг я займу твоё место полностью?»

Если бы мог, давно занял бы. Так что давай, если я не прав — один раз ковать будешь ты, как бы странно это не воплощалось в жизнь.

— Ну так-то да, чуть больше общей предсказуемости, на которой можно строить планы и воплощать их в жизнь, — задумчиво протянул повар. — Сейчас и мясо предсказуемо идёт, постоянно говядина, а не миллион тонн дятлятины за раз и делай с ней что хочешь.

— Ну, допустим, не миллион тонн, не надо.

— Да, не миллион, но было много, я смог немало попробовать рецептов с ней. А потом она закончилась, и все эти рецепты, считай, пропали к использованию. Но я не о этом, лорд, у меня другой главный вопрос, — произнёс, замявшись, Магриш.

— Ну давай, спрашивай, отвечу так полно, как только смогу, — понимающе сказал я. Похоже, вопрос повара будет из категории жизни и смерти, то есть для гномов это в принципе любые вопросы, круто меняющие их жизнь.

— Вы собираетесь узаконить создаваемую кухню? — выпалил гном. — От набора продуктов до точнейших рецептов без права на изменения?

— Нет, — так твёрдо, как только мог, ответил я. — Во-первых, я не создаю никакую кухню, этого не делаем даже мы. Во-вторых, вот тебе моё искренние мнение, кулинария как поэзия, загонять её в строжайшие рамки — преступление против искусства.

— А вы любите поэзию, лорд? — удивился Магриш.

— Обожаю. Даже сам сочинять пробовал. Слушай.

Сварить бульон из мяса и костей,

Заранее низпотушить зажарку,

Добавить овощи всех видимых мастей,

И полностью отдасться варке

Вдыхать этот чудесный аромат,

Картошку крупным кубиком нарезать,

Вложить в зажарку рубленный томат,

Лимончиком ты тоже не побрезгуй.

Поймёт, что всё пучком, не только спец,

Тарелку подставляй под это дело,

Сметаны ложку бахнуть — и конец.

Ах, вкусным получается борщец!

— Отлично, — искренне восхитился повар. Только что такое «борщец» я не знаю. Блюдо такое, да?

— Сметанка, значит, тебя не удивила, — констатировал я.

— Удивила, но это ведь часть блюда, верно? А вот про сам «борщец» до этого слышать не приходилось.

— Обещаю, на этой неделе я покажу тебе как его готовить.

— Неделя-то заканчивается.

— Тем лучше для тебя. Свои обещания я привык выполнять.

«А теперь по плану Совет, так?»

Теперь в кузницу, Ярик. Надо же увидеть, что ты там себе напридумывал.

«Но я ведь проиграл спор, Старший!»

И что теперь? Я гном-самодур, что хочу — то и ворочу. Но если не хочешь…

«Хочу! Очень хочу, пошли в кузницу, пока ты добрый. А то мало ли, накричишь ещё, как на ту непонятливую дриаду».

Выходить из Замка совсем не хотелось — на улице лил дождь. Благо его сила была относительно небольшой, не в тропиках живём, а вот продолжительность не шла ни в какие тоннели. От Кадага мы телепортировались в три часа ночи, и осадки, по словам дворецкого, уже как четыре часа поливали землю. Сейчас часы показывали половину восьмого, а прекращаться ничего и не думало, превращая улицы Баг-Даада в относительно бурные потоки. Да уж, похоже, я погорячился, говоря о недождливости местности. Остаётся надеяться, что урожай от этого не погибнет.

Кузница, к этому моменту уже больше суток как прошедшая модернизацию, внешне стала несколько больше даже без учёта литейного цеха. Внутри же произошли настолько кардинальные изменения, что узнать в относительно светлом и просторном помещении прежнее не столь светлое и просторное было всё же можно, функции-то остались без изменения. Но теперь входная дверь открывалась в буферную зону, а не сразу к горнам и наковальням, рабочих мест стало сразу восемь, а не вполовину меньше, переход к пристройке выглядел куда приличнее, через крытую примыкающую галерею, а не улицу. Склад как сырья в виде слитков, так и готовой продукции стал отдельным помещением. Здесь уже можно было работать с другими металлами, помимо железа, с бронзой, например, пусть нам она, во всяком случае, пока, была и не нужна. Но даже перековка обычной стали в холодное железо теперь пойдёт проще. Впрочем, Зорбек с Крошином и раньше это делали, невзирая на трудоёмкость. На Складе в Замке целых двенадцать слитков лежит, ждут своего назначения. И оно обязательно будет, даром что ли рядом с двумя наковальнями теперь есть приводной молот?

Поздоровавшись со всеми кузнецами разом, я, по совету Ярика, взял сразу две стальные свежеотлитые болванки и пошёл к обыкновенному рабочему месту, с горном. Хотя бы просушусь и согреюсь, а то дождь решил усилиться, пока я шёл под открытым небом метров двести, не больше. Дальше контроль над телом взял он. Ощущения, я скажу, непередаваемые. И вроде бы движения оставались те же самые, и пластика осталась, но ничего в себе не контролировать было ну очень непривычно. Благо, в случае чего, вернуться я смогу в любой момент, даже сейчас могу, но ведь интересно же, что такого собирается делать Ярик. А пока я могу полностью сосредоточиться на других вещах, требующих внимания, а именно чертеже пятой постройки Грифоньего форта. Параллельно можно обдумать несколько важных мыслей, раз есть время.

Чертить я решил алхимический домик, в котором будут производиться бомбы. Обещал же я Ордрину бомбометающих грифонов? Не то чтобы обещал, но казарег вполне может посчитать, что обещал, а свои обещания надо выполнять не только перед поваром. Вот и будет у нас помещение под производство, когда получится найти рецепт. Всё же смесь для бомб это не Взрывное зелье, даже трижды модифицированное, здесь другой подход нужен.

Тем более, что вполне вероятна полномасштабная война с не обозначившимся пока бессмертным… в смысле, игроком. То, что гоблины-лазутчики принадлежали именно игроку, сомнений нет никаких. Лазутчики это третий ранг гоблинов, нейтралы рангами не обладают и грейдировать свои войска не могут. А что подумает игрок, видя фей рядом с гномьи поселением, известно только ему. Особенно, если он не варвар. Да и в принципе, по статистике, игроки, при встрече с равным соперником, больше стремятся показать свою удаль и полководческие таланты, нежели объединяться против более сильных игроков. Равный там нам игрок или нет покажет время, но если хотя бы по численности наши армии равны, войны не избежать. К сожалению. И в этой войне потери будут обязательно, живой игрок это не пара управляемых системой некромантов. Нежить мы просчитать смогли, бессмертного может и не получится.

А вот если получится победить, в награду достанется как минимум второй замок, не говоря уже о том, что варвары знатные канибалы и любят «хранить» поверженных врагов в живом виде в загонах и убивать по мере необходимости, что есть только свежее мясо. Бр-р-р, аж передёргивает от одной лишь мысли об этом. Поэтому варвары считаются тёмной фракцией, предстоящую войну можно отнести к ряду эдаких крестовых походов, разве что у гномов вместо крестов квадраты и вогнутые полукружия.

Только вот до начала войны желательно доисследовать всю территорию стартовой локации, разобраться с внутренними варварами около Дубков, закончить цепочки Ергрида и Аастии и хоть что-то прояснить по убер-мега-супер-пупер-трансфракционный квест, что выдала Система без каких-либо пояснений. Разумеется, я написал админам письмо и в своей манере высказал всё, что думаю о заданиях, не имеющих возможности отказа, но ответа пока ещё не было. А ещё нужно построить Храм и начать уже воспитание Нагиша в хоть что-то более-менее сносное. Рунные ритуалы лишними никогда не будут. Ну и разобраться со всеми трофеями от нежити тоже не помешает.

И с ними пока проблемы. Обозная команда вчера вечером приехала в Баг-Даад, разгрузила кости, костный порошок, металлические обломки и пузырьки с эктоплазмой на Склад, чуть ли не непосредственно в руки Кернисс, но обратно, к вампирьим Дворцам, уже не поехали из-за дождя. Ас с Хатгаром тоже пока не прилетали по той же причине. Ну не лётная погода и всё тут! В итоге я сейчас я разбирался лишь с тем, что поместил в свой инвентарь. Композитные луки вместе со стрелами отправились на Склад, в специальный, чуть ли не только что созданный оружейный раздел. Двенадцать свитков, почти все боевые второго и третьего ранга, легли вместе с зельями, в том числе и в награду от заданий Зова Ергрида, в раздел расходников, всё пригодится на демонах. Некромантский посох лёг вместе с другими приблудами нежити, чертёж маговской постройки пока остался при мне, может гремлинам пригодится, барабан на лидерство тоже пока лёг, может потом что-нибудь и придумаем с ним. Сернистые опалы и мотки пряжи, как расходники, тоже легли на Склад. В итоге, прямо сейчас ничего из этого использовать мы либо не собирались, либо не могли, либо не хотели. Такие вот самородки.

Кернисс, кстати, огромному количеству трофеев обрадовалась и пообещала на ближайшем Совете отчитаться о проделанной работе. Посмотрим, что она скажет уже сегодня, сразу после кузнечных дел. А потом ещё и Военный совет проведём, давно его не было.

«Старший, у меня всё готово. Будешь смотреть?»

Конечно буду, Ярик, у меня же есть глаза. Обратно-то мне можно?

«Нужно. Это ведь твоё тело, я здесь не более чем гость».

Да-да, рассказывай кому, гость он. Ну и что ты такого сделал? Ух ничего ж себе!

— Лорд, что это? — спросил подошедший Зорбек. — Нет, что это я понимаю, но почему такая?

Передо мной на наковальне лежала ещё красная голова молота, по размерам точно такая же, что у инструмента у меня в руке, даже уже с технологическим отверстием под рукоять, только скованная будто из стальных брусочков сантиметрового сечения. Ударные стороны были гладкими, хотя и на нихтбудто вдавленный, а потом разглаженный узор присутствовал, а вот текстура остальной поверхности напоминала косу, в которую гномы заплетали бороды, только из металла. И мне это чертовски нравилось.

— Считай меня лордом-самодуром, Зорбек, — хмыкнул я. — Решил вот, воплотить в жизнь свой губозакаточный молот, а то только поминаю. Это пока лишь заготовка, работы предстоит ещё много, но начало вполне, вполне.

«Даже не буду спрашивать про работу, хотя я тебе ничего не говорил. Спрошу лишь как тебе сюрприз?»

Так это был сюрприз? Ты специально проиграл в споре?

«Вовсе нет, проигрывать я не собирался, но втянуть в тебя в спор было нужно. Ну а раз проиграл, то и отдавать пришлось».

Получается, этот молот — чистая импровизация?

«Уже в кузнице — нет. При входе сюда я уже знал, что буду делать. И ты правильно подумал, это твой личный губозакатывающий молот, если понадобится. Ну и кузнечный, конечно. Надо только довести его готового состояния».

— Лорд, а можно вопрос? — спросил внезапно Крошин. — Вы ведь знаете, что это ваш личный молот будет, верно?

— Верно, для этого и делал, — чуть покривив душой, ответил я. — Раз уж стал кузнецом, инструмент должен быть соответствующим. Или вы против?

— Совсем не против, — сказал Зорбек. — Как раз наоборот, мы рады, что вы озаботились личным молотом.

На этом мы и расстались до следующего моего прихода. Я убрал заготовку в инвентарь, посмотрел на число «26/100» в графе прогресса ученичества профессии «Кузнец» ранга Подмастерье l ступени и вышел. Рецепт, по сути, подаренный мне системой, был прост:

Заготовка головы кузнечного молота Ярогрейва

Тип: инструмент

Личное

Требует совмещения с рукоятью

Усиления: 0/6

Возможны модификации

Именно последняя строка едва не заставила меня визжать подобно маленькой эльфийке. «Возможны модификации» означало улучшение предмета вплоть до легендарного уровня, при наличии модификаторов соответствующего качества. Что самое восхитительное в этом всём, рукоять теперь могла быть абсолютно любой, хоть из унитарной древесины, легендарность распространится и на неё. И это при наличии ещё и усилений непосредственно самой головы. Шесть возможностей тянули на эпический класс, а ограничений не было, за исключением материальных, не прописываемых в свойствах предмета. По типу не стекло нельзя ковать, кожу гранить, ткань полировать, а металл пропитывать маслом. Предполагается, что это и без того понятно, а потому смысла писать негласные истины нет никакого. Собственно, я и не собирался пропитывать маслом свою новую прелесть. А вот гравировку и чернение попробовать можно.

— Ну что, Совет можно начинать? — спросил я, заходя в кабинет.

Почти все рагены, кроме Ирсинда, уже сидели по своим местам. У инженера имелась уважительная причина, он налаживал бумажное производство.

— Можем, — отозвался Гом из-за своего секретарского места справа от меня. — У меня заканчиваются бумага и чернила.

— Держи, — вздохнул я и из воздуха, а точнее, с аукциона достал стопку деаственно-белых листов и три склянки с чёрной жидкостью. — Перья есть?

— Пока в наличии, — кивнул секретарь, — но скоро тоже мог…

— Держи, — протянул я связку, по виду и названию, утиных хвостовых. О, Асха, храни быструю покупку.

— Итак, теперь всё же начнём. В первую очередь хочу поздравить всех нас с новым городом в составе Королевства. И когда я говорю «всех», раген бургомистр, я действительно имею в виду всех. Теперь Кадаг наш, вчера бургомистр Годдик подтвердил переход города под наше управление, раген Ордрин не даст соврать.

— Не дам, арн гад, — тут же отозвался казарег. — Годдик был краток в своих благодарностях и пообещал как можно скорее влиться в нашу рыночную экономику. Тем более, что сначала одна дриада аргументированно доказала ему пользу от посадок хмеля рядом с городом, а потом другая, при нас, едва ли не угрозами заставила его согласиться.

— Прям уж так и угрозами, — пробормотал я.

— А как это ещё выглядело, мун пудир? Или ты как-то по-другому это увидел? Как по мне, элень Непрития именно что угрожающе заявила бедному Годдику, что без хмеля туда не придут феи, а без фей земля вокруг города просто загнётся от немыслимого количества болезней, что оставляет после себя нежить, особенно в таких количествах.

— Так ведь это правда, — тут же вступилась Аастия за… эм-м-м… одноранговку? Очень странное слово.

— Я не отрицаю, что это правда, гадар сиб. Но можно же было эту правду преподнести как-нибудь проще, объясняя, без нажима.

— А я, значит, не пробовала без нажима, да? Сколько я ему говорила о пользе фей рядом с его городом? Три дня! Календарных, считай, четыре. И что? А ничего, кроме «я подумаю». Пришлось давить и угрожать. А как иначе? Скопления нежити всегда несут вместе с собой неприятности.

Вот слушал бы разгневанную Аастию сутками напролёт и больше мне ничего не надо. Её внезапно прорезавшаяся музыкальность в сочетании с интонациями истинной фурии как пиво в желудок. Разве что злоупотреблять нежелательно.

— Почему же тогда неприятностей не было в землях от Кварцевой жилы до форта? — спросил Гдитсирд. — Или там какая-то другая нежить была.

— Буйство, — пояснил я. Бургомистра это устроило.

— Может, вернёмся в конструктивное, русло, господа рагены? — предложила Кернисс. — Побрызгать друг на друга ядом мы всегда успеем, не так ли?

— Давайте вернёмся, — кивнул Ордрин. — Хмель это хорошо, хмель это пиво. Но это только половина пива. А второй у нас нет.

— У нас есть пшеничка, — впервые за Совет произнёс Нартыгх. — Чем не вторая половинка?

— Ячменного тоже хотелось бы, этам лиш, — тут же погрустнел казарег. — Ячменное оно как-то ближе, что ли.

— И ячменное тоже сделаем, — пообещал я. — Пока его нет, будем над этим работать. Как и над всем остальным.

«Лорд, у нас закончился дождь, — вошёл в эфир Ас. — Мы вылетаем, Хатгар отковырял свой тайник, но не показывает, что там. Думает, это меня остановит. Наивный».

«И что же там?"

"Медальон какого-то Стрелкового Братства, совместимость с казгардом абсолютная. Не думаю, что он добровольно отдаст его кому-нибудь».

«Это его дело, не хочет отдавать — пусть не отдаёт. Вы когда будете?»

«Думаю, часа через два с половиной, не раньше. Ветра вообще не чувствую».

«Добро».

— Кстати о работе, мой король, — снова взяла слово Кернисс. — Я сделала первую партию артефактов для нежити, лежат на Складе. Вот образец.

С этими словами она достала из своей сумки, с которой после отхода от боевых действий не расставалась, тёмно-серый браслет с явными следами кости и протянула мне. Я покрутил его, отмечая искусность обработки металлических обломков и костей и качество их спайки между собой. В этом явно поучаствовали костный порошок и эктоплазма.

— Не обманула, действительно самая простая вещь, — хмыкнул я, вспоминая наш предыдущий разговор. — Но мы вроде договорились на образцы всех типов безделушек. Ни за что не поверю, что ты умеешь творить только браслеты.

— Не только, мой король, — томно отозвалась Ведьма. — Вот остальное.

На стол легли ещё четыре предмета: амулет, два вида колец и венец. Всё сделано в том же стиле чередования металлических обломков и костяных пластинок, скреплённых специфическим клеем. Кольца друг от друга внешне отличались чередованием слоёв — в одном снаружи была кость, в другом — металл. Первое для магов, второе для бойцов. Всё совсем немного увеличивает характеристики и обладает пониженной прочностью.

— И в каком количестве ты можешь этого сделать? — спросил я, прикидывая возможную прибыль.

— Могу превратить в это, — выделила дроу интонацией последнее слово, — все ингредиенты, что в многотысячных количествах лежат на Складе. Заодно и Склад как раз разгружу, а то он большой, это да, но не расширяющийся. Постоянно в него всё пихать и надеется, что ничего не случится, не получится, мой король.

— А сколько всего можно поделок натворить из нашего количества ингредиентов?

— О, мой король, много, очень много. Примерно тысячи три, не меньше. На это мне понадобится три недели. Есть у нас столько времени?

— Есть, — обрадованно произнёс я. — Можешь спокойно работать и сразу же выставлять на продажу. Сколько на этом можно заработать?

— Кольца уйдут по два золотых, браслет и амулет по четыре, за венец можно просить десять, купят и будут рады, — томно протянула Кернисс, давая мне время насладиться моментом. — Но делать одни венцы я не смогу, нужны будут перерывы на остальное. Примерную прибыль, если умеете считать, можете прикинуть. Сильно не ошибётесь.

— У вас всё? — нетерпеливо спросила Аастия. — Мне тоже надо многое обсудить.

— И почему не наедине? — очень тихо спросил Нартыгх.

— Нет, подруга, не всё, — серьёзно произнесла Ведьма. — У меня впереди самое главное, росток родового дерева.

— Я тоже о нём, если что, — удивилась дриада. — Хотела сказать, что пора определяться. Я чувствую его скорую гибель, если ничего не сделать.

— Вот как раз я пришла с решением, — снова перехватила инициативу Кернисс. — Мы хотим основать род, чем бы в итоге всё не обернулось.

— Мы? — удивился я. — Огласите весь список, пожалуйста.

— Нас трое и Прассив со своими восемнадцатью, включая себя. Вы ведь слышали о нём, не так ли, мой король? Бывшие россыпцы уговорили группу Прассива жить с нами, Прассив сам лично обещал утрясти с вами все формальности и только ждёт удобного момента.

— Россыпцы, если надо, готовы поручиться за группу Прассива. Они даже готовы на коленях стоять, что для гномов неслыханное дело, — неодобрительно протянул Гдитсирд.

— Я обязательно утрясу с Прассивом все вопросы. Король я или не король? Посмотрим по итогу, как можно интегрировать восемнадцать дроу в королевство так, чтобы не вызвать недовольство среди гномов.

— Прассив заверяет, что они в полном составе готовы пойти под Арката, — добавил Гдитсирд. — И если в ход пошли такие аргументы, у нас нет поводов им отказывать.

— Этим вопросом я обязательно займусь, — повторил я. — Вот если бы ещё кто-нибудь подсказал лучшее место для посадки родового древа…

— На юге, между Кадагом и Трёххуторовьем, практически посередине, есть небольшое озеро с чёрной водой. Озеро небольшое, сильно меньше того, что между Сосновое и Быкрыгором, но очень теневое. Леартия не смогла там долго находиться, её аж накрывало. Возможно, дроу смогут призывать там Теней.

— Ох, только этого не хватало, — простонал я. — Тёмные эльфы в армии это уже откровенный перебор. Вам так не кажется, рагены?

— Лично мне — нет, — отрезал Ордрин. — Ты говорил, что между хуторами и Городом водятся аршады, тергер акт.

— Мы с Асом там бились с ними, — подтвердил я.

— Вполне самодостаточная армия набирается, — продолжил казарег. — Чем нас больше, тем легче противостоять другим бессмертным. Тому, чьих лазутчиков видели у Железного молота, например.

— Значит, это правда? — спросил Гдитсирд. — Нас ждёт война?

— Вполне возможно, — кивнул я. — И об этой проблемой мои мысли сегодня уже были забиты.

— Неужели не получится так же просто как с многотысячной армией нежити? — удивился бургомистр.

— Если варварами управляет не идиот — нет, — ответил Ордрин. — Да и на нежить мы смогли использовать наши козыри в виде Света, варвары, какими бы тёмными тварями не были, с Тьмой не играют. Так что для них будет нужен новый план, более стандартный, с упором на защиту и контратаки.

— Это нам пока не понятненько, если у того бессмертного ещё варваришки, кроме гобленцов, — осклабился Нартыгх. — Может у него в основном косточки да протухшее мясцо. Или демонюки, тоже будет неплохо. Но лучше косточки, зельица будет на кого применить.

— Если ты про «Гниющую плоть», то варить её больше не из чего, — констатировал я. — Мы израсходовали всё, что вынесли из Города, а взять больше не где. Пока.

— Есть ещё шестнадцать штучек, лорд, — немного уныло доложил орк. — Но вы правы, шестнадцать штучек против почти семи сотенок ничтожненько мало. Зато на всех действуют зельица со взрывом, даже на демонюк.

— Действуют, — согласился я, — особенно, если под рукой есть маринованный первоцвет. Иначе война станет для нас ну о-о-очень дорогой.

— А без первоцветика совсем никак? Старыми зельицами?

— Никак, — развёл я руки. — Откатываться на ступень назад не хочется, взбираться придётся снова и лестница станет куда круче. Такая вот плата за простую и безболезненную победу над нежитью.

— А первоцветик в пределах Империи где-нибудь растёт?

— Это я должен у тебя спрашивать, друг мой. Это ты половина травознатной команды, не я. Можешь со второй половиной посоветоваться, при необходимости. Но пока Взрывные зелья мы использовать не будем.

— Я посоветуюсь, — решительно заявил Нартыгх.

— Значит, планы на создание деревни у рудника остаются лишь планами? — тут же спросил Гдитсирд.

— Если сможешь найти где-нибудь пару десятков гномов, готовых прямо сейчас переехать в неизвестность посреди леса ради собирания травы — план тут же начнёт претворяться в жизнь, — серьёзно ответил я. — Но даже эти пару десятков я бы отправил совсем на другие цели.

— Куда?

— В горы, растить баранов. У нас, так-то, целый ткач давса пропадает, да и вязальщица с вышивальщицей тоже просто так сидят.

— Да, с этим есть определённые проблемы, — согласился Гдитсирд. — Но бараны не первоцветы, сами собой не заводятся.

— Значит, надо завести, — томно протянула Кернисс. — У нас ведь горы совсем рядом, можно посмотреть там.

— Замучаемся смотреть, — нараспев констатировала Аастия. — Феям в горах холодно, лорду самому летать некогда, проблем и без того хватает, грифонам не до полётов, бехолдеры просто не предназначены для горной местности.

— Отправим Разведчиц, гадар сиб, — решительно заявил Ордрин. — Они как раз вернулись от поселения гремлинов, рассказали всё, что видели и готовы к новым заданиям.

— В крайнем случае поспрашиваем на рынке у караванщиков, — сказал бургомистр. — Глядишь, и повезёт.

А ещё можно у представителя торговой гильдии спросить, начав налаживать с ним отношения. Если у него есть задания, дело за малым — всего лишь запросить награду в баранах. И если Разведчицы ничего не найдут, так и сделаю.

— Кстати, о поселениях, — вернул я тему в почти прежнее русло. — Что там с людьми, ушедшими к грифоньему форту?

— Всё хорошо, — осторожно произнёс Гдитсирд. — Ещё вчера утром, как договаривались, отправились к форту. Сперх пошёл вместе с ними, как ты ему и обещал, и уже в качестве старосты. Туда же ушла половина стандартной рабочей бригады и десять мер камня. Не знаю, как там у них с дождём было, спросить не у кого.

— Вот поэтому у нужна птичья почта, — сказал я. — А то так и будем затворниками сидеть по городам и гарнизонам без возможности сообщить о происшествиях.

— Как там она, кстати? — спросил Нартыгх. — Быкрыгорцы хотя бы согласились на неё?

— Согласились, — кивнул я. — Не без искр, но согласились. Осталось дело за малым — построить комплексную дятловую ферму. Ва занимается этим?

— Ва? — переспросила Аастия. — Это кто?

На лице Нартыгха, а вернее, на положении его губ относительно клыков, как бы странно это не звучало, читался тот же вопрос. Ну да, из присутствующих они единственные могут не знать, о качестве пополнения от Ирсинда. Хотя Аастия явно общалась с его женой, неужели та ничего не сказала?

— Наш новый инженер, дочь главного инженера, — пояснил я. — Поручил ей в качестве пробного задания дятловую ферму. Обещала справиться.

— Чертёж фермы это полбеды, — покачал головой бургомистр. — Сколько она будет строиться, вот вопрос. Пониферма строилась целую неделю.

— Это потому, что я изначально сделал её большой, заняв всю площадь справа наносника. Два дня понадобилось Страгуру и строителям договориться, что необходимо в первую очередь, а с чем можно повременить, разделив всё на четыре этапа. Плюсом она вся деревянная, от и до, поняшкам так вроде как больше нравится. Ну и самого дерева только на первый этап ушло тридцать шесть мер. А как быстро гномы строят из дерева, это отдельная печальная песня.

— Ты мне это рассказываешь, лорд? — хмуро спросил Гдитсирд.

— А ты ведь у нас один здесь сидишь, да? — ехидно переспросил я. — Мы наедине с тобой и обсуждаем исключительно строительные темы на понятном друг другу языке. Правильный ответ «нет», я рассказываю всем трудности, с которыми пришлось столкнуться строителям и объясняю, почему так долго шла стройка. В том числе и для Ордрина, который неминуемо спросит, когда армия сможет куда-либо идти не на своих двоих, а хоть какой-нибудь тягловой силой. Рассказываю — воспитание одного пони до половозрелого возраста занимает неделю. Из жеребёнка, которых пока нет, но точно будут послезавтра, это Страгур не просто обещал, а гарантировал. Так что ждём.

— Ждём, — кивнул Ордрин.

— Если гражданских вопросов больше нет, предлагаю завершить Совет и перейти к его военной части.

Никто не возражал, Гдитсирд встал и вышел. И едва за ним закрылась дверь, Аастия, слегка прижав ушки к голове, нараспев выпалила:

— У нас появился энт.

Повисла тишина. Кернисс, слегка вздёрнув бровь, смотрела на меня, Ордрин, нахмурившись, на дриаду, Нартыгх не скрывал удивления.

— М-м-м, как это неожиданно, — откровенно переигрывая протянул я. — И что же нам такого делать с энтом? Что вообще делают с энтами, кто-нибудь знает?

— Ты знал, — музыкально констатировала Аастия. — Ну и когда ты узнал?

— Пять дней назад, — не стал скрывать я, — когда летел в Кадаг. Мой глазастый питомец увидел его зарождение.

— Драконы вообще многое видят, — ехидно протянула Ведьма. — И энта среди леса, и неправильность лорда. Второго заодно и перевоспитать могут до нужного Королевству состояния.

— Только сквозь орочье шаманство пробиться не могут, гадар сиб, — серьезно произнёс Ордрин. — И это может стоить нам многого.

— Именно поэтому армия немедленно пойдёт к Дубкам, — решил я. — Попробуем общими усилиями разгрызть этот гранит. И желательно это сделать до завтрашнего вечера. Нашествия демонов на Город никто не отменял.

— Постараемся сделать всё как можно быстрее, арн гад, — кивнул казарег. — Но не делаем ли мы ошибку, отводя войска от точки возможного внешнего вторжения?

— До внешнего вторжения может вообще не дойти, — задумчиво произнёс я. — С бессмертными всегда можно договориться, если у них нет цели прямого уничтожения.

— А если есть? — томно спросила Кернисс.

— Мы этого не знаем, те варвары пока на нас не нападали. В отличии от внутренних. И вот они как раз реальная угроза.

— У вас все мыслишки сводятся лишь к уничтоженьицу этих варваров, лорд. Почему вы думаете, что они не способны пойти на контактик?

— С чего ты взял, что я об этом не думаю? — хмыкнул я. — В моей голове просчитаны все варианты возможного развития событий, хочу я этого или нет. Но решать вопрос точно надо.

— И гораздо лучше, если вопрос будет решён раз и навсегда, гадар сиб, — заявил Ордрин. — Чтобы без всяких «наше да значит «мы подумаем», а наше «нет» не значит вообще ничего». Нам всем будет проще без постоянных водотоков с той стороны. Постоянно держать у Дубков армию, чтобы отразить возможный удар.

— Тебе лишь что-нибудь отразить, — пробурчал Нартыгх.

— А тебе лишь бы защитить стопроцентную угрозу! — не стал проглатывать выпад орка Ордрин.

— Если мы сразу сможем договориться о нормальных условьицах взаимососуществования, никаких угрозочек не будет!

— Я совсем не уверен в договорных способностях варваров, нуду згу!

— Значит, ты и во мне не уверен?!

— ТИХО! — крикнул я, чтобы прекратить позорище. — Растяквались, словно облезлые лисы, не при Огеле и Пактиквуле будет сказано. Мы не будем никого уничтожать до момента понимания бессмысленности переговоров. Точно так же мы не будем тратить время на слова, когда спокойно убивают жителей нашего Королевства. И мы не будем принимать опрометчивых решений в ту или иную сторону. Мы не бабки базарные, мы гномы, наши решения должны быть продуманы и взвешены точно так же, как и оперативны в своём принятии. Надеюсь, это понятно?

— Понятно, — хором ответили четверо рагенов.

— Именно поэтому те, кто не захотят воевать и будут честны в этом, смогут спокойно стать частью Королевства. Тянуть насильно никого не будем. Как обстоят дела с экипировкой гномадов?

Этот вопрос был адресован казарегу и тот, едва его услышав, щёлкнул пальцами. Дверь в кабинет открылась, в неё вошёл Надгар со стопкой бумаги, верхний лист был исписан крупным угловатым почерком, в нижнем левом углу было что-то нарисовано. Помощник передал Ордрину бумаги и вышел. Получилось эффектно, явно домашняя заготовка. Казарег секунд за двадцать рассортировал бумаги на десять аккуратных стопочек, вдохнул и начал говорить, передавая мне стопочки в процессе:

— Это подготовленный план общей экипировки нашей армии, тергер акт. Вот на этих четырёх листах наше видение предметности полного обмундирования пехотинцев и стрелков первого ранга, только закончивших обучение и ставших в ряды армии. Для бойцов с топорами и щитами экипировка прописана отдельно от той, что пойдёт лёгкой яростной пехоте. Прошу заметить, что оружие и защита самостоятельно воспитанных бойцов мало чем отличается от той, что идёт у приходящих божественными путями воинов, тергер акт.

Это так Ордрин называет наймовых юнитов, понятно.

— Так же именно на этих листах расписана экипировка для людской армии, Мечников и Лучников. И ещё, мы взяли на себя смелость прописать примерные вектора развития тех и других, гадар сиб. Мы же не собираемся оставлять их в том состоянии, что есть сейчас?

— Это было бы лишком глупо с любой стороны, — ехидно протянула Кернисс.

— Именно поэтому я и прикинул некоторые возможности, гадар сиб. Вот, лорд, держи. Далее. Вот в этих планах конкретно прописанная экипировка всех типов, всего пять штук. Все необходимые детали расписаны максимально подробно, насколько это возможно, тергер акт. А вот эти три плана связаны с улучшением боевых возможностей для тех, кто показал себя достойным. И здесь отличия уже есть и они существенны, гадар сиб. Последний план, из имеющихся у меня, посвящён созданию отдельных частей специальной пехоты, направленной на охрану особо важных объектов.

— Гвардию то есть? — уточнил я.

— Если тебе удобно назвать их людским словом, то пусть будет гвардия, арн гад. Тем более, что суть у них одна.

— Спасибо, Ордрин, — кивнул я, забирая все бумаги и тут же переводя её в цифровой вид. — Проделанная тобой работа впечатляет. Я внимательно всё изучу. Ещё вопросы?

— Как обстоят дела с грифонами? — тут же деловито спросила Кернисс. — Долго ещё ждать первых «своих» птичек?

— Понятия не имею, — честно ответил я. — В вопросах разведения хагренов у меня слишком знаний, но доспрашиваю более знающих.

— А как сам форт? Что с ним?

— С моей стороны все чертежи необходимых зданий готовы и переданы строителям. Осталось одно место под здание, и я его использую.

— Ты начертил только четыре зданьица? — не понял Нартыгх. — Ирсинд говорил про пять построечек, я точно помню.

— Мне удалось пять превратить в четыре без потери функциональности, — ответил я. — В форте будет всё необходимое для пернатых войск и даже чуть больше.

— Значит, за грифонов можно не переживать? — томно уточнила Кернисс.

— А ты уже вся испереживалась, подруга? — нараспев хмыкнула Аастия.

— Есть у меня определённый интерес, — хмыкнула в ответ Ведьма.

— Так что в итоге делать с энтом? Он знает про гномов, не боится нас и помнит помощь, оказанную тобой, лорд, — пропела дриада. — И хочет помочь.

Получен квест Бюрократичность Найдите адвоката

— Если хочет помочь, пусть идёт в Железному молоту, — решил я. — Послужит дополнительным средством обороны, в случае несдержанности варваров.

— Тогда я отправлю туда же глефщика, гадар сиб. Глядишь, сможет с алебардщиками опытом обменяться, всем станет лучше.

— Тогда и я туда отправлюсь, посмотрю, что там можно вообще сделать, с Ирсиндом посоветуюсь. Про обещанные форты и теплицы спрошу заодно. А потом догоню, на драконе это быстро. Так что все за работу, сделать надо ещё ой как много.

И вот ни за что бы не полетел к Молоту, если бы не точка задания, находящаяся в том направлении, совсем недалеко от границ. Приспичило, видите ли, Бюрократии именно такой ход сделать.

— А ты чего осталась сидеть? — спросил я Кернисс, когда минут десять спустя вышел из интерфейса, сохранив текущий прогресс алхимфабрики.

— Есть у меня определённый интерес, — тем же тоном повторила Ведьма.

— Так, рассказывай.

— Сходила я в Цитадель, мой король, пустили меня к алтарю, очистила я немного металла с Хаосом, заодно став чуть ближе к Аркату, и сделала удивительное открытие: часть артефактов оказалась сделана из сентита. Знаете ведь, что это такое?

— Откуда фракционный металл людей у демонов? — не понял я.

— И не у абы каких демонов, а из Города, — совместив томность и гордость, произнесла дроу. — В этом я уверена полностью. И появилась у меня одна интересная мысль.

— Нарядить хагренов в сентит?

— Ну, не полностью, столько у нас нет, а вот сделать с ним определенный сплав очень даже можно. По моим расчётам, одно вторжение способно дать нам материалов на десять комплектов. Вторжений уже было два, так что пока мы в профите.

— Предлагаешь устроить из Города эдакий сантитовый рудник?

— Да, именно так, мой король. То, с какой скоростью у нас появляется армия, специально настроенная против демонов, позволяет мне с уверенностью говорить, что совсем скоро даже те толпы, что выходят из Врат, станут рядовым событием.

— Твоими бы устами да пиво пить, — хмыкнул я. — Но в принципе ничего невозможного в этом не вижу. Пока до десяти грифонов в неделю нам далеко, так что всё реально. Ты только посоветуйся с Ордрином насчёт амуниции грифонов. Он занимается этим.

— Обязательно посоветуюсь, мой король, — хищно улыбнулась Кернисс. — А пока мне надо повышать денежные запасы Королевства.

С этими словами она ушла, виляя бёдрами. Да уж, раньше она была гораздо скромнее… и гораздо скучнее. Теперь вот преподносит сюрприз за сюрпризом. Мне бы ещё парочку таких — и весь Асхан лежал бы у моих ног. Мда, мечты, только мечты и ничего кроме мечт, как говорится. А дела сами себя не сделают. Надо им помочь.

— Ну и когда они собирались мне сообщить? — вслух спросил я, зависнув на драконе метрах в двухстах от деревни.

Отсюда были прекрасно видны все изменения, произошедшие со времён битвы с некромантом. Самое главное — лес восстановился полностью. От жалких склизких ошмётков, в которые превратились деревья и кустарники, не осталось и следа. Вместо них вовсю зеленели молодые берёзки вперемешку с дубками и клёнами, если я правильно определил их. В подлеске преобладали какие-то ягодные кусты, но какие именно мне оставалось лишь догадываться. Трава, правда, где-то на треть выросла жёлтой, но при этом увяданием она точно не страдала, просто такой цвет. Справа от деревни вовсю едва ли не колосился лён, рядом с ним туда-сюда летали феи, старательно застывая над тем или иным растением, и, умилительно пародируя серьёзность, внимательно его рассматривали.

Слева от Молота, между стеной поселения и лесом, расположилось достаточно пустое пространство, освобождённое от всего и как будто готовое к посадке. По этой же стороне часть леса, вытянутого вдоль поляны сражения с некромантом, росли деревья, существенно отличающиеся от окружающих растений. Эти деревья были полностью зелёными, яркими, вьющимися, как будто неведомым чудом сюда перенеслась часть тропического леса. Ощущение было именно такое, чужеродность этой группы деревьев ощущалась во всём, они даже на ветру не колыхались, а будто трепетали. Впрочем, я уверен, если бы они росли здесь около месяца и никто бы не разглядел бы здесь зарождающийся Сад фей. Но эти деревья были ещё молодыми и скрываться, как те, что недалеко от лесопилки, не умели.

Но даже это был не главный сюрприз. На том месте, где я стрелял по некроманту из стреломёта, из земли пробивался двухметровый росток сантиметров десять в основании, с тёмно-синей корой и ядовито-красными идеально круглыми, с монету, листьями. Почувствовал я этот росток задолго до того, как мы подлетели к деревне и долго не мог понять, что такое тянется ко мне и едва ли не называет папой. Теперь же всё стало понятно, будто кто-то принёс с собой ключ к решению давно не поддающейся загадки.

— Давай к древесному импосиблусу, хочу посмотреть на него вблизи, — скомандовал я Асу, и тот без единого звука полетел к ростку.

Закрыв вкладку видеоредактора, я спрыгнул с дракона. Ролик-нарезка про прыгающего гнома, задуманный больше недели назад, постепенно превращался из мини в полноценное макси. Демоны, нежить, лысые ежи, ещё раз нежить. Побольше бы разнообразия, и сделано было бы всё в считанные часы, а пока видео лежит в закладках и ждёт своего часа.

На канал, который бросать не хотелось, стал выкладывать ролики с конкурса. Первым ушёл как раз бой с ледяным великаном и валькириями. Всё ради того, чтобы заменить в стихотворном конкурсе активную ссылку. А то видеораздел закрылся, оставив работы участников им самим, а поэтический продолжил работу, собирая мнение людей. Вот и пришлось всё делать через канал, заодно там окажутся остальные четыре видео. Отдельно залил полную шестичасовую Битву за Город одним видео и оставил без какого-либо продвижения. Пусть будет, может кто и посмотрит.

Моё стихотворение про викингов набрало более трёх тысяч комментариев и все они были разными. От втаптывания в грязь от прямых конкурентов, в чём их уличали с особой жестокостью, до слащаво-восторженных восклицаний. Встречались и вполне профессиональные разборы, признающие уровень стиха где-то на уровне чуть ниже среднего. И при этом по итогу зрительского голосования я умудрился занять шестнадцатое место. Чудны дела твои, Камнерожденный. Впрочем, справедливости ради, прочитал я по совету админа, раздающего призы, пару стихов из первой десятки первого отбора и даже несколько возгордился собой. Ангел был прав — читать это с надеждой на хоть какой-нибудь смысл было решительно невозможно. Как будто сумасшедшему рассказали, что такое рифма и он решил, что этого достаточно. На этом фоне мой опус про «борщец» двенадцатилетнего возраста на самом деле шедевр стихосложения. Воистину, компьютерная программа ещё долго не сможет быть поэтом.

С видео получилось странно, особенно с видео с боем Жрецов и суккуб на городской стене. Ну как я умудрился с ним в первую десятку? Ну ладно Битва за Город, она бустанулась через канал. Ладно данж-босс, поэтический конкурс помог. Но через что пробился эпизод мне вообще не понятно. И ведь само, реально без какой-либо моей помощи. И если бы я с самого начала знал, что слова о жюри из двадцати человек лишь полуправда и зрители тоже голосуют, зарекламировал бы по самые помидоры, глядишь, и Книгу Знаний всё же выбил бы.

Подойдя поближе к ростку, я ощутил ещё более сильную связь с ним. Причём не только эмоциональную, выраженную радостью от моего прихода, но и физическую. Шесть устремлённых вверх ветвей неведомым образом изогнулись под невероятными углами, устремившись ко мне. Меня окружил сине-красный полог, поселив дежавю на встречу гворна и Аастии. От ростка просто лились потоки концентрированного восторга, по ощущениям, это длилось несколько часов, но на деле прошло лишь семь минут. Ветви медленно, будто нехотя, встали в своё прежнее положение и потянулись к солнцу, но листья как будто ещё сильнее окровавились. Я тут же развернул все возможные и невозможные вкладки со своими показателями, но никаких изменений не нашёл. Характеристики остались на том же уровне, жизнь, бодрость и выносливость не уменьшились ни на процент, достижений не добавилось. И это при том, что я ощущал острую необходимость сесть. Не став этому противиться, я опустился рядом с ростком, скрестил ноги по-турецки, благо был не доспехе, и уставился на основание ростка. Минуты две я так и просидел, рассматривая узор из трёх веточек, странным образом сплетённых в одну. Разумеется, это был не узор, это были ветви, оторвавшиеся от моей ветки в процессе уничтожения Прошки и его разбойников. Похоже, феи во главе с Аастией нашли способ сохранить их и подарить новую жизнь. Самой ветки, как орудия, уже нет, но она продолжит жить хотя бы в таком ви…

Не знаю, что дёрнуло меня в тот момент достать из инвентаря два куска древесины с чётким ровным разрезом, оставшимся от меча Древнего вампира, но я это сделал. Будто чья-то сильная рука повелевала мной в этот момент. Именно эта рука заставила меня резко, с нажимом, вогнать обе половины ветки в основание ростка.

Воздух вокруг меня резко уплотнился, заплясали огненные сполохи, раздался низкий гудящий стон. Я испугался, что сделал что-то не так, собирался было исправить ситуацию, но меня парализовало, даже моргать не получалось. Стон, меж тем, всё усиливался и в нём с каждой секундой всё больше слышалось довольство. Куски ветки таяли на глазах, отверстия на теле ростка пропадали, кора покрывалась хаотичным серо-красным узором. Я завороженно смотрел на это, понимая, что мне сделали очередной подарок. Вот только с чьей стороны, Системы или богов, понять было трудно. Да что там, невозможно. И я готов был молиться кому угодно, чтобы этот подарок администрация не посчитала откровенным перебором. Лишаться по сути сына, пусть и древесного, совсем не хотелось.

Всё закончилось достаточно резко, хотя и с ощутимым переходом в виде нового стона, по-прежнему низкого, но уже больше раскатистого. Я смог встать с большим трудом, моя жизнь едва теплилась на ощутимо подросшей полоске. Если до этого она составляла пятьсот тридцать единиц, то сейчас в полтора раза больше. Срочно залив в себя пару пузырьков с нартыгховскими отварами, я почувствовал себя заметно лучше. При внимательном осмотре ростока, мне в голову пришла простая мысль — теперь это и не росток вовсе, а полноценное дерево. Да, достаточно молодое, но меньше чем за полчаса вымахавшее ещё на метр. Боюсь представить, какой высоты оно будет во взрослом состоянии.

Развернувшись в поисках Аса, я увидел на расстоянии пятнадцати от себя метров всех десяти фей, что работают на восстановлении растительности Молота, выстроившихся в полукруг и смотрящих на меня как на какое-то божество. Тут же, с фанфарами и аплодисментами, пришла красочная системка:

Поздравляем

Вы выполнили скрытое классовое эпическое задание «Тотем берсеркерства»

Награда: 300 000 опыта, тотем берсеркерства, 150 пунктов выбора

— Давайте быстрее, у меня мало времени, — хрипло раздалось сбоку. — В последнее время только и приходится разгребать за игроками их награды. Как будто автоматическую раздачу призов нельзя было устроить.

Повернувшись направо, я увидел парящего над землёй ангела, точь-в-точь такого же, который раздавал с подарками до этого, а вот голосом совсем другой.

— Держите список, — устало произнёс админ. — И давайте быстрее. Вы не один.

Подивившись разности работников «РубиКома» в отношении игроков, я углубился в изучение простыни более чем на тысячу позиций. Здесь было если не всё, то очень многое — золото, ресурсы, юниты, расходники, артефакты. Ничего из этого мне было не нужно, выбирал я то, что касалось боевых машин. В первую очередь, раз есть такая возможность, наконструировал себе супер-пупер мастерскую на восемьдесят пунктов, да ещё и прилично сэкономил, убрав галочку единоразового возведения. Наверное, тот, кто придумывал это, считал эту галочку чем-то, от чего невозможно будет просто отказаться, но я, при, фактически, полном отсутствии специалистов, был только рад поэтапному строительству. Далее, ещё на пятьдесят пунктов набрал чертежей непосредственных боевых машин с теми или иными особенностями. Каждый чертёж стоил пять пунктов. Таким образом я получил десять усиленных версий обычных машин. Например, таран наносил ещё и урон Водой разрушаемому объекту, к чему многие могут быть просто не готовы. И такая неожиданность была у всего, что мне очень нравилось. Что-то по-настоящему читерное, как баллиста, не требующая снарядом, стоило от двадцати пунктов и меня, после пары минут борьбы с собой, не привлекло. Остальные двадцать пунктов ушли на так необходимого специалиста. Он оказался человеком, но его огромный список талантов, навыков и умений в двадцать строк неинформативной абракадабры привлёк моё внимание. У меня ведь уже есть три человека-машиностроителя, глядишь — сработаются.

— Благодарю за оперативность, — с облегчением произнёс ангел спустя двадцать минут моего выбора. — С вами приятно иметь дело.

Как только админ исчез в золотой вспышке, ещё больше тем самым отличаясь от предыдущего, я полез во все свои источники информации узнавать, что такое «тотем берсеркера». И нашёл ровно одно сообщение на форуме. Там пользователь с ником «Классный Джо» в теме, обсуждающий сильные и слабые стороны берсеркеров, оставил комментарий, что без своего тотема игроки этого класса слабы, как беспомощные котята. Больше ничего. Пользователь этот с того момента на форум не заходил, хотя до этого был достаточно активен. Почти три года прошло… Однако.

«Ты опять начнёшь загоняться по поводу халявно-читерских призов, подарков и наград, Старший? Тебе не надоело?»

Я хочу разобраться, что это за задание такое, одновременно скрытое, эпическое и классовое. Просто разобраться, что я такого сделал и как оно отразится на Королевстве. Больше мне ничего не надо.

«Ну хорошо, если так. А то знаю я тебя».

Уже собираясь закрывать форум, я заметил мигающий на интерфейсе значок конверта. Кто-то написал мне внутриигровой почтой каких-то одиннадцать минут назад. Интересно, кто бы это мог быть.

Приветствую, Ярогрейв. Не знаю, какое время суток у вас, надеюсь, что доброе. Вы писали мне по поводу протеза для вашего юнита, лишившегося ноги. Мой мастер готов взяться за работу, сразу же после оплаты. Если бы готовы заплатить чем-то уникальным в рамках игры, я готов предоставить вам услугу. Золото не интересует.

Мда, однако… И что делать? Саттира надо ставить на ноги, это не обсуждается. Только вот заплатить мне нечем, ничего уникально, из того, с чем можно легко расстаться, у меня банально нет. Гномов не отдам точно, идиотизмом, вроде как, не страдаю. Убер ресурсов тоже нет, полученные в награду за конкурсы и взятые с вампиров не считаются, для игры они обычные. Каких-либо супер знаний нет и вряд ли в ближайшей перспективе бу… а зачем я себя обманываю? Если же информация по рыцарскому ордену. Надеюсь, прокатит.

Я знаю, как объединить пути рыцарского ордена в один. Это будет стоит огромных денег, но это работает, проверено на себе. Такая оплата устроит?

Ответ пришёл мгновенно.

Вы думаете, до вас никто об этом не догадался? Я перетряхну всех своих знакомых и если что-то найду, занесу вас в чёрный список. Ждите.

Похоже, этот способ решить проблему сорвался. Не знаю почему, но ответ про знакомых показался мне чем-то вроде мерянья письками в песочнице детского сада. Неужели нарвался на малолетку? Не хотелось бы, но, скорее всего, да. Ладно, переживём.

— Лорд, что вы такого сделали, что он ожил? — подлетела ко мне фея с жёлто-серыми волосами и будто присыпанной пеплом красноватой кожей.

— Ничего не сделал, — тут же пошёл в отказ я. — Разве он не был живым.

— Был, — не стала отрицать фея, — но его жизнь была инертна, он за шесть часов после посадки вырос до двух метров и всё, да. Мы не знали что с ним делать, он не откликался на нашу магию.

— А когда его посадили?

— Сразу же, как только мы оказались здесь, да, — грустно ответила фея.

— То есть, считай, почти неделю.

— Именно так лорд, — подтвердила девушка, при каждом взмахе крыльев сбрасывая чуть-чуть пыльцы на траву. — И всё, он застыл и ни на что не реагировал, да. Старшая сестра пыталась с ним разговаривать, но безуспешно, да. А тут вы — и такое чудо. Это правда чудо, да.

— Я его чувствовал задолго до того, как прилетел, — задумчиво протянул я. — Неужели весь квест заключался лишь в том, чтобы прилететь?

— Что, лорд, простите? — не поняла фея.

— Ничего, — помотал я головой. — Мне кажется, он откликнулся на меня, потому что с начала моей нового этапа, после перерождения, был частью меня. Другого варианта я не вижу.

— Это не лишено смысла, да, — кивнула фея. — Надо посоветоваться со старшей сестрой.

После этих слов пеплокожее чудо забавно потрясла крылышками, сбрасывая ещё больше пыльцы, вздёрнула носик, развернулась и полетела к остальным. Я же сел на траву, прижав колени к груди и смотря на мерцающие искорки, впитывающиеся в зелень. К горлу подкатывал ком, неожиданно хотелось плакать, но я держался. Не пристало гному рыдать вообще непонятно от чего. Чтобы хоть как-то привести эмоции в порядок, я решил заняться распределением уровня. Триста тысяч с лёгкостью перекрыли и мою потребность, тем более что до первого мне не хватало совсем чуть-чуть, меньше тысячи, и уровни питомцев, по больше части уйдя в никуда. Похоже, выполнение этого задания было рассчитано на кого-то поопытней меня. Зато я смог выбрать «Боевой клич l» от Лидерства и «Создатель порошков». Второму я обрадовался больше, ведь самостоятельно что-то орать в процессе боя у меня вряд ли получится от начала и до конца, иначе просто не подействует накопительный эффект, а вот стать полноценным алхимиком, а не обычным зельеваром, было как нельзя кстати. Порошки открывали доступ к мазям и оружейным смазкам, да и просто стать Мастером-алхимиком только на зельях невозможно, таковы правила Асхана.

— Лорд, можно я, наконец, полечу обратно? — робко спросил Ас, подкрадываясь справа. — Или уже не надо казгарда отправлять обратно в армию?

— Надо, — вздохнул я, — лети. Только возвращайся.

— Я буду так быстро, как только смогу, — заверил дракон. — Вдруг ещё что-нибудь такое же классное будет, а я пропущу.

Как только он улетел, феи, что-то обсуждавшие в буквально тесном кругу, решительно полетели в сторону своего нарождающегося Сада. Видимо, со старшей сестрой они поговорили и пришли к какому-то решению. Значит, теперь и мне можно расспросить обо всём Аастию. Надеюсь, хотя бы на минуту маны мне хватит.

«Любимая, скажи, что вы такое устроили рядом с Железным молотом?»

«Ты ведь и так всё видишь, лорд. Мы хотели вернуть к жизни обломанные веточки с вынужденно ставшей твоим оружием ветки. Я чувствовала жизнь, мы поддерживали её как могли, она отозвалась и укоренилась, едва мы её посадили. Но потом она просто потухла».

«Да, это я слышал».

«Мы не знали, что с этим делать. Мы до сих пор не знаем, что с этим делать. Девочки не понимают, что ты сделал и почему росток вдруг стал полноценным живым деревом».

«Я и сам не знаю почему. А куда полетели феи? Вернее, зачем?»

«Бурмантия хочет предложить ростку веточку от мелорна. Она надеется, что пока он живой, этот дар будет принят и росток ещё больше укрепиться».

«Ты сейчас серьёзно? Мелорн?»

«Он не станет мелорном в полной мере, любимый. Мне кажется, теперь ни в какой мере не станет. Но, быть может, на него можно будет поселить цветочных дракончиков. Мне бы очень этого хотелось».

«Хорошо. Но если ему от этого станет хуже…»

«Не думаю. Скорее, хуже станет мелорну-родителю, и то вероятность незначительна».

На этом мои запасы кончились. Они и без того сокращались очень медленно, подозреваю, что в этом виноват тотем. Многое обсудить не удалось, но главное стало понятно — феи просто решили дать жизнь тому, в ком её чувствовали. И вот как оно обернулось.

Вставать пока не хотелось, поэтому я решил доделать то, что начал ещё позавчера — античную фракцию для конкурса. Оперировать цифрами я не стал, понимая всю глупость этой затеи, а вот семь тиров описал.

В первый поставил так называемых Сагиттариев, реальных лучников древнеримской армии. При апгрейдах вооружать их более техничным оружием, теми же плюмбатами, и будет хорошо. Быть может, даже по пути обслуживания боевых машин пустить, тем более, что в реальности большая их часть, прописанная в Бесконечном мире, создана именно римлянами.

На второй тир, как и хотел, пустил выбор из римских легионов и греко-македонских фаланг. Здесь проблем не было вообще, без особых усилий прописал по пять рангов и закрыл тему.

Третьим тиром поставил кентавров, отобрав у них типичный для геройских игр лук и дав двуручники. Здесь получилось всего три ранга, для баланса.

В четвёртый тип я исчерпывающе запихнул все магические возможности замка, привязав его к богам. Дескать, хотите лечение — пожалуйста, вот вам асклепийцы; жаждите громов и молний — держите юпитерцев; нужна природа — получайте диметрийцев. И всё в таком духе.

Пятым тиром стали живые статуи. Первоначальная вскользь продуманная мысль так захватила меня, что я не смог от неё отказаться. В итоге получилось четыре грейда, от известняка через гранит и базальт до мрамора. Понятия не имею, делали ли греки с римлянами статуи из гранита и базальта, но пусть будет, там уж разберутся что с этим делать.

Шестым и седьмым тирами я добавил в замок немного египетскости. И если седьмой тир с самого начала был занят сфинксами, то над шестым я долго сопротивлялся. Чем больше я думал над идеей с превращением в юнитов Анубиса, Гора и Сета, тем меньше она мне нравилась. Но так как я не придумал ничего лучше, а время конкурса поджимало — уже послезавтра в десять утра по гринвичскому времени приём вариантов закончится — пришлось добавить именно их и не выпендриваться.

Общий баланс тиров получился неидеальным, тем более, что во всех трёх столпах фракции ещё есть что им привнести в замок, но думать над цифрами и усовершенствованиями уже не моя работа. Поэтому, собравшись с силами, я отправил заявку на конкурс. И кто вообще дёрнул меня участвовать?

— Лорд, разрешите присесть? — раздался сверху голос инженера.

— Садись, — вздохнул я. — Расскажешь что-нибудь интересное?

— Для начала хотел спросить, для чего нужно было устраивать переполох в Молоте, призывать рыки различных тональностей, лить красно-коричневый свет на бедный росток, заставлять его, как в эльфийских сказках, расти до небес за считанные секунды, сдёргивать с места всех фей, вешать им на лица восторженно-боязливые выражения и после всего этого сидеть и смотреть на одинокую букашку, медленно ползущую по травинке по своим делам?

— Откуда ты знаешь эльфийские сказки? — тупо спросил я, продолжая, как и сказал Ирсинд, рассматривать асханского муравья.

— Непрития в своё время много рассказывала нашим детям, а я слушал и впитывал. И я прекрасно, как никто другой, понимаю, что ты не специально. Просто твоя берсеркерская натура по-другому не может. Ты стараешься, придумываешь планы, доносишь их необходимость до негномов, планомерно проводишь их реализацию, а потом красная пелена в глаза — и вот уже хочется прыгать, крушить, ломать лица, чуть ли не стелиться под вражеские заклинания, закрывать спиной тех, кто дорог, внося в этот список вообще всех, мстить за убитых и особенно яростно ненавидеть демонов. Ты, кстати, знаешь, что твари в Городе приносят с собой сентин?

— Я — да, — удивлённо ответил ответил я, — мне Кернисс рассказала. А ты-то отку…

— Хорошо выкаченное инженерство даже бадбусской самогонкой не вытравить, — хмыкнул Ирсинд. — Меня больше интересует, откуда наша ведьмочка узнала об этом. Храма-то ведь ещё нет.

— Сходила в Цитадель. Её пустили.

— Цитадель, — протянул Ирсинд. — Об этом я не подумал.

— Никто из нас не подумал. Ергрид подсказал.

— Это тот, что световыми молниями шарашит?

— Он. Теперь ещё и одним светом, без молний. Завтра демоны будут отплясывать, роняя сентин во все стороны.

— Да, касательно сентина, — вернул инженер разговор на прежний шурф. — Ты уже знаешь, куда будешь его использовать?

— Кернисс предлагает сплавлять и броню для грифонов создавать. Говорит, на десятерых в месяц должно хватить.

— Ну да, примерно то на то и выйдет, — задумчиво пробурчал Ирсинд. — Сентина для сплавов немного нужно, он и у людей чистым не используется. Но если добыть ещё и кровавых изумрудов, можно хорошие бафы на защиту наложить.

— Кровавые изумруды? — переспросил я. — Да где ж мы возьмём такую редкость?

— Только сами добудем, покупать максимально не выгодно. Здесь их нет, — видя, что я хочу спросить, добавил инженер. — Многое есть, изумрудов нет, даже обычных.

— А что есть?

— Руда, камень, золото. Всего мало и россыпью, полноценную добычу организовать не получится, но при грамотном руководителе вполне можно вычерпать полностью, не оставляя ни рудинки. И такой руководитель у нас есть. На руднике сейчас трудится.

— Ты прав, — кивнул я, тут же вспоминая про Бринда, что вместе со Старклином и Заргааррой были у Источника в момент его захвата. — Засиделся он там, надо сюда вызывать, пусть проявит себя.

— Заодно и мифрил с чёрными опалами пусть попробует добыть, лишним не будет.

— Здесь и мифрил есть? — удивился я.

— Есть, но совсем не много. Килограмм шестьдесят, может шестьдесят пять, не больше.

— И это более чем отлично. Килограммами мифрила разбрасываться никак нельзя.

— Лорд, скажи, а ты изначально для чего сюда летел? — неожиданно перевёл тему Ирсинд. — Точно не за деревом, дерево и для тебя сюрпризом стало, это сразу понятно.

— Не за деревом, — согласился я, — за адвокатом. Он неподалёку отсюда, немного северо-западнее. Заодно и решил посмотреть, как дела в деревне. На свою голову.

— Задача ясна, — чётко сзади отрапортовала фея, которую Аастия назвала Бурмантией.

Обернувшись, я увидел фей, выстроившихся в одну линию и друг за другом быстро отдаляющихся на северо-запад. Ещё секунду назад они были здесь, а спустя ещё секунду в тридцати метрах от нас. И ведь как незаметно прилетели и ждали, не издавая ни звука. Даже учитывая моё состояние, для фей такая выдержка совсем не свойственна. Для нормальных фей, в принципе не знакомых с гномами.

— Однако, — только и сказал я.

— Ты подарил им такой источник силы рядом, — хмыкнул Ирсинд, — они теперь на что угодно ради тебя готовы.

— Лишь бы в Баг-Даад всем скопом переселяться не захотели.

— Это всё равно неизбежно, — несколько обречённо произнёс инженер. — Пусть не эти, но феи всё равно будут жить в Баг-Дааде. Вот, кстати, план парка.

С этими словами гном достал из своей сумки два листка слегка сероватой бумаги, ровно так, как нужно, чтобы не отсвечивать неестественной белизной, и протянул мне.

— Пробная партия, — пояснил Ирсинд, заметив, с каким интересом я рассматриваю листы. — Хотел завтра показать, но раз ты тут, почему бы и не сейчас. Если что не устраивает, ты скажи, мы быстро всё исправим, там добавим, там убавим, там подчистим, там ещё что-нибудь приду…

— Идеально, — бесцеремонно перебил я инженера. — Так и оставьте. Это древесная?

— Да, лорд. Самое то, как по мне, для черновых записей. Льняная чуть белее, но не прям белая. Не люблю когда белое неестественно.

— Рад, что наши взгляды в этом сходятся, — протянул я, рассматривая планы.

Первый представлял из себя квинтэссенцию понимания гномов о красоте уличных пространств. Идеально прямые линии, идеальные девяностоградусные углы, много, очень много, до безумия много камня, огонь и больше ничего лишнего. Гному в этом парке комфортно, в нём он находится в своей стихии, он идёт мимо природных валунов, чередующихся с обработанными постаментами, вазами, колоннами и обелисками. Он может посидеть на любой горизонтальной поверхности, которых лишь совсем чуть-чуть меньше, чем общего количества камня. Он может бесконечно смотреть на огонь в чашах, украшенный разнообразными геометрическими орнаментами. Смотря на план и примерные рисунки мест на обратной стороне листа, я понимаю, что в таком месте мне будет хорошо. Это что-то иррациональное, но такое родное.

Во второй план в немалом количестве добавлены растения. Деревья, кусты, цветы и травы всех мастей соседствуют с камнем и даже огнём, обвивают цепкими ростками постаменты, вазы, колонны и обелиски, украшают дикие камни и горизонтальные поверхности, дарят какую-никакую, но тень и спасение от дождя. И этот план мне нравится ничуть не меньше. Да, в первую секунду шло дикое отторжение, но чем больше я рассматривал его, тем больше он мне нравился. Даже место, оставленное для Сада, в обрамлении высоких берёз и каменного заборчика, имелось. Простым гномам в глаза оно бросаться не будет, отнесено на достаточное расстояние от жилого квартала, тем более, что во мне теплилась надежда на положительный исход опроса, проводимого Пикришем.

— С Аастией советовался? — первым делом спросил я.

— Нет ещё, лорд. Даже Непрития знает обо всём лишь в общих чертах. Ты первый, кому я показываю подробный план Навирдаката.

— Спасибо за доверие.

— Ты мой лорд с перспективой на эйдена. Кому, как не тебе, я должен первым показывать готовый товар, пусть даже этот товар ни продать, ни купить невозможно? Не Ордрину же. Кстати, как там форт?

— Если ты про Грифоний, то строится, а в «Гнездо» уже заселились первые постояльцы. Так что армия хагренов у нас будет. Во всяком случае, теперь шансов на это гораздо больше.

— Я про Грифоний, — кивнул Ирсинд. — А ты, значит, про тот, что в Камнях будет.

— И про этот тоже. Есть подвижки.

— Ровным счётом никаких, — грустно сказал инженер. — Оправдываться надо?

— А ты всё то время, что прошло после посадки урожая, провёл, наслаждаясь вином и девочками?

— Да если бы, — хмыкнул Ирсинд. — Шараххова бумага преподнесла столько сюрпризов, что за день не всегда поесть удавалось, приходилось решать срочные проблемы прямо из подручных материалов. Зато теперь у нас есть не только технология производства, но и чертёж бумажной фабрики.

— Из подручных материалов?

— Обижаешь, лорд! — деланно возмутился инженер, протягивая бумаги. — Всё по высшему разряду. Только за эти дни я ни разу не проверял ни стену, ни Город, ни тоннель.

— Оправдываешься?

— Констатирую факт. Если ты не против, я сегодня хотел бы добраться хотя бы до последнего.

— Есть на чём? — озабоченно спросил я.

— Молотовцы подогнали поняшку, буквально от бороды оторвали. Так что транспорт есть, в еде, говорят, неприхотлива, морковкой из Кварцевой жилы питается. Так что?

— Подожди, есть пара вопросов, — остановился уже собиравшегося подниматься инженера. — Как думаешь, где поставить производство удобрений и чернил?

— Тебе нужен срочный ответ?

— Мне нужно мнение. Сам понимаешь, наша рыночная экономика пока что лишь ребёнок, даже младенец, гномуз, которому нужна помощь, чтобы встать на ноги. Поставить всё в Баг-Дааде дело нехитрое, а вот дать кому-то ещё шанс на развитие — это уже подумать надо, причём достаточно серьёзно. И то, и другое терпит даже в месячном отрезке времени. Но хотелось бы поскорее.

— Я понимаю, — кивнул Ирсинд. — Как никто понимаю. Поэтому предлагаю присмотреться к югу.

— К югу, — повторил я. — Знать бы ещё, что там с этим югом. Кроме Дубков и поселения гремлинов из более-менее дружественного мы больше ни о чём не знаем. Варвары пока больше на тёмной стороне, чего бы не хотелось.

— Гремлины? — переспросил инженер.

— Именно так, — подтвердил я. — Туда ходили Разведчицы, вернулись целыми и невредимыми, но что там и как я не знаю.

— Они тебе не рассказали? — удивился гном.

— Они теперь подопечные Ордрина и было бы откровенным свинством прыгать через него в вопросах его непосредственной компетенции. Раз он не посчитал нужным донести до меня информацию о гремлинах, значит она не стоит моего внимания. И никак иначе.

— Хорошо, — медленно, явно что-то обдумывая, кивнул Ирсинд. — Это всё?

— Что скажешь на этот счёт? — спросил я, достав из инвентаря только сегодня откованную голову молота.

— Сам? — после пяти минут молчаливого рассматривания спросил инженер.

— Сам, — кивнул я.

На самом деле ведь сам. Ярик же не отрицает, что мы — это мы? Не отрицает. Значит — сам.

— Я удивлён, — стараясь быть бесстрастным, произнёс Ирсинд. Получалось плохо. — Я удивлён и ошарашен. Потенциально это очень сильная вещь. Главное — не испортить. И не пытаться всё делать самому. Лучше пусть мастер. А то и не один.

Видимо, Ирсинд был настолько ошарашен, что перешёл на короткие рубленные фразы. Главное, чтобы не навсегда, его иногда пробивающийся романтизм, изобилующий перечислениями, придаёт ему некий диссонансный шарм, который мне очень нравится.

Неожиданно где-то очень далеко бабахнуло и небо озарилось красным.

— Демоны прорвались, — спокойно и едва ли не нараспев прокомментировал Ирсинд. — Пришла беда с нижнего штока.

Я моментально вскочил, озираясь по сторонам. Краснота сияла на востоке не так уж и далеко отсюда. А там у нас золотая шахта вообще-то!

— Похоже, моя поняшка тебе сейчас нужнее, лорд, — констатировал инженер. — Бери, только не загони, прошу, я уже привязался к ней.

— Да покарает меня Аркат, если с твоим пони что-нибудь случится! — в сердцах воскликнул я.

«Бур, ты где сейчас?»

«Мне совсем немного осталось, где-то четверть пути».

«Красный свет видел? Беги к нему. Вместе с глефщиком беги. Это приказ!»

«Так точно, хозяин».

«Ас, ты где?»

«В минуте лёта от армии».

«Быстро же ты».

«Стараюсь, лорд».

«По прилёту хватай Ергрида, хоть лапами, хоть пастью, и так быстро, как можешь, мчи к красному свету. Это приказ!»

«Да что ты сразу, лорд. Можно ведь и нормально сказать, я всё понимаю, Ергрид уже на мне, мы взлетаем».

«Лорд, я отправляю туда всех фей. Аастия говорит, что сможет заставить гворна мчать так же быстро, как летит Ас. Больше из срочного ничем помочь не могу. Мы разворачиваемся и идём туда».

«Никаких разворачиваемся! Ордрин, ты идёшь к Дубкам, это не обсуждается. Варвары могут под шумок попытаться взять деревню. Этому надо помешать».

«Понял, идём прежним маршрутом».

— Вот, лорд, мой Габуш, — привёл под узцы осёдланного чёрного пони Ирсинд.

— Ну что, друг, придётся тебе сегодня послужить мне, — погладив бок, мягко произнёс я. — Ты уж прости, твой хозяин всего лишь одалживает мне тебя на время. А будешь себя хорошо вести, получишь столько морковки, сколько захочешь. Идёт?

Всхрапнув, пони покивал головой. Надеюсь, это было согласие. Во всяком случае, залез я на него спокойно и с места он помчался достаточно быстрым галопом. И не дай Аркат эти демоны убьют хоть одного гнома — лично на лоскутки порву и скажу, что так и было. Не дай Аркат…

— Наездники на мне, — прорычал Буран, серией перекатов бросаясь наперерез шестерым демонам на адских лошадках.

Всадники, конечно, попытались оказать сопротивление, но когда ты питомец берсеркера, решивший не отставать от своего хозяина, какие-то кавалеристы противопоставить тебе ничего не могут. Особенно если они в этом момент стреножены всё разрастающимися корнями.

Всего пару минут длится наш бой с отродьями, а поистине огромная армия демонов уже захлебнулась в своём наступлении. Первоначальный успех, связанный в основном с динками, застанными врасплох, уже был забыт, краснорожие пытались выстроить оборону, но безуспешно. Даже за тот час, что я добирался до Прорыва, они не продвинулись дальше чем на сто пятьдесят метров от своих Врат, что уж говорить теперь, когда здесь трудились и феи, и Ергрид, и мои питомцы, и Аастия с гворном, и глефщик, и сотни динков, кобальдов и с два десятка вармингов. Само собой, и я не отставал, вовсю прыгая от одного беса к другому, по сути, взяв на себя всю мелочёвку и планомерно отпинывая её, не забывая при том следить за общим ходом боя.

— Сейчас будет очень светло! — крикнул Ергрид и выпустил в полусотню сбившихся в круг суккуб «Копьё Света».

Конечно, там были не только Суккубы, но и Демонессы и даже несколько Соблазнительниц, но значительный урон получили все. Суккубы практически сгорели на месте и жить им оставалось пара секунд, не больше. Демонессы продержатся чуть дольше, но не сильно, и вряд ли их успеют спасти. А вот Соблазнительницы успели выставить общий щит и теперь лишь слегка коптились с большим шансом на выживание. Надо их добить, а то плохо будет всем.

Для верности сделав три переката по бесам с появляющимися вкраплениями чертят, чтобы вся их толпа рыл в шестьдесят фокусировалась только на мне, я прыгнул на ближайшую адскую бабу, втаптывая её в высушенную и потрескавшуюся землю. Рядом со мной крутилась пара волков, явно Сестерия своих подопечных в бой пустила. В голове набатом звенела мысль о необходимости сохранения жизней этим зверям, и я чисто машинально отдал команду Огелю и Пактиквулу следить за ними. В следующее мгновение, отрывая голову Соблазнительнице, я едва не был готов проклинать себя за странные и неуместные выверты сознания, но две рыжие тени промелькнули мимо, подскочили к волкам, прыгнули им на спины… и расстворились, будто их не было. А вот подопечные Сестерии за папу миллисекунд будто прошли недельный курс обновления и стали куда более способными, чем до этого странного события. Встряхнувшись, пообещав себе разобраться со случившимся позже, я вернулся к «своим» бесам, вздумавшим было уйти из-под моей опеки. Наказание последовало жёсткое, убил я почти всех всего одной мёртвой Соблазнительницей, удерживаемой за копыта. Вернее, до бесовской экзекуции она была ещё живой, но оглушённой, но озверевший Берсеркер есть озверевший берсеркер, так что пришлось ей побыть моей плетью. Очень твёрдой плетью.

— Ифриты мои! — во весь голос крикнула Аастия, разряжая в двойку адских джинов свою молнию.

Те, само собой, не стали ждать смерти и, подобно Соблазнительницам, тоже выставили щит, но и их он не спас. Добивали огняшек феи все вместе, но финальный удар, лечением, нанесла всё же любимая. Демоны, как и нежить, магию Жизни не переносят ни в какой форме, а потому поспешили рассыпаться горящими ломтями с запахом давно немытой псины. А говорят, джины бестелесны в своём истинном обличии. Значит, врут. Ну или не успели принять то самое обличие.

Бесы временно закончились, и я поспешил на помощь глефщику, на которого наседали Разрушители. Против восьмерых тварей второго ранга Джитсирд держался отлично, длинным лезвием своего оружия не подпуская больше двух Разрушителей, вынуждая остальных ждать, и спокойно, но быстро и чётко расправляясь с противником. Джитсирду повезло, что Разрушители приходили через Врата вместе с суккубами, по которым Ергрид незамедлительно заряжал «Копьё». Две трети второтировых тварей гибли на месте. И всё же даже восемь Разрушителей для одного глефщика, пусть и состоявшего когда-то в боевом ордене, это много, поэтому я и помогал ему, никого из тварей не убивая, но и не давая им разбежаться на поиски более слабого врага.

Вылезшую из Врат пачку церберов взяли на себя динки, с расстояния расстреливая головастых пламенеющих собак и добивая остатки вблизи, когда они приближались, неминуемо неся при этом огромные потери. Кобальды старались помогать им, потрясывая землю и ставя препятствия собачкам, но, по большей части, вместе с вормингами были заняты на сдерживании Верховных Демонов. Не Архидемонов хотя бы, и тем более не Дьяволов, и на том спасибо, но и кобальдов тоже погибали совсем не по-божески много. Ворминги, самоубийственно отвлекающие гигантов Шио — три с половиной метра это не шутки — от своих заклинателей, так же кончались слишком быстро. Но пока что и динков, и кобальдов было много, всё же демоны, насколько я понял в пылу боя, спросить-то не у кого, с дуру решили сделать прорыв прямо над жилищем динков. Бывшие руины с подземной дверью были всего лишь в трёхстах метрах на восток отсюда, до золотой шахты, тьфу-тьфу-тьфу, значительно дальше, но не будь динков, боюсь, именно она стала бы первым объектом захвата демонов. Твари, для которых самой большой ценностью является живая душа, вряд ли оставили бы семерых гномов спокойно работать дальше.

В той же последовательности, от Наездников до Верховных демонов, прошло ещё три круга и целый час боя. Установилось своеобразное равновесие — демоны не могли прорваться дальше нас, но и мы не имели шанса закрыть Врата. Всего-то надо встать в центр гексограммы и простоять в нём пять секунд — но такого прорыва времени у нас не было. Конечно, я мог бы сделать невозможное, бросив бесов и перестав помогать Джитсирду, в одиночку, подобно лучшим футболистам-дриблёрам, прорваться сквозь ряды демонов и под установленной Аастией ещё в начале боя лечебной аурой вытерпеть эти пять секунд, но, вполне возможно, все наши, в том числе и Аастия, неминуемо погибли бы. Разрушители смели бы глефщика, бесы зашли бы в тыл любимой и бросились на неё и гворна всем скопом, Наездники перестали бы сдерживаться его корнями и уничтожили Бурана, а потом и Ергрида, суккубы сбросили бы с небес Аса и сожгли, после чего по одной переловили бы фей и волков, а потом все вместе не заметили бы динков, кобальдов и вармингов и отправились бы на юг, к Баг-Дааду, и перерезали бы всех до единого, собирая свою кровавую душевную жатву… Бр-р-р, аж мороз по коже от такого, только это более чем неминуемая картина. Установившееся равновесие всё же было в пользу демонов, они всё пополняются и пополняются свежими войсками, а мы с каждой минутой сильнее устаём, у нас кончается мана, а резервов нет, нет замен. Так что мне, видимо, придётся пожертвовать в том числе и любимой, но закрыть Врата. Уж лучше по нашим землям пойдёт один выхлоп прорыва, который вполне можно закрыть, чем нескончаемая и неконтролируемая река, имеющая шанс слиться ещё и с городским рукавом и стать совсем уж морем.

«Лорд, Седкан пропал, — ворвался в эфир Ордрин. — Мы не знаем, когда это произошло, никто не может вспомнить. Наверное, он применил свои геройские штучки. В любом случае, мы остались без командира кодитов».

«ПОНЯЛ!!!» — неожиданно осмысленно прохрипел я в ответ.

Связь резко отключилась. Ещё бы, никогда в боевом режиме общаясь по мысленной связи не с питомцами я не произносил ни слова, как бы не старался. Просто не мог и всё. А тут, видимо, как-то повлиял неожиданный уход Седкана из наших рядов. И если это так, Аркат покарает его за несоблюдение клятвы найма. Но всё же очень не хотелось верить, что он бросил нас в такой важный для ещё очень молодого Королевства момент. Очень не хотелось.

Прошёл ещё один круг битвы с демонов, из Врат полезли новые Наездники, снова оплетаемые корнями гворна, а следом показались бесы. Я всё больше склонялся к мысли о дриблинге и смирялся с потерями семьи. Аастия, Ас, Буран, лисята, Ергрид, феи, даже глефщик, пусть пока и находящийся в статусе эдакого неожиданно найденного дальнего родственника, — всех их придётся потерять, иначе остальная семьи так же рискует погибнуть. Гномы никогда не были приверженцами практики малых жертв, справедливо считая, что уподобляться многовековым идейным врагам — дроу то есть — значит предать свои идеалы семейности и братства, перестав откровенно косплеить Доменико Торетто, но сейчас другого выхода у меня не было. Демоны на нашей земле совершенно точно лишние, им здесь не место. Но как же больно даже думать о гибели наших.

Число динков и кобальдов уменьшилось до полусотни и тех, и других, вармингов осталось лишь восемь, и я решился. Скрепя едва ли не буквально разваливающееся на части сердце и чувствуя катящиеся по щекам слёзы, я оттолкнулся от ближайшего беса, бросил мимолётный взгляд на любимую и сыпающих совсем рядом Вспышками фей, придал себе ещё высоты от Разрушителя, попутно помог дезориентировать одного Верховного и приземлился чётко в центр Врат, как увидел необычное. Феи, защищающие Аастию и Ергрида от посягательств ожидаемо вышедших из-под моего контроля бесов, будто размножились. Из семи их как будто стало полтора десятка и они реально, пусть и магически, рвали мелких демонов на лоскутки. Секунд пять мне понадобилось, чтобы различить среди них пеплокожую Бурмантию и понять, что помощь всё же пришла, прежде чем снизу раздался отчётливый щелчок и меня окутал столб огня.

