Джек.

Джинсы мне оказались велики, пришлось найти время и пойти их поменять. Стою в магазине и снова эти глаза напротив меня. От волнения у меня побежали мурашки по всему телу.

— Привет! Меня зовут Джек. Не хочешь выпить по чашечке кофе где-нибудь поблизости?

Это со мной сейчас заговорили!? Это моя челюсть никак не хочет подняться с пола? Кажется мне что-то надо ответить. Меня хватило лишь на то, чтобы кивнуть головой. Такой красавчик… Брюнет с синими глазами. Рельефное тело, просматривающееся даже через рубашку, с широким разворотом плеч. Рост выше среднего.

Я его так упорно рассматривала, что и не заметила, как добрались до кафе. Он развернулся и не смог сдержать ухмылку. Меня это сразу отрезвило. Стоп, почему я за ним пошла, как будто за поводок потянули. Беспрекословно. Так не пойдет. Надо брать себя в руки.

— Меня Эмма зовут, — фух, я что-то сказала, я молодец.

Мы сели за столик, заказали по чашечке кофе и завели разговор. Так легко общаться мне ещё никогда не было. Милая беседа обо всем и не о чём. Он постоянно тянул руки ко мне и пытался дотронуться, но сдерживал себя. Казалось, что в нем борется две противоположности, одна хочет со мной разговаривать, трогать, а другая нет. От этого стало не приятно и он понял, во мне что-то изменилось — пора закругляться.

— Может ещё увидимся. Мне бы очень хотелось с тобой пообщаться.

От его слов мне хотелось прыгать и кружиться, как маленькой девочке, но я сдержалась. Он улыбнулся и его глаза блеснули. Хм, интересно, может мне показалось.

— Да конечно, — а сама улыбаюсь, как дура.

Джек не стал провожать меня. Не было необходимости. Я живу рядом. Пройти через парк и я дома.

Я на крыльях счастья летела домой, улыбка не сходила с лица — ещё бы, такой красивый, умный, харизматичный и обаятельный мужчина обратил на меня внимание.

Эмма.

Я ушел из стаи пять лет назад. Не знаю чем я руководствовался тогда, но сейчас я понял. Я ждал её.

Она стояла в холле, смотрела расписание. Такая милая, неземная. Первый курс. Дождался…

Я встал сзади и незаметно вдыхал ее запах. Это невероятно, я не мог надышаться.

Пришлось отодвинуться, чтобы не испугать. Я ещё встречу её и узнаю как зовут. Психология есть на всех факультетах первого курса.

Это у южной стаи бывает несколько истинных пар, поэтому они относятся к ним пренебрежительно. А для моей стаи и в особенности для меня пара — это богом посланный подарок, который нужно оберегать. Ведь только от истинной могут быть дети.

В следующий раз увидел ее уже в столовой, она была одна, сидела и пила чай. В глазах была столько боли и печали, что я невольно вздрогнул. Бедная малышка, кто же тебя обидел?

Я не решился к ней подойти, чутьем своим понимал, что она не захочет со мной знакомиться. По стечению обстоятельств я ее преподаватель, придется подождать. Ждал пять лет, ещё подожду. С этой болью она мне не откроется.

Какая же она милая……

Я наблюдал за ней, всё время и видел все изменения. Постепенно раскрывалась для общения, всё больше друзей у неё появлялось. Всем она дарила свою улыбку, а я как дурак подбирал слюни и ждал, когда она мне так будет улыбаться. Хотел уже уволиться, не смог, так я меньше видеть её буду.

Ревность стала меня душить уже после второго месяца преподавания у них. Она не видит что-ли, как с ней парни флиртуют. Каждый хочет к ней подсесть, поговорить. А она не замечает ничего и мило со всеми разговаривает, улыбается.

За полгода моего преподавания я извелся. Заработал себе косоглазие, наблюдая за ней. А она не замечает вокруг себя ничего. Расцвела, похорошела ещё больше. Из глаз ушла боль.

Наконец я смогу к ней подойти, семестр заканчивается и вести у них занятия я больше не буду. Надо действовать, пока есть возможность.

— Эмма, задержитесь после занятий.

— Хорошо.

Голос… Завораживает… Я завис. Одного слова хватило. И как я буду с ней разговаривать, если висну от одного слова.

Еле дождался конца урока. Вижу как она встала и снова это чувство. Время словно остановилось. Я смотрел и не мог насмотреться. Посмотреть было на что, она одета в свитер и джинсы. Джинсы облегали ее стройные ноги и круглую попку. Я даже облизнулся, когда это увидел. А свитер не скрывал, а подчеркивал ее упругую красивую грудь. Волосы цвета золота были распущены и ни капли косметики. Но даже так она привлекала внимание своей естественной красотой и искренностью.

— Эмма, что вы делаете в субботу вечером? — болван, я что сразу это спросил?! А почему она улыбается? Да скажи уже, что-нибудь! Не молчи!

— Вы же понимаете, что вы мой преподаватель?

— Да. Лишь это обстоятельство меня останавливало. Я бы уже давно вас пригласил.

Милая давай соглашайся, я не выдержу, сейчас взвою. Даже волк притих, ждёт её ответа.

— Но… Хм… Я не знаю.

Она как-то сдалась, задумалась, плечи и лицо опустилось. Нет-нет-нет, не закрывайся, мне необходимо видеть тебя, слышать, чувствовать.

Хочу чтобы ты улыбалась для меня…

— Тогда, сделаем так, идём не вечером, а днём. Это не будет считаться свиданием. Согласна?

Опять молчит. Да сколько уже можно меня мучить. Хватит. Соглашайся, а не то украду и спрячу у себя в берлоге и буду держать, пока не полюбишь меня. Волк довольно засопел от такой мысли.

Руки тряслись, голова кружилась, ноги подкашивались от ожидания. Дай мне шанс и я его не упущу.

— М-м-м… Хорошо. Может тогда в парк сходим. Здесь, в парке я ещё не была, не успела сходить, а очень хочется.

Внутри я возликовал, но виду не подал. Только почувствовал такое облегчение, как будто экзамен на жизнь сдавал.

— Я согласен, — быстро сказал, да!?

Эмма расхохоталась, закивав головой в согласии. Какая же она милая.

Боги, я снова завис. Надо что-то сказать, номер попросить. Похоже рядом с ней это будет перманентное состояние, состояние подростка пубертатного периода. Да мне только слюнявчик осталось с собой носить.

— Номер телефона оставь мне, пожалуйста, я позвоню.

Осталось только прыгать и хлопать в ладоши, чтобы она окончательно убедилась в моей невменяемости.

— Да, конечно.

Первый учебный день я не сильно запомнила, всё было в суете. Заселение-деканат-документы-расписание-лекции-первые знакомства. Я даже имена девчонок не запомнила. Было стыдно.

Я отвлеклась и спасибо за это.

Первый раз я не думала о нём. Первый раз я почувствовала себя хорошо. Первый раз мое сердце стучало ровно.

Суета закончилась. Наступил новый день. Утром не торопясь, умылась, оделась, пошла в столовую на завтрак.

Всё-таки мне нельзя оставаться одной. В одиночестве я завтракала и думала, что же со мной не так? Почему у меня не получается завести отношения?

Хотя… Джек все сказал по телефону — дело во внешности.

Легче от осознания этого не стало. Душа болела. Я не заметила, как глаза наполнились слезами. Подняла голову и увидела его. Кажется он у нас психологию будет вести. Что же он на меня так смотрит. Наверное, жалко стало. Я быстро засобиралась и побежала на лекции, их никто не отменял.

Аудиторию мне помогла найти моя одногруппница, кажется ее зовут Анна. Веселая девушка. Вообще, группа у меня отличная. Нет классового разделения, мне очень повезло.

Я постепенно втягивалась в свою новую жизнь, забывая о Джеке, как мне казалось. Иногда, в одиночестве, мои чувства всплывали на поверхность и я вспоминала о нём и плакала. За время, проведенное с ним, я его полюбила всей душой, с этими чувствами не справиться просто забыв о них, не затолкать их в ящик. С этим придется жить.

С Анной мы стали подругами, даже жили в соседних комнатах, в общаге.

Неделя подходит к концу, остались две последние лекции. Мы с Анной зашли в аудиторию. Я остановилась на входе, пытаясь сообразить: группа в полном составе, даже, мне кажется, лишние девушки появились, наши места заняты, остались только в самом конце.

— Что-то случилось? Почему так много людей?

Анна пожала плечами и сказала, как что-то само собой разумеющееся:

— Психология.

— И-и-и-и?

— Ты что не видела какой красавчик ведёт психологию у первого курса!? Да по нему весь университет вздыхает.

— Я поняла. Пойдем займем места, а то и их займут, придется сидеть на полу или придется отвоевывать места у воздыхательниц.

— Группа, здравствуйте! Меня зовут, Чейз Стайл. Я буду вести у вас психологию эти полгода.

Лекцию он вел интересно, доступно нам объяснял. Где надо диктовал. Но иногда я замечала его взгляд на себе, задумчивый, обжигающий. Я боялась на него смотреть и быстро отводила взгляд.

Мне стало страшно от осознания того, что мне он не противен, а даже напротив, заинтересовал. Красив, рельефен, умён. Мечта любой. Но…

Я ещё обожжена предыдущими несостоявшимися отношениями и чувствами. К тому же он мой преподаватель…

С новыми впечатлениями, возможностями я и не заметила как прошло полгода. Проснувшись утром, умылась и посмотрела на себя в зеркало.

— Не поняла? — а где это я была все это время, что не заметила все эти изменения.

Я похудела… Из полноватого нечто, я превратилась стройную с пышными формами девушку. Невероятно, я этого из-за учебы и не заметила. Нет, я не была заучкой, но чтобы отвлечься от плохих воспоминаний, погрузилась в учебу с головой.

Гардероб мой поменялся, не сразу, а по мере похудения пришлось докупать, спасибо Анне за помощь.

Волосы я стала чаще распускать и потому у меня появилось несколько баночек уходовой косметики за волосами. Волосы стали сверкать здоровьем.

Лицо преобразилось, ушла грусть, появилась улыбка. Глаза стали выразительней, иногда, совсем немного я их подчеркивала тушью, от этого они становились ещё больше.

Вывод: учеба и новые знакомства пошли мне на пользу. Я похорошела, а соответственно появилась и уверенность в себе. Нет, скромность и робость остались. С ними я жила и полненькая, проживу и красивой.

Я больше не пытался звонить Эмме. Может это было к лучшему. Она переживет, молодая и я как-нибудь с этим справлюсь.

Статус для меня сейчас важнее. У меня за плечами стая, о ней в первую очередь я должен думать, а не о серой мышке, да ещё и человечке. Рядом с Альфой должна быть сильная волчица.

Так я себя успокаивал, каждый день. Эмма не была красавицей, в полном понимании этого слова, но она заставила себя полюбить своей скромностью, нежностью, искренностью.

Я скучал, очень скучал, но отгонял от себя все это. Ушел в работу с головой. А в свободное время пил, много пил и трахал все, что движется.

Грег беспокоился за меня. Но поделать ничего не мог. Волк первое время скулил, просил, требовал вернуть ее. Я был тверд в своем решении. Теперь он, вообще закрылся от меня. Перестал со мной разговаривать, иногда, скулил. Помогал, когда нужно было показать силу, но на этом всё.

Прошел месяц без неё…

Пустота внутри разрасталась с каждым днём всё больше. Мир вокруг меня стал серым и мрачным.

Знаю, что я сделал все правильно, я хотел в это верить…

Сегодня важный ужин с партнерами. Я был в каком-то предвкушении. Что-то должно случиться. Волк тоже поднял уши и ждал чего-то.

На встречу, мой Бета взял с собой кузину. Она долгое время жила среди людей, училась.

— Здравствуйте, знакомьтесь — это Стелла, моя кузина.

Запах…

— Очень рад знакомству!

Увидев её, я понял, что я ждал. Вторая истинная (мне повезло). Такая, как я и мечтал. Стройная, высокая, дерзкая. Она не опускала глаза, а уверенно смотрела в мои.

Мой волк, почувствовав пару, встрепенулся, но быстро понял, что это не Эмма, залёг обратно. Что ж со временем ты сам поймёшь, что она нам подходит больше.

Я сидел и смотрел на Стеллу весь вечер. Ее изгибы манили меня, хотелось уже дорваться до этих пухлых губ, целовать их, кусать. Увидев мой взгляд, Стелла извинившись, встала из-за стола и отправилась в дамскую комнату.

Я пошел за ней. Зашёл в кабинку, закрыл изнутри и накинулся на ее губы. Чего я не ожидал, что она не менее горячо мне ответит. Я мял её губы, кусал. Тем временем мои руки жили своей жизнью и залезли под платье, оглаживая ее бедра. Я поднимал руки все выше и выше. Одной рукой я уже пощипывал ее грудь, а другой залез к ней в трусики. Она вся текла.

С восторгом я сказал:

— Какая же ты мокрая.

— Всё для тебя, мой Альфа.

Мой член упирался в ширинку, я ждал когда же она его освободит.

Не дождался…

Я развернул ее лицом к стене, разорвал трусики и вошёл одним движением на всю длину. От ее стона чуть стены не задрожали. Подождал немного чтобы привыкла, всё-таки размер у меня был внушительный, и стал двигаться. Сначала медленно, а потом быстрее и быстрее. Мял её грудь, бедра. Целовал шею. Она стонала и поддавалась мне на встречу. Сколько раз она кончила я не считал, накрутил ее волосы на руку, прогнул ее спину ещё больше и с бешеной скоростью стал вколачиваться в нее. Кончили мы одновременно.

— Что же, надеюсь, ты понимаешь, теперь ты моя!

Она облизнулась, потерлась об меня всем телом и лукаво с блеском в глазах ответила:

— Надеюсь, и ты понимаешь, что мой. Делить тебя я ни с кем не собираюсь.

Хм… Дерзкая, мне нравится. Я шлёпнул её по заднице, Стелла удовлетворённо хихикнула и мы пошли в зал. Работу никто не отменял.

Сел за стол, понял, что в жизнь вернулись краски. Теперь всё будет по-другому.

Я летал… На работу, с работы домой.

Волк не признал Стеллу своей парой, он совсем перестал показываться. Ничего страшного, он всё поймёт, а я подожду. Я счастлив. Почти… Чего-то не хватает…

В глубине души, я понимаю чего, волк это знает и молчит.

Стелла в первый же день осталась у меня дома и больше не выходила. За своими вещами она отправила моего водителя. Я, конечно, охренел, но виду не подал. Так властно, словно, она здесь хозяйка, а все вокруг челядь. Даже у меня мнение не спросила.

Стерва…

Зато, сексом она умеет и любит заниматься. Мы с ней протёрли от пыли все поверхности. Разговаривали мы мало, в основном я слышал только стоны и вздохи. От неё я большего и не жду. Своими разговорами она мне не заменит её. Слишком Стелла материальна и глупа. В ее мозгах только власть и побрякушки.

Я опять вспомнил Эмму…

Хоть бы разочек ее увидеть, я скучаю…

Эмму хотелось защищать, любить, проявлять к ней заботу и нежность.

Со Стеллой нету такого, с ней только влечение, только трах, жёсткий, безудержный. Стелла не возражала, она всегда была готова. Для неё нету разницы, где и в какой позе — главное жестче и глубже.

Последнее время, я стал слабее. Грег это заметил.

— Джек, так дела дальше не могут идти. Если так и дальше будет продолжаться, то станут оспаривать твоё право быть Альфой.

— Да дружище, я знаю. Волк скучает, поэтому не выходит. Ему подкрепиться надо, побегать.

— Совсем всё плохо?

— Я не думал, что есть разница в истинных. Остальные с лёгкостью расстаются с одной и сходятся с другой. Многие с двумя живут, как самцы, так и самки. Ни у кого не возникло проблем. Что со мной не так? Чем я прогневал богов? Почему волк Стеллу не признает?

— Съезди к ведьме! Она тебе подскажет, что делать.

— Грег, ты гений! Почему я о ведьме сам не вспомнил.

Я воодушевился этой идеей. Сам не заметил, как оказался дома.

— Стелла, милая! Я уезжаю.

— Куда?

— По делам. Не жди меня, я на пару дней. Может дольше.

— А мне что-нибудь привезёшь? Какой-нибудь сувенир, в несколько карат например, — и так капризно это сказала, что я думал у меня вырвет на месте. Ф-у-у-у-у… Даже вздрогнул от омерзения.

Всё-таки Стелла создана только для постели, разговаривать мне с ней противно.

До ведьмы я добрался быстро, так спешил, что в отель не заезжал. Потом отдохну, сначала дело.

Ведьма — моя давняя знакомая, живёт в глуши, средств связи нет, поэтому приходится ездить к ней лично.

— Здравствуй, Шарлота!

— Здравствуй, Альфа!

— Ты знаешь, зачем я здесь, — я не спрашивал, я утверждал.

Шарлота улыбнулась мне со снисходительной улыбкой, словно я маленький ребенок, который только начал понимать мир.

Молчит… Не спешит мне говорить. Я уже весь извелся.

— Что ж… Хм… Твой волк молчит и ты пытаешься понять почему?

— Да.

— Теперь слушай внимательно и запоминай. Ты потерял что-то светлое, нашел что-то грязное. Отмывшись от грязи, ты вряд-ли вернёшь свет. Но если сможешь поделиться им, ждёт тебя великое счастье и сила.

— Я ничего не понял.

— А тебе и не нужно это понимать. Пока не поздно, едь домой, нигде не останавливайся и ты всё поймёшь.

Первая мысль — дома что-то случилось. Испугавшись за Стеллу, я сорвался с места. Ехал домой, нарушая все скоростные режимы, на паре поворотов, чуть ни слетел с дороги.

Ворвался в свой дом и охренел. Нет, не так, ОХРЕНЕЛ. Стелла, моя Стелла, на нашей кровати трахалась. Даже не так, ее трахали трое, сразу трое. Одного она оседлала, второй был сзади, а третий пристроился у ее головы и вдалбливался ей в глотку.

Я долго стоял столбом не мог понять, как, когда и почему?

Меня эта картина немного увлекла и возбудила. В какой-то момент захотелось, вдруг, к ним присоединиться.

Я стал приходить в себя и злость хлынула на меня волной. Раскидал весь их квартет по углам. Дышал я тяжело и громко, периодически выступали клыки и когти. Мой волк тоже решил присоединиться к наказанию.

Я рычал, рвал, терзал, кусал и бил этих дебиловолков, которые решили за моей спиной оттрахать мою пару, думая, что им за это ничего не будет.

Когда решил, что с них хватит, повернулся к Стелле…

Блядь… Да что это за день такой… Я теперь постоянно буду в состоянии охреневания.

Стелла полулежал на полу, спиной оперевшись о подушки. Ноги её были полусогнуты и расставлены в разные стороны. Грудь от громкого дыхания поднималась и опускалась. Одна рука её сжимала сосок груди, а вторая, ласкала клитор, иногда вводя пару пальцев внутрь. Её глаза заволокла пелена возбуждения.

— Д-а-а-а, мой Альфа. О-о-о… Какой же ты сильный, а-а-ах…

— Ты, что мразь, ещё самоудовлетворяться здесь решила, — зря я так глубоко вздохнул, запах ее возбуждения проник в лёгкие. Злость переросла в страсть…

Не переставая мастурбировать, она приоткрыла глаза, игриво провела языком по своим губам.

Медленной, хищной походкой я пошёл к ней…

Сама, сука, напросилась!!! Не жди пощады…

Встал перед её и лицом, намекая действовать. Стелла не заставила себя долго ждать. Трясущимися руками, она расстегнула ширинку и достала мой, колом стоящий, член. Я провел членом по ее губам. Стелла ещё больше возбудилась и приоткрыла рот.

Не долго размышляя, я вставил этой мрази по самые гланды. Она чуть не задохнулась. Но восторг в ее глазах мне многое сказал. Я накрутил ее волосы на руку, для того, чтобы она не смогла сбежать, пока я не закончу. С неистовой скоростью, со всей силы я вставлял ей. Ни капли отторжения, только дикий восторг от неё я ощущал.

Я крутил как хотел Стеллу, драл ее во все дыры. Ни капли смущения, ни одного отрицания, для неё это все было в кайф. Она кричала и кончала, снова и снова.

Когда я закончил, мне настолько стало противно от неё, от себя, что хотелось хлоркой отмыться.

Стелла лежала на полу с блаженной улыбкой на лице. Вся перемазанная моей спермой, а мне хотелось проблеваться.

— Пока я не передумал, собирай свои шмотки и выметайся из моего дома.

— Милый, нам же было так хорошо с тобой, особенно сейчас.

— Говорю первый и последний раз: у тебя есть пять минут уйти самой и с вещами. Через назначенное время я сам тебя выброшу на улицу, в том, что на тебе есть.

— Зачем ты так со мной, ну подумаешь, сексом занималась на стороне. Это ведь для тебя я старалась.

От такого заявления я подвис…

— В смысле!? Для меня!? Это как?

— Ну, растяжка, физические упражнения для сохранения фигуры. Разнообразие в нашей сексуальной жизни.

— Ты хотела, сказать, в твоей сексуальной жизни!

Мне так смешно стало от её слов. Я ржал, как ненормальный, осознавая, какой же я лох. Она все это время делала, что хотела, сношалась со всеми, а я как последний идиот, бегал за ней.

— Пошла. Вон. Ещё раз увижу, тебя в стае или где-то рядом — убью!!!

Стелла никогда не отличалась сообразительностью и сейчас сидит хлопает своими глазами. Ненавижу…

Схватил за руку, вытащил ее на улицу…

— Вещи свои заберёшь с мусорки, где тебя подобрал, там и оставлю!

Зашёл в дом, стало так противно и гадко. Злость снова накатила. Я ломал и крушил все вокруг. В стену полетели тарелки, вазы, стулья. Диваны я вспорол когтями. Кровать поджёг. Стоял, смотрел на это все и понимал — сам дурак.

О… Виски… Взял бутылку, сел на чудом уцелевшее кресло, задумался. Интересно, когда я стал рогоносцем. В нашей стае, есть полигамные браки и никто их не осуждает, но в семье это обсуждается. Спрашивают мнение супруга. Но чтобы вот так, за спиной…

Надо посмотреть видео с камер…

Блядь… От начала и до конца, я грёбаный олень, с огромным ветвистыми рогами…

Неделю я не выходил из дома — бухал. Я, пиздец, облажался.

Когда в моей жизни стало так, в какой момент для меня стали важнее красота, секс и статус. Где я так накосячил.

Нет, неправильно перекидывать вину на других. Слишком гладкой и сладкой была моя жизнь. Я, просто, привык, что у меня все есть. Я никогда не в чем не нуждался. Родители мне во всем потыкали, давали всё самое лучшее.

Вот и ответ на все мои вопросы, я как ребенок малый, хотел все самые лучшие игрушки в самой лучшей обёртке. Главное чтобы было поярче.

Нашел, Олень, самую красивую конфету, яркую, ароматную, а под обёрткой оказался всеми облизанный леденец.

Через неделю, мое бомжеватое тело, среди пепла и хлама нашел Грег.

— Вставай, пойдем отмываться.

— Отвали! — мой язык заплетался, глаза отказывались открываться.

— Джек, ты воняешь. Мне кажется, даже свиньи будут обходить тебя стороной.

— Я не свинья, я Олень. Рога, что-ли не видишь, большие такие, над моей головой. Мне хреново, не хочу ни чего. Оставь меня здесь!

— Возьми себя в руки. Стая ждёт тебя. Многие зависят от тебя.

— Как мне жить дальше. Все всё знали. Я позорище. Я позор всего волчьего племени.

Удар оказался неожиданным, но таким необходимым.

— Вставай уже, хватит себя жалеть. Наши земли скупить хотят. Сделай уже что-нибудь.

Челюсть ещё немного болела, подействовало, мозги начали работать…

— Ясно, вызови клининговую службу, пусть уберут здесь всё. Все вещи на мусор. Позже ремонт надо сделать. Я пока поживу в гостинице. Не хочу тут быть.

— Прости, друг. Я не знал, что она такая…

— Какая!? Недалекая? Шлюха? Или эгоистичная?

— Всё это вместе.

— Забей, я тоже в розовой лапшой обвешан был.

Точно… Слова ведьмы… До меня дошла половина её слов, как там она говорила: «отмоешься от грязи». Ха-ха-ха…

Где же тогда тот свет, о котором она говорила? Одно радует, волк сжалился надо мной. Показываться стал. Пару раз я даже превращался.

Мой волк сделал правильный выбор, полюбил достойную, я же повелся на внешность, за которой было пусто.

Дышать… Воздух… Паника охватила меня. Я понял… Я всё понял… Я никогда не любил Стеллу, я даже не пытался и волк поэтому не показывался. Метку я не смог из-за этого поставить, в самый ответственный момент клыки не выпускались, волк сопротивлялся. Я очень благодарен ему за это. Метка стала бы самой фатальной ошибкой. Я не смог бы после этого без Стеллы жить, я умер бы от утери пары через месяц.

Я ведь где-то глубоко в душе уже знал, что люблю Эмму. Кто там говорил, что я Олень? Интересно, существуют гибриды осла и оленя…

Я столько времени потерял, мог сейчас нежиться в любви и заботе. Вместо этого опять занимаюсь самобичеванием.

— Грег, мне нужно найти Эмму.

— Что совсем крыша съехала. Тебе сейчас только Эммы не хватает!?

— Ты не понял, я тебе это не как Альфа говорю, а как друга прошу. Я устал, устал бороться со своими чувствами, со своим волком. Он ведь как только почувствовал аромат все понял, а я лишь сопротивлялся неизбежного.

— Джек, тебе нужно сразу заняться делом. Все в панике.

Я встал, подошёл к Бете, похлопал, в знак благодарности, его по плечу и поплелся в душ. Нужно привести себя в порядок.

Утром накатило на меня осознание, я вчера целовалась с Чейзом. О-о-о… Боги… Что же я делаю. Мне что, не хватило отношений с одним красавчиком? Поправочка, почти отношений.

Чейз, не такой, как Джек. Он милый, в его глазах столько нежности, что я расслабилась. Мне с ним легко, он о многом спрашивал меня, интересовался моим мнением.

Может стоит дать шанс этим отношениям, попробовать. Надеюсь, в этот раз я не ошибусь.

С таким настроением, я поднялась с постели и отправилась в ванную комнату, проводить себя в порядок. Сегодня хотелось выглядеть красивее.

Сделала укладку, нанесла макияж на лицо, подчеркнула губы помадой. Одеться решила полегче. Сегодня надо сходить в магазин, купить тетрадей и ручек.

— Алло, Анна, привет! Ты готова к походу по магазинам?

…

— Я тогда выхожу. Буду ждать тебя на выходе.

Одела куртку и спустилась на первый этаж. Анна быстро спустилась ко мне и мы пошли на шопинг.

Я заметила, что Анна иногда в задумчивости на меня посматривала, хотела что-то спросить, но не решалась. Я решила её подтолкнуть.

— Ну! Давай, уже, спрашивай!

— Как вчера прошла встреча?

— Великолепно! Он милый, обходительный, галантный. Мне вчера всё очень понравилось.

