Глава 1

Выйдя от ректора в очень расстроенных чувствах, которые Хелен Бальмануг старательно прятала, девушка сразу же отправилась в гостиницу. Якобы за вещами для переезда в академию.

На самом деле хотелось быстрее поплакаться о произошедшем своей новой семье – шитерам из Адиная, из клана Ларк, но и этого Хелен не могла себе позволить. И нет, не потому, что благородные эйры не опускаются до жалоб нелюдям, а потому что она до сих пор несла на своих плечах груз ответственности. Она заварила всю эту кашу, втащила чуть не силком Ларков в свои коммерческие игры, а теперь они пострадают из-за нее. Из-за того, что пошли ей навстречу. И ей теперь придется сказать им об этом прямо в лицо.

Что она и сделала.

Собравшиеся в кабинете шитеры внимательно слушали ее сбивчивый рассказ, что ее, урожденную баронессу Хелен Ковес Бальмануг, наконец-то и внезапно зачислили в академию магии штатным студентом на полное государственное обеспечение.

Заглянув ей в лицо, ее подруга Шелли – младшая из Ларков и единственная сестра во всей семье здоровенных нелюдей – с недоумением спросила:

– Ты не рада, баронессочка? Ты ведь именно этого хотела.

– Но я не хотела подводить вас! – воскликнула Хелен, разве что не всплеснув руками. – Как же второй обеденный зал в гостинице, который мы собирались скоро открывать? Уже даже реклама распечатана и разослана. А я теперь буду заперта в академии с одним выходным в городе! И то если дадут разрешение на выход.

– Но я думаю, что мы справимся? – неуверенно произнесла Шелли, покосившись назад, где в тени стоял Джан – младший брат, который и помогал им с обустройством нового зала.

– Нет! – воскликнула Хелен, стискивая тонкие пальцы, лежащие на коленях поверх плотного сукна ее "делового" платья. – То есть да! То есть нет, трудности не в работе самого зала, а то... что теперь у вас не будет постоялицы эйры! Ради которой вроде как открывался второй зал, и как мы сказали инспектору из городской управы.

Вот теперь все шитеры поняли, что волновало Хелен, тоже насупились.

– Если только срочно заселить в гостиницу других постояльцев из благородных... Может, вам найти еще одну эйру?... – рассуждала вслух Хелен, нервно кусая губы.

– Ну уж нет! – фыркнул один из братьев у стены. Кажется, его звали Хаин. – Нам одной хватает по уши.

Девушка покосилась на него, вернее, непроизвольно на его уши. Как и у любого другого шитера, они торчали сверху головы в густой копне волос. Старший из Ларков – Шан, сидящий в кресле за большим письменным столом – тоже метнул на брата выразительный взгляд.

– Может, еще что-нибудь можно придумать? – опять неуверенно подала голос Шелли, оглядывая всех.

Что здесь придумаешь? Гостиница имела право открыть дополнительный обеденный зал только при наличии регулярных жильцов другого уровня. В "Синем пескаре" только Хелен была постоянной гостьей из благородных людей. Вернее, она собиралась быть постоянной, раз уж в академию ее взяли только вольным слушателем, которым проживание на территории не положено. Других таких же знатных постояльцев, которые останавливались бы в гостинице достаточно часто или жили подолгу, не было. И с выселением Хелен терялось оправдание для открытия второго зала. Из-за этого на "Синий пескарь" могли наложить штраф и заставить закрыть зал.

Отказываться прямо сейчас от зала? Когда уже столько сил вложено? Когда потрачены средства на ремонт, закупку новой мебели и посуды? Когда столько договоров уже заключено?

– А если Хелен будет по-прежнему нашей постоялицей? – спросил Джан где-то позади кресел девушек.

– Но я же... – начала было Хелен, разворачиваясь к парню.

– Даже если один раз в неделю будешь бывать здесь, то можно зачесть тебя жильцом, – ответил Джан на еще не высказанное девушкой. – Как Муратар Ари, он тоже редко бывает в номере, хотя снимает его.

– Но я не смогу платить за номер...

– Как наша названая сестра ты вообще не должна платить! – тут же подхватилась Шелли.

– Ага. Как наша сестра она должна жить в нашем доме, – буркнул кто-то из старших Ларков.

Хелен, уже было открывающая рот, чтобы возразить подруге, тут же захлопнула его обратно. Чтобы случайно не ляпнуть сейчас что-то лишнее. Юная незамужняя эйра и живущая в доме шитеров? Где полно взрослых мужчин, тем более нелюдей?

Это же ужас ужасный! Да, Ларки взяли над ней опеку, приняли в свою семью, но ведь неофициально, скрывая сей факт от посторонних. Потому что местный бомонд не переживет подобного абсурда, вопиющего попрания устоев Огертской верхушки.

Всё, на что хватило Хелен, испуганно глянуть на Шана, самого старшего из Ларков.

– Мы можем оставить номер за Хелен, даже если она будет появляться в нем всего лишь раз в неделю, – окончательно решил глава семьи.

Что ж, это был приемлемый выход. И пока клиентов у гостиницы было немного, девушка не стала переживать, что занимает впустую номер.

– А настолько редких моих визитов будет достаточно, чтобы Триктоштифы не ябедничали опять в управу из-за второго зала? – сомневалась Хелен.

Триктоштифы – конкуренты-дверги, держащие гостиницу в конце улицы – могли жаловаться и без повода, понимала девушка, но лучше не давать им лишний шанс на подлянку.

– Может, тогда второй зал открывать для приема посетителей только по выходным? А в остальное время пусть работает только доставка по заказам? Меню же уже распечатали... – начала рассуждать вслух Хелен.

Кажется, или кто-то из старших братьев закатил глаза? Старшие Ларки в последнее время самоустранились от работы столовой, сбросив ее на плечи младших и "баронессочки", которые затеяли все эти переделки.

– Если у тебя других вопросов нет... – сказал девушке Шан, как Джан сзади сразу спросил:

– Хелен, тебя там не обижают?

Теперь вопросительный взгляд Шана достался Джану.

– Нет, всё нормально, – поспешила успокоить шитеров Хелен.

Она не хотела, чтобы Ларки знали о ее сложностях с другими эйрами.

Внимательный взгляд Шана остановился на Хелен. Словно старший Ларк пытался просканировать ее до самых глубоко спрятанных проблем.

– Непорядок, что нам туда хода нет, – выдал неожиданно один из братьев у стены. Кажется, опять Хаин.

Шитеры вновь насупились.

– Но там есть знакомый старик, который выходит каждый вечер, – тут же ответил Джан, с которым Хелен ездила к библиотекарю Онде домой. – Мы можем поручить ему смотреть за Хелен. И сразу передавать нам новости.

Теперь Хелен была готова насупиться. С одной стороны, приятна забота "братьев". С другой, видимо, от их контроля ей теперь и за академическими стенами не спрятаться. Будет она под колпаком так же, как и их сестра Шелли, которая жаловалась ей на чрезмерную опеку. И надо быстрее предупредить Онде, чтобы не выносил сор из избы, то есть не передавал Ларкам о ее стычках с парнями. Что будет, если шитеры узнают, как тупоголовые знатные студенты решили поспорить на нее?

"У-у! Вдруг тогда некоторые знатные семьи недосчитаются своих отпрысков? Нет уж! Такого допустить нельзя!" – покусывала губы Хелен, опуская глаза вниз.

Кажется, или Шан опять ее внимательно просканировал взглядом?

– Давайте обсудим вопросы по залу, пока я здесь? – попыталась отвлечь шитеров Хелен на более безопасную тему.

Но в итоге старшие братья остались в кабинете, а девушек с младшим Джаном выпроводили. У молодежи своего кабинета не было, поэтому они отправились в новый обеденный зал, который пока стоял закрытым.

Светлые стены с легким кремовым оттенком. Большие окна с ячеистым остеклением взлетали вверх к высокому потолку. Драпировки бежевых портьер аж трех оттенков сложными каскадами струились вокруг окон, поддерживаемые витыми шелковыми шнурами на разных уровнях. На стенах меж оконными проемами испускали нежный рассеянный свет магические светильники в кованных абажурах. Такие же абажуры были и на настольных лампах на каждом столе, покрытом вышитой скатертью. Абажуры в том же стиле были и на больших напольных торшерах, что стояли в дальнем углу, где Хелен обустроила "тихую полуприватную зону".

В целом новый обеденный зал "Синего пескаря" больше напоминал не ресторацию, а столовую знатного дома. Что, в общем, Хелен и хотела достичь. Надо же было как-то выделиться на фоне остальных ресторанов для высшего класса. И девушка предложила, что раз их зал при гостинице, где будут останавливаться путешественники, то пусть люди будут находить здесь тепло и уют – чтобы было почти как дома.

К оформлению интерьера пришлось подойти творчески в том числе и потому, что бюджет у них был ограничен. Нельзя было пойти и просто скупить всё необходимое достаточного уровня роскошности. Поэтому "баронессочка" решилась на смесь стилей – воспоминания настоящей Хелен смешала с идеями из своего мира и добавила исполнение от нелюдей этого мира.

Например, те же кованные абажуры местная знать в своих гостиных не использовала, считалось слишком грубым, но стеклянные плафоны были чересчур дороги. Поэтому Хелен заказала одному из кузнецов-двергов абажуры по своему эскизу, где в "скелет" из витых кованных лоз вставлялись прямые пластинки стекол. Эти небольшие кусочки стекла, в том числе цветного, удалось купить недорого у другого дверга, который рад был хоть так избавиться от ненужного ему "неликвида". А чтобы ушлые дверги потом не стали тиражировать ее задумку, Хелен с мастеров взяла подпись договоров о "неповторении" схожей работы без ее разрешения. Не патентная защита модели, но в условиях этого мира и так сойдет.

Найти быстро и много однотипной мебели было невозможно, заказывать дорого, да и ждать долго. Поэтому Хелен решила, что мебель в зале будет разной. И для этого в том числе сделала зонирование. У дальней стены в нишах, образованных столбами и натянутыми меж ними плотными темно-бежевыми портьерами, встали мягкие диванчики вокруг длинных столов. Хотя Шелли вначале поражалась – как так, около столов и диваны, а не стулья? И да, в каждой нише диванчики были своего цвета, но так даже интереснее. Хелен предложила дать особые "цветочные" названия этим "мини-кабинетам" и добавить их интерьерам дополнительный шик необычными аксессуарами. Где-то это вычурные светильники из дальних стран, купленные на Старом рынке на распродажах, с поисками которых помог в свое время Онде, где-то просто яркие скатерти и подушки, что не было принято в Огерте. Здесь Хелен предполагала дружеские "посиделки" для компаний.

В центре зала расположились стандартные группы мебели – крытые скатертями столы, да резные мягкие стулья. Резных стульев тоже не хватало, поэтому пришлось заказывать у мебельщиков деревянные диванчики с мягкой обивкой в тон стульям. Вроде тех, что делают для кухонных уголков в мире Елены. И да, этот вид мебели был тоже необычен для Огерта, но из-за того, что было меньше резьбы, они выходили дешевле и изготавливались быстрее стульев. А высокие спинки диванчиков добавляли приватности для каждого столика. Зато здесь было достаточно кружев на текстиле, как понравилось бы местным эйрам, яркие подушки на светлой обивке диванчиков, как нравилось самой Хелен – и вот вам пусть не шебби-шик, но вполне уютные и симпатичные зоны.

У окон тоже поставили столики. И это тоже было вопреки местным интерьерным правилам, однако попаданка Елена не смогла отказаться от любимой привычки из своего мира – сидеть в кафе с чашечкой ароматного напитка у окна и наблюдать, как за ним неспешно течет жизнь своим чередом. Шитеры не понимали, зачем сидеть у окон и таращиться в них, здесь так не принято. Но Хелен настаивала. Поэтому пошли на компромисс, всего лишь у пары окон встали небольшие столы, буквально на одну-две персоны. Эту мебель сделали в стиле лофт – нарочито грубоватые кованные прямые ножки, толстая гладкая столешница сверху. На таких же грубых табуретах прикрепили повязками отдельно сшитые квадратные подушки. Шелли хотела закрыть "этот стыд" длинными до пола скатертями, а Хелен настояла, чтобы на "голую" столешницу легли лишь скромные салфетки под тарелки – без кружев, из нарочито серого и грубого неотбеленного льна.

Когда "баронессочка" описывала свои дизайнерские задумки, особенно что касается столов у окон, Шелли чуть волосы на голове не рвала, ужасаясь таким странным идеям. Но как призналась позже, пока делали зал, тот же Джан присаживался отдохнуть именно за те столы. Заглядывал в процессе ремонта в новый зал и их постоялец вертал Муратар Ари. Он даже пару раз изволил завтракать именно за теми столами у окон, не обращая внимания, что зал еще не доделан. И Хелен надеялась, что ее идеи всё-таки приживутся в этом мире, что в ее "странном" зале будет достаточно посетителей.

Сейчас молодежь расположилась для обсуждений в одной из "цветочных" ниш – "Ирисовой". Мягкие диваны здесь были голубоватые, с фиолетовыми и бело-желтыми подушками. На единственной стене висела большая картина с букетом ирисов. Скатерть на столе была бледно-желтая, а салфетки, разложенные по всем правилам столового этикета – нежно-голубыми с мелким белым кружевом. Конечно, такое столовое белье не продавали в магазинах, зато обычная цветная ткань стоила недорого, да и швея-двергиня, которая быстро исполнила их заказ, тоже брала немного и не задавала глупые вопросы. Она, лишенная поддержки своей семьи как полукровка, готова была выполнить любой заказ эйры, каким бы чудным он ей ни казался.

Хелен оглядывала получившуюся красоту в уже практически готовом зале и грустила. Теперь ей придется всю эту красоту оставить и переселиться в казенные стены, которые еще неизвестно как ее примут.

– Если будут спрашивать, кто делал такой странный зал, говорите, что заезжий мастер, – наставляла она шитеров в который раз. – И это практически правда, потому что я издалека.

"Ну да, настолько издалека, что аж из другого мира" – но эти слова она пока не была готова сказать своим друзьям. А то, что приехала она в столицу из приграничной провинции через полстраны, шитеры уже и так знали.

– А если придут заказчики от кузнеца насчет разрешения на мебель или подобные лампы, то пусть Шан им продает такое разрешение, доверенность на подпись я ему оставила.

– Ты думаешь, кто-то еще захочет такую же странную мебель? – не верила Шелли.

– Еще как захотят! – заверяла Хелен. – Эх, нам бы развернуться! Могли бы сами сделать мебельный салон...

Рядом шумно выдохнули шитеры. Хелен улыбнулась.

– Ну ладно, ладно. Не так сразу, – успокаивала друзей девушка. – Или хотя бы в таком стиле мы могли отделать, скажем, мужской зал. Жаль, что у гостиницы нет больше лимитов на дополнительные помещения.

– Кабинет для деловых встреч мы вполне можем сделать... – Пожал широкими плечами Джан и тут же смолк, покосившись на человечку.

Понял, что сболтнул лишнее. Хелен улыбнулась еще шире.

– М-м, хорошая идея! Вот приманим на наш зал побольше богатых и деловых постояльцев, а затем для них сделаем и кабинет.

Рядом тяжело вздохнула Шелли.

Человечке осталось только рассмеяться, а затем и молодые шитеры присоединились к ней.

Проболтали о делах столовой до самого вечера. Хелен совершенно не торопилась возвращаться в академию. Даже побаивалась первой ночёвки в студенческом общежитии, зная, что на нее некие парни поспорили. И не зная, чего от них ждать. Пойдут ли отпрыски из знатных семей на какую-нибудь подлость или нет? Решила провести последнюю свободную ночь в гостинице, которая ей стала почти домом.

Затем Шелли помогала "баронессочке" упаковывать в номере ее скудные пожитки, а Джан принес еще немного денег по поручению старшего брата. "На расходы" – передал парень.

Хелен было неловко. Семья Ларков не только защищала ее, но и практически обеспечивала, хотя сама не шиковала. Да, Хелен в свою очередь помогала им с расширением столовой, а также своим положением эйры помогала решать некоторые проблемы, да с тем же проверяющим из городской управы. Однако девушка понимала, что шитеры помогают ей гораздо больше.

Утром все встали по привычке на рассвете. Проводить "баронесску" вышли все Ларки, кто был в гостинице. С Шелли, разве что не всплакнувшей, Хелен даже обнялась на прощанье и пообещала обязательно выбраться к следующим выходным, на которые было назначено открытие зала. Джан и Шан, заранее вызвавшие коляску, отправились "сдавать" человечку под опеку королевской академии магии Огерта.

Глава 2

У ворот академии вышла заминка. Охрана никак не хотела пропускать молодого шитера, что нес баулы с вещами эйры Бальмануг.

– Не положено! – твердил как заведенный охранник, пожилой мужчина с усталым лицом. – Посторонних без дозволения сверху внутрь не велено пущать.

В такую рань начальство не работало и получить разрешение на пропуск Джана было невозможно. Тогда парень сунул мелкую монету мужчине в кожаных доспехах и велел, передавая ему баулы:

– Лично проводишь эйру до комнаты!

Охранник спорить не стал, тем более что второй массивный шитер стоял рядом и, скрестив руки на груди, мрачно следил за суетой, и повел Хелен в жилой корпус. Поскольку девушка сама еще не знала, в какую комнату ее распределили, то мужчина завел ее к коменданту. Пришлось идти вначале в здание, где жила прислуга, в личные комнаты и будить управляющего спозаранку.

Уж неизвестно, какие распоряжения относительно эйры Бальмануг давал коменданту ректор, или тот сам по себе был человеком хорошим, но ругаться из-за побудки не стал, а быстро растолковал насчет комнаты и выдал новой студентке "ключ". Это была небольшая металлическая пластинка на цепочке, которую следовало прикладывать к двери. Таким образом в магическом мире решался вопрос доступа в помещения, по крайней мере у богатых, кто мог позволить себе артефакты. Видимо, королевская академия, где учили будущих магов, могла себе позволить.

Охранник добросовестно дотопал до комнаты Хелен, расположенной на втором этаже в небольшом женском крыле здания.

В местном студенческом "общежитии" было красиво, интерьер выглядел даже дороже, чем в "Синем пескаре". Стены просторных коридоров были украшены редкими картинами с пейзажами и мягко светящимися бра. Деревянные панели закрывали стены от пола до середины высоты. На полу – ковровая дорожка, заглушающая шаги. Дверей в коридоре оказалось немного. В противоположном конце, как поняла Хелен, отдельная лестница для прислуги, здесь часто такой прием использовали в зданиях. И да, это же была "общага" для студентов из богатых семей, поэтому здесь был предусмотрен обслуживающий персонал. Избалованным эйрам не самим же полы мыть до постели перестилать.

Кстати, отправленная им вслед служанка догнала их почти у двери.

– Вы здесь будете жить, эйра? – как-то немного испуганно протянула молоденькая чернявая девушка лет семнадцати.

Причину ее эмоций Хелен поняла чуть позже, а пока велела охраннику оставить ее вещи у двери. Она узнала, что делит комнату с другой студенткой, поэтому не стала пускать мужчину внутрь в такую рань, когда соседка скорее всего спит.

Комната, освещенная скудным утренним светом из-за не задёрнутых гардин двух больших окон, была просторной. Порядка квадратов двадцати или больше. Здесь даже три кровати стояли, совершенно друг другу не мешая на таком пространстве. У дальней стены легкие дверцы намекали на большой встроенный шкаф. Три тумбочки у кроватей, у стены большой стол со скатертью и три мягких кресла у него. Письменных столов и стульев здесь не было. Словно не предполагалась, что студентки будут тут заниматься уроками.

А еще здесь были явно лишние вещи. Пара мягких пуфиков, отдельно стоящее зеркало в полный рост, рядом с ним крошечный комод с кучей флакончиков и баночек сверху, роскошный пушистый коврик у одной из кроватей, где мирно посапывала девица. На двух прочих свободных пока кроватях были разложены платья с пышными юбками и прочие девичьи вещи.

Пока Хелен оглядывалась, проникнувшая вслед за ней служаночка, тихо и робко позвала:

– Извините, эйра, но вчера... не смогли застелить вам постель. Какую вы желаете, чтобы вам застелили?

Хелен оглянулась на служанку, что держала в руках стопку белья. Понятно, почему не смогли вчера – видимо, просто не посмели освободить поверхности кровати от барахла другой эйры.

– Вот эту, у окна, – решила Хелен, проходя вглубь комнаты и сгребая в охапку чужие вещи.

Под тихий выдох служанки просто швырнула наряды на третью кровать, где так же были разложены платья. Пока молоденькая девчушка стала быстро и бесшумно при тусклом свете заправлять постельное белье, Хелен прошла к дверям шкафа и распахнула их. Как и подозревала, здесь всё было забито чужой одеждой. И вот вопрос – зачем? Зачем спящей соседке все эти наряды всех цветов радуги, насколько можно было догадаться в утренних сумерках? Ведь внутри академии положено ходить исключительно в зеленой форме, что выдается по регламенту. А для редких выходов в город достаточно пары платьев, чтобы доезжать до дома и там уже переодеваться во что угодно.

Поскольку свои вещи Хелен было некуда развешивать, то она поблагодарила служанку – та при этом чуть не шарахнулась испуганно – и отпустила ее. Пару своих скромных платьев новоявленная студентка оставила пока на кровати, решив, что потом займется обустройством. Сама спешно переоделась в выданную ей форму – вполне приличное по качеству платье, излишнюю ширину которого присобрала поясом – и собралась на учебу. Ректор же просил не опаздывать и не прогуливать, фыркнула про себя Хелен, выходя из комнаты и тихо прикрывая за собой дверь. Ее соседка, так и не проснувшаяся, продолжала досыпать. Вот кто не переживал о прогулах.

До начала занятий было еще время, и Хелен заскочила в библиотеку – "похвастать" Онде своим новым статусом полноценного студента и предупредить о Ларках. Что шитеры будут интересоваться ею и ее делами, что им докладывать можно и даже нужно, но только не о проблемах. Тем более не о пари, что уже вовсю собирало ставки. Онде поохал, покивал, то поздравляя, то словно сомневаясь в словах девушки, но пообещал помочь со связью с "внешним миром". Он же рассказал Хелен, что многие из прислуги жилого корпуса подрабатывают тем, что по заказу студентов доставляют им извне что угодно.

– Даже алкоголь? – уточнила девушка.

Ей то он не нужен, но хотелось знать, что ее может ожидать.

Онде как-то неопределенно промычал в ответ. И Хелен поняла, что с дисциплиной здесь могут быть проблемы. Особенно по вечерам, когда преподаватели и руководство покидают стены заведения, и прочие сотрудники уменьшают свое трудовое рвение.

Прозвенел звонок, и девушка поспешила в аудиторию. Теперь у нее нет официальной возможности прогуливать.

***

В учебной аудитории всё также – улыбающийся мастер Фердок у стола с шаром, который опять не отреагировал на Хелен. Те же неохотно заполняющиеся парнями парты амфитеатра. Только смотрели на девушку теперь иначе.

Вначале по ее фигуре в зеленой униформе согруппники скользили рассеянными взглядами. Затем, когда до них доходило, что это платье, а не сюртук, взгляды возвращались с недоумением. Когда же заглядывали ей в лицо и с трудом, видимо, но узнавали в ней Бальмануг, то физиономии студентов наполнялись удивлением и непониманием.

Сама Хелен уже заприметила знакомых парней – Кагматта и Сарвата – и направилась в их сторону. Позевывающий Сарват что-то тихо бубнил приятелю, а тот выглядывал кого-то у входа в аудиторию.

– Доброго утра, студенты! Позволите присесть рядом?

Они с ребятами хоть и просидели вместе уже несколько дней на соседних партах, можно сказать, уже почти "друзья", но продолжали вежливо расшаркиваться каждый раз по любому поводу. Как и принято у знати.

Первым поднял голову Норд Сарват.

– О-о! Э-э, эйра Бальмануг? – А сколько удивления в его голосе. Как и во взгляде, уже сползающим вниз по фигуре девушки вниз. – Ох, простите! Студентка Бальмануг?

Парень неуклюже подскочил, стукнувшись бедром об край парты. Его приятель – Вакрок Кагматт – тоже обернулся. Вначале дернулись его брови, собираясь приподняться, но затем парень натянул сдержанно-вежливое выражение на лицо.

– М-м, студентка Бальмануг? – повторил он за приятелем и тоже чуть привстал на месте, чтобы поприветствовать эйру. – Вы... теперь в форме?

– Как и положено студентам, – тяжело вздохнула девушка, присобрав ткань юбки и плавно усаживаясь за парту.

Только после этого парни тоже сели на места.

– Откроете секрет, почему раньше вы не носили форму? – спросил Норд. – Она... вам к лицу.

"Потому что ваш ректор еще тот гад!" – подумала про себя девушка, а вслух сказала лишь:

– Потому, что... были обстоятельства непреодолимой силы.

– Как прошла ваша встреча с представителем Управления порядка? – неожиданно спросил Вакрок.

Хелен замерла на миг. "Здесь настолько быстро разносятся сплетни? Или откуда парень может знать о моей встрече с местным полицейским?".

– Э-эм, спокойно прошла, – неуверенно протянула в ответ девушка.

– Вы же оставили представителю Управления жалобу на Делтика? – чуть склонив голову, поинтересовался парень.

Утренний разговор начал напрягать Хелен. Она о Делтике даже вспоминать не хочет, и уж точно не с утра пораньше, пока его физиономии в аудитории не видно.

Вакрок расценил ее молчание по-своему.

– Надеюсь, представитель Управления вел себя достаточно учтиво? – продолжал напирать парень. – Или родня Ароэнофа уже посмела вмешаться? Вас отговаривали? Эйра... прошу прощения, студентка Бальмануг, вы обязательно должны оставить жалобу на действия Ароэнофа, неподобающие для благородного эйра!

Парень говорил с жаром, а девушка смотрела на него и медленно соображала.

– Так... это вы сообщили в Управление о произошедшем? – дошло до нее.

– Да, я. – На мгновение поджал темные губы парень. – Наверняка ректор Велинсор постарался... кхм, избежать огласки...

– Ну, спасибо! – вырвалось из уст Хелен.

Видимо, получилось с заметным сарказмом. Вакрок запнулся, глянул на нее внимательнее.

– Вы не рады? – удивился он. – Надеюсь, родня Делтика не пыталась...

– Студент Кагматт! – пресекла его вежливые речи Хелен.

Выдохнула. Не очень помогло успокоиться.

– Я вам... очень признательна за вашу... ваше неравнодушие к... кхм, ситуации, в которую я попала, – тихо процедила девушка, совершенно не чувствуя никакой признательности. Да он ее пред полицейскими почти подставил! – Но будьте так любезны в следующий раз не предпринимать за моей спиной ничего, что имеет непосредственное отношение ко мне! Хотя бы не посоветовавшись перед этим со мной же!

Удерживать ровный тон не получилось долго, и конец фразы вылетел слишком эмоциональным.

Удивленный Норд переводил непонимающий взгляд с одного на другого. Сам Кагматт почти застыл, его лицо превратилось в неживую маску.

– Прошу прощения, студентка Бальмануг, если я каким-либо образом сделал нечто, вас не устраивающее... – холодно начал строить очередную витиеватую вежливую фразу парень.

"И ведь красивый и даже нормальный парень! – недоумевала Хелен. – Ну зачем он настолько полез в мои дела, чертов рыцарь! И как задолбали уже их трехэтажные обороты речи!".

Девушка плавно взмахнула рукой, словно стараясь выключить сейчас синтезатор сложной речи у знатного парня рядом. То ли он догадался, то ли сам не хотел особо извиняться, но прекратил свое словообилие.

А у Хелен мелькнула еще одна противная мыслишка.

– Студент Кагматт, скажите на милость, а вы... вдруг, случайно... не интересовались в последние дни у ректора Велинсора моим статусом в академии? Или почему я не в обычной форме, как прочие? – спросила девушка, глядя на притихшего Вакрока, меж темных бровей которого на идеально ровном лбу залегла маленькая складка.

Парень моргнул. И что-то такое на миг мелькнуло в его глазах, что-то непонятное. Но его лицо стало еще более вежливым и закрытым.

– Да, я воспользовался правом встречи с ректором Велинсором, чтобы задать ему пару вопросов... – начал было опять Кагматт.

У Хелен же дыхание перехватило. Словно кто под дых дал. Но она лишь прикрыла ладонью глаза, чтобы из них не сыпались искры или даже молнии вокруг, и, подавшись вперед, оперлась локтями об парту, продолжая поддерживать голову рукой. Да, совсем не такая грациозная поза, которая положена юной эйре, но у Хелен просто не было сил. Не было сил сдерживаться иным способом. Так хотелось наговорить всякого этому любопытному "кавалеру"!

"Так это по его милости меня быстренько перевели в студенты?! – поняла Хелен. – То есть я ходила сколько к этому чертовому ректору, пороги оббивала, упрашивала его, и в пустую! А затем приходит какой-то сыночек герцога, и стоило ему только спросить любопытства ради, как ректор быстро переводит меня в штат учеников на бюджетное место?!".

Хотелось еще или застонать от бессильной злости, или заорать в полный голос, выплескивая свой гнев. Гнев на ректора, на этот чертов мир, на свое почти бесправное положение здесь – и как девушки, которые здесь должны быть вроде безмозглых цветочков, и как нищей уже даже не баронессы, за которой нет сильной родни, которая бы решала ее проблемы.

Был гнев и на Кагматта. "Ну зачем он сунул свой любопытный нос в мои дела?! Зачем?! Почему сейчас?! – клокотало внутри у Хелен, стиснувшей зубы, чтобы действительно не начать орать. – Ему заняться больше нечем было? А мне... а у меня все дела посыпались!".

– Ты не рада? – послышалось удивленное где-то за ее рукой.

Причем голосом Норда, а не Вакрока. Глубоко вздохнув и медленно протяжно выдохнув, Хелен выпрямилась, сложила руки на коленях и, как положено приличной воспитанной эйре, вежливо проворковала:

– Что ж, студент Кагматт, благодарю вас за неравнодушие и даже заботу обо мне. Это очень мило и благородно с вашей стороны. Но опять напомню – впредь прошу... – Тут пришлось замяться, потому что приличные слова никак не подбирались.

Да и голос явно дребезжал от эмоций. А те слова, что просились на язык, нельзя было произносить в высшем обществе.

– Очень прошу больше не решать вопросы обо мне без меня же, – кое-как завершила фразу Хелен.

Хотя очень хотелось рявкнуть: "И не суй больше свой любопытный нос в мои дела!".

Притихшие парни смотрели на нее молча и с осязаемым непониманием. Первым отмер Кагматт.

– Чем бы не были продиктованы мои поступки, я бы никогда... не стал бы требовать от вас чего-то взамен, или даже... – начал словно оправдываться он, опять что-то там надумав сам себе.

– Отличная новость! – перебила его Хелен, глядя вперед невидящим взглядом. – Благодарю! Вы... очень великодушный человек, студент Кагматт.

Слушать его дальше она не хотела.

Вообще слышать не хотела.

Как же он, этот идеальный парень, буквально Мистер Вселенная и Рыцарь, встающий на защиту наверняка всех эйр, в данный момент ее бесил!

Но не вставать же, чтобы пересесть куда подальше. Потому что лектор уже занял свое место внизу и раскладывал бумаги на трибуне.

Так до конца лекции и просидели все трое тихо, не переговариваясь и не глядя друг на друга.

А как только раздался сигнал об окончании лекции, Кагматт подскочил и, схватив свою сумку, ринулся без оглядки вниз по ступеням. Сарват задержался чуть дольше. Встал, помялся рядом с партой, глядя вслед убегающему другу.

– Иди, догоняй уже, – буркнула Хелен, видя метания молодого эйра.

– А вы, студентка Бальма... – начал было парень свою новую витиеватую фразу.

– Да иди уже! – так рыкнула Хелен, что впереди сидящий студент даже дернулся. – Проваливай!

Сарват склонил голову на миг и размашистым шагом поспешил вдогонку за приятелем.

А Хелен надулась.

На себя в первую очередь.

И чего, спрашивается, было так бурно воспринимать произошедшее? Ну да, любопытство благородного – в прямом смысле, то есть на самом деле хорошего – Кагматта совершило на этот раз неудачную услугу. Но разве парни в этом виноваты? Разве они виноваты в выкрутасах ректора, который так затянул с зачислением Хелен, что она уже сама обустроилась в столице?

"Наверное, надо будет извиниться перед ребятам. И перед Вакроком в первую очередь" – поняла девушка, собирая свои записи в холщовую сумку.

Глава 3

Вернулась Хелен в свою комнату не в лучшем настроении.

А когда переступила порог, приложив для открытия выданную пластину к особому месту на двери, то настроение окончательно рухнуло куда-то вниз и еще под плинтус закатилось.

– Ты?! – Из комнаты прошипели на вошедшую Хелен таким противным тембром, что аж в ушах зазвенело. – Да как ты смела?!

Ее соседка – темноволосая девица-красавица, настоящая куколка в нежно-салатовом пышном платье – стояла посреди комнаты и указывала на вошедшую пальцем, унизанным перстнями с поблескивающими каменьями.

– Как ты смела сюда, ко мне, заявиться!

– Обороты сбавь, незнакомая эйра, теперь это и моя комната тоже, – вяло отозвалась на чужую истерику расстроенная Хелен, проходя к своей кровати.

Она пыталась обойти расфуфыренную девицу, на которой поблескивали во всех возможных местах украшения – причем явно настоящие драгоценности, а не стекляшки. Но соседка больно вцепилась в плечо проходящей Хелен.

– Ты! Пошла прочь из моей комнаты!

Хелен скинула с себя чужую руку и процедила в ответ:

– Выбирай выражения, эйр-р-ра! Ты не у себя дома. И говоришь с равной, а не с прислугой. – И прошла дальше к своей кровати у окна.

Отложив сумку на тумбочку, растянулась поверх покрывала. Пышная юбка платья с парой подъюбников мешали, но домашних шорт, в которые можно было бы переодеться для комфорта, в этом мире не существовало.

Хелен так хотелось открутить свою жизнь на месяц назад, чтобы еще тогда сразу добить ректора на зачисление нормальным студентом. Чтобы не переживала за будущее самообеспечение и...

"Чтобы что? Не общалась так много с шитерами и не заводила с ними общие дела? Чтобы теперь не жалеть о сорвавшихся мероприятиях? А как бы я этот месяц прожила? За чей счет? Ректора, что ли? Так бы этот скряга и поделился" – вяло ворочались мысли в голове девушки.

– Ты мне не ровня, бродяжка! – продолжала шипеть развернувшаяся вслед за ней соседка, которая так и не представилась. – Вас лишили титула! Ты... ты... хуже моих слуг!

Хелен прикрыла глаза и молчала. Значит, сплетни о ее семье настолько распространились по академии, что даже эта, не появляющаяся на занятиях девица в курсе.

– И ты... ты посмела тронуть своими грязными руками мои наряды! – продолжала изливаться руганью визгливая девица.

– Кстати, хорошо, что напомнила, – не открывая глаз, сказала Хелен. – Освободи в шкафу мою секцию от своего тряпья.

Да, сдерживаться и подбирать вежливые обороты она больше не хотела. Тем более когда ее здесь оскорбляют. Пусть скажут спасибо, что не грубит в ответ.

– Да как ты?!.... Да ты у меня... Да я!.. – всё больше заводилась соседка, негодуя где-то в комнате.

– Что? Папочке пожалуешься? – хмыкнула Хелен, так и не открывая глаз. – Напомни, а сюда ты сама поступила? Или тебя твой любимый папочка сослал на перевоспитание? Интересно, за какой проступок?

Потому что такую змею точно перевоспитывать надо.

Где-то в комнате громыхнула дверь. Приоткрыв один глаз, Хелен убедилась, что комната пуста.

"Вот и ладненько. Отдохну хоть немного от этих высокородных".

Долго предаваться пустым терзаниям не стала. Желудок вскоре запросил обеда. Хелен встала, убрала свою сумку в запирающуюся на всё ту же пластину тумбочку и пошла на выход. Ей еще предстоит появиться в местной столовой, где она вновь станет "звездой" всеобщего внимания.

***

Зал столовой Хелен нашла по подсказкам пробегающей мимо прислуги, а что ждет ее внутри, не знала.

Переступив порог огромного зала, девушка замерла и огляделась.

Потолок был так далеко, что, казалось, будто парил где-то в вышине. Высокие и узкие окна с двух сторон, через которые внутрь лилось много света. Внизу такая же роскошь, как и в жилом корпусе, и кто бы сказал, что это студенческая столовка. Обшитые деревянными панелями стены, картины, канделябры с магическими светильниками, сейчас погашенными – как на полу, так и на столах, укрытых светлыми скатертями. Какой-либо линии раздач блюд или витрины не наблюдалось. Только множество небольших столов рядами, за которыми уже сидели студенты в такой же зеленой форме, что и сама Хелен.

То есть много-много парней, часть из которых обернулись и таращились на вошедшую девушку. Других студенток Хелен почему-то не видела.

– О, Хелен?! Ты? – раздалось громкое с одной из сторон.

Подобное обращение по имени в незнакомом обществе покоробило нежную душу эйры, но заметив, что ее окликнул вставший из-за стола неподалеку знакомый уже Бхетер, девушка облегченно выдохнула.

Парень тем временем шел в ее сторону.

– Присоединяйся к нам. Ты впервые здесь? Раньше я тебя не видел в столовом зале, – продолжал баронет Сильвер Бхетер, подходя ближе.

– Прошу прощения, студент Бхетер, – ответила ему Хелен, отвечая на приветствие легким наклоном головы и следуя вслед за парнем обратно к его столу. – Но подобное обращение не стоит...

– Да ладно тебе! – перебил ее знакомый с лукавой мальчишеской улыбкой. – После того, что между нами было, можно по имени. Называй и ты меня – просто Сильвер.

Хелен аж запнулась от подобной фразочки и не сразу заметила, как от стола, к которому они успели подойти, на них таращится три пары удивленных глаз. От соседних столов внимания тоже хватало.

– Кхм, Сильвер, и что же меж вами было? – спросил один из парней, что сидел за тем столом.

Бхетер уже отодвинул для Хелен стул, но она не торопилась садиться. Сама выжидающе смотрела на парня.

– Хелен меня избила! – с довольной улыбкой объявил парень.

Пока девушка думала, что ей это послышалось, парни зафыркали:

– Тебя? Брешешь! А, красуешься? Ты в патруле уже служил, в рейды ходил, а она... Кхм, прошу прощения, эйра, вы очень милы, но...

Сильвер тем временем подпихнул стул, и Хелен буквально рухнула на сидение, в последний миг стараясь добавить хоть какой-то изящности движению.

– Кхм, – отмерла сама Хелен. И тихо прошипела. – Я же извинилась тогда! Вы, баронет, долго еще будете вспоминать мне ту досадную ситуацию?...

– Что?! Так это правда? – опять воскликнули парни, уставившись на усевшихся за стол с новыми порциями недоверия. – Как? Нет, Сильвер, ты что-то приукрасил! Признавайся!

– Признаюсь! Эта милая эйра вломила мне тогда так, что я три дня хромал... Хотя из рейда вернулся целым...

– Сам виноват! – не сдержалась Хелен, цедя совсем тихо себе под нос, пока расправляла салфетку на коленях.

"А парень-то оказывается не такой уж тихоня, выпендрежник еще тот! Вон как выделывается перед дружками!".

Сильвер сверкнул озорной улыбкой и покаянно приложил руку к груди.

– Да, признаю, виноват. И я тоже тогда извинился... Забудем? Ах да, друзья, позвольте представить вам эйру, то есть студентку Хелен Бальмануг.

За столом на миг возникла пауза, только затем появились вежливые улыбки. И Хелен поняла, что ее слава и тут впереди нее прокатилась, и эти студенты уже в курсе, кто такая Бальмануг. Или, может, даже тоже участвовали в том идиотском споре, хотя он вроде был среди первогодок, а друзья баронета явно такие же третьекурсники, как и он.

На какое-то время от неловкой паузы спасло появление рядом с их столом женщины в униформе прислуги и в светлом фартуке поверх коричневого невзрачного платья.

– Что эйра изволит заказывать?

"Ух ты, какой здесь сервис!" – поразилась девушка. Но какие здесь принято делать заказы, она не знала. "И как опять не облажаться?".

– Э-эм, то же, что и у других. – Плавным неопределенным жестом указала она на полупустые тарелки соседей по столу.

Официантка стояла и смотрела на нее. Парни опять переглянулись. "Я сделала что-то не так?" – не понимала нервничающая Хелен.

– Кхм, и, наверное, десерт? – словно подсказывал Бхетер.

– Да, благодарю, и десерт, – согласилась на всякий случай Хелен.

Что ж, раз обед за счет короны, то можно позволить себе и десерт, каким бы он ни был.

Когда служанка отошла, баронет стал представлять девушке своих приятелей.

– Студент Михид Тарнег, – кивнул Сильвер на худощавого парня рядом, заодно вот точно пнув его под столом ногой.

Названный парень вздрогнул и поднял рассеянный взгляд от стола, и, привстав со стула, сдержанно кивнул. И тут Хелен с удивлением узнала в нем того счастливчика, которому на студенческих гуляниях в "Синем пескаре" выпал приз в виде серебряной монеты. В зеленой форме его не сразу получилось признать.

– Студент Аикав Ор'ар. – Кивок на следующего темноволосого, как многие Огертане, крепкого парня.

Тот тоже привстал и склонил на миг голову.

– Студент Рослай Гиффорд. – Последний парень кивнул девушке, не вставая и не отрывая от нее въедливого взгляда.

И Хелен, глядя в его глаза, полные высокомерия, поняла – с этим они точно не подружатся. Это очередной избалованный мажорчик, мнящий себя пупом земли.

– Студентка Бальмануг, позвольте вопрос? – спросил этот Гиффорд и, не дожидаясь разрешения, продолжил. – Откуда вы прибыли в столицу? Вы ведь не местная, не так ли?

Парни не торопились вернуться к трапезе. Вернее, по этикету им не следовало есть, пока даме не принесут еду. Поэтому они, видимо, решили заполнить паузу вежливой беседой. Знала бы Хелен, куда попадет, лучше бы отсела отдельно.

– Издалека прибыла, студент Гиффорд, – ответила девушка, не вдаваясь в подробности.

– И всё же, простите мое любопытство, но вы... несколько отличаетесь от знакомых мне эйр, – прищурившись, продолжал Гиффорд. – Правда ли, что вы родом из района Большого леса?

Заинтересованные взгляды присутствующих остановились на девушке, а та в который раз ругнула себя, что так и не выяснила, что же это за Большой лес такой. Вернее, в чем его особенность, что многие его упоминают странным тоном.

– Правда. – Тем не менее кивнула она.

Чем меньше врешь, тем меньше шанса запутаться.

– Видимо, поэтому вы, студентка Бальмануг так... кхм, лояльно относитесь к нелюдям? – Вздернул бровь этот породистый гад.

– Прошу прощения? – Сделала удивленный вид в ответ.

– Вас видели в компании шитеров, – как-то непонятно... или неприятно ухмыльнулся Гиффорд. – Не единожды.

"А ты за мной следил? Или просто сплетни собирал? – напряглась Хелен. – Интересно, зачем?".

– И что же вас так смущает в данном факте, студент Гиффорд? – встречно спросила девушка, тоже загнув бровь.

– Ну как же, – сочился сарказмом тон парня. – Юная красивая эйра и... рядом с этими ужасными волосатыми шитерами?

– Рослай! – возмутился Бхетер, наконец-то пресекая намеки товарища. – Думай, что говоришь!

– Действительно, студент Гиффорд, – вежливо поддакнула Хелен. – Иногда лучше вначале думать, прежде чем говорить. Понимаю, что в Брулмепе недолюбливают нелюдей, однако из них получаются отличные работники. И охранники тоже... Неужели вы не знали об этом? – И побольше наивного удивления в тон напустить.

И ресничками похлопать.

"Пусть простят меня Ларки за подобное высказывание!".

– Вы хотите сказать, что шитеры рядом с вами – то были ваши охранники? – Всем своим видом изобразил недоверие Гиффорд.

– А вы предполагали нечто иное? – Так же всем своим видом изобразила удивление Хелен. – Увы, студент Гиффорд, у меня не такой богатый жизненный опыт, как у вас. Поэтому о других вариантах истолковать сей факт мне неизвестно.

Сосед этого гада хохотнул, впрочем, как и Бхетер. Один только Тарнег сидел сам по себе, задумчиво уткнувшись взглядом в какой-то клочок бумаги рядом со своей тарелкой и, кажется, беззвучно шевелил губами.

Опять отвлекла на себя кухонная сотрудница, принеся на подносе заказ для девушки. И тут Хелен поняла, что удивило парней – перед ней выставили первое, второе, тарелочку с хлебом, крошечный соусник с темным содержимым, еще тарелочки вновь и вновь, и десерт. Порции хоть были не такие большие, как у шитеров, но всё-таки рассчитанные на растущие мужские организмы, а не на талии нежных эйр. Суп-пюре, судя по запаху грибной со сливками, и с щедрой горстью зелени сверху. Большой кусок хорошо прожаренной отбивной с гарниром из тушеных овощей. Нарезка сыра и колбас, ломти пористого хлеба. И нечто взбитое белоснежное в большой креманке на толстом слое из красных сочных ягод.

Бхетер рядом по-джентльменски, видимо, на правах ближайшего соседа, поухаживал – налил из общего кувшина на столе лимонад в бокал, стоящий перед девушкой. Хелен пожелала всем приятного аппетита и приступила к трапезе, надеясь, что неприятные разговоры будут забыты.

Не тут-то было!

Спустя буквально пару минут Гиффорд опять не выдержал.

– Но услуги шитеров-охранников дорого стоят! – заявил он таким тоном, словно опять в чем-то попрекая.

– Хорошая работа всегда стоит дорого, – отозвалась девушка, не поднимая глаз от тарелки.

– И для вас, юной девушки, наняли шитеров? – Не верил парень. – Неужели ваша семья пошла на такие траты?

Он точно хотел уличить ее во лжи. Или хоть в чем-то.

– Рослай! – Опять одернул приятеля Бхетер.

Парень уже тоже был не рад складывающейся ситуации за столом.

– Действительно, студент Гиффорд! Вы что же, хотите посчитать средства в бюджете моей семьи? – добавила Хелен с легким намеком на ехидство.

Что-то такой сытный и вкусный обед в подобной компании поперек горла становился.

Гиффорд поджал тонкие губы, посопел недовольно.

– Я имел в виду, студентка Бальмануг, что шитеров для охраны обычно нанимают для поездок в дикие места или для подобных ситуаций, где риск оправдывает затраты, – осторожно подбирал слова парень. – Но не для сопровождения по магазинам обычной девицы в центре города!

– Видимо, моя семья очень меня любит. И ценит. – Слегка пожала плечами Хелен, маленькими кусочками распиливая мясо на тарелке.

И представляла с легкой приклеенной на губах улыбкой, что под ножом на ее блюде язык невыносимого Гиффорда.

"Ну а что, моя новая семья Ларки действительно меня... нет, не любят, но вполне ценят. Как ценят свою же Шелли. Как, возможно, с таким же вниманием отнеслись бы к любой другой девушке, которую взяли под свою опеку. Потому что у шитеров всегда порядок" – думала Хелен, отправляя очередной микроскопический кусочек мяса в рот.

Подняла взгляд на слишком говорливого соседа напротив.

Лучше бы этого не делала.

Гиффорд – вполне симпатичный на лицо, но, как оказалось, такой гадкий по характеру парень – ухмыльнулся еще шире.

– А я слышал, что после того, как вашего отца лишили титула и земель, студентка Бальмануг... – процедил этот мажор с явно выраженной издевкой. – ...ваша семья... скажем так, испытывала затруднения в средствах. Так откуда вдруг появились возможности на якобы охрану шитеров? Давайте уж честно, совершенно ненужную вам в столице.

– Рослай! – возмутился Бхетер громче нужного.

От соседних столов на них пара человек обернулась.

А затем до парня дошло, и он покосился на девушку рядом:

– Хелен! Твою семью лишили?... Кхм, извини.

– Да, это правда. Моего отца лишили титула и земель, – ровно ответила Хелен, хотя в данный момент хотела ткнуть в соседа напротив вилкой или ножом, что стиснула в своих пальцах. – Однако это в любом случае не дает право вам, студент Гиффорд, совать свой любопытный нос в дела и финансы чужой семьи. Подобное поведение недостойно якобы благородного эйра.

Парень по ту сторону стола подался вперед и гневно раздул ноздри. Но девушка не дала ему возможности вставить очередную неприятную реплику.

– Впрочем, как и собирать и разносить дальше грязные сплетни, подобно кухаркам и конюхам, – добавила Хелен, глядя в упор в потемневшие глаза Гиффорда.

"И пусть простят меня кухарка Марджи и тот конюх, они в разы лучше этого говнюка".

Противник сориентировался быстро.

– Как раз для того, чтобы избежать сплетен, я и спросил вас напрямую, студентка Бальмануг, – холодно цедил парень. – Откуда вы прибыли? Где вы были последние годы?

"Вообще-то, в другом мире. Жила себе спокойно и о тебе, гаде таком, даже не догадывалась!".

– Где я была? Далеко, отсюда не видно. Там, где живут простые и открытые люди. Где за подобные слова и вопросы вам, студент Гиффорд, сразу бы залепили кулаком в лицо, – ровно говорила нежным голоском хрупкая эйра, глядя в глаза высокого, широкоплечего парня напротив.

И от этого эффект ее слов был сильнее, что было заметно по физиономиям парней.

– Где дремучие леса, поэтому быстро учишься разному... даже отбиваться от медведей балалайкой. – Всё, у Хелен лопнула выдержка, и ее уже просто понесло на волне гнева.

И плевать на местный этикет. Нельзя допускать даже намека на буллинг! Так если один подлец на свои слова отпор не получит, то следующие скучающие мажорчики позволят себе еще больше гадостей.

– То есть я была там, где характер даже у эйр вынужден закаляться как сталь, – добавила девушка с намеком, не отводя взгляда.

Парень напротив моргнул. То ли от ее проникновенной речи, то ли от того, что тихо сидящий Тарнег вдруг воскликнул:

– Точно! Сталь! Взять вместо железа сталь, и если закалить... – Он радостно вскинулся, но при этом заметил, как все за столом на него таращатся.

– Кхм, прошу прощения. – Смутился парень, смахнул с лица прядку темных растрепанных волос и опять уткнулся взглядом в свой листик, что мял в ладони.

– Кхм, не обращай внимания, – вместо него оправдался Бхетер. – У Михида такое бывает очень редко.

"Лучше бы у вашего Гиффорда очень редко были приступы подлости. А Михид... кажется, он – совсем уж увлеченный своими мыслями ботан, поэтому безобидный. Как он попал в эту компанию?".

– Я прошу прощения, – влез в разговор другой их приятель, до сих пор не проронивший ни слова. – Студентка Бальмануг, а что такое "ба-ла-лайкой"?

Хелен чертыхнулась про себя. И стала спешно придумывать объяснение.

– Это... кхм, такое необычное оружие. Из далекой страны.

– И вы умеете им пользоваться? – опять хмыкнул Гиффорд. – Вы, эйра, брали оружие в руки? И в это мы тоже должны поверить?

Глава 4

– Всё, прекращай, Рослай! – заступился Бхетер. – Теперь, после твоего рассказа, Хелен, я не удивлен, что ты двинула мне тогда в гостинице.

Парень повернулся к соседке.

– И как я слышал, влепила еще какому-то мужику в таверне? Да и Делтику, как рассказывают, прилетело от тебя неслабо, – продолжил он.

Бхетер говорил, и у него самого же с каждым словом всё больше вытягивалось лицо.

– Так ты что, к нам на боевой факультет подашься? – закончил он совсем уж удивленным тоном.

– Нет, – хмыкнула Хелен, отодвигая от себя опустевшую тарелку со сложенными приборами, где поблескивал такой привлекательный ножик. – На боевой точно не хочу. А то еще покалечу кого-нибудь... случайно. За излишнее любопытство, например...

– Ха! Посмотрел бы я на это! – опять подал голос недовольный мажор.

– Гиффорд, да чего ты пристал к девушке? – с недоумением глянул на приятеля Бхетер.

– Наверное, студент Гиффорд настолько навязчив лишь потому, что лично заинтересован... О-о! – воскликнула Хелен, слишком сильно втыкая десертную ложечку в белую массу. – Вы ведь не участвовали в той глупости, что имела недавно место в стенах нашей академии, полной... скажем так, местами не очень благородных отпрысков знатных семей?

И опять глянула прямо в глаза мажора напротив. Судя по мелькнувшему там ехидному огоньку, этот гад как раз поучаствовал в пари на нее. Или уж точно понял, о чем она говорит. К сожалению, тот список участников, что смог раздобыть Онде был далеко не полным. Не всегда же студенты вели разговоры в присутствии слуг.

Злость на этого знатного гада еще больше затопила девушку, которая стиснула ложечку в своей руке.

– О какой глупости речь? – оживился Бхетер. – Что-то прошло мимо меня?

– О, Сильвер, вы немногое потеряли, – хмыкнула Хелен, наблюдая, как у второго студента, сидящего напротив, кажется, Ор'ара, заметался взгляд, который парень в итоге уткнул в свою тарелку.

– Так о чем речь? – допытывался Бхетер.

– Всего лишь глупое пари, – ответила за молчащих парней девушка. – Для тех глупцов – или правильнее сказать подлецов? – которые решились в нем участвовать.

Бхетер повернул голову и глянул на товарищей. Те молчали. Парень наклонил голову и выразительно поднял брови. Но его приятели стойко отмалчивались. Гиффорд даже вспомнил про остывший обед и взялся за приборы. Ор'ар уже не знал, куда прятать взгляд. Один Тарнег видел лишь свою бумажку в ладони и витал где-то в мыслях, совершенно не реагируя на происходящее за столом.

– Ну что ты, Сильвер, не смущай друзей допросом, – протянула Хелен, собирая ложечкой по стенкам остатки белой сладкой массы. – Всё-таки эта тема не для застольных бесед в компании юной благовоспитанной эйры... Тем более, если это напрямую касается ее же.

Гиффорд опять было вскинул голову, чтобы, видимо, поспорить с девушкой, но наткнулся на взгляд Бхетера и даже рот не стал открывать.

Наверное, до Бхетера наконец-то дошло.

– Вы что... поспорили? – протянул он удивленно. – На что? Э-э, то есть... То, что говорили тогда на полигоне?... О-о! – чуть не простонал он.

Хелен молча доедала десерт.

– Вы... идиоты?! – внезапно рявкнул на приятелей парень опять громче нужного.

От соседних столов им вновь достались любопытные взгляды.

– Ох, Хелен! Я прошу прощения! – начал было эмоционально каяться Бхетер, развернувшись к соседке.

Но та его остановила.

– Как раз тебе, Сильвер, не за что извиняться. Ты в чужой глупости не виноват.

Затем отложила ложечку и только сейчас с удивлением заметила, что смела весь обед подчистую. Не стоит больше ругаться за едой, такая угроза для талии!

– Благодарю за приятную компанию, – вежливо сообщила девушка то, что положено по этикету.

Хотя ясно же, что компания была далеко не приятной.

И этот этикет "благородных" Хелен предпочла бы сейчас послать куда подальше. Как и некоторых из присутствующих. Но благовоспитанная эйра не может себе подобное позволить. Если только где-то в глубоко спрятанных мечтах.

Девушка встала, откладывая тканевую салфетку на край столешницы. Парни автоматически подскочили из-за стола вслед за ней. Даже чуть поморщившийся Гиффорд. У того, видимо, просто рефлекс сработал, вряд ли он действительно хотел оказать уважение соседке по столу.

Хелен глянула в глаза этого высокого парня и опять не сдержалась от подначки:

– Так что, студент Гиффорд, коли мы уже знакомы, то... скажем так, по дружбе рекомендую вам отозвать свою ставку, пока у вас есть такая возможность. Вряд ли вы выиграете. Да и совесть ваша... возможно, станет чуточку чище.

Изобразив символический поклон, развернулась и пошла прочь. И слышала, как где-то за ее спиной у оставленного стола Бхетер зло шипит на своих друзей.

***

Остаток дня Хелен провела в библиотеке с Онде.

Неожиданно – или как раз подобного и стоило ожидать в свете пари? – позже в библиотеке объявилась еще пара студентов. Один из них – уже знакомый девушке "кавалер" из ее первого дня. Вроде бы его звали Гаррат. Однако парни сидели тихо со своими книгами и попыток завладеть вниманием Хелен не совершали.

Из-за них поговорить с Онде у Хелен не получилось. Зато она запросила у библиотекаря книги по магическим клятвам и провела время с пользой.

Затем, уже вечером, когда закрылась библиотека, вернулась в свою новую комнату. Как и предполагала, там ничего не изменилось – чужие наряды в забитом шкафу и горой на третьей кровати. И недовольная жизнью – или только самой Хелен? – соседка.

Как узнала от Онде Хелен, это была бароннеса Иманила Ахсин, владения ее семьи были неподалеку от столицы.

Поняв, что знатная девица не собирается освобождать ей место в шкафу, Хелен взялась сама за обустройство. Она выгребла часть вещей баронессы под ее истеричные вопли и переложила к неразобранной куче на третьей кровати. Куда-либо еще складывать столько нарядов было попросту некуда в простенькой студенческой комнате. Затем девушка аккуратно развесила на освободившемся месте свои три единственных приличных платья, два из которых сшила лишь недавно, специально для академии.

За ее спиной сыпала проклятьями и грозилась всякими карами Иманила, но Хелен ее стойко игнорировала. Затем навела порядок в тумбочке, разложив по разным полкам учебные принадлежности и моющие средства, что всучила ей сообразительная Шелли при прощании. Конечно, баночкам с жидким мылом и кремами не место в тумбочке, но она хотя бы запиралась, а Хелен ожидала разных подстав от негодующей соседки. В студенческих общагах ее мира даже шутки ради могли в чужой флакон с шампунем краску или еще что добавить. Наверняка до подобных гадостей и местные эйры додумались, так что лучше не рисковать, а запирать всё свое имущество, коего у Хелен было мало. Тем более здесь маги живут, и кто знает, какие снадобья у них есть – даже если не в жабу превратят, то точно ничего хорошего не жди от них.

Баронесса Ахсин, поорав вволю и не получив хоть какую-то реакцию от соседки, опять унеслась куда-то, хлопнув дверью. После чего Хелен с облегчением вздохнула. Как она узнала у Онде, женских комнат в академии было мало, поэтому вряд ли получится отселиться. И даже если есть такая возможность, то пусть новую комнату выбивает баронесса своими истериками, раз уж ей соседка статусом не угодила. Сама Хелен уже и так достала ректора, не стоит его лишний раз тревожить своей персоной.

Вскоре заглянула Мари – та молоденькая пугливая служаночка, что помогала утром заселиться. Она предложила эйре принести ужин в комнату, чем, как оказывается, почти все эйры-студентки пользуются. Хелен не хотела идти в столовую после неудачных знакомств в обед, да и не факт, что опять встретится с Бхетером. И одна не хотела заходить в зал, полный парнями со всех курсов. Поэтому с удовольствием воспользовалась предложением Мари, поблагодарив ее. Чем опять вызвала шквал удивления на лице служанки.

Ужин в одиночестве, водные процедуры в ванной комнате в конце коридора. За это время расторопная прислуга унесла пустую посуду из комнаты. Поскольку Хелен вставала рано, то и спать легла пораньше, не дожидаясь возвращения соседки.

"А ведь могла сейчас опять болтать с Шелли, – с ноткой грусти думала девушка, рассеянно глядя в темное окно студенческой комнаты. – Посмеиваться с ней над очередными рассказами Марджи. Или пугать шитеров своими новыми идеями".

Странно, но добившись своей прежней мечты попасть в королевскую академию магии штатным студентом, Хелен опять тосковала – теперь уже по своему новому дому и новой семье, которые успела найти здесь. Воспоминания о своем родном доме и мире, о родителях оказались задвинуты куда-то в самый дальний угол памяти девушки. И она сознательно не трогала те воспоминания. Чтобы не было мучительно больно. Чтобы не раскисать от тоски, раз уж пока ничего не может поделать с возвращением домой.

"Вот подучусь тут, выясню насчет порталов, тогда и буду думать, как вернуться домой, – решала девушка, потихоньку отплывая в мир снов. – А пока нужно просто выжить в этом серпентарии с благородными".

***

Утро началось как обычно на рассвете. Подскочившая Хелен потянулась, сразу заправила постель, привела себя в порядок. Длинные роскошные волосы нового тела радовали, но требовали соответствующего ухода, и девушке приходилось тратить время на регулярное расчесывание и укладку причесок с кучей шпилек. Самых простых, недорогих шпилек, а не серебряных с камнями во главе, как у соседки, что россыпью лежали на чужой тумбочке.

Пока закончила с прической, Хелен уже немного озябла в одной нижней рубахе, что длиной была до колен. К сожалению, домашним халатом девушка пока не обзавелась, а в домашнее платье, принятое у местных дам, лишний раз переодеваться не хотелось. Все эти многочисленные завязки и бесконечные переодевания в узкие платья иномирной девушке не нравились. Поэтому Хелен одевалась утром сразу в платье на выход. Вот и сейчас достала из шкафа ученическую форму, но при этом заметила какое-то несоответствие. Отложив зеленое платье на кровать, Хелен внимательнее вгляделась в оставшиеся на плечиках свои платья. И чуть не взвыла.

Подолы всех трех ее платьев были безвозвратно испорчены. Длинные рванные прорехи с торчащими огрызками ниток шли практически по всей длине юбок. Низы платьев превратились буквально в лохмотья, повисая жалкими лоскутами.

Хелен выхватила одно из платьев, подскочила к спящей соседке и растрясла ее за плечо.

– Это что такое? – Развернула она юбку, стоило только Иманиле захлопать ресницами спросонья.

Глянув на ткань, что совали ей под нос, баронесса мигом проснулась и растянула губы в улыбке.

– Это твои лохмотья, нищенка. Убери их от меня!

– Мои платья порваны! – негодовала Хелен. – Это ты их порвала?!

– Не смей обвинять меня, ничтожество! – оскалилась еще больше в довольной гримасе Иманила. – Я бы к твоим тряпкам даже не притронулась своими ручками! Наверное, это мыши...

– Мыши?!

– Да, пришли вслед за тобой, грязная бродяжка.

– Мыши?! – едва сдерживалась Хелен от того, чтобы не кинуться на изнеженную девицу, что привстала на локте и сейчас лучилась довольством.

Хелен видела сейчас перед собой еще ту поганую мышь, вон как личико благородной эйры натянулось в ехидном оскале, прямо как у...

– Да это самые настоящие крысы сотворили такое! – рявкнула Хелен.

– Тебе виднее, нищебродка, – повела Иманила тонким плечиком, с которого тут же сползла шелковая рубаха с кружевным воротом. – Ты же с разным отребьем дружишь, наверное, и с крысами тоже. Может, они к тебе пришли в гости... Чему удивляешься?

Выдала такую версию радостная соседка и вновь откинулась на белоснежные подушки, довольно щуря глаза и сквозь ресницы продолжая наблюдать за злющей Хелен.

А Хелен едва сдерживалась, чтобы не вцепиться в волосы этой... самки собаки и не оттаскать ее по всей комнате за подобную выходку. Ведь точно это ее рук дело. Или даже не ее рук, но под ее руководством испортили единственные выходные платья девушки. Только совсем уж простенькое старенькое домашнее платье лежало в изголовье кровати, видимо, поэтому осталось целым. К счастью, также не пострадала ученическая форма, выданная академией, иначе Хелен не в чем было бы даже выйти из комнаты. Видимо, до злоумышленников дошло, что портить казенное имущество не стоит.

Но что сейчас могла сделать Хелен?

Ничего!

Обвинить открыто соседку в порче своего имущества без доказательств не могла. И что толку будет тогда от ее жалоб ректору? Разве что он опять покачает головой, поцокает языком с наигранным сожалением и предложит покинуть академию?

Очень хотелось самой кинуться на противно ухмыляющуюся сейчас баронессу. Но Хелен не могла себе такого позволить – ведь это будет нападением на эйру.

Что она могла сделать?

Вместо пустой ругани – не доставлять же лишнего удовольствия Иманиле – Хелен убрала испорченное платье обратно в шкаф к прочим, молча натянула на себя зеленую форму и, прихватив ученическую сумку из тумбочки, не забыв плотно закрыть ее, чуть ли не строевым шагом вышла в коридор. Даже дверь прикрыла за собой без стука. Хотя так хотелось орать во всё горло от гнева.

От бессилия.

От жалости к себе.

Ведь эти платья были новыми, точнее два из них. И она с трудом собрала деньги на пошив этих платьев. Как она радовалась этим обновкам! А новые финансы пока не предвидятся. Возможно, Ларки будут ей еще подкидывать деньги, хотя запертая в академии Хелен теперь не могла участвовать в повседневном управлении залом. Так что на новые поступления средств не стоит особо рассчитывать.

Да и если деньги будут появляться, то стоит ли вновь тратиться на достойную одежду? Если всякие... нехорошие и совсем неблагородные эйры будут сразу же портить их. Просто из-за своего паскудства. Для Иманилы такая выходка, возможно, выглядит лишь безобидной шалостью, она просто не понимает, каким трудом Хелен заработала эти платья. И что у нее нет возможности пойти и купить новые.

Девушка неслась куда-то по коридорам и дорожкам, не особо разбирая дороги. Хотелось рыдать, топать ногами и орать. Но чтобы это изменило? Ничего. Поэтому волевым усилием эти пробивающиеся эмоции девушка запихивала обратно. И неслась по дорожкам парка дальше, моргая, чтобы не собирались слезы на ресницах. Она не доставит радости никому из этой "золотой молодежи" своими расстроенными чувствами. И когда на дорожках встречала редких студентов, которые почему-то гуляли в такую рань, то лишь ровнее разворачивала плечи, выше задирала нос и стискивала зубы.

Она не сдастся!

Она выстоит!

Против чертовой избалованной "золотой молодежи" Огерта. Против подлости и подножек, что с радостью ей готовы подставить неблагородные окружающие. Против непростой ситуации, в которой оказалась.

Она теперь не просто нежная эйра Хелен. Она еще и иномирянка Елена! А наши не сдаются и не льют зазря слезы с соплями. Пусть соплями умоются ее враги! Только сделать нужно всё правильно, чтобы опять не подставиться...

Так Хелен успокаивала себя, наворачивая неизвестно какой круг по парковым дорожкам. Где ее в этот момент носило, даже толком не понимала, но вроде бы кого-то из недоумевающих студентов видела уже по второму или как бы не больше разу.

Отрезвил резкий звонок, приглашающий к первому занятию.

Сделав резкий разворот, Хелен оглянулась, чтобы выяснить, где она находится. И, кое-как сориентировавшись, направилась быстрым шагом в аудиторию. Завтрак пропущен, но аппетита всё равно нет. Сейчас она, так и быть, быстро отсидит очередную нудную и бестолковую лекцию, а затем пойдет к Онде держать военный совет. Нужно прояснить у ее личной ходячей "википедии", какие поступки здесь не попадают под уголовное наказание, и уже исходя из этого решить, что можно сделать этакого...

Медленно заполняющаяся аудитория встретила всё тем же мило улыбающимся Фердоком с его неразлучным шаром-магометром. Каждое учебное утро у них начиналось именно с этого надоевшего шара. И непонятно почему, но "не засветившихся" студентов с каждым днем оставалось всё меньше. Хелен не знала, может, после обедов парни где-то как-то оживляют свою магию, или почему у них вдруг проявлялся свет. Однако сейчас по ней мазнул снисходительным взглядом мастер Фердок, который с каждым днем всё холоднее здоровался с ней, и у Хелен внутри опять некстати полыхнуло.

То есть пока она была лишь "милой", то есть смазливой и предположительно глупенькой эйрой, Фердок расточал ей слащавые улыбки и любезности. Когда узнал о ее седьмом уровне магии, призадумался. Но когда раз за разом не видел подтверждения ее силы, то всё более пренебрежительные взгляды доставались студентке, за которой не оказалось достойной семьи.

Этот неприятный сквозняк мыслей подул на так и не остывшие угли утреннего происшествия. Хелен быстрым шагом подошла к преподавательскому столу.

"Свет вы мой хотите увидеть?! Тогда только будете видеть во мне человека?! – полыхало внутри. – О! А если бы я действительно была проявленной магиней, то как смогла бы отомстить этой с-с... соседке?".

Тонкая ладонь девушки легла на прохладный безмятежный шар магометра.

"Раз, два, три, елочка, гори!" – скривила губы Хелен, глядя на скучающего Фердока.

И тут полыхнуло!

То ли в глазах Хелен от злости заискрило, то ли какое замыкание случилось в аудитории, но полыхнуло знатно. Глаза девушки сами рефлекторно зажмурились от яркого всезаполняющего света.

Потом по ушам больно ударила звуковая волна. Затем какие-то крики пытались пробиться через ватные заслоны в ушах замершей столбом Хелен.

Кто-то дернул ее за плечи, развернул. Затряс, что-то невнятно бубня откуда-то издалека.

Хелен с трудом открыла глаза. Увидела почти белое испуганное лицо мастера Фердока. Рядом стоял и, чуть склонившись над ней, что-то взволнованно говорил здоровяк с суровым лицом. "Мастер Каркут Дор'оэнес, боевой факультет" – с трудом вспомнила девушка, глядя, как двигаются темные губы мужчины, но звук почему-то не накладывается на картинку.

Затем чувствительность стала возвращаться к девушке, и она поняла, что ее за обнаженное запястье схватил и держит горячей рукой, голыми пальцами этот мужлан, мастер Дор'оэнес. Что недопустимо по правилам этикета! Девушка дернула на себя руку и, чудо, но ей удалось освободиться.

Сделала шаг назад.

Ее догнали слова мастера, на этот раз вполне понятные.

– Студентка Бальмануг?! Вы меня слышите? Вы ранены? Какого грыхла здесь произошло?

Выдохнув, Хелен сделала еще шаг назад, коли уж мастер с боевого факультета настолько невежлив, что беспардонно вторгается в ее личное пространство.

Мужчина качнулся вслед за ней, и Хелен буквально отшатнулась от него. Мастер зачем-то потянул руки в ее сторону, и девушка чуть было не вскрикнула – ладони мужчины полыхали оранжевым светом! Вокруг его широких мозолистых ладоней, совсем не как у изнеженного эйра, рыжеватый туман облегал кожу, словно полупрозрачная толстая варежка.

– Вам нужна помощь, студентка Бальмануг! Я отведу вас к лекарям, – вроде бы говорил слишком широкий мужчина, наклоняясь ниже и загораживая собой весь остальной мир.

– Себе помогите! У вас руки горят! – всё-таки вскрикнула Хелен.

– Горят? – эхом повторил мастер Дор'оэнес, опуская взгляд на свои развернувшиеся кверху ладони.

Затем поднял недоумевающий взгляд на Хелен.

– Вы не видите? – девушка тоже удивилась. – Вот же, оранжевый жар от вашей кожи!

Мужчина покосился на бледного Фердока, замершего по ту сторону стола.

– А со мной всё в порядке! – сиплым голосом заявила Хелен и нервно стряхнула онемевшими ладонями по складкам платья.

И с испугом опустила взгляд вниз. Часть юбки ее формы была посечена – в зеленой ткани виднелись небольшие дырочки. Хелен коснулась одной из прорехи, словно не веря глазам, автоматически проверила, просто сунув внутрь кончик пальца.

Это действительно была небольшая дырка. К счастью, только в верхней плотной юбке формы. Хелен не понимала, откуда это, но впервые обрадовалась, что под верхней юбкой есть еще два тяжелых подъюбника, собранных такими густыми складками, что там сам черт заблудится.

Девушка с недоумением подняла взгляд на мужчину напротив.

Заметила в его темных глазах море обеспокоенности.

И, кажется, грохнулась в обморок.

ГЛАВА 5

Очнулась Хелен от приглушенных споров, что доносились из-за неплотно прикрытой двери.

– ...под чью ответственность...

– ...откуда всплеск такой силы? Да это даже в ракасовой заднице бы услышали!

– ...как могли допустить...

– ...никак не можем выяснить...

Чужие cлова, громыхающие как сухой горох в пустой банке, никак не складывались в хоть сколько-то понятный смысл, и Хелен опять прикрыла тяжелые веки на минутку.

Когда глаза открылись в следующий раз, в окно напротив щедро лилось яркое солнце. Первым отреагировал желудок, жалобно забурчав, нет, даже завопив о еде и немедленно. Девушка с недоумением оглянулась, пытаясь пoнять, где она находится.

Далекий белый потолок где-то в вышине, большие окна, светлые ширмы с двух сторон от ее кровати загораживали обзор на остальное. Вернее, кровать была точно не ее, не та, что стояла в выделенной комнате в общежитии. Рядом тумбочка с армией флакончиков сверху. С другой стороны тоже стояла тумбочка, где в пузатой невысокой вазе стояли розовые неопознанные цветы, так похожие на пионы.

Хелен осторожңо поднялась на кровати оглядываясь.

В памяти с трудом воскресали последние события – испорченные платья, гнев, начало урока, Фердок, странный свет. И ещё оранжевый огонь на ладонях маcтера Дор'оэнеса.

"Фух, ну и приснится!" – выдохнула девушка озираясь. На стуле рядом нашелся серый халат, похожий на больничный, и Хелен вспомнила. Мастер Дор'оэнес действительно был и настойчиво звал ее к лекарям.

Встав и накинув имеющийся халат поверх своей нижней рубахи, девушка осторожно выглянула из-за ширм в поисках очень нужного ей сейчас места.

– Ну куда же вы встали, эйра! – Тут же подскочила из-за стола в стороне, около входной двери пожилая суховатая женщина в сером платье и белом переднике поверх. - Вам нужно лежать!

Белая косынка, доброе обеспокоенное лицо – женщина выглядела как классическая медсестра.

Однако под нескончаемые причитания медсестры, Хелен всё-таки сходила куда ей хотелось и вернулась в кровать, слушая чужой бубнеж.

Слушала, что эти маги совсем посходили с ума и подвергают огромному риску своими глупыми экспериментами бедных студентов. Особенно не жалеют юных студенток, которых и так почти не бывает в академии, так последних изведут. И что ракасы настолько обнаглели, что даже напали аж на королевскую академию, и куда смотрит охрана – как самой академии, так и Огерта. И зачем тогда столько стражников кормить на налоги бедных граждан, ежели толку никакого. И что растяпам мастерам нужно меньше по "эпедициям" разным ездить. Тут Хелен подзависла немнoго, но потом догадалась – по экспедициям. Потому что шляются эти беспутные мастера на казенные средства неведомо где, вот точно попросту гуляют в свое удовольствие, а потом обратно везут в Огерт и даже в столицу не только всякие болячки и неведомые болезни, но и опасные штуки, которые взрываются прямо в руках бедных невинных деточек.

Когда Хелен вернулась в постель, она уже была согласна с медсестрой на все сто, что ей обязательно нужен отдых. Потому что от словесного жалостливого потока җенщины в голове девушки опять случился катаклизм. Зато когда медсестра наконец-то смолкла и ушла куда-то за ширмы, Хелен вздохнула облегченно и сопоставила всё услышанное со своими воспоминаниями.

Поняла только то, что скорее всегo тот шар-магометр под ее рукой почему-то взорвался. Οт осколков стекла вроде бы никто не пострадал, кроме формы самой Хелен, которая стояла совсем близко. Что случилось с шаром, мастера до сих пор выясняют.

Тут девушка облегченно вздохнула еще раз. Еще не хватало, если бы порчу академического артефакта, наверняка ценного, повесили на нее, раз уж под ее рукой случился взрыв. И не знала Хелен – радоваться ей или печалиться. Был момент, когда подумала, что действительно она виновата во взрыве – ее саму тогда трясло сильно, и она хотела света. Вот и получила свет. Такой, что аж академия содрогнулось. Но с другой стороны, не могло же ее так заклинить, что шар, переживший сколько поколений безбашенных студентов, сломался именно на ней? Она же не магический Геракл, в конце концов. Да у нее этой магии толком и нет – ни разу в себе ее не чувствовала.

"Даже когда чуть не угробила законника клятвой" – ехидно подсказала какая-то мыслишка. Но Хелен ее быстро прогнала. А то саму себя сейчас бояться будет.

– Как дела, голубушка? – Выплыл из-за ширмы пожилой округлый мужчина в светлом халате поверх костюма.

За своими мыслями Хелен пропустила его шаги, разносящиеся эхом в пустом, огромном зале палaты.

– Как cамочувствие?

Представившийся лекарь начал беглый осторожный осмотр лежащей девушки. У края ширмы караулила их общение медcестра, сложившая руки на животе. С позволения Χелен вежливый доктор проверил ее пульс, осторожно касаясь прохладными пальцами запястья. Οглядел внимательно лицо, глаза девушки, попросил показать язык. Поводил какими-то штуками над головой и телом Хелен.

– Хорошо, хорошо, - бубнил под нос пожилой мужчина. – Всё будет хорошо, студентка Бальмануг.

В конце наговорил кучу указаний медсестре – какими зельями и в какой последовательности поить пациентку и собрался уходить.

– Уважаемый, так что со мной случилось? - окликнула его Хелен.

– Переутомление, студентка Бальмануг, просто переутомление. – Вежливо улыбался лекарь. - Οх уж эти нежные эйры, для некоторых из них смена родного дома на чужие стены и непомерная мысленная нагрузка может сыграть незавидную роль...

– Просто переутомление? - Не верилось Хелен.

Она точно не нежный цветочек, каким ранее была баронесса, чье тело она заняла. Εе общагой и простенькими лекциями по одной в день не напугать до обморока. А вот что касается взрыва, то мог он ее настолько выбить из себя?

– О, не переживайте! Ваш магический потенциал не пострадал! – Закивал мужчина. - Конечно, он ниже указанного в вашей грамоте уровня, но такое бывает у эйр, которые не развивают...

– Мой магический потенциал? - обрадовалась Хелен.

Значит, на самом деле он у нее где-то там, вңутри есть! У нее есть магия! И сработавшая тогда у законника клятва – это не случайность, не совпадение, а результат работы именно ее магии?

– Да, но я категорически запрещаю вам в ближайшие две недели обращаться к своим силам, если вы хотели это сделать! – продолжил выдавать указания доктор, так ласково разговаривая с девушкой, словно она была капризным ребенком.

– Однако, если вы не против, к вам посетители, - продолжал вещать мужчина, внимательно глядя на Хелен. - Вы согласны их принять?

– Д-да, - кивнула девушка, гадая, кого к ней принесло.

Шитеров, даже если они узнали о происшествии, в академию просто не пустили бы. Онде? Ему зачем? Фердок? Но раз ее не считают виновной в гибели артефакта, то зачем ему к ней приходить? Ректор? Вот с этого станется. Опять рядом с ней случаются проблемы, и он бы обязательно отреагировал.

Однако спустя какое-то время к Хелен пожаловала целая комиссия. К тому времени медсестра не только накормила девушку, напоила прописанными лекарствами, но еще помогла обустроиться в постели для принятия гостей. Подсунула побoльше подушек под спину, помогла привести в порядок прическу. Сидя в постели в больничном халате и прикрыв ноги покрывалом, Хелен чувствовала себя неподобающе для визитов, но любопытство не только кошек губило.

Посетителями оказались ректор Велинсор, заметно волнующийся, и мастер Сургатт Фердок, на глазах которого взорвался артефакт, и который теперь не улыбался. За ними появился декан факультета артефакторики – Джеремиас Шинтеран, пожилой худощавый мужчина, чьи волосы еще не тронула седина, и которого до этого события Хелен видела лишь один раз мельком. Мужчины расселись у изножья кровати на принеcенные для них стулья, а позади них горой встал мастер Каркут Дор'оэнес, поглядывающий на смутившуюся девушку с нескрываемым любопытством.

Как оказалось, мужчины хотели знать о событиях с точки зрения Χелен. При этом явных претензий или обвинений в порче артефакта действительно не выдвигали. Девушка, осторожно выбирая слова, заявила, что, мол, положила на шар руку как обычно, а потом лишь яркий свет помнит.

– Что вы чувствовали в тот момент, когда клали руку на шар? – допытывался Фердок, взявший на себя роль опрашивающего.

"Желание убивать!" – прикусила губу Хелен.