Очнулся я на точке возрождения, предусмотрительно поставленной в тех же кустах, где сидел и смотрел за боем пони Ирсинда. Моё появление он прокомментировал меланхоличным всхрапом, дескать, всё складывается хорошо, демонам недолго осталось. И действительно, закрытие Врат и феи, так кстати прилетевшие на подмогу, на несколько секунд деморализовали демонов и нашим этого вполне хватило, чтобы добить их. Мне даже не понадобилось снова входить в боевой режим, да и не смог бы я ничем помочь — бесов перебили первыми и распрыгаться мне было некем. Поэтому я просто прошёл сорок метров, отделяющих кусты от непосредственного боя, приводя мысли в порядок и благодаря Арката за неслучившийся худший сценарий. Конечно, я помню, что Герман утверждал о целостности психики сорвавшегося, но уверенности, что после потери семьи не случилось бы чего-нибудь непоправимого, вообще не было.

Последнего Верховного динки сообща насадили на копья, пока кобальды держали его на четвереньках, погрузив конечности в землю по локти и колени. Особенно среди выделялся один динк, чуть ниже остальных и без того низкорослых карликов максимум ста тридцати сантиметров ростом. Кстати, несмотря на карликовость, динки выглядели достаточно пропорционально, не как ещё растущий и формирующийся подросток, а вполне по-взрослому, только в уменьшенном масштабе. Все они были одеты в броню как будто из сшитых между собой корней. И шлемы, и основной доспех, и сапоги были такими. И у всех одинаковые, будто сделанные командами «копировать» и «вставить». Даже копья, каменные с каменным же наконечником, у всех были одинаковыми. И только у выделяющегося динка шлем был белый, а не серо-коричневый, как у остальных. Я хотел было подойти к нему, но он опередил меня.

— Значит, это из-за вас к нам пришли демоны и разрушили наш дом, да? Это из-за вас эти шкралы обрушили наши залы, коридоры, лестницы и переходы, да? Это из-за вас мы лишились всех наших запасов, всех боеспособных женщин и мужчин и всех вармингов? Вы вообще знаете кто вы, нет?

Его низкий глубокий голос, восхитительно диссонирующий с внешним видом, портила истеричная интонация, с которой динк задавал вопросы. Похоже, они серьёзно злы на нас. Однако, но поставить на место зарвавшегося динка мне есть чем, были метры подумать и сопоставить.

— Я король Ярогрейв, именно под мой рукой находятся земли, на которые пришли демоны, — спокойно ответил я. — Мы всегда боролись, боремся и будем бороться с демонами, приходящими на наши земли и сеющими только разрушение, страх и отчаяние. А ваши намёки, непонятный хрен из-под земли, абсолютно беспочвенны и нелогичны. Вы не можете не знать о нашем существовании, ведь руин, под которыми находится ваш выход на поверхность, больше нет именно из-за нас. И, прошу заметить, вашу дверь мы никак не трогали и вообще не пытались никаким образом выйти на контакт, оставляя вам ваше право жить так, как вам захочется. Так же, живя в этом мире, вы не можете не знать, что демоны любят прорываться туда, где могут собрать богатый урожай душ. И то, что прорвались они в этом месте, к нам отношения не имеет. Наших здесь совсем не много, всего семеро трудятся на добыче золота. А вот вас, насколько я понял, несколько тысяч. И теперь, имея на руках эти не хитрые, но полностью раскрытые карты, вы по-прежнему будете обвинять НАС в прорыва демонов?

— Как говорит, а! — восторженным шепотом прорычал Ас. — Сразу видно, что настоящий король, а не всего лишь лорд, с которым можно вовсе не считаться.

— Но-но, ты про нашего хозяина говоришь, — в тон дракону пробасил Буран, — так что сначала думай, а уже потом молви.

— Ты не поверишь, мохнатый, я именно что подумал, — уже в полный голос съехидничал Ас. — Сам же слышал, как всего лишь парой фактов и логичным выводом наш хозяин поставил на место этого коротышку. Так что именно король он и есть, пусть никто и не признаёт этого почему-то.

— Поставил на место коротышку наш хозяин не только фактами, крылатый, — хмыкнул медведь, копируя интонацию дракона, — но и яростью. Видишь, как этот белоголовый дрожит? Такое только от влияния красных глаз возможно.

— Тяв! — подал голос Огель, оказавшись справа от питомцев.

— Тяв! — вторил ему Пактиквуль слева.

— Слушай, а ты их вообще различаешь? — смущённо спросил Буран. — Кто из них кто?

— Не просто различаю, мохнатый, но и понимаю, — не без гордости произнёс Ас.

— Ну и кто где, крылатый?

— Справа от тебя Огель, у него на задних лапках у самых когтей шерсть слегка темнее, будто язычки пламени. Слева же Пактиквул, обрати внимание на его уши. Шерсть на самых кончиках беловатая. Так и отличай.

— А сказали они что?

— Что наш хозяин самый хозяинистый хозяин из самых хозяинистых хозяев, что они знают!

— Тяв-тяв! — слитно пролаяли лисята, будто подтверждая слова Аса.

— Цирк, — устало констатировал я, опускаясь на траву. — Конкретный такой цирк на выгуле, только коней не хватает, даром что один пони есть.

Теперь смотреть на динка приходилось снизу вверх, но меня это не беспокоило. Заболеть комплексом неполноценности мне не дадут Ярик и Ас.

— Я приношу свои извинения, да, за сказанные в горячке слова, — поспешно произнёс динк. — Спасибо, что помогли нам не умереть полностью и получить шанс на возрождение в прежнем количестве, да.

— Только будет это совсем не скоро, — пропела подошедшая Аастия, опускаясь рядом со мной.

— Да, вы правы, мистрис, не скоро, — склонился динки в глубоком поклоне перед дриадой. — Но у нас теперь хотя бы есть шанс. И мы не будем его упускать, нет.

— Я не мистрис, уважаемый… э-э-э, — протянула Аастия и повернулась ко мне: — Как правильно назвать динка, имени которого не знаешь?

— Шоап, — с расширенными то ли от страха, то ли от удивления, то ли от осознания глазами выпалил динк. — Можете звать меня Шоап, да. А так у нас принято обращаться к собеседнику через «буух».

— Так вот, буух Шоап, я не мистрис, — сказала любимая. — Я лесная фея, вы же прекрасно это видите.

— Глаза могут обмануть динка, но чувства — никогда, — патетично произнёс Шоап. — Чувствую я в вас, мистрис, гномку, а не лесную фею. Раз вы владеете магией, значит вы мистрис, да. Это простая логика.

— Вы лучше скажите мне, буух логичный, что вы теперь будете делать. Вы же понимаете, что печать подобных Врат не даёт вам и шанса остаться здесь.

— Понимаю, король Ярогрейв. Нам нужно искать другое место для жизни. Только его нет, да. По крайней мере, по эту сторону реки.

— Значит ли это, что вы не искали южнее Баг-Даада? — спросила вышедшая из задумчивости Аастия.

— Я не понимаю, о чём вы, мистрис, нет, — покачал головой Шоап.

— Южнее холма с источником, — поправил я любимую. Та, вроде бы, осталась не в обиде.

— Да, южнее холма мы не были. Так именно на этом источнике и держится ваше Королевство, да?

— Да, — подтвердил я, — именно на нём. Так что если удобное для вас место найдётся южнее реки?

— Правильно ли я понимаю, что вы хотите купить нас, король? Вы думаете, что таким способом можете сделать нас своими?

— На их месте я бы зарывался, — нарочито громко сказал Ергрид. — Лорд не любит противоречивых на пустом месте, уж кому, как не мне, знать это. Лорд терпелив, этого тоже не отнять, но откровенно тончить перед ним тоже не стоит. Как и показывать гордость, уже признав помощь за спасение.

— Ну раз вы отказываетесь от нового места жительства, тогда мы откланиваемся, — будто не замечая слов мага, сказал я, поднимаясь. — Ваши проблемы теперь только ваши проблемы, отныне и нав…

— Не откас-с-сываемся! — с характерным шипением крикнул стоящий чуть поодаль кобальд. — Мы принимаем вашу помощь и пос-с-стараемся в дальнейшем отплатить верным с-с-служением.

— Мы принимаем вашу помощь и постараемся в дальнейшем отплатить верным служение, — чётко и размеренно, повторил Шоап, поймав мой вопросительный взгляд. — Самостоятельно мы не справимся, это правда, да. Только хотелось бы поскорее, терпеть ливень лучше в надёжных вырытых залах, чем под открытым небом.

Получено задание «Земля над головой»

Помогите динкам Северного схрона найти новый дом

Срок: 72 часа с момента принятия

Награда: динки Северного схрона присоединятся к вам

Штраф за отказ/провал: динки Северного схрона не присоединятся к вам

Северного схрона, значит. Ну что ж, теперь будет южный схрон, точнее, юго-восточный. Относительно Баг-Даада. Ох уж мне эта азимутальность. Вот только зря Система в меня не верит, я уверен, что справлюсь гораздо быстрее трёх суток. Кстати, надо спросить как там дела идут.

«Ордрин, как обстановка?»

«У меня для тебя не самые хорошие новости, лорд».

«Всё так плохо?»

«Для нас хорошо, но варвары выбрались из своего логова и пошли морем в сотен семь рыл на юго-восток. Пострадали две эльфийские деревушки, прямо сейчас мы ведём с ними бой. Эльфы неминуемо погибнут все, это решённый вопрос».

«Неужели вообще никто не выживет?»

«Десяток точно, есть хорошие шансы на два, три уже вряд ли, четыре будет самым настоящим чудом. Но их там три с половиной сотни, всего лишь вполовину меньше, чем орков, при таком раскладе потери эльфов должны быть максимум четыре десятка».

«Мерзкое орочье шаманство?»

«Ты проницателен, лорд. Так что это будет сложно и долго, но из наших никто пострадать не должен».

«Обещаешь?»

«Постараюсь. Были бы кодиты, было бы намного проще, но они на грейдировании, а Седкан пропал, так что…»

«А как вы вообще так скоро оказались возле Дубков и прошли ещё дальше?»

«Это всё Непрития. Она, кстати, просила передать, что раз в неделю может значительно ускорить армию, особенно если вокруг будет лес. Вот она и ускорила».

«Больше она ничего не просила передать?»

«Только то, что два с половиной месяца обучалась этому в какой-то там трудновыговариваемой магический академии и это было непросто».

«Хорошо, я отправлю к вам фей, у нас всё закончилось. Они должны добраться быстро».

«Если с Улистапией, то моментально, лорд».

«Я чего-то не знаю?»

«Теперь уже знаешь. Непрития, она училась в академии два с половиной месяца и теперь может накинуть на представительница своего народа специальную метку, чтобы призвать к себе в любое время дня и ночи. Обновляется раз в неделю, но если использована в первый день, таймер не сбрасывается. Та, которую Непрития будет призывать, может взять с собой ещё фей не больше девяти числом. Метка висит на Улистапии».

«Понял. Чётко и по делу, за что и люблю тебя».

«У тебя Аастия для любви есть, не забывай».

«Отставить неправильно думать о лорде! Да обойдут вас обвалы и не доберутся пещерные крысы. До последнего врага».

Связь оборвалась. Я был уверен, что казарег во время нашей беседы наравне со всеми сражался с орками, стараясь увеличить число выживших эльфов. Варвары же показали, что ни на какой мирный контакт они не настроены, а значит и беречь их не надо. А вот динков и кобальдов надо обрадовать.

Пока я разговаривал с Ордрином, все подземные жители куда-то делись. Собственно, большая их часть ушла ещё в момент диалога с Шоапом, но сейчас и он, и кобальд, первым высказавшемся о принятии нашей помощи, исчезли. Наверное, ушли к себе, спасать то и тех, кого ещё можно спасти.

— Лорд, мы собрали трофеи, можно нам обратно? — подлетела ко мне Леартия.

— А что собрали? Есть что-то ценное? — спросил я, ища глазами любимую.

Та нашлась метрах в двадцати справа. Устроившись в естественной яме, она лечила всех зверей и гворна от полученных в бою ран. Гворн как раз пострадал больше всех, всё же ему приходилось держать адских лошадок и потихоньку тлеть от этого, да и суккубы нет-нет да пытались освободить своих из корневой хватки. По итогу битвы гворн превратился в самый настоящий ходячий пень, лишившись почти всех своих веток, ушедших как раз на восполнение держалок. Но Аастия с этим справится легко. Уж если разрубленный надвое и практически сожжённый гворн до целого и здорового состояния регенерирует меньше чем за четыре дня, то такие лёгкие раны, как у нашего древесного, залечить проще простого. Особенно феям, на любом грейде питающим к младшим родственникам энтов по-настоящему нездоровую любовь. Сами энты почему-то предпочитали только нимф.

— Не знаю, насколько это ценно, решать не мне, — серьёзно ответила Леартия. — Все доспехи и оружие, по сорок восемь единиц. Почему так мало я не знаю, убили гораздо больше.

— Потому что доспехами и оружием пользуются лишь конные, — пояснил я. — Из тех, что выходили. Остальные предпочитают естественную защиту, либо полное её отсутствие.

— Я запомню, — кивнула фея. — Далее — странный красный куб, вроде каменный, а вроде и металлический. Третье — непонятная короткая пика с полупрозрачным красным кристаллом в треть древка. И сумка с фонящими хаосом пузырьками. Это всё.

Не всё, но денежную премию за эффективность в полторы тысячи золотых Леартия видеть просто не могла, монеты упали мне сразу в сумку.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я фею. — А теперь можете отправляться к армии, вы там нужны.

— Правда? — с надеждой спросила Леартия. Её уши вытянулись по струнке, словно самостоятельно собирались отправиться в бой. Похоже, помимо Боевого целителя, у нас будут ещё и обычные Боевые феи.

«Ты ещё скажи, что не к этому подводил их, беря в абсолютно каждый бой, Старший? Ни за что не поверю».

И правильно сделаешь, Ярик. Примерно через неделю мы сможет увидеть их во всей красе. Правда, внешне они мало чем будут отличаться от обычных…

«…по сути, и являясь обычными феями. Да, я знаю. Эльфы в большинстве своём используют этот зарегистрированный чит, делая наяд и напей чуть сильнее в непосредственно бою. Но им приходится возиться с феями, едва ли не приставляя охрану на время боёв, пресекая врождённое безрассудство. А ты…»

А я и не только я спасли их от крыс возле их собственного Сада. Ну и ещё Аастия повлияла, это да, этого не отнять.

«Так что ещё больше цени свою любимую и не отпускай её».

— Правда, — ответил я фее. — Вы нужны там, там эльфов обижают.

Леартию смело, только её и видели. Всего за несколько секунд он долетела до остальных, бросила короткую фразу, вокруг Улистапии разлилось сияние, оно мгновенно увеличилось в объёме, будто резко надутый воздушный шарик, а после того, как оно померкло, от семерых фей не осталось и следа. Десяток под командованием Бурмантии остался здесь, пепельнокожая фея уже спешила ко мне.

— Спасибо, что пришли на помощь, — первым делом, не давая ничего сказать лесной деве, произнёс я. — Без вас всё могло быть иначе.

— Это не нас надо благодарить, лорд, а гнома-инженера, постоянно забываю его имя. Это он, как только мы вернулись с выполненным поручением, сказал, что надо лететь на красный свет. Мы и полетели. Свет на полпути, а точнее, сильно раньше, закончился, но мы всё равно летели по направлению. Получается, не зря.

— Не зря. И ты совершенно неправильно отказываешься от благодарности. Не только Ирсинда надо благодарить, тебе и вообще всем вам тоже не помешает спасибо. За то что, вы не стали… эм-м-м… за то, что не как обычно… эм-м-м… да как же помягче сказать-то это!!!

— Не надо помягче, лорд, — улыбнулась Бурмантия, — я всё понимаю. Мы не стали, как типичные феи, откровенно тупить и всячески быть дурами, а чётко, совершенно по-гномьи, сразу полетели туда, где нужны. Это нам гном-инженер вслед пробормотал, постоянно забываю его имя. Но теперь как-то иначе мы и не можем. Я даже не знаю почему. А теперь нам придётся вернуться обратно, а точнее, снова заняться растительностью?

— А вы не хотите?

— Честно говоря, нет, лорд, — печально вздохнула фея. — Я понимаю, что говорю что-то не то, а точнее, откровенную ересь для феи, но нам хочется в бой. Я странная, да?

— Да, — кивнул я, — и мне, как гному, это нравится. Пиво, битвы и дети — вот основа наших ценностей. Вы в неё одним штоком вписываетесь.

— Быть может и двумя, — задумчиво протянула Бурмания.

— Двумя? — переспросил я.

— Пиво не обещаю, а вот о детях обещаю подумать, — пояснила фея. — Заглядывался на меня один симпатичный гном.

— У нас, считай, половина симпатичных гномов только и могут, что заглядываться, — пробурчал я. — Девочек рождается сильно меньше, на всех не хватает, а отбивать чужих жён вообще не принято. Подожди секунду, — дошёл до меня смысл сказанного. — Ты хочешь сказать, что…

— А почему нет? — аж подмигнула Бурмантия. — У вас есть фея, у вашего инженера тоже, так чем хуже остальные? Королевству нужны солдаты и ремесленники, иначе оно долго не протянет?

— Ирсинд научил?

— Да, ваш гном-инженер, постоянно забываю его имя. Так что насчёт нас и боёв?

— А кто будет Сад растить? Он ведь ещё не вошёл в полную силу, верно?

— Верно, — грустно протянула Бурмантия. — Я поняла, мы возвращаемся в Сад.

— А как только Сад даст первых фей — передавайте опыт им и возвращайтесь. Найдём для вас место на поле битвы, не обидим.

— Правда? — со смесью надежды и недоверия спросила фея.

— Слово короля, — ответил я.

— Спасибо, ло… король, — моментально поправилась Бурмантия и полетела к ждущим подругам передавать радостную новость. Через пару минут, вдоволь выплеснув радости в окружающий мир и успокоившись, они улетели в сторону Железного молота, напоследок чуть ли не крикнув метров с тридцати о ждущем меня в деревне адвокате.

Я не будь дураком, ответным криком всучил им пони Ирсинда и связался с инженером. Тот первым делом спросил о Габуше, а услышав о его целости и невредимости, сразу согласился на скорейшую доставку адвоката в Баг-Даад, пообещав решить этот вопрос со старостой Молота, Шахибом.

Глефщик продолжил свой прерванный путь на том же самом пони Ирсинда. Он сам заявил, что делать ему здесь нечего и подошёл ко мне, пока феи во всю радовались, для обсуждения проблемы. Я же никакой проблемы не увидел, о чём заявил Джитсирду, и усадил его на пони. Габуш не сопротивлялся этому, выражая, как бы сказали в одном старом-престаром сериале, характер нордический, выдержанный.

Я же, едва феи улетели, продолжил путь, прерванный Бурмантией, к намеченной цели. Разумеется, внутрь жилища динков и кобальдов меня не пустили двое охранников с копьями, вежливо попросив не идти туда. В их голосах я слышал такую неприкрытую мольбу, что не стал включать короля и как-либо напоминать, кому они должны быть благодарны за своё спасение. Вместо этого я спросил, не может ли их правитель, или кем там у них приходится Шоап, выйти «на поговорить». Низкорослые охранники ответили согласием, попутно пояснив, что буух Шоап является их военным лидером, а общее правление осуществляет Совет Шести, куда входят три динка и три кобольда. В решении мирных вопросов именно члены Совета играют ведущую роль. После этих пояснений пазл в моей голове самую малость встал на место. Похоже, тот кобальд, чьи слова Шоап повторил в качестве согласия на принятие помощи, как раз из Совета. Вот только вопросов к устройству жизни динков и кобальдов теперь у меня стало ещё больше. Надо будет что-нибудь почитать о них, а то всё не до этого было.

Военный лидер молча выслушал мои слова о возможности переселения на юг, в довольно обширные подземные пещеры и её обитателях в виде орков и обещал донести их до некоего Уга-убу, сказав меж тем, что в им нужно часов пять-шесть, чтобы собраться и пойти в указанное место. Взяв из инвентаря чистый лист и специальный карандаш, идущий в комплекте с Чертёжником, чтобы игрок мог делать необходимые ему пометки на уже готовом чертеже, я набросал схему прохода от этого места до Дубков через Баг-Даад и Город. Система почему-то посчитала, что я сделал обычный чертёж и раздвоила его. В итоге один листок ушёл динкам, второй остался у меня. И зачем он мне вообще нужен.

«Как обстановка? Как идёт бой?»

«У меня для тебя снова новости, лорд, на этот раз шокирующие».

«Феи не появились?»

«Нет, с феями всё в порядке, только Сестерия одна, без волков, зато с барсом, что и так здесь был. Странно это. Но шок в другом — Седкан появился, да не один, а со всеми переучившимися Наездниками. Они такую смуту в ряды варваров вносят, будь здоров».

«И как Седкан объясняет всё?»

«Никак, возможности поговорить ещё не было, бой идёт, эльфы гибнут, у нас потерь нет. Раненых больше десятка, но потерь нет. А ты сам-то чего поговорить решил?»

«Отправляю к вам динков и кобальдов на постоянное место жительства. В подземные пещеры орков. Сможете их выкурить оттуда полностью?»

«Невзирая на женщин и детей?»

«Тех, кто будут сдаваться без сопропротивления, не трогайте, но охрану получше приставь, во избежание провокаций. Тех же, что пойдёт на нас с орудием в руках, какого бы типа оно ни было, убивайте без жалости и сострадания. Особенно не щадите их правителей, если те решат, что плен это отдых перед побегом».

«Всё сделаем, лорд».

«Главное, чтобы там никого и ничего, что может навредить динкам и кобальдам, не осталось».

«Приказ ясен, приступаю к исполнению».

«Уже?»

«После окончания боя, само собой».

И только после этого разговора я пришёл к Аастии, сел в паре метров и завороженно смотрел, как она жёлтым светом медленно растит новые веточки гворну. Было это так красиво, что на полчаса я забыл о демонах, варварах, бессмертных, экономике, комплектации армии, транспортной инфраструктуре, алхимии, кузнечестве, гномьей кухне и всём прочем, что беспокоило меня с самого начала моей виртуальной жизни. Какое же это блаженство, сидеть, ничего не делать и просто смотреть, как твоя любимая творит самую настоящую магию, настоящее чудо победы жизни над смертью. Я не замечал ничего, даже питомцев, пришедших ко мне и окруживших своими телами. Я просто чувствовал их и по телу разливалось какое-то невообразимое тепло, не способное получиться ни от какого огня. Я чувствовал, что они на самом деле моя семья, а за семью и её благополучие стоит бороться, несмотря ни на что. Я понял, что подсознательно шёл к этому с раскалывания яйца Аса. Я понял, что взял тогда живого питомца, вообще не подходящего гномам, предпочитавших каменных големов, только потому, что остро нуждался в семье. Я осознал, что все экономические и армейские реформы, проводимые мной, направлены лишь на одно — благополучие тех, кого я смогу назвать семьёй. Уже могу. До меня дошло, что я и дальше буду делать всё, чтобы семья ни в чём не нуждалась и была в безопасности. А ещё я каким-то неведомым образом почувствовал, что Непрития мне совсем не враг. Да, она пришла к кабинету в полном составе своей семьи, разве что без мужа, но не из желания сделать зло, а наоборот, показать то, что я всецело осознаю лишь сейчас — важность семьи в жизни каждого гнома. И Себеша она предлагала доличизировать не из желания сделать назло, а потому что его потенциал на самом деле невероятен. Некромант сильно выиграл бы, войди дроу в полную силу синергии Тьмы, Разума и Смерти. Я смог бы вымолить у Арката это превращение и объяснить гномам его необходимость. Вот только моё нутро остро сопротивлялось этому не и хотело впускать в себя какую-либо тьму. Похоже, теперь я понимаю, почему.

«Уж не намекаешь, ли ты, Старший, что ты теперь не гном? Неужели ты теперь эльф?»

Нет, Ярик, мы не эльф. Ещё раз — МЫ не эльф. Нет никаких «ты», есть только «мы» и когда ты говоришь о чём-то, касающемся нас, «ты» отныне непреемлемо. И мы как были гномом, так и продолжим им оставаться несмотря ни на что. Да, я чувствую вхождение в нас какой-то силы Природы, но это не значит, что теперь мы эльф. Я больше чем уверен, что Ирсинд тоже несколько природоизировался, но никто даже не подумает назвать его эльфом. Так что можешь быть спокоен. А вот как это скажется на наших боевых способностях, я просто не знаю.

«И я не знаю. Но узнать надо в самое ближайшее время».

Не поверишь — я придерживаюсь этой же позиции. Похоже, настало время всерьёз знакомиться с окружающими наше небольшое Королевство территориями.

Я продолжал смотреть за работой любимой, всё больше впуская себя природные силы, а вот Аастия выглядела всё настороженнее. Я на каком-то странном порыве сочинил стишок про происходящие со мной на ментальном уровне изменения, а её уши трепетали от непонимания. Насторожился уже я, а любимая отпрянула от гворна. Тот, тем не менее, продолжил регенерировать, причём куда стремительнее, чем до этого. Всего десять секунд — и он вернулся к своему прежнему состоянию, но рост веточек не прекратился. Более того, гворн стал изменяться весь. Минута — и перед нами стояло совсем не то, что было до этого.

Выполнено скрытое расовое задание «Зелёный путь»

Познакомившись с природой и впустив её в свою жизнь, вы смогли понять суть её глубинной силы, заключённой в созерцании

Награда: открытие расово-классовой цепочки «Ментальная синергия», гворн 1 ранга

Внимание: в связи с наличием в подчинении гворна 1 ранга награда повышена на ранг

Ошибка: в связи с наличием нейронно-программной связи с юнитом [дриада Аастия] награда не может быть такой низкой и повышена на ранг

Ух ничего себе какие подробности. Цепочкой квестов мне предлагают изменение полкласса вплоть до возможности получения полноценного берсеркера-природника с аналогом дриадного «Буйства жизни». Спас детишек, в своё время, называется.

«Ты серьёзно думаешь, что отправной точкой для творимого вокруг нас беспредела является та катастрофа, Старший?»

Уверен. Знаешь, как сильно мы хотели своих детей? Прекрасно знаешь, мы ведь одно целое. И сразу троих. Разве дети это не самое прекрасное, что есть на этом свете? Мы просто не могли бросить тех детей на произвол судьбы. Именно из-за любви к детям, эпичным дракам, особенно на расстоянии, и пиву, куда ж без него, мы гном. Именно из-за любви к детям мы не смогли выгнать фей из их сада после спасения от крыс. Даже выставить какие либо условия для проживания на нашей территории не смогли. Как можно ставить условия по-сути детям, пусть они и дети Природы. Даже берсеркером мы стали именно из-за любви к детям.

«А сюда-то дети как вписа… да, понимаю. Родители просто поставили нам ультиматум: никаких детей до полного окончания учёбы. Самая лучшая почва для роста гнева и ярости».

Всё шло к тому, что произошло сейчас. Любовь к детям не оставила нам шанса — всё должно было случиться так, как случилось. И если наш путь это Природа, мы его пройдём до конца. И никакие боги и демиурги со своими транс-квестами нам не помешают. Но квест выполнить придётся, иначе от нас не отстанут.

— Любимый, я чувствую тебя намного лучше, чем раньше, — ворвался в мои мысли хрустальный колокольчик, возвращая в реальность.

Аастия держала меня за руку и смотрела в глаза. Я посмотрел в ответ и понял, что никому не отдам любимую, чего бы мне это не стоило. Столько любви, понимания, надежды и немножечко боли сколько было в этих глазах я не видел до этого ни у кого.

— Любимый, что это было? — не отводя глаз, спросила Аастия.

— Ничего необычного, любимая, — улыбаясь, ответил я. — Я всего лишь осознал, что нахожусь к кругу любимых созданий.

— Так вот что значит быть полностью разумным, — неожиданно раздался задорный и слегка скрежещущий голос. — Никогда бы не подумал, что это так круто.

Я медленно повернулся на звук и увидел бывший пенёк с веточками, ставшего полноценным молодым антропоморфным двухметровым деревом с вполне нормальными конечностями и мощной шапкой кроны. Он бегал, прыгал и даже попробовал ползти. Только последнее получалось плохо, а вот передвигался гворн очень даже проворно. По внешнему виду он был похож на клён, разве что листья более округлые. Одежду ему заменяла кора, прикрывающая всё необходимое. Неужели гворны третьего ранга размножаются мейозом?

— Да, у нас тут проблемка образовалось, — смущённо произнесла любимая, отводя глаза. — Я не знаю, как ты к этому отнесёшься и…

— Отлично отнесусь, — мягко перебил я Аастию, не давая сказать очевидную глупость, и повернулся к гворну: — Добро пожаловать в семью, сынок.

— Сынок? — переспросил гворн, останавливая свои координационные тесты. — Отец? Да, точно, отец.

— Любимый, что происходит?

— Всё в порядке, любимая, — успокоил я Аастию. — Он ведь называл тебя мамой, верно? Теперь сможет делать это официально. Он наш сын.

— А как его зовут, лорд? — осторожно спросил Ас, на всякий случай пятясь назад. — У любого сына ведь должно быть имя.

— Должно, — согласился я, — и у него он есть. Сынок, как ты смотришь на то, что себя будут звать Велес?

— Велес… — задумчиво произнёс гворн, будто пробуя имя на вкус. — Мне нравится, я теперь Велес. А ты мой брат?

Ас, к которому гворн обратился с последним вопросом, на секунду растерялся, но всё же ответил:

— В некотором смысле. По отцу точно, так что да, мы братья. Ещё у тебя в братьях будет большой белый медведь и вот эти лисята.

Названные лисята, пристроившиеся в моих ног, — Огель справа, а Пактиквул, соответственно, слева — смотрели на всё это с удивлением и живым интересом. Гворн с неменьшим интересом рассматривал лисят в ответ.

— Прошу прощения, лорд, что прерываю вашу семейную идиллию, но у меня внезапно проснулся Зов и сильно тянет куда-то на восток и север одновременно, — осторожно произнёс Ергрид. — Вы обещали помочь, но если для вас сейчас важнее…

— Вот именно, я обещал, — твёрдо произнёс я. — Гномы свои обещания привыкли выполнять, так что прямо сейчас мы будем решать твою проблему.

— Но как мы все туда попадём? — чистейшим хрустальный голосом пропела Аастия. — На одного Аса мы все не поместимся.

— Если вы знаете, куда нужно попасть, я могу помочь, — проскрежетал Велес.

— Да не знаю я этого места, — пробормотал Ергрид так, будто собирался признавать своё поражение. — Я же ведь только чувствую, куда нам надо.

— Тоже подойдёт, — спокойно произнёс гворн, подходя к магу. — Просто сосредоточься на своём чувстве, остальное сделаю я.

Ергрид с опаской посмотрел на Велеса, вся борода гнома, до последнего волоска, выражала опасение по поводу предложения гворна. И всё же он медленно выдохнул и закрыл глаза. Крона Велеса тут же потянулась к магу и стала окутывать его, будто коконом. Через минуту мы уже стояли в горной долине, посреди продуваемого ветром лугового разнотравья, и смотрели на массивный медный столб, на метр торчащий из земли.

— Теперь я недели две на такие перемещения не способен, — проскрежетал Велес.

Его кора заметно потемнела, а листья на кроне местами опали.

— Это ерудна, — хмыкнул я. — Главное, что сейчас мы здесь. Столб, я правильно понимаю?

— Да, Зов уходит именно в него, — кивнул Ергрид. — Он манит меня всё сильнее.

— Тогда не будем ждать, — серьёзно произнёс я, касаясь столба. — Начнём, пожалуй.

От прикосновения столбик взлетел на добрых десять метров и стал быстро-быстро крутиться. Мы наблюдали за ним, готовые к любым развитиям событий, но ничего не происходило. Он всё так же крутился. Ас подлетал к нему с разных сторон — столбик оставался холоден к этому. Ас пролетал рядом с ним — столбик не реагировал. Ас в конце концов, после десяти минут бесплодных попыток не выдержал и выдыхнул на столбик — вокруг него образовался элипсовидный купол, принявший огонь на себя. После этого Ас сдался.

— А если я попробую? — предложил Ергрид. — Мы же здесь из-за меня, правильно? Правильно, значит… а может, это совсем ничего не значит.

— Не попробуешь — не узнаешь, — ободрил я мага.

— Да, вы правы, лорд, — кивнул маг, его борода из состояния опасения перешла к решительности. — Как вы думаете, для этого нужно подниматься в воздух?

— Не попробуешь — не узнаешь, — повторил я и, типично для сегодняшнего дня, сел на траву.

Ергрид бросил на меня быстрый нечитаемый взгляд и медленно пошёл к столбику, обходя его по широкой дуге слева и внимательно рассматривая объект чуть ли не прямого поклонения.

— Это надолго, — коротко, но невероятно мелодично произнесла Аастия и последовала моему примеру, сев рядом.

Велес устроился позади нас, лисята оккупировали мои ноги, Огель правую, Пактиквул — левую, Ас пристроился с левого бока, да ещё и мордой от нас, вероятно, чтобы иметь возможность быстрой защиты в случае чего. Я же завороженно следил за ходьбой Ергрида приставным шагом вокруг столбика, вращение которого, так-то, было заметно только лишь благодаря яркому солнцу, создающего отсветы на медной поверхности. В какой-то момент я настолько засмотрелся, что стал впадать в состояние какого-то странного транса — понимание происходящего и резвость мысли есть, а перед глазами будто пелена. Уже собираясь тряхнуть головой, чтобы отогнать наваждение, я услышал тихий-тихий, но при этом вполне отчётливый, голос:

— Не делай этого, нам надо поговорить. Никто не должен понять, что мы беседовали. Побудь так ещё минуту.

Понять, кто это был, труда не составило. Аркат. Его хриплый голос я узнаю везде. Что ж, значит, пришло время задать ему один конкретный вопрос и добиться на него внятного ответа.

«Мы хотим пойти против Бога, Старший?»

Нет, Ярик, пока что мы всего лишь хотим услышать ответ на вопрос, не более того. А вот уже от ответа будет зависеть вид нашего дальнейшего сотрудничества. И я честно не хочу переводить его в открытую конфронтацию.

Одной минутой дело не ограничилось, но через шесть я сидел в кресле напротив Арката, разглядывая его длиннющую бороду и приводя в порядок зрение. Всё же мгновенное перемещение в хорошо освещённое помещение после постепенного затуманивания видимости с одновременным светозатуханием даже для виртуальных глаз просто так не проходит. Впрочем, всего через пару минут я сидел всё вполне отчётливо, особенно белого кролика, раскладывающего справа от меня выбитые на белых плоских камнях три на три сантиметра руны, похожие на те, что с недавних пор объединяет в пенале Драйд. С кролика я поймал неслабые такие флэшбеки на Снежную королеву и Кая с его льдинками из старого мультика, хотя смотрел его всего один раз, в детстве.

— Ещё один мегазубодробительный квест на подходе? — спросил я, устраиваясь в том же самом кресле поудобнее.

— Нет, — ответил Камнерожденный, — потому не раскладывайся, мы ненадолго. Ты вообще понимаешь, как сильно подставил сам себя?

— Ничего себе наезды без переходов, — спокойно прокомментировал я. — И что же я такого неприемлемого сделал?

— Всего лишь побратался с природой, — в лоб ответил бог. — Теперь стоит вопрос о твоём исключении из программы текущего квеста.

— Хм, понятно, — протянул я. — То есть вместо того, чтобы ремонтировать дороги, вы решили отнимать водительские права у проехавших по ямами автомобилистов.

— Интересная аллегория, — хмыкнул Аркат, — но если бы так было, мы бы сейчас с тобой не разговаривали. Ургаш не уверен, что из-за всех твоих изменений последних часов ты ещё можешь нам помочь как гном.

— Поэтому он совершил прорыв своих демонов на мои земли? — не удержался я от ехидства.

— Общение с Кернисс плохо влияет на тебя, — безэмоционально прокомментировал бог. — А ты прекрасно знаешь, что этот прорыв осуществлён таким же игроком, как ты. Ну хорошо, гораздо более развитым, но сути это не меняет, позывник ты видел.

— Видел, — кивнул я, — интересная штучка, кстати. Явно божественного происхождения.

— Именно так. Не уникальная, но дается именно в храмах за души.

— К тому же прорыв случился до получения зелёной цепочки, так что прямо Ургаш здесь точно ни при чём.

— И тем не менее, в чём-то он прав, — слегка улыбнулся Аркат. — В Системе нет легальной возможности гному, верному идеалам Отца, быть природником. Так что, похоже, придётся вывести тебя из игры. Напоследок прими подарок для своего светового мага, а там живи как хо…

— Секундочку, Аркат Динкерти, — бесцеремонно перебил я Камнерожденного. — А как же демиурги? Как вы им объясните сход с доски фигуры, на которую они поставили немалые бабосики?

— Что-нибудь придумаем, — отмахнулся бог. — Соберёмся вместе и обдумаем стратегию поведения. Уж совместными усилиями мы выработаем линию поведения, не сомневайся. Например, скажем, что срыв психически неполноценной фигуры был изначальной ошибкой всей их стратегии.

— Значит, чтобы объясниться перед демиургами, вы сможете что-нибудь придумать, а за решение проблемы даже не возьмётесь, Аркат Динкерти?

— Это уже не твоё дело, король Ярогрейв, — с заметным сожалением произнёс бог. — Твоё время в этой партии закончилось.

— Да неужели, Аркат Динкерти? — уже почти кричал я, пытаясь достучаться до упрямого гнома. — А может всё же включите голову, Аркат Динкерти???

— Да что ты всё заладил «Динкерти, Динкерти»? — взъярился в ответ Камнерожденный. — Что тебе это Динкерти покоя не даёт? Ну Динкерти, и что дальше? Я уже четыре года как Дин… Ты гений, — моментально успокоившись, вынужден был признать Аркат. — Всё, что я сказал о твоей психической неполноценности, беру назад и прошу забыть как страшный сон. Надо было самому, конечно, додуматься, но что-то я сплоховал. Хвалёный ИИ подвёл в самый ответственный момент.

— Так что, мне больше не надо сходить с доски? — улыбаясь во весь рот, спросил я.

— Не нужно, — покачал головой бог, — хочешь мою природную ипостась — получишь. Станешь первым гномом-природником Асхана, заодно и двух давно висящих гномов под это дело подтяну. Как же ты удачно сообразил с ипостасью.

— А как же зелёная цепочка квестов? Она теперь изменится?

— Да, не нужно будет отрекаться о меня. Но это всё равно было бы не скоро, а первые этапы для всех берсерков одинаковы, так что всё будет правильно. И награда тебе будет, не обделю. Я там начал говорить о твоём световике. Так вот, сейчас он найдёт способ разгадать загадку, его пронзят пять полуматериальных мечей. Не пугайся, так надо, он не умрёт. Минут сорок, максимум час, полежит на травке, а когда очнётся, встанет на путь наставничества. Будет у тебя Гильдия Солнечных Магов, всё с большой буквы. Но не скоро, путь будет достаточно продолжительным, и твоя помощь будет необходима.

— Это и есть награда за ипостась? — уточнил я, всё ещё улыбаясь во всю бороду.

— Нет, это должен быть прощальный подарок, но теперь я его не отменю. Награда в другом. Храм. Теперь ты можешь построить Храм, не дожидаясь минимальной планки…

— Да что мне там осталось до неё, — попытался отказаться я.

— …и не ограничиваясь почти ничем. Триста очков на Храм — вот моя награда. Размахнись там хорошенько и помни о природной ипостаси. Как же хорошо, что ты с самого начала примечаешь фей. Тебе это очень пригодится.

— Новый вид фей будет? — уточнил я, всеми силами гася улыбку. Получалось плохо.

— Красные вполне подойдут, у тебя и так видов фей больше чем у многих эльфов, — слегка, в пример мне, улыбнулся Аркат. — На этом всё, твой маг вот-вот отгадает загадку. Аастии привет, я правда не имел в виду ничего плохого, не пускай её за завесу до перерождения.

В этот момент кролик, тихо и мирно весь наш с Камнерожденным диалог перебирающий камешки, одним движением лапы поднял руны в воздух и послал в меня. Я инстинктивно дёрнулся и осознал себя в горной долине сидящим на трава. Осознал очень вовремя, в тот момент, когда Ергрид кастовал «Электрооковы». В одну цель? Что ж, ему виднее, это его загадка.

Столбик, поражённый заклинанием, перестал вращаться, заискрил, завибрировал, пошёл волнами и… схлопнулся. На том месте, где мгновение назад висел кусок медяшки, стал расти тёмный шар. Сначала он был совсем маленький, размером с игральный кубик, но всего за десять секунд непонятным образом дорос до футбольного меча, осмотрелся — по-другому этот процесс назвать никак нельзя — как будто вздохнул, жалуясь на печальную участь, и медленно полетел по кругу диаметром метров пятнадцать. Описав круг, шар рассеялся, выпуская наружу тёмную туманообразную субстанцию. Туман держался с минуту, заставляя нас пребывать в напряжении и ждать нового в любую секунду. Рассеялась дымка быстро, сначала посинев, а потом покраснев. Над нами висели обещанная Аркатом пятёрка одноручных обоюдоострых мечей. Как по заказу, мечи выстроились в ряд, остриём первого клинка смотря точно на Ергрида. Никто ничего не успел сделать, а из тела гнома уже торчали пять гард, медленно исчезая, будто кто-то стирал их невидимым ластиком. Предупреждённый богом я не стал ничего предпринимать и уже собирался сказать об этом Аастии, но любимая опередила меня, раскрыв целительскую ауру. Но не абы какую, а «Милость богини», ту самую, которая спасала меня во время превращения в берсеркера. Ауру, что, по словам любимой, она не смогла бы воспроизвести ещё раз из-за потери связи с Силанной. Теперь я понимаю, в чём её настоящая читерность и почему админы избавляются от таких, как она.

Аастия смотрела на меня с испугом, в её глазах чётко читался страх, уши прижались к голове и старались не отсвечивать.

— Я… я не понимаю, как это произошло, — тихо произнесла любимая.

— Это неважно, — тут же прижал я её к себе. — Всё равно ты никуда от меня не денешься, даже не мечтай.

— Я не мечтаю, — осторожно прошептала Аастия, — я боюсь.

— Не бойся. Или ты мне не доверяешь?

— Как ты доверяешь Ордрину полное проведение военной операции по устранению варваров? — слегка пропела любимая. — Доверяю. Только вряд ли боги просто так оставят в покое мою дефек…

— А ну отставить! — рявкнул я. — Чтобы при мне никакого самобичевания, ясно?

— Ясно, — сглотнула Аастия. — Но я же знаю, что это ненормально, знаю, что со мной что-то не так, чувствую это, не знаю, что именно.

— Главное, что я знаю, — отрезал я. — После того, как всё закончится, я сообщу тебе. Если смогу. Но до того момента, чтобы я ничего негативного не слышал.

— Спасибо, — с новой силой прижалась ко мне любимая. — Спасибо за всё.

С её глаз текли слёзы, оставляя на одежде следы, но я обращал на это внимания, а лишь молился, чтобы пафос, со всех щелей сквозивших из моей короткой речи, помог Аастии, и она не извела себя до перерождения. Не даром же говорят, что лучшая тюрьма для человека — его мысли.

— Лорд, а с магом вообще что? — осторожно спросил Ас.

— Он живой, — отозвался Велес, сидя на земле. На его скрещенных ногах лежали лисята и внимательно за всем следили.

— Да знаю я, что он живой, — отмахнулся дракон. — Только живой не значит здоровый. Ты нашего медвежатника пока не видел, вот по нему точно не скажешь, что он здоров. Да ещё и этот жуткий шрамище через всё лицо. Буран говорит, что глядя на Седкана у него шерсть на спине дыбится.

— Ергрид жив, — ответил я, запоминая слова дракона. — Полежит немного, потом встанет и будет как прежде. Хотя нет, вру.

— Будет ещё лучше? — нараспев спросила Аастия, подняв на меня глаза.

— Именно, — кивнул я. — А иначе зачем мы здесь?

— И долго он вот так пролежит? — склонив голову набок, спросил Ас. — Если долго, то я, пожалуй, посплю.

— Где-то час, может больше, — ответил я. — Нам, кстати, есть что обсудить в спокойной обстановке, любимая.

— Да, ты прав, — вздохнула она, будто готовилась к прыжку с парашютом. — Дерево?

— Оно родимое, — улыбнулся я. Как же хорошо было улыбаться по собственному желаю, а не как перед Аркатом, не зная, когда тебя отпустит облегчение.

«Ты сам полез с идеей, как бы тебе остаться в живых, Старший. И не абы к кому, а к богу. С чего ты вообще взял, что от нас в любом случае избавились бы?»

С того, что игра, затеянная админами с этим странным квестом, им явно для чего-то нужна. И это что-то очень глобального масштаба, но самостоятельно или с помощью богов-смотрителей мира это разрешить невозможно.

«У меня такие же выводы. И мы в этой игре, пока она идёт, достаточно важная фигура, но как только игра закончится, мы окажемся в той же коробке, что и все остальные, включая самых незначительных пешек».

И это в лучшем случае. Кто знает, может от нас и вовсе избавятся как от слишком много знающих. И вот сейчас это вполне могло произойти. А мне вовсе не хочется, чтобы от нас избавились. Мы только-только семью нашли, а нас, как негодный товар, в утиль.

«И поэтому ты придумал гениальное решение нашей проблемы?»

Я вплоть до этой секунды думал, что это была твоя подсказка. Но раз ты отрицаешь…

«Я перед богами и демиургами вообще стараюсь не отсвечивать, мне и в темноте неплохо. Не думаю, что те и другие обрадуются, узнав о нас».

Значит, я сам вспомнил, что мельком видел об ипостасях Арката. Светлая ипостась не сразу ведь была введена в игру, её добивались отдельные игроки, сейчас входящие в самый сильный моногномий клановый союз, ими же и основанный.

«Значит, правду пишут, что при стрессе мозг соображает быстрее, раз ты предложил по той же схеме создать Аркату новую ипостась».

Не знаю, будет ли реализована та же схема, главное, что он согласился. А улыбка стала эдаким психологический отходняком. Кто-то пьёт, кто-то плачет, кто-то опустошён, а мы, видимо, давим лыбу на все зубы.

«Лучше лыба, чем пить. В теле алкоголика я жить точно не смогу, Старший».

— Я правда не думала, что получится так, — пропела Аастия, снова опускаясь на траву.

Это мы с Яриком наговорились вдоволь, для неё и всего окружающего мира прошло не больше пары секунд.

— Но для чего-то же ты подобрала ветки и решила дать им вторую жизнь.

— Я понимаю, твои упрёки оправда…

— Это не упрёки, — не дал я договорить любимой откровенную чушь. — Упрёки на создание того, что оказалось важным, глупы в любой ситуации. Эта не исключение, поэтому я лишь констатирую факт и хочу понять, что тобой двигало в тот момент, почему ты решила вырастить упавшие веточки.

— Это не я, — призналась любимая, — это Леартия. Я лишь почувствовала в веточках угасающую искорку жизни, а Леа решила дать им шанс. Она тогда всё пыталась придумать, чем бы тебе спасибо сказать, чтобы не словом, а делом, как любят гномы. И придумала.

— Но посадили веточки вы далеко не сразу.

— Мы искали место, где это будет лучше всего сделать, — быстро посмотрела на меня Аастия, после чего снова опустила взгляд. — Сначала мы думали, что лучше всего это будет сделать в сельхозпоселении, после чего сформировать там подобие Сада фей медленным давлением на тебя.

— Подобие?

— Для начала. Потом, когда ты бы согласился, обустроили бы полноценный, после чего наладились бы поставки фей в армию на постоянной основе. Мы умеем быть благодарными.

— Но не сложилось, — констатировал я, поражаясь продуманности фей. Оказывается, не у одного меня в нашем Королевстве были несбывшиеся планы.

— Не сложилось, — кивнула любимая. — Нежить на северо-западе спутала нам все планы, но и дала новые возможности. Это предложила Мундиария, она подумала, что десять фей смогут и за веточками присмотреть, и лес восстановить, и культуры молотовцев поднять. Тем более, что я и шесть фей смогли наконец прорастить веточки и укоренить их. Но дальше что-то не пошло.

— И долго не пошло бы, не прилети в Молот я, — вздохнул я. — Спасибо. Спасибо, что заморочились этими веточками. Вы ведь их и хранили где-то в активном состоянии до момента посадки, так?

— Так. И сохранили, росток получился полным сил.

— А я лишился даже иллюзии оружия, — задумчиво пробормотал я. — Ну и Аркат с ним, и так хорошо получается. Но свою идею с Садом вы не бросили.

— Не бросили, — снова быстро посмотрела на меня любимая. — Но мы надеялись скрыть от тебя его существование. Надеялись, что ты ещё не скоро будешь в Молоте и раскроешь нас. Если бы не эти гоблины-лазутчики…

— Как говорят люди, всё тайное становится явным, — снова улыбнулся я. — Значит, у нас теперь есть ещё один Сад фей. Это очень хорошо.

— Хорошо? — изумлённо пропела Аастия, резко поднимая голову.

— Что, надоело проверять, злюсь ли я? — вкрадчиво спросил я, подражая интонациям следователей на допросе из ментовских сериалов, но тут же рассмеялся от самой идеи. — Не злюсь, сказал ведь уже. Третий Сад это хорошо, тем более с Боевыми феями.

— Третий? — переспросила любимая. — Значит, гномы не против фей в Баг-Дааде?

— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Теперь это лишь формальность. Будь хоть все гномы столицы против, Сад у вас точно будет. Вот, посмотри план, Ирсинд сделал.

Едва чертёж Навирдаката вылез из инвентаря — не сам, конечно, с моей помощью — Аастия схватила и жадно принялась изучать его. Минут пять у меня точно есть, разберу пришедшие на почту во время завороженного смотрения на Ергрида и беседы с Аркатом сообщения.

Первым было письмо от администрации. Там мне подробно, на шести страницах, объясняли, что полученное транс-задание это большая честь, я должен гордиться, что своим усердием добился, что меня выбрал непредвзятый Множитель в восьмёрку избранных. Но так же писали, что этот квест — один большой баг, который проще выполнить, чем отменить. Дескать, во время создания мира в основной слой кода были вшиты файлы с возможными расширениями геймплея игры. Причём вшиты так основательно и крепко, что на них было удобно вешать различные крючки для «косметики» Бесконечного мира, всё равно все эти файлы собирались использовать по прямому назначению. Когда же почти от всех этих идей было решено отказаться полностью, стало ясно, что незаметно убрать их из кода невозможно, настолько основательно они стали частью игры. Тогда в «РубиКоме» стали ждать, когда Множитель решит активировать их и уже тогда хоть как-то влиять на ситуацию. Первый из двенадцати файлов вскрылся спустя год, два месяца и восемь дней после релиза игры, тогда восемь случайно выбранных игроков шесть месяцев воевали с демонами. Тогда и появилось «доброе» Инферно. Во второй это случилось чуть больше двух лет назад, уже двенадцать игроков больше года искали ключ к вводу в Асхан песчаных нагов. Нашли, с того момента у Академии есть своеобразная подраса на шестом тире с выбором между джинами и нагами. Теперь, как написано в письме, вскрылся третий файл. Что характерно, админы прямым текстом написали, что выбирают только сорвавшихся и приносили извинения за предоставленные неудобства.

Ни в те два раза, ни сейчас отказаться от квеста возможности не было, за что в письме извинились ещё раз и взамен пообещали награды, недоступные простым игрокам. Например, уже в это письмо был вшит список, с помощью которого можно выбрать любого неписишного специалиста-крафтера. Брезговать этим и высказывать своё «фи» я не стал, но схитрил, взяв не полноценного крафтера, а двух новичков артефактного дела с повышенной обучаемостью, благо, так можно было, в самом списке этот пункт указывался. И теперь Кернисс сможет научить ещё кого-то делать то, что умеет сама. Отличный выбор, я считаю.

Так же в этом же письме сообщалось, что всего игроков будет восемь, я седьмой, а начнётся всё тогда, когда Множитель выберет восьмого. При этом, что конкретно мы будем делать по квесту, для чего всё затевается, не сообщили. Ну и на том спасибо, мы гномы не горды, тем более, что на два фронта работаем.

Вторым письмом игрок под ником «Уругиллис Вафельный» просил дать ему официальное разрешение нарисовать на конкурс рас предложенный мной античный замок. В письмо была вложена официальная бумага, после подписания которой этот самый Вафельный сможет работать с моей заявкой, уже оберегаемой авторским правом. Кликнув на ник игрока, я оказался на его личной странице и убедился, что всё серьёзно. Человеку в реальном мире оказалось тридцать шесть лет, зовут его Хорхе, родился и живёт он в Испании, работает художником-оформителем всего чего только можно и всерьёз увлекается античностью. Настолько всерьёз, что пять лет назад бесплатно отдал какому-то небольшой итальянской галерее шестнадцать собственноручно написанных картин по знаменитым битвам до падения Рима. Разумеется, отказывать такому человеку я не стал.

Третьим и последним письмом был ответ давешнего игрока с ником Кабрихут, чей мастер мог сделать протез для Саттира, но за уникальную информацию. Собственно, Кабрихут написал, что моя информация про Орден ему интересна, и он готов выслушать подробности. Что-либо отвечать прямо сейчас я не стал, Аастия как раз закончила изучать план парка.

— Спасибо, любимый, — совершенно неожиданно бросилась на мне на шею и поцеловала в бородатую щёку. — Спасибо. Я даже не надеялась, что мы когда-нибудь сможем жить в столице. Мечтала об этом с момента нашей встречи после защиты Сада от крыс, но всерьёз эту возможность не рассматривала.

— И эта говорит мне та, кто на Совете прямо спрашивала о Саде в Баг-Дааде, — хмыкнул я. — Хм, хорошо звучит, кстати, в рифму так. Ну да не суть, мы ведь из-за твоих решили провести опрос среди гномов.

— Я уверена, этот опрос покажет, что гномы не согласятся на таких соседей, как мы, — бесстрастно произнесла любимая. — Тогда я попросила бы о Саде возле молота и настаивала бы на нём. Не пришлось. Спасибо.

— Чудная ты, конечно, — протянул я, прижимая дриаду к себе. — За то и люблю. Но три Сада это фантастика, конечно. Столько фей, да ещё и разных видов. Интересно, у скольких не эльфов есть такое же?

— Вряд ли таких хоть сколь-нибудь много, любимый, — хрустально пропела Аастия. — Но эльфы прямо сейчас нуждаются в нашей помощи. Там, на юге.

— И они её получают. Там большая часть нашей армии, Ордрин обещал поспособствовать выживанию как можно большего количества эльфов. Но он же признал, что их всё же останется немного.

— Я это понимаю и прекрасно отдаю себе отчёт в силе решивших воевать варваров. Умом. Но сердце хочет помочь им всем и каждому. Это ведь эльфы, мои сородичи по происхождению! Очень не хочется, чтобы они погибли, но Ордрин решил не идти в открытый бой.

— И правильно сделал. Нашей армии недостаточно, чтобы прямо биться с сотнями обшаманенных орков. Я пробовал, у меня ничего не получилось, не думаю, что из наших кому-то это удастся. Намного лучше давать эльфам шанс, уничтожая шаманские группы орков.

— Ордрин так и делает, — грустно пропела любимая, — поэтому гномы не погибают, вся мощь натиска орков достаётся эльфам.

«Это Аастия сейчас открыто пожелала гномам смерти, чтобы эльфы остались жить?»

Не знаю, Ярик, но её слова мне не нравятся. Сильно не нравятся. Мы для неё всё, мы её спасаем от гнева демиургов, мы её любим и нам больше никто не нужен, а она поворачивается к нам задом и беспокоится о неизвестных остроухих? Хорошо устроилась, что тут сказать.

«Но лопату лучше спрячь и глазки притуши. Она и так уже боится, вскочила и ищет пути отхода, потерять её полностью станет нашей самой большой ошибкой».

Очнувшись от наваждения, я и в самом деле осознал себя с лопатой в руках. На режущей кромке инструмента намёрз сантиметровый слой искрящегося льда. Чудны дела твои, Камнерожденный. Убрав лопату, я, чтобы погасить возникшее напряжение — Велес, внимательно слушавший весь наш диалог, растерянно топорщил крону в разные стороны — спросил то, что хотел узнать Ордрин:

— Скажи, любимая, — выделяя второе слово, а то мало ли что, начал я, — почему Сестерия не взяла на бой барса. Я видел его в боях с нежитью, он хорош, даже лучше среднего волка раза в полтора. Значит, дело в другом?

— В другом, — согласилась Аастия, снова опускаясь на траву. — Сести бережёт барса. Там, где много своих, она без опаски пускает кису в бой, зная, что его не дадут в обиду, а в случае чего помогут и подлечат. Туда же, где своих мало, она не хочет его пускать.

— Не хочет пускать? — изумился я. — Здоровенную пятнистую кошку? У неё что, синдром мамочки?

— Вполне может быть, — согласилась дриада. — Даже девочки говорят ей, что она перегибает, но Сести никого не хочет слушать, даже самого барса. А тот её слушает и поперёк не лезет. Мне кажется, что он даже считает себя немного волком.

— И не видит, что к нему не такое отношение, как к другим серошкурым? Воистину любовь слепа.

— Особенно материнская, — устало пропела любимая.

— Но волков-то она пустит в любой бой, если понадобится? — с надеждой спросил я.

— По волках не переживай, любимый, у них есть естественное восполнение. Уже подрастает первый молодняк, дня через два трое волчат смогут воевать наравне со взрослыми. Пушистая армия множится. Но барс так и останется один.

— Шанс есть, — хмыкнул я, доставая взятый в награду свиток призыва. — Если получится отсюда достать девочку.

Аастия смотрела на свиток как на величайшее сокровище в жизни.

— Так ты по этому спрашивал про барса? — с выпученными от удивления глазами нараспев спросила Аастия. В колокольчик её голоса добавились низкие обертона.

— Про барса я спросил из-за Ордрина, он тоже не понимает странной игры Сестерии. Я же подумал, что один барс это хорошо, но несколько — ещё лучше. А если сотня? А если тысяча?

— Тысяча? — ещё больше удивилась Аастия. — Как же мы их прокормим всех?

— Исключительно так же, как и всех остальных, — хмыкнул я, — через рот. Так вы сможете извлечь отсюда девочку?

— Нет, только барса, — ответила любимая и не удержалась от улыбки. — Мы попробуем, нас стало больше, Непрития тоже что-нибудь подскажет, совместно справимся. Не можем не справиться.

— Кстати, о Непритии, — вспомнил я то, что давно хотел спросить.

— Да, мне рассказывали, что у тебя с ней напряжённые отношения, — осторожно произнесла любимая.

— Теперь, надеюсь, всё нормализуется, — вздохнул я. — Но я сейчас не о ней, я об Улистапии.

— А что не так с Улистапией? — не поняла Аастия. — Старательная, боевая, осторожная, но сейчас все феи такие, посмотреть на интересного монстрика и неминуемо умереть при этом дур не осталось. Но есть в ней что-то такое…

— Вот я как раз по поводу «такого». Она сказала, что может помочь с грейдированием фей. Ты в это веришь?

— Знаешь, есть в ней что-то странное, что чувствуется не так, как в обычной фее, — задумчиво пропела любимая. — До того, как ты сказал, я этого и не замечала, а сейчас… она как будто опытнее, но опыт у неё специфический, не просто в прожитых годах, не знаю, как сказать. Понаблюдаю за ней и смогу точно сформулировать мысль.

— Понаблюдай, — слегка улыбнулся я. — Надеюсь, она ничего не заподозрит.

— А даже если и заподозрит, просто скажу, что присматриваюсь к ней как к новенькой, что чистая правда. Набираюсь опыта перед варва…

Аастия осеклась, ещё больше выпучила глаза и продолжать говорить не спешила.

— Не надо играть в молчанку, — минуты три спустя сказал я. — Договаривай, что ты там хотела.

— Тебе не понравится.

— Если бы я слушал только то, что мне нравится, из маршруток исчезли бы попса и шансон, — хмыкнул я. — Так что говори, клянусь Аркатом, штрафные санкции применять не буду.

— Точно ругаться не будешь? — с надеждой спросила любимая. — Мы всё ещё помним, как ты орал на всех, а особенно на Кернисс, за Себеша.

— Точно не буду, это всё в прошлом.

— Ну хорошо, — решилась любимая, зажмурилась, видимо на всякий случай, и выпалила: — Ты же понимаешь, что среди орков могут быть и те, кто не хочет воевать?

— Так вот ты к чему, — хохотнул я. — Ты не поверишь, но мы с Ордрином уже обсуждали этот вопрос.

— И как?

— Сошлись на том, что таких трогать не надо, им можно будет дать шанс, если будут вести себя прилично. А если нет, тогда сами виноваты.

— То есть ты не против самой мысли, что родичи Нарта могут остаться в Королевстве? — с опаской спросила любимая.

— Нет, Ась, не против, — улыбнулся я. — Пусть живут, если захотят.

— Как ты меня назвал? — переспросила дриада.

— Не нравится? Тогда не бу…

Договорить любимая не дала, бросившись ко мне и то ли наградив, то ли так странно наказав поцелуем, но только минут через пять мы расцепили объятья, и Аастия чуть отсела, плохо скрывая счастливое выражение лица. Похоже, я сделал что-то так.

Тем не менее, Ергрид всё ещё лежал и вставать пока не собирался, говорить было не о чем, да и неловко как-то, поэтому я занялся одним из своих любимых дел: поиском информации. Но сначала пришлось всё-таки ответить Кабрихуту. Впрочем, ответ получился коротким и состоял из всего одного вопроса — как будем оформлять сделку? Игрок был не в сети, поэтому ответ придётся подождать. Ну да я прямо сейчас и не спешу никуда.

Первым делом, я изучил все источники информации на предмет цепочки квестов «Ментальная синергия» и подобных ей. И информации нашлось достаточно много. Был даже специальный раздел, в котором игроки выкладывали весь свой путь прохождения цепочки, от начала и до конца. А всё потому, что подобные цепочки изменяли игрокам подклассы, если у них такие имелись, в сторону ментальной близости с самим собой. Определялась эта близость Системой, и по этому поводу среди игроков все шесть лет игры разгорались жарчайшие дискуссии. У подобного изменения были как сторонники, так и противники, имелись свои легенды, вводящие в игру новые подклассы, как боевые, так и социально-экономические. Мне всё это было не особо интересно прямо сейчас, я искал сухие факты подобных изменений. Принять-то цепочку я принял, но у меня мало изменилось, разве что задание на поиск активатора изменилось и добавилось новое, на наставника:

Получено первое задание цепочки квестов «Ментальная синергия» «На пути неизбежного»

Найдите боевого наставника

Награда: следующее задание цепочки квестов

Ограничения: нет

Штраф за отказ: отмена цепочки квестов

Наверное, активатор там будет следующим этапом, но где конкретно искать этого наставника не указали. Это вам не «Бюрократичность», где ведут чуть ли не за ручку, здесь искать надо. Здесь же придётся потрудиться, и ещё неизвестно, насколько всё затянется. Хотелось бы закончить цепочку побыстрее, но вряд ли от меня что-то сильно зависит.

Так же я прочитал про первый файловый транс-квест. Вернее, его самое начало, описанное в биографическом трёхтомнике, написанном администрацией по следам события. Масштабность квеста поражала и наводила на мысли, что быстро всё сделать и забыть как страшный сон всё, что произойдёт, не получится. Оставалось надеяться, что сон будет более-менее красивым.

Увлёкшись чтением, я не заметил, как очнулся Ергрид. К реальности меня вернул хлестнувший по лицу крылом Ас, спешивший поймать падающего мага. Поймал, подставив гному спину. Аура уже закончила своё действие, но Ергрид и без того не спешил умирать.

— Со мной всё в порядке, не надо меня держать, — попытался было отказаться от услуг дракона маг и встать прямо, но тут же повалился обратно.

— Упрямый, как все гномы, — проворчал в ответ Ас. — Лорд, вон, тоже после каждой битвы напрыгается и «в порядке», тащи его потом до палатки с кроватью. Так что лучше присядь и приди в себя.

Спорить Ергрид не стал и послушно опустился обратно. Сидел он вполне прямо, так дракон перестал его поддерживать, но отошёл совсем недалеко, метра на три всего.

— Я всё это время просто лежал? — спросил маг минуту спустя.

— Да, — ответил я, — просто лежал. Телом.

— Телом, — повторил Ергрид эхом. — Всё правильно, душа моя в это время была в очень странном тёмном месте. В магическом смысле. Я отбивался от тысяч странных комков щупальцев и пытался научить тому же… кого-то. Помню, что гном, в деталях помню его пояс из белой кожи с красноватыми металлическими треугольничками и бляхой-солнцем, помню, он постоянно поминал Великий Солнечный Свет, а вот лица совсем не помню. Дня три с краткими перерывами на еду и лечение мы бились с щупальценосцами, я светом, а он камнем и водой. У него получалось сильно хуже, но всё же в самом конце он выдал слабое подобие моего «Копья», больше похожего на дротик. А потом я очнулся с головной болью, сильной усталостью и осознанием того, что мне надо в какую-нибудь магическую академию.

— Усталость, говоришь? — озабоченно переспросил я и достал из инвентаря флягу с водой из дворцового парка.

Ергрид, не удивляясь, выпил литр. По крайней мере, в свойствах фляги значилось именно так. Теперь живительной влаги осталось двадцать восемь литров.

— Только мне всё равно надо в академию, — грустно протянул гном. — Эта проблема так и осталась.

— Эта проблема так просто и не уйдёт, — хмыкнул я. — Для неё воды ещё не придумали, ну или я о такой не знаю. Нужна Академия — будет тебе Академия. Если потерпишь пару дней.

— Потерплю, — ответил Ергрид. — Мне больше ничего и не остаётся.

— А теперь надо уходить отсюда, — проскрежетал Велес. — Вы столько говорили про бой с варварами, мне хочется там оказаться. Ну и это место нас больше не хочет видеть и будет делать всё, чтобы прогнать.

— Откуда ты знаешь? — прищурившись, спросил Ас.

— Чувствую, — просто ответил гворн. — Лучше нам уйти самим.

— Только как? — хрустально спросила Аастия. — Где отсюда выход?

— Вероятно, там же, где и вход, — протянул я и добавил под непонимающими взглядами: — Столбик снова в земле.

Все, кроме Велеса и лисят, посмотрели в стороны медяшки. Ергрид без какой-либо опаски коснулся его, и спустя мгновение мы стояли в тех же позах недалеко от медленно затухающих, уже не таких красных, Врат. В пяти метрах от нас тяжело дышал Буран.

— Только прибежал, — ответил он на не заданный, но напрашивающийся вопрос. — Так быстро, как мог доставил глефщика в Молот, там Ирсинд, поминая тебя, хозяин, почти что приказал доставить Логирбаха в Баг-Даад, я согласился, Логирбах сел на меня, попросил представить пункт назначения, он что-то сжал в кулаке и через десять секунд радужной круговерти меня едва не стошнило перед Замком. Ну а добраться до сюда под непонятным благословением уже было проще простого.

В его фрейме и в самом деле висел бафф «Быстрые лапы Vll», ускоряющие бег на двести пятьдесят процентов. Похоже, это был эффект от портала адвоката. Кого ещё мог доставлять Буран.

— Раз Буран здесь, мы все сможем добраться до нашей армии, — радостно пропела Аастия. — Я на Велесе, у нас и опыт есть, и способности, ну а вы, мальчики, — посмотрела она на нас с Ергридом, — можете подраться за Аса.

— А можно не драться? — удивлённо спросил Ергрид. — Я не хочу драться с лордом, мне этого не простят.

— Да шучу я, — заливистым колокольчиком рассмеялась любимая. — Сами решайте, кто на ком, Огель и Пактиквул нас не потеряют.

Сказав это, запрыгнула на спину Велеса, тот обнял её кроной и сорвался с места, будто олимпийский чемпион по спринтерскому бегу.

— Чудны дела с твои, Камнерожденный, — пробормотал я, седлая Бурана. — Встретимся у битвы с орками.

— Затёк, у тебя не занято? — раздался спокойный и уверенный в себе женский голос из селектора. — Нам есть что обсудить.

— Приходи, — коротко ответил Павел, отжимая зелёную кнопку на устройстве. — И пряников не забудь.

Перед тем, как связь отключилась, на том конце раздался звук, очень похожий на зубной скрип. Креативщик лишь в очередной раз пожал плечами. Едва ли не каждый в этом здании, вплоть до последней уборщицы, знал, что он сладкоежка последней стадии и просто так, незапланированно, в рабочее время разговаривать ни с кем не будет. Знала это и Вика, но до сих пор это приводило её в состояние лёгкого бешенства. Исключения главный креативщик РубиКома делал для двух человек: Сергей Михайлович и Инга. Впрочем, сейчас любимая жена была в отпуске по классной причине и список «бесплатного доступа к телу», как называла его Лала, сократился до минимума.

Спустя полчаса в дверь три раза постучали, сделали короткий перерыв и постучали ещё раз, после чего в кабинет ворвалась рыжая фурия, разве что не разъярённая, и на рабочем столе оказалась красивая картонная упаковка кондитерской лавки «Марципан и ганаш». Павел оторвался от работы, предварительно трижды сохранив файл проекта, и перевёл взгляд на успевшую занять дальнее кресло-мешок в форме сидящего медведя. В её глазах плескалась чистая злость. Похоже, фурия всё-таки в бешенстве.

— Не изменяешь себе, да? — нарушая все негласные правила офиса, ехидно спросила Вика. — Даже отчёт пишешь, нарядившись в попугая.

— Эту рубашку мне подарила Лала, — меланхолично отозвался креативщик, поворачиваясь к собеседнице. — Если ты против родной сестры, можешь так ей и сказать, я с удовольствием понаблюдаю за её реакцией.

— Надевать её на работу и пугать людей жёлтыми пальмами с красными попугаями тоже она тебе сказала? — добавив в голос яда, спросила Вика. — И шорты эти сине-салатовые тоже она? И эти вечно торчащие отовсюду голубые трико тоже она?

— Это кальсоны, — невозмутимо поправил Павел.

— Да мне хоть кружевные стринги, — подавшись вперёд, процедила девушка. — Нашли они друг друга, последствия Херосимы. Ходят в чём хотят, ведут себя как хотят, дарят друг другу странную гадость и радуются, какие они необычные на фоне окружающей их серости и убогости. А мы, может быть, тоже яркие или хотим ими быть, но у нас совесть есть.

— Смелости у вас нет, — закатил глаза креативщик. — Тортик зачем?

— Пара вопросов есть, а обсудить не с кем, — буркнула Вика, явно успокоившись. Злость из взгляда точно пропала, а это уже хороший знак. — Все с этим открытием файла просто помешались, ни минуты покоя ни на работе, ни дома. Виктория Сергеевна дайте одобрение, Виктория Сергеевна подпишите план, Виктория Сергеевна то, Виктория Сергеевна это, Виктория Сергеевна подотрите жопу всему отделу! И так каждый день. Срыв, файл, все эти многочисленные обновления. На иголках сижу, боясь малейшей утечки. Отец явно не обрадуется такому, топуны реально нас утопят, отмыться от чего-либо будет просто нереально. А мы ведь до сих пор понятия не имеем, откуда у Объекта Х информация по улучшенным рыцарям.

— Я предлагал единственное адекватное решение, — спокойно произнёс Павел, — но меня не послушали.

— Паша, ты правда уверен, что Множитель решил так подставить себя? — ехидно спросила Вика. — Ты правда думаешь, что он свихнулся своим цифровым мозгом?

— Я считаю, что он сделал всё правильно, — стоял на своём креативщик. — Поймите уже наконец, что мы его потеряли и он действует совершенно автономно от нас. Почти пять лет прошло с момента открытия первого файла, а у вас до сих пор розовые очки, пусть чисто материально они на мне. Мы не знаем, как он выбирает участников выполнения задачи файла, но понимаем, что опыты со срывом продвинулись именно из-за него. Так почему под новую задачу он не мог дать преимущество тем, кто будет в ней участвовать? Для смешанного Ордена что надо? Репутация у бога-покровителя, правильно. И у всех них она есть. Так почему вы не хотите это срастить?

— Звучит логично, — задумчиво протянула Вика. — Ты пробовал донести это до безопасников?

— И не один раз. Но меня затыкали ещё на стадии высказывания версии, так что теперь я держу это при себе. Гораздо проще потом будет бегать по офису в одних семейниках с розами и орать всем и каждому «я же говорил». Не лишай Лалу этого удовольствия.

— Опять поспорили, да? — догадалась девушка.

— Да, — широко улыбнулся Паша. — Поэтому прошу, не говори никому, Лала обещала сама дать втык всем и каждому, а уж она это умеет как никто.

— О да, — хмыкнула Вика, — о её «бей своих, чтобы чужим неповадно было» передают из уст в уста как легенды, особенно для новичков.

— Даже так? — удивился Паша.

— А ты никогда не слышал?

— Я не хожу в места, где кто-то кому-то что-то передаёт, — развёл руками хозяин кабинета.

— Но отцу я всё же скажу о твоей догадке.

— Ты правда думаешь, что он ещё не знает об этом? Как по мне, он совсем не глупый человек, если смог поднять такую корпорацию. И раз он молчит и даже не требует ответом ещё вчера, то…

— …нам этот «слив» может быть выгоден, — закончила мысль Вика. — Знаешь, не лишено смысла. Когда все узнают, что для смешанного Ордена нужно превознесение с богом, найдутся те, кто захотят его купить. И им можно будет продать бустеры, не работающие без непосредственного активного участия.

— Нужно только доработать саму процедуру улучшения, сделав её понятной всех, — кивнул Паша. — А то сейчас всё слишком громоздко. Ну и для новых фракций ордена или что-то подобное им ввести. И для победивших в конкурсе тоже.

— Удиви меня, — расплылась в ехидной улыбке Вика, после чего серьёзно добавила: — Если вы уже подвели итоги.

— Подвели, но они очень странные, — вздохнул Паша. — Страннее, чем мой повседневный внешний вид.

— Ну не томи, — поторопила девушка. — Любишь нагнать интриги на пустом месте.

— Итак, слепым голосованием нами были отобраны три концепта с которыми можно работать. Первый — ящеро-болотный замок со всеми вытекающими. Второй — разделение замка Святилище из компьютерной части на два, водно-хвостатый и конкретно-восточный. Ну и третий — античный замок со всеми вытекающими. Сможешь угадать один яркий признак, объединяющий их создателей — исполню любое дизайнерское желание в рамках разумного.

— Да ну тебя с твоими желаниями, — отмахнулась Вика. — Не знаю я, а гадать бессмысленно. Может они все женщины. Или брюнеты. Или китайцы. Или сироты. Вариантов бесконечно много.

— Сама отказалась, — подал плечами Паша. — Все они наши Объекты.

— Как? — удивилась девушка. — Конкурс выиграли те, кто безвылазно находится в игре?

— Именно так, — подтвердил креативщик. — Такое вот слепое голосование.

— Получается Объект Х славянский замок не сделал, — разочарованно прошептала Вика. — Отец ведь так на него надеялся.

— Нет, не сделал, — покачал головой Паша. — Он продумал античный замок.

— Античный замок? — потрясённо переспросила девушка. — Но почему? Почему не славянский?

— Можешь сама у него спросить, если смелости хватит, — хмыкнул Паша. — Не уверен, что отец одобрит это, да и допуска до админских капсул у тебя в принципе нет, но попробуй. В крайнем случае, можешь привлечь на свою сторону нашего нового психолога. Если мы хотим получить славянский замок именно от Объекта Х и никого больше, надо действовать, а не спрашивать «почему» да «как».

— Психолог в любом случае нам понадобится, — взяв в себя в руки, сказала Вика. — Знаешь, что он буквально полтора часа назад учудил?

— Ты прекрасно знаешь, что нет. Так что рассказывай, мне интересно. Неужели уговорил Аастию принять в свои ряды демонов? Или в одиночку пробился через гробницу Слепых Братьев? А может щелчком пальцев взломал все печати Врат в Городе?

— Нет, на такое его фантазии пока не хватило, — хмыкнула девушка. — Он всего лишь познал вкус природы.

— Вот уж и вправду «всего лишь»? — бесцветным голосом произнёс креативщик. — Всего лишь познал вкус природы. Как же это его угораздило-то, болезного?

— Вот, у всех, кто узнаёт это, шок, паника и отчаяние, — понимающе кивнула Вика. — Я вообще монитор сломала о стену, отец, говорят, бутылку рома залпом выпил. Никто такого не ожидал, никто не знает, что делать, Система сдуру выдала несуществующую цепочку на перерождение, гномий суперинтеллект настаивает на новой ипостаси, а отдел разрабов в полном составе рвёт, мечет, настаивает на двойной квартальной премии на непредвиденные разработки и многолосо спрашивает, в какую помойку им выбросить вот уже три с половиной месяца прорабатываемых тёмных гномов.

— А всё потому, что мы поставили на по-настоящему тёмную лошадку, — всё так же бесцветно произнёс Паша.

— Да возьми ты себя уже в руки наконец, — не выдержала и зло процедила девушка. — Сделанного не воротишь, а вариант с раскрытием перед Объектом всех карт отец запретил ещё до начала смешной пьянки.

— Да, ты права, — вернув в голос краски, решительно произнёс Паша и активировал ушедший в спящий режим компьютер. — Впадать в отчаяние поздно, надо действовать. Пофиг на отчёт, не до него сейчас. Никто, надеюсь, не обидится на это.

— Я тоже, — сосредоточено кивнула Вика.

— Мы создадим концепцию, дизайнеры её нарисуют, разрабы встроят в мир, как-нибудь выкрутимся. Темнышей, конечно, жаль, но раз добро получено… Получено ведь?

— Да, отец разрешил природную ипостась Аркату. Даже потребовал.

— Вот, значит времени нет совсем, если только Объект нам его сам не подарит.

— Он может, у него там такая запара с его социально-экономическими преобразованиями, что тормозить перерождение он будет максимально, даже если сам захочет спешить.

— И всё равно медлить нельзя.

— А пока ты собираешь своих и строишь детальные планы, подумай ещё и храме.

— Что за храм? — не понял Паша. — Очередное сверхнововведение?

— Да если бы. У Объекта появилась возможность без ограничений начертить и построить храм своей мечты. Просто так, ни с того ни с сего. Он сам, планомерно и обстоятельно шёл к возможности его строительства по минимальной планке — и тут такое прилетает. Боюсь, он закидает пп-администраторов горой гневных жалоб, а Германа, чтобы разрулить проблему, нет. Да и не смог бы он.

— Дай угадаю — очередной непредвиденный баг?

— Да в том и дело, что никто не знает. Быть может, опять Множитель шалит, быть может, реальная хакерская атака, но эта храмовая возможность лежит вне плоскости объяснения с точки зрения внутриигровых наград. Надо что-то придумать, но что? Я вовсе не креативщик.

— В отличии от меня, — понимающе протянул Паша. — Хорошо, мы что-нибудь придумаем. Хотя бы модульность и пустоту при постройке. Кстати, отличная идея — пусть добывает всю храмовую необходимость квестами.

— Над нами и так смеются, что все проблемы игрока решаются открытием нужной цепочки, — произнесла Вика, поднимаясь с кресла, — а ты ещё одну создаёшь. Ты точно креативщик?

— Уже уходишь? — ласково спросил хозяин кабинета девушку. — Вот и не мешай думать.

— Но вы хотя бы будете пытаться заставить Объект создать замок славян? — с надежной спросила Вика, подходя к двери.

— У нас нет выбора, — вздохнул Паша. — Герман не сможет долго лежать в виртсне, рано или поздно он полетит анкетировать персонажа. Мы просто обязаны быть готовы к рано.

— Герми в вирт-сне? — удивилась девушка. — Отец пошёл на это?

