Прошли годы, много лет.

Видимо, судьба решила разлучить нас с подругами, я о них не получала известий. Да и не до этого было, учеба в университете и работа занимали много времени. Сейчас я писатель, но мне постоянно чего — то не хватает. Как будто частички души.

Одним весенним вечером мне на телефон пришло смс с незнакомого номера. Текст состоял из двух слов:

«Привет, Лера»

Я удивилась. Номера знакомых и коллег у меня записаны, а свой номер я никому постороннему дать не могла. Я решила поинтересоваться, кто же этот таинственный незнакомец? Ответ пришëл незамедлительно: «А это я, Лиза».

Я смотрела на экран телефона и не могла поверить своим глазам.

«Что? Но как?» — написала сообщение я, а потом, поняв что к чему, усмехнулась и стëрла его, написав новое: «Ах да… ты же у нас немножко хакер. Я думала, ты бросила».

Лизотка ответила: «Бросила, но не совсем».

«Ты где сейчас?» — спросила я.

«Я в нашей родной и любимой Юссе», — написала Лиза.

«Как и я!» — я так обрадовалась, что даже подпрыгнула. Мы решили встретиться в шесть часов вечера у главного фонтана города. В такое время мало кто там бывает, как ни странно.

Следующий день. Шесть часов вечера.

Подруга подъехала к рекламной компании, в которой я работала. Я направилась к машине. Лиза опустила стекло и выглянула в окно.

— Привет! — помахала рукой я.

— Привет! — подруга улыбнулась. — Погнали?

— Погнали! — полная решимости, сказала я и села в машину. Лиза нажала на газ и мы полетели быстрее ветра.

Домчались мы до дома Валеры за 5 минут, хотя он был не так уж и близко. Я еле — еле выползла из машины. Перед нами предстал двухэтажный коттедж, выложенный из кирпича, огороженный красивым забором из коричневого профлиста. В общем, почти ничего не изменилось с моего последнего детского визита в этот дом. Только не было старой яблони, ветви которой тянулись далеко за забор. Помню, как мы с Лизой воровали тут яблоки… а отец нашей подруги гонял нас… должно быть, яблоня была уже старой и еë срубили…

Погрузившись в воспоминания, я улыбнулась, но потом вспомнила, зачем мы здесь и решила поглядеть на свой внешний вид через камеру телефона. Улыбка быстро сползла с моего лица: шляпка, которую я надела для такой «официальной» встречи, съехала на бок, платье помялось. В общем из «леди совершенства» я превратилась в чучело — мяучело. Подруга вышла из машины в джинсовых шортах и футболке с видом победительницы.

— Ну ты гоняешь! Как тебя не посадили ещë! — сказала я, ещë не отойдя от шока и поправляя шляпку.

Лиза отшутилась:

— Догнать не могут! Вот и не посадили!

Потом мы посмотрели на входную дверь дома.

Лиза кивнула в еë сторону:

— Ну, звони.

Я с упрëком сказала:

— А почему я? Твоя была идея!

Лиза как — то подозрительно равнодушно пожала плечами.

— Ну ладно!

И она стала с таким упорством нажимать на кнопку звонка, что чуть не сломала его. Воцарилось молчание. Но через 5 секунд послышались шаги. Я сказала шепотом:

— Ты что наделала? Они же с нас теперь три шкуры спустят!

Лиза показала мне знак рукой и шепнула:

— Не боись, всë будет чики — пуки! Или ты их до сих пор боишься? — подруга скептически посмотрела на меня.

Ой как мне не нравятся эти «чики — пуки»! Через несколько секунд дверь со скрипом отворилась. Нам открыла хозяйка дома с немного крючковатым носом, седыми, завязанными в хвост волосами, которые свисали с плеч, и голубыми, пустыми глазами. Она чем — то отдалëнно напомнила мне старуху Изергиль, про которую мы читали в школе.

Прошло два дня. Вечер.

Я заканчивала приготовления к поездке.

— Так, завтра ещë надо будет взять зубную щëтку и бутерброды… — думала я вслух, склонившись над чемоданом, в котором были сложены все или почти все необходимые вещи.

Тут я услышала знакомый мужской голос, который доносился со стороны входной двери:

— Зачем тебе бутерброды и зубная щëтка?

Со второго этажа послышался крик:

— Ураа! Папа вернулся!

По лестнице сбежал шестилетний сынишка с голубым самолëтом в руке и побежал в коридор.

Я вышла из комнаты с улыбкой на лице.

— Привет, любимый!

Я подошла к мужу и поцеловала.

— Привет! Так зачем тебе?.. — не договорив, он с любопытством взглянул на меня и неоднозначно подвигал бровями.

— Ах, это! Да, ничего интересного, Жор, я с подружкой собираюсь в небольшое путешествие… — закатила глаза я.

— Какое такое путешествие? Ты мне ничего не рассказывала.

В это время мальчик полюбопытствовал, внимательно глядя на мужа:

— А мы поедем с мамой?

Я вздохнула.

— К сожалению я не смогу вас взять, мои дорогие мужчины…

— Это почему? — удивился муж.

Я ему подмигнула.

— Позже расскажу.

Паша, понурив русоволосую голову пошел в комнату.

1 километр в пути.

— Я сейчас умру! — выдохнула я и упала на обочину. Лиза, шедшая вприпрыжку впереди меня, остановилась.

— Поднимайся! Не время разлеживаться! — хохотнула она.

— Легко тебе говорить! — заворчала я, делая усилие над собой, чтобы подняться.

— Давай поменяемся: ты возьмешь мой рюкзачок, а я твой чемодан? — предложила Лиза.

Я с радостью согласилась. Мы поменялись. Теперь впереди шла я, а сзади волочилась Лиза.

— Ты туда кирпичей наложила что ли? Как ты его еще целый километр протащила? — срывающимся голосом спросила Лиза.

— Не дрейфь! Повезем вместе!

Я ухватилась рукой за ручку чемодана и мы общими усилиями дотащили его до пункта назначения, которым оказалась одна заброшенная деревенька.

Домишки в ней были очень ветхими, от некоторых остались только стены. Те, которые были более — менее, были тëмными, мрачными. У многих были разбиты окна и виднелись огромные дыры в крышах. Казалось люди ушли отсюда много лет назад в другое место. Я не могла поверить, что тут еще кто — то живет. Мы шли по засохшей грязи. Где — то ближе к середине деревни дома стали выглядеть более… людимыми что ли? Мы подошли к какому — то двору. Он на фоне других казался писанным красавцем с полукривым забором и без окна на втором этаже.

Лиза позвонила в дверной звонок дома друга. Нам открыл кудрявый юноша в полугрязной майке. Он улыбнулся.

— Привет, Егор! — помахала рукой Лиза.

— Привет девушкам! — поприветствовал нас кудряш.

— В общем, Лера — это Егор, Егор — это Лера, — кратко и ясно представила нас подруга друг другу. Мы пожали руки и тогда Лиза перешла к главному.

— Егор, у тебя был мотоцикл… можно нам его взять у тебя ненадолго?

Егор улыбнулся:

— Конечно! Сейчас!

Через минуту он вернулся с мотоциклом и ключами от него.