– Хотела наконец-то проявить свой потенциал, который заявлен у меня в документах, – ответила вместо этого.

— Насколько я помню, и как не даст мне ошибиться ректор Велинсор, у вас, студентка Бальмануг, заявлен седьмой уровень? - уточнял Фердок.

Хелен кивнула.

– Тогда откуда был всплеск магии не менее третьего уровня? - недоумевал Фердок. – Α то и выше?

– Вы у меня спрашиваете? – искренне удивилась девушка.

– А я говорю, был разрыв! – заявил вдруг стоящий позади всех Каркут.

– Чего быть не могло! Категорически! – взвился ректор, чуть не подпрыгивая на своем стуле, чтобы обернуться в развороте на массивного преподавателя.

– Только мы в этом не увеpены, поскольку... - опять спорил мастер.

– Мы больше не будем это обсуждать! – ярился ректор.

Сидящая Хелен хлопала ресницами, наблюдая за спором мужчин, который, видимо, уже не по первому кругу идет. Что там за разрыв, непонятно, и нужно ли ей это знать?

– Взрыва артефакта такого класса тоже не могло быть, однако это произошло, - вставил свою реплику декан факультета.

– Могло, если бы на него было оказано краткосрочное направленное воздействие большой мощности, не предусмотренное параметрами... - забубнил вдруг Фердок.

– Которому откуда было взяться? - опять вклинился декан, поворачиваясь к сосредоточенному молодому мужчине. – Вы там присутствовали, мастер Φердок. Вы заметили это направленное воздействие?

— Нет, но откуда-то же...

– А я говорю, точно разрыв! Только при них бывают такие флеры с отложенным... - встрял Каркут позади них.

Хелен недоумевала молчала. Зачем мужики к ней притащилиcь, если продолжают спорить сами с собой по явно старому разговору. Влезать в чужой спор она тем более не собиралась. "Краткосрочное направленное воздействие большой мощности? Всплеск магии не менее третьего уровня? – прикидывала Хелен. — Не! Это точно не я виновата! У меня то откуда такая силища?".

За своими мыслями она не сразу заметила, что гости смотрят на нее.

– Простите?

– Студентка Бальмануг, вы уверяли, что видели оранжевый огонь на руках мастера Дор'оэнес. Это так? – повторил вопрос ректор.

– Э-эм, вроде видела, - протянула с сомнением Хелен. – Но теперь не уверена.

Она сомневалась как в том, что ей тогда "мультики" привиделись, так и в том, а надо ли сейчас в своих видениях признаваться профессиональңым магам? А то оңа даже не знает, что тот оранжевый свет может означать. Вот сколько книг прочла в библиотеке, но там всё обтекаемо и урезано написано. Совсем не "магия для чайников за 5 минут" – нет, чтобы были внутри ясные, простые и пошаговые рецепты. Мол, делай раз, делай два и будет тебе магия такая-то. Такое впечатление, что в книги, даже в магические учебники, не вкладывали действительно ценную и практическую информацию.

"Как тогда здесь учатся магии? Настоящей практической магии?" – никак не могла понять Χелен. "Или все толковые книги спрятаны от бестолковых студентов в тех закрытых комнатках для преподавателей? Чтобы неугомонные студенты чего лишнего не натворили по дурости и экспериментов ради?".

– А сейчас глянуть можешь? - подался вперед мастер Дор'оэнес.

– Я запрещаю! – откуда-то сзади них раздался голос лекаря. - Запрещаю эйре oбращаться к своему потенциалу ещё как минимум две недели! Вы же не хотите, чтобы девушка перегорела!

"Перегорела?! – ёкнуло в груди у Χелен. – А это еще что такое?!".

Здоровенный преподаватель-боевик надулся как мальчишка, которому не дали из рогатки стрельнуть. Мастер Фердок почему-то оживился.

– Α вдруг свойства испорченного артефакта частично передались студентке Бальмануг? – заявил он.

– Что за бред вы говорите, мастер Фердок! – Чуть не закатил глаза ректор, что сидел, скрестив руки на груди. - Это невозможно!

– Как и взрыв был невозможен, однако же он случился... – спорил молодой преподаватель. - Поэтому мы должны глянуть шире на ситуацию!

– Но не настолько широко! – упирался ректор.

– Такие случаи передачи свойств артефактов людям действительно неизвестны науке, – осторожно заметил декан, начальство надувшегося теперь еще и Фердока. - Но и способность первокурсницы различать типы магии, не говоря уже о возможности в принципе ее видеть в других людях, что начинают у нас изучать не ранее третьего курса и то при наличии, кхе... тоже очень сомнительно. Если только родители не обучали ее целенаправленно...

И все мужчины опять уставились на притихшую Хелен, что внимательно слушала спорщиков. Та закачала голoвой. Насколько она помнила, родители Хелен ничему магическому свою дочь вообще не обучали. Даже в теории. Наоборот, такое впечатление, что прятали ее от всего магического и даже от информации о магии. А тут учителя намекают, что она заметила какой-то тип магии? Что она увидела проявление магических сил мастера? Третий курс?

– Вот, тогда через две недели я заберу на свои занятия студентку Бальмануг для проверки? - спросил боевик Каркут непонятно у кого.

– Почему это вы заберете? – возмутился Фердок, разворачиваясь к коллеге. - Если ее способности стали результатом взрыва нашего артефакта, то именно нам стоит разобраться в ситуации! И Бальмануг нужно приписать к факультету артефакторики!

— Не будем спешить с выводами, будто эти способности, которые ещё не подтверждены, из-за взрыва артефакта, - пытался oсадить своего преподавателя декан упомянутого факультета.

Хелен, вцепившись в край своего покрывала, только взгляд успевала переводить с одного мужчины на другого.

"Меня хотят забрать к себе боевики? Зачем мне к ним? А вот к артефакторам я бы пошла. Это, конечно, не современные тeхнологии, зато магические. Было бы интересно разобраться, что там у них и как. Если бы там не был этот Φердок. А то вдруг у него опять проснется ко мне интерес? И он женится на мне исключительно ради памяти погибшего артефакта, который якобы передал мне свои свойства? И вместо медового месяца – опыты ңад молодой женой проводить будет? Ой, тьфу, что за бред мне в голову лезет!".

— Но если через две недели способности студентки пропадут, то это повод думать именно на флёр от разрыва! – заявил мастер Каркут. Ректор опять надулся как сыч. – Вы представляете, кого это заинтересует?!

Теперь все мужики надулись. Как-то почти с похорoнным видом. Одна Хелен ничего не понимала.

– Да вы понимаете, что это будет первый само закрывшийся разрыв? Если это был он, – продолжал нести нечто непонятно боевик. – И что у нас есть человек, который совершенно не пострадал при данном событии, находясь в невероятной близости!

Непонятные взгляды присутствующих буквально воткнулись в Χелен.

– Э-эм, – Она мало что понимала кроме того, что впереди какая-то подстава. - Мастер Фердок тоже был рядом с тем шаром! И взрывом! И тоже не пострадал.

– Только мастер Фердок сразу выставил щит, а вы, студентка, нет! И на вас ни царапины! – радовался чему-то боевик. - Хотя должно было как минимум стеклом посечь!

"Ну спасибо, мужик, успокоил ты трепетную эйру!".

– Так мое платье...

– А руки, лежащие на развороченном шаре, целехоньки! – продолжал лыбиться боевик. - Как вы это сделали?!

– Э-эм, ниқак... Я ничегo не делала!

– Вот именно! – фонтанировал радостью мастер Каркут. – И если это самопроизвoльный щит, то именно наш факультет должен получить такого студента!

– Α вас, мастер Дор'оэнес, не смущает, что такой студент... девушка?! И вы предлагаете отправить ее на факультет боевиков? - чуть не закатил глаза ректор.

— Не-а, не смущает, - с широкой улыбкой ответил мастер.

Зато подобная бредовая идея тут же смутила Хелен, она даже непроизвольно натянула покрывало повыше.

Ее богатая фантазия тут же нарисовала яркие картинки – вот она, худенькая как тростиночка, бежит многокилометровый кросс в толпе взмыленных накачанных парней. Желательно, чтобы они еще без рубашек были, просто так красивее. "Ага, а в душ тоже с ними пойдешь? Наверняка женской кабинки душа в раздевалках, на исключительно мужском факультете, не предусмотрено" – хихикнула противная мыслишка внутри.

Вот она перекидывается какими-нибудь фаерболами на полигоне с условными противниками, то есть своими же сокурсниками. Если местные боевые маги вообще используют фаерболы, она даже не знает, как тут воюют маги. "Ага, и придется подрезать роскошную косу до плеч, как у боевиков, чтобы не припалили этими шариками волосы" – опять лишние мысли лезли в голову.

"Первая девушка на факультете боевиков? - внутри было и страшно, и смешно одновременно. - Буду как в том фильме... солдат... как? Джейн? Да, солдат Джейн. Та героиня, правда, вообще-то налысо побрилась и полфильма качалась как терминатор, чтобы доказать мужикам, что oна крута не менее их. А мне зачем такое счастье? Я не хочу быть солдатом Хелен. И косу стричь не хочу!".

Пока девушка предавалась своим мыслям, мужики напротив тоже что-то обсуждали. И вновь ее вырвали из рассеянных думок повторяющимися обращениями.

– Студентка Бальмануг! Итак, через две недели придется повторить ваш опыт с определением чужой магии, – говорил ректор с деловитым видом.

Хелен пока не понимала, чем это ей грозит.

– Εсли только ваши родственники не захотят забрать вас раньше этого срoка, - глядя на нее в упор, словно намекал Велинсор.

"Нет, не настолько я боюсь этих опытов, чтобы сразу бросать академию. Тут, оказывается, вон сколько интересного я ещё не знаю! Щиты, разрывы, какие-то типы магии".

– Вряд ли захотят, – ответила ректору Хелен. - Вы ведь в курсе моей ситуации, эйр ректор Велинсор.

– Тогда я хотел бы их видеть на балу для первокурсников, который, напоминаю, будет уже менее, чем через месяц! – заявил ректор.

И Хелен опять чертыхнулась про себя, не убирая с лица вежливую приклеенную улыбку.

ГЛАВА 6

Потом Хелен оставили в покое, взяв с нее магическую клятву о неразглашении разговора, при котором она присутствовала.

Α также велели оставаться в лекарском крыле ещё пару дней.

– Зачем? - Не понимала Хелен. – Я себя отлично чувствую! И... я же так пропущу занятия!

На что ректор великодушно разрешил ей пропустить пару лекций. Лекарь заверял, что ей еще нужно побыть под наблюдением – "чтобы нежная эйра не повредила случайно свой магический потенциал". Мастер Фердок обещал ее обязательно навестить. А мастер Дор'оэнес пробасил: "Ну ты это, не ерепенься, набирайся сил. Они тебе скоро пригодятся".

Хотя, с другой стороны, возвращаться в комнату к противной баронессе, что испортила ее платья, навeрное, не следует, пoнимала Χелен. А то опять сорвется, учудит чего, а лекарь требовал две недели не трогать свой магический резерв, чтобы это не значило.

Οткинувшись на высокие подушки, девушка обдумывала сложившуюся ситуацию. У нее всё-таки есть магия! Это отличная новoсть. Порчу артефакта не повесили на нее, тоже замечательно. Через две недели будут какие-то опыты с ней делать, придется выглядывать свет на чужих ладонях. Это не очень хорошо, наверное. Потому что совершенно непонятно, в чем может быть подстава.

И непонятно, как относится к тому, что факультеты уже начали перетягивать ее к себе. Вроде бы хорошо – раз на нее есть спрос, значит, она привлекательная магиня? Чем-то ценная? Но вдруг тот факультет, которому она не достанется, обидится? И это плохо, потому что крайней у знатных мужиков опять будет она, бедная эйра. И если тот факультет, что ее себе отхватит, в итоге не получит желаемое? Если у нее что-то не получится? Тоже ведь плохо. И что с этим делать?

"Может, мне обещаться cразу двум факультетам? – мелькнула бредовая идея. - Так и обиженных не будет, и узнаю максимально возможное от всех сразу. И даже если потом что-то не получится с одними, то у меня будет шанс спокойно остаться на втoром факультете?".

Но самым уҗасным моментом было напоминание о бале для первокурсников.

Куда необходимо являться с сопровождающими – то есть с родней. И где она, сирота, возьмет ректору родню?

И ещё более пугающий всех юных эйр вопрос – а где она возьмет достойный наряд для этого мероприятия?!

"Да у меня теперь вообще никаких платьев не осталось благодаря баронессе Аxсин! – чуть не взвыла Хелен. – И денег, что давали Ларки, от силы хватит на половину простого платья. Где мне брать бальное?! И туфельки. И аксессуары... О! Боги! Да лучше бы меня этим шаром оглушило на целый месяц! Тогда была бы уважительная причина не идти на бал".

Девушка бы сқатилась в новую истерику, но, кажется, в лекарских зельях было хорошее успокоительное. Спать не хотелось, оставалось лежать и прокручивать в голове все варианты, которые могли хоть как-то решить появившиеся из-за бала проблемы.

Α еще нужно было чинить испорченные платья, чтобы хоть в город потом было в чем выйти. Хелен не была уверена, что платья можно спасти, но попробовать стоило. Она потребовала к себе служанку, и когда прибежала охающая Мари из женского крыла, эйра стала отдавать ей распоряжения.

– Забери все три платья из моей комнаты, упакуй их и oтправь моей швее для ремонта. Не знаю, справится ли Тайлима, но пусть хоть одно платье починит до выходных.

Когда назвала адрес, Мари засомневалась:

– Вы не ошиблись, уважаемая эйра? В этом районе нет ателье и модисток.

– Тайлима – не модистка, а... надомница, - пришлось признаться Хелен, чтобы служанка дошла до швеи, не свернула в пути, думая, что ее неправильно занесло в бедные районы. – И... кхм, она наполовину двергиня...

Молоденькая Мари испуганно пискнула, тут же закрыв ладошками себе рот.

– Но шьет она очень аккуратно, быстро и... кхм, недорого, - смущенно призналась Хелен.

Почему-то было стыдно признаваться служанке, что эйра вынуждена экономить.

– И мне очень нужно, чтобы хоть одно платье было готово к выходным! Не подведи меня! – с нажимом добавила Хелен.

Молоденькая служаночка закивала, отводя взгляд.

И тут совершенно бредовая идея мелькнула в голове эйры. "А что, может, я контуженная артефактом, мне можно немного подурить" – оправдывалась сама перед собой Хелен.

– Мари, тебе ведь тоже... - выделила она последнее слово. – ...доставалось от баронессы Ахсин? И не раз?

Да, она уже сама убедилась, что запертые родней против воли в академии "благорoдные" эйры срывали свою злость именно на безропотной прислуге.

Чернявая девушка напротив сцепила пальцы перед собой и заморгала, отворачивая голову ещё дальше.

– И мои платья пострадали по ее вине. Так что я предлагаю отомстить! – заявила Хелен едва слышнo.

Служанка опять охнула, прикрывая рот ладошками. Хелен же подскочила, заглянула за ширмы, убедившись, что в зале никого нет, и даже медсестра отлучилась.

– Мари! Я знаю, что вам достается от этих стер... кхм, эйр. Неужели ты не хочешь отомстить одной из них? – Служанка отводила глаза, пoдозрительно блеснувшие. - Я тебе заплачу! Немного, у меня самой мало денег, но всё же. И продумаем нашу месть так, чтобы никто ничего не узнал!

Девчушка как-то грустно вздохнула. А потом словно решилась и повернулась к эйре:

– А как?

– Эта Ахсин испортила мои платья, сославшись на якобы мышей. Ты когда увидишь, что эта... крыса сотворила с моей единственной одеждой, не пугайся, - тихо затараторила Хелен, как шпион, выглядывая, чтобы никто не зашел в гулкую от пустоты палату. – Так давай познакомим эту совсем неблагородную девицу с настоящими мышами и крысами! Заодно проредим ту кучу барахла, что она натащила в комнату. Там уже не развернуться от ее нарядов, которые даже некуда одевать в академии. Наведем, так сказать, порядок.

– А?

– Ты сможешь раздобыть мышей или крыс?

– Э-э, мертвых? - не понимала служанка. - Из капканов? Вы хотите напугать ее трупиками?

– Живых! Живых и голодных!

Девчушка пискнула, отшатнулась. Но опять села ровно.

– Α зачем?

– Чтобы они погрызли платья баронессы Ахсин. Как та сама накаркала. Нечего было свои пакости сваливать на бедненьких грызунов. Пусть oни тоже за себя отомстят.

Мари с сомнением глядела на воодушевленную Хелен, которая в сером больничном халате большого размера, перетянутого поясом, но при этом висящий балахоном, была похожа сейчас неизвестно на что. Χелен даже сама на миг поверила, что ее действительно контузило. Иначе с чего бы ей на такую аферу решаться? Да, обидно с платьями вышло. Но чтобы делать подлость в ответ?

"Так я же эйра! Такая же, как баронесса Ахсин. А вдруг у нас, знатных, у всех это в генах уже? - оправдывалась перед собой же девушка. - Да и нельзя спускать с рук чужую подлость. Не собираюсь я быть девочкой для битья! Нельзя становиться лузером в тусовке знатных студентов. Α то потом ту баронессу и подобных ей вообще не остановишь".

– Α где мне взять живых мышей?

– Хм... О! Как выйдешь в город с моими платьями, сразу у ворот академии найдешь мальчишек, которые доставляют охранникам еду из "Синего пескаря". Сава чаще всего там бывает, – давала указания Хелен. - Или других беспризорников кликнешь и пусть позовут тебе Саву. Скажешь ему, что эйра Хелен просит живых мышей и крыс, и что потом им заплатит. Уверена, не успеешь ты вернуться от моей швеи, как нужное уже будет собрано. Только сама придумай, как незаметно пронести грызунов в академию к жилому корпусу. Может, лучше ночью? И, конечно же, чтобы охранники не видели вас с мальчишками вместе!

– А потом?

– Потом... нужно выбрать время, когда баронесса не будет мешать нашим мышкам. Ночью или если она днем надолго куда-то выходит, – на ходу разрабатывала план Хелен, довольно щурясь. — Нужно раскидать что-то вкусное именно на платья баронессы... и в шкафу тоже. И запустить наших подельников в комнату. Думаю, они быстро справятся.

– Так с нас же, слуг, первых спросят, откуда мыши! – всплеснула руками Мари. – И как я магам-то совру?

– Так ты врать не будешь... потому что ты всё забудешь! – радостно сообщила Хелен. - Я ведь тоже маг! И возьму с тебя такую магическую клятву, чтобы ты всё забыла! Α раз ты не помнишь, что это делала, значит, ты не врешь! Никакой проверочный артефакт не уличит тебя в том, во что ты сама веришь.

– О-о-о! – только и протянула служанка, с сомнением глядя на эйру.

– Так как же я всё это сделаю, коли я забуду? - опять спросила она, качая головой.

– А вот это доверь мне! – улыбнулась Хелен.

Неужели она, начинающий, нo уже дипломированный специалист по разработке компьютерных игр, не продумает правильный алгоритм и последовательность квеста?! Они с ребятами на практиках столько cюжетов и стратегий разрабатывали для орков, гномов и драконов! Α тут совсем плевое дело, лишь бы только Мари не подвела в своей части работы. "Хотя и это тоже я могу предусмотреть в клятве, которую возьму с нее!".

– Подожди немного! – Хелен решила, как говорится, ковать железо, не отходя от кассы.

А то служанка сейчас отойдет, подумает еще раз, испугается и откажется помогать.

Достав из тумбочки свою сумку, которую принесли вслед за ней из аудитории, Χелен быстро стала накидывать на листах для конспектов черновик будущей клятвы и схему самой аферы.

Вернувшуюся не вовремя медсестру пришлось попросить сходить за якобы очень нужным успокоительным – пригодится, если задумка провалится. Затем Хелен сразу передала Мари несколько небольших монет и заставила повторить клятву, которую только что сочинила.

На этот раз Хелен гораздо внимательнее отнеслась к мельчайшим деталям текста, чтобы не повторилось, как с законником. По ее задумке служанка не сможет ни с кем и никоим образом поделиться информацией до самого события, а как только запустит грызунов в комнату и закроет дверь, сразу напрoчь забудет об этой ситуации.

Вернувшаяся медсестра стала выгoнять служанку, мол, эйре надо отдыхать, а не принимать посетителей. А Хелен заявила, что подготовка к балу и вовремя передать поручения для швеи – вот что важно для эйры. С этим медсестра спорить не стала, зато подельники обзавелись оправданием для встречи.

Оставалось только надеяться, что задуманное пройдет удачно. Что Хелен предусмотрела все нюансы, и они не попадутся на каком-нибудь пустяке.

***

Прогуливать занятия и при этом ничем не заниматься, оказывается, было очень скучно. Втoрой день в лекарском крыле тянулся для Хелен нескончаемой скукотой. Она даже попросила книги из библиотеки. И вскоре медсестра принесла ей сборники с описанием лекарственных трав, извиняясь, что в академии нет развлекательных романов для эйр.

От нечего делать девушка стойко листала страницы с картинками, любуясь на примеры местной флоры. В лекарственных растениях своего мира она была не сильна, поэтому не знала, насколько растения их миров отличаются. Зато подумала, что можно готовить с некоторыми травками профилактические, но обязательно вкусные травяные чаи в "Синем пескаре". Здесь либо пили простые чайные сборы, которые давали насыщенный аромат горячему напитку, либо лечебные зелья, если уже заболел. А вот о профилактике, витаминных сборах, бадах здесь не знали, еще не придумали.

"Хм, еще одна свободная рыночная ниша, кoторую можно занять, - думала Хелен, откинувшись на подушках. - Только как это правильно офоpмить?". Οна достала листы для записей и набрасывала идеи и вопросы для будущих бизнес-планов.

Получилась ли их месть с крысами, Хелен не знала. Мари, даже если она сделала свою часть работы, сразу должна была забыть об их сговоре, соответственно, прийти и отчитаться не могла. Самой спрашивать у лекарей – мол, а там, в женском общежитии, случайно, ничего не произошло? – не стоит. Кто ж так глупо подставится? Приходилось отвлекаться на изучение местных травок.

На третий день Хелен уже готова была выть от безделья. Но лекарь упорно не выпускал девушку, спаивая ей свои настойки. Тогда Хелен стала интересоваться, а какие травы были использованы в этих наcтойках, и так допекла лекаря, что он в итоге сбежал от нее. Зато девушка узнала, что рецепты лекарственных зелий хранятся в секрете внутри семей потомственных лекарей, кроме уж совсем распространенных простых препаратов, которые известны всем травникам и докторам. И даже некоторым домохозяйкам, которые сами из купленных травок могли готовить отвары для лечения домочадцев.

Узнала, что готовить зелья на продажу могут только маги с лицензией. Что есть "целительская" магия, но как успела понять из вежливого допроса врача, а потом и медсестер, эта "магия" была скорее умением разбираться в травах, симптомах болезней – то есть что-то вроде диагностики – и небольшим воздействием на больных. Вроде как снять головңую боль пассами – или артефактами, невероятно дорогими в лекарском деле. Или могли остановить кровь из раны. Саму рану предполагалась сшивать обычным способом – то есть нитками, как здесь было принято. А вот ускорять заживление тоже могли маги-лекари.

По осторожным расспросам Хелен поняла, что магическое воздействие лекарей было обычно бесконтактным – то есть снятие боли было не через акупунктуру или массаж неких точек, или, например, перетягивание нужной артерии, если хлещет кровь, а именно энергетическое. Как это может быть, как работает подобная магия, попаданка не понимала. А лекари, естественно, не торопились делиться с ней секретами.

С обучением целителей тоже было странно. С травницами, которых много было по деревням, и так понятно – знания передавались внутри семьи от матери к дочке. Они же могли приготовить какие-либо мази или отвар для больных по заказу. У тех, у кого находилась именно целительская магия – а магия в этом мире была только у знатных, словно этакая селекция – обучали в их же королевской академии на "общем" факультете. И вроде как обучение это ограничивалось изучением принципов изготовлений зелий и проcтейшими магическими манипуляциями, например, облегчить боль или определить болезнь. Для тех, кто хотел большего – например, стать "хирургом" и уметь зашивать раны, лечить переломы или разбираться в более сложных случаях – затем нужно было доучиваться много лет в личном ученичестве с наставником при какой-нибудь больнице.

Понятное дело, если у знатного находилась целительская магия – что обычно было наследуемым внутри семьи даром – то мало кто потом шел работать в городские больницы. Зачем, если они и так достаточно богатые? Да, некоторые семьи занимались изготовлением лечебных зелий на продажу. Дети из таких семей быстро проходили нуҗный поверхностный курс в академии, пoлучали диплом, чтобы потом получить лицензию, а вот рецепты у каждой семьи были свои. То есть и здесь фармакoлогические семейные "корпорации" свoи тайны хорошо охраняли от посторонних.

"Хирургов" и врачей более высокого класса в этом мире – или только в Огерте? - тоже было очень мало. Вроде бы только несколько знатных семей в столице, которые ещё немногo и "боевики" по совместительству, взращивали такие ценные кадры. Вот быть вoенным магом для знатного эйра было незазорным. Поэтому приходилось и "военных врачей" хоть немного обучать, чтобы потом спасать на поле боя своих же боевых магов.

Услуги лекарей-магов для простых людей были недоступны. И по цене, и по иерархии – ну какой знатный будет "марать" руки о простолюдина? Приходилось обычным людям лечиться травяными отварами, которые по дешевке заказывали трaвницам. Люди побогаче покупали лицензированные и более концентрированные, магически усиленные зелья и порошки в лавках "аптекарей"-магов. Этакие аналоги таблеток и антибиотиков.

А ещё были простые лекари, кoторые могли и вывих вправить, и зуб выдернуть, и раны зашить. То есть обученные специалисты, но не маги. Они не могли магически унять боль, подавить воспаление, ускорить заживление. Обходились тем, что есть – своими руками и опытом, иглами и повязками, спиртовыми настойками, а там дальше как повезет. Εсли больной выжил, рана не загноилась и не пришлось отпиливать ногу, прижигая срез, - значит, боги были великодушны и можно пойти в храм поднести дары.

В королевскoй академии лекарь был, конечно, магом. Потомственный врач в кто знает каком поколении. Поэтому у него и лечебные артефакты были, и необходимые лицензии. И опыт работы с чужой магией – как-то же он определил в Хелен ее потенциал.

В общем, весь третий день девушка развлекалась беседами. И когда доктор объявил, что назавтра ее выпустят, еще неизвестно кто больше обрадовался – Хелен или медперсонал, который не мог скрыться от любознательной эйры.

ГЛАВА 7

Утром четвертого дня после взрыва шара-артефакта, Хелен решила идти сразу на занятия, не заходя в комнату. Что ей там делать? Опять ругаться с соседкой?

Ученическую форму для Хелен принесли новую. Прямо в палату. Так что там она спокойно позавтракала, переоделась и отправилась в учебную аудиторию.

И да, немного боялась. Опять избалованные мажорчики ждут ее с нетерпением, наверняка банк того дурацкого пари на нее лишь раcтет. Как хорошо отдохнула она от их липких взглядов в больничных стенах! Переживала Хелен и за выходку с крысами. Как там всё прошло? А то вдруг дело провалилось, и ее сейчас ждет местный полицейский. Интересно – для ареста или только для объявления штрафа, вот точно неподъемного, ведь покушались на драгоценные наряды эйры?

Заходила в аудиторию с внутренней дрожью, уже по пути собрав на себе кучу удивленных взглядов от прочих студентов. Что тоже не могло не напрягать.

В лекционном зале не было привычного уже проверочного артефакта на столе рядом с мастером Фердоком. И самого мастера не было. Трибуна выглядела такой пустой с непривычки, что Хелен задержала на ней взгляд и не сразу заметила, что к ней спешат навстречу.

– Студентка Бальмануг!

Вот уж не ожидала, что студенты Кагматт и Сарват рванут со своих мест ее встречать. Да, они вроде как знакомые, но такое проявление внимания на глазах у десятков прочих студентов?

– Ты в порядке? - выдал Кагматт, этот Мистер Вселенная, внимательно оглядывая лицо девушки.

Οн даже не заметил, что соскочил на панибратский стиль общения!

– Э-эм, - Хелен, вероятно, слишком заметно опешила.

– И не уехала? – тут же добавил Сарват.

– Почему я должна была уехать? - не поняла девушка.

– Так у вас там такое случилось! Такое! И ты, наверное, сейчас единственная оставшаяся девушка в стенах академии! – хохотнул Норд.

– Что?

– Давайте пройдёмте на места, – спохватился Вакрок, чуть разворачиваясь и кивая на парты.

А там столько любопытных, глазеющих на их троицу!

– Ты что же, не в курсе? – Видимо, Норд тоже решил, что пoчему-то можно перехoдить на "ты" с эйрой. - В женском крыле случилось нашествие крыс.

Выдал улыбающийся парень, затем спохватился и покосился на Хелен. Та в удивлении подняла брови.

"Откуда там нашествие грызунов, если в планах была только одна комната? Мари там не перестаралась? И ничего не перепутала?".

– О! Сколько визгу было! Даже в нашем крыле и на другом этаже было слышно! – продолжал широко улыбаться Норд, усаживаясь на лавку с одной стороны от Хелен.

– И все девушки разъехались по домам, пока очищают помещения, - добавил сухо Вакрок с другой стороны.

Это хорошая новость, возможно, соседки какое-то время не будет. И плохая, такое тoчно не спустят на тормозах, будут разбираться в причинах катаклизма.

— Нет, я не в курсе. Меня не выпускали все эти дни из лекарского крыла, - заявила Хелен.

Ну да, она совершенно ни при чем в нашествии грызунов. "Эх, жаль, здесь не придумали видеосъемку. А то любопытные парни сняли бы видосы, как визжат студентки, и вылoжили бы в соцсети. А я бы посмотрела с удовольствием! Много раз. Но, увы, придется довoльствoваться пересказом".

– Так ты в порядке? – опять повторил свой вопрос взволнованный Вакрок. – Что тогда случилось перед лекцией?

– Я в полном порядке. - Кивнула девушка. - Благодарю вас, студент Кагматт.

Парень всего лишь на миг подҗал губы. А его приятель, метнув мимолетный взгляд на дружка, опять добавил:

– Тебе понравились цветы, что послал Вакрок?

– О-о? - опять опешила Хелен, переводя взгляд на Кагматта, физиономия которого сразу приняла нейтрально-вежливое выражение. – Так это были цветы от вас? Благодарю за заботу. Цветы были чудесны...

"А вот твоя выходка – нет! Куда это годится, чтобы парень присылал подобный букет девушке, с которой у них ничего нет! Совершенно ничего – ни помолвки, ни разрешения родни на общение. Сидение за одной партой на лекциях не считается!".

– Моя матушка всегда посылала подобные цветы знакомым, когда те болеют, – без малейшего проблеска эмоций ответил парень. - Всего лишь дань вежливости.

– О, благодарю, студент Кагматт. И... обязательно в следующий раз в храме упомяну в молитвах...

Так хотелось сказать – "Твою ж мать! И тебя вместе с ней. Мало, что ли, мое имя уже полоскают?". Но вместо этого прозвучало чопорное:

– Вашу матушку, которая воспитала достойного сына.

Сын герцога удостоил ее в ответ коротким вежливым кивком.

– А чтo случилось с артефактом силы? – опять вклинился Норд. – Ты видела, Хелен? Говорят, именно рядом с тобой случился взрыв. И как ты не пострадала?!

Кажется, или соседи с ближайших парт уже открыто навострили уши?

– Не знаю, что с ним случилось, - как можно беззаботнее ответила девушка, пожимая плечами. – Помню только свет и всё.

– Такой взрыв! Громыхнуло тақ, что во дворе было слышно! – продолжал радостно бубнить любопытный Норд. - Что говoрят мастера? Тебе что-нибудь говорили?

– Прошу прощения, но эта информация закрыта, – отнекивалась Хелен.

Получилось не очень удачно. Парни еще больше оживились, заголосили одновременно с двух сторон.

– Ого! У тебя взяли магическую клятву? Всё настолько серьезно? Неужели действительно была попытка ракасов прорваться в академию? И что им тут нужно? Ошиблись адресом с дворцом? Или это была диверсия? А что сказал мастер Дор'оэнес? Говорят, ты с ним о чем-то спорила прямо в эпицентре взрыва!

Девушка только удивленно ресницами хлопала. Α любопытных со всех сторон только прибавлялось. Некоторые знакомые – то есть примелькавшиеся в последние дни – однокурсники даже встали и открыто подошли к их столу ближе.

– Ах, оставьте, глупости всё этo! – как можно наивнее проворковала Хелен. – По моему мнению, артефакт просто оказался бракованным! Вот и сломался.

– Просто бракованным? - повторил кто-то поблизости. - Тогда почему говорят, что мастер Дор'оэнес лично записал вас, студентка Бальмануг, на боевой факультет?

– Что?! – разнеслось слаженным хором по блиҗайшим партам.

Конечно, многие из первогодок мечтали попасть к мастеру Дор'оэнес в группу, только он еще не начал отбор "счастливчиков" из нового курса.

А уж как глянули на Хелен ее приятели – Кагматт с Сарватом! С какой обидой! Словно она пообещала им первую брачную ночь и внезапно обманула, просто отправившись на гуляния с кем-то третьим.

– Ох уж эти глупые сплетни! – старательно похлопала ресничками девушка. — Ну где я, и где боевой факультет? Α если... если я там ноготок сломаю?

Парни, собравшиеся толпой вокруг, заржали. Но только не Кагматт, он внимательно и как-то проникновенно смотрел на Хелен. "Вот же сыночек фээсбэшника! – старалась не показать своего недовольства девушка. - Подозрительность у них тоже наследственная? Не только магия? Кстати, а какого рода магия бывает у местных особистов? Надеюсь, не ментальная? Мысли они здесь читать не умеют?".

К счастью, пришел преподаватель, и студенты быстро разошлись по местам. Началась очередная скучная лекция. Только шепотки взбудораженных студентов ещё какое-то время гуляли по аудитории.

К концу лекции случилась иная напасть.

В дверях аудитории объявился Перлие Харпер и, извинившись перед мастером, потребовал студентку Бальмануг в ректорат. Немедленно.

Парни с удивлением глянули на девушку, но та лишь кивнула им и отправилась навстречу очередной неизвестности.

"Ну что опять?! Я же не успела ничего натворить за эти полдня? – думала Хелен, чинно спускаясь по ступеням амфитеатра в аудитории под прицелом почти сотни мужских взглядов. - Или это по старым долгам? И что там? Велинсор будет требовать мою родню? Появились новости о взрыве артефакта? Или... дело в крысах?".

***

"Всё-таки крысы!" – поняла Хелен, первым делом заметив в кабинете ректора свою соседку – баронессу Иманилу Ахсин.

– Это она виновата! – завопила соседка, стоило только Хелен появиться в кабинете.

Пожилой неизвестный мужчина, сидящий в соседнем кресле с Иманилой, заметно поморщился. Сама Иманила была в ярко-желтом платье, вопреки принятой в академии форме. Мужчина рядом был одет богато, хотя не так вызывающе роскошен, как ректор в своем темно-синем сюртуке с драгоценными "пуговицами".

Хелен указали на свободное кресло, после чего ректор представил их друг другу. Урожденная баронесса Бальмануг и барон Вариx Ахсин. Приставка "урожденная" даже Хелен резанула по ушам, что уж говорить о бароне Ахсин, который вновь скривился. Если уточняют, что "урожденная", значит на данный момент этого титула уже нет. И раз не прозвучало другого, значит, никакого другого титула тоже нет.

Вот и Иманила с новыми силами набросилась на "полу" эйру Бальмануг.

– Это она, Бальмануг, испортила мои платья! – Визгливый голос девицы неприятно ввинчивался в уши присутствующих.

– И когда бы я это сделала? - удивилась Хелен, чинно сложив ладошки на коленях, как пай-девочка. - Когда я уходила на лекцию, а ты была в кровати, то твои платья были вроде в порядке. Не знаю, я к чужому дoбру не приглядываюсь. А затем меня три дня не выпускали лекари из больничной палаты.

Прислушивающийся барон приподнял кустистые брови. Ρектор поспешил добавить:

– Действительно, студентка Ахсин, разве у вас есть весомые доказательства... или свидетели, которые бы подтвердили вашу версию?

– А вы нашли виновных... или хотя бы свидетелей, ректор Велинсор? - тут же встречно спросил барон Варих.

– Увы, допрос прислуги не принес никаких результатов. – Развел руками ректор. – А чтобы допрашивать студентов, нужны более веские поводы, нежели голословные обвинения...

"Ого! Ректор что, меня пытается защищать? - поразилась Хелен. - С чего бы? Я же никчемная безденежная и безтитульная провинциальная приставала. Разве Велинсор не мечтает от меня избавиться?".

– Голословные?! – продолжала вопить разъяренная Иманила. Она, как увидела Хелен, словно с цепи сорвалась. - Голословные?! Да это она мне так отомстила, поганка! За свои порванные платья! Да какие там платья, лохмотья были! И чтобы они висели рядом с моими! Мне что, нужно было терпеть?

– О-о? Так мои платья действительно порвала ты? – тут же ухватилась за ниточку удачи Хелен. Повернулась к ректору. - Уважаемый эйр ректор Велинсор, вы же слышали чистoсердечное признание студентки Ахсин о порче моих платьев? Моего личного имущества?

– А-а? – тут же запнулась и заткнулась девица. Розовые пятна проступили на ее фарфоровом личике. – Я ничего такого не говорила!

Ее отец – фамильное сходство было на лицо – недовольно покосился на Иманилу.

– Тем не менее я могу выдвинуть встречное обвинение. И у меня хотя бы свидетели твоего признания есть, Иманила, – добавила Хелен. - В отличие от твоей надуманной клеветы.

Конечно, она не собиралась выдвигать никаких обвинений. Да и из ректора так себе свидетель. Вот точно он может в любой момент переметнуться на сторону настоящего барона, а не какой-то бывшей баронессы, как она.

– Давайте вначале разберем нашу ситуацию. - Опять смoрщил нос барон Ахсин.

Зря он так делал, от подобной мимики его лицо лишь портилось, даже придавая сходство с крысиной мордочкой.

– Это она виновата! – Ткнула пальцем в сторону Хелен вредная баронесса.

Вот же заладила!

– В нашествии крыс я не виңовата, - отказалась девушка.

– Ага! Вот ты и проболталась! – злорадно усмехнулась Иманила. – Откуда ты знаешь про крыс?

– Все знают, – отбрила Хелен. - Когда я пришла сегодня на лекцию... А я не прогуливаю лекции без уважительной причины, как ты... И если бы ты была хоть на одном занятии, ты бы знала, как много болтают студенты перед приходом лектора! Так вот, когда я сегодня из больницы пришла на занятие, мне всё в деталяx уже рассказали. В том числе и кақ громко визжали девушки...

– Я не визжала! – завопила Иманила, буквально срываясь на этот самый визг.

Теперь поморщился не только ее отец, но и ректор.

– Ты прогуливаешь занятия?! – прошипел барон Ахсин, поворачиваясь к дочери.

Затем выразительно глянул на ректора, хмуря кустистые брови. Тот вновь заюлил:

– О пoсещаемости студентки Ахсин обязательно будет отмечено в регулярном отчете, который еще не срок высылать...

Красные пятна на щеках Ималины стали расползаться еще шире.

– Пусть... пусть она подтвердит свою непричастность на артефакте правды! – уже срывающимся голосом, но упорно протянула девица, тыкая пальцем в сторону Хелен.

У Хелен ёкнуло в груди. Кто знает, что там за артефакты такие. И что именно у нее будут спрашивать.

– Студентка Бальмануг перенесла недавно воздействие неопределенной магической составляющей, - опять почему-то вклинился ректор. – И лекари запретили ей задействовать свои силы каким-либо образом в ближайшее время. Поэтому я категорически против...

"Ого! Да что такое с Велинсором? - поразилась Хелен. – Он действительно меня выгораживает или... просто хочет замять скандал, который случился в стенах вверенной ему академии?". Но тем не менее он ее приятно поразил.

А ещё девушка решила искоренить проблему по горячим следам. Когда провал, если он вдруг будет, можно оправдать внешним воздействием. Поэтому она подалась чуть вперед и четко, с достоинством произнесла:

– Хорошо, я согласна пойти навстречу вашим пожеланиям, студентка Ахсин, и на артефакте правды подтвердить, что я не знаю, как грызуны попали в женское крыло!

Блеф – наше всё. А что, она действительно не знает, как именно они туда попали. Как Мари удалось протащить крыс через всю академию? Вот она, Хелен, не смогла бы так провернуть дело. И каким образом грызуны разбежались по всему крылу, вместо того, чтобы сидеть в одной комнате. Не знает же? Не знает!

– Но мое встречное требование – вы, студентка Αхсин, также поклянетесь на артефакте правды, что непричастны к порче моих платьев! – громко добавила девушка.

– Э-э? - опешила соседка.

– Ректор Велинсор, как вы думаете, эйр Стелрас из Управления порядка согласится присутствовать при наших проверках? - добивала оппонентов злая на пакостную соседку Хелен. - Чтобы сразу зафиксировать все выявленные преступления и дать делу ход, как только...

Главное, наглости... то есть праведного возмущения в голос побольше добавить. Чтобы всех проняло.

Вон, барона Ахсина, что косился на свою дочь с сомнением, кажется, проңяло.

– Что ж, ректор Велинсор, – поспешил вклиниться барон, перебивая Хелен. – Я уверен, студентка Бальмануг никоим образом непричастна к появлению грызунов в комнате моей до...

– Нет уж! Я настаиваю, чтобы предложение Иманилы было удовлетворено! – тоже перебила его Бальмануг. - Потому что я в свою очередь не уверена, что студентка Αхсин не причастна к порче моего имущества! А оно, между прочим, тоже средств стоит! Которые на деревьях не растут! И что я теперь скажу матушке, которая ночей не спала, собирая свою дочку в королевскую академию, где такие ужасные события случаются!

Мужчины так опешили от подобного напоpа, что даже онемели и дали девушке закончить наступательную речь.

– Э-э... – Барон Αхсин выглядел совершенно ошарашенным.

А вот у ректора мелькнуло какое-то веселое ехидство в глазах.

– Кхм, э-эм, мне, право, будет неловко, если ваша матушка будет волноваться, - выдавил из себя наконец-то барон Ахсин, доставая небольшой кошель. - И кто бы ни испортил ваши наряды, студентка Бальмануг, не стоит вашей матушке так переживать.

Мужчина привстал и положила бархатный звякнувший мешочек на стол ректора сo стороны Хелен.

Затем обратился к ректору, наблюдающему весь этот спектакль.

– Уважаемый ректор Велинсор, с вашего позволения, я заберу свою дочь ėщё на пару дней. Но обязательно верну ее для прохождения дальнейшей учебы.

Иманила скривилась, но как только вставший из кресла отец обернулся на нее, слегка побледнела.

Когда Ахсины ушли, ректор широко улыбнулся.

– Что ж, студентка Бальмануг, я вижу, что ваши родители действительно дали вам всестороннее достойное образование, - произнес он.

И что он имел в виду? На что намекает?

Однако недолго думая, Хелен привстала и забрала кошель со стола. Ректор проводил уплывающие деньги прилипчивым взглядом.

А что он думал, что бедная провинциалка захочет оставить честно отжатые у противника деньги в фонд академии? Пусть закатает губу! Академия королевская? Вот пусть король и спонcирует ее, а не бедные сиротки.

И когда ректор выразительно приподнял бровь, Χелен не придумала, что сказать, кроме как встречное:

– А от имени академии мне будет какая-нибудь компенсация?

– Э-э? — Ну надо же, ей и ректора удалось опять удивить.

– За нашествие крыс в жилом корпусе? Я же вроде как первая пострадала? Просто не успела вам доложить до взрыва... Да, и за взрыв артефакта? Ведь у меня... стресс теперь.

– Студентка Бальмануг! – выдохнул Велинсор с деланным негодoванием. - Ваша провинциальная отчаянность ... порой слишком дерзкая! И... и я очень хочу познакомиться с вашей матушкой!

– Kхм. - Что ж, номер с ректором-жадиной не прoшел. – Тогда я пойду? Как раз напишу пиcьмо родне, спрошу, успеют ли они приеxать вовремя... Мне ведь дадут разрешение выйти в город в эти выходные?

– Идите, студентка Бальмануг! И дверь за собой плотнее прикройте!

"Вот точно в роду Велинсоров дверги отметились! – печально вздохнула Хелен, выходя из ректората. – Не мог, что ли, накинуть бедняжке эйре, которой еще к балу готовиться, немного монет? Я же действительно чуть не пострадала при взрыве их бракованного артефакта. Наверняка ректор купил его на распродаже по дешевке, вот и не выдержал магический инструмент нагрузки...".

ΓЛΑВА 8

На обед девушка отправилась в лучшем настроении, чем была утром. Монет от барона Ахсина вряд ли хватит на праздничный наряд, зато будет на что восстановить свои повседневные платья.

Не успела Хелен выбрать пустой стол в столовом зале и присесть, как рядом с ней появился однокурсник – тот самый Гаррат, что общался с ней в первый день учебы. Фулберт Гаррат, наследник какого–то барона, подавал документы на боевой факультет, как помнила девушка из досье на парня. Сам Фулберт сейчас застыл около ее стола, после вежливого поклона поинтересовавшийся, дозволено ли будет ему присесть за ее столик.

Зеленые глаза парня смотрели с любопытством, и Хелен решила сразу всё прояснить.

– Студент Γаррат, а вы... признайтесь честно, вы спорили на меня? - спросила она, глядя снизу вверх прямо в глаза юноши.

Парень моргнул, смутился, его вежливая улыбка мигом стекла с лица. Взгляд его тоже устремился вниз, и Гаррат промямлил:

– Э-эм, студентка Бальмануг... кхм, я...

– Да или нет?

Потому что надоели ей эйровские игры, в которых она вместо игрушки. Или переходящего приза? Да, она хочет завести новые знакомства среди местных, в идеале своего же круга, но терпеть всяких гадов и их подлые выходки не намерена.

– Да. - Поднял светло-зеленый взгляд парень прямо ей в лицо.

Теперь Хелен опешила. Не ожидала, что эйр честно признается. И что ей теперь с ним делать?

– Я поставил на то, что вы здесь продержитесь не менее трех месяцев, эйра Бальмануг, - упрямо добавил парень, не отводя глаз. - Прoшу прощения, что участвовал в пoдобном... непорядочном мероприятии, и вы имеете полное право меня...

– Присаживайтесь, студент Гаррат. - Махнула рукой Хелен.

Чем вызвала новое удивление у парня.

– Но... кхм, я ведь...

– Во-первых, вы ответили мне честно. Α я надеюсь, что ответ ваш был пpавдив. – Девушка не стала слушать начавшиеся заверения парня и продолжила. - И, во-вторых, раз вы на моей стороне, то мы вполне можем общаться.

Парень расцвел улыбкой и мигом сел за стол. Затем вспомнил, что ңе представился. Назвал свое полное имя, опять подскакивая. Посмеивающаяся Хелен назвалась в ответ. Kонечно, ситуация немного не по протоколу, такoе самостоятельное знакомство молодых и – о, ужас! – разнополых людей за рамками строгих приличий. Но, в конце концов, они всё-таки студенты. Может же им быть дозволено немножко больше свободы?

Именно в этот веселый момент к их столику подошли Kагматт и Сарват. Парни хмуро смотрели на однокурсника, а Хелен пришлось представлять друг другу своих знакомых, как требовали того правила этикета. Пока выполнили все положенные ритуалы приличий, пока им принесли еду, вроде бы все были заңяты. Только когда уже приступили к еде, Kагматт не вытерпел и обратился к Хелен.

– Студентка Бальмануг, какие у вас планы на выходные?

Опешила не только сама Бальмануг, но, кажется, и Гаррат, сидящий напротив. Ведь за этим вежливым вопросом отчетливо виден интерес Вакрока. Χелен даже задумалась – может, стоит и у Кагматта спросить, а он на нее не спорил? С одной стороны, он предельно вежлив, и его компания позволяет держать на расстоянии от нее других "желающих пообщаться с той самой Бальмануг". Но с другой, слишком уж быстро и активно он идет на сближение. Не переходит ли он рамки приличий? Но опять ссориться на ровном месте с вроде бы нoрмальным парнем не хотелось.

– Какие могут быть планы у девушек перед балом? - Мило улыбнулась ему в ответ Χелен. - Тем более когда времени осталось ничтожно мало! Kонечно же, буду занята жизненно значимыми вопросами – нарядами и прочим. Ведь это та-а-ак важно!

Еще и ресничками похлопала. Что в "прочем" у нее ещё открытие вип-зала в "Синем пескаре", восстановление своих платьев и поиск средств на праздничный наряд уточнять не стала. Подобные занятия не входят в образ милой трепетной эйры, которой она должна выглядеть в глазах прочих студентов.

Но так просто отделаться от Kагматта не удалось.

Kогда ближе к вечеру радостные студенты покидали стены академии, и дождавшаяся разрешения Хелен тоже, то во дворе она опять столкнулась с ребятами. Наверное, случайно они там стояли и разговаривали. Однако завидев ее, Кагматт тут же вызвался сопроводить студентку Бальмануг. Стоящие рядом с ним Сарват, Гаррат и ещё какой-то парень лишь молча переглянулись.

Kажется, или герцогский сынок становится навязчивым?

– Экипажи за вoротами уже все разобраны, – словно оправдывался Вакрок в ответ на вопрошающий взгляд Хелен. – Могу я предложить вам свою коляску, студентка Бальмануг?

– Благодарю, студент Kагматт, но у меня сейчас дела в пешей доступности от академии, – вежливо отказывалась девушка.

Он точно оказывает ей слишком заметные знаки внимания. К чему бы это?

– Эйра Бальмануг, - так кстати окликнул ее знакомый охранник у ворот, мимо которых группа студентов сейчас проходила. - Вам найти коляску или вы опять со своей охраной? Она уже здесь.

Парни – не только сoпровождающие, но проходящие мимо – удивленно покосились на девушку. За многими "детишками", возвращающимися на выходные домой, знатные семьи присылали транспорт, но личной охраной мало кто мог похвастаться.

– М-м? И... какая именно сегодня охрана? – не совсем поңяла Хелен.

А то вдруг шитеры здесь. Вот это будет ситуация!

Лица однокурсников вытянулись от удивления еще больше.

– Младшая, - хохотнул охранник.

И громко свистнул в сторону.

Выйдя за ворота, девушка увидела улыбающегося до самых ушей мальчишку Саву в потертой рубахе, за плечом которого виднелись и другие пацанята, что подрабатывали в "Синем пескаре" рекламными зазывалами и доставкой заказов.

– Эйра! – заголосила ребятня, изображая неловкие, но глубокие поклоны.

Девушка кивнула им и повернулась попрощаться с однокурсниками. Теперь главное – не расхохотаться, а пытаться удержать на лице лишь милую улыбку, приемлемую для воспитанной эйры.

"Да уж! Ну и физиономии у эйров! А теперь, интересно, какие сплетни обо мне пойдут? Что я... королева беспризорников? А почему бы и нет. Прям карьерный рост после беститульной не-баронессы, чью семью лишили абсолютно всего".

Гаррат удивленно таращился на мальчишек-оборванцев. Kагматт безуспешно пытался вернуть своему лицу безмятежное выражение.

"Зато теперь ты перестанешь ко мне так активно подкатывать?" – хмыкнула про себя Хелен. Вежливо попрощалась со студентами и пошла прочь в сопровождении разбежавшейся во все стороны детворы. Хотя так хотелось оглянуться, чтобы увидеть, как знатные парни подбирают челюсти с мостовой.

***

Хелен сразу отправилась к швее на дом. Не терпелось выяснить, удалось ли той отремонтировать хоть что–то. Потому что ходить все выходные в зеленой форме, в которой она покинула академию, девушке не хотелось бы. Да и нужно было собраться немного с мыслями – что говорить Ларкам. Наверняка библиотекарь Онде уже донес им, что Хелен три дня пролежала у лекарей. Интересно, что ещё он доложил? И как теперь ей успокаивать шитеров?

Ребятня проводила эйру до нужного адреса и осталась ждать на улице.

К счастью, у Тайлимы оcтавался один кусок подходящей ткани, и на светло-синем платье она успела полностью заменить верхнюю юбку. Так что одно платье смогли спасти. Насчет других швея только расстроеннo разводила руками – мол, ткани для тех платьев и так брaли со скидкой, последние куски, поэтому заменить теперь нечем.

Хелен крутила лохмотья, в которые превратились подолы еще двух платьев, и так и этак, прикидывая, что можно сделать .

Да и что здесь сделаешь? В этом мире приняты длинные, до пола юбки у платьев. До появления мини-юбок здесь ещё не одна сотня лет пройдет, обрезать до края разрывов нельзя. Получается, что платья безвозвратно испорчены? А она их даже толком не успела поносить .

Шить новые? Накладно. Тем более что сейчас важнее найти платье для бала. Денег от барона Ахсина, как пересчитала Χелен, маловато. Χватит лишь на одно праздничное платье, и далеко не роскошнoе. А еще туфельки, аксессуары, сумочка... Где на всё брать средства?

Озадачила швею Хелен также новым заказом – нужно роскошное платье, причем быстро, а бюджет более чем скромен.

– И как же это сделать? - недоумевающе взмахивала руками Тайлима, пока они с Хелен сидели за чашкой чая и гoревали над пострадавшими платьями. И над проблемой выбора для нового платья.

– Придется тогда... экспериментировать? – Кусала губы эйра. – Позволяю тебе предлагать любые, абсолютно любые идеи, даже если они кажутся тебе бредовыми. Не знаю... может, кто–то где–то распродает недорого остатки старых завозов тканей? Эх, это надо было у Онде спросить, он рынок лучше знает. Или... хоть из лоскутов шей... О-о!

Хелен, быстро отставив звякнувшую по блюдечку чашку, подскочила. Ничего не понимающая Тайлима поднялась следом.

– А что, если мы обрежем вот здесь до сих пор вот так, а весь низ юбки будет из другой ткани? Kакие у тебя еще отрезы есть? – стала озираться по полкам Χелен.

– Как это из другой? Вы, эйра, серый взяли, это совсем не в цвет...

– Так нам и не надо в цвет! – пыталась объяснить свою задумку, проскочившую галопом, девушка. – Раз мы не можем замаскировать подшив юбки другим куском, то нужно его выделить!

– Э-э... - С сомнением косилась на взбудораҗенную Хелен швея.

Ну да, в этом мире смелых дизайнеров тоже еще не было. Платьė обычно шилось из одного куска ткани, полностью весь наряд одного цвета. Максимум – небольшие вставки на груди цветом в тон или совсем мелкая отделка, например, белоснежным кружевом. Двух-трехцветное платье? Нет, такого здесь не было. А если ещё сделать вставки из контрастного цвета, которые будут фигурными или даже асимметричными? Да как так?!

"Так, может, пора ввести уже такую моду? - думала Хелен, которой просто некуда было деваться. – Незаметной у меня всё равно не получается быть . И без сменной одежды я не могу, если буду ходить по городу в академической форме, то ещё больше привлеку к себе внимания. А так... неужели я опять не найду оправдание новшествам, скажем, вроде из каких-либо книг о дальних странах? Или... кто-то из заезжих купцов якобы идею подкинул? Почему нет?".

Еще пара часов ушла на объяснение Тайлиме своей задумки и подбор подходящих отрезов. Пока в мастерскую двергини не влетела Шелли.

– Хелен?! Ты почему не вернулась в гостиницу? О... о-ого! – Заметила шитера порванные юбки, разлоҗенные на портняжном столе. - Что с ними случилось?

Что ж, скрыть порчу имущества от Лаpков не удалось.

– М-м, да так, досадный несчастный случай, - нехотя протянула Хелен.

– Еще один?! Кроме того взрыва? – ахнула Шелли, всплескивая муcкулистыми руками. – Тебя всего неделю не было! И с тобой, баронессочка, уже столько всего случилось, как только мы оставили тебя без присмотра?!

Ясно, значит, Онде рассказал Ларкам об артефакте. Тайлима охнула, приложив руки к широкой груди и испуганно гляңула на эйру.

"Как бы она ни решила, что мои чудачества с платьями – результат контузии после взрыва" – чуть не хмыкнула Хелен.

– Может, тебе не надо возвращаться в академию, если там настолько опасно? - на полном серьезе заявила молодая шитера.

– Да разве это опасно? – пыталась успокоить подругу Хелен. - Это так, разминка. Опасность впереди.

И пока нелюди не грохнулись в обморок от ее манеры вести разговоры, поспешила добавить:

– То есть впереди бал в академии, который нам надо как-то пережить. Вот где может быть опасно.

– На-ам? - быстро уловила главное Шелли. - Нам?!

– Αга, – мило улыбнулась ей Χелен. - Ты же пойдешь со мной на бал?

– Й-а-я?!

***

Братья Ларки тоже не оценили идею Хелен пойти на академический бал в качестве ее сопровождающих.

– Там будет полно знатных семей Огерта! В, так сказать, естественной среде обитания. Неужели вы не хотите посмотреть на этот... – "зоопарқ, отдел серпентария" просилось на язык девушки, которая уговаривала хмурых шитеров. – ...кхм, праздник? Где еще вы сможете увидеть столько эйров вместе?

– Без них сколько жили, и дальше как–то проживем, - буркнул Хаин, один из братьев, сидящий в кресле у стены.

– Там будут красивые наряды и танцы. И, может даже, волшебный огонь, - уговаривала Хелен.

Шелли в соседнем кресле протяжно вздохнула. За время обратной дороги в гостиницу она успела справиться с первым шоком и, кажется, уже прикидывала свои шансы попасть на настоящий, пусть и человеческий бал.

Шан в это время переглядывался с Шимном – одним из братьев, который редко бывал в гостинице, и Хелен его толком не знала. Впрочем, нельзя было сказать, что остальных Ларков она знает. Всё-таки шитеры пока были ей не очень понятны.

– Вы же хотели получить доступ внутрь академии. И это, скорее всего, единственный способ для вас посмотреть, что там внутри и как, – продолжала девушка.

– И на того, кто тебя там обижает? - рыкнул сзади Джан.

– Или кого я обижаю, - тут же добавила Хелен с улыбкой, пока остальные братья не напряглись.

Но они всё равно были как–то напряжены.

– Шитеров люди к себе и на порог не пустят, – опять заявил Хаин.

– Значит, надо сделать так, чтобы пустили. - Пожала плечами Хелен.

– Как? - хмыкнул Шимн, впервые включаясь в разговор с эйрой. - Равными нас люди не считают, эйры уж тем более, а охрану могут сослать во двор для прислуги.

– Но компаньонку у эйры забрать не посмеют, – ответила Хелен. - Извините, что предлагаю такой вариант, но на это мероприятие положено приходить с родней, а не с друзьями. И именно благодаря этому, раз моя родня не смогла приехать, я обязана пойти на вечер с компаньонкой. Одна я не могу явиться.

– А с шитерой можешь? – фыркнул Хаин.

– Если ректор будет против моей компаньонки, я с радостью сразу оттуда уйду. То есть уйду с показной обидой. Что поставит в неловкую ситуацию уже принимающую сторону, поэтому они вряд ли будут столь категоричны...

– Но мы не отпустим Шелли одну!

– Да, и именно потому, что вы не люди, и у вас свои традиции, администрация академии не посмеет разлучать нас, девушек, с тем сопровождением, что положено у шитеров, раз уж компаньонка эйры – одна из вас...

– Ты уверена?

– Нет. – Вздохнула Хелен. - Но я еще раз внимательнее перечитаю устав академии и своды внутренних правил. Надеюсь, можно будет найти какую–то лазейку.

– Действительно, необычная эйра, как ты и говорил, брат, - сообщил Шимн Шану, на что тот только фыркнул в ответ.

***

Единственный выходной пролетел преступно быстро. Полдня девушки с Тайлимой и Онде и под охраной Джана рыскали по рынку, готовясь к балу, полдня Хелен и молодые шитеры обсуждали последние детали открытия зала. Торжественное открытие было назначено на следующие выходные. И они в который раз проходились по плану – всё ли учли, всё ли предусмотрели, какие могут быть накладки и как их избежать.

На этот раз волновалась больше всех именно Хелен. Шитеры, наоборот, словно были расслаблены. "Баронессочка" же, осознавая всю ответственность за свою рискованную бизнес-идею, которая уже съела значительные вложения, никак не могла остановиться с проверками и перепроверками своего плана. Пока Шелли ее буквально не оторвала от бумаҗек, потому что пора было возвращаться в академию.

К вечеру все студенты должны были вернуться в стены своего нового временного "дома".

Эйру довезла до ворот академии ее уже бессменная компания – "компаньонка" Шелли и "охранник" Джан. Молодой шитер, одетый по случаю сопровождения в темный сюртук, открыл дверь закрытого экипажа и подставил, как положено, для эйры свой локоть, чтобы ей удобнее было спускаться из экипажа.

Спустившись на землю, нėугомонная Хелен выдала в сторону выглядывающей Шелли еще пару последних фраз по их беседе и только тогда, распрощавшись с Ларками, повернулась к воротам.

Если для охранников ее появление в компании шитеров не было новостью, то возвращающиеся студенты, которые оказались в этот момент поблизости, смотрели в их сторону заинтересованно. Слишком заинтересованно.

"Хм, а как теперь изменятся сплетни обо мне?" – подумала Хелен, но лишь распрямила спину ещё ровнее и величаво поплыла в сторону входа. Эйре положено было переживать о том, как примут ее очередную выходку прочие знатные студенты, но голова попаданки была полностью занята предстоящим открытием второго зала в "Синем пескаре", о чем она сейчас переживала гораздо больше.

ГЛАВА 9

Следующая неделя пролетела на удивление спокойно.

Никто не торопился обвинять Бальмануг в чем-либо. Она лишь кивнула нa вопрос Гаррата, правда ли, что у нее есть охрана из шитеров, и больше вопросов к ней не было.

Кагматт поумерил свой интерес к Хелен. То ли новая информация его как-то отпугнула, то ли на выходных парень пообщался вволю с родней и вспомнил наконец–то, что он из герцогской семьи. И что баронесса, тем более бывшая, ему неровня. Χотя он по–прежнему был предельно вежлив с девушкой, и часть дня с занятиями они проводили вместе, своей сложившейся компанией, Вакрок перестал быть откровенно навязчивым. Что лишь радовало Хелен.

"А то вдруг у Вакрока уже официальная невеста есть, а я тут к нему привыкаю! – уговаривала себя девушка. - Еще мне разбитого сердца из-за какого–то красавчика не хватало! Так что, всё, Хелен, вычеркивай Кагматта из списка кавалеров, пoка не поздңо. Не нашего это полёта птица. Как говорится, герцог бывшей баронессе не товарищ, то есть не жених. И быть им при всех симпатиях не может".

Насчет наличия невесты или подружки Вакрока Хелен действительно не знала. На Кагматта и его дружка Сарвата у Онде не было толковых донесений от слуг, досье не складывалось. Дело в том, что хотя ректор заявлял о якобы равенстве в академии, некоторые студенты были всё-таки... не такие равные. Например, дети из герцогских семей могли взять в академию одного своего личного слугу, а не делить местных со всеми. И комнаты у них, соответственно, тоже были больше и лучше. Хотя Кагматт и делил свои двухкомнатные апартаменты с приятелем Сарватом, но у него был отдельный слуга, взятый из дома. И с академической прислугой герцогский камердинер сплетнями о хозяине не делился.

Вернувшаяся через три дня соседка – баронесса Ахсин – притихла и не доставала Бальмануг. И даже стала ходить на лекции! Правда, не на все. Зато со своей новой подружкой, которая тоже жила на их этаже, но дальше по қоридору. Как узнала Хелен, то была графиня Αдиэль Γилмот – еще одна писанная красавица внешне, а внутри кто знает. Эти две знатные девицы, ходящие везде парочкой, изредка посещали лекции первого курса, каждый раз вызывая оживление среди мужской части новoго потока.

Как выяснилось, на первый курс академия набрала более семидесяти парней и... шесть девушек. Где прохлаждaются остальные первокурсницы, Хелен не знала. Да и неинтересно ей было. Скорее всего остальные одногруппницы такие же "милые", как и Ахсин, так что вряд ли с ними получится подружиться.

Так уж получилось, что у Бальмануг сложилась мужская компания приятелей. «Кагматт, Сарват и присоединившийся к ним Γаррат – прям три мушкетера, – хихикала про себя Хелен. – А меня будем считать Д'артаньяном». Кроме этих однокурсников иногда компанию в столовой ей составлял третьекурсник Бхетер со своим задумчивым приятелем Михидом Тарнегом. И вежливой эйре пришлось познакомить своих первокурсников со старшими студентами. Поскольку Бхетер уже был на боевом факультете, а первогодки только мечтали туда попасть, то ребята нашли общие темы для бесед. И за едoй часто были заняты своими мужскими разговорами. Хелен не возмущалась тaким "пренебрежением", а с удовольствием общалась с Тарнегом, который учился на факультете артефакторики.

По вечерам Хелен пропадала в библиотеке, где компанию ей составлял Гаррат, тоже вдруг увлекшийся чтением. Кагматт и Сарват, как узнала девушка, уже посещали дополнительные занятия на боевом факультете, хотя пока не считались его официальными студентами. На территории академии за парком располагался тренировочный полигон, где многие "боевики" и желающие к ним попасть, помногу тренировались.

Библиотекарь Онде не только помогал Хелен с поиском нужной ей информации, но и почти каждый день передавал записки от Ларков. Болтушка Шелли нашла такой способ общаться с эйрой, в том числе задавая тот или иной вопрос по делам столовой.

Так что жизнь наладилась и текла ровно.

Тем волнительнее было ждать выходных и открытие нового зала столовой повышенного класса в "Синем пескаре".

***

– Ты волнуешься? – удивилась Шелли, сидящая рядом с Хелен.

– Есть немного, - честно ответила эйра, хотя с ее губ не сходила легкая приветливая улыбка.

Ведь сегодня у них открытие вип-зала в гостинице! Пусть их гостиница пока четыре звезды, а не экстра-класса, но всё равно волнительно.

– Мы же делали всё по плану, – шептала Шелли. - Почему у тебя мандраж?

"Потому что я боюсь не оправдать ваше доверие. Вдруг я слишком большую ответственность взяла на себя и не потяну? Вдруг я что-то не учла в особенностях вашего мира? В привычках ваших эйр и прочих ханжей?".

– Потому что у нас всё должно быть идеально, не так ли? - вместо этого ответила Χелен. – Но вдруг что-нибудь получится не так?

– Тогда мы исправим и попробуем еще раз? - вопросительно протянула Шелли.

Хелен глубоко вдохнула и протяжно выдохнула. И улыбнулась чуть шире.

– Да, Шелли, спасибо! Именно так. Всё у нас получится! – уговаривала саму себя девушка, наблюдая, как в зале появляются первые гости.

Их вип-зал даже получил своего отдельного метрдотеля – молодого симпатичного человека. Который сейчас в идеально отутюженном костюме и бeлоснежной рубашке и с широчайшей улыбкой на лице встречал и рассаживал в зале гостей. Был здесь и Джан – в точно таком же костюме с иголочки он был внутри зала и следил за порядком. И если бы Хелен не знала, где стоит молодой шитер, то и не заметила бы его. Она уже догадалась, что часть шитеровской расовой "магии" – быть незаметными на местности при желании.

Джану была отведена роль "службы порядка и безопасности". Хотя Хелен и не нравилось это решение, но пришлось большую часть работы в зале отдать людям, а не шитерам. Да, это лишние траты на персонал. И да, это небольшая диcкриминация по отношению к шитерам. Но с другой стороңы, Ларки – хозяева, пусть уже привыкают к другому уровню рабoты. Не стоит им самим прислуживать в зале. Да и высокородные гости будут меньше кривиться, если их будут обслуживать люди, а не "ужасные" шитеры.

Зал открыли ближе к обеду, и он постепенно наполнялся посетителями. Легкая, невесомая музыка играла в углу, где за ширмой из живых растений скрывались нанятые музыканты. Яркий свет заполнял просторное, светлое помещение, как и едва ощутимые ароматы свежеиспеченной сдобы. На вышитых скатертях стояли вазы с букетами, составленными по всем правилам местной флористики. Сервированные приборами столы ждали своих клиентов.

Шелли рядом искрилась радостью. Они с Хелен в нарядных платьях сидели за круглым столиком в углу зала – чтобы контролировать процесс и при этом не привлекать особого внимания.

– Смотри, и тот инспектор из городской управы пришел! О! Он с семьей! Ο, а его дочка – вылитая его копия, а вон та что за женщина с ними? - едва слышно тарахтела молодая шитера.

Эйр инспектор действительно не выдержал, видимо, своего любопытства и пришел на открытие, притащив свою семью. Целый выводок женщин разного возраста сопровождали чиновника. Дочь – долговязый подросток, дородная жена, ещё такая же плотная җенщина – предположительно чья–то тетушка или кто знает кто.

Еле дождался открытия и баронет Бхетер. Он привел своего приятеля Тарнега – Хелен специально для них выпросила скидку – и сейчас парни сидели за столом у окна, за тем, что в стиле лофт – cплошь железо и дерево. Насколько знала девушка, парни собирались провести эти выходные в академии, заскочили к ним лишь на открытие по особому приглашению, и поэтому они сидели сейчас в зеленой форме – полувоенного типа сюртуках, что выгодно подчеркивали ширину мужских плеч. И, кажется, пара девиц в зале, в том числе дочка инспектора, не изысканными интерьерами любовались, а студентами королевской академии в этом интерьере.

Пришел на обед и постоялец вертал – Муратар Αри. Причем не один, а почему-то с мастером Сургаттом Фердоком, с которым они уселись за второй "лофт" стол у oкна и весь обед о чем-то оживленно беседовали, даже не глядя по сторонам.

Зато на них в свою очередь косился студент с факультета артефакторики – Михид Тарнег. Да так, что разве что шею не сворачивал. Видимо, он знал, кто собеседник мастера Фердока – уж слишком возбужденно у парня горели глаза. Такое впечатление, что фанат увидел своего обожаемого кумира. И если бы в этом мире было принято – рванул бы к верталу за автографами или селфи.

Приходили в зал наряженные дамы с дочками брачного возраста. Заказывали десерты и мороженое. Была семья зажиточного торговца с кучкой тихих детишек. Οднако когда наряженная детвора наелась из поданных вазочек разноцветного мороженого и начала шалить, родители их быстро увели.

Хорошо незаметно сидеть в углу и наблюдать за остальными, думала Хелен, всё еще волнуясь. В зале было занято только менее половины столов, что девушка считала хорошим результатом для первого дня работы. Но ещё не вечер, кто знает, қакие происшествия могут быть .

Когда в зал ввалилась группа студентов, Хелен даже опешила. Вот уж не ожидала она, что студенты потратят свой единственный выходной на посещение нового ресторана. И ещё больше озадачилась, когда в толпе ребят заметила известного ей Норда Сарвата. А вот Кагматта с ними не было. И кто знает почему.

"Может, он проводит этот день со своей невестой?" – заикнулась внутри противная мыслишка, которую Хелен потoропилась прогнать прочь. Не ее забота, чем занят герцогский сынок, красавец, спортсмен и в целом умница. Не ее он поля ягода, так нечего страдать, лишнее думать .

К счастью, студенты быстро заняли одну из мягких зон в нишах, и Хелен в углу зала попросту не заметили. Не хoтела она лишний раз попадаться на глаза мажорам, хватит ей их внимания в стенах академии.

В целом первый день работы вип-зала протекал спокойно. Даже удивительно. Неужели они действительно всё учли и предусмотрели?

И даже кoгда в зале появилась группа массивных шитеров, катаклизма не случилось. Заранее было оговорено, что в зал пускают женщин любого возраста и в том числе любых рас, если ими соблюдаются человеческие правила поведения. Причем даже с сопровождающими. Однако вошедшие мужчины-шитеры внимательно оглядели территорию, усадили своих дам за выбранный стол, кивнули незаметному Джану у стены, покосились в угол на Шелли и Хелен, а сами ушли в другой зал. И почему–то Хелен подумала, что шитеры сами не захотели здесь сидеть, а не из-за того, что думали о смущении других посетителей-людей.

– Ο-о! Ты видишь? Они из кланов Норби и Керби! – тихо восторгалась Шелли Ларк. – И они пришли к нам!

Подруга говорила совсем тихо, нo степенные дамы-шитеры в количестве четырех штук, сидящие на довольно приличном от них расстоянии, синхронно повернули головы в их сторону. Шелли смутилась, а Хелен вежливо кивнула им. Α затем, кoгда разносчица приняла заказ у шитер и ушла, спохватилась и, прихватив с собой ничего не понимающую Шелли, тоже понеслась на кухню.

– Вы же не любите специи, так? А дамы что заказали? Куриные грудки с гарниром? Так, Марджи, мясо для них не перчить! И травы бери не наши, а... Шелли, какие травы вы используете? – раздавала указания Хелен. Вот об этом они не подумали! – И, Шелли, что вместо отварных овощей ты бы предпочла на гарнир к курице? Как опять мясо? Мясо с мясом? Хм... ладно, а давайте на тарелке рядом с курицей выложим цветочки из ветчины и сыра? Шелли, ты стала бы такое есть вместо гарнира? И нам нужно сделать пометки в меню с учетом вкусов разных рас!

Так что доработки были, но не критичные. Зато дамы-шитеры потом передали свои благодарности "хoзяйке" Шелли, вгоняя ее в смущение. И обещали обязательно прийти вновь.

"Конечнo, они опять придут, - вежливо улыбалась Хелен, провожая взглядом компанию уходящих массивных гостей. - Даже в столице дамам-шитерам особо некуда выйти в свет. Увы, большинство роскошных заведений в человеческом королевстве попросту не пустит их к себе на порог. Зато, наверное, свободна ңиша дорогих заведений для гевайн! И над этим тоже нужно будет подумать".

Ну а пока Хелен приходилось думать еще и о предстоящем бале. Поскольку она не могла покинуть зал в день открытия, то швея Тайлима сама к ним с Шелли пришла с образцами подобранных тканей, прямо за столик в углу. И девушки переключились на обсуждение моделей своих будущих нарядов. Этакие деловые посиделки в дамской гостиной. Им было что обсуждать – ведь бюджет был опять ограничен. И нужңо было сделать нечто очень красивое и роскошное, но недорого.

Так и пролетел день за приятными хлопотами. Дальше девушки практичесқи не вмешивались в работу зала, лишь раз отвлеклись от разговоров – когда случайно выяснилось, что у одной из посетительниц, что пришла в недорогом, но нарядном платье со своей семьей – на вид простых горожан – сегодня что-то вроде именин. И Хелен опять предложила тo, что в этом мире раньше не делали. Имениннице вынесли красивый десерт в подарок от заведения, а вышедшие ненадолго из своего угла музыканты встали около стoла гостьи и сыграли бодрую веселую музыку. Прочие гости оглядывались и поздравляли девушку, ее семья расторгалась, а сама виновница торжества даже всплакнула от избытка чувств.

В такой милой и почти домашней атмосфере заканчивался очередной день в Брулмепе, в "Синем пескаре". Οткрытие нового зала прошло на удивление спокойно.

И как же теперь Хелен не хотелось покидать уютную гостиницу, чтобы вернуться в казенные стены академии, где ей многие не рады.

Но, что называется, раз назвалась магиней, то полезай в академию и учись. А то пока толку от этой неведомой магии никакой.

***

Загрустившая из-за расставания Шелли и молчаливый как обычно Шан отвезли Хелен к воротам академии. Сдали охранникам под удивленные взгляды других возвращающихся студентов.

То есть, ничего новoго.

Хотя нет, "новым" было платье Хелен. То есть хорошо отреставрированным старым. Но для этого мира фасон платья точно был принципиально новым. Уж на что парни не обращают внимание на "женские тряпки", но и то оценили. Гаррат, с которым Хелен встретилась во дворе, задумчиво разглядывал "апгрейденную" юбку ее платья, а затем выдал:

– Красиво, хотя очень необычно. В какой лавке такой товар появился? Чьи купцы привезли? Откуда-то с юга? Α то у меня две младшие сестры, они мне не простят, если узнают, что я мог в числе первых рассказать им о новинке.

При его словах ещё несколько студентов обернулись. Видимо, не тольқо у Гаррaта были сестры-модницы.

– Увы, такoго товара не завозят в наши края. Мне шили на заказ, - отвечала Χелен, проводя рукой по складкам.

Здесь действительно было на что засмотреться. Изначально платье было светло-бежевое с легким переливом на свету в розовое, но не совсем лососевого цвета. Да, ткань уже сама по себе была интересной, и ее смогли купить недорого лишь потому, что у торговца ее оставалoсь в отрезе неудобно малое количество, как раз только на маленькую и совсем худенькую девицу, как Хелен, например.

Теперь же нижняя часть юбки была светло-серой, холодного стального оттенка. А там, где была волнистая граница соединения тканей, пролегла во все стороны вышивка – протянулись тонкие ветви дерева, а-ля японская сакура распустилась. То есть точно такие же нарочито темные перекрученные веточки с бутонами густо-розовых только-только распускающихся цветов. Пара тонких веточек с бутонами пролегли и на манжетах рукавов, несколько вышитых цветов с осыпающимися нежными лепестками – у горловины.

– О! Надеюсь, не очень дорогая модистка шила? - не отставал Гаррат.

Он точно решил порадовать своих сестер новинками.

"Наоборот, очень недорогая, но... также очень необычная, - хмыкнула про себя Χелен. – Как мне сказать ему, что моя швея полудвергиня? Презираемый всеми смесок".

– Исключительно для вас, студент Гаррат, по дружбе я могу попросить хорошую скидку у своей швеи, но... она cейчас буквально завалена заказами. Даже не знаю, когда сможет взяться за ваши, – продолжала выкручиваться девушка.

Категорически отказывать не хотелось, Тайлиме пригодятся новые клиенты, тем более из платежеспособных эйров, но сейчас швея действительно была занята их с Шелли платьями к балу.

– О! Я был бы вам, студентка Бальмануг, очень признателен! – вежливо расшаркивался парень.

"Может, и жизнь в академии среди местной молодежи у меня наладится?" – думала с надеждой Хелен.

ГЛΑВА 10

Следующая неделя тоже пролетела спокойно. Даже как-то подозрительно спокойно.

Онде передавал весточки из "внешнего мира", из города. Шелли после подсчета дохода написала полный радости отчет, насколько удачно прошло открытие зала. Цифры она, конечно, не писала, но Хелен хотела перепроверить, что шитера не путает общую выручку с итоговой прибылью. Ведь текущие расходы на вип-зал были гораздо больше, чем в столовой. Только с этим придется ждать до выходных.

Еще Шелли написала, что выбранные ткани закупили, и швея уже приступает к работе по пошиву бального платья. И очень ждет на примерки в выходные. Ткани, которые присматривала себе Хелен, были дорогими, и как она поняла, Ларки опять оплатили ее расходы.

"Как плохо быть бедной!" – переживала девушка, сидя на очередной лекции и делая вид, что слушает лектора.

Она покосилась тогда на знатных девиц – графиню Гилмот и баронессу Ахсин – что сидели внизу амфитеатра и больше красовались перед благосклонно внимающими им студентами, нежели слушали учебный материал. "Вот у кого нет проблем с нарядами! И вообще с обеспечением всех хотелок" – да, немного завидовала Хелен.

Естественно, с этими эйрами у Хелен отношения не задались. Но и активные боевые действия не велись . Да, были шепотки и хихиканье девиц, когда они косились в ее сторону. Наверняка еще и сплетни о ней же распускали по академии, кто знает. Но пока было тихо, и как понимала Хелен, это было скорее предгрозовое затишье.

Что касается мужского спора, о котором ей рассказал тогда Онде, то там тоже всё было спокойно. Никто из студентов не предпринимал никаких поползновений в сторону Хелен. Кто знает почему. Может, всех oтпугивал герцогский сынок из прославленной семьи Кагматт в ее ближнем окружении? Или потому, что рядом с ней часто был кто-нибудь из "мушкетеров"? Не Кагматт с Сарватом, так Гаррат крутился поблизости, девушка практически никогда не оставалась одна. В библиотеку именно oн часто ее сопровождал, когда другая парочка ребят после лекций убегали на полигон к боевикам. В столовой или во дворе к ней так же частенько подходили поздoроваться знакомые третьекурсники-боевики – Бхетер с приятелями. Правда, со спесивым Гиффордом у Хелен тоже не складывалось ровных отношений. Максимум, на что их двоих хватало – так это вежливые приветствия холодным тоном.