— Поэтому у нас мало времени. Слишком мало.

Вика вышла из кабинета, оставив запах лаванды. Как всегда, пока она была здесь, Паша не чувствовал её духов, но стоило Вике покинуть помещение, не меняющийся с момента их знакомства аромат тут же ударил в нос.

— Лаванда, говоришь? — голосом любителя маленьких девочек спросил в воздух креативщик. — Будет тебе лаванда, Ярослав, ради дедушки лучший подкласс тебе придумаю. А за храм моему родичу сам спасибо скажешь, если уже не сказал. Но сначала тортик.

Достав из ящика стола концелярский нож, креативщик вскрыл красочную упаковка с чёрно-белым логотипом кондитерской и обнаружил там божественное великолепие — шоколадный медовик, фантасмогорическое чудо бисквитно-кремовой мысли.

— Марина Григорьевна, соберите весь имеющийся старший креативный состав в комнате совещаний, — произнёс Паша, нажав на кнопку селектора. — И подготовьте всё для чая. Пожалуйста.

— Хорошо, Павел Луисович.

— А знаешь, что, Ярослав, — снова произнёс Паша в воздух, отжав кнопку, — дам я тебе очень полезного эльфа. В твоей ситуации — самое оно. Надеюсь, ты примешь его без выкрутасов.

— Ты точно уверена, что видела второй цветок в зарослях мелкого можжевельника? — устало спросил я Ургабу, ползая на коленях по зарослям хвойного кустарника.

— Теперь я уже ни в чём не уверена, лорд, — бодро отозвалась травница. — Ни в цветке, ни в можжевельнике, ни в собственном зрении. Такие вот ягоды да грибочки.

— И где же нам искать эту шараххову росянку? — прохрипел я, протискиваясь между двух толстых нижних веток на совсем крошечную полянку, два метра на полтора, усыпанную толстым слоем хвои.

— Не росянку, лорд, а росинериум гладколистный, — занудно поправила меня Ургаба, покачивая головой. — Очень полезное растение вообще-то, входит в состав лучших заживляющих от магических ран мазей, является компонентом элексиров против дебафов высшей нежити. Такие вот ягоды да грибочки.

— Безумно рад твоим новопоявившимся знаниям, — процедил я, переползая в новые, ещё не исследованные можжевельниковые заросли, — знать бы ещё, как они помогут нам с этой шустрой травой.

— И вот совершенно зря вы с таким пренебрежением относитесь к ценному растению, лорд, — фыркнула травница, ползя следом. — Сначала цветком называете, теперь, вот, травой. А ведь ещё алхимик, с травами должны быть на «ты», понимать и уважать их.

— Я на «ты» с теми травами, что не скачут туда-сюда, издеваясь над ни в чём не повинными гномами, — фыркнул я в ответ. — Когда за сорняком приходится охотиться, всякое уважение пропадает.

— Это не сорняк, — продолжала настаивать Ургаба, покачивая головой, — это росинериум гладколистный, ценный ком…

— Да-да, ценный компонент заживляющих мазей и всё прочее, что ты там сказала. Сейчас на это вообще всё равно, главное — найти этот росинериум.

Мы выползли на новую, ничем не отличающуюся крохотную полянку, хаотично разбросанных среди мощных можжевельниковых лап. Казалось, будто все хвойные представляют собой единое растение, разросшееся во все стороны неизвестно где. Буквально неизвестно где. Ещё вчера вечером, после решения проблем с варварами и динками-кобальдами и спешного, но удачного боя в Городе, я думал в этом городе с утра и остаться, порешать его проблемы, обсудить вопросы развития Королевства, пусть и в полевых условиях. Реальность жёстко дала понять, что не согласна с этим, появлением Ургабы превентивно начав её цепочку квестов на ставление уником. Что-то у меня как-то много цепочек стало за эту неделю, то всего одна — то уже четвёртая активная.

Цепочка травницы неожиданностью для меня не стала, из чего она состоит и как будет развиваться я представлял. От семи до девяти этапов, посвящённым поискам трав исключительно мной и ей, этап поиска алхимического рецепта с их применением, как бонус, и два этапа на тексты по выращиванию этих трав в культурных условиях. Основная сложность — время. Вообще не представляю, где обычные, не сорванные игроки его берут. Впрочем, обычные игроки с такими цепочками вообще не заморачиваются, оттого и оставаясь обычными. Всё, как завещал Герман.

— А ведь это всего вторая из четырёх трав, лорд, — серьёзно сказала Ургаба. — Если вы не можете спокойно найти её, что будет с остальными?

— Мы их найдём, — твёрдо ответил я. — Не для того тебе было дано обещание обеспечить нормальными условиями жизни.

— ТФЯФ! ТФЯФ! — неожиданно раздалось совсем недалеко справа.

— Ш-Ш-Ш! Ш-Ш-Ш! — послышалось в ответ.

Не разбирая дороги, я ломанулся через кусты, спотыкаясь об толстые ветви и почти падая. Текст задания, высветившийся после согласия помочь Ургабе, выглядел так:

Получена цепочка квестов «Познай свою силу, травник»

Помогите травнице Ургабе подняться в профессии

Особенности: число участников каждого задания ограничено игроком и юнитом, завязанными на это задание

Получено первое задание: найдите на хвойно-кустовой локации растение-маркер, росинериум гладколистный

Прогресс выполнения задания: 0/4

Награда, как и во всех цепочках для уников, отсутствовала, но главное совсем не это. Я непонятным образом смог обойти ограничение участников задания. Похоже, Огель и Пактиквулу плевать на любые условности, они готовы следовать за мной куда бы то ни было, пусть даже это самое «ни было» даже мне открылось уж слишком внезапно, да ещё и принудительно, нас просто перенесли, и вот мы ищем эту росянку.

— ТФЯФ! ТФЯФ! — послышалось гораздо ближе.

— Ш-Ш-Ш! Ш-Ш-Ш! — раздалось в ответ.

Мои лисята с кем-то явно схлестнулись, и я не мог их бросить просто так, вместо защиты ища какую-то траву. Какой же я гном после этого?

Совершенно неожиданно я зацепил что-то очень толстое, то ли корень, то ли такую ветку, и полетел головой вперёд, в полёте группируясь для более мягкого приземления. Упал я на достаточно большую, по сравнению со всеми предыдущими, поляну и тут же в кувырке ушёл вправо, гася скорость, избегая удара возможного противника. Удара не последовало, зато я нашёл Огеля и Пактиквула. С двух сторон они держали в пастях длинный, с метр, зелёный стебель, с одной стороны заканчивающийся многочисленными белыми лепестками околоплодника и сухой коробочкой, а с другой длинными гибкими корнями. Посередине стебля росли два тёмно-зелёных, похожих размером на лопухи, а цветом на мои глаза со вчерашнего дня, листа. И как раз справа и слева от этих листов растение и держали лисята. Сдаваться оно не собиралось и стремилось вырваться, хлеща зверей корнями и шурша коробочкой каждый раз, когда Огель и Пактиквул тявкали, очевидно, зовя меня, чтобы показать находку.

— Ну вот и второй росинериум, — гордо произнесла Ургабе, выходя из тоннеля, образованного разошедшимися на её пути кустами и всё так же покачивая головой. — Ваши питомцы молодцы, помогают просто отлично. Не зря вы их с собой взяли.

— Да, не зря, — кивнул я, подходя к лисятам.

Те с удовольствием отдали мне растение, моментально превратившееся в самое обычное, едва оказавшись в моей ладони. Передав росинериум травнице, я сел на траву и стал щекотать подбородки Огелю и Пактиквулу. Их неожиданное урчание и природа вокруг, радующая нежарким солнцем и лёгким тёплым ветерком, настраивали на мыслительный лад, и я не заметил, как стал обдумывать события, произошедшие вчера и частично сегодня.

К бою мы не успели, примчавшись к его самому окончанию почти одновременно. От орков к тому моменту остались жалкие семь с небольшим десятков, а все шаманы были безжалостно истреблены. Часть армии, в основном стрелков и магов, Ордрин отправил к варварским тоннелям, проводить их зачистку от сопротивляющихся. Все остальные, а именно все гномы с топорами, все гномы яростью, людские мечники, рыцари, Наездники и феи помогали совсем уже не многочисленным эльфам. Когда последний орк был изрублен на части, ушастиков осталось лишь тридцать семь на две деревни. Мы всей армией отошли от убивающихся горем эльфов, давая им прийти в себя. Казарег попутно объяснил, что оба поселения разграблены и сожжены, помимо тех, кого мы видим, уцелели лишь шестнадцать мирных, семеро из которых дети. Лезть сейчас к эльдарам с сочувствием, вполне очевидно для них насквозь фальшивым, мы не стали, вместо этого уйдя к территории Шестисхронья. Так с лёгкой руки Седкана стала называться территория, под которой вырыли себе жильё орки. Как-либо вмешиваться в ход боевой операции под руководством Ордрина я не стал. Если справился с первым этапом, в самом деле не потеряв убитыми никого из наших, то и со вторым тоже справится. Зато у меня появилось время поговорить с Седканом на предмет его исчезновения и неожиданного появления.

Что-либо отрицать медвежатник не стал, просто сказав, что разговаривать было некогда. Как только он узнал, что предстоит воевать с превосходящими силами варваров без лорда, то есть меня, и фей, сильных как магией, так и отвлекающим компонентом, он использовал свою особенность телепортации к любому воину, с которым воевал бок о бок последние семь дней, оказался в Баг-Дааде, ещё одним своим умением закончил обучение всех без исключения Наездников и снова телепортировался к основной армии. Проблемы в этом он не видел, и для себя я сделал единственно возможный вывод: Седкан представляет собой вторую крайность гномов, в боевом виде реализованную через Костоломов — никаких слов, только дело. При этом Седкан совершенно искренне считал, что сделал всё правильно, о чём и сообщил, невероятно мерзко поигрывая своим шрамом. Проблемы субординации его совершенно не волновали, он Герой, для чего кому-то подчиняться. Ничего, вот сделаю я Ордрина героем… когда-нибудь… и медвежатник просто обязан будет хотя бы ставить того в известность о своих действиях.

Тем не менее, благодаря Седкану прямо сейчас в армии находились семеро Медвежьих всадников с активируемыми абилками на устрашение противника со всеми плюсами и минусами, среди которых действие только на живых противников. Но даже это отлично помогало в закончившейся битве, станя орков после потери шаманский защиты только так. Если бы не неприятный сюрприз в виде пятёрки камикадзе, побежавших в сторону ушастых, потерь среди эльфов могло быть куда меньше. Так что Седкана, ожидавшего наказания за «провинность», я был вынужден простить. Всё равно он его не примет и не поймёт, так к чему зря тратить силы?

Дальше я был вынужден, не дожидаясь окончания второго этапа, мчать в город и заниматься его проблемами. Демонам всё равно, готовы мы их принять или нет, сколько за неделю мы уничтожили врагов и где находится наша армия. Благо, возможность разделить войска была, и я, после короткого, но бурного совещания на пятерых созданий, с собой был вынужден забрать только фей, всех без исключения магов, даже одиночников, Всадников, бехолдеров, инженерные войска, Аастию, Непритию и Велеса. Ну и питомцев, куда мы друг без друга. Этими силами мы надеялись сдержать тварей Шио. Все понимали, что будет трудно, но с помощью полученной в награду там и тут алхимии мы собирались справиться. Тем более, что я собирался использовать свою убер-лопату.

Сам город изменился несильно. Все оборонительные сооружения на площади остались в целости и сохранности, а вот руины восемь оставшихся на хозяйстве гномов ещё подразобрали. Из ценного мы получили немного, но и не мало. Шесть мешков почти полностью убитого посевного лука феи руками перебрали, отложив буквально двадцатую часть от общего объема ещё годных на посадку. Мешочек с простейшими кольцами на выносливость, унесённые Асом Ордрину с целью распределения их по строевым пехотинцам. Старые, уже порядком изношенные, Кернисс заберёт себе. «Глаз Шалассы», артефакт для водных путешествий, назовём их так, был отложен до лучших времён, всё равно заниматься этим придётся. Кристалл-усилитель l уровня для боевых машин уже более полезная в ближайшей перспективе вещь, любой стреломёт с ним становится на новый уровень мощи, обретая магические способности. Только вот без непосредственного стихийного блока он бесполезен, так что пока оба наших стреломёта и баллиста будут стрелять обычными снарядами. Шкатулка с хризолитами должна будет порадовать инкрустатора. Комплектов к этому шло много камня, в том числе две меры жёлтого, три тысячи двести золотых, три меры древесины, новая порция мебели и посуды, металлические обломки меры на две-две с половиной. Их я использовал, чтобы починить, а местами и заново сделать инструменты для разборщиков.

Начинать ковку было психологически непросто. Как бы я не старался уверить себя, что остался гномом, и как бы это не подтверждал Аркат, где-то внутри притаился червячок сомнения. За починкой инструментов проще всего было это проверить, потому я и боялся. Совсем не хотелось опозориться перед гномами, но всё же я взял себя в руки, подошёл к импровизированному горну, достал из него щипцами нагретый обломок, положил на импровизированную наковальню и ударил не самого лучшего качества молотом. Знакомое чувство лёгкости и подкативший восторг подсказали, что всё со мной нормально, хлипкие баррикады сомнений рухнули, и я два часа без перерыва занимался тем, что нравится.

За это время я немного подгрёб текущие дела. Дом Казунтов отстроился, сейчас улучшалась Гильдия магов. Ещё дальше заполнил очередь интерфейсного строительства, поставив туда первую очередь Мастерских Боевых Машин — Лёгкий цех. Через сутки у Граминда и нового машиниста появится нормальное рабочее место. Далее поставил давно напрашивающееся здание — Алхимический покой. Эта фракционная постройка гномов позволяет раз в неделю получать один случайный ингредиент для алхимии. Не прям чтоб это решит все наши проблемы, но без него поставить производство полезных зелий, эликсиров, порошков, мазей, гелевых бомбочек, сухих шариков и всего прочего просто невозможно, а у меня на всё это большие планы и надежды.

После этого я обратил внимание на ещё с утра мигающую иконку нового обновления для Замка. Недолго думая, доделал всё бюрократическое крыло, вставшее по левой стене от главного входа, если смотреть с него снаружи. Вход был ориентирован строго на юг, так что можно сказать, что бюрократы расположились на западе. Помимо них ещё осталось немного очков на уход под землю, сделаю там складские помещения самого Замка. Сильно уйти вниз мне просто не дадут, всё же источник располагался на поверхности, но немного выиграть полезной площади таким образом я смогу.

Так же сделал то, что хотел давно — создал план благоустройства и перспективного развития Баг-Даада. Всё широкий, пусть и не особо высокий холм это пусть достаточно много земли, но расходовать её надо рационально и эффективно. Не сказать, что я только и делал, что пихал здания куда попало, наоборот, особенно после появления чертежа Стены и начала её строительства. Но сейчас вдруг захотелось всё сделать правильно, да ещё и красиво, чтобы глаз радовался. Похоже, запечатление Природой всё же сказалось на мне. И такое я только одобрял.

Первым делом разделил весь холм на двенадцать секторов, по количеству башен, так, чтобы башня оказалась в центре сектора. Далее, от каждой выездной башни проложил дорогу к Замку, но не насквозь, а со смещением в центре. Там нарисовал кольцо, используя уже существующие постройки. Получилось так, что любой въезжающий или входящий в Баг-Даад до середины ехал или шёл спокойно, а потом был вынужден повернуть направо или налево, чтобы проехать дальше. Да, с точки зрения логистики это неудобно, зато оборонять от незваных врагов, перешедших Стену, легче.

Закончив план, я остался собой доволен. Мне удалось самое главное — вписать в него уже существующие постройки. Больше всего отстроенными на данный момент оказались восточные и юго-восточные сектора. Там и Круглая площадь чётко в третьем секторе, и уходящие на север, во второй и первый сектор кузнечно-машинный кластер, и располагавшийся в четвёртом секторе первый жилой квартал, и Боевая площадь в пятом, и будущий Навирдакат между ними. В западных секторах тоже уже есть на что посмотреть — второй жилой квартал в седьмом, Цитадель Ордена в девятом, Пост Бригадира там же. Север, а конкретно одиннадцатый сектор, уравновешивались Гильдией Магии, Рунной Академией, Домом Пламени и «казармой» для магов. Университет и Банк чётко встали в первый сектор, по обе стороны дороги. Для неметаллургических производственных помещений, таких как кожевенная мастерская, я выделил десятый и второй сектора.

Дороги, кстати, я решил сделать от всех ворот к центру. Пусть выездных всего четыре, но только на них и промежуточной кольцевой особо много не наездишься внутри города, а у нас так-то столица. Да и облагораживать деревьями, кустарниками и малыми архитектурными формами большее количество улиц намного приятнее.

Кстати, в одном месте с улицей случился косяк. В третьем секторе, что как раз со сквозной башней, дорога прошла прямо через круглую площадь насквозь. Больше нигде я такого не допускал, Цитадель в девятом секторе стоит на северной стороне улицы, в двенадцатом магические здания тоже стоят по сторонам, шестой пока вообще, считай, ничем не занят, и улица там прошла спокойно. Оборонять третий сектор в этой связи будет труднее, на Круглой площади ведь находятся ключевые здания города, но мы обязательно справимся. Там ведь совсем рядом будут боевые машины собирать, так что врагу придётся очень нелегко, реши он полезть через площадь.

Разумеется, голой ни одна из двенадцати улиц, а так же кольцо и все серединные смещения, пустовать не будут. По обеим сторонам от проезже-прохожей части встанут дома, но какие именно — будет решать Гдитсирд на месте. Я всего лишь составил план развития и подумаешь больше часа возился с моментами благоустройства в виде нормальных тротуаров и повсеместной зелени. Вышел у меня чуть ли не мастер-план, но я остался им доволен. Начало, пусть достаточно поздно от момента захвата Источника, положено, а там уж чиновники на местах разберутся сами. С моей необходимой помощью, конечно.

Результатами моих кузнечных работ гномы остались довольны. В принципе, ничего сложного там не было, а мне в копилку рецептов добавились три вида молотков, да ещё и шкала прогресса до следующего профессионального звания заполнилась. После этого я занялся алхимией. Нартыгха с его отварами рядом не было, а лечение и восстановление маны нам точно понадобится. Ещё утром я поговорил с Нартыгхом по поводу трав для них, и перед выездом в Город он передал мне их. Да, в небольшом количестве, да, половину ингредиентов для зелий всё равно пришлось покупать через аукцион быстрой покупкой, но это было намного лучше, чем простейшие отвары. Отвар восстановит пятнадцать единиц маны, зелье — шестьдесят, и, казалось бы, разница в четыре раза не должна быть особо критичной при стоимости и недоступности компонентов жидкостей, но выбор я сделал именно в пользу зелий. Просто потому, что они быстрее качают меня как алхимика и открывают доступ к более сильным зельям, к эликсирам и прочим алхимическим продуктам. Ради такого я согласен на расходы.

В тикающее зелье лечения пошли стебли ромашки и корни воздушника в качестве универсальной основы, делающей зелье зельем, знакомая по отвару прободянка и настой дробушника, как лечебные компоненты, а так же щавелевое масло и вяленные цветки жёлтого перечника как стабилизирующие добавки. Первые три были у нас, а вот последние пришлось купить. На восемьдесят порций зелья ушло четыре тысячи золотых. Дороговато, но сохранить жизнь нашим воинам важнее. Зелье маны делалось по тому же принципу, только вместо основы были ауругариум, сложный компонент животного происхождения, и толчёные берёзовые почки, за непосредственное восстановление отвечали чешуя рыбы-наконечника и шептолист, а добавками шли лисий вох и жадарица. Здесь ситуация была обратная зелью лечения, покупал я первые три и цена за то же количество пузырьков получилось пять с половиной тысяч. Разницу составили берёзовые почки, очень мало предложений было на аукцион и все по завышенным ценам. Похоже, кто-то планомерно скупал их, создавая дефицит. Благо, берёзы у нас растут и их почки мы сможем производить сами. Те же эльфы вполне могут, видел я вокруг боя бело-чёрные полосатые деревья.

По итогу ста шестидесяти склянок с зельями прогресс алхимии я тоже поднял, мне не хватило буквально одного котла с любой жидкостью, но время поджимало, да и тратить деньги только ради себя любимого моё нутро, а вместе с ним и я сам, не считали правильным. Ничего, варить ещё всего не переварить, так что может и Грандмагистром со временем стану. С бесконечным-то количеством времени жизни.

Уже ближе к ночи, перед самым открытием Врат, пришло письмо от Кабрихута. В нём подробно, на трёх полностью исписанных девятым шрифтом страницах расписывался контракт о взаимных услугах. Если кратко, я предоставляю информацию, он её проверяет, делает подтверждение, что остался доволен и после этого предоставляет моему юниту механический протез ноги. Чтение документа пришлось доверить Ярику, он справился за считанные секунды и ничего подозрительного не нашёл. Пришлось подписывать и писать свою простыню. В конце, по подсказке Ярика, скрыл эту простыню от всех, кроме себя, и спросил, как будет проходить передача протеза. Мне не нужны проблемы в виде пришедшего через неосторожно открытый портал многосоттысячной армии кого бы то ни было. Мне нужны гарантии, что этого не будет. Система подтвердит, что ответ написан, но открою я его только после получения гарантий. Чтобы неповадно было.

Бой прошёл… напряжённо. Демоны, как и в прошлый раз, решили лезть на нас непрерывным потоком, понемногу, но постоянно, без перерыва, вылезая из портала. Общее руководство войском взял на себя Седкан, за отсутствием Ордрина, и в случае чего мог направить наши мобильные отряды в ту или иную сторону, в основном, на защиту открытых проходов. Впрочем, даже за почти полным отсутствием пехоты и стрелков я готов был поставить на нас. Во-первых, всё же были рыцари со своим «Благославением», успешно сражающиеся вшестером против церберов, будто специально идущих на них, на самом важном открытом проходе, ведущем на запад.

Во-вторых, феи всемером представляли собой достаточно грозную силу. У них были и заклинания, станящие врагов, и Вспышки, отлично заходящие в демонов, и пыльца, так же с эффектом стана. Более того, будучи в армии почти с самого начала, особенно три конкретных, и пройдя такое количество битв, они не просто подняли свой уровень, иной раз урабатывая Беса с одной Вспышки, но и стали опытнее в тактических взаимодействиях. Посыпать пыльцой Разрушителей перед наскоком Всадников? Да, и не один раз, что здорово выручало нас. Ну и две дриады, даже занятые вызовом барса нужного пола из свитка, тоже грозная сила. Ну и волки и барс Сестерии тоже вносили свою лепту, вместе с призванными медведем и соколом Аастии, оленем Непритии, волком Мундиарии и совершенно неожиданным барсуком Галлюсии. А уж как отрывалась на тех же церберах Вика, время от времени подлетая к рыцаря, чтобы полечить их своим присутствием, это отдельная песня. Носилась за бедными собачками с реактивной скоростью, патетично трясла своей высокой причёской, устраивала импровизированные кожные иллюминации, меняя свой естественный персиковый цвет кожи на сероватый, подчёркивающий насыщенно серые кресты, с криками «О, поймала!» дотрагивалась до псинок светящимися, отчего те начинали биться в конвульсиях, постоянно облизывала свои ярко-красные губы и дико хохотала при этом. В общем, развлекалась по полной.

В-третьих, Медвежьи Всадники неплохо устрашали демонов, пусть и занимались в основном церберами, которых почему-то в этот раз пришла половина от всех тварей Шио. Бегать туда сюда кодитам пришлось много, но они не жаловались. А вот Седкан, так неожиданно проявивший себя всего несколькими часами ранее, разочаровал. В том смысле, что новых геройских способностей он не проявил. То, что они у него есть, я был уверен на сто процентов, в процессе алхимичивания мы с Яриком целенаправленно искали информацию об этом. Похоже, Седкан был тем ещё сундуком со скелетами, к которому нужно суметь подобрать правильный ключ. И я буду не я, если не сумею открыть этот одноглазый шрамованный ларец и не узнаю его тайн.

В-четвёртых, совокупная мощь наших магов без Ергрида тоже много стоит. Да, Жрецы не могут использовать огонь, но у них есть Земля, Вода и Воздух. Да, Кабидар, не может пока похвастаться чем-то выдающимся, но его окады вполне неплохо разили даже суккубов и ифритов, сбивая их с каста. Да, Нагиш вообще только искрами и сыпет и взят он был только для набора «зрительного» опыта. А вот Себеш неплохо так оторвался. В самом начале он умудрился поработить только вышедшего из Врат Жаростойкого ифрита, словив у того миллисекундный тайминг дезориентиции, и откровенно развлекался с ним. Нет-нет да ловил я на себе обеспокоенные взгляды Непритии, смотрящей то на меня, то на лича. Я ведь с ней так и не поговорил по этому поводу, она наверняка думает, что я буду злиться на бывшего дроу за использование магии Разума.

В-пятых как раз идёт Ергрид. Сегодня он работал как самый настоящий робот, по откату кидая «Копьё Света», а в промежутках между ним чередуя молнию, «Тройной разряд», «Электрооковы» и употребление зелья. Пить ему пришлось много, всё же запас маны у него относительно небольшой, заклинания стоят много, то же «Копьё» аж сорок пять пунктов, откаты заклинаний долгие, зато Сила магии убойная. При правильном использовании и огромных запасах зелий будущие Солнечные маги обещают быть грозной силой. Жаль, что узкоспециализированной.

Ну и в-шестых, мы с питомцами тоже внесли немало со своей стороны. Я так вообще весь бой только делал, что прыгал, катался, танцевал и раздавал пинки направо и налево. Так много пинать мне ещё не приходилось, очки ярости просто не успевали копиться, мне всегда было на кого их слить. Настолько, что я даже после боя получил достижение «Сила в ногах l», увеличивающая силу пинка на пять процентов. Огель и Пактиквул тоже не хотели оставаться в стороне от этого праздника и постоянно крутились рядом. К какой-то момент я даже подхватил их, слегка раскрутил и бросил в лицо ближайшему Разрушители. Лисята, заметно подросшие с нашего первого контакта, с радостным лаем вцепились ему в глаза, я же, не давая демону ничего сделать со зверями, просто добил его. Велес тоже был рядом, то запуская во все стороны свои светло-коричневые с лёгким зеленым оттенком корни, то превращая крону в пики, а руки в сабли и нарубая суккубов, недобитых магами, в капусту.

Бехолдеры, а так же баллиста и два стреломёта так же вносили свою лепту. У машинистов, конечно, уже не было Морозных эликсиров, но и обычную боевую алхимию они настреливали довольно метко, сведя её в ноль. А вот свитки было решено не использовать и постараться сберечь, получилось, хотя несколько напряжённых моментов, когда я уже думал, что пора их пустить в ход, всё же было. К счастью, пациент не собирался сдаваться и напряжение довольно быстро спадало до общей тяжёлой ситуации.

Бой мы выиграли, не потеряв никого только каким-то чудом в виде Аастии, Непритии, Мундиарии и Вики. Ну и лечебные зелья тоже постарались, уйдя в ноль. Восстанавливающих ману же, будто в насмешку, остался ровно один пузырёк и то только потому, что у Ергрида случилось отвращение на сорок третьей склянке. К счастью, в тот момент мы уже, считай, выиграли и поток ослаб до несущественного ручейка. Тем не менее, рыцари были ранены и задебафлены все, не избежали этой участи и Всадники вместе с медведями, даже Велес потерял почти всю свою крону. Но главное — победа — было достигнуто. Я же, поняв, что всё закончилось, снял боевой режим, быстро изучил сложившуюся обстановку, обрадовался нулевым потерям и банально провалился в десятичасовой сон. Давно со мной такого не было.

— Ну, что, лорд, вы готовы идти на поиски ещё двух росинериумов? — осторожно спросила Ургабе, выводя меня из думательного состояния.

— Даже если и не готов, выбора у нас всё равно нет, — вздохнул я, поднимаясь с хвойного ковра. — Нас банально отсюда не выпустят.

Ничего не ответив, но достаточно красноречиво поджав губы, травница пошла в узкий проход, появившийся пока мы отдыхали. Впрочем, он мог здесь и быть, просто я его не замечал, но это вряд ли. Что я, совсем слепой, что ли?

Третью росянку мы нашли спустя двадцать минут активных ползаний на корточках и собирания на одежду многочисленной мелкой древесной пыли. Можжевельник сильно изменился, теперь он представлял собой достаточно старые и высокие кусты, ветви которого расходились от идеально круглого ствола лестницей, а нижние лишь самыми кончиками касаясь земли. Хвоя пропала, вместо неё под ногами шуршала та самая мелкая пыль, будто кто-то крошил в гигантской ступке кору, а после равномерно рассыпал. Само растение заметила Ургаба и крикнула. Я, находясь от неё в пяти метров и примерно в десяти от собирающейся закопаться в эту пыль росянки, с места прыгнул туда и ухватил цветок за самую коробочку. Полминуты активного сопротивления, когда мне казалось, что я пытаюсь достать из норы взрослого волка за хвост, а не метровое растение, и вот росинериум полностью вытащен, не сопротивляется, а Система засчитала нам его как третий. Остался один.

— Если так пойдёт и дальше, боюсь, за четвертую росянку нам придётся биться с каким-нибудь старейшиной этого леса, — пробормотал я, лёжа на спине.

— Вас это так сильно беспокоит, лорд? — сев рядом, спросила Ургаба. — Вы боитесь проиграть?

— Я боюсь, что возможный бой затянется настолько, что вернёмся мы только к вечеру, — серьёзно ответил я.

— Ну и что? — не поняла травница, пркачивая головой. — Неужели вы не можете позволить себе немного отдыха?

— Странные у тебя, конечно, понятия об отдыхе, — хмыкнул я. — Но отдыхать в любом виде сейчас некогда, не всё ещё сделано для безопасности Королевства.

— У вас паранойя, лорд, — припечатала гномка. — Буквально сегодня вечером половина армии уничтожила целые полчища демонов, мне рассказали. И теперь вы заявляете, что сделано не всё?

Что-то в моей голове щёлкнуло, привнося туда интересную мысль. Ярик от её прихода неслабо так обалдел, а вот я больше обрадовался. В самом деле, зря я, что ли, изучал крафтеров шестого уровня основной профессии на примере именно травницы? Поэтому мне никто не мешает самому сделать такую травницу, вполне смогущей рано или поздно встать в один ряд с Ирсиндом. По крайней мере, можно попробовать, а там уж как пойдёт.

— Да, мы уничтожили армию демонов, — согласился я, — но только лишь потому, что они не вывалилась на нас одновременно, всем скопом. Тогда нам настала бы откровенная жопа. Мы не готовы ещё к такому, у нас слишком мал численный состав армии, нет налаженных связей рекрутирования, практически не развиты производства оружия и доспехов, артефактов, усилителей, алхимии, свитков, прочих расходников, мало боевых машин. Почти нет артефакторов, зачарователей, в том числе и рунных. Сама структура войска только обозначена, мы в состоянии безболезненно разделить его лишь на две части, и то только в особом случае, как вчерашний. Нас сомнут и не заметят, даже несмотря на то, что в нашей армии с перспективой на увеличение численности есть и феи, и люди, и стрелки и мечники, и грифоны. Мы даже на своей территории не можем быть уверены в безопасности. Орки уже не представляют угрозы, что там с эльфами непонятно, но есть ещё и горные эльфы, и гремлины. Слава Аркату, динки и кобальды за нас, но для этого им пришлось потерять почти всех. И не только им. Ну ладно, от демонов и нежити, а может быть и от дроу, конкретно извалявших себя в Тьме, мы отобьёмся. Феи, рыцари и Ергрид будут основной силой в этом случае. А если вдруг какие-нибудь люди решат, что наша территория сильно нужна им? В этом случае наши шансы заметно ниже, козыри Света и Жизни просто не сработают. Но это враги внешние, а есть ещё и внутренние проблемы. Всем нам хочется что-то есть и во что-то одеваться. С этим тоже есть определённые, но вполне решаемые трудности. Если ими заниматься, конечно, а не устраивать отдых. А если вдруг какая-нибудь резкая эпидемия? Если вдруг жители Королевства начнут заболевать и умирать без причины, сможем ли мы справиться с этим? Сомневаюсь, у нас нет для этого хоть какой-нибудь медицинской службы. Помочь в этом, и не только, случае могла бы алхимия, но и с ней проблемы. Сырьевая база? Отсутствует. Постоянные производства? Их нет. Благо, есть Кадаг, в котором можно произвести тару, но что в неё класть и лить? Нечего. И такие проблемы везде, о чём ни подумай. Какой уж тут отдых?

— Да, лорд, об этом я не думала, — покачивая головой, медленно произнесла Ургаба, явно с трудом переваривая услышанное. — Я думала, у нас всё хорошо, а тут такие вот ягоды да грибочки открываются. Могу ли я чем-то помочь?

— Конечно, — кивнул я. — Ты травница, тебе хорошо заниматься той самой сырьевой базой алхимии. Было бы совсем неплохо, если бы ты подумала в этом направлении. Ну нужно закрывать абсолютно все потребности в ингредиентах, что-то в любом случае придётся закупать, поэтому что-то точно будем продавать. Вопрос в том, что именно. А ещё нужно быть готовым к срочной замене закупаемых компонентов. Это называется экономическая безопасность.

— Это как?

— Вот представь, что мы развились до приличного состояния и торгуем со многими зельями и компонентами к ним. Что-то неминуемо покупаем, что-то продаём, а потом — бац! — и всё по швам трещит. Один партнёр решает, что мы мало платим за условные цветки ромашки и находит себе другого партнёра, а нас кидает. Другой партнёр считает, что война с нами лучшее решение для него и разрывает соглашение со всеми вытекающими. Третий партнёр вступает в альянс, который запрещает внеальянсовую торговлю. У четвёртого неожиданное стихийное бедствие и все поля с фермами разрушены. Ну а пятого просто захватывают. И что делать?

— Сесть и плакать совсем не вариант, я правильно понимаю? — осторожно спросила травница, покачивая головой.

— Не вариант, — кивнул я. — Надо искать новых партнёров, заинтересованных в торговле с нами. Ну или другие способы замены ценного компонента.

— А сразу производить все компоненты у себя мы не можем, что ли? И никаких партнеров, которые могут в самый ненужный момент оказаться ненадёжными.

— Можем, но это чревато. Нам нужны партнёры, от этого никуда не деться. Находиться в изоляции не вариант, никто не сможет прийти на помощь в случае того самого полчищного нападения демонов или людей. И лучший вариант нахождения партнёров это как раз торговля. Именно поэтому я не хочу производить всё. Ведь обратная сторона партнёрства тоже возможна. Допустим, демоны и в самом деле решили напасть. Наш партнёр, понимая, что те самые условные цветки ромашки ему выгоднее всего для себя получать от нас, делится армией, которая помогает нам справиться с нападением. Это сближает нас ещё больше, становится возможным союзнический альянс со своими плюсами и неизбежными минусами. Так что закрываться от мира мы не будем, но и ждать, пока нас разделать как именинный пирог, забрав всё самое вкусное по желудкам, тоже не станем. А для этого нужно становиться сильным Королевством. шараххов замкнутый круг.

— Значит, лорд, вы хотите, чтобы я занялась компонентами для алхимии, я правильно понимаю? — спросила Ургаба, покачивая головой.

— Правильно.

— И с чего мне начать? Что больше всего сейчас нам нужно?

Вместо ответов я, не поднимаясь, достал листок с выписанными ингредиентами вчера варимых зелий и протянул травнице. Та взяла его в руки как величайшее сокровище и минуту внимательно изучала.

— Ничего себе ягоды да грибочки, — наконец-то задумчиво произнесла гномка. — У вас не самые простые запросы, лорд, вот что я вам скажу.

— Это я ещё не требую компонентов для «Разлагающейся плоти» и Взрывного зелья Всехнагну Желанного, — серьёзно сказал я. — Вот там да, ягоды да грибочки во всей красе.

— Ну, допустим, берёзовые почки не проблема, — задумчиво произнесла Ургаба, поудобнее устраиваясь на земле. Будь она в платье, да ещё и какого-нибудь светлого цвета, это было бы сложно, а в мужского фасона штанах и такой же тёмной рубашке особого труда сесть с комфортом даже в эту труху оказалось несложным. — Если эльфы останутся с нами, можно будет заинтересовать их. Ну а если и нет, что-нибудь придумаем, берёз в округе много.

— Ты знаешь, я ведь думал о том же самом.

— Не знаю, но могу поверить, — кивнула травница. — Если я правильно понимаю, едва ли всё, что есть в Королевстве, появилось благодаря вам. Так что вы точно не глупы. Ромашку, воздушник, дробушник, шептолист, лисий вох и жадарицу мы размножим до товарного количества, это не проблема. С остальным сложно. Масло из щавеля тпк просто не сделать, нужна технология, жёлтый перечник я пока вообще здесь не видела, но я и мало где была. Ауругариум это вообще не ко мне, это не трава, как и рыба-наконечник. Такие вот ягоды да грибочки. И всё же нам нужна база, а то и не одна. Везде можно встретить что-то полезное и ценное. В лесу рядом с рудником одни травы, в горах другие, в болотах рядом с Кадагом третьи. Если уж мы хотим что-то делать сами, надо развиваться везде.

— А может быть всё же возьмёшься за ауругариум? — спросил я, давя улыбку. Похоже, всё получилось, Ургаба попалась в ловушку по имени «Путь к шестому уровню профессии» и даже не хочет выбираться из неё. — Посовещаешься с Нартыгхом, может быть, придумаете что-нибудь.

— Два условия, лорд, — твёрдо сказала Ургаба. — Готовую технологию и организацию первой базы, той самой, у рудника. Тогда я займусь этим ауругариумом.

— Условились, — не удержался я от улыбки. — Я ведь выполню оба условия.

— Буду ждать, лорд, — фыркнула в ответ травница, поднимаясь. — Нам остался один росинериум, если я правильно поняла.

— Правильно, — кивнул я, — и найти его надо побыстрее. Заболтались мы что-то.

— Природа здесь такая, — покачала головой гномка, — располагает к общению.

— Уж лучше бы она располагала к поис…

— ТФЯФ! ТФЯФ!

— Ш-Ш-Ш! Ш-Ш-Ш!

В паре метрах позади нас стояли Огель и Пактиквул и держали в пастях злосчастный сорняк, на этот раз по одной стороне стебля. Цветок извивался, шипел коробочкой и пытался вырваться, но лисята держали крепко.

— Мои ж вы молодцы, — умилительно протянул я, забирая росинериум. — Напомните мне, чтобы я накормил вас птицей. Любите же курицу?

— ТЯВ!!! — в один голос согласились звери.

— Ну вот и замечательно, — произнёс я, поворачиваясь к Ургабе. — Ну что, четыре из четырёх, больше нас здесь ничего не держит.

— Вы правы, лорд, — сказала она, покачивая головой. — Сзади вас портал, если я правильно понимаю.

Выполнено первое задание цепочки «Познай свою силу травник»

Награда: семена полезного растения седьмой категории редкости на выбор

Неплохо, но мало. Где моя боевая алхимия? Видимо, только в наградах заданий для боевых уников такое встречается. Ну ничего, мы люди не гордые, нам орден не нужен, мы и медалью перебъёмся.

В Городе нас встретили заметным оживлением. У палатки, от которой нас забирали в «хвойно-кустовую локацию», дежурили сразу Ас, помощник Ордрина Нидгар, какой-то тёмный эльф, бледнючий, как сама смерть, и лысый, как драконья коленка, и динк. За исключением дракона, у всех троих имелось при себе оружие, а дроу и подземный карлик и вовсе время от времени клали руки один на торчащие из набедренных ножен парные кинжалы, а другой на загадочный пузырёк на поясе, не выпуская копья. Нидгар с интересом наблюдал за развитием их отношений, наверняка уже успевшим набрать под сотню эпизодов. Даже я, за те пять секунд, пока нас не обнаружили, успел увидеть и поигрывание оружием, и взгляды, полные ненависти, и гримасы отвращения на безбородых лицах. Прекратил это дело Ас, без подготовки из позы сна взвился в воздух и подбежал к нам, заставив и остальных участников сцены оглянуться к нам.

— Лорд, ты так внезапно исчез утром, никого не предупредив, что весь лагерь часа два бурлил и кипел, строя предположения. Чего только не говорили, лорд, ты бы только знал. И демоны тебя забрали и мстят, и надоели мы тебе, что ты решил уйти пешком в даждиц, что это такое, кстати, и что богам надоело, как ты справляешься с насылаемыми трудностями и они развоплотили тебя, и что Природа решила научить тебя всему, что знает. Много глупостей был, в общем. Так что такое даждиц?

— Не твоё дело, хвостатый прихвостень, — тут же полупрошипел-полупрорычал дроу, — С тобой об этом никто разговаривать не будет.

— А лопатой перорально промеж ушей не хочешь, яхонтовый мой? — ласково спросил я, доставая ту самую лопату. От её раскалённого лезвия шёл пар.

Дроу сглотнул, мгновенно растеряв всю свою браваду, и убежал. К Прассиву, не иначе. Откуда ещё здесь могли взяться дроу?

— Ордрин где? — коротко спросил я, заставляя и того пойти искать своего непосредственного диктэ.

— Умеешь ты управлять созданиями, лорд, — восхищённо цокнул языком Ас. — Нам с Буром до такого далеко. Мы пытались сказать всем, что тебе ничего не угрожает и скоро ты вернёшься, но нас мало кто слушал. Кад Окипкос только, но он не спешил что-либо предпринимать. Тау Аастия могла бы, но и она молчала, будто сговорившись с кадом. Ну а нам это надоело, мы молча перевозили сюда всех важных лиц, а последние двадцать минут я ждал тебя.

— Крепко же ты ждал, что тебя не смущали холодные боевые действия рядом, — хмыкнул я.

— Так вот именно, что холодные, лорд, — ответно хмыкнул дракон. — Это больше так, попытки устранить друг друга до реального боя. Я вообще сомневаюсь, что им кто-нибудь дал бы что-нибудь сделать. Динк, кстати, исчез.

— Это хорошо, — задумчиво протянул я. — Видимо, говорить сегодня придётся много.

— Можно я тоже пойду, лорд, — попросила Ургаба с заметным недоумением в голосе. — Если я всё правильно поняла, чем скорее у нас появится сырьевая база, тем лучше будет для всех.

— Ты вольна делать всё, что захочешь в рамках уголов… этики и морали, — быстро поправился я. — Насильно где-то держать и что-либо заставлять делать тебя не будут.

Молча кивнув, травница поспешила уйти, загибая при этом пальцы и шевеля губами. Наверное, что-то считала.

— Кстати, тау Аастия тут говорила, что Улистапии почувствовала в руинах храма что-то близкое ей, — продолжил Ас как ни в чём не бывало. — Тау Аастия предполагает, что это как-то связано с повышением фей в рангах. Сама Улистапии не может сказать, что там такое, только чувствует.

— А зачем ты называешь Аастию приставкой джинов? — покосился я на дракона.

— Тяв! Тяв! — отозвались лисята, вопросительно глядя на Аса.

Как я вообще понял, что их взгляд именно вопросительный? Чудны дела твои, Камнерожденный.

— Почему джинов? — удивлённо спросил дракон. — Кад Ирсинд сказал, что так обращаются к уважаемым феям.

— Я больше чем уверен, что Ирсинд сказал «пау». Именно так принято говорить феям, нимфам, дриадам, наядам и напеям. Но вы либо услышали неправильно, засомневались, но переспросить было некогда, либо не поняли, что услышали неправильно. Да это и не важно, важно, что слово «тауг» имеет отношение только к очень сильным боевым джинам. И ни к кому больше.

— Мы учтём, лорд, — кивнул Ас, прислушиваясь. — Идут, не буду вам мешать.

Дракон улетел, если я правильно сориентировался по солнцу, нет-нет да выглядывающего из-за медленно ползущих свинцово-серых облаков строго в своём зените, куда-то на запад. На импровизированной же площади, очерчённой с севера палатками, а с юга четырьмя деревянными бараками-времянками, становилось многосущно. Ордрина, Ирсинда, Аастию, Нартыгха, Дарбада и Непритию я знал достаточно хорошо, Шоапа и того самого принявшего моё предложение кобальда чуть хуже, с неожиданным гостем в виде горного эльфа, старавшегося воздействовать на меня «Тенью Силанны», кажется, так и не представившийся тогда, тоже, а вот высокого, но типично-бледного дроу и слегка зеленоватокожего лесного эльфа видел впервые. Похоже, разговор и в самом деле будет долгий и обстоятельный.

— Что с орками? — сразу спросил я, не дожидаясь инициативы с чьей-либо стороны. — Чем всё закончилось?

— Нашей полной победой, лорд, — ответил Ордрин. — Как они не старались, все, кто явно показывал намерение биться с нами, полегли в своё же доме, гадар сиб. Пришлось убивать всех, и детей, и женщин, и стариков. Живых осталось только сорок два орка, их всех держали в клетках, явно не просто так. После освобождения они первым делом спрашивали, что стало с их… хех… сородичами и просили защиты от них.

— И мы?..

— Мы дали им её, арн гад. Но в этом заслуга Нартыгха, он говорил с ними, он знает больше.

— Они не соглашались просто идти на убийствица кого-либо, — пояснил орк. — Она шли против, их посадили в клеточки за словечки и понемногу казнили для устрашеньица остальных. Их было больше.

— Вы говорите так, будто что-то скрываете, — заметил я.

— Это были очень страшненькие казни, лорд, — пояснил Нартыгх. — Я не уверен, что гномы хотя бы издалека представляют, насколько.

— Судя по вашей реакции, это явно что-то страшнее сваривания заживо, травли волками, обрезания половых органов, закидывания камнями, заливания раскалённого металла в горло и затрахивания до смерти, в том числе мужчин и детей.

— Всё именно так, лорд, — переглянувшись с орком, сказал Ордрин. — Никогда бы не подумал, что у тебя такая богатая фантазия.

— Я прекрасно знаю что может сделать чел… разумный со своим собратом, какой бы расы они не были, — мрачно произнёс я. — Тьфу-тьфу-тьфу, только в теории или со стороны, но фашисты везде фашисты. Слава Аркату, у этих орков всё закончилось благополучно.

— Они утверждают, лорд, что именно Отца последний месяц просили о помощи, буквально молили, хоть и не знали как, мун пудир. Похоже, их молитвы были услышаны. Теперь они согласны на любые условия, лишь бы быть полезными. Да, арн гад, — кивнул казарег, прочитав мой вопрос, — мы сказали им, что у нас не принято бездельничать, лорд, то есть ты, просто не поймёт. И они согласны.

— Ну что ж, у них только один путь, — улыбнулся я, отчего Нартыгх заметно забеспокоился.

— Только не на аренку, лорд, прошу, только не туда, — буквально взмолился орк. — Они не выдержат из одной клеточки сразу в другую. У них и так было много мученьиц в жизни.

— Да не собираюсь я никого отправлять на арену, чем бы она ни была, — недоуменно сказал я. — Я хотел, чтобы ты с их помощью основал такую необходимую деревню возле рудника. Мы с Ургабой обсуждали необходимость сырьевых пунктов, пусть станут работниками одного их них.

— Прошу прощеньица, лорд, что плохо подумал о тебе. Сырьевой пунктик — отличное решеньице. Сегодня же и займёмся им.

— Закрыли проблему, — выдохнул я и посмотрел на динка и кобальда. — Теперь вы. Я вас слушаю.

— С-соис-с, мы хотим вырас-сить благодарность-сть за помощь в отражении атаки демонов и нахождении нового дома в такой короткий с-срок, — жестом остановив хотевшего было что-то сказать Шоапа, произнёс кобальд. Буух вроде бы называл его Уга-убу.

Выполнено задание "Земля над головой"

Динки Северного схрона присоединяются к вам

— Это всё? В таком случае благодарность принята. Надеюсь новый дом вам понравится.

— С-со, нравится-ся, — сказал кобальд, моргая глазной перепонкой. — Но это не вс-сё. Мы подумаем, что можем дать Королевству, машар тубадагин. Ус-с, прямо сейчас можем предложить только убус-с.

С этими словами он снял с пояса небольшой пузырёк, судя по форме, выдолбленный из тёмно-коричневого корня. Точно такой же, какого касался динк в момент нашего появления в лагере. Однако.

— И что такое этот… убус? — спросил я.

— С-саа, это жидкос-сть, которую мы добываем из корня подс-семника, машар тубадагин, — с интонацией восточного мудреца произнёс Уга-убу. — Она очень хорошо горит, ес-сли её поджечь, и даёт много тепла. Мы ис-спольс-суем убус-с для обогрева в мирных ц-селях и плес-скаем во врагов вмес-сте с горящими углями.

— Хорошая вещь, — одобрительно протянул я. — Нам такое точно пригодится.

«Особенно, если удастся встроить её во Взрывное зелье. Это ж какие перспективы перед нами откроются — страшно представить».

— Ещё мы бы хотели установить порядок… кхм… порядок воинского найма, — покосившись на Ордрина, добавил Шоап. — На уже послезавтра грядущей недели вряд ли мы сможем чем-то помочь, а вот через неделю по десять динков и кобальдов в армию отдадим. По вармингам точное количество пока не скажем, но не меньше трёх точно.

— Даже это будет хорошо, — рассматривая казарега, сказал я.

Это ведь он подбил динка сказать про найм, больше некому. Уж очень выразительно стрелял на него глазами буух. Наградить, что ли, за старания? Надо будет обдумать это.

— Мы пойдём, — решительно встав, сказал Шоап. Кобальд поднялся за ним. — Новый дом сам себя не обустроит.

— Кто будет следующим? — рассматривая троих эльфов.

— Давайте я, — потерев ладони, предложил дроу. Бледный, как и все ушастые жители подгорных пещер, совершенно лысый и без трети правого уха, он производит жуткое впечатление. Не добавляла внешней доброты и улыбка, нет-нет да озаряющая его лицо. — Я Прассив, вам обо мне должны были говорить, так что сильно углубляться не буду. Нас восемнадцать особей вместе со мной, мы хотим в ваше Королевство. Не гостями, чтоб вы понимали, а честными жителями. Мы хотим пойти под Арката, отречение от Малассы произошло добровольно и довольно болезненно, — поморщился тёмный эльф, показывая выжженный на запястье мини-кинжал, охваченный огнём. — Я знаю, что вы, лорд, предложили Кернисс основать род с помощью семечка специального дерева. Если вы разрешите, мы бы хотели стать частью этого клана. Торговля, сельское хозяйство, производство, военная поддержка — мы согласны со всем в пределах разумного, чтоб вы понимали. Что скажете?

«Кернисс, ты сейчас не занята? Говорить можешь?»

«Могу, лорд. Что-то случилось?»

«У меня мало времени, объясняю один раз. Возьми росток родового дерева и отнеси его в Рунный круг. Держи его там не меньше часа, после чего отправляйся в то место, что пригодно, где могут быть Тени и основывай клан. Прассив тоже скоро придёт туда. Без него ничего не делай».

«Поняла, лорд, всё сделаю как вы сказа…»

Связь оборвалась, закончилась мана. И всё же я успел донести до Ведьмы всё, что хотел. Она сделает всё правильно, в этом я не сомневаюсь. И тогда на просторах Асхана появится тридцать седьмой клан дроу, поклоняющийся Аркату, одновременно с этим одним кланом тёмных эльфов-безбожников станем меньше. В Прассиве не будет болеть врожденная религиозность, он перестанет спешить срочно обрести какого-нибудь бога и с ним можно будет спокойно обсудить перспективы его группы в Королевстве.

— Ты сильно отличаешься от стандартных дроу, вот что я скажу.

— Четверть века я был стандартным и учил Лазутчиков скрытному передвижению, чтоб вы понимали, — ответил Прассив, проводя рукой по гладкому затылку. — А потом что-то надоело, я стал задавать неудобные вопросы, меня назвали ересью, я ушёл. Со мной пошло несколько моих учеников.

— Всё с тобой понятно, — хмыкнул я. — Можешь идти к тому месту, с Тенями, там будет ждать Кернисс. Если же вы придёте раньше, подождёте её, у неё все указания.

— Понял вас, лорд, — стремительно поднимаясь, так что подол его мантии едва не оказался на голове, произнёс дроу, не скрывая радости. — Вы не пожалеете о своём решении.

— Теперь я, — сказал лесной эльф, одетый во всё зелёное. — Меня зовут Барауэль, теперь я старонт объединённой эльфийской деревни. Под гнётом непреодолимых обстоятельств, завязанных на смертельных событиях, мы решили отбросить все обиды и жить вместе. Так же мы приносим свои благодарности за содействие в избавлении от варварской угрозы. Без вашей помощи от нас не осталось бы ничего, противник оказался очень силён. Мы ещё не пришли в себя до конца, но если вы согласитесь принять нас в состав своего не по справедливости не лучшего в Асхане Королевства, обязуемся взять на себя нагрузку в виде я меня и конопли. Не подумайте ничего плохого, из конопли получается отличная ткань, не хуже льняной.

— Мне всё равно, кто чем занимается в свободное время, — отмахнулся я. — Хоть праздник укурки каждый седьмой день устраивайте, да хоть вообще все дни недели. У нас рыночная экономика, захотите жить — сами решите, что вам важнее.

— Хорошо, лорд, — покорно кивнул эльф. — К сожалению, по поводу найма в ближайшие несколько недель я не смогу сказать что-либо определённое. Варвары хорошо проредили нас, убив почти всех наших лучников и мечников. Мне жаль.

На это я лишь пожал плечами. На данный момент у нас и так достаточно точек по найму армии вне Баг-Даада, потеря гипотетических эльфов вряд ли хоть как-то скажется на общей боеспособности. Эльфы вообще стали для меня полной неожиданностью, феи во время разведки почти неделю назад стремились сделать всё быстро, а потому тщательно плотные скопления жизни не проверяли, только убеждались в наличии гномов и людей. Если бы они знали, что здесь эльфы, всё могло пойти совсем по-другому. Но не пошло.

— Я пойду, лорд, — сказал Барауэль, вставая. — Надо ещё многое сделать, чтобы каждый выживший получил кров и пищу.

— Иди, — отпустил я эльфа.

Едва тот развернулся, как его длинные остроконечные уши затрепетали от сдерживаемого гнева. Даже интересно стало, что этот Барауэль такого увидел или услышал, что аж сразу в гнев. Как бы ещё не пошёл войной против нас. Хотя, с кем он воевать будет?

— Теперь моя очередь, правильно? — нагло спросил горный эльф, не успел лесной уйти. — Мы голодаем.

— Мы за сутки победили в двух битвах, — спокойно сказал я. — Мы же в такую игру играем, верно? Или это такое извращённое хвастовство? Тогда поздравляю и желаю развития ваших… эм-м-м… начинаний.

— Я не хвастаюсь, я говорю как есть, — показывая признаки раздражения, произнёс грэльф. — Мы голодаем и просим помощи. Помогите нам.

— Ты приходишь ко мне и просишь о помощи, но делаешь это без уважения? Нет, тебя точно надо поздравить. И делать это станут твои сородичи, когда ты вернёшься ни с чем.

— Значит, вы отказываете нам, да? — спросил с явной угрозой в голосе грэльф. — Вы считаете возможным отказать нуждающимся? Значит, вы ничем не лучше демонов, которых победили этой ночью.

— Да считай как хочешь, — хмыкнул я, — ни слова, ни попытки каста «Тени Силанны» тебе не помогут, даже наоборот. Видишь эту лопату?

В моих руках оказался мой личный шанцевый инструмент с покрытой льдом режущей кромкой.

— Эта лопата легко сократит твой рост на глупую, все ещё не знакомую по имени голову, а твои сородичи так и продолжат голодать, — продолжил я. — Ты ведь этого добиваешься, так, яхонтовый мой? Тогда подходи ближе, не стесняйся, твои желания легко исполнятся.

— Я всего лишь прошу помощи, — с расширенными явно от удача глазами и прижатыми к голове ушами тихо произнёс грэльф. — Я, Шаурал Кидиз, умоляю не дать нам сгинуть в ауре восьмой печати. Мы слишком долго находились в подчинении Гарбандума, почти два года. За это время животные, на которых мы охотились, исчезли, пещера с озёрами обвалилась, травы, что росли над ним, так же пострадали. Я всего лишь прошу помощи. Если надо, мы готовы вступить в Королевство на обязанностях самых бесправных вассалов. Мы готовы сделать всё, только помогите нам, прошу.

— Надо же, и с горных спесь может слететь, стоит им только начать в чём-то нуждаться, — язвительно произнесла Непрития.

— Значит, говоришь, всё сделаете? — спросил я, стараясь, чтобы моя улыбка вышла максимально мерзкой. — А женщин в бордель для рабочих готовы отдать?

— Б-бордель? — заикаясь, переспросил Шаурал Кидиз. — Зачем вам бордель?

— Простым неженатым гномам тоже надо где-то отдыхать, — с тем же выражением лица пояснил я. — Своих у нас обижать не принято, можно и без предмета обиды остаться, а горные эльфийки как раз в тему.

— Нет, в бордель я никого не отдам, — решительно сказал грэльф, рывком поднимаясь с брусчатки. — Ни одна из грэльфиек не станет обслуживать ваших рабочих.

— Вот и правильно, что не отдашь, — серьёзно произнёс я. — Мы с беспринципными никаких дел не ведём. Будет вам помощь, но у меня есть одно условие.

— Мы согласны на Арката, — опустив голову, пробормотал Шаурал Кидиз.

— Прошу отметить, что я об этом даже не заикался, но слово было сказано, — без малейшей ухмылки сказал я. — Моё условие в другом. Вы ведь занимаетесь разведением сфагнумов?

— Можем начать в любой момент, это не проблема, — кивнул грэльф, явно не понимая, к чему я веду.

— Синий сфагнум у вас есть?

— Сделаем, — облегчённо выдохнул Шаурал Кидиз. — Если понадобится, можем всё Королевство сфагнумами завалить, и синим тоже.

— Вот тысяча золотых, — материализовав мешочек с монетами, сказал я. — Весь рынок Баг-Даада в вашем полном распоряжении. Если не станете глупить, с голоду не умрёте.

Осторожно взяв мешочек, грэльф поклонился и быстро ретировался.

— И ведь даже малюсенькое спасибо не сказал, — отметил Нартыгх.

— Это горные эльфы, они не привыкли благодарить, — пояснил Ирсинд. — Так же как прощаться и здороваться. Спасибо они лучше сделают, чем скажут. А уж то, что сделал с этим горным лорд и вовсе неслыханно. Он просил, понимаешь? Горные эльфы не просят. Воистину неслыханно, пусть демон злится.

— Ты-то сам как здесь? Всю ночь скакал на своём пони, лишь бы успеть сюда?

— Да демон с тобой, лорд, — отмахнулся инженер. — Габуш достаточно резвый, чтобы от Молота до Города домчать за три с половиной часа. Да даже если и ночь, что с того? Лес так загадочно шумит, что-то постоянно поскрипывает и шуршит, ночные птицы ищут добычу, волки охраняют свою территорию, кролики прячутся по норам, лисы перетявкиваются, будто рассказывают друг другу события прошедшего дня, и всё это освещает луна, если повезёт с погодой.

— Так приехал или была цель какая?

— Не просто была, лорд, до сих пор есть. Хотя в большинстве все подходят к концу. Тоннель почти достроен, осталось совсем немного, Грифоний форт в процессе, но самые важные здания в количестве трёх штук уже стоят, а грифончики даже пробуют летать.

— Уже? — удивился я. — Быстро же они.

— А разве им много нужно? Уже через неделю грифоны смогут стать часть армии, а со временем и вовсе станут грозной силой. Стена тоже почти достроена, ров и отводный канал почти дорыты. День-два и за оборону Баг-Баада, пусть демон злится, можно будет не переживать.

— Если врага остановит куча уложенного в правильном порядке камня, то да, можно будет не переживать, — хмыкнул я. — Подойдёт этот враг такой к нашей столице, увидит шесть метров серого камня, разведёт руками и со словами «Ну вот, камень, мы не готовы к этому» пойдёт со своей многотысячной армией обратно. Ах если бы, ах если бы…

— Не всё сразу, лорд. Часть ловушек, полностью или частично вмурованных в Стену, уже поставлена на свои места в процессе строительства. Механическими ловушками мы займёмся в самое ближайшее время и сделаем всё недели за две, может чуть больше. Боевые машины встанут на свои места, как только будут сделаны. Магическая же составляющая…

— Всё будет, — кивнул я, — Через два-три дня строительство Храма начнётся, сколько он будет строиться пока не знаю, так же пока не могу ничего сказать про обучение Нагиша. Так что будем надеяться на милость Арката и отсекать врагов на подходах.

— Помимо этого мы сэкономили условленные двадцать мер камня, — продолжил Ирсинд, — чертёж у меня есть, пусть демон злится. Можем ли мы построить здание Инженерной службы?

— Можете, — кивнул я, проверяя план развития Баг-Даада. — Седьмой внутренний сектор, рядом с Гильдией Охотников. Такое место устроит?

— Седьмой внутренний сектор? — переспросил Ордрин. — Это ещё что такое, мин пудир?

— Лучше обсудить это в Замке, там удобнее, — ответил я. — Если в общих чертах — у меня готов примерный план благоустройства столицы.

— Благоустройства? — тут же встрепенулась Непрития. — А мне покажете, лорд?

— В Замке, — повторил я. — Заодно и с Гдитсирдом обсудим.

— Вот насчёт Гдитсирда, лорд, — замялся Ирсинд. — Он… понимаешь, он не хочет совмещать и управление Баг-Даадом и строительство всего Королевства. Он бы хотел сосредоточиться только на Баг-Дааде.

— Понимаю, — полминуты размышлений спустя произнёс я. — Если он так хочет, пусть так и будет. Но тогда нам понадобится равноценная замена. Как ты смотришь на то, чтобы эту должность заняла Ва?

— Она сама хотела предложить вам это, лорд, — произнесла Непрития, на всякий случай отклоняясь назад. — Ей хочется масштабности, она давно готова к ней. Она и ферму начертила, как вы просили.

— Вот она, лорд, — протянул мне Ирсинд десяток листов.

Взяв чертёж Ва, я минут пять изучал его. В целом, сделано отлично и даже необычно, не на квадратах и прямоугольниках, как люблю я, а кругами и немного треугольниками. От понифермы и тот, и другой стиль далёк в равной степени, там я безжалостно скруглял все углы, вдохновляясь испанскими архитекторами начала XX века. Что-то как-то много в моей жизни Испании стало в последнее время… Достав свой чертёж, больше недели ждущий своего часа, я применил буквально утром с двумя новыми уровнями появившийся навык «Объединение идей». Изначально я планировал доверить Ирсинда выбор лучшей фермы, но если можно так, то я лишь рад. С минуту бумаги перекладывались одна в другую и светились всевозможными цветами, после чего уложились в один проект из восьми листов с подписью «Дятловая ферма Ярогрейва-Ва». Ни секунды не думая, я применил на него «Двойной чертёж». Неожиданно сработало, и в моих руках оказались два проекта.

— Что это сейчас было, лорд? — обличительно спросил Нартыгх, первым придя в себя от увиденного. — У вас всё это времечка был чертёжик для фермы, но вы заставили бедненькую девочку сделать ещё один?

— Во-первых, мне как-то нужно было проверить её уровень, — ответил я, вообще не чувствуя за собой никакой вины, — выбор пал именно на дятлов и их ферму. Во-вторых, быкрыгорцы пока не дали чёткого согласия на наши предложения, так что время вполне было на всё. Да и эта возможность у меня появилась лишь сегодня, изначально я планировал сделать по-другому. Но получилось хорошо.

— Очень хорошо, лорд, — одобрительно отозвался Ирсинд, изучая получившийся проект. — Очень сильно напоминает ферму пони, но геометричности больше. Эти округлости и скошенные углы смотрятся очень достойно, пусть демон злится. А что ты будешь делать с вторым планом?

— Планирую выгодно продать его. Готов рассмотреть все варианты.

— Лучший вариант — Гильдия архитекторов. По деньгам может и не так хорошо, как какому-нибудь бессмертному, не разбирающемуся в ценообразование подобных чертежей, зато с ними можно заключить контракт и получать очки чертёжника за каждую построенную ферму.

— Пожалуй, так и поступлю, — кивнул я.

— А Ва? — спросила Непрития. — Что с её уровнем?

— Будет ей должность главного строителя. Оформим всё как надо и пусть работает на благо будущей Империи. А если ещё и с Камуром знакомство заведёт — цены ей не будет. И если я правильно помню, мне кто-то обещал подумать насчёт чернил и удобрений.

— Удобрения в Каменном спуске, — тут же отозвался Ирсинд. — Растительности вокруг них много, постоянное содержание курорта будет давать много травяных и лиственных остатков, сельское хозяйство туда же, всё это перемолоть, как следует разложить и сгнить, разлить по бутылям — красотища! А чернила можно тёмным эльфам поручить.

— Ироничненько выйдет, — прокомментировал Нартыгх.

— Прассив сам сказал, что они готовы на всё, пусть демон злится, — отбил подачу инженер. — Вот и пусть работают в качестве общественно-полезной нагрузки. Ну а если захотят чего-то другого, головы на плечах у них есть.

— Насчёт голов на плечах, гадар сиб. Ты смотрел те предложения по обмундированию армии, лорд?

— Смотрел, — ответил я, не став говорить, что дальше первых ступеней не продвинулся. — Со всем согласен, ни к чему претензий нет. Контракты, надеюсь, оформишь сам?

— Оформлю, арн гад, — кивнул Ордрин. — Надеюсь, до конца обучения гномадов броня и оружие будут готовы.

Вот и ещё одна статья расходов пополнила бюджет, а деньги так же стремительно не прибавляются. Мда, ситуация, однако.

— И ещё у меня вопрос по поводу общей обороны Королевства, — продолжил казарег. — Число нуждающихся в защите поселений растёт гораздо быстрее, нежели состав армии. Не сыграет ли это с нами весёлый праздник, тергер акт? В случае глобальной войны нас сомнут и не заметят. Не пора ли задуматься о серьёзной обороне?

Ну да, кто о чём, а каждый о своём. Я — о золоте, Ордрин — о войне. Правильный подход, особенно для казарега.

— А разве все эти почти четыре недели мы не задумывались о серьёзной обороне? — слегка удивлённо переспросил я. — Грифоны на западе, лучники на востоке, Орден рядом с портальной площадкой, даже феи — всё это вклад в оборону Королевства.

— У нас слишком мало гномов, лорд, — тоном прожжёного ксенофоба сказал казарег. — Некому стать напротив врага и держать его. Ни грифоны, ни лучники, ни даже феи этого не смогут, всех их враг просто не заметит и пойдёт дальше.

— Так в чём тогда твоя проблема? — хмыкнул я. — Надо больше гномов — сделай больше гномов. Организуй рекрутирование так, чтобы в армию шло как можно больше число бойцов. Только помни, что если сражаться будут все — рано или поздно сражаться не будет никто. Мы не крестьяне, которых сотнями пускают отвлекающим манёвром на развлечение противнику, потому что новые быстро народятся. И не варвары, что сражаются дубинами, и едят убитых пленных, а то и своих же. Мы цивилизованный народ.

— Как сказал, а, — восхищённо прорычал откуда-то слева Ас.

— Наш хозяин ерунды не скажет, — басом вторил ему Буран.

— Тяв! Тяв! — вставили своё веское слово лисята.

— Лорд, у меня тут своего рода небольшой отчёт по поводу трофеев из Дворцов вампиров и с побеждённых вчера варваров, — произнёс молчавший до этого Дарбад, протягивая листов шесть исписанных крупным, но аккуратным почерком. — И просьба о расширении Обозной команды, если это возможно, так сказать. Это же возможно?

— Это возможно? — спросил я, повернувшись к Ордрину.

— Так сразу такие вопросы не решаются, — задумчиво отозвался тот. — Раз уж мы занимаемся отныне балансным рекрутированием, гадар сиб, всё надо обдумывать не один раз и искать компромиссы. Но в целом мой ответ скорее положительный.

— Вырастил бюрократа на свою голову, — буркнул я, чуть ли не сплёвывая. — Прямолинейным ты мне нравился больше.

— Пришлось подстраиваться под изменившиеся обстоятельства, — развёл руками казарег. — Не хочется, рагнат дегрессен, но надо.

— Что-нибудь особенно ценного нашли? — спросил я Дарбада, помахивая всё ещё находящимися в руках листами. — Ну, там, тысячу мифриловых слитков, божественное копьё незапланированного лечения анальным методом или свиток массовой аннигиляции?

— Такого — ничего, — пожал плечами обозник, — а вот своего рода набор из девяти кристаллических метательных ножей, зачарованных на гарантированное подчинение, или деревянную статуэтку «Аугаллии Пророчицы» с пятиметровой аурой на восстановление единицы маны в секунду есть. Всё перечислять не буду, оно есть в отчёте, так сказать.

— И на этом спасибо, — кивнул я, мысленно потирая руки и ликуя от того, какие ценности нам достались, внешне оставаясь суровым бородатым гномом. — Трофеи с демонов собраны?

— Все красные капли аккуратно разложены по своего рода флаконам и отправлены в Замок, — доложил Дарбад. — Мы не знаем, что это такое. Может, вы знаете?

— Увы тоже не знаю, — грустно произнёс я, помимо этих странных капель, выпадающих прямо на площадь из убитых ифритов, зная об очередном чеке на десять тысяч золотых, походной алхимии и небольшой коробке с механизмом спичечного коробка с «личинками» взрывных улиток в стазисе.

— У нас получилось добыть барса-девочку, — пропела Аастия, едва обозник скрылся за углом барака. — Теперь у Сестерии появится возможность расплодить их в таком количестве, в котором ей нужно.

— И какова цена?

— Полная потеря способностей к маги на сутки, лорд, — ответила Непрития. — Не только у нас, но и у самой Сестерии. А так же на некоторое время в самом ближайшем будущем и не на один раз потеря девочки для боя.

— А зачем ей вообще воевать? — не понял я. — В этом есть какая-то острая необходимость?

— А если она сама захочет? — нараспев переспросила любимая. — Может ей хочется!

— Нет, ну если хочется, то пусть вою…

— Лорд, у меня очень плохие новости, — внезапно прохрипела Аастия, утратив всю свою музыкальность. — На Железный молот напали две сотни гоблинов и два десятка орков на варгах.

— Как же всё вовремя сошлось, мин пудир, — протянул Ордрин и добавил, не дожидаясь вопроса: — С утра я отправил туда Себеша со Всадниками и бехолдеров на всякий случай. Как знал, что пригодится, гадар сиб.

— А ещё там десяток замотивированных фей и энт, пусть демон злится, — добавил Ирсинд. — Да и Джитсирд своей глефой сможет немало.

— Только по поводу энта у меня не самые приятные новости, — чуть нараспев, но всё так же, хрипло произнесла любимая. — Энт, похоже, влюбился в твоё дерево.

— Поясни, — попросил я. — Не трахнул же он тотем?

— Нет, лорели на это не способны, — серьёзно отозвалась Аастия. — Едва придя к Молоту, энт первым делом и максимально спешно отправился к твоему дереву и пустил корни возле него.

— Однако, — хмыкнул я. — Даже интересно, что из этого может получиться.

— Интересно? — осторожно переспросил казарег. — Лорд, ты правда сказал «интересно»?

— Нет, шараххом тебя об шкрала, я сказал «сиреневенькая глазовыколупывательница с полуподломанным переподвыподвертом», — зло ответил я. — Или у тебя слух напрочь отрезало, пока ты по орочьим тоннелям бродил?

— Лорд, у тебя глаза фиолетовые, — осторожно заметил Ирсинд.

— Ну конечно у меня глаза фиолетовые, я злюсь и еле себя сдерживаю, — прорычал я. — Принял в нашем Королевстве семнадцать не только гномов и людей, что пришли с ним? Принял. Не стал спорить против поселения дроу, предложив Кернисс росток кланового дерева? Не стал. Создал чертежи построек Грифоньего форта? Создал. Жду ответа быкрыгорцев на счёт лучников?

— Ждёшь, лорд, — кивнул Нартыгх.

— Сам лично попросил не убивать тех орков, что не захотят воевать с нами? Попросил. Согласился не оставить в беде эльфов, что сами попросили помощи? Согласился. Не потребовал истребить гремлинов, тихо-мирно живущих в своей деревне? Не потребовал. Что ещё надо сделать, чтобы впредь не было вопросы про мной сказанное «интересно»? Прилюдно извиниться за несдержанность перед Кернисс? Что ж, — прочистил я горло, — с именем Арката, при свидетелях, я признаю, что был не прав, высказывая всё правильно сделавшей тёмной эльфийке, всего лишь хотевшей спасти собрата, неуместное негодова…

— Не надо лорд, я всё понял. Впредь такое не повторится, гадар сиб. Давайте вернёмся к тому, что обсуждали до совершённой мною глупости.

— Нет надо! — прорычал я. — Вы реально подумали, что я хочу не сопротивляющихся я орков отправить на арену? Серьёзно?! Не ожидал, честное слово не ожидал. И от кого? От самых близких. Хотите знать, насколько мне надоел эта тема? Полностью! Я конкретно в непонятках, почему каждый раз нужно доказывать, что я не против тех, кто примет наши ценности и захочет поучаствовать в создании полноценной Империи.

«Не так уж и давно мы не против, если уж совсем честно, Старший».

Зато сразу решительно и бесповоротно. Если транс-квест будет точно таким же, как два предыдущих, нам понадобятся все возможные силы, а времени на раскачку нет.

— Гремлины безобидны, — прикрыв глаза, произнёс Ордрин, обменявшись с Ирсиндом страхом в бородах. — Они не представляют никакой опасности, только разве что для самих себя, музир шаб. Я думаю, нам нет смысла с ними воевать.

— Но и переселять в столицу тоже не стоит, — сказал инженер. — Боюсь, это ещё больше укрепит в своей правоте недовольных.

— Поясни, — попросил я.

— Не все в Баг-Дааде согласны на озеленение Навирдаката и Сад фей рядом. Примерно треть считает, что лучший вариант — крики, оры, марши вокруг Замка, сопротивление органам власти, уголовная ответственность за подстрекательство к бунту, несколько лет в тюрьме и прочая романтика. И настроены они очень решительно.

— Понятно, — недовольно протянул я. — Собрание окончено, я в Баг-Даад, а следом в Молот. Кто захочет, может сразу двигаться к боевым действиям. Если здесь дел больше не осталось.

Стоило нам с Асом взлететь, как мне поступил звонок. Что характерно, по видеосвязи и от Кабрихута. Даже интересно, с чего такая недешёвая честь, благо фильтров и фонов, чтобы скрыть своё текущее местонахождение, премиум-аккаунт представлял с лихвой.

— Приветствую, какое бы время дня у тебя не было бы, — сходу начал Кабрихут, стоило мне принять вызов.

Выглядел он как самый типичный гном — чёрные волосы, густая чёрная борода. Если бы не карие глаза, можно было бы подумать, что мы с ним братья.

— Ты предусмотрителен, — продолжил игрок, — поэтому я предлагаю контракт типа 8В. Надуть друг друга в этом случае нам помешает независимый искин, а если уж мы всё же как то сделаем это, он самостоятельно проведёт расследование и накажет виновного неслабыми штрафными санкциями. Так что?

— Ты врываешься в эфир, сходу предлагаешь неизученный мной вариант, угрожаешь санкциями и мгновенно требуешь ответа, — бесстрастно перечислил я. — Вроде ничего не забыл. Ты уверен, что именно так следует проводить важные сделки?

— Так и знал, что нарвусь на поверхностного малолетку, — вместо ответа сказал Кабрихут, плохо сыграв отвращение.

— Смею предположить, что по количеству оборотов вокруг солнца, пройденных Землёй с момента моего рождения, я всё же старше тебя буду, — подбирая слова, произнёс я.

— Ты всегда так странно говоришь?

— Только тогда, когда не хочу, чтобы мои слова можно было вывернуть наизнанку и признать ложью. Но если так не хочется связываться с мнимым малолеткой, можешь не связываться. Я не получу протез для своего дроу, ты — информацию. До свидания, — широко улыбнулся я и нажал на завершение вызова.

Меньше минуты спустя вызов повторила. Отказываться от него я не стал.

— Хорошо, давай как взрослые люди, — сходу предложил Кабрихут. — Контракт 8В лучший вариант при разном типе услуг. В нашем случае материальном с моей стороны и информационном с твоей. По приоритетности ты выше, поэтому сначала я прихожу со своим мастером, он снимает все необходимые мерки, делает протез, я передаю его тебе и только после этого мне становится доступна твоя инфа. Более подробно всё можно изучить в специальном разделе.

— Дай мне пару часов и я скажу, готов ли на такое, — с минуту подумав, предложил я. — Очень не хочется, знаешь ли, потерять Замок из-за собственной глупости.

— Хорошо, — согласился игрок, — два часа это три недели, потерпеть можно. Но у меня ещё один вопрос.

— Давай.

— Ты ведь организовывал конкурс на медали, верно?

— Верно.

Отрицать глупо. Все крафтовые конкурсы записаны в специальном разделе форума, это далеко не секретно.

— И выиграла его Шарб’Алисс Мургиррит, так?

— Так. К чему ты клонишь?

— Ты ведь написал ей и ждёшь ответа, так? И не понимаешь, почему она не отвечает, верно?

— Я умею ждать. И всё ещё не понимаю, к чему эти расспросы.

— Всего лишь к тому, что Шарба — моя жена, Алиса. Она жива, но не до конца здорова. Сейчас она в больнице, возможности общаться с кем-либо не имеет и просила меня найти некого Ярогрейва. А тут вон оно что.

— Воистину тесен мир, — пробормотал я. — Может, ты ещё и абсолютно рандомного Орма знаешь?

— Прям совсем близко — нет, — ответил Кабрихут, — но на контракте он у меня сидит. Через пару дней приедет со своих предновогодних соревнований и всем, кому должен, ответит.

— Соревнований, — протянул я. — Лыжник?

— Даже не фигурист, — без тени улыбки ответил собеседник. — Гонки на собачьих упряжках. Заслуженный мастер спорта, на секундочку.

— Чудны дела твои, Камнерожденный.

— Воистину.

— Я свяжусь с тобой, как только изучу этот контракт 8В.

— Буду ждать. И надеяться.

— Авиакомпания «АсЭйрлайнс» сообщает пассажирам о прибытии к месту промежуточного назначения, — отвлёк меня от чертежа своим рычащим басом дракон.

Мне ничего не оставалось, как свернуть набросок будущего Храма и десяток секунд любоваться столицей с высоты снижающегося дракона. Буквально пара дней — и Стена в самом деле будет готова принимать врага. Почти вся кладка сложена, ров прокопан, как и отводное русло реки, последнее выложено тем же серым камнем, чтобы не размывалось. Прямо сейчас докладывались три последние башни, на десять, одиннадцать и двенадцать часов соответственно, а в ров вкапывались каменные колья, для пущего устрашения. В этой связи Храм становился намного актуальнее, ритуал магической защиты без Нагиша не проведёшь.