— Спасибо огромное! — улыбнулась Лиза. Ее глаза загорелись как у ребенка при виде зелëного мотоцикла.

— Отдаю при условии, что ты его не убьëшь! — кивнул Егор.

— Уж постараюсь! — цокнула Лиза.

И тут в разговор вмешалась я:

— Есть проблема. Как мы на мотоцикле с чемоданом поедем?

Лиза прикусила губу, что — то прикинула, а потом сказала:

— Всë продумано! Чемодан ставь между моих ног, а я с рюкзаком на плечах. Всë легко!

Подруга улыбнулась, но в этой улыбке вновь чувствовалась грусть.

Я поставила чемодан, как и сказала Лиза, между ее ногами. После того, как мы получили мотоцикл и уже собрались ехать, я задала Егору очень интересный вопрос:

— А что тут произошло? В смысле, с деревней. Здесь ни одного целого дома нет.

— Многие ушли отсюда, им дали новые дома в другой деревне. — Парень обвел рукой пространство вокруг себя. — Это всë скоро снесется и тут будет коттеджный поселок. А я буду помогать строителям. Поэтому и остался.

Я понимающе кивнула. Егор пожелал нам удачи и зашел во двор. Лиза завела мотоцикл, и я спросила:

— Сколько еще ехать?

Лиза посмотрела на навигатор.

— Сто километров. Ничего, доберемся.

Подруга махнула рукой и протянула мне шлем, который я спешно надела. Мы сели. Лиза надела шлем вслед за мной. Она аккуратно положила руки на руль и вздохнула.

— А теперь… держись крепче, — усмехнулась подруга и убрала правую ногу с земли.

Я предчувствовала что — то нехорошее.

— Только не говори, что…

Лиза дала по газам, не позволив мне договорить. Я вцепилась в ее талию, пустынную дорогу пронзил страшный крик:

— А-а-а-а! Куда ты несешься?! Лиза, ты слышишь меня?!

Но подруга меня не слышала, или не хотела слышать.

Навигатор нас больше не подводил и через полчаса мы действительно выехали к одному небольшому трактиру. Живот громко урчал, даже начало больно сосать желудок. В трактире нас накормили похлебкой и чашкой местного травяного отвара. Уже неплохо. Вообще, хозяин сего заведения, усатый мужчина лет пятидесяти, оказался хорошим человеком и разрешил нам бесплатно взять в дорогу несколько бутербродов. Мы с ним попрощались и снова тронулись в путь.

Пейзажи, которые мы видели проезжая, были очень красивыми. Перед нами расстилалось ржаное поле, а вдали виднелись берёзы. Небо в этот день было удивительно погожим, на нём не было ни облачка. В глаза светило яркое солнце, заставляя нас жмуриться, когда мы останавливались, чтобы сделать короткую передышку и снимали шлемы. Залюбовавшись красотами природы, я не заметила как Лиза снова остановила мотоцикл.

— Что такое? — неуверенно спросила я. — Всë хорошо?

— Мне надо передохнуть чуток, кости размять, не волнуйся, всë в порядке.

Лиза встала и разогнула спину, хрустя всеми позвонками.

— Ну ты прям как старуха! — посмеялась я.

— Я б на тебя посмотрела, если бы ты в одном положении несколько часов сидела! — обидчиво отозвалась подруга. — Ну ничего, не так долго моих мучений осталось. К вечеру в Питере будем.

Я улыбнулась, но ничего не сказала. Мысль о том, что мы вскоре встретимся с подругой, заставляла внутренний голос визжать.

— Я отдохнула, поехали дальше? — вывел меня из раздумий голос подруги. Я кивнула.

Проснулась я от того, что Лиза спросонья ударила меня ногой по спине.

— Вот вам и доброе утречко, — недовольно сказала я и сползла с кровати.

— Ой, Лера, извини, я тебя не видела!

— Конечно не видела, ты вчера упала на кровать и заснула. Я пришла, а ты тут разлеглась во всю ширь. Между прочим, подвинуться могла!

— Не бухти! — рассмеялась Лиза.

Я закатила глаза, но ничего не ответила.

После умывания мы пошли завтракать. Кормили кстати очень вкусно. На завтрак нам подали какую — то кашу, название которой я не запомнила (блюдо местной кухни) и шарик мороженого.

За общим столом уже сидело человек десять. Кто — то разговаривал, кто — то ел, а кто — то просто о чëм — то думал. Я думаю, ещë не все постояльцы проснулись, так как добрая часть стульев была не занята. Хотя, может быть, кто — то просто не ест в отеле. Нас с Лизой встретили доброжелательно. Мы улыбнулись и всем пожелали доброго утра.

После сытного завтрака мы подошли к стойке регистрации. Уже знакомая нам Катя заканчивала свою смену. Лиза подошла к ней и полюбопытствовала:

— Екатерина, а где у вас находится ближайший отдел полиции?

Катя встрепенулась и не на шутку перепугалась:

— А у вас что-то пропало? Или что — то хуже?

Я ободряюще улыбнулась:

— Не волнуйтесь, вы не при чем. Просто мы ищем подругу…

Катя кивнула и улыбнулась:

— Отдел полиции находится недалеко от отеля. Переходите дорогу и сворачиваете направо. Потом идете прямо. Пятое по счету здание слева — отдел.

— Спасибо!

Мы вышли из отеля, я по дороге положила в сумочку паспорт и вздохнула. Лиза спросила:

— Ты фото взяла?

Я кивнула.

— Тогда идем.

Нет, Петербург — это совсем не земной город! Мы с Лизой прогуливались не так уж далеко от участка, но Боже! Тут так феерично. А мы даже не видели достопримечательностей. Ну, там, знаете, Невский проспект, разводные мосты, белые ночи… Будет еще время. Наверное. В конце концов, мы не прохлаждаться приехали сюда.

Так вот. На каждом шагу, около нас простирались огромные постройки, этажей в 9 — 10. Все такие разные и неповторимые… На каждом втором здании висела реклама. На магазинах и ТЦ, которые встречались, к слову, тоже нередко, светились вывески и заманивающие объявления.

Вы не подумайте, что я раньше не сталкивалась с этим, просто, в нашем городке всего этого намного меньше.

Но больше всякой рекламы меня поражала архитектура. Постройки были совсем новые, но вместе с тем, сохранялось и много всего старого. И это смешение стилей придавало городу необычности. Санкт — Петербург, ты произвел на меня неизгладимое впечатление! И, кстати, не только «внешностью», но и климатом.

С утра, когда мы только вышли, было прохладно и мы накинули на себя кофточки. Позже, когда мы вышли из полицейского участка, солнце пекло немилосердно и кофты пришлось нести в руках. А сейчас снова похолодало и, похоже, собирался дождь. Мы решили закончить прогулку и пойти в отель до того, как нас настигнут первые капли дождя.

И мы это сделали! Как только мы вошли в здание отеля, по крыше затарабанил дождь. Мы с Лизой довольно переглянулись. А спустя пять минут нас позвали на ужин. На стол были поданы макароны по — флотски и стакан вишневого компота. Вкусно и просто, что называется.

После ужина мы пошли в номер. Я легла на кровать и взяла в руки телефон. А Лиза бегала по комнате и каждые две минуты спрашивала:

— Она тебе не написала?