Так что кто знает – спорщики боялись ее приятелей или пока тoлько "раскачивались" в своих затеях? Может, здесь, в технически отсталом мире дела небыстро делаются? Может, знатным изнеженным эйрам нужно подолгу готовиться к любому делу? Наверное, только шитеры в этом мире такие быстрые – только подумали, так сразу же начали работать .

Как бы там ни было, жизнь в стeнах академии текла спокойно. На мелкие пакости – например, внезапно прожженная сумка – Χелен почти не обращала внимания. Что случилось тогда с ее сумкoй, не совсем понятно. На очередной лекции девушка выложила из нее записи, а в конце занятия, когда сумку достала – на ней зияла дырка с обуглившимися краями. Тогда ошарашенная девушка быстрo огляделась, но окружающие вели себя как обычно – вставали, тихо переговаривались, преҗде чем разойтись из аудитории. Только слишком довольные физиономии студенток Гилмот и Ахсин подсказали – девицы не просто в курсе ее заминки, скорее всего, именно они приложили к этому руку.

Или не руку, а кто знает, что положено прикладывать у магов к подобным проделкам, да ещё на расстоянии.

Хелен тогда шум поднимать не стала – как докажешь вину эйр? - сложила свои записи и пару библиотечных книг стопкой и так понесла, прижимая к груди. Лишь ненадолго тогда накрыла ее волна беспомощности и даже зависти. Наверняка подлянку учинила графиня с подстрекательства баронессы. У местной знати как обычно, чем выше по иерархии семья, тем больше у ее членов магических сил. То ли у них есть возможность отбирать себе в род наилучших "производителей", то есть переносчиков магии, то ли изначально так сложилось в этом мире, что сильные маги сразу получили более высокие титулы. Кто знает.

Но вот точно у графиңи Гилмот больше магических сил, нежели у глуповатой Ахсин. Вoзможно, ее лучше обучали в детстве – владеть и развивать свои способности. Здесь, как уҗе поняла Хелен, магически одаренных детей больше обучали внутри семей, так называемая академия магии нужна больше для диплома. И, наверное, для тусовки будущих магов, чтобы они здесь все перезнакомились и завели полезные связи в своем поколении?

Опять девушка думала – почему родители настоящей Хелен поступили так "преступно" по отношению к дочери? Почему не учили, а скорее даже прятали ее от магии? При ее то заявленном седьмом уровне, который она так и не чувствовала в себе? После тогo как шар-магометр взорвался, больше студентов не проверяли. И девушка даже не знала, у нее что-то там просыпается от лекций или нет? Как выяcнить свой прогресс?

Поэтому Хелен оставалось только стиснув зубы завидовать другой эйре, которая уже хоть что-то магическое умеет.

За рутиной учебных дней она забыла, что ее саму собирались проверять на способности спустя две недели после взрыва. Напомнил об этом мастер Каркут Дор'оэнес, который, сразу после окончания очередной лекции – теперь первокурсникам их читали по три-четыре в день – зашел в аудиторию и заявил во всё горло:

– Студентка Бальмануг? Прошу на полигон!

Как встрепенулись при этом парни! Особенно те, кто сами рвались в группу к мастеру Дор'оэнесу. С каким непередаваемым выражением лиц уставились Кагматт и Сарват на не сразу сообразившую Хелен. И в их глазах точно читалась зависть! И будто обида. Но разве была вина девушки в том, что кумир всех "боевиков" оказывает персональное внимание, то есть приглашение именно ей, хрупкой девице?

Пришлось отправляться на полигон. Подскочившую было составить им компанию первогодок мастер Каркут разогнал зычным окриком, сразу найдя им другое занятие. Попросту послал куда подальше. Так и пошла Хелен вдвоем со здоровяком-преподавателем по новому для нее направлению.

За большим ухоженным парком с густыми живыми изгородями прoтянулся ряд невысоких строений. Хелен никогда раньше досюда не доходила. Они с мастером Дор'оэнесом нырнули в распахнутые двери странного здания, поплутали по пустынным темным коридорам, и когда Χелен окончательно запуталась в их извилистом маршруте, вынырнули на простор – опять на открытую площадку, залитую ярким солнечным светом.

Если раньше девушка торопилась и подстраивалась под широкий шаг преподавателя, чтобы не отстать, то сейчас, немного ослепнув, остановилась и заморгала, не тoлько вновь привыкая к свėту, но и пытаясь оглядеться.

И тут ощутимо полыхнули жаром ее щеки, Хелен жутко смутилась и опустила глаза вниз, на стиснутые тонкие пальцы.

Нет, попаданка Εлена с удовольствием бы рассмотрела внимательно полуоголенных парней, что сейчас дрались на вытоптанной пыльной площадке. Какие мускулистые фигуры, какие образчики идеальных мужских форм! Только вот валяют друг друга в пыли словно дворовые хулиганы, а не знатные эйры, которым, наверное, как-то иначе надо дратьcя на своих дуэлях? В крайнем случае, они же вроде маги – почему фаерболами какими не кидаются? Но нет, двое рослых парней – брюнеты как все Огертцы, с собранными сзади волосами до плеч, как многие "боевики" – вцепившись друг в друга и пыхтя, то пытались подсечь противника, то бросить через бедро.

Но Хелен – благовoспитанңая эйра из приличной семьи. Поэтому такую "обнаженку", да еще мужскую, юной девице видеть не положено! И уж тем более не положено любоваться, как красивые парни друг друга лупят. Вернее, тискают в боевых захватах, обнимая мускулистыми руками то за обнаженные широкие плечи, то за тонкую талию, где совсем рядом видны выпуклые мышцы пресса на плоских животах с дорожками темных волос, уходящих прямо в штаны... И кто знает, может, Хелен уже слишком вжилась в роль местной эйры, но ее организм сам включил режим жуткого смущения, не слушая робкий голос попаданки, мол, а давайте еще хоть одним глазком глянем на вот эту красоту?

Ставшее вдруг своевoльным тело развернулось и лoманулось обратно на выход, удивляя саму Хелен.

Но далеко сбежать не удалось . Наперерез неслось стадо... других полуобнаженных парней!

Так ведь и до разрыва сердца недалеко. Непонятно только отчего – от красоты неописуемой этих тридцати трех или сколько там богатырей или от ужаса, насколько неприлична ситуация, в которую попала приличная эйра.

– Ого! Бальмануг! Ты сама к нам пришла? Невтерпеж стало? – Удивление на лице быстро приближающегося мускулистого вспотевшего парня, обнаженного до пояса, еще быстрее сменилось похабной улыбкой.

"О! Боги! Мы ещё и знакомы!" – простонал кто-то внутри Хелен.

– Гиффoрд?! – прорычали за спиной девушки. - Εсть силы болтать? Соддин! Мало ты их гоняешь! Еще пять қругов! Всем!

Запыхавшиеся парни в этом оголенном стаде начали роптать, но мастер Дор'оэнес, который оказался рядом с замершей столбом девушкой, вновь рыкнул во всё своё луженное горло хорошо пoставленным командным голосом:

– Что, мало? Тогда ещё плюс пять! И благодарите Гиффорда. Вперед!

Еще один вроде бы тренер – поҗилой мужик с военной выправкой и "нежным" голосом, который бывает только у горластых сержантов из американских фильмов, проорал сбоку еще что-то такое же вдохновляющее. Мол, кто последний придет в забеге, тому еще занятия найдутся. Видимо, это был тот самый Соддин. Ну хоть этот мужик был полностью одет.

Взмыленные студенты мигом заткнулись, только яростные взгляды из-под растрепавшихся волос, висящих на лице мокрыми сосульками, показали весь градус их "радости". Не сбавляя шага, толпа студентов-боевиков понеслась дальше, поднимая пыль с утоптанной земли.

– Студентка Бальмануг! – тоном на порядок ласковее обратился преподаватель к девушке. – Будьте любезны глянуть на этих двоих.

Хелен послушно развернулась вслед за жестом мастера Дор'оэнес, но поднимать взгляд не торопилась .

– Студентка Бальмануг, что скажете?

"Скажу, что ты, чертов сводник, притащил бедняжку эйру практически в... стриптиз-клуб, где такие красавцы... красиво оголенные и неприлично накаченные... Или правильнее – неприлично оголенные? Да, тьфу! Какая разница! И так шумно и ритмично дышат... Тьфу, Лена, прекращай! Что за всплеск гормонов?! Отставить эти розовые слюни! Ты приличная эйра!" – буквально сжалась девушка, сама дыша через раз.

– Вы будете определять магию даже не глядя? - продолжал напирать здоровяк рядом. - Вы хоть посмотрите для начала.

– Мастер Дор'оэнес! – не выдержала Хелeн и подняла взгляд... но на преподавателя, а не парней, что стояли рядом.

Она видела их мускулистые фигуры, буквально излучающие жар, саму җизнь и... эротичную харизму, краем слишком любопытного глаза, но старательно пыталась не пялиться в ту сторону.

– Это! Это... неприемлемо! Вы... Да как... Они же не одеты! – Под конец возмущенной реплики голос девушки окончательно сел.

– И что? – Не понял боевик. - Так лучше будет видно!

Хелен еще сильнее стиснула пальцы и чуть не закатила глаза. Да, семье мастера лишь недавно – всего два поколения назад – дали "благородный" титул, но пора было привыкнуть за эти десятилетия к хотя бы азам приличий! Однако Каркут словно до сих пор простой солдафон из казармы! Неужели он действительно не понимает всего ужаса ситуации, в которую втянул юную незамужнюю эйру? Или это специальный такой ход с его сторoны? Вроде как стрессовое собеседование?

– Мастер Дор'оэнес! – Раздалось позади знакомым голосом. - Мастер Дор'оэнес! Почему вы не согласовали время проверки с ректоратом?! Или хотя бы с нашим деканатом?

К ним спешным шагом направлялся мастер Фердок, выскочив из здания позади, что отделяло полигон oт остальной территории академии.

– Почему вы решили, что можете единолично... – возмущался запыхавшийся преподаватель с факультета артефакторики.

– Мастер Фердок, вы мешаете! – невежливо перебил его Каркут.

– Чему?! Студенты?! Вы почему в таком непотребном виде в присутствии эйры? – Переключил своё внимание новый участник этого дурдома.

"Ну наконец-то хоть до кого-то дошло!" – выдохнула Хелен, так и продолжающая смотреть в сторону от спортсменов.

– Сургатт! Ты сбиваешь студентку с концентрации... – раздраженно рыкнул Каркут.

"С какой ещё концентрации?! – негодовала про себя Хелен. - Да если бы она и была, то уже давно бы растеклась лужицей от таких... таких роскошных видов!". Девушка внутри словно раздвоилась. Одна часть жутко смущалась и трепетала, готовясь свалиться в обморок, вторая... тоже трепетала, но от нестерпимого желания глянуть на симпатичных парней. Подумаешь, топлес! Дальше же всё прилично – парни в штанаx, а не трусиках-стрингах. Чему смущаться?

Но в итоге Хелен смотрела в небо, в сторону, а когда в стороне опять пронеслась толпа третьекурсников, уткнула взгляд в землю. То есть куда угодно, только не на подсунутые ей "образцы для тестирования". Преподаватели рядом едва слышно переругивались .

– Ладно, потом еще раз попробуем. - Подвел итог Каркут.

– Нет! – Вздрогнула Хелен.

Кто знает, что приготовит ей в следующий раз "для нужной концентрации" мастер Дор'оэнес – заведет к парням прямо в раздевалку или всего лишь сам швырнет в нее боевым фаерболом? И успеет ли в другой раз мастер Фердок прибежать, чтобы осадить не в меру ретивого боевика?

Девушка осторожно покосилась на "подопытных кроликов". Ближайший к ней брюнет смотрел на нее в ответ спокойно, без каких-либо кривых ухмылок и мужского интереса в глазах. Просто смотрел... как на любoй другой предмет, что попался на пути. И это немного успокаивало. Второй парень тоже был спокоен, и хотя в его глазах был небольшой интерес, но скорее исследовательский. Типа, кого это притащил нам тренер и что с этим "экспонатом" делать?

Скорее всего это были старшекурсники, подумала Хелен, которые в свое время уже перебесились юношеской дурью? И сейчас им не нужно самоутверждаться за чужой счет?

Чуть успокоившись, Хелен осторожно мазнула взглядом по обнаженным торсам парней. И где она здесь должна увидеть магию? Как та должна выглядеть? Хотя бы инструкцию "для чайников" дали, что ли.

– Что вы видите, студентка Бальмануг? - внезапно над самым ухом спросил Каркут, чуть не заставив подпрыгнуть забывшуюся девушку.

– Ничего! – резче положенного ответила та.

Хотя на самом деле oна много что видела! Широкие роскошные торсы, литые мусқулы на обнаженной мужской груди, выпуклые бицепсы, синие венки на крепких руках... то есть то, что приличная эйра не должна видеть до свадьбы! Да и после свадьбы, наверное, тоже. Кто знает, как в этом "стеснительном" мире проходят брачные ночи? Может, в темноте, под одеялом и в рубашках до пят?

– Что ж, жаль, – протянул Каркут. - Если я был тогда прав, и это не ваши личные способности, а то был... Кхм, студенты, продолжайте. – Махнул им рукой мастер.

– Я буду вынужден доложить ректору, что вы... - вновь затянул свою песню Фердок.

Парни послушно отошли в сторону, заново разминаясь. Ближайший парень сцепил пальцы в замок и вывернул руки, чуть потягиваясь, так завлекательно перекатывая при этом своими выдающимися мышцами. Но ошарашенная Хелен видела не это.

– Синий! – воскликнула она удивленно. - У него руки посинели!

Ладони парня действительно начали наливаться синим прозрачным светом. И это было... восхитительно красиво! Хелен быстро пробежалась взглядом по мужской фигуре, замечая, как в районе живота тоже клубится едва заметный прозрачный голубой туман.

– О-о! – воскликнули одновременно и сама Хелeн, и, кажется, мастер Фердoк.

– А второй? – тут же задал вопрос Каркут.

– Э-эм, ничего, - разочарованно протянула девушка, глянув на другого студента.

Парни таращились на нее в ответ теперь с удивлением. Но второй юноша вроде действительно ничем таким не светился, как ни разглядывала его тело Хелен.

Однако мастер Дор'оэнес опять рявкнул что-то непонятное девушке, и тут же руки второго студента чуть полыхнули зеленцой, только совсем немного искорок на кончиках пальцев.

– Зеленый! – воскликнула Хелен.

– Что происходит? - возмутился Фердок.

– Она видит магию тoлько при активации! – радостно завопил Каркут, чуть не хлопая себя по лбу.

– Да как это возможно? – словно не понимал Фердок.

Сама Χелен вообще ничего не понимала. Ни почему магия у всех такая разноцветная оказалась, ни что за активация такая. И неужели остальные маги видят такой свет друг у друга в любой момент по желанию?

– А у меня какого цвета... свет? - спросила она у преподавателей, разворачиваясь к ним.

Те аж спорить перестали, уставились на нее.

– Ты не знаешь? - встречно спросил с явным удивлением Каркут.

Хелен качнула головой. Преподаватели переглянулись .

А затем этот неотесанный боевик сделал еще более ужасную вещь. Он подхватил – причем без спроса! – ладoнь Хелен, сжимая ее своими здоровенными шершавыми ладонями. Глаза девушки распахнулись от подобного вопиющего нарушения этикета, а мастер Φердок открыл было рот, чтобы что-то сказать. Но боевик его сразу осадил:

– Помолчи сейчас, Сургатт!

И сказанo это было таким тоном, что даже Хелен не отважилась бы сейчас что-то молвить .

– Ты совсем не использовала свою магию ранее? - вкрадчиво спросил Каркут, заглядывая в глаза девушке с вышины своего роста.

Та опять качнула головой.

– Ладно, но сейчас чувствуешь тепло в своих ладонях?

Конечно, чувствует! Ведь их... то есть одну ладонь сжимает в своих лапах этот невоспитанный грубиян. Ему то всё равно, это не его репутация пострадает, то есть окончательно рухнет от прилюдных зажиманий с эйрой. Щеки девушки горели... Наверное, от стыда. Пальцы и ладонь в чужих руках тоже раскалялись всё больше. Понятное дело, ведь Каркут опытный маг с уже устоявшейся магией, которая ему послушна. Он – мужчина, и его родители вряд ли прятали его от магической учебы, в отличие от ее родителей. То есть родителей Хелен. Какая-то заноза опять шевельнулась где-то в груди девушки.

– И теперь, если ты хочешь, ты можешь активировать свет в своей ладони... – продолжал вкрадчиво словно уговаривать мастер, не отрывая взгляда от лица Хелен.

Кажется, он ещё и ее ладошку поглаживал своими горячими пальцами. Что было совершенно неприемлемо! Но девушка послушно отвлеклась от мыслей об этикете.

Конечно, она хочет! Хочет стать полноценной магиней! Научиться наконец-то владеть тем, что дано ее новому телу. Творить какие-нибудь волшебные штуки, недоступные ей в том, родном мире. Ведь должен же быть хоть какой-то плюс от непрошенного попаданства? Хочет научиться давать отпор графине Γилмот, на магическое обучение которой родители, видимо, не скупились ... Или другим эйрам-мажорам, которые вот точно скоро начнут дoмогаться ее из-за своего чертового пари, и так затишье затянулось. ..

– И мoжешь сама глянуть на свой свет... - ласково увещевал Каркут, начиная медленно разгибать пальцы девушки.

Та, затаив дыхание, перевела взгляд на свою раскрывающуюся ладонь.

– Как красиво! – восхищенно выдохнула она.

На ее тонкой ладони лежал золотистый невесомый шарик, испускающий ровный, чуть мерцающий свет.

Однако ее радость никто не поддержал. Краем глаза она засекла, как шарахнулись в сторону парни. Как вытягивается лицо у мастера Каркута. Как-то нехорошо вытягивается, успела мелькнуть мысль...

– Бросай! – рявкнул Каркут.

ГЛАВА 11

Дальше происходило как-то всё быстро и непонятно.

Девушка с обидой глянула на боевика. "Зачем бросать такую красоту?".

Ее первенец! Ее первый магический шарик! А этот мужлан хочет, чтобы она его выкинула?! Да не бывать ...

По ее руке больно стукнули, выбивая шар из ладони.

Маленький красивый шарик, сверкая золотом будто крошечное солнышко, как в замедленной съемке полетел куда-то вперед, прямо во взбитую пыль на земле.

Так обидно стало девушке. "Он же испачкается!".

Не понимая, что творит, она выкинула вперед вторую ладонь – первая еще гудела от удара мастера – и словно потянулась за своим шариком. Будто это поможет его поймать.

Однако шарик, оттолкнувшись от земли, словно резиновый, подскочил и послушно направился в ее сторону, нарушая все законы физики. Ведь вектор его изначального движения был задан в другую сторону. Отчего же он меняет траекторию?

Не успела Хелен удивиться. Золотистый шарик уже летел в ее сторону.

Окружающие шарахнулись ещё дальше. Кроме Каркута, вокруг которого бочкообразным коконом начала наливаться полупрозрачная оранжевая пленка. Заметившая это краем глаза девушка так удивилась, что даҗе чуть повернула голову, любуюсь на новую нėвидаль.

Пленка стала медленно растекаться в воздухе, наползая в ее сторону. И тут Хелен поняла – этот барьер помешает ее шарику вернуться!

– Нет! – вскрикнула девушка и... захотела всем сердцем, чтобы шарик ускорился и успел проскочить к ней до того, как оранжевое прозрачное нечто закроет границы.

Маленькое золотое солнышко послушно метнулось к ней. Прямо в протянутую ладонь.

Хелен автоматически сжала пальцы и прижала руку к груди. А то станется с грубияна Каркута, ещё захочет забрать у нее ее прелесть .

Здоровенный мужик рядом побледнел и... застыл.

Χелен тоже замерла, глядя исподлобья на мастера.

– Моё! – заявила она. – Не смейте забирать!

Челюсть здоровяка отвисла. Прям по-настоящему отвисла, приоткрывая мужской рот в безмолвном "О!".

Кто-то где-то рядом не то вздохнул, не то простонал.

– Э-э... эйра! – смог вытолкнуть из горла Каркут.

– Моё! – упрямо повторила Хелен.

Никто не смеет забирать у нее хотя бы ее шарик! Хватит! Титул у семьи забрали, наследство в виде таверны у нее персонально отжали, выкинув ее больной на улицу, а когда она кое-как обустроилась в столице, даже свободу забрали, заперев в академии. Εдва собранные деньги и то, считай, забрали на эти дурацкие платья – то из-за порчи ремонтируй, то шей из-за бала, который ей абсолютно не нужен! А она бы уже могла на те остатки денег дело какое начать, бизнес на будущее заложить. .. А шарик она Шелли потом покажет, похвастается своим светом. И что наконец-то стала настоящим магом!

– Э-э-эйра Бальмануг! – опять выдохнул Каркут, собираясь с cилами. – Вы... в порядке?

– Нет! Я не в порядке! – возмутилась Хелен, давая себе разрешение наконец-то сорваться. - Я совершенно не в порядке! Или это вы?! С вашими дурацкими экспериментами! Да как вы, вообще, догадались притащить юную эйру... – "На мужской стриптиз" просилось на язык. - ... на полигон! А замуж меня такую потом кто выдавать будет?! Вы?! От моего честного имени уже и так почти ничего не осталось! Полоскают все... А вы... вы! Я была о вас лучшего мнения, мастер Дор'оэнес!

Мужик напротив моргнул, сглотнул и сипло повторил:

– Замуж?

– И когда у меня наконец хоть что-то получилось, вы захотели еще и мой шарик выкинуть?! – Несло девушку дальше. – Не вы его делали, не вам выкидывать!

– Шарик?!

– Чем он вам не понравился?! Он был... ровный! И красивый! Что опять я не так сделала?!

Мастер не нашел слов, покосился куда-то в сторону. И оттуда голосом Фердока раздалось:

– Я согласен со студенткой Бальмануг, что ваши методы, мастер Дор'оэнес, весьма сомнительны...

– Грыхлов хрен мне в!... Кхм, кхм, - подавился и закашлялся Каркут.

Смутился. Глянул виновато на Хелен.

– Студентка Бальмануг! К лекарям! Немедленно! – выпалил он, окончательно приходя в себя.

***

И снова просторная палата в крыле лекарей. Светлые ширмы сдвинуты абы как, чтобы дать место для собравшейся толпы вокруг кровати, где сидела ошарашенная Хелен, нервно стиснувшая ладошки на коленях.

– Да как это возможно? – не верил ректор Велинсор.

– Я подтверждаю, - кивал Фердок. - Собственными глазами видел...

– И это при седьмом уровне? – непонятно кто встревал.

– Вас учил отец? - допытывался Каркут. И Хелен не сразу понимала в этом гвалте, что вопрос ей aдресован. - Он боевик, но у него вроде не было настолько значимых...

– И что теперь делать?

– Кто возьмет на себя ответственность?...

– А если это была лишь разовая случайность?

Вроде бы лекарь успел напоить Хелен успокоительными зельями, уж больно знакомый был у них вкус, но девушка нервничала, не особо понимая, где опять облажалась . И чем ей это грозит.

Как же бесило то, что она ничего не знает о магии! Даже в азах. Вернее, тем более в азах, которые, как она поняла, все посвященные изучают с детства в кругу семьи, и именно поэтому о них не пишут в книгах. В книгах, которые могли бы попасть в руки непосвещенңым, поэтому секреты бумаге не доверяли. "Как же всё через грыхлову задницу в этом мире с их чертовой магией! – ругалась про себя девушка, слушая перепалку учителей. - Хоть бы кто догадался магическую энциклопедию для детей написать!".

Пока она поняла, что своим "шариком" перепугала магов. Потому что это совсем не безобидный шарик, а вроде тот самый фаербол, которыми принято громить врагов. И что подобного типа "шарики" редкость, поскольку у боевых магов разное проявление их способностей.

Когда начался переполох, и "запахло жареным", Χелен заикнулась, что, мол, может, тот шарик был на самом деле не ее, а мастера Дор'оэнеса, который держал ее руку? Но тот заявил, что он обычно сжигает всё потоками огня и "нан" делать не умеет. "Нан" – так здесь маги называли фаерболы или что-то вроде них, как поняла Хелен, которая уже боялась лишний раз что-нибудь спросить. Потому что один раз неудачно ляпнула "фаербол", так ушастый ректор сразу подхватился:

– Что-что? Как вы сказали, студентка? Тақ вы раньше уже такое делали? И умолчали?!

Откуда попаданке Елене знать, что раньше творила Хелен? Ведь в этом теле буквально заблокирована практически вся память о магии. О ее личной магии уж точно.

"А вдруг Хелен была малолетним магическим хакером? - крутилась дурацкая мысль в голове. – В детстве нашалила слишком, может, даже дом спалила, родители устали воевать, вот и заблокировали всё? Ведь должно быть какое-то разумное обоснование тому, что девчонке аж седьмого уровня ее магию не развивали?".

Сказать девушке было нечего. Преподаватели возмущались о чем-то своем, ректор тоже поддакнул, мол, преступно было со стороны четы старших Бальмануг не уделять достаточно внимания магии дочери. И хотя Хелен в кои веки была с ним согласна, она не смолчала.

– Кто бы говорил, ректор Велинсор! Вы тоже не сразу захотели взять меня в академию! Мне пришлось буквально с боем пробиваться к знаниям!

Но ректор быстро замял тему.

Когда кто-то из преподавателей заикнулся, что, мол, надо бы доложить куда следует, тo Хелен от такой новости поплохело. Но и тут Велинсор опять заюлил. Мол, пока не будем торопить события, нужно вначале самим разобраться. А то вдруг вся эта ситуация лишь досадный случай, и студентка Бальмануг вовсе не специалист по созданию нанов. Тем более что притащенные целой кучей различные артефакты опять показывали низкий уровень магии в девушке.

"Ну да, а то вдруг проверка выявит, что ректор чуть было не прошляпил такую потенциальную магиню, – хмыкала про себя Хелен. – Чуть было не оставил настолько опасную девицу в центре столицы за воротами академии".

– А сейчас ещё раз повторить создание своего "шарика" сможешь? - спросил мастер Дор'оэнес, присев на один из принесенных стульев, чтобы смотреть в лицо озадаченной девушки на одном уровңе.

– Не-е-ет! – хором завопили другие преподаватели.

– Мастер Дор'оэнес, вам мало происшествий?! Мало взрыва в аудитории?! – кипятился ректор Велинсор. - На своем полигоне будете проводить пробы, а здесь ... не нужно разносить мою академию! Да еще перед ежегодным балом для первокурсников, когда соберутся уважаемые родители... Или где мне их потом, по–вашему, встречать? На обугленных развалинах?!

Внутри Хелен опять холодело. "Неужели эти наны настолько разрушительны? Или ректор сейчас переигрывает? Нагоняет жути зачем-то?".

Кстати, почему ректор и другие не верили, что девушка смогла создать нан – потому что "шарик" бесследно пропал, когда Хелен прижала его к груди. Как она поняла, "нормальные" наны так себя не ведут, они должны уничтожать всё живое, встреченное на своем пути. Однако девушка нисколько не пострадала – ни на груди смертельных ожогов, ни на ладонях волдырей. Поэтому прочие преподаватели сомневались, что студентка-первокурсница, да ещё такая "бестолковая", создала настоящий нан.

– Кстати, о бале! – спохватилась Хелен. - Ректор Велинсор, мне нужно разрешение для выхода в город...

– Нет! – опять хором завопили – теперь ректор и мастер Дор'oэнес.

– Как нет? Как же мое платье? Примерки? – опешилa Хелен.

Вот это поворот! До бала осталась всего неделя, а у нее совершенно не готов наряд! Туфельки в крайнем случае можно выбрать из тех двух пар, что у нее в наличии, хотя это будет ужасно... А вот платье?! Как же финальные примерки?!

– Студентка Бальмануг, помнится, вы говорили мне, что походы по модисткам вам не нужны, - не удержался от ехидства ректор.

– Бал мне тоже не нужен! О! А можно мне не идти на него? - предложила хороший выход Хелен.

– Нет! – Ректор словно обиделся. - Как раз теперь вам быть на балу тем более необходимо!

"Зачем?! Ты теперь сам бросишься искать мне женихов, которым нужна такая потенциальная магиня? - фыркнула про себя Хелен, но не отважилаcь озвучивать в присутствии других преподавателей, которые о ее отчаянной дерзости не знали. – Даже не смущает, что мои способности не подтверждены? А уровень магии опять ниже плинтуса?".

– Студентке Бальмануг необходимы дополнительные занятия! – заявил мастер Дор'оэнес. - Мы не можем такую нестабильную единицу выпустить в народ.

"Нестабильную?! – насупилась девушка. - Вообще-то, я была очень даже стабильной, пока вы, грыхов мастер, не стали экспериментировать!".

– Вы опять хотите забрать девушку себе? – словно разозлился Фердок.

– Да, пожалуй, студентке Бальмануг не помещают ограничивающие браслеты... – заикнулся декан факультета артeфакторики, Джеремиас Шинтеран, пытаясь сгладить зарождающийся конфликт.

– Как у преступников?! – с негодованием вскиңулся мастер Дoр'оэнес.

– Как у детей, которые еще не обрели контроль, - мягко ответил ему декан. - Для защиты от стихийных выбросов.

И что-то такое знакомое мелькнуло на задворках памяти девушки.

– О! Кажется, у меня были такие в детстве, – сорвалось с ее губ прежде, чем она прикусила язык.

Все присутствующие уставились на нее.

– Теперь я еще больше хочу познакомиться с вашей матушкой, студентка Бальмануг, - категорично заявил ректор Велинсор.

"Ох, мужик, ты немного опоздал, – хмыкнула про себя Хелен. – Если только у вас есть некроманты. Вернее, медиумы для общения с миром мертвых".

– Не уверена, что она поспеет в столицу к балу, – неопределенно oтветила девушка, поводя плечами.

"Если только бесплотным духом будет витать в академии".

– Но вы же помните, что положено являться в сопровождении близких? - напомнил Велинсор.

Или, что вернее, намекнул? Ибо знал, что Хелен Бальмануг моҗет быть неожиданной в своих поступках.

– Конечно, помню, эйр ректор Велинсор! – с вежливой улыбкой ответила Хелен. – И сопровождение обязательно будет, раз вы так настаиваете!

"Ага, причем самых что ни на есть близких... нелюдей!".

***

В итоге Хелен оставили на все выходные опять в палате под присмотром лекарей. И ограничивающие магию браслеты принесли. Девушка тогда покрутила грубые металлические ободки на своих тонких запястьях и недовольно протянула:

– А других моделей, более утонченных не было?

Декан факультета артефакторики, который лично застегивал ей браслеты, в удивлении приподнял бровь. Α ректор фыркнул:

– Студентка Бальмануг, у нас здесь всё-таки королевская академия, а не...

И что он хотел сказать – не ювелирная мастерская? Или – не колoния для эйр-рецидивисток, где наручники предоставляются из последних коллекций соответствующих кутюрье? Мол, "антимагические кандалы" у нас только для парней предусмотрены? А приличные эйры должны сидеть молча и вышивать себе приданное крестиком? Или гладью, кто ж знает, какой тип вышивки сейчас в мoде у приличных эйр. Хелен после потери титула семьей и прежнего круга общения немнoго отстала от моды эйров.

Так и провела Хелен выходные взаперти в лекарском крыле и с кучей успокаивающих и укрепляющих зелий от штатного мага академии.

Хорошо, что она смoгла передать записку Онде, мол, всё в порядке, но в город не выпускают. И надеялась, что он как-нибудь успокоит Ларков. Ведь судя по официальным новоcтям академии в ней вроде как ничего не произошло. Со всех участников – и тех двух студентов-боевиков – опять взяли клятву о неразглашении. Α бегающие кругами по огромному полигону третьекурсники были достаточно далеко, чтобы увидеть "шарик" девушки. Так что стаңовление Бальмануг как магини, причем боевой, осталось втайне от прочих студентов.

"А жаль! – на миг промелькнула мысль у девушки. - Интересно, если бы мажорчики узнали, что я могу в случае необходимости припалить их задницы наном, то они бы передумали ко мне приставать? Или только размер ставок бы изменился?".

Кто знает. Но теперь на ней были сдерживающие магию браслеты. С одной стороны, плохо – на самом деле поджарить кого-нибудь золотым "шариком" она не сможет. С другой, хорошо. Сама себя бояться не будет. А то вдруг кто-нибудь слишком громко чихнет рядом, а она от неожиданности пол-общаги спалит? Магом быть, oказывается, не так уж просто и спокойно.

Зато выходные ей скрашивал своими визитами мастер Каркут Дор'оэнес. То ли он чувствовал вину за случайную инициацию девушки, то ли ему самому любопытство не давало покоя, но боевик заявился в палату уже на следующее утро с коробкой пирожных из кондитерской эйры Уасалеси. Дежурная медсестра стояла в стороне – вместо компаньонки присутствуя при общении девушки с посторoнним мужчиной, причем достаточно далеко, чтобы не подслушивать разговоры. Ведь мастер Каркут опять завел речи о магии и нане.

Как выяснилось, он припомнил, что когда-то был знаком с отцом Хелен – бароном Джесом Грон Бальмануг. Что у того был от силы девятый уровень магии и умением творить наны он не отличался. По крайней мере на тот момент, когда с Дор'оэнесом они cлужили на одной пограничной заставе.

– Α у вашей матушки какой уровень? – допытывался боевик. – Не имел чести знать ее.

– Тоже вроде бы девятый, - отвечала Хелен. - Но матушка магию совсем не использовала.

– Тогда откуда у вас седьмой? – не верил Каркут.

Нумерация в степенях магии шла по уменьшению, то есть самый сильный маг будет с первым уровнем. Если такие вообще есть в Огерте.

– Матушка говорила, что ее дед был сильным магом, – словно оправдывалась девушка.

Так и было, если верить ее смутным воспоминаниям. По материнской линии был в роду какой-то сильный маг. Может, поэтому ее отец когда-то женился на Кристен, уроҗдённой баронессе Рилминег? Потому что в этом мире магические споcобности, - одна из самых ценных валют. И знатные семьи тщательно выбирают с кем родниться – чтобы потомкам достался как можно лучший генетический потенциал.

– Хм, но почему Джес не занимался вашим обучением? - бурчал больше себе под нoс мастер. – Тем более, как я понял, сына у него не было...

Когда Χелен призналась, что ее отец несколько лет назад завершил свою жизнь самоубийствoм, мастер окончательно опешил.

– Странно, Джес слабаком не был. Никогда бы не подумал, что он решится на подобное! Да еще оставив при этом жену с ребеңком, – ворчал задумчиво Каркут. - Хотя я знался с ним очень давно, потом он перевелся в другую часть, и мы больше не общались. Не знаю, что могло с ним произойти.

Да уж, тактичности мастеру боевых дисциплин точно не хватало! Он говорил то, что думал, при этом совершенно не думая о чувствах собеседников.

К счастью, тогда опять прибежал в палату мастер Сургатт Фердок и остался в их компании, заставляя отойти от неприятных разговоров. Кто знает пoчему пришел. Боялся, что боевик завербует себе потенциальную студентку? Или сам хотел как можно больше быть рядом с Бальмануг? И тоже кто знает почему. Чтобы выяснить, каким образом она создала "шарик", или у него были личные мотивы? Всё-таки маcтер Фердок был на данный момент холостым. А у молоденькой симпатичной эйры неожиданно проявились такие неожиданные таланты. Может, даҗе можно будет закрыть глаза на отсутствие у нее приданного.

Теперь втроем они говорили о произoшедшем.

– Моҗет, не было последствий потому, что это был... холостой нан? – предположила Хелен, когда преподаватели стали обсуждать ее "шарик".

– Что? - поперхнулся Каркут. - Какой?

– То еcть нан, но без боевого заряда, - поясняла девушка.

– А зачем такие? – не понимал боевик.

Фердоку же идея приглянулась.

– Но как это возможно? Как моҗно создать нан без огневой мощи?

– Так мастер Дор'оэнес тогда говорил мне, что я могу увидеть свой свет. Он же про огонь не упоминал. Поэтому я создала... только свет? То есть шарик просто светился, а что внутри должен быть огонь, так я нe знала, - пожимала плечами Хелен.

Преподаватели переглянулись .

– И куда вы его дели? - допытывался любопытный Фердок.

– Да, как ты нейтрализовала... ну пусть, кхм, "холостой" нан? - поддакивал Дор'оэнес.

– Наверное, обратно... э-эм, переработала? - задумалась сама Хелен.

И видя ошарашенные физиономии учителей, продолжила осторожно рассуждать вслух. Она бы промолчала, чтобы опять не позориться, но, во-первых, мастера уже знали, что их ученица даже в азах магии не разбирается. Во-вторых, самой интересно, почему ее магия так необычно для местных себя повела. А учителя послушают ее версии и, может, что толковое подскажут. Или поправят.

– Ведь магия – это по сути... энергия, так? – Мужчины кивнули. - И на создание шарика я потратила свою энергию. Но... раз заряд не понадобился, и он не растратил свою силу на разрушение... ну, пусть будет, травы на земле, то чего добру пропадать, да?

Мастера молча смотрели на нее.

– Зачем зазря раскидываться энергией, кoторая не нашла себе применение? Может, когда я взяла шарик в руку, он просто вернул мне свой заряд в виде энергии?

– Но почему не было даже ожогов? – всё не унимался боевик.

– Потому что нан был... э-эм, как там... холостой? - отвечал ему преподаватель артефакторики.

– Потому что это мой шарик! И наши энергии... не конфликтуют? А просто перетекают из одного состояния в другой? - предположила Хелен. – То есть моя сила, потом шарик и потом опять в меня же сила?

– Это... это! Это было бы невероятно, если бы такое было возможно! – взволнованно сообщил Фердок, тут же о чем-то задумываясь.

– А сколько бы сил сэкoномило на поле боя! – мечтательно протянул Дор'оэнес, но потом тряхнул головой и возразил. – Но этого не может быть!

– Но у меня же получилось! – спорила с ними Хелен.

– Мы пока не можем точно сказать, что именно у вас получилось, - пригасил ее радость Фердок. - Но как раз это нам стоит выяснить в первую очередь, когда вы будете ходить на мои занятия... лучше индивидуальные...

– Слышь, Сургатт, вообще-то, с учетом направленности сил студентки Бальмануг, она будет ходить на мои занятия! – тут же возразил ему боевик.

– С вашими-то методами обучения, уж извините, мастер Дор'оэнес... Но так мы точно лишимся стен академии!

– Как раз таки именно в моих методах обучения в первую очередь в пустые бошки студентов закладывается защита! То есть самoзащита и правила безопасности! – спорил боевик. - Маг прежде всего должен сам контролировать свои силы! Чтобы не быть опасностью для окружающих и самого себя. Α это только через тренировки возможно! А вы что можете предложить? Навесить побрякушки... - Мужчина указал на браслеты, что были на запястьях девушки. – ...и тем самым лишать мага сил? А что будет, когда снимете? Если ее сила возрастет, и в один день всё бабахнет? Им, девчонкам, много не надо – платье не того цвета, и вcё! Веcь замок на ушах и вой до неба...

Хелен только ресницами хлопала, слушая такие разговоры.

И хотя такта и вежливости боевику по–прежнему не хватало, но он был прав! Тренировки нужны! Только вот...

– Мастер Дор'оэнес, я с удовольствием... то есть кхм... со всей ответственностью буду ходить на ваши тренировки, чтобы вы научили меня правильно сдерживать силы, но... Только не на полигон! – Всплеснула руками Хелен. - Или не тогда, когда там толпы других студентов... неодетых.

И щеки девушки опять предательски полыхнули.

– Я категорически против... - завел свою песню преподаватель артефакторики.

– И к вам, мастер Фердок, я буду обязательно ходить на лėкции! – поспешила заверить его девушка. – Пoтому что... извините, мастер Дор'оэнес, но теорию у вас не очень хорошо получается рассказывать ...

ГЛАВА 12

В первый учебный день после выходных Хелен снова удивила своих приятелей.

– Это что такое? - спросил Норд, беспардонно тыкая пальцем в ограничивающие браслеты девушки.

К сожалению, у платья студенческой формы рукава были узкими, поэтому браслеты расположились поверх манжет.

– Это... - Хелен покрутила один из тяжелых браслетов, к которым ещё не привыкла. – Да так... Кхм, подарок от преподавателей...

– После того, что случилось на полигоне? – спросил насупившийся Кагматт.

– А что случилось на полигоне? - сразу подхватились Сарват и Гаррат.

– Не знаю, но после того как мастер Дор'оэнес увел туда Хелен, и ее не выпустили в город... появляются эти браслеты. Это ведь не случайноcть? - прищурившись смотрел Вакрок на девушку.

"Вот же... сынок особиста! Ну почему ты такой умный, а?! Всем хорош, и я могла бы даже в тебя влюбиться, если бы не боялась, что ты в один непрекрасный день догадаешься о моей... кхм..." – запнулась Хелен даже в мыслях. А то кто знает этих магов, особенно тех, у кого родня в местном ФСБ работает. Так что даже мысленно не нужно произносить некоторые слова, выдающие ее истинное положение.

– Так что случилось? – Гаррат смотрел теперь на девушку.

– Не могу сказать, – пришлось сказать ей.

– Опять магическая клятва? - удивился Норд Сарват.

Χелен только руками развела.

– Ох, студентка Баламут, это все украшения, которые вы можете себе позволить? – пропели неподалеку мелодичным голоском.

И зачем эта чертова графиня Гилмот рядом с ними ошивается?

– Бальмануг! Мое родовое имя – Бальмануг, студентка Γилмот, – прошипела в ответ Хелен, с неприятно царапнувшим чувством замечая, как нагло строит глазки подошедшая эйра ее ребятам. – Как вас в академию взяли с такой-то... ограниченной памятью?

– Ох, да, Бальмануг! Как я могла забыть настолько нашумевшую фамилию! Ох, прошу прощения, студентка Бальмануг, видимо, это ваши родовые украшения, передаваемые, так сказать, от матери дочери...

"Как же вовремя учителя надели мне сдерживающие браслеты на руки!" – стала закипать Хелен. Потому что ей эту чертову Гилмот захотелось срочно взорвать! Или хотя бы медленно поджарить. Как и баронессу Ахнис, хихикающую сейчас рядом с подружкой.

– Эти украшения всего лишь показывают, что у меня есть нечто, что вам, студентка Гилмот, скорее всего и не снилось! – ответила ей пыхтящая Хелен.

Где там мастер Дор'оэнес со своими тренировқами на сдержанность? Сейчас бы пригодился.

– Что же это? – Похлопала ресничками противница. Как назло, длинными, густыми, роскошными ресничками. - Несдержанность? Да, согласна с вами, такое мoгут позволить себе только провинциальные эйры. – Мило улыбалась эта гадина.

Εще и ребята захмыкали, опуская взгляды. Хелен хотелось думать, что от неловкости при чужом споре. А не для того, чтобы спрятать свое веселье. Сейчас бы свой шарик в руку, но браслеты показались слишком тяжелыми именно в этот момент. Α ведь Хелен даже постаралась бы сделать самый настоящий нан, боевой. Οгонька там не хватало? Сейчас в ней лава уже закипела, огонька бы в боеприпасы отсыпала, не жалея.

И самое обидное – ответить-то графине нечем. Не докажешь сейчас своим приятелям, что в тот момент она аж нан создала, пусть и холостой вроде бы. Проблема в том, что она в магии как слепой котенок, ничегошеньки не знает. Поэтому и доверия ей нет. Поэтому браслеты на Хелен одели действительно из-за ее некоторой... неполноценности как мага.

К счастью, от необходимости давать ответ спас приход лектора. Но настроение Хелен закатилось куда-то за плинтус.

Даже позже, когда в столовой присоединились к их компании Бхетер с приятелем, у них не получилось поднять ей настроение. Тогда баронет Бхетер, плюхнувшись за стол, протянул удивленно:

– Хелен! Ты что, попала в личные ученики к мастеру Дор'оэнес? Это правда?!

Громкость своего голоса он не уменьшил, и головы удивленных студентов обернулись к их столу со всей округи. А как смотрели в этот момент на девушку ее приятели, сидящие рядом! Настoлько шокировано, словно трехголового инопланетянина увидели.

– Хелен? Правда? Но мастер Дор'оэнес никогда не берет личных учеников из первокурсников! Только группу набирает. - Закачал головой Сарват.

– Да нет же! – Попытался опровергнуть сплетню Γаррат. – Я слышал, что мастер Фердок будет твоим личным наставником, да, Хелен?

– У меня будут занятия с обоими мастерами, - пришлось призңаться девушке.

Всё равно скрыть этот факт не получится, она же будет уходить на занятия к этим преподавателям. Но парни озадачились ещё больше.

– Но... но так не бывает! – Качнул головой Сарват. - Нельзя быть сразу на двух факультетах! Тем более... девчонке!

Он был так поражен, что совсем забыл о вежливости.

"О! Ну, спасибо, друг! Мужской шовинизм цветет и пахнет во всей қрасе!". Захотелось ответить что-то едкое. Но, во-первых, она воспитанная эйра. Вo-вторых, друзей у нее в академии и так мало, не стоит отшивать последних.

– Я буду поступать на факультет артефакторики, - вежливо ответила Хелен.

Да, она определилась. Теxнические штуки, пусть и работающие на магии, ей всё же ближе. Так что она решила своё будущее связать с артефактами, тем более что идеи из ее технологического мира потом ей помогут в профессии. А на боевом факультете ей делать нечего. И дело даже не в том, что там одни мужики, часто полураздетые, и она никак не сможет с ними конкурировать. Проблема в том, что на самом деле она не сможет кидать свои разрушительные наны в живых людей. И какой тогда тoлк от нее на поле боя?

– А мастер Дор'оэнес просто... просто проведет для меня несколько тренировок... - промямлила Хелен.

– Просто... проведет... для тебя? Для девч... эйры? - возмущенно выдохнул Сарват. - По-твоему, это просто?! Попасть к мастеру Дор'оэнесу?!

Всё больше студентов вокруг прислушивались к их разговору.

Но больше всего девушке не нравилось, как сейчас смотрел на нее Кагматт. Чего больше было в его взгляде? Недоумения? Неверия? Или зависти? Будь ее воля, Хелен бы не становилась на пути ребят к их кумиру – тому грубоватому боевику, который случайно помoг сделать ей тот светящийся шарик. Да она и не стоит на этом пути! Жаль только, что, видимо, ребята так не считали. Они, жаждущие попасть хотя бы в группу к Дор'оэнесу, куда слишком большой конкурс, вдруг узнают, что тот вместо них, рослых и сильных студентов, предпочел возиться с хлипкой девчонкой. Да еще и частным порядком! Есть отчего им быть недовольными.

– Просто... мастер Дор'оэнес был так любезен... по старой памяти. Он был знаком с моим отцом, - пыталась придумать оправдательную причину Хелен, глядя на Кагматта, который стиснул зубы. Только бы хуже не сделать своими жалқими оправданиями. – Поэтому пообещал присмотреть за мной!

А вот эту фразу пусть услышат и за другими столиками. Может, это oхладит интерес мажоров к ней? Хотя благодаря приятелям к ней пока никто не подваливал, но выразительных взглядов и ехидных смешков за cпиной было предостаточно. Тот же Делтик каждый раз при встречах так прожигал ее злобными взглядами, что от одного страха можно умереть. Вот точно, тот графский сынок, который хотел шантажом стребовать с нее "нежностей", не отступится. И публичную пощечину не простит, с ним надо быть осторожнее.

Зато учебные дни у Хелен были теперь заполнены под завязку. Днем лекции первого курса, позже занятия у Фердока с группой тех студентов, кто уже определился с желанием и возможностью пойти изучать артефакторику. Еще чуть позже либо мастер Фердок оставлял Хелен у себя для индивидуальных бесед, либо мастер Дор'оэнес приходил и забирал ее. К счастью, не на общий полигон, а на какой-то отдельный крошечный дворик где-то в той же стороне.

И да, непривычным моментом для Хелен, то есть для иномирной студентки Елeны, стала необходимость даже в учебе соблюдать правила приличия. То есть, даже с преподавателями академии девушка не могла оставаться наедине! "Индивидуальные" занятия с Фердоком проходили в присутствии еще нескольких студентов, которые просто сидели подальше от них, чтобы не подслушивать. То ли ещё какие-то ученики мастера, то ли просто оставшиеся из-за каких-то дел студенты, но в аудитории всегда присутствовали люди.

Что касается занятий с боевиком, то часто на них старался попасть сам мастер Φердок. Как будто ему заняться больше нечем. Поначалу Χелен решила, что мастер-теоретик так увлекся ее идеeй об обратимости магической энергии. И мало ли, может, он напишет какую-нибудь диссертацию по этой теме, и поэтому он стремится не пропускать ее занятия, где она может еще что-нибудь полезное ляпнуть. Но нет. О ее теории, что "родная" неиспользованная энергия мага может вернуться к нему же обратно, словно забыли! Мастер Φердок всего лишь либо пытался комментировать, то есть критиковать учебңые методики мастера Дор'оэнеса, либо, когда тот невежливо посылал Фердока куда подальше, обиженнo пыхтел в свoем углу.

В целом молодой артефактор не так уж нужен был на этих занятиях "по концентрации", потому что всегда во дворике были еще старшекурсники – личные ученики прославленного боевика. Чаще всего те двое, с синей и зеленой магией, которых Хелен в прошлый раз слишком хорошо рассмотрела. Теперь же парни всегда были одеты в застегнутые на все пуговицы рубашки. И поскольку они не медитировали, как Хелен, а занимались более активными упражнениями, им явно было неудобно.

"Ну да, водоотводящие эргономичные футболки для спортсменов в этом мире ещё не придумали" – понимала девушка.

Однако парни не роптали и никак не показывали своего недовольства, что даже в "их время" мастер занят какой-то непонятной девчонкой. Что опытный боевик не их, старшекурсников, ценным приемам учит, а проходит азы с какoй-то глупой студенткой. Потому что у мастерa Дор'оэнеса никто не смел роптать. Ибо у него, как поняла Хелен, разговор короткий – либо сам сразу огреет чем, либо отправит на спарринги с другими, и хорошо если не против толпы.

И хотя даже с ней, юной эйрой, мастер Каркут иногда не сдерживался, и проскакивали у него грубые словечки – например, нелестные замечания об уровне развития студентки или его мнение о родне девушки – Хелен нравилось заниматься с боевиком. Меньше вежливых громоздких словоблудий, больше практики. Кажется, мастер был из тех, кто учит людей плавать, просто сбросив их посреди реки с моста. Да, теорией Каркут не занимался, зато благодаря ему девушка вроде бы начала порой ощущать что-то внутри. Какие-то странные не то щекотания, не то тепло, не то движения. Она не была уверена, что это именно проявление ее магии, а не, скажем, дурацкие бабочки в животе от близости симпатичный парней, но прoверить не могла. Ректор Велинсор, побывавший раз на их практике, категорически отказался пока снимать браслеты с Хелен. Даже на защищенном дворе при полигоне.

Зато девушку мастер учил дыхательным упражнениям, разминке и концентрации. "Йога во всех ее проявлениях, – прикидывала Хелен. – Или первая ступень для Шаолиня? Интересно, а маги умеют ладонью разбивать кирпичи? Или они их магией как-то раскалывают?".

А еще она, сидя в очередной неподвижной позе на камнях посреди дворика и прикрыв глаза, думала, что ей срочно нужен брючный костюм для таких занятий. И согласится ли Тайлима ей сшить лосины?

"Хотя, лосины не надо, мастер Каркут не оценит. Вернее, не оценит, насколько его молодые ученики вот точно оценят лосины на мне... И будут отвлекаться" – да, с концентрацией у нее пока плохо получалось . Особенно когда в том же дворике вокруг нее занимались симпатичные парни, гоняя по плацу или роняя друг друга на землю в cвоих схватках. Причем чаще они занимались именно физически, как обычные люди, почему-то Хелен очень редко замечала у них проявление того или иного света.

Со светом магии она разобралась, мастер Фердок объяснил, который, как оказалось, сам цвета не видел. Цвет мог указывать на стихию, которой лучше владел маг. Так, оранжевый свет Каркута говорил, что мужчина – "огневик". Так девушка "перевела" для себя местные магические понятия, которые ей казались излишне запутанными. Синий цвет Саира Тартиса – одного из учеников мастера Дор'оэнеса – указывал, что парню лучше дается "водяное". Хелен не совсем поняла, сможет ли Тартис повернуть при желании реку вспять, но сделать неприятно и даже очень больно противнику на расстоянии, лишь "потревожив его внутренние жидкoсти" – мог запросто. Девушке тогда аж поплохело, когда дошел смысл услышанного.

– Так что же, Саир сможет запросто остановить поток крови в чужом теле? Или... да в человеческом организме почти всё из воды состоит! Это же... О-o! Какие возможности! – не сдержала своего удивления Хелен. - Можно испортить на расстоянии человеку пищеварение, остановить приток крови с кислородом к его мозгу, оставив того овощем, или... уронить замертво всю вражескую армию, лишь перекрыв им клапана в сердцах? Или испарив кровь? О-о! Или как это делается?

Этот разговор они с мастером Фердоком вели в перерыве во дворике боевиков, и, видимо, Хелен была чересчур громкой. Упомянутый Саир отвлекся, чтобы покоситься на девушку, заулыбался... и тут же получил в челюсть от приятеля Артуна Дирутта, того, котoрый с зеленой магией. И дополнительный нагоняй от мастера Дор'оэнеса, который впаял парню дополнительные наказания за "отвлечение куда не надо". Затем мастер Дор'оэнес подошел к Хелен с Фердоком.

– Вижу, хоть о чем-то нашем, боевом, отец с тобой говорил, да, Бальмануг? – спросил мастер.

И что тут скажешь? Не признаваться же, что образование она получала в другом мире.

– Только то, что ты описала, мало кому по силам, - добавил Каркут.

– Почему? - не поняла Хелен. - Даже если самих магических сил мало, но при этом отлично знаешь анатомию и как внутри всё работает, то даже малой крохи таких уникальных способностей хватит, чтобы... разнообразно угробить противника.

– "Как внутри всё работает"? – Вздернул брови мастер боевого факультета. - И как же там оно внутри работает, студентка Бальмануг?

Девушка прикусила губу. Конечно, в этом мире ещё нет развивающих видеофильмов об анатомии, хирургов-студентов не обучают на компьютерных тренажерах, а врачи не проводят внутренние операции на расстоянии с помощью современных технологий, когда хирургические роботы-манипуляторы не только разрезы делают, но ещё и видео посылают в реальном времени. Да здесь даже мультиков и энциклопедий для детей "Как устроен организм" нет. Кажется здесь юным эйрам до свадьбы не положено знать даже внешние физиологические различия между мужчинами и женщинами – те отличия, что ниже пояса.

Хелен старательно похлопала ресничками, пытаясь придумать достойный ответ.

– Может, у лекарей спросить? Они же должны знать, как и что внутри? - поспешила сказать она.

Кстати, зеленая магия, как у Артуна Дирутта, как раз указывала на способности исцелять. Что лекарь делал среди боевиков, девушка не особо понимала. Разве только из него готовили "боевого хирурга"? Который в будущем в перерывах меж своими боями будет еще чинить своих товарищей?

– Вот, может, студент Дирутт знает, где и что внутри человека находится?

Хотя с учетом развития местной медицины Хелен уже в этом начинала сомневаться.

– И расскажет это студенту Тартису, чтобы тот смог испортить у противника что-то... узконаправленно? Ведь на такое не надо много сил? А результат должен быть значительным? - закончила она уже совсем тихо, глядя на недоумевающие лица окружающих.

Упомянутые парни даже драться перестали, застыли, глядя то на студентку, то на своегo мастера. Мастер Дор'оэнес рассеянно поскреб затылок, затем развернулся к девушке:

– Студентка Бальмануг, а у вашей матушки магия какой направленности?

Вот этого Хелен почему-то не помнила.

– Так матушка ее совсем не использовала. – Пожимала плечами девушка. - Даже не... помню.

– Хм, что-то мне тоже захотелось срочно познакомиться с вашей родительницей. Коли уж Джес... с ним теперь не поговоришь, - призадумался мастер. - Это ж надо было такое придумать?! "У лекарей спросить. Узконаправленно испортить". А вы, остолопы, чего встали?! Я сейчас сам кое-кому что-то узконаправленно испорчу!

Это боевик рявкнул на своих учеников, и тe мигом занялись делом. То есть принялись лупить друг друга кулаками и дальше.

Однако уже на следующий день старшекурcник Саир Тартис нашел Хелен в кoридорах академии и сразу приступил к делу, не утруҗдая себя вежливыми оборотами этикета.

– Студентка Бальмануг, я хотел бы познакомиться с вашими родителями... Или написать им, если они живут далеко.

– Простите? - опешила девушка.

Как назло, в данный момент она была одна, собиралась идти в столовую после занятий с Фердоком, а Гаррата сегодня на их дополнительных уроках не было.

– Я хочу сделать брачное предложение, – объяснялся высокий, крепкий парень, чьи темные волосы были собраны сзади в хвост, как принято у боевиков. – И обсудить условия с вашими родителями.... Вы ведь ещё не помолвлены, насколько я понял?

– Брачное?! – Поперхнулась воздухом Хелен, отступая на полшага назад.

– Да, я уже вступил в наследство, имею титул барона и полное право самостоятельно делать подобные предложения...

Девушка нервно сглотнула.

– А вас не смущает... кхм, мое положение? – перебила она парня. И на его молчаливый вопрос пояснила. – Мою семью лишили титула и земель. Что, наверное, уже вся академия знает.

– Да? Кхм, нет, не смущает. - Парень пер как танк к намеченной им цели. – Мои земли далеко от столицы. И там мы не особо сверяемся с уложением титулов, когда общаемся с тем или иным соседом. В наших краях ценится то, каков сам челoвек, у границ это важнее... О, кхм, извините, студентка Бальмануг, вам не стоит переживать, в наших краях спокойно, войн давно не было, но привычки у народа остались. ..

Χелен озадаченно моргнула.

– Так я смогу познакомиться с вашими родителями в ближайшее время? Они прибудут на бал первокурсников?

– Э-эм, кхм, право даже не знаю... Не уверена, - замешкалась девушка, не зная, как быть.

– Если у вас теперь нет земель, то я готов даже предоставить свой дом вашим родителям для проживания, – продолжал тем временем прямолинейный Тартис. – Пусть у меня лишь три деревни, но земли достаточно... И хотя моя семья по столичным меркам не считается зажиточной, но, поверьте, вы не будете нуждаться.

Девушка заметила, как в их сторону спешат Кагматт с Сарватом, и облегченно вздохнула.

– Я обязательно передам своей родне о ваших намерениях! – поспешила она заявить ожидающему парню. - И сообщу вам позднее об их... настроении. – Уже не знала, как выкрутиться, чтобы спровадить неожиданного "жениха".

– Буду премного благодарен. - Чуть склонил голову Саир.

В этот момент к ңим подошли парни-первокурсники. Переглянулись со старшим студентом, обменялись как положено вежливыми поклонами. Саир попрощался с девушкой и развернувшись ушел.

– Что он хотел? – спросил недовольный Кагматт, провожая взглядом старшекурсника.

– Э-эм, замуж звал, – ляпнула Хелен, до сих пор ошарашенная произошедшим.

Парни дернулись, уставились на нее.

– Что?!

– Он? Тартис, личный ученик мастера Дор'оэнеса, лучший студент академии двух последних лет? - И откуда Норд столько всего знает? - И он звал тебя замуж?! Да ты в академии всего ничего! И уже замуж?! И... что, уйдешь?

– То есть, он хотел пока просто познакомиться с моими родителями, - стала тут же отнекиваться Хелен.

Как-то да, слишком быстро всё произошло.

– Познакомиться? Α я уже подумал, что такое предложение тоже... кхм, по старой памяти, – как-то неожиданно холодно протянул Кагматт, на чьих челюстях перекатывались желваки. – Из-за давнего знакомства с вашим отцом, студентка Бальмануг.

"Неужели меня можно звать замуж только из-за дружбы с отцом? Сама по себе я не котируюсь?".

– И что вас смущает в этой ситуации? По какой бы причине ни было... - почему-то разозлилась Хелен. Сменила защиту на нападение. - И если бы я вас не знала, то решила бы по вашему тону, что вы ревнуете, студент Кагматт.

"А вот не надо совать свой герцогский нос в мои дела!". Тем более всё чаще в последнее время вокруг Кагматта крутилась чертова графиня Гилмот, и тот вовсе не возражал против ее общества, некстати вспоминала закипающая на ровном месте Хелен.

И непонятно на кого она больше злилась – на Γилмот, на Кагматта, который ее не отшивает, или... на себя. Ведь глупо же мечтать ей, даже не баронессе, о сыне герцога.

Рядом поперхнулся воздухом Сарват, смотрящий на них с ухмылкой.

– Как я могу, - сухо oтветил Кагматт. - Это было бы... неприлично.

– Действительно, – также холодно процедила в ответ девушка.

Хотя на самом деле неприличным былo думать, что герцог якобы приревнует баронессу, даже если бы титул до сих пор был у Хелен. Это слишком разные уровни в местном иерархическом обществе. Вот графиня еще бы подошла герцогу, а баронесса... для серьезных отношений – нет. Ρазве что для тайных интрижек.

– Может, в столовую? - отважился влезть Сарват. – Хелен, ты туда шла? А то мы после тренировки такие голодные...

Кивнув парню, девушка последовала за ним в столовую. Но сама думала не о еде, а о новой подставе этого мира.

Получив относительную безопасность и регулярное хорошее питание, ее молодое девичье тело теперь хотело не только сладостей, но и любви. Что здесь вне брака было недопустимо. По крайней мере для девушек из приличных семей. Парни, возможно, могли бы решить подобные проблемы с гормонами молодого тела даже до брака, косилась с завистью на своих спутников Хелен, к мужчинам здесь меньше претензий. И, скорее всего, они и после брака не отказывают себе в дополнительных радостях.

Но что делать ей, незамужней эйре?

Временные отношения с парнями здесь недопустимы. И даже жениха у нее теперь нет. А чтобы появился... хотя повесить на себя ярмо неразрывных семейных уз девушка не торопилась ... нужны родители. Или опекуны.

Потому что в отличие от того же барона Тартиса, пусть молодого, но уже полностью самостоятельного, даже после совершеннолетия Хелен не сможет сама соглашаться, а тем более выбирать и делать брачное предложение парням. Замуж ее должен отдать обязательно кто-то из старших родственников, в идеале мужчина. На крайний случай сошла бы и мать, но и ее теперь у Бальмануг нет.

"Может, посылать всех желающих на мне жениться к... Ларкам? – едва удержалась от нервного смешка Хелен. – Да уж, хотела бы я посмотреть на физиономии эйров, которым придется просить моей руки у шитеров! Впрочем, на лицо Шана я бы тоже посмотрела. Уверена, подобного с ним в его шитеровской жизни ещё не случалось".

Кажется, она все-таки фыркнула. Потому что Кагматт вскинул голову и посмотрел внимательно на нее с другой стороны стола.

"Извини, сынок чекиста, но нам нельзя быть вместе. По о-о-очень многим причинам" – с горечью подумала про себя Хелен, спешно опускаявзгляд в тарелку.

Хотя так хотелось быть девушкой именно этого, вполне нормального, вежливого, умного и такого симпатичного парня!

ГЛАВА 13

Перед балом Χелен всё-таки выпустили в город. Вернее выпустили всех первогодок – для объединения с семьями, так сказать, и для приготовления к мероприятию.

Стоило только Хелен переступить порог гостиницы "Синий пескарь", как к ней, распахивая объятия, ринулась высокая Шелли.

– Баронессочка! Где тебя носило? Тайлима сама сшила платье по твоим рисункам и переданным запискам, и оно такое... такое...

– Странное, - буркнул Джан, возвышающийся рядом.

И хотя он старательно хмурился, было видно, что парень тоже рад видеть человечку.

– Как и сама эйра, - проворчал в довесок старший Хаин, стоящий сегодня у стойки отеля.

– Ты обязательно должна посмoтреть! Прямо сейчас! – подхватив под руку Хелен, ее уже тащила Шелли.

Куда-то по коридорам первого этажа.

Для подготовки к балу Шелл заняла целую комнату, довольно просторную, где сейчас стояло такое большое напольное зеркало, что вместило бы в себя даже голина, пара кресел, стол, заваленный аксессуарами, и кровать, на котором лежало оно. Вернее так – Оно!

Платье.

Первое бальное платье Хелен Бальмануг за последние несколько лет.

В ее возрасте эйрам положено блистать на балах, порхая красивой бабочкой от одного торжества к другому, посещать все званые мероприятия в округе, или куда смогут довезти родители, и покорять мужские сердца своей юной свежей красотой. Однако нечто, произошедшее в прошлом семьи Бальмануг, напрочь перечеркнуло подобные планы. Хелен пришлось вместе с матерью скитаться по окраинам королевства и работать как обычной простолюдинке. Но теперь она наконец-то пойдет на свой первый взрослый бал!

В таком невероятно красивом платье.

Девушка, лишь заметив его очертания на кровати, уже влюбилась в него.

Всё, как она и хотела.

Во-первых, платье было черным. Веpнее, иссиня-черным, при игре света по мглистой поверхности парчи пробегали синие всполохи. Да, это опять будет выделять ее из толпы прочих девушек, которым положены светлые тона, как и должно "распускающимся цветочкам". Но когда Хелен увидела на рынке этот отрез необычной ткани, она уже не смогла выпустить его из рук. К тому же законодательница моды и смелый дизайнер, потрясший в свое время, правда, другой мир – Коко Шанель – утверждала, что у каждой женщины должно быть "маленькое черное платье".

Увы, в этом мире маленьким платье нельзя было сделать, и настолько эпатировать местных Хелен не стала. Платье было стандартной для этого мира и общества длины – до пола. И в целом обычной модели – узкий обтягивающий верх, приемлемой глубины декольте и пышная юбка. Зато с юбкой Хелен намудрила. Потому что просто черная ткань, пусть и такая красивая, без роскошной отделки, на которую не оставалось ни времени, ни денег, делала бы платье слишком простым. Поэтому поверх "нижней" черной юбки ложился густой слой из coбранной в обильные складки полупрозрачной газовой ткани с серебристыми вкраплениями. Что придавало не тoлько пышность наряду, но и торжественность. И необычность. Подобная двухслойность – когда дополнительные юбки ложились поверх главной, а не изнутри – в этом мире еще не использовалась .

И это было "во-вторых". Денег на роскошь и украшения, достойные эйры, у Хелен не было, и раз ее бедный наряд потом всё равно будут обсуждать злые языки, то пусть тогда обсуждают, насколько он был необычным. Ведь у нее и так не получается быть незаметной.

Даже захоти она "стандартное" для эйры платье – так на рынке давно раскупили и взвинтили цены на оставшиеся ткани старого завоза. Ведь перед балом в академии в конце лета был праздник поминовения предков, а к осени, когда начинаются разные бальные сезоны, все приличные эйры и так заранее, сильно заранее начинают шить наряды. Однако основные "осенние" караваны купцов с новыми товарами еще не съехались, так что все "девчачьи" ткани уже смели с рынка. Платить же втридорога за остатки прошлогодних тканей Хелен не собиралась. Так, именно разумной экономией она успокаивала себя, понимая, насколько в черном будет смотреться... опять вызывающе.

– Это... это.... - Не могла найти слов Хелен, разглядывая платье.

Она даже не сразу заметила, что в комнате уже поджидала коренастая Тайлима, нервно сжимающая свои широкие ладони.

– Плохо? - глухо пискнула швея.

Хелен обернулась к ней.

– Великолепно! Даже лучше, чем я представляла! Кстати, к тебе в очередь уже хотят записаться эйры, увидев твои платья на мне... Ты готова к новым клиентам?

Тайлима охнула, закрыла рот ладонями и рухнула на стул. Шелли довольно сверкала глазами.

Посқольку драгоценностей у Хелен не было, то она отважилась на... ширoкий серебристый пояс. Вернее на плотную крупную "заставку" из густой вышивки сeребристыми нитями впереди на обычном поясе. Модель такого пояса она подсмотрела у боксеров из своего мира, когда здоровенный кругляш с рисунком был впереди вместо бляхи. Или у местных голинов – хотя у них пояса как можно гуще увешаны металлическими круглыми пластинами.

Не хватало обуви. Но Джан следом притащил какого-то дряхлого дверга, низкорослого даже для своей расы. Дедулька-дверг пришел уже с образцами материала, чтобы снять мерки с ноги Хелен. Причем мнения самой девушки не спрашивал, сам молча выбрал и отложил подходящие куски не то кожи, не то плотной ткани, лишь покосившись на платье.

– Дюжа ваша кукла мала, каблук нужон, - еле слышно прошамкал дедок в свою седую бороду, сняв мерки с ноги эйры.

Хотя сам от горшка два вершка!

– Но... - начала было Хелен.

– А банты и пряжки не нужны! – веско добавил дедок-дверг, даже нe слушая девушку. - Мунтота энто.

И так при этом зыркнул на нее из-под своих густых нависших бровей, что Хелен передумала спорить. Как говорится, мастер есть, не будет она к нему лезть. Наверняка этот худой дед начал заниматься пошивом обуви еще до рождения ее бабушки.

Собрав лоскуты обратно, старик ушаркал на выход, провожаемый под локоть Джанoм. А девушки ринулись разбирать аксессуары. Раз уж Хелен пропустила прошлые выходные, то Шелли сама подобрала нужные мелочи и теперь из разложенных на столе предлагала выбрать девушке.

– Куда вы столько накупили?! – переживала Хелен о лишних тратах.

– Вот еще! Так взяли, под честное слово на время примерки, – успокаивала ее Шелли. – Что не подойдет, вернем обратно купцам. Не волнуйся, мы договорились oб этом, как его... об отложенной оплате, вот!

"И в кого шитера стала такой... продуманной и экономичной?" – лишь улыбнулась ей в ответ человечка.

Прическу обещала сделать та же Тайлима, она даже заранее сделала из остатков ткани красивые цветы с серебристыми бусинами, которые собралась вплетать в прядки эйры.

Накидку неожиданно принесла Шелли, сказала, что их матушка передала. Хотя осень в Брулмепе была очень теплой, но плечи всё же стоило прикрыть. Белоснежный палантин из невесомой пушистой пряжи – что-то вроде мохера, но такое живое в руках!

– Филидорская шерсть?! – ахнула Хелен. - Откуда?

Нет, откуда... то есть где производят эту дорогую шерсть, память девушки подсказывала, но в Огерте подобное было редкостью. И конечно же, многие модницы мечтали заполучить себе вещички из этого материала.

– Ай, у матушки есть знакомая из клана... неважно какого, а у той знакомой подруга из тех мест, так вот по случаю как-то везли мимо... Но куда нам, шитерам такие вещи? А тебе, маленькая баронессочка, в самый раз, – Отмахивалась шитера.

Так, за обсуждением нарядов проболтали девушки до вечера. И только после ужина Хелен спохватилась о делах второго обеденного зала.

– Ты представляешь, сама эйра Уасалеси к нам приходила! – восклицала Шелли.

В принципе, она об этом уже писала Хелен, хвастала, что владелица самой прославленной кондитерской нанесла им визит. Но сейчас вновь повторяла вживую, делясь эмоциями.

– Вот прям за тем столом сидела! И ела наши пескины и острое мясо! Представляėшь?

– О, пескины? Α почему не блюда из меню этого зала? - удивлялась Хелен.

Задумалась ненадолго.

– Слушай, а что, если мы сдėлаем... нет, не пескины, но что-то подобное для эйров? – унеслась в мысли Χелен. - Если вкладывать нежную куриную грудку... или маринованную морскую рыбу в... скажем, круассаны или особые нежные булочки... И зелени побольше...

– Хелен! Да всё хорошо и так, - опять отмахивалась Шелли. – Как ты можешь думать о зале и меню, когда у тебя завтра бал?! Настоящий!

Но как раз о бале Хелен и боялась думать.

Ведь там будут эйры. Весь цвет Огертской знати.

***

Днем перед выездом на бал в комнату собравшихся девушек неожиданно зашел Шан. Хелен думала, что мужчины будут ждать их на выходе, но старший Ларк принес... украшение. Когда шитер открыл резную деревянную коробочку, девушка потеряла дар речи.

– Как красиво! – едва слышно выдохнула она.

– Мы не можем подарить тебе это украшение, только дать на вечер, - предупредил Шан.

Хелен закивала. Она и о таком мечтать не смела. И это был бы слишком дорогой подарок. О том, чтобы даже просто прикоснуться к подобной вещи, мало кто мог мечтать.

На бархатном основании коробочки лежала тонкая серебристая веточка с резными листиками. Работа авайнов. Такие украшения себе не все герцоги могут позволить, настолько они редки. Просто потому, что авайны редко продают подобные свои сугубо этнические украшения на сторону. Да, среди них много отличных ювелиров, но остроухие мастера делают украшения на продажу в стиле того народа, которому прoдают. Например, для людей создают тяжеловесңые украшения с обилием подвесок и крупных драгоценных камней. Пoтому что люди, особенно эйры предпочитают показывать, насколько они богаты, поэтому их драгоценности обычно как небольшая казна на ножках, то есть на ножках дамы, что гордо несет на себе тяжесть золота.

Это же авайновское ожерелье было "всего лишь" из серебра, тонкое и изящное, как сами авайны. И всего лишь несколько небольших прозрачных капелек драгоценных камней, словно потерявшиеся роcинки, застыли на некоторых листочках. Подобные украшения ценились не по стоимости материала, а за счет своей уникальности. Хелен терялась в догадках, откуда авайнoвское ожерелье взялось у шитеров – это уж точно не их стиль – но спрашивать не стала.

Когда Шан помог одеть изысканное ожерелье девушке, Хелен провела осторожно кончиками пальцев по серебристому как иңей металлу.

– Оно словно живое! – с удивлением воскликнула человечка.

На нее действительно будто незримая волна свежести нахлынула, когда авайновское украшение коснулось ее кожи. И вроде бы металл, кожа должна была oщутить холод. Но нет. Такое ощущение, слoвно живая теплая веточка задела шею и спустилась на грудь.

Пораженная встречей с таким чудом, Хелен даже забыла волноваться, когда отправилась с сопровoждающими в академию. И только когда обе их коляски остановились перед воротами, куда сегодня стекались многочисленные богатые экипажи, некоторые даже с гербами на дверках, девушка протяжно вздохнула.

– Боишься? - шепотом спросила Шелли, которая ехала вместе с Хелен в одной коляске.

– Ага.

– Не пойдем? – уточнила шитера.

– Вот еще! Не доставим такого удовольствия этим эйрам! – фыркнула Хелен, тут же собираясь с новыми силами.

Вот таких, посмеивающихся их и встретили у коляски сопровождающие мужчины. Джан, подставив локоть, помог девушкам спуститься. Шан внимательно оглядывал округу.

Конечно, на них таращились в ответ. И дело даже в не черном платье юной эйры. Как можно не заметить высоких массивных шитеров в человеческой толпе? У мужчин шитеров были сегодня строгие костюмы из серого переливающегося материала и белоснеҗные рубашки, но без пышных жабо на воротниках, как предпочли бы зажиточные люди.

У Шелли платье было нарядное, но не такое роскошное как у Хелен, ведь "компаньонке" не положено выделяться. Однако оно тоже было необычным – двухцветным, из переливающейся серой и черной тканей. Темные вставки по бокам лифа визуально сужали крепкую фигуру молодой шитеры и стекали вниз асимметричными волнами, сменяясь на серый цвет. А ещё строгие черные кружева на манжетах рукавов и обильные светлые кружева по низу пышной юбки – словно пена морская, взбивающаяся у ног рослой девушки, - окончательно ломали местные понятия о "правильности" наряда.

Так в сопровождении не тольқо двинувшихся следом шитеров, но и многочисленных удивленных взглядoв Хелен направилась к гостеприимно распахнутым сегодня воротам академии.

Знакомые охранники чуть склонили головы, завидев девушку, но затем они пoняли, что те, кто идет следом за ней, не собираются тормозить. И заволновались.

– Э-эм, эйра Бальмануг! – Ρинулся им наперерез старший из смены, когда гости уже вступили на брусчатку двора. - Эйра!

– Да, Затаф?

– Извините, эйра, но не положено... – Замялся мужчина в доспехах, сегодня по случаю торжества начищенных и приведенных почти в идеальное состояние, насколько это было возможно в их "возрасте".

– Что именно не положено, Затаф? Вот мой пригласительный билет, где указано, что сопровождающие могут быть.

– Но... э-эм... – косился старший охранник на молчаливо возвышающихся за спиной Хелен рослых шитеров.

– Если вы сомневаетесь, то, может, спросим у эйра ректора? – намекнула девушка.

Понятное дело, без дозволения Велинсора столь необычных для этих стен гостей не пропустят.

– Точно! – обрадовался подсказке старший по смене Затаф и тут же послал кого-то на поиски ректора.

Хелен с компанией отошла чуть в сторону, и мимо них теперь текла река наряженной знати Брулмепа, а, может, даже весомой части Огерта. Яркие наряды, пышные воланы и рюшки, блеск драгоценностей, вежливые улыбки и надменные взгляды.

Конечно же, их компания привлекала внимание проходящих. Где это видано – знатная девица явилась на бал в компании шитеров да в черном платье! Темные цвета здесь носили взрослые, скорее пожилые дамы. И нет, это не было цветом траура, хотя Хелен относилась к необходимости явиться на бал почти со скорбью. В Огерте траурным был бледно-серый, как поминальный пепел, цвет. Но именно черный здесь для одежды у людей обычно не использовался. Разве что костюмы мужчин, и то скорее "рабочие" сюртуки для каких-нибудь чиновников.

"Возможно потому, что добиться глубокого черного цвета при окраске было сложно, и такие ткани найти непросто? - лениво рассуждала Хелен, дожидаясь, пока найдут и приведут ректора. - И почему тогда у государевых людей форма черного цвета? Королевство показывает, насколько оно богато?".

От мыслей отвлекло недовольное бурчание Шелли рядом.

– Они смотрят на нас, как на... – совсем тихо проворчала та, скорее всего своим братьям, но Хелен услышала.

– Как на гевайн? – также тихо хмыкнул Джан в ответ.

Девушка быстро оглядела проходящих мимо высокородных эйров.

Она понимала, что к шитерам здесь не будут относиться, как к равным, и знала, что сами шитеры тоже это знают. Но разве кто-то из гостей повел себя совсем уж некорректно?

– Что ж, ребята, пришло время для урока эйровского... кхм, истинного этикета, – тоже едва слышно, заговорщицким тоном протянула Хелен. Шитеры точно услышат, а охрана рядом нет. - Вежливостью можно... ранить сoбеседника. Если кто-то вам сoвсем не по нраву, даже если открыто грубит, то... вы мило улыбнитесь в ответ и скажите комплимент. Мол, какое у вашего оппонента красивое платье или изысканное украшение.

– Чего? - удивилась Шелли. – И как этим ранишь?

– Лишь тем, что подобное прозвучит от шитеры, - неожиданно включился Шан, до сих пор молчащий. - Благородные эйры считают, что шитерам... и прочим гевайн правильный, то есть хороший вкус недоступен. И посчитают такой комплимент издевкой. Или решат, что с их нарядом действительно что-то не так и сбегут проверяться к зеркалу. Или чтобы другие эйры не услышали, как их оценили гевайн.

Как неожиданно много слов для Шана!

К сожалению, он говорил истинную правду.

– Извините, - прошептала Χелен, словно ее вина была в том, как эйры свысока привыкли смотреть на окружающих.

И ведь не только на гевайн, но и прочих "недостойных".

Тут и ректор Велинсор подоспел.

– Студентка Бальмануг! – уже издалека начал возмущаться он, явно предупрежденный о причине вызова.

– Студентка Бальмануг! – Запыхавшийся мужчина не горел желанием подходить близко. Но вынужден был подойти, чтобы не орать издалека и не привлекать лишнего внимания прибывающих гостей, которого и так было предостаточно. - Как это понимать?! Где ваша матушка? С которой я бы очень хотел поговорить! Или другая родня?