— И, что, он тебя снова на свидание пригласил? — а в глазах столько яда, что я испугалась.

— Ты что-то имеешь против?

Она быстро отвела от меня взгляд и глубоко вздохнула.

— Нет. Просто, за тебя волнуюсь. Чейз же самый главный красавчик всего университета. Он же ни одной юбки не пропустил.

— Откуда такие познания? Почему ты только сейчас об этом говоришь?

— Я не думала, что у вас будет свидание, — в сторону, тише, — ещё и не одно.

Подняла на меня глаза и продолжила, как будто маленькому ребенку выговаривая:

— Ты ведь не желала свиданий. Прошлые недоотношения тебе сердце разбили. Ты сама мне так говорила. Так почему передумала?

Я стояла и смотрела в её глаза и не могла понять, что не так? Вроде и говорит правду, а в глазах фальшь и злоба.

— Анна, я не совсем понимаю, зачем ты мне это говоришь.

— А что тут не понятно — не нужен тебе Чейз. Он бабник, тебе только хуже будет. Присмотрись к Стиву, он давно на тебя поглядывает.

— Не понимаю твоей логики — Стив уже за полгода перевстречался со всеми на потоке, а Чейза я ни с кем не видела.

— Ну как знаешь, я тебя предупреждала, — она мне это с такой ненавистью сказала, что отшатнулась.

Не оглядываясь на меня, она чеканя шаг, пошла вперёд. Я не стала ее догонять, пусть придёт в себя.

Вдруг, зазвонил телефон. Я быстро достала его из кармана. Посмотрела на экран и улыбнулась — мне звонил Чейз.

— Алло.

…

— Здравствуй!!!!

…

— Я в магазине, в двух кварталах от общежития.

…

— Не стоит.

…

— Хорошо. Жду.

…

— И я тебя целую.

Чейз одним своим звонком поднял мне настроение. Спешить я не буду. Я действительно не уверена, настроен ли он серьёзно или нет.

Через 10 минут, меня нашел Чейз. Я так волновалась, что ноги стали ватными. Но увидев, как он светясь счастьем, чуть не бегом, шёл ко мне — расслабилась.

Нет, такие эмоции нельзя сфальсифицировать. Улыбка не сходила с его лица.

Подойдя ко мне, он аккуратно меня обнял, уткнулся мне в шею и жадно задышал. Я не знала, что мне делать, так и стояла, опустив руки по швам, глупо хлопая глазами.

— Хм… Чейз!?

— Что?

— Ты не хочешь меня освободить?

Чейз замотал головой в отрицании и рыкнул. М-да, интересная реакция.

— Чейз, на нас все смотрят.

— Моя, не пущу.

— Чейз, милый, мне жарко, отпусти.

После этих слов, он как будто проснулся, встряхнулся, перестал меня обнимать. Быстро, пока я не одумалась, поцеловал и схватил руку.

— Это чтобы ты не сбежала. Я, наверное, тебя напугал. Просто не мог поверить, что я уже могу тебя касаться. Всё утро не мог понять — это был сон или явь. Не дождался вечера и прилетел проверить.

Вот и как не спешить, когда он такой милый и смотрит с такой любовью? Нет, неправда, так быстро не бывает.

— Пойдем в кино?

Я кивнула головой и не расцепляя рук мы пошли на выход из магазина.

Я выходила первая. Сразу увидела Анну, она стояла на улице, видимо ждала меня и о чем-то думала. Увидев меня, она ускорилась в моём направлении.

— Эмма, Прости, я не…

Споткнулась, увидев Чейза и наши сцепленные руки. С завистью глянула на меня, но быстро взяла себя в руки. С преувеличенной радостью спросила:

— А вы куда?

— В кино, — ответил за меня Чейз.

— Может, тогда меня подвезете к общежитию?

Чейз посмотрел на меня с вопросом, я подняла и опустила плечи, кивнула головой.

Анна хлопнула в ладоши и побежала к машине. Откуда она знает, какая у него машина? Встала возле передней двери и ждёт.

— Анна, впереди сядет Эмма.

— Но меня укачивает, — при этом посмотрела на меня с глазами побитого щенка.

— Ничего страшного, я сзади посижу.

Чейз помог нам сесть в машину и мы поехали. Всю дорогу Анна радостно что-то рассказывала, махала руками и глупо улыбалась на все слова Чейза. Мне хотелось её чем-нибудь стукнуть, чтобы успокоилась и ни лезла к моему мужчине. Ревность… Да!.. Я ревную. Да, я считаю Чейза своим. Поняв и приняв все свои чувства, мне вдруг стало легче.

Мы подъехали к главному входу общаги, Анна, быстро наклонилась и, поцеловав Чейза в щеку, сбежала. Если бы я не была всё это время здесь и не видя постоянный, влюбленный взгляд моего мужчины в зеркало заднего вида, то я бы многое могла додумать и напридумывать. А так, мы вдвоем офонарели, переглянулись и засмеялись от нелепости ситуации.

Пересела на переднее сиденье и мы поехали туда, куда хотели. В кинотеатре Чейз купил билеты в самом конце зала, на диванчики, купил попкорн и газировку. Это было так мило. Он так внимательно относился ко мне. Постоянно трогал, целовал то в висок, то в макушку.

Я улыбалась, как ненормальная…

После кино мы пошли гулять держась за руки. Мы долго гуляли, много целовались.

— Чейз?

— М-м-м-м?

— Мы же встречаемся!?

— Да и я очень этому рад.

— А ты не боишься, что тебя уволят, ведь встречаться со своими учениками нельзя?

— Милая, мне конечно, нравится, что ты обо мне беспокоишься, но не стоит. У меня есть другая работа, эта работа для души, а другая для денег. И если мне придется выбирать между тобой и работой, я не задумываясь, уволюсь. Мне бы конечно не очень хотелось это делать, я так тебя меньше видеть буду, но выбор очевиден.

Я так растрогалась от его слов, что не заметила как по щеке покатилась слеза.

— Малышка моя, ну ты чего? Милая?

— Всё хорошо, просто никто не говорил мне такого. Это от эмоций.

— Ты только не плачь, я все для тебя сделаю. Ты не замерзла? — с этими словами он снял с себя шарфик и надел на меня. — Поехали, ты синяя от холода, ещё заболеешь.

— Спасибо!

— За что? — и столько удивления в его глазах.

— За то, что ты есть, за внимание и заботу.

— Привыкай, я собираюсь, всю жизнь с тобой прожить, — уверенность в его глазах, не дала мне усомниться в этих словах. Я только, как рыбка, пытаясь что-то сказать, то открывала рот, то закрывала.

Чейз встал ко мне лицом, положил одну руку мне на талию, а другой он придерживал меня за голову, медленно и так мучительно, стал наклоняться ко мне. У меня мурашки побежали по телу от предвкушения. Коснулся своими губами моих, не спеша, смакуя. Затем провел языком по нижней губе, прося меня открыть рот. А когда я приоткрыла, то набросился на меня со всей страстью, что в нем копилась. Он посасывал по очереди сначала верхнюю, потом нижнюю губу, врывался в мой рот и сплетал наши языки. При этом руки блуждали уже где-то под моей курткой. И постоянно порыкивал.

Я пыталась отвечать, но я, просто, не успевала. В какой-то момент, Чейз остановился, пытаясь выровнять дыхание, соприкоснулся своим лбом моего.

— Ч-е-е-е-йз, что-то не так, я делаю что-то не то? — мне было волнительно, ведь для меня это все впервые. Я не знала как себя вести и что делать.

Чейз улыбнулся, коснулся своими руками моих щёк, быстро поцеловал и сказал:

— Девочка моя, все слишком хорошо, если я сейчас не остановлюсь, то закину тебя на плечо и утащу в свою берлогу. А тебя пугать мне бы не хотелось, не сейчас. Я знаю, что для тебя это ново. Поэтому пытаюсь сделать все правильно.

Я со счастливым вскриком его обняла, а он подхватил и закружил меня.

— Как бы мне ни хотелось тебя отпускать, но у тебя нос замёрз, поехали, завезу в общагу.

В общаге меня ждал сюрприз: Анна стояла под дверями и ждала меня. Рядом с ней переминался с ноги на ногу Стив. А он что тут делает?

— А мы к тебе на чай!

— Да конечно, проходите. Сейчас сделаю. Может, кто-то кофе хочет?

— Нет, только чай.

Не нравится, как на меня смотрит Стив. Такое ощущение, что он меня уже раздел. Он смотрел липким взглядом, после которого хотелось отмыться.

Мы зашли в комнату, я быстро навела чай, поставила его на стол и пошла за печеньицами. Вернулась я быстро.

У нас блоки — три комнаты на одну кухню и ванную комнату с общим холлом.

В комнате все ещё сидели Стив и Анна и о чем-то тихо переговаривались. Когда я зашла, они резко прекратили и посмотрели на меня — Анна взглядом хищника, загнавшего жертву, а Стив, снов этим, масляным взглядом по мне прошёлся.

Так как кровать была занята, на ней сидели Анна и Стив, я присела на стул.

Сидим молчим, пьем чай… Никто не начинает разговор. Тишина. Зачем пришли, что хотели?

— Эмма, ты нравишься Стиву!

Я некрасиво открыла рот в удивлении, так и застыла. Тем временем Стив заговорил.

— К-хм… Да… Эмма, ты мне давно нравишься, как только заметил как ты похудела, сразу понял, что нужно встречаться. И моим родителям ты должна понравиться: милая, скромная, в меру симпатичная девушка.

От такого заявления я поперхнулась и закашляла. Анна встала, подошла ко мне, похлопал по спине и сказала:

— Я пойду, вы тут без меня поговорите, вам есть о чём!.. — и напевая песенку, направилась к выходу. Я так и сидела, не в силах из себя, хоть слово выдавить.

Жарко… Лицо запылало, надо окно открыть. Не помогло, я бы разделась, но здесь Стив.

Совсем душно, я заерзала на стуле — стало только хуже. Что-то спустилось к низу живота, потянуло, а затем и запульсировало между ног.

В глазах стало всё расползаться. Что это со мной? Может заболела? Надо к врачу, срочно.

Тяжело дыша, я обратилась к рядом сидящему парню: — Стив!?

— Что милая? — как его лицо стало, вдруг, так близко к моему. Он смотрел в мои глаза и пытался там что-то увидеть.

— Мне плохо, я не знаю, что со мной такое? Вызови врача!

— Ты девственница! Это плохо. Ну ничего, я буду осторожен…

— Я ничего не понимаю.

— Милая, это желание. Я тебе капелек специальных в чай подлил, чтобы ты расслабилась. Не волнуйся, я знаю, что я тебе нравлюсь.

— Нет. Нет, я не хочу.

— Хочешь, милая, очень хочешь. Все будет хорошо. Мы будем встречаться, — вместе со словами он стал раздеваться, — я тебя с родителями познакомлю. Конечно, я не оставлю свои походы по клубам и бабам, но ты же не будешь против.

— Нет, — я вяло, пыталась сопротивляться.

Новая волна возбуждения (я теперь знаю, что это), а вместе с ней и паника на меня накатила. Мозги то отключались, то включались.

Стив подхватил меня на руки и опустил на постель. Я отпихивала его руки, но у меня ничего не получалось. Он сильный и здоровый мужчина, а я слабая девушка. Страх и паника сменили возбуждение. Я кричала, звала на помощь, никто не приходил. Слёзы текли из глаз ручьем.

Стив схватил мои руки, сцепил их, держа одной рукой, и задрал за голову. Второй рукой он избавлял меня от одежды. Я уже охрипла от криков. Новая волна возбуждения и крик на миг превратился в стон отчаяния и вожделения одновременно.

Я уже сквозь свои же стоны и слёзы, умоляла его остановиться. Он меня не слышал, только говорил, что будет все хорошо и мы заживём счастливо.

Когда я осталась в одном нижнем белье и Стив на меня лёг. Я в отчаянии крикнула со всей силы. Дверь резко была выбита и Стив отлетел от меня в стену, стукнулся головой и вырубился.

Я всхлипнула, толи от облегчения, толи от новой волны возбуждения. Повернула голову и увидела тяжело дышащего Чейза. Его глаза светились жёлтым цветом, на руках были когти, а из-под верхней губы торчали клыки.

Я закрыла глаза, когда открыла, он был уже нормальный. Подскочил ко мне, быстро завернул меня в одеяло, взял на руки и понёс к машине.

— Всё хорошо, маленькая! Тебя больше никто не тронет! Но жить ты будешь у меня — не хочу больше повторения такого.

Я не против. Сама испугалась. Но куда мне деть своё возбуждение…

После первого свидания, я не мог заснуть. Поехал в стаю, улаживать вопросы с возвращением и жильём, дело в том, что я сын Альфы, поэтому необходимо входить в курс дел. Мой отец хороший правитель и хоть я уже сильнее его, я не претендую. У меня сейчас в приоритете моя пара.

Заехал к родителям домой. Надо поговорить с отцом, посоветоваться.

Мама встретила меня жаркими объятиями. Отец сдержанно пожал мне руку.

Только сейчас я понял, я скучал по этому всему…

— Ну здравствуй, сын!

— Здравствуй, отец!

— Решил вернуться в стаю?

Мы пошли в гостиную. Разместились на диване. Мама поспешила на кухню за чаем и угощениями.

— Да, отец. Я нашёл её — свою единственную. Хочу переехать сюда вместе с ней.

— Поздравляю, это же замечательная новость. Дом уже давно тебя ждёт, прикажу навести там порядок и хоть завтра въезжайте.

— Завтра, не получится. Она человек.

Отец сделал суровое лицо и всей строгостью в глазах спросил:

— Она знает о нас?

— Нет.

— Но… Как?

— Мне очень тяжело. С волчицей было бы проще. А с ней приходиться всегда держать себя в руках. Хорошо, что контролю я научился, живя среди людей. Мой волк стал сдержанный и спокойный.

— Ты вырос сын, я горжусь тобой. Но со своей парой не затягивай. Чем раньше она узнает, тем быстрее примет тебя.

— Её зовут Эмма, она такая милая, нежная. Я о такой паре и мечтать не смел. Я хочу постепенно довести ей, что я волк, так будет проще. Всё-таки не зря я психолог.

— Не наделай ошибок, сын.

— Я бы хотел вас с ней познакомить.

— Конечно, привози, я всех предупрежу, чтобы не обращались при ней в волков.

— Спасибо, отец, за все. Поеду назад. Соскучился…

— Ха-ха-ха… Езжай, конечно. Я после обретения, с твоей мамой из дома месяц не выходил.

— Фу-у-у-у… Что за подробности.

— Ха-ха-ха…

Ехать не долго до моей квартиры, но вот ждать придётся всю ночь. Боюсь, я не засну. Я уже соскучился.

Эмма так неумело отвечала на мой поцелуй, что я понял сразу — она невинна. Вот почему не пришло мне в голову принюхаться, ведь, в ее запахе чувствовались сладкие нотки. Уже после я стал их чувствовать.

После поцелуя, она стесняясь отвела взгляд и покраснела. Такая обаятельная в этот момент была. Я от счастья чуть волком не завыл. Выдержка и опыт мне помогли. Так бы она уже с меткой была, но при этом в жутком испуге, я к ней не смог бы подойти ещё пол года.

Смог столько времени прождать, ещё подожду. Нужно чтобы она доверяла мне, тогда всё сложиться хорошо.

Размышляя, я заснул, только под утро…

Едва солнце взошло, я встал в нетерпении, привел себя в порядок и стал выжидать время, когда будет не рано позвонить Эмме.

М-да… В моей выдержке появились трещины.

Едва дождался одиннадцати часов, сразу поехал в общагу, только возле неё вспомнил, что надо позвонить. Эмма подняла трубку быстро.

Я знал где этот магазин находится и быстро до него добрался. Эмма напряглась, когда меня увидела, но в глазах блеснула радость, я с осторожностью подошёл и обнял её. Мне этого очень не хватало. Я стоял и не мог надышаться ею.

Она что-то говорила, а я ничего не слышал только дышал и радовался, что она моя и не отвергла меня.

Решили сходить в кино, поэтому пошли к машине. Выходя из магазина, встретили подругу Эммы — Анна, кажется. Не нравится она мне, дружит с моей Эммой, но мне глазки строит.

Пока ехали в машине, я не знал, что делать. Мне было противно, я чувствовал запах возбуждения Анны. Я бы уже окна пооткрывал проветрить, но на улице зима, Эмму заморожу, заболеет моя девочка.

Только смотря на мою маленькую, я мог успокоиться и не вышвырнуть эту псевдо-подругу по дороге из машины. Выходка Анны — поцелуй в щеку, окончательно убедил меня в том, что моя девочка не будет с ней дружить. Не позволю, от Анны так и сквозит лицемерием.

После поцелуя я напрягся, но моя Эмма разрядила обстановку своим смехом и я расслабился — нет не злится.

Мне так нравилось в кино за ней ухаживать, она так смущённо улыбалась, даже мой волк умилялся. Мы с ним стали сверхчувствительны к нашей паре, мы как никогда совместно, пытались сделать её счастливой. Такого объединения с волком я ни у кого не видел.

Эмма превратила меня из матёрого волка, в милашную собачку. Но я не против, ведь такой я рядом с ней.

Я наслаждался этим днём, инстинкты требовали забрать её домой, но мозг говорил подождать, а зря.

Проводив Эмму, я ещё немного посидел в машине, не хотел уезжать. Отъехав немного, мне позвонила Анна.

«Здравствуйте, мистер Чейз».

— Здравствуйте, Анна.

«Мистер Чейз, там из комнаты Эммы, я слышу какие-то звуки, толи стоны, толи порыкивания. Вы же встречаетесь… Она, наверное, об этом не знает?»

— Я всё понял, до свидания!

Газ в пол и помчался обратно. Нет не могла моя девочка, так со мной поступить. Она же невинна, не могла она такого сделать. Я же видел любовь в ее глазах.

Выскочил из машины и услышал крик. Я ускорился, как мог. Неужели никто не слышит мольбы о помощи. Я выбил дверь, отшвырнул этого подонка.

Я так был благодарен судьбе, что по пути не было ни одного человека. Ревность была моим спутником по пути к квартире. Маленькая лежала тихонько на моих руках. Снова, временами, постанывала.

Спасибо всем богам, что она сейчас меня не видит. Я на гране превращения, волк в нетерпении, хочет посмотреть на наше сокровище. Мы несём ее на свою территорию. Я чувствую, как мы оба одновременно на неё смотрим.

Слышал, сливаться в едино, могут лишь единицы оборотней, самые сильные. Только рядом с моей девочкой у меня появляются такие способности. Она нечто, надо проверить библиотеку в стае, что-то я такое читал. Но это потом, сейчас на первом месте моя истинная.

Донёс я ее до квартиры быстро, игнорировав лифт. Трясущимися руками открыл квартиру, быстро разулся. Занёс в комнату и положил, свое сокровище, на кровать. Эмма не спешила вылезать из одеяла, видимо застеснялась.

Звуки её стона, доносились до меня из-под одеяла. Запах возбуждения усиливался.

— Маленькая, вылезай!

— Не-а… Мне неловко…

— Я тебе сделал плохо или тебе что-то не понравилось?

— О-о-о… Нет, что ты! Ах… Было хорошо… мне стыдно.

— Не стесняйся меня, я не сделаю тебе того, что ты не захочешь. Я же слышу, что ты ещё возбуждена. Давай помогу.

Она показала свои красивенькие глазки, а затем и голову из-под одеяла. Я понял, что она не против. Смущаясь, Эмма раскрыла одеяло и мне показался прекрасный вид полуобнажённого тела. Идеальная…

Я снова чуть не кончил только от вида… М-да…

Терпение… Она главная…

Медленно приблизился к её ногам и смотря в глаза, лизнул ножку под коленом. М-м-м… Вкусная…

Я поцелуями поднимался к её губам. Ножки, бедра, животик, языком провел вокруг пупка, подул, подольше остановился на груди, шея… Губы, как сладкий нектар, я дорвался, целовал и не верил, что это происходит со мной.

Избавил её от оставшейся одежды. Она лежала возле меня, обнаженная, дрожала, извивалась, хотела, сама не знала чего. А я старался не отпустить контроль и при этом сделать ей хорошо.

Целовал, а руками мял и пощипывал груди. Я чувствую, что это нравится Эмме. Решил спуститься одной рукой вниз, к её складочкам. М-м-м… Она вся мокрая…

Пальцем коснулся клитора, провел пару раз круговыми движениями и она, содрогаясь с криком, кончила.

Я лежал рядом смотрел в её глаза, а она в мои. Не было необходимости, что то говорить, я все и так понял. Я тоже не люблю.

Эмма несмело коснулась моей щеки, провела по ней своими пальчиками вниз. Опустила глаза.

— Чейз?

— Что, моя девочка?

— А почему ты в одежде?

— Так, хоть что-то мешает мне тебя взять. Не хочу, чтобы это было под действием наркотиков. Хочу, чтобы ты стонала от моих действий.

— Но тебе же не удобно. Чейз, я тебе доверяю. Ты не сделаешь мне ничего плохого.

Она стала медленно расстегивать мою рубашку, пуговицу за пуговицей, при этом временами целовала те места, что открывались ее взору. А я сходил с ума, мой член налился кровью и упирался в ширинку. Проказница, хочет исследовать моё тело, что ж я дам эту возможность.

Невыносимо медленно она сняла с меня рубашку, а после и джинсы. Я лежал рядом в одних трусах, рядом с обнаженной девушкой, которую люблю всем сердцем. Сгорал от нетерпения. О боги помогите……

Пора действовать мне, все потом, когда-нибудь, я дам возможность меня поизучать. Сегодня она моя.

Я снял с себя трусы, чтобы не мешали. От давления член болит. И с новым усилием стал ее целовать. Я то покусывал, то посасывал её губы. Эмма отвечала мне тем же, неумело, но старалась, как могла.

Мне захотелось попробовать мою девочку на вкус там. Поцелуями-укусами я спустился к её лобку. Взял в руки ее ножки и раздвинул. Мне открылся потрясающий вид. Терпение…

Ножки закинул себе на плечи, взял ее за ягодицы, не удержался и помял их, подложил подушку и медленно стал спускаться к её лону. Здесь запах был самый густой, я глубоко вздохнул, от моего действия она покраснела. Ничего, ты научишься не краснеть. Это только начало.

Всем богам мира, спасибо, за такую пару. Она божественна.

Я пальцами раздвинул ее мокрые складочки, подул и лизнул снизу вверх. М-м-м… Вкусно… Ещё хочу…

Я лизал, посасывал, иногда дул на клитор. При этом, она извивалась, стонала. Одну руку я положил ей на живот, чтобы меньше шевелилась, не мешала мне наслаждаться. Оказывается это приятно, отдавать удовольствие, а не только получать его. Может быть это только с парой такое, когда хочется знать что она стонала от тебя, от твоего языка или от твоих действий.

Я с наслаждением, пил ее соки, это самое вкусное лакомство. Ввёл в неё один палец, не глубоко, пытаясь не навредить, сделал пару поступательных движений и она с моим именем на губах кончила.

Я приблизился к её губам и поцеловал. Гладил её, целовал, ждал, когда утихнет ее оргазм.

Эмма открыла глаза, отстранилась от меня. Я испугался, наверное, что-то случилось, я что-то сделал не так. А она глянула своими лукавыми глазами, улыбнулась и сказала:

— Теперь моя очередь.

— Девочка моя, не стоит, если ты этого не хочешь.

— Нет, я хочу попробовать, только не шевелись… У тебя опять глаза пожелтели, — и хихикнула.

— Любимая, ты хочешь меня довести до безумия. Я же не выдержу.

Она посмотрела на меня, что-то для себя решила, кивнула головой и стала медленно с поцелуями спускаться вниз.

И это моя скромница… Когда она приблизилась к низу живота, то приподняла голову, посмотрела на меня, потом на мой член. Взяла его одной рукой. Отпустила. Провела нежно пальчиками вдоль. Сжала у основания и сделала несколько поступательных движений вверх-вниз. От удовольствия, уже я стонал.

Терпение…

После этой ночи, меня можно заносить в книгу рекордов Гиннеса, как самого терпеливого волка.

Эмма улыбнулась, опустила голову, и лизнула головку. При этом не прекращая движения рукой. Несмело приоткрыла ротик и впустила туда мой член. Первые, медленные, несмелые движения головой. Совсем чуть-чуть, а я уже готов был кончить. Но моей девочке нужно было время, что бы понять, нравится это или нет. Я держался…

Эмма остановилась, провела языком по уздечке, снова, опустила голову, но уже взяв глубже. Эти движения она повторяла и повторяла. В ладошку взяла мои налитые яички и поперекатывала. Где она всего этого набралась… О-о-о-о… Боги… Неважно… Продолжай.

Эмма осмелела, стала интенсивнее двигаться при этом заглатывая глубже с каждым разом. Я держался за кровать, пытался не мешать. Член у меня не маленький, поэтому не так много помещается ей в рот. Тем более, она только учится. Ничего страшного, у нас много времени впереди, научу.

Я одну руку запустил в ее волосы, она приостановилась, посмотрела на меня и не выпуская члена из рта, глядя глаза в глаза, лизнула уздечку. Затем опустила голову как можно глубже всосав член. От этого вида и действий, я сдался и кончил.

Когда, кровь прилила к мозгу, я понял, я кончил в ее ротик. В ужасе посмотрел на Эмму. А она подняла голову, посмотрела на меня и шумно сглотнула.

— Я люблю тебя! — все что я мог сейчас сказать. Знаю не вовремя, но я не смог это в себе сдержать.

Эмма улыбнулась и легла рядом.

— Пошли мыться, моё сердце.

Взял ее на ручки и понёс в душ. Там я не выдержал и вылизал её ещё раз, себе помогая рукой.

Она смотрела на меня сонными, уставшими глазками. Быстренько помыл ее и себя. Вытер полотенцем взял на ручки и занёс в комнату. Посадил в кресло — нужно было поменять постельное белье.

Когда я всё сделал, повернулся к ней, Эмма спала свернувшись калачиком в кресле. Перенес ее на кровать и лёг рядом. Засыпал самым счастливым оборотнем на планете…

Проснулась утром одна, в незнакомой комнате. Лежу на кровати, укрытая одеялом, а под ним ничего нет. Я голая. Кажется, у меня даже пальчики на ногах покраснели, когда я всё вспомнила.

Нет. Все что было с Чейзом мне понравилось, просто, я не думала, что это будет так… Так быстро…

Ого, он мне в любви признался. А мне когда это нужно сделать. Бли-и-и-и-н, момент упущен. Надо было сразу в ответ.

Мои щёчки пылали, я не знала, что дальше делать. Выходить из укрытия или дальше прятаться? А как себя дальше вести?

Услышала, напевающего песенки Чейза — нырнула под одеяло с головой, решила прикинуться спящей. По шагам я поняла, что он подошёл к кровати. Поставил, что-то на тумбочку. Кровать прогнулась возле меня и Чейз стал медленно гладить меня через одеяло.

— Сокровище моё, я знаю ты не спишь. Вставай, завтракать пора.

— Можно я вылезать не буду?