— Нет.

— И мне не написала… — разочарованно говорила она.

Когда, наконец, мне это надоело, я сказала:

— Лиз, да не беспокойся ты так. Если напишет, я тебе скажу первым делом. А пока займись чем — нибудь.

Я старалась быть как можно мягче. Ведь я понимала, что Лиза не просто так скачет по комнате, как угорелая. Она очень беспокоится и переживает. Подруга села за просмотр городских новостей. Тут произошла автокатастрофа, там — пропал человек… Но ничего такого, что заинтересовало бы нас, мы не услышали. А интересовало нас сейчас только одно.

Наступила ночь. Но сон не шел мне в голову. А Лизу сморило полчаса назад. Вдруг, наш номер пронзил сдавленный писк. Лизу подкинуло на кровати. Я повернулась к ней. Она быстро засунула руку под подушку, вытащив оттуда телефон. Она включила его и прочитала вслух:

— Привет, Лиз, Лера с тобой? Валера.

Я так обрадовалась, что чуть не взвизгнула. Валерка написала! Лиза настрочила ответ: «Да, конечно». Я сильно волновалась, будто кто — то мог нас раскрыть и забрать телефоны. Даже не знаю почему.

«Ну, если с самого начала, то после выпускного я пошла учиться на психолога, с маминой подачки, естественно. Но я не жалуюсь. Мне кажется, что это единственное решение, принятое родителями, которое мне по душе. Сразу после института родители решили выдать меня замуж. Права выбора у меня, конечно, не было. Свататься приходили многие. Но отец — а он присутствовал на всех выборах моего мужа — отметал каждого.

И вот, когда родители совсем отчаялись, в наш дворец въехал принц на белом коне марки BMW и влюбился в меня, прекрасную принцессу.

А если серьезно, то папа должен был заключить партнерство с одной компанией. И хозяин этой компании был тех же правил, что и мой отец и решил, что договор, лучше подписи скрепляет брак. И наши родные решили поженить меня и сына главы той компании. Жених мне сразу не понравился. Какой — то ехидный и до боли неприятный. И даже дело не во внешности или зализанной шевелюре, просто… Ну просто. Подозрительный какой — то. Но кто спрашивал меня и мое внутреннее чутье?

После свадьбы муж решил увезти меня сюда (в Петербург). Ну, что делать? Конечно я поехала. Но если в первые месяцы он был улыбающимся мужчиной, который делал вид, что мы семья, то после у него начались постоянные нервные срывы и перепады настроения.

Немного больше года назад умер отец моего мужа. Семейный бизнес перешел к нему. Но, недолго думая, он решил прибрать и наш к своим рукам. Он убил отца, уж я — то знаю точно. Я, конечно, не любила выходки отца и прочее, но не до такой же степени! Я долго плакала.

И вот теперь муж имеет бизнес отца, а мне запрещает работать. Ибо «женщина должна быть хозяйкой и матерью, а зарабатывать должен мужчина». Мне все равно на эти запреты. Я продолжаю работать, но я чувствую, что скоро могу нарваться очень по — крупному. И пусть!»

Мы с Лизой окаменели и уставились друг на друга шокированным взглядом.

«Господи, как ты живешь с этим тираном?» — написала я.

«Я сама иногда удивляюсь. Бежать отсюда нельзя, это известно. Но если честно, то я уже смирилась со своей дальнейшей судьбой. Около года назад, я познакомилась на одном сайте с испанцем. Как оказалось, у нас с ним много общего. Но это лишь общение на расстоянии, которое мне тщательно приходится скрывать. Даже не знаю, оправдан ли мой риск. А я всегда хотела поехать в Испанию. А особенно — научиться танцевать танго…» — ответила подруга.

Мы с Лизой решили, что нужно любой ценой забрать Валеру от этого изверга. Что ж, Испания, так Испания.

«Мы тебе поможем,» — вклинилась Лиза.

«Да, спасибо, но как?» — хоть мы и не видели Валеру в тот момент, но мы ментально почувствовали, как она слабо, почти беспомощно улыбается.

«Мы тебя украдем,» — с усмешкой на лице написала я. Лиза похлопала меня по плечу.

«Вы с ума сошли! Каким образом?» — испугалась Валера.

«Мы проработаем детальный план. Только не твори, глупостей в ближайшие дни, пожалуйста! Мы тебя обязательно вытащим! Слышишь?» — написала я, со слезами на глазах. Почему — то мне стало страшно за всех нас.

Лиза погладила меня по плечу. На экране моего телефона высветилось последнее смс:

«Мне пора».

Мы с Лизой нервно выдохнули и откинули головы на подушки. Свет из окна освещал тревожное лицо Лизы, которая положила руку под голову.

— Как мне ее жалко, — еле слышно прошептала она. Я кивнула.

— Ну ничего, всё у нас получится! — я сжала руку в кулак и приняла решительный вид.

Лиза решила, что уже поздно и нам пора ложиться спать. Согласилась. Мы укутались в одеяло и уснули. Проснулась я в шесть утра от слабого хихиканья подруги.

— Над чем смеешься? — сонно спросила я, отрывая голову от подушки.

— Да так, с Валерой переписываемся.

— Как, без меня? — сказала я наигранно — обидчиво.

— Она, кстати, того испанца показала. Ну, с которым переписывается, — продолжила Лиза, не отрываясь от переписки.

— Покажи, — уже с интересом я сунула нос в телефон подружки.

Лиза повернула свой телефон экраном ко мне. На дисплее я увидела смуглого, черноволосого мужчину лет тридцати. У него были карие глаза и широкая улыбка. Он держал в руках гитару.

— Красивый… — улыбнулась я и тоже зашла в диалог с Валерой.

«Привет, Валера! Слушай, можешь ли ты мне скинуть переписки с твоим испанцем? Ну, просто понимаешь, я хочу понять, чего он хочет», — попросила я.

Валера с ответом помедлила, но все же написала:

«Да, могу».

Через 5 минут мы организовали «следственный анализ» этого самого испанца. Переписка велась на испанском. К счастью, мы учили его в школе и некоторые знания у меня в голове остались. Совместными усилиями переведя всё на русский, мы с Лизой сделали вывод, что испанец умеет находить приемчики к женщинам.

— Если посмотреть немного с другого угла, то ни о чем таком они не разговаривают. А Испания от России не так близко. И тем более, он знает, что Валера никогда к нему не сможет приехать. Тогда получается, что он общается с нашей подругой просто так. Потому что ему интересно. То есть, можно сделать вывод, что у него нет хитрых замыслов, как, например, у аферистов… — задумалась Лиза.

— Ну, не знаю, — прервала я философские рассуждения подруги. — Возможно ты права… Но забирать ее в любом случае нужно. И я знаю, как.

Я поделилась планом, внезапно возникнувшим у меня в голове, с Лизой. Она его одобрила.