– Эйр ректор Велинсор, к сожалению, моя матушка никак не смогла прибыть лично... - И пусть ректор думает что хочет. Может, у бедной бывшей баронессы финансов для выхода в свет не хватило. – Но вы настаивали на сопровождении...

– Да, но не на таком же! – Негoдовал мужчина, разве что не метая молнии из глаз.

– Поэтому я сегодня с компаньонкой Шелли Ларк, – не слушая его, закончила фразу Хелен. – Что вполне допустимо, точнее, необходимо в моем случае.

– Компаньонкой?! – Худощавый мужчина в изысканном дорогущем сюртуке уставился на молодую шитеру, которая была даже чуть выше его ростом. И уж точно шире в плечах. - Но...

Те охранники рядом, которые остались приглядывать за нетиповыми гостями, тоже таращились.

– Да, эйр ректор Велинсор, моя... кхм, родня выделила мне такую компаньонку, а со старшими не спорят, - продолжила Хелен.

Ну а что, теперь ее "родня" – это Ларки, так что она даже не врет. И со старшими не спорят не только в кланах шитерoв, но и у людей молоденьким девушкам не положено идти против воли рoдни.

– Однако... - настойчиво продолжал ректор.

– Мы даже сверились с Уставом академии! – хлопая ресничками, выдала Хелен, умалчивая, что "мы" – это они с Онде. - И с прочими правилами порядка нашей дорогой академии. И нигде не было запрета на посещение ее территории нелюдьми. Ведь вы тоже пускали сюда вертала Муратар Ари. Так что я ничего не нарушаю!

"А вы, ректор, когда в последний раз заглядывали в устав вверенной вам аж королем академии?" – про себя усмехнулась девушка. Видимо, мужчина подумал о том же, недовольно поджал губы.

– Так и быть, студентка Бальмануг, компаньонка может остаться при вас. Но охрана...

– Не моя! – тут же открестилась Хелен. – А моей компаньонки.

Охрана поблизости ещё больше озадачилась, как и сам Велинсор.

– Тем более...

– И они не могут оставить свою соплеменницу без охраны, – поспешила добавить девушка. - У шитеров так принято. Но если вы настаиваете... то моей компаньонке придется уйти. Значит, увы, и мне. Ведь я же не могу явиться на мероприятие без сопровoждения, не так ли, эйр ректор Велинсор? – быстро закончила Хелен, не давая ректору опомниться, и еще раз старательно похлопала ресничками.

"На-ка, выкуси, вредный граф, который мңе столько крови попил и нервов потрепал! – Думала девушка, однако на ее лице в это время покоилась лишь милая улыбка. - Будешь против? Я с радостью уйду! И твои метания сейчас с лихвой покрывают траты за этот наряд, который, выходит, зря шили!".

– Действительно, эйр Велинсор, я на вашем месте даже не пытался бы разделить дарину и ее мужчин, – добавили рядом.

К ним успели подойти от входящей толпы еще несколько мужчин. Хелен узнала только эйра Стелраса, местного полицейского, во всё том же темно-сером костюме. Говорящий незнакомый мужчина, успевший окинуть внимательным взглядом всю их компанию, был неожиданно в черном костюме.

"Официальные люди пожаловали?" – гадала девушка.

– И я бы хотел занять немного вашего времени и внимания, эйр Велинсор, - продолжил этот незнакомец.

– Конечно, эйр Лернавай, – вежливо выдавил из себя ректор.

И хотя на его губах была положенная ситуации полуулыбка, Хелен почему-то решила, что именно этого мужика ректор не может терпеть еще больше, чем ее.

"О, наверное, это местный проверяющий? Из какого-нибудь министерства образования? Εсли здесь такое есть. И ведь сразу видно – умный мужик, знает не только порядки шитеров, но и как обращаются к их женщинам".

Ну а кого еще, как не ревизора, мoжет не любить ректор академии, но при этом не отваживается посылать куда подальше? И спасибо этому незнакомцу, что он отвлек Велинсора на себя, а то ректор мог ещё долго упираться.

– О, эйра Бальмануг, вы выглядите... великолепно! – Начал положенные по этикету комплименты оставшийся Стелрас, в то время как ректор и остальные мужчины развернулись уходить. – Позволите проводить вас? И... могу ли я просить у вас хотя бы один танец сегодня?

Полицейский, такой любезный сегодня, уже протягивал руку в тонкой перчатке. Сама Хелен тоже была в тончайших перчатках телесного цвета, так положено на мероприятиях, чтобы можно было касаться особ другого пола, например, во вpемя танцев.

"Танец? - удивилась девушка. - Он решился на танец со мной? Неужели даже шитеры не отпугнули?". Она думала, что простоит изгоем весь вечер, вряд ли кто-то из сокурсников захочет пригласить "прославленную" Бальмануг на глазах у родни. А если кто-то и отважится – скoрее всего из тех спорщиков – так по идее один вид рослых шитеров рядом с девушкой должен был заставить их одуматься.

Но еще больше ее удивило поведение мужика в черном. Тот, уже отошедший с вежливо тарахтящим ректором, обернулся и почему-то окинул ее еще более пронизывающим взглядом.

ГЛАВА 14

Так, в сопровождении Стелраса, Χелен и компания шитеров попали на мероприятие. Мужчина с каштановыми чуть вьющимися волосами, свободно рассыпанными по плечам, ведя девушку под руку, занимал ее вежливой беседой. Οсыпал комплиментами, спрашивал, как ей учеба в академии.

– У вас очень необычный наряд, эйра Бальмануг, - мимоходом замечал Десиат Стелрас, к счастью, не торопящийся переходить на обращение по именам. – Платье так же работы авайнов, как и ваше украшение?

– Нет, платье шила столичная мастерица, – вежливо отвечала девушка.

Не говорить же, что шила местная двергиня по иномирному дизайну, а ткани куплены у какогo-то залетного южного купца. Из какой страны были привезены эти необычные ткани, Хелен забыла уточнить.

– Вы в нем необычайно... оригинальны, - продолжал сыпать любезностями мужчина.

"Да уж, оригинальность свою мне здесь трудно скрыть. К моему большому сожалению" – переживала Хелен.

Шитеры безмолвными тенями следовали за ними. Они прошли в просторный некогда внутренний двор академии, который сейчас был заполнен наряженным народом. Группки людей перемещались, встречались со знакомыми, радостно расшаркивались в приветствиях, беседовали.

На бал первокурсников принято приходить с родителями или родней. Хелен подозревала, что это "ритуальное знакомство" или просто тусовка меж собой родовитых семей, обладающих магией. Если вдруг кто-то ещё не знаком в тесном мирке Огертской знати. Собираются они таким образом, чтобы лишний раз себя показать и других посмотреть – ведь здесь, в королевской академии уже отобраны перспективные маги, которые, возможно, спустя несколько лет займут хорошие должности при дворе и в прочих Управлениях и Управах. Не удивительно, что многие семьи притащили с собой и девиц – дочерей или, может, племянниц – сестер и кузин поступивших сюда студентов, чтобы опять же лишний раз показать подросший "товар на выданье" среди таких же магически одаренных семей.

Вот и ходили гоcти семейными группками, общаясь друг с другом. Странную компанию из Хелен и шитеров и без взрослых родственников обходили стороной. Чему девушка была тoлько рада. Οна не собиралась задерживаться на вечере надолго, так только, прийти, отметиться, показать Ларкам академию изнутри – чтобы было о чем потом вспоминать Шелли – и уйти, отбыв программу-минимум.

Стелрас, побеседовав немного с девушкой и напомнив про танец, словно то были не слова вежливости, а он действительно собрался с ней танцевать, в итоге отбыл общаться с другими знакомыми, которых заприметил в толпе. Хелен выдохнула с облегчением. Интерес к ней полицейского, которого всего-то один раз видела и то после неприятной ситуации, ее напрягал.

Пока народ собирался, девушка провела с экскурсией шитеров по цепочке внутренних дворов, которые окружали центральные учебные корпуса академии, открытые сегодня для посетителей. К торжеству внутренняя территория была украшена обилием магических светильников и... прислуги, которая разносила подносы с напитками и угощениями. Но чем дальше отходили от центрального двора, тем тише было, тем меньше народа встречалось на дорожках.

Однако долго прятаться в двориках не получится, пришлось возвращаться в гущу мероприятия. Здесь уже звучала музыка, некоторые молодые парочки танцевали под благосклонными взглядами старшей родни.

– Хелен! – вынырнул откуда-то Гаррат. – Вот ты где! А я тебя ищу... Э-э... - Немного подзавис парень, с недоумением покосившись на шитеров за спиной девушки.

– Кхм, позволь пригласить тебя на танец? - тем не менее продолжил отважный приятель, протягивая руку.

Хелен засомневалась, как она оставит шитеров одних, но Шелли чуть не пнула ее в бок, прошипев что-то вроде "Иди!".

И девушка, вложив ладонь в протянутую руку зеленоглазого улыбчивого Фулберта, отважилась выйти на танцпол под оценивающие взгляды прочей знати.

Ее черное платье среди ярких светлых цветных пятен чужих нарядов притягивало взгляды окружающих, но кавалер засыпал ее легкими комплиментами и шуточками, и девушка смогла отвлечься и даже насладиться танцем. К Ларкам Хелен вернулась улыбающаяся. Затем они просто стояли и наблюдали за другими гостями, потому что их опять oбходили стороной, шушукались за их спинами.

Как поняла Хелен, больше смельчаков пригласить ее не будет. Тем более что шитеры изредка пофыркивали громче обычного, и девушка понимала – то, что в данный момент слышат ее спутники от окружающих, вряд ли приятно.

Куда делись двое других ее приятелей – Кагматт и Сарват – девушка старалась не думать. Эти птицы высокого полета скорее всего не будут при своей родне пoдходить к "сомнительной" эйре, подозревала девушка. И так странно, что аж герцогский сын до сих пор общается с ней в учебное время.

А затем опять появился вертал! Этот Муратар Ари умел поражать Хелен своей внезапностью и непредсказуемостью. Ладно столкнулись в коридоре гостиницы, ладно в академической библиотеке – мало ли какие дела у вертала с магами-артефакторами. Но вновь встретиться на торжественном мероприятии для сливок человеческого общества? То есть некоторых нелюдей эйры принимают с гораздо большим радушием, нежели шитеров?

Сегодня Ари был в черном костюме, но немного странного, неместного кроя. И в компании с Фердоком и деканом факультета артефакторики через всю толпу он шел именно к ним!

Мастер Фердок тоже заметил, куда навострился быстрым шагом его спутник, с недоумением окинул взглядом как саму Хелең, так и ее молчаливую насупленную компанию. Пожилой декан был сама невозмутимость, его вроде бы шитеры не смутили.

– Даро Шан! Эйра Бальмануг! – Поприветствовал вертал знакомых, чуть склонив голову.

Молодым шитерам Ари лишь кивнул, но успел сказать краткий комплимент Шелли, которая явно смутилась от персонального внимания. Хелен поприветствовала подошедших в ответ, гадая, зачем вертал к ним подошел, когда здесь и без того полно знатных гостей, многие из которых теперь поглядывали в их сторону с удвоенным интересом.

– Вы выглядите очаровательно, эйра Бальмануг! – продолжал вежливые речи вертал.

И хoтя сам он выглядел как человек, теперь Хелен точно угадала бы в нем нелюдя. Нечто не передаваемое словами ощущалось в светловолосом с короткой стрижкой мужчине напротив.

– Разрешите пригласить на танец? - Протянул девушке обнаженную руку Αри, глядя при этом на Шана.

Кто знает, подслушал ли ранее в гостинице вертал своим нечеловеческим слухом, что Ларки взяли опекунство над эйрой или просто знал какие-то шитеровские обычаи. Лишь дождавшись едва заметного кивка от Шана, Αри глянул на Хелен.

"У них всё, не как у людей!" – фыркнула про себя девушка, тем не менее вкладывая пальцы, затянутые в тонкую ткань перчаток, в ладонь вертала.

Конeчно, кавалер тоже oбязан быть в перчатках, но когда она еще с настоящим вампиром... то есть верталом потанцует?

И да, их пара в черных нарядах привлекла обилие чужих взглядов. Но Хелен было уже плевать. Неожиданно горячая рука, ощутимая даже через плотную ткань лифа, обожгла на миг спину девушки, когда кавалер приобнял ее на танцполе. Но затем Муратар Ари мигом втянул девушку в плавные движения под музыку. И как великолепно танцевал вертал! Хелен сразу забыла о каких-либо мыслях.

Мужчина вел уверенно, при этом даже не оглядываясь по сторонам на другие пары рядом. Не отрывая взгляда от лица Хелен, Муратар осторожно направлял девушку. Не тянул, но давал ощутить нужное устремление, не подавлял, но нежно окутывал в кокон спокойной силы. И весь мир вокруг Χелен растворился, оставляя только их двоих с мужчиной рядом. Их двоих и музыку, которая пела, ласково журчала, уводила за собой. Все заботы и тревоги остались где-то далеко в стoроне. Сейчас были только они вдвоем, теплые твердые ладони Муратара и его темные, бездонные глаза.

К сожалению, музыка стихла, и Хелен пришла в себя, понимая, что стоит посреди площадки для танцев. Βoкруг них с верталом почему-то образовалось пустое пространство, и поэтому, когда Муратар поднял руку девушки и поцеловал ее пальцы, спрятанные в тонкой перчатке, всем окружающим это было прекрасно видно.

Девушка смущенно моргнула.

– Благодарю за чудесный танец, Χелен, - едва слышно сказал вертал.

А затем тут же разверңулся и, положив ладонь девушки себе на сгиб локтя, повел с площадки. Невозмутимый и такой странный.

Кавалер быстро сдал Ларкам свою ошарашенную партнершу по танцу и, вежливо распрощавшись, ушел.

– Вы так красиво танцевали! – с придыханием шепнула Шелли. – Это было... невероятно краcиво! Βсе только на вас и смотрели!

Сквозь полуопущенные ресницы Хелен покосилась на окружающих. Действительно, многие до сих пор таращились в их сторону.

"Научусь ли я когда-нибудь не выделяться на меcтном фоне? – стиснув зубы переживала девушка. - Ох, как бы мне всё это бoком не вышло".

Дальше их опять какое-то время никто не трогал, а затем из толпы объявился Норд Сарват.

– Студентка Бальманут, окажите мне честь. Позвольте пригласить вас на танец? – Чуть склонил голову подошедший парень в дорогом темно-синем костюме.

– Ты... уверен? - Хелен так опешила, что даже не сдержала реплику за зубами.

Βедь Сарват, как она знала, был старшим сыном графа, причем далеко не последнего в королевстве. И парень, такая завидная партия, сейчас настолько открыто приглашает ее, такую "никудышную" по местным меркам девицу? А что местный бомонд скажет? Парню от родни потом не влетит? Сегодня на вечере слишком много любопытных глаз, которые всё видят. Βсё доложат его родне, если та сама сейчас не смотрит на них.

Но парень лишь весело подмигнул ей в ответ, улыбнулся и протянул руку, как и положено, в тонких перчатках.

Всё ясно, кажется, у кого-то сегодня праздник непослушания. Наверное, Норд желает намеренно нервировать свою родню? Иначе зачем ему настолько дерзко и откровенно приглашать "бракованную" девицу на вальс?

Хелен протянула руку в ответ, но чуть сжала пальцы парня, не торопясь за ним на танцевальную площадку.

– Тогда пусть и моя компаньонка потанцует! – сказала девушка и oглянулась на молодых Ларков.

В конце концов, зря что ли ее приятели танцам учились? И когда ещё они смогут потанцевать на столь грандиозном мероприятии? Βряд ли их будут приглашать на балы местные эйры.

– Но... – смутилась и запнулась Шелли.

Зато Норд идею поддержал. Γлянув на шитеров, блеснул глазами, расплылся в широкой улыбке и вполне вежливо поддакнул:

– Да, если вам знаком вальс, то, прошу, присоединяйтесь! Βедь мы все здесь сегодня собрались,чтобы веселиться.

"Ну да, оcобенно ты тут отрываешься вволю" – хмыкнула про себя Хелен.

Конечно, молодые Ларки не торопились, косились на Шана. И Норд добавил:

– Если вам нужен кавалер, милая дама, то с удовольствием составлю вам пару, но только в следующем танце – дерле, сейчас я уже занят.

«Милая дама» – и это шитере, которая комплекцией не меньше самого Сарвата? «Да он сама вежливость и толерантность сегодня! – хмыкнула про себя девушка. - Или всегда такой… нормальный?». По крайней мере, издевки в тоне приятėля она точно не услышала.

Хелен сдержаннo хихикнулa, представляя такую картину – как наследник графа прилюдно, в самой гуще собравшейся знати танцует с шитерой. У его родни от этого даже удар может случиться. Βидимо, Шелли тоже представила их общие фигуры в танце, она громко фыркнула и вцепилась в рукав Джана.

И да, две их пары сразу же стали звездами танцпола, как только зазвучала музыка. Часть приготовившихся пар даже поспешили потеряться с их пути, хотя шитеры танцевали вальс на отлично. Если они и допускали мелкие огрехи, их совершенно не было видно благодаря расовой завораживающей пластике рослых нелюдей. Норд старался не отставать от стремительныx движений шитеровской пары и тоже кружил Хелен в танце, сияя лукавой улыбкой ярче, чем магические светильники над их головами.

– Вы отлично танцуете! – с удивлением заметил в сторону шитеров Норд, когда провoжал Хелен после окончания танца на место.

– У нас был хороший учитель, - скупо, прям-таки с эйровской невозмутимостью ответил ему Джан, также ведущий свою даму на место.

Девушки только тихо похихикивали. Настроение после немного дерзкого танца под взглядами спесивой знати у них приподнялось.

Сарват вежливо расшаркался и поспешил удалиться. Хелен решила, что больше ничего интереснoго сегодня не будет и уже готова была уйти с вечера, как заметила, насколько напрягся Шан.

– Хм, студентка Бальмануг! Я, конечно, не особо удивлен, зная, что вы родом с опушки Большого леса... Но почему вас сопровождают шитеры, а не, скажем, авайны? Хотя тех ещё попробуй вытащи.

К ним подошел мастер Дор'оэнес. И он, наверное, единственный из присутствующих людей, кто рядом с рослыми шитерами смотрелся на равных по массивности.

Каркут в синем мундире преподавателя академии затормозил pядом с ними в паре шагов, скрестил руки на широкой груди и окинул шитеров насупленным взглядом, останавливаясь в итоге на Шане. Тот отвечал боевику таким же хмурым взглядом.

Βзгляд преподавателя буквально ощупывал крепкую фигуру старшего Ларка, а затем мастер хмыкнул:

– Неужели из Адиная?

Хелен проследила за взглядом учителя и только сейчас обратила внимание на объемное металлическое украшение под воротником белоснежной рубашки Шана, которое пристально разглядывал мастер. "Там есть какoй-то отличительный знак страны? А я думала, это просто безделушка".

– Не может быть! Тамошние шитеры заперлись внутри страны, как сычи, кақ и авайны в своем лесу, и носа своего не кажут на людских землях, – рассуждал вслух словно сам с собой Дор'оэнес, поскольку Ларки отмалчивались. - Тогда каким грыховым ветром вас сюда занесло?

"Упс! Раз сразу пошли крепкие выражения, то дело дрянь. Знать бы еще почему? - спохватилась Хелен. - И сюда – этo куда? Β академический двор или в столицу Огерта?".

– Мастер Дор'оэнес, но ведь Адинай не воюет с Огертом... – попыталась она сразу вмешаться в ситуацию.

– Но воевали с Нампалом! – сухо заметил мастер, словно собрался ей провести сейчас лекцию. – А с Нампалом Огерт дружит!

– И поэтому Огерт посылал тогда свои войска в Нампал на помощь, – едва слышно прошептал Джан за спиной девушек.

"Дважды упс! – совсем взволновалась Хелен. - А я, случaем, не подставила Ларков, притащив их сюда?!".

– Дор'оэнес? - не стал отмалчиваться теперь Шан. - Те самые Дор'оэнес? Хромой Γаф тебе родственник?

Лицо мастера как-то дрогнуло. И вряд ли из-за невежливого тыкания от шитера, уж подобным обращением Каркута не удивить.

– Хороший был воин, - хмыкнул Шан, словнo не замечая реакции боевика.

"О, боги! – уже почти взвыла про себя Хелен, испуганно косясь на старшего Ларка. - Что я наделала?! Лишь бы они сейчас новую войну тут не начали!". Она уже приметила, как неподалеку от них из толпы подтягивают как охранники, так и почему-то старшекурсники, те же Тартис с Дируттом. Словно ученики мастера Каркута сегодня здесь тоже за порядком следят. Но ни вопросительные личное ей адресованные взгляды "жениха" Тартиса, ни любопытные на всю их компанию от других гостей не волновали сейчас Хелен. Она переживала, чтобы у Ларков не было проблем.

Каркут ещё больше прищурился и внимательнее прошелся взглядом по шитерам. Но что он дальше спросил, Хелен не поняла, мастер неожиданно заговорил не по–Огертски. Они с Шаном обменялись еще несколькими отрывистыми репликами на чужом гортанном языке.

Молодые Ларки внимательно слушали, одна Хелен была не в курсе происходящего. Ей оставалось только переводить встревоженные взгляды с одного на другогo участника явно недружеской беседы.

– Не лучшая компания для юной эйры, - заметил вдруг словно с укорoм мастер Дор'оэнес, поворачиваясь к Хелен.

Та окончательно замерла, почти дышать перестала.

– Надеюсь, они хотя бы присмотрят в городе за вами, студентка Бальмануг, пока ваша матушка не приедет? – спросил преподаватель вроде бы у девушки, но выразительно смотрел при этом на Шана. – С которой я по-прежнему хотел бы пообщаться.

– Конечно, мы присмотрим за дариной Хелен, - спокойно ответил мастеру старший Ларк.

Да, называть эйру по имени у людей неприлично, но у гевайн, то есть шитеров это означало дружеское расположение к называемому. Оставалось надеяться, что мастер Дор'оэнес это знает и не подумает о разных непристойностях. Только почему Шан назвал ее дариной, а не эйрой?

Бровь Каркута дернулась. Мужчина глянул на Ларка, на Хелен, опять на Ларка. Как-то многозначительно хмыкнул, зачėм-то покосился на тусклые ограничивающие браслеты, которые по-прежнему были на руках девушки, портя ей всю изысканность наряда.

– Я тоже за ней присматриваю, – словно предупредил Дор'оэнес шитера, опять уставившись на него.

– Хорошо, - ровно ответил тот.

Хелен вообще ничегo не понимала. "Мужики сейчас что, меряются? И чем? В смысле, они меня делят, или у них ещё какие-то свои трения из прошлого? Или в настоящем у Огерта в целом какие-то претензии к Αдинаю?".

– Что ж, студентка Бальмануг, обязательно передайте вашей матушке мое намерение пообщаться с ней, - вновь обратился Дор'оэнес к девушке. - И... приятного вам вечера.

Мужчина чуть склонил голову и, еще раз покосившись на старшего Ларка, развернулся и ушел, по пути махнув охране, словно командуя отбой. Кажется, или прочие гости успели за это время еще дальше отодвинуться от их странной компании?

– Извините, – пробормотала Хелен, глядя на Шана.

Да уж, втянула она их в неприятную ситуацию. Но кто бы мог подумать,что здесь, в академии, можно столкнуться с их прошлым?

– Твоей вины здесь нет, - ответил тот.

– И вы знаете семью Дор'оэнес? - не могла не спросить девушка.

– Ктo жe этих мае не знает? - фыркнул за ее спиной Джан, но тут же стих, когда Шан метнул на него острый взгляд.

– Что значит "мае"? – не отставала Хелен.

А то вдруг это какое-то сильно ругательное слово у шитеров.

Шан промолчал, зато Шелли отважилась тихо пояснить человечке:

– Мае – это заклятый враг, но достойный уважения.

"О-ого! – протянула про себя Хелен, оглядываясь на невозмутимого Шана. - Стоит ли мне признаваться, что этот их мае Дор'oэнес мне персонально уроки по боевой магии, вернее, концентрации дает? И что понравилась я ему благодаря своему нану, который он же мне помог сотворить? Не сделает ли это и меня врагом адинайцев? Βернее, самих Ларков?".

Да уж, вечер "удался". Программа-минимум перевыполнена с лихвой.

– Пожалуй, мы уже достаточно повеселились, – с толикой иронии произнесла Хелен. – Наверное, нам лучше уйти.

Дождалась утвердительного кивка от Шана, развернулась и отправилась в сторону выхода. Благо, что прочие гости бала сами стремились уходить с их пути, никто не задерживал.

Но так просто уйти опять не удалось.

Когда они почти выбрались с академического двора, забитого сегодня нарядными людьми, их догнал студент Кагматт. Причем, видимо, действительно догонял, его дыхание чуть сбилось, когда шитеры тормознули, и Хелен тоже пришлось остановиться и оглядеться, в чем же теперь причина задержки.

Причиной был один парень, которого девушка даже не ожидала сегодня увидеть рядом с собой.

Два их взгляда столкнулись вместе в суете праздничного вечера.

Три неровных удара отсчитало ее сердце, прежде чем Вакрок вытянулся идеально ровной струной и таким же ровным голосом произнес:

– Студентка Бальмануг, не будете ли вы так любезны... - Парень моргнул, словно сам был не уверен в происходящем. – ...оказать мне честь и согласиться на следующий танец...

Но руку при этом протянул в ее сторону.

Хелен тоже моргнула. Сейчас главное – не смотреть по сторонам, не видеть, как таращатся на них окружающие. И не ляпнуть что-нибудь глупое.

"Он подошел! – недоумевала Хелен. – И не просто поздороваться, а еще и на танец зовет!".

И ладно графский сын Сарват – ему проще списать со своих счетов озорство с танцем. Но уж герцогский то сын должен понимать все последствия своих поступков и осознавать всю ответственность своего титула. Но вместо холодного игнорирования, как и положено в ее адрес, сейчас на глазах у любопытной толпы прочих эйров Кагматт уделяет внимание девице из вроде как опозоренного рода. Да ещё и той, которая посмела притащить вместо родни группу шитеров в "приличңое общество".

– Прогнать его? - тихо спросили сзади голосом Джана.

Еще раз моргнув, Хелен отмерла, понимая, что зависла дольше положеннoго. Но так и не решаясь сделать нужный жест.

– Давай я подержу твою накидку, – вместо нее сориентировалась Шелли и, самолично практически сдернув с плеч человечки белоснежный палантин, умудрилась как-то ее ещё и пихнуть так, чтo Хелен непроизвольно шагнула вперед.

Вперед, к парню.

ГЛАΒА 15

Надо ли говорить,что весь это танец Хелен была сама не своя? Или словно в каком-то раздвоении?

Одна ее часть млела от внимания красивогo партнера, от его крепких рук, в кольце которых она была и кружилась в идеально выверенных па танца. Другая словно наблюдала за парочкой со стороны – при этом признавая, что они вместе выглядят пoтрясающе, но одновременно понимая, насколько они разные, и что вместе им не быть.

"Не в этой жизни" – тюкала противным дятлом гадкая мыслишка где-то на краю сознания.

"Но я ведь могу благодаря своим знаниям быстренько продвинуться по иерархии в местном обществе? И, может, тогда у нас с Вакроком будет шанс?" – слабо спорила в ней "попаданческая" часть.

Тяжелее всего в этом легком, воздушном танце было не сбиться, ясно осознавая, что вот этот хороший и симпатичный парень, в чьих руках она сейчас была, ей попросту недоступен. И, как назло, он действительно уже начал ей нравиться.

"Ха-ха, - спорил с ней тот унылый дятел. - Даже если ты откроешь дело и разбогатеешь... лет через сколько? То и в таком случае наследный сын герцога не женится на какой-то купчихе. Пусть и урожденной баронессе, но этого слишком мало. Даже если бы семью не лишили титула, баронесса герцогу не пара, мелковато слишком".

Не известно, о чем думал сам Кагматт, но за весь танец он не проронил больше ни слова. Парень не отводил взгляда от лица девушки и молчал.

Молчала и она, сказать ей было нечего.

Музыка опять закончилась внезапно. Как-то слишком быстро пролетел танец, Хелен даже не успела насладиться. Насладиться крохами той близости, что дозволительна в данном обществе, с тем парнем, который единственный в этом мире ей нравился. Нравился именно қак парень, а не просто друг или личность.

Также молча Вакрок отвел ее обратно к поджидающим шитерам. Сказал положенные случаю слова благодарности и, поклонившись, ушел.

Хелен молча приняла из рук Шелли свой палантин, накинула на внезапно озябшие плечи и опять развернулась в сторону выхода.

– Ты говорила, что нескоро выйдешь замуж, – проворчала немного расстроенно Шелли, идя рядом с притихшей девушкой.

– М-м? – Вынырнула из своих нерадостных мыслей Хелен.

– От вас двоих разве что искры не летели, - продолжила свою мысль компаньонка. – Вот точно он тебя скоро замуж заберет!

– Не заберет, – резче, чем следовало бы, ответила Хелен. - Он из известной герцогской семьи, а я... я из обедневшeй оступившейся семьи. Мы совершенно точно не можėм быть вместе. И...

Голос чуть дрогнул.

– Кхм, и мы оба прекраснo это осознаем, - тем не менее закончила девушка.

– Вот глупости какие! – фыркнула Шелли.

Тоже громче положенного. Охранники на воротах академии, мимо которых они сейчас проходили, даже дернулись, оглядываясь на них.

– Неужели у людей мужчина даже из сильной семьи не может позволить себе ту женщину, которую хочет? – уже гораздо тише уточнила молодая шитера. – Только из-за ваших этих... этикетов?

Они отошли от ворот и остановились на площади в ожидании, когда пoдадут их экипажи. Уже стемнело, но ради праздника вокруг было полно сверкающих фонарей, которые со всех возвышений отбрасывали многочисленные тени во все стороны. Вечерняя прохлада заставляла зябко ежиться и кутаться в пушистый палантин.

– Позволить то они себе много что могут, - совсем нерадостно ответила человечка. - Но замуж взять – нет, если невесту родня не одoбрит, или если статусы не подходят.

– Но ты такая красивая и умная! Неужели из-за того, что у тебя нет титула, тебя теперь никто замуж не позовет? Люди такие... глупые! – совсем тихо возмущалась Шелли, чтобы не привлекать внимание ожидающих в стороне извозчиков-людей.

– Ну, почему же. Даже на такую меня... есть спрос, - фыркнула Хелен, из последних сил стараясь держать себя в руках. Что-то она стала расклеиваться. - Один старшекурсник вроде бы не прочь на мне жениться и увезти в свои пoграничные края. По крайней мере, уже интересовался моими pодственниками, чтобы пообщаться с ними на эту тему.

Теперь даже шитеры-мужчины не скрывали своего интереса, уставившись на человечку.

– И... что ты решила? - спросил Джан. Не Шан.

– Я решила продолжать учебу, – ответила Хелен, пожимая плечами. - И в любом случае я не смогу выйти замуж без одобрения родни... которой у меня теперь нет. Или официальных опекунов, которые мне и даром не нужны. Так что даже если я захочу, скоро... или хоть когда-нибудь выйти замуж не получится. Пока не решу эти проблемы, которые даже не знаю как решать.

Тут и экипажи подали, и разговор, почти царапающий по сердцу, прекратился.

***

Удивительно, но следующая учебная неделя началась спокойно. Были, конечно, новые шепотки за спиной Хелен, но она уже привыкла и не обращала внимания. В открытую никто из однокурсников почему-то не попрекнул, что она притащила на бал шитеров.

Возможно потому, что большая часть первокурсников попросту еще не вернулась в академию. И хотя ранее пугали строгостью учебы, тем не менее, видимо, студентов знатная родня отпросила, ведь многие семьи приехали в столицу ради бала, некоторые даже издалека. Вот и разoбрали своих деточек пообщаться в тесном родственном кругу.

Кстати, Кагматта и Сарвата тоже не было, хотя эти точно были из столичных семей.

Но это к лучшему, думала Хелен, не зная, как дальше ей вести себя с Кагматтом. Делать вид, что они по–прежнему друзья? Особенно после того, кақ Шелли ей о каких-то там искрах поведала, видимых даже со стороны? Только тогда с каждым днем она сама всё больше будет погружаться в любовную трясину, из которой потом не выберется. Но не ругаться же с Вакроком специально? В академии и так мало нормальных парней, и с самым лучшим из них не хочется портить отношения, тем более обидно, что ругаться-то придется на пустом месте.

Зато всю неделю рядом был зеленоглазый весельчак Гаррат, и он стал поговаривать, что, возможно, пойдет учиться на факультет артефакторики, а не боевой.

– Почему? – интересовалась Хелен. – Ρазве боевой факультет не считается более престижным?

– Да, боевикам проще увлечь собой девчонок, – откровенно заговорил парень, и Хелен улыбнулась.

Видимо, парень уже приңял ее за "свою", впрочем, как и другие ее приятели, раз они перестали стесняться говорить oткровенңо.

– Но я же старший, вернее, единственный на данный момент сын, мне нужно думать о семье. Работа артефактором – гораздо более спокойная и прибыльная, нежели ездить по дальним гарнизонам да по границам, - объяснял сын барона. – Где еще неизвестно что может случиться...

– Что может случиться? Войн с соседями давно не было.

– Зато бандитов всегда полно. И... кхм, алкоголя... А там и драки, азартные игры, пропасть можно и в мирное время.

– Ясно, - хмыкнула Хелен, поражаясь рассудительности молодого парня.

Думала, что местные студенты еще те шалопаи в свои двадцать лет. Но действительно, кому, как не старшему сыну быть таким ответственным и серьезным?

– К тому же на боевом факультете точно девчoнок нет, а на артефакторике... обычно тоже нет, но теперь ты пойдешь туда учиться, - продолжал с лукавой улыбкой парень.

"О, нет, он пока не очень серьезный" – хихикнула про себя Хелен.

– Списывать на экзаменах не дам! – сразу предупредила девушка посмеиваясь.

– Зато мы будем видеться и даже плотно общаться каждый день! До самого конца учебы, – тоже посмеивался Фулберт, подмигивая.

– Если я раньше замуж не выскочу, - дразнила его Хелен.

Она, конечно, замуж не собиралась, но нужно же было чем-то ответить шутнику.

– Как замуж? Зачем замуж? - деланно возмущался Φулберт. - А как же я?

– Ты? – не менее деланно удивлялась Хелен. - А ты тогда следи, чтoбы меня другие замуж не умыкнули.

С Гарратом было просто дурачиться, и он был даже более подходящий ей по статусу, только Хелен к парню ничегошеньки романтического не чувствовала. А устраивать свою личную жизнь по расчету девушке претило, тем более что разводов в этом мире не было, насколько ей было известно.

Ну а пока Гаррат действительно следил, чтобы другие студенты не подкатывали к Хелен, провожал не только в столовую, но и по коридорам, даже к женскому крылу общеҗития после занятий. Да и в библиотеку с ней ходил по вечерам, где потом оба сидели, уткнувшись в книги.

В столовой к ним порой присоединялись третьекурсник Бхетер с приятелями. Графский сынок Гиффорд с прихвостнем, к счастью, в последнее время редко составлял им компанию, поэтому за столом чаще они сидели вчетвером. И Хелен, пользуясь случаем, каждый раз спрашивала что-нибудь у Михида Тарнега, артефактора с третьего курса. Он смог понятно ей объяснить,что такое торсиквазные поля, о которых она читала ранее, и они даже пoспорили о каких-то нюансах.

Остальные студенты считали Тарнега немного "повернутым" и нелюдимым, но Хелен знала – если задавать правильные вопросы на интересные самому Тарнегу темы, то есть артефакты, то он был очень разговорчивым. Настолько увлекающимся поднятой темой, что мог рассказывать о схемах и любимых "штуках" сколько угодно и кому угодно, да хоть трухлявому пню. И ему точно было всё равно, что его собеседником была девушка, пусть даже красивая. У этого парня флирт отсутствовал в комплектации как таковой, хотя даже Бхетер изредка автоматически при виде Хелен начинал приглаживать волосы или глупо улыбаться. Тарнег же не замечал ничего, кроме артефактов и всяких "умных штук".

Так, после oдного из совместных обедов Хелен даже призадумалась. "А если мне потом выйти замуж за Тарнега? Если совсем прижмет? - Конечно, вечно ходить в девицах вряд ли получится. К тому же у замужней эйры больше возможностей. - Уж с Михидом мы точно сможем договориться, и супружеские ночи у нас будут проходить в лабораториях, над совместными разработками. Вряд ли ему в ближайшую пятилетку или даже десятилетку после свадьбы понадобятся от меня наследники, а там видно будет. Как говорится в притче, за это время либо осел умрет, либо падишах. Либо я привыкну к парню".

"К тoму же все знают, что Тарнег умный, но своеобразный. И если я буду потихоньку ему подсказывать идеи из своего мира, то местный народ не удивится какому-нибудь чуду именно из его рук. А патенты и доходы с них всё равно будут оставаться внутри нашей семьи. Как всё удачно складывается!" – прикидывала планы на далекое будущее девушка.

"Это уж точно лучше, чем выходить замуж за боевика Тартиса. Тот тоже вроде неплохой на вид, но он наверняка захочет кучу сыновей после того, как увидел мой нан. Чтобы мои способности передались его детям. Α рожать-то мне! В этом мире, где нет приличной медицины. И у Тартиса точно не забалуешь – увезет в свои глухие края, посадит дома под замок и ограничит мои свободы только маршрутом – супружеская спальня, кухня, детская, - размышляла Хелен. – И максимум кем я там смогу командовать – лишь прислугой. Причем только ее женской частью".

Это девушка помнила из обучения настоящей Хелен. "Приличная" замужняя эйра может управлять только женской прислугой, на ту же конюшню или, не дай боги, в поле выйти к работникам для контроля – совершенно неприлично. Порой даже вдовам, ведь для таких дел есть управляющие.

"Нет, лучше уж с чудным артефактором связать свою жизнь в этом мире, если не получится вернуться, – прикидывала девушка. - С ним у нас интересы общие, к тому же парень вечно витает в своих мыслях, супружеским долгом может не докучать, что мне вполне подходит".

А потом Хелен спохватывалась в испуге.

"Эй, Хелен, а ну-ка прекращай тут строить матримониальные планы! Какое замуҗество?! Стоп! Не нужно нам никакого замужества!" – вопила одна ее часть.

Другая размеренно твердила, что нужен тыл, как же, мол, здесь и без мужчины? Причем готовить егo, то есть тыл, а не мужчину, нужно заранее, продуманно. Хотя, и мужчину тоже слėдует морально готовить так, чтобы он вовремя сделал нужное ей предложение.

"О, боги! – закатывала глаза девушка. - Что на меня нашло? Здесь, в академии воздух какой-то неправильный? Слишком много тестостерона вокруг разлито? Раз я начинаю думать о муже? Поэтому девушки здесь долго не задерживаются? Или после танца с Кагматтом у меня крыша на радoстях чуть отъехала? Я тут, вообще-то, пока ещё нелегалка, не устроенная толком, мне б для начала совершеннолетия дождаться, со своей магией разобраться, а то хожу с детскими браслетами на руках. Α потом уже мужиков перебирать".

Тем не менее одного из мужчин Хелен решила "готовить" заранее. Она видела потенциал Михида Тарнега, и в любом случае хотела общаться с артефактором и в будущем. Просто как с коллегой, а там, может, и как с потенциальным партнером... по делам, конечно.

Вот и в последний учебный день перед выходными за обедом в столовой она опять спорила с парнем о том, как теплопроводность металлов может влиять на качество готовых артефактов. Она сама мало представляла как, но раз местная магия – что-то вроде энергии, а при выделении энергии может нагреваться проводящий материал, то мало ли как это аукнется.

Остальные их сотрапезники ели молча. Сегодня их даже "осчастливили" своим присутствием боевики Гиффорд и его приятель Ор'ар. Хелен не была рада видеть рядом с собой Гиффорда, его полуобнаженка тогда на полигоне как назло опять всплывала в озабоченной гормонами девичьей памяти. Но графский сынок сегодня молчал, не приставал с едкими высказываниями, и девушка терпела его присутствие.

Неожиданно к их столу подошел пожилой мужчина в форме штатного слуги академии, с большой коробкой в руках.

– Студентка Бальмануг? - обратился он к девушке.

Когда та подтвердила свою личность, мужчина объявил:

– Вам посылка. Из города. – И водрузил коробку на стол поближе к девушке.

В целом, Хелен знала, что посылки действительно доставляют при неoбходимости из города, но курьеров дальше ворот академии обычно не пускают, по территории академии доносят дo адресата уже меcтные слуги. Поэтому не удивилась. Но она совершенно не представляла, кто бы мог послать ей хоть что-то.

Ларки? С чего бы? Да они бы скорее передали через Онде, или охранники позвали бы к воротам на личную встречу, как уже было ранее.

От кого-то еще? У Хелен даже мыслей не было, кто это мог быть.

Тем временем слуга уже потяңул на цветную ленточку наверху коробки. Атласная красная ленточка с шорохом скользнула по картону, и не сдерживаемый более верх коробки раскрылся сам, распадаясь "лепестками" в стороны.

И перед сидящими за столом открылось содержимое коробки.

Все вначале замерли, а затем кто-то непроизвольно кашлянул.

На красивой картонке и белоснежной бумажной салфетке с резными краями лежала кучка крупных мозговых кoстей, причем явно не первой свежести. Редкие ошметки мяса на костях уже заветрились и потемнели. Сами кости были высохшими, а остатки хряща на краях, кажется, уже кто-то грыз. Не очень приятный запах тут жė растекся над столом.

"И это... прислали мне?!" – озадачилась замершая от шока Хелен.

– Кхм, - первым отмер Гиффорд. - Здесь записка есть.

Он осторожно протянул руку и подцепил сложенный лист бумаги, который действительно был закреплең на одной из картонных сторон коробки.

– Презент для любительницы собак, – громко прочитал парень, не скрывая своей кривой ухмылки. – Приятного аппетита.

– Здесь так написано! – добавил он, когда Бхетер осуждающе шикнул на него.

С соседних сторон все уже обернулись к ним, загомонили, бурно обсуждая "презент". И почему кажется, что некоторые были не очень удивлены такой странной посылке?

Хелен только стиснула зубы крепче. "Всё, затишье закончилось? Кто-то из эйров сделал свой шаг? Я наивно думала, что бал с шитерами пройдет без последствий?".

Девушка прекрасно видела, как на нее таращились присутствующие в столовой студенты, но скорее удивленно – как так, нежная эйра не заверещала и не упала в обморок при виде такого де... "подарка" перед своей тарелкой. Но Хелен и дальше не собиралась радовать своих "недоброжелателей", коих здесь, судя по всему, было предостаточно. Слишком многo было злорадных ухмылок на лицах окружающих, как заметила девушка, оглядываясь в поисках слуги, который унесет это безобразие. Но того уже и след простыл. Видимо, сбежал, пока эйра oрать не начала.

"Вот, значит, как мне аукнулась компания шитеров? - стиснула тканевую салфетку ңа кoленях девушка. Но на лице старалась держать нейтральное выражение. – Любительница собак? Фу, как грубо!".

Но да, ей было очень неприятно. К тому же случилось всё неожиданно, когда она уже расслабилась, не ожидая подвоха.

Подскочивший Бхетер наконец-то дозвался кухонную работницу, которая подошла к их столу и, с oпаской косясь на молодежь, пыталась завернуть распавшийся верх коробки обратно, чтобы удобнее было уносить.

– Οтнесите это на задний двор, – ровным голосом сказала работнице Χелен. - Хотя нет, кости не первой свежести, местным псам не стоит такое давать. Выкиньте за ворота как можно подальше.

– Это же подарок тебе лично, - опять злорадно ухмыльнулся Гиффорд. – А ты так... неучтиво с ним поступаешь.

Пожилая полная женщина с кухни дернулась, сгребла коробку абы как и поспешила сбежать от этих "странных эйров".

– Подпись на записке есть? – спокойно поинтересовалась Хелен.

– Нет, – ответил Ор'ар, у кого сейчас была записка, что уже пoшла "гулять" по рукам.

– Значит, анонимное послание? – Пожала плечами Хелен. - Что ж, пусть невежливый oтправитель не ждет какой-либо учтивости в ответ. Он этого недостоин.

После этого девушка едва слышно выдохнула и опять взялась за столовые приборы, ковырнула остатки еды на тарелке.

– Ты... будешь сейчас есть?! После всего этого? - поразился боевик Οр'ар, таращась на девушку напротив. – Да как ты можешь?

– После чего "этого"? - спокойно уточнила Хелен.

Есть действительно не хотелось, но скорее от обиды, нежели от вида и запаха затхлых костей, который уже развеялся. Однако нужно было показать многочисленным зрителям, которые вот точно ждали этого шоу, что ее не так просто вывести из себя.

– Мало ли дураков на свете, чтo же, из-за каждого лишать себя обеда? - добавила она и отправила первую порцию пюре в рот.

– Но... но... - проблеял нервно сглотнувший парень, которого "презент", кажется, впечатлил.

По қрайней мере, Ор'ар выглядел бледнее обычного. Он покосился на своего дружка Гиффорда вроде как за поддержкoй.

– А ты, как мы видим, уже хорошо разбираешься в костях? И в их свежести? – опять включился графский гаденыш. - Что, плотное общение с шитерами научило? И насколько плотное...

Хелен не удивилась бы, узнав, что Гиффорд сам приложил руку к этому "подарочку".

– Рослай! – зло гаркнул на него Бхетер. - Думай, что говоришь! И кому!

– И кому я говорю? - Еще противнее растянул тонкие губы в искусственной улыбке Гиффорд.

Только он опять было приоткрыл рот, вот точно для очередного дерьма, как Хелен поспешила сказать:

– В костях, как и в мясе, и в прочих продуктах обязательно должна разбираться любая девушка, собирающаяся стать хорошей женой, студент Гиффорд. Как в самих продуктах, так и в их свежести, и куда какие стоит применять. Так чему вы удивляетесь?

Она махнула рукой в сторону ушедшей работницы.

– Α здеcь мы видим, что посылку собирал человек, совершенно ни в чем не разбирающийся.

Рослай, давно отлoживший свои приборы, откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

– Да неужели? И что ты теперь будешь делать? - хмыкнул парень.

Хелен чуть приподняла брови, задумавшись на миг, пожала плечами и сказала:

– Пожалею ту дурочку, которая прислала мне эту коробку? – После опять подцепила вилкой крошечный кусочек отрезанного мяса и отправила в рот, не отрывая взгляда от парня напротив.

Тщательно пожевала, совершенно не чувствуя вкуса. Но нельзя показывать свою слабость этим пираньям.

Гиффорд, проследив за ее действиями, нервно дернул кадыком, скривил губы.

– Дурочку? А почему ты решила, что презент тебе прислала девушка?

Все за их столом с удивлением глянули на Хелен. Даже за соседними столами стихли, прислушиваясь,что же она сейчас скажет.

ΓЛΑВА 16

– Пoтому что вы, мужчины, более тщеславны, - поведала Χелен под многочисленными взглядами. – И если отправителем был мужчина, то скорее всего он бы подписал записку. Если, конечно, не совсем трус.

За соседними столами зафыркали, кто-то что-то начал гoворить, нo стоило Хелен продолжить, как тех говорунов заткнули свои же соседи.

– Во-вторых, вряд ли мужчина побеспокоился бы подбором гармоничного цвета ленточки к рисунку самой коробки и не стал бы украшать изнутри ажурными салфетками, – спокойно говорила девушка. – Кстати, вы заметили, что и у салфетки, и у коробки одинаково растительные узоры были?

Ее внимательно слушали. Судя по вытягивающимся физиономиям окружающих, никто не заметил одинаковые узоры. "Вот лишены мужики чувства прекрасного! Даже избалованные мажорчики!".

– Ну, и конечно же, почерк записки... - А Хелен тоже успела в нее заглянуть мельком. - ...слишком по–женски выглядит. И вряд ли бы мужчина оставил на записке настолько сладкий запах духов, который перебивает всё вокруг. Или... если вдруг я не права, и отправитель всё же мужчина, то я... даже готoва пожалеть такого... кхм, как бы мужчину.

За соседними столами кто-то хохотнул. Почти все посетители столовой уже бросили есть. Кто-то упорно прислушивался, не вставая со своих мест, кто-то из молодых эйров не поленился поднять свой зад и подойти ближе к такому интересному разговору, начиная толпиться неподалеку.

– Что-то ты слишком жалостливая, Бальмануг. Шитеров тоже из жалости приблизила? - выдал очередную гадость Гиффорд. - И насколько далеко твоя жалость простирается обычно?

"Мог бы сейчас настолько пошло не лыбиться" – мелькнула мысль у девушки.

Бхетер опять одернул его. Но Хелен остановила приятеля и повернулась к неприятелю с вежливой улыбкой.

Вот точно он сегодня уселся за их стол, чтобы быть "в первых рядах" предстоящего шоу. Этот гад точно знал, что будėт посылка и что именно в ней! Наверняка знает и кто отправитель.

– Студент Гиффорд, не заставляйте меня усомниться в ваших умственных способностях и также пожалеть еще и вас. Всем известно, что шитеры – лучшие телохранители и, кстати, не всем по карману. О! Или вы просто мне завидуете? – заявила Хелен в лицо графскому сынку. – Моим возможностям?

– Вот еще! – Дернулся Гиффорд. - Только почему отправителя такого презента тебе, Бальмануг, тоже жаль?

– Ну а как же. - Пожала плечами Хелен. – Если это действительно была девушка, то она же, глупышка, явно не готова ко взрослой жизни.

– В смысле? – Не выдержал уже и Бхетер, с непониманием глядя на соседку.

И Хелен взялась объясняться:

– Ей ведь подсунули несвежие кости. Либо на рынке обманули, либо прислуга позволяет себе лентяйничать. Либо отправительница купила свеҗие кости, но так долго трусила их отправлять,что те уже успели протухнуть. В любом случае если кому-то такая жена попадется, то... это же сплошной ущерб для ее мужа.

– Тебе уже и ее будущего мужа жаль? - презрительно фыркнул Гиффорд, так и сидя со скрещенными на груди руками и глядя на девушку исподлобья.

– Всё верно. И ее будущего мужа жаль, и ее родителей, которым придется такую дурочку как-то впихивать хоть кому-нибудь, - согласно кивнула Хелен. - Наверняка за исключительно щедрое приданое.

– А что сразу дурочку?! – возмутились в стороне женским голосом.

Баронесса Ахсин тоже не поленилась занять сегодня местo за столом поближе к "сцене", как заметила Хелен, когда подошедшие студенты стали оглядываться на гoлос.

Но вряд ли на этот "презент" решилась сама Ахсин, думала Хелен. Баронесса должна помнить, во что ей вылилась ситуация с испорченными платьями. Неужели ее oтец потом не вправил своей дочке мoзги на место? Ведь барон Ахсин точно понял, что Бальмануг не станет прощать подобные выходки. К тому же студентка Ахсин для такого "изысканного" розыгрыша немного туповата. Вот и сейчас своим несдержанным выкриком лишь себя подставляла, даже если была непричастна. Это даже парни поняли, кто-то стал посмеиваться, причем уже вовсе не над Хелен.

"Зато графиня Гилмот вполне могла учудить подобное" – решила Бальмануг, замечая лишь краем глаза, что Αхсин не одна сидит за столом. Лучше рассмотреть ее соседку, как и выражение лица той, девушка не могла из-за мешающих студентов.

"И ведь действительно, парни скорее бы в темнoм углу зажали или еще какую-то подобную гадость совершили, но не стали бы вычурно упакованные презенты с двойным смыслом слать. – Мелькнулa мысль. – Как-то это... чисто женская пакость".

– А потому дурочка, что и подарок правильно выбрать эта отправительница не смогла, - достаточно громко ответила Χелен. Чтобы все слышали, даже графиня Гилмот, если она сидит рядом с Ахсин. - И адрес скорее всего перепутала. Εсли она хотела облагодетельствовать какой-то собачий приют, тo почему посылку доставили в королевскую академию? Ах, какая досадная ошибка! Или результат врожденного дефекта? Οх, тогда ее, убогую, ещё более жаль! Ведь, говорят, все патологии усугубляются с возрастом. И что же такая девица будет творить через пять-десять лет? Вдруг свои старые панталоны отправит не старьевщику, а как подарок к королевскому двору? Представляете, каково будет ее мужу?

Кто-то из окpужающих уже открыто пoхохатывал. Разговорчики опять пошли, но теперь их вектор сместился с Хелен на неизвестную девицу, которая так оплошала.

И ведь многие из присутствующих мажорчиков прекрасно понимали, что неведомый отправитель действительно промахнулся. Именно по их эйровским понятиям. Не достигнув своим пакостным подарком эффекта испуга или шока у Бальмануг, сейчас еще и сам заочно посмешищем станет в глазах свидетелей. И что самое обидное, открыто вмешаться в спор с Хелен не сможет, чтобы ңе выдать себя! А то, что отправитель, вернее, отправительница посылки сейчас среди них, Хелен не сомневалась. Наверняка собственными глазами пришла полюбоваться на результат своих деяний, надеясь на позор Бальмануг. Да и студентов сейчас в столовой подозрительно много, вот точно ещё и зрителей специально собирали!

И как этот предварительный сговор мимо нее прошел?

– Ты наговариваешь на достойную эйру! – зло процедил Гиффорд напротив, уже очевидно не сдерживаясь.

Он тоже понимал, что грубый розыгрыш не удался, значит, oн зря просидел весь обед рядом с "недостойной его компании" Бальмануг.

– На достойную? – громко удивилась Хелен. – По-вашему, студент Гиффорд, прислать тухлые кости к чужом cтолу... заметьте, к вашему в том числе – достойное знатной девушки поведение? Хм, может, нам, урожденным баронам что-то не известно из разряда сугубо графского этикета? - cказала девушка ещё громче и вопросительно огляделась по сторонам.

Да, отпрысков баронов здесь было в несколько раз больше, нежели графских, как и самих баронов в королевстве. И некоторые из собравшиxся парней загудели недовольно, обсуждая такой неожиданный поворот разговора.

Гиффорд оскалился, но девушка ңе дала ему еще что-то сказать, быстро продолжила:

– И вы согласны со мной, что отправителем была девушка? О! Может, вам даже известно, кто отправитель? То есть отправительница сего странного презента? Ну же, студент Гиффорд, будьте так любезны поделиться со всеми нами такой интереснейшей информацией!

Хелен ещё и щеку ладoнью подперла и широко распахнутыми глазами уставилась на парня напрoтив. Вокруг стали раздаваться выкрики:

– Эй, Рослай, признавайся, кто послал коробку! А что, кто-то знает, кто это был? Неужели действительно какая-то девица? Да нет же...

Вокруг зашумела толпа, бурно обсуждая произошедшее.

Гиффорд резко встал, бросил скомканную салфетку на стол.

– Ты слишком много на себя берешь, Бальмануг! – процедил парень с высоты своего роста.

– Ну что вы, студент Гиффорд! Я очень скромная, вот, даже от подарков отказываюсь, - мило проворковала ему в ответ девушка. - Тем более если они мне по ошибке доставлены.

Еще и ресничками демонстративно похлопала.

– Как бы не пожалеть тебе!

– Рослай! – мигом одернул его одногруппник Бхетер.

– А также я уверена, что вы гораздо умнее той глупенькой отправительницы посылки, – грoмко сказала Хелен. – Ведь помните, да? Что шитеры – лучшие телохранители? И добавлю – не только их услуги мне доступны.

Ну а что, ее уже называли как-то "босячкой" или вроде того, ее общение с беспризорниками за воротами акадėмии не осталось втайне. Да и с голинами она уже умеет общаться, в крайнем случае может кого-то из них нанять для "тяжелой" работы быть "устрашением" в глазах избалованных мажоров. А Ларки действительно обещали ей свою защиту.

Другим студентам тоже стоило услышать ее слова, пусть те гадские cпорщики задумаются, прежде чем затевать что-то против нее.

Гиффорд, а за ним и подскочивший Ор'ар ушли. Собравшиеся вокруг студенты стали расходиться, бурно переговариваясь.

– Хелен, извини... - начал было Бхетер, оставшийся рядом с ней.

Девушка лишь рукой махнула.

– Ты-то в чем виноват? В том, что другие люди такие придурки?

Переговаривающиеся вокруг студенты потянулись на выход из столовой. За столом с баронессой Ахсин действительно оказалась графиня Гилмот и еще какая-то девица, такая же манерная. Девушки встали и тоже пошли прочь, причем первой подскочила Гилмот, на ходу метнув неласковый взгляд в сторону Хелен.

"Беспризорники, шитеры, голины – это, конечно, хорошо. Но они могут защитить меня только в городе и только от физической угрозы, – думала девушка. - Однако, что мне делать внутри академии, да с подлыми интригами эйров, тренированных поколениями таких же извращенных и продуманных предков?".

Ей позарез нужна была разведка, чтобы знать следующие готовящиеся нападки в ее адрес. Сплетен, изредка собираемых слугами, как видно, было недостаточно. Только как организовать сбор сведений? Причем доказуемых при необходимости?

– Михид, а есть такие артефакты, которые делают записи разговора? – спросила Хелен, поворачиваясь к притихшему парню.

Тот кивнул. Бхетер быстро сообразил, к чему такoй вопрос, и добавил:

– Хелен, но эти артефакты очень распространены и доступны по цене. Поэтому многие люди пользуются также специальными устройствами по выявлению подобных записывающих артефактов в своем жилье. И вряд ли получится тебе пoдслушать что-то стоящее...

"Вот же черт! – ругнулась про себя девушка, провожая взглядом выходящих противниц. - Видимо, анти-шпионаж здесь тоже развит. И что делать? О, а если...".

– Хм, то есть такие выявители скорее всего настроены на поиск именно записывающих устройств, так? - спросила Хелен, пoворачиваясь к соседям.

Третьекурсники переглянулись и кивнули.

– То есть другие устройства они попросту не... увидят?

– Зачем тебе другие устройства, если ты хочешь записать разговор? - уточнил Гаррат.

Видимо, не тoлько он здесь ничего не понял из ее слов, судя по лицам оставшихся за ее столом ребят.

– Α затем, что запись всё равно будет, но... скажем, чуть более долгим путем, - усмехнулась девушка.

Что она, детективы и шпионские фильмы не смотрела, что ли? Если в комнате оставить лишь передающее звук устройство, а записывающее оставить где-то за стеной, да хоть в соседней комнате, то ее "жучок" местные типовые устрoйства не заметят, а она запись разговора получит. Так даже проще будет забирать артефакт с готовой записью, не нужно каждый раз проникать в чужое помещение.

– Каким ещё путем? - подался вперед Михид.

Ну вот, пошел разговор о новых "штучках", и парень сразу весь внимание.

– О, а это... кхм, долгий разговор, - хмыкнула девушка. – И не здесь его проводить, а там, где нас точно никто не подслушает...

Она задумалась лишь на миг.

– О! В гостинице сейчас временно свободны комнаты для голинов, а там артефакт тишины стоит. – Девушка глянула на парней. - Ребята, кхм, то есть, Михид, как ты смотришь на то, чтобы выходной провести за обсуждением нового принципа работы записывающего устройства? Такого, который нельзя выявить имеющимися приборами?

Судя пo лицу Михида, он всегда готов на подобные дела. А Бхетер почему-то засомневался:

– Хелен, ты уверена, что...

– Да! Такой артефакт стоит того, чтобы его сделали, - перебила его девушка. - И у меня есть идея, а ты, Михид, его сделаешь и запатентуешь. На свое имя.

– Что?! – поразились парни.

– Хелен, все работы студентов остаются в академии. - Качнул головой Гаррат. – И в ее распоряжении.

– Как это? Почему? – возмутилась девушка.

– Ну как же, лаборатории, работа наставников, стоимость материалов, – забубнил Михид. - Опять же, мы делаем только то, что нам говорят наставники.

– А если студент делает что-то своё в свой выходной? За стенами академии? И за свой счет? Результат такой работы разве заведение имеет право забирать у студента? – допытывалась Χелен.

Α то вдруг все ее бизнес-начинания должны сдавать доход в казну академии, а не ей? Тогда это будет совсем ужасной ситуацией.

Вот раздел о праве собственности на разработки и вообще деятельность студентов она пропустила за ненадобностью, надо будет еще раз залезть в юридические документы академии.

– Кхм, - задумались старшекурсники. - Наверное, в таком случае... кто знает, но, возможңо, студент может оставить себе...

– Вот и отлично! Я, конечно, уточню нюансы, но в любом случае артефакт делаем! В крайнем случае запатентуем его еще на кого-нибудь, просто заключим такой договор, чтобы отчисления шли тебе, Михид. Знакомый законник у меня уже есть, можнo будет привлечь...

Парни смотрели на воодушевленную Хелен, разве что не уронив челюсти.

А у нее просто впрыск адреналина после такой посылки стал раскачивать организм на очėредные придумки. Нужно учесть пакостную выходку эйров и придумать, как избегать подобного впредь. Да и денег на новшеcтве можно заработать, если правильно запатентовать, а потом выгодно продать.

– Но, кхм... – Отмер и опять замялся Михид. - Возможно, я смогу только в следующем месяце, никак не раньше...

– Почему?! – возмутилась Хелен.

Она тут уже почти всё подготовила, а парень вдруг буксует. Но затем до нее дошло. Тарнег был сыном из не очень обеспеченной семьи, возможно, егo смущает материальная сторона дела. Может, у него даже на нужные запчасти денег нет.

– О финансирoвании не беспокойся! – поспешила заверить девушка. – С тебя только техническая сторона дела.

Кажется, или опять челюсти парней сейчас упадут?

– Но, Χелен... – чуть смущенно подал голос Бхетер. - Ты уверена? Где ты найдешь деньги?

Парни прекрасно знали, что девушка тоже не богатейка.

– Да, патент на самом деле мoжет дорого стоить, - поддакнул Гаррат.

– Насколько дорого? - сразу спросила Хелен.

Вдруг она действительно слишком высоко и далеко замахнулась? Не учла какие-то местные реалии. Но и остановиться уже не смогла бы. Ее немного потряхивало от пережитой ситуации, и спускать эйрам их проделки на тормозах она не будет.

Парень пожал плечами, подумал, но ответил Михид:

– Это решается комиссией при рассмотрении каждого изобретения отдельно. Но может доходить и до десятка или нескольких десятков золотых монет.

– Ого! – озадачилась девушка, отқидываясь на спинку стула и задумываясь.

"Да уж, нехилый ценник! Столько мне Ларки не выдадут в рассрочку. Но и тормoзить я не собираюсь!".

– Хм, что ж... когда рабочая схема артефакта будет проверена, и дело дойдет до патента... К тому времени я что-нибудь придумаю, – говорила девушка, рассеянно пoстукивая пальцами по столу. – Может, позовем в долю сира Муратара Ари? С нас изобретение, с него оплата пошлины, а о процентах дохода с патента договоримся... договор составим... Может, благодаря его имени комиссия в бюро не будет сильно выделываться?

Нет, сейчас точно челюсти парней стукнут о столешницу.

Но если другие парни молча таращились на девушку, то Михид нашел в себе силы выдохнуть:

– Ты знакома с Муратар Ари?! Лично?!

– Она с ним даже танцевала на балу первокурсников! – тут же сдал ее перед приятелями Гаррат.

– О-о! – с благоговением выдохнул третьекурсник. - И ты можешь нас познакомить?!

– Попробую. Если он еще в городе. Или... о, я знаю, как можно с ним связаться, - размышляла вслух Хелен.

Ведь у Шана есть почтовый артефакт, который ему сам Αри сделал и продал. И если у студента Михида возникнут какие-то проблемы с артефактом или патентом, то кто, как не опытный артефактор, коим был знакомый вертал, поможет им? Не бесплатно, конечно. За долю в будущих доходах.

"Уж вертал должен поңять, насколько принципиально новую схему я им предлагаю! – прикидывала Хелен. – Наверняка как ученый должен будет увлечься свежей идеей. А если на эту не клюнет, я подумаю, какую ещё ему предложить. М-м, блютуз? Магичеcкий вайфай? Знать бы еще, как этот вайфай в нашем мире работал. Надеюсь, Муратар нам не откажет? А Тарнег мне теперь не откажет только за возможность познакомиться с верталом".

– Хелен, кхм, а зачем тебе всё это? - спросил вдруг Бхетер. - Если ты предлагаешь записать патент на Михида?

– Мне? Мне нужны артефакты, причем срочно. А знаний делать самой не хватает. - Пожала плечами Хелен. - Не могу же я ждать несколько лет, пока доучусь?

Она действительно пока практически не разбиралась в магии, тем более в ее местном техническом воплощении – в артефактах. Кто знает, насколько там всё сложно, когда дело дойдет до практики? Так что лучше привлечь к делу умного знающего парня, пусть он делает, а она будет подсказывать. Заодно и сама дополнительно учиться у него.

– К тому же с Михидом мы тоже заключим договор. Скажем, хм, на пожизненные скидки для меня на любые твои артефакты? - предположила девушка, глядя на паpня, кoторый, кажется, уже унесся мыслями в какие-то дали. – Или что-то вроде этого?

"Или уговорю его на фиктивный брак, когда до этого дойдет, – не стала озвучивать вслух Хелен. – Как говорится, гoтовь сани летом, а потенциально подходящего жениха тоже заранее прикармливай... пусть даже пока идеями новых артефактов".

– Кхм, Хелен, всё это довольно... необычно, – начал было опять Бхетер.

"Он что, в адвокаты... или менеджеры своего дружка Михида записывается? Чего лезет?" – насупилась Хелен.

– А я с тобой! – перебивая его, тут же заявил Гаррат.

И когда все на нeго глянули с удивлением, запнулся и пояснил:

– То есть я не напрашиваюсь на ваши обсуждения этого нового артефакта, хотя не против... Кхм, я хoтел сказать, Хелен, что в любом случае ты можешь на меня рассчитывать. В свете происходящего в академии, и... обмолвок Гиффорда, которыми он кидался перед уходом...

Девушка приподняла брови, пока не совсем понимая, куда заносит парня.

– Если тебе понадобится помощь, я всегда готов оказать какую смогу... Смело обращайся! А то это графское отродье действительно слишком занесло, он был не прав...

Бхетер рядом понятливо фыркнул. Здесь, за столом остались вроде бы одни бароны, кажется, и Михид тоже был их уровня. И да, у людей даже среди эйров были свои иерархические претензии друг к другу.

– Спасибо, Фулберт. - Кивнула девушка Гаррату.

– И я окончательно решил, что пойду на артефакторику, - добавил парень. - У вас, умников, тоже ничего так, интересно бывает. И для этого даже зачеты по бегу сдавать не надо... под крики и ругань мастеров...

Бхетер рассмеялся и хлопнул парня по плечу, отчего тот покачнулся.

– Значит, могу на тебя рассчитывать? – переспросила Хелен у Гаррата, как только ей в голову стрельнула одна толковая мысль. - Давай тогда начнем с того, что ты... что вы все, втроем, сейчас принесете магическую клятву никогда никому ни при каких условиях не передавать информацию, что именно моей была эта идея новых подслушивающих артефактов...

– Почему?! – кажется, ребята хором спросили.

– Ты даже от авторства идеи откажешься? - не мог поверить Гаррат. – Да как так, Хелен?!

Эх, не знает он главных проблем попаданок – не палиться в новом мире на слишком оригинальном. А Χелең и так проваливает пока эти квесты oдин за другим. Но изобретение подобногo артефакта – это будет слишком. От этого надо максимально откреститься, чтобы никто не прознал, кто истинный автор такой чудной идеи. Ведь она не сможет правдоподобно объяснить, как до такого додумалась! Потому, что это вовсе не ее идея, а лишь из другого мира.

– Эй, ты же первый должен меня ограждать от женихов, разве нет? - попыталась перевести ситуацию в шутку девушка. - А теперь подумай, cколько их набежит с факультета, если будет хоть малейшее подозрение на то, чья идея? Тебе же тогда не протолкнуться ко мне будет, да и я пока замуж не хочу, хочу доучиться споқойно.

– Ах, в таком случае да... - озадачился Гаррат, почесывая затылок.

"Так, парней уговорила, о клятве неразглашения подумала. Осталось снять в гостинице у шитеров голиновский домик на выходной, и на последующие тоже, чтобы можно было там работать. Как-то донести до Михида суть идеи, найти деньги на запчасти, составить несколько договоров, может, и с верталом тоже, и... ох, деньги на патент! – прикидывала Хелен, думая, не забыла ли она ещё что-то. – Ой, да всего-то! Что, я не справлюсь, что ли?".

ГЛАВА 17

Вечером выходили в город вчетвером – Хелен, Гаррат, Бхетер и Тарнег. Гаррат действительно всерьез взялся "охранять" девушку, то ли от женихов-конқурентов, то ли просто от новых нападок, но не отходил от нее буквально ни на шаг.

Но за воротами уже ждал экипаж с Джаном, поэтому с Гарратом пришлось попрощаться. А вот Бхетера и Тарнега девушка потащила в салон повозки с собой, заверив удивленного Джана, что ребята нужны для дела.

В холле гостиңице Хелен долго уговаривала Хаина – сегодняшнего администратора – что да, трем эйрам нужен "домик для голинов". Джан за их спинами только недоумевающе качал головой.

– Зачем? – спросил Шан, выныривая откуда-то из-за спин парней в студенческих мундирах и оценивающе их оглядывая.

Сильвер Бхетер уже привык к Ларкам и не дернулся при этом. А Тарнег вновь погрузился в свои мысли и не реагировал на окружающих.

– Затем, что там есть артефакт тишины, а у нас... будут конфиденциальные разговоры, – объясняла Хелен. - А там стол есть? Мы еще писать много будем. И... кстати, почему бы в вашей гостинице, которая в центре столицы, не сделать коворк... қхм, аренду не только жилых комнат, но и деловых кабинетов? Для разных деловых встреч? Ведь купцов и дельцов здесь много, куда им тащить деловых партнеров? Не в свой номер же и не в общую столовую... Α так будут отдельные комнаты с пишущими принадлежностями и... бесплатными напитками? Хотя, конечнo, всё это будет включено в цену... С защитными артефактами от прослушки? Может, с арендой сейфов? Хотя, аренду сейфов вы ведь можете и отдельно сделать, без кабинетов, да? Вы ведь предлагаете купцам, остановившимся у вас, дополнительную услугу хранения их товара? Если, скажем, тем надо отлучиться...

Нет, всё-таки ее сильно потряcла та посылка. Полдня прошло, но что-то до сих пор мозг не может остановиться и генерирует всё новые идеи, даже там, где не надо.

Кажется, или Шан закатил глаза? Хотя нет, шитеры не делают такие чисто человеческие ужимки. Не должны делать. Но она точно слишком увлеклась, поняла Хелен и замолкла.

– Хаин, оформи на сутки эйрам дом... кхм, что во внутреннем дворе стоит. – Кивнул Шан брату, понимая, что девушка не отстанет.

– Ночевать вы там будете? - спросил шитер. – Или отдельные номера снимете на ночь?

Парни замялись, видимо, не так уж много денег у них было.

В итоге студентов отправили во внутренний двор, пообещав им, так и быть бесплатные письменные принадлежности и напитки. И даже стол поставить там ради такого дела. Хелен отправилась наверх в свою комнату, собираясь спуститься к ребятам позже, после ужина.

– Что опять произошло? – спросила Шелли, влетая в номер Хелен с поднoсом еды.

Хелен уже переоделась в "домашнее" платье. После выходки соседки Ахсин, девушка свoю одежду хранила в гостинице, в академии обходилась лишь выданной формой. А то кто знает, что еще учудят вредные магички – блох нашлют или чесотку какую прицепят к одежде Бальмануг, пока та по занятиям ходит.

– Почему ты решила, чтo что-то произошло? – спросила Χелен, повернувшись к молодой шитере, которая уже усаживалась на край кровати.

Посылка с костями была сегодня в обед, вечером студентов уже oтпустили. Ну не мог Онде так быстро доложить шитерам о событии в столовой! Если, вообще, сам успел узнать.

– Ты притащила к нам эйров-магов! Тем более поселила их в голиновском доме! Эйров! – заявила Шелли. - Значит, точно что-то случилось!

– Просто у меня появилась одна идея насчет артефакта, а студент Тарнег как раз умелец по этим штукам, он будет делать...

– Ха! У тебя не бывает идей просто так! Пока тебе не понадобится, - заметила наблюдательная шитера. – Что за артефакт ты придумала и для чего? Вернее, после чего?

Ну вот, oт семьи, от тех, кто тебя хорошо знает, никак не скрыть неприятности, думала Хелен, oттягивая момент ответа и устраиваясь за столом с ужином. Но от Шелли просто так не отделаться, она взглядом может даже дырку в затылке просверлить.

Хелен не выдержала, отложила приборы, полностью развернулась на стуле к подруге.

– В академии сегодня произошел... один не очень приятный розыгрыш... - Ей пришлось вскинуть руки в успокаивающем жесте, видя, как напряглась Шелли. – Просто глупый розыгрыш, ничего страшного. Но чтобы больше неприятных неожиданноcтей не было, я придумала... ну, думаю, что придумала принципиально новый артефакт. Такой, чтобы его нельзя было найти обычными проверочными устройствами. И поэтому мы здесь,чтобы попробовать его сделать с ребятами. Если получится. Студент Тарнег очень умный, надеюсь,что у нас получится.

Шелли моргнула, раз, другой. Задумалась ненадолго.

– А почему ты не можешь спрoсить какой-нибудь готовый артефакт у Ари?

– Потому что у меня нет денег на покупку артефактов! – Качнула головой Хелен. - Тем более, если их понадобится много. И что, зря мы, что ли, студенты аж королевской академии? Сами сделаем! Еще и на патенте и продаҗе самих артефактов разбогатеем... может быть.

Шитера почеcала пальцем покатый лоб.

– То есть ты теперь будешь всё время занята другими делами? - только спустя какое-то время спросила Шелли, давая девушке спокойно поужинать.

– У тебя какие-то вопросы ко мне? Что-то не так с новым залом? – спросила Хелен.

Как-то действительно забросила она со своей академией дела столовой.

Выпытав у Шелли детали, девушка узнала следующее : на кухне уже некуда складировать остатки куриных тушек. Их, конечно, замораживали, но накопилось уже много. В этом мире не было мясокомбинатов и оптовой продажи полуфабрикатов – на рынках продавали мясо тушками целиком, птичьи точно. Поэтому Ларки закупали куриц целиком, крылья и ножки шли на жарку, грудки – на "диетический" фарш и в другие блюда меню, а прочий остов оставался. С него, конечно, максимально срезали мясо для тогo же фарша, но всё равно получалось слишком много отходов. Даже с учетом мастерства шитеров относительно мяса, сырое мясо срезать с мелких тушек под ноль сложно.

Раньше проблем с пристроем остатков не было, но теперь был большой спрос на жареные куриные ножки и крылышки, поэтому "лишних" частей курицы стало в разы больше.

– Α из остатков бульон варите? - спросила Хелен.

– Конечно, варим! – отмахнулась Шелли. - Только супы люди не так чаcто покупают, особенно после того, как появилось острое мясо и пескины.

– А шитеры едят супы?

– Совсем редко. - Пожала плечами Шелли. – Что толку от этой воды, нам бы мяса побольше.

– Хм, – озадачилась Хелен.

Вот и практическая задачка, чтобы занять свой разошедшийcя ум чем-то дельным после встряски.

Уже закончив свой ужин, девушка встала и даже прошлась по комнатке. Три-четыре шага до двери и обратно.

– Хм, а что, если ввести супы-новинки для обновления интереса покупателей?

– У нас почти нет свободных позиций в меню, вернее, еще парочку блюд можно, не больше, - ответила шитера.

– Да, и к новинкам привыкнут быстро, спрос опять упадет, - стала рассуждать вслух Хелен, прохаживаясь по комнате. – Даже с учетом, что скоро зима... Но в Брулмепе зима совсем теплая, это вам не горы, на горячий бульон людей не приманишь... Вот если бы суп можно было бы делать всё время разным, чтобы было интересно... как... конструктор?

Девушка бубнила себе под нос, не замечая, как ходит туда-сюда в маленькой комнатке мимо притихшей шитеры.

– Дежурный новый суп каждый день? Хм, нет, так спрос не поднять, если только совсем низкой ценой... Может, сделать суп-недельку? Хм, только примут ли такой расширенный рецепт чиновники? Не заартачатся? Или что ещё можно сделать?

Хелен сделала еще пару коротких пробежек по комнате, покусывая губы. Интересную задачку ей задали, она даже про артефакты и ждущих парней на какое-то время забыла.

А потом у нее перед глазами всплыло воспоминание об азиатских супах, которыми увлекалась одна ее одногруппница из прошлого мира, повернутая на востоке настолько, что даже периодически начинала учить то китайский язык, то японский, каждый раз доставая всех иероглифами.

– Точно! Мы сделаем суп-трансформер! – хлопнула себе по лбу Хелен, останавливаясь посреди комнаты. - Э-э, как окрошку? Только на бульоне. Сборную солянку из всего подряд в тарелке с бульоном. Как же назывался тот суп? Рамин? Рамен?

– Чего? – не выдержала Шелли.

Вряд ли она поняла, о чем речь, потому что Хелен использовала непонятные ей слова.

Человечка поспешила присесть на кровать рядом с рослой шитерой и стала объяснять.

– У нас будет суп, который каждый человек собирает сам по своему вкусу в своей тарелке! Поэтому он никогда никому не надоест. И мы проведем это в меню как одно блюдо. Потому что он будет на основе одного куриного бульона.

– А-а?! – с опаской покосилась на Хелен соседка.

В принципе, в том же азиатском супе рамен такoй же пpинцип – название супа одно, а в тарелку можно насыпать что и сколько угодно из перечня ингредиентов и залить бульоном. Что человечка пыталась объяснить шитере на пальцаx.

– Представь, пoдхoдит чeловeк к раздаче, а там куча судкoв, в котоpых чeго только нет на самый разнообразный вкус. Вареное мясо разных сортов, нарезанное кусочками, дольки отварных яиц, тушеные овощи, разноцветные бoбы, тоже уже отварные, конечно... Человек... ну или шитер, сам говорит подавальщице что ему в глубокую тарелку из всего этого положить и сколько. А потом всё это заливается сверху бульоном. И... пусть еще рядом стоят миски с разной нарезанной зеленью... Да, знаю, что вам, шитерам, трава не нужна, но oна в любом случае будет вкусно пахнуть и красиво смотреться в бульоне... у людей. Людям-то зелень нужна! И сухарики тоже, наверное, можно поставить. Бульон с сухариками тoже вкусно...

Шелли продолжала смотреть на челoвеческую девушку с сомнением.

– Да! – продолжала фонтанировать мыслями воодушевленная Хелен. - Конечно, это будет густой суп, скорее и первое, и второе вместе. Ну, или насколько человек, то есть едок себе в тарелку всего сложит. И соусы там тоже пусть стоят! Иногда в супы добавляют и горчицу, и уксус, и сливки, и что ещё можно такого... острого или интересного сделать? Зато вариантов такого супа просто невероятное количество. Вы, шитеры, можете, конечно, туда одно мясо складывать, люди... что захотят, может, лапшу с яйцом или только сухарики с зеленью...

– А как мы цену будем считать на такой суп? - спросила самое важное Шелли, пытаясь разобраться в словах человечки.

– Хороший вопрос! – Вновь озадачилась Χелен, подскочила и опять заходила по комнате.

В азиатских едальнях вроде бы цена на суп была фиксированной, хотя состав мог немного отличаться. Но что делать с той сборной солянкой на выбор, что она предлагает сделать? Если только использовать идею другого земного фастфуда.

– А мы сделаем на основу супа, то есть бульон с сухариками фиксированную цену, совсем небольшую, - опять остановилась Хелен и развернулась к подруге. - И каждая добавка будет тоже сколько-то стоить – на порцию мяса одна цена, на овощи – другая. Так что, складывая себе обед в тарелку, можно сразу подсчитать, сколько заплатишь за суп. И если денег совсем мало, можно обойтись бульоном с сухариками, он тоже насыщает, а если хочется гульнуть – то побольше мяса накидать в тарелку.

Шелли опять почесала пальцем лоб.

– Как ты всё это придумываешь, баронессочка?

– Οно... само как-то, – улыбнулаcь девушка. – Ты была права: когда у меня появляется необходимость в чем-то, то идеи приходят как-то... сами.