А вот меня, похоже, провели, да не кто-нибудь, а сам Аркат. Впрочем, с его стороны всё вышло так, как он и сказал — Храм я могу построить какой захочу чуть ли не на бесконечное количество очков чертёжника, хотя по прикидкам мне и двухсот пятидесяти, максимум трёхсот, за глаза и за бороду. Другое дело, что построить его весь сразу в начерченном виде физически не получится, только частями и исключительно путешествуя по очередной квестовой цепочке. Беспредел во всём своём великолепии, только вот пожаловаться на него решительно некому, да и было бы глупо думать, что Система даст мне вот так просто даст считерить на ровном месте, так что буду легализовывать Храм постепенно, на первом этапе всего лишь сделав набросок наброска. Хотел бы я сразу чертить, но первый же квест безжалостно обваливает подобное начинание:

Получена цепочка квестов «Архитектурная громада»

Постройте храм Арката

Награда: храм Арката

Получено первое задание цепочки «Архитектурная громада» «Свежий взгляд»

Зарегистрируйте в Гильдии Архитекторов новый стиль для храма Арката

Награда: следующее задание цепочки

Вначале, когда я это увидел, я реально едва не свалился с Аса от липкого страха, мгновенно выпорхнувшего из меня. Секунд двадцать я предавался панике, пока не сумел взять себя в руки и начать думать трезво. По факту, прямо сейчас всё сводится к одной простой задаче: попасть в любой город. Там и Гильдия Архитекторов возможно будет, в которой ещё и чертёж дятловой фермы можно толкнуть, и магическая академия для Ергрида, а если это будет упоминаемый Крогшимом Грауберк, что на западе в трёх с половиной днях пути, заодно и про необычного Стража спрошу. У меня ведь задание на него почти неделю висит, надо выполнять. Что же касается нового стиля, так он, по сути, у нас уже есть, та самая дятловая ферма в помощь. От неё и будем отталкиваться, тем более, его ранние признаки есть много где, начиная от здания Гильдии Охотников, к примеру. На это, в случае чего, и будем напирать.

Получен квест «Бюрократичность»

Найдите стаутаригера

Ничего себе. Я же вроде бы всех, кого надо было, по Бюрократии собрал. Откуда вообще взялся этот «стаутаригера»? Что это в принципе такое? Точка задания находится недалеко от адвокатской, слетать туда не проблема, но всё равно странно это.

Приземлился Ас точно в центр пустыря, на котором в скором времени будет Навирдакат. По крайней мере, я сильно надеюсь, что будет. Вон оно препятствие, в количестве десятков двух уже спешит сюда. Ну-с, послушаем, что нам скажут непонятно с чем несогласные гномы.

— Я Пармагд, лорд, — сказал один из толпы подошедших, по внешнему виду самый обычный рабочий. — Скажите, вы правда хотите добавить в священное место различную зелень?

— Именно так, — ответил я.

— И фей вы тоже хотите переселить в него, верно?

— Верно.

— А знает об этом Аркат? — прикрыв глаза, с заметным напряжением на бороде задал, видимо, свой главный вопрос рабочий.

— Вы можете спросить у него сами, — вместо ответа сказал я. — Тогда отпадут любые вопросы.

— Мы не сможем спросить Отца, лорд, — с укором сказала средних лет гнома с младенцем за спиной в специальной… сумке? торбе? рюкзачке?

— Да, у нас нет Храма, — крикнул кто-то из толпы юношеским голосом. — Вы это прекрасно знаете.

— Вы правы, у нас нет Храма, — не стал я отрицать очевидную вещь. — Но у нас есть Рунный круг, который так же может дать ответы на простые вопросы.

— Точно, ор’нгад Кернисс только что была у него, что-то делала с каким-то ростком, вокруг него даже зелёное свечение мигало, — произнёс задумчиво новый голос, на этот раз женский.

— Мы прямо сейчас сходим и туда, — решительно заявил Пармагд. — Если Отец слышит родственную дроу, то нас услышит точно.

Гномы развернулись и через юго-западную треть холма пошли к месту будущего Храма, в восьмой внешний сектор, к самой круговой улице. Там, собственно, кроме Круга, пока ничего толком не было, отличное место, чтобы поставить главный Храм будущей Империи.

— Лорд, тебе тоже кажется, что бунт какой-то не такой? — тихо спросил Ас, едва «протестующие» отошли метров на десять. — Как-то всё уж очень мирно, с вопросами и поиском ответом. Они точно недовольны Садом фей в Баг-Дааде?

— По опросу — да, — ответил я, просматривая бюрократическую вкладку интерфейса. — Примерно треть опрошенных сказали нет феям в столице. Только ведут эти несогласные себя так, будто не было этого «нет», а их просто немного не так поняли. И это в самом деле настораживает.

— Пойдём за ними? Посмотрим, что они будут делать, может, что-нибудь станет яснее.

— Сидеть вокруг Круга они будут и смотреть в его центр в надежде на ответ. Какого-либо ещё функционала у Круга нет, даже разговаривать рядом с ним не рекомендуется, во избежание, так сказать. Проще остаться здесь, сами придут.

— Ну хорошо, — вздохнул Ас. — Если что — буди меня. Мало ли вдруг не проснусь к началу действа.

Пожав плечами, я сел прямо на землю и развернул вкладку с Храмом. Хочешь или нет, а макет создавать всё равно надо.

Минут через сорок багдаадцы по одиночке и мелкими группками стали приходить обратно, давая мне возможность точно подсчитать их количество. Пятьдесят четыре «недовольных», в том числе шестеро совсем детей, явно пришедших «за компанию», либо просто прибившихся к взрослым. На бородах мужчин чётко читалась растерянность вместе с решимостью, сменяющих друг друга каждые три-четыре секунды, женщины, в связи с отсутствием лицевой растительности, вели себя намного сдержаннее.

— Это даже хорошо, что Аркат знает и одобряет, — без вступления начал Пармагд. — Только вот одним парком, лорд, вы не отделаетесь, мы вам не дадим. Закрывать от нас фей… С чего вы вообще взяли, что их надо от нас закрывать? Мы ничего плохого им не сделаем.

— Значит, против озеленения Навирдаката вы не выступаете? — уточнил я главную вещь.

— Не выступаем и не будем, дураков среди нас нет, — ответила гнома с младенцем за спиной. — Мой сын, узнав, что я высказалась против, даже уговаривал меня поменять решение, на что я решительно разъяснила все его заблуждения в отношении нас и нашей позиции конкретно по феям и по зелени вообще.

— Что-то я запутался, лорд, — подал голос дракон, не разворачиваюсь из позы сна. — Похоже, нам хотят сказать, что рассаживать траву по парку мы можем в любых качествах и количествах. К чему тогда весь этот странный бунт?

— Нет никакого бунта, лауграс, — слегка приподняв бровь, сказала гнома. — Нам нужно было обратить на себя внимания лорда, мы добились этого. Мы просим лишь одного — не останавливаться лишь на парке. В городе уже сейчас достаточно мест для деревьев, так давайте им займём. У нас уже есть варианты для Круглой площади и жилых кварталов.

— Скажи мне кто-нибудь, что гномы добровольно захотят посадить травы — никогда бы не поверил, — пробормотал я. — Сами, без чьей-либо подсказки, устроив, по сути, саботаж, ещё и Отца в известность поставив. В пору задуматься, а гномы ли это.

— Нам нужно было донести свою позицию, лорд, — твёрдо произнёс Пармагд. — Если вы считаете это саботажем — ваше право, но мы будем спорить.

— Откуда вообще взялась эта необъяснимая любовь к деревьям? — быстро спросил я, желая уйти от опасной темы.

— И вовсе не необъяснимая, — хмыкнула гнома. Все остальные согласно покивали. — Облачное небо над головой, лес вокруг — мы слишком долго уже живём здесь, чтобы не привыкнуть. И даже больше. Мой сын говорит, что среди растительности гораздо комфортнее, чем под открытым небом. И я склонна ему верить.

— Прошу прощения, а ваш сын…

— Гараугард, один из охотников Гильдии. Из леса его не вытащишь даже на дочь посмотреть, — с укоризной добавила гнома невольно поправляя сумку с младенцем.

— И мы будем требовать как зелень вокруг, так и древесину в строительстве, — вновь взял слово Пармагд. — Мы готовы любым способом добиваться этого, даже реально саботируя жизнь Баг-Даада. Нам даже пиво не так важно…

— Ну это ты уже дал лишку, — перебили его из толпы. — Пиво нам всё ещё важно, но гораздо лучше, когда к пиву прилагается шум листвы и пение птичек, лорд. Как-то спокойнее, что ли, сразу становится.

Похоже, вовремя я подсуетился с новой ипостасью Арката. Мои гномы-то уже далеко не те суровые бородачи, что предпочитают из своих подгорных городов лишний раз на свет не высовываться, они в чём-то сильно похожи на меня и готовы разделять мои новые ценности. Это очень неожиданно, сильно приятно и настораживает. Вопрос о том, как бы всё повернулось, не закинь Камнерожденный меня именно в эту локацию, встаёт как никогда актуально. Впрочем, ответ на него я и так знаю, пусть и приблизительно. Разумеется, можно порадоваться, что всё само бежит в руки вообще без каких-либо усилий, а можно сесть, вспомнить прошедшие почти четыре недели, ужаснуться пройденному пути, понять, что толком ещё ничего и не пройдено, и спрятаться в работу дальше, ибо враги не дремлют, а один и вовсе уже пробует Королевство на клык.

— Знаете что? Оформите все свои предложения в нормальном виде, если сможете, и подайте их бургомистру Гдитсирду, а заодно и новой дриаде, Непритии, жене Ирсинда. Теперь она будет заниматься всеми вопросами озеленения государства, с ней вам и работать.

— Хорошо, лорд, мы попробуем, — сказала гнома. — Так что с феями?

— А что с феями? — не понял я. — Разве с ними что-то не так?

— Ирсинд сказал нам, что они будут жить в самом дальнем углу парка, — пояснил Пармагд. — Нам это непонятно. Вы думаете, мы им как-то навредим?

— А вы хотите им навредить?

— Мы вовсе не идиоты, лорд, — сказал, выйдя вперёд, новый участник диалога.

Его руки явно были испачканы в земле и он совершенно не скрывал этого. Я совершенно точно видел его в сельхозпоселении.

— Даббар, лорд, — представился сельхозпоселенец. — Мы три недели проводим бок о бок с феями и успели оценить их и как работников, и как гномов. Они ничем не отличаются от нас, работают наравне со всеми, не выпячиваются, не требуют снисхождений, без указки кинулись защищали посевы от ливня, не дав ни одному колоску пострадать. Ну а то, что с крыльями и колдуют всякого разного, можно и простить при таких-то достоинствах.

«Говорит так, будто нас где-то подслушал. Мы ведь точно так же в своё время отзывались о феях».

— Так почему вы прячете их от нас, лорд? Чего вы боитесь?

— Дело не в страхе, — ответил я, поймав себя на мысли, что уйти в оправдание совсем не хочется. — Дело в самих феях, в их особенности появления в Асхане. Вы знаете, что они рождаются из специальных цветов и все как одна девочки?

Большинство гномов растерянно покачало головами, лишь пятеро утвердительно кивнули, в том числе и мать охотника.

— Но это не всё, — продолжил я. — Для рождения в цвете жизни так же необходим покой и безмятежность в понимании Природы. Никто не должен тревожить цветы фей и ступать на территорию Сада во время рождения феи, иначе цветок погибнет навсегда. С тем учётом, что какого-либо выверенного срока в рождении феи нет, приходить в Сад нельзя всегда. Даже эльфы, родственные феям существа Природы, не рискуют тревожить покой и безмятежность без весомых оснований вроде угрозы уничтожения Сада. Нужно ли говорить о воздействии на Сад неприродных созданий?

— Неминуемая гибель, — произнёс Пармагд. — И даже незнание никак не оправдает того, по чьей вине погибнет Сад. Пожалуй, в этих обстоятельствах дальний угол парка и в самом деле лучшее место для фей. Мы расскажем всем, чего лучше не делать, чтобы феи оставались жить с нами. Но про озеленение города тоже не забывайте, лорд.

— У меня просто не будет шанса забыть, — усмехнулся я. — Когда жители столицы сами будут заняты её благоустройством, у эйдена просто не хватит наглости постепенно спустить всё в отвал.

— Заняты её благоустройством? — переспросила гнома с младенцем. — Я всё верно услышала?

— Полностью, — подтвердил я. — Надеюсь, ни у кого нет заблуждений, что всё делается по волшебству, без малейших усилий со стороны? В деле благоустройства всё точно так же, красивая ваза или скамья сама себя не сделает. Не говоря уже про мозаики и барельефы на домах. А если надо будет увековечить в камне чей-либо подвиг? Я в этом случае предпочту своё, родное, а вы?

— Неужели Говорящие с камнем не в состоянии наделать красивых ваз? — недоуменно спросила гнома. — Мне казалось, они мастера в этом.

— Их вазы получатся голыми, гладкими, без единого украшения, — вместо меня ответил Пармагд. — Ни тебе цветочков-лепесточков, ни зверей, ни даже герба Королевства или поучительных символов. Как-то мало удовольствия смотреть на ряд одинаковых, пусть и идеальных ваз.

— Ты много видел у нас резчиков по камню? — с лёгкой ехидцей спросил Даббар. — Даже одного хотя бы видел?

— Это всё дело наживное, — вздохнув, понимая, что гном прав, сказал я. — Если вообще ничего не делать, никто и не появится. Для начала надо составить план благоустройства Баг-Даада, а уже от него копать. Ничто не делается разговорами.

На лицах гномов поселилась задумчивость. Никто не стал ничего говорить, все пошли к Жилому кварталу, наверняка обдумывать явное предложение и, хочется надеяться, искать не такие уж и скрытые.

«А не зря мы всё-таки лидерство развивали, Старший. Вот как все не захотели спорить с последним утверждением, хотя его ошибочность более чем очевидна».

Будь уверен, Ярик, они это знают. Так же как и сложенный в слова конкретный смысл. Ну а если найдёшь нам хоть кого-то, кто одной лишь силой разговоров сможет создать самый простой железный нож — выполню любое желание.

«Обещаешь? Вот прям любое-любое?»

В разумных пределах, естественно. Откровенный треш загадывать не надо.

«Ну что ж, тогда моё желание найти гравировщика-Грандмастера и нанести на голову нашего будущего молота наш герб. Можешь уже начинать искать».

Ты уже нашёл «кого-то»? Так быстро?

«Сауальдиси, квартал Аль-Угадау, дом со скворцами на оконных рамах. Там он живёт».

Откуда ты…

«Просто умею запоминать ту информацию, что ты пролистываешь со скоростью влюблённого аиста. Я тебе такого ещё много могу рассказать, там список из тридцати трёх позиций таких вот странных умельцев. И раз уж мы в Баг-Дааде, сделай одолжение, сходи проверь, как там машиностроительное приобретение живёт».

Нет, ты серьёзно думаешь, что я не проверю твои слова?

«Да проверяй сколько влезет, интернет в помощь. Можешь даже лично слетать в этот Сауальдиси, где бы он ни находился. Но это уж если совсем-совсем делать нечего будет, лет так через пять-шесть, не раньше».

Умеешь ты уговаривать, Ярик. Герб на молоте, так герб на молоте. Первый же Грандмастер исполнит твоё желание целиком и по самое не балуйся.

— Лорд, я прошу прощения, — неожиданно вывел меня из задумчивости голос Даббара, — раз уж вы в Баг-Дааде, не могли бы вы проблему дож…

Его намечавшуюся, судя по бороде, длинную речь прервала капля, упавшая прямо на нос. Картинно так упавшая, показательно, после чего капли закапали раз в пять-шесть секунд. И все были достаточно крупные. Кажется, дождь собирается.

— Вот об этом я и хотел сказать, — будто и не обратив внимания на эту каплю, продолжил гном. — Если дожди будут идти часто с той же силой, что и в прошлый раз, все посевы просто затопит, феи не будут успевать отводить воду от полей. Они и так до конца в себя не пришли, а тут, похоже, новая напасть.

— Так, и что ты предлагаешь? — деловито спросил я.

— Ничего, лорд, — спокойно ответил земледелец. — Моё дело лишь узнать, будете ли вы что-нибудь с этим делать?

— Тебя Крошин послал? — догадался я.

— Точно так, лорд, — кивнул Даббар. — Он передаёт весь ужас сложившейся ситуации и не хочет пойти под суд из-за крайне не вовремя разгулявшейся природы. Ну и ставит вас, лорд, в известность, чтобы потом не было недоразумений.

— И просит о помощи, хотя явно её и не выражает, — задумчиво пробормотал я. — Знаешь что? Скажи гретту, что он может по всему периметру полей выкопать неширокие и неглубокие канавки с общим наклоном к реке, в которых будет собираться лишняя вода. Это должно помочь. К этой работе он может через Гома привлечь землекопную команду.

— Я передам, лорд, — кивнул как можно ниже гном, стараясь скрыть появившуюся посреди густой, но короткой светло-коричневой бороды улыбку. — Спасибо за помощь.

— Интересное решение, лорд, — прокомментировал Ас, едва земледелец скрылся среди домов Жилого квартала.

— Лишь бы сельхозпоселениию удалось пережить этот удар стихии без потерь, — процедил я, кивнув на местами антрацитово-чёрные тучи, медленно и грузно плывущие по небу.

— Да ну, сейчас дождя не будет, до сих пор слишком тепло, воздух удержит воду и не даст ей упасть, — раскрыл неожиданные метеорологические познания питомец.

— Тяф! Тяф! — вторили ему Огель и Пактиквул, неизвестно когда появившиеся в столице.

— Но всё же отвод воды не помешает. Не этот, так следующий дождь вполне способен доставить проблем.

— С этим никто и не спорит, лорд, — вздохнул Ас. — В отличии от всего остального. Вот почему ты…

— Подожди минутку, — перебил я уже готового читать очередные нотации дракона. — Надо поговорить с Ирсиндом.

«Да, лорд, я слушаю».

«Скажи, друг, те гномы, что копали ров вокруг Стены и отводное русло реки уже приписаны к инженерам?»

«Разумеется. Пусть у нас пока нет отдельного здания, но сама служба вполне функционирует и уже занимается работой».

«Просто отлично. Не придётся искать обходные пути, всё можно сделать напрямую».

«Это ты у чему вообще?»

«Есть им работа по профилю, надо выкопать дренаж в сельхозпоселении, за день должны справиться. Но бюрократия, будь она не ладна».

«Так пусть оформят через твоего секретаря и не пылят. Ну а там уж построим домик, наладим связи, создадим структуры, укрепим доверие… хм-м-м… в общем, ни один демон не придерётся. Но только если работа реально на один день».

«А что такое? Они не смогут выкопать пару канавок за пару суток?»

«Да не о том я. С началом новой недели они уйдут на земельные работы к тоннелю, дня на три, максимум четыре».

«Ты же говорил, тоннель к концу неделю всё. Неожиданные обстоятельства?»

«С самим тоннелем всё отлично, пусть демон злится, он будет готов в свой срок. Но земельные работы надо провести, без этого никак».

«Хорошо, если так. Не думаю, что дренаж займёт больше дня. Ну а если вдруг кому-то захочется ещё что-то вскопать в том же месте, не даст контракт».

«Всё же бюрократия в умелых руках сильная вещь, лорд».

— Можешь начинать, — отключив связь, повернулся я к Асу. — Что ты там хотел спросить или сказать?

— Вот что ты за гном такой, лорд? Весь настрой сбил и даже не извинился. Я, может, отчитать тебя хотел за непоследовательное поведение, а тебе, видите ли, переговорить надо.

— Ну прости, — покаялся я, — реально надо было до конца решить вопрос. Дело государственной важности.

— Дело государственной важности, — передразнил меня дракон. — Ладно, меньше пустого трёпа, больше сути. Вот скажи, лорд, почему сейчас ты ни на кого не кричал и никому не угрожал?

— Не понял, — честно признался я. — Почему я должен был кому-то угрожать?

— Для того дроу ты без вопросов нашёл причину, да и горный лопату уже почти ощутил на своей шее. Про своих я вообще молчу, с ними ты разошёлся совсем не по делу, да ещё и слова-то какие выдумал. Полуподломанным переподвыподвертом, это ж надо.

— Да, ты прав, на своих срываться не стоило, — покаялся я, снова опускаясь на землю. — Не заслужили они такого. Только я должен подвергаться гонениям по признаку прошлых ошибок, только я.

— Это сарказм такой, что ли? — настороженно спросил Ас. — Если так, то для него не самое удачное время. Ты виноват, лорд, и ты это прекрасно знаешь.

— Нет, не знаю, — отрезал я. — Теперь не знают и они. Надеюсь, после этого прецедента они станут вести себя осторожнее и не выводить меня неосторожными фразами.

— Можно было как-то помягче себя в тот момент повести, — упрекнул Ас, больше не делая попыток как-то пристыдить за сам факт срыва. — Хотя бы не так громко кричать и не брызгать слюной.

— Можно было, — вздохнул я, — и в этом я виноват, признаю. Но не обещаю, что такое не повторится впредь. Иногда бывает очень трудно сдержать свою берсеркерскую составляющую, а когда она резко берёт на себя управление, делать этого я тем более не буду. Жизнь, знаешь ли дороже.

— И всем вокруг приходится терпеть орущего бородатого мужика с фиолетовыми глазами, насылающего страх, — пробормотал дракон. — Про дроу и горного что скажешь?

— Дроу угрожал тебе в моём присутствии вообще-то, — напомнил я. — Не знаю, на что он рассчитывал, но терпеть такое я не желаю, можешь именно так и запомнить. Горный же изначально повёл себя хозяином положения, не являясь им никаким образом. Пришлось напомнить, что это он пришёл за помощью, а не его заставили её принять. Всё?

— Нет, не всё. Ты должен понять, что вести себя так с возможными союзниками нельзя. Ладно создания попроще и послабее, они просто испугаются нашей мощи и не станут высказывать претензий. Но с равными так точно нельзя, не поймут.

— Равные тоже не дураки, вести себя как последний шарахх точно не будут, — хмыкнул я. — На то они и равные, что им так же нужны будут союзники, как и нам. Да и «попроще и послабее» тоже рано или поздно станут сильными и захотят поквитаться за неоправданное пренебрежение к себе.

— Но если ты всё понимаешь, лорд, зачем ты себя так ведёшь?

— Как? — изобразил я глубочайшее непонимание. — Как с Прассивом? Считаешь, что не нужно было давать ему основать клан? Или как с Барауэлем? Думаешь, станет шантажировать ячменём? Тебе не угодишь, знаешь ли.

— Не мне угождать надо, — дёрнул хвостом Ас, — лучше сходи к кузнецам да машинистам, узнай, чем они дышат. Заодно и с новым приобретением познакомься, с тебя не убудет.

— Да вы сговорились все, — пробормотал я, но тем не менее встал и пошёл к Мастерским. С машиностроителем и в самом деле нужно налаживать контакт.

У металлургически-машиностроительного комплекса с прошлого раза изменилось мало. Единственное, что добавилось — стройка первого из девяти этапов Мастерской Боевых Машин, как оно теперь гордо будет называться. Эта стройка решала сразу две проблемы: и создание стратегического производства, и организация работы для строителей Стены. Всё же для Бастиона сельхозпоселения так много строителей не нужно, а безработица плохо сказывается на экономике государства, особенно совсем явная. Так что Мастерская, а потом ещё и Храм пришлись очень кстати. Хотя, по факту, её первый этап больше перестройка, ну да это мелочи жизни.

Все машинные специалисты нашлись в Кузнице, смотрели за работой кузнецов. Впрочем, что интересно, смотрели только гномы, выходцы из Университета, а вот человек, своим гладким подбородком максимально дисгармонично смотревшийся в компании бородачей, активно помогал Дибдаду, кузнецу-гражданщику, в выковке, судя по виду, кочерги. На гномов-машинистов при этом косо никто не смотрел. Ну не могут они в обработку металлов, зато у них свои таланты есть, которых те же кузнецы лишены. Это только в стереотипных представлениях абсолютно все гномы день и ночь крутятся вокруг наковален с молотами наперевес, реальность далеко не так глупа.

Человек, едва завидев меня, поклонился Дибдабу, обозначая завершение работы, покраснел, побледнел и пошёл ко мне. В паре шагов остановился, расширенными от удивления глазами смотря мне в ноги. Огель и Пактиквул прокомментировали это громкими ехидными тявками, давая понять, что ничего необычного в себе не видят. Человек шумно сглотнул, протёр руки о не самый чистый кузнечный фартук и протянул мне правую для знакомства. Я пожал плечами и протянул руку в ответ, видимо, заставив тем самым вскинуться со своих мест гномов-машинистов и приветствовать меня нашим способом — бухнув правый кулак к левой груди. Человек покраснел ещё сильнее, после чего цвет его кожи практически моментально сравнялся с молоком и он наконец представился. Брад не самое типичное для людей имя, но помня имена мечников в нашей армии, это ещё можно признать вполне адекватным.

После знакомства я показал Браду, а так же Граминду и Абдорду взятые из списка чертежи с хитринкой и пока они их изучали, ковал лопаты и попутно сравнивал «казённых» машинистов с выигрышным. Сравнение, что логично, оказалось не в пользу первых. Тот же Граминд выглядел так:

Граминд, уровень 12

Строитель боевых машин

Интеллект: выше среднего

Физические параметры: 29

Магические параметры: 16

Строительство боевых машин ll, Деревообработка ll, Алхимия l.

Абдор, хоть и вышел из Университета на неделю позже, до последней запятой располагал теми же навыками и умениями, и все последующие гномы, выходящие с машиностроительной кафедры, будут под копирку такими же. Впрочем, как таковой кафедры нет, только отделение, выпускающее, специалиста широкого профиля, как и все остальные. А вот непосредственно кафедры с условно-разными учебными программами игрок должен был создавать сам, влипая, как я например, в очередные квесты. И влипнуть придётся, если я хочу, чтобы Университет работал с полной отдачей. Обучение будет длиться дольше, зато эффективность в конечном итоге возрастёт многократно.

Брад от гномов отличался кардинально.

Брад, уровень 22

Строитель боевых машин

Интеллект: умный

Физические параметры: 26

Магические параметры: 39

Строительство боевых машин ll→lll, Деревообработка ll, Резчик по дереву ll, Кузнечество l→ll, Выжигатель ll, Вымораживатель l, Алхимия ll, Зачарование l, Магия Рун l, Малая Ритуалистика, Способный ученик

Первое, что сразу заметно при сравнении гномов и человека — изменённое при обновлении окно характеристик юнита-крафтера. У того же Ирсинда при первой нашей встрече всё было расписано полностью, сейчас же характеристики объединили в две группы и написали общим числом. По параметрам видно, что если Граминду и Абдору досчитать уровни до Брада, по физике они существенно выигрывают, а вот в магии немного, но уступают. Хотя, как немного? Десять пунктов, почти четверть, что уже существенно.

Второе и самое главное — непосредственно профессиональные навыки. У Брада мало того, что их больше, так ещё и основной с интересным замечанием. Стрелочка между уровнями означает фактическое умение делать что-либо уровнем выше без подтверждённого повышения. Чтобы избавиться от стрелочки, Браду придётся подтвердить свою квалификацию в любом свободном городе. Разумеется это будет стоить определённых денег, куда меньших, чем при непосредственном обучении, и всё же. А навык «способный ученик» в перспективе сделает его самого Наставником и тогда создание боевых машин выйдет на принципиально новый уровень. Далеко не так скоро выйдет, как хотелось бы, но и это в перспективе на бесконечно-долгую жизнь тоже хорошо.

Особенно хороши у Брама дополнительные профессиональные навыки, которых нет у гномов, а именно Выжигатель, Магия Рун и Малая Ритуалистика. Первый будет помогать с помощью узоров огнём на деревянной части усиливать боевую машину, второй эти самые узоры даст, а третий закрепит. Убойная комбинация, если всё раскачать на максимум и дополнительно полирнуть максимальным Зачарованием. А вот что такое «Вымораживатель» я пока не знал, но пару достаточно обширных статей на эту тему уже скачал, почитаю, когда дойдёт очередь.

Час кузнечества пролетел ну очень быстро. Пятую лопату я доковывал уже вне времени и под пристальными взглядами всех присутствующих. Не успел всего на две с четверть минуты, но даже из-за этого едва не загнобил себя, благо Ярик вовремя разогнал всех призраков сомнения и привёл в чувство ласковым криком. И всё это, пока машинисты рассказывали, что в принципе смогут создать каждый из десяти видов машин, были бы соответствующие материалы. На том и сошлись, список необходимого обещали составить до вечера, всё равно пока делать особо нечего.

За час с небольшим ситуация на улице не изменилась никак. Тяжёлые тучи всё так же неохотно проплывали над Баг-Даадом, крупные капли всё с той же периодичностью падали на землю, ветра, даже самого слабого, по-прежнему не наблюдалось. Ас заявил, что в таких условиях до Молота будет лететь около часа, может чуть меньше, как повезёт. Я был согласен и на это, всё равно быстрее способа перемещения у нас пока не было.

Всё время полёта я прорабатывал макет макета Храма, переставляя детали так, чтобы получить более-менее симпатичное здание и прилегающую к нему территорию. Ситуацию осложняла тотальная серая полупрозрачность деталей, которые на сером же фоне режима черчения было видно далеко не вау как. Ну и попутное чтение внутриигровой книги про алхимические ингредиенты животного происхождения тоже накладывало свой отпечаток. В итоге прочитал я только восемнадцать страниц и сделал примерный план лишь первых трёх этажей Храма из предполагаемых пяти, плюс купольная зона, плюс мастерские, плюс три зоны рядом с Храмом. В общем, работы ещё предстояло много. В том числе и по оформлению как внутри, так и снаружи. Гномы никогда художественными аскетами не были и толк в украшении общественно важных строений знали. Даже камень можно обработать десятками разных способов, не говоря уже про металл, а в нашем случае ещё и дерево будет, ну и про стекольный потенциал Кадага тоже забывать не надо. Так что этой самой работы будет много непосредственно после после постройки стен Храма, работа будет местами интересная, но крайне необходимая.

Ещё на подлёте к деревне я заметил достаточно большое количество гоблинских трупов к западу от стен, двое изломанных девичьих тел в лиственных платьях, лежащих отдельно, лужу расплавленного камня вместо восточных ворот, троих пленных огров там, удерживаемых корнями красного цвета от энта и спешно закапывающих достаточно обширную братскую могилу, и Ордрина, стоящего к нам спиной рядом со связанными орками-варгами и их волками. Шестнадцать пар всего, все, и «лошадки», и наездники лежат мордами вниз. Ас снова поделился своим зрением, обходя все запреты на это дело, поэтому я и видел всё достаточно чётко.

При подлёте чуть ближе, нас срисовал тотем и послал волну щенячьего восторга, явно показав, что деревце-то склонно считать себя женщиной. Странно, что я не понял этого в первый раз и становится понятен интерес к нему энта. И если интерес этот перерастёт во что-нибудь бесконечно полезное, я буду только рад.

Послав в ответ такую же радость, я приземлился возле тотема, тот усиленно зашелестел кроной. С момента нашей последней встречи он подрос ещё сантиметров на пятнадцать, на коре стал чётко виден узор из кружочков и коротких горизонтальных чёрточек, место слияния трёх изначальных веточек пропало, став слитным.

Меня, естественно, не могли не заметить, Седкан, Ордрин, Бурмантия и энт поспешили к тому, видимо, с отчётами. Первым, что характерно, добрался энт.

— Моё почтение, лорд гномов, — низким голосом, похожим на гудок теплохода, медленно произнёс он. — Мать Природа дала мне имя Оухуш, можешь меня так и называть, гихм-гихм. Мне доставило удовольствие это нападение, я поучаствовал в нём. Вашу Яру попытались уничтожить силой духов подобные этим страшные существа, — дёрнув корнями и почти уронив огров, добавил энт. — Они отплатили за это своими жизнями, гихм-гихм.

— Это правильный подход, это я одобряю, — кивнул я. — И всё же ты не убил их до конца.

— Главный гном по войне и защите от неё сказал, что вы будете довольны, если некоторые останутся живы, и что-то добавил про арену, гихм-гихм, — всё так же медленно разъяснил Оухуш. — А ещё они были так добры, что выкопали для своих мёртвых глубокую яму, сложили туда их всех и залили злой водой из своего котла, после чего снова засыпали землёй. За пару дней мы с Ярой разложим их на полезную почву, всем будет только хорошо от этого.

— Кроме самих мёртвых, — задумчиво добавил я, совершенно не удивляясь спокойствию энта, меланхолично рассуждающего о на самом деле жутких вещах. Энты все такие. Ну, большая их часть.

— Если позволите, лорд, я буду рассказывать всем, кто станет просыпаться в том лесу, чтобы сразу шли сюда, — величественно обведя руками-ветками вокруг себя, сказал Оухуш. — Здесь хорошо и гномы приветливые, им здесь понравится.

— А если я сейчас скажу нет, ты не станешь никому рассказывать? — прищурившись, спросил я.

— Разумеется. Вы лорд, ваше слово закон, гихм-гихм, — посмотрев на меня, как на идиота, ответил энт и повернул голову в сторону деревни: — Вы не хотите защиты этим гномам?

— Хочу, поэтому и не запрещаю. Можешь рассказывать другим энтам всё, что захочешь.

— Спасибо, лорд, — ещё медленнее протянул энт, поклонился и пошёл к ограм, не иначе как проверять работу.

— Лорд, у меня несчастье, — тут же подлетела Бурмантия, честно отстояв свою очередь. — Мы потеряли двух фей. Гоблинов было слишком много. Гном, не помню его имя, который по войне главный, сказал, что вы должны это знать.

— Да, я видел, — апатично ответил я, понимая, что весь разговор с энтов тщетно давил наползающую хтонь.

— Мы обязательно отомстим, лорд, — тут же решительно сказала фея. — Каждая из подруг будет отомщена в стократном размере. И чем скорее — тем лучше.

— А вот этого не надо, — тут же произнёс я. — Успокойся, сядь, пойми, по какой причине гоблинам удалось их достать, сделай выводы и постарайся впредь не допустить подобного. Варвары своё обязательно заплатят, но идти на них надо исключительно с холодной головой, иначе мщение может обернуться ещё большими бесполезными смертями.

— Да, вы правы, лорд, — кивнула фея, блеск решимости в глазах, тем не менее, не гася. — Варвары своё заплатят.

— Что ещё у вас тут произошло?

— Гоблины чем-то отравили трёх медведей, — грустно произнесла Бурмантия. — Мы всех спасли, все живы и здоровы, нам помог главный по медведям, не помню как его зовут. Он как-то вдруг расстроился, потом ещё расстроился и в таком виде давил гадов туда-сюда, туда-сюда, давая нам шанс провести лечение.

— Ну да, с расстройства и не такое случиться может, — понимающе кивнул я. — По себе знаю.

— Нет, лорд, вы не поняли, расстройство тут ни при чём, — поспешила пояснить фея. — Главный по медведям, не помню его имя, из одного сделался тремя, а потом все три ещё тремя. Их стало девять, и гоблины познали вкус крови и мозгов твоих товарищей.

— Как это «стало девять»? — переспросил я.

— Не знаю, лорд, — пожала плечами Бурмантия, — мне главный по медведям, не помню его имя, не сообщал, как это работает. Сейчас его снова трое.

Седкану, стоящему метрах в трёх от нас, ничего не оставалось, как развести руками, мол, как говорил один в меру упитанный, в меру воспитанный мужчина в самом расцвете сил, дело-то житейское, и уйти. Непростой нам достался медвежатник, ой непростой.

Фея тоже удалилась, и мне оставалось только выслушать доклад Ордрина, как тренькнула почта. Я уж было подумал, что это Кабрихут торопит с подписанием контракта, но нет, письмо пришло от администрации. Даже интересно, что опять случилось.

Ярогрейв.

Поздравляем вас, вы стали одним из трёх победителей конкурса на новую фракцию. Полный список наград вы можете посмотреть в Приложении 1 к этому письму. Так же сообщаем вам, что разработка вашего предложения уже начата и…

Полностью читать всю простынь я не стал, время поджимало, поэтому сразу перешёл к Приложению. От количества пунктов я буквально сел на землю. СЕМНАДЦАТЬ, КАРЛ!!! И почти все выборные, на очки, самое малое число которых — двадцать пять. Администрацию не поймут. Не удивлюсь, если перед физическим офисом «РубиКом» уже устраиваются многосоттысячные митинги и шествия. И поделом, ибо…

— О чём так резко задумался, лорд? — спросил подошедший казарег.

Говорить правду не хотелось. Во-первых, просто не поймёт и этого уже достаточно. Но просто так лорды на жопу не плюхаются, объяснение должно быть. И оно есть, даже достаточно убедительное.

— Да вот, думаю, где взять ещё десяток таких раздевятеряющихся Седканов, — всё ещё находясь под шоком от письма, хрипло ответил я. — Да даже любой Герой подойдёт, они все со своими сюрпризами.

— Значит, нужны герои, тергер акт?

— Не помешают уж точно. Только взять прямо сейчас негде.

— Есть один способ, но он тебе не понравится, гадар сиб.

С этими словами Ордрин выхватил из воздуха, как фокусник кролика из шляпы, ослепительно-белое нечто, сжал в левой ладони, после чего свет вокруг погас и стали слышны звуки капающей на каменный пол воды.

— НАЗОВИТЕСЬ!!! — прозвучал высокий, на грани писка, женский голос.

О, Камнерожденный, надеюсь, у тебя есть ответы на тысячи моих вопросов.

— Ордрин Окипкос, гадар сиб, Гвардеец Подгорного Трона, — тихо прозвучало совсем рядом.

— ТЕПЕРЬ ВТОРОЙ!!! — визгливо потребовал голос.

— Ярогрейв, — давя с каждой секундой всё больше нарастающую панику, так же тихо произнёс я. Говорить хоть сколь-нибудь громче отчего-то совсем не тянуло.

— ИДИТЕ!!!

Вспыхнул свет, освещая небольшое круглое помещение, неуловимо похожее на то, в котором пару дней назад Аастия отказывалась от дармового богатства. Шесть одинаковых дверей, расположенных по кругу с одинаковыми промежутками на серых каменных стенах, странная система слива непонятно откуда берущейся воды в виде хаотично налепленных на промежутки желобков, идеально гладкий чёрный потолок из чего-то наподобие стекла, покрытый густым слоем мха пол. Где мы вообще оказались???

— Это мой личный путь Героя, лорд, — то ли прочитав мои мысли, то ли прочитав вопрос на лице, отозвался казарег. — Пройдя его до концы, я стану Героем. Как ты и просил, тергер акт.

— Но я не просил! — запротестовал я. — Ни разу не было сказано «Ордрин, друг, давай становись Героем».

— Дороги назад всё равно нет, — меланхолично ответил гном. — Как прежде уже ничего не будет.

— А поподробнее? — попросил я.

— Выбирай дверь, лорд, — вместо ответа произнёс казарег. — Если за ней не окажется постамента с белой чашей, гадар сиб, у нас будет бесконечное количество времени, чтобы всё обсудить.

— Тяф! Тяф! — неожиданно раздалось снизу, заставив меня опустить голову.

Огель и Пактиквул, как ни в чём не бывало, сидели возле моих ног и как будто ждали предстоящего действа.

— И почему я не удивлён, дубуб иг, — пробормотал Ордрин.

— И какую дверь выбрать? — ни к кому не обращаясь, спросил я, уже готовый идти в ту, что напротив, но лисята решили по-другому, убежав в первую левую от неё. Пришлось идти за ними.

Никакой чаши на постаменте здесь не оказалось. Узкое горное ущелье, метров пять в ширину, с отвесными высоченными стенами без единого выступа и, как кажется бесконечный, пусть и плавный подъём, скрывающий своё окончание в тумане. Похоже, снова, как и на первом этапе перерождения Аси, придётся много ходить. Кстати, о любимой.

— Аастия в деревне была?

— Тебя сейчас именно это волнует, казданар сегат?

— Меня всегда волнует, что с ней. Я не видел её в деревне.

— Сомневаюсь, что даже драконы могут смотреть сквозь крыши и стены, музир шаб, — хмыкнул Ордрин. — В деревне Аастия, оказывает помощь пострадавшим от нападения варваров жителям. Зидад там же, не смог остаться безразличным к судьбе родного поселения.

— А он как оказался там? — не понял я. — Пешком далековато будет.

— Он как-то сумел договориться с твоим медведем, тергер акт, тот его и привёз.

— А ты?

— А мне Шоап и Уга-убу сделали подарок в виде личного ездового варминга. Удобная животинка, арн гад, но совсем не боевая.

— И как Зидад? Сумел восстановить подвижность руки?

— Не просто сумел, а даже ещё лучше стал. Наши феи при правильной мотивации не только новое лечат, но и старое находят. Но три перелома запястья на одного Алебардиста это всё же перебор.

— Значит, бился он достойно?

— Он ещё с подземными варварами сражался всем на зависть, шактиг лу, — настороженно ответил Ордрин, явно не понимая, к чему я клоню.

— Значит, с Джитсирдом он встретился, — сделал я вывод.

— Вот ты о чём, — с облегчением протянул казарег. — Они уже успели поспорить о недостатках и преимуществах своего орудия, прямо в бою устроив состязание, гадар сиб.

— И теперь им не хватает третьего для полной картины.

— Моргенштернщика пока не видно на горизонте видимости, субин са, — развёл руками Ордрин. — А ты хочешь на их основе создать универсального бойца?

— Это бесполезная трата времени, кому как не тебе знать об этом, — вздохнул я. — А вот создать боевой Орден — всегда пожалуйста. Лишним уж точно не будет.

При слове «орден» казарег неестественно дёрнулся, будто его ударили. Он быстро взял себя в руки, но от меня ничего не укрылось. Похоже, я случайно сузил круг догадок причины нашего нахождения здесь.

— А где ты планируешь найти моргенштернщика? Для совмещённого Ордена нужны ведь все трое, гадар сиб.

— В крайнем случае поставлю здание Гильдии Наёмников, — криво улыбнувшись, ответил я. — Решу экономические вопросы — и тут же поставлю, наёмники совершенно точно будут нужны.

— Как-то мы всё не то обсуждаем, лорд, — с досадой сказал казарег. — Ни наёмники, ни варвары, ни что-либо ещё сейчас вообще значения не имеет.

— А ты куда-то спешишь? Сам же сказал, что при отсутствии чаши и постамента времени у нас бесконечное количество. Чашу я не наблюдаю.

— Хорошо, — спокойно сказал гном. — Тебя волнует экономика?

— Меня волнует Королевство в целом, — так же спокойно ответил я. — В том числе его целостность, безопасность и возможность становления Империей. Сам понимаешь, без чего всё это невозможно.

— Армия, арн гад, — кивнул казарег.

— Именно. Поэтому прямо сейчас мы будем обсуждать боеспособность конкретных её видов, а именно строевой пехоты и стрелков.

— Давай, лорд, я весь твой. С чего начнём?

— С самого главного, — помахал я указательным пальцем, — с качества.

— Тяф! Тяф! — вторили лисята.

— Вот, даже у по сути зверей представление об этом есть. Пункт первый общей программы — оружие. Конкретно — топоры и арбалеты.

— Разве мы уже не приняли решение, чем будем вооружать бойцов, тергер акт? Я, конечно, ещё не согласовывал ни с кем контракты…

— То, что уже принято, мы менять не будем. А вот для юнитов второго и последующего ранга обсудить есть что.

— Так, арн гад, я слушаю.

— Твоё предложение по амуниции гномадов хорошо на начальном этапе и слишком скудно в дальнейшем, — начал я, вооружившись этим самым предложением и несколькими, предварительно скачанными, детально описанными схемами от игроков. — Взять того же Стража строя. Его топор всего лишь будет иметь в три раза большую прочность и опять же в три раза большую атаку, а характеристики для его удержания у гнома приближаются к максимуму. Никаких дополнительных параметров этот топор не несёт, по сути, являясь конечно замасштабированным простейшим вариантом.

— А ты хочешь каждому топору дать уникальный навык?

— Я хочу, чтобы топор Стража строя отличался от топора Топорщика не только разностью характеристик, но и парой-тройкой дополнительных возможностей. Чтобы остановленный враг почувствовал, что необдуманный удар по строю обойдётся ему намного дороже, нежели он рассчитывал.

— Но зачем, казданар сегат? Стражи и так сильнее Топорщиков, куда ещё больше?

— Силы много не бывает, — поучительно ответил я. — Особенно, когда противник превосходит числом в десятки, а то и сотни раз. Тем более в битвах с бессмертными, когда не одни мы такие хитросделанные. Тем более, что война с бессмертным уже идёт.

— Хорошо, — кивнул Ордрин, — но не сделает ли такое усиление гномадов слабее наймовых воинов? Даже без специфических навыков, с убер-топором первые явно будут предпочтительнее.

— А кто сказал, что наймовым Стражам нельзя дать точно такой же топор? Так же как и гномадов научить специфическим навыкам? Всё можно, полумеры не наш путь. Да, дольше, да, сложнее, зато результат намного лучше.

— Какой тогда делать топор? Что в него закладывать, тергер акт.

— Понятия не имею, — честно ответил я. — У нас для это есть кузнецы, артефакторы и зачарователи. Пусть они подумают и сделают вариант идеального топора относительно всех условий.

— В смысле?

— В смысле гном и его товарищи рядом должны остаться живы после удара, их здоровье не должно прочесть ни на единичку, их амуниция не должна пострадать, а вот с врагом может произойти всё, что угодно, вплоть до высокотемпературного испарения.

— Понял, — кивнул Ордрин. — В самое ближайшее время модель такого топора будет разработана.

— И все промежуточные варианты меджу вариантами для Топорщиков и Стражей строя тоже, — добавил я. — Но будет ещё лучше, если для единичного бойца это будет один и тот же топор, с возможность поэтапного улучшения до убер-состояния.

— Понял, лорд. Правильно ли я понимаю, что арбалет стоит делать по этой же методике?

— Верно, но с арбалетом будет посложнее.

— Потому что там ещё и болты, дабди кув, — догадался казарег. — Но в нашем случае это вовсе не проблема, это новая возможность.

— Нет, я знал, что Гвардейцы умные ребята, но чтобы вот так схватывать на лету… Это сарказм, если что, не надо принимать близко к сердцу.

— Я и не принимаю, лорд, — тут же открестился Ордрин. — Теперь уж точно.

— Но суть ты уловил верно, даром, что только с арбалетом так и получается. Щит Топорщиков, основной доспех, шлем, сапоги, перчатки и всё прочее из защитного списка легко делается сетом и получается дополнительные параметры усиления. Вот только абсолютно все они, что с оружием, что с доспехами, завязаны на вес предмета и силу юнита. Нам хорошо, мы гномы, мы можем нести на себе больше других, особенно по сравнению с эльфами, но и у нас есть предел. Не забывайте о нём, когда будете всё продумывать.

— Не забудем, — хмыкнул гном, но тут же вернулся к серьёзному состоянию. — Это ведь и в наших интересах тоже. Перегруженный воин — мёртвый воин.

— Совершенно верно, — кивнул я, — и раз с качеством общая мысль понятна, предлагаю перейти к количеству.

— У меня сразу есть предложение, гадар сиб. Что если тот пяток Лучников, что у нас есть, вооружить костяными луками?

— Теми, что мы унесли из Дворцов вампиров, верно?

— Именно. Дарбад поделился информацией, что помимо вынесенных лично нами луков нашлось ещё двенадцать и две сотни стрел к ним.

— И как нам это должно помочь? Чем кость лучше стандартного дерева и стали?

— Точно не знаю, арн гад, костяным оружием никогда не пользовался, но слышал, что у кости есть свои, особые зачарования. А у нас как раз есть Грандмастер обработки и орки, которые с этим материалом исключительно на «ты». Почему бы не попробовать?

Ну вот и что ему ответить? С одной стороны, совершенно непонятно, как к этому нововведению отнесутся сами Лучники. Насильно заставлять желания нет никакого, так что идея вполне может накрыться толком не начавшись. С другой, люди и костяное оружие в их руках тоже не сильно вяжутся между собой и неизвестно, как будет работать. А вот с третьей, если первые два пункта сложатся удачно, получится достаточно интересный эффект неожиданности, к которому, похоже, мне теперь и остаётся стремиться.

— Попробуй, — решился я. — Не получится — значит не получится, а вот если получится…

— Сделаем, лорд, — кивнул Ордрин, едва заметно улыбаясь. — В итоге Лучники с двумя видами оружия могут неплохо так запутать врага.

— Способности к телепатии — зачёт, — пробормотал я.

— Что, тергер акт?

— Да так, не обращай внимания. Надеюсь, по Лучникам на этом всё?

— Конкретно по Лучникам — да, а вот по стрелкам нет, гадар сиб.

— Что не так?

— Лорд, ты же понимаешь, что фактически в Королевстве живёт три вида эльфов?

— Это мы ещё озеро до конца не исследовали, — хмыкнул я. — Но вообще по эльфам вполне отдаю себе отчёт. Есть сомнения?

— Не в сомнениях дело, арк дол, — мотнул головой Ордрин. — Дело в возможном желании всех этих эльфов пойти в армию.

— Ты против, да?

— Теперь это не имеет значения, гадар сиб. Я к тому, что эльфы по большей части стрелки, разве что у тёмных соотношение почти одинаковое с пехотинцами-теневиками. А стрелками удобно формировать различного рода заставы, что будут мешать врагу свободно проходить к стратегически важным точкам.

— Хорошая идея, кстати, — задумчиво произнёс я. — Как и любая другая идея, впрочем, нуждается в более тщательный проработке, но заняться ей вполне можно. Фортов не напасёшься, гарнизоны по своей сути больше хранилища войск, чем оборонительные сооружения, а вот заставы самое оно. Вот ты ими и займёшься. Казарегу и кирку в руки.

— С этого и надо было начинать, лорд, — разом погрустнел Ордрин. — Как только мы дойдём до постамента с чашей, я больше не смогу быть казарегом.

— Это в честь чего это? — не понял я.

— Это в честь того, что стану Героем, тергер верз. Гвардейцы Трона не могут занимать две должности даже секунду, не говоря уже у полноценном совмещении. Я стану Арбаном и изменить это не сможет даже Камнерожденный.

— Это из-за ауры святости, да? — догадался я.

— А лорды тоже не глупые ребята, — хмыкнул уже получается бывший казарег.

— Ты поэтому не хотел становиться Арбаном? Потому что всё равно им стал бы?

— Не будь у нас Ордена, я бы остался казарегом даже став Героем, тергер акт. Но Орден у нас есть, да ещё и в мою честь названный. У меня не было ни шанса.

— А я ведь специально для тебя взял скрепу, чтобы в обход муторных квестов Героем сделать, да ещё и сам, получается, подначил на вот это вот, — обведя ущелье взглядом, хмуро произнёс я.

— В этом нет твоей вины, лорд, — не согласился Ордрин, — ты же не знал весь богатый внутренний мир Гвардейцев Трона.

— Как говорят люди, незнание не освобождает от ответственности.

— Люди глупы, тергер верз, они ещё и не такую глупость ляпнуть могут.

— Поясни.

— Да что тут пояснять? Приехал кто-нибудь из, скажем, места, где носят носки только синего цвета, в место, где синий цвет носков под негласным запретом, тергер верз, а нигде об этом не знают и даже на месте приезда никто не сообщает. Пример полностью выдуман и аллегоричен, но понять суть, думаю, не трудно. И вот этого кого-нибудь арестовывают и судят за «не тот» цвет носков, хотя прямого закона о правомерности подобного нет, гадар сиб. По-твоему это нормально, лорд? Как по мне, глупость ещё та.

Ну да, всё предельно понятно, инакомыслие, даже если везде заявлена полная свобода слова, никто не любит, особенно сильно её не любят полностью консервативные люди, коих и в Асхане, и за его пределами всегда хватало.

— Так что с тобой будет, когда ты дойдёшь до чаши? — спросил я, не рискуя отвечать на провокационную тему. — Не в целом, а конкретно и целиком. Что-то добавится? Или что-то прибавится?

— Не знаю, лорд, — честно ответил Ордрин, поглаживая бороду. — Никто не знает. У Гвардейцев Трона всё очень индивидуально и непредсказуемо. Одно я знаю точно — тебе повезёт, что я перстану быть казарегом. Терпеть негномов в армии мне станет совсем невыносимо.

— Да уж, задал ты мне новую задачу, — пробормотал я, никак не комментируя последние слова Арбана. — Вот где я теперь найду нового казарега?

— Что значит где, казданар сегат? — спросил Ордрин. — Я что, зря по твоему приказу делал себе помощника? Вот его и ставь, всё умеет, ему только уверенности больше надо — и казарег получится наиотличнейший.

— А применить уверенность ему как раз будет куда, — понимающе протянул я. — Пожалуй, именно так и сделаю. Особенно, если ты это советуешь. Делать-то мы что сейчас сейчас будем? Просто идти к чаше?

— Теперь уже просто не получится, — качнул головой Арбан, поглаживая бороду. — Шесть дверей это шесть путей до чаши. Нам могло повезти, за дверью стоял бы постамент, на нём чаша и всё закончилось бы не начавшись. Но нам не повезло и первый путь нам не выпал. Второй тоже, на нём путь предельно короткий, сотня с малостью метров, но очень насыщенный явными врагами. Итого нам остались пути с третьего по шестой. Остаётся лишь узнать, какой наш.

— Значит, воевать тоже придётся? — предвкушающе спросил я.

— Ещё как, — кивнул гном. — Ещё и оружие в руки взять заставят, такие здесь правила.

— Пойдём тогда, — решительно заявил я. — Не будем расстраивать неприятности, они же ждут.

— Тяф! Тяф! — отозвались лисята.

— Знать бы ещё, у кого можно спросить, почему вы всегда в закрытых локациях оказываетесь вместе со мной, — грустно пробормотал я. — И ладно рядом. Как вы вообще в них попадаете — вот главный вопрос.

— А ты сам не знаешь, тергер акт?

— Откуда? Я в подобных вопросах не силён. Аастия сказала, что наша связь невероятно крепка и разорвать их может смерть, сначала моя, а потом и их. По идее, мне надо беречь что Огеля, что Пактиквула от всяких сложных ситуаций, а они сами в эти ситуации приходят и гуляют как у себя дома. Проклятое прерванное шаманство.

— Так может стоит спросить у Нарта? — предложил Арбан. — Барграш Великого Духа, пусть и бывший, должен много знать про шаманство.

— Может, и стоит, но пока почему-то я боюсь, — признался я. — Не хочется услышать что-то типа «есть один простенький ритуальчик, после которого лисятки навсегда перестанут тебя беспокоить». А они меня не беспокоят, в этом и дело. Просто хочется разобраться. Ладно, это всё лирика, пошли искать противника, попрыгать хочется до зубовного скрежета.

Шли мы долго. Настолько долго, что по ощущениям, потому что часы, как и абсолютное большинство функций интерфейса, не работали, минут тридцать однообразного пейзажа спустя я решил сам с собой договориться, что вообще сейчас произошло. Одна часть меня с пеной у рта орала, что мне опять на пустом месте ни с с этого ни с сего дали читерное усиление и что бойцы группировки «Честь» просто обязаны меня иметь во все отверстия и день и ночь за это. Другая же часть собрала все начатые и пока не законченные квестовые цепочки, постой за которые в том числе идёт время, в один комок и швырнула его в лицо первой, сопроводив отборнейшим матом за саму мысль о читерстве. Дело едва не дошло до ментальной драки, но тут, совершенно неожиданно объявилась третья часть меня и задала один простой вопрос — что игроки вообще знают о Гвардейцах Подгорного Трона? Быть может, всё происходящее вполне естественно для них и у меня просто накопилось достаточно много репутации с одним из них, что он получил возможность перейти на новый уровень своего существования. Первая и вторая части меня задумались и признали этот вариант приемлемым. Спор угас, так и не перейдя к активным боевым действиям.

Зато в ущелье стало прибавляться тел, причём именно тел — из стен, обрушивая нам под ноги куски камня, повалили зомби. Были они необычны, отличаясь от стандартных наличием двух дополнительных пар верхних конечностей и оружия в каждой из них. Вполне нормальные мечи и сабли, куски длинных железяк, копья с самыми разными наконечниками, странные цепи из прозрачного гибкого материала, хлысты — разнообразие поражало. Я попытался было активировать боевой режим и прыгнуть на ближайший труп, но иконка не нажималась, а уши наполнились визгливым неразборчивым криком.

— Возьми что-нибудь в руки, лорд, — посоветовал Ордрин, встречая первого зомби хитрым рубящим выпадом, разом лишая противника трёх кистей. — Иначе их не убить.

Не последовать совету Арбана было бы глупо, поэтому я не глядя достал какую-то железяку. С ней я смог прожать боевой режим, мир знакомо окрасился красными тонами и я прыгнул.

Бой завершился минут через двадцать нашей полной победой, пополнив мой инвентарь, и без того нуждающийся в разгрузке, сто двадцатью шестью элементами оружия, по одному на каждую пару рук странного мертвяка. Убивать их было сложно, они контролировали больше пространства перед собой, что лично для моих оказалось неудобно, к тому же «железякой» оказался кинжал, поэтому от прыжков пришлось отказаться, перейдя на танцевальное перемещение. Сработало, резкие заходы за спину и отсекание голов позволило мне записать на свой счёт семнадцать трупов из сорока двух. Одного общими усилиями загрызли лисята, остальных чётко и планомерно вырезал Ордрин, не забывая при этом собирать «Божественный откат».

Что-то ещё с трупов собрать не удалось. Возможно, что-то было в образовавшихся нишах, из которых они вышли, но беглый осмотр не принёс плодов, а ни Аса, ни Саттира рядом не было. Даже камень в стандартные меры не складывался, что было ещё обиднее.

Помня о Саттире и его проблеме, следующий поход до противника я изучал контракт 8В. Как оказалось, предлагая такое, Кабрихут в первую очередь ограничивал себя. Любой шаг за строжайшие рамки, выстраиваемые непосредственно Системой, приводили к тому, что именно он мог лишиться своего, при том что я своё получу в любом случае, иначе штраф вплоть до рерола. И тут я минут пять пытался понять, зачем игроку такие странные условия. На ум приходил только один вариант — меня пытались задобрить на максимально возможный уровень. Но зачем? В чём такая моя ценность, что нужно так стараться? Только из-за информации по Ордену? Нет, мне же лучше, Саттир получит свой протез и сможет нормально жить, но подобное заставляет задуматься.

Следующая стычка прошла точно так же, как и первая, под копирку, от появления мертвецов до их количества и вариативности оружия. Разве что в этот раз я сразу взял кинжал и не пытался прыгать, а потому всё закончилось чуточку побыстрее. Но с тем же результатом, даже по количественному распределению убийств. Наверное, меня должно было это огорчать, но что-то как-то не огорчалось. Даже не знаю почему.

До следующей стычки, оказавшейся последней в ущелье, я изучал список полученного от вампиров и варваров. Что характерно, сам список был составлен очень дотошно и включал в себя несколько сотен позиций. А всё потому, что классификация в нём шла на виду предмета и его количеству, а не по типу. Так, например, вместо записи «тумбочка деревянная, два выдвижных ящика, двенадцать штук» получилось шесть, ведь у этих двух тумбочек ручка у ящиков одна, у тех — две, а вот те с задними стенками другого материала. Одним словом, всё тщательно, но уж больно чересчур.

В итоге, этой самой мебели различных видов, форм и конфигураций вывезли почти сто тридцать единиц, прочей интерьерной утвари ещё где-то сто шестьдесят единиц, различной посуды восемьдесят единиц и одежды сто сорок единиц. Всё это пойдёт в дело, пусть и не всё по прямому назначению. Одежду, например, придётся раскроить до ткани, из неё вполне можно сшить своей, как для нужд армии, так и гражданским лицам.

Непосредственно полезных в производственном деле предметов по списку получилось намного меньше. Пряжа, нитки, свёртки ткани, слитки стали, меди, бронзы, золота и могильного железа, меры художественного камня, гранита и мрамора по семь мер, мешочки с драгоценными и полудрагоценными камнями девять штук, по пять мер специализированный древесины, гараба, напаса и зольника, три меры синего и две меры жёлтого кристаллического порошка, десять ящиков с различным стеклом разных цветов и размеров.

Еды удалось вынести совсем мало, лишь три мешка пшеницы, четыре мешка гречки, по шесть мешков ячменя и хмеля и три полных четырёхсотлитровых бочек с пивом. На бочках, судя по описанию, красовалась странная эмблема в виде парящего призрака. Некромантская пивоварня? Однако, но гномы признали это пиво нормальным, так что пить его они будут. Главное, чтобы не потребовали ещё.

«Не бойся, Старший, обязательно потребуют. И что-то мне подказывает, что найденные мешки и составляют рецепт в правильной пропорции. Дело за малым — построить пивоварню».

Как будто у нас есть выбор, Ярик. Придётся чертить пивоварню и строить её, без пива гномы быстро устроют бунт.

«Ну смотри, не обмани их ожидания. А ещё лучше сам это пиво попробуй и сделай выводы. А то мало ли».

Отдельный список составляли артефакты, намного проще, чем те, что называл Дарбад. Три жезла, один посох и даже одна трость, все под завязку заряженные магией. Что логично, тёмной. Жезлы с заклинанием «Объятья Тьмы», посох с «Воющим черепом», трость с «Дымными пчёлами». О двух последних я не слышал, но, возможно, их добавили с обновлением. Так же нашёлся целый ящик с разнообразными «волшебными палочками», мини-жезлами всего с одним зарядом против двадцати. Пользы в бою мало, сильные заклинания в них не зарядить, производить трудно, а перезарядить хлопотно и затратно по дорогим компонентам, поэтому игроки за них брались редко и то только для себя. Асхан знает лишь пару десятков игроков, которым хватило терпения пройти цепочку квестов из сорока заданий и превратить «волшебную палочку» в что-то более-менее полезное.

Так же в списке значились свитки, сорок две штуки, но все лишь второго ранга с очень простыми заклинаниями, зато все на материю. К ним же почему-то была приписана с очень интригующим названием «Обратимость превращения личей из демонов и дроу» с замечанием «открытию не поддаётся». Не знаю, издёвка ли это Системы или эта книга реально здесь была, но я её открою, чего бы мне это не стоило, пусть даже и цепочки из сорока квестов. Кажется, я начинаю понимать тех игроков с «волшебными палочками».

Из ценного и единичного значилось кольцо «Глас разума», браслеты «Скорость гепарда», браслеты «Потерянная мудрость», амулет «Милость громового раската» и трёхпредметный сет «Послевкусие сладости жизни» из сапог и пояса. Увы, судя по описаниям, мне ничего из этого надеть не суждено. Кольцо для эльфов, первые браслеты для дроу, вторые для магов, амулет для классов, предпочитающих стелс, сет для семьдесят пятого уровня. Хм, похоже, последний я смогу надеть, причём довольно скоро. Тем более, что этот сет и по стилю, и по характеристикам подходит цельнометаллическому гномьему доспеху, и добавит необходимого мне параметра — Ловкости, а так же защиты от магий Смерти и Тьмы. Решено, буду ждать уровня, там как раз немного осталось.

Ну и совсем немного оружия — те самые костяные луки и стрелы, набор из шестнадцати дротиков, рыцарский меч из небесной стали и, неожиданно, пиратская сабля с украшенной рубинами гардой. Последние два предмета явно трофейные, ну откуда у вампиров ещё возьмётся такое?

На этом вампирский список закончился и начался варварский, не такой обширный, но всё же. Самое ценное — восемь свитков телепортации с вбиваемыми координатами и возможностью взять с собой ещё кого-нибудь одного. Так же много оружия из кости, дерева и плохого железа, всего семь элементов доспехов, и те все шлемы, как один кожаные. Много непосредственной грубо выделанной кожи, слава Аркату животного происхождения. Много трав, животных субстанций и непосредственный настоев, отваров и простейших зелий. Много шаманских костяных атрибутов, некоторые из которых достаточно мощные, как-то нарукавники из медвежьего меха, березовый медальон или бубен из кожи младенцев с колотушкой из их костей. Увидев последний пункт, на мои глаза сама собой пала краснейшая пелена, я готов был рвать и метать каждого причастного к созданию этой вещи. Тут же пришло осознание, почему варвары считаются тёмной расой и под руку подвернулся первый мертвец. Голыми руками, не обращая внимания на визг, я оторвал ему голову, схватил за ноги и пошёл с такой нунчакой на остальных зомби…

— Тяф? Тяф? — прорвался сквозь черноту в глазах и странный гул в ушах вопросительный лай Огеля и Пактиквула.

— Лорд, всё закончилось, — осторожно вторил им Ордрин. — Ты в порядке? С тобой всё нормально, арк дол?

Осознал я себя сидящим рядом с разорванным пополам странным двухголовым мертвяком и кучей старых бинтов. Здесь были мумии? Не исключено, хотя в игре их до сих пор не было. Но, опять же, обновление могло всё изменить.

— Не очень, — ответил я, прислушавшись к внутренним ощущениям. — Было и лучше.

— Ну знаешь, так издеваться над бедной ходячей плотью далеко не каждый выдержит, дабди кув, — облегчённо произнёс гном, поглаживая бороду. — Право слово они не заслужили.

— Даже эти? — спросил я, указывая на две головы одного тела.

— Ой, подумаешь слегка обстреляли тебя из посохов чем-то чёрно-серым, музир шаб. Подумаешь, делали это часто и даже по виду болезненно. Неужели нельзя было потерпеть, лорд? Зачем же сразу набрасываться и превращать почти каждого из восьми в кровавую кашу?

— Иронизируешь, значит? Раньше ты за этим не был замечен.

— Что-то мне подсказывает, гадар сиб, что я теперь многое буду делать, за чем раньше не был замечен, — философски протянул Арбан. — Но сейчас важно совсем другое. Ты точно в порядке, лорд?

— Похоже, не до конца, — признал я, сделав неудачную попытку подняться.

В попытках понять, что со мной происходит, я открыл интерфейс… и, мягко говоря, был совсем не рад увиденному. Бодрость болталась на нуле и ме-е-едленно-ме-е-едленно повышалась, жизнь ярко оранжевела на границе жёлтой и красной зон, пустое окошко маны аж чернело, показывая невозможный отток маны. Видимо, именно из-за него мне и было так плохо, в глазах периодически темнело, а ноги просто не держали. Ну и после смертное состояние тоже должно было сказаться.

— Можешь рассказать, что произошло после того, как я пошёл на мертвяков с их товарищем в руках? — попросил я Ордрина.

— Тяф! Тяф! — залаяли лисята, по-собачьи прыгая вокруг меня, явно выражая восторг.

— Ну, в общем, она правы, арн гад, ты был великолепен, — начал гном, поглаживая бороду. — Тебе явно было всё равно, что оружие в твоих руках ещё пару секунд назад пыталось тебя убить, тебе точно было всё равно, что его понемногу уничтожают ему подобные, и уж на что ты откровенно кидал глину, так это количество противника. Ты один убил всех.

— Всех? — переспросил я.

— Всех, — подтвердил Арбан. — Шестьдесят три обычных для этого ущелья плоти, двадцать одну мумию и семь колдунов с чёрно-серым нечто, тергер акт. Последние сумели нанести тебе немало урона, это да, но ты всё равно сумел их всех убить. Нам осталось подобрать всё оружие и пойди бить последнего стража чаши.

— Ты знаешь, кто это будет?

— Теперь да, гадар сиб. У нас четвёртая дверь, на этом пути чашу охраняет страж с огненным уклоном. Нам не составит труда убить его, особенно твоей чудо-лопатой.

— Ну что ж, тогда пошли, — решительно сказал я, поднимаясь.

Действие почти всех дебафов, кроме тех, что касались маны, закончились, и мне стало гораздо лучше. И если между нами и выходом из этого ущелья стоял какой-то там охранник — он не стоял.

— У меня только один вопрос, лорд. Можно?

— Ну давай. Надеюсь, это не что-то типа «в чём смысл жизни»?

— Отнюдь, арн гад, — слегка улыбнулся Ордрин. — Я всего лишь хотел узнать, с чего вдруг такая ярость.

— Эти шарахховы уроды посмели сделать себе приблуду из младенцев! — рыкнул я, чувствуя, что снова зверею. Но, к счастью, далеко не так сильно, как в первый раз и сдержаться вполне получилось.

— Я честно надеялся, что об этом ты прочитаешь в более спокойной обстановке, — покаянно произнёс Ордрин.

— Уж лучше вот так, — не согласился я. — В более спокойной обстановке мог пострадать кто-нибудь случайный, мне было бы плохо, я обязательно довёл бы себя до чего-нибудь ужасного и никакой Империи точно не случилось бы. Так что лучше так, как случилось.

— Но одно я понял совершенно точно, — сказал гном, поглаживая бороду. — Ты остался тем самым гномом, которого я встретил почти месяц назад посреди леса.

— Были сомнения?

— Ещё какие, — не стал скрывать Арбан. — Одни только глаза чего стоят. Но факт того, что ты пошёл в разнос из-за приблуд из младенцев, говорит предельно чётко — ты гном и гномом будешь всегда. Ну что, пошли на стража?

— Дай мне пару минут, я соберу трофеи, — хмыкнул я. — Негоже оставлять честно отнятое непонятно кому.

Минут через пять мы вышли наконец на идеально ровную, без повышения, честь ущелья. Причём от места последнего боя до него мы шли ну максимум минуту, а всё остальное время мы быстро собирали лут. Похоже, Ордрину тоже надоела компания высоких каменных стен со своей давящей атмосферой и спёртым воздухом.

Стражем оказался обычный вроде бы гном, низкорослый и рыжебородый, но совершенно лишённый одежды и первичных половых признаков. За его спиной зеленел средней, для маговского Гиганта, высоты постамент со ступеньками и чашей. Правда, именно чашей я бы это не назвал, скорее плоское белое блюдо на высокой ножке.

Едва страж заметил нас, его руки налились огнём, а на лице отразилась решимость. Он готов был сжечь нас немедленно, окончательно и бесповоротно. Не медля, я вытащил из инвентаря лопату, предварительно проверив, что достаю именно её, вспомнил недавние ощущения, с которыми бросился на мертвеца, дождался нужной степени красноты перед глазами и со всей силы метнул шанцевый инструмент. Получилось не так удачно, как я хотел, снаряд прилетел не в голову, а в середину груди, зато прошёл насквозь, чуть-чуть не разрубив охранника чаши пополам, и застрял по рукоятку в постаменте.

— Силён, — восхищённо констатировал Ордрин.

— Тяф! Тяф! — вторили ему лисята.

— Меньше слов — больше необходимых действий, — вместо ответа процедил я. Всё же не стоило доводить себя до иступления, но тогда я вряд ли убил бы стража с первого раза. Очередная палка о двух концах.

Ордрин лишь кивнул и пошёл к чаше. Я до последнего думал, что он будет из неё пить, хотя сколько там можно выпить из тарелки? Но Арбан сумел меня удивит. Вместо того, чтобы что-то пить, он опустил в чашу голову. Целиком! Целую минуту он так стоял, жестами показывая, что с ним всё хорошо, а потом, когда всё же соизволил вытащить голову обратно, вокруг него минут пять белые вспышки устроили светопредставление в разных конфигурациях. Только после этого Ордрин спрыгнул с постамента, по пути забрав мою лопату, а в следующее мгновенье я осознал на себе ментальное прикосновение тотема. Бурмантия только-только отлетала от меня, в пределах видимости был и Седкан, и Оухуш, и игры с поводками-корнями на шеях, а Арбан стоял за спиной.

— И в самом деле не прошло ни мгновения, — поразился я. — Магия, не иначе.

— Как я и говорил, — хмыкнул Ордрин, присаживаясь рядом и отдавая мне лопату.

— Ну а теперь рассказывай в последний раз, как казарег, как прошёл бой за Железный молот и почему одна из башен их стены оказалась расплавленной.

— Ну так я же не могу совмещать две должности, — запротестовал Арбан.

— Я помню, — спокойно ответил я, — с краткосрочной памятью у меня всё неплохо. Поэтому и прошу побыть казарегом в последний раз. Ты всё равно собирал информацию, неужели так и отавишь её при себе. Не будь злюкой, тебе не идёт.

— Хорошо, гадар сиб, но только в последний раз.

— Обещаю. Рассказывай.

— Любимый, у меня горит, — в очередной напомнила Аастия своим невероятно музыкальным, но от постоянного нытья уже успевшим надоесть, голосом.

— Ну не при гномах же! — картинно возмутился я, кивая в сторону Кабидара и Нагиша. — Дождись хотя бы вечера, вернёмся в Замок и тогда…

— Да не об этом я, и ты за три десятка раз прекрасно это понял, — снова вздохнула Ася. — Я про Лошадку, а ты всё не можешь оторваться от какого-то цветочка.

— Ну не можем мы зайти, пока к лошадке не вернулся Жеребёнок, — на автомате повторил я, убирая очередную охапку ослепительно-жёлтого, от корней до лепестков, цветочка в инвентарь и на четвереньках перебираясь к следующему очагу роста. — И за три десятка раз ты это прекрасно поняла.

— Так я же именно об этом и хочу сказать, — стиснув зубы, явно от боли, пропела любимая. — Жеребёнок вернулся, и у меня стало гореть ещё сильнее.

— Так что же ты молчишь? — разом приняв вертикальное положение, спросил я. — Надо же идти, а я не могу оторваться от какого-то цветочка. Подъём! Все дружно встали и подошли к месту сбора.

Кабидар и Нагиш быстро поднялись со своего места, бросив обсуждать окады Говорящего с камнем, Велес и прибившийся к нам Драйд — со своего, прекратив медитацию, Буран, Ас и лисята выскочили из руины, отдалённо похожей на приземистую башню цилиндрического сечения. Все были в сборе.

— Я готова пропустить вас, — произнесла метровой высоты медная Лошадь. Причём это была не пони, а именно Лошадь, так назвалась статуя совы. Рядом с Лошадью сидел ворон, откликающийся на имя Жеребёнок. Тот, кто придумывал эту парочку, явно знал толк в сюрреализме. Ну или был поклонником Чарльза Доджсона, что вообще не исключает первого.

— Мы готовы пройти, — произнёс я. — Нас восемь, мы укладываемся в норму.

— А рыжие звери? — хрипло спросил латунный Жеребёнок размером со свою товарку. — Как же они.

— Если вам удастся их остановить — лорд сделает вам подарок, — вместо меня ответил Ас. — Хотите подарок?

— Проходите, — буркнул ворон, и нас буквально засосало в разворачивающийся портал с фиолетовым зевом.

Нас встретило яркое рассветное солнце, едва-едва поднявшееся над горизонтом, невысокие, максимум полутораметровые, но мощные деревца, выстроившиеся коридорами, и обилие ярко-синей травы. Контраст с закатной чащей, из которой мы попали сюда, просто потрясающий. Гномам понадобилось несколько минут, чтобы отойти от резкой перемены локации, и только после этого мы пошли вперёд, предварительно проверив, что скрывается позади. И не пожалели. В буреломе из хаотично поваленных стволов и зарослей вьюна с множеством мелких белых цветков была найдена шкатулка с набором портновских игл предэпического качества. Найду какого-нибудь ценного специалиста на шитьё — обязательно передам ему.

Стоило нашей колонне сделать шаг вперёд, как из-за дерева с правой стороны выскочил кролик, очень напоминающий ушастых из мультика про серую шейку. По крайней мере, серостью и упитанностью точно в них пошёл. Кроль смерил нас изучающим взглядом, покачал головой, прижал свои длинные уши к голове, так, что они закрывали глаза, и произнёс, смотря на Аастию:

— Зря вы сюда пришли, леди. Здесь опасно. Уходите.

Его голос слегка картавил, услышать это можно было только лишь прислушавшись, но я, проблемами со слухом в своей новой жизни никогда не страдавший, услышал. Такая вот колоритная красочка в кроличий образ.

— Какой милый и глупый зверёк, — прокомментировал ситуацию Ас. — Неужели он думает, что остановит нас? Как думаешь, пушистый?

— Подобным зверькам свойственна патологическая глупость, чешуйчатый, — не остался в долгу Буран. — Он всего лишь не понимает, что сдвинуть его с места не составит труда.

— Тяф! Тяф! — фыркнули в один голос лисята.

Велес явно наслаждался ситуацией, подставив солнцу свою крону, а маги недоумённо переглядывались. Любимая же, на которую смотрел кроль, выглядел настороженно.

— Нам надо пройти, — сказала она. — Мы всё равно пройдём, хочешь ты этого или нет.

— Тогда я пойду с вами, — заявил кролик. — И когда покажется опасность, я первым скажу, что предупреждал. Вот так-то!

Ася посмотрела на меня в поисках поддержки, я лишь пожал плечами. Если этот кроль не скрывает в своём теле пару десятков Архидемонов, нам он не страшен, а аргументов против него только у меня найдётся с пяток. В крайнем случае, покажу приставучке все пришедшие от игроков сообщения с угрозами, пришедшими после объявления победителей конкурса на новую фракцию.

До первых противников мы шли минуты три под постоянный бубнящий аккомпанемент кролика о том, что он предупреждал и мы ещё раскаемся в своём невежестве. Стоило только из-за деревьев появиться летучей мыши красно-белой расцветки размером с овчарку, как зайцеобразный заверещал дурным голосом и спрятался за Аастию. Та не растерялась, за пару секунд взрастила из травы захват и с его помощью прижала грызуна-переростка к земле. В голову ему тут же прилетели каменные шары от Кабидара и искры Нагиша. Создание от этого не умерло, но контузило его знатно, а к воплям кроля добавились и хрипы мыши. Добил его Буран, просто прыгнув сверху

Что характерно, одним противником дело не ограничилось. Каждые секунды три повышалась новая крылатая тварь утрированно винных расцветок разных конфигураций. Откат у травяного захвата составлял секунд пять, поэтому в бой пришлось вступать всем, кроме не прекращающего ор кроля и смотревших на него, как на идиота, Огеля и Пактиквула. Я, достав кинжал, тоже попрыгал, нанося мышам быстрые удары в голову. Через десять минут враги закончились, оставив нас ни с чем.

— Ну вот, я же говорил, здесь опасно, — с видом победителя снова вышел вперёд кролик, прижав уши к глазам.

Что характерно, когда он орал, они стояли торчком, не мешая зрению. Интересная жизненная позиция, ничего не скажешь.

— Идём дальше, — сказал я и уже даже готовился сделать шаг, как кролик преградил мне дорогу.

Не знаю, что такого он прочитал в моём взгляде — скорее всего, то самое бешенство, которое я ощущал — но закрылся ушами он ещё сильнее, но не отступил.

— Лед-ди, ух-ходите отсюда, — сильно заикаясь, произнёс кролик. — Вам не надо вперёд, поверьте мне, я точно знаю.

— Нам надо вперёд, — неуверенно произнесла любимая, смотря на меня. — Мы должны идти вперёд. Наверное.

— Тогда я пойду с вами. И когда покажется опасность, я первым скажу, что предупреждал. Вот так-то!

— Он повторяется, — буркнул Нагиш.

— И в самом деле глупый зверёк, — добавил Кабидар. — С чего-то решил, что сможет остановить нас.

— Тыф! Тяф! — солидарно пролаяли лисята.

Кролик на эти выпады, казалось, совсем не обращал внимания.

Следующие противники оказались за первым поворотом. Стоило нам зайти за угол, как лиловая меховая стена, преграждающая путь, резко заполнилась десятками четырьмя пар глаз и распалась на такое же количество комков где-то с футбольный мяч.