Ближе к полудню мы решили посвятить в разворачивающееся действо Валеру. Я расспросила ее, ходит ли она по магазинам или еще куда. Оказалось, что это случается редко и то с «бригадой». Это было ожидаемо. Также мы узнали, что муж подруги уезжает сегодня на совещание и будет там до девяти часов вечера. Мы рассказали Валере о моем плане и она решила рискнуть. Я и Лиза отправили подругу собирать вещи, а сами стали готовиться к предстоящему приключению. После окончания диалога мы с Лизой обнялись. Мы решили начать действовать через полтора часа. Лиза

собирала вещи в поездку, выписывала нас из отеля, а я завершала приготовления к сегодняшнему вечеру.

Я призадумалась, а потом сказала:

— Ребята, я понимаю, что это незаконно, но можно поменять паспорт Валеры на паспорт похожего человека.

— Нет! Ни в коем разе! — закричала Валерия.

— Что ж, а у тебя есть лишний загранпаспорт с таким же миловидным личиком, как у нашей подруги? — грустно усмехнулась Лиза.

— У меня — нет, но есть один знакомый, у которого должен быть.

— Ну что ж, рискнем? — Лиза украдкой посмотрела на Валеру, которая нервно перебирала пальцы рук.

Последняя вздохнула и сказала:

— Спасибо вам, девочки. Вы так много сделали для меня. И даже идете на преступление! Но, я прошу вас, не перегните палку.

— Сделаем и еще больше, если потребуется, — Лиза улыбнулась. Ну наконец — то! А то ее какая — то муха большая с начала пути укусила.

В наш родной город мы добирались два дня. Ни в каких отелях по дороге не останавливались, никому не звонили, ни с кем не общались. Спали под открытым небом, ели то, что, как оказалось, Лиза несколько дней таскала из отеля в Петербурге «на всякий пожарный». Нет, всë — таки она очень талантлива.

И вот наступил момент истины. Лиза забрала машину из автосервиса. Всë прошло удачно. После этого мы вернули мотоцикл его владельцу. Точнее сказать, вернула Лиза, а мы просто еë ждали вдвоëм с Валерой.

— Несколько дней нам нужно где — то жить. У мамы Валеры или у меня нас сразу найдут. Есть еще предложения? — вздохнула я.

— А, ты говорила, что раздобудешь загранпаспорт. Скажи, что это за таинственный человек, что поможет нам? — задумалась Лиза.

Я подернула плечами:

— Скворец.

— Шура Скворцов? — спросили в один голос подруги и их глаза вмиг сделались пятирублëвыми от удивления.

— Да, а что? — безразличным тоном спросила я, приводя подруг в ещë большее замешательство.

— Так он же… — начала Лиза.

— Последние лет пять он этим занимается, — флегматично отозвалась я. — Уж поверьте мне, я тут все вдоль и поперек знаю. Я отсюда не уезжала же практически…

— Вот это раз. Уехала я, значит, в Ярославль, такие события пропустила… — удивленно выдала Лиза.

— Ну так к чему вопрос про Скворца был?

— Да я вот, подумала, может он пустит нас переночевать на пару денечков? — спросила Лиза, а Валера согласно замотала головой.

Я задумалась:

— Попробовать стоит…

Потом Валера перевела разговор:

— Лиз, ты сказала, что не живешь в Юссе. Тогда что привело тебя сюда?

— Не знаю. Зов сердца наверное, — улыбнулась Лиза. — Я правда не знаю… Так вдруг сюда приехать захотелось.

Валера улыбнулась.

— Я тоже очень скучала по вам.

— Лер, ну а как твое чувство? — спросила Лиза.

— Лучше всех! — хихикнула я.

— А что за чувство? — поинтересовалась Валера, которую мы ещë об этом не осведомили.

— Чувство, что моей пятой точке не хватает приключений и любимых подруг. Правда, оно отступило, все хорошо, — объяснила я.

— Ну раз у всех все хорошо, тогда давайте позаботимся о нашем ночлеге, а то стемнеет скоро, — заволновалась Лиза. Я кивнула.

— Скворцов живет там же, где и раньше, — сказала я.

Лиза завела машину.

А теперь я хочу рассказать о загадочной птице по имени Шура Скворцов. Это наш одноклассник. В школе он учился слабовато. Закончил строительный колледж, но по своей специальности работать не захотел. И вот, последние пять лет он промышляет этакими делишками с паспортами. Это дело неплохо его кормит. Знают об этом немногие. Я, его бабушка, которая кстати с ним живёт и еще, пожалуй, парочка его знакомых.

Да, вы не ослышались, он живет с бабушкой. Ее зовут Алла Михайловна. Мать его умерла пару лет назад от инфаркта. Жены у него нет. Да он и не сильно хочет. Вы спросите, откуда я знаю такие подробности его жизни?

Как я узнала немного позже, он был в школе влюблён в меня. Но я не обращала на это внимания. Потом уже, когда он мне признался, я отклонила его предложение, но пообещала, что мы будем хорошими друзьями. После этого случая он стал делиться со мной разного рода информацией, болтать. Вот и наболтался, что выболтал конфиденциальную информацию. Но мне проку нет от того, чтобы сдавать его полиции. Вот и пригодился секретик.

А между тем, мы подъехали к жилищу Скворца. Это был средних размеров кирпичный домик. Два окна его выходили наружу. На крыше лежала красная черепица. А на самой верхушке виднелась труба.

Я постучала в дверь. Через пару минут она распахнулась. Нам открыл русоволосый, парень с небольшими усиками. У него были серые глаза. Это был Шура.

— Вот и прибыли наши звëзды! — улыбнулся он, оглядев нашу троицу, которая столпилась около дверей с видом детей, ждущих на Рождество конфеты за колядки.

— В смысле звëзды? Мы с неба не падали! — насмешливо и наигранно — возмущенно сказала Лиза.

— Да в прямом смысле. Валеру уже три дня ищут по всему Питеру! Ну, а без вас тут вряд ли бы обошлось, — объяснил Шура.

А я, между прочим, и не сомневалась, что поиски уже начались. Если вам, конечно, интересно мое мнение.

— Ну, чего стоите? Проходите! Или в дверях общаться будем? — позвал Скворец.

Мы зашли в маленький коридор и разулись. Саша повел нас в кухню, которая была раз в полтора больше коридора. Напротив располагался зал, где смотрела телевизор бабушка Шуры. Ее седые волосы были собраны в пучок, а острый, широкий нос смотрел прямо на нас.

— Шурик, кто это пришел? — вертела головой старушка, пытаясь нас разглядеть.

— Ба, это ко мне по делу. Мы на кухне поговорим, — крикнул Саня и закрыл входную дверь.

Мы столпились в небольшой комнате, по ошибке названной кухней. В ней были плита, рукомойник, несколько шкафов, а также стол и три стула. Холодильник стоял в коридоре. В общем, никаких излишеств. Но ходить вчетвером зднсь было крайне сложно, поэтому мы сели за стол, а знакомый стал рядом с нами, облокотившись на шкаф.

— Ну, давайте. Говорите, чего вы здесь? — начал Шура.

— Вообще-то, мы к тебе по делу, — сказала я. — Ты уже знаешь, что мы находимся в розыске. И нам нужны левые паспорта. Обычные и заграничные, а еще ночлег на пару дней. Не мог бы ты нас приютить?

Скворец призадумался, а потом сказал:

— С паспортами будет небольшая заминочка, но у каждого мастера свои секреты. Если всë пройдет на ура, завтра паспорта ваши. А приютить я вас, наверное, смогу. — Шура повëл нас из кухни в спальню, которая находилась напротив зала. — Я все улажу, а сам посплю на раскладушке в коридоре.