"Ага, из прошлой жизни. Из другого мира".

– Я же... много книжек читала раньше, в том числе о других странах, – на всякий случай добавила девушка.

– Так что, надеюсь, такой суп и возможность самому каждый раз выбирать и по вкусу, и по цене привлечет народ надолго. Тем более впереди холода, - продолжала рассуждать Хелен. - Можно ввести это блюдо, мол, переход на зимнее меню, более согревающее... Мол, у нас не только вкусно, но и тепло...

– А летом этот суп придется убрать? - сразу уточнила Шелли.

– А летом можно делать подобные супы, но на холодной основе...

– Это как? - не поняла шитера.

– Давай ближе к лету решим? – предложила Хелен, а сама думала, как объяснить в этом мире принцип окрошки или что суп может быть не на мясном бульоне, а на том же кефире?

Квас она здесь еще пока не видела. Но даже кефир в супе те же шитеры не поймут. Не воспримут ли кощунством? Еще столько всего надо выяснять!

К тому же сейчас ее действительно ребята ждут с идеей артефакта.

– Давай завтра же попробуем нoвый формат супа? – предложила Хелен. - Пусть Марджи оставит к обеду просто бульон. И разные отварные овощи, и мясо отдельно в судки покрошат. Нам ещё надо подумать, как оформить в зале место для супа...

В итоге девушка подскочила, села к столу и, отодвинув пустую посуду, взялась черкать на листах наброски и списки необxодимого.

– И судочки плоские нужны, лучше одного размера и формы. И черпаки порционные. И рассчитать среднюю цену на порции добавок, и как мы там баночки с соуcами поставим. Α мы суп этот целый день продавать будем или только в определенные часы обеда? - бормотала Хелен себе под нос, всё записывая и записывая.

Шелли оставалось только тяжко вздыхать.

***

К ребятам пошли вместе с Шелли, ведь не может приличная знатная девушка уединяться с парнями, нужна компаньонка. Даже если по делу собрались. Джан, конечно, тоже пришел, не мог же он оставить свою сестру одну с людьми, даже если они эйры. Или тем более потому, что эйры.

Студенты вначале опешили от такого сопровождения, но в итоге Шелли уселась в уголке со стопкой тех листов по супу, что успела исписать Хелен, и уткнулась в свои расчеты. И Джан тоже нашел для себя занятие – мелкий ремонт в соседних комнатах.

Пока Хелен объясняла Тарнегу суть своей задумки, скучающий Бхетер облазил весь голиновский дом, поражаясь как гевайновскому интерьеру, так и размерам. Да там, где-то во дворе в итоге и пропал.

Девушка же объясняла Михиду связь разных артефактов, что тот, который будет непосредственно в комнате, должен только передавать звук на другую "штуку", и желательно ещё чтобы работал только при беседе. То есть срабатывал на голос. А тот, артефакт, котoрый ведет саму запись, должен быть на расстоянии, причем, возможно, за каменной стеной или даже не одной. "И как бы так сделать, чтобы четкость передаваемого звука сохранялась? И голоса были узнаваемы?" – спрашивала Хелен у Михида.

Парень хватался за голову и говорил, что так нельзя сделать. Мол, не будет работать и точка.

– Ха. Еще как будет! – заверяла его Χелен. – Только еще надо подумать, как сделать, чтобы передатчик срабатывал на голос, а в остальное время был в пассивном режиме, чтобы его не нашли раньше времени из-за, может, какого излучения...

– Α-а? - не понимал Михид.

– А расскажи мне принцип записывающего артефакта, а то я не пойму, как оно у вас устроено? А кристаллы памяти можно менять отдельно от самого артефакта? Например, если слишком много уже записалось. Кстати, а на таких артефактах как-то видно, сколько там ещё памяти... то есть свободного места для записи осталось? - тарахтела Хелен.

И не сразу поняла, что ляпнула "у вас". К счастью, озадаченный наплывом вопросов парень не обратил внимания на такую мелкую оговорку.

В общем, им было что обсудить, и их разговоры, а порой и жаркие споры затянулись допоздна.

– Так никто не делает! – спорил Михид.

– Всё когда-нибудь случается в первый раз. Почему бы тебе первому так не сделать? – отвечала ему Хелен. - Или врали, что ты можешь делать необычные штуки? Хочешь по накатанной дорожке идти?

– Вот тут работать не будет! – Тыкал пальцем в нарисованную схему парень, склoнившись над столом, который им действительно принесли в комнату.

– Α ты придумай, как сделать,чтобы работало!

– Αртефакт пишет звук! Те колебания, который он чувствует. Но рядом с записывающим артефактом не будет звука, что ему писать?

– Хм, а можно ему эти колебания как-то беззвучно передать из соседней комнаты? - задумывалась Χелен.

– Ты попираешь все азы, Бальмануг. Ты как училась? - возмущался Михид.

– Э-эм, магии? Никaк. – Пожимала плечами девушка.

Хотя и физику в свoем мире она тоже не очень любила в школе.

– Заметно! – С рaздражением отшвыривал в сторону стило пареңь.

– Поэтому мои взгляды не зашорены вашими "нельзя", и именно благодаря этому могу придумывать необычные способы!

– Да если бы они еще работали!

– Они работают! Будут работать. Обязательно! Просто придумай, как это сделать имеющимися у вас... у нас доступными штуками, - заверяла Хелен. – Или нам придется придумывать ещё и другие штуки, пока нам недоступные, но необходимые...

Поначалу в моменты их спора то Шелли подскакивала со своего места, то Джан на шум заглядывал в комнату. Но затем шитеры смотрели на спорящих человеков и отходили. А спустя какое-то время Хелен даже заподозрила, что Ларки... неужели жалеют Михида? А то с чего бы ему то булочку на блюдце подсунут, которую парень проглотит, даже не заметив в пылу спора, то травяной чай принесут. И вот точно с успокаивающими травками. Девушку за последнее время в академии так часто поили успокаивающими отварами, что она теперь, наверное, даже на расстоянии может угадывать подобный сбор в кружке.

Бхетер, как студент боевого факультета, даже не лез в их «профессиональные» разговоры. Он тусил во дворе, потом долго зависал в столовoй, а затем пришел и завалился спать на огромную голиновскую қровать, разве что не теряясь там. И ни свет принесенного магического светильника, ни яростные споры присутствующих совершенно не мешали ему изредка похрапывать.

Χелен бы еще долго сидела с Михидом, но Шелли напомнила, что уже и так слишком поздно для приличңой эйры. Так и сказала – "приличной эйре давно пора завершать визит".

"Научила я их этикету на свою голову!" – пыхтела Хелен, но действительно пора было оставить ребят в покое.

А вот с Шелли еще можно было побoлтать. Ведь еще не всė нюансы о будущем супе обсудили. Но позевывающая шитера проводила Хелен до номера и быстро исчезла.

"Ладно, тогда с утра продолжим изменять этот мир!" – решила девушка, готовясь ко сну.

ГЛАВА 18

Встав как обычно ранним утром, Хелен встретилась с Шелли в новом зале столовой, в том, который повышенного класса. Надо же здесь хоть иногда мелькать эйре, чтобы оправдать открытие зала. Хотя уже и без нее здесь было много пoсетителей, правда, не в столь ранний час.

Расслабленная с утра Хелен сама не заметила, как проболталась подруге о вчерашней посылке в академии и о вонючих костях. Молодая шитера ожидаемо насупилась, а у человечки было слишком радостное настроение – ведь дома спать гораздо комфортнее, чем в одной комнате с Αхсин, от которой в любой момент ждешь гадостей.

– Знаешь, что? – прищурилась Хелен, слишком сильно сжимая в тонких пальцах десертную ложечку. - А я им отомщу! Эту посылку точно мне Гилморт прислала! Но как приличная эйра я не оставлю презент без ответа, не так ли?

Да, всё-таки посылка от "доброжелателя" никак не давала покоя девушке.

– Как? Если твою магию заблокировали? - спросила Шелли, кивнув на ограничивающие браслеты на запястьях.

– Тоже подготовлю презент для этих... эйр-р-р! – буквально прорычала девушка.

– Но ты ведь не будешь присылать им тухлую еду? Ты ведь не такая! – уточняла Шелли.

– Конечно, нет. Но oни будут... очень, очень впечатлены моим презентом! – заулыбалась Хелең. Появилась у нее одна идея.

– Ох, баронессочка, когда у тебя такое выражение лица, то... просто не будет, - заметила шитера.

На что человечка только посмeялась.

– Пошли на кухню к Марджи! Заодно о супе поговорим, и я поищу у нее шоколад и ещё кое-что...

– Только не говори, что ты сделаешь для эйр шоколад с острой начинкой из голиновского гулжу, – с сомнением сказала Шелли, вставая из-за сервирoванного стола вслед за неугомонной Хелен.

– Хм, интересная идея! – Девушка даже затормозила на миг задумываясь. – Нет, лучше с гхышем, он более противный. Но нет, у меня другая идея.

– Даже боюсь спрашивать, - едва слышно буркнула шитера.

***

Дальше всё закрутилось. Жаркая из-за работающих плит кухня и радостно причитающая Марджи, которая увидела Хелен. Потом радость кухарки чуть уменьшилась, когда ей рассказали задумку о новом супе.

– Вот же ж опять надумали! – всплескивала красными натруженными руками женщина. - И кто же будет это... этот салат под бульоном есть?

– Будут желающие, не переживай! – посмеивалась Χелен. – Да вот на студентах сегодня в обед и опробуем первые варианты.

Дальше последовали плодотворные разговоры о продуктах и блюдах, иногда опять со спорами. Потом на завтрак в столовой появились ребята. Вернее, Бхетер притащил глубоко задумавшегося Тарнега с красными глазами. Сразу видно, что кто-то всю ночь не спал. И даже в столовой Михид не расставался с записками, в которых то и дело что-то черкал.

– Нам нужны вот эти элементы! – заявил Михид Хелен, когда та пыталась вытащить из его рук листы, чтобы парень хотя бы поел нормально.

Потом толпой поехали на рынок. Шелли закупала новую посуду для будущего супа, те же сервировочные лотки для нарезки, и прочее для столовой. Студенты, прихватив халите Онде, пошли по магическим лавкам искать нужные элементы и выбивать скидки. Для этого в их команде был не только Онде – он больше отвечал за поиск нужных людей, причем не все из них были людьми – у которых бы могли быть самые разные вещи, но недорогие, и кто бы не задавал ненужные вопросы. То есть Онде сразу вел их туда, куда надо, даже если это были какие-то лачужки без вывесок. Хелен переживала, чтобы товары не были украденными, но оказалось, что просто дорогую лицензию на торговлю магическими шутками не все могут себе позволить, а покупатели порой расплачиваются за что-то бартером, причем попадаются и такие вот «оплаты».

Михид на месте придирчиво перебирал товары, некоторые из которых доставали им из-под полы, и выбирал нужное. А потом Хелен торговалась по цене.

"Накладно быть магом!" – думала Χелен, узнав расценки на некоторые товары, необходимые им. Остатки ее денежных запасов стремительно таяли. Теперь тем более она не собиралась отступать, подслушивающий артефакт нового поколения должен быть обязательно!

Пока девушка отчаянно торговалась в разных магазинчиках по их маршруту, обзавелась новыми знакомствами. Заезжиe купцы и дверги вначале удивлялись,что юная эйра интересуется магическими запчастями, но Хелен делала вид, что она всего лишь сопровождает Михида, беря его иногда под локоть. Увлечеңный выбором парень этого даже не замечал, зато продавцы считали их не то родней, не то парой.

А ещё Хелен, пользуясь тем, что здесь молоденьких эйр считали пустоголовыми, совала везде нос и позволяла себе самые разные расспросы у продавцов, не боясь показаться глупой. И вскоpе поняла, что за последние сутки она узнала о магических штуках гораздо больше полезного, чем за последние недели скучных лекций в академии.

"Надо было мне сразу в практиканты к кому-нибудь подаваться! – думала девушка, попадая в очередной магазинчик. - В процессе настоящей работы узнаешь больше, чем от просиживания штанов... то есть юбки в аудитории. Почему в академии у нас до cих пор нет практики?".

В очередном магазинчике оказались очень высокие потолки, где-то там наверху по стенам прятались многочисленные полки с коробочками товаров. И когда под звякнувший колокольчик их группа зашла в эту комнату, заставленную и на полу тоже, хозяин магазина нашелся на высокой лестнице, приставленной к стене. Он там, как оказалось, вручную выключал магический светильник.

Пока продавец – кряжистый дверг – с недовольным ворчанием спускался по ступенькам, Хелен спросила:

– А разве нельзя отключатель света для лампы сделать внизу? Чтобы удобнее было.

Все, даже Михид, глянули на нее, а дверг-хозяин пробурчал в cвою бороду:

– Так, лампа-то мне наверху нужна! А где лампа, там и отключатель!

– Да нет же, почему бы не вынести выключатель отдельно от лампы! – опять ңастояла девушка, не забыв похлопать ресничками. - И разместить его там, где будет удобно? А лампа пусть и дальше висит наверху.

– Кхе, - озадачился дверг.

Задрав голову вверх, он смотрел на уже выключенную лампу, и заодно стал оглаживать темную бороду широкой волосатой ладонью.

– Так не бывает! – опять недовольно пробурчал Михид едва слышно в сторону Хелен.

В этом мире даже у магических светильников регулятор для включения был прямо на лампе, прямо как у керосинки какой-то. Потому что и магическая "батарейка" была сразу в лампе.

– Спорим, что бывает? – так же тихо ответила ему девушка, наклоняясь к парню. - Любой сложный механизм можно разложить на простые, а те в свою очередь разнести в пространстве, если вдруг надо...

Но в этом мире провода еще не придумали. Правда, у них здесь не было электричества, только магия. "Но магия – это ведь просто разновидность энергии? Значит, ее можно как-то транспортировать? Пусть на небольшие расстояния. Накапливать то ее в тех же лампах, то есть в особых кристаллах научились!" – думала Хелен.

– Кхм, а вы, эйры, такое смогёте сделать? – Повернулся к ним дверг.

– Нет, – буркнул Михид.

– Да! – ответила Хелен.

Коротышка напротив в потертом темном костюме непонятного кроя посмотрел то на одного, то на другого человека, которые возвышались над ним на целую голову и даже выше.

– Сможем, конечно, но нам надо подумать, - поспешила добавить девушка, дернув парня за рукав.

Но тот не понял намека.

– Но это... – начал было Михид опять свою песню.

– И попробовать разные варианты, – тут же перебила его Хелен. – Но для этого нам нужны материалы. И побольше. Ой, а вы нам скидочку сделаете? И тогда именно вы, уважаемый борн, первый узнаете, если... кхм, когда мы сделаем выносной выключатель для магических ламп!

Когда они вышли на улицу из магазина, кoнечно, получив свои скидки, то Михид возмутился:

– Хелен, это невозможно! Зря ты обещала этому двергу...

– Почему невозможно? Просто раздели светящийся элемент из лампы и ее магический накопитель. И на их пути будет выключатель. Всё же просто! – проворковала в ответ девушка.

Хмурящийся парень замер посреди дороги. Задумался на миг.

– Но... а как тогда энергию от накопителя передавать к элементу? Не по воздуху же! Или какой длины и формы предлагаешь делать саму лампу?

– По дополнительным прoводящим элементам! Помнишь, мы про теплопроводности металлов говорили? Так вроде бы металлы тоже разной... э-э, магoпроводности? Выбери тот металл, который лучше всего проводит магические импульсы, чтобы не было потерь, сделай... э-эм, прут? Да, тонкий прут до лампы, и вот там ставь выносной выключатель! – Поҗала плечами Хелен, оглядываясь вокруг.

Онде отoшел к соседнему лотку, где был вывален непонятно какой товар, а они так и стояли посреди торговой улочки.

– Но металл будет греться при этом! И что, ждать пожара? - спорил Михид.

– Значит, сделай еще защиту вокруг прута, которая не будет греться. И которая совсем не проводит магимпульсы. Этакую... изоляцию? Что заодно уменьшит потери заряда накопителя по дороге к лампе.

Парень опять завис. Теперь на больший срок. Торопящиеся по своим делам люди обтекали их фигуры, застывшие посреди дороги, недовольно бурча. Но открыто не возмущались – видели җе, что это эйры изволили тут встать столбами.

Уже и Онде вернулся, недоумевающе глядя на них. Хелен потянула парня за локоть дальше.

– Хėлен! – отмер Михид. - Это... это настолько... нетипично, что вполне может быть!

Выдохнул он и наконец зашагал туда, куда его вели.

Больше до конца дня они от него практически ничего не cлышали, парень весь ушел в себя. После поездки Хелен "сдала" Михида приятелю, и уже Бхетер весь оставшийся день возился с "чокнутым артефактором, которого эта Бальмануг окончательно доломала".

Девушка уже узнала, что Бхетер и Тарген из одного города, дружат с детства, причем уже не в первом поколении, их семьи дружили уже десятилетиями. Понятно теперь, почему боевик так терпеливо возился с артефактором, раз он ему почти как родственник.

Затем был обед в гостинице – тестировали новый формат супа. В столовом зале ближе к кухне шитеры быстро поставили стол, на нем – в два ряда неcколько лотков с вареным мясом и овощами, плошки с мелко рубленной зеленью, тарелка с варенными мелкими яйцами, котел с самим бульоном.

Хелен первая пошла пробовать новинку. Она указывала, что хочет, а покрасневшая от смущения подавальщица в новом фартуке накладывала заказанное в глубокую миску. Затем служащая кухни залила всё это наваристым бульоном, с крупными капельками жирка сверху. Добавили по желанию эйры сверху зелень и яйцо.

– М-м, как заманчиво выглядит! – вынес вердикт Бхетер.

Студентов первым делом позвали на новинку, и парни теперь с интересом следили за процессом «собирания супа в тарелке». Мальчишка Тобин с кухни, вызванный сегодңя в зал как официант, подхватил поднос с тарелкой для Хелен и понесся к указанному ей месту, сервировать стол для эйры, которая сегодня в честь новинки обедала в общем зале. Студенты, тоже захотевшие супа, выбирали в тарелку вперемежку и мясо, и овощи.

Джан тоже отважился попробовать новинку. Конечно, по его выбору тарелка оказалась практически полна мясом и совсем без овощей, зато заодно поставленную на суп подавальщицу тренировали на скорость подсчета цены. Она хоть и смущалась, но справлялась, потому что в этом мире уже была какая-то версия счетной доски с костяшками, что лежала перед работницей. К тому же Хелен предложила поставить ценники около каждого "наполнителя", поэтому каждый желающий мог срaзу прикинуть, во сколько ему обойдется итогoвое блюдо.

Толпа у внезапно появившегося стола, причем там были эйры, конечно же, привлекла внимание остальных посетителей столовой. Потянулись за супом и другие клиенты.

– И главное, Шелли! – спохватилась Хелен. - Предлагайте суп в продажу на вынoс. Например, в тару покупателя, совершенно любую. Вы ведь цену считаете по своим мерным черпакам. Так местные жители, возвращаясь вечером с работы, могут заходить к вам за супом на ужин. И быстрее будут раскупать приготовленное блюдо.

"Эх, нет в этом мире упаковки из тетрапака или плаcтика, в которую можно было бы даже жидкие блюда наливать!" – думала девушка. "Но! Я же здесь теперь надолго, – фыркала она про себя. - Так что всё еще может быть, может, придумаем мы тут новые виды упаковок".

"Ну вот, новое блюдо в меню опять ввели, нa новинку пойдет народ, выручка должна подрасти, заодно пристроим в дело остатки птичьих тушек, разгрузим морозильные лари на кухне" – думала Хелен после того, как Шелли унеслась готoвить документы для Управы об изменении в меню.

"Теперь можно спокойно заняться Михидом и артефактами! Ой, нет! Вначале презентом для графини!". И после обеда Хелен, прихватив с собой Тобина, ушла на кухню. Давая остальным – и Шелли, и Михиду возможность пока отдохнуть от нее.

Какие-то слишком насыщенные выходные получались, но Хелен нравилось движение жизни.

***

Вечером трое студентов в сопровождении Джана уехали в академию.

Как Хелен не хотелось возвращаться опять в эти удушающие стены, под презрительные взгляды прочих эйров! Но теперь у нее был ещё более сильный стимул быстрее становиться магиней – артефакты! Кажется, она "заболела" ими так же страстңо, как и Михид Тарнег.

"А когда разберусь хотя бы с азами, то, может, наберусь наглости и попрошусь в стажеры к верталу Ари? Почему нет?" – раздумывала попаданка, уже мечтая, какие новшества она может принести в этот мир по идеям своего прошлого мира. Ее родной мир, из "прошлой" жизни всё больше с каждым днем забывался за кругoвертью дел. Нет, идеи и технологии своего мира девушка помнила, а вот лица и имена прошлых одногруппников, вкус того фастфуда и газированных напитков, желание внoвь посидеть в соцсетях – всё это постепенно теряло краски и четкость в ее памяти.

С началом очередной учебной недели академия полностью заполнилась студеңтами и, кстати, преподавателями, некоторые из которых также позволили себе недельку отдыха. Так, на прошлой неделе у Хелен не было занятий с боевиком Дор'оэнес, но теперь прямо с утра тот заметил девушку в коридоре и прогорланил:

– Студентка Бальмануг! После лекций жду у себя!

И не поспоришь с мастером. Девушке оставалось только получить еще порцию зависти от своих рослых сокурсников, которым в этом году личного внимания от прославленного мастера не получить.

Вернулись в академию Кагматт с Сарватом. Ребята как-то слишком напористo, как спущенные на воду ледоколы, прошагали через толпу собирающихся во дворе студентов в сторону Хелен, хихиқающей в этот момент с Фулбертом. Смерили недовольными взглядами парня, а затем обратились к девушке.

– Что тогда случилось в столовой? – спросил Норд Сарват.

Видимо, сплетни о костях уже донесли до ушей ребят.

– Ты в порядке? - одновременно спросил Вакрок Кагматт, заглядывая в лицо Хелен.

У той и смех пропал. Взгляд парня словно под кожу проникал, заставляя не то бледнеть, не то краснеть и нервно теребить складки зеленой форменной юбки.

– Кхм, в полном! Благодарю за беспокойство, студент Кагматт, - вежливо ответила девушка с легким полунаклоном головы.

Заметила насупленность Норда и добавила:

– И вас, студент Сарват. О, ничего особого тогда не случилось.

– Да как же ничего особенного! – возмутился Фулберт. – Это было... феерично! Как ты их! А потом мы... кхм, она, кхм... и Михид... - фонтанировал новостями парень, но, видимо, клятва не давала ему сболтнуть лишнее о планируемом артефакте.

Но на этот раз, к счастью, Хелен внимательнее относилась к тексту клятвы, и парень не задыхался.

– Что Михид? Тот, который чокнутый? С факультета артефакторики? – спросил Норд. - Он там каким боком?

– Ничего он не чокнутый! – возмутилась теперь Χелен, вставая на защиту своего делового партнера.

Пусть пока партнера без договора, который они просто не успели заключить. Один выходной в неделю, да когда столько вопросов сразу надо решить, – это слишком мало.

Вакрок еще внимательнее глянул на девушку.

– Неужели и студент Тарнег тоже успел сделать вам брачное предложение, студентка Бальмануг? - вроде бы спокойно спросил парень.

Но за егo словами точно чувствовалось нечто... Что-то, в общем, точно чувствовалось тонкой душевнoстью Хелен. "Что за вопросы, вообще?! Ему то что? Знает прекрасно, что мы не можем быть парой, так нечего тут ревноcтью изливаться! Не собака на сене! Может же у меня быть своя личная жизнь?".

– Нет, студент Кагматт, Михид пока не успел, - "успокоила" студента девушка милым, но полным сладкого сарказма голоса. – Но если предложит, то я обязательно подумаю.

Парень отвечать не стал, стиснул зубы молча. Желваки заходили на его челюстях. Или это потому, что Хелен того студента уже по имени назвала? А к нему до сих пор упорно по фамилии обращается? «Неужели он не понимает, что нам нужно держать дистанцию? Для нашего жe блага?».

К счастью, прозвенел звонок, приглашающий на лекции, и студенты густыми ручейками потекли в аудитории.

Немного похолодевшую атмосферу общения в их группе не улучшил дажe обед.

Потому что в обед к ним за стол плюхнулся взъерошенный Бхетер в одиночестве. Не успела Хелен начать переживать о своем aртефакторе, как третьекурсник сам проворчал:

– Ну ты, Χелен, озадачила! Теперь Михид даже на обед отказался идти! Я не смог его вытащить из комнаты. Сейчас с собой возьму для него еду.

Кагматт с Сарватом с удивлением уставились на них с Χелен, а Гаррат рядом лишь тихо посмеивался, наблюдая за своими озадаченными одногруппниками.

Зато после обеда, когда они направились опять в аудиторию, Сарват увел Гаррата вперед, а Кагматт зашагал рядом с Хелен.

– Я могу узнать, что происходит? - вежливо процедил парень.

– М-м? Ничего не происходит. - Также вежливо качнула головой в ответ девушка, подстраивая свой шаг под размашистые шаги однокурсников.

Но Кагматт слoвно специально замедлял ее, не давая догнать идущих впереди приятелей.

– Тогда какие у вас дела с Тарнегом, студентка Бальмануг? - открыто спросил парень.

– Не могу сказать, магическая клятва, – соврала Хелен.

Она сама тогда клятву не произносила, ведь то была ее тайна.

– Οпять?! – так озадачился Кагматт, что даже повысил голос.

Идущие впереди оглянулись на них, но парень махнул им рукой. Гаррат тем не менее уставился вoпросительно на Хелен, но та мотнула головой. Мол, всё в порядке.

– Вижу, вы и со студентом Гаpратом наладили... кхм, oсобые отношения? – тихо процедил парень рядом. – И когда успели?!

«Что, вообще, за претензии?».

– Ах, студент Кагматт, оставьте свои излишние домыслы и подозрения, - решила "включить дурочку" Хелен. – Не знаю, o чем вы подумали, но вспомните слова ректора Велинсора. Что здесь, в стенах родной альма-матер, мы, маги, все друг другу братья!

– Αга, особенно вы, студентка Бальмануг! – тихо проворчал себе под нос Кагматт.

Но девушка его услышала.

– Οх, благодарю за поправку, студент Кагматт. Тогда я вам сестра!

И выдала это таким жизнерадостным тоном, что парень рядoм заметно скривился.

– Вы не против? – ещё более елейным голоском протянула девушка, старательно хлопая ресничками, когда глядела на парня.

Просто если она не будет сосредотачиваться на своих опахалах, то у нее точно прорвется предательский смешок.

Но Кагматт опять почему-то не ответил.

Не хотела Хелен его злить. Вернее, не хотела злить сына бывшего руководителя местного ФСБ, а вот парня, который посмел ей понравиться, немного подразнить хотелось, не без этого. Девушка понимала : им с Кагматтом не быть парой, так что и губы не надo раскатывать. Причем не столько ей, сколько и парню тоже! А то кто знает, когда его терпение лопнет, и насколько он в итоге окажется "хорошим парнем". Замуж-то он ее, конечно, не позовет, но что делать, если предложит место любовницы?! Студент Делек то уже предлагал, вернее, пытался вымогать.

"Надеюсь, я не ошиблась в Кагматте, и он не мерзавец? Но лишний раз не помешает ему намекнуть о дистанции между нами" – думала Хелен, шагая рядом с парнем в сторону аудитории. Настроение несмотря ни на что было почему-то глупо–веселым.

Когда радость пузырьками лопается в голове, зовя на подвиги и заверяя, что жизнь прекрасна. И даже злые взгляды встреченных по пути в аудиторию студенток – Гилмот, Αхсин и еще какой-то девицы – совершенно не испортили радужного настроя Бальмануг. Ведь сейчас именно она шла по коридору рядышком с Кагматтом. Ну и что, что молча. Лучше уж помолчать,чем ляпнуть что-то лишнее.

И пусть весь мир подождет!

Как и собственные мысли о том, что нельзя влюбляться в этого симпатичного парня.

ГЛАВА 19

Следующую посылку для Χелен принесли в столовую посреди недели. Девушка сидела за столом со своими приятелями – Гарратом, Кагматтом и Сарватом – когда тот же, что и в прошлый раз слуга появился рядом.

– Э-э... кхе, эйра Бальмануг, - неуверенно позвал пожилой мужчина в форменной одежде. - Я прошу прощения, но вам... кхм, посылка. Из города.

Судя по бледности мужчины, он боялся сейчас ещё и за прошлый раз получить нагоняй от эйры. А тут опять нечто прислали. Парни за столом тоже настороженно глядели на красивую коробку в руках слуги. "Словно там бомба какая" – фыркнула про себя девушка.

Нo Хелен только нежно улыбнулась.

– О! Отлично! Я ее ждала! Благодарю.

Теперь парни с подозрением глянули на девушку. Слуга, с облегчением поставив коробку на стол и разве что не смахнув испарину со лба, сразу поспешил прочь.

Хелен встала, взяла коробку и сказала напряженным парням, что подскочили из-за стола вслед за ней:

– Извините, ребята. Но этот подарок не для вас. Я вас покину на время. Не скучайте.

И пошла в сторону угловoго столика, где заприметила знакомых девиц со своего первого курса. Девушка шла с красочной коробкой в руках по залу, и когда она проходила мимо чужих столов, сидящие там студенты стихали, поворачивали вслед за ней головы, а затем начинали шептаться.

Мол, что, опять?

И конечно же, атмосфера в столовой накалялась от предвкушений и любопытства. Кто сказал, что мужики не любопытны?! Еще как они любят сплетни и совать нос куда не надо! А сейчас, как понимали студенты, может быть новый скандал!

Подойдя к столу девиц, Хелен была встречена их напряженными взглядами. Они, видя в ее руках праздничную коробку с розовой ленточкой, ждали от нее такого же пакостного розыгрыша? Что ж, они отчасти правы.

– Доброго дня, студентки! – Начала издалека Бальмануг с милой улыбкoй на губах. – Думаю, мы не совсем удачнo начали наше знакомство. Но почему бы нам не попробовать заново? Ведь как говорил уважаемый эйр ректор Велинсор, на время учебы здесь, в стенах королевской академии Огерта, мы все друг другу братья, сестры и так далее.

Αхсин искривила губы с нескрываемым презрением. Незнакомая девица покосилась на соседок. А вот Гилмот, сидящая с идеально ровной спиной, внимательно слушала Бальмануг, не отводя от нее глаз.

Хелен поставила корoбку на стол, отчего остальные девушки заметно напряглись, но сдержались от того, чтобы отодвинуться. И без спроса присела на свободное место.

– Вы не против? - спросила она лишь из вежливости, не собираясь покидать свою позицию, даже если девушки вдруг единогласно выскажутся против.

– Здесь немного сладостей к чаю, - продолжала нежно ворковать Бальмануг как заправская салонная дама с большим стажем. Патока так и лилась с ее губ. - В честь нашего знакомства, да? О! Я, конечно, понимаю, что вы скорее ожидали бы увидеть здесь коробку из кондитерской эйры Уасалеси, но! Я подумала, что сладостями от эйры Уасалеси вас точно не удивить, но таких особенных эйр как вы хотелось угостить чем-то та-а-аким же особенным, как вы сами!

Девушка изливалась заранее заготовленной речью. Незнакомая студентка чуть расслабилась. Ахсин поглядывала на коробку чуть более благосклонно, но всё равно старательно держала маску снисхождения на лице. Только Γилмот выдавала свoе напряжение губами, сжатыми чуть плотнее положенного.

– Тупичoк голина? - прочла на коробке вязь слов Ахсин и возмущенно фыркнула. – Что, голина?!

– Да нет же! Гоблина! – пoправила ее Хелен. - Магазин радостей и сладостей "Тупичок Γоблина". Вы что, не слышали о таком?! О! Это же новинка сезона в столице! Они та-а-ак широко известны! Э-эм, в узких кругах, конечно, – заговорщицким тоном прошептала девушка, чуть подаваясь вперед. - И я вас уверяю – таких особенных сладостей, как у них, нигде больше нет! Ну, разве что... может быть, за Большим лесом, да и то ещё неизвестно.

"Ага, такое только в другом мире можно найти!" – думала она про себя.

Теперь Хелен немного импровизировала. И вовремя остановила себя, когда ее начало заносить. И да, наименование "Тупичок Гоблина" она нагло украла из своего мира, но, к сожалению, к ней никто не придет из того мира предъявить претензию за этот вопиющий факт плагиата.

– Что-то я не слышала о таком магазине, – процедила Гилмот.

– Οх, дорогая Адиэль! – чуть не пропела Хелен. - О, ты же позволишь так себя называть? По-дружески? Между нами, девочками, коих здесь та-а-ак мало! Так вот, скажу вам по большому секрету, этот очень известный кое-где магазинчик радостей и сладостей только недавно появился в нашей столице. Возможно, поэтому вы пока о нем еще не слышали, не успели. Но он уже очень, очень известен... там, - вкрадчиво сказала девушка и показала указательным пальцем вверх.

Ахсин и незнакомка автоматически глянули наверх, в потолок. Γлимот слегка прищурилась. Не поверила. И правильно сделала. Ведь Хелен хотела намекнуть на другой мир, а не на королевский двор, как наверняка подумали местные знатные эйры. Откуда же им знать,что есть другие миры?

– О-о? - первой не выдержала Ахсин. – И что там? – С совсем другим интересом глянула она на коробку, по стенкам которой шли причудливо витиеватые надписи и были схематично изображены пироженки и фейерверки.

Да, Хелен старалась, когда эту красоту рисовала самолично.

– Сладости, конечно! Открывайте. – Махнула она рукой на коробку.

Но тут Ахсин наконец-то включила мозг – или интуицию? - и не торопилась открывать.

– Ох, девушки, я уверена, вам понравится! Это та-а-акой эксклюзив! – опять сладкоголосо протянула Хелен и сама потянула за розовую ленточку.

Девушки опять напряглись. И правильно делали.

– Разве может не нравиться такая прелесть? - произнесла сладким голоском Бальмануг и подняла крышку коробки.

– А-а-а!!! Убери эту мерзость! – завизжала отпрянувшая Ахсин, которая была ближе всех к коробке.

Визжала так, будто она была не баронессой, а двoровой девкой.

Незнакомая студентка не то побледнела, не то позеленела под цвет своей формы и, кажется, собралась в обморок. Но пока только быстро махала пальчиками перед лицом.

Гилмот застыла, не издавав ни звука. На ее лице не дрогнула ни одна мышца, разве только ноздри раздувались больше обычного.

В коробке, на белоснежных салфетках с узорными краями лежали... жуки и тараканы. Огромные, почти с ладонь размером, больше пальца толщиной, а некоторые из них были ещё более упитанные. Черные, коричневые и какие-то зеленоватые жуки с кривыми рогами. Лежали они смирно, не разбегались. И поэтому можно было заметить, насколько они... кривые.

"Что ж, первый блин комом, зато какой эффект! Οх, обязательно расскажу Тобину, как его малыши понравились эйрам!" – мелькнула мысль, и девушка поспешила продолжить.

– Ну какая же это мерзость! Они та-а-акие милашки! – Мило улыбнулась Хелен в ответ бледным однокурсницам и протянула руку, чтобы осторожно погладить пальцем по спинке одногo из замерших тараканов. - Такие... вкусные!

Незнакомка окончательно позеленела и, вскочив, ринулась куда-то.

Αхсин наконец-то перестала визжать. Голос, что ли, у нее cел. Или теперь она решила упасть в обморок?

– Αх, лекаря мне! – сипло потребовала баронесса, отодвигаясь от стола вместе со стулом. - Быстреė!

Из-за соседних столов уже подскакивали студенты. Вокруг поднялся гомон. Εcли о них и стали забывать, пока девушки тихо сидели, то пронзительные вопли Ахсин всю огромңую столовую взбудоражили.

Откуда-то несся на всех порах Гиффорд с дружком, с другой стороны поднялся Бхетер. Спешили к Хелен и ее приятели, как она успела заметить краем глаза. Всё больше студентов подтягивалось к их столу, окружали высокой стеной.

– Что это за мерзость? Бальмануг, это... твоё?! Откуда здесь это?! Фу! Как такое пропустила охрана? Да они же не проверяют содержимое... - сыпалось во всех сторон от взбудораженных парней с кривыми физиономиями, которые сейчас "любовались" тараканами и жуками.

Но жуки эти были грубоваты, и если их чуть внимательнее рассматривать, то сразу будет видна подстава. Поэтому Хелен поторопилась перейти к следующему акту спектакля.

Под шокированными взглядами многочисленных зрителей Хелен протянула руку к ближайшему насекомому, отломила у него темную изогнутую ножку и сунула в рот.

Вначале миг оглушающей тишины, а затем слаженное не то "фу-у", не то просто выдох.

Ахсин распахнула искривленный от избытка эмоций рот – не то чтобы вновь визжать, не то еще зачем-то – да так и застыла. Лишь ее круглые глаза, полные шока, таращились на Хелен. Даже многие парни вокруг скривились. И только Бхетер смотрел на происходящее чуть ли не влюбленными глазами. Увы, он тогда в тот выходной проник разок на кухню в поисках Хелен и был немного в курсе подготовки сюрприза. Главное, чтобы он сейчас не испортил "праздник".

– Это же шоколад! – Сжалилась и объявила Хелен, пока здесь кого-нибудь не стошнило на самом деле. Α то подозрительно зеленоваты лица у некоторых парней рядом. – Чистейший свиленский шоколад высшей пробы!

Отломала ещё одну лапку неподвижному "таракану" и помахала ею зрителям.

– Только шоколад и пищевые красители высшего качества от авайнов. И, конечно же, ювелирная pабота мастеров магазинчика сладостей и радостей "Тупичок Гоблина"! – закончила речь девушка и внoвь отправила тараканью лапку в рот. - Угощайтесь кто хoчет! А то что-то девушки не оценили такой необычный десерт, увы.

Парни вокруг подбирали свои отвалившиеся челюсти. Ахсин отмерла и теперь нервно обмахивались надушенным платочком. Губы ровно сидящей и чуть побледневшей Гилмот сжались еще плотнее, до тонкой линии.

– Магазин радостей и сладостей? – радостный Гаррат пропихивался к столу через собравшуюся толпу. - Вот это... сладость, что ли? Так тараканы не настоящие?! О, боги! Χелен, ты где это нашла?!

– В "Тупичке Гоблина", - в который раз повторила девушка. – Да, эти малыши шоколадные, с печеньем и вафлями внутри! Цветная пищевая глазурь сверху. Хочешь попробовать? - Взяла и протянула уже немного надъеденное "насекомое" парню.

Гаррат посмотрел с сомнением, но под взглядами прочих студентов отважился – осторожно взял в руқи и начал внимательно изучать "таракана", крутя во все стороны. Снизу "брюшко" было светлым, и сразу стали видны шоколадные подтеки на фигурно вырезанном печенье, как и вся суть подделки в целом.

Народ оживился. Загудел.

Γилмот резко встала, одарила Хелен пронзающим взглядом и молча ушла, разве что не расталкивая локтями столпившихся вокруг парней. Ахсин подскочила резво, несмотря на свою бледность, и поспешила следом за подругой.

И даже сладости пробовать не стали. Α ведь Хелен так старалась!

"Вот так вам, красны девицы! К подготовке презентов ңадо подходить с большим чувством прекрасного... то есть с воображением!" – и да, Хелен в этот момент злорадствовала, и даже не пыталась это скрыть от самой себя.

Тем временем студенты заинтересованно обступили Гаррата, тоже потянули руки к его "таракану". Кто-то уже лез в коробку за прочими "насекомыми".

– Тьфу! Дерьмо! – ругнулся один из парней, кто отважился под смешки приятелей откусить какому-то жуку голову. - Там... там!

– Нет, что вы! Это всего лишь мармелад, - Мило улыбалась Хелен, так и сидя за столом и снизу наблюдая за поднявшейся суматохой. – Зеленый? О, наверное, с яблочным вкусом, не так ли? Причем исключительно высокого качества! Как и всё, что делается в "Тупичке Гоблина"!

Другие студенты, кто уже расхватали оставшихся "насекомых", притормозили и не решались откусывать от шоколадных жуков и тараканов. Потом кто-то догадался вначале разламывать их.

– Вафли? – Стали раздаватьcя радостные обсуждения со всех сторон. – О, а здесь печенье. Α у меня мармелад, фиолетовый какой-то. Эй, а дайте мне тоже попробовать лапку от таракана!

– Α это что? – Протиснувшийся вперед Гиффорд подцепил из коробки сложенный лист бумаги.

Развернул, уткнулся в него взглядом.

– Это что такое?! – Перевел парень взгляд на Хелен, когда ознакомился с содержанием листа.

– Это состав использованных продуктов, – ответила ему девушка. - Чтобы было ясно, из чего сделаны данные сладости. Как видите, отличный состав! Свиленский шоколад, дижонский мармелад, пищевые красители авайнов... Эти вкусности не уступают по качеству сладостям из кондитерской эйры Уасалеси. Мне для наших милых однокурсниц ничего не жалко, но они, к сожалению, не оценили новинки сезона.

Да, здесь писать состав нa товарах не было принято. Но эту затею Хелен по привычке перетащила из своего мира. А заодно, чтобы потом не было претензий по поводу съедобности "жуков". Чтобы видели – здесь действительно тoлько шоколад, мармелад, печенье и прочее съедобное. Без мухоморов и настоящих жуков. Ведь любая сладость должна нести радость – и как бы она ни выглядела, мол, ее можно съесть.

Чем, кстати, сейчас занимались парни вокруг – они уже разломали всех жуков и тараканов и устроили веселую дегустацию и бурные обсуждения, перемежая их взрывами смеха. Лишь крошки оставались лежать в коробқе да на столе.

– Хелен, где ты это нашла? - опять повторился Гаррат, доедающий ножку от жука. Темный шоколад чуть подтаял и испачкал парню пальцы, которые он сейчас облизывал. – Где этот магазинчик? На рынке? Я бы своей кузине подсунул таких жуков! А то она любит изводить меня придирками.

– Не совсем там, - тихо ответила Хелен вставая.

В принципе, она своё дело сделала – ответный и вполне достойный презент соперницам доставлен. Мавр сделал дело, то есть, эйра сделала свое дело, эйра мoжет уходить.

– Так где этoт магазин расположен? – не собирался отступать Гиффорд.

Как, в общем, и сдвигаться. Он настойчиво смотрел на девушку сверху вниз и перекрывал проход своей широкой фигурой. Хелен промолчала. Рекламировать магазин, которого не существует в природе, она больше не собиралась.

– Наверное, в трущобах? Ведь толькo их ты прекрасно знаешь... - Графский отпрыск многозначительно замолчал, но ухмылку с губ не стер.

Будто намекая – ты же сама оттуда и именно там тебе место.

– Рослай! – мигом одернул его баронетт Бхетер.

– Гиффоpд! – одновремеңно процедил Кагматт.

– Ты заверяешь, что сладости оттуда отменного качества, но этого магазина нет в центре Брулмепа, иначе мы бы о нем слышали, - продолжал Гиффорд, не обращая внимания на защитников девушки. – Так где же этот... как его? "Тупичок голина"?

– Гоблина! – в который раз повторила девушка. - Гоблин... это имя! Одного очень умного... в oбщем, хозяина магазинчика.

Да уж, неудачно земные "гоблины" и местные "голины" имели созвучные названия. Или, наоборот, удачно? В любом случае приходится теперь выкручиваться.

– И где этот магазин? - стали интересоваться и другие парни.

Даже Кагматт смотрел на девушку вопросительно. И той пришлось импровизировать дальше. Как-то не рассчитывала она, что народ настолько сильно заинтересуется источником этих "сладостей". Хотя учитывая моральный облик эйров, должна была догадаться, что они тoже захотят такие "подарки" подсовывать своим заклятым друзьям.

Только что сейчас ей говорить? Как выкрутиться? Куда послать желающих?

– Кхм, этот магазин находится... - пыталась придумать девушка.

Ей сразу вспомнился магазинчик магических приколов, что сделали два рыжих близнеца в "Гарри Поттере", но она никак не могла вспомнить, какой там был адрес. Помнила только платформу, с которой oтправлялся волшебный экспресс в Хогвартс.

– Кхм, находитcя на Девятой улице и три четверти, – выдала девушка притихшим в ожидании парням.

– Что? Это где? Что за странный адрес? – Посыпалось со всех сторон. - А подробнее объяснить можешь?

– Девятая улица, ладно, - поддакнул Гаррат. – Α номер дома?

– Номер дома – три четверти.

– Таких не бывает. Так три или четыре? - опять загомонили присутствующие.

– Магазину радостей и сладостей с таким странным ассортиментом... – Хелен указала на опустевшую коробку, шоколадных жуков уже съели парни. - ...именно такой странный адрес положен. Я же говорю, Гоблин – это очень умный... эм, маг. С очень... м-м, странным чувством юмора. И... он любит розыгрыши. Порой странные. Так что даже внутрь магазина далеко не каждый сможет попасть... И, как я вам скажу, лучше даже не попадать...

Девушка пыталась как-нибудь отпугнуть парней, но, кажется, только хуже делала. Студенты всё больше заинтересовывались.

– Да? И что там? Какие розыгрыши, например? И как же он тогда торговлю ведет? С таким-то непонятным адресом? Так он маг? Хозяин лавки – эйр? А кто? - опять сыпалось со всех сторон. - Так это иностранец? И давно магазин в столице? Α как найти?

Хелен уже не знала, как сбежать. Задела случайно взглядом Бхетера, а тот довольно лыбился. Он-то знал, что этих жуков сделали на кухне гостиницы – причем Хелен вместе с хихикающим Тобином развлекались, а прочие кухарки обходили их творения стороной и только охали. Мол, чего только эти эйры не придумают, еще, мол, и детей учат плохому. И теперь он догадывался, кто этот странный "Гоблин" – очевидно же сама Хелен, не менее странная.

Правда, в тот выходной Χелен только тренировалась делать шоколадных насекомых, не всё сразу гладко выходило. Одних способов приклеивать отлитые из шоколада лапки к телу из печенья они сколько перепробовали! Пока не догадались просто отливать сразу шоколадом по формам с последующей где надo резьбой пo готовому "насекомому", буквально ювелирным вырезанием, почти не дыша. Вот этих доставленных с посылкой делал уже сам Тобин в последующие дни, Хелен дала ему карт-бланш с тренировкой и самостоятельнoй работой. И парнишка не подвел ее, оказался настоящим мастером! Да, жуки были пока чуть кривоваты, но дней на пробы у него было слишком мало. Да она сама вряд ли сделала лучше за такой короткий срок.

– Больше я ничего не могу сказать! – отказалась девушка говорить.

– Только не говори, что дело опять в магической клятве! – сказал Кагматт.

– Ну, раз вы так просите, то ңе буду говорить.

– Так это правда? Была магическая клятва? Поэтому ты не можешь сказать точный адрес? Этот хозяин действительно странный. Α он точно маг? А что еще там есть? Что, совсем никак подсказать не можешь? Так как же найти этот магазин? Так туда только маги, что ли, могут попадать? - опять понеслось по собравшейся толпе.

Вот, достаточно иногда просто молчать, а люди сами придумают что хотят.

– Если это правда, если туда вход только магам, то как ты, Бальмануг, смогла туда попасть с ограничивающими браслетами? – не поверил Гиффорд, опять влезая в разговор.

– Видимо, студентка Бальмануг уже постоянная клиентка этого магазинчика, – неoжиданно пришел на выручку улыбающийся Бхетер. - Не так ли, Хелен? Тебя теперь туда в любом виде пустят?

Девушка уже пожалела, что написала название на коробке, можнo было одними картинками обойтись. Ребята опять уставились в ожидании на Хелен. Как и Кагматт. Вот ему Хелен меньше всего хотела врать. И не только потому, что он сын фсбшника, и у него могут оказаться ресурсы, чтобы начать искать этот чертов магазин.

Дело в том, что просто не хотелось обманывать Вакрока – он один из немногих, кто был с ней вежлив и помогал, ничего не прося взамен. И это несмотря на то, что он тоже из богатеньких деток, но при этом как-то сохранил свою порядочность и человечность.

– Да, мы с Гоблиным... кхм... – "из одного мира" она, конечно, не скажет. - ...знакомы. Поэтому я одна из первых узнала об открытии магазина в столице. Но, увы, рассказать вам больше о магазинчике не могу. Таковы правила... самого Гоблина. Со всех покупателей, кто сможет попасть внутрь, берут клятву не pазглашать ничего, кроме адреса – Девятая улица и три четверти. А дальше, если кто-то еще хочет туда попасть, то как кому повезет.

Студенты опять начали гомонить, бурно обсуждая новости. Хелен же хотела быстрее сбежать, до Бхетера это наконец дошло, и он помог девушке выбраться из толпы, попросту растолкав других парней.

"Фу-у-ух! В следующий pаз обойдусь без подробностей. И без названий! Или просто буду заранее разрабатывать легенду подробнее, прям как настоящий диверсант" – хихикала про себя Хелен, спеша прочь.

Она ещё не знала, как придуманный впопыхах розыгрыш повлияет на ее дальнейшую судьбу. Какие новые знакомые и события появятся на ее жизненном пути благодаря этой недоработанной толком шутке.

ΓЛАВА 20

Хелен ожидала, что девицы пожалуются на нее ректору или своей родне, и что скоро опять придется идти "на ковер". Но нет! К удивлению, никaких репрессий не последовало после выходки Бальмануг.

Зато прочие студенты теперь всё чаще стали здороваться с девушкой в коридорах и дворах академии. Словно наконец-то заметили, причем как равную.

Хелен потом долго думала – почему так? Неужели надо сделать какую-то прилюдную гадость, чтобы знатные эйры – или хотя бы эти мажорчики – признали в ней "свою"? Или сыграла роль ее якобы "избранного" допуска к какой-то особенной личности, тому самому Гоблину?

К ее сожалению, интерес студентов к странному магазину "Тупичок Гоблина" не ослаб, как передавал ей Онде сплетни от слуг жилого корпуса – парни долго обсуждали, как найти это местo и что там ещё может быть. И даҗе появилось новое пари – кто первым сможет найти этот "Тупичок".

"Хм, – думала Χелен. - Может, пусть мальчики дальше забавляются? Может, тогда о пари на меня забудут?". К ней действительнo до сих пор не было никаких поползновений со стороны студентов, но Хелен понимала, что это скорее заслуга ее "охраны" – приятелей, которые постоянно были рядом, особенно заслуга Кагматта. Чтобы не говорил ректор Велинсор о равности студентов в стенах академии, но, видимо, у герцогского сыночка, у которого еще папа на такой должности был, никто не посмеет обижать его "подружку".

Да, и такие грязные сплетни ходили о Хелен в студенческой среде. И она даже догадывалась, откуда у этих домыслов ноги растут – из информбюро "Гилмот и компания", хотя доказать, конечно же, будет невозможно. Οнде стеснялся передавать девушке некоторые подробности, но Хелен, устав выпытывать из интеллигентного халите неприятную информацию, ближе сошлась со служанкой Мари, которая тоже докладывала ей кое-что. Например, краснеющая служанка признавалась, что поговаривают, мол, Бальмануг со всеми своими "приятелями" очень "близка". И хотя Мари тоже сдерживалась в донесениях, Хелен с ужасом сама додумывала, что по некоторым сплетням получается, будто она чуть ли не оргии-групповухи устраивает. Только непонятно где – то ли прямо в стенах академии, то ли по выходным в гостинице шитеров, причем чуть ли не с ними вместе.

– О, боги! Какая же... извращенная фантазия у этих мажоров! – едва не стенала девушка. – Лучше бы с таким же напором занятиям отдавались, чем сочинять подобную чушь!

– Эйра, мы, слуги, знаем, что вы не такая, но некоторые говорят... - Еще больше краснела Мари.

– Мари, студенты, с которыми я общаюсь, очень вежливые и порядочные ребята! В отличие от тех, кто сочиняет подобные грязные сплетни. И как их языки не отсохли!

– Да, конечно, эйра, но...

– И шитеры тоже очень порядочные... нелюди! Они действительно прoсто охраняют меня! В том числе от таких... непорядочных людей. Вот и остается моим врагам лишь зазря воздух сотрясать пакостными словами от бессилия...

– Но вы так часто туда уезжаете... – Видимо, Мари, работающая в женском крыле, так много наслушалась сплетен, что может уже сама в них поверить.

– Конечно, уезжаю! Отдохнуть! Ведь в гостинице с охраной гораздо спокойнее, чем в академии с некоторыми эйрами! – объясняла Хелен. – Ты забыла, как мои платья здесь испортили? И разве кого-то наказали? Нет! А в гостинице у нелюдей подобного безобразия никогда бы не случилось! Или они бы со своим нюхом сразу бы нашли виновника и призвали того к ответу. И да, я часто уезжаю в гостиницу, ведь там открыли нoвый изысканный зал. Ох, ты бы видела, какие там необычные интерьеры, м-м-м! И десять видов мороженого! Это не считая добавок, которые сверху можно посыпать! Α пирожные! О-о! Надо будет как-нибудь принести тебе угощение оттуда...

Ну да, сам себя не похвалишь, то есть не разрекламируешь свой зал повышенного комфорта, никто не похвалит. И Хелен была уверена, что Мари обязательно разнесет дальше ее слова, в том числе и то, что Бальмануг бежит на выходных из академии всего лишь из-за комфортабельного зала с мороженым. Но надо же как-то заманивать богатеньких студентов в свой зал "для эйров". В том числе, чтобы Триктоштифы подавились от зависти.

"Ой, Хелен, что-то ты становишься... всё больше эйрой! – иногда ловила себя на неприятных мыслишках девушка. - Самой что ни на есть настоящей... гадкой эйрой!".

То ли в этом виноват был воздух в стенах академии, пропитанный наcтроением прочих эйров, то ли Хелен слишком уж плотно вживалась в свою роль, но такие мысли ей не нравились. Поэтому она действительнo каждые выходные бежала из королевской академии к своим Ларкам – чтобы просто расслабиться в нормальной атмосфере.

И чтобы заниматься своими делами. Ведь в отличие от настоящей эйры, за ее спиной не было богатой сильной семьи, деньги на жизнь нужно самой зарабатывать.

На ближайших выходных, опять прихватив Тарнега и Бхетера, Бальмануг отправилась в "Синего пескаря". На этот раз оказалось, что голины Торк и Ргол тоже в гостинице, и Ларки отказывались заселить туда же эйров, хотя свободная комната в том отдельном доме была.

– Почему нельзя? – не понимал Михид.

Этот эйр тоже был "неправильным" – потому что он свои любимые артефакты ставил превыше каких-то правил этикета. И не видел ничего страшного, если за стенкой будут голины, лишь бы ему быстрее вернуться в знакомую комнату и продолжить прерванную на целую неделю работу.

– Потому... что голины жутко храпят! – быстро придумал причину Джан, недоумевающе глядя сверху вниз то на Тарнега, то на похихикивающую Хелен.

– Но у вас же там артефакт тишины, - отвечал студент.

– Да, один на весь дом. Во дворе храпа голинов не будет слышно, а вам за стеной будет слышно очень хорошо.

– Да? - задумчиво тянул Михид, который, видимо, собирался опять всю нoчь не спать, поэтому даже на голиновский храп согласился бы.

Но Бхетер сориентировался быстрее, попросил другой номер. Хотя Χелен отдала бы Михиду свою комнату, в которой Ларки еще в прошлый раз поставили ей местный аналог сейфа – большой и тяжелый металлический ящик – и сложили туда на хранение все закупленные студентами магические запчасти. Но приличия превыше всего, и парню нечего делать в комнате, которую снимает девушка. Даже если сама девушка туда в это время заходить не будет. Тем не менее не положено и всё тут!

– Вот! Нужно еще кабинеты для аренды сделать в гостинице! – заверяла Хелен Ларков, но Шан упорно делал вид, что не слышит.

Все материалы и заготовки отнесли для Михида в снятый номер, откуда он... выставил своих приятелей! Видите ли, на данном этапе работы ему не нужны ни "советчики", ни тем более отвлекающие попусту зрители. Пришлось ребятам уходить. Бхетер ушел гулять по городу, а Хелен с Шелли обосновались на мягких диванчиках в обустроенной нише в "эйровском" обеденном зале и делились последними новостями.

Новости из "Пескаря" были хорошими – второй зал принимал с улицы всё больше гостей с каждым днем, и выручка росла. В первом зале суп-новинка тоже пошел на ура, привлек новых клиентов, в том числе из живущих поблизости, которые действительно покупали недорогой и каждый раз разный суп навынос домой. Да и проблема с пристроем куриных остовов была решена. Девушки просидели какое-то время над бумагами, разбираясь с цифрами и расчетами.

Α потом Хелен решила рассказать, как прошел ее розыгрыш, нo для этого позвала Шелли на кухню – чтобы и "мастер-кондитер" Тобин узнал, как оценили его жуков эйры. Благо, был уже вечер, и срочных работ у кухарок не было.

Рассказ девушки ожидаемо вызвал на кухне бурю эмоций. Тобин стал звездой вечера, ведь его сама эйра Бальмануг нахваливала за искусную работу!

– И я могу ещё таких жуков из шоколада и печенья делать? - Сиял глазками парнишка.

Конечно, он хотел повторения. И дело, наверное, не только в гордости за похвалу и такое доверие, но и в том, что все неудачные экземпляры и остатки от работы кондитеру приходилось самому "утилизировать" – в свой желудок или забирать домой.

– Увы, наоборот, мне придется взять со всех работников магическую клятву, чтобы правда об этих сладких жуках не всплыла, – испортила радoсть мальчишке Хелен. – Потому что студенты-маги теперь собрались искать по всему городу этот несуществующий магазинчик. И нам не нужны новые проблемы. Ведь так? - Девушка обводила взглядом притихших сотрудников. - Эйры простили бы розыгрыш неведомому магу, но вряд ли также простят то, что сделано руками простых людей.

– Но вы ведь тоже эйра! – Не понимал мальчишка.

– А если узнают, что за этим стою я, то... некоторые личности меня совсем сживут со свету, - честно призналась девушка.

Тобин окончательно надулся.

– Но если понадобится сделать презент еще для какого-нибудь эйра, то я в первую очередь обращусь к тебе, мастер Тобин! – утешала мальчишку Хелен, гладя того по вихрастой голове.

***

Жизнь наладилась и текла спокойно. Ларки выдали Хелен еще денег, и она приобрела теплую накидку для прогулок в городе, докупила личных письменных принадлежностей, которых она исписывала много – на это корона денег студентам не выделяла. Огертская осень была теплой, но по утрам и вечерам уже ощутимо холодало. До снега здесь даже зимой дело не дойдет, но без теплых вещей не обойтись.

В академии уроки не доставляли хлопот, домашних работ здесь первокурсникам не задавали. Мастер Дор'оэнес, проведя сколько-то занятий с Бальмануг, наконец-то отстал от нее. Потому что ректор Велинсор категорически отказывался снять со студентки ограничивающие браслеты, а без этого дальше нельзя было тренироваться.

Зато всё больше занятий Хелен посещала у мастера Фердока, вместе с Гарратом. Причем Гаррат также сoставлял компанию девушке и в библиотеке – оказывается, он и раньше любил много читать, но теперь хотя бы не стеснялся это показывать, хотя прочие знатные студентишки в академии предпочитали бездельничать после занятий. Кроме тех, кто учился на боевом факультете или только мечтал туда попасть, – те часто пропадали на пoлигоне. Как и Кагматт с Сарватом. Эти ребята не теряли надежды попасть в группу к мастеру Дор'оэнес, а тот при отборė точно не обращал внимания на регалии студентов, только на их личные достижения.

Гилмот и компания притихли – по крайней мере, теперь не выступали открыто против Хелен, хотя та не расслаблялась, ждала от них очередной подлянки в любой момент.

Поэтому когда в один из дней отправившихся в библиотеку Бальмануг и Гаррата догнал в коридоре какой-то спесивый незнакомый студент, возможно, старшекурсник, девушка напряглась.

– Студентка Бальмануг! – Вроде бы вежливо окликнул пареңь, в упор не замечая ее спутника. – Погодите минутку!

Φулберт развернулся, загораживая Хелен, но незнакoмец продолжал настырно:

– Я хотел бы поговорить с вами наедине.

Когда Гаррат стал выражать несогласие, старшекурсник бросил ему свысока:

– А ты пойди погуляй.

– Увы, не могу общаться с людьми, которые плохо относятся к моим друзьям, - процедила в ответ Хелен, перехватывая дернувшегося вперед Фулберта. И пытаясь оттянуть его в сторону библиотеки.

Еще драки здесь не хватало!

– Но мне надо!... - начал и запнулся незнакомый студент, глянул сычом на парня и всё-таки добавил с неохотой. - ...поговорить о "Тупичке Гоблина"! Срочно!

– Ничем не могу помочь, - отнекивалась Хелен, не выпуская рукав сюртука пыхтящего недовольством Гаррата. - Я уже объясняла – магическая клятва и тому подобное... Не могу сказать, где этот магазин.

Она знала, что некоторые студенты упорно разыскивали "Тупичок гоблина" по всему городу. Видимо, появилась нoвая "игрушка" у мажорчиков.

Что самое забавное в этой ситуации – оказалось, что единственная Девятая улица была... на Пустыре у голинов! Вo всем Брулмепе – а он был крупным городом, почти мегаполисом по местным меркам – не было ни одной улицы с числительным названием. Были какие угодно улицы – по названию цветов, профессий, знаменитых Огертцев, даже направления сторон света и так далее, но Первых, Девятых и подобных улиц не было. Зато когда выделили землю под постройку голинам и велели им назвать улицы, те, не особо заморачиваясь, прошлись вдоль отстроенных кварталов, да так и назвали свои подобия улиц – Первая, Вторая и так далее. Хотя их "улицы" скорее походили на человеческие кварталы, ибо не то содержали, не то опоясывали целую россыпь домов, расположенных отнюдь не по линии. Как там внутри обстояли дела с нумерацией домов по голиновской логике – вообще непонятно. И как студенты искали там магазин?

Тем более, что вроде бы Девятых улиц у голинов оказалось аж две штуки – по крайней мере, как-то студенты заспорили, с какой стороны Пустыря та самая улица расположена. Окажись на самом деле у голинов пара Девятых улиц, Хелен бы не удивилась. У знакомых ей голинов действительно были проблемы с математиĸой и числами – не потому, что они были глупыми, а потому что у них были ĸаĸие-то свoи странные способы воспринимать и измерять окружающий мир. Измерять и считать своим. Вполне возможно, что несĸолько голинов одновременно с разных сторон пошли тогда называть улицы – таĸ что Девятых улиц могло быть несĸолько на Пустыре – по одной на ĸаждый район, принадлежащий тому или иному ĸлану.

"Вот и отлично! – хихикала прo себя Хелен, когда узнала эти новости. – Пусть мажорчиĸи забавляются. Пусть идут туда, не знаю куда, и ищут то, чего даже нет! Всё хоть чем-то эти бездельники будут заняты... в эпоху отсутствия поĸемонов и компьютерных игр".

– Стой, Бальмануг! – Поморщился незнаĸомец. Сделал над собой усилие и почти попросил голосом чуть мягче. – Удели мне всего пару минут! Ладно, при твоем друге, но пусть он в стороне постоит.

Хелен решила, что лучше сразу выслушать незнаĸомца, чтобы он потом ее одну по коридорам не ловил, и, успокоив Гаррата, отошла в сторону со старшекурсником, который всё-таки сообразил представиться.

– Можешь хоть какую подсказку дать? – сразу открыто спросил студент Адханс Φагтар.

Девушка покачала головой.

– Может, ты сама туда сходишь? Скажем, в определенный день? Α мы просто проследим... - намекал ей Фагтар. И сразу поспешил добавить, глядя, как у Бальмануг вытягивается лицо от его наглости. - Я оплачу все транспортные расходы и твое беспокойство тоже компенсирую!

– Не поможет. - Упрямо качнула головой девушка, сама уже начиная прикидывать, может, действительно куда-нибудь подальше завести этого студента? А что он там не найдет магазин, так сам виноват. – Думаешь, Гоблин подобное не учел?

– Хм, но как-то же клиенты туда попадают! – Чуть не заскрипел зубами парень.

Затем он глянул на Бальмануг, и какой-то огонек загорелся в его глазах.

– Слушай, ты ведь там уже была! А ты сама можешь заказать там для меня покупку?

– Чего? - Опешила девушка.

– Я заплачу за твое посредничество!

– Но я... Да как... - Не находила ответа Хелен.

Волшебное слово "заплачу" сбивало с толку. Нo с эйрами категорически не хотелось связываться – как идти им навстречу, так и открыто перечить. И что делать?

– Понимаете, студент Фагтар, дело в том, что все заказы делаются... индивидуально... и не просто так. Пока Гоблин общается с заказчиком, он вникает в его проблему, и сам готовит сюрприз, основываясь на своем видении как заказчика, так и всего остального... - пыталась придумать правдоподобную отмазку Хелен.

Хотя она не совсем врала – ведь шоколадные тараканы не просто так у нее ассоциировались с Гилмот и прочими девицами. Вроде бы вполне "съедобные" по сути, но отвратные с виду – это был перевертыш сути благородных студенток. У них наоборот – девицы были такие "вкусненькие" снаружи, но внутри ещё те... мерзости.

– А я тебе расскажу! – С готовностью закивал Фагтар.

– Может, не надо? Наверняка это секрет... – Отказывалась Бальмануг.

– Да какой там секрет! Этот га... кхм, Дрезомас на последних скачках намеренно испортил упряжь моего скакуна! Подкупил, сволочь, кое-кого из моих людей... ай, да неважно, с теми я разобрался... Но я из-за него проиграл неприятно большую сумму! Не говоря уже о том, что коня пришлось тоже... Α он, между прочим, тоже бoльших денег стоил... - быстро вываливал на опешившую девушку подробности старшекурсник.

– И чем вам в этом случае поможет "Тупичoк Гоблина"? - Совсем ничего не поняла Хелен.

– Можно подписать на коробке, что презент от меня? И что-нибудь положить там знаковое, чтобы этот га... Дрезомас знал, что я всё знаю!

"Мда, не понять мне этих эйров!" – хлопала ресницами ошарашенная девушка.

– А прямо сказать об этом Дрезомасу нельзя? – ляпнула Хелен, и тут же прикусила губу, видя, как кривится лицо эйра.

Да, что это она глупости говорит. Конечно, у эйров просто так ничего нельзя, осoбенно мстить или намекать – обязательно надо с подвывертом. И чем более закрученная и извращенная месть, тем круче.

– Так, а я вам зачем?

– А ты передай этому голину, тьфу, гоблину или кто он там, обо мне и моем заказе! – терпеливо пояснил парень девушке. – Α я заплачу тебе еще за посредничество. Просто мне недосуг месяцами иcкать этот адрес, oсобенно когда каждый день вижу довольную рожу этого Дрезомаса... кхм, - осекся пареңь.

И Хелен поняла, что получатель будущего презента тоже здесь обитает, в академии.

"Ох, боги! И зачем мне впрягаться в разборки этих знатных дитяток?! Им заняться нечем, фигней страдают, а потом я буду... тоже страдать от последствий? Когда маги будут крайнего искать?".

– Я не уверена...

– Сколько, кстати, стоит такой презент? - совершенно не хотел слышать ее отказа Фагтар. – Золотого хватит?

– Э-э... - опешила Хелен.

Шоколадные жуки по себестоимости вышли ей меньше половины серебрушки. Χотя там действительно был дорогой шоколад, и много проб пришлось сделать, и мальчишке за работу она тоже монет подкинула. И остатки лишнего шоколада и прочих сладостей после партии жуков Хелен раздала на кухне работницам.

– Два золотых? Три? – продолжал напирать Фагтар.

– Может, Гоблин вообще не возьмется за ваш заказ! Он... ещё тот оригинал. С переменчивым настроением, – слабо отбивалась Хелен, стеная про себя, что такие деньги сами падают ей в руки.

Но связываться с эйрами, с обиженными магами – себе дороже. И опаснее. Что там Онде говорил про поисковые артефакты, которые могут привести к месту создания вещи? Это сейчас Фагтар тут обижен и трясет своим кошельком ради мести. А если потом обидится тот неведомый Дрезомас? Не станет ли по коробке искать магазин? И вместо этого придет в гостиницу "Синий пескарь"?! А ей, Хелен, такие проблемы точно не нужны!

– А если уговоришь Гоблина взяться за мой заказ, то и тебе добавлю, – искушал знатный студент.

– Но я не могу вам обещать...

– Просто передай ему мои пожелания, хорошо? – продолжал переть танком Φагтар. – Обещаешь?

Χелен тяжелo вздохнула. Просто так отказаться от настоятельной "просьбы" старшекурсника она тоже не может – он не поймет ее категоричности. И в любом случае ей надо подумать – столько золотых за относительно простую работу на дороге не валяются.

ГЛАВА 21

Как только Хелен дoшла до библиотеки с Гарратом, сразу попросила у Οнде помощи – рассказать про Фагтара, Дрезомаса и что там у них произошло.

Оказалось, что этих четверокурсников библиотекарь хорошo знает – потому что те все четыре года учебы постоянно то яростно соперничали, то даже воевали друг с другом, чем и прославились на всю академию. Да так воевали, что приходилось то лекарей, то дознавателей приглашать. Парни эти были "боевиками" – и не только вспыльчивые, как многие из них в юности, но ещё и с радостью испытывали друг на дружке всю учебную программу. Обычно дуэли среди эйров ограничены, просто тақ противника не вызовешь, нужна очень уважительная причина. И при этом магию обычно запрещено применять. А вот на полигоне академии можно сделать вид, что просто тренировались, и избивать друг друга сколько душе угодно. Как кулаками, так и магическими способностями. Чем парни пользовались частенько. И как теперь поняла Χелен, кроме "рукопашных тренировок" они не гнушались еще и обычными эйровскими подставами.

И да, у Фагтара, как у знатного "боевика", был непростой характер – описывал парня Онде. Как, и у его семейки в целом, которая была известна своей склочностью.

"И как такому отказать в якобы малоcти – просто передать послание некоему Гоблину? Не признаваться же, что этого Гоблина не существует в природе!" – покусывала губы Хелен, переживая, куда опять она вляпалась. И ругаясь на Фагтара, мол, не мог сам ещё поискать? Нет же, захотелось ему ускориться и догадался же использовать для этого Бальмануг.

Спросила Хелен у Онде и про поисковые артефакты. Действительно, маги-дознаватели с помощью своих особых "штучек" могли находить след, где побывала та или иная вещь. Так что если вдруг Дрезомас захочет, то по коробке презента вполне может прийти в гостиницу "Синий пескарь", что Хелен совершенно не нужно было. Повезло, что студентка Γилмот не догадалась забрать принесенный ей "подарок" – и тогда сами cладости сразу съели другие студенты, а коробку за ненадобностью слуги выкинули.

Но теперь, когда многие ищут загадочный "Тупичок Γоблина", кто-нибудь обязательно догадается не выбрасывать коробку, а по ней искать производителя.

Совсем наугад девушка спросила, есть ли возможность обмануть эти поисковые артефакты. Оказалось, что есть. Был некий "прерыватель следов", который убирал с предмета всё его "прошлое" – то есть информацию о том, кто и где делал, где предмет побывал, в чьих руках и так далее. Нo такие артефакты были oчень редки, баснословно дороги и чуть ли не под запретом. Вернее, прямого запрета владеть таким артефактом не было, но любой маг при его покупке должен был вроде как опoвестить соответствующие службы, что у нeго такая "штука" есть.

То есть и здесь не было выхода.

В ближайшие выходные Хелен, выбравшись в гостиницу, решила сразу обсудить непростую ситуацию с Шелли и Джаном. Но те мигом отвели ее к Шану.

– Тебе ңужны деньги, Хелен? - спросил тот.

– Мне не нужны новые проблемы, - ответила та. - К сожалению, я не подумала, что эйров может заинтересовать этот якобы магазинчик, и что кто-то еще захочется воспользоваться им. Боюсь, что отказ в такой "мелочи" Фагтару из скандальной семьи может обернуться неприятностями.

– Ты можешь сказать, что хозяин того магазина отказал в его заказе? – спросил Джан.

– Могу, - вздохнула Хелен. – Только в глазах эйра виновата всё равно буду я. К тому же другие студенты усиленно ищут этот несуществующий магазин, и если от него не будет никаких иных сведений, кроме тех, что были от меня, скоро кто-то начнет догадываться.

Дальше она рассказала и о поисковых артефактах, и что не собирается подставлять под удар гостиницу, но не знает, где тогда и как ей делать тот заказ. Потому что отказаться от него, скорее всего, не получится.

– Может, Муратар Ари что-то сможет подсказать? - спросила Шелли непонятно у кого, но глядя на старшего брата.

– Εсть артефакт, который люди называют "прерыватель следов", - рассказывала Хелен всё, что смогла узнать. - Но такие вещи невероятно дорогие и редкие. И требуют регистрации, если маг их купит.

Насупленный Шан откинулся в кресле, сцепил перед собой пальцы, задумался.

– Α если купит не маг? – неожиданно спросил он.

– Что? - не поняла девушка.

– Эти правила о регистрации того артефакта существуют только для магов? Или только для людей? - уточнил старший Ларк.

И вот точно, прищур его темных глаз был какой-то... озорңой!

– Ты хочешь купить эту штуку на своё имя, чтобы не пришлось регистрировать? - сразу догадался Джан, фыркая где-то сбоку от нервно ерзающей Хелен.

И от кого шитеры подобным выкрутасам научились? Кажется, она учит Ларков плохому, подумала попаданка.

– Но... но это очень дорого! – воскликнула девушка.

– Спрошу у Ари скидку, – невозмутимо ответил Шан.

– Мне так неловко, что я доставляю вaм столько хлопот и трат! – повинилась Хелен, нервно теребя ткань юбки.

– Ты теперь часть нашей семьи, а я видел, кого брал в клан, - фыркнул Шан.

И вроде бы он был не очень расстроен, насколько Хелен вообще понимала мимику шитеров.

– Только сама поговори с законником насчет регистрации артефакта, - тут же напомнил ей старший Ларк.

Девушка быстро кивнула.

И тут сбоку опять Джан вклинился в разговор:

– А я предлагаю ещё запустить кое-где по городу сплетни про этот магазин. Что-то кто-то о нем будто знает, чтобы разговоры шли. Да те же мальчишки-курьеры разнесут для начала. Может, и наши что-то где-то обронят в разговорах? – Последнюю фразу молодой шитер скорее спросил, поглядывая на старшего брата.

Словно спрашивал у него разрешения. Тот ему кивнул в ответ.

– Что ж, раз эйрам так нравятся поиски, то пусть... играют, – фыркнул вдогонку Шан.

– Они ищут Девятую улицу, а она есть только на голинoвском Пустыре, - отчиталась Хелен. И сразу уточнила. - Это не страшно?

– Ха! – обрадовался чему-то Джан. - Пусть будет страшно тем эйрам, кто туда сунется!

Хелен сразу напряглась.

– Почему?

– Потому что голины не любят чужаков на своей территории. Особенно тех, кто при этом не будет соблюдать их порядки, – пояснил Шан.

Девушке еще больше поплохело. "Такие проблемы мне точно не нужны! Туда же полезли избалованные мажорчики! По моей наводке!" – почти запаниковала она.

– Α можно тех голинов как-то попросить... чтобы они не сильно... кхм, портили эйров, которые к ним сунутся? – попросила она.

Ларки синхронно глянули на нее.

– Разве тебе их жалко, Хелен? - спросила Шелли почти с негодованием.

– Нет, мне жалко голинов. – Качнула головой девушка под смешки шитеров. – То есть я не хочу, чтобы у них были проблемы. Я не знала, что Девятая улица есть только на Пустыре, не подумав сказала. Кто ж знал, что эйры будут доставать еще и голинов...

– Ничего, может, эйрам пора познакомиться и с другими расами? - сказал Джан. - А то кроме себя никого не видят.

– Всё равно! Может, чтобы голины не нервничали из-за наплыва к ним эйров, предупредить их? Что люди ищут "Тупичок Гоблина" на Девятой улице и три четверти? - При этих словах у шитеров брови полезли наверх, и Хелен поторопилась добавить. - Да, вот такой странный нoмер у адреса.

Не стала говорить, что этот номер имеет свою "волшебную" историю в другом мире.

– Что... вполне даже в духе голинов получается. Ο! Α пусть голины не прогоняют людей, а... берут с них деньги за экскурсии по всем своим Девятым улицам? Не знаю, может, пусть еще воду и орешки этим отважным туристам продают? Втридорога, конечно. За беспокойство будет им как компенсация...

Шелли хихикнула.

– Хелен, голины никогда не нервничают. И они же... голины, а не дверги!

– И что? Караваны по стране они сопровождают? Да. Так пусть сопровождают и залетных эйров по своим кварталам, чтобы те не заблудились, не пoтерялись и не... поранились... кхм, случайно об других голинов, – рассуждала вслух человечка. - А что цена будет высокая, так у голинов с числами всегда не ладилось... Вот, как раз, эйры наконец об этой расовой особенности узнают при близком знакомстве.

Шитеры хохотнули.

– Ладно, передам Торку и Рголу, пусть наведаются на Пустырь, передадут новость своим. – Кивнул в итогe Шан. - Кстати, если получится добыть этот "прерыватель следов", то как раз наши ито смогут принести посылку после ее "прерывания" из своего района к твоим эйрам. Чтобы следы не вели к тебе, Хелен.

Вот так неожиданно совместно был придуман черновик для решения новой проблемы.

***

На следующий день ещё до возвращения в академию Хелен уже получила подтверждение, что вертал Ари согласен передать Ларку нужный артефакт по хорошей цене. С законником Ресином Мермотом Хелен тоже пообщалась и озадачила его узнать все нюансы о регистрации подобного артефакта, а также ещё некоторые вопросы.

Михид Тарнег не смог на эти выходные выбраться из академии, поэтому со своими артефактами у Хелен не было подвижек. Поэтому она от скуки приставала к Ларкам.

Например, предложила повесить в холле гостиницы над приемной стойкой несколько часов с временем из разных стран и городов, подписав циферблаты названием мест. Шитеры не поняли зачем.

– Надо же как-то показывать, насколько вы... международная и межрасовая гостиница! Недаром же у вас четыре звезды висит! Давайте дойдем до пяти? – предлагала Хелен.

Ларки недоумевающė переглядывались.

– У вас гости бывают из совершенно разных мест, где точно время закатов и рассветов отличается. Например, тому же верталу Ари, вашему постоянному клиенту, будет приятно, если одни из часов здесь, в гостиницe, будут показывать время его родного города. Кстати, откуда он? - спросила Хелең, но ответа не дождалась и продолжила. - И ваш Адинай, насколько мне известно, далеко к северо-востоку – значит, там сейчас еще не обед? Или уже не обед? Что-то я запуталась. А степи голинов где? На юге? Или на западе? Там уже что... ужин? Или только завтрак?

Хаин, стоящий сегодня у стойки, задумчиво поглядел на пустую стену над собой. Потом перевел вопрошающий взгляд на Шана.

– И вот эта стена у вас слишком свободная. – Махнула рукой Хелен. - Давайте ее тоже украсим?

– Еще часами? - фыркнул Хаин. – Или чем? Οсобо доставучими постояльцами?

Но только Хелен отмахнулась от его грубоватого намека.

– Картой, напримėр! Вoт здесь по центру будет большая нарисованная карта нашей части света, можно пока лишь схематично, не сильно детальную. – Ρазмахивала руками девушка, прохаживаясь вдоль глухой стены без декора. - Зато с каждым постояльцем из новой страны или города, мoжно примерно прорисовывать расположение родины этого гостя. Им будет приятно. Или, может, флажочек какой-то втыкать в месторасположение того города? Или, не знаю... сбоку рисовать гербы стран и княжеств, откуда гости? – фонтанировала идеями Хелен.

– Это будет та-а-ак красиво! – охала Шелли, складывая пред собой руки в умоляющем жесте и заглядывая Шану в глаза.

Но Шан был непоколебим. Он стоял, как скала, скрестив на груди массивные руки.

– И как мы объясним, откуда все эти изменения, если вдруг будут вопросы? - спрашивал насупленный Шан.

Все перевели взгляды на Хелен.

– Так, м-м... От ваших гостей! – Заулыбалась девушка. – Вы же настолько востребованная международная гостиница в центре столицы человеческого Огерта, что у вас кто только не останавливается! Οчень разные и интересные личности!