Комки эти оказались куда более сложными противниками, нежели летучие мыши. Они не летали, зато очень хорошо прыгали, принимали самые сложные формы, неограничено меняя под это своё тело, и обладали какой-то бешенной увёртливостью. Один подобный шар пропустил через себя летящие в упор окады, просто организовав в теле дырку нужного размера. Единственное, что служило им хоть каким-то ограничением — невозможность разделения тела на части. Они могли изогнуться как угодно к какую угодно фигуру, но выделить даже малую частичку себя, существующую отдельно, были неспособны. Возможно именно это нам и помогло, а может мы просто были сильнее их, но, пусть и потратив в два раза больше времени и приложив неизмеримо больше усилий — мне даже пришлось в пару к кинжалах достать костяной наконечник хвоста голого ёжика — мы вышли победителями. Серьёзные раны получил лишь Нагиш, ему едва не откусили правую кисть, но Ася довольно быстро вылечила её. Нестерпимая лавандовая вонь, возникающая после убийства комка, и вопли кролика стали неприятным дополнением к победе. Ну и очищать оружие было тяжело, лиловая слизь сходила неохотно, комками, а с наконечника полностью и вовсе не сошла, превратив сероватую кость в насыщенно-фиолетовую. Кабидар свои шары чистить не стал, резонно решив, что сотрёт всё об будущих врагов. Мне же дополнительный источник лавандового запаха, на который у меня в первой жизни была жуткая аллергия, был не нужен.

После победы кролик снова запел свою песню о неправильности дальнейшего пути, всё так же закрывая глаза ушами. И, что мне совсем не понравилось, Аастия начала сомневаться. Она всё меньше смотрела на меня в поисках поддержки и всё больше слушала кролика, не обращая внимания ни на перекидывание ехидными фразочками Бурана и Аса, ни на солидарных с их позицией Нагиша и Кабидара, ни на фыркающих от злости Огеля и Пактиквула. Я же оставался спокоен, как и Велес. Мы верили в Асю и не вмешивались в её внутреннюю борьбу.

А боевые действия там явно было нешуточными. Похоже, у любимой не было третьей части её, которая могла бы успокоить первые две, поэтому её качало из стороны в сторону. Она несколько раз порывалась всё бросить и развернуться, так же несколько раз она собиралась идти дальше, но решение так и не принимала. В первых случаях зайцеобразный явно радовался, во вторых злился и ещё больше усиливал напор своего опасностипредупреждаюшего красноречия. Но всё же любимая, пусть и с огромной долей неуверенности, сказала идти дальше. Кролику ничего не оставалось, как повторить свою угрозу говорения о предупреждении. Гномы и звери на это лишь фыркнули, но очень осторожно, не в полную силу. Видимо, им тоже передалась неуверенности Аастии.

До следующих врагов пришлось идти долго, минут десять. Мы прошли три поворота, два левых и один правый, но никого не встретили. А вот на развилке нас ждали зелёные кротобразы, по крайней мере, именно так их назвал кролик, после чего опять перешёл на вопли. От крота у этого создания была морда и слепые глаза, от дикобраза иглы и строение лап. Голову украшали собачьи уши, на спине имелся чешуйчатый гребень непонятно от кого, ну и завершал этот кошмар химеролога хвост бобра, обильно нашпигованный шипами.

На удивление, биться с кротобразами оказалось достаточно легко. Я практически не использовал ни кинжал, ни наконечник, больше прыгая, перекатываясь и копя очки ярости для пинков, активируемых по кулдауну. Отличная разрядка после чтения тонн оскорблений от вроде бы приличных в реальной жизни людей. В том числе и из-за необходимости эмоциональной разрядки я и согласился на очередное задание цепочки перерождения Аастии сегодня, пусть любимая и говорила, что до завтра вполне может потерпеть. Задание звучало стандартно, ничего необычного в нём не нашлось.

Доступно новое задание цепочки «Дорога к Красному дому»

Зелёный поход: найдите во внутренней локации Лабиринт-зоопарк Изумрудный ключ Равновесия

Награда: Изумрудный ключ Равновесия

Судя по материалу, из которых сделаны эти ключи, мне достался третий круг драгоценных камней из двенадцати. Номер круга обозначал ценность входящего в него камня. На первом круге всё, что встречается только в Асхане и придумано специально для него, на последнем всё самое дешёвое и простое, но, однако, и не строительный материал типа гранита, мрамора или известняка. В Бесконечном Мире у этих понятий была чёткая грань: драгоценное можно зачаровать, куда-нибудь вставить и сделать артефакт, строительное годно лишь для постройки. Впрочем, учитывая наличие у фракции дроу коллекции легендарных мраморных брошей, а у гномов тех же Мифрилоновых дворцов, грань всё же чуть подразмыта, но для игроков она вполне рабочая. Так что ключи, что получает Аастия, сами по себе ценны в денежном эквиваленте, жаль вынести за пределы цепочки квестов их нельзя, так что материал больше символичен, чем реально что-то значит.

Аастия в бою с кротобразами принимала минимальное участие, всё ещё будучи погружённой в себя. Защищали её Велес и Ас, который своим огнём поджигал сразу несколько противников, а те разносили пламя дальше по гребням, будто они были зарослями сухой травы в сорокаградусную жару. Твари сразу же просекли эту фишку и старались отсекать подожжённого товарища, но кто сказал, что на него невозможно согнать специально? Этим занимались Кабидар и Нагиш на правом относительно развилки фланге, у последнего и вовсе получалось изумительно подхватывать огонь своими искрами и разносить метра на два-два с половиной от подожжённого.

Мы же с Бураном и Драйдом решали проблемы противоположного фланга, контролируя выход из-за коридоров кротобразных подкреплений. Благо, территории перед развилкой с лихвой хватало и нам, и нашим врагам. Совсем скоро земля и стволы деревьев сплошь покрылись тёмной склизкой жижей, исчезающей недостаточно быстро относительно трупов созданий. Какой-либо тактической схемы в атаках созданий замечено не было, похоже, они просто решили задавить нас массой. Не получилось, но попытка была хорошая. По итогу боя оторвались все по полной. Кроме Аастии, которая, похоже, так и не смогла за эти полчаса принять единственное решение.

— Нужен отдых, — сказал Говорящий, сразу же после исчезновения последнего кротобраза. — Надо восстановить ману, да и бодрость тоже.

Я промолчал, выразительно глядя на Асю и попутно опустошая литровую флягу с водой. Любимая поняла, что решение за ней, и тянуть долго не стала.

— Отдых так отдых, — поникшим голосом сказала она. — Мне надо подумать.

На площади перед развилкой места нашлось для всех, каждый разместился с комфортом. Кабидар и Нагиш снова ушли в какие-то свои магические дискуссии, Велес и Драйд медитировали, Ас спал, Буран играл с лисятами в странную игру «вижу-не вижу», наподобие пряток, только медведь с места уйти не мог, а лисята выйти за границу из деревьев, Ася отошла ото всех и погрузилась в себя, кролик куда-то исчез. Я же наконец-то нашёл для себя время проанализировать все события, произошедшие с момента нашего с Ордрином «второго» появления у Железного молота.

Едва бывший казарег начал мне рассказывать, что произошло в деревне, как сплошным потоком стали щёлкать внутриигровые сообщения. За этими непрерывными щёлками я минут пять силился разобрать, что говорит Арбан, пока не догадался полностью отключить эти звуки. Ордрин продолжал говорить как ни в чём не бывало, поэтому мне пришлось попросить его повторить всё, что было сказано. Я ожидал чего угодно, в том числе и открытого посыла пешим эротическим, но гном смерил меня внимательным взглядом, не нашёл ничего необычного, вздохнул, пожаловался вслух на невнимательных лордов и всё-таки начал заново.

Из его рассказа получалось, что энт вовсе не так безобиден, как хотел казаться. Он жестоко пытал одного из схваченных огров корнями, запихивая их в самые разнообразные, в том числе и не самые приятные, места. Огр терпел от силы секунд двадцать, после чего полностью сдал своего бессмертного. И рассказ этот не нёс нам ничего хорошо.

План Урабавуса Кровавый Выпад, именно так звали бессмертного, был предельно прост: ему остро был нужен ещё один Замок, иначе в противостоянии с дроу, пришедшим с юга, ему не выиграть. С нами не собирались вести никакие дипломатические игры, там шла борьба за выживание. Вот только путь этот Кровавый Выпад выбрал совсем неверный, я не собираюсь отдавать ему свой Замок, мне такая ценность и самому пригодится.

Башню молотовских укреплений расплавили тоже огры, используя своё шаманство. Они пытались дать варгам свободный путь в деревню, но «слегка» перестарались, окатив перегретым расплавом три десятка своих же, остальных, в количестве шестидесяти восьми единиц клыкасто-хвостатой кавалерии, добили Глефщик, Алебардист и трое кандидатов в Алебардисты, наглядно показав, что их объединённый ещё и с Моргенштернщиком Орден вполне имеет право на существование. В живых остались только те, кто сдавались сами. Именно их я и видел связанными.

К сожалению, тот огр не знал, какие планы у его вождя были на дальнейшее продвижение по нашим землям и что он станет делать после этой неудачи. Кроме того, он наотрез отказался что-либо говорить об их армии, его численном составе, соотношении грейдов, пути развития, уникальных возможностях и всём прочем. Эту информацию вытянуть не удалось, и именно тогда энт со злости опрокинул котёл с шаманством, убив большинство огров. Изначально-то всех шаманов он захватил живыми, несмотря на всё сказанное мне.

Пленных огров, орков и их волков было решено отправить на ту самую арену в Цитадели. Я до сих пор понятия не имел, что там за арена такая, в процессе создания Ордена даже толком не уделив ей внимания, но Ордрин заверил, что сбежать оттуда невозможно, а вот послужить для наших же бойцов этим варварам придётся. В идеале, в тюрьме арены они становятся бессмертными, но, как ехидно заметил Арбан, если удастся захватить Верховного Архидьявола, зачем будут нужны какие-то орки? Из этого я сделал вывод, что число мест в тюрьме ограничено.

На этом Ордрин сложил свои полномочия казарега и на подарочном варминге уехал в Баг-Даад, заниматься исключительно вопросами Ордена, в том числе и поднимать в служении уже имеющихся рыцарей, с первой ступени на вторую. За эту почти неделю все шестеро как раз сделали всё необходимое для этого.

Я же остался наедине с сумасшедшим количеством разного рода неадекватов, желающих смерти моих родителей, жён, мужей (а как иначе выигрываются такие конкурсы), детей (что, конечно, сильно вряд ли, при наличии-то мужей), бабушек-дедушек, дядей-тётей (орфография сохранена) и всех прочих родственников до тысячного колена включительно. Так же мне сообщали, в каких позах видели рядом с администрацией игры, что я при этом делал, что делали мне, а так же как в этом участвовали родственники из предыдущего списка, особенно мужья. Лично мне желали сгореть в аду, отравиться просроченным анальгином, быть съеденным голодными волками, упасть в ещё свежий бетон/шахту падающего сверху лифта/к ядовитым змеям/на острые колья, а так же разнообразно подавиться чёрной икрой, трюфелями, омарами и прочей едой богачей, проплачивающих свою победу. И ведь всего тридцать пять сообщений прочитал, а столько всего пожелали… Приятный подарок на Новый год, ничего не скажешь. И ведь до весны ещё далеко, откуда взялось столько психов с обострениями?

Впрочем, понять людей можно, такой приз за конкурс был, за такое в реальности, в денежном эквиваленте, конечно же, убьют раз семь, после чего вызовут некроманта, поднимут тело и ещё убьют раз семь. И вся эта колоссальная сумма виртуальных ништяков досталась не тебе, а хрен пойми кому, который, это же очевидно, тупо проплатил свою победу. Знал бы я обо всех этих наградах — ни в жизни бы не поучаствовал. Но теперь уже поздно об этом думать, победителем уже назначили.

Закрыв почту, число сообщений в которой перевалило за две тысячи меньше чем за полчаса реального времени, я почувствовал острое желание убивать. В прямой видимости были лишь орки, огров уже куда-то увели, и я уже собирался было сорваться на них, как ко мне подошла Ася и пожаловалась на Зов. Тянуть я не стал, мы тут же отправились туда, хотя это и было на другом конце Королевства, практически у егерей. По дороге мы заскочили к армии, колонной двигающейся в Баг-Даад на отдых, взять кого-нибудь из уникальных магов. Ергрид не соблазнился идеей чужого Зова, Себеш тоже остался равнодушен к предложению, а вот Кабидар и Нагиш согласились. Вызвался и Драйд, но своих мотивов не назвал, а мы так и не спросили. Я брал магов немного прокачаться, почему бы заодно не подтянуть в этом и будущего командира всех Костоломов?

И вот сейчас, на привале, я могу наконец разобраться с этим потоком сообщений. Благо, платиновый аккаунт позволял удалять почту по ключевым словам и уже через пять минут настройки чуть больше трети всех писем, в том числе и достаточно объёмных, на несколько тысяч знаков, отправились в утиль. Правда, авторам всех этих шедевров эпистолярного жанра придёт пометка, что сделано это с помощью специально инструмента для богатеев, что ещё больше укрепит недовольных в своей правде, но мне на это плевать. Не для них живу, не им меня судить.

Ещё треть сообщений, появившаяся в статистике после удаления, выглядела верхом беспардонной наглости. Люди чуть ли не открыто требовали поделиться с ними наградой «просто так, по доброте душевной». Некоторые настолько охренели, что прикрепляли реквизиты своих банковских щитов, чтобы я перевёл им денежный эквивалент. Таких просящих набралось примерно одинаково с оскорбляющими и их сообщения так же удалились. Ибо нефиг.

Ещё примерно треть составляли поздравления. Игроки восхищались придуманным мною античным замком и собирались до упора ждать, когда же его введут в Асхан. Эти сообщения ушли в отдельную папку на архивирование.

После такой сортировки осталось лишь двенадцать сообщений. Два из них оказались от коллег по несчастью, которые тоже вошли в тройку победителей. И я, собственно, узнал хотя бы их ники. Разумеется, вся информация была на форуме, в специально созданном для этого новом разделе, но лезть в мусор, а потом снова приводить в порядок ментальное здоровье, мне сейчас не хотелось. Коллег звали Аурильгассия и Вирман Бранкитур, эльфийка и человек, похоже. Они примерно одними и теми же словами желали удачи в свалившихся обстоятельствах и советовали посылать всех недовольных и требующих далеко и безвозвратно. Я отписался им тем же самым.

Ещё в двух сообщениях их отправители максимально добрыми словами советовали мне сутками напролёт любить всех многочисленных мужей, обеспечивших мою победу. И ведь ни одного оскорбления, за счёт чего и удалось обойти автоматическое удаление сообщений. Этих хитрожопых товарищей сразу отправил в биометрический чёрный список, без раздумий.

Ещё тремя сообщениями оказались предложения вступить в кланы вообще непонятно от кого. Это я даже читать не стал, вряд ли после вступления куда-либо мне дадут спокойно выполнять свой убер-трансквест, поэтому сразу нет. Если только свой основать…

Ещё три сообщения ни с того ни с сего предлагали мне увеличить член без боли операций различными вариантами чудо-средств. С этого я настолько выпал, что минут пять просто ржал, после чего отправителей подобного так же отправил в чёрный список, настроив антиспам-бота, чтобы такие сообщения больше не приходили. Платиновый аккаунт рулит.

А вот последние два сообщения меня неслабо так удивили. Первым оказался старый знакомый матерщинник Мистер Молодец, ехидно спрашивающий, чего это я не предложил на конкурс своих любимых славян, а сделал франкенштейного монстра Античности. На этот бред я не менее ехидно признал товарища пиздаболом, прикрепив к сообщению соответствующую песню группы «Ленинград», сбросил пару скриншотов с форума, где «все ждущие викингов» в десятках тысяч сообщений возмущались их введению и потребовал прекратить бессмысленную переписку, если сказать нечего. Писать о том, что подобные персонажи меня бесят не меньше убийц детей, не стал, может, сам поймёт.

А вот последнее сообщение с головой, как недавно Ордрина в чашу, погрузило меня в панику. Ненадолго, секунд на пятнадцать, но всё это время в моей голове бился лишь один вопрос — кто ещё знает мои координаты? Я несколько раз перепроверил как запись на форуме с победителями конкурса, по ключевым словам ища эту информацию, так и личную страничку. Нигде ничего подобного не нашёл, но, вполне возможно, плохо искал, а значит относительной безопасности пришёл конец. Даже несмотря на то, что Саурбана Горная всего лишь написала, что находится сразу на север от меня — я для неё, соответственно, на юге — и хочет обсудить вопросы создания союза как гномка с гномом. Трясущимися руками отписал ей, что встреча возможна, но лучше на нейтральной территории. Буду ждать ответа и надеяться на адекватность девушки.

Помимо этого, немного успокоившись, я отправил Кабрихуту письмо о возможности подписания предложенного им контракта. Здесь тоже оставалось только ждать, ведь сколько времени у него в реале я понятия не имел, может, он спит давно.

Закрыв почту и свернув интерфейс, я едва не отпрыгнул в сторону и не выхватил лопату. Рядом со мной «сидел» маленький лиловый меховой шарик и смотрел жалобными глазами. Нападать не спешил, поэтому я взял себя в руки и не стал горячиться.

— Не надо на меня смотреть, у меня своих зверей хватает, — сказал я шарику. — Если хочешь к кому-то пристать — иди к магам, им как раз скучно.

Глаза создания тут же повеселили, на «лице» появилась улыбка в виде черной дуговой чёрточки уголками вверх, шарик поскакал в сторону Нагиша и Кабидара.

— Странное существо, — пробормотал я.

— Лорд, можно поговорить? — спросил сзади Драйд.

— Что вот у вас у всех за дурная привычка тихо подкрадываться сзади? — вздрогнув, процедил я.

— Я не подкрадывался, я топал как медведь-шатун, — не согласился Берсерк. — Вообще не понимаю, как меня можно было не услышать.

— Ладно, допустим, — вздохнул я. — Так о чём будет разговор?

— Лорд, скажи, ты ведь не просто так дал мне тот пенал с рунами?

— Разумеется, нет. Такие вещи просто так не дают.

— Значит, у тебя есть на меня и всех Костоломов какие-то планы?

— Разумеется, да, иначе я не дал тебе этот пенал с рунами, — хмыкнул я и, поймав удивление на бороде гнома, продолжил: — И этот пенал я дал тебе не просто так, а потому что у меня есть на тебя и всех Костоломов какие-то планы. Мы можем долго ходить кругами, так и не подойдя к точке. Говори уже прямо, что конкретно ты хочешь.

— Раввер Ирсинд рассказывал, что один из бессмертных своих Костоломов переродил в подобие магов с силой Земли, — одним махом выпалил Драйд. — Мы бы хотели так же, но не Земли. Возможно ли решение этой проблемы?

— Значит, Ирсинд для тебя в первую очередь раввер, а не натос? — спросил я, выкраивая столь необходимые секунды для принятия решения.

— Если надо, могу и натосом называть, мне несложно, — почтенно ответил Берсерк. — Так что ты скажешь на моё предложение?

— Я не против, — ответил я, сверяясь с Гайдом и соответствующей цепочкой квестов. — Только будет всё мало того, что не скоро, так ещё и совсем не просто. Для начала нужно иметь двенадцать Воинов Арката.

— Понял, лорд, это несложно, — кивнул Драйд, поднимаясь. — Только ты ведь не спросил, что вместо Земли.

— Ты правда думаешь, что нужно спрашивать? После этих демонстративных медитаций с Велесом?

— И вовсе не демонст… демонстру… монстро… противных…

— Показательных, — пришёл я на помощь. — Смысл тот же.

— Хорошо, вовсе не показательных. Я всё время, что в армии, постоянно медитирую с феями. Мне кажется, я вчера почувствовал Природу.

— Так это же отлично, — постаравшись остаться спокойным, едва ли не пропел я. — Природу у нас любят и уважают.

— Двенадцать Воинов Арката, — вслух повторил Берсерк, удаляясь. — И где я их возьму?

«А про руны и как их лучше использовать даже не спросил. Неужели сам разобрался?»

Более чем не исключено, Ярик. А может просто подумал, что разобрался. Всё равно их сейчас мало для комбинаций, надо достать ещё.

«Есть идеи, где взять?»

Есть несколько. Но для начала надо решить текущую задачу.

— Пойдём! — решительно встав, сказала Аастия, приведя меня в полный восторг. Похоже, ключ её.

— Но леди, никуда идти нельзя, там опасно! — завёл свою песню кролик, появившись из ниоткуда перед любимой и типично закрыв ушами глаза.

— Слушай, меховая тварь! — пришла в ярость любимая. — Я долго тебя терпела, боясь пришибить ненароком и навлечь на себя гнев Силанны. Сейчас мне ничего не мешает, я раздавлю тебя и не поморщусь.

— Лучше я, — пробасил Буран. — Я намного лучше давлю надоедливых букашек. Особенно с разбега.

— Именно поэтому мы идём вперёд, не слушая никаких букашек, — продолжила Ася. — Никаких визгов, никакого нытья. МЫ! ИДЁМ! ВПЕРЁД!!!

Выполнено задание «Зелёный поход»

Награда: Изумрудный ключ Равновесия

— Но леди, как же так, — залепетал кроль. — Туда же нельзя, там же опасно.

— Опасно? — хищно переспросила любимая. — Может быть и опасно, но какая нам разница. Жить, знаешь ли, вообще опасно для здоровья.

— От этого умирают, — добавил я, салютуя полученным ключом.

— Именно так, — кивнула Ася, давая понять, что всё поняла. — Абсолютно любой противник представляет опасность, даже самый слабый, но когда рядом с тобой друзья, всё по плечу.

Получен предмет: Хризолитовый ключ Спокойствия

— Хорошо сказала, — восхищённо прокомментировал Ас, — надо обязательно куда-нибудь записать и цитировать по случаю.

— Тяф! Тяф! — закивали лисята.

— Наша конечная? — спросил Кабидар, показывая окадами на открывшийся за нашими спинами портал.

— Больше нам здесь делать нечего, — произнёс я. — Уходим.

На выходе из портала нас ждали Лошадь и Жеребёнок. Крыльями они держали большой прозрачный ключ, примерно со среднего человека размером. И как эти металлизированные птицы его не роняют? Он же явно тяжёлый.

— Это что? — не поняла любимая. — Ты же мне показывал другой.

— А вы думали, леди, ваш пассаж про дружбу останется незамеченным? — интонациями кролика спросил Нагиш, заставив всех обернуться к нему. На его плече мирно сидел лиловый шарик, смотря на всех добрыми-предобрыми глазами.

— Так вы будете его забирать или нет? — ворчливо произнёс ворон. — Нам эта огромная штуковина не нужна, только мешается.

Аастия смутилась, но руку к ключу протянула. Тот с готовностью уменьшился, став нормального размера.

— И того четыре, — с улыбкой сказала Ася. — Хорошо идём.

— Ты хоть скажешь секрет, как так резко переменилась? — попросил я, наблюдая, как Кабидар, Нагиш и Драйд разбирают «транспортные средства», чтобы уехать в Баг-Даад.

— Да нет никакого секрета, — отмахнулась дриада. — Просто я смогла вспомнить, что теперь хожу под Аркатом и гипноз как рукой сняло.

— Гипноз? — переспросил я. — Что ещё за гипноз?

— От этой серой твари, видимо, — зло сказала любимая и добавила вкрадчиво: — Как же я до сих пор хочу удавить эту мразь.

— Ну всё, успокойся, всё позади. Хотя раньше, со всей этой музыкальностью, ты мне нравилась больше.

— Привыкай, — лукаво протянула Ася, — теперь я всегда такой буду.

— Ещё одна на мою голову, — пробормотал я. — У Кернисс научилась, да?

— Если только самую малость, — не стала спорить любимая. — А мы как попадём домой?

Вместо ответа я достал свиток телепорта и активировал его. Аастия вошла в него первая, показывая определённый опыт в этом деле.

— Удобный способ, только дорогой. Милый, я хочу ещё так, — капризно надув губки, добавила она.

— А я хочу щенка, и что с того? — процитировал я одну странную игру, думая, что закрываю этим тему.

— Значит, щенка, — серьёзно произнесла Ася. — Я запомнила.

— И зачем я это сказал, — обречённо простонал я и посмотрел на часы, безжалостно показывающие две минуты десятого вечера. — Ладно, я обещал Магришу показать, как готовится борщ. После этого ты вся моя.

— Я буду готова. Одним щенком ты не отделаешься.

— Лорд, ты уверен, что Бурана стоило посылать одного через территорию врага? — снова спросил Ас, когда мы пролетали над Железным молотом.

— Ты правда считаешь меня глупым, да? — спросил в ответ я.

Два раза до этого наш нехитрый диалог закончился. Только вот что-то мне подсказывает, что в этот раз так не будет.

— Единственное, что я прямо сейчас считаю — секунду до призыва мехового о помощи, — огрызнулся дракон. — И очень хочу посмотреть на тебя, когда какая-нибудь залётная толпа циклопов подкараулит его и…

— Циклопы не ходят толпами, — меланхолично заметил я. — Особенно когда у тебя атаковать деревню гномов идут пустые гоблины и только улучшенные варги.

— Ты мне зубы не заговаривай, — с угрозой сказал Ас. — Гоблины у него, понимаешь, пустые. Да даже такие гоблины вполне способны расправиться с мехов…

— С ним Ергрид. Он не даст Бурана в обиду.

— Ергрид, — ядовито протянул дракон. — Тоже мне, нашёл великого медвежьего спасителя. Да он и себя-то от нежити или демонов защитить не сможет, а уж мехового и подавно. Очень глупое решение со всех сторон.

— Значит, пришла пора обозначить статус кво, — хмыкнул я.

— Что обозначить?

— Ты считаешь возможным называть мои решения глупыми, я оставляю за собой право ничего с тобой не обсуждать. Будет надо, в ход пойдёт прямой приказ.

«Как-то мы с ним слишком жёстко, не находишь?»

Не теряю. Как он — так и с ним.

«Он всего-то немного покричал на нас. Теперь нужно обижаться?»

Немного покричал??? У тебя очень странные представления о «немного покричал», Ярик. Когда слетевшая с катушек тв… орческая единица прямо перед Замком орёт «его там любимая женщина ждёт, а он на кухне с гномами какую-то бурду варит» это не немного покричал, это полностью обнаглел. Так что пусть подумает о своём поведении.

«Учитывая, что он прекрасно знал о наших договорённостях с Магришем насчёт борща, это даже не наглость, это откровенный саботаж. Такое не прощают».

Рад, что мы придерживаемся единой позиции по этому вопросу.

Спустя час полёта, полностью отданный доделыванию макета Храма, в эфир ворвался Буран.

«Хозяин, у нас тут нападение. Варвары грабят караван дроу с живым товаром».

Я тут же от радости закрыл не сохранённый чертёж и на мгновение даже схватил виртуальный сердечный приступ, но платиновый аккаунт всё же платиновый аккаунт, выскочила надпись «Вы действительно хотите закрыть не сохранённые файлы?» и как-то сразу полегчало. Буквально за десять секунд решив этот момент, я переключился на медведя.

«Вас заметили?»

«Нет, мы вовремя остановились и провели манёвр укрытия за кустами».

«Как обстановка?»

«Варвары всеми силами пытаются добраться до груза, но у них не получается. Тёмные держатся и не пускают эту ораву, хотя их и много. И ещё…»

«Что-то по-настоящему плохое?»

«Не знаю, это не мне решать, хозяин. Эти тёмные на самом деле тёмные, не то, что наши. И Кернисс, и этот новый совсем не такие, они нормальные. А от этих прям веет Тьмой. И от варваров тоже».

«И давно ты видишь Тьму в окружающих?»

«Не только тьму, хозяин. В тебе много Света, Жизни, но больше всего Природы. Ты как фея, не сочти за оскорбление».

«Не сочту. Но эти твои новые способности…»

«Как вы вышли из того портала буквально позавчера, так я и стал это видеть. Особенно во время битвы в Городе. Ифрит что-то пытался сделать со мной, у него не вышло, зато я понял, что такое Хаос. До этого чувствовал лишь удушливо-кислые ореолы вокруг них, а после понял, что это Хаос. Со всем остальным разобрался по ходу боя».

«И ты молчал??? А если бы это было что-то ужасное???»

«Так ведь не было же, потому и не стал беспокоить. Да и до этого, даже будучи медвежонком, у меня витали смутные ощущения вокруг всех, но я не мог понять, что это».

«Ладно, ждите там. Вмешивайтесь, если только варвары совсем станут громить дроу. До этого — ждите».

«Понял, хозяин. Будем ждать».

— Знаешь, Ас, похоже, у тебя появился шанс на восстановление наших отношений, — хмыкнул я, возвращаясь в реал.

— Я понимаю, что был не прав, лорд, — повинился дракон. — Мне стоило быть сдержаннее. Я не понимаю, что со мной такое было.

— Это мы ещё обсудим, — пообещал я, — сейчас держи курс к Бурану. И отныне следи за ним так сильно, как можешь, не вызывая подозрений. Нужно, чтобы он меньше скрывал того, что с ним происходит, даже если это «что» никому, особенно ему, не вредит.

— Но ты ведь сам виноват! — не сдавался Ас. — Ну вот какой смысл жарить эту тёмно-красную гадость в воде, когда Аастия…

— Смысл есть во всём, — перебил я питомца, пока он не наговорил лишнего. — Когда начнутся бунты из-за того, что лорд не придумал, как есть то, что выросло, я обязательно отдам на растерзание толпе именно тебя и посмотрю, как ты будешь оправдываться.

— Но ведь никаких бунтов ещё нет!

— А ты прям так их хочешь, да? Держи курс на Бурана и готовься к бою против всех. Там друзей для нас нет.

Летели до места мы минут пятнадцать, не больше, и всё это время я пытался понять у самого себя, тот ли это караван, о котором было сказано «УСЛЫШАНО!» или всё же другой. Ярик в это дело не вмешивался, поэтому договариваться пришлось именно с самим собой. Уже на подлёте, когда я увидел реальные гнольские толпы, тел в пятьсот, примерно столько же уже мёртвых гиеноглавцев и десяток оставшихся в живых охранников каравана, сомнения ушли. В клетках, решётки которых были сделаны из явно зачарованных толстенных стальных прутьев, сидели много людей, чуть меньше гномов, совсем немного различных эльфов, три орка и один высокий, сплошняком татуированный, почти голый бородач в отдельной тесной клетке из угольно-чёрного материала. За боем все наблюдали со страхом и надеждой одновременно, а вот глаза викинга горели ненавистью в прямом смысле, из них то и дело вырывались язычки пламени.

Не успел я сказать и слова и отдать мало-мальского приказа, как почувствовал, что нас с Асом тянет к земле, причём довольно стремительно. Вот я на высоте пятнадцати метров оцениваю обстановку, а вот уже со всей силы прикладываюсь головой о камни в десяти метрах от боя, будто нас схватила невидимая рука. К счастью, голова, да ещё и в шлеме, оказалась крепкой, я быстро пришёл в себя и вскочил, доставая из инвентаря первый попавшийся «свой» клинок. Им оказался вампирский меч, но использовать его по назначению я не успел. Перед глазами закрутились радужные сполохи, меня самого завертело и засосало в образовавшуюся воронку. В глаза ударил яркий свет, минуту я отмаргивался, чтобы привести зрение в норму, и обнаружил себя на облачке. Напротив, на таком же облачке, скрестив ноги, сидел мужчина лет тридцати без растительности на прямоугольном скуластом лице, за исключением ресниц и тонкой линии бровей. Его белые одежды развевались, хотя никакого ветра не было, на меня он смотрел с улыбкой.

— Прошу прощения за неуместное вторжение, — мягким голосом, будто признавался в любви, начал мужчина, — но другого такого удачного способа поговорить можно было ждать долго.

— Илат, правильно? — уточнил я.

— Совершенно верно, — слегка улыбнувшись, ответил мужчина. — Можно без титулов, не нужны они мне. Так что насчёт поговорить?

— Возможности отказаться нет, — хмыкнул я, смотря с облачка на далёкую, укутанную туманом, землю. — Какой смысл спрашивать?

— Не стоит считать нас за дураков, — снова улыбнулся Илат. — Мы прекрасно понимаем, что жёсткие методы воздействия применить не сможем, иначе демиурги неминуемо об этом узнают. Так что сначала надо спросить. Так состоится беседа или нет?

— О чём вы хотите спросить? — выдохнул я.

— Даже не то чтобы спросить. Скорее, попросить. Дроу по имени Кернисс рассказывала тебе про Ургадзила, верно?

— Того дроу, что уводит своих от Малассы к вам? — уточнил я. — Рассказывала. И даже просила союз с ним. Не стоит?

— По сути, решать лишь тебе, — мягко ответил бог, — но я прямо сейчас буду просить тебя об этом союзе.

— Даже интересно, — хмыкнул я.

— Просто выслушай меня до конца, а уже потом взвешивай решение столько, сколько потребуется, — попросил Создатель людей. — Я начну немного издалека, если ты не против. Всего семь дней назад Асхан представлял собой лишь один открытый для игроков материк, а боги, то есть и я тоже, были ограничены в своём участии в делах игроков. Единственный случай, когда мы могли что-то делать, зависит от решения игрока поднимать репутацию с нами. Сейчас же, с открытием морских возможностей, добавлением новых фракций, нового материка и обособленного божественного пантеона, наш функционал тоже расширился. Даже на старом материке произошли обширнейшие изменения, что уж говорить про новый.

— И сейчас мы будем говорить именно про новый? — уточнил я.

— Нет, новый тебе не доступен, хотя и всё возможно, — улыбнулся бог. — А уж внимательность точно не твой конёк, раз ты, по сути, пропустил мою просьбу о помощи Ургадзилу.

— Я всё помню, — последовал хмурый ответ, — и конкретно так теряю нить повествования. При чём тут новый материк вообще?

— Гномы, — поморщился Илат. Улыбка исчезла с его лица. — Нет чтобы уловить скрытый смысл в словах собеседника, они требуют мгновенный переход к сути. Поэтому я и просил меня выслушать так-то. Вот и слушай. Старый материк больше не будет расширяться, те пределы, что у него есть сейчас, останутся неизменными. Другое дело, что используется игроками он где-то на треть, вся остальная площадь занята теми, кто ещё до падения завесы уходит на рерол. Постепенно, от них будут избавлять старый материк, но не моментально, чтоб ты понимал. И богам в этой связи дали едва ли не полную свободу действий, в которую твоё предложение с природной ипостасью Арката очень хорошо вписывается. И теперь у нас с Шалассой тоже появился шанс. И если я хотя бы создал людей, по общеасханскому лору, и буду отвечать за кочевников, то Шалли ещё в пролёте.

— Среди победителей конкурса были болотный и чисто водный замки, — заметил я. — Разве её трудно туда вписать?

— Ну и сколько их будут делать? По сути, минимум месяца три-четыре и ещё столько же доделывать различные расширения, не особо важные в момент введения.

— Но сделают же. Иначе зачем такую награду давать.

— О награде мы ещё поговорим так-то, и всё же я хотел бы закончить мысль. Аркат имеет дополнительную ипостась и ещё одну принесёшь ты. Эльрат имеет сразу три дополнительных ипостаси. Маласса две, но планирует ещё одну. Я тоже хочу, по сути мне ничего не мешает, своим проводником я уже два месяца делаю Ургадзила, но ему сейчас очень тяжело.

— Понимаю, — протянул я. — Выбора у меня нет, правильно?

— Дурак ты, — беззлобно констатировал Илат. — Я уже всё сказал в начале. Не хочешь помочь бедному дроу на грани срыва и троим его детям в реале — так и скажи. Я оставлю тебя в покое.

— Ну да, по-вашему я именно дурак, раз поведусь на этот дешёвый развод с оставлением в покое. Так вот, я просто возьму и забуду и о грани срыва, и о детях. Моя совесть не будет мучиться, Ургадзил сорвётся, его проблемы в игре наложатся на стресс срыва, всё пойдёт по пиз…

— И что ты хочешь? — без всякой улыбки спросил бог. — Я могу дать очень многое так-то. По сути, прямо сейчас я могу дать тебе больше, чем Аркат.

— Меня не интересуют материальные выгоды, мои желания лежат в недоступной для вас плоскости, — хмыкнул я.

— Если я не смогу выполнить твоё желание, это кольцо твоё, — решительно, совсем по-гномьи, заявил Илат, выхватывая буквально из воздуха восхитительной красоты насыщенно-голубой завиток в виде незамкнутой спирали. Шесть агатов одинаковой формы, примерно с половину спичечной головки, органично смотрелись на необычной формы украшении.

— Получается, оно моё, — прищурившись, сказал я. — Я хочу спокойствия и свободы от навязанного квеста.

— Получается, твоё, — ровно спустя минуту с улыбкой признал Илат.

Шестьдесят секунд, я засёк время, бог-повелитель воздуха буравил меня напряжённым взглядом, после чего в одно мгновение вернул себе образ благодушного монаха-мудреца. Перемены оказалась разительной. Если бы не знание о демиургах, которым я нужен был для проклятого квеста, оставаться спокойным всю минуту не получилось бы.

— Ты найдёшь его среди трофеев каравана, — продолжил Илат. — Оно по праву твоё.

— Значит, бой за караван идёт? — уточнил я.

— Для тебя — с успехом, — слегка улыбнулся бог. — Ты не делаешь ничего сверхъестественного, но гномам и этого хватает. Пару раз тебе досталось от магов дроу, но в целом ты в порядке.

— Зная, что я здесь и разговариваю с вами…

— Там мой помощник, что заслужил эту честь, да. Мог бы сразу догадаться, ты не выглядишь тупым на самом деле, кольцо прекрасно это показало так-то.

— Я предпочитаю уточнять непонятные моменты.

— Управлять временем я не могу, до Множителя всем нам, даже Асхе и Ургашу, очень далеко. Поэтому так. Так значит, нет? Ургадзил обречён на срыв без зам…

— Кажется, вы не до конца владеете ситуацией, — скопировав улыбку Илата, произнёс я. — У меня нет ни единого шанса отказаться всего лишь по двум существенным причинам. Сможете угадать, каким?

— Я не играю в подобные игры, — мягко ответил Создатель людей. — Но предположить могу обе.

— Кернисс и острая необходимость в союзниках, — твёрдо сказал я. — Не понимаю, зачем вообще нужен наш разговор.

— Чтобы сторона была выбрана та, что нужна мне, — пояснил бог. — Ты легко можешь заключить союз с варваром и вместе разбить Ургадзила, после чего провести небольшую интригу и остаться с нужными тебе союзниками. Меня такой вариант вообще не устраивает.

— Так может проще связаться с врагами Ургадзила и соблазнить богатствами их? Получится намного профитнее.

— Не всё так просто, как ты думаешь, — в первый раз за весь разговор фыркнул Илат. — Боги не могут приходить к тем, у кого нет с ними минимум предвысокой репутации. Ты — исключение, завязанное на квесте, поэтому я прошу тебя о помощи. И я готов оплатить эту помощь в достойном размере. Например, могу посодействовать в создании боевого Ордена из гномьих уникумов.

— И будет он с уклоном в Воздух?

— Это, по сути, невозможная вещь, — улыбнулся Илат. — Но если хочешь, есть квестовая цепоч…

— Нет! — едва ли не выкрикнул я. — Никаких новых цепочек, мне и текущих за бороду. В чём же тогда будет помощь по Ордену?

— Хочешь небольшое месторождение агатов? — лукаво спросил бог. — Такого, чтобы недельной добычи хватило на инкрустации для оружия всех достойных. Или ферму бартингов на Эликсир Воздушного Укрепления? А может, рощицу дираосового кустарника?

Похоже, Илат всё же знал, чем купить меня. Собственно, я неоднократно чуть ли не всем говорил о необходимости как можно большего количества армии, немудрено, будучи богом, подслушать. Боевой Орден с оружием, проапгрейженным воздушными усилителями высшего уровня, не помешает. Что там нужно? Не дать Ургадзилу лишиться Замка? Можно считать, что уже исполнено.

— Значит, попал в цель, — мягко произнёс Илат, щурясь, как довольный кот. — Заранее благодарю, но это ещё не всё.

После этой фразы, как в детстве, захотелось спрятаться за старшего брата и, глядя на папу, тихо сказать сакральное «это не я». К счастью, слабость длилась всего пару секунд, после чего здравый мысль признал порыв недостойным реализации. Во-первых, мало ли что хочет сказать Илат, вдруг это и в самом деле я. А во-вторых, ни брата, ни отца рядом не было. Быть может, даже в реальности, уточнять банально страшно.

— К югу от твоей территории перстанули кочевников, — не зная о хаосе в моей голове, продолжил бог. — Мне бы хотелось, чтобы ты не трогал тех, что не захотят сражаться с тобой.

— И что же тогда с ними делать? — не понял я. — По головке гладить?

— Желательно по верхней, — серьёзно ответил Повелитель Воздуха. — И в целом желательно оставить их на своей территории. Мне так будет удобно.

— Что ж, — протянул я, — мы внимательно рассмотрим это предложение на Совете и так же внимательно отклоним его. Всего доброго. Держитесь там.

— Почему отклоните? — лукаво спросил Илат. — Что вам не понравится?

— Без объяснения причин, — отрезал я. — Это вся проверка?

— Я не смог удержаться в серьёзном лице, да?

— Не было даже попытки. К чему эта хрень?

— Всего лишь хотел узнать, насколько зелёные глаза делают гнома не гномом, — пожав плечами, ответил Илат с неизменной улыбкой. — Решительности тебе точно не занимать. Так сразу решить судьбу бедных кочующих племён…

— Они там хоть есть вообще?

— Есть и достаточно много. Абсолютное большинство по сути воинственны до крайности. Вам придётся с ними тяжело.

— Игроки?

— Ни одного, но это никак не скажется. Так просто они не уйдут, знай это.

— Будет оказана помощь?

— С моей стороны? Нет, вообще ни капли. У нас и полномочий, по сути, таких нет, тем более в отношении восьмёрки. Но будет нелегко. Так что готовься к этой встрече заранее.

— Всенепременнейше и наиобязательнейше, — процедил я. — Странно, что Ургадзилу эти кочев… М-м-м, вот оно в чём дело. Хитро, очень хитро.

— На том и стоим, — улыбнулся Илат. — Это, по сути, будет твоё первое серьёзное испытание так-то. Демоны не в счёт, там есть небольшой сдерживающий скрипт и односторонний множитель специфического урона.

— Даже так? — наигранно-удивлённо спросил я.

— Только так, — кивнул бог. — Даже невозможная сложность должна быть игрокам под силу. Там бой заканчивается, у тебя самого вопросы есть?

— Ергрид.

— Его молнии со Светом?

— Да, — кивнул я и, понимая, что откровенно наглею, всё же добавил: — Хотелось бы и чистых молний тоже получить, если это возможно.

— Слушай, не порти себе удовольствие раньше времени, — отмахнулся Илат. — Уж не надеялся ли ты, по сути, обойтись лишь морковкой и уникальным Стражем?

— Это намёк? — уточнил я.

— Воспринимай как хочешь, — подмигнув, ответил бог. — Хочешь как намёк — пожалуйста. Сюрпризы всё равно от тебя никуда не уйдут. На это уже повлиял только лишь Множитель, а у него, знаешь ли, любимчиков никогда не было.

— Та самая непроцедурная генерируемость локаций?

— Она, орлица, — широко улыбнулся Илат. — Что скрыто в одемонизированных поселениях даже нам неизвестно. До тех пор, пока кто-нибудь не найдёт вещичку.

— Что ж, спасибо за все намёки, — кивнул я. — Может, меня уже в бой?

— Да как скажешь, — лукаво ответил Повелитель Воздуха, меня закрутило, окутало туманом, подняло, куда-то унесло, а через секунду я в боевом режиме летел драука с вампирским мечом в руках. Сознание попутно ответило, что в руках у реального человека-паука, даром что первый тёмный эльф, посох, с которого в мою сторону готовится сорваться что-то очень неприятное. Вообще не думая, я непонятным образом ушёл в сторону, чем избежал столкновения с «Огненным орлом», а вот меч продолжил свой полёт, прошёл сквозь птицу и угодил точно в шею дроу, безжалостно убив его.

Приземлился я не совсем удачно, прямо под лапы тяглового ящера, за что и получил топтание по моей несчастной персоне и снос полоски хэпэ из нормальной жёлтой в угрожающую красную зону. Вытащил меня Ас, пастью схватив за ногу и банально потянув. Жизнь ушла ещё ниже, но хотя бы не полностью.

Нападать никто не спешил, поэтому я рискнул отпуститься. Тут же навалилась невозможная усталость и резко захотелось спать, но я нашёл в себе силы достать из инвентаря флягу с парковой водой и выпить ровно один литр. Полностью всё не ушло, но ещё пять литров обычной воды привели меня в чувство.

Рядом со мной собрались Буран, Ас, Огель, Пактиквул, Ергрид и тот самый полуголый викинг. Штаны, единственный элемент его одежды, порвались так, что целомудренная дама при его виде тут же закричала от смеси удивления и радости. Руки до локтя сковывали странные мелкоцепочечные кандалы с массивным замком. Железа здесь было много, цепочки хаотично крепились и обматывали ладони слоёв в десять, если не больше.

— Ну и что это за непотребство такое? — чуть ли не прорычал я, глядя на это металлическое непотребство.

— Эти гойновы выродки поймали меня, ярл, — глубоким голосом ответил викинг. — Хельнинг моё имя, воротай племенного союза Аранрир… был когда-то. Уже год выродки меня постоянно куда-то везут, но всё ещё никуда до конца не привезли. Во мне холодилась надежда на смерть в этом бою. Не вышло.

— Снять эту гадость можно? — последовал мой вкрадчивый вопрос.

— Выродки создали серьёзный артефакт, мне не под силу справиться с ним, — ответил викинг. — Если у вас получится, ярл, моей благодарности не будет конца.

— Вот этого не нужно, — отрезал я, подходя максимально близко к замку.

Секунд через сорок исследования мне в голову пришла самоубийственная идея, которую я тут же и поспешил реализовать. Достав шип, со всего размаху вонзил его в идеально круглое, искрящееся отверстие под замочную скважину. Откат не заставил себя ждать, тело тут же пронзило электричество, в пару десятков тысяч сильнее, чем от розетки. Быть бы мне тут же и убитым, если бы Ергрид не оттянул всё на себя, словно окутавшись молниевым плащом. Я тут же убрал шип, кандалы безвольно упали, Хельнинг последовал за ними.

— Мы всё ещё собираемся в город, или нам уже туда ни к чему? — спросил маг, странным образом перекачивая свой «плащ» в отобранный у меня шип.

— Не просто собираемся, а спешим, — вздохнул я. — Надо только решить один момент. Освободите пока пленников, в клетках тесно.

«Седкан, некогда объяснять. Можешь сейчас переместиться к Бурана?»

«Смогу, но обратно уже нет. Только зачем?»

«Мало времени, перемещайся. Пришло время выполнять свои геройские обязанности».

«Понял, сейчас».

Полчаса спустя Седкан и все кодиты сопровождали колонну бывших пленников к Баг-Дааду. Подводы с клетками, которых оказалось восемь штук, освобождённые гномы скоро переделали в удобные телеги, места хватило всем. Увезли с собой и три богатые повозки начальства каравана со всем убранством, пока не тронутым, и шесть повозок попроще, в которых раньше ехала охрана, а теперь туда скинули все трофеи.

Что характерно, никто из пленников не отказался служить Королевству. Возможно, на них так повлиял полностью мной пропущенный бой, возможно, отношение к ним, а может что-то ещё, но как минимум до столицы поехали все без разговоров и пререканий.

Везли это великолепие тягловые ящеры, по два на повозку. Рядом бежали пять ездовых ящеров, которых тоже взяли с собой. Походили они все, что ездовые, что тягловые, на смесь обыкновенной ящерицы и велоцераптора, какими их представляют в массовой культуре. Различия были лишь в комплекции, ездовые всё же поизящнее. Но на двух лапах перемешались и те, и другие.

Седкан лишних вопросов не задавал, стойко принял изменившийся статус кво в отношении себя и пообещал к вечеру доставить всех в пункт назначения. Я пожелал не встретить по дороге лесовоз с плохо закреплённым грузом, оседлал Бурана, отдав Аса Ергриду, и помчал в сторону Грауберка, уже видимого на горизонте, пусть и очень-очень далеко, в момент подлёта к бою. Время стремительно приближались к полудню, а сделать ещё надо ой как много.

— Дело за малым, — невесело протянул Ергрид, — надо всего лишь найти в этом хаотичном переплетении улиц хоть что-то похожее на магическую академию. Звучит как план, о да.

— Когда план лишь звучит как план, в дело вступает железная логика, — хмыкнул я на этот пассаж. — Мысль первая — вряд ли для столь ценной организации, как магическая академия, используют невзрачный двухэтажный домик из серого камня, коих полно в этой части города. Значит, что?

— Надо выйти в другую часть города? — предположил маг.

— Соображаешь, — отметил я. — Другое дело, что идти довольно долго, город большой, но это даже к лучшему. Как раз успеешь рассказать, чем ты оттянул с меня разряд из замка.

— Если я отвечу, что понятия не имею, ты мне не поверишь, так?

— Ну почему же, вполне поверю. Именно этим способом я Берсеркером стал, на секундочку, так что всё возможно. Другое дело, что наитие наитию рознь, а память при нём вроде как не отрубается.

— А ты уверен, что стоит говорить об этом здесь? — настороженно спросил маг. — Никто не подслушает нас?

— Кто? — недоуменно переспросил я. — Мы не встретили ни одной живой души, отойдя от ворот. Никто не гуляет, всё окна закрыты, здесь даже посидеть под раскидистым клёном у фонтана негде, настолько плотно стоят друг к другу дома. Да и вообще, на севере города мы видели большой производственный сектор. Понимаешь, что это значит?

— Здесь жители только ночуют, верно? Надеюсь, Баг-Даад не превратится в это жалкое подобие города.

— Всё в наших руках, — серьёзно произнёс я. — Но ты не отвлекайся, начинай рассказывать.

— Рассказать-то особо нечего, — оглядевшись в поисках греющих уши Ергрид, но, так и не найдя их, продолжил: — Когда ты достал свою ароматизированную лавандой костяшку…

— Ты знаешь, что такое лаванда? — удивился я. — Откуда?

— В Городе было небольшое производство мыла, шампуней и духов, — проворчал маг, явно недовольный тем, что его перебили. — Моя мама работала там, разрабатывала новые рецепты, со мной делилась. Одной из любимых её разработок была именно лаванда, хотя и вела её она тогда впервые.

— Получается, ты знаешь рецептуру мыла и шампуней? — ухватился я за главное.

— И духов, — добавил Ергрид. — Чего ты так всполошился-то? Тоже хочешь делать?

— Не прям я, но своё мыло и духи не помешают. Не самим, так продадим и заработаем на этом.

— Тебя очень сильно волнует тема денег, — констатировал маг. — И почему-то ты считаешь их приоритетнее всему.

— В войнах с бессмертными деньги едва ли не самый главный ресурс, — хмыкнул я. — И лучше мы заработаем их сами, чем будем ждать подачек богов. Так что придётся поделиться своими знаниями.

— Если только знаниями, — натянуто улыбнулся маг. — Заниматься производством совсем не хочется.

— И не надо, ты лучше про наитие рассказывай, это куда полезнее.

— Нечего рассказывать. Ты вставил свою костяшку в замок, оттуда пошли мелкие молнии и стали тебя окружать, мне это не понравилось… а дальше особо не помню. Я сильно захотел перетянуть их на себя, захотел, чтобы они делали больно мне. Похоже, получилось.

— А сейчас ты как? Ничего не чувствуешь?

— Ничего. Надеюсь, в академии мне помогут снова это активировать?

— Зачем? — насторожился я. — Ты хочешь ходить в плаще из молний?

— Я хочу разобраться. А там уже будем смотреть, как применить это с пользой для Королевства. Ар гант каду, как говорится.

— Ар шы токгад, — машинально отозвался я. — Надеюсь, у тебя получится.

— Кажется, выходим в более устроенные места, — заметил Ергрид.

Впереди, метрах в двухстах, и в самом деле с равными промежуток росли берёзки и стояли столбики с прозрачными шарами на концах. Да и дома уже были понаряднее, с окнами побольше и крышами из металла, пусть и чёрного, правда, всё ещё двухэтажные. При максимальном приближении, рядом с ними, через каждые шесть-семь домов, обнаружились торговые лавки. И, что самое главное, люди в лице как горожан, так и городской стражи. Трое стражников в пластинчатых доспехах и конических шлемах с жёлтым налётом явно магического происхождения шли прямо в нашу сторону, отмечая всю подозрительную активность. Мы, к счастью, в эту категорию не попали.

Магическую академию мы нашли спустя полтора часа активных поисков и расспросов. Я даже успел набросать примерный план всех важных, для нас, естественно, построек города. Всё же фраза «Не подскажете, где у вас тут маги сидят?» с соответствующим обращением к спрашиваемому согласно его статусу, творила настолько странные чудеса, что мы нашли всё, вплоть до самой ненужной городу торговой Гильдии — а именно рабской — но на академию наткнулись настолько случайно, что я готов был поверить в указующий перст админа, всё это время следившего за нами, ржущего как ненормальный от наших метаний туда-сюда и всё-таки сжалившегося над двумя гномами, один из которых был на грани холодной ярости. Трёхэтажное длинное здание из типичного серого камня, мимо которого мы проходили раз десять, решило проявить активность и выпустить перед нами из-за широкой деревянной двери с ромбиками на полотне гнома без доспеха, но с жезлом за поясом. Причём так демонстративно, что мы с Ергридом недоуменно переглянулись, с минуту постояли, рассматривая дверь как самое чудесное чудо из самых чудесных чуд, и только потом рискнули проверить.

Внутри едва ли не абсолютно все поверхности были покрашены, застеклены и обиты различными покрытиями всевозможных оттенков синего, гармонично разбавленных белым, чёрным, жёлтым, зелёным и даже серым, но не красным. Сделать какие-либо выводы по этому поводу, особенно вслух, я не успел, перед нами словно из воздуха появилась невысокая эльфийка в синей мантии с жёлтыми манжетами, воротником и обмёткой подола и спросила цель визита в Грауберскуйю Академию Магии. Слово взял Ергрид, коротко и по существу изложив свою проблему и представив меня. Эльфийка с новым интересом посмотрела в мою сторону и предложила присесть на синий диван, пока решается вопрос моего подданного. Ергрида же она увела в боковую дверь, что характерно, чёрного цвета. Вообще все двери в холле были исключительно чёрного цвета, даже входная изнутри. Наверное, синий вариант рядом с богатой отделкой стен деревом, переходящей той же плоскость на двери, был бы слишком сливающимся, потому и взяли контрастный цвет. Других вариантов у меня не было.

Сев на один из восьми диванов, установленных кругом спинками внутрь, я принялся ждать, отказавшись от моментально подбежавшего служки с предложением чего-нибудь принести. Привычно открыв «Гайд», я решил посмотреть, что такое эти бартинги да дираосовый кустарник. Интересно ведь, чем буду усиливать своих боевых орденцев.

Спустя каких-то двадцать минут, что и в самом деле быстро, вернулись эльфийка и Ергрид в сопровождении солидного вида гнома в тёмно-серой рясе, подпоясанной ремнём из явно очень дорогой зелёной кожи. Да и сама ряса выглядела так, будто её самолично шили на заказ лучшие модельеры Асхана. Ювелирные перчатки, из сантиметровых пластинок серебра и тонюсеньких полосок ирлигидиевого сплава с характерным пурпурным сиянием на суставных соединениях лишь дополняли образ серьёзного мага. И явно очень богатого, один из самых дорогих металлов этого мира, даже такими полосочками, может позволить себе не каждый рядовой маг. Ни один, если уж быть совсем точным.

— Лорд Ярогрейв, правильно? — обратился гном ко мне, присаживаясь напротив на белое кожаное кресло, вызванное лёгким движением руки. — Я Рандрин, таутин по образовательным вопросам Магистра Принрида, главы Грауберской Магической Академии.

— Тоже Магистр, — едва слышно подсказал Ергрид, присаживаясь рядом.

Рандрин, разумеется, услышал эти слова, но предпочёл не реагировать. Так и не представившаяся эльфийка спешно удалилась.

— У вас ко мне серьёзный разговор, Магистр Рандрин? — спросил я.

— Так и есть, — кивнул он. — Ваш… м-м-м… подопечный нуждается в обучении. И мы готовы обучить его тому, что он хочет.

— Вы можете научить его кидаться табуретками из концентрированной кислоты? — восхищённо протянул я.

— Ну разумеется можем, я же сказал, — хитро прищурившись, принял мою игру Магистр. — Сто двадцать тысяч золотых за занятие по открытию кислотной предрасположенности, ещё столько же за каждый ежедневный урок теории в течении трёх месяцев, отдельная оплата практического курса, оплата расходный материалов, обязательные премии всем преподавателям, проверки знаний, экзамены, все дела. В общем, с учётом комплексности занятий сойдёмся на шестнадцати миллионах золотых за всё плюс отдельно оплачиваемые расходы на последствия непредвиденных обстоятельств. Заманчиво, правда? Всего каких-то жалких шестнадцать миллионов — и такие перспективы.

— Да, заманчиво, — хрипло произнёс я. — Всего каких-то на табуретки из кислоты…

— О нет, не только табуретки, — покачал головой Рандрин. — В эту смешную цену входит пробуждение глубоко скрытой фантазии, с помощью которой кислоте можно будет придать абсолютно любую форму, от швейной иглы до Дворца Эйдена в натуральную величину! То, что этот маневр будет последним, что попытается сделать оглупевший в счёт природного баланса маг, уже будет не нашей заботой. Наше дело научить, и всего за шестнадцать миллионов…

— Я обязательно подумаю над этим заманчивым предложением, — заверил я Магистра, — но…

— Вы правы, шутки в сторону, — моментально, без перехода, посерьёзнел маг. — Ваш подопечный рассказал мне свою проблему, и мы готовы ей заняться. Стоить это будет всего ничего по сравнению с шестнадцатью миллионами, восемь тысяч золотых, по тысяче за каждый учебный день.

— Отдельная оплата практического курса? Расходные материалы? Премии преподавателям? Проверки знаний? Экзамены? Сколько это будет стоить?

— Если вы готовы заплатить за всё это, то немногим менее шестнадцати миллионов, — без тени улыбки ответил Рандрин. — Если же нет, то цена за обучение восемь тысяч золотых и остановимся на этом. Такая цена вас устраивает?

На секунду задумавшись над открывающимися перспективами, я, разумеется согласился. Разговор пошёл дальше, правда, больше в одного — Магистр рассказывал, как будет проходить процесс обучения. Ергрид в наш диалог не вмешивался и никак не реагировал на ту или иную фразу. Банально потому, что нашёл на книжном стеллаже толстый толмуд со знаком магии Света на обложке — белый крест, один в один пасхальный, вписанный в ромб и ориентированный диагонально.

Через полчаса, оплатив восьмидневный курс обучения и восьмидневное же проживание Ергрида на территории Академии, с питанием, разумеется, я вышел из магической колыбели Грауберка и прямо пошёл в Гильдию Архитекторов, благо идти было метров триста, не больше, размышляя по пути о насущном, о деньгах. В частности, о том, что чеков на десять тысяч золотых, что давали после каждой битвы в Городе, осталось два и ещё семнадцать монет с третьего. Если так пойдёт, денежная масса, считаемая мной достаточно большой, уйдёт быстро. Но эти траты необходимы, через восемь дней я получу мага, способного обучать других всему тому, что может сам. Именно к этому мы и стремимся, так что этот вклад в будущее мало того, что осознан, так ещё и вернётся с процентами.

Большое белокаменное здание с узкими хаотично расставленными по фасаду окнами и входом в три двери с ведущей к ним помпезной мраморной лестницей не двусмысленно указывало на его принадлежность. На это же работали шесть этажей и серая башня с готической зелёной крышей. Ну и крупными буквами над входом выложенная надпись «ГИЛЬДИЯ АРХИТЕКТОРОВ ГРАУБЕРКА» тоже сыграла свою роль. Четверо охранников на входе, два с мечами и два с посохами, устроили мне натуральный десятиминутный допрос о цели визита. Возможно, именно поэтому, когда мне наконец разрешили пройти, меня встретил приветливый рыжеволосый гном с длинной марганической бородой по имени Братдар, знающий моё имя и сразу повёдший меня на четвёртый этаж в Бюро Регистрации Архитектурных Решений, как он это назвал. Всю дорогу Братдар сыпал советами, которые непременно помогут мне с первого раза решить мою проблему.

Одним из его многочисленных советов я уже воспользовался, пока слушал Магистра Рандрина. А именно я перевёл макет Храма в бумажный формат, благо, к этому времени он был готов полностью. Ещё и сделал несколько экземпляров, на всякий случай, мана ведь в Академии дармовая, нигде не было написано, что за её восполнение кому-то надо было заплатить. А вот перечнем используемых материалов мне в голову не пришло озаботиться заранее, поэтому едва Братдар ушёл узнавать, когда моим вопросом смогут заняться, я связался с Ирсиндом.

«Слушаю, лорд. Дело столь важно, что ты решил отвлечь меня от просчитывания подогнанности каменных блоков друг к другу и сочетания их агломератов для форта и совместимостью с окружающим ландшафтом?»

«Более чем важное. Из чего мы будем строить здания в новом архитектурном стиле?»

«Из чего? Я так понимаю, обычный камень тебя не устраивает, пусть демон злится».

«Дело не во мне и точно не в демонах. Мне тут сказали, что лучше использовать что-нибудь необычное, будет выше шанс на принятие с первого раза».

«Хм… А в этом новом архитектурном стиле есть подчёркивающие строгость линий и просто красиво смотрящиеся на солнце металлические детали?»

«Есть, и их довольно много».

«Тогда предлагаю использовать бронзу».

«Где ж мы её возьмём? Ни меди, ни олова».

«Всё есть. Медь можно брать из глиняной залежи в Шахтном крае, отличный оловянный рудник простаивает у Богатого склона. Там вообще много чего простаивает, а разведать толком некому».

«Гномы с разбора крысиных деревень не подойдут? Они, вроде бы, должны быть свободны».

«Они как раз нашли глину с медью и ещё пару дней пробудут у Молота, вскроют все сюрпризы. А так идея отличная, пожалуй, ей и воспользуюсь. Но мы отвлеклись. Не только металлом жива архитектура. Предлагаю делать в основном плоские деревянные крыши, зеленить их купоросом, а объёмные элементы выкладывать медью».

«Чтобы они тоже стали зелёными?»

«Это необязательно, пусть демон злится, алхимия творит и такие чудеса. Так что вся медь останется медной при грамотном уходе».

«Витражные окна я сам внёс в макет, Кадаг нам в помощь. Ну и различные барельефы тоже предусмотрены, так что давай не будем ходить вокруг, а сразу перейдём к каменной проблеме».

«А разве есть проблема? Помнишь восхитительный жёлтый камень из Города? Не можешь не помнить, Велес просто не даст. Так вот, запиши его процентов на двадцать от общего количества. Белый диамат не самое частое архитектурное решение, должно сработать. Ну и обычный гранит тоже, шахта есть внутри поселения динков, они подсобят».

На этом мана закончилась, продержав разговор рекордно долго, и я не успел сказать Ирсинду, что про жёлтый камень из Города я всё-таки забыл и сейчас в спешном порядке искал на форуме, что такое белый диамат. Нашёл, даже объяснение, почему у жёлтого камня в названии есть «белый» тоже нашёл. И проговорённые изменения в общий макет тоже внёс, которые тут же оказались на всех экземплярах бумажных копий. Последнее, что сделал, максимально по диагонали пробежал по статье о плоских деревянных крышах, чтобы примерно представлять, о чём речь.

Три часа спустя, весь вымотанный морально, я буквально вывалился из кабинета, где шестеро архитекторов-мастеров пытались завалить мой макет, чувствуя себя выпускником, параллельно защитившим сразу три диплома как минимум. Наградой за почти бесконечные упражнения в словоблудии стала характеристика «Красноречие», её третий уровень и двести сорок из двухсот пятидесяти очков до четвёртого уровня.

— Поздравляю, — совершенно искренне сказал вышедший следом Братдар. — Это было великолепно. На моей памяти, так открыто себя вели и отстаивали свою позицию лишь шестеро бессмертных. Ты седьмой.

— Здесь было много бессмертных до меня? — медленно спросил я, опустошив трёхлитровую флягу с водой.

— Здесь? — переспросил гном. — Нет, здесь я работаю лишь второй месяц, собираю статистику новых архитектурных веяний. До этого я работал в Сатрагге, городе намного большем Грауберка. Вот там бессмертных всегда было много, почему все они считали, что придумывают что-то новое, лишь дёшево копируя друг друга. Это вам не сочетание бронзы, диамата и сагитированной крыши снаружи с картинами на камне и диагональными витражами. Правда, очень необычно, пусть и было заметно, что придумано на ходу.

— Не совсем, — отозвался я, потихоньку собирая мозги в кучку. — Пусть каменных картин изначально в планах не было, я много думал о них в детстве, так что это не совсем экспромт. С витражами также, мне никогда не нравились полностью витражные окна и я мечтал, что кто-нибудь разделить их по диагонали, в одной половине вставив просто стекло, а в другой — цветное.

— Теперь ты сам сможешь воплотить свою мечту, — заметил Братдар. — Это ли не счастье, когда самые смелые мечты сбываются? Только прошу, не бросай деревянное строительство. Угловые округлости это, безусловно, здорово, но твоя Гильдия Охотников из целых брёвен в виде башни эстетический красива, как и мукомольная мельница.

— У меня и в мыслях не было что-либо бросать, — открестился я от подобных перспектив. — Наоборот, многое будет построено именно из брёвен.

— Радостно это слышать, — едва ли не запрыгал от счастья гном. — Твоё Королевство недалеко от нас, быть может, в скором времени я посещу его и лично посмотрю и на яругловую архитектуру, и на деревянную.

С этими словами Братдар зашёл обратно в кабинет, а я остался сидеть, собираясь с мыслями. Сегодня ещё надо успеть найти мастера-гравировщика, вернее, Грандмастера, и боевого наставника, так что работающая голова мне пригодится совершенно точно, а пятнадцать минут погоды не сделают.

По ходу защиты архитектурного стиля, экспромтом названного яругловым, что интуитивно расшифровывалось как «округло-угловой Ярогрейва», мне пришлось показывать все предыдущие чертежи, вплоть до площадок Топорщиков и Арбалетчиков, идти на уступки во внутренней отделке, полностью отказываясь от ткани в пользу раскрашенных горельефов, и вносить экспромт в виде частичных витражей и стеклянных стен, само собой непрозрачных и прочных к разбиванию, благо один членов комиссии, маговка Зэрин Абисси, сама предложила для этого синфинский порошок из озёрных водорослей. Отказываться от того, что само идёт в штольню, я не стал, тем более, что и без этого спорить пришлось о многом, особенно о плоской да ещё и деревянной крыше. Меня пытались убедить, что храм без сильного элемента на крыше смотрится блёкло, я настаивал на металлических конструкциях, опутанных вьющимися растениями. С большим трудом мне удалось отстоять право самому решать, какой делать ещё не случавшуюся в Асхане веру, за что и получил основной прирост красноречия и новую головную боль в виде этих самых вьющихся растений. Благо, я не один, а все вместе мы придумаем, как лучше это реализовать.

Выполнено задание цепочки квестов «Архитектура громада» Свежий взгляд

Вы зарегистрировали в Гильдии Архитекторов новый стиль для Храма Арката

Получено задание «Первый камень»

Постройте основное здание храма Арката

Награда: следующее задание цепочки

Строго говоря, я зарегистрировал два стиля. Второй, под названием армъяругловый, проще и будет применяться для военных зданий, наподобие тех, что стоят в Грифоньем форте.

— Ярогрейв, подождите, — окликнул меня смутно знакомый женский голос на выходе из Гильдии.

Обернувшись, я увидел так и не назвавшуюся эльфийку из Академии. Даже интересно стало, что ей такого могло понадобиться.

— Ярогрейв, мне надо с вами поговорить, — сказала она, подойдя ближе. — Меня зовут Рейлифель, я эльфийский шаман и маг Воды третьего ранга, я должна вас предупредить…

— Что-то с Ергридом? — бесцеремонно перебил я магичку.

— С вашим магом всё в порядке, его обучение пройдёт по плану и точно в срок, — скривив губы, ответила Рейлифель. — А вот с вами далеко не всё в порядке. Вы знаете, что к вам испорченным ритуалом привязаны два лиса?

— Знаю, — удивлённо ответил я. — Они со мной уже почти неделю, последствия атаки шаманов-орков. Аастия сказала, что в нашей связи нет ничего плохого.

— Аастия? — переспросила эльфийка. — Фея?

— Дриада. Так что со связью?

— Со связью всё в полном порядке, она стабильна и равноценна, у вас явно сильные отношения с Природой. Но вы совсем их не развиваете! Они рискуют вырасти обычными зверями вместо опасных орудий магического убийства. Нельзя этого допустить!

Фанатичный блеск в глазах и безумная улыбка недвусмысленно говорили одно: эта магичка просто так не отступит. Хочу я этого или нет, но Огель и Пактиквул станут этими самыми «опасными орудиями магического убийства». И лучше мне хотеть этого, иначе… А что, собственно, иначе? За мной стоят такие силы, что обыкновенной эльфийка, пусть даже шаману и магу одновременно, не снились. С другой стороны, шаман она явно не слабый, раз никаких внешних атрибутов на ней нет, значит совершить в мою сторону хитровыдуманную пакость она вполне может и никакие боги с демиургами её не остановят. Разве что только посмертно. Да и просто интересно, что она может предложить.

— Огель и Пактиквул обычно всегда идут за мной, — нейтрально произнёс я, постаравшись сбить фанатизм магички, — но сюда не пошли, оставшись за городом.

— Мы не пускаем в Грауберк существ с ритуальной связью, — вполне вменяемо ответила Рейлифель. — Нам не нужны проблемы из-за сорвавшихся с поводка. Даже безобидная белочка в полной силе способна причинить немалые разрушения, поэтому мы не рискуем. Но если вы согласны обучить своих зверей контролю, мы сделаем исключение.

— А как же магические орудия? — уточнил я. — Разве это совместимость с контролем?

— Более чем вполне, — с безумной улыбкой ответила магичка. — Сначала контроль, только потом становление орудием. В противном случае никакая стабильность связи не удержит существ от смертельно опасных выходок даже для своего хозяина.

— А если не делать существ орудиями?

— Тогда контроль не понадобится, но вы ведь уже приняли правильное решение, верно?

— Принял, — вздохнул я. — Что делать-то надо?

— Для начала взять этот перстень, — протянула мне магичка толстое кольцо из чёрного металла с тремя жёлтыми камнями в ряд. — И непременно надеть его, иначе ничего работать не будет.

Не без опаски я взял украшение, рассмотрел его свойства, в которых значилось лишь Перстень Контроля, Смирения и Равновесия; необходим для существ, связанных разорванным шаманством и надел на свободный палец, в любую секунду готовясь его немедленно снять. Ничего не произошло. Плохого ничего, а вот лисята оказались около меня моментально.

— Тяф! Тяф! — приветственно пролаяли они в мою сторону и вопросительно кивнули в сторону магички, мол, кто это.

— У-у-у, да они совсем маленькие, — протянула Рейлифель. — Тогда тем более ничего не потеряно.

— Тяф? — фыркнул Огель справа от меня.

— У вас есть какие-нибудь ещё дела в Грауберке? — требовательно спросила эльфийка.

— Я хотел ещё найти Грандмастера-гравировщика и боевого наставника, — ответил я, посчитав эту информацию не тайной. В конце концов, если меня нашли у Гильдии Архитекторов, значит и в остальных местах города тоже найдут.

— Ну значит, часа четыре у меня есть, — фанатично отозвалась Рейлифель. — Просто и чудесно. Я забираю их. Верну в целости и сохранности, обещаю. А вам надо спешить, мастер Ранингем принимает только до двух.

С этими словами магичка метнула в меня кислотно-зелёный водоворот, который перенёс меня на странную улицу, заполненную боевыми школами с одной стороны и различными производственными мастерскими с другой. На вывеске мастерской за моей спиной значилось Грандмастер Ранингем, металлообработка высшего класса. Дорого. Стучать три раза.

«Да уж, умеет эта Рейлифель решать проблемы. Странно, что она при таких способностях эльф».

В первую очередь она шаман высокого уровня, за такими могущественные духи, им какие-то гномьи корольки не авторитет.

«Но и что-то плохое сделать с нашими лисятами она не сможет, обещала ведь. Иначе духи отвернутся от неё как минимум на очень долгий срок».

Это если она настоящая, а не демон под личиной. Тогда всё накроется медным обвалом.

«Демоны под личиной Перстни Контроля не раздают, они такое в руки взять не могут, даже в перчатках. Так что вряд ли».

Всё равно боязно. Вдруг что-то пойдёт не так чисто случайно? Кто нам тогда вернёт себя Огеля и Пактиквула?

«Ну ты давай, накрути ещё себя. Всё будет хорошо, просто верь. И стучи уже давай, очень уж мы странно смотримся живой тумбочкой посреди дороги».

Вздохнув, я и в самом деле постучал ровно то количество раз, сколько было указано, подивившись этой информации непосредственно на вывеске. Минуту спустя мне открыл полностью лысый мужчина средних лет со странными сине-серыми хаотичными рубцами на макушке. Человек, на голову выше меня, одет просто, рубаха да штаны, на глазу повязка с ювелирным микроскопом, ну или как правильно этот портативный увеличитель называется. На ногах тёплые меховые тапочки, из белки, судя по характерной рыжине. Держится солидно, ничем не уступая магичке, разве что глупой улыбки и безумного взгляда нет.

— Гном, — констатировал мужчина. — Теперь понятно, почему такой умный заказчик. Ни один гном ещё не постучал больше или меньше, чем конкретно написано. Были бы все такие умные, наступила бы скука смертная, не иначе. Заходить будешь?

— Зайду, — осторожно ответил я.

— Ну так заходи, не стой кирпичиком, — устало процедил Грандмастер, уходя вглубь дома. — Дверь за собой закрой на средний засов.

Подивившись наличию сразу трёх засовов на одной двери, я сделал как было сказано и пошёл следом за Ранингемом. Мастерская, в которую он меня привёл, оказалась… стандартной, что ли. Верстак, горн, наковальня с молотами разного размера, многочисленный инструмент на стенах что называется в ассортименте, система хранения наподобие картотеки в архивах и библиотеках, только ящики больше и металлические.

— На что конкретно будет заказ? — спросил Грандмастер, усаживаясь за верстак, весь усыпанный мелкой стальной стружкой.

— Вот на это, — ответил я, доставая голову молота. — Надо сделать гравировку.

— Это я как шпилем о собор, — хмыкнул мужчина, принимая стальное изделие как величайшее сокровище. — Кто ковал?

— Я, Грандмастер.

— Ты??? — безмерно удивившись, переспросил Ранингем. — Ну да, и в самом деле ты, связь с тобой конкретна и неразрывна. Но как? Ты ведь подмастерье.

— В порыве вдохновения, — хмуро ответил я, едва сдержавшись от рвущихся наружу ругательств. Второй связист за день на мою бороду.

— Так ты, выходит, не заказчик, а более чем коллега? — по-новому посмотрел на меня Грандмастер. — Что ещё умеешь?

— Отковка слитков, грабли, лопаты, тяпки, подковы, кинжал собственного имени, — с готовностью ответил я. — Совсем немного, Грандмастер.

— Покажи, — требовательно сказал он и добавил: — Не зови меня Грандмастером, для всех я конкретно мастер Ранингем.

— Хорошо, — кивнул я, доставая кинжал. — Это то, что могу показать сейчас.

— Значит, остальное сделаешь, — ласково-ласково улыбнулся мужчина. — Или ты не хочешь гравировку?

— За деньги вообще никак? Даже дорого?

— За деньги только заказчикам, — тем же тоном произнёс мастер. — А ты коллега, тебе за мастерство. Так что, конкретно нужна гравировка?

«Нужна, это моё желание вообще-то. Вставай за наковальню, Старший, и сделай всё, что можешь».

Пришлось подчиниться желанию Ярика, сам ведь тогда спорил. То, что я подобным же образом обыграл Илата, ничего не значит вообще, обещание есть обещание.

За час я отковал всё, что назвал, кроме пластины из слитка. Лучше всего, естественно, вышли лопата и тяпка. Грабли я слегка запорол и перекосил зубья относительно оси, кинжал получился чуть короче, чем эталонный, с зачарованием от Доргу. Ну и подкова вышла просто отличная на мой взгляд. На всё это ушло чуть больше сорока минут, и за остаток времени я решил сковать меч. Разумеется, на полноценную отковку времени не хватило, да и делал я его самостоятельно первый раз, поэтому вышло не абы что. Похоже, с гравировкой я пролетаю.

— Сам всё понимаешь, да? — спросил мастер, пристально оценив все изделия. — Кинжал неплохой, сельхозинструмент стандартный, подкова для подмастерья хорошая, на мечах практики нет совсем. Я вынужден отказать, несмотря на отменное качество конкретно молота. Бить врагов ты будешь без моей помощи.

— Бить им врагов у меня в планах не было, — прищурившись, сказал я. — Это молот для ковки.

— Это конкретно меняет дело, — протянул Ранингем. — Делать для тебя исключение я всё равно не буду, а вот предложить ученичество могу. Всего три занятия, и гравировка твоя, заодно нормальный меч сможешь делать. Я не могу понять, согласен ты или нет из-за этой бороды.

— Я в сомнениях. Хочется и мифрил добыть, и кирку не сломать.

— В чём конкретно проблема? — не понял мастер. — Три занятия для тебя много? Или ты у кого-то ещё учишься?

— Нет, — покачал я головой, — Зорбеку я уже ничего должен, как и он мне, кузнецом я стал, пусть и подмастерьем. Я не уверен, что у меня будет в ближайшее время хотя бы пара свободных часов.

— Ну что ж, воля твоя, — разочарованно ответил Ранингем. — Если надумаешь, буду ждать в любое время. Всего три занятия по три часа. А сейчас конкретно свободен. Больше тебе здесь делать нечего.

В полном раздрае я вышел из дома Грандмастера. Понимание того, что гравировка нужна, никуда не делось, но возможности… Один бессмертный и война с ним, другой и его защита, третья, с которой надо встретиться и хотя бы поговорить. Понятия не имею, сколько на всё это время уйдёт. Придётся постараться. Ох…

— Боевой наставник, — пробормотал я. — Надо доделать все дела в Гракберке и начать решать проблемы. Где здесь нужный мне наставник?

Нужного наставника я нашёл только в пятнадцатой боевой школе, как всё это называлось. Мест, где учат Берсеркеров, оказалось совсем мало. Одно, если быть совсем точным, и то с настолько маленькой припиской об этом, что без острого зрения Аса прошёл бы мимо и не заметил.

Пока искал, успел поразмышлять с Яриком причины нахождения всех боевых школ и мастерских на одной улице. По итогу, конечно, так ни к чему и не пришли, но версия с мерами безопасности для всего остального города нам понравилась больше других.

Боевая Школа Рукопашных единоборств, как называлось нужное мне заведение, ничем не отличалось от остальных, стоящих рядом. Все, как одна, были деревянными, в отличии от каменных и кирпичных мастерских напротив. Более того, все школы будто строил один и тот же мастер методом «Ctrl+C+Ctrl+V», опять же в худшую сторону от мастерских, у которых и этажность была разная, и материалы отделки, и их цвета, и крыши, и даже куда более мелкие детали.

Никаких указаний на количество стуков не было, а вот молоток в форме сжатой в кулак ладони имелся, поэтому я постучал те же три раза и стал ждать. Минуты две ничего не происходило, никаких скрипов и шорохов из-за забора не раздавалось, и я уже собирался было стучать снова, как окошко над дверью открылось и в нём показалось заспанное бородатое лицо, подарив мне дежавю на первую встречу с жителями Каменного топора.

— Ученик? — с трудом сфокусировав на мне взгляд, спросил гном.

— Пока нет, но очень хотелось бы, — ответил я.

— Хотелось ему, — устало проворчал собеседник. — Ты вообще уверен, что тебе по адресу?