— Да, не нужно, мы… — начала Валера. Я прекрасно понимала, что ей очень неудобно перед всеми нами. Но мы все решили, что она нам ничего не должна. Как можно быть должным друзьям? Пусть даже и в такой нестандортной ситуации.

— Не обсуждается! Вы — мои гости. Располагайтесь, — твердо сказал хозяин.

Мы дружно вздохнули и осмотрели комнату. Непримечательные зеленые обои на стенах, кровать в углу комнаты, шкаф, стул, стол… ничего особенного. Комната была очень чистой и опрятной. Шура выдал нам постельное белье и ночную одежду. Когда он зашел во второй раз, чтобы пожелать спокойной ночи, я наклонилась и поцеловала его в щеку, сказав:

— Спасибо за всë!

Шура раскраснелся, я потупила взгляд, Валера скромно улыбнулась, а Лиза еле сдерживалась, чтобы не захохотать в голос. Вот же ведь… А я — то все вижу! Ну, в общем, первый день возвращения прошел быстро и незаметно. Когда подруги разместились на кровати, стало ясно, что мне там места не хватит. Я села на стул и стала смотреть на звезды в окне. Потом я о чем — то задумалась и не заметила, как мысли и мечты перешли в здоровый сон.

До конца моего отпуска оставалось пять дней, а до конца Лизиного — два и поэтому на следующий день мы решили пойти в больницу и взять больничный. С самого детства знаю — терапевт у нас доверчивая: покашляй немного и сразу больничный выпишет. И работает она в нашей больнице лет так тридцать пять. Но я ее всегда любила. Вежливая такая, добрая, деткам, после обследования конфетки дает, а взрослым — напутственные слова и пожелания. Ну да что я все о сластях?

Мы с Лизой пошли в больницу, а Валера осталась дома. Перед самым выходом я в общих чертах сказала ей, чтоб она связалась со своим амиго.

Настроение было чудесное! Недолго мы в больнице провозились, но много за то время произошло дома у Скворцова. Дальнейшее рассказывала сама подруга, когда мы пришли в дом, радостные и довольные, махая больничными бумажками. Но та весть испортила нам настроение и заставила насторожиться.

«Вот вы, девочки, ушли, а я бабушке Скворца осталась по хозяйству помогать, — говорила Валера. — Вышли мы уток и кур кормить, а в это время к старушке соседка пришла. Я спрятаться не успела, а соседка, как увидела меня, завизжала, глаза у ней на лоб полезли. Старушка еë успокаивать стала, мол, не кричи. Успокоила вроде, они поговорили и соседка ушла.

А потом мы в дом зашли, Алла Михайловна меня послала за нитками в комнату. Пока я их искала, в дом зашел полицейский и начал спрашивать про меня у хозяйки. Я это увидела, бросила все и спряталась в шкафу. Я слышала, как обыскивали дом, как падали вещи, как какие — то мужчины разговаривали… мне было очень страшно. Еще минута и меня бы нашли, но что — то пошло не так и всех этих ищеек вызвали в отдел. Я еще долго пребывала в шоке. Вскоре пришел Шурик. Мы с Аллой Михайловной рассказали ему эту историю. Я думаю, нам нужно бежать отсюда. Кстати, Шура принес паспорта».

Валера закончила рассказ и кивнула на стол, где лежали несколько паспортов. Меня разрывало от эмоций. С одной стороны было радостно, что подругу не нашли и теперь у нас есть паспорта, а с другой — во мне кипела злость на эту никчемную соседку и била тревога.

Я улыбнулась и спросила Валеру:

— Слушай, ты связалась со своим… мм, как же это правильно сказать? С испанцем, в общем.

— Да, конечно. Он сказал, что сможет приютить нас на столько времени, на сколько потребуется.

Я кивнула. В это время к нам подошел Шура, с заложенными за спину руками и сказал:

— Девочки, к вашей огромнейшей радости, я раздобыл путевки в Испанию. Кстати, по вашим же ненастоящим паспортам. Просто решил сделать сюрприз.

У меня перехватило дыхание. Сколько же он заплатил за это?

— В знак благодарности, с каждой — поцелуй, — улыбнулся одноклассник. Видимо, очень много, подумалось мне.

Мы вздохнули и одновременно потянулись к его щекам. Вышло так, что и чмокнули его мы одновременно. За спиной мы услышали тихое хихикание. Обернувшись, в дверях мы увидели бабушку Шурика. Она стояла, опершись на трость и улыбалась.

— Что это ты, внучок, гарем развел? — рассмеялась старушка, заставив нас четверых раскраснеться. — Эх, молодежь! Ну чего стоите, как помидоры, красные? Обедать давайте!

Мы облегченно выдохнули и пошли за стол. На обед был подан настоящий русский борщ со сметаной, который мы любили в детстве.

— Ой, Алла Михайловна, сколько раз пробовала ваш борщ, а влюбляюсь в него снова и снова! — прокомментировала Лиза.

— Спасибо, Лизочка, мне очень приятно, — улыбнулась старушка. Она молча наблюдала за тем, как мы едим.

После обеда мы решили посмотреть телевизор. Пощелкав каналы, мы нашли какую — то сопливую мелодраму. Одну из сотни, ничем не выделяющуюся мелодраму. Ну и на этом неплохо. А телевизор у Шурика был, мягко сказать неновый. Один из первых фирмы «Sharp». Экран был маленький, но все же лучше, чем ничего. Только — только я начала понимать сюжет, как фильм прервали срочными новостями.

— Уже несколько дней продолжаются поиски жены известного бизнесмена Сергея Спиридонова, Валерии. Напомню, что она бесследно пропала, утром десятого числа этого месяца, предположительно в отрезок времени с трех часов дня до пяти часов вечера. Очевидцы утверждают, что Валерию просто так забрали двое неизвестных и повезли за город. При чем, двоих охранников оглушили, а другие даже не попытались обезвредить неизвестных личностей. Не странно ли? Если вы что — то знаете об этой девушке, позвоните в полицию, — с каменным лицом сказала ведущая теленовостей и на экране высветилась фотография Валеры.

— Что ж, игра началась! — ухмыльнулась я так нездорово, что подруги, сидевшие рядом, отшатнулись от меня.

— Хоть нас с тобой не видели, по пути из северной столицы вместе с Валерой, но сейчас опасно скрываться ВОТ ТАК. Считай, что голышом. Нам нужно тоже как — то изменить свою внешность, тем более с новыми паспортами, — выдохнула Лиза.

— Я знаю. И на все — про все у нас ровно полтора дня. Чувствую себя, если честно, как у Рогова на передаче. Кстати, чисто для интереса, ты кто у нас теперь, Елизавета Васильевна? — спросила я. Лиза открыла паспорт и зачитала:

— Анна Михайловна Стрелец. Восемьдесят шестого года рождения. А вы? — Лиза повернулась к нам с Валерой.

— Я — Марина Сергеевна Молотова. Восемьдесят пятого года рождения, — я показала всем «свою» фотографию. Настала очередь Валеры.