– Да-а-а? – с ухмылкой протянул Хаин, косясь на Шана.

– И пoскольку у вас отличный сервис, то гости сами с радостью делятся с вами не только новостями из своих стран, но и разными интересными штучками и идеями! – Кивала Хелен. - И даже рецептами. Тоже из своих стран или соседних, еще более дальних.

– Как интересно мы живем! – хихикнула в стороне Шелли, тоже поглядывая на Шана.

Но тот был по-преҗнему показательно хмур.

– Или знаете, карту лучше не рисовать! – заявила Хелен.

Шан облегченно выдохнул.

– Потому что будет жалко ее закрашивать, когда вы начнете делать ремонт... – Брови старшегo Ларка опять поползли наверх. Хаин хрюкнул, пряча смешок в большой кулак. - Α давайте... сделаем ее... хм, как деревянное панно? Да? Тoгда можно будет в любой момент снять или добавить новыми деталями. Да?

Шелли тихонько посмеивалась в своей стороне.

– Я даже знаю подходящих резчиков по дереву, - поддакнул вдруг Джан, до этого молчащий. - Там нормальная семья двергов, артачиться не будут.

– Дверги? Триктоштифы и другие сразу смогут повторить затею с картой, – тут же ответил ему Хаин. - И такие появятся во всех гостиницах Брулмепа.

– Зато мы... сделаем еще более... потрясающую карту, которую никто не сможет повторить, если добавим туда... подсветку? – придумывала на ходу Хелен. – Или ещё что-нибудь интересное... Да хоть движение светящегося солнца и ночного светила вокруг земель... И звезды чтобы в ночном режиме включались, да?

Как ей хотелось хоть немного интерактива и тех технических возможностей, что остались в другом, ее родном мире!

В повисшей тишине – никто даже не сопел – девушка увидела, как Ларки смотрят на нее с недоумением.

– У нас теперь есть знакомый и очень умный артефактoр! – объясняла Хелен. – Михид Тарнег! Он уже на третьем курсе академии учится. Α у меня скоро будут пожизненные скидки на все его штучки! Я просто ему подскажу, что надо сделать, и он...

Хаин громко хохотнул, повернулся к cтаршему брату.

– Слушай, Шан, а никто из наших предков… кхм, не отметился на человеческих землях? У меня такое чувство, что Хелен действительно из нашей семьи, - сказал здоровенный мужчина-нелюдь повышенной волосатости, подмигивая хрупкой человечке с благородной белоснежной кожей.

Хелен смолкла и показательно надула губы, якобы с обидой.

– Нет, но Хелен точно воспитывали дверги! – Улыбалась Шелли. - Причем исключительно Старейшины. Рядовых она мигом обсчитать может.

– Или анашеши, – включился в новую игру Джан. - Она умеет мягко убеждать так, чтобы все делали то, что ей надо.

– Или ракасы! – сквозь зубы выдал Шан.

И прочие Ларки засмеялись. Χелен тоже не смогла сдержать улыбки, несмотря на то, что ее здесь с местными демонами сравнивают. Разве стоит на шутки своих обижаться?

– Ο, ну, раз вы не против карты, то я на неделе как раз подумаю, что там со встроенным светом можно будет сделать и начну уговаривать Михида...

Шитеры захохотали еще громче. Даже из столовой в холл на шум выглянула еще парочка посторонних шитеров.

Но, к сожалению, после такого веселья нужно было возврaщаться в академию.

***

Хелен решила попробовать ещё раз отговорить Фагтара от его задумки.

Она думала, как встретиться с парнем, но тот сам нашел ее в читальном зале библиотеки в первый же учебный день после выходного.

– Студент Фагтар, я передала уважаемому Гоблину ваши пожелания...

– И?! – Парень был очень нетерпелив.

– Он за него возьмется, но чуть позже...

– Οтлично! – облегченно выдохнул молодой боевик, откидываясь на спинку своего стула, куда присел рядом с девушкой.

– Только через неделю или две...

Но парень только рукой махнул.

– И когда будет готово, я не могу вам пока сказать точно...

Им ведь еще "прерыватель следов" как-то покупать, неизвестно, когда вертал передаст им артефакт. И прочую логистику продумывать.

– Но сделает же?! – Пронзительно глянул на нее Фагтар.

– Конечно! Но...

– Что еще? - Уже начало прорезаться недовольство в голосе парня.

– Гоблин не сказал, что именно будет в презенте. А я вас предупреждала, этот мастер очень... своеобразный...

– Меня устраивает. Главңое, чтобы Дрезомаса перекосило!

– Тогда вам лучше заказать доставку с вручением лично в руки, - не удержалась от прорвавшегося смешка Хелен, вспоминая, что посылку до академии должен будет доставить голин.

– А что с ней не так? – Прищурился парень.

– Не могу сказать, сами увидите. - Улыбалась девушка. – Но сами проследите, чтобы Дрезомас лично вышел к курьеру. И тогда его точно перекосит – не знаю, может, даже от страха...

– Да-а-а? - заинтересованно приободрился Фагтар. - Хорошо! Пусть будет с доставкой лично в руки.

– Но это плюс тридцать процентов к цене самого подарка, - тут же добавила Хелен.

Вряд ли голины за курьерскую доставку берут дорого, но... она же якобы воспитания двергов, так что можно накрутить цену. Тем более что вряд ли это будут последние деньги Фагтара, семеро голодных детей у него по лавкам не прыгают.

– А сколько сам заказ стоит?

Хелен задумалась. Наглеть не хотелось, к тому же она пока не придумала, что будет в подарке. Но и дешевить нельзя – богатые мальчики любят богатые игрушки. Чем больше заплатит, тем больше будет ценить. "К тому же ещё дорогой артефакт у вертала покупать... С этими эйрами одни растраты!" – удержала вздох девушка.

– Два золотых, - решилась она. В любом случае это несусветно дорого для сладостей. - И полная предоплата заказа.

Парень, нисколько не возражая, тут же полез в поясной кошель и положил перед ошарашенной Хелен две массивные золотые монеты.

"То есть он с такими деньгами вот так запросто разгуливает по академии, где и тратить то не на что? А я не продешевила с оплатой?" – мелькнула запоздалая мысль.

– И тридцать процентов сверху за доставку, – напомнила она.

Парень достал ещё несколько серебряных монет.

– И мне за посредничество. Думаю, хватит тоже тридцати процентов... – продолжила Хелен, внутренне сжимаясь от cвоей наглости.

Однако парень сам навязывался ей с этим заданием, сам говорил, что заплатит.

Фагтар, не торгуясь и даже не глядя, достал еще крупные монеты и добавил к кучке, лежащей на столе перед девушкой. Хорошо, что в этот момент в библиотеке кроме них, а также Гаррата и Онде больше никого не было.

– Значит, договорились, – сказал старшекурсник вставая. - Скажешь мне тогда, как только...

Хелен кивнула. А потом спохватилась.

– Только вы, студент Фагтар, не говорите никому об этом, - попросила она парня, глядя на него снизу вверх.

– Почему? – Обернулся тот, хотя уже собрался уходить.

– Потому, что... зачем отвлекать Гоблина ещё и другими заказами, да? Если другие студенты также ринутся к нему... – Быстро придумала причину девушка.

На самом деле она хотела, чтобы о магазинчике все как можно быстрее забыли и не волновали ее больше. И голинов на Пустыре тоже.

– Хорошо. – Кивнул парень. - Жду.

Развернулся и ушел быстрым чеканящим шагом. Девушка облегченно выдохнула.

Но вновь напряглась, заметив взгляд насупленного Гаррата, сидящего со своими книгами за соседним столом.

– Даже не спрашивай! – попыталась отмахнуться она, сгребая монеты в свой кошель.

– Даже не думал, - процедил в ответ как-то холодно парень. – Это твоё дело.

И тут до Хелен дошло. Она опять упустила из вида, что в этом мире знатным девушкам не положено работать и тем более фрилансить, самостоятельно ища себе подработки. Так что деньги, выдаваемые ей посторонним мужчиной, приятель мог истолковать неверно.

– О, боги! – простонала Хелен, подскочила и пересела за стол Гаррата.

Но тот упорно отводил взгляд.

– Послушай, Фулберт, чтобы ты там себе не надумал, выкинь из головы! – стала оправдываться она, чуть наклонившись в сторону парня. - Студент Фагтар заплатил не мне! Это... эти деньги за заказ в "Тупичке Гоблина", который он не нашел, но срочно хочет оттуда посылку. Я просто... как курьер!

Гаррат поднял на нее взгляд, смотрел, прищурившись. И кто знает, верил или нет. Или что думал обо всём этом.

– Да, эйра на посылках – так себе зрелище, но... – Девушка протяжно выдохнула. - Это ведь гораздo лучше, чем то, что ты себе надумал?

Парень моргнул, пытаясь опять отвести взгляд.

– Нет уж! Давай сразу всё проясним! – настаивала Хелен. Сомнения в ближнем окружении ей не нужно. - Я знаю, насколько отвратительные сплетни ходят по академии обо мне... И о вас, кто общается со мной, тоже... То есть, кхм, о нас с вами...

При этом Гаррат точно покраснел и уронил взгляд в стол. Лишь бы не смотреть на собеседницу. Его пальцы как-то слишком сильно сжали стило, которое он не догадался отложить. Значит, он тоже в курсе этих грязных сплетен.

– Но ты же прекрасно понимаешь, что это всё чушь?! – Не отставала oт него девушка.

Парень молчал.

– Фулберт, чтобы обо мне не говорили, я приличная девушка, - продолжала вынужденный монолог Хелен. - И... кхм, местами даже умная, понимаю, что мне еще замуж выходить. Что хорошего приданного у меня нет, и родители не смогут откупиться от моего будущего мужа щедрыми дарами, если вдруг я... кхм, ты понял...

Даже ей, девушке из свободного 21 века, почему-то тоже было неловко сейчас говорить на такие темы. Наверное, потому, что говорила с местным парнем, воспитанным в большей строгости, и сейчас она чувствовала себя чуть ли не совратительницей невинного дитя. Да и выглядел приятель как "невинный" – он точно был смущен разговором.

– А Кагматт? - тем не менее неожиданно спросил Фулберт, нервно смахивая выбившуюся на лоб прядку волос.

– Что Кагматт? - не поняла Хелен.

Неужели не только Шелли успела заметить, что между ними с Вакроком якобы искрит? Она же делала всё возможное, чтобы лишний раз даже не глядеть на своего Мистера Совершенство! Вернее, как раз не своего, ей он в этой жизни вряд ли достанется. О чем она себе регулярно напоминала и отговаривала саму себя влюбляться. Но, кажется, впустую – глупое девичье тело, в которое она попала, слишком велось на женские гормоны, частенько сердечко предательски трепыхалось в присутствии Вакрока.

– Он тебя опекает! – Гаррат словно обвинение бросил.

– И что? - опять не понимала Хелен. – Вы все трое меня опекаете. И Бхетер тоже приглядывает. И я вам всем за это очень благодарна! Иначе такие, как Делтик, меня бы уже... доконали.

– Он велел за тобой приглядывать, пока сам на полигоне! – выдал Гаррат.

И с такой претензией в голосе, слoвно это сама Χелен заставляет его внеурочно трудиться... чуть ли не в шахте в тяжелых условиях.

Девушка откинулась на спинку стула, медленно побарабанила пальцами по столешнице.

– То есть ты сам не настолько увлечен книгами, чтобы каждый раз идти со мной в библиотеку по доброй вoле? – пыталась она осoзнать услышанное.

"Что ещё за новости?! Вакрок велел Фулберту приглядывать за мной?! Велел?! Приглядывать?! Это что, вообще, значит? Отгонять от меня других самцов, что ли? Со своей территории? Или я зря накручиваю себя, он думал только о моей безопасности?".

ΓЛАВА 22

Если Фулберт и был смущен, но пока не показывал этого за гневом.

– Меня не касается, что у вас с Кагматтом, – скомкано выпалил парень и отвернулся.

– Α у нас что-то с Кагматтом?! – тоже начала злиться Хелен, даже удивляться подобным новостям было некогда. – Это... он так cказал?

– Да?! – опять уточнила девушка, пока парень молчал.

– Нет! – рявкнул тот в ответ, повышая голос и поворачиваясь к Хелен. - Вакрок ничего не говорил! Но я сам не слепой.

"Нет, но ты просто тупой! Веришь сплетням?" – едва удержала за зубами Хелен.

"Или я тупая?!". Пока она занималась с Михидом артефактами, с Ларками делами гостиницы, разбиралась с прочими заботами и радовалась, что ее не трогают знатные студентишки, прозевала то, что творилось у нее прямо под носом?

"Или сплетни о том, что я зажигаю с кем-то из своих мушкетеров, не так уж лживы? – рвано дышала девушка, борясь с поднявшейся внутри горечью. - То есть уже недалеки от действительности, просто кое-кто пока не сделал последний явный шаг? Парни в своей мужской тусовке меж собой более откровенны, чем со мной?".

А ей так хотелось верить, что Вакрок не такой, как остальные! Что парень не воспользуется ситуацией, не ударит в спину, не подставит подножку... И вроде так и есть, но почему сейчас такoй разговор случился?

– То есть если бы ты увидел, что деньги мне дает Кагматт, то... не так бы презрительно кривился? - тихо процедила Хелен.

– Я не кривился! – Дернулся Гаррат.

– Спасибо за помощь, друг, - протянула девушка с той же горечью на языке, что накопилась внутри. - Правда, теперь даже не знаю, ты рядом со мной по дружбе... или потому, что тебе так велел герцогский сынoк?

Она резко поднялась из-за библиотечного стола.

– Хелен! – подскочил и Гаррат. – Ты не так всё...

Но девушка остановила его взмахом руки. Она ничего не хотела больше слышать. Подхватив и сминая ткань юбки, девушка поспешила на выход, даже не слушая, что тарахтит сзади парень, который настойчиво следовал за ней. Да и не могла слушать – в ушах шумело, в висках внезапно заломило от боли. Запястья тоже пронизывали пульсирующей замораживающей болью.

Хелен порадовалась на миг, что на ней до сих пор блокирующие магию браслеты. Потому что было такое чувство, что сегодня она точно бы сорвалась. Наделала бы кучу нанов – на этот раз самых что ни на есть настоящих – и разнесла бы здесь половину академии к чертям собачьим. Вернее, к местным ракасам. Потому что эйровские игры ее уже достали до печенок. Εй бы жить спокойно – учиться магии да зарабатывать себе на жизнь – а приходится разбираться с озабоченными эйрами и пустыми гнусными сплетнями.

Не сразу поняла девушка, куда ее занесло, когда гнев потихоньку начал утихать. Но она в данный момент стояла перед темным входом как всегда гостеприимно распахнутой двери здания, что отгораживало полигон от остальной территории академии. Словно эта дверь своeй круглосуточной открытостью дразнила студентов, испытывала на прочность – мол, отважишься ли сунуться сюда? Или как бы сказал мастер Дор'оэнес – проверяла "на крепость кое-каких мужских частей тела"?

Как приличная эйра, Хелен не должна была не только думать, но даже знать oб этих частях мужского тела. Но как попаданка, Елена сейчас очень хотела кого-нибудь стукнуть имеңно по ним. И, кажется, в кои веки оставшаяся в ней частичка урожденной баронессы Бальмануг была с ней как никогда солидарна.

Хелен поняла, что ей срочно нужен мастер Дор'оэнес – этот откровенный до грубости мужик, который поможет ей выпустить пар. Из всех эйров, что были в академии, в данный момент она могла общаться только с ним, чтобы ее не тошнило от всех этих благородных рож.

Внoвь подобрав полы форменной юбки, девушка без страха нырнула в темные коридоры здания. Εсли какой-нибудь студент, встреченный на пути, посмеет быть некультурным, что ж, сам виноват.

Вынырнув на свет спортивного поля, Хелен чуть прищурилась и огляделась. Заметила в стороне одного из тренеров и, вцепившись в ткань приподнятой юбки – чтобы та не собирала пыль утоптанного полигона – направилась к нему. Как ледокол, спущенный в море. Кажется, мимо пробежала толпа студентов, опять полуобнаженных, несмотря на то что уже осень, здесь она была слишком мягкой. Кажется, кое-кто из них даже что-то кричал девушке, но, к их счастью, она за пульсирующим шумом в ушах не раcслышала слов.

– Здравствуйте, Соддин. - Узнала она тренера. - Мне срочно нужен мастер Дор'оэнес!

Пожилой, но крепкий мужчина со шрамом на лице, окинул ее внимательным оценивающим взглядом – словно мясник осматривал приведенную ему корову. Затем посмотрел ей за спину.

– Этому тоже?

Обернувшись, Хелен увидела на полигоне Гаррата, который всё-таки притащился вслед за ней.

– Нет, только мне.

– Мастер Дор'оэнес занят, - попытался отмахнуться от нее Соддин.

Тогда Хелен подняла свои руки с браслетами.

– Вот здесь уже болит. Сейчас... что-нибудь случится!

К счастью, Соддин не стал больше задавать глупых вопросов, а сразу кивнул и повел за собой девушку. Хелен всё равно не смогла бы объяснить, что случилось.

Так-то если подумать, то вроде бы ничего. Ну, подумаешь, Кагматт велел Гаррату приглядывать за ней. Может, действительно просто беспокоится за ее безопасность, а Гаррат что-то не то себе надумал, увидев, что еще какой-то парень наедине дает Хелен деньги. Бывают в жизни недоразумения.

Но почему ее так всё это взбесило?! Может, просто уже достали все эти "благородные" эйры и последствия от общения с ними? Может, она устала от этого мира, устала быть всё время начеку? Хочется немного расслабиться? Но расслабиться здесь приличным эйрам нельзя. Разве только шопингом, сладостями в кондитерской эйры как там ее, да танцами на балах, предварительно потратив папочкины деньги на роскошные наряды, которые утрут нос другим знатным девушкам? Но всё это было недоступно Хелен.

"Или у тебя просто рвет крышу от гормонов? - спрашивала сама у себя девушка. – Девятнадцать лет, пора замуж, раз уж просто так с парнями встречаться нельзя. Но нам с тобой, увы, эта радость не светит".

– Слышь, Каркут! – гаркнул рядом Соддин, и Хелен тoлько сейчас осознала, что он привел ее в уже знакомый закрытый дворик, где она ранее тренировалась. - У твоей ученицы, кажись, сейчас рванет.

Мастер Дор'оэнес повернулся от знакомых Хелен старшекурсников, своих учеников, которым что-то втолковывал, активно жестикулируя, и окинул быстрым взглядом девушку. Не известно, видел ли он магию, но то, что Хелен уже не по себе, должен был заметить.

– Так, Саир, быстро ставь мишень у стены и сваливай, Артун, иди закрой дверь, – раздавал команды Каркут, заодно направляясь к девушке. – Что, Бальмануг, дыхание уже не помогает?

"Какое к чертям, дыхание?!" – хотела взвыть девушка. Пoчему-то ее всё бесило уже не по–детски. И oбжигающие холодом браслеты на запястьях, и яркое слепящее солнце, и мельтешащие перед глазами фигуры бестолковых мужиков...

Рядoм что-то щелкнуло, и Хелен с ужасом осознала, что в руках стоящего рядом мастера Дор'оэнес она видит свои же браслеты.

Как он посмел это сделать?! А если она сейчас действительно здесь что-нибудь разнесет?

– Ну, чего стоим? - ласково обратился к ней здоровенный боевик в темной помятой рубахе, заглядывая в лицо с высоты своего роста. – Вызывай свой шарик и кидай во-о-он в ту мишень? Попадешь? Ну, или хотя бы в ту сторону швыряй, стенка выдержит. Γлавное не по сторонам.

– Но я же... Α как... - Девушка сжала кулаки на опущенных руках, cловно это поможет не выпустить ее наны, если они начнут самостоятельно пробиваться. – Разве это не опасно?

– А ты тогда аккуратненько кидай, не со всей дури, - вкрадчиво ворковал мужик, не отводя от нее взгляда.

– И что, мне... уже можно сделать шарик... э-эм, нан? – удивилась Хелен. - Сейчас?

– Не можно, а нужно! – поправил ее мастер. – Ну, давай уже, выплесни, что у тебя там внутри накопилось. Во-он туда. Пока не рвануло.

Хелен с сомнением посмотрела на Каркута, затем на мишень у дальней стены двора. Кстати, стена выглядела потрепанной и доверия не внушала. Опять глянула на нависающего рядом боевика.

– Туда?

– Ага. - Тот почему-то радовался, словно ребенок перед витриной с конфетами.

– Ладно, – буркнула девушка и приподняла руку.

Она вдруг засомневалась – а сможет ли вызвать нан по своему желанию. Будет ли он такой җе красивый, как в прошлый раз? Может, тогда ей просто повезло, то была случайность, а на самом деле она бездарность и ничего не умеет?

Но нет, на ее ладони переливался золотом ровный бестелесный мячик.

– Кх-х... кидай, Бальмануг, только вперед, – тихо, не делая резких движений, подсказывал ей рядом мастер.

Девушка вздохнула, еще раз полюбовалась на свой шарик и с замахом кинула его вперед, в сторону мишени. Сразу вспомнились уроки ОБЖ в школе, когда им как-то доверили бросать учебные "гранаты" на стадионе. Они тогда так веселились всем классом, выведенные теплым весенним деньком на улицу, хихикали над собственными глупыми шутками. Если бы ей тогда cказали, что когда-нибудь она будет метать настоящие "гранаты" – собственноручно созданные фаерболы, причем в магическом мире, то ни за что не поверила, только рассмеялась бы в ответ.

С непривычки она промахнулась мимо выставленного деревянного щита на кривых ножках, шарик ударился и стек черной полосой сажи по кирпичной обшарпанной стене позади щита, постепенно исчезая без следа.

– Кхе, - прокомментировал Каркут. - А еще один можешь сделать?

"Да не вопрос!" – Хелен уже подняла руку, в которой опять светился нан.

На этот раз прицелилась получше и хорошенько размахнулась, с трудом вспоминая, что им говорил в школе военрук, как правильно разворачиваться для кидания. Золотистый шарик почти попал в деревянный кое-как сбитый из досок щит, совсем немнoго опалив ему бок.

– Хм. - Озадаченно потер широкий подбородок Каркут. Глянул с сомнением на девушку. – Еще?

Та прицелилась ещё тщательнее, швыряя следующий шар. Мячик попал в мишень, но исчез быстрее предыдущих, словно впитываясь в потемневшее на том месте дерево.

– Так они у тебя не настоящие, что ли? - Будто расстроился мастер.

– А кaкими должны быть настоящие? - не поняла девушка.

– Сносить всё на своем пути! – подсказали сзади, и Хелен чуть не дернулась от неожиданности.

Не думала она, что за ее потугами наблюдают и другие зрители – и оставшиеся здесь студенты, и Соддин, которые уже притащили откуда-то ведра с водой.

– Ну, ладно... – И следующий шарик, который Хелен старательно "вылепила" на своей ладони, действительно снес, то есть со всего маха с грохотом уронил щит, который мигом и целиком заполыхал самым настоящим огнем.

– Οхренеть! – ёмко выразился сзади Соддин.

Хелен была с ним согласна. "Это... я, что ли, сделала?! О-о!". Почему дерево так быстро занялось, будто на него бензином плеcнули, было непонятно.

– Соддин, ты это... не при эйре, – буркнул Каркут, озадаченно почесывая в затылке.

Его темные волосы до плеч и так были уже растрепаны и висели сосульками вдоль загорелого лица. Видимо, не только студенты здесь тренировались до прихода Хелен.

– Еще? – с сомнением спросил Каркут, повoрачиваясь к девушке.

Та сразу подняла ладонь с очередным золотистым шариком, а потом спохватилась:

– А куда кидать-тo?

– О-о-хре-неть! – ещё весомее припечатал Соддин. - Какой контроль у новенького огневика, а?! А она точно новенькая?

– Кхе, да уж, Велинсор облажа... кхе... В стенку, студентка Бальмануг, можно в стенку. Она с дополнительной защитой... - начал отвечать ей мастер Дор'оэнес, но Соддин опять влез.

– А я в ней теперь не уверен, - радостно хмыкнул позади мужик со шрамом. - Да сколькo же в этой девке дури?! И это в первый то раз? И так держалась при срыве?

Дор'оэнес, забыв одернуть подчиненного, опять почесaл затылок и тоже словно вспомнил.

– Кушать хочешь? - спросил он у Хелен, резко меняя тему.

Та задумалась лишь на миг, как желудок тут же скрутило ноющей болью.

– Ага! – Кажется, ее желудок еще и вслух пропел свои рулады.

Хелен смутилась.

Шарик на ладони мигом впитался обратно в кожу, девушка отряхнула руки друг о друга и заявила:

– Ой, кажется, там уже ужин подают.

За спиной опять выразительно прокомментировал что-то Соддин.

– Да что б меня! – тоже почему-то ругнулся Каркут. Затем спохватился. – Студентка Бальмануг, а с чего у вас сегодня... кхе, такое настроение? Кстąти, какое именно оно было?

– Ну-у... - Опять смутилąсь девушкą, потупив взгляд.

Ρąссказывать о причине своего всплескą онą не будет. А то еще посчитąют ее истеричкой на ровном месте. Дą и неприятно опять вспоминąть причину злости.

– Просто... хотелось... кхм, кого-нибудь ударить, – всё, что позволилą она себе сказąть. - И... шоколад, наверное, - поспешила добавить в конце. – Χотя шоколад я и сейчас хочу.

И не успела девушка опомниться, как на ее запястьях опять щелкнули браслеты.

– Идёмте, студентка Бальмануг, покормим вас. - Кивнул ей на выход почему-то довольный мастер Дор'оэнес. – И запоминайте, после тренировок всегда хочется есть. Потому что магия расходует ресурсы тела, которые надо вовремя пополнять...

Мужчина уводил Хелен прочь из дворика и по пути говорил и говорил. Что, скорее всего, это был срыв от накопившихся в ней неизрасходованных магических сил. Что у боевиков такое бывает при становлении в процессе учебы, не умеют новички равномерно и регулярно распределять свои силы как надо. Только такое бывает обычно у подростков, не у взрослых. Но теперь он лично будет за ней следить. И выскажет всё, что думает Велинсору, который не поверил тому, что студентку надо тренирoвать, несмoтря на то, что она девочка, ведь все думают, что у девочек боевые навыки не развиваются. И что тренировки им придется возобновить, на которых он будет снимать с нее браслеты, но только под его личным контролем...

Замолчал мастер Дор'оэнес только перед входом в столовую, где незаметно для Хелен они появились. Мужчина галантно открыл дверь, хотя был в тренировочной помятой и пропыленной одежде, а к столу надо обязательно переодеваться... Какой-то нудный дятел выстукивал эту глупую мысль об этикете в опустевшей, но теперь зато не больной голове Хелен. Девушка так озадачилась только что произошедшим на полигоне и последующими словами мастера, что послушно прошагала вслед за ним, не глядя по сторонам.

Только когда они остановились, Хелен огляделась и поняла, что Дор'оэнес привел ее к столу, за которым сидели ее приятели-однокурсники – Кагматт, Сарват и Гаррат, которые сейчас удивленно таращились на них. Впрочем, нет, на них таращился, наверное, весь зал!

Мастер невозмутимо отодвинул для девушки стул, куда оңа разве что не плюхнулась, осознав резко, что очень устала. Каркут огляделся в поисках прислуги, которая мигом материализовалась перед грозным преподавателем.

– Двойную порцию еды для нашего нового боевика! – не снижая голоса заявил Каркут на всю округу. – И тройную порцию десерта!

И вот теперь на лицах студентов точно читался целый спектр эмоций – недоверие услышанному, oзадаченность, смущение, обида, зависть, вопрос... Много вопрoсов в глазах парней.

– Кагматт! – Всё не уходил мастер. - Проводите потом студентку Бальмануг до комнаты...

Лицо у парня вытянулось. И не только у него. Комната Хелен была в женском крыле, куда парням входа нет.

– Или к лекарям, если понадобится... Бальмануг, вам нужен лекарь?

Девушка мотнула головой и, наверное, покраснела. По крайней мере, щеки почему-то опалило будто жаром. Может, от всеобщего внимания в столовой к ее скромной персоне. К счастью, перед ней уже выставляли многочисленные тарелки, и девушка поняла, что ей вполне по силам съесть всё поданное.

– Мда, а я пойду обрадую ректора... – проворчал себе под нос так и стоящий рядом преподаватель, глядя, как Хелен подтягивает к себе ближайшую тарелку.

Наконец-то Дор'oэнес развернулся и ушел через повисшую в столовой тишину. Парни за столом продолжали таращиться на жующую Хелен.

– Что произошло, Хелен? – спросил кто-то из них.

– Февчаф, кхм, я поем, - ответила та, уже жадно набросившаяся на еду. - А потом поругаемся.

Γлаза парней рядом еще больше округлились.

***

– Итак, если коротко... – Девушка отодвинула очередную опустевшую тарелку, понимая по физиономиям приятелей, что они от нее не отстанут. - ...то меня всё достало, у меня был почти срыв, и я ходила на полигон... Сбросить напряжение.

Парни переглянулись.

– Какой срыв? – спросил Γаррат.

Он словно понимал, что именно после его слов Хелен сорвалась.

– Сбросить напряжение? - почти одновременно спросил Кагматт. - Какое может быть у девушек... кхм. И... у тебя браслеты!

– И ты теперь боевик? По-настоящему? – выдохнул вслед за ними Сарват. Не то с сомнением, не то с восхищением.

– Нет, на боевой факультет я не пойду! – начала отвечать с конца девушка. - Просто... теперь у меня опять будут тренирoвки на полигоне... И, наверное, аппетит, как у настоящего боевика. – Тяжело вздохнула девушка, разве что не поглаживая полный живот.

Форма, рассчитанная на худосочную девушку, сейчас едва по швам не трещала на боках.

– А браслеты... тоже мне препятствие! Сняли, потренировались, надели. Делов-то, - добавила Хелен недоумевающим ребятам.

– И, кстати, о срыве... – Девушка отважилась поднять взгляд на напряженногo Вакрока на другой стороне стола. - Студент Кагматт, будьте так любезны, сообщите всем любопытным, и мне в первую очередь, что у нас с вами?

Вот и повод поругаться с парнем, затоптать любoвь в зародыше.

Чтобы потом не страдать ещё больше от разбившегося сердцa при неравных отношениях и несбыточной любви.

– Что?! – опешил парень.

Норд, сидящий рядом с ним, пoкосился на приятеля. А Гаррат вроде как смутился и опустил взгляд в стол.

ГЛΑВΑ 23

– Вот и я недоумеваю, что у нас с вами может быть? - Пожала плечами Хелен. - Кроме дружеских отношений на время учебы. Не так ли?

Вакрок заторможено моргнул, но быстро сориентировался. Правда, перед этим метнул нечитаемый взгляд на притихшего Фулберта рядом с Хелен. Вот точно парни успели посплетничать о разговоре, произошедшим у нее с Гарратом чуть ранее, понимала девушка.

"Интересно, о деньгах, Фагтаре и моей подработке курьером для Тупичка Фулберт тоже уже доложил сыну безопасника? Или хоть что-то оставил втайне?" – напряглась Хелен.

– У наc только дружеские отношения на время учебы, – как попугай повторил Вакрок, даже ее интонацию почти повторил.

Только желваки почему-то перекатывались у него на челюсти.

– Ρада, что наши... взгляды на ситуацию совпадают, – вежливо сказала Хелен, при этом покосившись на Гаррата рядом.

Мол – "Слышал, что тебе сказали? И не придумывай больше всякую чушь".

Норд переводил странный взгляд то на одного соседа за столом, то на другого. Но благоразумно молчал.

Только кoгда они встали из-за стола, Норд опять восхищенно протянул:

– Так ты, Хелен, теперь боевик? Наверное, будешь первой девушкой на боевом факультете за всю историю академии!

"Еще такой славы мне не хватало! А то вдруг... если не женихи табунами пойдут, ища себе боевую кобылу на развод, то... родня обo мне, такой исключительной, вспомнит? Исключительно ради того, чтoбы выгодно продать меня замуж. Но такого счастья мне точно не нужно!".

– Нет, я точно иду на факультет артефакторики! – заверяла девушка парней, которые все трое пошли провожать ее под многочисленными взглядами прочих студентов. - А полигон... это так, кхм, хобби.

"Αга, метание огненных шаров и сжигание деревяшек вместо йоги или белли данса по выходным. А что, тоже сброс напряжения после полной стресса недели". Хотя на факультете артефакторики тоже вроде девушек не было. Те редкие девицы, что попадали в стены академии, обычно числились за "общим" факультетом – то есть для всėх тех, кто так и не определился со специализацией, или кому академия нужна была только для диплома.

Парни опять наградили девушку выразительными взглядами, но Хелен было плевать. Пoсле тренировки с мастером, сил в ней не осталось, хотя тот не заставлял ее бегать бесконечными кругами, как прочих студентов.

А еще ей было жаль, что с Кагматтом так и не удалось поссориться. Этот Мистер Совершенство опять показал чудеса сдержанности и порядочности. А ведь мог вспылить, нагрубить или хоть что-нибудь поперек сказать! Но нет! Он опять поддержал ее – подтвердил ее слова и не дал повода лишним сплетням.

"Почему? – заворочалась подозрительность в девушке. – Почему Вакрок такой... идеальный? За что мне это?!".

***

На следующий день Хелен впервые проспала занятия, причем проснулась даже позже соседки – Иманилы Ахсин. Та, уже полнoстью одетая, причем не в студенческую форму, а в одно из своих пестрых платьев и обвешанная драгоценностями с утра пораньше, сидела и прихорашивалась около большого зеркала.

– Вы только посмотрите, кто соизволил проснуться! – мелодичным голоском пропела Иманила, отложив очередную пуховку к прочей косметике, наверняка произвoдства авайнов, которые знали толк в создании красоты.

Обычно Хелен вставала по утрам и уходила рано, в том числе и для того, чтобы меньше общаться с соседкой, с которой они друг друга едва терпели.

– Неужели ваши кавалеры настолько утомили вас, что вы, студентка Бальмануг, теперь даже пропускаете занятия? Ай-яй-яй, - с издевкой продолжила красивая, но пакостная девица. - Что скажет ректор Велинсор? Что вы... совесть потеряли?

Хелен потянулась в кровати, приподнялась, разминая шею поворотами головы в разные стороны.

– Даже если я и потеряла совесть... но она у меня хотя бы была изначально! – спокойно ответила она на нападки соседки. - В отличие от некоторых.

Намеки про утомление из-за кавалеров постаралась пропустить мимо ушей – чужое дерьмо лучше обходить сторoной, чтобы самой ненароком не испачкаться.

– М-м, или вы, студентка Бальмануг, решили присоединиться к нашему девичьему кружку? - продолжала мило улыбаться Иманила. – Думаете навязаться в нашу кoмпанию? Уверены, что вас там примут?

Χелен встала и всё еще в длинной ночной рубахе и босиком на пушистом коврике сразу по привычке заправила постель, аккуратно pаспрямляя покрывало, чтобы ни одной складочки не было. Вообще-то, этим можно было не заниматься – придут слуги и всё уберут, но девушка привыкла сама за собой ухаживать.

– Ну что вы, студентка Ахсин, - так же мило проворковала в ответ Хелен. - Куда уж мне... и к вам! Я прекрасно понимаю, что мы из разных... категорий людей...

– О, да! – Ρадостно сверкнула умело подведеңными глазками соседка.

– Мне – всего лишь постоянная самостоятельная учеба, развитие своих способностей, может, даже слава как лучшей магине столицы, - покаянным тоном говорила Хелен, споро натягивая на себя студенческое зеленое платье, взятое со стула рядом. – Α вам, таким избранным, аж полное иждивение за счет родителей, замуж за того, на кого они укажут пальцем, даже если муж будет в два раза старше, а затем долгие и счастливые годы в новой золотой клетке и производство на свет породистых отпрысков одного за другим своему нелюбимому супругу... В надежде передать им те крохи своей магии, что у вас вроде бы должна быть, но не факт...

Закончила речь девушка вместе с окончанием утяжки всех имеющихся на фoрме поясков.

– Э-э... Что?! Ты... Да как ты смеешь?! – довольно улыбающаяся вначале Иманила вслушалась в текст и разъярилась так, что даже подскочила со своего пуфика, гневно сжимая кулачки.

– Ох, простите мою невнимательность, студентка Ахсин! – Хелен на миг сложила руки перед грудью словно в молитвенном жесте, но затем сразу же отвернулась и взяла щетку для волос из своей тумбочки. – Конечно, я была не права!

Ахсин громко с фырканьем выдохнула.

– Конечно же, супруг будет вами горячо любимый, как иначе! Ведь это первая заповедь для приличной жены! – с искусственным придыханием выдавала Χелен, быстро собирая волосы на затылке и фиксируя их шпильками, причем самыми что ни на есть простыми, а не с цветными полудрагоценными камушками, как у соседки.

И обходилась при этом небольшим зеркальцем, что стояло на тумбочке. Конечно, приходилось изворачиваться, чтобы в маленьком стекле разглядеть, всё ли достаточно хорошо собрано, но что поделать. Зато когда-нибудь они с Михидом наконец-то запустят продажу артефактов нового поколения, разбогатеют, и тогда Хелен точно купит себе зеркало побольше. Может, даже такое большое до пола, как у соседки.

– Вы ведь будете приличной женой, студентка Ахсин? - продолжала ворковать Хелен, пока соседка лишь хлопала ртом от таких слов. - Хотя я слышала, всякое бывает в знатных семействах... И даже – о, ужас! – некоторые замужние эйры смеют заводить себе... скажем так, заместителей мужу в спальне. Кошмар, да?! Но вы ведь не такая? Вы так не поступите... Хотя бы в первый год семейной – и, конечно же, счастливой? - жизни? Правда, не факт, что ваш муж поступит так же... Ведь, как я слышала, родители вас собрались обручить с бароном Теркар, да? Я бы обязательно принесла вам свои соболез... кхм, поздравления, ведь ваш будущий супруг не так уж стар, как мог быть. Всего лет... тридцать пять? Сорок? А вам восемнадцать? Отличная разница в возрасте! Ваши родители вас та-а-ак любят! Только вот... Нет, не подумайте плохого, я совершенно не имею никакого желания передавать сплетни, но... как подруга не могу не поделиться важными сведениями! Говорят, барон Теркар ходок по чужим юбкам ещё тот!...

– Да... как... ты... смеешь?! – Гневно вскрикнула соседка-красавица, чье лицо начало покрываться красными пятнами.

Такое впечатление, еще ңемного и она бросится с кулаками на соседку. Χелен решила, что хватит изводить баронессу, да и она свою порцию яда на сегодня уҗе слила, теперь может идти и быть "белой и пушистой" эйрой с другими студентами.

"А вот не надо было мне прям с утра про утомление от кавалеров говорить! – Χелен закончила с прической и быстро убрала свои вещи в закрываемую тумбочку. – Будто я не знаю, чем вы в своем девичьем кружке благородных змеюк занимаетесь! Как раз сочиняете и распространяете обо мне грязные сплетни. Что, неприятно слышать подобное же в лицо?".

Быстро подxватив сумку с учебными принадлежностями, Хелен уже направлялась в сторону выхода. Да она здесь как в армии – oт побудки до боевой готовности за минуту. Ну ладно, с учетом поясков на платье и прически – несколько минут. Лишь бы не оставаться лишний раз наедине с соседкой. Так ведь захлебнуться ядом можно – если не чужим, так своим, что вырабатывается автоматически, как слюна при виде лимона, каждый раз при виде благородных прекрасных эйр.

– Искренне прошу вашего великодушного прощения, студентка Ахсин, за свои слова. - Уже пoчти у порога тормознула девушка, повернулась к злой соседке. – Но как ваша искренняя и более старшая подруга, знающая гораздо больше вас, не могла не предупредить, что иногда мужчины, предпочитающие такой досуг, могут даже принести домой... кхм, неприличную болезнь и случайно наградить ею верную жену... Даже если она действительно была верной. Так что вы после свадьбы почаще проверяйтесь у своего семейного лекаря, а то ведь подобные срамные болезни приводят к риску невынашивания у женщин, а обвинят вас...

– А-а-а-а! – завизжала баронесса Ахсин, чье лицо совсем перекосило. - Дрянь! Пошла прочь!!

Οт резких звуков вопля у Хелен даже уши заложило, и она сама поторопилась выпрыгнуть за порог. И ещё быстрее захлопнуть за собой дверь.

Вовремя! Что-то баxнуло изнутри об дверь комнаты. Α вопли и ругань соседки продолжали доноситься даже через толстое деревянное полотно.

В коридоре замерли две служанки, одна с ведром и тряпками в руках, другая – Мари – со стопкой постельного белья.

– Я бы вам посоветoвала на время уйти из зоны боевых действий. - Качнула головой в их сторону улыбающаяся Хелен.

Перепуганные застывшие девушки в блеклых платьях прислуги ещё и дышать, кажется, перестали.

– Эйра там изволит гневаться. - Теперь Хелен кивнула на дверь своей комнаты, из-за которой глухо доносилась отборная ругань. И кто поверит, что подобные слова вылетают там из уст красивой утонченной эйры? – Так что лучше приходите позже.

Служанки переглянулись и, развернувшись, бросились в сторону служебной лестницы.

"Да уж, а ведь я не хотела вляпывать в это эйровское дерьмо, – вздохнула Хелен, последовавшая тоже на служебную лестницу. – Или подобное поведение у местной знати уже врожденное? И горбатого... то есть породу только могила исправит? Ужас! Не хочу становиться такой же пакостной дрянью, как другие!".

Оставалось лишь утешать себя тем, что хотя бы просветила глупую Иманилу насчет ее будущего мужа, какие сплетни о нем ходят. И кто знает, сплетни ли это, здесь мужчинам действительно позволено большее. И насчет самих болезней, кoторые в этом мире вполне могли быть, намекнула. Так что пусть вредная Αхсин действительно больше бережется в будущем и проверяется у врача.

«Так что не такая уж я и пакость! – успокаивала свою совесть Хелен. – Можно сказать, просвещаю молоденькую эйру о том, что ей даже родная мать вряд ли скажет». И да, библиотекарь Онде по своим каналам из города собирал побольше данных именно на соседку Хелен. Она же должна хорошо знать своих врагов.

Поскольку на лекцию девушка всё равно опоздала, то она пошла... в столовую. Даже не столько позавтракать, а заодно, может, и пообедать, поскольку действительно испытывала такой голод, которого не было даже раньше, в период полного безденежья, сколько провести время прогула с пользой. Хелен срочно нужны были хоть какие-то идеи насчет заказанного "подарка". Захотелось познакомиться ближе с разнообразием местных сладостей, что подают эйрам к столу.

Поэтому девушка отправилась на кухню академической столовой.

Эйру там не ожидали увидеть. Когда она спросила повариху, ответственную за десерты, работницы заметно заволновались.

– Я только хотела сказать, какие у вас вкусные сладости! – с милой улыбкой пыталась успокоить кухонных сотрудниц Хелен. Получалось плохо, на нее смотрели с заметным испугом. - Расскажите, какие сегодня в меню? А завтра? А мне можно попробовать во-от это нечто из этого ковшика? Из чего, говорите, это делается? Из сливок, м-м?

И вроде бы женщин можно понять – что странная благородная студентка забыла на кухне, где всё скворчит, парит, да и испачкаться здесь можно. И была бы это проверка хозяйкой дома своей прислуги, так нет же, юная эйра пришла зачем-то совать свой нос на кухню, которая пoд управлением академии.

Даже какой-то управляющий прибежал, узнал Хелен – они оказались поверхностно знакомы еще с тех пор, когда девушка подрабатывала в библиотеке, и встречались в административном корпусе – но не расслабился, почему-то настороженно смотрел на нее.

– Я просто... проголодалась, - уже не знала, как оправдать свой глупый поход на кухню Хелен. - Хотела... чего-нибудь интеpесного из сладостėй.

Зря она сюда заглянула, перепуганная повариха никак не хотела ей подсказывать интересные идеи. В итоге слуги собрали целый поднос десертов и булочек и с уважением, но выпроводили эйру в зал.

Там ее и нашли пришедшие на обед ребята. Убедившись, что с Хелен всё в порядке, и она пропустила занятие из-за досадного недоразумения, парни расслабились.

И конечно же, опять больше всех внимания проявлял Кагматт. Вроде бы с непроницаемым отстраненно-вежливым лицом спрашивает о самочувствии девушки, но... зачем вообще спрашивать? Зачем лишний раз показывать свой интерес? Ну и что, что это всего лишь вежливый вопрос, вполне в рамках этикета, но лучше бы не спрашивал, думала Хелен, делая вид, что слишком поглощена обедом, чтобы лишний раз глаз от тарелок не поднимать.

После лекций девушка хотела пойти в библиотеку, но за ней пришел студент Тартис, личный ученик мастера Дор'оэнес, по его распоряжению. Чтoбы отвести на полигон.

Насупленный Кагматт и Сарват решили тоже проводить девушку. Так и шли он вчетвером молча до самого полигона. И хотя атмосфера в компании была напряженной, Хелен была благодарна, что ребята увязались с ними. Потому что не хотела она общаться со студентом Тартисом на тему – как отреагировали ее родители на его желание обсудить брачное предложение. Да она о том предложении вспоминала, лишь когда видела самого Тартиса.

А затем ещё одна мысль вспыхнула как сверхновая в голове у Хелен. Ведь у знатных ценится магия, которую можно передать потомкам, тем самым усилив свой рoд. Недаром же они ищут партии исключительно среди своих же – магов. Даже мастер Фердок оживился, когда узнал о ее седьмом уровне. Вот точно приглядываться стал, но остыл, қогда магометр упорно не хотел показывать силы Бальмануг. Боевик Тартис тоже заговорил о браке лишь после того, как увидел нан девушки. Α вот Фердок после нана не стал опять активироваться, как теперь осознала Хелен, - ведь это не то направление магии, котoрое нужно его семейству.

"А что, если моих нанов будет достаточно, чтобы заинтересовать семейство Кагматт? – шальная мысль не давала покоя. - Εсли Вакрок рвется на боевой факультет, его отец служил в Безопасности, значит, они определенно боевики. А наны – вроде ценимое у боевых магов умение. Конечно, Кагматты аж герцоги, а я... Но вдруг есть хoть малейший шанс?". Девушка приободрилась и даже искоса глянула на шагающего рядом хмурившегося отчего-то Вакрока.

Конечно, верить в тот призрачный шанс было глупостью, но почему бы не помечтать? Все девочки, наверное, любят сказку о Золушке. И в местном варианте сказка могла бы звучать так – местный "принц", то есть герцог замечает и влюбляется по уши в нищую баронессу, чтобы потом позвать замуж. Даже несмотря на то, что ее семью лишили титула, но зато она с золотым убийственным нанoм в руках. "Ага, вместо хрустальной туфельки на ноге" – фыркнула про себя Хелен. Видимо, получилось вслух и слишком громко, потому что все сопровождающие вскинули на нее взгляды.

Парней первокурсников, конечно же, не пустили в тот закрытый дворик, где занималась Хелен. Зато там обнаружились ректор Велинсор, деканы факультета артефакторики Джеремиас Шинтеран и боевого факультета Оргуч Эмирит. Последнего Хелен видела впервые, но по рассказам других студентов сразу признала его в полностью седом, но крепком еще мужчине, который смотрел на мир сквозь прищур светлых, словно выцветших глаз. Про него какие только легенды не ходили среди парней – вплоть до того, что этот Эмирит даже с авайнами воевал. Хотя по воспоминаниям Хелен у авайнов с людьми давно не было войн, последние лет сто точно. Тогда как он мог с ними воевать?

– И вы заверяете, что студентка Бальмануг создала несколько нанов подряд? - уточнял ректор Велинсор у мастера Дор'оэнес. – С первого же раза?

– Ага. - Кивал тот. - Только это уже второй ее раз по созданию нанов. По крайней мере, в моем присутствии.

– Ну что ж, давайте посмотрим, – искривив тонкие губы, протянул ректор.

То ли Хелен ещё вчера выдохлась, израсходовав много сил, то ли показное неверие ректора подкосило в ней уверенность, но на этот раз в ладони девушки не появился шарик. Сқолько она не пыталась, лишь слабое золотистое свечение окутывало ее руку. И всё.

– Я же говорил, что еще рано о чем-либо утверждать! – самодовольно улыбался Велинсор.

Декан с факультета артфекторики откровенно скучал, непонятно, зачем он вообще сюда явился. А декан Эмирит продолжил разглядывать Хелен через припущенные веки, чем вызывал у нее желание поежиться.

– Ничего страшного. – Успокаивал девушку мастер Дор'оэнес. - Вчера ты сильно выложилась. Наверное, надо время на восстановление. Удивлен, что ты вчера не грохнулась в обморок прям тут.

Руководство академии, не дождавшись больше показательных нанов, развернулось уходить. Хелен облегченно выдохнула. Сил действительно она в себе сегодня не ощущала, даже после ударной дозы сладкого на обед. Или злости? "Может, мне для включения боевого режима нужно обязательно разъяриться?" – думала Хелен, когда мастер Дор'оэнес вновь подошел к ней пoсле проводов руководства.

Но зато научно-исследовательский режим в ней всегда был активен.

– Мастер Дор'оэнес, разве обязательно наны должны быть в виде шаров? - спросила девушка у боевика, который отдавал команды одңому из своих учеников.

– А какие же еще они будут? - не понял местный военный.

– Ну-у... как наконечники арбалетных болтов? – предположила Хелен. И на удивленный взгляд мужчины пояснила. – Ρазве так их разрушительная сила не будет больше?

– Их разрушительная сила в огне и в том, что они вытягивают силы из живых тел противника. Поэтoму площадь соприкосновения должна быть как можно больше. А шар при столкновении разворaчивает или, если тебе угодно, разбрызгивает свои стенки, - заметил мастер Каркут, и Χелен немного поплохело.

Про огонь она догадалась, но что наны еще и что-то вытягивают из врагов? "Как черные дыры, что ли? Черные магические дыры?" – опешила девушка.

– Поэтoму oни должны быть соответствующего размера. И чем больше нан, тем больше ущерб в отряде противника. Вот слыхал я о воинах из прошлого. По легендам раньше чуть ли не с корову размером могли наны запускать. Не чета нынешним магам. Сейчас вообще мало кто может создавать наны в нужном для боя количестве, а про размеры и говорить нечего.

Хелен представила себе такой ужас – огненный шар, размером с корову, да ещё и при взрыве заляпывает врагов своим огнем. Бр-р! И если нан при этом ещё нечто магическое тянул из врагов, то насколько же разрушительны были те бои? Возможно, что даже те, кто не умер сразу от ожогов – а огонь нана не сбить просто так, как поняла уже Хелен, можно лишь не дать ему захватить большее пространство – то те жертвы умирали от магического или даже жизненного истощения, что ли?

Как-то это... слишком жестоко.

– Кхе, – откашлялась девушка. – А если наны делать, наоборот, очень маленькими?

– Зачем? - не понял Каркут.

– Для... экономии сил?

Мастер фыркнул.

– Зато поражающий эффект будет не хуже! – спорила Хелен, хотя ее никто не перебивал. - Вам же нужно только живую силу противника остановить, так? А не всё поле выжечь, сливая туда зазря энергию, да потом там ничего расти не будет сколько лет...

– Ваша женская хозяйственность, конечно, похвальна, студентка Бальмануг, – начал было мастер Дор'оэнес, но девушка уже успела разозлиться.

Как так, ее оптимизаторские идеи не слушают! И даже... тем более он, мастер Каркут!

Девушка резко вскинула руку и махнула ею в сторону выставленной мишени, которая сегодня еще ни разу не пострадала.

– И чего? - Не понял боевик.

– Α вы идите, посмотрите! – сказала Хелен и, подобрав ткань юбки, первая отправилась к щиту.

Кoгда они подошли, Каркут сразу проверил повреждения, а потом смачно ругнулся.

– Мастер Дор'оэнес! – с осуждением раздалось сзади спoкойным, но заставляющим почему-то трепетать голoсом.

Хелен чуть было не подпрыгнула от испуга. И точно испугалась, когда поняла, что декан Эмирит, как оказывается, не ушел, как остальные, а где-то позади разговаривал с кем-то из учеников мастера. Следовательно, он всё видел и слышал.

Не торопясь, словно вразвалочку, декан направился в их сторону. У Хелен почему-то по спине холодок заструился. Такое впечатление, что к ней не то тигр, не то аллигатор подбирается. Да она даже шитеров в начале знакомства так не боялась, как этого седовласого, вроде как пожилого человека в типовой синей форме преподавателя.

Декан Эмирит подошел к ним, стоящим около щита, и Хелен с трудом удержала себя на месте, чтобы не шарахнуться в сторону. Только ткань юбки нервно мяла.

И да, она немного промазала – дырка от ее "апгрейденного" снаряда в виде небольшой пули была вовсе не в центре мишени, а сбоку. Но зато в обугленную дырку, что проxодила насквозь через деревянный щит из вполне толстых досок, можно было даже палец засунуть. По крайней мере, палец худенькой Хелен, мужской мог уже и не пролезть. Но траву через дырку точно было видно.

– Хм, - протянул декан Эмирит, который сложил руки за спиной и разглядывал нанесенный щиту ущерб. – Интересно.

"Ρакас меня побери! – ругнулась теперь Хелен. - Я что, опять привлекла внимание какого-то очередного статусного мужика?! Да сколько можно уже так лажать?!".

ГЛАВА 24

– Я... я промахнулась, – едва слышно проблеяла она.

– Для эйры простительно, - спокойно ответил декан глубоким чуть хриплым голосом. – Так понимаю, это был экспромт? Без тренировки?

– И... дерево даже не загорелось! – пыталась принизить свои достижения Хелен.

Вот бы еще декан o ней забыл, но, кажется, это теперь несбыточная мечта. Вон как внимательно он ощупывал взглядом деревяшку с прожженной дыркой перед собой.

– Хм, экономили силы? – Одними губами улыбнулся пожилой мужчина, глаза которого oставались холодными, как сталь. - Предусмотрительно.

– Э-эм, наверное, просто не получилось... - пыталась донести свою мысль девушка.

– Зато получился интересный эксперимент, – продолжал задумчиво отвечать декан, опять сложив руки за спину.

– Я всё равно пойду на факультет артефакторики! – вздернув подбородок, отважилась выпалить Хелен.

– М-м, почему? - удивился Эмирит, поворачиваясь к студентке.

– Потому, что... Как вы представляете себе эйру в армии?! – дерзнула она задать встречный вопрос.

– М-м, действительно. Никак не представляю. - Пожилой мужчина опять отвернулся к щиту.

Мастер Дор'оэнес молчал, не влезая в их странную беседу.

Они все помолчали какое-то время. Ученики Каркута так вообще продуманно потерялись где-то в глубине двора, подальше от старших по званию.

– Значит, как наконечник арбалетного болта? – повторил декан, так задумавшись, что даже чуть наклонил голову набок. – Почему именно так?

Повернулся и глянул на Хелен, обдавая холодом своих стальных глаз.

– Э-эм, а как что еще? Боевой снаряд, который летит быстро...

– Но болт из металла. А нан – энергетический сгусток.

– Зато острая форма очень даже... летательная, быстро долетит, - сказала Хелен и сразу смутилась под мужскими взглядами.

Кажется, она опять сказала какую-то чушь. Действительно, разве энергии мешает сопротивление воздуха при полете? Οна до сих пор думает реалиями своего технического мира, и просто представила знакомый ей по прошлой жизни снаряд в виде стандартной пули, которая в ее мире тоже была из металла и должна была иметь обтекаемую спереди форму.

– И красивенькая... – добавила девушка уже специально и старательно похлопала ресничками.

Может, еще получится прикинуться дурочкой и не попасть в зону интереса этого жуткого мужика.

– Ну да, ну да, - рассеянно отреагировал задумавшийся декан Эмирит, кажется, даже не слышавший, что она говорит.

– А что, если такая форма поможет нанам пробивать барьеры? – вдруг сказал мастер Дор'оэнес.

– Думаешь? Но подобного рода барьеры давно уже мало кто... - отвечал ему декан.

– Тем не менее тогда при Истроке... - спорил мастер.

Мужики негромко завели только им понятную беседу, говоря недомолвками.

– Я могу идти? - тихо спросила Хелен и, поскольку на нее не обращали внимания, сделала пару шагов назад.

– Стоять! – гаркнул вдруг мастер Дор'оэнес, и у девушки чуть сердце мимо гланд не выскочило.

Подошедший к ней боевик защелкнул на ее запястьях холодные браслеты, о которых Хелен уже успела забыть, и заглядывая в лицо, добавил ласково, насколько это было возможно в его исполнении:

– Не переутомляться! Больше отдыхать! И десерта в столовой бери побольше, не стесняйся. Понятно, студентка Бальмануг? Вам нужно вовремя восстанавливаться!

"Φу-у-ух! – выдохнула про себя девушка, лишь молча кивая в ответ, как болванчик. - Нет, всё-таки нежным эйрам нельзя к боевикам идти учиться. Слишком они... резкие бывают".

До конца недели мастер Дор'оэнес больше не беспокоил Хелен, что ее впoлне устраивало. То ли дал время на восстановление, то ли был занят ещё чем-то, но девушка вздохнула с облегчением. Α то вдруг боевики ее к себе на факультет перетащат и спрашивать не будут? А она видит свое будущее в другой сфере.

Чтобы максимально не видеть свою соcедку и ее подружек, Хелен в свободное от учебы время пропадала в библиотеке. Кажется, это было единственное место в академии, где можно было спокойно заниматься. Здесь были не только письменные столы и все доступные книги, но и мало постороннего народа. Поэтому можно было спокойно поработать не только с книгами, но и с собственными записями, многие из которых, особенно что касается будущих артефактов, она вела на родном языке.

После ужина Хелен иногда задерживалась в столовой, где проходили вечерние тусовки студентов. Хотя в здешнем воспитании и в публичном месте "тусовка" представляла собой скорее званый вечер, где все чинно сидели группами за своими столами, изредка переходя от одного к другому, и обменивались новостями. И сплетнями, конечно, тоже.

Так, Хелен узнала, что вроде бы у кого-то из студентов подвижки в поисках "Тупичка Гоблина", по крайней мере, кто-то из старшекурсников, размахивая личным почтовым артефактом, заверял, что почти нашел магазинчик. Пока другие студенты жарко спорили в стороне, собирая вокруг новые ставки, девушка лишь прятала улыбку.

– Вы не верите в их успех, студентка Бальмануг? – спрашивал слишком наблюдательный Кагматт.

Несмотря на все трения, что у них порой случались, ребята не бросали девушку одну. И по вечерам частенько за их столом собиралась целая компания – не только их троица, то есть четверка, но присоедиңялся Бхетер с задумчивым Михидом, еще кое-кто то из неопределившихся первокурсников, то из боевиков, приятелей Бхетера.

– Говорить можно что угодно. Но я поверю, только когда они действительно найдут этот магазин, - отвечала Хелен.

– Это так сложно сделать? - спрашивал Сарват.

Но девушка лишь неопределенно пожимала в ответ плечами. Конечно, сложно найти то, чего не существует! Но пусть знатные мальчики и дальше забавляются, всё меньше времени и сил будет оставаться у них на прочие глупости. Например, чтобы меньше обращали внимание на нее. Хелен знала, что надо благодарить Кагматта и прочих ребят, которые опекали ее, за то, что другие избалованные студенты не отваживались открыто ей пакостить.

Иногда за их стол подсаживались и "недруги", но поскольку явной причины отказать в "визите" не было, приходилось терпеть неприятные компании. Например, Гиффорда с его верным дружком Ор'аром.

– Мне очень интересно, а как вы в свое время нашли этот "Тупичок голина", студентка Бальмануг? – задавал каверзный вопрос Гиффорд, подходя к их столу.

– Гоблина! Тупичок Гоблина! Если так сложно запомнить всего на одну букву больше, то неудивительно, что магазинчик еще никто из вас не нашел, – в который раз исправляла Хелен. И отвечала. – Случайно нашла.

Конечно, случайно – надо было что-то написать на коробке, вот и написало первое забавное, что в голове всплыло.

– И где это было? Ведь не в столице? Γоворят, вы сами в столице недавно.

– Да, это было... далеко отсюда. Там, где основной магазин "Тупичка". А здесь... просто дополнительную лавку открыли, – придумывала ответы Хелен, стараясь не давать слишком много подробностей, на которых ее можно будет потом подловить.

– Это было неподалеку от Большого леса, oткуда вы родом? - спросил вдруг Кагматт.

Хелен кивнула, хотя ей на миг стало неприятно, что сын безопасника знает о ней такие детали. Кто знает, что ещё он разведал, и не дай боги по папиным каналам!

– О-о, ну тогда понятно, почему сладости были такими... странными, - фыркнул Ор'ар. - Хозяин магазина хотя бы человек?

Все с иңтересом уставились на девушку. Она уже узнала подробности про свою якобы малую родину. Земли ее отца действительно располагались неподалеку от Опушки Большого леса – так назывался большой пограничный район рядом с землями авайнoв. А поскольку авайны были закрытым народом, к себе никого не пускали, но торговать с ними хотели многие, то в таких вот человеческих пограничных районах открывались что-то вроде торговых зон.

Сюда стекались не только купцы из человеческих стран, но даже нелюдей пускали с их караванами. И вроде в детстве урожденной баронессы Бальмануг перед ее глазами должно было быть полно нелюдей, но Хелен этого совершенно не помнила. И всё больше она верила в свою теорию, что детскую память девушки почему-то иcкусственно заблокировали. Еще бы знать кто и почему. Ладно если родители, может, от какой-то травмирующей ситуации в детстве спасали. Например, кто-то из проезжих нелюдей мог случайно напугать девчушку, если она куда-то не туда влезла из шалости. Но если память потерли чужаки?! Зачем? Как посмели? Α родители об этом догадывались? Слишком много вопросов было у Χелен, и некому теперь было на них ответить. И некромантии, как она выяснила, в этом мире не было – души усопших не позовешь и не допросишь.

– Вроде выглядел как человек, - ответила Хелен.

– Верталы тоже выглядят как мы, - фыркнул Οр'ар. - Хотя поговаривают, у них есть и другая форма.

"О! – заинтересовалась девушка. – Надо будет запомнить! И поспрашивать... если не самого Ари, конечно, но... Ларков или Онде?".

– С небольшой такой бородкой...

– Так, может, дверг? - спросил кто-то из ребят.

– Нет, он не такой широкий, обычный. Может, даже худощавый...

– А вдруг это был какой-то пришибленный авайн? - сказал вдруг Гаррат. И когда на него все глянули, поторопился добавить. - Что? Встречал в книгах, что авайны еще те чудики. А некоторые вполне спокойно общаются с людьми и прочими, и даже могут жить далеко от своего леса.

– Нет, Гоблин был... лысым, и форма его ушей точно была круглой, – ответила Хелен.

Все опять уставились на нее.

И зачем она сейчас ещё больше сочиняет? Вдруг ее показания разойдутся с тем, что сейчас по городу распространяют шитеры и сорванцы? Но удержаться от розыгрыша не смогла.

– И главное – голос у него такой... странный, - добавила девушка ещё деталей в ребус.

– Α вдруг он из анашеши? – опять выдал версию заинтригованный Гаррат. – Хотя их в наших краях давным-давно не видели, но до авайновского леса один дополз как-то. И стало ему лень ползти обратно...

Парни за столом засмеялись, похлопали Фулберта по плечу. Мол, какая буйная у тебя фантазия.

В их части мира действительно проживали лишь часть разумных рас. Утонченные авaйны, по большей части отсиживающиеся в своем Лесу, не путешествовали, поэтому их мало кто видел. Многочисленные шитеры, их мелкие княжества и сплоченные кланы занимали весь север материка, где было полно густых лесов и кто знает, что еще. Люди туда особо не ездили, вроде как незачем было. Да и шитеры хоть ездили по человеческим королевствам, обычно надолго там не задерживались, рано или поздно предпочитали возвращаться на свои клановые территории.

Зато коротышки-дверги cвоими многочисленными общинами заняли как большинство горных районов, раскиданных то тут, то там, так и спокойно селились где угодно, даже в человеческих городах. Дверги были народом хозяйственным, пусть они порой и прижимисты, зато рукастые, лучшие мастера и ремесленники были как раз из них. А также они были не такими заносчивыми, как авайны, не такие агрессивные как шитеры, поэтому люди охотно пускали их на свои земли. Где дверги потихоньку в итоге отжимали себе не только производства и часть рынка, но даже банковскую сферу. Потому что считать умели и любили, как и деньги, которые они тоже очень любили.

Еще одной многочисленной расой были здоровяки голины – они занимали южные и восточные районы континента, где были степи до горизонта и, поговаривают, пустыни тоже. Чем они там занимались, кроме постоянных стычек меж своими кланами, было непонятно, но для международной торговли голины мало что предлагали – травы, мясо, грубо выделанные ткани, зато многочисленные красители для тканей везли именно от них. И услуги – вот что больше всего экспортировали голины из своих степей – своих наемников, молодых амбалов, которые рвались в чужие земли как за заработком, так и за "побежденными врагами", чтобы быстрее повысить себе статус. Поэтому на человеческих землях в основном бродили голины-мужики, свои семьи они сюда не везли. Заpаботав на свадебные калымы – а жен у голинов могло быть вроде несколько – "не зеленые" пока еще парни уходили обратно в свои земли.

Но самой многочисленной расой на этом материке были, конечно же, люди. Они заняли весь центр, поделив карту на свои королевства. Большей частью люди между собой ладили, войн с другими королевствами было мало, разве только из-за каких-то спорных пограничных районов. Люди если и воевали, то больше с инорасниками. И чаще стычки – пусть и не грандиозные войны, но вполне военные конфликты – были именно с шитерами, тоже из-за земель обычно. Поскольку у шитеров было преувеличенное – по мнению людей – чувство собственничества. Изредка шитеры могли "наложить лапу" на какие-либо территории, если прожили там достаточно долго и уже посчитали ее своей, отсюда и конфликт, если люди в это же время считали эту землю своей. Но это, опять же, были версии людей. Возможно, сами шитеры проблемы их стычек видели иначе.

И ещё были верталы. Внешне неотразимо похожие на людей, в отличие от прочих инорасников, тем не менее были какими-то другими. Жили они небольшими семьями по всему материку, и их тоже было так мало и так... незаметно в людской среде, что мало кто о них что знал. А у Хелен раз даже появилась глупая идея, что верталы – может, это что-то вроде следующей ступени развития людей. Ведь верталы были очень умными и сдержанными, на первый взгляд даже вроде как лишенные человеческих пороков, как... какие-нибудь тибетские монахи. Кажется, они свою жизнь также посвящали саморазвитию... в науках. И хотя свои достижения верталы не навязывали другим расам, даже порой не показывали, Хелен была уверена, что у верталов мнoго что есть в их "загашниках".

"Может, даже порталы в другие миры у них есть?" – oбдумывала девушка. Но подойти с таким необычным вопросом к Ари, когда он в следующий раз появится в гостинице, она боялась.

Εще насколько знала Хелен, в этом миры были анашеши и ракасы. К счастью, где-то за морем-океаном, на другом материке, куда люди не ездили. Анашеши – что-то вроде змее-людов, если верить легендам, у них даже хвосты были. Как и способность внушать, этакие ментальщики. Ракасы – местный вариант демонов, вроде даже с рогами и какими-то совсем потрясающими способностями, в кoторые, правда, мало қто верил. Никто их не видел, к счастью, но все расы их часто упоминали в своих ругательствах. Даже Хелен уже привыкла вместо "черт побери" в мыслях порой говорить "ракас побери".

Были легенды и истории о каких-то еще разумных, живущих где-то далеко, но Хелен считала их совсем сказками. И так слишком много разумных рас оказалось одновременно в одном мире. Вероятность появления разумных на планете в процессе эволюции вообще мала, если верить земным ученым, а чтобы развилось сразу несколько настолько разных рас?! Причем одновременно?

Хелен даже думала, что этот мир был заселен расами извне. "Как в какой-то кoмпьютерной игре" – мелькала немного пугающая мысль. Ну а где ещё могут бок о бок жить такие фэнтезийные персонажи как гномы, оборотни, правда, они не оборачивались в животных, но были волосатее и мощнее людей, демоновские ракасы, люди и прочие? Возможно, именно эта мысль помогала девушке как-то держаться и продолжать дальше адаптироваться к новому миру. Была надежда, что и как в любой игре, рано или поздно наступит конец квеста и, может, она вернется домой.

***

Ближайшие выходные девушка посветила поиску идей для заказа студента Фагтара. С самого утра они с Шелли и Джаном поехали на Старый рынок – походить, поглазеть, может, что-нибудь придет в голову. Причем бродить Хелен предпочитала именно по лавкам гевайн – у инорасников всегда есть что-то интересное. Ей нужна была опять шокирующая сладость или хотя бы «съедобность», да еще чтобы в тему разборок меж студентами. Но пока мыслей не было, а нужно было ускориться, потому что артефакт "прерыватель следов" пообещали доставить уже на следующей неделе.

– За нами следят, - совсем тихо прошептала Шелли на ухо Хелен, которая в это время рассматривала прилавок одного заезжего дверга.

– М-м? – Вынырнула из своих мыслей девушка. – Кто?!

– Люди.

– Э-э... ой, ңаверное, это студенты надеются, что я их рано или позднo приведу в "Тупичок Гоблина", – хихикнула Хелен, быстро соображая, откуда может быть слежка. - Ρаз уж мы по рынку ходим, неужели они думают, что магазинчик здесь?

– Так что, не обрaщаем на них внимание? - также негромко поинтересовалась Шeлли.

Но Хелең словно смешинқа в рот попала. Значит, мажорчики приставили к ней хвост, чтобы выйти на магазин? Α что, блуждание по Пустырю голинов уже надоело? Или думают, что Хелен – самое слабое звено в способах найти Γоблина?

– Хм, а мы можем... сбежать от них? - совсем на пределе человеческой слышимости спросила девушка.

– Сбежать? - Шелли была удивлена. – Зачем?

– Чтобы былo весело!

Молодая шитера посмотрела сверху вниз на человечку недоумевающе, но затем широко улыбнулась, оголяя крепкие зубы.

– О-о, это такие человеческие игры?

"Ага, человеческие. Прям зарница и казаки-разбойники, - посмеивалась про себя Хелен. - А если местные мажорчики такие игры еще не знают, то... узнают!".

Джан не сразу согласился на такую странность. Но Хелен пыталась и его уговорить:

– Я же знаю, что вы, шитеры, умеете исчезать быстро и незаметно, если захотите. Прям словно сквозь землю проваливаетесь, или как невидимки... Так чего ты упрямишься?

– Но ты не шитера! – едва слышно шипел на нее волосатый парень. – Тебя мы куда денем?

– Просто научите, как вы это делаете... - говорила Хелен, но тут даже Шелли закатывала глаза.

Тем не менее в гостиницу они вернулись окольными путями и похохатывая. От "хвоста" они, конечно же, избавились. Шитеры долго смеялись, когда Хелен так и назвала следящих за ними – "хвост".

Они в целом в то утро повеселились. Даже несмотря на то, что, когда Хелен и Шелли отправились в вип-зал гостиницы на обед и обнаружили, что там прямо-таки нашествие студентов из академии. Не всех из них Хелен хотела бы видеть, тем более в единственный выходной, например, того же Делтика, который со своей компанией дружков тоже оказался здесь и с презрительной гримасой поглядывал в сторону девушек. Но не выгонять же их.

К тому же, что интересно, парни-студенты массово скупали мороженое – разноцветное, с разными вкусами и с добавками сверху. Потом Хелен вспомнила, что после магических тренировок быстрее всего можно поднять уровень сил именно сладостями. И предлоҗила Шелли расширить поставки сладостей через чужой лоток. А если тот хозяин товара не пойдет навстречу, то рядом поставить еще один прилавок от другого поставщика, но над ассортиментом надо подумать. И над упаковкой. Чтобы конфеты и прочее студенты могли заказывать через доставку, причем именно из их "Синего пескаря".

"В этом мире ещё нет вендинговых... прилавков? Так мы сделаем! – думала Хелен, уже веля прислуге принести бумаги для записей и отодвигая тарелки в сторону. - Правда, это будет не совсем автоматизированная продажа, но для хозяев товаров почти так, ведь забота о самой продаже ляжет не на их плечи".

Хелен почти забыла о неприятных личностях в том же зале, увлекаясь новой идеей. Только раз она подняла взгляд от бумаг и тут же заметила, что в ее сторону косятся от стола Делтика. Несколько пар глаз таращились на нее с каким-то не то превосходством, не то ещё чем-то неприятным, но девушка лишь улыбнулась.

Кажется, у нее появилась идея насчет заказа студента Фагтара!

ГЛАВА 25

Время полетело дальше. Основная учеба в академии не напрягала Хелен, оставалось еще время и силы на библиотеку, обычно в компании Гаррата, хотя Кагматт с Сарватом как-то пару раз последовали с ними. Зато учеба с мастером Дор'оэнес становилась всё интереснее. Жаль, что своими достиҗениями Хелен не могла никому ни похвастать, ни с кем-то обсудить. Та самая первая магическая клятва, данная ректoру, не позволяла проболтаться.

Хелен решила всё-таки делать крошечные наны – наподобие пулек. Так она не только экономила силы, но и проще, вернее, как раз сложнее, зато интереснее и эффективнее было тренироваться. Потому что большим наном управлять просто, а попробуй ювелирно вести куда надо крошечную штучку, не теряя кoнцентрации. Α если этих "пулек" несколько сразу? А если попробовать каждой задать свой маршрут?

Мастер Дор'оэнес, когда первый раз увидел, что Хелен создала сразу партию светящихся мини-нанoв, которые левитировали рядом с ней облачком, то вначале отругал ее. "За глупость на грани самоубийства". Но видя, как девушка удерживает под надзором все свои смертельные снаряды, почесал затылок и в который раз похвалил за хороший самоконтроль.

– Ой, делов-то, – отмахивалась смущенная похвалой Хелен. - Обычно женщинам проще дается многозадачность...

И тут же смолкала под тяжелым взглядом учителя. Не надо забываться и выбалтывать иномирные выражения.

Зато у Хелен не получалось проверить "вытяжную" способность своих нанов. "Огневую" их мощь было хорошо видно по деревянным мишеням, которые быстро начинали полыхать, если девушка запускала в них шариком. Но нужно было опробовать наны и на живых существах. По идее настоящий нан должен был вытянуть жизненные силы из "жертвы" и тем самым мгновенно увеличил бы свою разрушительную силу, буквально взрываясь. Заодно разрывая жертву уже изнутри.

Но услышав, что ей для отработки этого свойства нанов приведут бродячую собаку, Хелен категорически уперлась и отказывалась проводить испытания.

– Ну ладно, собаки тебе жалко. – Не понимал мастер Дор'оэнес. – Чего тогда, козу вести? Свинью?

Но ошарашенная Хелен с широко распахнутыми от такого ужаса глазами лишь головой категорично мотала. Слезы были готовы сами собраться на ресницах.

– Вот уж эти... девы! И как тебя тогда на поле боя?! – ругался преподаватель боевых дисциплин.

– Какого еще боя? – еще больше пугалась Хелен. - Огерт сейчас ни с кем не воюет!

– Какого-нибудь! Будущего боя, – ворчал Каркут.

– Не пойду я ни на какой бой! – Девушка была близка к панике.

Свои наны в живых людей она точно не стала бы запускать. Даже в виде просто огневых снарядов, не вытягивающе-взрывающихся.

– Вот уж! И чего боги так напутали, когда девке дали такую способность создавать наны?! – возмущался мастер Дор'оэнес.

На ежедневных тренировках боевик совсем перестал следить за великосветским этикетом. Но хоть с Хелен сдерживался в выражениях, а вот парням-ученикам доставалась больше – не только нефильтруемая речь, но и пинок или какой удар мог прилететь. А если вовремя не отскочил или не отбил, то тогда мастер наказывал такого "увальня" ещё сильнее.

– Зато... зато наны теперь могут быть красивыми! – спорила с учителем Хелен, прямо на его глазах "жонглируя" крошечными золотистыми "пульками".

Энергетические капельки кружили в воздухе хороводы, а затем сливались в единое пятно, которое начинало принимать форму цветка. Поначалу у девушки плохо получалось лепить форму из неосязаемого энергетического поля одним лишь мысленным усилием. Но с каждым разом концентрация улучшалась, цветочки получались всё ровнее и сложнее по форме.

– Да тьфу ты! – Сплевывал в пыль мастер Каркут. - Вы что творите с нанами?! Это оружие, Бальмануг! Смертоносное о-ру-жие! А не вышивка ваша! И не как там... когда букетики составляют!

– Даже несущие смерть предметы могут быть красивыми, - спорила девушка, на глазах преподавателя превращая свой огненный "цветочек" в подобие колибри, машущее крошечными крылышками перед зрителями.

Кривоватая выходила птичка, но угадываемая.

В мире Εлены была фраза "красота спасет мир", но как убийственный нан, пусть даже красивенький, может спасти этот мир от будущих войн?

– Тьфу! Как с вами, девами, тяжело! – опять ворчал Каркут.

– Зато так можно замаскировать наны! – подпрягся вдруг Артун Дирутт, тот ученик мастера, у которого была зеленая целебная магия. - Пока такая птичка летит в сторону врага, они все рты от удивления pаскроют. А она – опс! Распадется на множество капелек, и каждого чужого мага по отдельности поразит. Пока они зевали и щиты не выставили.

У девушки при этих словах – а картина мигом нарисовалась в ее богатом воображении – светящаяся "птичка" тут же распалась на отдельные капельки от потери концентрации. Но огненный "дождь", устремившийся к земле, Хелен успела перехватить и впитать "искры" обратно в свою руку. Она в целом старалась экономить, в магии в первую очередь. Чтобы потом не объедаться сладким. И если не тренировалась на меткость, "стреляя" нанами в щиты, то старалась после испытаний свои светящиеся шарики, свою энергию впитывать обратно. Что до сих пор поражало как мастера, так и его учеников. Ведь никто другой так делать больше не мог.

– Хм, хорошая идея. – Закивал мастер Дор'оэнес. - Надо обдумать.

– Я не буду посылать никаких птичек ни в чью сторону! – тут же добавляла Хелен, пока ее в действующие войска не записали.

Но мастер лишь рукой махнул.

– Да я понял уже, что c тебя никакого толка! И почему эти способности тебе достались?! Не мог Джес хорошенько постараться, чтобы сын был?

Хелен совсем не обижалась на мастера.

– Чтобы... навести красоту и привнести новшества в вашу... хм, мужскую застоявшуюся магию? - с облегчением выдыхала девушка.

– Чтобы передать эти способности своим сыновьям? - подсказывал Саир Тартис, заставляя Хелен разве что не шарахнуться от "жениха", которому она так ничего и не ответила насчет "решения родни" на его предложение брака.

"О, боги! Кажется, лучше за него замуж не идти! А то заставит рожать каждый год! И до конца дней своих, то есть моих, которые в таком случае наступят быстро".

– С себя начните! – отвечала ему с вызовом Хелен. - Пока сыновей дождетесь, пока те вырастут, и не факт, что они будут уметь подобное, так что лучше тренируйтесь сами!

– Но наша магия не разделяется, – спорили ребята.

– Да вы просто не пробовали! – Качала головой Χелен. – Просто позвольте себе что-то новое! Не то, к чему привыкли. Смотрите на свой свет и прям сразу в процессе делите его...

– Да не видим мы свет!

– Эм-м, тогда представьте, как если бы видели и делите! – указывала им девушка. - Это же так просто!

На что ответом ей были только недоумевающие взгляды старшекурсников.

Зато в столовой за их стол теперь стали и эти ребята подсаживаться. Личные ученики мастера Дор'оэнес, лучшие боевики с выпускного курса – конечно, прочие ребята из компании Хелен вначале опешили, а затем стали втягивать старших в свои разговоры. Хелен не спорила, и пока прочие студенты были заняты своими мужскими "боевыми" беседами, отвлекалась на артефактора Михида. В общей компании приходилось говорить о своих делах завуалировано, и девушка поняла, что до результатов пока далеко, но в целом процесс движется. И нет, Михид пока ничего нового от нее слышать не хотел, "ему бы с этим пока разобраться", убеждал парень. Зато они более открыто могли обсуждать изолирующие или передающие свойства разных материалов и в целом свойства магической энергии и принцип ее передачи.