— Тогда я к тебе, — он осторожно приподнял одеяло, подвинулся ко мне, прижался со спины и обнял. — Любимая, ты меня боишься?

Я в отрицании покачала головой и для пущей убедительности переплела пальцы на наших руках. Его вздох облегчения для меня был бальзамом на душу.

— Тогда почему прячешься?

— Для меня это всё в первый раз — мне немного стыдно.

Он аккуратно провел носом вдоль шеи, поцеловал висок. Это так приятно, у меня сразу побежали мурашки по коже. В животе бабочки запорхали и ухнули вниз.

— Малышка, если ты сейчас не встанешь, то мы продолжим. Я очень даже за, — и для убедительности потерся о мое бедро своим, колом стоящим, членом.

Я хихикнула толи от нервов, толи от его действий и подвинулась ближе к нему. Он, со скоростью света, уложил меня на спину, а сам лег сверху. Провел рукой по бедру, поднимаясь выше, при этом глядя на это действие. Я снова увидела жёлтый блеск в глазах…

Испугаться я не успела, Чейз поцеловал меня и мой мир сузился до моих ощущений. Сегодня моё возбуждение не было вызвано наркотиками. Сегодня я наслаждалась его действиями. Стеснения не было — было удовольствие.

Его руки и язык вытворяли нечто с моим телом, я плавилась, задыхалась, взрывалась.

Я чувствовала себя эгоисткой, ведь я получила удовольствие, а он нет. Поэтому я опустила ручки к его члену — одной рукой взяла член, а другой яички. Пару движений и он кончил мне на живот. Быстро подхватил меня на руки и занёс в душ.

— Я думала, что буду одна мыться?!

— Забудь, одна ты мыться теперь будешь, только, когда я буду отсутствовать по работе или делам.

Чейз не позволил мне взять мочалку, он как с куклой со мной обращался. Крутил и вертел меня, пока намыливал. Всё это он делал бережно, аккуратно и нежно. Я видела его возбуждение, но он ни на что не намекал.

Чейз обмотал меня полотенцем, снова, взял на ручки и понёс в комнату. Посадил на кровать, поставил мне на колени поднос с едой. А там было такое разнообразие, что у меня слюни потекли.

— Когда ты всё успел сделать?

— Не спалось, рано встал и подумал, что тебя надо накормить. Вот и готовил всё утро.

— Ты лучшее, что могло со мной произойти!

— Кстати, про произойти, нам про вчерашнее надо поговорить. Сначала, поешь, а потом дела.

Кокой кофе вкусный… М-м-м… Я поела оладушек немного, запила кофе. Отложила поднос и приготовилась слушать.

— Что вчера произошло, когда ты пошла в общежитие?

Я рассказала, всё без утайки, от начала и до конца. Мне нечего скрывать, я ничего плохого не делала. Но мне было противно и неприятно это вспоминать. Я не заметила, как слёзы всё время рассказа текли из глаз. Я не понимала, ни одного намека и взгляда в сторону Стива не делала. Неужели, Анна, ему что-то сказала, не могла она, или могла…

Передо мной сидел серьёзный мужчина. Его брови были сведены к переносице, в задумчивости. Какой же он красивый. Темные волосы, серые большие глаза. Выраженные скулы, волевой подбородок и пухлые губы. Опустила глаза и облизнулась, он весь мой — широкие плечи, узкая талия и много кубиков на прессе.

— О чём ты так задумалась? И куда ты смотришь, лапочка?

— М-м-м?

— Если ты сейчас продолжишь, то мы не вылезем из постели.

— Что? — встряхнула голову — хорошо.

Чейз, улыбнулся мне. Пересадил к себе на колени и обнял. Чувство защищённости, рядом с ним, не покидало меня.

— Чейз!? Мне нужно во что-то одеться.

— Может голенькая побудешь?

— Мне в университет, нужно!

— Сегодня ты никуда не идёшь, я позвонил, договорился.

Чейз подошёл к шкафу достал оттуда майку, свитер и штаны для меня и джинсы с рубашкой для себя.

— Я постирал твоё нижнее белье, лежит на кресле. Одевайся, поедем тебе одежду купим, твоё потом заберём, — видя мое потрясенное лицо продолжил. — Я не шутил, когда говорил, что жить ты будешь у меня, мне так спокойнее будет.

Так как я была только в одеяле, то у меня не было ни куртки, ни обуви. С верхней одеждой проблем нет, Чейз утопил меня в своем пуховики. Но вот с обувью что делать?

Чейз решил и эту проблему: достал две пары теплых носков, сам одел их на меня, а затем, просто поднял на руки.

— Нечего ходить так, заболеешь. Мне легче тебя на ручках носить, чем, потом, апельсины, в больницу.

— Ты такой заботливый и весь мой.

— На всю жизнь, девочка моя, твой. Даже не пробуй отказаться.

— Чейз, ты оборотень?

Чейз, замер на месте, внимательно на меня посмотрел и спросил:

— Почему ты так решила? — а сам внимательно смотрит в мои глаза.

Я невинно похлопала глазками и улыбнулась ему.

— Ну-у-у… Смотри: ты сильный, быстрый и иногда обнюхиваешь меня.

— Но ведь это ничего не значит?

— Верно. Но у обычных людей когти не появляются и глаза не желтеют!

Чейз ещё крепче ухватил меня, наверное, чтобы я не сбежала. Глупый… Куда я денусь от него, он глубоко в моём сердце. Пока он не надумал себе ничего, надо объясниться.

— Не бойся, от тебя я не убегу.

— Но… Ты не боишься? — эта мысль, видимо, поразила его. — Не боишься, — выдохнул в облегчении.

— Глупый, ты забыл в каком мы веке живём. Сейчас все мечтают познакомиться с вампиром. Фильмы помнишь? А ещё у меня логика есть: ты полгода ко мне не пытался подойти, хоть я видела, как ты на меня смотришь; ни разу не сделал мне больно, только нежность и ласка; и вчера сдержал себя. Так, почему я должна тебя бояться.

Он был так поражён, стоял столбом, а глаза засветились снова.

— Ты знаешь, я должен поблагодарить всех богов за тебя. Я люблю тебя! Очень сильно люблю!

— Я тоже тебя люблю!

— Теперь, к делам. Сейчас поедем, тебя оденем и я везу тебя знакомиться с моими родителями.

— А с моими?

— С твоими на каникулах, весной. Но я всё равно должен тебе все рассказать про нас. Есть много заблуждений о нашем виде и много тайн. Мы никому не рассказываем о нашей расе.

— А мне за что такая честь?

— Ты моя истинная пара.

— Что это значит?

— Всё потом, сокровище, сейчас по магазинам, — с этими словами он усаживал меня в машину. Пристегнул и быстро поцеловал.

Он не шутил, когда сказал, что по магазинам. Не в один, мы много магазинов объездили. В каждом магазине, девушки-консультанты, строили глазки Чейзу, а на меня смотрели с презрением. Я ревновала и бесилась, а он даже не смотрел в их сторону.

Последним, мы посетили, магазин нижнего белья. Мне так стыдно было, кажется я красная была, как вареный рак. Чейз навыбирал кучу белья и заставил все примерить, причём все это одевал он на меня сам. Обцеловал и облапал, во время примерки, меня всю.

Уже сидя в машине, я не удержалась и спросила.

— Куда, мне столько одежды?

— Как куда? Ты не скоро вернёшься за вещами в общежитие. Эту неделю мы проведём у моих родителей. Там у меня свой дом есть. Будешь обживать.

— Так быстро?

— Что ты имеешь ввиду?

— Всё очень быстро происходит, мы с тобой встречаемся три дня…

— Сокровище, для меня это все медленно происходит. По выдержке, я побил все рекорды. Давай я тебе немного объясню: после обретения истинной пары, оборотень хочет её пометить, показать всему миру, что она его.

— Это как?

— Мы во время секса… Не красней так… Так вот… Во время секса, оборотень помечает свою пару запахом, а на пике наслаждения, кусает в основание шеи, тем самым ставя метку. Но при этом мое ДНК смешивается с твоим и ты проживёшь немного больше, чем обычный человек, плюс несколько бонусов в виде улучшения регенерации, силы и детей.

— На сколько больше проживу?

— Нам с тобой хватит.

— Чейз, а что со Стивом?

— Девочка моя, я сам о нём позабочусь. Не волнуйся, не убью, но после, он точно перестанет над девушками издеваться… Так, все разговоры потом. За тортиком заедем?

— Да. А родители знают обо мне?

— Не волнуйся, я им на днях рассказал. Они очень рады за меня.

— ?

— Истинную пару не все могут найти, многие так и проживают жизнь одни или с такими же оборотнями.

— А в чем разница?

— Истинная пара — это идеально-совместимая половинка для оборотня. Мы чувствуем ее по запаху.

— А если нюх подвёл? Допустим, аромат духов, понравился?

— Ха-ха-ха… Я поражаюсь твоей логике. Мы чувствуем, где химические элементы и можем разобрать запах по частям. Даже сквозь духи, я ощущаю твой аромат.

Мы въехали на территорию коттеджного поселка. Чейз пояснил, что здесь главный его отец. Посёлок мне очень понравился, мощёные крупными камнями улочки. Везде деревья и кусты — жалко зима, хотелось бы увидеть это всё в зелени. Небольшие магазины, в которых всё есть.

Свой маленький мир, на огромной планете, но мне очень понравилось.

Дом родителей Чейза отличался от остальных. Он не был огромен, или выделялся своей помпезностью — нет, он был просто чуть больше. Это означало лишь то, что родители Чейза не были снобами.

Мои колени тряслись, я боялась, что не понравлюсь или они будут против. Чейз держал крепко меня за руку. Я подняла на него взгляд, он ободряюще мне подмигнул.

Я не ожидала, того, что произошло дальше. Как только мы вошли в дом, на меня набросилась с объятьями женщина или девушка. От такого напора я растерялась.

— Любимая, это моя мама Рейчел. И мой отец Чарли.

— Это твои родители? А почему они такие молодые?

Рейчел хихикнула, а Чарли одобрительно хмыкнул и сказал:

— Добро пожаловать в семью, Эмма! Да, Чейз, ты прав — очень милая у тебя пара.

— Да, отец, мне очень повезло.

Ужинали, мы в веселой атмосфере. Рассказывали много историй про маленького Чейза. Я хохотала до слёз. И только мой мужчина сидел хмурый, не хотел чтобы я знала о нём столько постыдных историй.

Видя, что я уже зеваю, Чейз спохватился:

— Всё, мы пошли спать, Эмма устала.

— Что ты, я не устала, очень интересно слушать истории твоих родителей.

— Сокровище моё, я же вижу, что у тебя уже глазки красные. Спать пойдем.

Подхватил на ручки и, буквально, побежал в комнату.

— Ты куда так спешишь?

— Спать с моей любимой, тем более завтра на учебу.

— И ты не боишься меня отпускать?

— Боюсь, но ещё больше боюсь, что ты не реализуешь себя и в итоге возненавидишь меня, тем более, я буду рядом.

Сегодня мы просто спали, я стеснялась, мы же в доме родителей и заниматься непотребствами мне было стыдно. На это Чейз, сказал, что гостить мы больше не будем здесь. В объятьях моего мужчины, я заснула мгновенно.

Я скоро умру. Все об этом в стае знают, молчат и не претендуют на место Альфы — уважают.

У меня впали щёки, кожа стала серой, глаза потускнели, из-за того, что я не могу есть — похудел. И это всё из-за моей чертовки. Я тоскую… Волк мне больше не показывал Эмму… А другую пару я не хочу.

Сложно искать человека, о котором ничего не знаешь. Ни одной зацепки, если бы я сразу спохватился, а так через полгода, ничего.

По ночам, я не пил, а как примерный мальчик ложился спать как можно раньше, в надежде, что волк мне снова ее покажет. Ни разу не показал… Я, Альфа, просыпался и плакал…

Бета просит одуматься и впустить в мою жизнь, хотя бы Стеллу на время, пока не найдем Эмму, ведь ни я ни волк не выдержим без пары и умрём. Я готов умереть без Эммы, но не жить со Стеллой…

В этой грязи я уже обвалялся, с меня хватит. Временами ходил сам в торговый центр, в надежде увидеть её там, но мне не везло.

Последнее время, мне стало тяжело ходить — силы покидают меня. Ещё пару недель и мне придет конец, а я так и не попрощался и не попросил извинения у своего ангела.

Уговорил Грега в последний раз сходить в парк, сам я уже не смогу, я слишком устал.

На секунду мне показалось, что я почувствовал ее аромат. Всего секунда и мои глаза заблестели. Как одержимый стал принюхиваться, бегать по парку.

Нашел!!! Я стоял за её спиной и часто дышал, не от усталости, я, просто не мог надышаться. Божественно…

Я прикрыл глаза и свалился, от облегчения, на колени. Только сейчас заметил, что она сидит не одна. Рядом с ней сидел мужчина, я вздохнул — тоже оборотень.

Нет-нет-нет… Все не так. Так не должно быть. Она моя…

Чувство собственничества взыграли во мне, я зарычал и стал превращаться. Эмма развернулась и увидела меня. В ее глазах стоял ужас.

В панике, я вернулся в человеческий облик.

— Нет-нет, милая, не бойся! Это я Джек! Вспомни меня, пожалуйста, — я не просил, я умолял, всё ещё стоя на коленях.

Оборотень, что был рядом, просто снёс меня с места и стал бить, а я не сопротивлялся, просто лежал в своей собственной крови и улыбался. Она вспомнила меня… Помнит… Я это понял по глазам. Не всё потеряно.

Грег, не без помощи Эммы, оттащил от меня этого недооборотня-смертника.

— Любимый, все хорошо. Он ничего плохого мне делал, — ножом по сердцу, эти слова были адресованы не мне.

— Эмма, посмотри на меня, пожалуйста. Прости меня, я дурак. Я смотрел на тебя сквозь призму превосходства, только потом понял, что я как павлин красовался перед тобой. Я полюбил, как только увидел.

— Враньё… Ты любишь, только себя… Я смотрела на тебя открыв рот, в буквальном смысле, а ты даже не пытался остановить меня, когда я убегала.

Она это говорила, а мне было больно: больно от правды; больно, от осознания своей ничтожности; больно, что всё это время, перед ней стоял другой волк и прикрывал ее свои плечом. Другой… Не я…

Она плакала, опять, из-за меня. Скажи уже Эмме, что-нибудь… Не стой столбом. Я опять затормозил.

— Милая?!

— Не называй, меня так! — шепотом сказала, развернулась и пошла.

Тот другой смотрел на меня с жалостью, он всё понял. Незаметно всунул мне визитку и пошел за ней.

Я вдохнул глубоко воздух, провожая их взглядом.

— Грег, ты за главного. Я уезжаю за своей парой.

— Но у неё, уже есть пара.

— Метки нет, не всё потеряно. Похоже, что тот второй — я посмотрел на визитку — Чейз, не против меня. Придется мне быть вторым.

— Как ты это понял.

— Я бы визитку не давал, а так как он ее пара, то либо вторым, либо ни как… Она его уже любит, без него возненавидит меня.

Я улыбался, в моей жизни появился смысл. Силы стали наполнять моё тело и это только от маленькой надежды.

Я шел за Эммой и понимал, что не хочу быть на месте того волка…

Эмма мне рассказывала, про Джека, кто же знал, что он тоже оборотень. Я думаю, он хотел найти лучшую пару, но не нашёл. Понять его легко, лучше Эммы нет, она для меня всё. И если она пожалеет и полюбит его, я смогу это принять, но при условии, что меня она не бросит.

В стае Джека такое практикуется, в нашей же таких прецедентов не было.

Делить будет пыткой для меня, но глаза Эммы блестели и светились любовью глядя на него. Лучше так, чем умереть от тоски.

Я знал, что так или иначе волк найдет нас, поэтому дал визитку. Будем привыкать, вместе с ним, делиться.

Я даже не знаю, как намекнуть Эмме о таком формате отношений. Надо подобрать момент, когда Джек растопит ее сердечко, тогда и поговорить с ней.

Сразу, серьезный разговор с Джеком. Может опять поиграть решил, хотя его вид говорит лишь о том, что он тоскует.

Мои мысли скакали и я никак не мог ухватиться хотя бы за одну. Что мне делать сейчас…

Догнал свою малышку, она плакала, обнял, всхлипывая прижалась ко мне.

— Не плачь, все хорошо!

— Поехали домой, купим по дороге мороженое и будем есть его ложками.

— Все, что только ты захочешь. Ты только не плачь, а то твои медовые глазки распухнут и болеть будут.

— Зачем, он так со мной? Я ведь, обрела счастье, а он снова появился.

— Маленькая моя, ты его пара, ты видела, как он выглядит.

Эмма непонимающе на меня посмотрела и кивнула головой. Заметила девочка, его облик. Жалко его.

— Он тоже оборотень, и на грани смерти, от тоски по паре. Дай ему шанс, хотя бы поговорить с тобой.

— Но у меня есть ты!

— А я постараюсь не ревновать.

— Но только разговор. Один. И ты рядом будешь.

— Конечно, буду рядом, неподалёку. Вам нужно обсудить всё, вдвоем.

— Откуда волчья солидарность взялась?

— Я не хотел бы быть на его месте. Я же тебе говорил, когда волк находит пару, он не может жить долго без неё. Он умирает от тоски, а зная тебя, я более чем уверен, что ты будешь себя винить в этом.

— А другую пару ему нельзя найти?

— Можно, он из южной стаи, там волки не ограничены в количестве истинных пар. Но будь честна, хотя бы, перед собой — ты этого хочешь?

Эмма опустила глаза и больше мне ничего не сказала до самого дома.

Я как и обещал купил пару ведерок мороженного. Дома, моя милашка, вела себя непринужденно, я видел, что она была задумчива. В ее миленькой головке крутились мысли. Я думаю, она сделает правильные выводы, а я ее поддержу.

Иногда я сам задумывался, а что если бы Эмма не была моей парой — я бы, наверное, всё равно её полюбил. Она прекрасна, как душой, так и телом. Даже тогда в начале, когда она была полноватой серой мышкой — я полюбил сразу. Если в её сердце появиться место для него, то так тому и быть, главное, что там есть моё место и его я не уступлю.

Я наслаждался временем проведенным только вдвоём. И ночью я пил ее соки и вкушал ее стоны. Только я и она…

Утром мне позвонил Джек, назначил встречу — не стал ждать, понимаю. Я сам так бы поступил. Назначил встречу в обед в кафе в парке.

Терпение… Ревность никуда не делась, я ее запихнул поглубже и теперь буду с этим жить.

Я сразу поспешил за Эммой, боялся, что снова потеряю. Слышал всё о чем они говорили и это внушало мне надежду. Чейз хороший оборотень, мне он уже нравится.

Девочка моя плакала, я бы купил для неё магазин мороженного, только бы ни одной слезинки не скатились из ее глаз. Она как наивный ребенок, милая, нежная, светлая. Не капельки лжи, только искренность. Как я мог упустить такое сокровище.

Спасибо большое Чейзу, он сразу всё объяснил Эмме, задумчивая она пошла домой. Я шёл пытаясь не упустить их из виду.

Как только они вошли в дом, я сразу позвонил другу, сказал адрес и попросил подогнать машину. Сработал Грег быстро.

И вот я уже сидел в машине и ехал за ними…

Я сидел всю ночь у подъезда, боялся заснуть и пропустить что-то важное. Вдруг она решит уехать или сбежит и я пропущу это.

Смотрел на окна в их квартиру и завидовал. Чейз мог её касаться, целовать, обнимать, спать с ней и просыпаясь видеть её глаза. Я хочу быть на его месте… Я даже согласен просто рядом быть.

Утром первым делом набрал номер Чейза, больше ждать не могу. Договорились встретиться.

Поехал в гостиницу — надо привести себя в порядок. На одном вдохновении у меня силы появились, что же будет, когда она меня коснется. Я наверное смогу горы свернуть.

Время до обеда тянулось, я считал секунды. В кафе сидел за долго до назначенного времени, выпел целый литр кофе, был весь на нервах. Боялся вердикта Чейза, если он не позволит, то мне останется тихонько уйти и умереть.

Пришёл… Удача повернись, хотя бы разочек, ко мне передом.

— Привет!

Чейз поздоровался за руку со мной, не пренебрёг, уже хороший знак.

Я молчал, пытался собраться с мыслями. Пауза затянулась, поэтому глубоко вздохнув, начал он.

— Я люблю Эмму, поэтому в обиду её не дам!

— Я тоже её лю… — он выставил руку вперёд остановил меня. Что ж, я подчинюсь, я не на своей территории.

— Послушай, если ты просто решил поиграть, то ты не по адресу. Эмма слишком чиста для всех этих игр. Но если ты с серьезными намерениями, то надо пройти обряд братания.

— От куда ты знаешь про обряд?

— Я так понимаю, ты согласен.

— Да! — и для уверенности кивнул.

— Я долго думал и понял, что обряд нам необходим по той простой причине, что мы не уживемся на одной территории и будем перетягивать Эмму как канат. В обряде мы обменяемся кровью и будем воспринимать друг друга как одно целое, даже чувства будем ощущать на ментальном уровне.

— Я готов прямо сейчас всё сделать.

— Не спеши, сразу с нашей девочкой поговори.

— Ты прав, в первую очередь она.

— Скажи мне, сколько у тебя татуировок лун?

— Да откуда ты всё знаешь, это ведь только наша особенность, южных.

— Я сын Альфы северной стаи, а у него очень большая библиотека.

— У меня две луны.

— Я так понимаю, вторую ты тоже нашел?

— Да. Лучшие бы не находил. Променял чистоту на грязь. Я не хочу больше той луны и не хотел, — выдохнул устало, — я Эмму сразу полюбил, только не понял. И сейчас только от неё зависит буду ли я жить. Без неё не хочу…

— Я понял тебя. Все зависит от тебя и Эммы. Я готов поделиться счастьем. Не испорти.

— Постараюсь…

— Записывай номер телефона Эммы. На этой неделе она свободна в любое время.

— Я тебе обязан жизнью…

— Не для тебя стараюсь.

— Всё равно, спасибо.

Не откладывая в долгий ящик, позвонил — слишком много времени потерял, чтобы сейчас медлить, надо наверстывать упущенное.

Пока слышал гудки, почти не дышал, в когда услышал ее сладкий голосок — сердце остановилось. Кое-как собрал себя и начал диалог.

Она согласилась встретиться… Переодеться. Нет, сначала помыться. Главное цветы…

Заметался, не зная, что сразу делать. Глубоко вздохнул, сел и опустил голову на ладони. Надо успокоиться, а то снова все испорчу.

Долгое время я думала, что мои чувства к Джеку исчезли, что я люблю только Чейза, но слова, которые сказал Чейз заставили меня задуматься. Я действительно люблю двоих и это для меня не нормально. Наш социум это не примет, а мои родители будут в шоке.

В современном мире, такие отношения встречаются, но я не такая смелая. А как я это Чейзу скажу или Джеку. Если я от одного из них откажусь, то он умрет, а быть этому причиной, я не хочу. Надо с ними поговорить, обсудить, что делать дальше.

В таком раздрае я провела почти сутки после встречи с Джеком. Сложно понять мои чувства, я сама их не понимаю. Всё переплелось в один сплошной клубок и расплести его, понадобится много времени.

Мне позвонил Джек и попросил встретиться. Что же, надо с чего-то начинать. Начну с малого, узнаю, что он ко мне чувствует на самом деле, и есть ли способ ему от меня отказаться.

И для меня и для них будет тяжело так жить. А как спать вместе. О боги… Куда потекли мои мысли… Я с одним не знаю, что делать…

На встречу я прихорашивалась два часа. Хотелось чтобы Джек увидел, что я похорошела. Перемеряла весь свой гардероб, остановилась на простом вязаном платье персикового цвета, подчёркивающее силуэт, но не облегающее, белые полусапожки на невысоком каблучке. Чуть-чуть косметики, пальто наверх и все я готова.

Джек заехал за мной сам. Он нашёл не пафосный ресторан, с уютной домашней атмосферой. Нас повели за самый дальний, уединенный столик.

От волнения я молчала, не знала с чего начать и что говорить. Всё время разглядывала своего спутника. Мне нравилось его поведение, его восхищённый взгляд при виде меня, его подрагивающие руки от волнения, раздувающиеся ноздри, которые пытаются надышаться моим запахом. Всё это в совокупности говорило о том, что он не безразличен ко мне.

Когда мы сделали заказ и нас оставили наедине, Джек начал:

— Я очень виноват перед тобой. Я хотел бы извиниться.

— Не стоит, я давно простила тебя.

— Эмма, скажи у меня есть хотя бы маленький шанс на взаимность.

— О какой взаимности ты говоришь. Я бегала на встречи с тобой с открытым сердцем, а ты его сжал и выбросил в урну, как ненужную вещь.

— Я поставил на пьедестал своё эго, оно затмило любовь к тебе. Не отталкивай меня, ты мне очень дорога.

— Джек, я знаю, что у тебя может быть ещё истинная пара. Может, ты попробуешь с ней наладить отношения?

— Нет, я лучше умру.

— Зачем ты так со мной поступаешь, ты же знаешь, что я люблю Чейза!?

— Знаю! Я не прошу от него отказываться, я прошу меня принять.

— Но… — мои глаза были, как блюдца, он сам это предложил, не моргнув и глазом.

— Для тебя это слишком, как и для общества, но они поговорят и привыкнут.

— Это сложно…

— Просто скажи мне, я всё ещё дорог тебе? — в его глазах надежда, а руки сжал в кулаки, чтобы не видела, как они трясутся. — Дай мне этот шанс! — он сказал это шепотом, взяв меня за руку.

— Я не могу так поступать с Чейзом.

— Я с ним уже поговорил и если ты не против — мы с ним пройдем обряд, после которого не будет ревности.

— Вы все без меня решили!!!

— Нет, сердце моё, мы ждём только твоего решения. Я жду… Я поступлю так, как ты скажешь.

— А мои родители? — видя, что я почти согласилась, Джек расцвел, заулыбался. Невольно и у меня улыбка появилась на лице.

— Девочка моя, мы все решим вместе.

От радости он подскочил и обнял меня настолько крепко, что кости затрещали.

— Раздавишь!

— Прости, я правильно понял, ты дала мне шанс.

Я только и смогла, что кивнуть головой в согласии.

— Только дайте мне время, привыкнуть. И обряд пройдите, я не хочу быть яблоком раздора.

— Ты же понимаешь, что после обряда ты не сможешь от кого-то из нас отказаться, мы станем как одно целое.

Я глубоко вдохнула и на выдохе сказала:

— ДА!

Джек схватил двумя руками моё лицо и пока я не одумалась, поцеловал — яростно, дико, словно завоёвывал. Я сдалась во власть этого поцелуя и стала с не меньшим напором отвечать. Когда мы опомнились, то еле смогли отдышаться, стояли, глубоко дышали и смотрели друг другу в глаза.

— Надеюсь, я не пожалею.

— Я не разочарую. Я люблю тебя, очень сильно люблю!

Согласилась я быстро, только вот, как встречаться мы не решили. Поэтому все пошло не так……

Джек и Чейз сперва прошли обряд, потом напились и решили, что жить мы будем вместе!