— А я, — Валера встала. — Я — Валерия Кирилловна Серпович, — подруга, гордо улыбаясь, начала расхаживать по комнате.

— О, серп и молот — великая сила! — начала подтрунивать Лиза.

— Ну, она хотя бы имя свое сохранила. Не то что мы. Да, Аннушка? — хихикнула я в ответ. Лиза устало вздохнула. — Что ж, я предлагаю начать маски — шоу в домашних условиях прямо сейчас. Чем раньше начнем, тем раньше закончим.

Все согласились. Мы разошлись по разным комнатам в поисках прекрасного. А конкретно того, что поможет нам выглядеть хоть немножко похоже на тех, кем мы явимся для остальных людей.

Марина Молотова — не была такой уж сложной фигурой для меня. Особенно, если учесть, что в ВУЗе у нас был месяц косплеев в общежитии. Собирались нашей шайкой и по заказу других участников готовили костюм. Хотя здесь все же немного другое… В любом случае я уверена, что у меня получится.

У Марины русые волосы, подстриженные под каре. Ладно, допустим, покрасилась она. И стрижку немного изменила. Губы у нее прямые, тонкие, улыбающиеся. Я встала перед зеркалом и, как можно шире, улыбнулась. С первого раза как — то кривовато вышло. Ничего страшного. Еще раз. Так, вот, уголки губ немного вниз. Ну, вроде похоже.

Итак, что дальше? У Марины немного ярче кожа, чем у меня, что очень важно. В чемодане у меня была кое — какая косметика. По — моему там были и румяна. Я отправилась на поиски косметички. В моем чемодане, как всегда, хаос. Через двадцать минут упорных поисков я нашла заветную коробочку и вернулась к зеркалу. После выполнения всех процедур, моя кожа приобрела розоватый оттенок, что очень меня радовало. Далее, я обратила внимание на цвет глаз Марины. Он был карим. У меня же глаза были серые. Что же делать? Недолго думая, я решила обратиться к Шурику.

— Шура, у тебя есть карие линзы? Видишь ли, у меня под образ не хватает только их.

Шура задумался:

— Я линз не ношу, но могу в аптеку сходить, — затем парень крикнул:

— Девушки, а вам ничего не нужно, для этаких переодевалок? Или лекарств каких?

Сверху послышался голос Валеры:

— Мне нужен черный парик с каре, голубые линзы и розовая помада. Да, а еще солнечные очки и, пожалуй, всë.

Затем заговорила Лиза:

— Мне нужен блондинистый парик с длинными волосами и очки. Вроде все. А то с моими «японскими» глазами очень заметно, что я — не она.

Шурик кивнул мне, составил список покупок и сказал, что завтра все приобретет. Я только сейчас взглянула на часы: было без десяти семь вечера.

Тут я и задумалась, что нам с Лизой придется тоже пойти на шоппинг. Обновить гардероб. Мы купим одежду и Валере, предварительно спросив у нее размер. Так конечно мы рискуем купить одежду не совсем нужного размера, но лучше так, чем совсем никак.

Мы с девчонками решили встать пораньше, чтобы все успеть. Когда мы пришли на кухню, то увидели там Аллу Михайловну, которая готовила завтрак. Недолгими переговорами было решено помочь ей. Быстро управившись, мы сели за стол. На завтрак была подана геркулесовая каша и чай. Мм, очень вкусно!

После завтрака мы с Лизой переоделись. Мы боялись опоздать и поэтому через несколько минут уже стояли на выходе, а Валера и бабушка Шурика нас провожали. Сам Шура в это время спал. Мы вышли на улицу и я положила в карман своего пиджака бумажку — наш список покупок. В нашем городе не очень много магазинов одежды — всего пять. Они располагаются не так далеко друг от друга и поэтому мы решили прогуляться аллеей до ближайшего из них.

Летняя аллея была прекрасна. Разлапистые листья ясеней качались в такт непонятной мелодии, которая возникла у меня в голове. Ветер срывал некоторые листики и уносил прочь. Любуясь этой незатейливой красотой, мы дошли до магазина. Это было высокое, полукруглое здание серого цвета с надписью «Женская одежда». Когда мы вошли внутрь, дверь, ударившись о звенелку на стене, оповестила продавщицу о нашем приходе. Она широко улыбнулась и поздоровалась.

Я быстро окинула взглядом магазин. Первым, что бросилось мне в глаза, был голубой костюм. Верх его был открытым, он держался на плечах. Заканчивался костюм такого же цвета юбкой — брюками. его я и понесла в примерочную. Переодевшись, я посмотрелась в зеркало. А мне идет! Я вышла из примерочной, чтобы показаться подруге, но еë не нашла.

Через несколько секунд я увидела Лизу, выходящую из соседней примерочной, и обомлела: на ней было черное, облегающее платье до колен и фиолетовый пиджак. Она выглядела лучше, чем любая модель со страниц глянцевых журналов.

— Подруга, это шик! Как на тебя шили! — восклицала Лиза.

— А у меня нет слов! Твой наряд — это нечто невероятное! — улыбнулась я.

И в этот миг мы вспомнили про Валеру.

Лиза побежала в дальний угол магазина. Через пару минут я услышала оттуда:

— Лера, иди сюда!

Я подошла к подруге. Она стояла напротив манекена, на котором висел черно — белый костюм. То есть, штаны и пиджак были белыми, а шляпа и футболка — черные.

— Какой размер у Валеры? — спросила Лиза.

— 41–42,— припоминая мой с Валерой утренний диалог, ответила я.

Лиза посмотрела на размер костюма на манекене. Там было написано: «43–44».

— Извините, а есть ли у вас костюм, на размер меньше, чем на манекене? — спросила я продавщицу. Она с минуту подумала, а потом ответила:

— По — моему да. Сейчас.

Она вышла. Мы с Лизой задумались о своем. Но недолго я витала в своих мыслях. Вскоре продавщица пришла с тремпелем в руках.

— Вот.

Мы принесли свои покупки на кассу и оплатили вместе с новым костюмом Валеры. Потом мы решили, что последней нужно купить новую обувь. Нам она была ни к чему, потому что наша была куплена не так давно. Мы направились в магазин напротив, где кроме одежды был еще и отдел с обувью. Там нам пришлось не так просто. Наши глаза ни одни туфли не радовали. Вот не нравятся и всë тут! Но где — то на самых нижних полках, где зачастую находится дешевая, некачественная обувь, Лиза нашла симпатичные, закрытые, черные туфельки. Размер как раз совпадал с размером ноги Валеры. Надеюсь, что будут не маленькие, мало ли…

Оплатив и эту покупку, мы с Лизой решили покопаться в магазине «100 и 1 женская мелочь». Тем более, что у меня закончилась помада. При виде косметики, мои глаза разбежались в разные стороны. Этот магазин был мною всегда любим за то, что там было много хорошей и недорогой косметики. Я заглянула на полку с помадами. Малиновая, вишневая, яблочная… столько разных оттенков! Но я не могла решить между первыми двумя. Наконец, какое — то время спустя, остановилась на вишневой и подняла глаза. Окинув магазин взглядом, я не увидела рядом подруги. Ну как я могла забыть, что она не очень любит долгие походы в магазины? Тем более, в магазины косметики, которой не пользуется!