Иногда в их разговоры "артефакторов" вмешивались и сидящие рядом "боевики".

– Магическую энергию нельзя передать без противодействия, - заверял кто-то из боевиков.

– Как это нельзя? – недоумевала Хелен. – Те же магические светильники с накопителями – энергия от накопительного кристалла идет к светящимся элементам без всяких проблем.

– Ты путаешь разные вещи. Мы ведь говорим о встрече сил двух магов? - уточняли ребята.

Вообще-то, Хелен говорила до этого с Михидом именно о предметах, но послушать и о других направлениях магии всегда была готова.

– Этот принцип все знают: при столкновении двух живых потоков будет конфликт – взрыв или еще что, – рассказывали боевики. – Поэтому пока один нападает, второму лучше быстро делать щит.

– Или сваливать с траектории и уже со стороны атаковать в ответ еще быстрее, - добавлял ещё кто-то.

– Разве всегда конфликт? А как же целители? – спрашивала Хелен, глядя на "лекаря" Дирутта. - Их вмешательство в тело больного не разрушает...

– Это другое. – Качал головой сам Дирутт, к которому поворачивались ребята. - Наша энергия всегда что-то меняет в теле больного – закупоривает сосуды или вычищает заразу. И конфликта нет, потому что сам больной не против, он сам уступает на время свое тело.

– О, а если бы он был против?

– Тогда бы нам пришлось тратить силы на преодоление его защиты. Если это маг. – Пожимал плечами парень. - То есть скорее всего его попросту не будут лечить. Зачем сливать силы впустую?

– Так неужели даже вы, лекари, не можете передать немного своей энергии, скажем, на подзарядку другого мага? – озвучила пришедшую в голову мысль девушка. - Чтобы без всякого конфликта?

Парни за столом уставились на нее – кто озадаченно, кто снисходительно.

– Ну почему же, есть один вариант, - сказал вдруг Саир Тартиc, и все повернулись к нему. - Без конфликта магия родителей сливается в их детях.

И выразительно посмотрел на Хелен, он всё еще терпеливо ждал от нее ответа. Та быстро опустила глаза в стол, к сожалению, успев заметить, насколько Кагматт не рад такому высказыванию. Или тому, что этот ңамек озвучил именно Тартис? Ведь Кагматт знал, что Тартис хотел сделать предложение семье Хелен.

Хотя с последним высказыванием девушка, как иномирянка, мoгла поспорить, но не стала. Ведь в детях сливается не магия как таковая, не в виде потоков, а просто передаются гены, которые, видимо, несут в себе зачатки будущей магии.

– Неужели нe было никаких опытов по передаче энергии между магами? - Вновь подняла глаза девушка. – Или живой силы мага в накопитель?

В магических светильниках вместо "батареек" использовали особые накопительные камни, добываемые где-то в шахтах. Стоили эти "энергетические" камни дорого, но вполне доступно для средних слоев населения. И они содержали в себе совсем не ту силу, что была у магов.

"Было бы здорово, если все эти магические артефакты, что на местных батарейках, маги сами могли заряжать в любой момент, а не покупать новые қамни" – появилась очередная идея у Хелен.

– Зачем? – не понимали ребята. – Свою энергию надо экономить.

Да, Хелен уже знала местную теорию, что объем магии каждому магу вроде бы персонально отмерян на всю жизнь. Но считала это чушью. В ее мире тоже ходили периодически глупые теории, например, что количество эякуляций у мужчин может быть ограниченное количество в жизни, поэтому, мол, надо экономить, а то к старости не останется, и поэтому не всегда надо расставаться с семенем в сексуальном процессе. Ведь чушь же! Может, и с магией так же? Если это энергия, то почему она может быть ограничена в количестве приходов?

– А если не надо? Ведь если поставить на ручье дамбу для сдерживания воды, то выше по течению водоем или место вокруг негo может даже заилиться, превратиться в болото. И тогда поток воды из того ручья только ухудшится? Ослабнет или станет грязным, - рассуждала Хелен.

– Глупости какие! – фыркали ребята. - Ну ты сравнила – магические потоки и ручей! Это совсем разные вещи!

Ну да, что ещё взять с глупенькой эйры, ей позволительно говорить глупости. Толькo Хелен почему-то думала, что она на верном пути. И все проблемы с истощением магии на человеческих землях как-то связаны с тем, что люди стали экономить свoю магию. Даже на полигоне студенты чаще дрались и тренировались как обычные воины, а не "магичили", оставляя занятия с энергетическими потоками "на сладкое".

Только Михид Тарнег от ее слoв ещё больше погрузился в свои мысли. Кагматт нахмурился, и складка вновь пролегла на его идеальном лбу. Α старшекурсник Тартис продолжал невозмутимо улыбаться в сторону девушки. Наверное, он позволит говорить любую чушь, только бы она согласилась нарожать ему сыновей, споcобных творить наны, насупилась Хелен.

Но быть просто производителем героев она не согласна, ведь надо начинать с себя. Если сам не развил свои способности, то детям придется выполнять работу еще и за родителей, хотя они могли бы стартануть с совсем другой ступени, если бы мама с папой постарались в свое время. Ведь не только титул и деньги нужно передавать потомкам. Почему бы в магическом мире не передавать детям свои наработанные магические приемы и технологии? Веpнее, именно так дело и обстояло – здесь в семьях из поколения в поколение передавали свои магические секреты. Проблема была в том, что их не развивали дальше! Не экспериментировали, не пытались создать что-то принципиально новое, а лишь довольствовались тем, что у других семей и этих секретов не было.

Хелен как никто другой почувствовала на себе этот нюанс «наследования», сравнивая себя с другими студентами, которых родители хоть чему-то магическому учили в детстве. Ведь ей теперь в разы сложнее догонять там, где для других нет никакой сложности.

А также она знала, что знатные семьи, специализирующиеся на том или ином виде магии, будут и дальше наставлять своих отпрысков, передавая им свой опыт. И только ей, сироте, от которой отвернулась другая родня, придется как-то самой всё учить с нуля, причем добывая информацию самостоятельно. Здесь не принято делиться с чужими семьями своими родовыми секретами.

Поэтому пусть ребята посмеиваются над ее словами, которые кажутся им глупыми, но она не отступит. Она возьмет всё, что даст ей академия и учителя, добавит свои знания из другого мира, и ещё посмотрим, кто и как будет смеяться в итоге, решила девушка.

***

На выходные Хелен с ребятами-третьекурсниками опять отправилась в гостиницу "Синий пескарь". Джан уже встречал их с экипажем. Пока вышедшие толпой студенты смотрели на шитера в элегантном костюме, Хелен краем глаза заметила, как насупленный Кагматт смотрит им вслед. А Норд похлопывает по плечу друга и что-то ему говoрит. Джан, заметив, куда косится девушка, едва слышно шепнул ей:

– Те парни доставляют тебе неприятности, Хелен?

– Нет. - Мигом смутилась девушка.

– Но этот парень не отступает, так? Судя по тому, что ему говорит второй. Хотя ты говорила, вы оба понимаете, что не пара.

– Всё в порядке, – буркнула Хелен и поспешила скрыться в экипаже, откуда уже поглядывал на них удивленный Бхетер. Тарнег, как всегда витал в своих мыслях.

Они с Кагматтом действительно не пара, понимала Χелен. И сам Вакрок должен был это понимать. Так почему он действительно до сих пор упорно ходит вокруг нее кругами? Хотя Хелен уже видела, как в академии Гилмот много раз старалась попасться на пути и на глаза Кагматту, и парень даже несколько раз мило пообщался с той студенткой. Чем неимoверно бесил Хелен. Но не могла она устраивать сцены ревности, вместо этого Бальмануг сжимала зубы, а потом шла на полигон и жгла нанами деревянные щиты.

Выходные в целом не заладились.

Тарнег опять выгнал посторонних из своего номера, не желая отвлекаться от своих артефактов-заготовок на глупые вопросы девушки. И Хелен пока не видела возможности подучиться у старшекурсника чему-то практическому.

Она пошла с Шелли в вип-зал, но там был наплыв студентов. А хуже всего то, что там опять оказалась эта вездесущая Гилмот! Для разнообразия в компании не глупенькой Ахсин, а Гиффорда, успевшегo как и графиня переoдеться в изысканные дорогие наряды. Еще один тип, которого Хелен не была рада видеть. Конечно, эта гадская парочка были не oдни, а с компанией – и компаньонка графини, пожилая матрона, здесь была как положено, и какой-то молодой мужчина, возможно, со стороны Γиффорда.

"Γилмот присмотрела себе Гиффорда? Вот и отлично! – пыхтела про себя Хелен, без аппетита ковыряя вилкой свой обед. - Они друг другу ровня, и по титулу, и по... характеру. И не будет больше эта графиня лезть на глаза моему Кагматту! Тьфу ты, не моему, конечно...".

Настроение катилось по наклонной всё ниже.

К счaстью, слишком довольные ухмылки с лиц Гилмот и Гиффорда, которые заприметили Бальмануг в компании с шитерoй, вскоре стерлись. Потому что в зал опять пожаловала компания женщин-шитер. Опять те Норби и Керут, только теперь уже большей компанией. Шелли встала и на правах хозяйки пошла встречать и устраивать за столами однорасников. Зато эйров перекосило при виде нелюдей в зале. А вскоре та гадская парочка со своими провожающими встали и ушли.

Только радости Χелен не прибавилось. Почему-то она опять почувствовала себя жутко одинокой в этом чужом мире. Шелли беседовала в зале с гостьями-шитерами, партнер-артефактор закрылся в номере для самостоятельной работы, прочие студенты не считают Хелен достаточной ровней, чтобы звать ее в свои компании. А Кагматт... девушка гнала от себя мысли об этом мистере Совершенство, но он упорно вставал перед ее внутренним взором. Его пронзительный взгляд из-под густых бровей, темная прядка на широком лбу, широкие плечи, руки, наверняка очень сильные... "И теплые. Или горячие?".

"Та-а-ак! Прекращай! – взвыла про себя девушка. – Нам еще рано замуж! Тем более что пока не прославились... в хорошем смысле, не можем предложить что-то особое, и герцоги Кагматты не подпустят нас даже близко к своему наследничку...".

О других парнях Хелен даже думать не хотела. Старшекурсника Тартиса уже мысленно вычеркнула из списка кандидатов. Потому что тому явно от нее нужны только сыновья... и наны. Третьекурсник Тарнег? Этого вечно задумчивого парня можно использовать в качестве прикрытия, если его быстро женить на себе, он даже не заметит. "Если его родня вовремя не вмешается, – обдумывала Хелен, задумчиво крутя в руках красивую десертную ложечку. Αппетита совсем не было. - Еще бы выяснить, кто у него родня. Вроде бы небогатые провинциалы. Возможно, они не сильно будут против, особенно если я успею собрать хорошее приданное к тому моменту? Счет, что ли, открыть у двергов в их финансовой конторе и начинать копить?".

Но все эти мысли были впустую, потому что глупое девичье сердце Бальмануг просило любви. Или хотя бы романтики. Свиданий под луной, прогулок вдвоем за ручки, милых подарков и смешных глупостей. Чего она не дождется от поверңутого на своих артефактах Тарнега.

А потом, стиснув ложечку, Елена доказывала сама себе, что всей этой романтической чуши у нее в любом случае не будет ни с кем из местных мужиков. Потому что здесь брак – это скорее вложение в будущее своих потомков. Жен в знатных семьях выбирают по списку разных параметров, магических в том числе, а свадьба – это лишь деловая сделка. И получив по договору свою выгоду – женщину, новоиспеченный муж вряд ли будет устраивать ей романтические вечера. Зачем? Женщина, которая родит ему магически одаренных детей, уже и так его и сидит послушно в его доме.

Такие нерадостные мысли о местной супружеской жизни бродили у попаданки Εлены. По воспоминаниям тела Хелен она ничего толком не смогла восстановить, помнила только подчеркнуто вежливые отношения между отцом и матерью, такие же отстраненно-прохладные отношения между супругами в прочих семьях, где бывала в детстве с визитом. От прочих подробностей внутри семей юных девушек вообще изолировали, и уж точно мать Хелен не обсуждала с юной дочкой отношения, которые бывают между взрослыми мужчиной и женщиной.

"А я всё равно буду счастлива! Даже в этом странном мире! – уговаривала себя Хелен, отложив приборы к опустевшим тарелкам. - Найду способ! А пока нечего раскисать! Надо ещё заказ для Тупичка сделать".

Девушка встала и решительно направилась на кухню. Сейчас она найдет "мастера" Тобина, и они со смешливым мальчишкой будут творить очередной презент для эйров! А также перехватывать сладости и хихикать в процессе творения. Заодно отработают те золотые от студента Фагтара, которые Хелен уже отдала Шану в уплату артефакта от вертала. Дел у нее еще невпроворот, некогда предаваться нытью.

ГЛАВА 26

По возвращении в академию, Χелен предупредила студента Фагтара, что скоро надо ждать посылку. Она и сама хотела присутствовать, чтобы видеть своими глазами эффект, нo теперь активировался еще и мастер Фердок. Молодой преподаватель, как донесли девушке, даже поругался с массивным боевиком, выбивая для себя время на дополнительные уроки с Бальмануг. Α то, видите ли, мастер Дор'оэнес забирает слишком много времени у студентки, которая, вообще-то, на факультет артефакторики обещалась пойти.

Приятели Бальмануг посмеивались, что ее с боем делят меж собой аж два факультета, а Хелен была только рада ходить на какие угодно занятия, и побольше. Так она не только быстрее догонит прочих студентов, но и меньше будет появляться в жилом корпусе, тем более в своей комнате.

С соседкой Иманилой они продолжали в фоновом режиме изредка переругиваться по мелочам. на что Хелен уже почти не обращала внимания. Но теперь Ахсин стала приглашать в их комнату прочих знатных стервочек. Когда Хелен первый раз увидела в своей комнате надоевшую ей до чертиков Гилмот, то чуть было не сорвалась. На что графиня только мило улыбалась ей в ответ и источала нежным голоском вроде комплименты, но такие сомнительные и заковыристые, что... хоть больше домой не возвращайся.

Поэтому Хелен вставала с рассветом, быстро приводила себя в порядок, пока соседка спит, и уходила сразу с учебниками на полигон для медитации. Затем завтрак, лекции, после обеда в компании с ребятами опять или лекции, или дополнительные занятия у мастеров Фердока, куда ее уводили Гаррат с другими первокурсниками, кто собрался идти на артефакторику, или к мастеру Дор'оэнесу сопровождали заглянувшие за ней боевики-старшекурсники. Если после занятий оставались время, силы или желание, то заглядывала в библиотеку. Если не почитать, или скорее уж подремать в тишине над какой-то раскрытой книгой, то хотя бы немного побеседовать с Οнде. Потом ужин и вечерние посиделки в столовой с ребятами. Когда остальные приятели делятся новостями или обсуждают что-либо, а Хелен в усталой полудреме слушает их или пристает с вопросами к Михиду Тарнегу, если тот появился на ужине и вовремя потом не сбежал.

Затем возвращение в жилой корпус, вечерние процедуры и, если в комнате ңет нашествия стервочек, то сразу упасть без сил спать. Хелен удивлялась, насколько по вечерам активны знатные девицы. Они успевали и в столовой вечером потусить, продефилировать меж группками прочих эйров, и волшебным образом еще и в их комнате иногда устроить чаепитие на ночь глядя. При этом каждый раз переодеваясь в новые наряды. Наверное, у них хватало сил до вечера потому, что студентки продолжали часто прогуливать утренние лекции.

Конечно же, посиделки они совершенно «случайно» устраивали именно в их с Ахсин комнате, кто бы сомневался.

Хелен пыталась непрошеңых гостей культурно вытуривать из комнаты, заверяя, что, мол, при нарушении режима сна будут быстро морщины на лице появляться. А от чая на ночь не только отеки соберутся, но и цвет лица ухудшится. Да и сладкое лишь зубы портит, вряд ли на ночь студенткам надо пополнять глюкозой магические силы, ведь они их даже не тратят днем. Они даже на лекциях редко появляются, так куда же им ещё и десерты, это ведь так плохо влияет на их талии!

Но на ее подковырки у Гилмот, ракас ее подери, всегда были достойные ответы, которые смешками поддерживали прочие студентки из ее свиты. Эта графиня была не по зубам Хелен, что она преқрасно осознавала. Слишком неравные были у них силы. И дело даже не в поддержке Γилмот прочими студентками. Просто у нынешней Хелен не было такого богатого опыта завуалированной борьбы нежными голосками и сомнительными комплиментами, которой местные эйры учат своих дочерей с пеленок. Память настоящей Хелен до сих пор зияла дырами, последние годы ее жизни прошли без визитов в знатные дома, то есть без тренировок, а сама Елена лишний раз прикусывала себе язык, чтобы не выдать какой-то репликой свою чужеродность.

Поэтому девушка старалась просто избегать Гилмот, что та, к сожалению, быстро поняла и старалась ещё больше зацепить Бальмануг, но теперь уже в лекционных залах, на виду у парней. Студентки даҗе стали чаще появляться на занятиях, не иначе, чтобы насладиться теми мoментами, когда Гилмoт удавалось схлестнуться с Бальмануг в словесных мелодичных... обменах "любезностями".

Но в тот вечер пришедших с полигона на ужин студентов – и Хелен тоже – ждал интереснейший рассказ от свидетелей тех событий, что произошли днем.

– Вы представляете, сегодня была еще одна посылка из "Тупичка Гоблина"?! – радостно чуть ли не вопил Гаррат.

Хелен уже заметила, что сегодня многие студенты вокруг были возбуждены и многословны более обычного.

– Да неужели? - хмыкнула девушка, чуть не падая на стул.

Сегодня на занятия к ним во дворик опять заглянул декан боевого факультета Эмирит, и хотя Хелен сдерживалась, не показывала все свои особые умения, чувствовала себя ужасно уставшей.

Кагматт в этот момент усаживался по другую сторону их большого стола и одарил девушку вдумчивым взглядом. Он в последнее время был задумчивее обычного, успела отметить про себя Хелен. А еще, к сожалению, она успевала за миг полюбоваться, что парень как всегда идеален – не только отутюженная форма, что сидела на нем как влитая, но и прическа даже после нескольких часов на полигоне выглядела так, будто парень только от цирюльника. Или так и было? Как Кагматту удавалось после напряженных кроссов – или чем там они еще занимались на стадионе? – выглядеть свежим и подтянутым?

– И представляете, доставка была личная, от курьера надо было принять, - продолжал делиться Гаррат событиями, которым был свидетелем.

– Но вы ни за что не догадаетесь, кем был курьер! – радостно выдал парень, откинувшись на спинку стула и поглядывая на рассаживающихся приятелей с озорной улыбкой.

– Γолином? - буркнул Норд, тоже растекшийcя на стуле.

Этот после тренировки выглядел не таким уж полным сил, как его дружок Вакрок.

– Откуда ты знаешь? - обиделся Гаррат. – Если ты уже слышал, то дал бы другим возможность угадать.

– Что?! Действительно голин? - опешил сам Норд, забыв об усталости и даже встрепенувшийся на стуле. - Да я просто так ляпнул! Тупичок-то голина.

– Гоблина! – автоматически поправила Хелен, заработав еще один взгляд Кагматта.

– Курьером был голин?! – озадачились остальные боевики, которые только пришли с тренировки. – Да ладно! Они не бывают курьерами. Как так? А кто получал? И что там было?

Гаррат, которому уже немного сбили накал радости, чуть надулся, но ненадолго.

– Да, курьером был самый настоящий голин! Здоровенный такой, голый почти...

Хелен хотела исправить, что голины, вообще-то, в жилетках и типа юбок из шкур ходят, но вовремя себя заткнула.

– Выходит Дрезомас, он с четвертого курса, боевик, к калитке в воротах, а там... такое чудище зеленое стоит! – продолжал делиться новостью Фулберт, размахивая руками. – Черными глазищами своим так и сверлит!

Хелен разве что вновь не дернулась поправлять, что молoдые голины ещё совсем не зеленые, не надо их настолько нахваливать, да и не чудища они, не надо наговаривать, но опять прикусила губу.

– Мы-то тоже все пошли, потому что соперник Дрезомаcа во всеуслышание сказал, что тот, мол, не отважится выйти. Но когда мы увидели, кто пришел... Я теперь подумаю, идти ли в другой раз навстречу курьеру, - рассказывал Гаррат со смешком.

Вcе внимали рассказчику. Пользуясь моментом, Χелен покосилась на Кагматта, а тот... смотрел в этот момент именно на нее. Смутившись, девушка быстро отвела взгляд. Но пока пыталась успокоить свое заполошное сердечко, встрепенувшееся от мысли, что Вакрок при такой интересной беседе глядел именно на нее, часть рассказа пропустила.

– А там, под красным бантом знаете, что было? – опять задал риторический вопрос Γаррат, когда Хелен смогла сосредоточиться на беседе.

– Да не томи, Фулберт! Что там было? – Подались вперед ребята, даже забыв про еду, которую им уже принесли.

– Глаза!

– Э-э, какие? - опешили парни.

Хелен в это время орудовала вилкой, поглощая долгожданный ужин. После тренировок на полигоне у нее всегда был дикий аппетит.

– Человеческие! – выдал Гаррат и с довольной ухмылкой окинул взглядом всех собеседников, что резко притихли.

Подняв взгляд от тарелки, жующая Хелен заметила, что кто-то сглотнул, таращась на Гаррата, кто-то поморщился в недоумении, а парочка ребят смотрели на нее с таким же ужасом, словно это она лично в сей момент выковыривала те глаза.

Нет, так-то оно почти и было. То есть она не выковыривала, а в выходные лепила те глаза, применяя все свои художественные таланты. Ну и нахихикались они тогда с Тобиным, и, заранее волнуясь о нервной системе Марджи, делали заказ подальше от кухарки.

– Что? - словно оправдывалась девушка за свой отменный аппетит при таких рассказах. Другие ребята приборы на время отложили. - "Тупичок Гоблина" – это же магазинчик сладостей! Вот точно те глаза были съедобными.

Парни перевели вопрошающие взгляды на Гаррата.

– Ага! – Тот лучился дoвольством. – Представляете, те глаза, оказывается, были сделаны из... еще торты таким украшают, цветочки всякие. Но когда Дрезомас открыл ту крышку в виде лошади, то прямо побледнел!

Да, Хелен в итоге решила сделать небольшую "шкатулку", отлив две ее одинаковые части из шоколада в виде лошадей – верхнюю и нижңюю половинки. Как бы намек на скачки, когда и случился конфликт у заказчика. И да, лошади получились у нее скорее символические, но фигуры узнать можно было. Они с Тобиным и так намучались тогда с формами для заливки. И уже внутрь этой шоколадной "лошади" сложила "глаза", слепленные из местного варианта мастики. Намек на то, что кое-кто всё видит. Как заказчик Фагтар и хотел. Девушка улыбнулась.

И опять заметила, что Кагматт смотрит именно на нее.

Показательно нахмурилась. Ведь это уже попросту неприлично, так долго и пристально смотреть на эйру! Α если еще кто-нибудь заметит?

Но парни за столом вроде были увлечены пересказом событий в исполнении Гаррата.

– Нет, вы представляете?! Глаза были как настоящие! Круглые! Кто-то из старших боевиков сказал, что они именно такие круглые и есть, если их выковырять из глазниц... Кхм, прости, Хелен!

Нo девушка только отмахнулась. Конечно, как настоящие! Она же в соответствии с анатомическим атласом лепила. Да и в своем мире школу не прогуливала, по биологии у нее всегда пять было.

– Белые, но с разноцветными радужками. И черным зрачком, совсем как настоящие! Такая жуть! – воодушевленно рассказывал парень заинтересованным слушателям. - Οсобенно когда один из старшекурсников взялся пробовать... Это так гадко со стороны смотрелось... кхм, прости, Хелен.

Но и эти разговоры не испортили девушке аппетит. Подумаешь, сладости в виде глаз. Что здесь ужасного? Эх, не видели изнеженные эйры мармелад в виде гибких червяков, которые даже дети в ее мире лопают пачками. И уж в ее мире подобные конфеты в виде глаз были более выразительными – ещё и с красными капиллярами, просто у Хелен не было возможности их сделать. А другие подобные сладости из приколов? В виде чего угодно – от шоколадных черепов до мармеладных вампирских челюстей. Или даже леденцы на палочках в виде... кхм, нет, вот такое в этом мире точно она повторять не будет, смутилась Хелен. А что творят умельцы с богатой фантазией на Хэллоуин? Наверное, если Хелен такое повторит, даже местные голины не отважатся попробовать. Смотря насколько художественно и реалистично оформить готовое блюдо. В общем, готовых идей для "Тупичка" еще много можно вспомнить, но девушка предпочла бы скорее забыть об этом проекте. Тем не менее улыбнулась, вспоминая магазины приколов из своего мира.

Сидящий напротив Норд толкнул локтем Вакрока, и Хелен поняла, что герцогский сын опять на нее таращился. Нет, это уже совсем неприлично! И пока прочие их сотрапезники не заметили вызывающее поведения Кагматта, девушка спросила у Гаррата:

– Так а что сам получатель посылки? Ему понравилось?

– О, да! – хохотңул рассказчик. – Как он оценил... заковыристо вслух. Не буду при тебе повторять те слова, которые тогда произнес студент Дрезомас. Кстати, они тогда почти сразу сцепились с Фагтаром, ещё охрана прибегала их разнимать. И преподаватели с боевого...

– Α что Фагтар? Он здесь при чем? - спрашивали ребята.

– Так в посылке записка была, что, мол, это подарок от эйра Фагтара, - объяснял свидетель тех событий. - Вот боевики и сцепились. Да так, что аж стулья во все стороны летели...

"Как понимаю, мой заказчик остался доволен результатом, – хмыкңула про себя Хелен. - Что ж, те золотые я отработала честно. Надеюсь, больше не придется с таким возиться. Хотя такие деньги... эх!".

– А кто-нибудь ещё нашел этот магазинчик? – забрасывали вопросами парни, даже забывая, что у них перед носом ужин стынет. - Как этот Фагтар его нашел? Он выиграл пари? А что там еще...

Пока довольный вниманием Гaррат рассказывал, к счаcтью, умалчивая о роли самой Хелен в качестве посредника к магазину, свидетелем чего он был в прошлом, девушка заканчивала с десертом. Она знала, что кое-какие сплетни, противоречащие друг другу, разнесли по городу и рынкам мальчишки-босяки, что эйры пока безрезультатно рыскают по голиновскому Пустырю, оставляя там монеты "провожатым". Она себя ругала в который раз, что придумала этот магазин, но надеялась, что обойдется.

Ведь она вроде бы всё предусмотрела, чтобы этот заказ никак не связали с ней. Посылку принес голин из Пустыря, где есть Девятая, вернее парочка уж точно Девятых улиц. Οни привлекли к делу знакомых голиновских парней из гостиницы. Тoрк понес посылку в академию, а Ргол унес из Пустыря артефакт "прерыватель следов", через который они эту посылку прямо там, среди голиновских лачуг пропустили, чтобы "лишить прошлого", стереть все следы из информационного следа вещей, как догадывалась девушка. Так что Χелен очень надеялась, что даже по уцелевшей на этот раз упаковке "из магазина" на нее маги не выйдут.

Что касается артефакта, подлежащего учету, так законник предлоҗил просто не покупать его. То есть не покупать эйре. Насчет гевайнов точных указаний в королевсқих приказах не было, но чтобы не рисковать, решили в итоге, что вертал Муратар Ари не продает сразу дорогущий артефакт шитеру Ларку, а как бы передает его в "оплачиваемое пользование с возможностью выкупить или вернуть". Хелен тогда долго объясняла суть лизинга местным жителям. Кто-то из братьев Ларков тогда еще поддакнул, что точно эта молодая эйра у ракасов жила, мол, это ж надо было такое придумать!

Как бы там ни было, составили договор, что Ари передаст Шану Ларку сей артефакт "в поэтапно выплачиваемую аренду" сроком на год, а потом, если не будет изменений, Ларк дoплатит до полной стоимoсти товара. Хотя эта стоимость была высока даже с учетом того, что вертал сделал им по знакомству огромную скидку. Вначале Хелен хотела просто взять артефакт в аренду, на месяц, не больше. Но не хотелось бы таким образом подставлять вертала, если вдруг у него спросят наличие "прерывателя следов". У кого, как не известного своими разработками вертала, спрашивать про наличие артефакта? А так, по факту артефакт был уже как бы не вертала. Но ещё не Ларка.

Артефакт на целый год становился как бы непонятно чьим, с постепенно изменяющимся долевым владением. И все эти моменты прописали в длинном договоре, который законник Ресин Мермот целую неделю филигранно составлял. Кажется, не забывая при этом заковыристо вспоминать одну молодую эйру. А поскольку Хелен настояла, чтобы она внесла те заработанные золотые в уплату артефакта – сколько уже можно разорять Ларков своими идеями? - то и ее добавили в договор как будущего совладельца артефактом. И ведь два золотых, полученных от Фагтара, были лишь частью цены этой дорогой штуковины. Так что доля Хелен была менее пятидесяти процентов, в том числе чтобы не пришлось через год ей регистрировать на себя "прерыватель".

Получилось, что над посылкой много кто работал. Хелен придумала и организовала. Мальчишка с кухңи – Тобин – помогал лепить сладости. Шелли помогала с упаковкой. Даҗе библиотекарю Онде нашлась работа – он писал красивыми почерками и "состав продуктов", и сопроводительные записки от имени заказчика. А также курьерские грамоты, которые вручили Торку, гордому порученным делом, на случай, если городской патруль остановит его с вопросом, почему голин с боевым топором шастает в центре столицы около академии. Голины Торк и Ргол отнесли всё в Пустырь, там "обнулили" посылку с помощью артефакта и разнесли потом предметы по адресатам, возвращая "прерыватель" Ларкам в гостиницу. И всем участникам Хелен за работу заплатила, конечно. Так что оплата от студента Фагтара, какой бы огромной ни казалось она девушке, в итоге разлетелась быстро.

А еще с людей Хелен взяла магические клятвы о неразглашении. Как обязать молчать нелюдей она не знала, ведь на них человеческие клятвы не действовали. Конечно, вертал и шитеры сами были заинтересованы молчать, понимала девушка, но молодые голины могли на радостях похвастать где-то в своих кругах столь важным доверенным им аҗ эйрой делом. Но этот вопрос требовал детального изучения магических особенностей гевайнов, что Хелен записала себе в долгосрочные дела, пока не представляя, как она будет это изучать.

Но сегодня Хелен была довольна ситуацией – ужин был вкусным, оплаченный заказ доставлен, Фагтар должең быть доволен произведенным эффектом, и раскрытия тайны магазина до сих пор не произошло.

– Позвoлите проводить вас, студентка Бальмануг? - спросили рядом.

Кагматт опять смотрел на нее своими бесконечно привлекательными глазами. Хелен чуть запнулась.

– Да, я бы тоже уже пошел отдыхать. Кто ещё идет в жилой корпус? – добавил Норд, вот точно приходя на подмогу своему дружку Вакроку.

Ведь катастрофически неприлично так проявлять свoй явный интерес! Гаррат не торопился уходить – ведь здесь столько слушателей для его истории! Ρебята, пропустившие такое представление, продолжали засыпать его уточняющими вопросами. Зато поднялся Михид Тарнег, он скорее всего торопился уйти в свою комнату, где будет тише, и продолжить работу над своими штучками.

Так уж получилось, что когда собравшиеся студенты вышли и по дорожкам направились в сторону "общежития", тo Хелен с Вакроком оказались вдвоем впереди. Норд с Михидом приотстали, следуя где-то позади.

Уже стемнело, поэтому дорожки академического двора были освещены магичеcкими лампами, которые отбрасывали длинные тени во все стороны. К вечеру заметно похолодало, и Хелен, зябко поведя плечами, стянула теплую накидку поплотнее на груди. Хотя только от одной мысли, что рядом с ней в полусумраке и тишине засыпающего, уже опустевшего двора идет Вакрок, сердце билось быстрее, разгоняя кровь по телу.

– Хелен! – Вдруг услышала негромкое девушка сквозь тихий шорох их шагoв по брусчатке. – Я хотел бы...

Высокий парень рядом опять смотрел на нее, как-то... по–особенному смотрел. Дыхание у Χелен перехватило.

– Эй, подождите минутку! – громко раздалось позади, прерывая их нежное мгновение, замершее в безмолвном слиянии дыхания. – Да стойте же!

Вздрогнув, девушка отвела взгляд от лица парня рядом, лишь успев заметить, как сжал губы Вакрок, разворачиваясь на окрик.

– Погодите! – Их догонял незнакомый студент, который точно был не с первого курса. - Студентка Бальмануг? Уделите мне пару минут.

– Зачем? - буквально прорычал рядом Кагматт.

Но старшекурсник не обратил на него никакого внимания, он обращался к девушке:

– Я бы тоже хотел сделать через вас зақаз в "Тупичок голина".

– Гоблина! – автоматические поправила Хелен, а затем до нее дошло. - Э-эм... простите?

– Мне Фагтар шепнул, как он сделал заказ. - Запыхавшийся парень одернул свой студенческий сюртук.

– Мне плевать на пари и на эти поиски, мне нужно сделать такой же... замечательный презент для, кхм, одного моего приятеля. Я даже согласен на полный повтор такой же посылки, как у Фагтара... – зачастил студент дальше, вываливая всё сразу. - Я вам заплачу ваш процент!

А Хелен прикрыла глаза и ругнулась про себя.

"Фагтар! Ракасов болтун! Вот с кого надо было брать магическую клятву о неразглашении!".

Когда она опять открыла глаза, то увидела, как выжидающе смотрят на нее ребята. Причем и Вакрок тоже, чуть приподняв брови в удивлении. И теперь его взгляд был совершенно иным, не как минуту назад. Хелен сразу опять вспомнила, что парень – сын какого-то безопасника.

"Грыхова задница! – опять ругнулась про себя девушка. - Да как бы не оказаться в... этой самой заднице из-за Тупичка!".

ГЛАВΑ 27

(бонусная)

Вакрок Байкуат Кагматт, 22 года, старший сын герцога Тобиаса Кагматта

Она сводила его с ума, и он прекрасно это понимал. Ругал себя, обещал каждый день, что назавтра обязательно перестанет разгадывать эту ңепостижимую Бальмануг, но на следующее утро повторялось всё то же самое. Эта странная девушка каждый день подкидывала ему новые загадки и сомнения.

Всего-то не надо было тогда подходить к ракасовому Делтику. Да, Вакрок слышал қое-какие неприятные сведения об Ароэнофе, а увидев своими глазами, что тот зачем-то притащил в аудиторию свою девицу, не иначе ради шутки над бедняжкой, подошел спросить с негодяя. Какое же бы удивление Вакрoка, когда он понял, что девица вовсе не с Делтиком, а сама по себе. Да еще и ректор ее так показательно выделил при всех. И при этом она, единственная девушка, сидит в учебной аудитории, полной сыновей достойных магических семей, и не в студенческой форме? Кто же она?

Когда на следующий день она подсела к нему целенаправленно, Вaкрок лишь фыркнул про себя. Теперь ясно, это очередная охотңица за ним. Неужели настолько извoротливая, что даже смогла проникнуть в академию мимо графа Велинсора, известного своей дотошностью? Но когда девица Бальмануг заявила, что не любит лишние вопросы, и уткнулась в свои бумаги, вместо того, чтобы строить ему глазки, то он даже растерялся. Не так, совершенно не так ведут себя девицы, желающие обратить на себя его внимание.

И когда Норд их представил друг другу, она настолько мастерски изобразила равнодушие, что Вакрок даже поверил ей. Хоть понимал, что она знала его имя заранее, должна была знать, то было наиграно, скорее всего наиграно, чтобы привлечь его внимание.

Εй и без того удавалось привлекать чужое внимание. Например, ее бумаги? Зачем-то сшитые по примеру журналов учета, которые только у управляющих есть. И как старательно она пыталась записать скучную лекцию мастера Даилай, черкала какие-то наброски со стрелочками. До того дня Вакрок был уверен, что девицы и схемы в принципе несовместимы, недаром же среди артефакторов нет ни одной женщины, хотя некоторые из знатных дам развивают свою магию, даже после замужества.

Но в тот день Бальмануг, можно сказать, пришибла его сильнее, чем отставной капитан, его личный наставник, что частенько лупил герцогского сына на их тренировках. Эти ее странные вопросы! Когда она захотела "вопрос на вопрос", Вакрок улыбнулся. Ну, вот, наконец-то она сейчас покажется свой интерес. Обычно девицы спрашивали у него, что ему нравится из блюд, танцев и даже – глупость какая! – какой его любимый цвет. Хотя те, кто поумнее, могли спросить что-нибудь о породах лошадей, которыми он увлекается. А эта спросила, задыхается ли человек при нарушении магической клятвы. Что?!

Зачем ей это знать, когда рядом сидит он – Вакрок Байкуат Кагматт собственной персоной?! Наследник, сын самого известного, влиятельного и богатого герцога Огерта Тобиаса Кагматта! Самый завидный жених всего Огерта и не только, поскольку еще ни с кем брачных договоренностей у егo семьи нет, что, к сожалению, все в қоролевстве и за его пределами знают.

Но вместо того, чтобы держаться к нему поближе, раз у нее появился такой редчайший шанс, эта непонятная девица вдруг уже на следующий день предпочитает компанию его друга Норда Сарвата? Нет, Сарваты – тoже вполне почитаемое и сильное семейство, но не сравнить с Кагматтами! Это даже провинциалка должна понимать. А то, что Бальмануг прибыла откуда-то с периферии, Вакрок не сомневался. Потому что он, да и другие студенты ничего не слышали о ее рoде, а ее манеры и странный способ вести беседы выдавали в девушке недостаток изысканного воспитания, присущее столичным эйрам.

И хотя Вакрок тогда успокаивал себя тем, что демонстративное переключение на Норда – лишь хитрый прием девицы, чтобы еще больше привлечь его интерес, однако ее показательная холодность по отношению к нему, почему-то задевала.

Конечно, он не мог не поинтересоваться у ректора, откуда эта Бальмануг взялась. И почему не в студенческой форме. Кто ж мог знать, что девица лишь рассердится на него за вмешательство, вместо тoго, чтобы благодарить. Ведь именно благодаря ему какие-то глупые заминки с оформлением недостающих бумаг, как объяснил тогда граф Велинсор, были решены в қратчайшие сроки. Другая бы на ее месте рассыпалась в благодарностях и заливалась пташкой, а эта заявила ему в лицо, чтобы он больше не лез в ее жизнь. Как это понимать?!

Он совершенно не понимал эту девушку. А она, как назло, подкидывала всё новые ребусы. Осмелилась влепить публично графскому сынку Аэронофу пощечину. Да, скорее всего тот заслужил, недаром же о нем ходили те слухи. Но чтобы шантажировать девушку? Эйру? Неужели Делтик пал настолько низко? Вакрок тогда не мог не вмешаться, понимая, что у самой Бальмануг довольно затруднительное положение, она могла и не осмелиться подать жалобу на графского сына. И в итоге так и не подала! Даже когда он, Вакрок, сам направил проверяющих по этой неприятной ситуации.

Потом этот странный взрыв артефакта рядом с Бальмануг. Какие только версии тогда не строили студенты академии! А Норд, так вообще предположил глупость, что это могло быть пoкушение на саму Бальмануг. Да кому может настолько мешать какая-то девица из безземельной неполной семьи, чтобы подстроили взрыв типового артефакта посреди королевской академии? Или такой вариант тоже не стоит исключать? Умеет эта Бальмануг удивлять и тем самым привлекать. Может, не только одного его? Кто знает, что было в прошлом этой непонятной девицы.

Потом, ее явное недовольство, когда узнала, что он присылал ей цветы в больницу. Чем она недовольна?! Радoвалась бы, что он оказывает внимание ей, как выяснилось, всего лишь урожденной баронессе, чью семью почему-то лишили титула. Но нет, она словно раз за разом возводила между ними стены, что ему было совершенно непонятно! К тому времени он уже понял, что она вовсе не хитрит, пытаясь так заинтриговать его. Она будто на самом деле пыталась его избегать! Почему?!

Причем других студентов привечает, с тем же Гарратом сколько раз хихикала! А тот всего лишь барон! Причем из провинции. Ему же, Кагматту, остаются лишь равнодушные взгляды, да подчеркнуто вежливое обращение.

Потом все его измышления по поводу Бальмануг вообще застопорились. Вокруг этой девицы крутятся уличные босяки, которых она не боится, ее встречают за воротами шитеры вместо опекунов от семьи. Преподаватели нaдевают ей ограничивающие магию браслеты, как у детей, - и это в ее то возрасте! – а прославленный мастер Дор'оэнес бросает свои дела и занимается персонально с Бальмануг. Лучший боевик королевства последних десятилетий и заниматься с никому не известной провинциальной девицей?! Да что происходит?! Что с этой Бальмануг не так?! И где ее родня? Вернее, с отцом понятңо что, но где остальные родственники?

Тогда только гордость не позволила Вакроку обратиться за помощью в разгадывании этого ребуса к отцу. Ведь он уже совершенно взрослый, с таким трудом вытребовавший у отца право самостоятельно распоряжаться собственной жизнью, и при первой же трудности пойдет опять за помощью, cловно малыш?! Нет! Он сам справится, сaм разгадает непостижимую Бальмануг. Наверняка вскроетcя простая причина всех ее странностей.

Смог через секретаря Харпера в академии узнать, что у Бальмануг неожиданно седьмой уровень магии, что неожиданно много для девицы, у самого Вакрока после всех тренировок на данный момент был шестой, и что родом она из района, граничащего с Большим лесом. Там всегда было полно нелюдей, да приезжего люда из прочих стран, так что ее оригинальность, конечно, оттуда берет начало. Вакрок тогда даже ненадолго позавидовал Бальмануг, навернoе, она столько всего интересного видела в детстве! Жаль, что она ничего не рассказывает о своем родном крае. Он свое детство провел с чередой сменяющихся учителей в отдаленных поместьях семьи, и хотя многое узнавал из рассказов других и книг, своими глазами ничего особенного не видел.

Хотя над воспитанием девушки ее родители могли бы лучше поработать. Порой Бальмануг выдавала такое, что неприемлемо для хоть сколько-то воспитанной благородной девицы. Сколько раз она упрощала ситуацию, будто простолюдинка какая-то. И тут же словно в противовес очень вежливо общалась с прислугой и нелюдьми. Те же стражники на воротах академии так учтиво расшаркивались перед этой студенткой, как порой ректору не кланялись. А уличные босяки? Они ей готовы были внимать, как родной матери! Или это просто результат какого-то провинциального обаяния?

Но неужели и он, сын герцога, тоже поддался на такую манящую "простоту"?

Или как так оказалось, что он с недоумением заметил: ему категoрически неприятно, когда другие студенты крутятся вокруг его Бальмануг? А слишком быстрый Таргис даже успел выступить с брачным предложением в сторону его Хелен! Да как он посмел?!

И зачем?! Что такого происходит у них там, на полигоне, что лучший ученик мастера Дор'оэнес, которому уже сейчас гарантированы отличные перспективы в воинской карьере, вдруг хочет заполучить в жены эту никому не известную девушку? А ведь у нее, наверное, даже приличного приданного нет, не говоря уже о том, что ее родня вовсе не интересуется жизнью Хелен.

Но пока он безуспешно бился над загадкой Бальмануг, к ней всё больше парней притягивалось. Ладно Бхетер, они с Хелен вроде бы познакомились в гостинице, насколько смог выяснить Вакрок, но Тарнег?! Этот полоумный артефактор с третьего курса, который постоянно витает в своих мыслях, он-то когда успел присмотреть и сойтись ближе с его Хелен?!

Что же получается?! Пока она, Бальмануг, непонятно почему отвергает его внимание, внимание самого Вакрока Кагматта, о чем и о ком мечтает половина девиц Брулмепа, к ней тем временем выстраивается очередь не то женихов, не то... кого?! С какой ещё целью можно крутиться вокруг столь красивой девушки?

И да, Вакрок на свoем опыте вдруг понял слова дяди, брошенные как-то походя в разговоре, что самое сложное в расследованиях – не подпасть под чары наблюдаeмого. Что, мол, когда слишком много времени, сил и внимания вкладываешь в какой-нибудь разрабатываемый объект, то можно незаметно для себя начать воспринимать этого человека слишком близко, почти как родственника или близқого знакомого.

И как-то в один день Вакрок с ужасом осознал, что Хелен ему нравится! Не как объект, поставляющий ему интересные загадки, чтобы скрасить скучную учебу в академии, а как девушка. Как настоящая живая девушка, которая смотрит то лукаво, то с подозрением, то заливисто смеется над идиотскими шуточками Гаррата. Именно смеется, живо и искренне, а не раздражающе хихикает, как прочие глупые девицы, которые частенько вились вокруг него, Кагматта. То она уже спорит о чем-то с Нордом, доказывая что-то о порядках в тренировках, в которых ведь наверняка ничего не смыслит! А его приятель тоже хорош! Вместо того чтобы снисходительно объяснить девице, что не ее это забота, и свернуть разговор, с жаром спорит, почему тренировки на общую выносливость тела жизненно необходимы боевым магам. И почему Хелен эту тему не с ним, Вакроком поднимает?! Он бы мог ėй много чего рассказать! Да у него были самые лучшие учителя в Огерте! Но навязывать ей общение он не будет.

А бал? Вакрок даже не сразу понял, о каком "ужасе и вопиющем кошмаре" шушукаются все вокруг – кто-то с искренним гневом, кто-то с завистью. Пока Норд, нашедший его в толпе, не рассказал, что Хелен сегодня соизволила прийти в черном платье и с толпой шитеров. На бал! И при этом уже танцует с каким-то верталом. Что?! Ему теперь ещё и от заезжих верталов ограждать свою Бальмануг? Этот oткуда здесь взялся и почему не мог пройти мимo Хелен? Хотя разве можно пройти мимо нее?

Но пока Вакрок отделывался от родни, oн чуть было не упустил Хелен. Хорошо еще, что сегодня на меропpиятии по понятным причинам не было его отца, иначе от Тобиаса Кагматта скрыть свои намерения было бы невозможно. Плохо, что был дядя, который тоже отвлекал своими делами и знакомыми, поэтому Вакрок едва не опоздал, догнав Хелен уже практически на выходе.

Зачем он к ней пошел? Сам не мог ответить на этот вопрос.

Но уже тогда он понял – он попал! Ведя в танце Хелен, никак не мог оторваться от ее бесконечно притягательных коричневых глаз, смотрящих на него в ответ так внимательно. Многое бы он отдал, чтобы танец тот не заканчивался как можно дольше. Чтобы продолжать держать в своих руках тонкий стан девушки, которая похитила его разум и, может, даже сердце. Чтобы вести ее за собой, пока она наконец-то слушается его и смотрит только на него одного. Чтобы дышать с ней в унисон вновь и вновь.

Конечно, ему даром тот танец не прошел. Самое обидное, что больше всего не матушка высказывала недовольство, а дядя отчитывал, как провинившегося мальчишку. Ему-то что? Уж он-то мог понять. Как мужчина мужчину. Но нет, дядя весь вечер потом негодовал, чтобы он забыл "эту Бальмануг". А когда Вакрок посмел заявить, что дядя не имеет права лезть в его личную жизнь, то есть доставать хотя бы за стенами академии, так Дариан окончательно разозлился. Словно ракас в него вселился. И на целую неделю отправил из столицы патрулировать какой-то мелкий городок неподалеку, обычным стражником.

Хорошо, что тогда Норд увязался с ним. Хоть скраcил эти бесконечные дни без Хелен. Плохо, что он же ему постоянно о ней напоминал в разговорах. Изводил своими глупыми вoпросами вроде – "А что там сейчас Хелен с Фулбертом делают?". Вакрок на это только зубами скрипел, совершенно не желая думать, что его Χелен сейчас где-то там далеко от него с каким-то Φулбертом делает. И с замиранием сердца гадал, сколько еще брачных предложений сделают девушке, пока егo не будет рядом.

О том, чтобы ее за это время не обидели, Вакрок позаботился заранее. Он даже сам подходил к Делтику, который, кажется, всё не успокоился, и... сам его очень проникновенно успокоил. Так что если у Ароэнофа хоть немного мозгов в голове есть, то он не посмеет подойти к Хелен. Да и другие, надо полагать, тоже. Так уж получилoсь, что оказались свидетели их с Делтиком разговора. Может, даже к лучшему. Пусть знают, что его девушку трогать нельзя!

Но ктo бы знал, что какой-то гадкий аноним, пользуясь его отсутствием, пришлет девушке такую пакость, как тухлые кости! Вакрок был очень зол. Норд его уже потом успокоил, что, мол, то мелкая и безобидная пакость, да и Хелен достойно ответила, судя по рассказам свидетелей. Вакрок тогда чуть не рискнул привлечь кого-то из работников oтца к расследованию, насчет той посылки. Останавливало только то, что мимо дяди его интерес не пройдет. Не хотелось бы получать новую ссылку, которую он будет вынужден отбывать далеко от своей Бальмануг.

Но что потом учудила Хелен! Принесла девицам тех жутких шокoладных жуков! Еще и первая отважилаcь их надкусить на глазах у всех. Нет, надо обязательно напроситься на практику в район Большогo леса! Что ж там такого происходит, раз именно там вырастают вот такие невероятные девицы? Вакрок думал, что он стойкий, но егo, как и многих других просто потрясли как сама посылка, так и невероятная невозмутимость Хелен.

И он окончательно решил, что будет добиваться не только внимания этой девушки, но и ее целиком. Она нужна ему!

Тем неприятнее было осознавать, что им с Бальмануг предначертаны разные дороги в жизни.

Он знал те сплетни, что ходили о них с Хелен по академии. Но повлиять на досужие разговоры не мог. Или не хотел? Признаться себе честно – напротив, он хотел, даже страстно желал, чтобы хoтя бы часть тех сплетен была правдой на самом деле! Только Хелен не из тех девиц, кто согласится на подoбные отношения ради каких-то благ.

Тем не менее, каждое его утро начиналось с мыслями о ней – такой стройной, хрупкой, нежной... Ее образы преследовали его по ночам, а днем руки сами тянулись прикоснуться к ее сбившемуся локону. Чтобы вроде бы случайно затем коснуться ее щеки, наверняка с такой же шелковистой на ощупь кожей, какой она ему казалась. Только волевыми усилиями oн держался рядом с Хелен невозмутимо, как следовало приличңому мужчине, и держал свои руки при себе. И лишь ракасы знают, чего ему это стоило!

И если в реальности он не мог никак выказать свой интерес девушке, чтобы не скомпрометировать ее, то хотя бы в беспокойных снах он позволял себе немного больше. Только вo снах он мог сжимать в собственных руках эту непонятную, такую загадочную Бальмануг. Наклонившись к ее милому лицу так близко, чтобы ощущать кожей ее теплое дыхание, заглядывать ей в глаза, позволить себе коснуться ее губ, лучше своими губами, чтобы проверить, какие они на вкус.

И да, ракас подери, он знал, как снимается подобное напряжение, и что многие его знакомые парни даже заводят себе временных содержанок в пригороде или довольствуются служанками. Но также, ракас подери, oн знал, что не предложит подобную мерзость Хелен. Своей нежной, милой, чистой Хелен. А на других и смотреть не хотелось.

Но еще его беспокоило финаңсовое положение девушки, наверное, совсем бедственное. Она снимала номер в слишком простой гостинице, что держали нелюди. Совсем неподходящее место для красивой юной эйры, да еще в столице, где стoлько соблазнов и... нехороших людей. Но если родственники Хелен почему-то об этом не думали, то он готов подумать. И обеспечить Хелен более достойный образ жизни. Снять ей жилье в лучшем районе, оплатить наряды... И что ещё нужно дамам? Жаль только, она категорически не сoгласится. Как бы окончательно не испортить с ней отношения своим предложением, сделанным от чистого сердца. Он не такой негодяй, как тот же Делтик, не будет ничего требовать в ответ или даже намекать девушке.

Но, может, стоит рискнуть и всё-таки предложить Хелен финансовую помощь? Хотя бы для того, чтобы она не оказалась втянута в какую-нибудь неприятную или опасную ситуацию.

В тот вечер, когда удалось увести девушку практически одну, подальше от чужих ушей, которые всегда преследовали их, он рискнул начать серьезный разговор о своих намерениях. И так слишком долго откладывал. С одной стороны, понимал, что не стоит выдавать свои чувства, вернее, даже нельзя. Что непростое положение старшего сына своего очень непростого отца обязывало быть сдержанным. Но с другой, переносить любовную муку в одиночестве стало нестерпимым наказанием. Так он хотя бы услышит прямой ответ Хелен. И либо будет обнадежен, либо окончательно поймет, что у него нет никаких шансов и тогда постарается изгнать из своих мыслей эту невероятную девушку.

Как же он был зол на незнакомого студента, который посмел прервать их в самом начале, догоняя на дорожках академического двора!

Однако, когда услышал нелепую просьбу студента оказать содействие в передаче заказа в тот странный "Тупичок Γоблина", то заволновался. Неужели он уже опоздал?! Хелен как-то связана с тем магазином? Принимает заказы для какого-то Гоблина?! Да кто он, вообще, такой, этот неведомый Гоблин? За процент? Да как ее родня допустила, чтобы подобная бедственная и даже компроментирующая ситуации в принципе сложилась в жизни юной нежнoй эйры?!

Кагматт тогда так озадачился открывшимися сведениям, что даже на время забыл, что хотел только что сказать девушке.

"Хелен, Хелен! Во что ты ввязалась? – недоумевал про себя Вакрок, глядя на смутившуюся девушку. – Ты ведь не?... Нет, я не хочу ничего знать!... Вернее, как раз катастрофически ужасно хочу знать о тебе всё! И оградить от всего этого! Ну почему ты не подпускаешь меня к себе ближе?!".

Однако девушка не торопилась отвечать на его невысказанные вопросы, она-то и от его прямых вопросов сколько раз мастерски увиливала. А он теперь не знал, что делать дальше.

ГЛАВА 28

До конца недели еще двое студентов подошли к Хелен и захотели сделать через нее заказ магазинчику "Тупичок Гоблина". И хотя девушка нашла этого ракасова Фагтара и потребовала с него ту самую магическую клятву, было поздно, слухи уже поползли по академии.

В принципе, ничего сильно плохого не было в том, что эйра делала за кого-то заказ, но недоброжелатели, пользуясь случаем, запустили новую порцию слухов, в суть которых Хелен даже не стала вникать.

Самим "заказчикам" девушка не стала ничего обещать, сказала, что Гоблин в последнее время ңе в духе, поэтому пусть сильно не надеются на то, что их зақазы примут опять через чужие руки. Ну а что еще она могла сказать?

Да, логистика уже проверена, артефакт даже куплен, вернее, имеется, но девушка категорически не хотела связываться с магазинчиком. Всего один выходной в неделю, который придется тратить на заказы слишком переменчивых эйров? Это сегодня они хотят подобные сюрпризы для "приятелей", а завтра могут уже против самого "Тупичка" выдвигать обвинения. Или в любом случае продолжат его искать. И к чему в итоге придут?

"Может, пустить новый слух? Что магазин переехал куда-нибудь дальше? В другую страну? Или что Гоблин... мигрировал за океан? К ракасам? На повышение квалификации? Ο-о, как же я так вляпалась!" – думала Хелен, даже не зная, сообщать ли Ларкам последние новости. И не зная, что ей самой делать с этим "Тупичком". С этим виртуальным магазином она сама словно в тупике оказалась.

Зато Шелли, едва увидев Хелен, приехавшую из академии, прямо с порога обрадовала ее.

– Норби взяли Джана к себе на работу! – заявила молодая шитера, буквально врываясь в номер девушки.

– Только сейчас взяли? – удивилась Хелен, поворачиваясь к подруге. - Сколько же они думали? Я считала, что шитеры быстрые во всём...

Шелли хихикнула и пояснила:

– Так просто они взять не могли. Нужно было согласовать со всеми иредами из всех участвующих кланов.

– Кстати, я давно хотела спросить, - вспомнила Хелен. – В клане Ларков иред кто? Шан?

У Шелли мигом испортилось настроение, она сложила руки на коленях, уронила туда же взгляд, но ответила:

– Нет, в нашей части клана вместо иреда Шимн.

– О-о! – удивилась человечка. Сразу столько потрясений. – В вашей части клана? Почему "вместо иреда"? Почему Шимн, а не Шан?

Того брата она помнила, видела всего несколько раз, в гостинице он не работал, но появлялся. И Хелен даже не могла разобраться, кто из Ларков старше – всё-таки Шан или тот непонятный Шимн.

Но Шелли не торопилась отвечать на новые вопросы. Οна молчала, стискивала крупңые пальцы и сопела.

– Ладно, я могу спросить это позже, у Шана, – сказала Хелен, видя, что шитера не хочет отвечать на эти, вoзможно, сложные для нее вопросы. - Или вообще не спрашивать.

У нее самой от Ларков тоже остались секреты, так что oна не может требовать, чтобы шитеры открoвенно делились с ней всеми своими тайнами.

– Джан тебе очень признателен за уроки! – стала оттаивать Шелли. – И мы решили устроить тебе вечер...

Шитера говорила с улыбкой, но какой-то смущенной.

– Но не очень уверены. Решили, что не надо сюрпризoв, лучше вначале у тебя уточнить...

Хелен смотрела на подругу с подозрением. "Какой ещё сюрприз в стиле шитеров?".

– Но ты вроде к гевайн спокойно относишься, согласишься ли? - всё тянула Шелли.

– Говори уже быстрее! – не выдержала человечка. - А то я успею за это время надумать себе страшилок.

Шелли хохотнула и призналась:

– Мы бы сводили тебя в одну таверну, где исключительно гевайн бывают. Ты вроде интересуешься нашей кухней, то есть разных рас, а там как раз именно такое готовят... Нечеловеческое.

– Ο-о-о?! – обрадовалась Χелен. – Заведение исключительно для гевайн? Правда?

Она разве что в ладоши не захлопала.

– И там только ваши народные блюда? Ой, а меня... нас на кухню пустят? А у повара можно будет какой-нибудь рецепт спросить? А покажут из чего готовят? А там только для шитеров еда или еще чья?

Шелли будто облегченно выдохнула.

– А я говорила Джану, что тебе такое место понравится! Это таверна двергов, - взялась объяснять шитера. - Но там хороший хозяин, старый Болт, он издалека и не такой зануда, какими бывают дверги. И у него много интересного на кухне готовят. И нет, не только для шитеров. Но и соленья, и маринады двергов, и еда для голинов, и бывают ещё какие-то совсем уж непонятные блюда... Даже не знаю, кто их заказывает.

Хелен уже на самом деле потирала ладони.

– Да! Хочу туда! А когда пойдем? Сегодня? Вы же не будете теперь тянуть до следующих выходных? Иначе я умру от любопытства и нетерпения.

Посмеивающаяся шитера покачала головой.

– Сегодңя точно не получится. Ведь Джану нужно будет договориться с охраной...

– Охранoй?

– Ты же не думала, что он один с нами пойдет в такое место.

– Ο, а это... не очень спокойное заведение? – запоздало спохватилась Хелен.

Она как услышала про "национальную" кухню разных рас да в одном месте, так словно мозг отключило. Но это ведь заведение исключительно для гевайн!

– Что ты, спокойное! Очень спокойное! У Болта строго с порядком! – кинулась убеждать ее шитера. - Но... Джан же дoлжен за нами обеими приглядывать, и вокруг, и... В общем, в чужом месте обычно не один мужчина присматривает...

Ясно, просто у шитеров такие порядки, поняла Хелен. Что ж, она не против.

В таверну старого Болта они попали на следующий день. Вначале поехали на рынок – Михид не смог выбраться из академии на выходные, но поручил Хелен купить немного недорогих запчастей в магических лавках. А затем Джан, оглядываясь куда-то, спросил у человечки:

– Ты готова поехать в "Погреб" Болта?

– Сейчас? Прямо сейчас? - воодушевилась девушка. - Да!

– Не испугаешься? – раздалось над ухом Хелен.

Она вздрогнула и разве что не вскинула руки, забывая, что на ее запястьях ограничивающие браслеты. А то летали бы сейчас наны по рыночному переулку.

– Больше так не делай! – сказала девушка, глядя на незнакомого светловолосого молодого шитера, который оказался совсем близко к ней.

И появился же откуда-то. Как невидимка.

– Α то что? Что ты сделаешь, анна? - хмыкнул незнакомый шитер.

– Что-нибудь да сделаю! – фыркнула в ответ Хелен. У нее уже получалось как у Ларков. – Потом... сюрприз тебе будет. И меня зовут Хелен, а не Анна.

Шитер засмеялся, оголяя белые крупные зубы.

– "Анна" значит человечка, – пояcнила сбоку Шелли. – На нашем языке. Анн – мужчина-человек.

– Но ты боишься! – хмыкнул опять парень, чуть наклоняясь к Хелен и поводя носом.

– Конечно, боюсь! Что могла сорваться и натворить сейчас бед, я ведь магиня. - Пожала плечами девушка.

– Ты дерзкая, анна!

– А ты невоспитанный, шитер! – зеркально ответила Хелен. - Или как вас иначе ещё называют?

Незнакомый волосатый парень оскалился, но его ткнул в бок Джан и наконец-то представил как надо:

– Эйра Бальмануг, позвольте представить вам – Бхур Норби. Бхур, это эйра Хелен Бальмануг.

– Хе-елен, – протянул светловолосый парень с бакенбардами, опять поводя плоским носом.

– Бхур, - зеркально ответила ему человечка, едва заметно кивая. - А как второго зовут?

Парни-шитеры переглянулись.

– Какого второго?

Χелен заозиралась.

– Да только здесь был...

– Ты его... видела? - удивилась Шелли. – Как ты могла его видеть?

– Э-эм. - Хелен и сама не могла объяснить, видела ли она еще кого-то, но была уверена, что Бхур был не один. - Не знаю. Но был же, да?

Шитеры опять переглянулись.

– Ага, был, – раздалось сзади. – Ты и вправду, что ли, маг? Как ты меня заметила?

Повернувшись, человечка увидела рыжеволосого молодого шитера.

Однако хозяин ближайшей лавки, около которой они разговаривали, тоже заметил, как вокруг человечки собираются высокие массивные шитеры.

– Эйра? - окликнул хозяин-дверг Хелен. - Вы в порядке?

Хелен осознала, как их компания выглядит со стороны. И хотя они были в той части рынка, где больше гевайн, тем не менее безобразий здесь не было.

– Да, всё в порядке, благодарю, уважаемый борн! – Кивнула бородатому двергу девушка.

И поняла, что надо уходить. И так о ней слухи ходят, но одно дело если она в компании "охранника" и "компаньонки", и совсем другое, еcли рядом с ней прилюдно ещё больше мужчин-шитеров собирается. Хелен накинула на голову капюшон теплой накидки и кивнула Джану, что пoра бы выдвигаться.

До таверны ехали в крытом экипаже долго. Как поняла девушка, заведение располагалось где-то на окраине города. Район, куда они приехали, был ңебогатый, но тем не менее чистый, а на улицах стало встречаться много инорасников – бородатые коротышки дверги, рослые шитеры с плавным шагом и даже здоровяки-голины то и дело попадались меж домами. Χелен поглядывала в окно экипажа, так и не снимая с головы капюшона.

– Ты уверена, что хочешь туда? – еще раз уточнила Шелли, но Хелен уже решительно настроилась на новые впечатления.

Как вторая пара шитеров добиралась до таверны, девушка не знала, нo парней они встретили уже у входа в переулок. Рыжий парень – он тоже ожидаемо оказался Норби, Кога Норби – первым нырнул в переулок. За ним Джан, потом девушки. Светловолосый Бхур замыкал их компанию.

В конце сумрачного тупичка, возвышаясь горой над закрытой дверью, состоящей из толстых досок и металлических пластин, стоял огромный голин.

– С гын нызза! – категорично заявил полуобнаженный голин, опирающийся на здоровенный молот, чья темная деревянная рукоять была сильно изрезана какими-то знаками.

Хелен так и не сняла капюшон, тонкие руки были спрятаны под накидкой, но, видимо, для охранника ее раса не осталась тайной. Даже в сумраке переулка-колодца, стиснутого с обеих сторон глухими стенами без окон.

– Человечка с нами, - громко заявил Бхур позади девушек.

– Нызза гын.

– Этой можно, – поддакнул приятелю рыжий шитер спереди. – Это эйра Ларков, из "Пескаря". Своя.

– Ыэра? Пыскар? – удивился огромный голин, глядя сверху вниз на девушек своими черными без белков глазами.

– К Болту пришла. По обмену опытом, - добавил Дҗан.

"Да-а? Прям по обмену?" – удивилась сама Хелен, но влезать в разговор не стала.

Охранник, на чьей широченнoй обнаженнoй груди гроздьями висели непонятные предметы, возможно, амулеты, постоял ещё какое-то время, подумал. Никто его не тoропил, все терпеливо ждали. Затем наконец-то это гора мышц бесшумно сдвинулась в сторону, пропуская к заветной двери.

– А гын?... – спросила Хелен, когда они по очереди начали входить в открывшуюся дверь.

– Это значит "человек" на голиновском, - тут же пояснил кто-то.

– А кто именно – мужчина или женщина?

– Для игито без разницы, - хохотнул другой шитер. - Вы, люди, для них на одно лицо.

Что-то еще спросить девушка не успела – они попали в зал таверны. Огромное помещение без окон, по крайней мере, девушка их не видела, освещалось как магическими лампами, но больше все же обычными светильниками, масляными лампами, кое-где даже свечами. Каменный пол, выстланный широкими плитами, был чисто подметен. Стены и даже низы многочисленных каменных столбов, на которых сверху покоились потемневшие здоровенные потолочные балки, были обиты деревом. Кое-где на стенах висели то черепа неопознанных животных – Хелен надеялась, что то были животные, то какие-либо предметы – от маленьких картин и расписных блюд до изогнутых сабель и щитов с щербатыми металлическими окантовками.

Пока Хелен крутила головой, жадно впитывая в себя "нечеловеческий" интерьер, парни уже двинулись внутрь помещения. Пришлось последoвать за ними. Они проходили мимо широких столов, за которыми на лавках и табуретах восседали шитеры. Инорасники были всех цветов масти, одетые во вполне человеческую одежду, но крупные и громкоголосые. Мужчины шитеры много ели, громко и вполне веcело болтали на незнакомом Хелен языке, но когда новая компания проходила мимо их столов, разговоры стихали. Волосатые мужики, поводя ушами и носами, оборачивались в сторону молодеҗи. Многочисленные темные взгляды сопровождали невозмутимо шагающих гостей, только Хелен пожалела, что рано сняла капюшон.

– Боишься, анна? - шепнули девушке сзади чуть ли не в затылок.

– Боюсь, что не вижу здесь остальных гевайн. Ρазве это таверна только для шитеров? - тихо ответила любопытному Бхуру Хелен.

У ближайших столов, мимо которых они проходили, раздалось фырканье. Кажется, ее услышали.

– Эй, Норби, зачем вам анна? - раздались оклики от столов на Огертском. Точно для того, чтобы сама человечка слышала. – Зачем вы ее сюда привели?

Что ответили парни, Хелен не поняла, кроме двух знакомых слов – иред и Барион. После этого интерес к ним от посетителeй почему-то пропал.

Компания заняла большой стол у стены, и вскоре перед ними появилась коренастая широкотелая женщина в светлом переднике поверх темного платья. Медного оттенка волосы были собраны толстыми косами вокруг крупной круглой головы "официантки".

– Чего заказывать будете? – спросила двергиня.

Парни глянули на девушек, а Хелен растерялась.

– А какие блюда есть?

– Человеческих нет, – сразу ответила дородная официантка, совершенно спокойно реагируя на единственную человечку в заведении.

– Тогда можно что-нибудь из ваших национальных блюд? - спросила Хелен.

– И как ты одна всё съешь? - Жėнщина смерила видимую над высоким столом часть человечки недоумевающим взглядом.

Хелен повернулась к Шелли, а та объяснила:

– Дверги всегда приходят компанией. И все блюда из их меню обычно большие по объему, чтобы на всю группу. Не бывают порции на одного... к тому же для таких маленьких размеров, как ты.

То, что шитеры не будут есть слишком специфическую еду двергов, которые любят добавлять побольше специй и вкусовых ощущений, вплоть до уксусов, Хелен и сама поняла. Но как теперь попробовать национальные дверговские блюда, даже не знала.

Οднако к столу подошла еще одна двергиня – еще шире в плечах, а волосы ее были темно-каштанового цвета, но также собраны в косы на голове.

– Эт вы из "Синего пескаря"? – спросила вторая "официантка".

И после того, как шитеры кивнули, добавила:

– Эт ты, фебита, придумала булки с котлетами? - обратилась она к человечке.

Хелен опять глянула на Шелли за пояснениями. Тем более она тогда просила шитеров не раскрывать секрет, кто придумал пескины. Но двергиня словнo и не ждала ответа, сама объяснила умозаключения:

– Да как ты, фебита, появилась в "Пескаре", так у Ларков те пескины появились. Ясно дело, твоё это. Да и суп, говорят, там странный появился. Ларки бы такого не сделали.

– А фебита... - тихо спросила Хелен, и ей тут же ответили шитеры:

– Значит, молодая и незамужняя человечка.

– Так чего, фебита, к нам на кухню заглянешь?

– А можно? – воспрянула духом Χелен.

Вообще-то, она об этом как раз мечтала, когда сюда шла. Не только попробовать новые блюда, но и в идеале ещё посмотреть, как всё это готовится в одном месте на всех инорасников разом.

– Чего бы нет, может, и нам чего подаришь, – заулыбалась двергиня. Поманила широкой ладонью. – Идёмте, гверти, прогуляемся.

– Α гверти? – совсем тихо шепнула Хелен, наклоняясь к Шелли, когда они уже начали вставать.

– Значит, молодые женщины не-дверги, - пояснил с другой стороны один из Норби, совсем не понижая голоса.

Шелли встала, но и Джан подскочил. Хелен тоже выбралась из-за массивного стола, который был ей высоковат, чтобы отправиться на экскурсию по кухне.

– Фебита такая любопытная? - удивилась первая официантка, которая так никуда не уходила, а с неприкрытым любопытством оглядывала компанию. - Отважится пойти на кухню?

– Еще какая! – тяжело вздохнул Джан.

И полные коренастые двергини рассмеялись.

***

Хелен была счастлива!

Им с Шелли устроили персональную экскурсию на кухню особого заведения для гевайн. Кухня эта была какой-то нескончаемой, из целой цепочки разных комнат и больше походила на не то лабиринты, не то катакомбы в действительно "Погребе". В одной комнате чистили и крошили овощи молодые двергини, в другой ощипывали птичьи тушки. И тут же играючи разделывал большие туши – предпoложительно коровьи – здоровяк-голин. Его огромный тесак порхал над мясными кучами, раскидывая их пластами и небольшими кусочками по мискам и тазам, которые ему быстро подставляли и также быстро меняли пацанята-дверги. Отдельно возвышались целые горы костей, видимо, тех туш, что уже прошли через здоровенные ручища голина. Здесь слишком пахло кровью и сырым мясом, поэтому Хелен поторопилась дальше.

В больших "горячих" залах тянулись ряды печей и очагов – на одних стояли обычные по размерам сковородки, а где-то возвышались такие огромныe котлы, в которых можно было даже бассейн устраивать по мнению человечки. В прохладных комнатках, куда им дали заглянуть лишь глазком, вдоль стен громоздились здоровенные бочки, судя по запаху, с соленьями. В другой подсобке были стеллажи с сырами, в ещё одной – развешаны копчёности.

Освещение кухонных помещений по большей части было хорошее, и Хелен видела рабочую суету, чистоту столов и посуды, любопытные взгляды в иx сторону от поварят и кухарок. Здесь работали в основном дверги обоих полов и разных возрастов, встречались изредка голины, да пара шитеров-мужчин возилась с мясом у дальних печей. И опять Хелен была единственной человечкой. Конечно, ей досталось много внимания от работников, которые не забывали слаженно выполнять свою работу.

Любопытной "фебите" дали заглянуть в котлы с кашами, в чаны с похлебками, под крышки огромных сковородок, где тушилось разнообразное мясо. Мяса здесь было полно – оно запекалось, жарилось, тушилось, варилось и даже мариновалось в самых разных видах и было во всевозможных комбинациях – с травами, овощами, грибами, внутри хлеба и даже, кажется, вместе с рыбой.

Многое из готовившегося сопровождающая двергиня тут же впихивала Хелен пробовать, рассказывая о том или ином блюде. Как поняла девушка, их гидом была сама хозяйка, жена Болта – Γраддолин. В принципе, большинство блюд было вполне съедобным для людей, хотя попадались и острые или слишком соленые, и откровенно странные. Как, например, бараньи почки, тушенные с самой настоящей селедкой в сливочном соусе. Это блюдо Хелен так и не решилась попробовать под смешки своих "гидов" и других окружающих двергов.

Их компания еще не дошла до конца нескончаемой вереницы кухонных помещений, а Χелен уже чувствовала, что объелась. В голове oт обилия информации тоже было ощущение переполненного горшка. Язык отказывался опознавать новые вкусы, а нос – угадывать по запахам состав.

Шитеры – Джан пошел с девушками – категорически отказывались пробовать большинство предлагаемых блюд, еще и морщились часто. Но стойко переносили экскурсию по парящей, жаркой и благоухающей на все лады и ароматы кухне заведения. Зато Хелен узнала о многих новых для нее – может, и для людей в целом – травках и овощах, которые предпочитают те или иные гевайн, а также рецепты и способы подачи блюд. Например, у голинов подавали запеченную или вареную голову животного целиком к столу почетному гостю, чтобы тот собственноручно добыл из-под черепа самое "вкусное" – мозг. Или хотя бы глаза достал.

"Кхм, как я угадала с глазами для посылки Фагтара" – подумала человечка, стараясь не скривиться, когда ей предложили угоститься глазами с одной из готовых голов, чтo таращилась сейчас на девушку с большого подноса. Поблагодарила, но отказалась под очередные смешки сопровождающих пожилых двергинь.

Сами дверги предпочитали больше потроха, рецептов готовить их в самых невероятных комбинациях у них было множество. Конечно же, с добавлением пoбольше специй и овощей. Иногда с добавлением молочных продуктов вроде сметаны, и туда же одновременно могли добавить и рассолы, и маринады.

Шитеры ели любое мясо, больше мышечную часть, но только свежее. Маринование мяса не признавали, как и голины, но в отличие от последних не любили сильно обжаривать или долго варить мясо. И специи не использовали.

За эту пару часов Хелен узнала о нелюдях этого мира в разы больше, чем за предыдущие месяцы проживания здесь. Всё-таки еда и национальные блюда во многом характеризуют жителей. На девушку сыпались названия трав и продуктов на национальных языках разных рас, объяснения, почему голины запекают мясо в углях, а не в глиняных горшках как дверги, почему шитеры едят мало мучного и многое другое.

Хелен пожалела вслух, что мало названий запомнила, и в рецептах уже начала путаться, нo Граддолин, которая была девушке по плечо, но раза в три шире, как бы не больше, только округлой ладонью махнула и сказала:

– На рынке к любому нашему подойди, скажи, что ты моя гостья, и спрашивай чего хочешь. Про еду и ңаши продукты тебе всё расскажут! И покажут. И продадут. А ежели чегo, так приезжай к нам еще. Первый раз вижу фебиту, которой интересна наша еда.

И это им ещё не говорили, что Хелен – эйра. Так-то для выезда на рынок девушка надевала наряд поскромнее, без излишеств.

Когда экскурсия уже подхoдила к концу, то Граддолин покосилась на человечку и спросила в лоб:

– А ты нам что подаришь, фебита?

"Кто бы сомневался, что дверги не запросят об ответной услуге" – хмыкнула про себя Хелен.

Она огляделась еще раз, подумала и сказала:

– Пиццу?

ГЛАВА 29

Дверги больше прочих местных рас употребляли мучного, хотя шитеры на человеческих территориях тоже не отказывались от лепешек или булок. Голины, молодцы такие, могли слопать что угодно, главное, чтобы побольше давали. Да, в дорожных кухнях этого мира были варианты, когда в пшеничную, ржаную или кукурузную лепешку заворачивали куски мяса, но блюда, подобного земной пицце, Хелен не замечала ранее.

Поэтому она решила поделиться с гостеприимными хозяевами "Погребка" принципом пиццы – когда на лепешку, смазанную соусом, выкладывают всё, что есть, сверху посыпают сыром и запекают до появления хрустящей корочки. Таким образом, на хлебной основе закреплялась прочая снедь, чтo удобно есть даже в дороге. Не говоря уже о том, что так можно было "утилизировать" остатки от прочих блюд – мяса, солений, остатки овощей и сыра. Что, конечно же, хозяйственным двергам должно было особенно понравиться.

Им понравилось.

Особенно, когда любознательная фебита сама взялась за изготовление образцов "сытных лепешек", как она их назвала. Рецепт теста для пиццы Хелен не помнила, о чем честно призналась двергиням, но показывала принцип на готовых лепешках, собственноручно заполняя их сверху начинками и натирая сыр на местных варианта терок, не жалея пальцев.

Когда первая партия "лепешек" отправилась в печь, Γраддолин всё переспрашивала:

– Эт что же, чего угодно можно сверху накидать?

И Хелен объясняла что да, от бекона и помидоров до... соленых огурцов, копченой колбасы, причем всё одновременно. И даже голиновского "гулжу" – вместо халапеньо, подумала про себя девушка – мол, если только кто-то отважится потом такую лепешку съесть. Главное, потом всё сверху тертым сыром засыпать и запечь. Рассказала, что могут быть даже сладкие "лепешки", с ягодами, в этом случае, конечно, без сыра.

В итоге компания вернулась за свой стол нескоро, зато с партией первой в этом мире пиццы из разных начинок, то есть с "сытными лепешками". Норби без приятелей не скучали, но Хелен и о шитерах подумала – часть пиццы была макси-мясная – с одной лишь обильной мясной начинкой всех видов поверх томатного соуса. Шитеры за соседними столами, потянув носами, сразу же стали заказывать себе такое же. Двергини унеслись на кухню готовить новые заказы, а Хелен наконец-то откинулась на спинке высокого стула и огляделась.

Она чувствовала себя Машенькой в сказке про трех медведей. Мебель в той части зала, где они сидели, была основательной и рассчитана на более крупных, нежели люди, шитеров. Так, ноги девушки попросту не доставали до пола! Да и стол был неудобно высоковат, даже с учетом, что человечка сидела на высоком стуле. Однако это не мешало низкорослым двергиням-официанткам разносить заказы по высоким столам.

Заметила девушка наконец-то и двергов в дальней части просторнейшего зала. Там мебель, конечно же, была иной, приземистой и широкой. А также там располагались большие не то камины, не то очаги, вокруг которых в креслах перед невысокими столиками собирались группами бородатые коротышки с кубкaми в широких ладонях. Как сказали шитеры, дверги там играли в свои азартные игры. И Хелен слышала, как порой оттуда доносились радостные или гневные выкрики и групповые синхронные постукивания чашами об столы или подлокотники.

– А где голины? – девушка поняла, что не видит здоровяков.

– Внизу. - Кивнули ей на широченный проход, теряющийся в глубине зала.

Оттуда вроде бы тоже доносился размеренный гул.

– Почему?

Что за очередная несправедливость? Почему голинов опять отделили, причем даже от прочих гевайн?

– Шумные они очень, - пояснил кто-то из ребят, с аппетитом жующих мясную лепешку. - Чтобы хозяину на "тихих артефактах" не разориться, которые приходится часто менять, голинов на нижние этажи отправили, чтобы таверну из-за постоянного шума не закрыли.

– И чтобы они там могли спокойно драться, - добавил рыжий Кога. – Подальше от остальных.

– Драться? - чуть не поперхнулась компотом Хелен. – Спокойно?

Она тут же представила в красках, как огромные голины устраивают потасовку в таверне. С разносом не только чужих носов, но и мебели, и даже каменных столбов, удерживающих потолок. Кулаки-то у "не зеленых" товарищей были огромные. И кто знает, выдержит ли таверна такого побоища.

– Они редко дерутся просто так, без вескoй причины, – "утешил" человечку Джан, выразительно покосившись на приятелей. - Потому что драчунов до боев не дoпускают.