Завались в квартиру, по очереди поцеловали меня и заявили, что теперь спать будем вместе. Я в ужасе сбежала в комнату и закрыла дверь изнутри. А что они, а они заржали и сели за стол дальше пить.

Утром у кого болела голова, у двух оборотней, даже хвалебная регенерация не спасла.

Это, что получается, не успели поухаживать, сразу жить вместе? А где свидания, цветы, подарки — об этом я у них и спросила.

— Прости, любимая, всё будет. Просто на радостях напились, так получилось, — и руками Чейз в стороны развел. Подошёл ко мне, обнял и поцеловал в щеку.

— Э-э-э… Я тоже так хочу! Хотя бы в щёчку, я же имею право поцеловать?! — и в этот момент обнял с другой стороны и поцеловал в щеку.

Я так и стояла между ними и наслаждалась их объятиями. Мне стало так хорошо, уютно, не хотелось окончания этого.

Я чуть повернулась к Чейзу лицом, так получилось, что в этот момент потерлась об них и стала попкой к Джеку, а грудью к Чейзу. Услышала одновременный рык и почувствовала два готовых к бою орудия. Жар охватил все мое тело. Внизу всё запульсировало. Мои мужчины жадно втянули воздух с двух сторон моей шеи и лизнули её. Я опешила от такой неожиданности и пока была в состоянии думать, снова сбежала в комнату.

Стояла в комнате тяжело дыша, словно, пробежала несколько километров, жар охвативший меня, не хотел отпускать. В дверь заскреблись…

— Маленькая, ты чего убежала? — жалобно спросил Джек из-за двери. — Мы тебя напугали?

— Нет, — я опустилась на кровать, обхватила себя руками то ли в жесте защиты, то ли холодно без них стало. — Просто… Не знаю, что вам сказать?! Это всё слишком…

— Любимая, выходи, мы просто поговорим! — Чейз, всегда знает, что мне нужно.

— Я сейчас выйду, подождите меня на кухне.

Пошла в ванную комнату, умылась холодной водой, сделала дыхательную гимнастику и прислушалась к себе. Вроде, успокоилась, теперь можно поговорить.

Пришла к ним на кухню на дрожащих ногах, мне было не по себе. О боже, у меня отношения только появились, а теперь у меня двое парней.

— Малышка!? — Джек смотрел на меня так, как будто знает, что у меня в голове творится.

— А? Что? — я присела за другую сторону стола и как примерная ученица, сложила руки.

Начал Чейз, как самый терпеливый из нас:

— Мы на тебя давить не будем.

— Для меня это очень важно, чтобы вы не торопили меня, — от облегчения, у меня все мышцы расслабились.

— Но и ты должна пойти на встречу. Мы просто не сможем не касаться тебя и не целовать.

— Я постараюсь к этому привыкнуть.

— Маленькая, — я посмотрела в глаза Джеку, тот продолжил, — мы очень стараемся сдержать себя. Для нас это очень тяжело. Я своего волка почти не чувствовал, а после, того как нашел тебя, не могу удержать — он рвется к тебе, хочет пометить.

— Мы боимся тебя потерять, поэтому — я только предупреждаю — не убегай, для нас это провокация, включается охотничий инстинкт. — Чейз смотрел с любовью на меня, что я окончательно убедилась — всё будет хорошо.

— Оу… Я не знала, за тобой я такого раньше не наблюдала.

— Раньше, я был у тебя один и крутился все время вокруг тебя, а сейчас нас двое и у нас чувства обострены в двойном размере.

— Дайте мне немного времени, я привыкну, обещаю.

Они синхронно выдохнул, видимо от облегчения. Улыбнулись и медленно подошли ко мне, чтобы обнять.

Я все обдумал, когда ещё мы ехали домой. Оборотень если полюбил, то это на всю жизнь и он лучше умрёт, чем оставит свою пару. Поэтому, я ждал звонка.

Обряд, единственное правильное решение. Об этом я сказал Джеку и его поспешное согласие, говорило лишь о том, что он действительно любит Эмму.

Двум волкам никогда не ужиться на одной территории, а тем более делить пару мы не сможем. Как только Эмма дала согласие, мы пошли в лес.

Только под луной, в единении с природой проводиться этот ритуал. Богиня Луна должна осветить союз. Нет ничего сложного: сделать два небольших пореза — на ладони и на запястье — соединить руки ладонями к порезу на запястье, как в рукопожатии и сказать ритуальную фразу «Кровь к крови, душа к душе, мы едины» и всё.

Но к тому, что будет дальше, я не был готов. После сказанной фразы на меня хлынули чувства Джека. Боли, очень много боли от потери, предательства, безответной любви, а после мягким теплом меня окутала надежда. Надежда на то, что я всё-таки нужен, не отказались, на будущее, что буду любим. У меня слёзы потекли из глаз. Как он до сих пор жив, как его не раздавило этой болью. Я поднял на него глаза и увидел в них радость и на меня пошел поток благодарности и счастья.

Не было единения, мы не стали одним целым, как ожидалось, просто стали ощущать чувства друг друга как свои собственные. Ушла ревность, ушла борьба. Там где заканчивался он, начинался я.

Мы улыбались глядя друг другу в глаза. Вдруг его глаза блеснули и покрылись красной радужкой и вновь стали нормальными. Я подумал, мне показалось.

— Пошли выпьем! — мы сказали это одновременно и заржали.

Зашли в бар, взяли виски и пошли домой. В баре оставаться не хотелось, мы шли к нашей малышке. По дороге успели выпить.

Мы не вошли в квартиру, мы ввалились в неё. М-м-м… Наша девочка стояла в обычной, ее любимой пижаме с нарисованными зайчиками. Пижама состояла из маечки и шортиков. Ждала нас…

От Джека я почувствовал вожделение. М-да… Это ты ещё не видел её в том комплекте чёрного нижнего белья с кружевами, которое она одевала неделю назад. Джек в недоумении на меня глянул, ощутил мои чувства, на что я лишь пожал плечами. Мы синхронно поцеловали её в щёчки, она сразу покраснела, застеснялась…

Джек снова глянул на Эмму, что-то решил и сказал ей, что будет здесь жить. Молодец, поддерживаю… Я тоже считаю, что надо привыкать к семейной жизни.

Эмма ещё больше покраснела, испугалась и сбежала, а мы видя ее реакцию — заржали. Да-а-а-а, знатно мы напились.

На следующий день голова болела, это же сколько надо было выпить.

Наша девочка, сразу нас пристыдила. Действительно, это для нас, все в порядке вещей, а для нашей скромняжки, не знающей до этого отношений, все стремительно развивается.

Хочет малышка романтики и ухаживаний, значит будет ей это всё.

Когда в очередной раз, наша стесняшка от нас сбежала, мы с Джеком не спеша шли к комнате, обсуждая сложившуюся ситуацию.

— Надо что-то делать с этой скромницей!? — Джек не знал, я то уже знал, что она бывает страстной кошечкой, если захочет. Только далеко мы не успели зайти.

— Я бы не сказал, что она такая! — Джек вопросительно посмотрел на меня.

— Что?.. Далеко мы не зашли, но очень хочется. Волк постоянно хочет её пометить, иногда приходиться, как в период созревания, руками себе помогать, вон мозоли какие, — Джек понимающе кивнул и мы заржали как кони.

— Значит будем соблазнять…

С Эммой мы договорились не торопиться, но мы уже знали, что оба будем действовать.

Мои мужчины о чем-то договорились…

Спать я ложилась вчера одна в комнате, а они вдвоем в соседней, а проснулась от жара двух тел, которые облепили меня своими конечностями.

Я наслаждалась этим моментом, лежать между ними оказалось очень приятно. Я аккуратно, пытаясь не разбудить их вылезла, пошлепала в ванную, умылась.

Одевшись, выбежала на кухню, надо накормить моих любимых. Приготовила омлет с беконом и сыром, тосты и кофе. Видимо, почувствовав запахи, мои мальчики проснулись и пришли ко мне.

Только от их вида у меня закапала слюна. На них были только пижамные штаны, торс был голый. Я бессовестно их рассматривала, я никогда так близко не видела полуголых мужчин. Я переводила взгляд с одного на другого, а они, видя мой интерес, стали ещё и перекатывать мышцы под кожей. Ох… Они шикарны, оба словно сошли с обложки, на животе косые мышцы и кубики. Спустила взгляд ниже и задохнулась, у обоих были шалаши, причем не маленькие.

Я покраснела и спрятала лицо в ладонях. А они не облегчая мне задачу, подошли, обгладили везде, общупали и поцеловали по очереди.

— Может, накинете на себя что-нибудь, — выдохнула и так не подняв голову, сказала я.

— Не-а, малышка, привыкай, — прорычал Чейз.

— Ты нам завтрак приготовила? — Джек повел носом и направился к столу, где всё стояло.

— Спасибо, Боги, за пару! — Чейз сел за стол и начал есть не дожидаясь ни кого.

Джек последовал его примеру и уже двое набивали рот. Эта картина была настолько умилительной, что я почувствовала себя среди настоящей семьи.

— Маленькая, ты чего там стоишь? Иди к нам. — Джек похлопал по стулу между ними, и я повинуясь пошла к ним.

Мы сидели завтракали и переговаривались между собой. На сегодняшний день запланировали сходить по магазинам и в кино.

Я шла, схватившись за локти своих мужчин. Мне нравится называть их своими… Бродили по магазинам, скупая нужные и не нужные вещи. Они спрашивали моё мнение наперебой. Мне нравится чувствовать себя любимой и необходимой. Немного смущали, взгляды вокруг, которые наблюдали, как меня иногда целуют мои мужчины.

Джек с Чейзом не обращали внимание ни на кого, у них на лице было только восхищение. Я посмотрела на них и поняла, что им тоже не легко, поэтому-то не имею право стесняться своих чувств к ним.

Расправила плечи, подняла подбородок, ухватила своих любимых и зашагал в сторону кафе. Они почувствовали мои перемены и заулыбались. Пока мы шли, Чейз нагнулся ко мне и прошептал:

— Мне нравится, когда ты такая решительная. Это так сексуально… — у меня от его томного голоса побежали мурашки по телу, подкосились ноги и если бы я за них не держалась, то уже лежала бы на полу. Любимые синхронно рыкнули, остановились, Джек не удержался схватил руками за талию и поцеловал долгим жалящим поцелуем. Когда он остановился, я еле смогла восстановить дыхание. Чейз, чтобы не смущать меня ещё сильнее, не стал в общественном месте меня целовать, но пообещал дома исправить это упущение.

Дежа-вю… Когда мы вышли из магазина, я под ручку с мужчинами у которых во вторых руках горы пакетов, то увидели Анну. Она стояла и сверлила меня своими глазами. В них я увидела зависть и лютую ненависть…

— Что, сучка, одного мужика тебе оказалось мало, так ты себе и второго нашла?! — Анна это говорила с таким ядом, что все вокруг неё должно было погибнуть в радиусе километра.

Меня сразу отодвинули назад и заслонили двумя разными, но такими любимыми плечами. А я стояла и почти плакала, за что столько яда, мы же дружили.

— Что, завидуешь? — Джек хмыкнул и оглядел ее с ног до головы.

Она зарделась от внимания и выпятила вперёд свою грудь первого размера.

— Чем я хуже, этой вот, типа подруги, — ещё для наглядности на меня пальцем указала. С презрением глянула на меня. — Подруга называется, отхапала себе, моего мужчину и радуется, — от этих слов Чейз дернулся, но только сжал кулаки, через плечо посмотрел на меня, потом перевел на неё взгляд и сказал:

— Это кто тут твой мужчина? Или ты считаешь, что зайдя ко мне в кабинет в одном белье, между прочим зная, что я встречаюсь с Эммой, и быть выставленной за дверь в нём же, даёт тебе право называть меня своим?! Так вот, ты и мизинца не стоишь это милой девушки. Я лучше делить буду Эмму на двоих, чем довольствоваться тобой единолично.

Джек только довольно хмыкнул, обнял меня и повел к машине, оттесняя, теперь уже, бывшую подругу.

После этих слов я окончательно убедилась, у меня самые лучшие мужчины и я, буквально, за ними как за каменной стеной.

В машине я всё-таки расплакалась. Джек с Чейзом гладили меня, утешали, а я никак не могла успокоится. Джек не вытерпел, усадил меня на колени и поцеловал, в это время Чейз стал целовать мою шею. От такого мои мысли быстро перетекли в другое русло.

Видя, что я успокоилась, Чейз сел за руль и мы поехали домой. На сегодня потрясений хватит. Дома фильм посмотрим…

Я взбесился от слов этой змеи — бывшей подруги Эммы. Это же надо, такое сказать — этой милой, нежной девушке. Я видел зависть в глазах эксподруги. Оно и понятно, мы с Чейзом красавцы и любим Эмму.

Придя домой, наша девочка пошла в свою комнату, а мы с Чейзом остались в гостиной, дали возможность побыть одной.

— Чейз, что за история с этой девкой? — спросил и глянул на брата.

— В принципе, рассказывать-то нечего… Нашла мой номер, названивает постоянно, глазки строит, ещё и эта история в кабинете.

— Странная она, похожа на сталкера. Присмотрись к ней!

— Помнишь, я тебе рассказывал историю с тем мудаком, который нашу Эмму чуть… — Чейз сжал кулаки так, что костяшки побелели, медленно выдохнул и продолжил. — Так вот мне кажется, что это все Анна подстроила, ведь неспроста она мне позвонила.

— Доказать мы ничего не сможем, придется следить за нашей девочкой, — я мечтательно прикрыл глаза. — Слышишь как звучит, наша девочка.

— Я так счастлив никогда не был, — у Чейза на миг глаза загорелись.

— Как ты думаешь, что сейчас делает малышка? Как бы хотелось к ней прижаться.

— Надо потерпеть, она раскроется нам, если мы не будем давить. Мы у неё первые и единственные. Ты видел, как она на нас смотрела сегодня утром?

— Да-а-а… Запах ее возбуждения витал ещё около часа на кухне. Она так вкусно пахнет… — я даже повел носом улавливая нотки ее аромата.

— Пошли к Эмме, а то ещё накрутит себя. Надо доказать, что она самая лучшая у нас.

— О-о-о, доказывать я люблю, — я для эффектности бровями поиграл.

— Не до шуток, но я понял, смешно.

Мы шли к её комнате в предвкушении. Надо раскрепощать нашу девочку. Мы все с первого дня знали, что общество будет осуждать такие отношения, но для нашей малышки это морально тяжело. Она хрупкая, неуверенная в себе маленькая девочка. Мы, как мужчины состоявшиеся, должны воспитать в ней уверенность, должны доказать, что она самая лучшая. Мы должны стать не стеной, за которой она будет прятаться, а гранитом, на котором она с гордостью будет стоять, высоко подняв голову.

Зашли в комнату без стука, Эмма лежала поверх одеяла, закутанная лишь в полотенце, на кровати в позе эмбриона. Мы с Чейзом не сговариваясь легли к ней, прижав с двух сторон. Эмма расслабилась, обняла меня руками, Чейз сзади обнял её за талию, а я положил руку на бедро.

Лежали мы так недолго, я не смог удержаться, словил её губы и поцеловал. Действовал сразу нежно и ласково, но когда почувствовал, что она отвечает, усилил напор. Краем глаза заметил, что Чейз не отстаёт и покрывает её шею и спину поцелуями.

Эмма остановилась, посмотрела на меня затуманенным взором и перевернулась. Нет… Не останавливайся… Я больше не выдержу ожидания.

Эмма перевернулась и стала целовать Чейза. От смеси радости, облегчения и надежды удвоенной теми же чувствами от Чейза, я чуть не задохнулся.

Мои руки стали жить отдельно от меня. Они гладили тело Эммы хаотично. Хотелось потрогать всё и везде. Я стянул с нее полотенце, мне открылся потрясающий вид сзади. Провёл руками от бедра до груди. Все шикарно…

Поцеловал в шею, одной рукой дотянулся до груди, а второй медленными поглаживающими движениями добрался до складочек. От ее стона я чуть не кончил. Провёл пальцем между складочек, о-о-о, она вся мокрая, растер влагу по бугорку. Ее новый стон, услада для моих ушей.

В это время Чейз хозяйничал у нее во рту, его руки тоже были при деле. Они гуляли там, где я не успевал. Мы как два голодных волка, которым наконец то дали поесть, дорвались до вожделенного тела.

Чейз аккуратно положил Эмму на спину. О боги… Она божественна… Пышные формы, тонкая талия и ни единого волоска.

Я опустил взгляд на ее нижние губы и мне захотелось попробовать их. Опустился ближе к ним и втянул запах возбуждения нашей девочки — потрясающе. Провёл языком снизу вверх, перекатал вкус во рту — мне нравиться. Сладкая с кислинкой, вкусно. Никогда не думал, что мне понравиться делать это.

Я с небывалым напором стал водить языком по клитору нашей девочки. Рисовал незамысловатые пируэты, иногда проникал языком в неё. Она стонала так громко, что я понял я делаю все правильно.

Я поднял лицо, чтобы увидеть, что там происходит. Чейз успел уже раздеться, он вылизывал её грудь, иногда покусывал. Эмма свои ручки подняла вверх и держалась за изголовье кровати.

Сквозь стоны я услышал своё имя, она просила продолжать. Что ж не стоит разочаровывать малышку. Я закинул её ножки себе на плечи, раздвинул складочки пальцами, подул и спустился к клитору. Лизнул круговыми движениями, прикусил и снова подул. Эмма от этого вскрикнула и застонала.

С усиленным напором вылизывать её. Я решил, что пора подготовить девочку к проникновению и пока вылизывал, стал проникать в неё одним пальцем, делая поступательные движения. Видя, что ей не больно, а наоборот, то добавил ещё один палец. Пару движений и она содрогнулась в конвульсиях и с криком кончила.

Я пришла домой в ужасном состоянии, не хотелось ничего. Мои любимые, видя в каком я настроении дали возможность побыть одной. Я зашла в комнату, разделась и пошла в душ.

Никогда не замечала за Анной столько зла. Мы же дружили, неужели для неё это ничего не значит. Или это всё из-за Чейза. Она влюбилась и поэтому меня воспринимает как соперницу. Но ведь с Чейзом встречаюсь я, а не она. Она не имеет права меня унижать. Чейз мой только мой, как и Джек. Не отдам, мои и точка.

В решительности вышла из душа и легла на кровать. Стало легче, но чего-то не хватает. Тихо открылась дверь и с двух сторон прогнулась кровать. Меня окутало в тепло тел моих мужчин. Вот чего не хватало. Я расслабилась.

Джек поцеловал меня, нежно, чуть касаясь. Я подумала, чего ждать, я готова, я хочу. У меня двое офигенных мужчин, а я чего-то жду, так и жизнь мимо пройдет. Я люблю их, а они меня.

Я стала целовать в ответ Джека, подумала, что Чейза тоже надо и перевернулась к нему. А дальше их руки блуждали везде. Я кричала, стонала, а перед глазами пелена удовольствия. Убрала свои руки подальше, чтобы не расцарапать никого.

Когда Джек начал хозяйничать внизу, а Чейз играть с грудью я думала взорвусь, но разорвало меня, когда Джек вставил в меня два пальца. В этот момент я увидела другие миры…

Я не могла отдышаться, когда мой взгляд сфокусировался, Чейз меня спросил:

— Ну, что маленькая, ты готова к продолжению?

— Да-а-а-а-а…

— Уверена?

— Да-а-а-а…

Чейз с Джеком переглянулись, кивнули друг другу. А дальше новый виток восторга. У моего лица был Джек. Он целовал меня, поцелуй со вкусом моих соков, снова возбудил меня.

Пока Джек отвлекал меня, Чейз пристроился между моих ножек и стал потихоньку проникать в меня. От этих действий я зажалась. Джек видя мое замешательство, спустился поцелуями к груди и стал лизать ее и покусывать, при этом одной рукой добрался до клитора. Он надавливал на клитор, водил пальцами круговыми движениями, я расслабилась и в этот момент Чейз с лёгкой болью проник до конца в меня.

Все замерли и тяжело дышали.

— Ты как, малышка? — Джек смотрел с беспокойством на меня.

— Все хорошо, как ни странно, почти не больно.

— Надеюсь на двоих тебя хватит, мы сегодня аккуратно.

Чейз немного пошевелился. Отодвинулся назад, потом вперёд. От этих движений я застонала. Видя что мне хорошо, Чейз начал двигаться увереннее.

Удовольствие, в этот момент я чувствовала только его. Боль ушла на второй план. Повернула голову к Джеку, он тоже уже был голый.

— Лапочка, открой ротик, сделай мне хорошо. — Джек для удобства подложил мне под голову подушку. Я не сопротивлялась, мне самой хотелось доставить ему удовольствие.

Я с упоением лизала его член, сосала, как самый вкусный леденец, временами стонала в него. Джек только закатывал глаза от удовольствия.

Чейз смотря на мои действия, ускорился и кончил.

— Прости, маленькая, я так долго этого ждал, что долго не продержался. Но у тебя есть Джек…

Джек быстро поменял местонахождение, перевернул меня и поставил на колени. Стал медленно погружаться в меня, от новых впечатлений я чуть не задохнулась. Когда вошёл до конца, то замер. Я повернула голову, а там у изголовья сидел Чейз и гладил свой уже восставший член. Я поманила его пальчиком. Чейз быстро сообразил, что надо делать.

Он пристроился у моего лица и ждал когда я начну. От толчка сзади я поддалась вперёд и сразу заглотнула член. Чейз застонал…

Джек начал медленно, но с каждым толчком все ускорялся и ускорялся. Он набрал такой темп, что если бы не держал меня за бедра, то я бы улетела с кровати.

Толчки, шлепки, чувства наполненности с двух сторон, всё это такой кайф, что я уже через минуту готова была взорваться. Джек чувствуя моё состояние, просунул руку и стал натирать мой бугорок нервов. После второго витка я взорвалась сверхновой… Мои мужчины последовали за мной и в самый последний момент укусили с двух сторон, возле шеи. Через призму удовольствия я не почувствовала боли.

Оргазм начал стихать. Мои мужчины зализывали ранки на моей шеи, а я лежала между ними совершенно счастлива.

— Так хотелось бы ещё раз почувствовать себя внутри тебя, но тебе нужно отдохнуть. Для первого раза этого и так много, — это сказал, как всегда, рассудительный Чейз. Я была не против, после первого раза действительно внизу немного больновато было. Джек взял меня на ручки, занёс в душ и пока он держал меня, Чейз обмыл мое размякшее тельце. Укутали в полотенце, занесли в комнату и положили на кровать. Окутанная теплом, я быстро заснула.

Я был безумно счастлив. Наша девочка спала между нами. А у нас не было ни ревности, ни соперничества. Все так как и должно быть.

Я посмотрел в глаза побратима и увидел в них восторг. Действительно, Эмма та которую стоит ждать. Что же она вытворяет своим ротиком. Я мечтательно закатил глаза.

Джек с нежностью погладил Эмму, достал одеяло и укрыл её.

— Пошли поговорим, — что там Джек опять придумал?!

Мы вышли на кухню, я сел за стол, а Джек стал готовить.

— Ты для этого меня позвал? Посмотреть как ты готовишь?

Джек хмыкнул и ответил:

— Эмму покормить надо, когда проснется. В холодильнике пусто.

— Ты прав… Но о чём ты поговорить хотел?

Джек присел за стол напротив меня и начал:

— По волчьим законам мы женаты, но…

— Продолжай, что но?

— По человечьим — нет. Надо найти страну, где нас распишу втроём. А то мы переругаемся, кто жениться будет, а кто в любовниках ходить.

— А я об этом не подумал… Эмма же девочка, а как все девочки хочет белое платье и праздник.

— Вот и я об этом. А ещё это надо сделать, как можно быстрее.

— Это ещё почему, нет я не против, просто зачем спешить, сделаем все красиво, — я не понял, в удивлении посмотрел на Джека.

— По-моему, самый рассудительный из нас троих ты, так почему ты тормозить стал? — Джек бесился.

— Успокойся и объясни.

— Придурок, ты куда кончал? В тряпочку? Она уже может быть беременна. Я очень детей хочу, для неё это конечно рано, но мы с тобой сегодня не подумали. Дальше только предохраняться.

— Ох, блин. Ты прав, Эмма только учиться пошла, она ещё сама маленькая. Рано ей детей.

— Но если появятся… — Джек мечтательно посмотрел в окно с улыбкой на лице. — Так ладно, надо ужин приготовить. Ты полазь в интернете, посмотри, в какой стране нас распишут. А тут мы отпразднуем, если она захочет.

— Сразу предложение надо сделать! И кольца!

— Ищи ювелирку, будем на заказ делать. Нас трое, мы такие кольца не купим здесь.

— Ты готовь, а я поищу!

Оказывается, тяжело найти место, где нас распишут. Надо в любом случае обговорить это с Эммой. Наша малышка достойна самого лучшего.

Нашёл страну. М-да… Вряд-ли признают здесь такой брак. Но есть шанс…

Ювелирку нашел быстро, посоветовался с Джеком о дизайне и заказал.

Теперь надо подумать и устроить сюрприз для нашей девочки. С Джеком сидели, обсуждали, спорили и наконец-то решили и эту задачу. Осталось дело за малым, спросить Эмму.

Джек взял поднос, заставленный едой и мы пошли в комнату. Любимая ещё спала, поставили еду на столик и полезли к ней под одеяло.

Видимо почувствовав нас, Эмма подвинулась ко мне ближе, закинула ручку на меня, а ножку на Джека, улыбнулась и со словами: «Мои» снова заснула.

А мы как два идиота улыбались и мечтательно на нее смотрели…

Я в этот момент думал о том, что дети от неё, не зависимо от того, кто будет биологическим отцом, будут самыми желанными и любимыми. О чём думал Джек я не знаю, но могу сказать, что его эмоции фонили любовью.

Как я заснул не помню, но проснулся от поцелуя любимой. Она быстро поцеловала меня, а потом Джека. Перелезла через меня на край и с аппетитом стала есть. Когда ела, иногда, постанывала, от этих звуков не спал ни я, ни Джек. Мы наблюдали за тем как она ест, иногда облизывая свои губки, хотели… Мы просто хотели, у меня член распух так, что ещё чуть-чуть и лопнет.

Я подполз к ней ближе и стал целовать в шею, Эмма покраснела, но не отстранилась — хороший знак.

— Малышка? Ты как себя чувствуешь? — терпеть уже не мог, но делать что-то против ее воли не хочу.

— Сейчас, даже лучше, чем хотелось бы! Ты продолжай! — она облизнула губы и томно выдохнула, а я в этот момент чуть не захлебнулся от восторга. Кажется мы с Джеком открыли ларец Пандоры и мне это, черт возьми, нравится.

Пока я в удивлении смотрел на неё, меня опередил Джек, он просто накинулся на неё и жадно стал целовать. Я не стал отставать и продолжил, то на чем остановился.

Всю ночь мы доказывали свою любовь к нашей паре. И она не отставала от нас, старалась, отзывалась со всей пылкостью и страстью на которую способна.