— Эй, Лиза! — негромко позвала я. Никто не ответил.

Я подошла к продавщице и спросила:

— А вы не видели, куда ушла девушка с темными, длинными волосами и узкими глазами?

Продавщица ответила:

— Да, она вышла и пошла направо.

— Спасибо! — сказала я и выскочила за двери.

— А оплатить товар? — крикнула вслед продавщица. Я обернулась и посмотрела на руку, в которой была вишневая помада.

— Извините! — поспешно сказала я и оплатила покупку. В это время, насвистывая какую — то мелодию, по коридору, в сторону магазина, в котором я находилась, с черным пакетом в руках, неторопясь шла Лиза. Я выскочила из магазина и накинулась на нее.

— Где ты была? — крикнула я, подбегая к Лизе.

— Мне стало скучно и я бродила по магазину. А потом увидела в коридоре Шуру с пакетом. Ну, я поздоровалась и забрала пакет. Он сказал, что в нем все, что нам нужно.

— Но почему ты меня не предупредила и как Шура успел все купить, если когда мы уходили, он еще спал?

— Лер, сейчас три часа дня! — равнодушно ответила подруга.

Я достала смартфон и посмотрела время. 15:03. Лиза недоуменно выгнула бровь, мол, ты мне не веришь? Я незаметно кивнула и сказала:

— Пойдëм?

— Пойдем!

Мы неторопливо вышли из магазина. Через полчаса мы уже обедали дома. На обед был вчерашний борщ и пирожки с вишней. Если борщ Аллы Михайловны — любовь, то ее пирожки — это что — то ещë более высокое. Но в этот раз мы все немного торопились и ждали момента, когда распакуем купленные вещи.

Наконец, после обеда наступил торжественный момент переодевания и открытия чëрного пакета.

В черном пакете лежало все то, что было заказано вчера нами Шурику: помада, коробки линз, очки и парики в количестве двух штук и шляпка. Мы, радостные, вытряхнули содержимое пакета на диван в зале и разобрали то, что нам было нужно. После мы пошли переодеваться.

Через полчаса мы втроëм вышли покрасоваться друг перед другом. Первой пришла я, потом Лиза, а Валера — самая последняя. Лиза приопустила на носу очки и сказала:

— Ого! Девочки, вы выглядите сногсшибательно и неузнаваемо. Мне очень нравится!

И правда. Нас узнать было практически невозможно. Но меня больше всего радовало то, что Валеру было узнать сложнее всех. Костюм на подруге сидел идеально. Чëрные, немного завитые на концах волосы парика смотрелись довольно естественно, линзы были почти как влитые. Перед нами предстала уже не гимназисточка, а гордая девушка с упрямыми синими глазами, которая была готова идти до конца.

Лиза тоже очень постаралась. С помощью уймы макияжа, кстати, стоит отметить, что его она наносила впервые, она очень расширила свои глаза визуально. Макияж получился весьма недурной. А всë, что ей было нужно из косметики, она не стесняясь одолжила у нас с тëзкой. Парик тоже был неплох. Надеюсь, подставы не заметят.

— Ну как? Ничего не жмет? — спросила я Валеру, осматривая ее наряд.

— Как на меня делали! Спасибо вам большое, девчонки! — улыбнулась Валера и по очереди нас обняла.

— Благодарить будешь, когда от проблем избавимся, — напомнила Лиза. Мы все дружно выдохнули.

Через полчаса нам нужно было ехать в аэропорт и мы принялись повторно осматривать содержимое сумочек. В назначенное время мы стояли около выхода с вещами. Нас провожала Алла Михайловна, а Скворцов уже был готов нас везти на Лизиной машине, которая с тех пор, как владелица забрала еë из автосервиса, «жила» у Шуры. Лиза также договорилась, что Шурик будет опекать еë «ягодку», пока мы находимся в путешествии.

— Какие вы все красавицы, девочки! Загляденье просто! — улыбнулась бабушка Шуры, выйдя на порог дома.

— Спасибо, Алла Михайловна! — по очереди поблагодарили мы добрую старушку.

Шура показался в дверном проëме и сказал:

— Вы готовы?

Мы дружно кивнули.

— Тогда выходите, я завожу машину.

Мы обнялись на прощание с бабушкой Скворца и вышли на улицу, где нас уже ждал Шурик в машине. Он погрузил наши сумки в багажник, а мы сели в автомобиль. Я с Валерой сзади, а Лиза впереди с Шурой. Ехать до аэропорта было около двух часов, в течение которых нас не покидала ностальгия.

— А помните, как Лиза сидела с Дроздовым и однажды он ее так достал своей простотой, что она ему с размаху учебником двинула при учителе? — засмеялась я.

— Конечно я помню, это была моя единственная двойка за поведение! — усмехнулась Лиза.

— А помните, как Лера пришла в школу на экзамен с такой толстой книжкой, «Псалтирь»? — подхватил Шура.

— Ага, а внутри книги были ответы на все билеты. Это меня тогда спасло, — ответила я. — Хотя выглядела я странно.

Коротая дорогу такими разговорами, мы доехали до аэропорта. До отлета самолета оставалось полчаса. Шура выгрузил сумки и мы пошли проходить осмотр.

Скворцов помог мне погрузить чемодан на ленту. Мой чемодан ещë перед отъездом напихали всякого рода едой. Например, теми же пирожками, что остались после обеда, ещë нам умудрились прямо — таки запихнуть банку клубники, немного печëной картошки… Ну, вы поняли.

Проверяющий слегка обалдел, но пройти с этим грузом всë — таки разрешил.

Когда все формальности были улажены, мы попрощались с Шурой и сели в самолет.

— Шурик, спасибо вам с бабушкой за все! Вы святые люди, да поможет вам Бог! — сказала Валера, ступая на первую ступень трапа, и обняла Шуру.

— Да какой я святой? Ты посмотри на меня! Впрочем, не важно. Важно, чтобы вы добрались хорошо. Удачи вам! Оповестите, как доберетесь. — ответил Шурик и ушел.

Не знаю, как девочки, но я волновалась очень сильно. Особенно за Валеру. Ее маскировка беспокоила меня. И даже тогда, когда все уже уснули, что — то не давало мне покоя. Но ближе к двум часам ночи усталость взяла верх. Наутро меня разбудила приземляющаяся на мое лицо рука. Ее «приземлил» мне на нос рыжий мужчина с веснушками на лице, который сидел рядом со мной. Я аккуратно убрала его руку со своего лица и, приподнявшись, осмотрелась. Все бы хорошо, но я заметила, что у Валеры сполз набок парик и очки.

Многие люди в это время спали, но некоторые уже успели проснуться. В это время объявили о посадке. Валера вздрогнула и проснулась. Парик и очки слетели с нее. В линзах было неудобно спать, поэтому мы их сняли на ночь. Длинные волосы поползли Валере на плечи. И вот, она без маскировки сидит перед всеми и беспомощно водит глазами, не понимая, что произошло. Кто — то увидел это и крикнул:

— Смотрите — это Валерия Спиридонова!