— Уверен, — твёрдо произнёс я. — Вот, у вас на заборе всё написано.

— На заборе, понимаешь, написано, — едва не сплюнул гном. — Мало ли что на заборе написано, грамотные все пошли. Заходи, не стой бамбашкой.

Окошко закрылось, дверь проделала обратный наружный манёвр. Пожав плечами, я вошёл. Встретил меня низкорослый даже для гномов удивительно синеволосый бородач в просторной чёрной одежде посреди небольшой утоптанной площадки перед домом. На правой руке гнома полностью отсутствовал указательный палец.

— Ну а теперь, пока ещё не ученик, давай, говори, что тебе на самом деле от меня нужно, — вместо приветствия потребовал странный гном.

— Мне нужен боевой наставник, — честно ответил я. — У вас написано, что вы обучаете Берсеркеров.

— А ты мнишь из себя из Берсеркера, так, что ли? — холодно спросил возможный наставник.

— Я и есть Берсеркер, — спокойно ответил я.

— Да неужели? — слегка дёрнул правой бровью гном. — А доказать сможешь?

— Как?

— Вот так.

Под рубашкой гнома нестерпимо засветился красным квадрат три на три сантиметра, и вокруг меня разом появились десятка два орков с двуручными дубинами. Вообще не думая, я тут же активировал боевой режим и танцевальный движением ушёл сразу от трёх близстоящих врагов, решивших проверить на прочность мою голову. После чего, оттолкнувшись от широкой спины, взмыл в воздух, чтобы с ноги вломить нерасторопному варвару… как всё пропало, будто и не было.

— Что-то не так? — спросил я гнома.

— Всё слишком так, проверка прошла успешно, — ответил он и расплылся в улыбке. — Армруд из клана Кристаллической пыли, мастер рукопашного боя.

— Ярогрейв, — коротко представился я. — Далеко вас занесло от дома, мастер.

— Бывают обстоятельства, что намного сильнее нас, — жёстко ответил гном. Его лицо превратилось в восковую безжизненную маску, борода встала колом, готовясь к защите в любой момент и давая понять, что говорить об этом он не намерен.

— Не любите разговоры о доме, мастер? — тем не менее спросил я, понадеявшись на божественную удачу.

— О доме — люблю, — хрипло произнёс Армруд. — О доме я готов говорить часами. О маме, готовившей изумительное жаркое и научившей меня, о братьях, одним лишь молотом создающих удивительные вещи из любого металла, о дяде Урхрапте, каменщике, опалённым Аркатом, о бабушке Лудриге, способной из обычной стали создавать ювелирные шедевры, и пошедшей по её стопам сестре. Обо всём этом готов говорить столько, сколько захочет собеседник.

— Большая у вас семья, мастер, — отметил я. — Не каждому так везёт.

— Мне повезло, в этом плане я не стал бамбашкой, — довольно произнёс Армруд, подтверждая постулат важности семьи для гнома.

— А как же отец? Вы ни слова не сказали про него.

— Отец, — снова прохрипел мастер, его лицо опять стало маской. — Я не люблю говорить про отца.

— Понимаю, — осторожно произнёс я. — Если твой жизненный путь отличается от пути остальной семьи, добиться благосклонности её практа очень сложно.

— Понимаешь? — прищурившись, спросил мастер. — Правда понимаешь? Не врешь?

— У моего брата точно такая же история, — как можно спокойнее сказал я, не вдаваясь в подробности. — Он с самого детства не хотел идти в творчество, отец буквально давил, временами было очень громко. В итоге брат просто ушёл.

— Мне тоже пришлось уйти, — тихо произнёс мастер. — Оставаться там, где тебя ненавидят по глупой причине, я физически не смог. Потому и ушёл, фигурально хлопнув дверью и пообещав не возвращаться, пока не стану Грандмастером рукопашного боя. Это стало моим реальным проклятьем, я не могу ни секунды находиться на землях, принадлежащих эйдену Орабрадитису. Да и любому другому эйдену тоже.

Мда, ситуация и в самом деле очень плохая. Так получилось, что вне Эйдетрии можно стать только мастером, ранг Грандмастера и выше могут присуждать только свои. Такой порядок установлен у всех рас, не только гномов, и из-за этого мастер Армруд попал — чтобы стать Грандмастером, ему нужно вернуться, а чтобы вернуться, ему нужно стать Грандмастером. Впрочем, с появлением новых нейтральных сил, может что-то и получится.

«А оно нам вообще надо, Старший?»

Может и не надо, Ярик, но помощь я предложу. Как-то зацепила меня история мастера, ещё и брата вспомнил.

«Ну предложи. Лишь по итогу нам не вышло это боком».

— Мастер Армруд, вы уверены, что ничего нельзя сделать?

— Нет, не уверен, — решительно отозвался гном, — поэтому ищу и пробую все возможные варианты. Хочешь помочь?

Доступно скрытое задание первой пробы «Секреты мастерства»

Помогите мастеру Армруду из города Грауберк стать Грандмастером рукопашного боя

Награда: скрыто третьего класса

Принять? да/нет

Уж ничего себе тут сюрприз получился. Просто разговорил гнома о семье, называется. Мало того, что получил задание первой пробы, не находимого до этого никем, так ещё и дадут ненужную мне награду третьего класса при минимальной десятого, а максимальной, соответственно, первого. Снова божественно-демиурговская помощь?

«У нас Красноречие почти четвёртого уровня вообще-то. Оно способно открыть самые неподдающиеся силовому воздействию двери».

Ну да, я потратил время на споры с архитектурной комиссией, воспользовавшись одним из советов Братдара, взамен получив такой вот ключик. Сорванность творит чудеса, без неё мне пришлось бы согласиться на доработку выявленных недочётов и уйти, чтобы вернуться завтра. Ну да, здесь согласен, это было чисто моё решение. Похоже, я открыл один из секретов более лёгкой игры.

«Нет, Старший, совсем не ты. Один форумчанин вообще советовал во всех без исключения играх с полным и частичным погружением качать Красноречие, ибо неписи стали на десяток порядков умнее, а умение говорить значительно облегчает поиск подхода даже к самым трудным из них. Так что ты скорее переоткрыл этот секрет, пусть и без чьей-либо помощи».

Пусть так, главное, чтобы работало и приносило плоды. Военные в том числе.

— Да, мастер, хочу, — ответил я, прожимая согласие. — Для начала хотя бы попробую, а там уж как пойдёт.

— И если у тебя получится, взамен ты сможешь потребовать что угодно в пределах разумности и моего влияния.

— Взамен? — переспросил я. — Потребовать? Нет, мастер, мне ничего не нужно.

— Это уже от тебя не зависит, — хмыкнул Армруд, после чего его борода приняла хитрющий вид. — Я знаю, какую тебе дать награду. У тебя есть воины-рукопашники?

— Костоломы разве что, — удивлённо ответил я. — Да и то у них же кастеты.

— Кастет не считается, он кулаку не мешает. Значит, я буду обучать твоих Костоломов. И это предложение отказа не допускает. Грандмастерам не отказывают.

«А в перспективе можно создать целый рукопашный Орден не только из Костоломов. В Асхане есть немало оружия, которое не мешает кулаку».

У нас уже есть один Орден и один в перспективе. Куда ещё-то?

«Орденов много не бывает, тем более боевых. А вдруг тебе придётся по транс-квесту оборонять столицу от настоящих орд нежити? Там уже будет не до «куда ещё-то?», там проклинать себя будешь, что отказался от перспектив».

— Хорошо, мастер, воля ваша, — нехотя согласился я. — Но мы ушли от темы. Вы станете моим боевым наставником?

— Теперь у меня просто нет выбора, — серьёзно ответил Армруд. — Но я не бамбашка какая-то, я профессионал. Мне не с руки обучать абы кого. Придётся пройти три испытания.

— Я согласен.

— Ещё бы ты был не согласен, — проворчал мастер и повернулся в сторону дома. — Пойдём за мной.

Выполнено задание цепочки квестов «Невиданные возможности» «Шаг первый: наставник»

Награда: следующее задание цепочки

Получено задание цепочки квестов «Невиданные возможности» «Шаг второй: испытание»

Пройдите испытание Берсеркера

Награда: информация об активаторе

Через хозяйственную пристройку, похожую на обычную остеклённую веранду, мы прошли на куда большую площадку, вымощенную камнем, огороженную со всех сторон хозпостройками, а по ближней стене заставленную двухметровыми шестами с различными навершиями на концах. Всего их было двадцать шесть штук.

— Ничего сложного от тебя не потребуется, — сказал мастер, подходя к шесту с оскаленным черепом. — Всё, что нужно — меньше, чем за три минуты победить всех врагов. И так три раза.

Задание дополнено: условно победите три группы врагов меньше, чем за три минуты

Групп условно побеждено 0/3

Армруд слегка надавил на шест, и на площадке стали появляться скелеты с фрагментами ржавых доспехов и таким же оружием. Секунд за двадцать количество противника достигло полусотни, после чего пошёл таймер, а в мою сторону с сухим треском поковыляли обречённые враги мечами и копьями вперёд. В этом бою ничего сложного для меня не было, я прыгал, перекатывался, снова прыгал, топтал, давил, снова перекатывался, снова прыгал — в общем, делал давно уже ставшими привычными вещи. Меньше полутора минут спустя последний костяк рассыпался на отдельные детали.

Испытание пройдено

— Неплохо, совсем неплохо, — выдал оценку мастер, переходя к шесту с рогато-крылатой головой. — Теперь задание посложнее.

На этот раз нажатие было куда сильнее и продолжительнее. Тренировочную площадку стали заполнять бесы, но не обычный их вариант, а более крупный, прыгучий и с золотыми копытами. Прыгуны. Их количество по сравнению со скелетами не изменилось, их жажда моей смерти стала намного сильнее, а вот мои возможности для убийства сократились очень даже неплохо. Секунд двадцать я попытался попрыгать вместе с ними, но ничего путного из этой затеи не вышло. Тогда, достав из инвентаря кинжал и включив уже помогшее однажды Либертанго, я затанцевал. Эффективность моих атак тут же возросла, заходить за спины и обезглавливать тварей стало куда проще, не говоря уже про уходы от их попыток атаковать меня. Впрочем, в отмеренный промежуток времени я уложился едва-едва, на флажке добив последнего прыгуна простым ударом в шею.

Испытание пройдено

— Симпатично, — прокомментировал Армруд, делая шаг к шесту с серпом и косой вместо навершия. — Ну а теперь самое лёгкое.

С хитрой улыбкой чёрного риэлтора мастер коснулся шеста, и на площадке разом появились крестьяне. Самые обычные крестьяне в простейшей домотканой одежде и с сельхозинвентарём вместо оружия. Они озирались по сторонам и не могли понять, что делают в этом странном месте, но нападать не спешили.

Не спешил и я, вообще не понимая, что делать. Мне даже не хотелось называть этих людей врагами, они ничего мне не сделали. В их глазах плескался страх, на их лицах чётко читалась растерянность, они сбились в кучу и ощетинились колюще-режущими орудиями, но нападать всё ещё не спешили. Так мы и простояли все три минуты, пока они с тихим хлопком одномоментно не исчезли. Испытание однозначно провалено, мастер наверняка скажет что-то типа «Берсеркер должен быть безжалостным к своим врагам и не давать им пощады». Но что я могу сделать, если каждой клеточке моего цифрового тела и не менее цифровой души противило нападать на по сути беззащитных крестьян, даже не попытавшихся с испугу швырнуть вилы или серп на худой конец. Но нет, они просто боялись, а я просто не смог. Неужели придётся искать нового, не такого требовательного, наставника?

Мастер Армруд отошёл от шестов и встал напротив меня. Я смиренно ждал своей участи, никак не пытаясь влиять на гнома. Тот с минуту внимательно меня рассматривал, а после расплылся в улыбке, до боли напоминающую Илатовскую.

— Поздравляю, ты сумел доказать, что не бамбашка.

— Серьёзно? — недоверчиво спросил я.

— У меня нет привычки шутить на такие серьёзные темы, — не меняя выражения лица, произнёс мастер. — Настоящий берсеркер это не только рвать и метать в порыве ярости направо и налево, это ещё и умение действовать по-другому, когда привычная схема даёт сбой, и не бросаться на всех подряд, зная, что они ничего плохого не сделали. За тобой чувствуется большой боевой опыт. Про опыт принятия решений уж промолчу, у бессмертного лорда он есть по обязательствам.

Испытание пройдено

Групп условно побеждено: 3/3

Выполнено задание цепочки квестов «Невиданные возможности» «Шаг второй: испытание»

Для получения награды поговорите с наставником боевого стиля

На последних словах Армруд смотрел на мою правую руку. И пусть я был в латной перчатке, оттиск кольца игрока на металле всё равно имелся. Мастер с самого начала знал, с кем имеет дело. Не даром же он хочет тренировать «моих» рукопашников.

— Ты лучше скажи, что стало с твоим оружием? — попросил наставник. — Кинжал ведь тебе не обязательство, верно? Чем ты сражался в момент становления?

— Толстой веткой, — хмыкнул я. — Теперь этой ветки нет, она полностью стала тотемом. Приходится обходиться без неё.

— Тотемом? — уважительно переспросил Армруд. — Не каждый Берсеркер доходит до осознания тотема, ты редчайшее исключение.

— Мне говорили, — кивнул я. — Теперь, вот, сражаюсь тем, что есть.

— И много чего есть?

Вместо ответа я положил на камень площадки кинжал и поочерёдно добавил к нему ставший лиловым костяной шип странного ежа, вампирский меч и лопату, на этот раз отчего-то решившей раскалить докрасна свою режущую кромку. Кинжал мастер осмотрел достаточно придирчиво и положил обратно, шип повертел в руках секунд пятнадцать, после чего тоже положил, меч аккуратно приподнял за рукоять, сделал пару взмахов и так же аккуратно опустил, а вот над лопатой завис минут на десять, просто смотря на неё с восторгом и не подавая в это время признаков жизни. Я не стал терять время даром, а начал создавать проект основного здания Храма Арката. В очках Чертёжника меня не ограничивали, но совсем уж здоровенную громаду я рисовать не стал. В конце концов, на выходе мне нужен архитектурно гармоничный комплекс зданий, а не варварское торжество безвкусия и больших денег. Двенадцать метров в высоту, не считая верхнюю точку конструкции крыши, пятнадцать метров длина входного фасада, диагональные витражи по боковым стенам и над входом, много бронзы везде, где она уместна, подчёркнутый жёлтым камнем горельеф по периметру крыши, небольшой парапет с теми самыми медными деталями. Естественно всё это проработать я не успел, за десять минут-то, а вот наметить и расчертить периметр очень даже.

— Бессмертные явно берсеркерству к лицу, — почти прошептал наставник, выходя из своеобразного транса, и без перехода спросил: — У тебя уже есть что-то, требующее активатора?

— Есть, — кивнул я, — браслеты.

— Активатор по праву твой, заслужил. Только он не сделает из тебя того Берсеркера, к которому ты стремишься.

— Это я понимаю, потому и искал наставника. С вашей помощью я надеюсь стать им. Так где активатор?

— Не всё так просто, лорд, — хмыкнул мастер. — Активатор ещё надо найти.

— Где?

— Этого я не знаю, — развёл руками мастер, — в этом я та ещё бамбашка. Знаю лишь, что в течение суток ты получишь информацию об этом, а там уже всё будет зависеть от тебя. Как только он будет у тебя — приходи, будем заниматься твоей активацией.

Получено задание цепочки квестов «Невиданные возможности» «Шаг третий: активатор»

Найдите активатор

Награда: выбор специализации активатора

В полном недоумении я вышел из боевой школы мастера Армруда, пропустив пятерых разнорассовых ребятишек, явно спешивших на очередное занятие. Похоже, в той длинной простыне «прочих» обновлений значилась ещё и берсеркерская цепочка, иначе никак произошедшее не объяснить. Наставник обязан был дать мне активатор на месте, об этом твердили все с форумного берсеркерского раздела, и я уже должен был выйти с первыми боевыми приёмами. Как говорится, не получилось, не фортануло, придётся ждать сутки и прикладывать куда больше усилий для добычи этого трижды клятого активатора. Ну ничего, то, что нас не убивает, даёт минимум пару сотен очков опыта.

Через полчаса я, изрядно поплутав по узким улочкам Грауберка, вышел к уже знакомой части города. К счастью, именно в этот временной промежуток со мной связалась Бурмантия, с остальными своими феями отправленная на поиски неведомого стаутаригера и отчиталась о его успешном нахождении. За пятнадцать минут она кратко описала всё: нахождение небольшого с виду полуразрушенного домика посреди зарослей белого рябинника, серию мелких стычек с пустоглазыми, как их назвала фея, дроу, тяжёлый бой с полусотней пауков-переростков и их Королевой, получасовую позиционную войну с девятью перворанговыми минотаврами и двумя Ведьмами, поиски стаутаригера по обширным подвалом с новыми пауками за каждым углом, вызволение его из Ядовитого Круга, лечение найденным в плохо скрытом тайнике зельями. Прямо сейчас они двигались от Кварцевой жилы к Баг-Дааду, чтобы передать Ширшинаха, так звали стаутаригера, в знакомую ему бюрократический среду, схваченных трёх минотавров и ту самую Королеву пауков на арену, а четыре жезла управления, остаток запаса зелий, почти все боевые, и оставшийся свиток массовой телепортации на Склад под юрисдикцию Кернисс, а самим подлечиться от различных не самых приятных дебафов. Всё же пусть среди фей никто не погиб, им неплохо так досталось, особенно от Ведьм.

А у меня после этого разговора образовалось ещё дело в Грауберке. Как только я услышал про алхимию, у меня в голове будто щёлкнула лампочка, как в мультиках. Мы ведь проходили с Ергридом местную Гильдию Алхимиков пока искали магическую академию, а я вроде как алхимик, пусть и начинающий пока, подмастерье третьего ранга. Но кто сказал, что это должно помешать мне войти в Гильдию? Рецепты ведь надо откуда-то брать, сами собой они не материализуются, покупать дорого, а надеяться на одни лишь награды с заданий и данжи рискованно. Нужен постоянный доступ к рецептах и лучше Гильдии Алхимиков в этом плане ничего не придумано. Вот я и пошёл к красно-жёлтому кирпичному зданию в три этажа с фонтаном в виде бурлящего котла перед ним.

Охранник пропустил меня внутрь без каких-либо проблем, я просто сказал ему цель визита. Внутри обстановка больше напоминала среднестатистический офис начала двадцать первого века. Если бы отсутствие всевозможной техники и электроники и специфическая одежда разнополой эльфийской парочки за стойкой, можно было бы вполне решить, что я сошёл с ума на почве всех этих игр.

— Что вы хотите, грудус? — спросил эльф-мальчик с внешностью модели и именем Даристиль на подобии бейджика. — Мы предоставляем весь спектр алхимических услуг. Консультации по общей алхимии для желающих сделать первый шаг в освоении этого непростого ремесла. Повышение знаний для достигших определенной ступени мастерства. Скучная покупка всевозможной алхимии ассортиментной миролюбивости. Найм профессиональных специалистов для производственных целей. Фундаментальная алхимия. Безвозмездные пожертвования на развитие алхимической науки. Всё это и многое другое в нашем отделении Гильдии Алхимиков.

Если этот эльф ставил целью смутить меня своей значимостью, то у него ничего не вышло. Я лишь хмыкнул его содержательной речи. Всё, что связано с алхимией в Бесконечном мире, я, пусть и в общих чертах, знал.

— Мне второй пункт, пожалуйста, — серьёзно ответил я. — Впрочем, и о третьем я совсем не против задуматься.

— Для второго пункта вам нужно подняться на второй этаж по лестнице за вашей спиной, грудус, — перестав изображать красивую статую в сексуальном зелёном платье, произнесла эльфийка. — Там вас вполне могут проконсультировать по вопросам покупки алхимии. Поднимитесь на второй этаж и пройдёте прямо до бело-серой двери. Заблудиться там невозможно. Доброго дня.

На лицах эльфийской парочки чётко читалось лишь одно желание — максимально приветливо повторять уже сказанное. Меня они видят в первый раз, репутации пока никакой, вот и выполняют стандартные инструкционные алгоритмы, совершенно не скрывая это. На секунду даже стало интересно, как они будут себя вести, если у клиента раскачано Превознесение с Гильдией Алхимиков, но я тут же отогнал эту мысль. Специально добиваться этого я уж точно не буду, если этого не понадобится на каком-либо из этапов той или иной цепочки. А вот если понадобится…

С этими мыслями я дошёл до нужной мне двери и постучал, по традиции, три раза. На удивление, дверь открылась сама, без чьей-либо посторонней помощи. Ко мне подошёл сидевший до этого в кресле с закрытой книгой на коленях. Книга, что странно, не упала на тёмный паркет от резкого вставания, а спокойно взлетела, после чего приземлилась на кресло. Пару секунд, когда гном шёл ко мне, я ещё сильнее думал, что сошёл с ума, но всё-таки заметил на корешке книги металлический штырь, укрепляющий прозрачные пластинки, и точно такого же дизайна ободок на голове гнома. Артефакт, не иначе.

— Наша Гильдия рада, что вы почтили её своим визитом, грудус, — приветливо, как парочка эльфов за стойкой, начал гном, шмыгнув носом. — Я Нардгрирг Кальсуд, мастер-алхимик и консультант по повышению уровня алхимии начинающих. Чем могу быть полезен?

— Ярогрейв, — кивнул в ответ я. — В первую очередь, мне хотелось бы приобрести каких-нибудь рецептов несложных зелий.

— А при чём здесь я? — не понял алхимик. — Я таким не занимаюсь вообще.

— Мне бы ещё и квалификацию заодно повысить, — пояснил я. — Это ведь возможно?

— Ну, для начала надо понять, какой у вас текущий уровень, Ярогрейв, а уже потом заниматься повышением, — ответил гном, шмыгнув носом.

— Я подмастерье второго уровня, почти первого, — сверившись с информацией на личной страничке, сказал я.

— Практика намного лучше раскрывает способности ученика, — явно кого-то цитировал Нардгрирг. — Пойдёмте.

Выходить в коридор алхимик не стал, вместо этого он повёл меня вглубь помещения, на право, за шкафы, уставленные склянками всевозможных размеров, форм и цветов. Шкафов оказалось десятка три, различной алхимии в них было много. Какая-то в одиночку гордо занимала целую полку, какая-то делила территорию с несколькими себе подобными представителями вида, а какая-то теснилась с другими разнообразными сосудами чуть ли не в четыре этажа. Я настолько засмотрелся на всё это великолепие, что едва не врезался в гнома, пытающегося открыть замок в виде чёрного облачка причудливо изогнутым ключом-молнией. Спустя минуту операция удалась, и мы вошли в алхимическую лабораторию. Гранитный пол, обитые зелёным металлом стены, чёрный потолок, двенадцать рабочих мест с котлами в середине и неизменные шкафы с ингредиентами и табличками, сообщающими о типе содержимого в них. У большого окна в похожем чёрном кожаном кресле, с которого встал Нардгрирг, сидел седоволосый человек и перебирал небольшие ящички с совсем крохотными пузырьками, будто из-под йода или зелёнки, но самых невероятных цветов.

— Карл, надо проверить ученика, — громко сказал гном, после чего снова шмыгнул, что-то коротко пробормотал себе под нос, достал из кармана жилетки белоснежный носовой платок, шумно высморкался, бросил на меня быстрый взгляд и виновато произнёс: — Прошу прощения, хронический насморк, неизлечимая вещь. Карл, ты меня услышал? Надо проверить нового ученика.

— Да слышу я, чего раскричался-то, окаянный? — нехотя отрываясь от ящичков с пузырьками, прокряхтел человек. — Надо — значит проверим. Иди себе, всё я сделаю в лучшем виде.

Встав с кресла, Карл поправил свой халат, очень похожий на персо-арабский, и единым слитным движением оказался около меня. Ни единый волосок его растрёпанной с виду прически не дрогнул. Абсолютно чёрные глаза украшал синий вертикальный, как у змей, зрачок

— Ну-с, юноша, что вы умеете по нашему богоугодному делу? — спросил странный человек. — Может быть, простейшие зелья?

— Зелья тоже, — сглотнув, ответил я. Показывать, что эта демонстрация силы никак на меня не повлияла, не хотелось. — А так же настои и отвары.

— Это может сделать каждый, не и меня никаких навыков, — снисходительно протянул собеседник. — А зелья какие именно?

— Собственноручно выведенное Взрывное, — начал перечислять я, — модифицированные от Всехнагну Желанного, «Разложение плоти»…

— Редкое зелье, — бесцеремонно перебил меня человек, — далеко не у каждого в Книге Рецептов такое можно встретить. Сварите?

— Ингредиенты с вас, у меня с собой нет.

— Не делайте из нас дураков, юноша, — жёстко ответил собеседник, его зрачки стали похожими на лёд. — Разумеется, с нас. Всё необходимое есть в лаборатории, варите.

Никак не отреагировав на этот выпад и сверившись с рецептом, я быстро нашёл нужные травы и приступил к варке. Ничего сложного в этом не было, процесс знакомый, неоднократно опробованный. Я даже ничего особо не делал, руки сами закладывали компонент за компонентом, в нужным местах мешали, в нужных убивали огонь. И, по закону подлости, именно в этот момент решил объявиться Мистер Молодец.

Сдался, да? Так и скажи, что никаких идей о фракции славян у тебя нет

Так и говорю, никаких идей нет. Я не разработчик игр, мне не нужно думать над новыми фракциями

Свой глупый античный замок ты придумал, а славян не хочешь? Так и знал, что ты слабак. Только такие ничтожества как ты и играют в игры про лордиков с завышенным ЧСВ

Понять, что этот Мистер выводит меня на эмоции, особого труда не составило. Только вот зачем? Кто такой этот Молодец, что ему потребовался славянский замок именно от меня? Вообще, безумная идейка на этот счёт есть, надо её проверить.

Я не хочу с вами разговаривать, Мистер. Ещё раз напишете — внесу в чёрный список и ещё раз не напишите

Не-не, пацан, это не в твоей власти. Я буду писать тебе столько, сколько захочу и тогда, когда захочу. Ты не избавишься от меня

Ну вот ты и спалился, админ. Я забросаю жалобами вас по самое нибалуйся, а ещё до ЕСПЧ дойду, пусть и из виртуальности. Может хоть тогда у вашего руководства мозги появятся

Честно говоря, я думал, что после такого от меня отстанут. Админ, который играет в безнаказанного бога по отношению к беззащитным игрокам, по всем законам жанра обязан бояться разоблачения. Но нет, чуть меньше двух минут спустя — я засёк по листьям краснянки, которые необходимо проварить ровно две минуты — пришло новое сообщение от Молодца.

Хорошо, ты догадался, это делает честь твоему покалеченному мозгу. Чего ты хочешь?

Я хочу, чтобы меня оставили в покое. Неужели это так трудно? Ладно привлекли к квесту, от которого нельзя отказаться, отговорившись неведомым Множителем и его беспристрастностью выбора. Ладно сделать Храм дали, всучив ещё одну цепочку квестов и ничем вообще не отговорившись. Но приставать со славянским замка это уже перебор. Для чего вы это делаете? Герман не говорил, что на админские должности берут неадекватов

Добрый день, Ярослав, меня зовут Синицина Виктория Сергеевна, я дочь Сергея Михайловича и сестра Германа. Первое сообщение по поводу славянской фракции написал Михаил Недбаев, один из лучших бета-тестеров Бесконечного Мира. К сожалению, полторы недели назад он скончался и мы не можем узнать, что именно он имел в виду, но в своём последнем желании, как истинная жертва Херосимы, пожелал разработку собственной фракции славян. Герман, мой брат, планово был погружён в виртсон из-за стремительно прогресс падшего посттравматического синдрома. Из виртсна он уже не выйдет и сорвётся в игру. Его желанием был играбельный славянский замок, созданный на основе ваших представлениях о нём. Почему вы не хотите помочь нам в этом?

Жертва Херосимы? Именно через «е»? Дело Фаина Раневской живёт

Ну хоть кто-то меня понимает. Так вы поможете нам?

Когда нужен замок?

Как можно скорее. Виртсон удержит Германа ещё максимум две недели, после чего он неминуемо сорвётся в Бесконечный мир

А вы успеете его сделать? Две недели не такой и большой срок

Это наши проблемы. Ваша задача, если хотите помочь, создать набросок фракции по присланному шаблону. Желательно уложиться в ближайшие сутки

Минут пять, пока доваривалось зелье, я обдумывал это предложение. С одной стороны, я никому ничего не должен, Герман мне, по сути, никто и я ему ничем не обязан. Но с другой… с другой я отписался однозначным согласием. Не по-гномьи как-то бросать попавших в сложную ситуацию людей без надежды на помощь. Впрочем, чувство, что меня всё равно жёстко поимели, осталось и уходить никуда не собиралось.

— Довольно неплохо, — выдал вердикт странный человек, придирчиво осмотрев получившуюся жидкость в котле. — Не без своих косяков, но для подмастерье лучше не сварит. Ты доказал свою состоятельность. Я Ибрадок, полуджин, мастер-алхимик.

— Ярогрейв, — представился я. — А что теперь будет с этим котлом?

— Всего триста золотых и из этого количества выйдет двенадцать замечательных склянок третьего размера. — понятливо ответил полуджин. — У вас есть полновесные окаянные.

— Я заплачу. Что мне сейчас делать?

— Обратно искать этого хронического. Со своей стороны я сделал всё, что смог, — хитро улыбнулся алхимик, притягивая мне свиток, за десяток секунд самостоятельно написавшийся на моих глазах. — Это твои характеристические. Передашь Нардгриргу, ему этого достаточно.

На выходе из лаборатории меня ждал давешний гном в кресле с книгой, лежавшей на коленях в закрытом состоянии. Я готов был поставить всё Королевство, что этого кресла здесь не было.

— Ну как? — спросил Нардгрирг, вставая. Книга, как и до этого, взлетела и опустилась на кресло.

— Вот, — протянул я ему свиток. — Ибрадок сказал, что этого достаточно.

— Он раскрыл тебе своё имя? — удивился гном, шмыгнув носом и принимая текстопись. — Значит, ты что-то действительно можешь.

С минуту алхимик читал написанное на свитке, после чего нахмурился.

— Сейчас тебе подойдут лишь простейшие зелья, — профессорским тоном произнёс гном. — Ты достиг подмастерства первого уровня, почти ученик уже, неплохо идёшь. Готов ли ты развиваться дальше?

— Я на всё согласен, — кивнул я. — У меня на алхимию большие планы.

— Ну тогда мы с тобой позанимаемся, — борода Нардгрирга перешла в предвкушающее состояние. — Ты ведь готов заплатить за знание?

— Готов, — кивнул я. — Деньги зло, но без них никуда.

— Вот три первоначальных бесплатных рецепта, — без перехода протянул мне алхимик три исписанных листка в два раза меньше формата А4. — Как только научишься варить их на отлично, приходи, сдавай экзамен, так и будем работать. Если ты согласен, конечно.

— Согласен, — вздохнул я. — На это согласен.

— Тогда свободен, — сказал гном, шмыгнув носом. — Как будешь готов — ждём в любое время дня и ночи.

Выйдя из здания Гильдии, я сверился с примитивной самодельной картой, быстренько дорисовал улицу с боевыми школами и мастерскими, и пошёл в Академию. Обозначенное Рейлифель время прошло, лисят уже можно было забрать. А если не отдадут, заберу силой и никого не спрошу. Своё никому отдавать я точно не собираюсь.

Доступен первый этап легендарного трансфракционного квеста «Во славу великих дел»

Найдите у Горелого пня обломанное золотое копьё

Ни возможности отказаться, ни какой-либо награды, ни малейшего упоминания о том, для чего в конечном итоге это квест сделан. Впрочем, предыдущие два квеста лишь в самом конце открыли свою глобальную суть, но там в любой момент всё можно было прекратить, а чтобы этого не произошло, игроков засыпали щедрыми подарками и знанием о том, за что они продолжат свои страдания. У меня же ничего такого, кроме будущих страданий, не было.

Где искать этот пень не сообщалось вообще, но одно знание системка мне всё же подарила — я узнал, что восьмой «младше» меня ровно на неделю.

Неделя… Если бы кто-то неделю назад сказал мне, что всё произойдёт именно так, как случилось, а события будут развиваться так, как развивались, поверил бы я? Ну, как минимум не стал бы сбрасывать это со счетов. А вот произошли бы эти же самые события после такого, большой вопрос. Даже если бы я не стал ничего менять, реагировать как в первый раз уже не смог бы. Вполне возможно, что эта реакция и изменила бы всё, если не многое. В любом случае, подобные размышления не имеют никакого смысла. Пророки существуют лишь по воле автором всех уровней и мастей, реальность намного сложнее художественного произведения, предсказать её на сколь-нибудь долгий срок практически невозможно.

— Лорд, ты уже два часа без продыху бьёшь и бьёшь по этим шкраловым железякам, — решительно ворвался в моё думательное состояние Зорбек. — Ни единого шараххвого мгновения не знаю, на что ты так обиделся, но это слишком. Твоих кинжалов хватит, чтобы обеспечить ими полноценный боевой урбат, который Разведчицам шкралово противопоказан. Что случилось?

— Раньше ты не проявлял такой тяги к наргабамным выражениям, — быстро сверившись с обще-казтарнакхским словарем, отметил я, доковывая лезвие очередного кинжала.

Всё же создателям языков следует отдать должное, проработали они их достаточно подробно. В том же казтарнакхе как такового мата практически нет, за исключением ровно трёх слов и их вариаций, но термин — наргабам — включающий в себя все более-менее «крепкие» выражения, тем не менее есть.

— Речь сейчас не обо мне, лорд, а о тебе, — оставив без внимания мои слова, продолжил кузнец. — Кому ты что хочешь шараххово доказать?

— Мне надо кому-то что-то доказывать? — спросил в ответ я. — Почему мне просто нельзя практиковаться, чтобы сначала стать учеником, потом полноценным кузнецом, потом мастером, а там и на самые высокие ступени мастерства замахнуться? С чего вдруг за этим должен скрываться какой-то тайный умысел?

— Ты никогда так раньше не делал, — помрачнев бородой, ответил Зорбек. — Да ещё и два шкраловых часа подряд. Да ещё и одно и то же.

— Сколько времени нашлось, столько и трачу, — спокойно произнёс я.

— Но не с пяти же утра, гиббитом тебя по шее! — возмущённо прошипел кузнец. — Крибош едва ли не заикаясь рассказал тум мне, как приходит он в кузницу и слышит необъяснимые рабочие звуки, открывает дверь в отковочную, а тут одинокий лорд шарахховым молотом издевается над заготовками. Сорок кинжалов! Сорок гибиттовых кинжалов, лорд!!! Куда столько?

— Может и пригодятся, — окуная в специальный состав лезвие, протянул я. — Если же нет, переплавить их труда не составит. Ну а сможешь найти что-то лучше, на чём лорд будет прокачиваться в ремесле, награжу.

Десять секунд — и заготовку можно вытаскивать из состава, любуясь на характерный бурый цвет металла. Минут десять, и сталь снова станет сталью, непосвящённые в таинство никогда не догадаются об этом секрете металлического производства низкорослых бородачей, но без него гномья сталь не получит одно из главных своих достоинств — повышенную прочность.

— Неужели уже уходишь, лорд? — мрачно спросил Зорбек.

— Не хочется, но надо, — вздохнув, ответил я, убирая сороковое по счёту лезвие в инвентарь.

— Не хочешь, значишь, — едва ли не по слогам произнёс кузнец. — Иногда мне кажется, лорд, что это шараххово лордство совсем не для тебя. Как-то оно тебя тяготит. Вот здесь, у горна и наковальни, тебе самое место.

— Что поделать, Зорбек, назвался лордом — кирку в руки и вперёд.

— Просто Зорб, лорд.

— Тогда просто Яр и без лорда.

— Так нельзя, лорд. Какой ты мне шкралов Яр?

— Ну нет, значит нет, — пожал я плечами. — Зорбек, так Зорбек.

— Хорошо, Яр, — скрипя зубами, процедил кузнец. — Значит, без лорда. Но почему с самого утра? Неужели нет другого гибиттового времени?

— День сегодня такой, одни сплошные совещания, — пояснил я. — Когда смог, тогда нашёл время.

С этими словами я вышел из кузницы и пошёл обратно к Замку. Впрочем, теперь обычное слово «кузница» будущему комплексу зданий Механических Мастерских Баг-Даада не шло, так что вышел я из Мастерских, не иначе.

На парадной лестнице меня встретил Ац. Управляющий Замком выглядел типично, едва ли не полностью копируя Альфреда, дворецкого Брюса Уэйна. Во всяком случае, когда бы я его не встретил, в любое время дня и ночи Ац был бодр, свеж и готов к удовлетворению любого моего каприза, даже самого безумного. Впрочем, от Магриша я знал, что управляющий чуть ли не готов носить меня на руках за полное отсутствие каких-либо бытовых заскоков и общую адекватность. Один мой бзик, правда, он всё же нашёл — я самостоятельно, что для (короля) полностью неприемлемо, заправляю кровать. Но с этим он был готов мириться, так же как и я с его любовью к коньяку. Умеренной, всего бокалу в день, но с любовью. Среди гномов его мало кто пьёт, в таверне стоит шесть нетронутых литровых бутылок четырёхлетнего, выкидывать жалко, так пусть хоть кто-нибудь его пьёт. Тем более, что представителю расы, литрами пьющего пиво и не прочь вкусить что-нибудь сильно покрепче, не то от бокала, от литра в день ничего не будет. В среднесрочной перспективе уж точно.

— Лорд, ваше поручение обдумано, — сдержанно, подобно карикатурному британцы, без приветствия, потому что уже здоровались сегодня, сказал Ац.

— Надеюсь, в положительном ключе? — спросил я.

— Невозможно что-либо обдумывать положительно или отрицательно, — невозмутимо произнёс гном. — Положительным или отрицательным может быть только принятое решение, и то всегда найдётся сторона конфликта, для которой решение больше спорное чем конкретно окрашенное. Но я понимаю, что вы имеете ввиду и для вас моё решение положительно. Я нашёл эмоциональные резервы для пополнения трудового состава Замка.

В этом весь Ац — сначала поправить, потом пуститься в философию, только потом даст ответ на вопрос в своей странной, а расшифровать его я смогу с задержкой. За то время, что он работает управляющим, не раз и не два недопонимание с моей стороны происходили из-за стремления досконально понять собеседника, чего речи Аца вообще не требуют. Некоторые слова, особенно прилагательные, можно спокойно опускать, станет только понятнее.

— И к чему ты всё-таки пришёл? В конкретных цифрах.

— Я уверен, нам понадобится ровно пять горничных и ещё один ремонтный рабочий, — ответил управляющий, поправляя широким движением левой ладони сверху вниз иссиня-чёрную бороду, заплетённую в единую косу.

Сам Ац как-то назвал это кадуированием и даже не объяснил, откуда взял это слово, ни в одном из гномьих языков не встречающихся. Мне думается, что произошло оно всё же от совмещения бытовой руны Кад и утрированной основы малых ритуалов. Руна предполагает широкий жест, основа — левостороннее исполнение, вот и спелось всё в один процесс, относящийся не только к бороде. Кадуировать можно всё, что угодно, в чём будет участвовать левая рука.

— Всего один рабочий? Не мало?

— Будет мало — попрошу ещё, — справедливо заметил управляющий. — Но у меня есть одна просьба. Не мог бы этот рабочий хотя бы минимально поучиться у мастера Страга? Всё же он нужен именно для ремонта мебели мастера.

— Я попробую решить проблему, — вздохнул я. — Что-нибудь ещё?

— Стоит подумать не только о том, где чиновники будут спать и работать, но и о том, где и что они будут есть и куда утилизировать отходы жизнедеятельности. Ну и о себе, лорд, тоже не забыть. В частности, мне стоит отдать распоряжение о проработке этого вопроса по персоналу.

Ещё одна интересная особенность Аца — порой двусмысленное построение фраз. Секунду подумав, пришло понимание, что приказ должен отдавать я, машар тубадагин Ярогрейв, ему, управляющему. Что я, естественно, тут же и сделал. До нового, шестого, улучшения Замка ещё три-четыре дня, это время бюрократам придётся питаться в таверне, а вот дальше придётся потратить все замковые очки на полноценную кухню и туалеты не только для бюрократов, но и всех остальных чиновников, что разместятся здесь. А в перспективе их будет немало, управлять Империей это далеко не тоже самое, что и небольшой стартовой локацией, мнящей себя Королевством.

Ац откланялся и пошёл, как он выразился, обдумывать перспективу, я же направился в сторону кухни. Управляющий, каким бы идеальным дворецким Альфредом не был, всё же не мог позволить себе хотя бы на пару секунд побыть гномом, пусть и на свой манер, но всё же укорив лорда в неправильных действиях. Впрочем, справедливости ради, в чём-то он прав, я слишком много отстраиваю Замок для других, мало заботясь о себе. Вот реально, что у меня есть? Спальня, жалкое, пусть и достаточно эффективное, подобие тронного зала, небольшая пировальня с перспективой на расширение, кабинет, кухня. Быть может, по списку и много, но по факту вообще ни о чём. Замок — лицо правителя, любой бессмертный, оценив его, сможет составить мнение о том, как идут деля в плане развития, даже если оно будет лишь видимым. И что можно увидеть у меня? Одни недоделки да отсутствия. На выстраивании дипломатических отношений это скажется в одну из первых очередей, если не в самую первую. Только вот послать всех и сосредоточиться исключительно на себе любимом я тоже не могу, что-то внутри противится этому всеми силами. Приходиться искать компромисс, чаще всего не в свою пользу, увы.

На кухне, как всегда, меня встречал Магриш и неизменная гречневая каша, на этот раз с рубленным яйцом и жареным луком. Вкус — просто изумительный, наслаждаться им не мешал даже повар, всей своей бородой показывающий острое желание поговорить.

— Слушаю тебя, — отставляя миску в сторону, произнёс я. — Что-то серьёзное?

— Вовсе нет, иначе озвучено было бы сразу, — ответил Магриш. — Я лишь хочу узнать, что будет с мешками зерновых, привезённых от вампиров.

— А что с ними должно быть? — удивился я. — С ними что-то не так?

— Вот именно, что всё так, — продолжил повар. — Отменные зерновые, знаешь ли. Их вполне можно пустить на производство.

— Ну договаривай, — поморщившись, произнёс я. — Что за дурная манера обрываться на полуфразе? Не умею я читать мысли. И даже не хочу учиться.

— А чего так? — хмыкнул Магриш. — Полезное ведь дело, особенно во всяких бессмертных делах. Да и в бою может пригодиться, знаешь ли. Знать, что дальше будет делать противник — половина победы. А то и две трети.

— Ты мне зубы-то не заговаривай, выкладывай давай, что у тебя там за производство такое.

— Более чем понятно производство, лорд, — снова хмыкнул повар. — Своё столичное пиво нам точно не помешает. Тем более, что для него уже всё есть.

— И хмель есть? — вкрадчиво спросил я. — Без хмеля никакое пиво не получится. Вот без солода может, а без хмеля нет.

— Хмель есть, нам из Кадага привезли три мешка, для начала хватит. У нас даже дрожжи есть, мы с собой из Эйдетрии взяли, когда бежали от тёмных гнид, не при Кернисс будет сказано. У нас другая проблема.

— О которой ты тактично у молчишь? — ядовито спросил я. — Твоё право, ты сам себе и друг, и враг, и судья. Тогда ответь на вопрос, как в Кадага так быстро смог вырасти хмель? Четырёх дней не прошло, а у них уже три мешка.

— Это запас, который они с удовольствием нам с удовольствием продали. Для них первоочерёдно стекло, а хмель так, больше благодарственная нагрузка. Но отказываться от неё они не будут, — повысив голос и не дав тем самым мне ничего сказать, продолжил Магриш. — Свои обязательства они будут выполнять качественно, дополнительный доход есть дополнительный доход. Наша проблема несёт архитектурный характер.

— Дай угадаю, — задумчиво произнёс я. — У вас нет производственного здания, верно? Непосредственной пивоварни, если совсем по простому. Тогда вы по адресу.

— Нам ничего особенного не надо, — осторожно, словно боясь спугнуть удачу, сказал Магриш, доставая из ящика несколько исчерченных листков бумаги. — Вот здесь примерная схема производства. Материалы возможны любые, нам не принципиально.

— Да у вас и выбора-то нет, — пробормотал я, рассматривая схему. — Все производства в Бан-Дааде будут деревянными, это не обсуждается.

— Только в Баг-Дааде? — уточнил гном. — Больше нигде?

— Это уж как захотят, — хмыкнул я. — Если будет сильно надо, могут нанять свободного архитектора, придумать новый архитектурный стиль, зарегистрировать его в Гильдии, наладить производство материалов и строить так, как захотят. По умолчанию промышленные здания только из дерева.

— Протекционизм? — сверкнул неожиданными знаниями повар.

— Личный бзик зарвавшегося лордика, — вздохнув, ответил я и перевёл листки в интерфейс. — Будет вам пивоварня. С вас пиво.

— С этим тоже могут быть проблемы, знаешь ли, — хмуро сказал Магриш. — Пиво, что изъяли у вампиров, сварено на смеси ржаного и ячменного солода. Рожь сейчас есть, с хмелем и ячменём проблем быть не должно, а вот рожь нигде не растёт.

— Понятно, — протянул я. — Рожь, кстати, и для хлеба хороша, и квас из неё делать можно.

— Квас? — переспросил Магриш. — Это что такое?

— Вот будет у нас рожь, сделаем из него хлеб и тогда покажу, — хитро улыбнулся я. — По вкусу отдалённо напоминает пиво, только алкогольность сильно меньше, да и брожение двойное.

— Звучит не то чтобы хорошо. Это вообще пить можно?

— Обижаешь, не просто можно, а нужно. В жару самое то, поверь моему жизненному опыту. А ещё из ржаной муки получаются отличные сухарики под пиво.

— Тоже неплохо, — мечтательно протянул повар. — Мы ведь и название для пивоварня придумали, «Храднибаттен», как тебе? Будем там оувилтом варить.

— Что варить? — переспросил я, сверяясь с переводчиком.

А название выбрали неплохое, «На богатом холме», что достаточно символично.

— Оувилтом, — повторил гном. — Это самое пиво, с призраком в виде эмблемы. Не самое распространённое даже среди гномов, но ничего сложного в его производстве нет. Бочки в Пеньках заказывать будем, эмблему горячим штампом ставить, в Мастерских нам уже сделали нам пробный, будет ждать своего часа. Освоим оувилтом, попробуем сделать что-нибудь ещё, с этим проблем не будет. Может и кваса этого неведомого, если понравится, производство наладим. Мы хоть и гномы, но не в наших интересах брезговать чем-либо интересным, знаешь ли.

Пока Магриш говорил, я по всем своим источникам провёл быстрый поиск внутриигровых сортов пива и нашёл среди него этот самый оувилтом. Как и сказал повар, далеко не самый распространённый сорт, но с вкусовыми качествами это совсем никак не связано. Вольно перевести название можно как «призрак дядюшки Оу», который и изображён, пусть и схематично, на эмблеме. По легенде, этот самый призрак погибшего дяди пришёл ночью к одному уже не молодому гному и посоветовал открыть пивоварню. Племянник так и сделал, пусть не став условным миллионером, но достаточно разбогатев. Так что никакие некроманты к нему не причастны.

— Если мы такие не брезгливые, я могу ещё много разных напитков посоветовать, ты только скажи, — серьёзно произнёс я.

— Пока обойдёмся квасом, — осторожно ответил Магриш. — Вот если он понравится, тогда и будем думать. Не хочется, знаешь ли, всего заранее напридумывать, а потом отменять.

— Условились, — кивнул я и направился в кабинет.

До Совета было ещё почти полчаса, и я решил изучить схему пивоварения, пока есть время. Изучал тщательно, досконально, параллельно делая первый набросок в режиме черчения. Да так увлёкся, что оторвался от этого только после прикосновения к моей щеке нежной женской ладошки.

— Он снова с нами, пусть демон злится, — не преминул прокомментировать произошедшее Ирсинд. — Теперь не только телом, но и величайшей мировой силой, способной осушать океаны, обводнять пустыни, разбивать многосоттысячные армии и дарить безграничное милосердие.

— А попонятнее для тупых вояк можно? — попросил бывший помощник Ордрина и единственный кандидат на должность казарега, Неднаг. Ордрин кстати, тоже был здесь.

— Разумом, — пояснил я, сверяясь с часами. До восьми оставалось ещё две минуты.

— Так мы можем начать совет, лорд? — томно спросила Кернисс, поправляя угольно чёрные волосы, выбивающиеся из-под неизменного платка. — У меня есть достаточно интересных тем, которые стоит обсудить.

— Кажется, не у одной тебя, уг-ру, — произнёс Гдитсирд, бросая взгляды как на Ва, сидящую рядом с отцом, так и на бывшего и нынешнего казарега. Впрочем, бургомистр об этом ещё может и не знать. Да и не только он.

— Начнём, пожалуй, — решил я. — Во-первых, на повестке дня кадровые перестановки Совета. Конкретно, одно добавление и одна замена. Начнём, пожалуй, с добавления. Место куратора строительных вопросов с этого момента занимает Ва. Есть возражения?

Возражений не последовало. Невысокую даже по нашим меркам светловолосую гномку с косой до пояса за неделю пребывания в Баг-Дааде успели изучить едва ли не под лупой и сделать соответствующие выводы. Я же пока присматривался к ней. Её проект дятловой фермы получился хорошим, но уж слишком прямолинейным. Сможет ли она приспособиться к новому архитектурному стилю — большой вопрос, ответ на который даст лишь время. Мне оставалось лишь надеяться на её гибкость мышления и помощь со стороны отца, если что-то пойдёт не так. Кому, как не Ирсинду, знать о строительстве если не всё, то многое? У нас таких больше созданий нет.

Голосование прошло единогласно, новый член Совета был вписан в соответствующий документ. Шактан, слава Аркату, переписывать в этой связи не пришлось. Ни одно цивилизованное государство мира не изменяет свою Конституцию под новый созыв Парламента, вот и мы не будем. Вполне достаточно архивирования протоколов заседаний, проследить историю Империю по ним вполне можно будет, надеюсь.

— Получается, моё пребывание в Совете всё? — спросил Гдитсирд сразу после голосования. — Я больше не занимаюсь ничем стратегически важным, могу от откланяться.

— Не так быстро, раген бургомистр, — остановил его Ирсинд, не дав мне и слова сказать. — В Совете Старейшин эйдена управляющий столицы не просто входит, а наравне со всеми остальными важными гномами, пусть демон злится. Так что занимаешься ты очень даже значимым.

Тем более, что Гдитсирду было мной лично обещано место в Совете. Не верю, что он мог забыть об этом. Неужели ведёт какую-то свою игру?

— Ну что ж, а теперь пришло время разговора о замене, — невесело протянул я. — Раген Ордрин освобождается от должности казарега по обстоятельствам непреодолимой силы, переходя на арбанирование Ордена рыцарей. Вместо него казарегом будет назначен Неднаг, заняв его место и в Совете. Но только в том случае, если большинство проголосует «за».

— Что же за ситуация такая произошла, что дикте Ордрин добровольно покидает нас? — томно спросила Кернисс. — Добровольно ведь, я же не ошибаюсь?

Бросив быстрый взгляд на Арбана, я усмехнулся про себя. Если он думал, что сможет просто так уйти с должности, то серьёзно ошибся. Бюрократия она такая, самовольничающих не любит. Теперь пусть поупражняется в красноречии, как я вчера, объяснив всю неотвратимость своих действий… Да уж, прозвучало так, будто в одной далёкой-далёкой галактике Империя наносит ответный удар.

Ну а пока Ордрин объяснял едва ли не половине Совета сложившуюся ситуацию, щедро снабжая свою речь арнами, тергерами, долами и прочими верзами, я всё-таки доделал набросок пивоварни. По сути, ну что там сложного? Солодильный зал, затирочный зал, фильтрационный зал, три суслообрабатывающих зала, бродильный зал, дозревочный зал и наконец второй фильтрационный зал. Ну и разливочные помещения и многочисленные склады. Территории много, но по схеме с форума всё должно уложиться в достаточно компактное здание. Если где-нибудь не накосячить, конечно.

— А тот факт, что дикие больше не дикте, исключает его из Военного Совета или всё-таки нет? — спросила Аастия, после положительного голосования по казарегу. Ордрин ещё был здесь, а значит вопрос этот был по большей части от него и для него.

— Ты вообще никогда не была дикте, тебе это никак не мешало, — ответил я. — Да и никто, кроме него, в Военном Совете не был дикте, если совсем честно.

— К тому же Арбан Ордена ничуть не менее важная фигура на доске, чем казарег, — полуехидно протянула Кернисс.

— Именно, — кивнул я. — Так что тебя, друг, никто оттуда никогда не попросит. За исключением некоторых специфических моментов жизни.

— Спасибо, лорд, — устало произнёс Ордрин, вставая. — Моя благодарность будет всецелой, тергер верз.

— Итак, пора бы уже всё-таки перейти к сути Совета, — собравшись с мыслями, начал я. — Первый вопрос повестки дня — экспансия на юг, возможно, вооружённая.

— При всём уважении, я не уверен, что нам нужно разделять и без того скудные силы на две части, лорд, — тут же высказался новый казарег. — До сих пор нападение шло только с запада, там предлагаю и сосредоточиться.

— Ты, кажется, ещё не до конца осознал, где находишься, новус, — ядовито протянула Кернисс. — Король в этом не делает предложений, которые нуждаются в обсуждениях, он ставит цель, реализацией которой будем заниматься и мы тоже.

— И если ты не можешь решить проблемы армии, такой казарег вообще не нужен, — жёстко процедила любимая.

— Да перестаньте вы нападать на мальчика, как камнеломки на руду, — осадил дам Ирсинд. — Мальчик ещё молод, за пару недель всему не научится, особенно до этого по большей части держась в стороне, выполняя мелкие поручения, заполняя бумаги и всячески стараясь везде успеть за казарегом. Пообвыкнется, освоится, поймёт, что к чему, тогда и спрос с него будет, пусть демон злится. Первые три, ну четыре дня пусть больше слушает.

Последняя фраза явно была адресована самому Неднагу. И со сказанным от всех троих рагенов я был согласен. Посмотрим, как события буду развиваться дальше, но пока смена казарега себя не оправдывает.

— Но ведь это же самоубийство! — почти закричал Неднаг. — Мы лезем в земли, которые совершенно не знаем! Если нас разгромят там, на западе это обязательно сидят, там тоже не дураки живут. Лично я не хочу подвергать Королевство такой опасности.

— Ну так всё в твоих руках, яхонтовый мой, — с лучезарной улыбкой пропел я, подражая недавней Аастии. — Сделай так, чтобы нас там не разгромили. Всё в твоих руках.

— Можно? — осторожно спросил рыжебородый гном. — Нет, правда можно? Я не ослышался?

— Ты не ослышался, — мрачно процедил бургомистр. — Никто здесь не ослышался, а тебе уже надо брать себя в руки и действовать хотя бы как твой предшественник.

— Хотя бы, — хмыкнула Аастия. — Планка задрана так, что до «хотя бы» надо ещё дотянуться.

— Я постараюсь, — потерев руки, произнёс Неднаг. — О, как я постараюсь… Но почему именно юг? Почему не другие направления? Тот же запад.

— Кернисс, душка, поясни этому яхонтовому, почему юг, — попросил я, не переставая улыбаться.

— Я не уверена, но, возможно, мы идём к Ургадзилу, — сглотнув, нервно произнесла Ведьма.

— Кто такой это Ургадзил? — переспросил новый казарег. — Кто-то очень важный?

— Я тебе потом объясню, — вполголоса процедила дроу, — сейчас лучше не зли лорда, он явно на грани, раз яхонтовым тебя назвал.

— Лорд, Грифоний форт полностью отстроен, — взял слово Ирсинд, наверняка чтобы переключить опасную обстановку. — Алхимическое производство, правда, не работает, но всё остальное функционирует исправно, пусть демон злится. Чертёж второго форта, в Камнях, тоже готов. Но теперь, в связи со вчерашними событиями, я не уверен, что он будет принят.

— Вот методичка армъяруглового стиля, — протянул я инженеру, небольшую книжицу, страниц в пятьдесят, созданную благодаря платиновому аккаунту. — Она простая, разобраться в ней смог даже я.

— Конечно, вы ведь её создатель, — указав на верхнюю часть обложки, серьёзно произнесла Ва.

— И тем не менее, методичка легка в освоении, — продолжил я. — Теперь все военные постройки Королевства будут создаваться по лекалам отсюда. Прошу к изучению.

— Я, пожалуй, возьму сутки на доделку форта, — секунд десять подумав, сказал Ирсинд, листая методичку. — Где-то линию кладки перечертить, где-то входы подпеределать, везде окна сузить, фундамент полностью укрепить. Ну так, по мелочи, но всё же.

— Сутки — это можно, — решил я, — но не больше. Этот форт — основа безопасности юго-западных подходов к Баг-Дааду. Пора бы и начать заботиться об этом.

— Остальные подходы безопасными не будут, так получается, — нахмурившись, произнесла Ва. — Ну хорошо, запад и северо-запад прикроют грифоны. И всё, остальные направления свободны, бери — не бойся.

— Остальное тоже со временем закроем, никуда не денемся, — хмыкнул я и повернулся к Кернисс: — Как родовое дерево? Прижилось?

— Отлично прижились, мой король, — томно ответила Ведьма. — Сейчас оно ещё слабо, но Прассив пообещал следить за ним и оберегать. Место для поселения выбрано удачно, мы не станем обузой Королевства.

— Меньше пафоса, подруга, — фыркнула Аастия. — Никто не станет ничьей обузой, при условии гномоподобия.

— О, не беспокойся, подруга, этого у нас достаточно, — в тон любимой сказала дроу. — Меня сейчас другое беспокоит и беспокоит достаточно сильно.

— И что же? — хмуро спросил Гдитсирд. — Что-то абстрактное или максимально конкретное?

— Увеличивающееся расовое разнообразие Королевства, — серьёзно, почти без ставшей привычной томности произнесла Кернисс. — Только за эту неделю прибавились лесные эльфы, орки, да и достаточно большой отряд дроу тоже не стоит забывать. Феи усилились энтом, динки и кобальды пусть и уменьшились числом, но тоже теперь в Королевстве. Я боюсь, как бы рано или поздно не начались межрасовые столкновения на тему различности миропонимания.

— Как завернула, — восхищённо протянул Ирсинд. — Такая речь достойна выступления перед эйденом, не меньше.

— Я перед эйденом и выступила, — вернув томность голоса и лукавость взгляда, сказала Ведьма. — Пусть даже и будущим, но это лишь вопрос времени.

— Время такой ресурс, что имеет свойство заканчиваться в самый неподходящий момент, — философски заметил Неднаг. — Так что использовать его нужно максимально.

— Мы не берём в будущую Империю тех, кто не готов соблюдать два простых правила, — вернул я беседу в конструктивное русло. — Не вступать на тёмную сторону силы и почитать Арката как единственного бога. На данный момент все жители Королевства согласились и с тем, и с другим. Но я не исключаю того, что буквально сегодня кто-то из них посчитает это неприемлемым.

— Эти два условия неизменны? — уточнила Кернисс. — Ничто не произойдёт, что сможет их изменить?

— Я предпочитаю не зарекаться, — серьёзно ответил я. — Никогда не знаешь, что может случиться, чем придётся жертвовать и на какие моральные уступки идти. Но в идеале эти два условия пересмотра не подлежат. Свет и Аркат. Точка.

— Только вот условие номер два даже в столице пока выполнить сложно, — хмуро заметил Гдитсирд. — Уж прости, лорд, прошёл уже целый месяц, а подвижек в этом плане нет никаких.

— А вот тут ты не прав, друг. Вчера я был в Грауберке, завтра планирую отправиться туда ещё, но это не суть. Суть в том, что помимо армъяруглового архитектурного стиля у нас теперь есть и основной яругловый. Можете ознакомиться.

На стол легла книжка побольше методички для военных построек раза в пять с лишним раз. Двести шестьдесят страниц концентрированного текста с иллюстрациями, полностью посвящённые архитектурным перспективам Королевства, были написаны вчера, во время варки зелий. Собственно, имея платиновый аккаунт, готовый архитектурный стиль, много маны и три тысячи золотых можно ещё и не такое сделать.

— Теперь нам нужны бронза и медь, гранит белый диамат, синфинское дерево, витражное стекло для строительства Храма, — продолжил я. — Всего ничего, правда? Послезавтра можно будет начать строить, я как раз нормально доделаю чертёж.

— Можно же было для начала построить что-нибудь попроще, — вставил своё веское слово Неднаг. — Дать гномам доступ к Отцу, избежать накала недовольства, а уже потом строить роскошную версию.

— Нет, нельзя, — отрезал я. — Гномы достойны лучшего Храма с самого начала, полумеры в этом вопросе неприемлемы.

— Но где же мы возьмём синфинское дерево? — справедливо спросила любимая. — У нас нет таких технологий. Леди Сираниэль смогла позволить себе подобное только спустя три месяца развития. Мы не можем столько ждать Храм.

— Столько и не понадобится, но этот вопрос будет решаться на отдельном совещании. Сейчас я бы хотел пригласить элень Непритию, пусть тоже увидит макет градостроительного плана Баг-Даада. Я обещал ей.

Следующий час прошёл в жаркой дискуссии, в которую я не вмешивался, лишь изредка вставляя пару реплик и отвечая на вопросы. Дискутировали в основном Непрития и Гдитсирд, остальные подключались время от времени, со всех сторон рассматривая макет. Основная тема дискуссии заключалась в количестве всевозможной зелени в столице. Супруга Ирсинда настаивала на максимальной растительностизации, бургомистр как мог старался сократить число различных деревьев, кустарников и трав. Обе стороны вели себя корректно, на личности не переходили, но и уступать не собирались. К концу диспута Непрития и Гдитсирд договорились встретиться ещё раз и детальнее обсудить этот вопрос. Принятие макета отложили до следующего раза.

Я же в это время доделывал макет Храма и одновременно прикидывал, что такого поставить в строительную интерфейсную очередь. Собственно, выбора не было, надо доделать всю тировую цепочку, в которой остались только Стражи, и довести до конца магическую ветку. Казунты уже готовы, позавчера на обучение ушёл один, сегодня отправятся ещё двое. Стражам понадобится чуть более раскачанные Мастерские, новый уровень Гильдии магам пока не нужен. Впрочем, это ещё надо будет уточнить.

Основной Совет на этом закончился, плавно перейдя в Военный. Нартыгх за всё время сказал только две фразы, да и те относились к начальным голосованиям. Всё остальное время он о чём-то усиленно думательную деятельность, которую выдавали специфический выпирающие клыки. У орков клыки вообще достаточно подвижная штука и в определенных состояниях могут как почти уходить, так и выползать едва ли на три сантиметра. У Нартыгха они, что называется, играли. Он явно был озабочен чем-то серьёзным.

— Лорд, у меня есть серьёзная озабоченность грядущим походом на юг, — не дав сказать мне ни слова, начал Неднаг. — Вся доступная армия находится здесь, в Баг-Дааде, потребуется достаточное количество времени, чтобы самые медленные отряды дошли до границ Королевства. Это неприемлемо. Нельзя столько ходить.

— Ты даже не поверишь, насколько моё мнение согласуется с твоим, — хмыкнул я. — Можешь спросить у Ирсинда, он в курсе.

— Мы обсуждали тему гарнизонов, — кивнул инженер. — Только вот прямо сейчас количества нашей армии недостаточно, чтобы всех оседло рассаживать, не потеряв в эффективности основных сил. Да и экономическая ситуация тоже не очень.

— Шандох с этим бы поспорил, — томно протянула Кернисс. — Он вообще любит спорить по поводу денег, счетовод у нас точно качественный.

— Мы обсуждали с дикте Ордрином эту проблему, — начал было Неднаг, но был жёстко перебит:

— Казгардом Ордрином, — поправил Арбан казарега. — И то, только потому, что рыцари отдельный вид войск пехотной классификации. А так был бы я наршаном.

— И тем не менее, проблему мы обсуждали, — продолжил Неднаг. — Мы не сможем быстро увеличить численность войск, а значит и о гарнизонах думать рано, но работа ведётся, а сегодня армии стало больше наймовым способом.

Сверившись с интерфейсом, я кивнул на это заявление. Стандартная денежная масса ушла на двадцать семь новых юнитов. Потерь на эту неделю случилось намного меньше и то только в первом бою с вампирами.

— Помимо этого пришло ещё двое Костоломов, два кандидата в мечники из Сосновой и три готовых мечника из Дубков, три феи из Сада около рудника, — достав из кармана штанов мятый листок и сверившись с ним, перечислил казарег. — Помимо этого два молодых волка вошли в пушистый о ряд, барсы всё ещё обхаживают друг друга, а Сперх передаёт, что ещё минимум неделя понадобится для воспитания молодых грифончиков.

— И как идёт воспитание? — с неподдельным интересом спросил я.

— Успешно, — ответил Неднаг. — Сперх сообщает, что грифоновод набрал персонал из местных, обучает их своей науке. Дело это не быстрое, придётся подождать.

— Больше нам ничего и не остаётся, — задумчиво протянул я. — Теперь нужно озаботиться специализацией второго форта, подумать о месте постройки третьего и заняться мечниками Дубков.

— Понял, принял, — спокойно ответил Неднаг. — Постараемся всё решить. Что насчёт лучников в Быкрыгоре?

— Время, — вместо ответа процедил я. — Время работает не на нас. Сегодня я слетаю к Егерям, постараюсь решить этот вопрос. Идею о костянолуковых стрелках я тоже помню. Сделаем.

— Как же хорошо, что у Королевства такой разнообразный рассовый состав, — томно протянула Кернисс. — Не смотрите на меня так, мой король, то, что плохо для общества, не всегда плохо для армии.

— Как минимум без умеющих лечить и станить врагов фей потери личного состава были бы куда больше, — лукаво подхватила посыл Ведьмы любимая. — А про людских лучников я и не говорю, тем более, что их мало.

— И грифонов тоже, пусть демон злится.

— Но всё это нуждается в строгой классификации и чётком управлении, — напомнил я.

— Работа ведётся, лорд, — кивнул Неднаг и, снова сверившись с листком, продолжил: — Ещё шесть гномадов изъявили желание вступить в армию. Предыдущие пятеро сегодня вольются в армию.

— И все шесть рыцарей перешли на вторую силовую ступень, арк дол, — вставил Ордрин.

— А ты сам на какой ступени?

— Я уже на третьей, — ответил он. — Я, как Арбан, по ступеням иду быстрее, тергер верз.

Вот и думай после этого, хорошей была идея совместить все пути Орденов в один свой или нет. Имея и силовую, и ранговую лестницы в одном Ордене, легко можно запутаться в полном обозначении каждого рыцаря. Не мне, у меня есть Ярик, который всё помнит, но тем не менее. Тем более, что теперь в бою каждый рыцарь мог попросить у Арката двадцать секунд неуязвимости, а навык предыдущей ступни, Благословение светом, усиливался на десять процентов. По рангам же, судя по всему, все шестеро остались Новичками.

— От разведчиц что-нибудь слышно?

— Ничего, лорд, — покачал головой Неднаг. — Они как ушли в горы, так всё. Связи с ними тем более нет. У нас появились ещё две, думаю, отправить к ним.

— Воля твоя, — пожал я плечами. — Это ведь не ты жаловался на отсутствие разведки на юге, нет, совсем не ты.

— Понял, лорд, исправлюсь, — ничуть не смутившись, добавил казарег.

— Если это всё, предлагаю завершить Совет, — сверившись со временем, решительно сказал я. — Вот-вот должно начаться Земельное собрание, а собираться им пока негде.

— Но я хотела ещё обсудить обмундирование для армии, — произнесла Кернисс. — Неужели нашим воинам больше не нужны оружие и доспехи?

— За пару дней-то? — хмыкнул я. — Вроде никогда так резко своих решений не менял.

— Тогда как быть? — спросил Ирсинд. — Мы подготовились, у нас есть предложения, вопросы, замечания, советы и всё-всё прочее.

— Сразу после Собрания будет проведён ещё один совет, условно производственный. Вот на нём и обсудим все ваши вопросы и советы, да и не только их. Я же пока проведу совещание в бюрократическое корпусе, надо и там порядок наводить. Время играет против нас.

— Ничего, мой король, вместе мы и время победить сможем, — протянула Кернисс. — Мы же гномы, нам на роду написано держаться вместе.

— Ш-што-то случилось, машар тубадагин? — слегка змееподно спросил белобородый гном, быстро пишущий на обрывке листа письменными рунами.

— Надо бы уже озаботить всех вас работой, — хмыкнул я, внимательно рассматривая обруч на голове стаутаригера. — Некоторые из вас здесь достаточно давно, а польза пока сомнительна.

— Это мы довольно быш-штро исправим, машар тубадагин, — откладывая обрывок и перо, деловито произнёс Ширшинах. — С вашего позволения, я соберу всех… нас.

Стаутаригер не спеша вышел, я осмотрел, получается, главное помещение бюрократического крыла Замка — Зал Совещаний. На полноценный зал, впрочем, это не сильно тянуло, да и название, предложенное Системой, было совсем другим, но именно «зал» для слова «прум» было ближайшим аналогом. Впрочем, и Прум Совещаний звучало довольно неплохо. Так вот, обстановка прума сильно напоминала мой кабинет в южном, или основном, крыле — тёмно-серые, под камень, стены, светло-серый потолок, каменный пол из синевато-коричневых плит. Разве что мебель отличалась. Но, учитывая, что именно мебель делала помещение, отличия, получается, были существенными.

В ожидании бюрократов я сел за длинный стол и решил, что игнорировать слона в комнате уже просто неприлично. Точнее, двух слонов и одно божественное кольцо-подарок. Последнее оказалось ничуть не страннее «слонов», а уж по имбалансности вполне готово было дать им фору. Ведь это не просто какое-то украшение на характеристики, а целое

Кольцо повелителя элементалей

Легендарного класса, на секундочку. И повелевать его владелец сможет любыми элементалями на выбор после прохождения соответствующей квестовой цепочки… ох уж мне эти цепочки. Только вот времени у меня на ещё одну прямо сейчас вообще не было, так что кольцо пока полежит, до лучших времён. Ну и напоминанием о потенциальной боевой мощи заодно послужит.

Со слонами же всё было проще и одновременно сложнее. Первое хоботовое было наградой за конкурс фракций и дарило усиление возможностей буквально по всем направлениям. Семнадцать пунктов, каждый из который уже понемногу начинал багроветь, напоминая тем самым о необходимости уже наконец награду забрать и не выё… хм… быть послушным мальчиком, в общем. Пришлось собрать всю свою волю до последней капельки в кулак, открыть уже длиннющий список различных выборов и не зарычать при этом. Получилось. С трудом, но получилось, тем более, что примерный вариант, как из почти сотни пунктов собрать семнадцать я уже видел на форуме на примере другого конкурса, проводимого три с половиной года назад. Тогда только начиналась катавасия с внетировыми юнитами каждой фракции и победителей было вообще восемь, а пунктов награды в их списках лишь на два меньше, даром, что общая щедрость админов была раза в три слабее. Различных сообщений с угрозами победителям присылали даже больше, чем мне сейчас, некоторые из них даже были воплощены вне игры с вполне реальными жертвами, уголовными делами и даже смертной казнью. Тьфу-тьфу-тьфу, мне подобное не грозит.

Что выбрать в эти семнадцать пунктов я знал ещё вчера вечером, когда, собственно, и пытался прикинуть, что хочу получить. Во-первых, я поднял имеющегося горняка, Бринда из рода Стальной кирки, до уровня эпического специалиста, сделав едва ли не Героем. Увы, место в Совете, как я рассчитывал раньше, для него нет, добыча сырья в шахтах и на рудниках входила в общеинженерную компетенцию, а дублировать полномочия среди гномов не принято. Вместо этого Старклин всего лишь возьмёт на себя курирование всего первичного этапа минерального производства, что на самом деле нехилый такой престиж среди последователей Арката и немалое уважение в придачу. Ну и плюс высокое жалование тоже от него не денется.

На второй пункт награды я взял три Скрепы Героя просто потому, что это было выгоднее двух. Понятия я не имею, как в списке оказались оба пункта, возможно те, которых меньше, обладали какими-то скрытыми свойствами, но прочитать какую-либо информацию до использования свитка об этом нельзя, такова механика скреп. Забивать себе голову этим я не стал, предпочтя математические превосходство неизвестно чему.

Третьим, четвёртым и пятым пунктами были специалисты. На ферму пони, дятловую ферму и боевых четвероногих. Из последних у нас сейчас были волки и барсы, и именно ими я решил занять второй форт, тот что в Камнях. Ну и символизм тоже сыграл свою роль, наши волки будут помнить о нашей победе над их одемонёнными сородичами и знать, за что сражаются. Помимо того, что Сестерия обязательно напомнит, если что. На постройки форта ушли шестой и седьмой пункты, да и то, без седьмого можно было обойтись, но мне захотелось, чтобы здания были в армъяругловом стиле и засчитались мне в очки чертёжника.

Пункты с восьмого по одиннадцатый ушли на ценнейшие артефакты. Первым делом я взял домик для каргандангонга размером с совмещённый санузел стандартной хрущёвки, благо в Цитадели Ордена было где его разместить. Совместил, что называется, приятное с полезным — и Ауруму будет где жить, и Орден неслабые бонусы получит, в том числе и выходящие в боевой части за уже прописанные рамки. Чит, несомненный чит, но раз дают — надо брать, как говорил мой дедушка. Догнать и дать ещё раз всегда успеют. Тем более, что домик в базовой комплектации будет полупустым и ещё придётся пройти по квестовой цепочке, чтобы дособирать его… когда-нибудь… может быть. И начальные бонусы более чем хороши.

Вторым артефактом был Аурадиссилис Бандигибандигинский, редчайшее растение для тронного зала, повышающий урожайность во всём государстве на пятнадцать процентов на все виды культурных растений. Нам и раньше голод не грозил, а теперь и вовсе можно будет даже торговать едой, войдя в полусотню гномов-игроков, зарабатывающих с сельхозпродукции. Причём на сорок третье место… если кто-нибудь ушлый не обойдёт на повороте, конечно. Но, учитывая, что за шесть лет игры нашлось лишь сорок два таких гнома, всё может получиться.

Третьим артефактом получился, цитирую, «Набор первоклассных серебряных кадок для посадки и произрастания карбоновки обыкновенной в неестественной среде обитания, вплоть до дождливых смешанных лесов, с третичным стопроцентным точечным затемнением стеблевой системы. Дополнительно модифицируется под любой вид карбоновки дополнительными наборами кадок». И это официальное название из списка, описание артефакта на пять тысяч символов без пробелов. И это сборный артефакт, на каждый вид карбоновки есть свой. Учитывая, что видов шесть, а в каждом по двенадцать кадок, вырастить полезный цветок можно в по-настоящему диких количествах. Собрать все кадки можно только имея первый набор, получить его нельзя никак иначе, кроме с квестов Гильдии Агрономов, что очень временезатратно, зато даже один набор кадок неслабо так бустит алхимический потенциал. Так что я готов был мириться с длиннющим названием, лишь бы карбоновка росла и радовала урожаем ягод.

Последним артефактом значился «Кулон Арены Ираэля». Согласно лору игры, в эльфийской столице, Ираэле, есть Арена, победить на которой мечтают самые сильные бойцы всего Асхана. Не маги, именно бойцы, причём ближнего боя, в принципе не умеющие стрелять или метать. На мой вкус, располагать эту Арену именно у эльфов не самая лучшая идея, но разработчикам, конечно, виднее. Суть же Арены в том, что сражаться на ней приходится против себя самого, вернее, своей точной копии. Именно в этом и суть амулета — его носитель может на пять минут вызвать свою копию и вместе с ней пойти крушить врагов. Ограничений, разумеется, более чем дохрена. Во-первых, носитель амулета не должен быть магом и стрелком/метателем в качестве своего основного класса. Во-вторых, перезарядка амулета — семьдесят два часа. Ну и в-третьих, эта перезарядка именно амулета, а не бойца, использующего его. Нельзя использовать амулет на одном бойце, снять его, надеть на другого и использовать снова. Написано об этом так настойчиво, что я поневоле задумался, сколько гневных сообщений от игроков-идиотов пришлось перечитать администрации, прежде чем в описание артефакта добавилось это «в-третьих». Боюсь, что более чем достаточно.

Двенадцатый пункт награды ушёл на специальное рабочее место для наших артефакторов во главе с Кернисс. Не знаю, насколько удобно ей работать сейчас в тесной каморке, благо что не за актовым залом, за обычным столом с простейшей деревянной столешницей, но полагаю аналогия обычной табуретки и компьютерного кресла более чем уместна. Тем более, что по габаритам в каморку новый стол влезал идеально, к тому же его можно было перенести в любое другое место практически по щелчку пальцев, так что для новой артефактной лаборатории, что точно появится через пару апгрейдов Замка, что-либо другое приобретать не придётся. Да и негде будет приобретать, вряд ли мне позволят выиграть ещё раз.

— Мы готовы нач-ш-шинать, маш-ш-шар тубадагин, — оторвал меня от важного дела стаутаригер.

Вся бюрократия Королевства уже собралась в Зале, все шестеро, за исключением секретаря. Но Гома я им не отдам, самому нужен.

— Лорд, вы же понимаете, что нам понадобится секретарь? — словно прочитав мои мысли, спросил Ширшинах.

— И что ты предлагаешь?

— Гом мог бы взять себе уч-ш-шеника, — ровно ответил стаутаригер. — Он может, мы все можем и будем. К тому же, вести записи придётся не только нам, но и прочим различ-ш-шным дибидам на своих собраниях, так что ш-ш-штат секретарей в любом случ-ш-шае придётся расш-ш-ширять.

— И вы решили спросить меня, что я думаю об этом?

— Именно так, машар тубадагин, — взял слово счетовод. — Пока вы наш король, все важные вопросы Королевства просто необходимо решать именно через вас. А этот вопрос несомненно важен, надеюсь, вы не будете спорить.

— Не буду, — хмыкнул я. — Но раз этот вопрос относится к вашей компетенции, вам его и прорабатывать. Составьте план развития этой идеи, всесторонне обсудите, найдите оптимальные решения её реализации. В общем, не мне вас учить вашей работе.

— Мы займёмся, — кивнул Ширшинах. — Но у нас есть ещ-ш-шё вопрос.

— Правда, что ли? — делано удивился я. — А мне казалось, вы бессловесные исполнители приказов и поручений. Нет? Ну дела.

— Это машар тубадагин так шутит, — пояснил счетовод, видя на чернобородых лицах грезнака и шаренака, Надима и Лагербаха соответственно, растерянность и недоумение. — Придётся привыкнуть, именно такая у него порой манера общения. А вот если он начинает общаться через яхонтового, это он так злится, до такого лучше не доводить.

— И это знаешь откуда ты? — слегка пародируя магистра Йоду, спросил Лагербах.

— Просто я живу в Баг-Дааде намного дольше вас, — ответил Шандох. — Ну и один дракончик буквально позавчера отловил меня около таверны и, сильно смущаясь, предупредил о некоторых особенностях поведения, как он сказал, лорда. Ну а я просто запомнил и решил именно рассказать вам, чтобы не удивлялись.

— Но нормально ведь это ли, что такое говорим при машаде мы? — снова спросил, косясь в мою сторону, шаренак.