Уснули мы только под утро, счастливые и довольные, но у меня на подсознании что-то мелькало, кажется мы что-то забыли……

Спасибо Анне, благодаря ее словам, я поняла, что своих мужчин я люблю и не собираюсь их кому-то отдавать. Зачем ждать чего-то, надо жить здесь и сейчас и если они пошли на такой шаг, как жить со мной, делить меня и даже для этого прошли ритуал, то отдать себя им в руки всю — это самое малое, что я могу для них сделать.

Любимые не давили на меня, в самый ответственный момент, спросили готова ли я — это показатель любви, а не страсти и похоти. Они в первую очередь думают обо мне.

Я боялась, что будет больно в первый раз, Чейз сделал все аккуратно, только возбуждение, желание. Желание быть наполненной ими. Желание сделать им хорошо. Желание раствориться в них.

В момент кульминации, они оба меня укусили, как Чейз объяснял — это значит, что волк меня пометил и другую самку не примет. То есть по их законам я замужем за двумя оборотнями, я рада этому. Общество меня не беспокоит, уже нет, я боюсь сказать родителям. Как они воспримут эту новость. Я ведь не замужем, штампа в паспорте нет.

Я проснулась счастливая и голодная, запахи, что исходили из подноса заставленного едой, пробудили во мне голод. Я поцеловала своих любимых, перелезла через Чейза и села кушать. Не знаю кто готовил, но было божественно и приятно, что для меня кто-то готовит.

Я уплетала еду за обе щеки, соус тек по пальцам, пришлось облизывать. Почувствовала поцелуи на моей шее. М-м-м-м… Приятно… Поздно стесняться… Хочу…

Чейз с Джеком умотали меня. Под утро, после очередного оргазма я просто заснула, сквозь сон я услышала, как они похихикали надо мной, но помыли и рядом спать легли.

Проснулась я одна, ближе к вечеру. Вышла на кухню, а там мальчики кушать готовят. Оба в домашних штанах и фартуках. Только от такого вида, можно получить эстетический оргазм.

Они синхронно посмотрели на меня и их глаза засветились красным цветом. Что?

— А вы знали, что ваши глаза красным светятся? — я удивлённо смотрела, то на одного, то на другого. Они переглянулись, моргнули и свет исчез, глаза стали обычного цвета.

— Я заметил изменения — единение с волком, после первого неполноценного раза с Эммой, затем после ритуала у Джека вокруг радужки глаза покраснело и снова все стало нормально. — Чейз говорил это так, как будто ничего особенного не произошло.

— И ты знаешь, что это значит? — Джек бы удивлен не меньше меня.

— Я что-то такое видел в библиотеке отца — надо съездить посмотреть.

— Предположение есть? — мне не менее интересно, чем им.

— Нет, я не знаю. Давайте так, сегодня отдыхаем, а завтра съездим. — Мы согласно закивали головой.

Пока говорили, ужин расставили на столе, меня усадили и сели по обе стороны от меня.

Я хотела взять вилку, но мне не дали. Они решили меня кормить как маленькую? Повозмущаться я не успела, как только я взяла в рот еду с вилки, мои мужчины возбуждённо зарычали.

Я стала медленнее стягивать еду с вилки и иногда облизывать губы. Хотели поиграть? Так в такую игру можно играть втроём.

Когда я в очередной раз облизнулась, при этом закатывая глаза в удовольствии, мои любимы не выдержали. Один скинул со стола всё, в то время как другой схватил меня за талию и посадил на него.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга. Любимые тяжело дышали, их глаза снова стали красными — я залюбовалась. Смотря на них, я медленно стала опускаться спиной на стол, развязала халатик и откинула его в сторону. Поерзала по столу, пытаясь улечься так, чтобы голова свисала вниз, а с другой стороны стола был доступ к моей киске.

Раздвинула ножки и закинула ступни на стол — это стало последней каплей. Мои мужчины с диким ревом набросились на меня.

Джек решил, что у моей головы ему будет лучше, стянул с себя последнюю преграду — штаны, поцеловал меня и стал так чтобы головка члена была у моего рта. Я облизнулась, ухватила за основание член и потянула его на себя. В таком положении мне не руководить и он это понял. Он сам стал водить членом по губам, а мне очень хотелось его попробовать — я высунула язык и пыталась лизнуть его. Джек не вытерпел и вставил свой член мне в рот почти до самого горла и стал медленно двигаться, наслаждаясь ощущениями.

Чейз не отставал, он принялся за своё любимое лакомство, он раздвинул пальцами мои складочки и стал вылизывать, мне кажется ему это даже больше нравиться, чем сам секс. Иногда он проникал в меня языком, я захныкала, мне мало. Я возбудилась так, что мои соки уже стекали на стол, внутри все ныло от пустоты и хотелось чего-то большего. Чейз все понял и вставил сразу на всю длину, замер, лег лбом мне на живот.

— Подожди секунду, а то сейчас опять быстро кончу. Вроде не первый раз, а она узкая такая, что контроль теряется напрочь.

С резким выдохом он стал двигаться, сразу медленно, затем ускоряясь.

Я была зажата между двумя поршнями и мне это нравиться. Я почувствовала, как волна удовольствия поднимается во мне и они это ощутили и ускорились. Пару толчков и меня разорвало на атомы, любимые сбавили темп, давая мне возможность насладиться утихающим оргазмом, а затем со словами: «Ну что, продолжим?» поменялись местами, сколько раз они так менялись, сколько раз меня переворачивали, меняли позу я не считала, но после очередного оргазма я, кажется, упала в обморок или просто отрубилась.

Сегодня мне не дали отлежаться. Меня поцеловали по очереди, при этом успев пощупать все стратегические места, дали завтрак и сказали быстрее есть и одеваться, поедем в стаю к Чейзу.

Меня долго уговаривать не надо, вчера так укатали, что мой голодный желудок, почувствовав еду, издал рев раненого кита. Я набросилась на еду, как будто меня никто не кормил неделю. Подняла глаза и увидела, что Джек и Чейз смотрят на меня не мигая, а в глазах море любви и нежности.

От такого я с трудом сглотнула и отвела взгляд, покраснев от стыда. А они снова засмеялись.

— Маленькая, ты чего застеснялась?

— Почему вы так смотрите?

— Потому, малышка, что ты аппетитно кушаешь. — Джек был уже почти одет. Осталось только застегнуть рубашку, я опять засмотрелась и облизнулась, перевела взгляд на Чейза, картина представшая передо мной понравилась не меньше, он стоял в джинсах и только стал одевать футболку.

— Сладкая, если ты продолжишь, то мы не поедем никуда. — Джек повел носом и добавил — запах твоего возбуждения потрясающий.

От стыда я покрылась красными пятнами, быстро поднялась с кровати и побежала в ванную комнату. За дверью кто-то хмыкнул, а второй сказал, что видимо умотали девочку, раз она так быстро сбежала. Конечно, умотали, вон все болит и саднит внизу.

Быстро приняла душ, почистила зубки и высушилась. Вышла в комнату, там уже никого не было, оделась и пошла на звуки разговоров.

Доехали мы без происшествий. Отец Чейза встречал нас на пороге дома. Не успели мы подойти, как он заулыбался и воскликнул:

— Не может быть!

— Ну Здравствуй, отец! Что не может быть? — Чейз заинтересовано глянул на отца.

— А то, что теперь, наша стая породнилась с южной! Эмма, девочка наша, подойди обниму тебя.

Я с удовольствием подошла к Чарли и Рейчел, они обнюхали меня, обняли и заулыбались.

— Теперь у нас двое сыновей и дочь. — Рейчел расплакалась и обняла меня ещё крепче.

— Мистер Чарли, мы можем воспользоваться вашей библиотекой?

— Все мое — ваше и называй меня — папа, дочка! — я улыбнулась после этих слов и на душе стало тепло. Мои родители ещё не знают, что у меня два любимых, а родители Чейза уже приняли нас.

— У вас что-то случилось? Зачем вам библиотека? Пойдёмте, — Чарли вмиг стал серьёзным. Мы рассказали всё. Он остановился, посмотрел на нас… — Тогда, пошли на задний двор, в сад, посидим там в беседке, чай попьем.

Я в прошлый раз хотела увидеть здешнюю местность в зелени — мечта сбылась. Все прекрасно, даже лучше чем я представляла. Все деревья стояли в цветах. Весна ощущалась с каждого уголка.

Мы расположились в беседке, Рейчел принесла чай. Никто не начинал разговор, все ждали, что скажет Чарли.

— В библиотеке вы ничего не найдёте. О таком я слышал от деда, единение с волком и красные глаза — это признак мега Альфы. Вы превращаться пробовали?

У меня от предвкушения глаза загорелись, я наконец-то увижу превращения.

— Мы не успели попробовать, — Чейз покраснел и опустил голову. Он что, застеснялся?

— А-а-а… Понимаю, пара не давала заснуть! — теперь покраснела я. — Давайте ка превращайтесь, выгул волкам нужен и с парой познакомите, наконец.

Мои мужчины вышли на поляну, стали медленно раздеваться, красуясь передо мной, Джек даже подмигнул, когда увидел, что я смотрю на них. Оставшись без одежды, они встряхнулись, и стали быстро опускаться на четвереньки. Опускались людьми, а встали на лапы волками.

Там не волки были, а быки с красными глазами… Я стоя не дотянусь посмотреть им в глаза. Я несмело подошла к ним, оба смотрели на меня с восторгом, что не оставляло сомнений, они не сделают мне плохо. С визгом удовольствия, я запустила в шерсть одному руки, и стала гладить и почесывать. Видя что второму не уделяют внимания, он стал подсовывать свою голову мне под руки, а я только и рада этому.

Различить, где чей волк не составило труда, черный как ночь — Джек, а тот который светлее ненамного — Чейз.

Чарли встал, хотел подойти к нам, но услышал двойное рычание и сел обратно.

— Защищают свою пару… Эмма, таких больших волков нет, мы все ростом, чуть больше теленка, а здесь размер зашкаливает за быка. Но большего я не знаю, от чего они такие стали, тоже не скажу. Лишь скажу, что они стали мега Альфы…

Я зачесала своих волков. Гладила пузики, чесала ушки, ложилась на них, а они тарахтели, как два трактора, наслаждаясь моими незамысловатыми ласками.

Такие большие, с шикарной лоснящейся шерстью волки. Оба смотрят на меня умиляясь снисходительно. А мне, что? Я собаку себе всегда хотела… Хорошо, что они мои мысли не читают, а то обиделись бы.

Сидела на волке и вот уже на руках у Джека.

— Мне конечно нравиться, как ты относишься к моему волку, но человеком мне приятней.

— Вы такие большие… Красивые… — я с восторгом их описывала, а они посмеивались надо мной, вот гады шерстяные.

— Сладкая, не обижайся, ты такая милая. Мы счастливы, что у нас такая обворожительная жена, — Чейз обнял меня сбоку и поцеловал в висок.

— Эээ… Это, что за нудистский пляж вы мне тут устроили!?. А ну-ка не соблазнять, оделись быстро! — я засмущалась, на нас же родители смотрят. Парни решили не смущать меня ещё больше, поэтому стали одеваться.

До самого вечера мы гостили у родителей, обсуждали объединение стай. Решили, что объединение территориально невозможно, но постепенно и это можно решить.

Отправившись домой, я заснула в машине, слишком много впечатлений. Чейз на руках занёс меня в квартиру, такими темпами я обнаглею и совсем перестану ходить, положил на кровать. Джек стал раздевать меня, я попыталась сама стянуть свитер — Джек остановил меня:

— Спи, сладкая, слишком много впечатлений за последнее время, отдохни сегодня! — я действительно устала.

Любимые легли по бокам от меня, обняли и под их разговоры я окончательно заснула.

Проснулась от того, что кто-то из парней подлез под одеяло, приподнял мою ногу и поцелуями почти добрался до моего лобка, а второй сзади упирался в меня стояком, в то время, как пальцами крутил и пощипывал мои соски.

Стон удовольствия вырвался из меня раньше, чем я могла подумать. Джек, а это именно он, добрался до складочек и выписывал немыслимые пируэты там.

— Сейчас ты не готова, но очень скоро мы и до твоей второй дырочки доберёмся! — и для убедительности Чейз потерся между ягодицами своим членом.

Меня это не испугало, с ними мне ничего не страшно, наоборот, я в предвкушении потерлась попой в ответ. Чейз хмыкнул и решил, что это призыв к действию.

Джек резко остановился, я чуть не заплакала от неудовлетворения, перевернул меня и посадил на Чейза. Я поерзала, устраиваясь поудобнее, и сама стала насаживаться на член. Чейз и Джек не мешали мне, решили дать мне возможность самой это сделать. Со стоном я до конца села на Чейза и медленно стала раскачиваться на нём.

Долго властвовать мне не дали. Чейз ухватился за мои ягодицы, помогая подниматься и опускаться. Когда набрала нужный темп, почувствовала что-то прохладное и скользкое между булочек. Джек стал гладить мой анус, медленно засунул один палец.

Я не пуританка, знаю, что это такое. Я ожидала, что будет неприятно, оказалось наоборот. Джек добавил ещё палец и стал расширять проход, подготавливая меня, склонился и сказал:

— В этот раз первым буду я. Сладкая, расслабься…

Между стонами удовольствия, я смогла лишь кивнуть.

Чейз замер на мгновение и я почувствовала, что пальцы сменились на нечто побольше. Джек медленно стал проталкивать своё орудие в мою заднюю дырочку. Видя, что я напряглась, он просунул руку к моему клитору и стал играться с ним. Снова возбуждение охватило меня, я даже не заметила, как Джек оказался во мне полностью.

Зажатая между ними, я попыталась двигаться, но мне не дали, сказали не спешить, вся ночь впереди.

Сначала поочерёдно, а после синхронно они двигались во мне. Когда Чейз схватил меня за груди, а Джек прокусил шею, я кончила со звёздочками в глазах. С рыком за мной последовал Чейз.

Джек, не выходя из меня, снял с Чейза, поставил в коленно-локтевую позу и ускорился. Видя что я на грани, прилёг на меня, просунул руку и ущипнул клитор. Оргазм был настолько сильный, что мне кажется, я на секунду вырубилась.

Мне не дали отдохнуть, понесли мыться в душ и там продолжили, только теперь спереди был Джек. Сколько раз меня брали, я не знаю, но мне было хорошо до искр из глаз.

Засыпала счастливая, довольная, с улыбкой на лице, зажатая между моими любимыми.

Как-то быстро каникулы закончились…

Проснулась я одна, странно, такого не было никогда. На кухне нашла записку, написали, что любят и скоро будут.

Что ж пора заняться делами: убралась в квартире, полила цветы и занялась… обедом или ужином? Наверное что-то между…

Любимых давно нет. Какое-то предчувствие плохого не покидало меня. Не откладывая в долгий ящик, позвонила Джеку. Трубку он поднял со второго гудка, заверил, что все хорошо. Но на душе все равно было неспокойно. Может я накручиваю себе!?

— Лапочка! Мы дома! — я выбежала из кухни и бросилась их обнимать.

— Вас полдня не было, а я уже соскучилась. Где вы были?

— Каждый на своей работе побывал, — Чейз уже снял куртку и стал принюхиваться.

— А чем это таким вкусным пахнет? — Джек поспешил на кухню, наверное самый голодный…

— А-а-а, ты не знаешь… Любимая, так вкусно готовит, что пальчики оближешь.

— Если каждый раз приходя с работы, меня будут так ждать, то я буду самым счастливым оборотнем на планете.

— Я то уже давно с Эммой живу и знаю, какая она чудесная. Это ты там разбирался в своих чувствах, а я тут наслаждался домашним уютом. — Чейз обнял меня и с нескрываемым удовольствием вдохнул аромат моих волос.

— И я очень рад, что разобрался со всем и могу наравне с тобой наслаждаться, — Джек подошёл и с другой стороны обнял чуть отталкивая Чейза.

— Все померялись «карандашами», пойдем есть. Сегодня стейк средней прожарки, надеюсь получилось!?

Ужин прошел великолепно, с шутками, милыми перепалками и разговорами не о чём.

— Чейз, надо в общагу заехать завтра! — Чейз замер на минуту и не мигая смотрел на меня.

— Нет! — рявкнул Джек. Глаза зло блестели, а на скулах ходили желваки.

— Почему, нет? Мне вещи забрать надо! Если вы думаете, что будет повторение прошлого раза, то подождёт меня внизу. Слух у вас отличный, буду кричать. — Видя, что они задумались, решила, что надо дожимать. — Я два месяца училась по чужим книгам и конспектам, мне ведь, тоже тяжело, — и для убедительности построила скорбную мину на лице.

— Ладно, я не смогу, но Джек, тебя свозит и подождёт там. Только ни с кем не разговаривай и не пей чай! — глаза Чейза блеснули красным, то ли от злости, то ли от возбуждения.

— Но ведь последствия чая тебе понравились? — я попыталась соблазнительно посмотреть на Чейза, когда увидела улыбку на его лице, то прикусила губу, чтобы не улыбнуться в ответ.

— Любимая, ты сейчас напросишься! — Джек улыбнулся и подвинулся ко мне, наклонившись, так чтобы наши губы почти соприкасались, шепотом продолжил. — Не пытайся просить пощады.

Он накинулся на мои губы, как путник в пустыне на воду, он пил меня, ласкал, покусывал и при этом сам успевал издавать удовлетворенные стоны.

— Джек остановись! Нашей девочке надо перерыв, мы и так заездили её. — Джек нехотя отстранился от меня.

— Маленькая, прости. Совсем с катушек слетаю, когда ты рядом. Ты как? Болит?

— Совсем чуть-чуть. Внизу побаливает немного — видя их виноватый взгляд поспешила заверить, что все хорошо.

— Мы должны заботиться о паре, а не делать ей больно. Ты почему молчишь, что тебе больно? — Чейз присел на корточки передо мной и взял мои руки в свои. А я боялась поднять глаза и посмотреть на них.

Я покраснела от стыда и ещё больше опустила голову и в таком положении с трудом смогла ответить:

— Так во время того самого, мне было хорошо, а после я не успела сказать, — еле слышно добавила. — И ваши эти штуки не маленькие…

Дружный смех, вместо обнимашек, я услышала. Вот коврики шерстяные, могли бы, хотя бы пожалеть.

— Значит завтра, ты едешь с Джеком в общагу, а послезавтра свозим тебя к гинекологу.

Никто не знал, какие будут последствия от поездки в общагу и как круто измениться моя жизнь…

С самого утра я готовилась к поездке. Приготовила завтрак, разбудила любимых, сбегала в душ. В общем, была в приподнятом настроении.

Ребята смотрели на то как я порхала по квартире и улыбались. Джек увидев, что я готова, тоже пошел одеваться.

Чейз ушел раньше, у него какие-то дела… Ну и ладно… Мы с Джеком сегодня договорились прогуляться по парку.

Ехала я в предвкушении, наконец заберу свои вещи. Там много осталось важных для меня мелочей. С того раза, как Стив напоил меня капельками, я не заходила в комнату. Было жутко туда идти.

Джек, смотрел на меня с умилением, я постоянно ерзала, что-то говорила и подгоняла быстрее ехать.

Вот она общага… Мы припарковались как можно ближе.

— Маленькая, зайдешь в комнату, закрой дверь и ни кого не впускай. Меня не пустят с тобой, поэтому, если, что кричи, прибегу, нарушая все законы, в том числе и гравитации, если понадобится.

— Ты самый лучший! Жди, я вещи соберу и приду. Надеюсь, я быстро, — чмокнула и побежала.

Техника и документы — самое главное, что нужно забрать. Всё остальное мне мальчики купили, а конспекты я восстановила.

Забежала в комнату и не узнала её. Одежда была порвана, краской исписаны стены обзывательствами, ноутбук сломан пополам.

Я стояла в ступоре смотрела на все это, а по моей спине прошёлся холодок ужаса. Это же как надо меня ненавидеть, чтобы сделать такое? На глаза накатила влага… прошлась по разбитой фоторамке, к осколкам моей любимой кружки, которую мне мама подарила, села на перевёрнутую кровать и расплакалась. Я ни кому ничего плохого не делала, кто так со мной мог поступить?

Взяла себя в руки и стала собирать не нужный уже хлам в пакеты для мусора, а целые вещи в чемодан. Набралось не так много, но слава богу документы целы остались, книги, несколько фотографий, кроссовки, несколько комплектов белья, спортивный костюм и платье. Хоть что-то…

За это время мне пару раз звонили Джек и Чейз. Их я заверила, что всё хорошо, просто вещей много, поэтому собираюсь долго. Лучше я им все дома расскажу, а то прибегут выяснять тут все, а мне оно не надо. Тот кто это сделал, вымещал своё зло, надеюсь на этом всё…

Мешки с мусором оставила в углу. Села на чемодан, осматривая комнату — надо ещё раз приехать, убрать тут.

Вдруг, по спине прошёлся холодок, краем уха услышала скрип закрывающейся двери, удар по голове и темнота……

Очнулась я от боли в голове, хотела помасажировать виски — руки связаны. С трудом смогла открыть глаза и то, что я увидела повергло в ужас: вокруг кирпичные стены, покрытые влагой, единственная лампочка светилась под потолком, я лежала на какой-то тряпке. Мои руки были связаны за спиной.

Я перевернулась на бок, кое-как села и ещё раз огляделась. Лучше от этого не стало. Ужас накатывал на меня все больше и больше. Я лежала на жёлтом, сыром матрасе неизвестно какого века изготовления. Пол в этом помещении был земляной, устланный сеном или соломой, в углу заметила крысу и это было не самое страшное, о чём мне надо сейчас думать.

Слёзы текли из глаз ручьем. Кто это сделал со мной? Что мне сейчас делать? Сколько я была в бессознательном состоянии?

Надо руки освободить, затекли, я почти их не чувствую. Нашла выступ в стене, подвинулась спиной, нащупала руками и стала тереть верёвку об него.

Я боялась, что в любой момент может прийти похититель, поэтому останавливалась и прислушивалась к любому шороху.

Не знаю сколько прошло времени, но я устала, а по ощущениям я и наполовину верёвку не порвала. Окончательно устав, я прислонилась лбом к стене, в надежде унять головную боль.

Я устала, пить хочу, мне элементарно страшно. Самое ужасное — это неизвестность. Что будет, когда откроется дверь…

Дверь открылась нескоро. Мне показалось прошла целая вечность. Руки я так и не развязала, только за спиной, временами, пыталась их разминать.

От головной боли, меня начало тошнить. Когда же меня найдут или придет, хоть кто-то, я даже рада буду похитителю. Может узнаю, за что, перед смертью?

Пока я рассуждала, дверь открылась и на меня вылили ведро воды.

— С добрым утром, тварь! Умылась? Ха-ха-ха… — не может быть, Анна собственной персоной. — Что? Не ожидала? Не думала, что я на такое способна? Вижу по глазам, удивлена.

— Ты же моя подруга!? — я не понимала, что происходит, в ужасе смотрела на бывшую подругу.

— Если я тебе подруга, то зачем забрала моего мужчину? — Анна смотрела на меня безумным взглядом, в котором читалось зло.

— Я ни кого не забирала, он сам меня выбрал, — я пыталась говорить спокойно, но от паники немного заикалась.

— Он не выбрал бы тебя, если бы ты сама к нему не полезла. Лживая, похотливая сука! Ты сгниешь здесь, среди крыс.

— Нет, не надо. Не оставляй меня здесь, не надо.

— Тебе только здесь и место. Я помогу ему тебя искать, а после утешу. Мы будем иногда вспоминать тебя, как человека соединившего наши судьбы. Ха-ха-ха…

— Анна, пожалуйста, отпусти меня. Я обещаю, не пойду к нему, — я смотрела на неё, а про себя молилась, чтобы она мне поверила.

— Что же ты со Стивом не переспала, только зря капли тебе лила в чай! Не пришлось бы теперь тебя похищать.

— Это ты сделала? Зачем? — слёзы застилали мои глаза, я её почти не видела, мне было неприятно это слышать.

— Я тебе уже говорила зачем! Чтобы ты была со Стивом, а я с Чейзом! Что тут не понятно? — она это говорила, как маленькой девочке. Теперь понятно, она безумна…

— Но он же тебя не любит!? Что с этим делать будешь?

— Моей любви на двоих хватит, а там дети пойдут, он о других не сможет думать.

— Ты безумна!

— Хм… Вовсе нет! Простая логика. Ты посиди тут, подумай, а я пойду, может помощь моя нужна?

Со смехом психа она вышла из каморки и закрыла на ключ дверь, а я осталась здесь, безуспешно пытаться разорвать веревки на руках…

Из-за того, что она меня окатила водой, я вся продрогла. Руки стали коченеть и я продолжила, тереть верёвку, когда почувствовала, что почти всё, дверь открылась и в меня полетел кусок хлеба.

— Не издохни здесь, тварь, ты мне ещё нужна!

Дверь снова закрылась. Я ускорилась и наконец-то свобода. Я растирали запястья, пытаясь восстановить кровоснабжение. Руки онемели, потихоньку стала ощущать пальцы, а после и всю кисть.

Взяла хлеб, есть хотелось до жути и силы нечего терять. Тут не до гордости.

Встала и пошла проверять дверь — может можно как-нибудь открыть её? Сколько я ни старалась, у меня ничего не получилось.

Анна не приходила ко мне очень долго, я успела подремать, свернувшись калачиком.

В следующий раз в меня полетел бутылка воды и булка, я даже не успела отреагировать, не то чтобы толкнуть ее и выбежать.

По моим ощущениям, прошли уже вторые сутки. Интересно, что там делают мои мальчики? Ищут ли меня? Беспокоятся ли обо мне?

Я продрогла, меня стало знобить. Неужели заболела, только не сейчас. Мне нужны силы, мне нужно, как-то сбежать от сюда…

Отчаяние, вот, что я ощутила, когда прошло много времени, но меня не нашли мои волки. Неужели я им не нужна? Или они не могут отыскать?

Анна кормила меня и поила, если не забывала. От слабости я с трудом могла вставать. Кожа стала сухая и шершавая. Я не мылась и воняла, волосы свисали жирными сосульками с головы. Одежда была грязной и сырой.

Дверь отворилась настежь, в проёме стояла не одна Анна, рядом с ней была ещё одна фигура…

Девушка была высокого роста, красивая: длинные, ровные ноги, тонкая талия, грудь и бедра выступают, ровно столько сколько нужно, лицо выточено. Одета в платье обтягивающее фигуру, как вторая кожа. Потрясающая…

Она высокомерно на меня посмотрела и протянула телефон. Взглянув на экран, я увидела, что там видео поставлено на паузу. В недоумении, забрала телефон и включила. То, что я увидела, повергло меня в шок. Я смотрела на двух девушек передо мной и не понимала, как можно разбить сердце в дребезги без слов.

Слёз не было и воздуха тоже. Я открывала рот и пыталась вздохнуть, у меня не получалось. Шок, ужас, паника…

На видео я увидела двух, уже бывших, любимых, занимающихся сексом с двумя, стоящими передо мной, шлюхами. Одновременно, два на два, периодически меняясь.

— Теперь ты свободна и можешь валить куда хочешь…

Можно ли быть счастливее меня? Нет!