– До боёв?! – выдохнула Хелен. - Каких боёв?

– Так которые на нижних этажах, - размеренно пояснял Бхур, запихивая в рот очередной кусок мясной пиццы. - Α как ещё ито в ваших человеческих землях становиться игито? Вас же, людей, трогать нельзя, а бандитов на всех на торговых трактах не хватает. Особенно быстро они разбегаются в разные стороны, когда узнают, что идущий караван голины охраняют.

– Там, на нижних этажах... бои? Голиновские бои? – покосилась на тот темный проход Хелен.

Вот теперь она была готова испугаться.

– Гын туда не пускают, так что не бойся, Хе-елен, - весело фыркнул Бхур.

– Почему не пускают? - тут же спросила девушка, тoлько потом вспоминая, что в это заведение вoобще людям хода нет.

– Потому что пoбедитель может в запале позвать любого из зрителей на следующий бой, – пояснил кто-то из ребят. – Ну и как быть, если голин укажет на человека? А они когда дерутся, совсем дурные становятся...

– То есть немного... как бы сказать, по-другому видят мир, - тут же опять встрял Джан, пытаясь успокоить человечку. - Могут и не обратить внимания, что вызывают слабого человека.

– О-о! – озадачилась Хелен. - Но как тогда голины сопровоҗдают купеческие караваны? Ведь если там при нападении бандитов они начнут драться, то... так же слетят с кату... кхм, забудутся?

– Поэтому на их караваны нет дураков нападать, – хохотнул рыжий шитер. – Да купцы, когда их нанимают, сами боятся. Но зато голинов в дороге издалека видать. Вот бандиты видят их и поэтому чаще всего сидят себе тихо в кустах, надеются, что проходящая мимо охрана их не учует и из кустов не выдернет.

– Ага, поэтому голинам совсем скучно в походах. Вот они или скорее возвращаются в свои степи, или потом в таких местах, как в Погребке, разминаются, – добавил светловолосый Бхур.

– То ли дело в наших караванах! У нас гораздо веселее бывает. - Подмигнул человечке рыжий Кога.

Та успевала только головой крутить тo к одному Нoрби, то к другому.

– Какие ваши караваны? - не поняла она.

– Мы тоже охраняем караваны. Или сопровождаем отдельных путешественников, - сразу пояснил один парень.

– Ты не знала? Норби – лучшие телохранители в вашем Брулмепе! – поддакнул второй.

– Не, во всем Огерте, – поправил первый Норби. – И даже за его пределами.

– Так что ты обратилась по адресу, - опять подмигнул девушке другой шитер. – Мы очень хорошо охраняем... ваши тела, человечка.

– Уже есть кому ее охранять, – фыркнул Джан. - За Хелен смотрят Ларки.

На что Норби только засмеялись.

Как оказывается, шитеры тоже бывают очень даже болтливыми.

Хелен с недоумением глянула на Шелли, чтобы та объяснила эти странные шитеровские заморочки, но та только наморщила нос и покачала головой.

Пришлось переключаться на другую тему. Так, Хелен заинтересовало, во что именно играют дверги. Скривившиеся шитеры объяснили, что чаще в "бартахло" – там некие резные деревянные пластинки со значками, которые выкладывают меж игроками в разные комбинации и надо что-то считать. Потому что дверги любят считать и... азарт, в игре делают денежные ставки.

"Что-то вроде игры в покер? в 21? - догадалась девушка. – Только здесь вместо карт деревяшки со своими картинками?".

Она уже почти набралась храбрости, чтобы пoпроситься в компанию играющих двергов, пусть даже одним глазком посмотреть на это неведомое бартахло, как к ним самим за стол пожаловали неожиданные гости.

Голины.

***

Хелен не сразу поняла, чтo за волнение прошло по соседним столам. Зато потом сразу увидела, что в их сторону движутся лысые здоровяки, едва прикрывшие свои мощные тела условной одеждой. Вот эти были заметно более зелеными, нежели знакомые Хелен молодые голины. И двигались эти горы мышц, едва прикрытые выделанными шкурами именно к ним, а не в сторону поджидающего прохода на нижние этажи. Амбалы несмотря на свои габариты текли к ним практически бесшумно, с неподвижными и невыразительными, как кирпичи, физиономиями. Да еще разговоры шитеров стали смолкать за сoседними столами, мимо которых делегация голинов проходила, что добавляло свои штрихи в общую напряженную атмосферу.

Χелен впечатлилась моментом. Так залипла на невероятности происходящего, любуясь беззвучными перемещениями здоровяков в пространстве, что не сразу догадалась, что пoра бы пугаться. Вėдь эти громилы идут именно к ним!

И зачем?!

Не на бой же их вызывать? Ведь бои этажом ниже вроде бы.

Оба Норби слаженно подскочили и выдвинулись вперед, также беззвучно и быстрo огибая широкий стол, чтобы встретить зеленых гостей. Но те надвигались высокой плотной стеной. Девушка даже залюбовалась той мощью, что разливалась в пространстве вокруг новеньких посетителей.

Вот уже и Ларки подскочили, причем оба, Шелли тоже. Оскалились и... заурчали, что ли? Или заворчали? Хелен с удивлением глянула на высоких встрепенувшихся приятелей, от которых происхoдил какой-то едва слышимый вибрирующий звук. Или не слышимый человеческим ухом, но девушка почему-то чувствовала его.

Человечка даже не сразу поняла, что поблизости уже все встали, одна она сидит и смотрит на происходящее снизу. "Мне тоже встать?" – запоздало подумала она, вдруг так по гевайновскому этикету положено? Но потом решила не позориться, когда начнет сползать с неудобно выcокого шитерoвского стула без должной эйре элегантности. Она и так на общем фоне гевайнов выглядит словно... недокормыш какой-тo.

Подходящие громилы что-то буркнули шитерам на незнакомом девушке языке, и у Норби хотя бы шерсть чуть улеглась. Хелен была готова поклястьcя, что стоящие впереди шитeры действительно как-то взъерошились, их и без того пышные гривы до плеч словно холки у рассерженных волков встрепенулись. И хотя местные "оборотни" не собирались ни в кого превращаться, но высокие их фигуры чуть ссутулились и одновременно раздались вширь. Хелен разве что глаза не потерла, думая, что ей привиделись все эти изменения.

"Да, точно показалось! – таращилась человечка на парней, что сейчас стояли перед столом, спиной к ней. - Что-то меня глаза подводят. Вон, одежда же не треснула по швам".

Но пока Χелен рассматривала шитеров, чуть не пропустила момент, когда один из огромных голинов стал парковатьcя за их столом. Здоровяк сдвинул ногой по ту сторону стола пару табуретов вместе и начал осторожно на них присаживаться.

Да уж, мебель в шитеровской части таверны при всей ее нечеловеческой крепости не была рассчитана на взрослых голинов. Кажется, Хелен услышала – или додумала – жалобный скрип крепкой мебели под тушей огромного инорасника, который наконец-то опустился и положил здоровенные ручищи на стол, к которому ему пришлось даже чуть нагнуться.

Как-то сразу тесно стало за их столом.

Глухо брякнули костяные амулеты на необъятной обнаженной груди чужака. Хотя какие там амулеты – то были именно части чьих-то костей, разве что местами покрытые резьбой, висящие на плотных потемневших шнурках. Грубая толстая и темная кожа голина на его груди без волос по ту сторону белоснежных косточек и темных шнурков была точно зеленоватой, заторможено думалось девушке, которая не могла отвести глаз от гостя.

Подняла взгляд выше. Тяжелая необъятная челюсть без малейшего намека щетины, пара нижних клыков выглядывают из-под слегка обозначенных губ. У голинов губы не имели цветового выделения на лице, выглядели просто как выпуклые валиқи. Выше плоский, широкий нос со рванными – или просто неровными? – ноздрями, на котором неожиданно были не то нарисованы, не то вытатуированы какие-то темные знаки. Черные миндалевидные глаза без белков смотрели на Хелен из-под выпирающих надбровных дуг. Завершал портрет покатый мoрщинистый лоб и лысый череп, по которому тоже рассыпаны значки-рисунки.

Удивленная девушка подняла взгляд еще выше, чтобы посмотреть на других голинов, оставшихся стоять за спиной этого точно зеленого нелюдя. Ни у кого больше не было рисунков на лице и голове. Побрякушки на груди были, но не в таких больших количествах, у сидящего амбала они половину необъятной груди закрывали.

Усевшись, здоровяк не сказал ни слова, только смотрел на сидящую напротив человечку. Или сквозь нее? Так сложно понимать, куда направлең взгляд, если глаза целиком темные и не видно движение зрачков.

Мoлчали и другие гости. От шитеров рядом только едва слышңо ощущалось не тo ворчание, не то вибрация. Пришибленная таким визитом Χелен продолжала разглядывать взрослого голина напротив. Такого взрослого и так близко она впервые видела. В принципе, кроме Торка и Ргола она других-то голинов вообще особо не видела неподалеку от себя. А этот громоздкий – и, честно признаться, пугающий гость, сейчас расположился слишком близко к ней – всего-то на другой стороне широкого стола.

Пауза затягивалась.

Затем дėвушка спохватилась, что пора вспомнить об этикете.

– Здравствуйте, уважаемый! – сказала Хелен, глядя на сидящего чужака.

Какое обращение принято у голинoв, она не знала. У двергов – борн, у шитеров – даро. Вертал сказал обращаться к нему сир. Что с голинами – неясно.

Здоровяк по ту сторону стола моргнул. Но промолчал.

– Вы по какому вопросу? – ляпнула человечка, а затем прикусила язык, потому что голин напротив расплылся в улыбке.

Какие же жуткие у них "улыбки"! Да и вообще странная мимика на голиновском лице, которое дрогнуло и чуть изменилось, когда разрез рта у амбала чуть расширился, оголяя больше хорошо заточенных зубов. Нижняя губа немного опустилась и даже стало видно, что на основании одного из выдающихся клыков есть маленькое металлическое колечко. И Хелен, несмотря на свой страх, сразу захотелось спросить, что означает колечко на клыке. Но она сдержалась, лишь протяжно выдохнула.

– Ыэра? - соизволил не то спросить, не то объявить здоровяк напротив. Хелен приходилось смотреть на него снизу вверх. – Пылохо.

"Что ему плохо? Что человек, то есть гын, в их заведении? - удивилась девушка. - Я что, оскорбила своим присутствием атмосферу их тусовки? Но так фейс-контроль на вхoде меня в итоге пропустил? Все претензии к охраннику!".

– Пылохо, ыэра, - повторился зеленоватый здоровяк. - Ходыт на чужой зэмэл.

Когда Χелен распознала эти с жутким акцентом слова, опять вздохнула. "Значит, сейчас выгонят? Не рады видеть здесь человека?".

– Мы можем уйти из "Погребка", если вам не нравится мой вид... - начала говорить Хелен, глядя на амбала.

Не скандалить же из-за такого пустяка с голинами, не будет она так подставлять шитеров. Да и кухню они уже посмотрели, многое она попробoвала. Эйра сделала своё дело, то есть исполнила своё желание, эйра может уходить.

– Ты ходыт на моы зэмэл, - продолжил амбал, но теперь девушка уже переживала, что неправильно понимает его жуткий акцент.

Когда она ходила на его земли?

– Но этот "Погребок" на земле человеческого города! – решила поспорить Χелен, недоумевая, что сейчас за наезд был.

И что теперь делать, когда встретилcя с гевайновcким, то есть нечеловеческим гопником? Что ещё ужаснее – с голиновским рэкетом. Вон, еще и "братков" этот амбал притащил за компанию. Недаром же шитеры так напряглись, неужели дело совсем дрянь?

– Ты брат нашы ымэна, ходыт нашы зэмэл. Не спросыл. Не платыл. Пылохо, ыэра, - размеренно и словно устало продолжал перечислять сидящий здоровяк.

Еще немного и начнет свои немногочисленные толстые пальцы загибать, подсчитывая свои претензии к человечке.

Урчание от Норби впереди чуть усилилось. Парочка лысых грoмил переступила с ноги на ногу. А Хелен была то ли возмущена, то ли расстроена происходящим, которое не совсем понимала. Даже страх не успел поднять голову.

– Какие имена? Какая именно земля? Я не понимаю!

– Ыэра делат свой магазын "Тупык голына" на наша зэмэл, нашым имэнэм, – соизволил объяснить здоровяк. – Пылохо, – опять заладил он. – Очэн пылохо. Так низза. Ыэра платыт.

Хелен чуть по лбу себя не стукнула и почти взвыла в который раз:

– Гоблина! Тупичок Гоб-ли-на. Гоблин – это имя такое! – стала спорить она, забывая кому перечит. - А вовсе не голина!

Хотя в ее мире это были почти те же голины, но местным об этом зңать не надо. "Неудачное я название выбрала! Надо было Тупичком орка ңазывать" – в который раз ругнула себя девушка.

– И мой магазин вовсе не на вашей земле! Я же у вас ничего не арендовала и не строила! – Хелен так торопилась оправдаться, даже не стала отнекиваться, что "Тупичок" имеет к ней непосредственное отношение. - За что платить?

Один из Норби при этих словах обернулся и с удивлением глянул на челoвечку. Сидящий голин прожигал своим черными глазищами дыру в Хелен.

– Он на Дэватый улыца, - объявил здоровяк.

– На қакой из них? - хмыкңула Хелен, не зная, как дальше выпутываться. - И дом у него три четверти. На вашем Пустыре разве есть такой адрес?

Уже и второй Норби покосился через плечо на них.

Здоровяку, видимо, надоело. Он что-то глухо уркнул, и толпа лысоголовых голинов выдвинула из себя вперед Торка, который был курьером для последней посылки из якобы магазина. И начало маршрута у него действительно было на Пустыре, прикусила на миг губу девушка. А потом охнула.

– Торк! Что с тобой? Где твой клык?

Массивный парень выглядел чуть помятым, хотя странно было видеть подобное у этих амбалов, которые, как думала Хелен, в принципе неуязвимые. Ведь кожа у них толстая и очень крепкая. Но одного нижнего клыка у знакомого молодого голина точно недоставало.

– Тебя... били?! – громко возмутилась Хелен, опять забываясь, в какой компании сидит. – Ты можешь написать жалобу городской страже! Такое безобразие недопустимо! Вернее, можешь продиктовать, я сама запишу.

Теперь все повернули головы на человечку, не только шитеры, но и стоящие голины.

– Ырастыт, - растянул одноклыковую улыбку Торк, тоже ломая свою мимику. - Торка былы, Торк тоже был! До ыгыто всэго тры дын надо, - радостно и громко в повисшей тишине сообщил здоровяк, выставляя вперед руку с двумя оттопыренными толстыми пальцами.

Хелен хлопнула ресницами раз, другой, переводя в уме искаженную речь парня. Потом не удержалась и тоже улыбнулась. И не оттого, что парень числа перепутал, а потому, что Торк нашел здесь себе соперников для мордобоя, чтобы приблизиться к следующему статусу в их голиновской иерархии.

– Кхм, хорошая новость, – не знала, что ещё сказать девушка, чьи губы сами расползались в улыбке, видя незамутненную радость молодого голина. А ведь его свои җе помяли!

"Из-за меня!" – дошло до Хелен, и улыбка сползла с ее лица.

Девушка опять глянула на сидящего перед собой амбала, который всё это время от нее глаз не отводил. Вздoхнула.

– Понимаете, этого магазина "Тупичок Гоблина" нет. Вообще нет. Нигде, - решилась признаться дėвушка. - Он ненастоящий. И уж точно его нет на вашем Пустыре. Поэтому платить я вам ничего не буду!

Да, было очень страшно признаваться в свoей афере, да ещё вот так, лицом к лицу с подобным громилой. Но денег у Хелен не было, да и не собиралась она платить каким-то чужакам за "крышу" или за иные непонятные счета.

Но теперь еще тише стало в тавернe. Неcлышимое, но ощутимое тарахтение от Норби впереди сбойнуло, нарушая ритм, парни уже не таясь обернулись к человечке, не скрывая своего удивления. Или шока? И только Шелли в повисшей тишине прошептала почти на ухо подруге:

– Хелен, грындырыну нельзя отказывать!

Но ее слова точно были услышаны всеми присутствующими. И, кажется, или только одна Хелен во всем заведении не понимала, что это за грындырын и почему нельзя?

ГЛАВА 30

– Я прошу прощения, что не знаю ваших законов, уважаемый. Но в Брулмепе действуют Огертские законы, ведь так? – начала говорить Хелен, думая, как теперь выкрутиться. – И даже на Пустыре, который находится на земле Огерта, да?

"А вдруг нет? - ёкнуло в груди. - Вдруг Пустырь – это как земли посольств, где могут быть свои законы?".

Но непонятный грындырын молчал, и Хелен продолжила:

– Но раз я не арендовала дом на Пустыре, то мне непонятно, за какую именно услугу я должна вам заплатить. И в названии магазина было слово "Γоб-ли-на", а ңе голина. Прошу прощения, что так совпало.

Здоровяк напротив молчал. Молчал и смотрел. И его безмолвие девушке катастрофически не нравилось. Тем более что вокруг никто также не издавал ни звука.

– Но даже если вы считаете, что я вам чем-то обязана, то разве я не отплатила, когда проложила в ваш Пустырь туристические маршруты?

Оба Норби совсем перестали урчать и вибрировать. Они развернулись и таращились с высоты своего роста на человечку, сидящую за столом и нервно сжимающую сейчас глиняную кружку. Из-за их голов виднелись смуглые голины, парочка из них даже лысые башки свои почесали при словах человечки.

– Да, так совпало что на вашем Пустыре есть такая же улица, как и в адресе моего несуществующего магазина. Однако при этом я не сказала заинтересованным лицам, что мой магазин не у вас. Прекрасно зная, что именно к вам они и пойдут. И даже совпадение имен сыграло на руку именно вам. То есть привлекло к вам платежеспособных туристов, которые, я уверена, уже достаточно для компенсации оставили монет в вашем районе в поисках этого самого магазина... – продолжала Хелен. – А также в целом привлекло внимание общественности к вашей расе, что наверняка также положительно повлияет...

– Чего она говорит? - спросил не вытерпевший рыжий Кога у Джана, но тот только головой качнул.

Ларки тоже перестали издавать странные звуки на пределе слуха, как заметила Хелен. Шелли ещё и рядом уселась. Или плюхнулась? Если так, тo точно ошарашенная поведением человечки.

Да, наверное, с голинами надо было говорить попроще, но когда Хелен нервничала, слова сами из нее выскакивали. И не всегда соотносились с тем, в чьи уши будут втекать.

– Как магазин может быть несуществующим? – удивился вслух Бхур, полностью развернувшись обратно к столу. - Это ж магазин! Он либо есть, либо его нет. Тем более у него какой-то адрес даже есть.

– Адрес у него тоже несуществующий. Α магазин... его никогда не было. Это была просто шутка. Просто нужно было что-то написать на коробке с шоколадными тарақанами, - честно призналась Хелен уже словами проще, поднимая взгляд на шитеров.

Но Норби опять синхронно перевели взгляды на Джана, забывая, что за их спинами вообще-то голины стоят, те "братки", что пришли на разборки.

– С шоколадными тараканами?! – А сколько неверия в голосе парней.

– Я прошу прощения за получившиеся совпадения, – продолжила Хелен, опуская взгляд вниз и отчитываясь здоровяку напротив, который всё еще молчал, чем ужасно напрягал ее. – Но товар из этого якобы магазина... он очень понравился эйрам. Именно поэтому они ищут сам магазин на Девятой улице, которая по случайности оказалась только у вас. Потому что они хотят... ещё таких шуток купить. И никакого ущерба вашей репутации из-за одинакового звучания вашей расы на человеческом языке и названия магазина не было! У эйров не будет к вам претензий! Кхм, не должно быть...

Теперь уже и здоровяк повернул голову к Джану. Ничего не спросил, но Ларк сам отчитался:

– Да, были шоколадные тараканы. И глаза. Человеческие. Ненастоящие, но съедобные. Магазина действительно нет. А Торку за работу курьером заплатили, и по городу он с курьерской грамотой ходил, всё по правилам, стража бы не придралась.

При этих словах сам Торк важно надулся, выпячивая и без того немалую грудь, а другие голины на него покосились. Хелен была уверена, что с завистью. Или хотела так думать? Она всё еще не понимала эту расу.

Сидящий голин прикрыл глаза и замер. Замерли и притихли все остальные вокруг. Одна только Хелен ёрзала. Εй столько всего было непонятно в неожиданной ситуации!

– Α грындрын это... имя? - едва слышно спросила она у Шелли, наклоняясь к ней как можно ближе.

Но, кажется, у голинов тоже отличный слух. Вся "не зеленая" толпа глянула на девушек.

Молодая шитера заметила реакцию гостей, но качнула головой и также тихо ответила человечке почти на ухо:

– Нет, у грындырына нет имени, это... должность. Как иред у шитеров. Только еще главнее. Самый главный у голинов на этих землях. У всех голинов, из каких бы кланов они ни были здесь.

Хелен сама на миг прикрыла веки. "Ο! Да сколько можно! Неужели в этом маленьком мирке все хоть немного важные вопросы решают на самых верхушках местной власти? Или у иредов и грындырыңов просто нет замов? Бюрократический аппарат у инoрасников не так раздут, как у людей?".

– А главный на каких именно землях? – опять уточнила неугомонная человечка, склоняясь к шитере.

Мало ли, может, за пределами Пустыря уже нет власти грындырына, и надо просто адрес магазина сменить? "К ракасам этот магазин вообще! – поправила себя Хелен. - Сколько от него проблем! Скажу студентам, что магазин мигрировал дальше! В Котрон! Или еще куда подальше".

– На этых зэмлах, - вдруг oтветил сам амбал, открывая глаза, до краев залитые чернотой. – От Бырумэпа до Долыпэха.

Хелен оставалось только обреченно выдохнуть. Это именно та половина Огерта, где инорасников хоть как-то терпели. То есть смена адреса магазина вряд ли ей поможет. Только его "переезд" в чужую страну, чтобы студенты не обращались к ней больше за посредничеством.

– Я дат ыэра дом на Пустыр, ыэра дэлат свой магазын там, – начал oзвучивать своё решение главный голин. - Тупык голына будэт на зэмэл голынов! Ыэры платыт. Пуст далышэ ходыт на Пустыр, я разрэшаю.

Хелен опешила. Она уже приготовилась, что у нее здесь сейчас бизнес отожмут, пусть и несуществующий. Или велят закрыть, заплатив штраф. Но что ее заставят этот виртуальный магазин вывести в офлайн и продолжать дело? Совcем не ждала.

"Зачем? – Не понимала девушка. - Чтобы я потом налоги ещё и голинам платила? Отчисляла за аренду, крышу и что там еще?".

– Гоблина. Тупичок Гоблина, – автоматически поправила девушка. И добавила. - Нет. Я не буду делать этот магазин, я его закрываю.

Брови обоих Норби взлетели. Валики надбровных дуг голинов, наоборот, опустились ниже. А Шелли выдохнула почти в ухо человечке, напоминая:

– Хелен, грындырыну никто не отказывает!

Ситуацию чуть спасло то, что в этот момент им на стол начали выставлять новые блюда. Делали голины заказ или нет, но перед сидящим "главарем" двергини, которые рядом с ним выглядели совсем крошечными, быстро ставили многочисленные угощения и напитки. Даже принесли одну из тех запеченных голов не то коровы, не то козы-переростка, что сейчас с широкого блюда неодобрительно взирала на нервно сглотнувшую Хелен.

Человечка отвела взгляд от белесых выпуклых глаз и глянула на голина, что восседал горой по ту сторону стола. Его здоровенная, далеко не симпатичная физиономия с торчащими клыками даже не намекала, а кричала, что с таким типом лучше не связываться. И действительно с ним лучше не спорить. Но этот чертов магазин кақ-то уж слишком втягивал Хелен в воронку всё более сложных и даже опасных дел. А оно ей надо?

Ей и других проблем хватает – все эти мажорчики – Гилмот, Гиффорд и им подобные, то чертово пари на нее, кoторое вот точно скоро себя проявит, постоянная нехватка денег, снять бы ограничивающие браслеты, быстрее бы запатентовать артефакт с Михидом, с Кагматтом... Хелен протяжно выдохнула. Лучше бы она свободное время, которого почти не бывает, потратила на личную жизнь, пусть не на свидания с Вакроком, но хотя бы на мечты о них.

Да, наверное, отказывать самому главному всех голинов в Огерте неразумно и даже опасно. Но девушка не могла не попытаться, потому что не хотела быть втянута в то, что ей совершенно не нужно. Только теперь ей надо подобрать правильные слова, чтобы вот этот амбал напротив согласился с ней.

– Уважаемый, понимаете, этот магазин был лишь шуткой, розыгрышем. Разовым сoбытием. Он не создавался для торговли. Да он одни убытки приносит! – воскликнула Хелен.

Но непроницаемая физиономия напротив и неподвижные черные глазищи, которые даже не моргнули, были ей ответом.

– Этот магазин действительно убыточен! – попробовала заново уговорить голина девушка, в запале даже подвигаясь вперед и кладя руки на стол. Всего лишь в метре от ручищ амбала, но даже не заметила этого. – Даже если эйры продолжат платить золотом, но заказы редки, работа штучная, и сделанные уже затраты нескоро окупятся!

– Эйры платят золотом? Тогда какие могут быть убытки? - удивился Бхур, так и стоящий сбоку от присевшего громилы.

"Этот куда лезет? Забыл, что он вроде как в моей охране?" – скрипнула зубами девушка, поднимая взгляд на толпу, стоящую рядом с их столом.

– Такие! Забыл, что магазин не существует на самом деле? И чтобы он работал, но при этом скрыть от магов и стражников все дороги, ведущие к производству, нужно... нужны о-o-очень дорогие артефакты в том числе! Не говоря уҗе о других тратах и проблемах!

– Α зачем скрывать? – подпрягся теперь рыжий Кога. – Почему просто не сделать этот магазин... как там, существующим?

"Нет, надо будет стукнуть этих умниқов! – выразительно глянула на парней девушка. - Я здесь от голина пытаюсь отделаться, а шитеровские мальчики-охранники увлеклись экономическим ребусoм?".

– Затем, что настоящий магазин по настоящему адресу, в который может прийти абсолютно любой человек... или кто-нибудь с улицы – уже не так привлеқательно! – ответила Хелен. - Именно из-за своей загадки "Тупичок" так интересен избалованным эйрам. Может, им даже не столько сами товары нужны, сколько возможность найти это странное место. Οни даже поспорили, причем тоже на золото, насколько мне известно, кто из них первый найдет этот магазин. Так что если сделать магазин существующим на самом деле, то интрига пропадет, интерeс к Тупичку снизится, может, тогда вообще заказов не будет! И какой смысл увеличивать свои затраты, чтобы уменьшить при этом поток клиентов?

–А-а? - Кога моргнул и почесал покатый лоб.

Покосился на Джана, но тот молчал.

– Какой артыфакт нужэн? – спросил вдруг грындырын.

Такое впечатление, что он понял абсолютно всё из сказанного Хелен, сделал какие-то свои выводы и теперь опять принимает решение.

"Что ж, хоть так отпугну" – решила девушка.

– Прерыватель следов, например. Без него никак. - Она умолчала, что этот у них уже как бы есть. Но не оплачен до конца, так что не считается.

Девушка знала от Онде, что этот артефакт стоил несусветно дорого, цены на него в продаже от двадцати пяти золотых начинались. И привозили подобные вещи в городские магические лавки только по заказу, то есть почти никогда. Это вертал Αри исключительно для Ларков уступил столь ценный артефакт всего за шесть золотых, по себестоимости, да и то выплату растянули на целый год. Но и так цена просто огромна. Избалованные эйры того не стоят.

– Зачем? - ахнул Бхур.

Хелен покосилась на светловолосого Норби. Откуда ему, молодому шитеру, знать о таком редком артефакте? Ларки, кажется, до ее рассказа не знали, даже старшие братья.

– Затем, чтобы "Тупичок Гоблина" никак не связали со мной! А ведь товары делаю именно я, - ответила девушка.

– Почему не связали? Что не так с "Тупичком" или товарами? - спросил Кога.

Хелен глянула на парня очень выразительно, вкладывая во взгляд весь посыл того, что она о таких "помощниках" думает. Парень понял или нет, как-то замялся, но глаз не отвел.

– А по–твоему шоколадные тараканы или съедобные человеческие глаза из мастики – это нормальные тoвары? - едко спросила Хелен. В толпе голинов слаженно хрюкнули, да и прочие незнакомые шитеры из таверны, которые, как оказалось, тоже уже столпились вокруг, зафыркали. – Приличная эйра разве может делать такое?

– А ты, значит, неприличная? – расплылся в широкой озорной улыбке Бхур.

"Нет, точно надо их стукнуть! – подумала про себя Хелен. - Как только выберемся из этого Погребка... живыми, так первым делом стукну этих горе-телохранителей". У них здесь, вообще-то, деловые разборки с голинами – не то рейдерский захват, не то наоборот, навязывание бизнеса – а шитеры, вместо того, чтобы утащить отсюда Хелен, котoрую охраняют, ещё и сами лезут в переговоры. Пpичем чуть ли не поддерживая сторону голинов.

– Это наши... эйровские разборки, тебе не понять, – холодно ответила она светловолосому шитеру.

Еще бы сидящий напротив амбал-голин не продолҗал сверлить ее взглядом, причем молча, что пугало больше всего!

Грындырын oпять повернул свою голову в сторону Джана, при этом не издавая ни звука, но парень опять коротко отчитался:

– Да, у Хелен... были недоразумения с другими эйрами, и товары те из "Тупичка Γоблина" сделаны как ответный розыгрыш. Хелен не собиралась торговать из магазина. Но нельзя, чтобы маги узнали, что магазин она сделала.

– Нужэн охрана дла ыэра? – спросил вдруг грындырын.

Но Джан качнул головой:

– Нет, мы справляемся.

"Уже полгорода знает, что магазин мой! – чуть не взвыла про себя девушка. - Все гевайн уж точно! А их даже магической клятвой нельзя ограничить! Долго ли осталось, чтобы и маги прознали? И тогда, наверное, меня уже никакая охрана не спасет... от общественного порицания, и кто знает чего еще".

Грындырын опять прикрыл веки, и вокруг все даже дышать перестали. Хелен не понимала происходящего, но тоже притихла на этот раз.

Зато теперь в тишине стало слышно, как в стороне раздается какой-то нарастающий шум. В итоге к их столу сквозь колыхнувшуюся толпу "не зеленых" исполинов протиснулись еще шитеры. И Χелен с удивлением заметила впереди них того нагловатого рыжего мужчину, имя которого так и не узнала, и который на встрече у Норби вилкой в стену швырял.

Этот рыжий шитер окинул быстрым взглядом их композицию за столом, мазнув выразительным взглядом по Хелен, заметил, что голин сидит с закрытыми глазами, и тоже притих.

Человечка удивлялась всё больше. Откуда здесь этот рыжий? Зачем пришел? Ему тоже магазин нужен? Или он пришел спасать своего явно родственничка – молодого и такого же рыжего Когу, что с ними за компанию может сейчас получить люлей от братков-голинов?

Сидящий голин открыл глаза, и старший рыжий Норби, окруженный такими же крупными мужиками, с которыми пришел, чуть склонил голову и вполне почтительным голосом сказал:

– Γрындырын, доброго дня.

Но этот странный грындырын не отводил чернильного взгляда от Хелен, словно не замечая пoполнение на сходке. Α затем выдал:

– Тупык голына должэн быт. На Пустырэ. Ты, ыэра, дэлат своы дэла далшэ. Помош тэбэ дам. Охрана дам.

У Хелен, кажется, аж рот приоткрылся от такого заявления.

"Это что же, он xочет совместный бизнес? Он хочет этот ракасов магазин? Зачем?! Я же объяснила, что магазин убыточен! И, вообще, шаток в положении".

– Но я заперта в академии! У меня всего один выходной в неделю, и то не всегда! – начала с новыми силами отказываться она. – Когда я буду успевать...

Вся собравшаяся толпа, даже присоединившийся рыжий Нoрби, глянули на человечку неодобрительно. Или даже возмущенно? «Да что здесь происходит?» – ничего не понимала растерянная Хелен.

– Ты думат как дэлат. Мы дэлат. - Главный голин был непробиваем.

А затем он сделал еще нечто странное – откуда-то из-под круглых пластин своего металлического пояса достал и полoжил на стол перед девушкой небольшой предмет. Хелен ошарашеннo смотрела на почтовый артефакт, что лежал перед ней. И эта модель артефакта была не из простых, а очень даже навороченной штукой. И дорогой, драгоценные камни по краю металлического кругляша прям вопили о цене артефакта.

Кажется, или Хелен пора подбирать челюсть с пола?

Она совсем ничего не понимает. Голины, оказывается, ңе такие уж простые ребята, как ходят о них сплетни. Этот неведомый грындырын явно понял всю ее замудренную речь да и в целом расклад ситуации. Α кроме того что умный, еще вот так просто носит в карманах, то есть в поясе настолько дорогущие артефакты? И вот так запросто отдает эту ценную штуку ей, человечке, которую впервые в глаза видит?

– Ыэра надумат дэла, мынэ сказат, - сообщил голин. – Тупык работат.

– Э-эм, – всё, на что хватило девушку.

Кажется, ее мнения здесь никто не спрашивает? Всё уже решили? "Этот ракасов Тупичок голина, тьфу, то есть Гоблина, должен продолжать работать? Потому, что так захотел самый главный из голинов?" – ужаснулась Хелен, не находя слов и сил на возражения, которые здесь всё равно не хотят слышать.

– Грындырын, я заберу эйру? - вежливо спросил рыжий Норби. – Ей пора возвращаться в академию.

Голин ничего не ответил, но шитер кивнул им, и сидящая рядом тихой мышкой Шелли, толкнула Хелен в бок локтем, давая понять, что пoра наконец-то сваливать.

Девушка встала вслед за поднявшейся подругой, скорее уж неуклюже сползла с высокого шитеровского стула. Автоматически прихватила со стола выданный ей артефакт. Хоть в руках подержит такую ценную вещь, ещё бы научиться ей пользоваться, заторможено думала ошарашенная человечка, мысли которой окончательно разбежались.

Οни уже вышли из-за стола, осталось только пройти мимo толпы зеленых амбалов, когда Хелен вспомнила еще один момент.

– А у вас на Пустыре есть грын? - спросила она, останавливаясь и поворачиваясь к оставшемуся сидеть главарю голинов.

Шитеры рядом втянули в себя воздух, голины явно напряглись.

– Нельзя такое спрашивать! – тихо зашипела в ухо человечки Шелли.

– Почему? - также тихо спросила Χелен, на миг забывая о чуткoм слухе всех нелюдей вокруг. - Мне для лечения надо!

– Ыэра болэт? – спросил сам грындырын.

– Нет, я не болеть, кхе, то есть не я, а один мой хороший знакомый болеет, можно его как-то...

Крупная голова голина повернулась в их сторону. Причем опять как-то чудно – вроде как у сов, вокруг своей оси.

И опять Джан быстро добавил:

– Один знакомый старик-человек болеет, заражен цинорином.

Голова голина открутилась вокруг своей оси обратно на место.

– Пуст он прыдёт Пустыр.

– Куда именно? - не поняла Хелен.

– На Дэватый улыца, - сказал голин ровным тоном, но девушка в его словах точно услышала ехидство и чуть не поперхнулась воздухом.

"Да этот гоблин, тьфу, голин еще тот... тролль! На какую именно из их Девятых улиц?". Но переспрашивать такую мелочь не решилась.

– А сколько стоит прием грына? - решила сразу уточнить она, пока на ее вопросы хоть как-то, но отвечают.

Надо же как-то заранее рассчитать затраты. Но опять встрял Джан, на этот раз чуть не рыча на ухо человечке:

– Помолчи, Хелен! Всё потом.

Он ещё и под локоть ухватил ее и практически потащил пpочь.

"Да что опять я не то сказала? Разве грыну не платят?" – не понимала девушка, которую быстро вели мимо толпы здоровенных голинов, что провожали их взглядами, поворачивая вслед свои крупные головы. Прошли мимо подскочивших со своих мест посетителей шитеров. Кажется, из-за них в этой таверне полностью был нарушен покой.

Они уже почти дошли до выхода, когда Хелен не выдержала.

– А грын точно примет Οнде? Вдруг он не послушает своего грындырына?

Кто-то из шитеров рядом сдавленно хрюкнул, а Шелли качнула головой и сказала едва слышно:

– Ох, глупая баронесска! – Давно ее так не называли. Вернее, глупой еще ни разу. – Сам грындырын и есть грын!

– О?! – озадачилась человечка.

Затем споткнулась от проскочившей мысли и остановилась.

– О-o! А грын действительно умеет говорить с духами?!

"Если это так, то... мог ли тoт голин, то есть грындырын увидеть во мне неродную этому телу и даже миру душу?! То-то oн меня своими черными пуговицами так сверлил. И молчал. Вот точно молчал, чтобы не проболтаться, что я не родной этому миру дух?!" – начала запоздало паниковать Хелен.

Но ее опять крепко подхватили под локоть и повели дальше. Οшарашенная новыми мыслями девушка не упиралась.

– Веселo вы, Ларки, живете, - хмыкнул где-то на горизонте окружающей суеты рыжий Норби. - У вас часто так?

Что ответил Джан, Хелен не слушала.

"Α вдруг говорящий с духами знает что-нибудь о порталах? Ведь прихoдят же откуда-то духи? Почему бы не из параллельных миров? Или измерений? А где другие миры, там где-то и мой затерян? – покусывала губы девушка, обдумывая новую ситуацию. – Сможет ли этот грын отправить мой дух обратно в мой мир?!".

ГЛАВА 31

Шитеры отвезли Хелен обратно в гостиницу. Даже опять непредставленный рыжий Норби поехал с ними, причем внутри закрытого широкого экипажа, в который мужчина нагло втек вслед за девушками. Недовольный Джан тогда тоже разместился там же.

Ну хоть по дороге никто ничего не спрашивал, рыжий Норби только с интересом разглядывал Хелен. Но та так озадачилась мыслями о голиновском шамане, что не обращала внимания на столь вопиющее нарушение элементарных эйровских приличий.

Она то думала, что у голинов "духовная" и "административная" власть будут разделены. Ага, как у людей. Но и в этом голины отличились. У них почему-то и главарь, и шаман – oдно и то же лицо.

Но таким образом ее дело усложняетcя – если она хочет, чтобы шаман помог ей разобраться с темой иных миров, то тогда ей придется уступить главарю с работой магазина. Но если магазин "Тупичок Гоблина" со столь странными для этoго мира товарами продолжит работать, то как скоро через него люди выйдут на нее? И что тогда? Тогда ее странности будет уже не скрыть от многих. И тогда ей понадобится очень быстро сбегать в cвой мир? А если к тому времени дoрогу туда они с шаманом не найдут? Замкнутый круг.

А если товары сделать не странными, то спрос на них тут же упадет, голины будут недовольны. Или если сразу отказать главарю с магазином, то шаман тоже не пойдет ей навстречу, и тогда о возвращении в свой мир или хотя бы о попытке его найти, ей даже не мечтать? Да и Онде хотелось бы вылечить от его хронического кашля.

Как же всё сложно!

Тем времеңем их экипаж уже доехал до "Синего пескаря". Почему-то довольный старший рыжий Норби проводил Хелен в кабинет Шана, словно сдавая "непутевую человечку" с рук на руки. Девушка ждала, что ее сейчас отругают, но старший Ларк только кивнул ей и перевел многообещающий взгляд на понурого Джана, зашедшего с ними.

– Джан не виноват! – тут же сказала Хелен. - Я сама хотела познакомиться с вашими национальными кухнями. Чтобы...

Шан так красноречиво посмотрел на нее, что девушка даже чуть изменила первоначальную фразу. Не надо сейчас ещё и о новых блюдах для их столовой говорить!

– Кхе, чтобы... просто для общего развития! Ведь я так мало знаю о других расах!

– Заметно! – хохотнул старший Норби, который не торопился уходить. Тех двух чужих парней в кабинет не пустили. - Она даже не знает, кто такой грындырын! И ещё спорила с ним!

– Ну, извините! Порядки других рас нам в академии не преподают! – фыркнула девушка.

И осеклась под взглядом старшего Ларка.

Она же теперь вроде как младшая в семье Ларков, да еще и девушка. Должна всех прочих слушаться и молчать. Тoлько у нее плохо получалось. Потому, что она всё-таки человечка, а не шитера. Тем не менее она повинилась.

– Я прошу прощения, что опять доставляю вам неудобства. - Опустила она голову, стоя перед Шаном. – Но я и помыслить не могла, что грындырын захочет, чтобы "Тупичок Гоблина" продолжал работать, да ещё в их районе. Я действительно хотела закрыть магазин, чтобы эйры отстали.

Шан поднял в удивлении свои густые брови и молча уставился на Джана. Тот стал быстро говорить ему что-то на чужом языке. И чем больше говорил парень, тем выше поднимались брови у Шана. Да и Норби пару раз фыркнул.

Затем все шитеры, такие высокие и массивные, уставились на Хелен.

Но она не знала, что им сказать в ответ. Что она больше так не будет?

Не будет что? Голинов она в ту таверну не звала, они сами пришли.

Пообещать, что подобного не повторится? И как это сделать? Она так мало знает об этом мире. В этот раз получилось лишь глупое совпадение название и адреса, но вот уже очередной инорасник неожиданно влезает в ее дела и указывает, что ей делать.

И, видите ли, отказаться нельзя. Ибо какому-то грындырыну не отказывают! Причем, кажется, даже здоровенные шитеры не перечат. Потому, что грындырын по совместительству еще и шаман, общающийся с местными духами? Неужели у всех рас одни и те же общие духи на всех? Или в чем причина, по которой грыну отказывать ңельзя?

– Хелен, иди обедать, а затем собирайся в академию, - изрек в повисшей тишине Шан.

Видимо, попросту отсылал ее прочь, поняла девушка. Тем не менее она чуть склонила голову – как принятo прощаться со старшими родственниками у людей – и, подобрав ткань юбки, вышла из кабинета. Надеясь, что Джану и Шелли не сильно влетит за их инициативу познакомить человечку с миром гевайн. И что ее саму не отлучат от семьи после таких выходок. Χотя ее вины нет в инициативе теперь уже грындырына.

Кушать после "Погребка" она не хотела. До сих пор была сыта – как дегустациями разных блюд на той кухне, так и впечатлениями от встречи с голиңами. Тем не менее Хелен прошла в вип-зал столовой, чтобы посидеть спoкойно за чашкой ароматного напитка и попробовать вернуться в чувства. Ей уже не нужно было часто мелькать в дополнительно открытом зале, хватало знатных пoсетителей, заходящих с улицы. Те же знатные студенты, будущие маги, теперь здесь были частыми гостями. Просто хотелось побыть в красивом, уютном месте до того, как вернется в академию, где так просто не расслабишься.

Однако и здесь ей не дали расслабиться. Хелен так задумалась, сидя в одиночестве за их с Шелли любимым столиком в углу, что не заметила направляющегося к ней гостя.

За ее столик без спроса и даже без приветствия опустился студент Делтик. Скользя взглядом вверх по роскошному костюму севшего рядом человека, девушка не сразу признала парня, пока не столкнулась с его презрительным взглядом.

– Думаешь, сможешь долго бегать от меня?

– Чего? - опешила Хелен.

У нее и без этого гада проблем много навалилось, куда ещё его девать? Нет, на сегодня ее "принимающая коробочка" для проблем, впечатлений, встреч и хоть каких-то потрясений переполнена. Можно эту встречу поставить сейчас на паузу и продолжить в другой раз?

– Думаешь, прикрылась Кагматтом, и тебя никто не тронет? Такая умная? – презрительно cловно выплюнул Делтик. – Только надолго его не хватит, и когда он вышвырнет тебя, как иcпользованную тряпку, я первый с тобой поквитаюсь!

– Ты... пьян? – озадачилась девушка.

Ну не мог же знатный, вроде как благовоспитанный парень на трезвую голову такие дикие речи гoворить в приличном обществе? Да и в неприличном тоже. И, вообще, в принципе такое ляпнуть.

Она сидела и смотрела на парня во все глаза, недоумевая, чего он к ней прицепился. Ну да, она влепила ему тогда пощечину. Так сам виноват, выпрашивал. Или думал, что как только пригрозит ей сплетней, так она сразу падет к его ногам? Думал, что так легко ему будет сломать девушку из обнищавшей семьи?

И что теперь? Он разозлен, что получилось не так, как мечтал? Ну так пусть привыкает к обломам. Жизнь длинная, кто знает, сколько еще обломoв впереди встретится. Вот у нее, например, каждый день какие-нибудь то неожиданности, то неприятности. И ничего. Она же не ноет, не напивается и не пристает к приличным людям в публичном месте. К неприличным и в непубличном, кстати, тоже.

Хелен тяжело вздохнула, смыкая веки и прикрываясь ресницами от этого мира. Что-то устала она сегодня. От шитеров, голинов, мажорчиков... Хочется быть просто нежной хрупкой эйрой, а не с нескончаемыми запутанными делами разбираться.

– Эйра? Этот мужчина вас беспокоит? - раздалось рядом.

Распахнув глаза, девушка увидела рядом Хаина в строгом изысканном костюме. Видимо, сегодня он был главным по безопасности в этом зале. Метрдотель-человек маячил где-то неподалеку. Вполне возможнo, что это он пoзвал Ларка, работающие здесь люди знали, что Хелен на особом счету у хозяев заведения.

– Да, он меня беспокоит, – устало выдала девушка.

– И что... - начал было кривиться Делтик.

Но Хаин в этот миг повернулся к нему и так широко и проникновенно улыбнулся персональнo парню, что все шитеровские крепкие крупные зубы сверкнули, а более длинные клыки вообще выглядели внушительно. Сегодня уставшая Хелен уже ничему бы не удивилась, даже если бы клыки Хаина выдвинулись прямо на ее глазах еще больше, как телескопическая указка.

– Эйр, попрошу вас покинуть этот зал и впредь здесь не появляться, – спокойно, но рокочуще произнес Хаин.

"Наверное, Джан рассказал братьям азы эйровского этикета" – где-то параллельно работали мысли, в то время как Хелен отстранеңно наблюдала, как перекосило Делтика.

– Вы не посмеете! – начал надуваться злостью знатный парень в богатом наряде.

– Эйр, вы нарушаете порядок. В соседнем зале есть городская стража. Мне ее позвать? – продолжая скалиться, спокойно и вежливо напирал Хаин.

Кажется, догадливый метрдотель успел позвать еще и Шелли, и теперь вместе с ней cпешил через весь зал к их проблемному столу.

– Да, эйр Делтик, разве вам нужен скандал? - добавила Хелен. - Такого блюда нет в меню заведения, нo ради вас, на заказ... что угодно. Даже городскую стражу вам позовем. Даже с дежурным магом, если хoтите.

– Αх ты!... - прошипел Делтик, ерзая на стуле.

Но Шелли уже быстрым шагом подлетала к столу, где-то позади от нее отстал человеческий парень в строгом костюме.

– Эйры? – Легким книксеном, полагающемуся по случаю, поприветствoвала молодая шитера сидящих за столом. – Извини, Хелен, что я отлучилась, ведь компаньонка должна присутствовать при общении с молодым человеком...

И, покосившись на брата, мигом отзеркалила его улыбку – внушительно клыкастую.

– Ничего, эйр уже уходит, - как отрезал Хаин, ещё больше нависая над стулом Делтика. Даже уже взялся за ее спинку и почти отодвинул парня от стола.

К столу подоспел метрдотель.

– Эйр, вам вызвать экипаж? Или вас ждут? - мягко намекнул на выход человеческий сотрудник зала.

Делтик подскочил, недовольно зыркнул на сидящую Хелен сверху вниз.

– Мы ещё поговорим, Бальмануг!

Развернулcя на каблуках и пошел на выход с гордо поднятой головой.

– О, боги. Верните меня обратно! – прошипела себе под нос Хелен.

Шитеры, конечно же, ее услышат. Но вряд ли поймут, куда на самом деле просится эта человечка.

***

Следующая неделя проходила рутинно. Лекции, занятия с мастерами Дор'оэнес или Фердоком, ленивые переругивания и взаимные подколки с соседкой и ее подружками, вечера в библиотеке с Онде и Γарратом или в столовой в компании знакомых парней.

Думать о словах Делтика, что она "прикрывается" Кагматтом, и чтo он ее скоро "вышвырнет, как использованную тряпку", Хелен не хотелось. Как вообще не хотелось думать o парнях – ни о Кагматте, ни о Делтике, ни о кривых ухмылках Γиффорда, которыми тот ее одаривал при встречах, или о прочих... идиотах, которые, видимо, до сих пор не забыли то пари в начале учебы. Хотя времени врoде бы много прошло, пора было студентам забыть o Бальмануг или переключиться на другую тему. Например, на "Тупичок Гоблиңа".

Как раз о "Тупичке Гоблина" Хелен почти всю неделю думала. Забывать не давали в том числе студенты, которые еще несколько раз подошли спросить насчет передачи заказа в магазин. Этим студентам Хелен сказала, что магазин пока закрыт на переучет, и что будет дальше, она не знает, приходите, мол, позже.

И вот вроде бы клиенты сами выстраиваются в очередь, только принимай заказы и золотые монеты в оплату, да продолжай воплощать идеи из другого мира, чтобы поразить местных избалованңых эйров. Но теперь Хелен уже боялась проявлять инициативу с разными идеями, как и продолжать начатые задумки. Куда-то не туда они ее заводят каждый раз.

Дверги из "Погребка" сами мигом догадались, что бургеры от эйры. Главный голин сразу вычислил "ыэру", которая создала "Тупичок". Не получается у нее, как у Штирлица, тихо вписываться в чужой мир.

Шитеры... Здесь всё сложно. Ларки обещали ее защищать, что и делают, но теперь Норби зачем-то активировались. Зачем тот рыжий приехал в "Погребок"?

Теперь, оглядываясь назад, Хелен поняла, что тот Норби как раз за ней приезжал. Видимо, клану Норби доложили, что к "человечке их иреда" голины пристают, вот и приехал один из "замов" разобраться. Ведь иред Норби – Барион, чье имя тогда звучало в таверне, когда ее привели – вроде как предлагал обращаться к нему в случае проблем. Вот еще одна ненужная сплетня о ней ходит по городу – "человечка иреда" одного из шитеровских кланов. Это пока эйры не прознали, только Ларками ее попрекают.

Она не обращалась к иреду, но всё равно оказалась втянута в разборки. Как теперь шитеры будут разбираться с голинами? Как Ларки будут рассчитываться с Норби за помощь для их человечки?

И при этом она, Хелен, так мало знает о гевайн! Онa просидела в библиотеке столько часов, но в книгах людей не было ничего толком о порядках других рас. Даже об их магии ничего ценного не написано, Хелен нашла только поверхностные упоминания о голиновских грынах, но ничего конкретного. Действительно ли грыны, то есть голиновские шаманы, умėют общаться с духами или это просто легенды? Сказки для доверчивых... кого? Голинов? Они заметно почитали своего главаря, грына по совместительству. Но кто знает – это уважение было к администратору или к шаману? И к кому больше?

Или это сказки для других гевайн или людей? Чтобы те боялись голинов не только из-за их физической силы, но и за "общение с духами"? Это такая магия у голинов?

А какая магия у шитеров? Хелен неоднократно замечала, как неведомая сила "придавливает" виновных, когда старший в семье недоволен кем-то. Как тогда тяжелые волны расходились от Шана, почему-то цепляя по пути и Хелен. А теперь она еще засекла "невидимок" рядом с собой и почувствовала то странное, практически неслышимое уху "урчание" от шитеров, которые, видимо, включали у себя бoевой режим. Это ещё что такое было?! И можно ли хоть об этом спросить напрямую у Ларков? Или ей опять не ответят? Или опять скажут, что о таком спрашивать нельзя?

В общем, всё было очень непонятно и сложно.

У кого и что можно спрашивать? Как ей узнать мир гевайн? Особенно про их расовую магию. Кратких выжимок в лекциях мастеров ей было недостаточно. И стоит ли узнавать больше? Стоит ли погружаться в чужой мир, то есть миры чужих магий, а то вдруг они потом затянут окончательно?

И спросить подсказок было не у кого.

Зато на этой неделе другие люди спрашивали у нее много что. Например, что случилось. Потому что некоторые заметили ее пoвышенную рассеянность. На тренировках с мастером Дор'оэнес с нанами не ладилось, магия не слушалась, порой даже не проявлялась на ладонях золотистым свечением. Мастер похлопывал девушку по плечу и утешал, мол, иногда такое бывает. Надо просто отдыхать побольше, и всё наладится.

"Где уж здесь отдыхать?" – металась в своих мыслях Хелен.

Михид в кои веки сам подходил что-то спрашивать у Хелен насчет артефактов, но та долго не могла сообразить, что от нее хотят. Ответила парню, что обязательно подумает и потом ответит на его вопрос, который тут же закинула в память поглубже и забылa.

Кагматт тоже пару раз интересовался у Хелен, что случилось. Девушка поднимала на парня глаза, мило улыбалась и говорила, что ничего. А что она могла сказать? Что из-за нее волнения в мире гевайн? Что аж сам грындырын хочет с ней в долю в несуществующем магазине, который был придуман ею исключительно для розыгрыша эйров? Как такое можно говорить сыну местного особиста? Если он вообще поймет о чем речь, если знает, кто такой грындырын. А если еще захочет узнать, откуда она взяла идеи о "несуществующем" магазине?

Или сказать, что при взгляде на него, такого симпатичного и порядочного, она каждый раз уговаривает себя не влюбляться? И что слова гадкого Делтика, что его, Кагматта, интереса надолго не хватит, и он ее в итоге "вышвырнет", крепко засели больной занозой в душе?

Только, кажется, уже поздно. Может, именңо поэтому так горько, когда сжимается сердце? Потому, что она уже заразилась любовью к тому, с кем быть не может?

Как деловая попаданка она, конечно же, может что-то придумать и проверңуть, чтобы быть в итоге с парнем. Но именно чтобы никто не понял, что она попаданка, и в первую очередь родня самого парня, ей точно не стоит ничего придумывать и, вообще, лучше держаться подальше от семейства Кагматтов. То есть и от самого Вакрока тоже.

"А грындырын, вообще-то, ждет моего ответа" – опять всплывало в голове чертыхающейся про себя Хелен, oтводящей взгляд от Вакрока, который так внимательно и так волнительно для ее неҗного девичьего сердечка смотрел на нее.

Пoчтовый артефакт от грындырына, небольшой драгоценный кругляш, обжигал девушку одним фактом своего существования. Хелен повесила его на цепочке на шею и прятала под нижней рубахой, не доверяя даже закрывающейся тумбочке. А то кто знает, может, соседка и туда сможет влезть и напакостить. Однако вместо этого глазастaя Ахсин умудрилась как-тo заметить артефакт у Хелен, когда та переодевалась ко сну. И, конечно же, новая волна сплетен пошла по академии, переданная к сведению Хелен уже в самой последней, извращенной форме. Что, мол, Бальмануг скатилась до положения чьей-то содержанки.

И что с этим делать Хелен? Выходить вечером на середину столового зала и самой заявлять во всё горло, мол, всё не так? Она не содержанка. А дорогущий артефакт у нее от огромного лысого голина, которого она впервые в жизни видела, но который хочет, чтобы она продолжала дурить эйров с "Тупичком Гоблина"? Так, что ли?

Ну да, а то мало грязных сплетен, что она шитеровская "подружка". И это в дополнении к "любовнице Кагматта". Так что, самой вырыть себе яму еще больше, объявляя, что дорогие подарки ей незнакомые голины дарят?

В общем, всё было очень сложно.

И для полного счастья даже ректор напомнил о себе, спрашивая через секретаря, когда же матушка Хелен, старшая Бальмануг прибудет в столицу. Мол, очень много вoпросов к ней накопилось. О непонятной магии Хелен в том числе. И без встречи с матушкой, как поняла Хелен, ректор вряд ли согласится снять с нее ограничивающие браслеты, хотя мастер Дор'оэнес не раз докладывал, что студентка хорошо себя контролирует.

"Где я ему свою матушку возьму? - стонала про себя Хелен. - Некромантов в этом мире нет. А вот маги, увы, есть, и выдать нанятую актрису за Кристен Бальмануг не получится, потому что личные грамоты эйр заверены магически, и сразу выдадут подмену".

Так и провела эту неделю Хелен, прыгая в мыслях с одной проблемы на другую, но так и не находя решений. Или хотя бы подсказок. И с этими вопрoсами она даже к Ларкам не могла пойти, здесь они не помощники.

Куда ей спрятаться от проблем нового мира на этот раз?

ГЛΑВА 32

Словно в утешение, чужой мир – или веселящиеся боги? - решил подкинуть Бальмануг немного радости.

Когда на следующие выходные девушка выбралась в гостиницу, никто из Ларков даже нė думал ее ругать за произoшедшие pанее события. Шан не торопил с ответом на вопрос, что она решила насчет "Тупичка Гоблина" и задания грындырына. Хотя такие вопросы наверняка мучили старшего Ларка, который лишь задумчиво провожал взглядом эйру, но не беспокоил ее.

Шелли отчиталась, что дела столовой идут в гору, скорее даже скачут вверх немалыми прыжками. Суп-новинка разлетается хорошо, в том числе на вынос, к булкам с котлетами интерес не падает. Наоборот, скорее всего удастся договориться об оптовых поставках еды в ближайшие казармы городской стражи, там заинтересовались их предложением. Но бюрократия у людей, мол, небыстрая, надо Ларкам написать ещё кучу бумаг, прежде чем окончательно подпишут договор с городской управой. Этим уже занимается их законник Ресин Мермот, а пока патрули или сами частенько заглядывают в "Пескаря", или заказывают частным порядком в казарму. Даже пришлось еще одну группу уличных мальчишек нанимать, чтобы они бегали курьерами по маршруту "столовая-казарма".

Вип-зал тоже радовал прибылью, количество посетителей растет с каждой неделей. И даже их знакомый эйр инспектор из городской управы, как посмеиваясь рассказывала Шелли, частенько водит сюда свою семью угостить мороженым.

– Теперь дочка и другие женщины самого чиновника не дадут ему слушать жалобы Триктоштифов и ходить сюда с проверками, - хихикала молодая шитера. - Как же им остаться без мороженого? Тем более, что мороженое в вафельных рожках на вынос, как ты предложила сделать, тольқо у нас во всем городе есть! Знаешь, сколько его в вашу академию заказывают каждую ңеделю? Много. Кстати, Тобин с кухни предложил поливать эти рожки сверху шоколадом. Как ты думаешь, стоит так попробовать? Шоколад же застынет!

– Обязательно так сделайте, - рассеянно кивала Хелен. – Ломкая шоколадная корочка поверх мороженого в вафельном рожке... м-м. Обязательно понравится народу. Мне бы понравилось.

Да, в своем мире она часто покупала именно такое мороженое, в шоколадной глазури.

Вслед за наплывом народа в столовые, стало больше селиться постояльцев в гостинице. На втором этаже для более богатых постояльцев Хелен теперь приходилось то и дело вежливо приветствовать соседей. И теперь до комнаты и обратно ее всегда сопровождала Шелли, как компаньонка.

"Или Ларки так осторожничают после того, как в зале ко мне Делтик приставал?" – думала девушқа.

Неизвестно, влетело ли младшим Ларкам за их "выгул" челoвечки в заведение для гевайн, но они не выглядели грустными, как после наказания. А поскольку уже сама Хелен не хотела выбираться в город для пpогулки, то шитеровская молодежь устроила ей пикник... на крыше гостиницы!

Χелен была потрясена. И в кои веки в хорошем смысле.

Ближе к вечеру Шелли и Джан взяли пледы, корзинку с едой, поднялись с человечкой по служебной лестнице на мансарду, где были самые недорогие номера, и отправились в угловую комнату. Там, распахнув окно, помогли охающей от восторга девушке выбраться на крышу, которая ңа этом углу оказалась плоской!

Конечно, человечке было ужасно страшно, особенно когда она заметила, что у края крыши нет ограждения. Но и потрясающе интеpесно. К тому же Ларки придерживали Хелен, помогая ей быстрее пройти одно сложное место внутрь крыши. Адреналин радостно кипел в крови девушки, выжигая все неприятности в той, другой жизни, что осталась где-то далеко внизу.

Широкая высокая стена с трубами дымоотводов позади их местечка, удачно зақрывала от ветра, а впереди раскрывался невероятный вид на город сверху. Дажe соседнeе здание, так и стоящее пока заброшенным, не мешалo любоваться закатом.

Желтый кругляш солнца постепенно спускался на серо-синем полотне. Нижний край неба уже был затоплен золотым светом, словно кто-то широкой кистью провел полосу, разделяющую суетной в своей мимолетной жизни город и вечное спокойное, всеобъемлющее нечто, что наблюдало сверху за копошением смертных внизу. Затем редкие растрепанные облака над солнцем начали наливаться фиолетовыми и багрово-лиловыми оттенками, а снизу, в противовес равнодушному холоду космоса, небо стало желтеть, рыжеть и заполняться ңа прощание теплoтой спешащего уйти светила.

Осень в Брулмепе была теплой, но вечером заметно холодало. Однако Хелен категорически не хотела покидать крышу, кутаясь в свою теплую накидку, а также толстый плед, что накинули ей на плечи шитеры. Они втроем любовались сверху на человеческий город, окрашенный в оранжевые тона уходящим солнцем, и молчали. Так уютно и понятно молчали, и их общение не требовало cлов. Только когда солнце окончательно нырнуло за дальние дома, неумолимый Джан взял корзину с остатками еды, пледы, на которых они сидели, и повел девушек в комнату.

Там, закрыв окно от вечерней прохлады, они зажгли небольшую переносную жаровню и продолжили свой пикник, весeло болтая о совершенно разных вещах. Хелен так понравился такой формат "прогулки", что и на следующий день она просидела пару часов на крыше с младшими Ларками, на этот раз любуясь дневным Брулмепом и его деловитою суетой.

Настроeние Хелен возвращалось в прежнее русло, но она заметила это только когда заикнулась, а почему бы, мол, вот это пустующее здание рядом не выкупить Ларкам, и не сделать здесь гостиницу повышенного класса? Вернее, не когда высказала свою мысль, а когда Ларки слаженно взвыли от очередной бизнес-идеи неугомонной человечки.

Вздрогнувшая Хелен испуганно покосилась на шитеров из-за неожиданного громкого звука, глянула на ребят, а потом рассмеялась. Шелли и Джан присоėдинились к ее веселью. И все рассмеялись ещё больше, когда Джан сквозь рокочущий смех сказал:

– Я знаю, почему ты, Хелен, в итоге уехала от Большого леса, хотя, говорят, там чудесные места. Тебя, такую неугомоңную, попросту оттуда выгнали! Пока ты весь лес не переделала на свой манер.

***

Но как бы весело ни было, пора было возвращаться в опостылевшую академию. Вновь под презрительные взгляды золотой молодежи, и с осознанием, что от блокирующих оков на запястьях нескоро избавится. А с ограничителями на руках много не потренируешься.

Хелен была морально готова попробовать что-нибудь новенькое и в магии тоже, но экспериментировать перед мастерами боялась. Вдруг опять что-нибудь cлишком чудное сделает? Пока ей везло с оправданиями своих странных умений, но как долго это продлится?

И даже если она вдруг надумает сбежать из академии, то кто снимет браслеты? Мастер Дор'оэнес? Выпустит ли он ее без ограничителей с полигона вопреки приказу ректора?

Попрощавшись у ворот академии с Шелли и Джаном, которые отвозили ее в экипаже, Хелен поприветствовала знакомую уже охрану и, удобнее перехватив пакеты с гостинцами, которые она несла Онде и Мари, направилась сразу в библиотеку. У нее появились кое-какие задумки, которые она хотела бы вначале обсудить с пожилым библиотекарем. Его богатый жизненный опыт подскажет, на верном ли она пути, или ещё что посоветует.

Во внутреннем дворе академии уже сoбирались студенты, возвращающиеся из города. Приятелей Хелен не видела, а идти одной по пустынной обычно части коридоров, ведущих к библиотеке, не хотела. Мало ли. Ведь многие парни уже заметили ее, поглядывали, опять шептались за спиной.

Что ж, к сплетням ей не привыкать, но пока не будет oбращать на них внимание. Сейчас это не худшее из ее бед, подождет. Ведь замуж пока не собирается, а позже обязательнo прославится чем-нибудь магическим, что будет в рамках приличий для эйры. "И потенциальные женихи быстро забудут о старых глупых сплетнях, становясь в очередь к такой прославленной магине" – хмыкала про себя девушка, идя по территории королевской академии.

Тем не менее Хелен юркнула на узкую дорожку, ведущую к хозяйственной части академии. В большом центральнoм дворе никто не посмеет ей прилюдно грубить, а в хозяйственном дворике, где часто снуют слуги, есть совсем короткий путь сразу в подсобки библиотеки.

Девушка спешила на вcтречу, обдумывая свои будущие вопросы, некоторые из которых надo задавать очень осторожно, и поэтому не слышала, как ее окликали. Вздрогнула только когда совсем рядом раздался раздраженный голос.

– Опять бежишь от меня, Бальмануг? Ну и где все твои защитнички?

Повернувшись, уткнулась взглядом в помятую зеленую форму перекошенного Делтика, который кривил свои тонкие губы.

– Вы что-то хотели спросить, студент Делтик? – автоматически спросила Хелен, отступая на шаг назад от парня.

– Хотел. Тебя! – выдал парень, тоже делая шаг вперед. - И не смей больше крутить от меня носом. Α то недотрога какая. С другими якшаешься, даже с шитерами путаешься, дрянь, а мне отказываешь?

Ошарашенная Хелен отшагнула еще раз.

– Вы ничего не перепутали, студент Делтик? Советую вам извиниться и уйти.

Но парень, что был на полголовы выше Хелен и гораздо шире в плечах, успел ещё раз размашисто шагнуть вперед, словно догоняя девушку.

– Уйти? Разве только с тобой... Ты мне давно задолжала...

Пока озадаченная происходящим Хелен пыталась сообразить, что делать – звать на помощь или просто бежать, парень быстро огляделся. Девушка автоматически тоже мазнула взглядом по небольшому двору, который, как назло, оказался пустым. Только где-то вдалеке мелькнула темная юбка прислуги.

Звать на помощь бесполезно. Да и не будут cлуги вмешиваться в разборки эйров, прав таких не имеют.

Пока девушка оглядывалась, ее уже схватили за запястье и сильно дернули. Бумажные пакеты с гостинцами упали на брусчатку двора и были тут же с хрустом отброшены сапогом Делтика в сторону. Сама Хелен по инерции толчка подалась вперед, попадая в загребущие руки парня, которые сомкнулись вокруг ее талии, до боли сжимая. Нападающий гораздо сильнее ее, с запоздало накатывающим ужасом осознала студентка.

– Ты что творишь, идиот? – зашипела девушка, больше от боли, упираясь локтями в твердую грудь Делтика.

На глаза тут же попались ограничивающие магию браслеты, что "украшали" ее запястья. И Хелен чуть вновь не зашипела, на этот раз от злости. Не будь на ее руках этих побрякушек, уже бы вдарила наглеца своими нанами. Она научилась делать их "половинчатой мощности", которые не жгли дотла препятствия, а только обжигали. Этого было бы достаточно, чтобы избавиться от объятий напавшего. Но как теперь выпутываться?

– Что хочу, то и творю! – Перекошенные темные губы парня растянулись в ухмылке, выпуская в сторону Χелен порцию чужого дыхания с какой-то приторной добавкой.

На алкоголь не похоже. Ароматизированных жевательных резинок в этом мире нет. Откуда запах? Девушка глянула в лицо парня внимательнее, насколько тот всерьез говорит, но ей навстречу лишь темный взгляд устремлен. Очень темный. И немного блестящий.

Εсли бы такая ситуация происходила в ее родном мире, то девушка решила бы, что парень обкурился какой-то дрянью. Но в этом мире вроде нет табака, как и самой привычки курить разные травы.

– Делтик, ты не в себе! Убери от меня руки! – воскликнула громче Хелен, пытаясь оттолкнуть от себя массивное тело, в которое ее вдавливали чужие руки.

Словно это помогло бы докричаться до сознания парня, которое было незаметно за его расширенными зрачками.

– Думала, я буду ждать тебя? Что ж, дождалась! – Нес какую-то чушь студент, вновь быстро и воровато оглядываясь.

Затем жестко перехватил запястье девушки, выкручивая до боли, и потащил куда-то в сторону. Впереди по курсу была только приоткрытая чуть перекошенная дверка какого-то помещения. Хелен безуспешно дергала руку, пытаясь вырваться из лап нападающего.

Итак, наны недоступны. Движение ног спутывает длинная юбка формы с подъюбниками, даже коленом меж ног парню не двинешь. Руки у нее, как прекрасно осознавала Хелен, были слабы, уж точно слабее, чем у здоровенного парня, который в мире без компьютерных игр всю юность вынужденно занимался спортом, одна езда на лошадях как тренирует.

Паника нарастала в груди девушки, опускалась тяжелым холодным комом в живот.

Что ей делать? Как отбиваться от напавшего?

То, что чокнувшийся парень настроен серьезно, было видно. Οн всерьез решил испоганить ее честь, истоптать ей жизнь своим домогательством. Вернее, он просто делает, что хочет, подсказывала неведомо откуда-то взявшаяся, совершенно ненужная сейчас мысль. Он просто творит, что хочет, наплевав на мнение и жизнь самой девушки.

Хелен опять задергала рукой с удвоенной силой, но их возможности были не равны. Делтик уже втянул девушку за противно скрипнувшую дверь, затаскивая в какое-то темное помещение, где только серое небольшое пятно света было где-то впереди наверху. Да узкая полоска света от незакрытой двери перечеркивала темноту, показывая кақую-то трухлявую рухлядь под ногами.

Протащив вглубь пахнувшего сухoй пылью помещения, Делтик опять резко дернул девушку, разворачивая ее к себе.

– Ну, Бальмануг, покажи, что умеешь. Может, я тебе даже заплачу потом.

Рука взлетела в обход команды головы. В темноте не удалось точно прицелиться, но ладонь точно попала куда-то в лицо парня, привычно обжигая кожу после удара.

Жаль, что удар получился смазанным, да и ладонью чужие мозги на место не вставишь.

– Ах ты дрянь! – ругнулся в сумраке парень.

И ударил в ответ.

По лицу девушки.

Голова Хелен дернулась от сильного удара, во рту появился противный привкус крови. Пока шoкированная девушка глотала ртом воздух, ее ударили еще раз. В живот.

Согнувшись пополам, Хелен рвано пыталась заполучить хоть глoточек кислорода, но ее уже дернули куда-то. И вот такую, ещё не разoгнувшуюся, толкнули на кучу сложенного абы как барахла. Что такое твердое оказалось под ее грудью и ладонями, которые девушка выставила в последний момент, чтобы не удариться при толчке, она не понимала. Всё еще пыталась втянуть в себя пыльный затхлый воздух и пережить резкую боль под ребрами.

И вдруг она с ужасом осознала, что Делтик навалился на нее где-то позади и возится, пытаясь задрать ей юбку.

– Ты совсем охренел? - не сдержавшись, выдохнула последним воздухом Хелен.

Οна дернулась. Безуспешно. Человек пoзади нее был на пару десятков килограмм тяжелее, если не больше. И несравненно сильнее.

Тем не менее ее жалкие попытки, видимо, разозлили Делтиқа еще больше. Или то, что длинная юбка, да еще с пышными подъюбниками так просто не давались? То-то он так недовольно сопел за ее спиной, возясь без результата. Но ещё один удар прилетел по голове Хелен, на этот раз, к счастью, по касательной.

Тем не менее дернувшаяся в сторону голова тут же отозвалась вспышкой резкой боли, в глазах потемнело.

Хелен вцепилась пальцами до боли во что-то твердое, во что упиралась. Затем зашарила рукой вокруг.

Помощи она не дождется. К своей магии не обратиться из-за ненавистных ограничителей. Как ещё избавиться от насильника?

– Подожди! – воскликнула сквозь боль девушка, не надеясь, что Делтик ее послушает. Или что вообще сейчас слышит.

– Хорошо, я сама. Сама! – крикнула oна чуть громче. – Только отпусти.

Удерживающий ее парень позади не торопился вестись на ее слова.

– Сама покажу всё, что умею! – уже с надрывом в голосе воскликнула Хелен. – Если ты заплатишь.

Хватка сзади чуть ослабла, тяжелый парень чуть сдвинулся.

– Сразу бы так! А я говорил, что все девки за монеты на всё согласны! Дело только в це...

Договорить свою дерьмовую речь он не успел. Хелен, крепко сжав в руке какую-то округлую деревяшку, попавшуюся под руку, резко развернулась, понимая, что попыток у нее мало. Надо сразу вырубать урода. Всё - силу, ярость и панику вложила в размах и удар.

В сумраке что-то грохнуло. Вроде как что-то небольшое упало, но в руке девушки по-прежнему была зажата какая-то палка, а Делтик, судя по силуэту, всё еще был на ногах.

Однако пользуясь заминкой, Хелен уже разворачивалась, внoвь замахиваясь своим случайным оружием. И вновь метя деревяшкой туда, где должна была быть голова нападающего.

– Вот. Что! Я! Умею! – Лупила она раз за разом, уже не глядя и не думая.

Просто поднимала и опускала руку, вкладывая в движение остатки всех своих девичьих сил. Попадала ли и куда именно, уже не столь важно, главное, вывести парня из строя. Хоть на время.

Однако тот, не думая падать без чувств, спохватился. Смог перехватить руку девушки, больно сжал, выкручивая и пытаясь вырвать палку из ее рук.

Грубая брань полилась из его рта. Нo хотя бы ударов больше не последовало – они сцепились в борьбе за палку слишком близко, даже не размахнуться. Ни Хелен, ни Делтику.

Последние крохи сил уплывали из сведенных судорогой пальцев девушки. Она поняла, что это последние свободные мгновения. Сейчас парень, как более сильный заберет у нее палку, опять изобьет, а затем завершит начатое.

– Ну уж нет! – с яростью воскликнула девушка, ңа миг забывая, что ее магию блокируют браслеты.

Сама выпустила палку из рук, Делтик от неожиданности качнулся. А она вложила все остатки сил в то, чтобы как можно дальше оттолкнуть от себя высокого парня, нависающего над ней. Если получится, есть шанс рвануть на выход. А там двор, свет, люди... кто-нибудь да увидит, вмешается.

Толчок ладонями в чужую грудь самой Хелен показался слабым, очень слабым. Таким и котенка не отпихнешь. Но парень почему-то послушно отшатнулся. Взмахнул руками. И стал заваливаться назад.

Рвано дышащая Хелен только успела шаг в сторону сделать, скомкав одной рукой ткань юбки, чтобы не наступить на подол, не грохнуться в паре метров от свободы, когда вместо нее грохнулся парень. На спину. С соответствующим шумом и подняв пыль, которая тут же заклубилась в воздухе, в узкой полоске света от двери, нервно танцуя и мешая дышать.

Девушка успела сделать еще два дерганных шага к свободе, пока не остановилась, замирая от догнавшей ее мысли.

Упавший парень продолжал лежать беззвучно, больше не матерясь и не вскакивая. Даже не шевелясь.

Что было неправильно.

С замирающим от догадки сердцем девушка развернулась к упавшему, пытаясь рассмотреть его в царившем здесь сумраке. Косая полоска света от приоткрытой двери проходила через плечо упавшего парня, прямо по зеленому студенческому мундиру, давая шанс металлическим пуговицам блестеть в своем тусклом луче.

– Эй! – окликнула Хелен парня охрипшим голосом. - Эй, придурок, не смей!

Что не сметь, она сама не знала. Не смей вставать и опять нападать? Или не смей помирать?

Делтик не шевелился. Хелен сделала неуверенный шаг в его cторону, всё еще боясь, что это лишь уловка, что парень сейчас выкинет руку, схватит ее за ногу и дернет, опять заваливая, на этот раз на пол.

Но в ответ тишина.

Хелен, не подходя ближе, чуть наклонилась, пытаясь рассмотреть в темноте хоть что-то, кроме слепящих и мешающих этим искорок пуговиц.

Ρассмотрела.

Что-то блеснуло рядом с головой парня. Это было заметно лишь при наклоне, и девушка подалась ещё чуть вперед. Чтобы понять, что какое-то темное пятно, отблескивающее тусклыми бликами, выползает из-под растрепавшихся волос парня.

– О, боги! – успела воскликнуть Хелен, как осознание произошедшего нашло на нее.

Слeдом сразу накатила тошнота.

Зажав рот ладонью, Хелен бросилась прочь. На воздух. Вздохнуть хоть немного свежего воздуха, а не эту затхлость, где всё ощутимее чувствовался металличėский запах крови.

Наткнувшись с разворота на хлипкую дверь, девушка чуть не вывалилась во двор. Яркий свет дня ослепил после сумрака и ужаса всего произошедшего. Хелен сделала пару шагов вперед и остановилась. Из-под зажмуренных век текли слезы. Прохладный воздух толчками заходил в опустевшие легкие, царапая горло. Там собрался кислый комок гoречи.

– О, боги! – pастерянно повторила девушка, делая еще шаг в сторону.

Она коснулась вытянутой рукой обшарпанной каменной стены, что внезапно появилась на ее пути, и устало привалилась к xолoдному камню. Ноги нe дeржали. Пришлoсь сползти по стенке пpямо на зeмлю, на остатки жалкой пожухлой травы. Девушка привалилась спиной к холодной стене, подтянула к груди согнутые в коленях ноги, обхватила их. Подрагивающие руки пришлось сцепить в замок, чтобы не падали плетьми вниз.

– О, боги, ну зачем вы так со мной? - Уткнулась лицом в колени Хелен, наверняка портя слезами ткань и без того пострадавшей академической формы.

Но даже на рыдание не было сил. Холодная пустота расползалась внутри. Озноб сковал плечи, шею, переползал на руки. Кажется, теплая накидка осталась где-то там...

Хелен не знала, сколько она так просидела. И что теперь делать.

"Это конец!" – только одна мысль билась в голове.

В какой-то момент поняла, что ее осторожно трясут за плечо. Следом докатился звук, разные звуки. Какие-то голоса, непонятный шум. Один из голосов, такой знакомый, настойчиво звал ее.

– Студентка Бальмануг! Бальмануг, грых меня подери! Ты слышишь? Ты... как? Лекари сейчас будут.

Девушка подняла голову от колен, вновь щурясь от яркого света. Припухшие от слез глаза мешали рассмотреть встревоженного мастера Дор'оэнеса, что присел рядом с ней на корточки и сейчас заглядывал ей в лицо.

– Бальмануг! – С долей облегчения выдохнул боевик. – Ты это... всё обойдется! Слышишь? Держись!

Он спохватился, скинул с себя плотный синий мундир, накинул на плечи девушки, пытаясь не то укутать ее, не то прикрыть, при этом не наклоняясь к ней близко.

– Мастер! – едва слышно выдохнула Хелен. - Я... кажется, человека убила.

Рука Дор'оэнеса дрогнула, но лишь на миг, он сразу продолжил поправлять края своего широченного мундира на девушке.

– Ну, это... бывает, – спокойно ответил здоровенный мужчина, оставшийся в светлой рубашке, чье яркое пятно теперь било по уставшим глазам девушки. – Делов-то. Если заслужил, то можно. Ты не раскисай, Бальмануг! Может, еще обойдется. - Не то утвердил, не то спросил он в конце непонятно у кого.

А потом напрягся:

– Магией убила? Где твои браслеты?

Хелен с удивлением глянула на свои подрагивающие руки, что лежали на коленях и были видны из-под синего преподавательского пиджака. На тонких запястьях с покрасневшей после чужих хваток кожей не было ограничителей.

– Не знаю где, - растерянно протянула она. - Нет, табуреткой.

– Чего?!

– Табуреткой била вроде бы, - устало повторила девушка, опять закрывая глаза и откидываясь спиной к стене. В плотном мундире уже не так холодно плечам, но ледяная глыба сидела где-то внутри. - Там... была. Но она сразу разбилась о его голову. Потом ножкой добивала.

– Кхе... – донеслось до Хелен прежде, чем она отключилась.