— Ну раз он сам, физически присутствуя рядом, ничего не говорит, значит нормально, — ответил ему грезнак, постаравшись отвернуться от всех изуродованной часть лица. Получалось плохо, синеющие рубцы справа так стали видны ещё больше.

— Если кто-то не говорит, это совсем не значит, всё нормально, — ядовито протянул Вашбад. — Причин для неговорения может быть достаточно много, он физической невозможности до клятвы терпения. Так что лучше всегда спрашивайте у собеседника спектр обсуждаемых при нём тем.

— А ещё лучше вернуться в конструктивные русло уже поднятой темы, — предложил я.

— А… можно? — осторожно спросил нотариус, смотря мне прямо в глаза.

— Нужно, — резко ответил я. — Давно бы уже закончили.

— Да, у нас есть вопрос, — снова взял слово Ширшинах. — Мы изучили Ш-ш-шактан и приш-ш-шли к выводу, что не всё в нём раскрыто в достаточ-ш-шной мере. В ч-ш-шастности, меры наказания за какое-либо, не дай Аркат, преступление.

— Ещё и преступления раскрытия порядок не обозначен никак, — добавил Лагербах.

— А вот это целиком и полностью ваша компетенция, мой дорогой уголовный блок, — посмотрев на сидящих по одну сторону стола грезнака, шаренака и судью, гномьего слова для которого отчего-то не нашлось, сказал я. — Сами же говорите, что знания у вас есть, вот и придумайте и порядок раскрытия, и систему наказаний, и схему обучения тех, кто будет этим заниматься.

— Неужели можно этим всем заниматься именно нам? — недоверчиво спросил Одирвуг, подёргивая вплетённые в рыжую бороду широкие металлические колечки. — Вы разрешаете заняться этим нам.

— Не просто разрешаю, тигрил судья, а очень даже требую, — пояснил я. — Это ваша работа, вообще-то. Или вы с этим не согласны?

— Согласны! — в унисон ответили все трое.

— Вот и отлично. Есть ещё вопросы? Кто-то хочет ещё получить работу?

С этими словами я посмотрел на двух оставшихся без дела бюрократов — счетовода и нотариуса. Они переглянулись, ища поддержки друг у друга, заговорил в итоге Вашбад:

— Мы сделаем общий отчёт о текущем состоянии экономики и её дальнейших перспективах, если будет позволено, машар тубадагин.

— Это помимо стандартного еженедельного отчёта денежного баланса, — поспешно дополнил Шандох.

Мельком взглянув на протянутый счетоводом листок, я внутренне ужаснулся. Двадцать восемь с половиной тысяч чистых расходов, не считая, по сути, обналиченного учёбой Ергрида городского чека. Трат с каждой неделей становится всё больше, а вот экономические доходы пока совсем не впечатляют. Благо, с вампиров и подземных варваров удалось собрать достаточно золота, но в итоге профицит бюджета составил всего лишь три тысячи.

«Какими словами мы оказывается можем говорить, Старший. Экономические доходы, профицит бюджета…»

Если ты забыл, Ярик, по классу я вообще-то Наместник и такие слова знать просто обязан. Нам ещё предстоит немало сделать в плане экономики, так что ещё и не такие слова появятся.

— Если это всё, предлагаю на этом законч-ш-шить, — снова заговорил Ширшинах. — Вы не против, лорд?

— Не против. Все при деле, все знают, чем им заняться, а это самое главное.

После этих слов все бюрократы молча встали и вышли из помещения. Вышел и я. К моему удивлению, времени прошло совсем мало, всего двадцать минут. Честно говоря, мне казалось, что обсуждать придётся с самых основ организованности, но бюрократия смогли меня удивить, уже как-то организовавшись без моего участия. По всей видимости, должность стаутаригера ввели не просто так, а из соображений крайней необходимости и…

— Лорд, мош-ш-шно вопрос? — осторожно спросил Ширшинах, отвлекая меня от мыслей о нём.

— Разумеется, можно, — хмыкнул я. — Мои уши для того и созданы, чтобы слушать вопросы.

— Это хорош-ш-шо, это очень хорош-ш-шо, — кивнул бюрократ. — Я лишь хотел узнать о ч-ш-шудесных феях, что спасали меня от ч-ш-шудовищ-ш-шной нежити.

— Что-то пошло не так? — тут же насторожился я.

— О, нет-нет, всё было идеально, — заверил стаутаригер. — Именно об этом и речь. Нельзя ли сделать так, ч-ш-штобы эти феи и дальш-ш-ше защ-ш-шищ-ш-шали нас от возможных наш-ш-шествий различ-ш-шной неж-ш-шити. Оч-ш-шень уж-ш-ш у них замеч-ш-шательно получ-ш-шилось.

— Не беспокойся, друг мой, всё уже украдено до нас. Эти и не только эти феи входят в армию на постоянной основе. Спросите у кого угодно в той же таверне, узнаете много интересного и воодушевляющего лично вас.

— Это хорош-ш-шо, это очень хорош-ш-шо, — пробормотал чиновник. — А почему вы сказали «украдено»? Эти феи в плену?

— А, не обращайте внимания, — отмахнулся я, — всего лишь подходящая под случай цитата. Все феи у нас живут совершенно добровольно и только рады. По крайней мере, те, кто говорит об этом.

На этом мы окончательно распрощались. Я отправился к кабинету, Ширшинах остался в Зале Собраний. Земельное собрание ещё шло, поэтому я разместился в приёмной, решив таки закончить уже все «слоновьи» дела. У меня осталось пять пунктов награды, и я решил пристроить их к делу. Один пункт я потратил на наёмническую репутацию, чтобы можно было построить Гильдию Наёмников, и тут же поставил её в очередь интерфейсного строительства, тем более, что она и так пустовала. Свободные наёмники это хорошо, но приходит их в час по паре капель и совсем не факт, что придёт нужный. С Седканом, по сути, нам повезло, возможно, именно поэтому шестеро после него были ну совсем не подходящие. Людской Священник-фанатик, двое Личей разных рангов, демонолог из «доброго» Инферно, огр-каннибал и даже флибустьер с набором посохов с разного рода подчинениями и без моральных принципов. Последний, похоже, из новейшей пиратской фракции, и я даже рискнул бы его нанять, даром что моря под оком нет, но цена пять тысяч в неделю конкретно так отпугнула все порывы. Так что пока на Наёмников не везло. Впрочем, вчера пришёл какой-то странный эльф явно магической направленности, но на контакт он ещё не выходил. Да и единичные это всё случаи, а вот Гильдия позволит выбирать тех, кто решил заработать себе на жизнь, по расширенным спискам, расширенным критериям и на десять процентов дешевле. Только вот просто так здание Гильдии игроки ставить не могут, нужна серьёзная репутация, которую я и оплатил пунктом награды, сэкономив себе примерно пару месяцев чистого времени на решение квестов. Зато как только здание построится, я смогу нанять моргенштернщика и создать таки боевой Орден. Очень уж зацепила меня эта идея, да ещё и обещанные бонусы от Илата…

Два пункта ушли снова на сокращение времени, но немного в другом направлении. Я решил, что будущей Империи не помешает общее образование её граждан. В конце концов, для кого существует Университет? Только для избранных указом сверху рекрутов? Ну, возможно, кого-то это вполне устраивает, но не меня. В конце концов, имея рыночную экономику, пусть и пока в зачаточном состоянии, рано или поздно понадобятся и специалисты для её нормально функционирования. У меня уже лежала подписанная банкирами слёзная жалоба, что не мешало бы обучить хотя бы ещё парочку работников Банку. И это только верхушка пирамиды. Так что решение принято, пусть пока ни с кем и не обсуждено, а значит помимо Университета понадобятся и начальные, и средние школы хотя бы в своём прообразе. Вот я заплатил аж двумя пунктами, чтобы только лишь иметь возможность проведения образовательной реформы. Получилось. Теперь придётся искать специалистов сюда, но это уже вполне решаемая проблема. В крайнем случае, сманю кого-нибудь из Грауберка, школу я там видел.

Предпоследний пункт ушёл на откровенную блажь. Ну вот захотелось мне иметь в Замке целый этаж с ботаническим садом, чтобы непременно стеклянный, чтобы зелень была видна всем желающим, чтобы редкие растения там чувствовали себя не хуже, чем в естественных условиях. Наверное, в этом желании сыграла роль моя природная составляющая, иначе я никак не могу объяснить, почему я выбрал именно оранжерею в замке, а не что-нибудь куда более полезное и практичное, наподобие башен с площадками для метательных машин. Были и такие пункты, но я остановился на «цветочках-лепесточках» и не смог себе отказать в этом удовольствии. Зато Аастия будет довольна. Надеюсь. В любом случае, убирать этот этаж я не собираюсь, а появился он сразу же, как только я подтвердил свой выбор. Ощущалось появление оранжереи как микро-землетрясение, благо что ничего не посыпалось и не отвалилось. Интересно, как оно виделось снаружи?

«Достаточно сюрреалистично, лорд. Просто всё, что выше второго этажа ушло наверх, а на его месте быстро-быстро появились сплошная стеклянная стена. Мы с шерстяным так и не поняли, как она держится без единой промежуточной опоры».

«Но по углам опоры красивые, словно вырезанные из камня деревья, во все стороны раскинувшие свои кроны. Непонятно, тут чешуйчатый дело говорит, но очень красиво. Осталось только растения завести — и будет вообще красота».

Последний же пункт в противовес блажной оранжерее хотелось вложить максимально полезно, но всё же не откровенно читерно. Думал я долго, очень долго, листая список по категориям, пока не наткнулся на интересную одноразовую вещь — «Обходной подчинитель». Скудное описание практически не давало пояснений, что это, а фразу «подчиняет в обход любых ограничений» можно было понять по-разному, но если это то, о чём я подумал, вещь однозначно ценная. Дать пройти туда, куда доступ закрыт, подчас дорогого стоит. Но это если оно работает так, как я себе напридумывал. Если же нет… ценный пункт окажется потрачен зря.

Внешне «Подчинитель» напоминал костяной свисток, носить можно было как амулет, каким-либо образом его потерять невозможно, а места шейной ячейки под артефакт он не занимал. Быть может, и использую как-нибудь, по случаю.

На этом все семнадцать пунктов закончились. Конечно, на них можно было развернуться куда масштабнее, конкретно так укрепить армию, начать, а то и сразу завершить, квестовые цепочки на качественное и количественное усиление юнитов, пару раз создать сырьевую базу для той же алхимии или полный производственный комплекс стройматериалов для яруглового стиля, полностью обучиться алхимии, вплоть до ранга Гандмагистра, или набрать сверхулучшенных кузнечных рецептов, но я решительно отсёк все поползновения в эти стороны. Моё нутро просто не дало мне даже хоть сколь-нибудь конструктивно всё это обдумать, считая откровенным читом. Можно считать большой уже то, что я не ушёл только в оранжереи, а взял много полезного. Но договариваться с собой пришлось почти три часа за варкой зелий. Зато после этого уже можно было лететь в Грауберк и сдаваться Ибрагиму с Нардгриргом. Чем я и займусь после полёта к егерям.

Неожиданно дверь кабинета открылась, и ручеёк из представителей поселений, в основном самих старост и прочих глав, потёк в сторону выхода из Замка. Чего это они так быстро? А нет, они нормально, полноценный час прошёл, и даже чуть больше. Вот это я, что называется, задумался о будущем Королевства… Благо, не просто так думал, а совмещая мыслительную деятельность с отчерчиванием Храма и даже умудрился закончить внешнюю его часть. Похоже, втягиваюсь в процесс, раз так быстро всё получается. Впрочем, ещё надо будет внутренним убранством, но это пара-тройка часов, не больше. Думаю, уже сегодня весь чертёж будет готов.

Но ушли далеко не все главы поселений, четверо — Миндиш из сельхозпоселения, Шандох из Железного молота и Марк Ламир со Скарком Ирдениром из Быкрыгора — остановились. Однако, им явно что-то нужно сверх уже обсужденного друг с другом.

— Лорд, мы приняли решение, — начал Скарк Ирденир, опередив всех. — Мы ещё раз хотим обозначить своё согласие на базу лучников в Быкрыгоре и утвердить положительное решение по дятловой ферме.

— И, если это возможно, — подхватил слова гнома Марк Ламир, — хотели бы как можно скорее начать строительство и того, и другого.

— Что ж, это хорошие новости, — произнёс я, удержавшись от замаскированного ехидства. Второй акт обсуждения своих действий за сегодня я могу и не выдержать. — Вот, держите чертёж фермы.

С этими словами я протянул им папочку с Суперфермой, как назвала её система. Гном и человек приняли чертёж как величайшее сокровище.

— А лучники? — уточнил Марк Ламир.

— Пока больше в перспективе, но перспективы в целом хорошие, — обтекаемо ответил я. — Можете готовить место и под него, думается мне, самое большее через неделю вы сможете начать строить и его.

— Это хорошие новости, — кивнул Скарк Ирденир, сильнее прижимая к груди папочку с чертежом фермы. — Мы, пожалуй, пойдём.

В приёмной остались Миндиш и Шандох. И, похоже, у них ко мне имелось общее дело.

— Скажите, лорд, а когда вы собирались сообщить главе Железного молота про горох? — спросил староста сельхозпоселения, не обманув меня в ожиданиях.

— По всей видимости, сразу же при появлении свободного времени, пусть демон злится, — вместо меня ответил Ирсинд, неожиданно появившись за спиной. Не иначе как взял эту мерзкую привычку у Ордрина.

— В любом случае, мне уже всё сообщили, — примирительно произнёс Шандох. — И в целом это очень хорошая идея. Горох хорошо идёт в еду, а если его чередование с льном на самом деле повысит урожайность двудольного, я буду очень рад. Новые рабочие руки у нас появятся не скоро, а лён культура ценная, и на одежду идёт, и на бумагу, и на масло.

— Не сомневайся, брав, обязательно повысит, — самую капельку обиженно произнёс Миндиш. — Я достаточно долго занимаюсь растениями, кто ещё среди гномов знает их лучше меня?

А ведь и правда, кто ещё? Лично я таких не знаю, так что нужно дать кирку в руки и долбить.

Шандох сделал прамец — так гномы обозвали приветственно-прощательный жест буханья правого Кадага к левой груди — и удалился. Миндиш тоже было собирался уйти, но я остановил его и пригласил на совещание крафтовиков. Тот удивился, но согласился. И, боюсь, это не последнее на сегодня его удивление. Пусть идея и пришла мне в голову спонтанно, но отказываться от неё я не буду. По крайней мере, на стадии предложения.

Спустя десять минут все вызванные ремесленники были в сборе, и мы начали совещание. Само собой, по большей части они не знали, по какому поводу собрание, ну да эволюция наделила меня способностью в вербальному общению, мне и молот в руки.

— Для начала я хотел бы поздравить всех нас с важным событием — у нас будет Храм.

— Отличная новость, лорд, — отозвался Аутпирн, кожевенник из Узкого ущелья, что должен таки мне два ошейника для питомцев. Пока два, но потенциально четыре, за каждого нового подмастерья в мастерскую. За профессионального дубильщика он обещал расплатиться позднее.

— Великолепная я бы даже сказал, но есть одна малю-ю-юсенькая такая загвоздочка. Совсем незначительная, если честно, ну просто совсем не стоящая вашего внимания.

— Так может мы тогда пойдём, мой король? — томно спросила Кернисс.

— Ты же понимаешь, кем я отговорюсь в этом случае на вопрос об отсутствии Храма? — в тон ей переспросил я.

— Так что же там за малю-ю-юсенькая шараххова проблема-то? — вклинился Зорбек.

— Нам придётся строить Храм самим, пусть демон злится, — вместо меня ответил Ирсинд. — Весь, от песчаной подушки фундамента до последней дощечки крыши. Все витражи, все цветные барельефы, все бронзовые выступы, все медные детали крыши.

— Но это всё совершенно точно окупится, — переняла эстафету от отца Ва. — Мы получим уникальный Храм, которого нет больше ни у кого. И наши внуки и правнуки будут гордиться нами и может быть напишут об этом.

— А вот это дельце по мне, — хищно оскалился Нартыгх. — Я совсем не против, чтобы обо мне написали. Только как мы, — показал он на сидевшую рядом Ургабу, — сможет поучаствовать в этом. Неужели и от нас возможен какой-никакой вкладик.

— Ещё как возможен, — вздохнув, протянул я. — Вам предстоит каким-то способом получить синфийское дерево. Скорее всего, экспериментальным, но если справитесь — сделаю уникальный подарок в виде кадок для карбоновки обыкновенной.

— Ничего себя ягоды да грибочки, — восхищенно поцокала языком травница. — Можем ли мы считать, что подарок уже наш?

— Ты за пару секунд провела серию экспериментов? — пришурившись, встречно спросил я.

— Намного лучше, лорд, — хмыкнула Ургаба. — Я просто знаю точный рецепт.

— И как долгонько ты собиралась таить от нас этот секретик? — возмутился Нартыгх.

— Меня ведь никто не спрашивал, Нарт, — успокаивающе произнесла травница, покачивая головой. — Спросили — я сказала. Нет, я не ходящий сборник алхимических технологий, — заметив мой заинтересованный взгляд, добавила она, — рецепт ауругариума по прежнему не знаю. Но мои книги по жёлтым масляным настоям даже издавались. И я готова поделиться своими знаниями, если я правильно поняла.

— Воистину чудны дела твои, Камнерожденный, — ошарашено протянул я. — Да тут, похоже, каждый первый полон скрытых сюрпризов и хорошо ещё, что приятных. Но мы отвлеклись. Пора поговорить о Храме.

И целый час мы только о нём говорили. Успели обсудить всё, ведь дискуссию с первых же минут стала вести Ва как глава строительной отрасли Королевства. Романтизма, присущего отцу, у неё не оказалось, говорила она только по делу, ни на что не отвлекаясь. И к концу этого часа почти все присутствующие знали, чем займутся для храма. Ургаба и Нартыгх соберут травы для синфийского состава, Ирсинд отдаст распоряжение Старклину о поиске и добыче белого фосфора и красной серы — тем более, что я успел рассказать инженеру о поистине эпическом взлёте навыков и умений горняка — на Зорбек будет бронза и медь, стекло привезут из Кадага, гранит и белый диамат опять же на Бринде через Ирсинда. Не забыл я и про купорос, без обработки которым даже про синфийскую древесину на крышу класть было опасно. Купорос защищал доски от разрушения природными факторами и сейчас, после введения в Асхан погоды, это тоже сбрасывать со счетов нельзя. Производства купороса у нас не было, но я надеялся добыть рецепт в Гильдии Алхимиков и первое время делать его самостоятельно. В конце концов, на форуме написано, что это простейшее алхимическое действие из трёх действий, неужели я с ним не справлюсь? Могу и не справиться, всё же настоящая алхимия посложнее зелий будет, но никто ведь не запрещал стремиться.

А вот Ва сумела конкретно так удивить. Когда уже обсудили всё и во всём пришли к необходимым соглашениям, дочь Ирсинда заявила, что и обо всём остальном в Храме подумать не мешает. Те же двери ведь надо как-то изготавливать? Надо. Меблировка и обстановка помещений нужны? Более чем нужны. Да и отделка помещениям попроще, куда нет доступа прихожанам, тоже нужна. В мою яростную голову такие, по сути, простые мысли даже не приходили. Но думать обо всём этом буду не я, а любезно предоставленный работорговцами специалист. И пусть он не гном, знаниями его Аркат не обделил, это уж точно. Вот пусть и возьмёт на себя весь крафт, раз сам захотел быть полезным.

Остальные вопросы после часовой дискуссии решились совсем уж быстро. Кернисс показала мне то, что было придумано для оружия Топорщиков, сумев ещё раз меня удивить. Переработке относительно стандартного топора подверглось вообще всё. Металлическая часть, от лезвия до обуха, прерывалась насечковым орнаментом, в обух дополнительно инкрустировались два синдигита, камушка местного происхождения, сам металл представлял собой сложный сплав, рукоятка, сама по себе из дерева даусти, закалялась растворами и покрывалась своим орнаментом, плюс к этому кожаные полосы в месте соединения дерева и металла, и стеклянная пятка в виде шипа. Причём насечки явно появилась только вчера, после прихода с в Баг-Даад мастера Бортрига, но главным было не это. Цена всего триста монет за топор приятно удивляла, я рассчитывал совсем на другое. Похоже, Ордрин передал Кернисс мои инструкции более чем дословно. Естественно, за большую сумму можно было получить убертопор, но разорять бюджет десятком единиц оружия совсем не хотелось. А так, указанные мной требования выполнялись добуквенно, строевые гномы получали тот топор, который им нужен.

Кернисс, получив лестную оценку в том числе и своих стараний, сообщила, что при предоставлении нужных материалов производство этого оружия может начаться хоть сейчас. Я же, скрипя зубами, сослался на крафтового специалиста. Очень хотелось всем заняться лично, но нельзя, ещё больше хотелось довести свои бюрократическое начинания до самого конца, даже если придётся при этом пожертвовать неделей-другой в плане переоснащения армии. Бойцы пока и так отлично справлялись, а все эти топоры и прочие доспехи были задуманы на далёкую перспективу. Ну, относительно далёкую.

Далее, я сообщил, что нам понадобится комплекс обучения Лучников в Быкрыгоре и хотел предложил разыграть этот тендер, только вот договорить не успел. Ва безапелляционно заявила, что забирает этот проект себе, аргументировав необходимостью применения своих инженерных талантов. А-то, видите ли, я и Ирсинд позабирали себе всё, а ей ничего не остаётся. Ну хотя бы не предложила каждый проект разыгрывать в кости или даже шашки по круговой системе, уже хорошо.

Ну и напоследок я сообщил Миндишу, всё совещание никак не принимавшего в нём участия, о своих намерениях сделать его куратором всей сельскохозяйственной отрасли Королевства. Он опешил, но всё же спросил, отчего такая честь, на что вернул ему его же фразу про «кто ещё, если не он». На это аргументов у главы сельхозпоселения не нашлось, и он попросил денёк подумать. Отказывать в этом естественном праве каждого гнома я не стал. На этом совещание и закончилось.

Убедившись, что армия пошла на юг, я прикинул, что время минимум до вечера у меня есть, но всё же откладывать полёт к егерям я не стал. Но перед самым отлётом меня перехватила Аастия и снова пожаловалась на Зов. Само собой пришлось соглашаться на очередной этап квеста, тем более, что место Зова было всего в паре сотен метров от поселения людских Лучников. Поэтому любимая вместе с Велесоми Бураном отправились Зову, я же на Асе мчал как мог в собирающихся тучах к егерям. А уже после переговоров как бы они не завершились будем решать задачки нового ключа. На том и решили. День обещал быть не из простых, равно как и абсолютно все прошедшие и ещё Аркат знает сколько предстоящих. Но выбора не было, приходиться прогибаться под мир и надеяться, что однажды он всё же прогнётся под нас.

— Наша авиакомпания рада сообщить пассажирам на борту о скором прибытии в пункт назначения, — старательно копируя интонации типичной стюардессы, произнёс Ас. — Надеемся, полёт прошёл в штатном режиме и никаких жалоб нет. Спасибо, что воспользовались услугами нашей авиакомпании.

Лишь хмыкнув на это пассаж, я огляделся по сторонам… и увиденное прямо перед собой мне решительно не понравилось. На егерский гарнизон вот-вот готовились напасть троглодиты. Немного, особей сорок, плюс ещё столько же слизней и десяток шаманов-колдунов в качестве управления и поддержки, но даже неполная сотня легко могла стереть в порошок всех до единого людей. Некстати вспомнились видео, посматриваемые перед атакой на троглодитовую пещеру в самом начале моей жизни в Асхане. Там тоже каждого слепца и слизня окружала густая красная дымка, являющаяся концентрированным аналогом моего Берсеркерства. Их надо остановить, только на Егерях троглодиты не остановятся.

«Ася, вы далеко?»

«Примерно в трёх минутах от тебя. Что-то случилось?»

«Слепые суки атакуют Егерей».

«Поняла. Мы моментально».

Ас не успел толком спуститься, до земли было ещё метров пятнадцать, а я уже летел вниз, постаравшись упасть на колдуна. Получилось, троглодит втоптался в лесную землю по пояс, попутно переломавшись везде, где даже нельзя. Выхватив вампирский меч, я метнул его в готовящего создать в мою сторону какую-то пакость ближайшего ко мне колдуна и с шипом наперевес прыгнул на другого.

На этом удача покинула меня, спиной я собрал с десяток ядовитых плевков слизней, лицом две серо-красные пакости колдунов и отлетел на возрождение, благо поставил её прямо перед воротами гарнизона за пару секунд до прыжка веры. Шипа рядом не оказалось, меча тем более, достать что-либо другое я не успевал, троглодиты тут же начали и попытались продырявить своими примитивными копьями, слизни плевались в мою сторону удивительно точно, благо я сумел увернуться, разорвать дистанцию, включить боевой режим и парой перекатов вернуться в битву, пользуясь танцевальной техникой, так от плевков уворачиваться сподручнее. Совсем рядом на бреющем прошёл Ас, иссушая с дюжину плевак, ударила корнями Ася по тем же объектам, занялся метанием пленных колдунов Велес, которых подносил ему Буран. Егеря на стенах не отставали, хотя и было их всего четырнадцать человек, я успел посчитать. Чуть больше семи минут — и от противника не осталось никого живого.

Меч я нашёл достаточно быстро, он так и торчал в убитом с его помощью колдуне, а вот шип пришлось поискать. Обнаружился он под телом троглодита-копьеносца почти у самых ворот, хотя убили меня на задней линии слепышей. Чудеса да и только. Среди нас потерь не было, да и Егеря, похоже, сильно не пострадали, за исключением одного неосторожного лучника, которому копьё прилетело в плечо. Аастия, не дожидаясь просьб, вылечила ему рану, я протянул флакон с нейтрализатором простых дебафов, к которым относился дробный перелом кости.

— Благодарю, — сухо произнёс подошедший глава гарнизона, Вальборн, кажется, протягивая руку для пожатия. В руках он держал ещё не убранный лук с наложенной стрелой. — Откуда вы узнали, что нам требуется помощь?

— Мы и не знали, — не стал брезговать приветствием я. — Мы целенаправленно летели сюда, поговорить об одном договоре.

— Договоре? — переспросил Егерь. — Вы хотите разорвать мирный договор?

— Мы хотим ещё сильнее его укрепить, — ответил я. — У нас есть потенциальные Лучники, которые нуждаются в обучении, и деньги, у вас есть необходимые им знания и умения. Так почему бы не совместить приятное для вас и полезное для нас?

— Заманчивое предложение, — кивнул Вальборн, — но рискованное для нас прямо сейчас. Нас слишком мало, в случае новой неожиданной атаки каждый боец на счету.

Интересная ситуация. И ведь Егерь не отказался, он готов обучать наших лучников, и, возможно, прилети я вчера, мы бы без проблем договорились об условиях, но внезапно появившаяся проблема безопасности спутала все карты. Зато появляется полезный для нас квестик, решить который, как мне видится, можно двумя путями — добавлением к ним наших бойцов для охраны и превентивное устранение угрозы. Только вот первый способ сейчас недоступен, вся, ну или почти вся, армия сейчас движется на юг. Остаётся только второй.

— А если мы вам поможем? — спросил я. — Если мы устраним угрозу?

— Тогда я рассмотрю ваше предложение, — ответил Вальборн, не обманув меня в ожиданиях. — В своё время мы нашли к востоку от нашей Заставы шесть точек опасности. Если действительно хотите помочь, проверьте их все и примите меры.

Доступно задание «Непризрачная угроза»

Проверьте шесть точек опасности, отмеченных Егерями из Заставы под командованием Вальборна

Награда: Вальборн подпишет один обучающий контракт

Штраф за невыполнение/отказ: Вальборн не примет вас две недели

Принять да/нет

— Мы берёмся проверить все шесть точек, — решительно сказал я, принимая задание.

Прогресс выполнения задания «Непризрачная угроза»: 0/6

— Будто осторожны, — напутствовал нас глава Егерей. — Мы не знаем, что там вообще может быть.

— За нас не волнуйтесь, — подражая Кернисс, произнесла любимая, — мы и не с такими справлялись. Но если там будет сотня ифритов, — тихо добавила она, едва мы отошли на пару десятков шагов, — мне искренне жаль этого мужчину и его подчинённых.

— Надеюсь, всё же обойдётся без перебора, — сглотнул я. — Но надеяться надо ко всему.

— Это меня больше всего и пугает, — вздохнула Ася.

— Неизвестность? — гулко уточнил Велес, подрагивая кроной.

— Она, родимая, — задумчиво кивнула дриада. — Больше всего опасен соперник, о котором ничего не знаешь.

Спустя два часа мы снова стояли перед воротами Заставы и наблюдали, как они медленно открываются. За прошедшее время мы зачистили все точки опасности, но два раза едва не погибли все сразу, потратили весь запас целительских зелий, Аастия получила суточный неснимаемый баф на невозможности каста заклинаний лечения, а я лишился обоих набедренников и щеголял эффектными пропусками в доспехе, и слава Аркату, что не голым задом.

Первая точка уже была практически полностью зачищена, именно из неё и вышли троглодиты. Нам оставалось лишь уничтожить горстку уже собиравшихся уходить шестерых их женщин и десятерых детей, тем более, что они напали сами, не дав решить моральную дилемму, проваливать из-за них задание или может как-нибудь само обойдётся. Ас дыхнул на них, Велес добил тех, что не сгорели, корнями. Трофеев в их пещерке на склоне оврага, очень похожий на тот, где Фродо с хоббичьей компанией в фильме от назгулов прятались, обнаружилось мало, только одинокое кольцо на скорость обучения ремеслу, найденное Асом, которое я забрал себе. Буду с ним зелья варить, даже пятипроцентная прибавка лишней не будет.

Вторая точка и преподнесла неприятный сюрприз в виде дебафа Аастии. С виду это был самый обычный готический склеп, из которого некроманты могут себе внешним способом увеличить прирост скелетов или зомби штук на десять-двенадцать, оттого полнейшей неожиданность стала для нас двойка Высших личей, выбежавших из какого-то бокового выхода и выбрав целью именно любимую. На наше счастье, их совместное заклинание было не боевым, но то, как зашипела после него Ася, мне решительно не понравилось и я, активировав боевой режим на выползающую толпу костяков, достал лопату. Но прежде, чем я метнул её, в личей выдохнул пламя Ас, нейтрализовав выставленный зеленоватый щит. После этого Буран подбежал к правому личу и лягнул его с разворота задними лапами, подражая едва ли не каждому первому коню из мультиков. Мёртвый колдун отлетел к стене склепа и уже там в его грудь вошла метко брошенная лопата, мгновенно умертвив.

Разумеется, оставшийся целым — слово «живым» для нежити звучит ну о-о-очень странно — захотел отомстить мне за гибель собрата, но его умело отвлекал Буран, и все лучи мерзкой зелёной гадости из посоха с черепом в навершии доставались ему, к нашему счастью, ни разу не достигнув своей цели. А вот скелеты, оказывавшиеся на траектории этих выстрелов, разлетались на косточки и превращались в угольно-чёрную труху.

Что-то мудрить в плане боя не стал и просто прыжками за несколько минут добрался до лича, попутно истребив всю нежить не без помощи Аса. Велес старался хоть чем-то помочь дриаде и в бою участия не принимал, про Асю я даже не заикался. Оказавшись на расстоянии меньше метра до мёртвого колдуна я резко нанёс удар с двух рук прямо по сухому черепу. Тот от такого грубого обращения упал, но уезжать обратно к Асхе не собирался. Довершил дело Ас, повалив лича на землю и выдохнул весь запас огня ему в голову. Но и это не убило лича сразу, он встал, напоминая версию Призрачного Гонщика от мира Меча и Магии, вскинул посох над головой, что-то зашептал костяными губами и только после этого распался на суповой набор и пыльные тряпки.

Здесь мы трофеев нашли больше, по крайней мере, в качественном исполнении. «Личный гримуар Высшего лича» это не просто книжечка, это очень ценный артефакт… для некромантов. Нам он сгодится разве что на продажу, но с этим я пока спешить не буду. Второй гримуар рассыпался вместе со своим владельцем, посохи личей в принципе не сохраняются после смерти хозяев, а насколько считать лёгкую тёмно-зелёную дымку, неохотно рассеивающуюся над лезвием лопаты, полезным приобретением я ещё подумаю.

Следующие две точки мы зачищали без Аастии, она всё ещё не пришла в себя по конца, поэтому пришлось тяжело, особенно со второй. Вернее, исключительно со второй, в первой обнаружился десяток бехолдеров. Злобноглазы сначала хотели напасть на нас, но вперёд вылетел насыщенно-фиолетовый особь, по другому я назвать его не смог, выгодно отличающийся цветом от стандартных красно-синих, будто запылённых сородичей. Этот особь установил со мной мысленный контакт и на достаточно примитивном языке, изобилующем глаголами в инфинитивной форме и короткими рубленными фразами, сказал, что его зовут Улутум, что он почувствовал на мне достаточно близкую невражду с какими-то ещё бехолдерами и длительное нахождение рядом с тёмными эльфами, не сопровождавшееся конфликтами. Я подтвердил его почувствования, на что он спросил, где сейчас эти бехолдеры и тёмные эльфы. Получив ответ, Улутум захотел присоединиться ко мне, я, естественно, согласился и как мог передал, где он сможет найти новообразованное поселение дроу. Бехолдер-наставник, как официально, на ранговом, именовался особь, собрал прочих бехолдеров, коротко, звуками, напоминающими выстрелы из бластеров и колоконный звон одновременно, объяснил прочим злобноглазам, что их ждёт дальше, после чего они всем составом двинулись на юго-запад. Трофеев после себя они, естественно, не оставили. Ну что может иметь тот, кому ничто материальное не нужно?

И вот следующая точка стала для нас полной неожиданностью, ибо биться пришлось против нигде не зарегистрированных тёмных фей, живущих в искорёженном больной фантазией по виду дубе, сочившегося жидкостью, цветом и густотой напоминающей чернила. Вот там я летал на точку возрождения три раза, потеряв элементы доспеха, там Велес два раза сбивал меткими выстрелами веток из кроны коллективный каст жутким тварям, лишь из-за крыльев имеющих право называться феями, после этого боя Аса пришлось отпаивать зельями и потратить почти весь запас, уж очень ему досталось. И пусть целым и невредимым не ушёл никто, дракон пострадал больше всего. После этого боя был сделан получасовой перерыв, во время которого я только рассматривал тёмные тучи сквозь узор крон деревьев, прекрасно понимая Андрея Болконского. Если небо Аустерлица хоть сколько-нибудь так же располагало к откровенно мрачным размышлениям, все претензии в излишней романтичности не по делу снимаются окончательно и бесповоротно. Да и бывает ли романтичность излишней? Что-то я теперь в этом совсем не уверен.

К следующей точке Ася уже оправилась и рассказала, что такого страшного ей сделали. Я как мог успокаивал её словами про малую вероятность необходимости в лечении, на что любимая парировала минимум двумя боями вообще-то, в которых она даже целительскую ауру раскрыть не сможет, и практически исчерпанным запасом зелий. На это я лишь вздохнул и задвинул двухминутный спич про аккуратность и не подставление под удары противника. Неожиданно, эту мини-речь засчитали в особый список, а нам всем дали пятнадцать процентный баф на восстановление принтов жизни. Весь следующий бой я пытался понять, как так получилось, и, отбрасывая в сторону теории заговора типа «тебе снова во всём помогли», нашёл один интересный вывод — Красноречие. Похоже, именно оно и помогло, тем более, что и само чуть-чуть подросло.

Сам следующий бой получился… насыщенным. Три этапа, различные демонические призыватели с разнообразными врагами, бесы, цербера, суккубы и даже тройка джинов Шио в различных сочетаниях, попытки кражи маны у меня — чтобы окончательно не вывели из игры Асю — три лопатных фрага Взбесившихся ифритов, как официально назывался их третий ранг. Правда, первые только со второй попытки в каждом случае и поддержка со стороны Велеса, иначе я просто не выжил бы, но всё равно лопата и в этот раз показала себя отлично. Подарок Арката, конечно, вышел имбовым, но очень своевременным. Даже не знаю, что бы я делал в критических ситуациях без него.

По итогу же боя мы снова ушли бы без трофеев, не скажи Велес странным трескающимся голосом, что чувствует что-то странное в земле. Ас, тут же принявший это на свой счёт, ведь предварительно он осмотрел всё и не нашёл ничего, стоящего внимания, принялся осматривать всё по второму кругу. И под одним из церберов нашёл полуметровый штырь из сентина. Вернее, адская собачка напоролась на грубо обработанную арматурину и от этого умерла, а может и специально пожертвовала собой, чтобы мы ничего не нашли. Ведь нашли мы не что-нибудь, а расовый эльфийский сундук, даром что только первого из шести уровней. Такие сундуки представляют собой особую награду, состоящую только из предметов, характерных для конкретной расы. В нашем случае это шесть свитков четвёртого ранга, все ассортиментные, и два из них на призыв животных. Буран, едва увидев их, пробасил, что у барсов теперь будет больше шансов на полноценное размножение. И в этом вопросе я был с ними солидарен, а вот лицо Аси приобрело задумчивое выражение. Она сказала, что с каждым призывом шанс оставить себе боевого зверя всё меньше и если с третьим ещё получится, просто соберут всех фей и приложат максимум усилий, то вот с четвёртым вероятность неудачи больше, нежели удачи. На что я резонно заметил, что нам нет нужды оставлять именно боевого зверя и если барс станет простой кошкой, годной к размножению, тоже будет хорошо. Любимая задумалась ещё больше и на этом фоне победила последнюю точку практически в одно заклинание, на секунду окутавшись красным свечением и выпустив на волю медведя, раза в два превосходящего тех, что вызывались до этого. Буран на его фоне тоже мог схлопотать комплекс неполноценности, но лишь снисходительно фыркнул при виде крупного бурого собрата. И правильно, мой медведь постоянный, а этот призванный исчезнет после выполнения своей задачи. Всё же у Красных фей другие призывные механики, не тайминговые, а именно задачные.

Задача же, стоящая перед медведем, оказалась нетривиальна — победить шестиголовую гидру, которую, похоже, облили чем-то кислотным, ей и понравилось. На пещерную гидру дроу это создание походило мало, те были большими бегающими тумбочками с будто прилепленными шеями, а это скорее напоминала гигантскую змею, но шеи всё равно будто пририсовал художник, не разбирающийся в общей анатомии. Но как бы там ни было, это именно гидра, а именно Кислотная гидра, рядом с именем которой в окошке свойств был нарисован значок змееволосой головы. Неужели только-только выигравшая в конкурсе болотная фракция уже обзавелась первыми юнитами? Похоже на то.

Как бы там ни было, медведь любимой поборол эту гидру, не без помощи огня Аса, конечно. Поучаствовать рвались и наконец догнавшие нас лисята, но я им просто не дал. Даже несмотря на то, что бурый призванный, мне было больно видеть, как отваливается клочьями шерсть и гниёт кожа в том месте, куда попала кислота, что уж говорить про Огеля и Пактиквула. После смерти гидры задание перешло в статус выполненного, а мы, предварительно убедившись, что трофеев, увы, нет, пошли к Заставе, по пути зайдя в предыдущую точку и забрав с собой сентиновый штырь. Пригодится в хозяйстве.

Вальборн встретил нас во дворе. Он точно понял, что задание выполнено, но смотрел на нас настороженно. Не верит, что ли?

— У вас есть доказательства, подтверждающие зачистку точек? — спросил главный Егерь, подтверждая мои опасения.

И что делать? Вести его местам боевой славы и показывать всё на деле? Интересный, должно быть, вариант, но время глубоко за полдень, а надо ещё очередной ключ для Аси получить. Но, похоже, другого выхода нет.

— Есть, — гулко ответил Велес, заставив меня резко посмотреть на него. — Есть доказательства.

С этими словами гворн стал доставать из кроны предметы. Горелый кусок грязной ткани, служивший одной из троглодиток повязкой на половые признаки, кусок кости лича, готовый вот-вот развалиться, обломок рога Демонессы, как и все прочие суккубы, бесславно погибшей от молнии Аастии, искристый тёмно-синий порошок, пыльца Тёмных фей, в мешочке из сутаны лича, три пробирки с кислотной кровью гидры.

— Бехолдеров мы видели, они улетали, — заметно смягчившись, произнёс Вальборн. — Думаю, мы сможем договориться о контракте на обучение.

— Если они не будут совсем уж кабальными, разумеется, — грубо добавил новый участник беседы, высокий Егерь, уж очень похожий на эльфа, в типичной для людских Лучников кожаной броне.

В отличии от него и прочих Егерей Заставы, что мы видели, Вальборн ходил в доспехе пусть и лёгком, но металлическом и явно с зачарованием, иначе по толщине он был бы ни от чего не защищающей фольгой, а зачем он тогда вообще нужен. Интересно, можно ли будет нашим Лучникам такую же как-то сделать? Придётся озадачить крафтовиков этим вопросом.

Контракт был подписан спустя час. Переговоры были напряжёнными, Егеря старались выторговать для себя лучшие условия, то есть меньше работы за большие деньги. Только вот против двух гномов, пусть один из них и дриада, этот фокус не прошёл. Нет, мы не собирались делать из людей рабов, мы требовали тот объём работы по тем расценкам, что приняты стандартными в Асхане. Причём говорила в основном любимая, прекрасно зная по жизни у Сираниэль Бесстрашной как нужно обучать стрелков и сколько это стоит. В итоге, мы и сошлись почти на стандарте, лишь в самую малость уйдя в сторону выгоды для жителей Заставы. Сержант Герг, как звали эльфоподобного Егеря, правильно сказал, что это мы нуждаемся в них, но мне удалось соблазнить его возможностью создания с нуля школы обучения Лучников собственного имени. От такого главный наставник Заставы отказаться не смог.

Аастия, за то, что во время этих переговоров мы удержались в рамках, получила неожиданный Алмазный ключ Изобретательности, выполнив испытание Честности, чему сама удивилась безмерно, в отличии от меня. Я как раз на это рассчитывал, беря её с собой в кабинет Вальборна. Вернее, любимая сама сказала, что пойдёт и отговорить её не получится, как бы я не пытался. А я что? Мне это лишь пошло на пользу, Система не смогла найти поводов не дать ключ, чему я был очень рад. По сути, тот, что мы чуть позже получим по Зову, в этом я был уверен, будет последним, шестым, и путь к перерождение Аастии в новом качестве откроется окончательно и безапелляционно.

Само собой, уже после подписания контракта Герг спрашивал, какие у нас вообще планы на Лучников, как будет проходить их снабжение, что по боевому использованию и всё в таком духе. И пусть на мой вкус все эти вопросы следовало задать перед подписанием контракта, скрывать правду я не стал. Собственно, а зачем? Лучников я планировал и в походную армию брать, и в Гарнизоны сажать в большом количестве, снабжение груди на, луками то бишь, боеприпасами и прочей амуницией организовать полное, да ещё и самостоятельно производимое, сидеть на голодном пайке они не будут. Услышанным и Герг, и Вальборн остались довольны и обещали сегодня же прибыть в Быкрыгор для начала работы над проектом, тем более, что в этом же городе Егеря покупали для себя всё необходимое, продавая в том числе и вешлевичник. Хм… Быть может, именно поэтому Магриш стал таким спрашивающим и просящим в последнее время? Не исключено, совсем не исключено. Я полностью уверен, что хотя бы часть пряной травки отправляется и в Баг-Даад, а значит эту просьбу я всё же выполнил, пусть и опосредованно. Хорошо, когда хоть что-то работает без ручного управления с твоей стороны.

До места Зова Аастии мы добрались достаточно быстро, всего за десять минут пешком. Отчего-то захотелось пройти по преддождевому лесу, сам не знаю, что на меня нашло. Но прогулка эта мне понравилась и помогла прийти в чувство. Правда, я, засмотревшись на окружающую нас красоту, едва не врезался в небольшую медную статую говорящей рыбы, непонятно зачем оказавшейся в лесу. По виду она напоминала классическую щуку, будто со сказки о Емеле рисовали, а вот вредностью пошла вообще непонятно в кого. Эта костистая редиска категорически не хотела подпускать к испытанию никого, кроме Аастии, встав на пути между нами и открывшимся порталом. Сочившийся при этом яд можно было собирать тазиками и продавать ценнейший ингредиент по медяку литр и всё равно стать при этом миллионером в золотом эквиваленте. Слушали мы всё это очень внимательно и хладнокровно, особенно любимая, которая всего одной фразой — «Если вам так не нужно, чтобы я прошла испытание, делать мне здесь нечего» — но в разных модификациях, отвоевали право каждого из нас сопровождать её. Не знаю, что было накручено у вредной рыбины в программе, но пусти одного, она тут же начинала сочиться злостью на всех остальных. Но при этом, когда мы уже были готовы пройти в портал, щука спокойно спросила:

— А нужно ли вам вообще теперь туда? Испытание ведь уже пройдено.

И хитро подмигнула при этом. Перед моими глазами тут же появилась системка:

Получен предмет: Жемчужный ключ Гармонии

Уши Аастии отразили крайнюю степень удивления, я же остался спокоен, как она пять раз до этого, потому что лисята прошли за одного. Ну да, целью Аастии было добиться нашего прохода за ней, она с ней справилась, не обращая никакого внимания на слова медной щуки. Таким образом, все шесть ключей оказались у нас.

— Что-то три последних испытания мы никуда и не ходили даже, — растерянно пробормотала Ася. — Мне это не нравится.

— Ну и зря, — спокойно ответил я. — Ключи все получены, мы знаем место, где всё завершится, а значит не имеет значения, как именно добыты ключи.

Получено задание цепочки квестов «Дорога к Красному дому» «Последний пункт»

Придите к месту завершения и начала пути к перерождению феи, заработавшей Ключи Черт.

— А разве последнее испытание не похоже на то, что мы проходили в древесном лабиринте? — растеряно спросила любимая.

— Конечно похожи, — хмыкнул я, — и сделано это не просто так. По сути, у нас сейчас три пары ключей, а не шесть, так что всё в порядке. Почему ты не хочешь услышать меня? У нас есть все ключи, значит всё сделано правильно.

— Мне страшно, — нараспев призналась Аастия. — Я боюсь.

— Не бойся, от меня ты никуда не денешься. Так что? Идём завершать и начинать твой путь?

И именно в этот момент интерфейс разродился двумя криками взбешённого барсука, как был обозначен этот звук в форумной музотеке, откуда я его взял для обозначения прихода сообщений от игроков. С мелодичными переливами системок точно не перепутаешь, на что и был расчёт.

Первое сообщение было от Шарб’Алисс Мургиррит, реальной жены Кабрихута. Она извинялась за долгое отсутствие, высокопарно благодарила за оказанную честь выбора её в качестве изготовителя медалей и сообщала о готовности начать их производство в любой момент. Я тут же сделал заказ на пять медалей сразу, заплатив по тридцать золотых за каждую — пятнадцать стоили материалы, ещё столько же оплата работы по стандартному контракту, автоматически заключённому после выбора победителя. Не так уж и дорого за статус и приятные бонусы на мой вкус.

Второе же сообщение было от её названного мужа, Кабрихута. Я предоставил ему право выбора времени, вот он и спрашивал, удобно ли мне сейчас. И, по сути, мне было удобно.

— Похоже, тебе придётся идти одной, любимая, — протянул я, глядя Асе прямо в глаза. — Мне надо в Замок, там Саттиру протез вместо утраченной ноги делать будут, мне надо присутствовать.

— Так значит, ты нашёл способ выполнить обещание, — нараспев констатировала дриада.

— Значит — нашёл, — кивнул я. — Мне уже надо быть там и встречать гостей.

— Я буду ждать тебя там, куда мне надо, любимый, — пропела Ася. — Только вот где это, это «куда»?

— Метрах в шестистах на северо-запад от Кадага, — пояснил я, — там есть небольшая рощица, скрытая зарослями пурпурного шиповника.

Ну а что? Платиновый аккаунт позволял не только метки на карте смотреть, но и получать фотографии места, чтобы объектно ориентироваться на местности. Удобная функция, пусть и пригодилась в первый раз.

Уже через пару минут я оказался в Тронном зале Замка и пошёл в его хозяйственную часть. Да, свитки телепортации мощная вещь, раз — и ты на месте. Но к рощице я всё же полечу на драконе, он уже летит для этого от Егерей к столице. Там спешить будет не надо, к тому же переместиться туда, где ещё не был, будет гораздо труднее.

В предоставленном Кабрихуту помещении я обнаружил трёх гномов. Все они были примерно одного роста, плюс-минут сантиметр-полтора, у всех были чёрные бороды, заплетённые в одну толстую косу, никто их них не носил доспехов. На этом сходства заканчивались. Игрок, выделяющийся типичным для онлайн-рпг ником над головой, сидел на лавке, упакованный в стильные тряпки, как любила называть это мама, на типичный венецианский манер. Судя по характерному бегающему прямо перед собой взгляду, Кабрихут что-то читал, а периодические поморщивания красноречиво сообщали, что читаемое удовольствия ему не доставляет. Гном справа от него сидел подложив под зад высокую подушку, которую я не заметил сразу. Впрочем, высота подушки компенсировала разницу между его головой и головой игрока, ноги они держали на одном расстоянии от скамьи, так что рост у них всё же был одинаков. Одет предпочитающий комфорт гном был в похожий наряд, что и Кабрихут, но светлых тонов. Он тоже читал, но настоящую книгу, пользуясь очками в похожую на золотую оправу. Третий гном одетый в простые серые штаны и такую же рубаху, обутый в чёрные кожаные сапоги и убравший под красную бандану с серебристыми птицами, раскладывал на выделенном рабочем месте напротив двери инструменты, насвистывая простенький мотивчик.

Едва завидев меня, гном рядом с игроком отложил книгу и ткнул того в бок. Кабрихут оторвался от неприятного чтения и пошёл ко мне.

— Рад видеть тебя, собрат по расе, — пафосно произнёс игрок, протягивая руку.

Отказываться от рукопожатия я не стал, но заметил, что и мастеру, и другому гному такое не нравится. А ещё я заметил изображение на его перстне. Та самая птичка, что и на повязке мастера. Однако.

— У нас здороваются так, — сказал я и продемонстрировал Кабрихуту прамец, наше приветствие.

На бородах местных тут же отразилось приятное удивление. Похоже, ничего подобного они от меня не ожидали.

— Нас пришло трое, — начал игрок, никак не комментируя моё приветствие, — хотя по контракту должно было лишь двое. Но я ничего с этим не могу поделать, Надбард привязан ко мне ритуально, куда я — туда и он.

— Понимаю, — кивнул я. — Привязка это дело такое, от неё не убежишь. Меня больше волнует, как к такому пренебрежению, прописанному в контракте, отнесётся Система.

— Об этом даже не волнуйся, — отмахнулся игрок, — заплачу положенную компенсацию, не в первый раз. Что хочешь получить?

— Мне бы боевых свитков каких, — озвучил я, прекрасно зная о чём говорит Кабрихут. Что я, зря вчера за варкой зелий читал полные условия контрактов нашего типа? Получается не зря.

— Вот, держи, — протянул он мне пять скрученных в трубочку листов с заклинаниями. — Этого должно хватить. А где подопечный Зардута?

— Идёт, — ответил я, сверяясь с интерфейсом. — Через пару минут будет.

И в самом деле, чуть меньше, чем через две минуты Саттир в сопровождении Эйрин и Кернисс вошли в помещение. Бывший охотник шёл опираясь на эльфиек, на месте отрубленной руки у него был толстый сложносоставной стальной штырь, отчего он морщился при ходьбе и старался не сильно размахивать этой конструкцией. Мастер при виде дроу не сказал ничего и сразу приступил к работе, проводя необходимые измерения, игрок тоже остался молчаливым и безэмоциональным, а вот привязанный к нему гном всей своей бородой выражал омерзение. Интересно, с чего бы это?

Едва Зардут приступил к работе, Кабрихут сел обратно на лавку и стал о чём-то шептаться с Надбардом, периодически бросая на меня заинтересованные взгляды. Вернее, это я слышал шёпот, они, судя по активной артикуляции, говорили нормально, но какой-то артефакт заглушал для меня их разговор. Ну и пусть себе шепчутся, контрактом это не запрещено.

Десять минут спустя мастер закончил первые измерения и попросил Саттира отвязать железяку. Да, прям так и сказал, железяку. Эльф пожал здоровым плечом и, морщась от боли, проделал требуемое, после чего Зарбут снова приступил к измерениям. Всё намеренное буквально за четверть часа он записал в толстую тетрадку, после чего отпустил дроу. Снова пришли Эйрин и Кернисс, помогли Саттиру пристроить штырь обратно к плечу. Проходя мимо меня, бывший охотник обронил короткое «Спасибо, лорд», после чего дроу вышли. Мастер же приступил к расчётам и чертежу, который за полтора часа закончил. Кабрихут и Надбард за это время нашептались вдоволь, я же, как игрок до этого, читал. К чему просто так терять драгоценное время? Вот и решил, что не надо это делать и решил изучить в «Гайде» всё по боевым Орденам.

— Скажите, — обратился ко мне Надбард, когда мастер сообщил о завершении работы, — а как вы смогли себе подчинить дроу. Это было легко?

— Пришлось искать подход, — честно признался я, не вдаваясь в подробности. — А с какой целью вы интересуетесь?

— Да лучше бы потратил это время на что-то действительно серьёзное, — едва не сплюнул гном, постаравшись придать себе вид отвращения. Получилось плохо. — На каких-нибудь интересных магов, например.

— Маги у меня тоже есть, — бесхитростно ответил я. — Свет, молнии, красота одним словом.

— Нам, пожалуй, пора, — вклинился Кабрихут, оттеснив Надбарда и переводя тем самым фокус внимания на себя. Но я всё равно заметил, как у гнома на бороде проявляется торжество.

— И когда ждать результат? — спросил я.

— Через два-три дня, — ответил мастер. — Уж очень интересный случай попал в мои руки, постараюсь побыстрее. Самому ведь интересно, как протез приживётся.

— В таком случае буду ждать с нетерпением, — кивнул я.

После этих слов Кабрихут активировал контрактный телепортационный браслет, тот окутал всех троих приятным зелёным свечением и через секунду они исчезли.

Рассуждать о том, что за странная интересность только что произошла было некогда, я спешил к выходу из Замка. Ас вот-вот должен был подлететь, едва ли не каждая секунда на счету. Ну а Надбард… пусть думает, что я ничего не просёк и строит свои непонятные планы. Координат моих они не знают, так что за пару дней точно не дойдут и не захватят. Предложить альянс, а с ним вечную дружбу и прочие пафосные ништяки, могут, но им-то это зачем? Для них я балласт, Кабрихут играет уже больше года, я же всего четыре недели. Так что пусть это останется их маленькой тайной. Если они не решат её раскрыть, конечно.

Уже подходя к главной лестнице, меня настигла системка.

Обновлено задание «Шаг третий: активатор»

Доступно местонахождение активатора.

Вовремя они, ничего не скажешь, сутки почти прошли. Как и отведённые на создание славянской фракции, но здесь у меня уже почти всё готово, осталось лишь всё причесать и оформить. Ну, с этим проблем не будет, по дороге к шиповниковой рощице и распишу всё. А там может и каких особенностей дополнительно добавлю, со славянами, в отличии от римско-греческих египтян, у меня проблем не было.

Судя по метке на карте, активатор примерно в полукилометре строго на восток от рощицы. Если не сильно задержимся там, будет шанс в районе полуночи перехватить проходящую рядом армию и набрать войск, мало ли понадобятся применить силу. А понадобиться может, кто знает, как после обновления надо добывать активаторы. Так что медлить реально нельзя. О, Камнерожденный, дай нам сил.

Спустя час полёта, когда мы подлетали к хуторам, тировая система славянского замка уже была готова. Честно говоря, никогда бы не подумал, что я могу быть таким продуктивным, та же античная фракция далась на порядок, а то и два труднее, но полчаса просмотра животворящих ссылок вчера за варкой зелий — да уж, чего я только не делал за варкой зелий — исключительно для освещения в памяти общей картины восточно-славянского мира, — и вот я уже придумал семь из семи возможных тиров.

Тиром основной пехоты я сделал второй, поставив туда Пехотинца, первый же грейд которого назывался Дружинником. Воин с начальными копьём и каплевидным щитом к своему пятому рангу получал возможность быть и лучником, и мечником, и топорщиком, и даже остаться строевым копейщиком, но значительно улучшенным по сравнению с Пехотинцем. Чит? А вот ни разу, до пятого ранга воина надо докачать ещё, а средние потери второго пехотного тира к пятому рангу составляют до семидесяти процентов. Такая вот неумолимая статистика. Да и стоить это будет, по моей задумке, достаточно дорого как в деньгах, так и в ресурсах на постройку зданий, так что игроку придётся задуматься, грейдить Пехотинца до конца или остановиться на втором ранге, Крепком дружиннике, с чуть завышенными характеристиками и лёгким аналогом гномьих плюшек строя. Всё же проблема варваров в атаку и давящих массой Скелетов да Зомби существует в игре практически для всех фракций и решать её надо, иначе играть за славян не будет никто.

Противовесом строевой пехоте в виде кавалерии я сделал метательную конницу с оригинальнейшим по названию юнитом Конный метатель. Да и по реалистичной сути тоже, ведь реального прототипа такого воина у славян не было, по крайней мере массово. Ну да у нас тут не Земля, у нас тут Асхан, здесь можно и похулиганить немного. Поставил метателей я на четвёртый тир, рассудив, что с людской и второй кочевничьей конницей им точно не сравниться, а вот в одном ряду с нашими кодитами, тёмноэльфийскими ящерами, да и орочьими варгами тоже им будет в самый раз, чуть уступая эльфийским единорогами и превосходя первую, стрелковую, конницу степняков.

Третий тир занял юнит магической направленности, а именно Леший. Тут сразу и местный колорит, и какая-никакая поддержка бафами своих и дебафами врагов, и первое урезание в грейдах. Качнуться Леший сможет только до четвёртого ранга, да и то будет уступать чуть ли не всем, но выиграет в другом — в магии Природы. Сейчас, по сути, на базовом уровне, без всяких цепочек на новую ипостась богу и сложные квесты по перерождение юнитов, только Лесной орден владеет Природой. Возможно, будущий болотный замок это как-то исправит, но ведь хочется-то ещё! Вот я и не смог себе отказать в этом удовольствии, всё же понизив силу существа настолько, насколько это возможно.

Над первым тиром я думал долго, наверное, дольше, чем над всеми остальными тирами, но в итоге просто скопировал у людей их крестьянское ополчение, только изменив название на соответствующие. В базе Крестьянин стал Холопом, после грейда — Смердом, после второго — Людином, на последнем — Закупоми. Получилась отчасти мешанина, знающие люди точно надают по шапке, если узнают, что создавал всё именно я. Ну не получилось у меня нормальную крестьянский тир создать, признаю свой полный провал и готов к потоку отборнейшего говна, когда фракцию введут в игру.

А вот с последними тремя тирами всё придумалось буквально за пару минут, если не меньше. Пятым юнитом стали Знахари и Знахарки, раскачивающиеся до Волхвов в первом случае и Карг… или Каргов… или Каргинь… в общем, назывался конечный женский грейд Карга, а предшествовала ему Баба Яга. Одновременно с этим маги стали и единственными летунами фракции. И если у Знахарок для этого появлялись те самые колоритные ступы, то Знахарям представляли летать на гуслях и их в колдовстве и использовать. Два совершенно разных в итоге юнита получились, но мне нравилось. Разве что построить единовременно в городе можно будет лишь одного из них, но такова жизнь, увы.

Шестой тир оккупировали Воители, грейдящиеся до Витязей, а те в свою очередь до Богатырей, а дальше происходило разветвление, подобное тому, что есть у Пехотинцев, но изначально в более самостоятельный, нестроевой, юнит. А вот Ярику Воители решительно не понравились, он заявил, что уж очень похоже на наших Казунтов, но тут я решительно не согласился. Да, «сильный пехотный воин с толикой магии» это не прям клише, но и не уникальность. Те же ракшасы, делящие с пустынными нагами этот же шестой тир в Академии, вполне попадает под это описание и никто массово не жалуется почему-то. К тому же, у Казунтов от грейда к грейду способности остаются примерно одинаковыми, а вот Воители сильно меняются, особенно после Богатырей. Так что соглашаться с претензиями я не стал.

Но к предложению Ярика по седьмому тиру прислушался, хотя изначально категорически не хотел так делать. Но, подумав, понял, что быстрой альтернативы Змеям Горынычам нет, как и пары недель на подумать и нормально углубиться в тему. Так что базовый Летучий змей, ещё двухголовый, вполне вписался в мою личную славянскую франкенштейнию без потерь в нужности и скучности… да неигипи так, Ярик, шучу я, шучу.

Внетировых юнитов я отдал на откуп разработчикам и конкурсы среди подписчиков, а вот особенности фракции немного расписал. Первой стала особая система репутации, основанная на кровных братаниях. По факту, я нагло украл её у реальных викингов, но раз их асханскому аналогу ничего такое не добавили, почему бы не воспользоваться? Досконально описывать ничего не стал, дав возможность сотрудникам «РубиКома» тоже как-то поучаствовать в этом.

Вторая особенность касалась магии. Приоритетными для славян я выбрал, естественно, Природу, Землю и Разум школы «Запудривания мозгов», то есть всяких иллюзий и мороков, особенно мороков. Делать фракцию хоть сколь-нибудь светлой при наличии огромнейшего числа реальной нечисти, да ещё и Леших с Бабами Ягами… Ягуньями… не суть, в общем. Свет славянам точно не шёл, к тому же так, возможно, западные игроки с их стереотипами будут охотнее отыграть за эту фракцию. Но всё же совсем в Тьму тоже опускать не стал, ни к чему это.

Третьей же необычностью сделал массовое использование различного вида жезлов как у магов, так и у бойцов фракции. Вот есть такая фишка в игре, а практически никто её не юзает, за исключением магов, да и те в основном раздают её сильно прогрейженным гремлинам и на этом останавливаются. Для остальных жезлы это что-то сложное и непонятное. Лишь очень малое количество игроков идёт на это усиление, так что пусть и жезлам тоже перепадёт толика славы.

Отдельно пришлось продумать веру славян, и здесь я крепко задумался. Проблем с больной фантазией у меня никогда не было, а с карт бланшем от Виктории Сергеевны наворотить можно чего угодно в любых качествах и количествах, но… всё же хотелось, чтобы за фракцию играли, а не высмеивали за мемность, поэтому к этому делу я подошёл со всей ответственностью Ну и толикой безумия тоже, чего уж там. А пойти я решил по уже проторенному самими разработчиками пути в виде внебрачного божественного дитя. На этот раз им стали дети Одина и Фрейи, брат и сестра Ярнос и Марана. Как уж там их впишут в мир я понятия не имел, да и не хотел знать, если честно. Пусть ломают голову хоть до посинения, будут знать, как вешать на одного беззащитного гнома внеочередное создание целой фракции. Ну хорошо, не такого уж и беззащитного, но тем не менее.

Ярнос стал верховным богов Солнца и Дня славян, его супруга, Шабата, в противовес ему будет отвечать за Луну и Ночь. Марана же возьмёт на себя роль богини Плодородия во всех смыслах, её муж, ментально поднявшийся в сражении со Злобным Кащем, богом Увядания. Дети и той, и другой пары, которых набралось девять штук, распределят на себя прочие божественные обязанности, но уже по такой простейшей структуре понятно, что Ночь для славян не связана со смертью, а Жизнь и Смерть идут рука об руку. По легендарных антагонистов пантеона, главным из которых стал тот самый Кащ, тоже пришлось немного расписать, подпустив к этому дело Ургаша. Ну и привязать обе супружеские пары к Асхе тоже пришлось, а потому они и стали такими не совсем противоположностями. Ну и не стал давать много различных полубожков и мелких духов, как сделали викингам. Славяне и без этого справятся.

На этом я скопировал файл и отправил его на присланную Викторией почту, вроде как напрямую разработчикам. Но, подумав, прикрепил простынь с текстом ещё и сестре Германа, на всякий случай. Ну мало ли что может случиться, а так резервный вариант под рукой будет.

Так прошёл час, а лететь было ещё долго. Невольно, я задумался о том, что ждёт наше Королевство дальше. И пришёл к выводу, что сейчас, если не просрать бездарно всё, что надавали, у нас есть отличный шанс закрепиться в этом мире. Взять хотя бы отбитый у дроу караван с рабами. Почти сотня отличных специалистов или хотя бы тех, кто готов учиться. Ну или просто приносить пользу. Тридцать восемь людей, тридцать два гнома, двенадцать эльфов, семь тёмных, четыре светлых и горный, три орка и викинг — и никто не отказался влиться в наше королевство, но по-разному.

Люди почти в полном составе решили уйти к пустым деревням у Железного молота, развивать хотя бы одну. В Баг-Дааде остались восемь, рискнувшие стать частью армии. Ещё вчера Ордрин, пока ещё формальный казарег, разделил их пополам, одних четверых определив в Мечники, а других — в лучники, тех, что будут костяными боеприпасами стреляться. Посмотрим, что из этого выйдет.

Среди гномов боевых нашлось только двое, ещё один Алебардист, но начинающий, тут же ушедший Зидаду в ученики, и стандартный Рунный стрелок. А вот остальная тридцатка — мастера и подмастерья разных направленностей. Четверо — готовые ученики для кожевенника, собственно, к нему они и пошли, а тот был им очень рад. Ещё шестеро, различные работники с деревом, обещавшие делать Топорщикам отличные недорогие щиты, Арбалетчикам — колчаны, а кодитам — рукояти для молотов. Седкан, узнавший об этом, тут же заказал из собственных средств максимальную рукоять, на всё мастерство ремесленной шестерки. Как сам медвежатник выразился, на пробу, а деревообработчики только рады были.

Ещё шестеро были знакомы с горным делом. Пятеро готовые профессионалы для повышенной добычи ресурсов с сохранением запаса, а шестой — преподаватель в Университет. Вот ему я обрадовался как вернувшемуся с кровопролитной войны, где гибли девяносто девять из ста, брату. Такие специалисты нам нужны как воздух, камень и огонь. Золотое приобретение.

Двое вязальщиков отправятся в помощь к Гарикабе, причём именно вязальщиков, мужчин, а вот вышивальщицы для Даргабы втроём все гномки, как бы странно это не звучало. Для них совсем скоро найдётся работа, ведь они могут самостоятельно подготавливать для себя материал из сырья, но ткацкие мастерские всё равно понадобятся, как и сырьё.

С сырьём, а именно с шерстью, должны будут помочь двое пастухов, достаточно редких самих по себе специалистов, так ещё и способных к разведению тех самых чёрных баранов из самых обычных, если тех достаточно большое количество, где-то пять десятков голов. Зная, что сами по себе чёрные бараны появляются с ещё более редким шансом, это приобретение тоже было золотым, если не мифриловым.

Остальные гномы шли штучно, но от того были ещё ценнее. Огранщица драгоценных камней и ювелир-камнист вполне могут работать вместе и подготавливать камни для работы инкрустатора, стекольщик-витражист крайне необходим для строительства в яругловом стиле, тот самый насечковый гравировщик будет усиливать оружие для армии, а пивовар и коптильщик станут основой продовольственной безопасности Королевства. Отдельно ото всех шёл мастер-парфюмер, способный производить различные жидкости с приятными запахами. Исключительно мирный специалист, но гномы духами, одеколонами и всем таким прочим практически не пользуются. Похоже, мастер будет работать исключительно на экспорт.

Эльфы в своей немногочисленности были куда более разнообразны. Среди светлых были только мирные. Охотник, тут же приставленный к Гильдии, резчица по стеклу и ювелир стекла, похожие друг на друга как отражения в зеркале, видимо, близнецы, и смотритель парков и садов. Последний, если гномы будут не против, станет смотреть за Навирдакатом. Если же нет… что ж, создать новый парк вообще не проблема.

Тёмные же оказались сплошь воинами. Трое Ящеровсадников, Стихийный следопыт, Повелитель аршадов, Ловчий Теней и Ведьма. Последняя, конечно, не Кернисс, к вступлению в Союз Трёх ей было ещё о-о-очень далеко, да и артефакты, даже самые простенькие, она не создавала, но тоже подспорье. Надо будет, и для неё что-нибудь придумаю, раз Академия Грауберка не брезгует сторонними денежными дотациями.

Следопыт же был куда более интересным юнитом, служащий поддержкой Стихийных же ведьм, делающих упор не на Тьму и Разум, а на Материю и союзы, особенно втроём, не образующие. Таких у нас не было, но вполне могли появиться, хотя бы в одном экземпляре. Двойка Ведьма-Следопыт вобрала в себя всё лучшее от стихийности дроу, в том числе и легендарное умение дарить водных и топить воздушных элементалей, а потому будет нам очень полезна.

Ловчий теней на их фоне откровенно мерк, но только на их фоне. Комплекс способностей максимально незаметно пробраться туда, где тебя не ждут, дорогого стоит. В том числе, и вызволения от своих, готовых принести тебя в жертву. Ну и компенсирует полную внетировость как нечего делать, уникальный ведь юнит.

Горный эльф тоже был не обученным уником, причём уником необычным. Он стрелял из духовой трубки, характерной для его степных собратьев, и на прямой вопрос лишь пожал плечами и ответил «Так получилось, лорд». Неразговорчивый он, в общем, оказался. Но полезный, как и все.

Даже орки. И пусть они вообще ничего не умели, но после разговора с Нартыгхом настойчиво попросились в травническую деревню, в чём я решил не отказывать. Собственно, а зачем? Травы так-то тоже кому-то выращивать надо, вот пусть и займутся наравне с остальными.

Викинг по имени Хельнинг, воротай кланового союза Аранрир, когда очередь дошла до него, заявил, что займётся воспитанием собственной охраны Баг-Даада и возражений по этому поводу не примет. Я и не возражал. Хочет заниматься тем, что нам и так нужно? Да кирку ему в руки и пусть потеет. Именно так он и поступил, разве что без кирки.

От нас не ушёл никто из каравана. Ни одни человек, и ни один эльф, никто другой. Про гномов я молчу, гномы принесли все положенные клятвы, едва я прилетел вчера из Грауберка, специально ждали. Остальные медлили, но, по всей видимости, прониклись произнесённой речью о свободе выбора, последовали за гномами в плане клятв. Это позволило мне платить им всем вполовину меньше от реальной стоимости их услуг аж две недели. А я что, я ничего, я только рад такому выгодному приобретению почти сотни новых жителей Королевства.

Прочие трофеи с каравана делились на пять видов: различные ресурсы, от двух до двенадцати мер, но, увы, без единого грамма золота; много, очень много стандартной амуниции армии дроу низких уровней, всё на продажу, этим уже занимается Кернисс, обещала до пятнадцати тысяч золотых за всё; два сундука, плотно набитые адамантиевыми лезвиями для мечей, их постараемся переплавить, а потом использовать в нужной нам форме; странная клетка, в которой держали Хельнинга; его наручники. Последние пока убрали в дальний угол Склада, пусть там хранятся до необходимого случая. То, что случай этот рано или поздно настанет, я не сомневался.

Но даже это ещё не всё. Одному умному кодиту по имени Седкан пришла в голову простая в своей гениальности мысль — как-то этот караван ведь оказался на пограничных между нашими землями и территорией Урабавуса Кровавый Выпад, откуда-то он пришёл. И он, проходя мимо Железного молота, попросил Бурмантию и её подружек исследовать этот вопрос. Те не подвели и на расстоянии чуть более трёх километров друг от друга нашли два стациональных портала. Нашли и уничтожили, получив Портальные активаторы. Ох уж мне эти активаторы… Но благодаря ним мы и себя от внезапного вторжения обезопасили, и возможность наконец построить свои портальные линии Баг-Даад — Грифоний форт и Баг-Даад — Кадаг сможем. После очередной квестовой цепочки, но всё же теперь её хотя бы есть с чем начинать.

Оторвавшись от дум о прошлом и будущем, я заметил, что мы уже почти прилетели. Сколько же времени прошло? Два с половиной часа??? Вот это я задумался, однако… То-то лес под нами темнее стал, это просто солнце садится и теней становится больше. Хм, может, пока есть время, слетать к месту нахождения активатора и проверить, что там и как? А пожалуй так и сделаю, король я, в конце концов, или не король?

Меньше десяти минут — и мы на месте. И само место выделяется достаточно чётко и типично — кто когда-либо был в Петергофе и видел павильон Катальная горка, тот сразу его узнает, разве что сначала тёмно-зелёный и жёлтый цвета поставят в тупик. Те же, кто не был, но знает достаточно про игру, скажет, что мне предстоит типичный Противоданж, как его обозвали игроки. Всё дело в том, что у каждой фракции в Асхане есть своя ментальная противоположность. По крайней мере, до обновления и конкурса была у каждой. У нас, гномов, это варвары, потому что мы олицетворение Защиты, а они — Атаки. И в принципе, ничего сложного в этом данже нет, всё уже украдено до нас и пройти этих варваров мы сможем чётко по инструкции и совсем без потерь… хотелось бы.

Впрочем, могли ли для поиска активатора стандартный, десятки тысяч раз пройденный и посекундно выверенный данж изменить в любую сторону? Безусловно могли, что мешает-то. Только вот узнать об этом до победы над финальным боссом, увы, не получится, так что действовать будем по инструкции, а там уж как пойдёт.

У рощицы с квестом Аси было тихо, сама любимая оплетала руки Велеса венками из непонятно каким образом оказавшимися здесь одуванчиков. До этого я не видел ни одного, а тут сразу целые поляны. Вполне возможно, что они могут как-то пригодиться. Хм, насобирать, что ли? Буран и лисята, развалившиеся на широкой спине медведя, наблюдали за этим медитативным процессом с вниманием, даже не борясь со сном.

Едва мы приземлились перед рощицей, как все встали в полной боевой готовности. Остался сидеть только гворн, отростками из кроны довязывая цветочные рукава.

— Ну что, идём? — явно волнуясь, спросила любимая.

— Идём, — решительно кивнул я. — Раньше начнём — раньше закончим.

— А ты разве с нами не идёшь, растительный? — спросил Ас Велеса, рассматривая его так, будто видит в первый раз.

— Нет, чешуйчатый, мы не идём, — не отрываясь от работы, ответил гворн.

— Вы? — переспросил Буран. — Ты один сидишь, никаких «вы» не существует.

— Мы не идём, — тем же тоном повторил Велес. — Никто, кроме лорда Ярогрейва и баусти Аастии не идёт. Это роща только для них.

— Почему, сыночек? — ласково-ласково переспросила Ася. — Откуда ты это знаешь.

— Просто чувствую, — ответил гворн таким тоном, что и дракон, и медведь, и лисята как одно существо опустились на траву.

А вот я задумался. В самом деле, откуда у Велеса такая уверенность, в своей правоте, что противиться ей даже не хочется? Ладно, об этом можно спросить и позже.

— Идём, любимая, — прошептал я, беря Аастию за руку и шагая прямо в портал, образованный двумя ветвистыми деревьями с розовыми листьями.

Последнее, что я услышал, была фраза гворна:

— А сейчас я расскажу нашу с баусти задум… — после чего звуки снаружи отрезались, будто резко понизили громкость в микшере.

— Баусти? — спросил я вслух, ни к кому не обращаясь. — Что это вообще значит?

— Не знаю, — отозвалась любимая. — У Велеса таких слов много. Почти так же много, как и у обычных гномов.

— Обычных? Мы, значит, необычные.

— Ну конечно, — посмотрев на меня, как на идиота, отозвалась дриада. — Обычные гномы с Природой не заигрывают.

— Ладно, нам ещё тебя новой делать надо, — вздохнув, произнёс я.

Стояли мы местах в трёхстах от большого лесного озера, окружённые различными деревьями словно из мира Барби. Каждый листик на них поражал оттенками розового, а сами деревья кто-то выкрасил в неестественно-коричневый однородный цвет. От нас до озера тянулась слегка извилистая дорожка на двоих. Меньше пяти минут спустя мы подошли к небольшой пристани, у которой качалась на лёгкой ряби лодка, сделанная из лепестка. Странные деревья понемногу заместились на нормальные, видимость на воде была метров десять, остальное скрывались в тумане.

— Кувшинка, — прокомментировала любимая, смотря на лодку. — Похоже, это намёк на то, что нам придётся куда-то плыть.

В чертогов разума неожиданно выплыла информация, что некоторые виды кувшинок так же называют нимфеями. Интересно, это намёк, или просто так совпало? Во второе всё же как-то верится с трудом.

Какой-либо подсказки для дальнейших действий не было, и Аастия приняла решение садиться в лодку-лепесток. Я безропотно подчинился. До тех пор, пока любимая не стала другой, все решения будет принимать она и только она, подсказок от меня не будет. Королевству нужны лучшие новые феи, как бы эгоистично это не звучало.

Ася села первой, я после неё, и, едва обе моих ноги коснулись лодки, они поехала вперёд, словно по натянутому невидимому канату. Любимая села на дно и прикрыла глаза, я же встал максимально близко к носу и стал смотреть вперёд. Чувствовал я себя при этом Дамблдором, везущим Гарри Поттера через озеро, полное инферналов, на островок к чаше с фальшивым крестражем. Разница, по сути, была в том, что мы не в пещере, да и пить придётся не мне. Если вообще придётся.

Чем дальше мы плыли сквозь туман, тем сильнее приходило осознание, что Велес так-то прав — финальная всех подобных перерождений всегда делалась только под юнита и его лорда или леди. Хотя бы потому, что всегда было какое-либо транспортное средство на двоих. Если приходил кто-то ещё, они либо ждали на берегу, даже если это был не берег, либо, если могли летать, летели следом, но их участие вовсе не требовалось, биться там всегда было не с кем. В связи с этим осознанием мне стало интересно — будет ли изменена награда по сравнению со средней выведенной форумчанами? Вот и узнаем.

Лодка-лепесток стукнула бортом о стенку точно такого же причала, от которого отплыла, выводя меня из задумчивости. Приплыли мы на небольшой островок с постаментом посередине и чашей на нём. Аллюзий на шрамоголового везунчика стало ещё больше. А если начать вспоминать всё, что мне за эти четыре недели надарили… Нет, лучше не начинать, целее буду. И тем не менее, чаша отличалась от той, что была с крестражем. Во-первых, наша оказалась полупрозрачной и розовой. Во-вторых, углублённой в постамент примерно на три четверти своей реальной высоты. В-третьих, по периметру, с равными промежутками, кто-то вырезал замочные скважины в цельных массивах драгоценных камней — синем, зелёном, красном, прозрачном, фиолетовом и белом. Ну и в самых важных, наша чаша оказалась пуста. Впрочем, как и всегда в таких ситуациях.

— Смотри, тут какой-то свиток, — настороженно произнесла любимая, первой подойдя к чаше. — И ленточек шесть штук.

И каждая в цвет одного из замком. И ключей. Дешёвая символичность как она есть, но для игры в антураже фэнтези вполне уместна. Вот было это что-то типа постапа и чистого шутера, тогда смотрелось бы нелепо, это да.

— Открывай, читай, — спокойно сказал я.

— Здесь стихотворение, — восторженно пискнула любимая и с чувством зачитала:

Как океан в сосновой пади,

Так человек перед грозой —

Вдвоём им несуразно падать,

Поодиночке слышно «Ой!»

Развеять пепел над лампадой,

Что свет даёт или тепло.

Тогда, быть может, камнепады,

Завесят личное дупло.

Трава, что заревом согрета,

Сгорит во тьме кромешных зим.

Наступит осень, и кометы

Изрешетят лозой Мудим.

— Интересная бессмысленность, — прокомментировал я. — Похоже, кто-то словил не слабый такой приход.