Радовался каждой секунде, проведенной с ней. Эмма… Эта девушка вызывала во мне чувства нежности, до селе не ведомые мне. Я всегда только владел и брал, то что мне нужно.

Она, как воздух нужна мне. Я не представляю жизни без неё. Только сейчас я узнал, что такое настоящая любовь, взаимная, без выгоды и условностей. Когда отдают не требуя ничего в ответ.

Я обрёл смысл в жизни… У меня есть те, ради которых я готов на многое. И маленький бонус мне за всё, это сила мега Альфы. Если мы с Чейзом захотим, то сможем завоевать трон всех Альф и стать безусловными правителями. Только нам это не надо, так мы за делами не увидим наше сокровище.

Маленькая захотела забрать свои вещи, что же, если хочет…

Я сидел, ждал её в машине, а на душе было тревожно. Беспокойство напоминало с каждой минутой проведенной без неё. Не выдержал и позвонил. Она заверила, что все хорошо и скоро будет. Время шло её нет.

Пошёл в общежитие её искать, сердце не на месте. На проходной меня не пускали, сказали не положено. Что ж я положил, но вместе со мной пошёл охранник.

Я шёл по запаху моей пары и не мог не ошибиться комнатой. Зашёл…

Её нет, а комната, вроде убрано, но сложно не заметить исписанные стены и пакеты с мусором, явно из остатков вещей Эммы и собранный чемодан. Сладкой не было нигде…

Я стал искать по запаху, но он как будто обрывался у лестницы с черного хода. Вернулся в комнату, в панике стал осматривать всё.

Кровь… Её кровь… Я не мог ошибиться, пара капель осталась на полу. Я прикрыл глаза, пытаясь взять под контроль волка, который был готов рвать всех, кто рядом. Вдох-выдох, паника… Вдох-выдох ужас…

Не знаю, что увидел в моих глазах охранник, но он отскочил от меня и рванул звонить в органы правопорядка. А я тем временем набирал Чейзу.

Несколько минут понадобилось ему, чтобы добраться до меня. Как только он зашёл, я получил кулаком по лицу. Согласен, заслужил. Второй удар. Согласен, не усмотрел. Дальше он просто избивал меня, а я не шевелился. Зачем?

Может так до меня дойдет, что я не достоин счастья, я второй раз потерял её. Может судьба мне показывает моё место, оно не рядом с ней. Потерял, не сберёг.

Чейз остановился, тяжело дыша, сел рядом, подал мне руку, я приподнялся и сел.

— Следы нашел?

— Нет! Запах обрывается у лестницы. Ты быстро!

— Я почувствовал, твоё отчаяние и страх. Сразу выехал… Как ты думаешь, кто это сделал и почему?

— Оглянись! Записи на стенах посмотри! «Преподская подстилка» — ни о чём не говорит?

— Кто-то из студентов… Мы не найдем следов… Тут проходной двор.

— Кто настолько безумен? И настолько осведомлен? — у меня, что-то щёлкнуло. — Запах обрывается… Ты понимаешь? Кто-то знает о нас!

— Это мелочь. Надо искать Эмму, на остальное мне плевать.

Чейз встал, разочарование, вот что я ощутил. Как я мог отпустить ее одну? Мог же дать на лапу и пойти помочь.

— Хватит плакать, возьми себя в руки, тряпка! Нам надо её искать, а не заниматься самобичеванием.

Я встал полный решимости. Сразу позвонил Грегу. Несколько ищеек и Грег займутся поиском, как и мы с Чейзом.

Обошли все в округе, ни одной зацепки, записи с камеры стёрты… Сработали, так, что оборотням здесь делать нечего.

На вторые сутки к нам присоединилась Анна, она помогала с поиском. На лице скорбь, но по сути явно подкатывала к Чейзу.

Фальшь чувствовалась в каждом движении и слове. Лесть, ужимки, флирт — это всё, что она делает, но ни капли помощи.

Я отчаялся… Прошла неделя, мы не продвинулись в поисках ни на миллиметр.

Маленькая держись, мы найдем тебя…

Анна стала намекать, что Эмма просто сбежала от нас. Чейз с каждым днём стал задумываться над этими словами всё больше и больше. Пришлось, пару раз с помощью кулаков вправлять ему мозги.

Я засыпал, только в обнимку с её вещами, но только с теми, что пахли ей. Я начал снова пить. Чейз пропадал в поисках. Мне же приходилось ждать в квартире, она могла появиться тут или позвонить похититель и потребовать чего-нибудь.

Самое худшее, что может быть в поиске — это сидеть и ждать.

Я боялся, с ней могли сделать все, что угодно. Главное, чтобы была жива, с остальным мы справимся. Время лечит.

На второй неделе, вместе с Грегом появилась Стелла.

— Что она здесь делает? — злость охватила меня, я смотрел на неё и мне хотелось только придушить её.

— Милый, я помочь пришла! Я беспокоюсь… Ты же становишься женской версией себя. Ты Альфа! Но выглядишь, как сопливая девчонка.

— Вали туда откуда пришла, тебе здесь не рады!

— Я просто помогу… Когда найдете её, я уйду.

— Делай, что хочешь, но ко мне не приближайся — у меня от тебя тошнит! — хочет помочь, пусть. Может эта… что-то узнает у своих ебарей.

Чейз вернулся под утро вместе с Анной. Раздавленный и уставший… Анна светилась и крутилась постоянно рядом с ним. Чейз отправил ее и Стеллу в гостевую комнату спать. А мы пошли в нашу, спим мы только там, если двух часовой отдых можно назвать сном.

Стелла теперь с Анной занимались кухней, а я присоединился к главным поискам. В квартире теперь Анна, она сообщит если что-нибудь станет известно.

К концу второй недели, мы с Чейзом снова вернулись ни с чем. Мы ослабли… Рядом с нами нет воздуха, который нужен…

Встретили нас Стелла и Анна с ужином. В принципе, как последние дни. Стелла не пыталась строить из себя сочувствующую девушку, я видел, как она строит мне глазки. Смысл их строить если, мы женаты, наши метки не дадут даже помыслить об измене.

Мы приходили, ели и уходили, даже на разговоры сил не осталось… О самом худшем думать на хотелось, мы знаем она жива. Была бы ответная метка или если бы мы догадались провести обряд с Эммой, мы хотя бы чувствовали её. Я столько ошибок совершил… Рядом с ней я не думаю ни о чем, все мысли заняты только ей.

Девушки накрыли на стол. Надо поесть, необходимо набраться сил, а то еле ноги переставляю.

Сели мы за стол, ел я нехотя, кусок в горло не лез, я даже вкус не ощущал. Запихнул в себя немного, собирался встать и меня накрыло…

Краски стали ярче, картинки замелькала перед глазами. Запах, такой родной и желанный. Эмма?!..

— Эмма вернулась! Чейз она здесь! — я смотрел перед собой и видел двух Эмм, две — одна, какая разница, главное она тут.

— Да, она вернулась, с сестрой? Близнецы… Ха-ха-ха Любимая иди ко мне. Я соскучился…

— А вторая ко мне, будем наверстывать упущенное… Сейчас накажу тебя, за то что ушла и мы искали…

Обе Эммы переглянулись, засмеялись и пошли к нам. Эмма опустилась передо мной на колени и без прелюдий заглотила весь, уже колом стоящий, член. Я кончил после второй секунды. Посмотрел на Чейза и увидел как на нем скакала вторая Эмма. Интересно получается здесь Эмма и там Эмма. Ха-ха-ха…

От картины рядом, член снова встал.

— Эмма, любимая, сядь на мой член, я тоже хочу как там.!!!

— Конечно, милый, как скажешь!

Какой-то голосок приторный и милым она никогда не называла?! Ну и ладно, может так и надо.

Я придвинулся на стуле, удобнее устроился, Эмма сразу села на член, мокрая и готовая. Скакала она долго, после первого оргазма, хотел насладиться…

— Чейз? Давай поменяемся, я твою хочу.

— Эмма наша, не забывай, а не моя.

Вторая подошла ко мне виляя попой. Хм… Попой?

— Вставай к столу, перевернись и попу оттопырь ко мне.

Без слов она повиновалась, я подошёл собрал влагу с её лона и смазал задний проход. Немного размял его и вставил… Какие-то не такие стоны!? Слащавые, фальшивые и Эмма какая-то не такая…

Кончил, я не скоро, что-то было не так и я с трудом смог. Побрел, виляя от стены к стене в комнату, свалился на постель и заснул.

И что же делать дальше?

Мне просто открыли двери и на этом всё. Эти две оставили меня и ушли, а я осталась одна непонятно где, голодная, уставшая, с разбитым сердцем и израненной душой.

Мне больно… Все их слова, все их действия оказались пустыми, ничего не значащими. Видимо, и то, что я их пара тоже оказалось ложью или мелочью. Они, хоть меня искали? Я, вообще им нужна? За, что они так со мной?

Я ещё долго сидела в этом помещении. Мне некуда идти. Меня никто не ждёт. К родителям? А как же учеба?

Хм… Как я теперь учиться буду? Телефон мне оставили, только мне звонить некому. Меня все предали, а родителей нечего беспокоить.

С трудом смогла подняться, держась за стену, пошла на выход. За дверью оказалась лестница, я поднялась наверх по ней. Ещё одна дверь, открыла — оказывается, я сидела в подвале дома. Дом был полуразрушенный, я наконец-то смогла вдохнуть чистый, свежий воздух.

В помещении холодно, я нашла какой-то плед и накинула на плечи. Увидела диван или софу, точнее то, что осталось от него и присела. Очень много сил потребовалось для того чтобы подняться.

Слёз не было, была пустота и отчаяние…

Взглянула в дыру в стене, на улице ночь, вокруг дома лес… Надо выйти наружу и поискать дорожку, как-то же эти шлюхи приходили ко мне.

За домом нашла след от протектора шин — приезжали на машине. Ночью страшно, решила утром пойду. Я легла и заснула.

Снился мне сон в котором два моих волка скулили и ползли ко мне на пузе, а я убегала. Нет, хватит… Не хочу, больно… Очень больно…

Проснулась в слезах. Утерлась, сделала глубокий вдох, решительно встала и пошла…

Пойду по следу от машины, выйду на дорогу, постараюсь словить попутку и поеду в общежитие, соберу вещи и переведусь в другой университет. Мне здесь не место. Телефон оставлю себе, чтобы напоминать себе о предательстве и не расплыться перед ними лужицей.

Дорога шла через лес, пошли уже вторые сутки, как я иду. Ела я траву, прошлогодние ягоды, даже нашла ручеёк, попила воду и умылась. Ночь провела под открытым небом, свернувшись калачиком, спала под деревом.

Еле волочила ноги, но шла. Теперь уже позвонить я не могла, так как отсутствовала связь. Вторую ночь я решила не останавливаться, тем более, где-то слышны звуки проезжающих машин.

Вышла на дорогу, повернула голову, две фары, визг тормозов, удар и спасительная темнота…

Я из другого измерения. Мой прапрадед придумал заклинание по призыву света — их в этом мире называют истинными парами. В нашем мире, когда пришло время искать себе пару, света почти не осталось. Девушки вырождались, свет в них не был ярок. Для моей тьмы нужен более яркий свет, иначе я превращусь в злобное существо поглощающее души.

Ещё мой отец использовал его, так из измерения фей к нам попала мама. Папа до сих пор на руках её носит и не важно, что кроме него у неё появилось четверо мужей. Таков наш мир, нельзя не делиться светом, иначе поглотит тьма.

Я искал свой свет по всей нашей планете и ничего… Когда я отчаялся, отец дал заклинание, но что-то пошло не так и вместо того, чтобы она появилась в комнате призыва, я отправился в другой мир.

Очнулся я на поляне. Как вернуться я знал, по призыву крови, но прежде мне надо найти её. Стал осматривать себя и понял, что не все потеряно. При мне были мои вещи, мешочек с золотом, мои перстни и корона принца.

Сложил все в карман и пошел разведывать обстановку. Надо с чего-то начинать.

Здесь люди не обладают магией. Везде техника, золото ценится, но платят бумагой.

Нашёл местный ломбард и сдал все свои ценности. За деньги, что выручил, стал искать её. Разочаровался я быстро. Во-первых деньги заканчиваются, во-вторых среди огромного количества людей, я её не скоро найду, а в-третьих надо искать работу, иначе с голода умру.

Пока ошивался по миру, познакомился с милыми людьми. Вот один из этих знакомых устроил в рекламное агентство моделью. Когда заработал достаточно, выкупил долю там и стал работать. Обживался и параллельно искал ту самую.

Какое же было моё удивление, когда я ехал с работы и в темноте в свете фар, чуть не сбил девушку. Я испугался, выскочил из машины и стал ее осматривать. Несколько царапин и головой ударилась, когда упала. Быстро уложил в машину и почувствовал ее… Немедля ни минуты повез к себе домой, а там уже вызвал врача.

Занёс домой, положил на кровать и только при свете рассмотрел. О боги… Кто это с ней сделал: истощенная, грязная, щеки впалые и синяки под глазами. Может она бездомная? Так даже лучше будет — везу к себе.

Врач осмотрел, указал на раны, взял анализы и сказал приехать завтра, для более тщательного осмотра. Видимо девушка очень истощена, раз все это время была без сознания.

Когда врач уехал, я при помощи магии, раздел ее и очистил. Надевать пижаму пришлось мне и скажу не легко мне это далось. Сердце бешено стучит, а раньше я думал его у меня нет совсем, руки дрожат и член колом стоит, мешает. Накрыл её одеялом и сбежал.

Надо срочно в душ, не думал, что будет такое физическое влечение, сделал ледяную воду — не помогла. Пришлось, как подростку работать кулачком. Закрыл глаза, представил её лежащую перед мной, такой как я видел сегодня, тонкая талия, пышные формы и ножки ровные, призывно открытые для меня — три движения рукой и я кончил так, что подкосились ноги и пришлось обпереться о стену, чтобы не упасть.

Из душа вышел и пошёл на кухню. Надо приготовить поесть. Сколько она не ела?

Провозился с едой не меньше двух часов. Решил не звать ее к столу, а занести к ней. Сейчас только покой и отдых.

Взял поднос с едой и пошёл к ней, надо хотя бы узнать как зовут…

Все мысли вылетели из головы, когда увидел её глаза, они так блестели, я ярче не видел. В этот момент я понял, что она смотрит не на меня, а на еду. Вот, болван, она голодная, а я тут любуюсь. Поставил поднос к ней на колени, что-то сказал и снова сбежал.

Если так будет каждый раз, когда я ее вижу и чувствую аромат, то мне разговаривать с ней только через стенку или по телефону. Она же сбежит от меня, если увидит с палаткой в штанах. Почему никто не сказал, что будет так. У меня мозги сплошное желе, а когда закрываю глаза, то вижу её.

Бля… Когти удлиняются. Потрогал голову — рога появились. Вот это попадос. И что я ей скажу: «Ты знаешь, тут такое дело, я не совсем человек — я демон», а она с визгом убежит, так что-ли? Схватил себя за голову, сел и сидел так пока все не пришло в норму.

Проснулась я утром, меня никто не беспокоил. Решила проверить, не заперли ли меня. Попробовала открыть дверь, получилось. Вышла в коридор и пошла искать хозяина дома.

Наткнулась на него в гостиной, он спал сидя, откинув голову на спинку дивана. Красив, красные волосы, смуглая кожа, точеное лицо, пухлые губы, глаза немного раскосые с длинным ресницами, опустила глаза ниже — мускулы везде. Но мне прошлых красавчиков хватило… Нечего вестись на внешность.

Я присела на кресло и стала ждать, когда он проснется. Услышав скрип кресла он подорвался и сел, посмотрел на меня, Утер лицо руками, снова посмотрел, но уже удивлённо. Поменял позу — закинул ногу на ногу, ещё и подушку накинул — странный.

— Доброе утро! — хриплым голосом ото сна, сказал мне. А голос его оказался под стать хозяину, красив и сексуален.

— Доброе утро! Спасибо, что спас меня.

— Я чуть не сбил, ты как оказалась на шоссе? И вид у тебя не очень был. Ты бездомная?

От такого предположения я рассмеялась, м-да я действительно выглядела, как бездомная.

— Можно я не буду рассказывать, мне неприятно вспоминать всё. И нет, я не бездомная, просто так получилось… Меня Эмма зовут.

— О-о-о… Простите мою невежливость, меня Азриель зовут.

— Имя очень необычное. Скажи, Азриель, я могу принять душ у тебя и можешь меня отвезти в общежитие.

— Мой дом, твой дом. Я сейчас дам переодеться, я вчера заказал немного. Сходим позавтракать и поедем в больницу. Вчера врач осматривал тебя, взял анализы и сказал приехать.

Я в шоке смотрела на него и не знала, что сказать. Это же как надо было устать, что я это не почувствовала.

— Ты только не волнуйся, просто я чуть не сбил тебя, испугался и вызвал врача — с машиной ты немного столкнулась. Плюс на виске рана, надо проверить, вдруг, сотрясение?

— Можно узнать, к чему такая забота? — у него в глазах промелькнуло что-то похожее на обиду и я поспешила объяснить. — Просто ты меня не знаешь, может я серийный убийца и убиваю, чуть не сбивших меня людей…

На моё заявление он рассмеялся таким завораживающим смехом, что невольно и я улыбнулась.

— Ты такая милашка. Нет, ты точно не убийца. Просто было бы безответственно с моей стороны оставить тебя на дороге в таком состоянии. Давай сразу в больницу, а потом поговорим о поездке в общежитие и это в том случае если с тобой все хорошо.

— Спасибо, Азриель.

Он вымученно улыбнулся, а в глазах поселилась грусть, надеюсь не я это вызвала.

— Ванна и душ в твоей комнате, одежду сейчас принесу. Приводи себя в порядок и спускайся на кухню завтракать.

Я поспешила на второй этаж в ту самую комнату, где проснулась. Нашла дверь возле шкафа, там действительно ванная и душ. Как же хотелось залезть понежиться в ванной, но это после, сейчас побыстрее в душ. Сняла с себя всё и зашла под струи теплой, почти горячей воды. Мне этого очень не хватало, вот так помыться.

Быстро помылась, вышла, походила по ванной нашла халат и фен. Высушила волосы — так легко стало. Пошла в комнату и увидела на кровати одежду: свитер, джинсы, нижнее белье, носки и кроссовки.

Во мне было столько благодарности этому малознакомому человеку. Не каждый будет вот так бескорыстно помогать людям.

Я оделась и пошла искать хозяина. По запахам нашла кухню. Судя по мокрым волосам Азриель тоже принимал душ. Он с улыбкой повернулся ко мне и поставил на стол кашу и яичницу с беконом. У меня от запахов еды желудок судорогой свело. Я накинулась на это все и смела подчистую. Подняла взгляд, а Азриель с улыбкой на меня смотрел ещё при этом чай подталкивает ко мне.

— Прости, просто очень есть хотелось! — и с трудом протолкнула последний кусок застрявший в горле.

— Может ты ещё хочешь, я могу своей порцией поделиться.

— Э-э-э… Нет, спасибо. Я наелась, — щеки мои вспыхнули от стыда. Это же надо было так опозориться, как с голодного края. Хотя… Так и есть, сколько я там ни ела? Неделю? Две? От мыслей меня отвлёк Азриель.

— Ты всё? Готова?

— Да. Спасибо большое.

— Перестань меня благодарить, мне приятно о тебе заботиться…

Это что сейчас было, наверное, знак вежливости. Я надеюсь.

Вышли мы из дома, сели в машину и поехали к врачу. Ехать оказалось недолго. Врач встретил меня с улыбкой, как старого знакомого. А Азриель везде ходил рядом, по всем кабинетам. И даже в кабинет УЗИ зашёл со мной. Врач сказал надо проверить внутренние органы на предмет возможности травмирования.

Когда стал водить по низу живота, округлились глаза у врача, а заодно и мне стало страшно. Неужели где-то разрыв, что и спросила у него, на что он ответил.

— Милочка какой разрыв? Вы о чем? Нет все просто, вы беременны, поздравляю и судя по всему двойня. Три недели…

Проснулся с головной болью, пытался покрутить головой, но ничего не получилось. Когда с трудом всё-таки повернул, то увидел рядом Анну, голую.

Нет-нет-нет… Я не мог… Вчера Эмма была здесь…

Сквозь боль подорвался с кровати и встал, то что я увидел, повергло меня в ещё больший ужас: я оказывается лежал между Анной и Стеллой, а с краю Джек. Я голый, они голые — понятно, что мы не вязали всю ночь.

Меня вырвало, посмотрел ещё раз на это и снова вырвало. Рвало меня до тех пор пока было чем. Я стоял на коленях, обхватил себя руками, раскачиваясь из стороны в сторону и плакал. Как я мог, как мой волк допустил это? Мы же женаты, а это противоречит нашей природе…

Нет Эмма об этом не узнает, я не допущу. А если узнает? Нет-нет-нет… Она не простит, я сам себя не прощу. Я грязный, надо помыться.

Пошёл в душ и тёрся мочалкой до тех пор пока кожа не стала красной и с царапинами.

Вошёл в комнату, Джек так и спал до сих пор. Растолкал его, он еле открыл глаза посмотрел на меня и улыбался:

— Ты чего? Ложись ещё поспи! Эмма здесь, искать не надо.

— Дебил, проснись и посмотри вокруг, ты видишь здесь Эмму? Вот и я не вижу…

С какой скоростью поднялся Джек можно только позавидовать.

— А где Эмма? Я надеюсь, она не видела это?

— Джек, вспомни, что вчера было и принюхайся, ты до сих пор думаешь, что это Эмма была?

Посмотрел, как скривилось его лицо и понял — дошло.

— И как мы могли так облапошиться? Я понял, галлюцинации, но от чего и почему мы ничего не почувствовали?

— Ты у этих дур спроси…

Джек позвал своего бету, вместе они забрали этих девок и поволокли к себе в стаю, а я остался один ждать.

Чтобы не терять время, выкинул матрас с одеялом и подушкой. На кухне нашел остатки ужина, принюхаться, так ничего не уловил. Стал обследовать все полки и нашел баночку с порошком голубого цвета, волчий антикат — трава вызывающая галлюцинации, того, чего больше всего желаешь, редкая и дорогая трава. У нас она считается, что-то вроде наркотиков — запрещена.

Позвонил Джек сказал, что они во всем признались и рассказали, где Эмма была, при этом почему-то смеялись и говорили, что поздно.

Я быстро оделся и поехал к Джеку. Тот сидел взявшись за голову. Обречённость, больше никаких эмоций, от него только эта эмоция шла ко мне.

Мы только утром следующего дня добрались до домика, в котором держали нашу малышку. Когда зашли в подвал, завыли. Две недели ее держали здесь, в этих условиях, судя по рассказам иногда кормили. А мы два дебила сидели в тепле и уюте, с двумя змеями под боком.

Джек сел на матрас, нащупал пару капель крови и взревел. Он рвал матрас на мелкие кусочки, был кулаками об стену и не мог успокоится. Я оставил его наедине с собой, пусть придёт в себя…

Через час он сидел рядом со мной.

— Она нас не простит. Мы не заслужили прощения.

— Каждому нужен второй шанс.

— Это у тебя он второй, а я предал её доверие дважды.

— Джек, она же не знает? Скажи, что нет, пожалуйста.

— Они видео показали Эмме…

И столько горечи в его словах, столько печали… А я… Я не мог поверить, что на этом всё…

— Джек, пошли искать её, она могла заблудиться в лесу, а мы тут сидим и горюем. Она же не ела, без сил. А мы тут жалеем друг друга.

— Ты прав…

Мы выскочили на улицу, волки ушли от нас, пришлось идти пешком по запаху. Скорость все ещё была при нас. Но догнать мы её не смогли. На дороге мы увидели лишь следы от тормозов и кровь Эммы.

Это карма… За наши действия или бездействия. Если бы сразу прижали к стене Анну…

Приехали домой и стали обзванивать все больницы, ни-че-го… Как сквозь землю провалилась.

Джек от злости купировал Стелле хвост и отправил в стаю на растерзание. Это значит, что теперь она местная шлюха и ее может брать кто хочет и когда хочет. А Анне подкинули наркотики, теперь сядет за распространение. Другого варианта законно наказать её мы не придумали. Пусть посидит подумает.

А как теперь жить нам… Найдем и вымолим прощение. В ногах валятся буду… Ковриком растелюсь…

Я лежала на кушетке, а мысли калейдоскопом проскакивали в моей голове. Нет… В голове четко стояло, что детей я хочу. Я смогу. Но вот все остальное… Стоит ли сообщать, как учиться, родителям сказать надо?

Азриель стоял рядом и улыбался. А он чего? Как блаженный смотрит в монитор. Такое ощущение, что это ему сказали, что он скоро станет отцом.

— Беременность желанная, прерывать не будете? — что за глупые вопросы, но ответить я не успела, за меня это сделал Азриель:

— Никаких прерываний, самые желанные. Я во всем помогу, если ты сомневаешься, — сказал, как отрезал, а мне и добавить нечего. Я смотрела на серьезное лицо Азриеля и была уверена, что этот человек, знающий меня чуть больше суток, не бросит меня в беде.

— Значит, сейчас напишу направления на анализы, заключение врачей у меня есть. Будем ставить на учёт! — врач сказал это, а у меня мысль, меня найдут, а я не хочу.

— А можно анонимно стать на учёт, ну или под другой фамилией?

— Хм… Это ночью вы бродили по этому? — врач задумчиво нахмурился, при этом стуча пальцами по столу. — Давай тогда фамилию Азриеля напишем, а там посмотрим.

Я с облегчением выдохнула и кивнула головой. Я сейчас очень обязана Азриелю. А он в это время отобрал полотенце у меня и стал вытирать от геля живот. Взял меня за руку и помог подняться. Я смотрела и думала, кому-то же повезёт с таким милым парнем, из него выйдет отличный муж и отец.

Азриель все взял на себя, забрал направления, ходил со мной опять по всем кабинетам, но при этом ещё и расспрашивал зачем и почему. Я только молчала и делала, что говорят.

Он не отвез меня в общежитие, а к себе домой. Я как-то быстро привыкла к нему и его дому, он располагал своей уверенностью и харизмой.

— Сегодня отдохнем, посмотрим фильм и поедим вкусняшек, а завтра подумаем, что будем делать дальше! — Азриель смотрел на меня и улыбался, может он немного того? Странный, помогает мне…

— Азриель? Почему ты мне помогаешь? Я же тебе никто.

— Давай эти вопросы ты мне задашь через… ну скажем… месяц. Вот тогда и отвечу, а сейчас наслаждайся моим обществом и своей беременностью.

— Ты такой хороший! — не выдержала и обняла его прямо в машине, а он сжал меня так, что дышать стало тяжело.

— Пошли в дом? А то вы наверное голодные, тебе за троих есть надо. И так истощила организм.

Этот вечер мы провели за просмотром фильма, болтая ни о чём. Он не пытался у меня что-нибудь узнать. Просто был рядом, шутил и отвлекал от грустных мыслей.

Какие-то странности в нем все же были, он очень часто бегал в душ. Может болезнь у него какая-то? Стоит мне только дотронуться или ближе сесть, он сразу убегает. Возвращается, всегда спокойный и… удовлетворенный что-ли!?

На следующий день позвонил врач и сказал, что нужен отдых и покой. Организм ослаб, поэтому выписал витамины. Азриель помчался за рецептами и в аптеку. Мне жутко неудобно, он так за меня переживает. Пока его не было, решила приготовить обед.

К тому моменту, как он приехал, как раз все было готово.

— Эмма, я дома! — такое ощущение, что муж с работы вернулся.

— Азриель, я поговорить хотела!

— Плохое начало. О чём? — лицо его нахмурились.

— Я у тебя загостилась. Мне неудобно, я тебя отвлекаю от своих дел, ты со мной носишься, как курица с яйцом.

— Ха-ха-ха… Эмма, не говори ерунды. Я уже тебе говорил — мне приятно о тебе заботиться. Вот, что мне скажи: ты родителям звонила? Успокоила их?

— Они не знали, что я пропала, им писали СМС с моего телефона. Я не стала им ничего рассказывать.

— А мне ты расскажешь? Я хочу знать, что нам с тобой ожидать дальше.

Я кивнула головой в согласии и рассказала всё, умолчав про вторые ипостаси. Но вот то, что у меня двое мужчин его не удивило, он принял это, как само собой разумеющееся.

— Я смотрю, у тебя мужья, два тугоумных коврика. Так облажаться…

— С чего ты взял, что мужья? — я в недоумении смотрела на него.

— У тебя волчьи метки на шее, я их не сразу заметил. Но волки после меток, физически не могут изменить, просто не встанет.

— Откуда ты…

— Видео дашь посмотреть?

— Извращенец!!!

— Это не то, что ты думаешь, может увижу признаки отравления.

Я расхохоталась, он такой милый, я сразу поняла, что он не извращенец, но не поддеть его я не могла.

Телефон все ещё был при мне, и как ни странно, не разбился. Отдала Азриелю, а сама пошла в комнату — устала немного, нужно отдохнуть.

Я как собачка приклеился к ней, ходил по пятам, боялся, что пропадёт. Когда она попросила отвезти ее в общежитие, я не нашёл лучшей отговорки, чем сказать об поездке к врачу.

Даже у врача, сколько бы она не пыталась от меня избавиться, я не смог оставить ее. Я знал, что это врач, но моя сущность видела угрозу в виде другого мужчины.

То, что она беременна, я почувствовал ещё дома за завтраком, слишком сладко пахла она, поэтому не удивился, а только обрадовался, что их двое. Дети моей любимой — мои дети. Я очень жду того момента, когда смогу не таясь, трогать её, целовать.

Дома мы решили устроить кинотеатр, из-за ее аромата, прикосновений и просто от того, что она сидит рядом, мой член постоянно стоял и приходилось убегать и снимать напряжение. Ручной труд облагораживает. Я подростком столько не мастурбировал, сколько это делаю сейчас. У меня руки в мозолях и лучше не становится. Десять-пятнадцать минут и я снова готов.

На следующий день, она мне всё рассказала, что с ней произошло. Я еле сдержался от трансформации, метки ещё вечером увидел. Я бы разорвал всех, но её сердце тоже остановиться, только она об этом не знает.

Существо с искрой Света в душе было создано Богами для таких, как я — демонов, но иногда они рождаются для других рас, это очень редкое явление, но оно есть. У моего отца — фея родилась со светом и двое мужей были феями.

У нас темная душа, а сердце не стучит. И если в определенном возрасте мы не встретим ту, ради которой будет стучать сердце, а душа не увидит свет, мы превращаемся в того о ком я говорил ранее.

В принципе, отличить этих существ от других можем только мы. Мы видим искру души. В них нет зла, они всепрощающие и понимающие. Только нежность, забота и ни капли зла.

Когда замыкается круг мужей, они делятся своим светом, а мужья становятся порядком сильнее, для того чтобы защищать единственное сокровище данное Богами.

А эти два дебила просрали всё и теперь наверняка ищут виноватых.

Я посмотрел, всё-таки видео от начала и до конца. Судя по глазам и по разговорам они думали, что это Эмма пришла. Хм… Волчий антикат??? Точно, только он мог дать такие последствия и волк не учуял бы запах.

М-да, налажали парни. Зато сейчас у меня есть время наладить с ней отношения.

Я пошёл к ней в комнату, стоял под дверью и собирался с мыслями. В животе бабочки, в голове ветер, а руки трясутся, как с перепоя. Постучал…

— Эмма, можно к тебе? — зря, ой как зря я к ней в комнату иду.

— Да, конечно, заходи, — она такая… Такая… Дух захватывает.

— Я по поводу жилья и учебы поговорить хотел.

— Если ты о том, что я у тебя загостилась, то не волнуйся я к родителям поеду, — она это на полном серьёзе сказала?

— Ты не так поняла. Жить ты будешь у меня и это не обсуждается. А вот с учебой… Может сейчас экстерном сдашь экзамены, а потом на заочное отделение переведешься?

— Я как раз об этом думала, — ее глаза загорелись и заблестели от слёз. — Ты такой хороший, — она обняла меня и расплакалась.

— Ты чего? Я это из корыстных целей, — Эмма отстранилась от меня и укоризненно посмотрела, а я правду сказал. — Ты мне очень нравишься и я хотел бы быть к тебе поближе, — поспешил добавить. — Только не отталкивай меня, — я ждал, что она скажет, а она смотрела на меня, ее лицо менялось от эмоций.

— Азриель, тебя не смущает, что я беременна и у меня двое «мужей» было? Ты красивый, милый, мне ты сразу понравился, но это не правильно… И… И… Дай мне время…

Время сколько угодно, я подожду. То, что она меня не отвергла, уже хорошо, а то, что в ее сердце найдется место для меня, она сама скоро почувствует.

— Видео я посмотрел и вот что понял — они действительно были под воздействием наркотиков, они думали, что это ты! Но тебе посоветовал бы сейчас набраться сил, а уже потом разбираться, кто виноват, а кто прав.

— Я не хочу их видеть, не сейчас. Сейчас свежи воспоминания и даже наркотики не оправдывают их. Где они были две недели? Почему не нашли меня? — сейчас она обижена и я это понимаю, но пройдет время, она их простит.

— Так… Ты витамины пила? Пошли посидим во дворе с фруктами. Устроим мини пикник.

Она улыбнулась мне и мир ярче заиграл своими красками, вот только мне снова в душ надо. Ох… надеюсь она не заметила.

— Пойду подготовлюсь и позову тебя.

Надо сбежать, когда она отвернётся.

Я настолько обнаглела, что без стыда и совести использую Азриеля.

Неделю живу у него, а он уже съездил за моими вещами в общежитие, написал заявление в университете, по доверенности от меня, на перевод и сдачу экстерном экзаменов. Ездит по магазинам и не требует ничего взамен.

Он такой милый, заботливы, а сидеть и болтать с ним одно удовольствие. Своих волков я не забыла, но с Азриелем у меня, какая-то душевная связь. Меня тянет к нему. Рядом с ним мне хорошо и спокойно.

Но что мне делать?!.. Вечерами я сижу одна и плачу: мне не легко было принять двоих, а тут третий и что скажут волки. Их я не простила, но люблю до сих пор… Я же ведь тоже была под наркотиками и прекрасно понимаю, что им сопротивляться невозможно.

Я запуталась…

— Эмма! Ты дома?

— Да! Сейчас спущусь к тебе, — на работу он ездит не часто, в основном со мной дома сидит.

Я быстро сбежала по ступенькам и споткнулась на последней. Азриель в мгновение ока оказался рядом и подхватил меня, я оказалась прижата к его телу, подняла голову и посмотрела в его глаза. Мы стояли и смотрели друг на друга не отрываясь. Азриель, не разрывая контакт, медленно наклонился и поцеловал меня нежно, еле касаясь.

Я мягко отстранилась. Нет… Я не жалею, что поцеловала его, просто это как-то неправильно, слишком мало времени прошло.

Азриель улыбнулся мне подбадривающей улыбкой, прокашлялся и начал меня отчитывать.

— Ты чего так несешься? Осторожнее надо быть! Не думаешь о себе, подумай о малышах, — при этом поглаживал мой живот, а на меня укоризненно смотрел.

— Так получилось. Я не думала, что так получится, — от стыда мои щеки заполыхали.

— Но я рад, что ты упала в мои объятья… Кхм… Эмма, у меня деловая встреча в воскресенье, хочешь пойти со мной? — при этом смотрел на меня, будто ребенок выпрашивающий конфету. Трудно отказать.

— Хорошо. Только у меня нет подходящей одежды.

— Я уже все купил! — я со злым прищуром посмотрела на него и уперла руки о бока, а он только рассмеялся от моих действий.

— Я очень надеялся, что ты мне не откажешь, а если бы отказала, то у меня было бы три дня на уговоры.

Если честно, то мне самой уже надоело сидеть в доме. Мы гуляем конечно рядом, здесь прекрасный лес вокруг, но хотелось бы увидеть город, сходить куда-нибудь. Он как чувствует меня.

До воскресенья время пошло незаметно. Азриель помогал мне с материалами по учёбе. Объяснял мне все то, что я сама не понимала и это делал он виртуозно, непринужденно и с шутками.

В назначенный день я волновалась, как перед первым свиданием. Это же не свидание!? Ведь так!? Это просто деловая встреча с партнёрами, а я просто его сопровождаю, как пара? Ого…

Н-е-е-е-е… Я просто себя накручиваю. Мы просто посидим, поедим и поедем домой. От чего же у меня бабочки в животе.

Я сделала лёгкий макияж, накрутила волосы и оставила их распущенными. Одела платье и туфли. Спустилась на первый этаж, где меня ждал Азриель.

По тому, как он затаил дыхание и смотрел на меня блестя глазами, я поняла, что ему понравилось увиденное и это придало мне уверенности в себе. Азриель подал мне руку, я взялась за неё и обо что-то порезалась. Попыталась отдернуть руку, но Азриель не дал мне сделать это, он просто взял и облизал мою рану. Это было так соблазнительно и чувственно, что у меня ухнуло что-то в низ живота, а соски затвердели. Я смутилась и побежала в гостевую ванную комнату находящуюся внизу.

— Я сейчас. Где-то была аптечка, я пластырь наклею и приду — это я кричала, находясь уже в ванной. Посмотрела на себя в зеркало и увидела раскрасневшуюся девушку с возбуждённым блеском в глазах. Почему же меня так тянет к нему…

Немного успокоившись я вышла к нему. Азриель подал мне локоть и мы вышли из дома к машине. Ехать было не долго, но и от этого я была счастлива и была в предвкушении. Все же больше чем две недели в подвале и неделю в доме Азриеля провела. Мне просто необходимо было выйти к людям.

Когда мы зашли в зал ресторана, мне показалось, что на меня все смотрят. Мне стало жутко неудобно от этого, но почувствовав руку на талии и увидев улыбку спутника, я успокоилась и немного увереннее прошла к столу.

Партнёры Азриеля уже нас ждали. Увидев нас они встали. С Азриелем поздоровались пожав руки, а меня удостоили поцелуем в тыльную сторону руки, при этом один из них слишком долго держал мою руку, плотоядно на меня смотря. Азриеля это разозлило и он мягко, но настойчиво высвободил мою руку.

Я наслаждался каждой минутой проведенной с Эммой. Она милая, забавная, интересная — можно ещё кучу эпитетов про неё наговорить, но это не отменяет того факта, что я влюбился.

Вроде и на работу хожу, но там все равно думаю о ней. Мне мой партнёр предложил пойти в отпуск, он сказал, что от меня толку нет и я с ним согласен.

По дороге домой постоянно заезжал в магазин и обязательно покупал какие-нибудь вкусняшки для Эммы. Один раз даже зашёл в детский отдел и завис там на час, с мыслями, что надо нашим деткам прикупить что-нибудь, но сделать это обязательно с Эммой. Я хочу видеть её глаза, когда она будет все покупать, хочу видеть блеск в них, как тогда, когда она увидела кроватки в интернете. Она почти пищала от счастья.

Встреча с партнёрами, была очень кстати, я давно хотел пригласить Эмму куда-нибудь, но повода, так и не нашёл.

О Боги… Я превратился в розового, пушистого зайчика. О… Платье…

Я сразу увидел, то что только для неё сшито. Тёмно-синее облегающее платье, без бретелек, длиной чуть выше колен. К платью туфли лодочки черного цвета, на низком каблучке — ей нельзя большой каблук и клатч.

Приехав домой я ждал её у лестницы. Она так быстро бежала по лестнице, что с последней ступеньки мне пришлось ее ловить. И это было потрясающе… Я ее поцеловал… На вкус она ещё лучше — сладкая. Она испугалась поцелуя и отстранилась, что ж я подожду. Вижу, что у нее есть чувства ко мне, но она их боится и не принимает. Надо подтолкнуть ее к принятию.

В воскресенье я хотел, после встречи с партнёрами, устроить на свидание. Но прежде… Я решил жениться на ней по нашим законам. Придёт время я расскажу ей всё, но сейчас это обезопасит Эмму. Я буду всегда знать где она и что с ней. Так мне будет спокойнее. Не хочу оказаться в такой ситуации, в какой были волки.

Но все мысли вылетели из головы в тот момент, когда она стала спускаться ко мне. Прекрасна, лучше я не видел. Платье облепило ее фигуру и подчеркнуло всё. Она идеальна…

С трудом взяв себя в руки, я выпустил один коготь и черканул по руке, когда пролилась ее кровь я слизнул ее. Половину ритуала прошли, осталось дать ей выпить мою кровь и зачитать свадебную фразу.

Приехав в ресторан, я не ожидал, что на Эмму все будут обращать внимание. Даже мои партнёры облизывались на неё и это жутко меня нервировало.

Лучше дома с ней сидеть. Запру. Не выпущу. Буду один любоваться. Рррррр… Моя…

От ревности, я настолько быстро решил все дела, что можно было лишь позавидовать.

Откланялся, схватил Эмму за руку, подвёл к машине, развернул к себе лицом и впился в губы. Как же хорошо… Пока совсем не расслабился, сам себе прокусил губу и она слизала кровь в порыве. Прошептал фразу… Нас окружило сияние и на руках появились тату-браслеты: у меня золотого цвета, а у нее красного.

— Это что сейчас произошло? — она в недоумении на меня смотрела, её глаза заблестели и покатились слёзы. Ну вот беременность начала давать свои плоды, а я волновался, что будет не интересно.

— Лучик мой, давай домой поедем и я тебе все расскажу, — она прижалась к моей рубашке и плакала. Сквозь слёзы, я услышал тихое «хорошо» и посадил Эмму в машину.

Эх придется рассказывать и про то, что я встречался с её волками. Может пока не говорить? Подождать немного?

Пока ехали домой, она заснула. Я взял ее на руки и понес в комнату. Она такая лёгкая, надо срочно откармливать.

Перед комнатой я остановился, перехватил ее одной рукой, а второй открывал дверь. Эмма взглянула на меня и поцеловала, сама. Я не дурак от такого отказываться, поэтому перехватил инициативу и углубил поцелуй — всё-таки у беременяшек настроение меняется очень быстро, но мне плевать, мне это только в радость.

Дошёл, с ней на руках, я до кровати. Аккуратно уложил, а сам поставил одно колено на край, чтобы вдруг не лечь на неё.

Я не переставал ее целовать, я боялся, что она опомниться и отвергнет меня.

Я воспользовался моментом и это меня не красит, но она такая соблазнительная.

Я знаю, что на неё действует притяжение пары, усиленное брачным обрядом и гормоны беременяшек. Но сделать с собой ничего не могу. Я изнываю от желания. Я готов взорвать этот мир, если сейчас нас кто-то отвлечет.

Я смотрел в её глаза, во время поцелуя, боясь что она исчезнет, а руками ласкал тело. Эмма выгибалась навстречу моим рукам. Такая податливая, страстная.

Я прервал поцелуй, чтобы раздеть её, а она захныкала.

— Сейчас, маленькая, подожди. Всё будет.

Я пытался понять, как снять это платье, когда устал искать, то просто разорвал его. А под платьем оказалась божественная картина: Эмма обнаженная сверху, и в чулках и мини трусиках снизу. Я сам себе завидовать стал.

С себя снял только рубашку. Если сниму всё, то прелюдий не будет, я сразу войду в это тело и буду наслаждаться, только вот мне это не надо. Я хочу, чтобы она требовала войти в неё, чтобы изнывала от желания, чтобы текла от жажды наполнения.

Я накрыл собой ее тело, так чтобы совсем не лечь на неё, то обперся об одну руку и колени. Она распахнутыми глазами смотрела на меня, а я видел в них свет, который тянул меня. Спустился к её губам, провел языком и она распахнула для меня их. Со всей страстью накинулся на неё. Я завоёвывал, мне нужно знать, что это моё, что я могу делать все.

Эмма не пыталась остановить, она запорхала своими пальчиками еле касаясь, словно знакомясь, сразу по моему лицу, спускаясь по шее, плечам, груди, животу и остановилась…

Я проделал тот же маршрут, но уже по ее телу губами. Задержался на груди, я провел по ареолу языком и услышал стон. Лизнул сосок и услышал ещё стон. Сомкнул губы на соске и разошёлся… Лизал, покусывал, сосал, не забывая и о второй груди. В это время она стонала и извивалась.

Я спустился ниже, обвел языком пупок и сдвинул ее трусики. Превосходно… Провёл пальцами между складок, а она раздвинула ножки шире, приглашая меня. Нет, сладкая… Не так быстро… Я ещё не поиграл…

Раздвинул складочки и взял клитор в рот всасывая его — она от этого содрогаясь кончила. Я подождал немного и продолжил. Провёл языком вдоль складочек, собирая влагу и стал играться с клитором.

Она стонала и кричала, но ни одного слова не произнесла. Мало… Я стал погружать в неё один палец и услышал короткое «Да», но мне мало. Я погрузил два пальца, при этом не останавливаясь играл с клитором. Когда почувствовал, что она готова снова кончить, остановился, подождал немного и начал сначала.

После третьего раза, она почти плакала не понимая, чего я хочу.

— Скажи, что хочешь меня, назови моё имя!

Она сквозь затуманенный мозг, едва ли могла, что-то сообразить. Мне пришлось ещё раз повторить и я услышал.

— Я хочу… тебя… Ох… Азриель…

Если бы она сейчас не сказала, то у меня яйца лопнули бы. Я сам еле держался, пытаясь выбить из нее слова.

Я даже не снимал брюки, просто расстегнул и приспустил. Потом сниму…

Приставил головку члена к её дырочке и стал погружаться, медленно, боясь сделать больно. Эмма не выдержала и с громким стоном поддалась вперёд, насаживаясь на мой член. Я чуть не кончил, глубоко задышал, пытаясь представить в голове картинку чего-нибудь мерзкого, чтобы не кончить сразу. И кажется получилось. Я стал двигаться, медленно погружаясь и медленно выходя почти до конца.

— Быстрее, Азриель — еле слышно сказала Эмма и кем же я буду если не удовлетворю, просьбы любимой.

С каждым толчком я ускорялся и когда почувствовал, что вот-вот кончу, забилась в оргазме Эмма, а я за ней.

Эмма открыла глаза, посмотрела на меня, улыбнулась и обняла. А я счастлив был, как никогда.

Не выходя из неё, подхватил на руки. Она обхватила меня ногами и мы пошли в душ. Только вот пока мы шли, мой член снова затвердел и это почувствовала Эмма. Поерзала на мне, попыталась привстать и насадиться и у нее получилось. А у меня — нет, мы не дошли до душа. Возле ближайшей стены я усадил на тумбочку ее и задвигался. Я выбивал стоны и сам стонал. Опустил взгляд и увидел вблизи соски, схватил губами, укусил. Кончили мы одновременно.

Эмма уперлась лбом мне в плечо и тихо сказала, что теперь точно в душ.

Я же забыл, что на нас одежда какая-то есть… Пока она сидела на тумбочке и улыбалась, я раздевал ее и себя. Подхватил на руки и понес в душ.

В душе мы мылись, хотя хотелось другого. Я понимаю, что перенапрягать нельзя. Срок маленький и двойня, надо поберечь силы. Поэтому вытер, мою любимую жену, взял на ручки и понёс в комнату спать.

Проснулась я счастливая. Я ни о чем не жалею. Я хотела его себе. Азриель мой, чувствую это на подсознательном уровне и не собираюсь отказываться от него.

После сегодняшней ночи мне было легко и радостно на душе, как-будто пазл сошёлся и встало всё на свои места. От этого мысли, терзавшие меня, не дававшие и шанса на счастье с Азриелем, ушли.

Я завозилась, пытаясь встать, но руки лежавшие на мне, сомкнулись и подтянули меня спиной к горячему телу моего мужчины. Губы сами растянулись в довольной улыбке. Но в туалет очень хочется… Я снова сделала попытку встать и опять тщетно, Азриель только сильнее обнял меня и уткнулся носом в волосы.

— Спи! Ещё рано! — в ушко сказал он мне, а у меня дрожь прошла по телу от этого.

— Мне надо… Я в туалет хочу. — Я чуть не хныкала от безысходности. Он разжал руки и отпустил меня.

— Только давай не долго, я ещё полежать с тобой хочу. Я так давно об этом мечтал… — раскинулся на кроватке в позе звёзды и мечтательно закатил глаза.

Счастьем затопило меня с ног до головы. Да… Этот мужчина стоил того, стоил моих хождений по лесу и даже попадания под машину.

Я быстро побежала в ванную, сделала все свои дела и даже привела себя в порядок. Вошла в комнату, а он лежал и смотрел на меня безотрывно. Почему-то сейчас мне не было стыдно своей наготы. Я чувствовала, что для него я самая…

Азриель похлопал по кровати рядом с собой, я повинуясь медленно подошла и легла туда куда он показал. Азриель улыбнулся и накрыл меня одеялом. Он так тщательно подпихивал под меня его, что я почувствовала себя маленьким ребёнком, которого мама укладывает спать.

— Азриель, что с тобой? — я недоумевала.

— Я счастлив и боюсь, что ты от меня сбежит! — от взгляда в его глаза мне стало страшно. Он действительно боится. Я взяла его лицо в ладони и поцеловала медленно и уверенно, чтобы он понял, что я не отказываюсь, я уверена…

Отстранилась немного, продолжая большими пальцами гладить его скулы, сделала как можно более строгое лицо.

— Теперь рассказывай, что это вчера такое было? Что за сияние? И что за татуировка у меня на руке?

— Ну-у-у…

— Правду!!!

Азриель глубоко вздохнул, опустил глаза, видимо чувствовал вину и рассказал мне о брачном ритуале, о том, что он из другого мира и о том, что я его пара. Шок — это по-нашему. М-да…

— Ладно, мне все понятно. Я даже не сержусь, но что мне делать с моими… Бывшими?!.. Или не бывшими?!.. Мужьями?

— Сладенькая, они бывшими никогда не станут! Они метки поставили, а если волк ставит её, то это на всю жизнь.

Ком в горле перерос в слёзы и из глаз полился ручей. Мне стыдно… Не знаю чего, но стыдно…

— Маленькая!.. Ты чего? Успокойся! Всё хорошо, я с ними поговорил и даже ритуал по крови мы прошли.

— Это как? Когда ты успел? Ты их не покалечил?

— Беспокоишься? — я утвердительно закивала головой. — Не волнуйся, сильно их не бил, это скорее они пытались, но куда им против меня. Так, немного помял им бока и успокоил. Им и так досталось, волки от них ушли, а в стае у одного из них предатель. Я оставил их разбираться. Ещё не хватало мне, чтобы ты в опасности была.

— Беспокоишься? — он подвинулся вплотную ко мне, уткнулся в макушку носом и сказал обреченное:

— Очень!!!! — столько любви и нежности было в одном слове, что можно не сомневаться. — Пойдём поедим или ещё понежимся в кровати?

— Давай полежим ещё немного, мне сейчас очень хорошо и тепло. А там холодно и есть готовить надо.

После моих слов он тихонько рассмеялся и стал поглаживать меня по спине.

— Я сам есть приготовлю, ты только рядом будь! — а руки уже спустились на ягодицы и даже не просто поглаживали — мяли их. А в живот мне упиралось средство физподготовки для ленивых, но любимых людей. Что ж намек ясен и я не против продолжения ночи. Поэтому-то одной рукой уже наглаживала его живот постепенно спускаясь к спортивному инвентарю.

Мысли улетели из головы после того, как Азриель взял инициативу в свои руки. Оргазм, ещё один… В душе один… На кухне… Покормили… С меня поели и ещё один…

Все я устала. Ручки, постель, спать и твердое мужское плечо, на котором я лежала.

Как бы мне не хотелось встретиться с нашей девочкой, но Азриель прав, надо разобраться, что происходит у нас в стаях.

Азриель оказался нормальным существом, хоть при первой встрече мы пытались набить ему морду (у нас даже коснуться не получилось).

Даже вспоминать не могу те кошмары и то отчаяние, которое мы испытали, не успев забрать Эмму. Лишь, стоя на асфальте, я понял, что такое панические атаки: в глазах темно, грудь сковало в тиски, вздохнуть невозможно. Сквозь туман в голове я увидел, как душа волка вышла из меня и устремилась в лес, скуля и опустив голову, а рядом шёл волк Чейза.

Мы заслужили… Столько клятв любви, а в итоге, мы не лучше людей.

Только через несколько дней, мы случайно встретили Азриеля. Лёгкий запах нашей пары на нём и мы — два идиота, набросились с кулаками. Он раскидал нас по углам словно щенят, при этом самодовольно поправляя запонки. От злости я бросался на него снова и снова. Когда ему это надоело, а Чейз остановился глубоко задумавшись и смотря на него, он просто схватил меня за горло и приподнял над полом.

Смерти я не боялся, я желал её. С облегчением ждал, когда его пальцы сожмутся сильнее.

Азриель тогда улыбнулся и отбросил меня от себя. Только после этого заговорил.

— Я так понимаю, вы те два имбецила, что проворонили свою пару, данную вам Богами?! — присел рядом на корточки и подал мне руку. — Что ж, я рад, что так все получилось.

— Ты кто такой? Где Эмма? Верни её!!!!! — я орал, я был обессилен.

— Ее пара! — два слова, а у меня от облегчения голова пошла кругом. Я был счастлив, что она в безопасности. Пусть не со мной, пусть с ним, но ей хорошо и это самое главное.

— Теперь, когда самое главное выяснили, пошли поговорим. — Мы пошли в парк, Эмма любит природу, поэтому мы часто сидели на скамейке, иногда спали на ней, представляя, что Эмма рядом и мы просто вышли погулять.

Когда пришли, вышел не лёгкий разговор. Он рассказал, как нашел нашу девочку и кто и что с ней сделали, а мы рассказали, что нам удалось узнать. А вот тут, наш будущий побратим, нас удивил.

— Вам не кажется, что эти девки как-то недальновидно действовали. Или они каждый раз вам антикат давали бы. Это очень не продуманно. Такое ощущение, что вас просто вывели из строя. Что будет, если пара откажется от волка, особенно после метки?

Мы с Чейзом задумались, он прав…

— Мы должны были умереть, но ведь пара не отказалась, — Чейз озвучил очевидную вещь. — Но из-за предательства своей пары, мы потеряли своих волков.