— Смысл здесь и неважен, любимый, — тоном, с которым разговаривают с душевнобольными, сказала Ася и потрясла свитком. — Надо всего лишь вставить наши ключи в порядке, описанном здесь. Это нетрудно.

— И каков же порядок?

— Сапфир, вода, Шаласса, — начала перечислять любимая, вчитываясь в текст. — Алмаз, воздух, Илат. Жемчуг, свет, Эльрат. Рубин, огонь, Аркат. Изумруд, земля, Силанна, Хризолит, тьма, Маласса. Всё просто.

— Сама догадалась или кто подсказал? — хмыкнул я, вставляя ключи в сказанной последовательность.

— Сама, — донёсся до меня едва слышный женский голос, удивительно напоминающий шелест листьев. А у Силанны, похоже, с чувством юмора всё в полном порядке.

Едва я закончил вставлять ключи, как чаша стала заполняться красной жидкостью, а на постаменте сам собой материализовался небольшой стаканчик, миллилитров на сто пятьдесят. Любимая с полминуты смотрела, переводя взгляд с чаши на стаканчик, а потом решительно взяла тару, зачерпнула жидкости и залпом выпила. Её тут же окутал насыщенно-малиновое сияние, а перед моими глазами выскочил ворох системок.

Поздравляем, мы выполнили цепочку квестов «Дорога к Красному дому»

Эффективность прохождения цепочки — 89 %

Дриада Аастия переродится в Красную фею соответствующего ранга

Дриада Аастия сможет перерождать юнитов [лесная фея] в юнит [красная фея] с полной заменой навыков и умений

Выберите перечень навыков и умений для ваших Красных фей из списка

И далее шло перечисление того, как я могу составить этот тир, исходя из того, как прошёл цепочку. И, надо сказать, было там такое, что могло воплотиться лишь в самых смелых фантазиях. Магия Хаоса или Смерти, пусть и ограниченная лишь третьим уровнем. Владение тяжёлым двуручным оружием. Бесконтактное отравление. Подчинение, подобное суккубовому. Я даже могу убрать привязки к мелорну, водоёму и небольшому участку территории для дриад, наяд и напей соответственно, создав свои собственные. Ну, как свои собственные… Есть отдельный список, но все строки в нём занимают чисто гномьи вещи, к эльфам уже не имеющие отношения. Такие как Камень Клана, личное оружие или выход на поверхность кристаллических друз. Последние я, естественно брать не стал, мне нужна мобильность и использовать её буду по максимуму, а вот оружие или клановый камень — вполне. Последний, кстати, я не видел ни у кого из оставивших свои билды для Красный фей на хардкор-форуме. Неужели я открыл чит? Ведь если я выберу сейчас Камень, мне просто не смогут не дать квест на него, ведь, во-первых, сказал «А», говори и «Б», а во-вторых, и первого вполне достаточно. Надо попробовать, пусть для этого и придётся слегка скорректировать свою схему.

Полчаса спустя Аастия отмерла в своём новом обличии. Во-первых, её прежнее платьице, сшитое из листьев, заменилось на легчайший металлический доспех с тканевой поддёвкой красноватого цвета. Кожа на видимых участках приобрела ровный цвет и стала слегка загорелой, волосы окрасились в медно-рыжий. Но это по большей части косметика, пусть тот же доспех и защищает в некоторой степени. Главное другое — продуманные мной Красные феи поменяли свой уклон в сторону магии Материи и Жизни и разнообразных защит. Начиная с феи, которая имеет в своей книге три-четыре заклинания в базе и одну гарантированную защиту, чаще всего от магического воздействия, и заканчивая напеей, с разнообразие Ишим арсеналов и тридцати-тридцати пяти заклинаний и десятка защит, в том числе и физических, таких как Каменная стена. Так же теперь все владеют метательным оружием, а наяды и напеи ещё и ближнего боя. Последние летать не могут, как и в лесном варианте, а вот у дриад крылья ещё остаются, этого я добиться смог. Стрелять они все будут духовыми трубками, раз уж такой воин у нас теперь есть, хотя изначально я планировать дать им арбалеты, а вот идти в прямую атаку последние два грейда смогут с тем, чем захотят.

Помимо общего, каждому рангу сделал и какую-то свою особенность, иначе у меня не принимали билд. Как по мне, уже и так мои Красные феи получились сильнее Лесных, но Система настаивала на особенностях. Да, понятно, что просто проходить цепочку и терять драгоценное для среднестатистического игрока время требует серьёзной награды, но я ведь не среднестатистический, у меня и так всего через край, то награды за конкурс, то полный специалистов караван, а на подходе ещё Гильдия Солнечных Магов, и всё же Система была неумолима — прописывай особенности или не отпущу тебя. Пришлось подчиниться.

Феи остались без особенности, на то они и феи. Нимфы обзавелись Стихийным призывом и могли раз в шесть часов призвать какого-нибудь стихийного духа, не обязательно элементаля. По этой причине «Призыв элементалей» пришлось убрать из списка возможных к изучению, чтобы не было дублирования, а то нечестно будет с двойным материальным призывом. Дриады помимо способности нимф так же получили Сродство с материей, но только с одним видом, который дастся сам, по мере путешествия по грейдам. Так же именно дриады будут привязываться к Камню Клана, причём в неограниченном количестве, в отличии от мелорна.

Наяды, по аналогии с нимфами, приобрели Жизненный призыв. Но учитывая их ранг, там призванные существа на порядок мощнее. Тот же Элементаль Жизни сможет воскресить двух погибших, а умирая, нанести физический урон противнику, даже если это будет Ангел и его грейды. Привязка наяд осуществляется к особым друзам, которые надо искать, их число конечно, к тому одна друза «выдерживает» максимум три создания. Такое вот ограничение на количество.

Напеям же пришлось продумывать особенность четырежды, три раза Система писала «Слабая особенность, подумайте ещё». На четвёртый раз я плюнул, создал Красного Стража. Раз в двое суток, чтобы не так имбово было, напеям может стать существом, сравнимым по мощи с Чёрным драконом, не меньше. Пятнадцать минут нахождения в мире, материально-жизненная синергия, Хаос и Смерть в естественных врагах, что даёт двукратный урон против них и пятидесяти процентную защиту, бог-покровитель, в нашем случае Аркат-природник, в помощниках, пассивка «Святое зеркало», отражающая часть негативного воздействия на воздействующего и ещё пара совсем уж мелких фишечек. Самая настоящая имбовая имба, но Система удовлетворилась ей, оставив заметку «Вот молодец, сразу бы так» и наконец отпустила меня из режима создания. Сразу же после этого Аастия и проснулась, хотя вроде бы и не спала даже. Ну а мне выскочила та самая цепочка на создание клана:

Доступна цепочка квестов «Почёт и уважение»

Принять да/нет

Разумеется, я нажал «да» и тут же выскочила следующая системка:

Доступно первое задание цепочки «Почёт и уважение» «Время говорить»

Поговорите с гномами вашего государства о необходимость создания собственного клана

Награда: следующее задание цепочки

Штраф за отказ: провал цепочки

— Зачем крылья, любимый? — первым делом спросила Ася, минут пятнадцать изучив себя внешне и внутренне.

— Для удобства, — ответил я, любуясь созданным собой. — Тебе не нравится?

Надо сказать, что все внешние изменения ей очень шли. И цвет кожи, и волосы, и броня, и даже оставшиеся босыми ступни. Похоже, неосознанно, я создал свою идеальную женщину.

— Непривычно, — подойдя ближе, сказала Ася. — Я уже привыкла жить без полётов, а тут…

— Есть стимул дорасти до наяды, там крылья пропадут. Зато появится необходимость чем-то сражаться.

— Это не проблема, любимый, — буквально промурлыкала любимая, прижимаясь ко мне. — Главное, что я теперь самый настоящий гном.

— Это да, — кивнул я, — это главное. Ну что, пойдём обратно?

— Не знаю как ты, а я собираюсь лететь, — ехидно протянула дриада. — Хочется, знаешь ли, вспомнить давно забытое ощущение.

Остаток дня и часть следующего мы провели, отбивая у варваров активатор. Догнать слегка ушедшую дальше предполагаемой точки нашей встречи с армией труда не составило, донести до Неднага необходимость выделить воинов тем более. И вот мы в составе восьмерых Подгорных защитников, четверых Огненных Магов, шестерых Берсерков во главе с Драйдом, Аастии, Велеса и меня с лисятами прошли четыре уровня данжа, по сути, даже встретив никакого сопротивления. И это даже несмотря на ровно два неприятных сюрприза. Первый принёс сам данж, поставив мне блок на любые активные действия, превратив в обеденный стол из чистого мрамора посреди спальни, вроде и бесполезен, но престижно и необычно ведь. И ладно бы, если можно было пройти без меня, тогда я бы просто подождал и всё. Но нет, я должен лично забрать активатор, а это такая своеобразная проверка, что моя армия и без меня что-то может. Тьфу… Вторым сюрпризом оказался дебафы от личей, который не исчез с перерождением, и Аастия по-прежнему не могла лечить. Поняв, какой силы были личи, мне на пару минут стало физически плохо. Скастуй мёртвые твари что-нибудь боевое, и моя жизнь в один момент потеряла бы весь смысл. Но долго убиваться по поводу неслучившего я не стал, надо ведь было данж пройти.

Только вот дебафы на Асе варварам не помог. Гоблины, орки, ещё орки и огры с троллями — каждый из уровней данжа мы прошли, не потратив и двадцати минут. Ася жгла огнём и тыкала шипами, ей помогали маги, берсерки и Велес, строевики тоже вносили свой вклад, и только я раздавал раненным зелья лечения, запас которых пополнил вчера. На трофеи я даже не смотрел, борясь со сном, с каждой минутой накатывая всё сильнее. И хотя я нормально отдыхал после последней Битвы за Город, всё равно поспать не помешает. Часиков так двадцать, не меньше.

И тем не менее, я сумел записать всё прохождение цепочки с красными феями для хардкор-форума, поместив его не в общий раздел, а в магазинный, где можно было купить интересный исход того или иного действия, или серии действий, и сказать, отчего да почему. Всё же по сравнению со среднестатистическими итогами перерождения я получил намного больше, мои феи как минимум полностью избавились от рудиментов Лесных подруг, что не удавалось практически никому. Возможно, это связано именно с подсказкой Велеса и нашим проходом к чаше вдвоём. Вот и пусть кто-нибудь купит за символическую цену в пару боевых свитков четвёртого уровня и расскажет всем хардкорщикам, что я сделал лучше. Таких охотников за знаниями было достаточно, кто-нибудь да возьмётся.

— Ну что, любимый, что ты теперь будешь делать? — спросила любимая, когда финальный босс — циклоп с парой кучек огров-шаманов — был побеждён, а в мой инвентарь перекочевал активатор и прочие трофеи, которые я даже не стал изучать.

— Я? Делать? Хм, дай-ка подумать. Пожалуй, я посплю примерно до вечера.

С этими словами я провалился в давно ждущую меня спасительную темноту. Об всём остальном я подумаю завтра.

— Сергей Игоревич, снова мы встречаемся по дороге на обед, — произнёс, подходя к лифту, креативщик.

— Как и многие предыдущие дни до этого, Степан Сергеевич, — заметил безопасник. — Кроме трёх последних. Теперь и я понимаю, что такое одинокая трапеза в этом стеклянном аквариуме. Где пропадали?

— Дочка неожиданно решила заболеть, за две недели до Нового Года, — вздохнул Степан, — а жена в командировке. Пришлось мне брать больничный, благо всё обошлось.

— Что-то по-настоящему серьёзное?

— Да нет, обычный сезонный грипп, — отмахнулся креативщик. — Жена вчера вернулась, до середины января будет дома, так что всё обойдётся. В конце концов, шестой класс не одиннадцатый, можно и поболеть чуть-чуть.

Спустившись в столовую, собеседники, как обычно, набрали еды и прошли в свободный «аквариум». Здесь, на -4 этаже, во всём чувствовалось приближение праздника. Уже поставили ёлку посередине помещения, всё, что можно, украсили гирляндами, мишурой, дождиком, снежинками, фонариками, мини-инсталляциями, а на стены и потолок пустили реалистичную галапроекцию домика Деда Мороза. А вот индивидуальные боксы остались такими же, какими были всегда, разве что лёгкая ненавязчивая музыка сменилась на новогодне-рождественские, изобилующие разного рода колокольчиками, но она всё так же не навязывалась, как и раньше.

— Ты мне лучше скажи, Серёга, что ждёт Женька за его демарш, — попросил креативщик перед приёмом пищи. — А то ушёл, называется, на два дня.

— Уволят твоего Женька, Степа, без выходного пособия с чёрной меткой, — вздохнув, процедил безопасник. — А может быть, и заставят пройти обследование у лора и психиатра. У Сергея Михайловича есть справедливые опасения, что Женёк этот либо глухой, либо у него проблемы с восприятием человеческой речи.

— Да нет у него никаких проблем, просто включил творца там, где не надо, — раздражённо бросил креативщик.

— Вот именно, что где не надо. Ему поверили, поставили главным в разработке славянского замка, всего-то надо было провести лёгкую косметическую корректировка предложения Проекта Х и всё это отрисовать. Так нет, мы лучше знаем, нам слово Сергея Михайловича не указ, мы подадим своё под видом чужого. На что он рассчитывал? Думал, мы не заметим? Заметили.

— Ну это-то я слышал, — кивнул Степан. — Мне больше не понятно, на что он в самом деле рассчитывал.

— Справедливости ради, у него всё могло получиться, — протянул Сергей. — Он сговорился с одним айтишником за половину причитающейся премии и они сообща подменили присланный набросок Проекта на придумку этого… Женька, подчистили все концы, после чего Женёк отправился обсудить всё с Павлом Луисовичем и вот так уже случился прокол. Проект Х, по заверениям Олега Николаевича, поступил как истинный гном и подстраховался, отправив копию ещё и Виктории Сергеевне. Та переслала её Павлу Луисовичу и вот он уже откровенно охуевал от наглости Женька, предлагавшего укомплектовать фракцию минимумом людей и максимумом различной а-ля Ведьмак нечистью, выдавая это за так себе идею Проекта, но раз сказано воплощать то, что есть…

— А вот эту часть я уже не знаю. В том числе и про айтишника.

— Теперь будешь знать, — хищно улыбнулся безопасник. — И всем расскажешь, что хитрожопость вскрывается на раз-два даже без участия нашей службы. Но если бы не Проект…

— Как он вообще согласился на эту странную идею? Особенно после того, как на него навесили ещё и новую ипостась Аркату через храм и личную боёвку открывать? Сколько писем он написал админам по этому поводу?

— Нисколько, — хмыкнул Сергей. — Ни одного. Ноль. Зеро. Бесконечность ничего.

— Но… как? — удивлённо спросил Степан. — Что случилось?

— Олег Николаевич считает, что Проект стал ещё большим гномом, — пояснил безопасник, — а настоящие гномы не жалуются, а берут предложенное и используют. Именно он и посоветовал быть с ним честным в плане славян. Ты представляешь, он догадался, что его пытается развести на слабо администрация, все были в панике, а Олег Николаевич сказал, что юлить нельзя, не поймёт. Пришлось Виктории Сергеевне брать огонь на себя.

— Интересные факты открываются, — хмыкнул креативщик. — Нас-то просто перед фактом поставили, дескать, Евгений Янович будет курировать этот проект, в темпе, у нас ну о-о-очень мало времени. Докурировался на свою глупую голову.

— А вы вообще успеете сделать всё за оставшиеся четыре с половиной дня? Нет, я в вас верю, особенно после живительного пинка Женьку под зад с одной стороны и двойной годовой с другой, но это же такой объём…

— Только вот мне эта двойная годовая вообще не положена, — вздохнул Степан. — Я ковыряюсь в своём болоте и буду ковыряться. Но они справятся, я в них верю. Мне пришлось отдать им своих лучших людей, да и выбора у них просто нет.

— А с болотом твоим как?

— Потихоньку. Думаю, назвать фракцию Трясина и целиком посвятить Шалассе. Ящеролюды ей точно не помешают.

— Ящеролюды? — переспросил Сергей. — Долго как-то, не находишь?

— Есть конкретные предложения?

— Есть одно. Ротпар — как тебе? На иностранное ухо вообще ложится неплохо. Ротпар на рапторе — звучит достаточно рычаще.

— За неимением лучшего, думаю, и с этим можно работать, — оценил креативщик. — Подумаем над точной фонетикой, подгоним лор, посидим над неймингом. Там такой простор оставлен — придумывать и придумывать. Не то, что со славянами.

— Тебе не понравилось, так? — спросил безопасник.

— Так, — не стал скрывать Степан. — Мало того, что наспех, так ещё и едва ли не всё зацеплено.

— Ну тут вы уже сами виноваты, дали ему готовый шаблон, — съязвил Сергей.

— Задним умом все крепки, — отбил креативщик. — Кто ж знал. Античный замок у него получился намного лучше Янка с Кристинкой нарадоваться на него не могу. А всё почему? Потому что там только тиры и указания, откуда брать вдохновение. Как и у других победителей. А тут… Войска придётся исправлять только внетирами, а их ещё адекватными придумать надо.

— Да что там придумывать, открывай сказки и того же Сапковского, и бери. Хоть избушку на курьих ножках вводи, раз уж такое дело.

— А это хорошая мысль, — едва ли вскричал Степан. — Совсем уж в фарс уходить не надо, но избушки для фэнтэзи-сеттинга это и свежо, и на условный седьмой тир хорошо зайдет, бабам-ягам-то. Связки последних двух тиров в игре ещё не было, тоже особенность.

— Вот и развивай эту хорошую мысль, — хмыкнул Сергей. — Дарю, пользуйся. Странно, что Проект не пошёл в эту сторону.

— Мне вообще иногда кажется, что он создал то, что создал, чтобы насолить нам. И с Картаниэль по той же причине не встречается.

— У неё самой сейчас сложности, хотя она и справляется. Пара дней — и они обговорят место встречи, я уверен. Ну а там уж как пойдёт.

— У неё есть план?

— Мы передали ей слова Олега Николаевича про честность, но Картаниэль надеется на свои актерские способности. Думает, что наивная дурочка придётся ему по вкусу.

— Ха, ну удачи ей, — засмеялся креативщик. — Даже мне хватило ума понять, что Проект предпочитает харизматичных, а не откровенных тюфяков. Не верю, что ваш Олег Николаевич не дошёл до этого, раз ты так расхваливаешь этого психологишку.

— Ещё как дошёл, — процедил безопасник, — только она ничего не хочет слушать и надеется на свой «гений». Впрочем, это уже не наше дело, мы дочери подполковника Петренко помогли, дальше всё зависит только от неё и настроения Проекта. А тому совсем скоро предстоит другая важнейшая встреча, будет не до неё.

— Вот он попадёт меж двух огней, — злорадно выдал Степан. — И поделом.

— Что это за демарш такой? — удивился Сергей. — С чего вдруг такая неприязнь к Проекту?

— Да пошёл глубоко в жопу этот ваш Проект, — гораздо спокойнее процедил креативщик. — То его славянскую поделку наспех переделывай во что-то адекватное, то разрабатывай ему лично едва ли не нового бога. Он там совсем охренел уже, королём себя почувствовав.

— А теперь в полтора раза тише будь, сын, а то дядюшка Уолтер пропишет рицин, — прошипел безопасник. — Ты лично что-то из этого делаешь?

— Нет, но…

— Тогда к чему это глупое возмущение?

— Ему всё. И квест, и победа в конкурсе, и лояльные соседи под боком, и всё, чего он только пожелает. Разве он это заслужил?

— Отчасти, да, — спокойно ответил Сергей. — Конкурс он выиграл честно, попробуй ещё не прзнать это. Остальное — следствие квеста и не опротестованное в момент принятия решения по дочери подполковника через горы. Тогда ты почему-то молчал, с языком в той самой жопе, куда отослал сейчас. И все остальные молчали, согласившись, что для всех это будет лучшее решение.

— А бога и новый класс как ты объясняешь? — намного тише спросил Степан.

— А это, как сказал бы твой брат, наша неудачная ставка. Мы поставили на зеро и почти проиграли неожиданно оказавшемуся не таким податливым шарику. И сейчас мы вынуждены спешно разгребать свой просчёт, за что вам очень даже хорошо платят. И соцпакет у вас излишне высокий даже для Москвы уровне. Но одна мимолётом сказанная фраза в разговоре с Сергеем Михайловичем — и недовольные полетят со своих мест быстрее приснопамятной фанеры над Парижем.

На эту тираду Степан предпочёл промолчать, но его взгляд красноречивее любых слов говорил о его отношении к сказанному.

— Не надо завидовать, Степа, — вкрадчиво продолжил Сергей. — Аварии в двадцать один год, коме на сорок семь лет, атрофированной трети мозга. Не надо. Лучше радуйся, что можешь дышать реальным воздухом и смотреть на реальное солнце.

— С современным уровнем пп-технологий всё это не имеет значения, — буркнул креативщик.

— Что же тогда имеет?

— Тёмные гномы, которых мы год разрабатывали, а их взяли и выкинули.

— Правда? Выкинули? Подошли и сказали, что произошла полная отмена?

— Нет, — оторопев, выдавил Степан. — Просто сказали пока заняться другим.

— Вот видишь, не всё так, как ты себе напридумывал, — устало произнёс безопасник. — Попробуйте ещё подумать над этой идее, сделайте их не тёмными, а, скажем, любыми другими отступниками, хоть Илату привяжите, не думаю, что он будет против. Креативьте, это ваша работа. А Проект нам ещё понадобится, срывать на нём злость не надо.

— Хорошо, не будем. Но если ещё раз выкинет что-то подобное…

— Это не в твоей власти, Стёпа, — напомнил безопасник. — Выкинет и тебе скажут заняться — займёшься, никуда не денешься. Альтернатива тебе известна.

— Известна, — вздохнул креативщик. — У нас ведь впереди очередной конкурс на юнита, мало ли ему захочется поучаствовать.

— После насильно впихнутых славян? — хмыкнул Сергей. — Ой сомневаюсь. И вообще надо бы и поесть уже. Обед скоро закончится, еда остывает, а мы всё болтаем.

— Ты прав, — кивнул Степан, — Надо есть. Ящеролюды сами собой в ротпаров или как там в итоге получится не превратятся, придётся им помочь.

Проснулся я, как и обещал, поздним вечером. Под собой я почувствовал вполне комфортные матрас и подушку, а в свете тусклой свечи разглядел тканевые стены палатки. Рядом с подушкой стоял кувшин на подставке, наверняка с водой. Значит, армия уже перешла границы столичного лэнда и встала лагерем. Что, собственно, и по карте видно. А так да, только я могу позволить себе дрыхнуть, пока другие работают, эти самые другие куда более ответственны.

«Опять загоняешься, Старший? Снова подводить Аса к вправлению мозгов лорду?»

Да нет, Ярик, это такая ирония. Всё я понимаю, как-то я слишком устал всего за пару дней. И уж сутки без меня вполне можно продержаться.

«Мы не в плену, звуков битвы не раздаётся, явных сторожей нет, будить никто не пытался — значит продержались».

За что им огромное спасибо. Осталось лишь понять, что теперь до утра делать. Сна-то ни в одном глазу.

«У нас так-то не так много вариантов, Старший. Можно что-нибудь почитать. Можно что-нибудь почертить. Можно поварить зелий. Можно пообрабатывать древесину».

А можно чего-нибудь поковать. К мастеру Ранингему ведь в ученики пойти всё равно надо, другого знакомого гравировщика нет, а ты с выполнением желания не отстанешь ведь.

«Не отстану, Старший, тут ты прав. Но как мы будем ковать? Мало того, что перебудим всех, так ещё и негде. Походной кузни, вроде как, у нас нет».

Всегда можно вернуться в Баг-Даад. Там кузница выше всяких похвал. Всё равно надо в Грауберк, так почему не через столицу?

«А мы вообще знаем, какова обстановка вокруг? То, что армия остановилась не так далеко, ещё не значит, что всё спокойно и наше присутствие не требуется».

Для начала надо выйти из палатки. Хотя бы для того, чтобы понять, где Ася.

«Ты из нас двоих телесный, тебе и карты в руки. Но если все и не у кого спросить, это будешь больно, Старший. И пострадает в первую очередь самолюбие».

Говорить, что совсем все спать в походном лагере на неизученной территории не могут, я не стал. Уж пара-тройка часовых точно охраняет периметр, так у них и спрошу.

Как оказалось, не спали не только часовые. Новый казарег тоже бодрствовал, подбрасывая в небольшой костёр тонкие щепки. Огонь с трудом разгонял темноту ночи, а вот тепла давал неплохо. По крайней мере, я на расстоянии полусотни метров его почувствовал, но по мере приближения к костру жар не увеличивался. Не иначе, какая-то чудная магия. Впрочем, в почти пустыне именно такой костёр очень даже кстати, на воздухе было ощутимо прохладно.

— Уже проснулся, лорд? — даже не посмотрев в мою сторону, спросил Неднаг, подбрасывая новую щепку.

Огонь с жадностью принялся за неё, секунд двадцать — и от древесины не останется и следа. Благо, рядом с казарегом таких щепок стоял целый большой ящик.

— Хорошо горит, — вместо ответа заметил я, присаживаясь рядом на низкую, для людей, скамейку. Для нас она была в самый раз.

— Баусти Аастия постаралась, — ответил Неднаг, давая понять, что Велес свои словечки успел навязать если не всем, то многим. — У неё теперь такой чудесный огонь получается, просто сказка.

— Как обстановка? — тут же перешёл я к делу. — Что дальше?

— Пока ждём, лорд, — ответил гном, подбрасывая новую щепку. — Гирбада и Узали ушли дальше, смотреть, что нас ждёт впереди. Вернуться обещали до завтрашнего вечера. Лагерь пока будет стоять.

— Это Разведчицы, верно? — уточнил я.

— Так и есть, лорд, — кивнул Неднаг. — За время, что мы шли сюда, девочки утратили первичный романтизм, больше их работа уже не сказка, но они всё ещё рассчитывают на подвиг в день и стихи про себя любимых. Молодые, что с них взять, неопытные.

А у меня для них и кинжалов даже нет, совсем забыл про это. Что, кстати, ещё один повод слетать в столицу. Решено.

— Слушай, а если меня не будет до прихода Разведчиц, ничего же страшного не произойдёт?

— У нас всё под контролем, лорд, — меланхолично ответил казарег. — Вы наш король, и пока шахты богаты, а руда идёт, никто ни слова не скажет про ваши отсутствия. А вот стоит начаться пустой жиле…

— …меня тут же сместят, — понимающе протянул я.

— За вас тут же вступятся все, кто пожелает нужным, — безразлично произнёс Неднаг. — Акрух тут едва не устроил показательную порку парочке усомнившихся. Еле уговорил его не горячиться. Мы с ним сами были наказаны за глупость, но это не значит, что везде нужна подобная радикальность.

Получается, Неднаг был в числе тех, кого Акрух в своё время подбивал на бунт? Вполне может быть, я-то о начале пути помню далеко не всё, особенно лица. Ну что ж, тем лучше. У казарега есть личный опыт и преступления, и наказания, и раскаяния за совершённое, справедливее будет.

— Можете лететь, лорд, — тем же тоном продолжил гном, подбрасывая очередную щепку. — Мы правда справимся. Баусти Аастия пока подготовит трёх фей для перерождения, как раз обещала к приходу Разведчиц.

— А ты вообще для чего это делаешь? — спросил я. — Огонь поддерживаешь. Это ритуал какой-то?

— Если только мой личный, лорд, — вздохнул казарег. — Огонь, знаете ли, успокаивает.

— Не знаю, но охотно верю, — кивнул я, мысленно потирая руки.

Похоже, я знаю, какую скрепу применить к нему. Его ведь никто не просил говорить про огонь? Ну, я надеюсь на это, а то некрасиво получится.

— Можете лететь, лорд, — повторил Неднаг. — Мы правда справимся.

— И давай на «ты», — хмыкнул я. — Мне привычно со всеми рагенами на «ты».

— Но не все на это согласны, — отметил казарег, явно имея ввиду Кернисс. — Но я не против. Можешь лететь, лорд.

— Вот, держи, — протянул я ему прозрачный камень размером с пин-понговый шарик. — Обсудим всю военную обстановку в Королевстве, пока я лечу. Если только ты не против.

— Не против, лорд, — безразлично произнёс гном, протягивая руку, но по-прежнему не смотря в мою сторону. — Надо обсудить — обсудим.

Меньше через пять минут я уже мчал через ночную степь, стремительно переходящую в лес, в Баг-Даад. Мог и лететь, Ас тоже был готов, но Буран заверил, что он будет не медленнее, и я решил дать ему шанс. Тем более, что медведь такой же мой маунт, как и дракон, а использую я его значительно меньше.

Пока я ждал пробуждения питомцев, коротко связался с Зорбеком. Тот заверил меня, что кузница будет ждать меня и я смогу ковать хоть всю ночь, раз так надо.

Камень, что я дал Неднагу мы получили в данже вместе с активатором. Назывался он, что логично, «Канал связи», был парным и мог работать полчаса, после чего ему требовалась подзарядка маной в соотношении один к пятидесяти, то есть одна минута заряжалась пятьюдесятью единицами энергии. Помимо него мы так же вынесли две книги на повышение навыков, три волшебные палочки, заряженные заклинаниями Света, сразу шесть крафтовых усилителей, пусть и единоразовых, декоративный бронзовый топор, увеличивающий Узнаваемость на две единицы, если находится в троном зале, в общей сложности четыре тысячи восемьсот шестьдесят шесть золотых и много опыта. Именно поэтому параллельно с разговору с казарегом я распределял давно накопившиеся уровни. Последний раз я этим занимался после Битвы за Город, тогда у меня был пятьдесят третий уровень, теперь же — пятьдесят девятый и эта веха, а точнее пятьдесят пятый уровень, принесла новые изменения. Теперь, вплоть до семьдесят пятого уровня, выбор навыков и умений будет лишь каждый второй, нечётный, уровень. Таким образом сейчас у меня было всего четыре распределения вместо шести. А вот очков характеристик дали честно, из них три Выносливости, два Силы и одно Объёма маны. Ловкости не дали, похоже, накаркал. Зато выборами сумел наконец получить то, что давно хотел — видеть информацию юнитов других Замков. Правда, и путь, и название изменили, благо, из Книги знаний «Тактика» не убрали, уже хорошо. Но теперь у меня имелись «Миротворец ll», «Символ роста» и оно, то самое «Око Творца». Второй «Миротворец» лишь усиливал способности первого по сглаживанию отрицательных эффектов морали разнофракционных юнитов, а «Символ» позволял выбрать одного юнита в сутки, который будет получать двойной опыт в сражениях. Про «Око» говорить не надо, его функционал более чем очевиден. Не знаю, кто там сжалился надо мной, но такой подгон был мне приятен. Четвёртым выбором взял «Создатель порошков ll», лишним не будет, а мореплавание пока только в далёких мечтах.

Неднаг же явно был настроен выжать из получаса максимум. Первым делом, он рассказал, что не вся армия отправилась на юг, часть всё же ушла на восток, оборонять Железный молот от вполне понятной варварской угрозы. В частности, Седкан и все Наездники и Всадники, отряд Бурмантии, который и так там был, как и энт Оухуш, и, к моему удивлению, горный эльф с духовой трубкой, Мастиул. Правда, в его случае это будет полноценной полутораметровой трубой с соответствующими дротиками, феям я сделал существенно поменьше, ориентируясь тем не менее как раз на него.

Весь остальной разговор Неднаг делился своим видением структуры армии. Нет, он не собирался менять то, что сделал Ордрин, тем более, что нынешний казарег и сам к этому руку приложил. Но имея на руках сильные вкрапления светлых и тёмных эльфов, игнорировать их по-настоящему бессмысленно и безумно.

Во-первых, Неднаг хотел во всех крупных населённых пунктах поставить по мини Саду фей. Не таких крупных, как у рудника, у Железного молота или в Баг-Дааде будет, а дающие две-три-четыре феи в неделю, но гарантированно вступающих в армию. Пока я нагло дрых, казарег переговорил с Аастией, Непритией и Викой, как башей — так он и сказал, припомнив Велеса — трёх из четырёх видов фей. Называть их по-эльфийски траутистиями и по-нашему казгардами гном почему-то наотрез отказался. И тем не менее, все дамы сошлись в одном: чем сильнее будет противник, тем больше фей будет умирать в битвах. А то, что противник сильнее будет однозначно, это факт по имени транс-квест. Поэтому, как посчитал казарег, нам нужна постоянная феевая подпитка. Я был вынужден с ним согласиться. По статистике, до ранга напеи у эльфов доживает лишь одна из восьмисот пятидесяти-девятисот фей. Чудовищный разрыв как плата за постоянно увеличивающееся могущество. Сильно сомневаюсь, что наше соотношение будет лучше.

Во-вторых, Неднаг задвинул целую, почти шестиминутную, лекцию про необходимость Гарнизонов. Я выдвинул ему сразу два встречных тезиса — правильного выбора точек для размещения этих Гарнизонов и необходимость в столичной хотя бы роте. И то, и другое сейчас прорабатывалось, последнее благодаря викингу, отправляемым туда мечникам и Костоломам из Каменного спуска. Так же я загрузил казарега поиском идеального численного состава Гарнизонов, чтобы и достаточно серьёзную атаку отбить могли, и содержать их было не затратно. С этим я порекомендовал по случаю посоветоваться с экономическим бюрократами.

В-третьих, мы коротко обсудили эльфов, как светлых, так и тёмных. И если с первыми было ещё хоть что-то понятно — стрелки они и есть стрелки — то вторые, особенно после усиления стихийной парой Ведьма-Следопыт представали в совсем другом свете. И, думаю, я не ошибусь, если предположу, что со временем дроу смогут самостоятельно, без помощи бойцов других рас, скажем, отражать атаки демонов на Город. С очень не скорым временем, всё же, но тем не менее.

В-четвёртых, немного поговорили про мобильность армии, упирающуюся в отсутствие дорог и дефицит тягловой силы и телег. Эти вопросы я посоветовал обратить в сторону соответствующих ведомств, а именно к инженерам и крафтерам. При моей полной поддержке, разумеется.

Ну и в-пятых, совсем уж коротко затронули темы Орденов и боевых Гильдий. Неднагу нравилась эта идея, он был не против и десятка подобных структур, ведь Орден это не только некоторое количество дополнительных воинов, но и сильные навыки и мощная магия. Рыцари уже демонстрируют это и казарег ждал, когда появятся и обозначенные другие два, один из которых Гильдия, а там, да пребудет Отец в добром здравии, и ещё сколько-нибудь других.

На этом полчаса истекли, благо разговор не прервался на полуслове, я внимательно следил за временем. Что характерно, в отличии от мысленной связи, как напрямую расходующей маны, так и не требующей её, камни позволяли слышать эмоции собеседника. Неднаг всё так же сыпал меланхоличностью и видимым безразличием, за которым скрывалось участие и понимание. Иначе казарег не стал бы обсуждать армию и предлагать варианты сделать её лучше. Его безразличие, похоже, такая же черта характера, как томность Кернисс и резко проявившаяся склонность к наргабам Зорбека. Тоже кстати, ранее не наблюдавшаяся. Хм…

К половине первого ночи мы примчали в Баг-Даад. Город спал, погружённый во тьму, и только способность видеть в темноте позволяла нам с Бураном не врезаться в стены домов. Ни звёзд, ни прочих космических объектов видно не было — накрапывал мелкий дождик. Но мастерские мы нашли без проблем, медведь побежал к Замку, под крышу, а я принялся ковать. В шесть утра, когда Зорбек пришёл проведать меня, помимо двух полностью готовых кинжалов — с рукоятками, всё как положено, но пока без зачарования — рядом со мной аккуратным рядком лежали восемнадцать мечей и восемь подков для пони. Подковы я отковывал уже в последний час, потому их получилось немного, на кинжалы в общей сложности, с откземплярованием двух мер древесины в одно брёвнышко, вырезанием четырёх половинок и их обработкой, тоже ушёл час на кинжалы. Остальное время было потрачено на мечи и потрачено не зря. Я достиг верхнего предела ранга Подмастерье и готов был стать Учеником. Ещё хотя бы пара подков… Но времени нет, надо мчать в Грауберк. Само собой, мастеру Ранингему и такого повышения моего мастерства будет недостаточно, поэтому придётся соглашаться на ученичество. В конце концов, кому это надо, мне или ему? Вот то-то и оно, что и ему деньги явно не будут лишними, и мне гравировка крайне необходима.

Всё оставшееся время после разговора с Неднаго и до прихода из кузницы Зорбека я занимался архитектурными делами, но не чертил что-то новое, а перечерчивал старое под яругловые реалии. Всё, начиная от Поста Бригадира и заканчивая лавками, требовало внешних изменений. Будут очень странно смотреться на одной улице здания в разных стилях, один из которых скучный и типовой, вот я наводил изменения. Не изменялись только полностью деревянные постройки, как Гильдия Охотников и пониферма. Само собой перерисовать всё я смог, да и делал себе целью справиться за пару часов, но начало положено. В процессе получилось придать группам зданий свои особенности. В частности, у боевых построек — Домов, площадок к ним, казарм — входные группы будут оформлены чёртным камнем и чернёным металлом, для большей брутальности. Ну, чтобы сразу было видно, что это не абы что, а здания для армии. А торговые площади активно задействуют ткань, которую не удалось пропихнуть в общий стиль. В основу, в виде навесов, естественно, но если владельцы лавок захотят, можно и ещё что-нибудь придумать.

Уже перед самым отъездом в мою чаще всего дурную, но иногда и прозревающую голову пробралась интересная мысль, которую я тут же и решил реализовать. Благо, что рынок от Мастерских не так далеко.

И до той минуты, как я подошёл к Крытой Рыночной Площади, как официально называется наш рынок, мне казалось, что торговля у нас идёт не очень. Пришлось обломаться по полной программе, чему я был только рад. Вся немаленькая территория площади, отведённая непосредственно под торговлю, оказалась заставлена различными палатками, оставляя проходы минимально комфортной ширины. Сейчас, ранним утром, разумеется, никто ещё ничего не продавал, но многие уже готовились к открытию, прибираясь и расставляя товары. Я даже заметил несколько явно не гномьих палаток, но они пока были закрыты и узнать их ассортимент не представлялось возможным.

Неторговые площади тоже поражали. Рядом с домиком представителя Гильдии, куда я, собственно, и шёл, стояли достаточно приличных размеров склады и даже некое подобие гостиницы на иноземцев с конюшней для лошадей и местом отстоя повозок. Эдакий караван-сарай, который тоже стоит перестроить под текущую главенствующую архитектуру.

Прастирк не спал и был сильно удивлён моим визитом.

— Честно не ожидал, машар тубадагид, что вы соизволите почтить меня, недостойного, своим присутствием, — слегка нараспев протянул гильдеец. — Ваши торговые дела идут хорошо, даже отлично. Вы уже можете снаряжать собственные караваны, ваши товары будут востребованы, в этом нет никаких сомнений. Что же привело вас ко мне, недостойному? Ресурсы? Артефакты? Банальное золото?

— Бараны, — коротко ответил я.

— Хм-м-м, необычная просьба, — задумчиво произнёс Прастирк — Редко когда бессмертные обращаются к нам за чем-то настолько малоценным по нашим меркам. С настоящими ценностями вообще не сравнится, не говоря уже про сущий пустяк в виде Слезы Асхи.

— На Слезу мне пока рассчитывать не приходится.

— Что верно, то верно, — кивнул гильдеец. — Для начала стоит попросить хоть что-то, потом выполнить пару-тройку сотен различных поручений, поднять репутацию с Гильдией хотя бы до предмаксимума и только потом, может быть, мы рассмотрим заявку на Слезу. И даже при этом всём в половине случаев такие заявки отклоняются и всё надо начинать едва ли не заново. Бессмертные предпочитают не связываться со Слезой, экономят время.

— Надеюсь, ради баранов высокая репутация не нужна?

— О нет, что вы, машар тубадагин, разумеется, не требуется, — ответил Прастирк. — Бараны идеальный вариант, чтобы начать наши с вами, я более чем уверен, длительные взаимовыгодные отношения. Бараны, как я понимаю, нужны те самые? Чёрные?

— Белые тоже вполне подойдут, — ответил, понимая, что иначе расплатиться будет значительно труднее. А так, специалисту будет чем заняться. — В минимальном для разведения количестве.

— Понятно, двенадцать голов в соотношении один к трём, — пробормотал гильдеец, беря с полки позади себя толстенный толмуд в красном переплёте с ровной стопочкой из пяти монет на обложке, символом Торговой Гильдии. — Так-с, посмотрим. Ага, нашёл. Знаете, машар тубадагин, исходя из того, что вы гном, у вас есть ровно два варианта оплаты. Либо огненный кварц, чистая мера, либо тридцать единиц основного боевого оружия. Мечи, там, топоры, всё такое. Я бы настаивал на первом варианте, но, понимая ситуацию, готов принять и оружие. Чистый металл, ничего, кроме непосредственных клинков, не надо. Рукояти сделают в другом месте.

— Срок? — уточнил я.

— О, в любое удобное вам время, — расплылся в улыбке гильдеец, демонстрируя чудеса асханской алмазной стоматологии. — Я здесь буду столько, сколько придётся, но даже без меня вы сможете сдать оплату другому тапиту. И если вы захотите резко умножить заказ, готовьте оплату в том же количестве плюс двадцать процентов сверху. Торговля требует усилий.

На этом мы расстались. Прастирк занялся своими делами, что-то записывая на бумагу, я поспешил в кузницу, надеясь, что откованные мечи ещё не успели уйти в переплавку. Успел, Зорбек, конечно, удивился, но все восемнадцать лезвий отдал. Я заскочил в Замок, оставил их в дальнем углу Склада, передал Доргу кинжалы Разведчиц для зачарования и поспешил в Грауберк. Пока приедем, время будет к десяти, а успеть надо много.

«А почему оружие, Старший? Почему не огненный кварц? С ним же явно проще было бы».

У нас нет ни одной меры, если ты не знал, в чём я сильно сомневаюсь. К тому же, чтобы получить чистую меру, нужны…

«…четыре обычных, а отходы станут кристаллическим порошком. Ты прав, мне неизвестно. Но ведь в поиске кварца можно найти и ещё что-нибудь полезное. А что полезного можно найти в ковке?»

Ну, например, новый уровень мастерства, обучение у настоящего Грандмастера и гравировку на будущий молот. Мало?

«Нормально. И всё же отдавать оружие в чужие руки это как-то не то».

У Железного молота мы были вынуждены сделать остановку. На деревню готовились снова напасть варвары, и проехать мимо этого я просто не мог. Ни с кем связываться, как в прошлый раз, я не стал, мы обогнали деревню и напали слегка сбоку на циклопов, пропустив к воротам полсотни орков. И те, и другие были базовыми, начального ранга, в боях если и участвовали до этого, то мало. Орки грозной силой не выглядели, их мало, да и шаманов рядом не наблюдается. А вот пятёрка одноглазых могла сыграть существенную роль в падении деревни, да и тройка сопровождающий на волках выглядела опасно, поэтому пришлось ими заняться.

Обнажив вампирский меч, я принялся танцевать меж варварских гигантов — рост стандартного циклопа колеблется около двухсот двадцати пяти сантиметров — периодически агря их всех лёгкими ударами, чтобы они и обо мне помнили, и о Молоте забыли. Моей целью было увести их от деревни, что, на самом деле, лёгкой задачей не выглядело. Было бы сотни четыре гнолов или гоблинов, я бы разогнался о них и даже, при удачном стечении обстоятельств, мог бы и убить их всех, но сотен не было, а потому приходилось тяжело. Благо, раскачанная ловкость и свежеполученная «Крепость земли» позволяли держаться в игре.

Сорок минут танцев, два пузырька Бодрящего и три пузырька Целебного зелья спустя пришла помощь в виде фей. К тому времени от кровотечения погиб один циклоп, ещё один находился на грани, а Герой, обвешанный камушками, косточками, пёрышками, щепочками и прочей гадостью и неуловимо похожий этим на Нартыгха в момент его пленения, пал жертвой меткого броска дубины третьего одноглаза, который таким образом остался без оружия. Но менее слабым противником он от этого не стал. Как и два других циклопа и два других Героя, заточенных под силу и выносливость. Догнать они меня не могли, но мои потуги в атаку разбивали раз за разом. Буран и лисята были тут же, вывели циклопа на метания, но больших успехов мы не достигли и откровенно выдыхались, я стал пропускать удары и пришлось лечиться. Феи пришли на помощь как нельзя вовремя.

Спустя пятнадцать минут бой окончательно завершился, даже несмотря на подкрепления из ещё полусотни орков. Их я взял на себя, неплохо так оторвавшись, а кодиты, Алебардисты и Джитсирд с глефой наперевес. Серьёзно ранены оказались один Алебардист и свеженанятый кодит, но помощь пришла вовремя, медведю Наездника я лично споил семь зелий, чтобы он остался в живых наверняка, после чего мы заслушали короткий отчёт Седкана и продолжили свой путь в Грауберк. Если Урабавус Кровавый Выпад продолжит нападать столь малыми силами, эту войну мы точно выиграем.

В пути до города я снова чертил, но в другом направлении — картографическом. Схему вчерашнего квеста от Егерей, данж с активатором, план лагеря. Не знаю почему, но я решил зарисовывать все новые места, в которых бываю. На форуме написано, что так можно получить профессию Картограф, а потом, если будет не нужна, пройти мини-цепочку и передать её любому юниту. Именно так я и собирался сделать. Кандидатов аж целых два, а на картографию у меня большие планы, свитки сами себя не сделают, а тайники не найдут. К тому же, через картографию открывается доступ к Навигации и Мореплаванию, перспективно полезные умения, если когда-нибудь доберёмся до моря.

Грауберк встретил нас ничуть не приветливей, чем в прошлый раз, разве что в этот раз сквозь спальные окраины я шёл в одиночестве и от других городских ворот, что тоже позволило нарисовать новую часть города и ещё чуть-чуть приблизиться к профессии, это вообще нигде и не указывалось.

До улицы с мастерскими и боевыми школами я добрался быстро и с удивлением увидел на повороте старую знакомую, Рейлифель. Та, заметив меня, перестала изучать окрестности невидящим взглядом и пошла мне навстречу.

— Как поживают ваши лисята, будущий нагибатель? — спросила Рейлифель без приветствия.

— И вам доброго дня, аринатика, — буркнул я. — Огель и Пактиквул живы и здоровы, примчали вместе со мной.

— Да, я чувствую, — фанатично прошептала она и взмахнула левой рукой.

Рядом со мной появились два рыжих комочка, существенно выросших с момента нашей первой встречи. У Огеля уже сильно потемнели лапки, а у Пактиквула посветлели ушки, причём в обоих случаях ещё и выросла площадь изменений. Даже не знаю, к добру ли это.

— Я забираю их, — безапелляционно заявила магичка. — Им всё ещё требуется должное воспитание.

— И во сколько же мне в итоге обойдутся эти периодические забирания?

— Не волнуйтесь, будущий нагибатель, — хмыкнула Рейлифель, сформировав между ладоней две белые нити и резким взмахом распылив их, — ничего невозможного от вас не потребуется. Пара услуг, не более того.

С этими словами она отправилась в сторону Академии, лисята безропотно посеменили за ней. Минуты две я смотрел им вслед, после чего отправился в рукопашную школу, сдавать активатор.

В этот раз меня пропустил один из помощников наставника, сказав, что у мастера Армруда идёт занятие и попросил меня никого ни от чего не отвлекать. Я заверил полуэльфа, назвавшегося Улианем, что тихонечко посижу в сторонке и не буду привлекать к себе вниманием. Ответом мне был взгляд, настолько полный скептицизма, что по сравнению с ним в Амазонке никогда не было воды. Комментировать я ничего не стал, просто занял свободную лавочку и, для разнообразия, принялся читать об особенностях гномьего производства крепких спиртных напитков.

— Ну что, как твои успехи, ученик? — громко спросил наставник, выводя меня обратно в реальность.

— Успехи у меня есть, потому я и пришёл, — ответил я, сворачивая томик. — А вы уже закончили?

— На сегодня уроков больше нет, — ответил мастер Армруд, и его борода приобрела хитрое выражение. — Разве что ты захочешь взять пару уроков рукопашного боя.

— А разве мне уже можно? — настороженно спросил я. — Разве это не помешает начатому пути?

— Помешает, разумеется, — ответил мастер. — А ты, получается, не бамбашка, раз сначала спросил, а не стал сразу соглашаться. Говорят, лорды готовы обучаться всему и принимать любые предложения, не пытаясь понять, нужно оно им или нет. Рад, что мне достался нормальный ученик.

На его бороде возникло уважение. Похоже, среди местных такие вот предложения позаниматься служат неким тестом на адекватность. И я бы тоже его не прошёл, если бы не уделил буквально двадцать минут на изучение вопроса. Это в различных гайдах написано, что всё, что предлагают местные, надо брать не раздумывая, когда-нибудь пригодится. И в большинстве случаев это действительно так, но! В случае выполнения цепочек на боевые классы ничего прочего боевого изучать категорически нельзя, даже если предлагает сам наставник. Только то, что прописано в текущем задании цепочки. А я сейчас должен принести мастеру Армруду активатор. Кстати.

— Вот, мастер, мой активатор, — произнёс я, протягивая гному разделяемую пополам колбочку с прозрачным содержимым.

Выполнено задание цепочки квестов «Невиданные возможности» «Шаг третий: активатор»

За наградой обратитесь к наставнику

Доступно задание цепочки квестов «Невиданные возможности» «Шаг четвёртый: выбор»

Выберите специализацию активатора

— Молодец, я не сомневался, что ты не бамбашка, — кивнул мастер, принимая колбочку. — Ну и что хочешь призывать себе в помощь?

— Природу, мастер, — ответил я.

— Природу? — переспросил Армруд, и на его бороде возникло лёгкое недоумение. — Необычно для гнома. Ты уверен?

— Я уверен, мастер. Природа и больше ничего.

— Обычно Берсеркеры берут Огонь или Землю, — продолжал задумчиво говорить наставник. — Ну в крайнем случае Свет или Тьму, тоже полезно бывает. Но вот что б Природу. Не удивлюсь, если ты вообще первый с такой просьбой.

— И тем не менее, мастер, Природа и ничего больше, — повторил я. — Всё остальное мне не нужно.

— Да понимаю я, — отмахнулся Армруд. — Это твой выбор и тебе нести ответственность. Только знай, что назад дороги нет.

— Я понимаю, мастер.

— Да что ты всё заладил, мастер да мастер, — гневно прошипел наставник, но тут же взял себя в руки. — Воля твоя, лорд, хочешь Природу — будет тебе Природа. Надеюсь, бамбашкой ты от этого не станешь.

Армруд резко сжал ладонь с колбой, послышался хруст стекла, руку до локтя охватило насыщенное изумрудное сияние. Длилось это примерно минуту, после чего мастер разжал кулак, демонстрируя два одинаковых зелёных камня карат в двадцать с продольными и поперечными бороздками.

— Где твой артефакт? — хрипло спросил гном.

— Вот, браслеты.

— Давай! — требовательно сказал он, протягивая свободную руку.

Я подчинился, прекрасно понимая, что ничего плохого мастер не сделает. Так и произошло, артефакты всего лишь обзавелись россыпью камушков по кругу.

Выполнено задание цепочки квестов «Невиданные возможности» «Шаг четвёртый: выбор»

За наградой обратитесь к наставника

— И что теперь? — спросил я, забирая браслеты обратно.

— Теперь надо собрать весь сет, — с хитростью на бороде сказал Армруд. — Два кольца и амулет. Справишься — возвращайся. Но не раньше, чем найдёшь всё.

Получено задание цепочки квестов «Невиданные возможности» «Шаг четвертый: артефактный поиск»

Найдите кольца и амулет сета «Единение рунной гармонии»

Прогресс выполнения задания:

На этом мы с мастером попрощались, я перешёл улицу и отправился в мастерскую металлообработки. Там, без каких-либо колебаний, принял предложение мастера Ранингема на три урока, оплатил всё вперёд, пусть и стоили по пятьсот монет каждый, и тут же приступил к нему. Мало мне было шести часов ковки ночью, теперь их было ещё четыре, без перерывов и остановок. Но я не жаловался, было б на что. Мало того, что под присмотром профессионала в два с половиной раза перекрыл необходимое число мечей, в ускоренном темпе отковав тридцать штук, так ещё и сделал свой первый полноценный топор и перешёл на следующий ранг, ранг Ученика. Мастер остался мной доволен, хотя, как по мне, косяков было предостаточно как в процессе, так и в результате. Теперь как-то надо будет искать время для оставшихся двух уроков.

Гильдии Алхимиков меня встретили чуть теплее и сразу проводили к Нардгриргу, который на пару с Ибрагимом, блинкующим направо, налево, по диагонали, назад, вперёд и вообще в любых направлениях, экзаменовали меня на купленные ранее рецепты. Везде получилось довольно сносно и в моей книге рецептов появились Целебное зелье на тридцать пять пунктов жизни, Восстанавливающее зелье на такое же количество жизненной силы, присущей только НПС-созданиям, и Антидебафер, соответственно, снимающий простые дебафы, кровотечение, там, лёгкие переломы, ожоги, порезы и прочее. Когда же я спросил про купорос и ауругариум, оба алхимика переглянулись, а после снисходительно сказали, что ладно купорос, вот рецепт, оплатишь, но ауругариум так просто абы кому профессионалы не доверяют. Сначала докажи, потом уже поговорим. Я купил ещё два рецепта, на специализированные дебафы, и ушёл доказывать, предварительно так же в их магазине закупившись сушёными побегами крапивника, у нас он точно не растёт.

И уже собираясь идти в Академию, чтобы забрать лисят и возвращаться в лагерь, к армии, я вспомнил об одном деле, про которое забыл в первое посещение Грауберка — нетипично высокий Страж из людской деревни около Кварцевой жилы, на котором красовались клеймо неких Механических Мастерских. Найти их было нетрудно, но когда я показал на входе чёрточки со Стража и хотел было показать другие, с круглой ямы в каменоломне у Узкого ущелья, там такое началось… В общем, полчаса многочисленного и разнообразного представления, мне пообщались, что специалист в течении трёх дней приедет в мою столицу, чтобы разобраться, надо бы только указать путь. Я как мог начертил карту перемещения от Грауберка до Баг-Даада и меня тут же со всеми почестями, но настойчиво выгнали вон.

Дальше, вплоть до приезда в лагерь, интересного было мало. Заехал в Грифоний форт, активировал стационарный телепорт, приехал в столицу, на Портальной площадке активировал и фортовый, и кадаговый, забрал у Доргу кинжалы, получил от троицы машиностроителей Брад-Граминд-Абдорду два новых стреломёта по улучшенному рецепту, помчал в Кадаг, попутно нормально занявшись очередью интерфейсного строительства, активировал телепорт в городе, убедился в настройках, что оба готовы к работе, нужно только пару заданий уже полученной цепочки выполнить — опять!!! — и поехал в лагерь. Сомневаюсь, что кочевникам всё равно на чужаков в их землях, а значит, надо готовиться к обороне. Ну да с этим гномы справляются всё ещё лучше, чем кто-либо в Асхане, волноваться было не о чем.

— И сколько у нас уже ветрокрылок, лорд? — устало спросила Ургаба, присаживаясь на траву, предварительно тщательно проверенную на наличие нужного нам цветка.

— Сорок семь, — ответил я, садясь рядом. — Ну и четыре мы сами загубили, так что если здесь их всего шестьдесят…

— Я всё ещё не верю, что Аркат мог преподнести нам такие ягоды да грибочки, лорд, — покачала головой травница. — Но в ближайший час я точно не сдвинусь с места. Это вы, лорд, можете скакать туда-сюда сутками, а то и неделями, если сильно приспичит. Я всего лишь слабая гномка, мне требуется нормальный отдых.

— Ты только другим гномкам про свою слабость не проболтайся, — хмыкнул я. — Они точно скажут, а потом ещё и покажут, в каком месте ты слабая, причём на тебе же.

— А вот послушали бы те гномки наших орков, может быть и передумали бы и словами бросать, и лапать, — в тон мне сказала Ургаба. — Даже орчата стремятся предложить мне помочь в элементарном разборе трав, приговаривая, что работать должны они, а я лишь ставить задачи. Такие вот ягоды да грибочки.

— Не иначе как их Нартыгх надоумил, — протянул я.

— Так не я же, — всплеснула руками травница. — Меня они пусть и слушаются, но всё же с оглядкой на Нарта. Ну а я и сама не рвусь в тотальные подчинители, лорд, мне ваш путь больше нравится.

— Мой? — переспросил я. — Какой такой «мой»?

— Вы ставите задачу и ждёте её выполнения, лорд. При этом, вы не лезете с ценнейшими непрошеными советами, но при этом сами не брезгуете чужим мнением. Нидук Гдитсирд тут спрашивал у равера Ирсинда, кто надоумил вас на материалы яруглового стиля. Тот честно ответил, что вы спрашивали его, Ирсинда, он советовал, вы в основном соглашались. Ор’нагт Кернисс после этого с улыбкой на губах заметила, что это ваш стиль, спросить и только потом принять решение. И мне этим стиль нравится, лорд.

— Мда, — протянул я, — интересные пироги с лисятами выясняются. А что такое нидук?

— Это надо спросить у Велеса лорд, — потряся головой, осторожно ответила Ургаба. — Но вроде бы ничего плохого, наверное, как-то связано с должностью бургомистра.

— Наверное, — эхом отозвался я. — Ты лучше скажи, как идут дела во вверенном тебе поселении?

— Хорошо, лорд. Нидук Ва выделила нам строительную бригаду, они строят всё необходимое для жизни. Только колодец надо строить отдельно, а у нас…

— Держи, — протянул я травнице чертёж первого колодца Баг-Даада. — Думаю, гномы в состоянии разобраться в нём.

Ургаба приняла у меня материализованные листки бумаги как величайшую драгоценность и спрятала в свою сумку, саму обыкновенную, но из оленьей кожи. Кожевенное дело Дубков набирало обороты.

Чертёж я просто скопировал, используя свежевыбранное умение «Бесконечная копия» за полученный вместе с единичкой Силы уровень со вчерашней битвы у Молота. Обновление преподнесло очередной сюрприз, выделив из «Двойного чертежа» вот это вот копирование. Если раньше одно умение отвечало и за продажу чертежа игрокам, и за использование на благо своего государства, то теперь «Двойной чертёж» это игроки, а «Бесконечная копия» — государство. Впрочем, совсем уж бесконечной эта копия не была, каждый раз требуя на двадцать пять очков маны больше. Магам, с их бустерами и специальными навыками-умениями, на это очень долго было, мягко скажем, плевать, мне же и две копии были тягостью. Недоработка получилась.

— Уже развиваем свободную от леса территорию для выращивания, — взяв себя в руки, продолжила травница. — Через неделю можно будет собирать первый урожай.

— Место для кадок под карбонавку есть?

— Разумеется, есть, — потряся головой, полувопросительно сказала Ургаба.

— Для всех шести видов карбонавки есть? — продолжал допытываться я.

— У нас будет шесть видов карбонавки? — переспросила гномка.

— Пусть не сразу, но будут, — кивнул я. — Лишь бы было место по них.

— Будет, — с уверенностью сказала травница. — Под такие ягоды да грибочки место точно найдётся.

То, с какой решительностью Ургаба произнесла это «будет», мне понравилось. Вытяжка из карбонавки обладает уникальными свойствами связывания компонентов зелья, это одна из лучших алхимических основ едва ли не для всех видов зелий и даже эликсиров. Да и в прочей алхимии компоненты карбоновки тоже играют немалую роль, так что выбрал я его совсем не зря. В борьбе за место под солнцем Асхана, а теперь ещё участвуя в транс-квесте, я собираюсь ставить на алхимию немало, даже несмотря на торговые цели с другими игроками и не только.

— Что по водорослям для синфинского состава?

— Я съездила к озеру, лорд, местная подводная флора вполне подойдёт. Нужно только собрать её и подготовить. Для этого нужно производство.

— Теперь для всего нужно производство, — вздохнул я. — На коленке ничего сделать не получится.

— Вы сами пошли на это, лорд, — тряхнув головой, хмыкнула Ургаба. — Никто не просил вас это делать. Вы могли как и все, просто собирать армию, отвоёвывать ресурсы, дальше накапливать армию, дальше отвоёвывать ресурсы, вступать в союзы с другими такими же, развязывать войны, пытаться держать свою империю на плаву, продавая металлы с камнями и закупая еду, а вместо этого мы сами можем её продавать и нам подавай храм из белого диамата с деревянной плоской крышей и зеленью по улицам. Доведёте вы, лорд, пока ещё Королевство, до процветания и благополучия, ой, доведёте.

Сказав это, травница подтянула себе охапку здесь же набранного странного розового одуванчика и стала плести венок. Я же сидел несколько ошарашенным, но с пониманием того, что Ургаба права. Не важно, что это сейчас было — божественное послание, вмешательство демиургов или искренняя речь от самой гномки. Важно, что так и было — я, обладая большим количеством времени и желанием сделать жизнь гномов хотя бы на уровне «приемлемо», довёл королевство до того, что синфинские доски для крыш мы будем купопосить, чтобы они приобрели сине-зелёный цвет разводами. Ну и пусть. Плохо от этого точно никому не будет.

Разговор на этом, похоже, был закончен, а вот от обозначенный Ургабой часа ещё и треть не прошла. Поэтому, недолго думая, я решил прочитать ещё вчера вечером готовый отчёт от Шандоха и Вашбада, секретаря и нотариуса, экономического блока «совета министров» Королевства. Хотя, на кой нам какой-то там совет министров, если он у нас, по сути, он уже и так есть? Ввести всю эту Бюрократию в наш привычный Совет и ничего городить не придётся.

Отчёт получился… эм-м-м… осторожно оптимистичным. Разделён он был на две части — расходную и доходную. Первая ужасала. Уже сейчас наши максимальные расходы, с полной выплатой зарплаты всей армии, её снаряжением и обучением, чиновничьим аппаратом и затратами на содержание общекоролевского имущества — тоннеля к Богатому склону и Стены Баг-Даада, например, — составляли пятьдесят четыре тысячи золотых в неделю. То есть, через четыре дня, считая сегодняшний, из казны могло списаться почти полсотни тысяч живых денег… но ни Стена, ни тоннель пока ещё не оборудованы на максимум, а потому примерно треть этих ужасающе-кошмарных деньжищ останется в казне. Тем не менее, это далеко ещё не предел. Когда построятся все дороги, связывающие города и деревни, все Гарнизоны, требующие неслабого обслуживания, и всё остальное, сумма расходов вполне может взлететь и в два, и в три раза. К этому надо быть готовым.

Что характерно, потенциал для этого у нас более чем достаточен. На момент вчерашнего дня на рынке Баг-Даада, ежедневный внешний оборот, то есть торговля с чужеземными караванами, составлял две тысячи золотых. В основном, покупали еду — пшеницу, картошку и даже тыкву. У Нома даже лежало прошение трактирщика, сына Магриша, увеличить вывозные пошлины на этот вид товара, чтобы самому тоже что-то оставалось. Потенциал по этому направлению имелся хороший, тот же караван уже вовсю интересовался имбирём, хотя для него только строились теплицы. К продукции животного происхождения тоже вовсю присматривались. Караван из небольшого вольного герцогства, отколовшегося от Империи, приобрёл первую партию рыбы из Сосновой. Остаётся молиться Аркату, чтобы их всё устроило. Озеро-то оказалось солёным, и в нём неизвестным образом водилась селёдка! Воистину, чудны дела твои, Камнерожденный.

Вывозили и металл, причём как чистый, в слитках, так и изделия из него, и гражданского, и военного назначения. Механические Мастерские Баг-Даада через Зорьека заключили контракт на пятьдесят топоров, только лезвия, на сумму двадцать тысяч золотых. Гномья сталь в игре ценится хорошо.

Налоговая составляющая так же радовала. Вашбад заморочился и представил график изменения налоговых поступлений за этот месяц, как в количественном, общей суммой, так и в качественном, с каждого дома, отношении. Везде был виден рост и увеличение благосостояния граждан. Похоже, именно так мне решили продемонстрировать пользу рыночного подхода, как будто сам я ещё не догадался. Но мало этого, нотариус составил таблицу прогрессивной налоговой шкалы в зависимости от количества жителей поселения. Согласно его предложению, их все следует разделить на несколько типов, и чем старше тип, тем больше налогов брать. Самый маленький налог выходил из деревушек до пятидесяти жителей, самый большой — из Баг-Даада и прочих городов со столичной функцией. Подобный подход мне понравился, и я сразу же внёс предложение на рассмотрение на следующем Совете.

К моему облегчению, никаких предложение по дальнейшему расширению производства не поступило. Всё же, несмотря на то, что я лезу во всё, что можно, до конца ощущать себя героем производственного романа совсем не хочется. Жители сами поймут, что им нужно, сходят в банк, возьмут некоторую сумму в кредит под минимальный процент и сделают то, что им нужно. Или не сделают, потратив все деньги непонятно куда, но это будут их проблемы, их предупредят обо всех последствиях.

Тут же, эдаким приложением, лежала записка от Ирсинда о начале строительства дороги между Сосновой и Быкрыгором, его рисунок — именно рисунок, не чертёж — с двух ракурсов и детальный план развития сети дорог Королевства, требующий моего утверждения. За этим дело не стало, приложить перстень дело одной секунды.

— Лорд, надо всё же заканчивать этот сбор, — решительно вырвала меня из мыслей о сильнейшей империи Асхана Ургаба, поднимаясь с травы.

Ну да, час прошёл. Венок травница доплела, и сейчас он вполне стильно украшал её голову розовыми цветочками и бледно-зелёными стеблями.

— Тяф! Тяф! — вторили гномке Огель и Пактиквул.

В этот раз им было скучно, никаких противников в густом цветочном ковре от горизонта до горизонта найти не удалось, и лисятам оставалось только подобно дельфинам время от времени невысоко вылетать из цветочного моря, хотя бы этим себя развлекая. Делали они это относительно далеко от нас, чтобы мы могли собрать нужное количество неповреждённых ветрокрылок. На мой взгляд, растение это очень напоминало обычные колокольчики, только вместо характерных цветков у них слегка сиреневели яркокрамные «вертолётики», похожие на кленовые, но из трёх крыльев. Но собирать их надо было исключительно у самого корня, осторожно обламывая. На полсантиметра выше — уже никуда не годный быстро сохнущий брак. Благо, нам хватило всего четырёх неудач, чтобы понять принцип и больше не ошибаться.

— Скажите, лорд, а вы любите ягодные пироги? — неожиданно спросила Ургаба спустя минут двадцать, передавая мне две ветрокрылки.

— Почему только пироги? — переспросил я, убирая их в инвентарь. — Не только пироги. Перетереть, смешать с соком и льдом — в жару самое то, особенно если соблюсти баланс сладости и кислоты. Даже варенье сварить можно. Про ягодное мороженое скромно молчу, это вообще вкуснотища обалденная. Но ты ведь не просто так спросила, верно?

— Орки рассказали, что недалеко от места их подземного обитания в густых еловых лесах пропадает много черники, — ответила травница. — Они её не едят, насчёт эльфов не знаю, люди совершенно точно кривиться не станут, да и нам, быть может, не помешает.

— Ну конечно не помешает. Черника вещь обалденная, когда спелая. Перезрелая уже горчит, незрелая кислит, такого нам точно не надо. Но почему ты говоришь это мне? Всеми съедобными растениями у нас теперь занимается Миндиш.

— Да ну, лорд, там даже и заниматься особо не надо, — махнула рукой Ургаба, передавая мне очередной цветок. — Насчёт ветрокрылки я бы поговорила, но она у нас не растёт. Не видела я её в наших лесах.

— Есть о чём поговорить? — насторожился я, кладя свои три цветка в инвентарь.

— Ну конечно есть, лорд. Если её вот эти вот цветочки высушить, тонко нарезать, а потом заварить кипятком, получается отличный слегка кисленький напиток красноватого цвета.

— Так вот ты какое, каркаде по-асхански, — пробормотал я, по-новому рассматривая ветрокрылку. — А к чему ты в принципе спросила про ягоды?

— Пропадут ведь, — жалобно протянула гномка. — Только гномы к ягодам вообще никак, надо научить.

— Чему там учить-то? — не понял я. — Насколько я знаю чернику, её и просто так есть можно, достаточно помыть. Ну а там уж насколько кулинарного гения хватит.

— А шиповник? Ему ни один гений не поможет.

— Какой ещё шиповник?

— Пахучий, лорд, какой же ещё!? Его по берегам реки полным-полно, а пропадает, — под конец фразы печально вздохнула травница, передавая мне очередной цветок.

— Медоносить может?

— О, лорд, ещё как! — с готовностью и горящими глазами ответила Ургаба. — Пусть и не так массово, как многое другое, но если там шиповника действительно так много, как говорят орки, этого даже заметно не будет.

— Ну так зачем дело стало? Камур обещал пасеку, обратись к нему, потом к Ва, вместе подумайте, как это лучше организовать. Мёд лишним не будет. Как и псевдорозовые лепестки.

— Спасибо, лорд, — тихо произнесла травница. — Жаль только, что с ветрокрылкой так нельзя.

На это я мысленно улыбнулся. Помнится мне, что наградой за предыдущий этап этой цепочки значилось растение на выбор. И если такое будет от всех заданий, наберу растений из списка и в их число включу ветрокрылку. Трудности могут возникнуть лишь в том случае, если она окажется не той категории, ну да и это решаемо. В конце концов, с Силанной я уже общался, женщина она адекватная, и даже если придётся выполнить какое-либо поручение, я соглашусь. В земной жизни я просто превозносил каркаде так, как это только можно было, не выпадая за границы адекватности. Здесь я уже почти смирился с отсутствием суданской розы, и такой подгон был просто сказкой. Не от всех «низменных» привычек получается избавиться, особенно, когда есть варианты.

Спустя десять минут Ургаба обвязывала обширный букет из ветрокрылок наспех сплетённой верёвкой из всё тех же разовых одуванчиков, что и венок, только плетение было потуже и конечный вариант очень сильно напоминал ремень для друида-зверолюба. Сразу же после обвязки букет пропал, перед нами появился портал, а у меня выскочила системка:

Выполнено второе задание цепочки «Познай свою силу, травник»

Награда: семена полезного растения седьмой категории редкости на выбор

А вот на выходе из портала нас ждал сюрприз и не сказать, что приятный: на лагерь нападали.

— И что здесь происходит? — спросил я после короткого забега до штабной палатки.

Внутри не оказалось никого, кроме Неднага, склонившегося над пронзительно-голубым кубом.

— Кочевники нападают, лорд, — даже не посмотрев в мою сторону, ответил казарег. — Пытаюсь наладить связь с казгардами, получается плохо.

Ну конечно, плохо. Этот артефакт работает только в том случае, если им управляет игрок или Герой. Связь держать можно с кем угодно, даже с самым простым крестьянином, не обременённым избытком интеллекта, но ограниченно. И где только такой достали?

— Разведчицы выкрали, — меланхолично ответил Неднаг, когда я спросил об этом вслух.

— Вот просто так взяли — и выкрали? — прищурившись, спросил я. — Ни с того, ни с сего просто решили взять и выкрасть?

— Ну разумеется не просто, лорд. Об этом их попросил я. Нам нужно было спровоцировать кочевников на атаку, атаковать их в чистом поле было бы неразумно. Мы не ожидали, что они придут так рано и в таком количестве.

— Сдаётся мне, кочевники просто дали девочкам украсть «Следящее око», — хмыкнул я. — И теперь нас решили планомерно уничтожить.

— Мне тоже об этом думалось, лорд, — меланхолично отозвался Неднаг.

— Ну, раз думалось, значит, и придумалось что-то.

— Наших, как вы говорите, девочек, обнаружили сразу, после чего показали то, что показали, сильно уменьшив визуальное восприятие своей численности.

— И сколько же их? — нахмурившись, спросил я.

— По первому впечатление разведчиц, две с половиной, может, три тысячи, — безразлично произнёс казарег. — Но, думается мне, вполне может быть и в два, и в три раза больше. Но, в основном, лёгкая конница и полупрозрачные духи.

— Девы ветра, — поправил я, думая, что сегодня уж очень много ветра. — И что в целом с обороной лагеря? Справляемся?

— Не могу сказать точно, лорд, связь постоянно прерывается.

— А если не точно? Хотя бы в общих чертах?

— Раз мы всё ещё спокойно разговариваем и к нам никто не прорвался, пока справляемся, — меланхолично отозвался гном.

— А хотя бы поставить меня в известность, что планируете это нападение, можно было?

— Можно, лорд, — кивнул Неднаг, — но вчера вы примчали слишком поздно, а сегодня ушли рано. Возможности обсудить просто не было.

— Кто ищет, тот всегда найдёт, — не скрывая злости, прошипел я. — Не так уж и поздно было, когда я появился вчера в лагере.

— Меня ждёт наказание? — безразлично спросил гном, всё ещё склоняясь над артефактом.

— О да, тебя ждёт такое наказание, о котором ты и мечтать не мог.

С этими словами я достал из инвентаря Скрепу Героя, направил её на Неднага и активировал. Казарега тут же окутал белый непрозрачный кокон, изнутри на него осыпался град ударов, а у меня перед глазами выскочила системка:

Выберите направление развития юнита

Долго думать я не стал. Я вообще не стал думать, давно зная, на кого и как потрачу скрепы. И казарег в этом списке стоял на первом месте. Всё же он обычный юнит, не Гвардеец Подгорного Трона и даже не инженер шестого ранга, его должность опережает его возможности, от этого и произошёл текущий просчёт и будут происходить все дальнейшие. Винить в этом я могу лишь себя, равно как и надеяться на минимум потерь от нападения кочевников на лагерь. Но себя не накажешь, да и не страдал я никогда мазохистическими наклонностями. Так что выбрал я пункт «Командование». Казарег в первую очередь должен быть стратегом и тактиком, бойцом ему быть не нужно. Теперь Неднагу добавят Интеллекта, профильных навыков и специфических умений. Последнее вариативно, но если после становления Героем у него появится «Комплекс боевых кличей», я буду только рад.

Спустя минуту кокон, не пострадавший от попыток Неднага выбраться из него, опал, открывая целого и невредимого казарега. Физически он не изменился никак, характер тоже не должен был пострадать, а вот глаза его наполнились какой-то странной осознанностью. Впрочем, это было настолько мимолётно, что, не зная, куда смотреть, я даже не обратил бы внимания. Но я знал.

— Вышли, называется, в общий мир. Похоже, лорд, нас разгромят, — меланхолично заметил Неднаг, припадая к артефакту, на этот раз успешно.

— Чего это так? — хмыкнул я.

— Их слишком много, а мы уже окончательно потеряли четверых, оставаясь за стенами лагеря.

— Я вообще удивлён, что кочевники нападают только с фронта и не используют ни тыл, ни фланги.

— В этом надо сказать спасибо баусти Аастии, лорд. Она предложила поставить на фланги бойцов с умениями огня. Сказала, что лошади не переносят духа палёных собратьев и крайне неохотно туда идут.

— Поэтому вы поставили на фланге таких бойцов? — догадался я, давно уже изучив как мини-карту, так и реальное поле боя глазами Аса.

На левом фланге орудовали Леартию с Надрацией, уже перерождённые Асей в Красных фей, и Гарбгард, тот самый Силовой казунт. И пусть у него, в отличии от Казунтов стихийных, получаемых с найма, сильно меньше огня в умениях, кое-что он тоже может. Ну а способности всех Казунтов к бонусам при атаке бестелесных и полутелесных созданий, которыми являются Девы ветра, ещё лучше помогают им. Ведь запах крайне неустойчивая субстанция и потоком быстрого воздуха его можно убрать, что и пытались делать кочевники.

Правый же фланг контролировали Огненные маги и жрецы, наймовый вариант. Двойка собратьев Ергрида, без заклинаний огня, находилась на фронте и приносила пользу там. Маги и Жрецы справлялись с трудом, но всё-таки справлялись. Вот только маны у них оставалось совсем немного и пополнить её неоткуда, зелья не бесконечны. Один маг уже лежал в импровизированном лазарете со стрелой в плече. Возможно, именно поэтому Неднаг и говорит, что что всё плохо, у него ведь теперь есть те же возможности контролирования армии, что и у меня.

— Что будем делать, лорд? Резервов у нас нет, долго мы не продержимся.

На фронте ситуация была не лучше. Там огнём никто не швырялся, забегов в тыл нам было не надо. Но создавалось ощущение, что кочевники пока лишь пробуют нас на зуб, посылая отряды по пятнадцать-двадцать Конных лучников, воинов своего первого тира. Те, конечно, гибли от нашего ответа, но выпустить по пятку стрел успевали, к тому же минимум треть всегда возвращалась к своим, перегруппировывалась и скакала обратно. Подобные карусели составляли основу штурмовой тактики Степного раздолья, но против гномов действовала мало… если гномы защищали нормальные стены, а не то, что успели возвести за сутки. Все четыре стреломёта в том числе и переданные мной вчера улучшенные, и балиста работали, но свою лепту вносили мало. Новые стреломёты давали урон по небольшой площади вокруг себя и против плотного строя зашли бы отлично, но рассыпная конница нивелировала весь этот эффект. Нас и вправду сомнут… смяли бы, не иди с запада неплохая маговская армия под командованием игрока.

— Так что будем делать, лорд? — снова спросил казарег всё так же безразлично.

— Стоять до последнего. Я отвлеку их на себя, надо лишь продержаться.

Выбраться из лагеря труда не составило — недолго думая, я просто прыгнул на разворачивающуюся лошадь, выбил из седла её всадника и направил в кочевнический лагерь. Поездка получилась очень экстремальной, пусть и короткой. Лошадь так и норовила сбросить меня, я сопротивлялся, крепко держа поводья. Кочевники, явно опешившие от такой наглости, не стреляли, только переглядывались раскосыми глазами. Так я достал до их становища, ну а там началось веселье. Довольно быстро степняки поняли, что стрелами они перебьют больше своих, нежели поймают меня, и стали бегать за мной неуклюжими толпами, видимо, стараясь схватить голыми руками. Я лишь пожелал им удачи на этом поприще. Вслух. Дебафы страха появились на каждом кочевнике в радиусе пяти метров. Добавил и Буран, появившийся следом за мной. В течении десяти минут здесь же появились и Ас, и Аастия, и Костоломы в сопровождении Мечников, и рыцари, и даже две из шести новых фей, прилетевших вчера.

Только вот для всех нас такая опрометчивая вылазка могла закончиться очень плохо, не приди на помощь авангард магов в виде джинов и ифритов. Всё же кочевников здесь было сотен шесть, не меньше, и та сумятица, что внесли мы, подавлялась очень быстро. Джины же с ифритами огнём и молниями помогли обратить в бегство десятка три остатка по-настоящему грозной армии. Само собой, уже взятой в клещи нашими полноценными армиями.

— Занятное имя, Яр-рогр-рейв, — слегка порыкивая, сказал спустившийся с дракона типичный маг в халате и чалме. Что характерно, игрок. — Пр-риветствую собр-рата по стратегии.

— Приветствую, — ответил я, читая его ник над головой. — Сулейман ибн Арабантан Имин Абрис Уругдат Хосиб-бей Дендер, конечно же, нормальное имя.

Дракон мага, такой же ездовой, как и Ас, только тёмно-серый в жёлтую точечку, тут же улетел.

— Для моей фр-ракции более чем обычное, — кивнул игрок, а дальше сказал то, что вогнало меня в полнейший ступор: — Ну здр-равствуй, седьмой, я восьмой.