— Значит, вы сейчас хуже щенков. Вас любой в стае может подвинуть, — Азриель рассуждал вслух, а мы задумались — кому это нужно?

— Чейза нет смысла сдвигать — он не Альфа, а меня не кем заменить — фирма моё детище и только от его дохода зависит жизнь нашей стаи.

— Я вам пищу для размышлений дал, теперь вы решайте, что с этим делать. В данный момент я не советую искать Эмму — это ради ее блага. Найдите «крысу»!! Номер телефона я оставлю, звоните. А мне сейчас налаживать отношения с парой надо.

Мы с Чейзом переглянулись и поняли, что смысла ревновать нет. Он был ее парой, но она до сих пор не подпустила к себе, значит, даже сквозь притяжение, она не допускает мысли о измене нам, она любит нас.

Мы в этот же вечер провели обряд братания.

Сейчас мы ищем предателя, а Азриель, если судить по доходящим до нас чувствам, наслаждается брачной ночью. Он счастлив… Как бы я хотел быть на его месте.

Надо ещё заслужить место рядом с Эммой. Мы столько дел наворотили, особенно я…

Я очень соскучился… Мне кажется я не видел Эмму целую вечность. У меня сердце болит. Сколько ещё можно быть вдали от неё.

Я перестал спать, я ем через силу. С Чейзом творится также ерунда. Весь мир стал чёрно-белый, а краски забрала с собой наша любимая. Держимся мы за мысль о том, что мы найдем предателя, заберём в наше логово Эмму и будем вымаливать прощение. А когда вымолим, сделаем свадебный ритуал на крови. Я не хочу больше терять. Я жизни не вижу без неё.

Грег — мой верный товарищ, помогал мне в поисках, но не так все просто. Много недовольных в моей стае. Когда узнал суть претензий, опешил: «Мажор и балагур не может быть у власти». Всех останавливает моя сила, но когда они узнают, что волка нет, меня сразу вызовут на бой и хорошо, если меня оставят в живых…

Через неделю нашли крысу, им оказался любовник Стеллы из тех, кого я застукал и исполосовал. Я отправил его в темницу ждать наказания.

От счастья, мы с Чейзом отправились к нашей сладкой девочке. Азриель, только после новости о том, что мы нашли предателя, дал нам адрес.

Мы ехали в машине, улыбаясь от счастья, нам не важно простит или нет, важно увидеть её.

Сердце бешено стучит, взглянул на побратима, тот мечтательно уставился в потолок машины.

— Как ты думаешь, она хоть даст нам шанс оправдаться? — Чейз спросил то, что не давало и мне покоя.

— Я надеюсь на это, брат. Я устал жить без неё. Если откажется от меня, я застрелюсь, чтобы не мучиться. Хотя бы намёк на то, что не все потеряно и растелюсь ковриком под ее ногами.

— Я с тобой согласен, брат. Не хочу больше, того ужаса, что испытываешь каждый день без неё. Как-будто душа по крупицам уходит из тебя.

— Мы цветы забыли! Давай тут остановимся и в лесу наберём.

Поставили машину у обочины и пошли в лес. Поехали на радостях прощения просить. Для неё ничего не взяли.

Цветы нашли быстро, весна в самом разгаре. Нарвали столько, что двоим в руки не помещаются.

Приехали по адресу…

Сидим и боимся выйти. Боимся отказа… У двоих сердце бешено стучит. Вот она вышла на крыльцо, забрала что-то и вошла в дом. А я пошевелится боюсь. Боюсь, что это сон. Боюсь идти туда. Под ребрами засосало. Странное ощущение, раньше были бабочки, а теперь черная дыра и только от сладкой зависит всё. Наполнится ли дыра бабочками или поглотит меня всего.

— Пошли!? — то ли вопрос, то ли указание к действию и кто из нас это сказал — я не знаю.

На ватных ногах я вышел из машины, схватил цветы и пошёл к дому. Где-то на периферии видел Чейза с безумными глазами и трясущимися руками.

Постучали…

Эмма открыла дверь. Увидела нас и из глаз брызнули слёзы. Она прикрыла рот ладошкой и стала оседать. Я бросил всё и схватил её. Не пущу, моя. Чейз обнял с другой стороны. Сколько мы так стояли, я не знаю. Она всхлипывала и плакала не останавливаясь, хваталась за нас. Я не заметил, что у меня слёзы текут по щекам.

Никто из нас не нарушал тишину, не пытался, что-то сказать. Я наслаждался объятиями любимой женщины.

В этом положении нас застал Азриель — всхлипывающая статуя из трёх тел, стоящая на пороге дома в цветах.

— А ну-ка, в дом зашла быстро! И тапочки обула! Пол холодный. — Азриель строго посмотрел на Эмму, а она виновато улыбнулась и побежала в дом. Я со злости сжал кулаки и уставился на Азриеля.

— Что ты себе позволяешь? Почему ты с ней так разговариваешь?

Азриель лукаво улыбнулся и жестом пригласил в дом.

— Не злись брат, сейчас сам все поймёшь!

Переступили через цветы — эти испорчены, я оранжерею лучше построю для неё, и пошли в гостиную.

Эмма долго не приходила к нам, а когда пришла, то я увидел как она похорошела. Она присела напротив нас и опустила взгляд. Она не смотрела на нас, неужели мы ей противны, она видеть нас не хочет? Но она же сама обнимала нас.

Азриель стоял у стены все это время и посмеиваясь поглядывал на нас.

— Опять надо брать всё в свои руки! Парни, закройте глаза и прислушайтесь.

Эмма напряглась и руками вцепилась в свои колени. А я услышал. Один стук сердца, второй, третий, свой и ещё два еле слышных… Втянул воздух как можно глубже и чуть не задохнулся.

Распахнул глаза и темнота…

Очнулся от стука ладошкой по лицу и чего-то холодного на лбу.

— Любимый, очнись. Не пугай меня, — не открывая глаз я ухватился за счастье. О боги… Я как девка плачу, кто-то пытался отобрать у меня Эмму, на что я только рычал.

— Джек отпусти меня, мне больно! — рррррррр — Джек пожалуйста, мне дышать тяжел, — я опомнился и ослабил хватку, но из рук не выпустил, так и сел с ней на руках…

После того, как вышла замуж и переспала с Азриелем, я поняла, что мне не за что обижаться на Джека и Чейза. Их опоили наркотиками, а меня никто ничем не поил. Чем я лучше их.

Я знаю, что это парное притяжение, но и это меня не оправдывает. Я должна была, как минимум, с ними поговорить. Сейчас меня мучает совесть.

После ритуала прошла почти неделя…

Мне нужны все они. Я скучаю…

Я хочу сказать им, как я их люблю. Хочу от них услышать, что я им не безразлична. Про малышей рассказать хочу.

С Азриелем у меня все прекрасно, он всегда рядом, предугадывает все мои желания, пылинки с меня сдувает.

Сегодня любимый ушел куда-то, а я одна дома осталась. Перед уходом он мне намекнул про какой-то сюрприз. Я в предвкушении ходила по дому, чувствуя приятное томление в груди, словно что-то должно хорошее произойти.

Когда услышала стук в дверь, то помчалась скорее открывать.

Открыла и увидела глаза, которые преследователи меня и во сне и в мечтах. Глаза моих любимых мужчин. Я бросилась обнимать их, боясь, что это сон.

Как же мне сейчас хорошо. Мне не хватало этого. Слова были лишние, я их простила, надеюсь и они не в обиде на меня.

Я стояла, окружённая теплом, наслаждалась временем отведенных для нас троих. Идиллию нарушил Азриель, со своей заботой, отправив обуваться. Вредный…

Я долго прихорашивалась, боялась к ним выходить, а когда вышла, то села молча на кресло и ждала, что скажут. Стояла тягостная тишина, в моей голове крутились мысли. Надеюсь, они от меня не откажутся…

Тишину снова нарушил Азриель, намекнул парням про звуки. Он вчера сказал мне, что уже слышен стук сердечек моих любимых малышей.

Чего я не ожидала, так это обморока смелого Джека и ступора рассудительного Чейза. Пока приводила в чувства Джека, Чейз отмер и спустился к моим ногам на колени, обнял меня за ноги. А когда очухался Джек, то перехватил меня и ни кому не отдавал.

— Эмма, любимая, а чьи это детки? — Чейз сидел рядом и держал мою руку, пока я сидела на руках у Джека.

— Кого-то из вас. Пять недель моим малышам и с ними все в порядке, мы у врача были.

— Я тебя очень люблю!!!!! — Джек сильнее обнял меня, уткнулся мне в шею и я почувствовала влагу у себя на плече. — Прости меня за всё!!!

Я взяла лицо Джека в руки и поцеловала, зачем слова и так всё понятно.

— Малышка, давай пройдем ритуал? Мы хотим чувствовать тебя. Разделить все тяготы беременности на троих мужей. Я не могу больше жить вдали от тебя. — Чейз смотрел на меня глазами полными любви и восхищения, как можно отказаться. Я не хотела отказываться, я ждала этих слов.

— Да!.. Только… — тела двоих напряглись, ждали вердикта от меня, а я подумала может ещё потянуть, пусть приучаются. Сжалилась над ними и продолжила. — Давайте прямо сейчас, а то у меня получается, что только один полноценный муж, — и показала браслет парням.

Вмиг парни занялись делом, Азриель помог нам, он когтем разрезал немного им руки, а мне просто уколол пальчик. Когда мы попробовали кровь друг друга, Азриель прочитал слова, нас окружило свет, причем всех четверых. Меня подняло над полом и из меня к ним потянулся луч света, от яркости хотелось зажмуриться, но это не спасало. Парней выгнуло и от них ко мне потянулись нити: красная — Азриель, черная — Джек и серая — Чейз. Их лучи соединились в одно и вошли в мое сердце, мгновенная секундная боль и все исчезло. Ко мне подскочили мои мужья и стали меня осматривать, а Азриель улыбался при этом.

— Азриель? Любимый, ты ничего не хочешь сказать?

— Круг замкнулся, больше истинных у тебя не будет, — и томно на ушко продолжил. — Надо связь закрепить с тремя мужьями… — у меня мурашки побежали по всему телу от этого предложения. Стыдно признаться, я иногда представляла нас четверых вместе и это очень порочно и волнующе.

Парни повели носом и без слов стали раздеваться. Когда я стала такой развратной… Я села на кресло и смотрела безотрывно. Стриптиз в исполнении любимых, шикарных, с идеальным телом мужчин, моих мужчин — это настолько возбуждающее зрелище, что я не заметила, как моя рука оказалась у меня в трусиках.

Синхронный рык и я уже в куче разорванной одежды сижу на Джеке. Его эрегированный член утыкался мне в живот. Я облизнулась и сползла с колен на пол, взяла в руку член, провела вверх-вниз, лизнула головку, провела языком по уздечке, сомкнула губы вокруг и стала делать поступательные движения. Пока я это делала меня окончательно освободили от одежды, расставили мои ножки пошире, почувствовала дыхание на моей промежности, кто-то оставшихся мужей стал вылизывать меня, а я от ощущений застонала и видимо от получившихся вибраций кончил Джек.

Две секунды… Разложенный диван и я лежу на нем…

Между моих ножек устроился Чейз, Джек мял, лизал и покусывал мою грудь, а Азриель стоял рядом, смотрел на меня и дрочил.

— Извращенец!!! — сквозь стоны смогла ему сказать, на что он улыбнулся и ответил:

— Только для тебя и из-за тебя, любимая.

Подошёл ко мне и поцеловал. Я плавилась от ощущений, это бы восторг, запредельно.

Одновременно они отстранились от меня, я чуть не расплакалась от неудовлетворения. Чейз подхватил меня, лег на спину и в одно движение насадил на себя. Я смогла лишь простонать «Да». Сзади пристроился Джек, это я поняла от того, что Азриель стоял впереди от меня.

Чейз не двигался, ждал когда Джек войдёт… В тот момент, когда я была наполнена Джеком, спереди ко мне подвинулся Азриель.

Это был запредел ощущений, три толчка и я разрываюсь в оргазме. Парни задвигались быстрее и грубее от чего я почувствовала приближение ещё одного оргазма. Минута-две и мы одновременно кончаем. Нас, снова окутывает сияние. В этот миг я вижу двух волков идущих к нам с гордо поднятой головой.

Сияние сошло и парни, улыбаясь, поменялись местами и со словами «это только начало» продолжили с того с чего закончили.

Сколько раз они менялись, брали по одному, на всех поверхностях я не знаю. Я в конце просто заснула.

Проснулась я на том же диване в гостиной, окружённая телами моих любимых. Они не спали, Джек подперев рукой голову смотрел, улыбаясь, на меня, вырисовывая узоры на мне пальцем другой руки. Азриель уткнулся мне в плечо лбом и положил руку мне на грудь. А Чейз лежал между моих ножек, положив голову мне на живот. Сказка наяву…

Услышав ворчание моего живота, мужья рассмеялись. Азриель встал первый.

— Вы отдыхайте, я закажу еду и тоже к вам присоединюсь.

— Любимая, давай сегодня прогуляемся, в ресторан съездим?

Я с радостью соглашалась на все их предложения. Я так устала сидеть дома, мне хотелось всего…

Позавтракали мы быстро. Я собралась и мы поехали по магазинам, давно хотела посмотреть кроватки и коляски своим деткам. Так как мы ещё не знаем пол детей, то только присматривались.

У моих мужчин глаза блестели от восторга, глядя на все великолепие в детском отделе. Они рассмотрели все, что можно было, а я купила пару распашонок нейтрального бежевого цвета — не удержалась.

Погуляли по парку, поели мороженое, сходили в пиццерию и даже в кино побыли. Я порхала как бабочка. Мои мужья окружили меня заботой.

Но иногда я замечала, как на меня смотрят окружающие. Столько презрения, открытой злобы я никогда не видела. Не все толерантно относятся к такому виду отношений. Для всех это дико и мне стало от этого грустно. Как будут жить наши дети? Все же будут над ними издеваться.

В ресторане я подняла эту тему.

— Сладкая, не волнуйся, пока вы все были заняты, я обо всем подумал. Есть три варианта и только тебе выбирать, какой лучше, — Азриель таким заявлением привлек все наше внимание к себе. — Первый вариант: мы живём у меня в доме, но все наши походы будут выглядеть вот так, а наши дети пойдут в частную школу. Второй: мы обоснуемся в стае Джека, у них многомужество считается нормальным и на нас никто не будет обращать внимание, впрочем как и в стае Чейза — там тоже можно обосноваться. И третий вариант: мы пойдем в мой мир, можем туда перевести все стаи, если хотите. Теперь у меня сил на это хватит.

— Я ещё не говорила ничего своим родителям, надо сразу им сказать.

— Любимая, они Чейза знают, я думаю не стоит им рассказывать, что у тебя три мужа, — забота Джека меня порадовала, но я понимаю, что им всем хочется быть наравне.

— Нет, они должны знать правду! — то как у них выпрямились спины и появилась улыбка на лице, мне о многом сказала, они боялись быть на заднем плане, ходить в статусе любовника.

— Тогда завтра едем к твоим родителям знакомиться. А пока у нас есть время подумать, какой вариант лучше.

— Я вас так всех люблю!!!! — я расплакалась опять. — Эти гормоны меня доконают, — я спрятала лицо в плечо Джека, а он обнял меня одной рукой, а второй гладил по голове успокаивая.

После ужина, мы отправились домой. Нужно отдохнуть и собираться в путь.

Было немного не по себе, я боялась реакции родителей. Прошло не так много времени с того момента, как я уехала в другой город учиться, а тут такие новости: я беременна и у меня трое мужей. А ещё они оборотни и демон. Класс… Можно сразу скорую вызвать.

Утром меня разбудили поцелуями, так сладко…

— Сладкая, вставай. Пораньше надо выехать, — Чейз прилёг рядом и стал гладить мне спину (я лежала на животе). Ещё чуть-чуть и я замурлыкаю.

— Чейз, прекрати, а то она не встанет, а мы рядом ляжем и не факт, что к вечеру вылезем из постели. Я уже чувствую запах ее возбуждения. Ммммм… Потрясающе… — Джек ещё раз вздохнул поглубже, а я со всей своей возможной скоростью, помчалась в ванную.

Весь путь меня трясло. Я очень боялась, что мои родители отвернутся от меня. У меня никого роднее нет.

Открыла дверь мама и с порога заявила, что ждала нас. Я в шоке не могла и шаг сделать, Азриель хмыкнул, взял меня на руки и занёс в дом.

Видя, что я не могу отойти от шока, мама улыбнулась, принесла нам чай и начала рассказывать:

— Дело в том, Эмма, что твой папа наполовину волк. А я из другого мира, но я тоже наполовину человек.

— А на вторую половину, кто ты, мама?

— Ведьма. Поэтому я знала, что у тебя так сложиться судьба. И поэтому мне сложно было отпустить тебя учиться, зная какие ждут тебя испытания.

— А почему ты мне ничего не рассказывала?

— Потому, доченька, что по-другому сложилась бы твоя судьба… Сейчас все так, как и должно быть, но это не конец…

— Это ты к чему? Я не понимаю.

— Ты всё поймёшь. И к переезду в другой мир мы готовы, если ты так решишь.

Я разрыдалась от облегчения и счастья, повиснув на шее у мамы с папой. Я стала заводом по производству слёз…

Мы пробыли у моих родителей весь день, мои мужчины нашли общий язык с ними.

Вечером мы отправились домой к Азриелю. Пока ехали я думала, что это будет лучшим решением для моих детей, отправится туда, где никто не будет осуждать наши отношения и показывать пальцем на наших детей. Тем более, что в любой момент мы можем вернуться обратно.

Задумавшись, я не заметила, как добрались до дома.

Зайдя в дом, кто-то схватил меня за руку, грубо подтянул к себе, прижав спиной и приставил пистолет к виску.

Мы ехали домой в полной уверенности, что все будет хорошо. Я чувствовал восторг исходящий от всех, умиротворение и счастье.

Эмма прикрыла глаза и легла мне на плечо. Я знал, что она не спит и о чем-то думает. Если она захочет остаться, я останусь вместе с ней и не буду требовать переезда в мой мир, просто подготовлю младшего брата к восхождению на трон. А если всё-таки решится, я буду самым счастливым на свете демоном. Может со временем и меня осчастливит отцовством. Нет… Я всех детей буду любить, просто хочу маленьких демоненков. Чтобы рожки стали появляться в годик, крылышки прорезались и мы гонялись по всему дому за ним или ней.

Волчат от любимой я уже люблю, но не знаю, что от них ждать. Я не знаю особенностей развития волчат и от этого немного страшно.

Первая в дом зашла Эмма и я почувствовал страх исходящий от неё. Ворвался в дом и встал столбом. Паника, помноженная на три… Мы втроём смотрели и не понимали, что делать дальше.

В любой другой ситуации, я бы уже вырвал руки этому самоубийце, но перед ним стоял ни кто-то, а Эмма. Волк, а это был именно волк, стоял за спиной Эммы, перехватив ее одной рукой под шею, а в другой у него был пистолет приставленный к её виску.

— Грег, опусти пистолет и мы с тобой поговорим! — Джек поднял руку, показывая что он с хорошими намерениями, но тот только сильнее прижал дуло к виску. Эмма всхлипнула и я понял, что истерика близка.

— Грег, ты понимаешь, что ты делаешь больно моей паре, — Джек знает этого подонка, но откуда? Потом выясню, сейчас надо успокоить Лучик.

— Маленькая не плачь, все будет хорошо, только не паникуй! — Эмма моргнула, показывая, что поняла.

Джек стал подходить медленно ближе, но тот дебил сжал горло и проорал:

— Ещё шаг и для неё песенка будет спета.

— За что? Грег, ты же мой друг! — Джек стоял, боясь пошевелиться, пытался заговорить, видя, что я стою уже достаточно близко, а Чейз заходит со спины.

— За что?!.. Сука… Ты себя вообще слышишь!? Я, блядь, за тебя работаю. Все что у тебя есть, это моих рук дело. Ты только приходишь документы подписать. Я всё делаю. Я!!!

— Грег, тебе денег мало? Я тебе дам, сколько ты захочешь! — говори Джек, говори, не останавливайся. Ещё чуть-чуть и я ее заберу.

— Мне нужно всё. Это всё моё. Я думал, потеряв Эмму в первый раз, — ты сопьешься, но тут появилась Стелла. Я знал, какая она шлюха и ждал момента, когда об этом узнаешь ты!

— Почему ты не вызвал меня на бой? Почему? — у Джека опустились руки, я видел, как ему тяжело.

— Я что? По твоему мнению на дурака похож?! Кто же в здравом уме на тебя пойдем честным боем? — я ждал, когда Грег потеряет бдительность, а он продолжил. — Когда ты стал подыхать от тоски, я обрадовался, но тут появилась эта дура и все испортила.

— С волчьим антикатом ты помог Стелле?

— А ты считаешь, что эта дура шлюхастая сама придумает такое? Она, кроме себя, ничего не видит. Единственное, что я не учел, что Анна окажется моей парой.

— Так оставил бы ее себе. Почему мне не сказал?

— А что ты, блядь, слышишь? Ты кроме себя ничего не видишь вокруг.

— Так вызови меня на честный бой! Я без волка был, почему в это время не вызвал?

— Ты что, не понимаешь? Я остался без волка, в тот момент, когда Анна оказалась в тюрьме. У меня не может быть больше пары. Она одна была. Ты лишил меня всего. Ненавижу…

Грег направил пистолет на Джека. Я понял, это тот самый момент. Я рванул к нему, вырвал из рук Эмму, заслонив её собой. В этот момент, я услышал выстрел, разрыв плоти и крик Эммы.

Я обернулся и увидел Грега, лежащего на полу без сердца, и Джека, держащегося за плечо.

Эмма вырвалась из рук, не замечая труп и побежала к Джеку. Глаза полные слёз, руки трясутся. Она осматривала Джека, а сама всхлипывала.

Чейз подошёл к ней, обнял и стал гладить, успокаивая.

— Сладкая, успокойся! Все хорошо! Все позади! С Джеком ничего не будет, он самый сильный оборотень на этой планете, через час и шрама не останется.

Я позвонил в стаю Чейза, попросил помощи в уборке. После звонка присел на пол к побратимам и жене, садя Эмму к себе на колени.

— Я решила… Мы… К тебе переезжаем… — сквозь всхлипы я услышал самые главные слова, которые я мечтал услышать. — Мне здесь страшно…

— Маленькая, прости меня, я не знал… — Джек сидел с опущенной головой, боялся посмотреть на нас, боялся осуждения. Но Эмма, эта удивительная женщина, слезла с меня и залезла к нему на колени, взяла его лицо в свои руки и поцеловала.

— Я люблю тебя и не осуждаю. Я вас всех люблю. Я не представляю жизни без вас. Вы самое лучшее, что могло произойти со мной.

Я в предвкушении шла к нашему дому. Наконец-то появилась возможность побыть наедине с моими мужьями.

Старших детей-двойняшек мальчика от Джека Максимуса и девочку от Чейза Анжелику забрали к себе родители Чейза. А младшего Стайлза забрали родители Азриеля — у него режутся рожки и поэтому я не сплю ночами, а справится с ним может только отец Азриеля.

Мне дали возможность отдохнуть, но я решила потратить это время на своих мужчин, им сейчас не хватает моего внимания.

Пока шла, вспоминала, что произошло за это время: мы переехали в мир Азриеля и это оказалось хорошим решением, нам не пришлось скрываться. Единственный минус, Азриель принц и нас поселили в замке. После нескольких дней споров и скандалов, которые я устраивала, нам построили дом на берегу озера и установили портал, по которому легко перемещаться из замка к дому.

Мои родители переехали, только тогда, когда я второй раз забеременела. Азриель тогда носился со мной, как курица с яйцом. Я думала разучусь ходить. Носил на руках и пылинки сдувал.

Я бросила учебу в университете и стала учиться местным законам. В будущем хочу помогать мужьям.

Постепенно две стаи моих мужей, объединившись, переселились в этот мир. Здесь им не нужно скрываться и прятаться, многие даже понаходили свои пары среди местных.

И как не странно, никто не против, что всем миром будут управлять три короля, а не один.

В замке я оставила записку мужьям. Захотела сделать им сюрприз. Зашла в дом, неся корзину с продуктами. На кухне разложила все по тарелкам. В гостиной накрыла стол и поставила свечи. Занавесила окна.

Быстренько забежала в спальню, одела самое откровенное нижнее белье, с кружевами, красного цвета. Волосы оставила распущенными и сделала лёгкий макияж.

Вышла в гостиную, села на кресло и стала ждать…

Через две минуты пришли они. Встали у порога, увидев меня, стали раздеваться.

— Может поедим?!.. — я только от их взгляда возбудилась, я думала со временем страсть утихнет, но нет, я все также плавлюсь лишь от одного прикосновения.

— Предпочитаю начинать ужин с десерта! — порочно облизнувшись Чейз избавился от последней одежды.

Я раздвинула ножки шире, чтобы все увидели уникальные трусики с разрезом на самом интересном месте.

Кто набросился на меня первым я не заметила. Три пары рук были везде. Все мое тело было зацеловано.

Кто-то скинул все со стола и разместил меня там. Мою голову спустили со стола и Джек пристроился у моих губ. Я облизнулась и раскрыла рот пошире. Джек медленно, дразнясь, засовывал свой член мне в рот. Я лизала, сосала и сама наслаждалась вкусом своего мужа.

Между ног я почувствовала дыхание Чейза, только он так долго может смотреть на мою киску, наслаждаясь видом. Но когда он начал лизать, иногда входя своим языком в меня, я не выдержала и застонала.

Азриель сидел рядом со мной на столе и лизал мою грудь, сжимал соски и покручивал их.

Это такое крышесносное ощущение, что я не выдержала и кончила. Вместе со мной кончил Джек.

Все поменялись местами: Азриель пристроился между ног, Чейз у моего рта, а Джек мял мою грудь.

Азриель одним толчком заполнил меня и сразу стал вбиваться с огромной скоростью. Чейз не отставал от него.

Возбуждение — это всё что я ощущала. Я плавилась, растворялась в этих ощущениях.

Пара толчков и я почувствовала, что Азриель излился в меня. Я от пустоты захныкала, меня забрали со стола и поместили на колени Чейза. Сразу села на его член, заполняя себя. Меня снова гладили, лизали, покусывали, а я стонала и двигалась.

Когда Чейз прикусил метку я взорвалась сверхновой, а за мной последовал и он. Я лежала на Чейзе и иногда вздрагивала от полученного удовольствия.

— Сейчас отдохнем, поедим и продолжим, — Джек, как никогда довольный, с улыбкой на лице, гладил меня.

— Такое ощущение, что вы что-то от меня скрываете?

— Просто, маленькая, я всегда мечтал о большой семье. А ты настолько замучилась с детьми, что и не заметила, что у кого-то задержка, перепады настроения и тошнит по утрам.

Слёзы радости выступили у меня на глазах. Я действительно не заметила. Вот то счастье которое было в моих мечтах: дети, дом и любящие мужчины, готовые на все ради меня, как и я ради них.