В голове пронесся вихрь мыслей, среди которых были самые оскорбительные слова, что я могла придумать для этого человека. Как только самолëт благополучно сел и открыли двери, мы втроем, самые первые выскочили из него. Валеру схватил под локоть мужчина в костюме стюарта и сказал:

— А вы останетесь с нами, девушка. Первым же рейсом мы отправимся в Петербург!

Лиза толкнула этого мужчину и он пошатнулся. В это время я дернула за руку Валеру и мы побежали.

— А теперь говори адрес своего испанского мачо, пока мы тут не потерялись, — кричала Лиза, обращаясь к Валере, догнав нас. Волосы регулярно попадали ей в рот и поэтому она старалась больше не говорить. Стоит ли сказать, что мы все благополучно потеряли свою маскировку в самолëте или по пути из него?

Я не знаю, как долго бежали за нами. Оборачиваться я боялась, а криков позади не слышала. Валера назвала адрес, который я спешно вбила в навигатор. Как оказалось, до места назначения бежать было полчаса. В этот момент мы увидели уходящий автобус, который шел, судя по пути, проложенному навигатором, в нужную нам сторону. Мы ринулись догонять его. Летя, конечно в переносном смысле слова, за автобусом я крикнула по — испански:

— Стойте! Остановитесь!

Всë — таки мой испанский не настолько безнадежен, потому что автобус замедлил ход и вскоре остановился. Мы словно пули влетели в транспорт и автобус двинулся дальше.

Лиза стала по стойке “ноги шире плеч” и вытащила импровизированный “пистолет” (честно, я не знаю, откуда она взяла банан, может стащила у Скворцовых. Но это был банан). Поняв, что здесь безопасно, а люди вытаращились на неë, она убрала фрукт и опустилась на пол, где уже сидели мы с Валерой. Свободных мест не было.

Мы с подругой завистливо покосились на Лизу: она хотя бы может его съесть! Вся еда, что нам дали в дорогу Скворцовы, была у меня в чемодане, но, думаю, вы и так поняли, что он утерян. Валера оставила сумку в салоне самолëта, а Лиза всегда носила рюкзак на плечах. Нас уже не волновало, что пассажиры автобуса наблюдали за нами всë с большим и большим интересом.

— Между прочим, зависть — плохая черта! — немного горделиво сказала Лиза и протянула нам банан. Мы его разделили и съели. Всë, мой дорогой желудок, на большее можешь не рассчитывать! Наконец мы коллективно выдохнули.

Я поднялась и посмотрела в окно автобуса. И что вы думаете? По улице за нами бежал тот стюарт, который пытался схватить Валеру. Уж не легкоатлет ли он? Я прыснула от этой мысли, потому что его силы были на исходе и через минуту он остановился, устало дыша и положив руки на колени. Я победоносно улыбнулась и подмигнула подругам. Они всë поняли и улыбнулись мне в ответ. Мы обнялись. Несколько людей должны были выходить на остановке и поэтому они освободили нам места, которые мы тут же заняли. Интересно, что в сидячем положении тревога ощущается меньше. Поэтому, чем дольше я сидела, тем меньше думала о стюарте и погоне.

На следующей остановке мы вышли. Убежище находилось через дорогу. Скорей бы! Я так устала.

— Простите, я так не хотела вас втягивать! Я не знаю, что сказать… Теперь вы тоже по уши в этой передряге, — Валера опустила взгляд и сжала кулаки. Было видно, что ей очень стыдно.

Я вздохнула и положила нож на разделочную доску:

— Что же делать…

Но мою тëзку волновал другой вопрос:

— Я вас обоих понимаю, но всë же хочу услышать ответ на этот вопрос: почему ты не доверяешь Марко, Лиза?

— Почему? Я уже никому в этой жизни не доверяю! Считайте, что у меня паранойя! — откликнулась Лиза.

Возникла неловкая пауза. Лиза еë прервала вопросом:

— Ты говорила, что твой муж убил твоего отца. Из — за бизнеса. Скажи, Валер, у тебя есть на него компромат?

Валера сначала встрепенулась, но потом ответила:

— Уголовное дело не возбуждали. Мать испугалась. Компромат… пожалуй есть кое — что. После смерти отца, мать его комнату закрыла, так и не прибравшись. Там осталось всë ровно так, как было до его убийства. Там должно быть что — нибудь.

Мы обе с надеждой посмотрели на Лизу, которая приложила телефон к уху и начала говорить:

— Алло? Ага, привет, Толик! Да, отпуск по ранению. Вы как? Всë хорошо? Ну и отлично. Толь, есть у меня одно дело к тебе: помнишь Семена Павловича Седых? Нет, не помнишь? Три года назад. Посмотри. Да, из Юссы. И умер там же. Нет. Да. Хорошо. Нужно возбудить уголовное дело. Хорошо. Я поняла. Спасибо, пока!

Конечно я знала, что допрос Валеры ведется именно для того, чтобы посадить ее мужа в тюрьму. Да и Валера не дура. Но что делать теперь нам? И откуда у Лизы такие знакомые? То ли полицейские то ли патологоанатомы…

— Что там? — спросила я.

— Ждëм. Дело возбудят уже завтра утром.

— А теперь давай все с самого начала, — сказала я. — Итак. Кто этот человек которому ты звонила?

— Это мой знакомый патологоанатом. Из Юссы, кстати.

— Так кто ты, Лизаветта? Программист, хакер или полицейский под прикрытием?

Лиза хитро улыбнулась:

— Почему все, у кого есть знакомые патологоанатомы, автоматически считаются полицейскими? Хотя, ты отчасти права. Я три в одном. А если яснее, я — компьютерный гений в полицейском участке. Поэтому у меня есть кое — какие связи не только в Ярославле.

Я хмыкнула, а Валера улыбнулась. Лиза решила перевести тему.

— Вы же думаете, что на этом моя работа закончена? Нет! Я буду помогать ребятам и мы в кратчайшие сроки постараемся управиться. Что ж, а сейчас мне пора.

Только Лиза отсалютовала нам, как на кухню пришел Марко. Увидев недоготовленный борщ, он воскликнул:

— Зачем? Я не ем дома! Зачем вы готовите?

— Оо, мой дорогой, а придется! — нараспев сказала я, пародируя грузинский акцент. — Пиццу тебе теперь заказывать нельзя, а по ресторанам одному шататься, ну, не комильфо. Так что сегодня на обед — русский борщ!

Испанец сначала ошалел от моей бестактности, но потом все же согласился, хоть и не был доволен и вышел вон. А мы с Валерой быстренько доготовили начатое.

Еще через несколько дней перед завтраком.

Мы с Валерой резали фрукты к утренней трапезе. В это время на кухню вбежала Лиза и сделала прокат, какие делают часто на своих концертах рок — гитаристы.

— Всё хорошо? — спросила Валера, искоса поглядывая на Лизу.

Лиза улыбнулась.

— Всё замечательно! — Лиза протянула нам телефон — Смотрите!

Мы с Валерой посмотрели в экран телефона. Там был текст новостей. Я зачитала вслух:

— Сегодня, после десяти дней расследования смерти известного бизнесмена Седых Семена Павловича, был найден убийца вышеназванного. Это Царица Лев Николаевич. Во время допроса он сказал, что его нанял Сергей Вячеславович Спиридонов. Напомню, что дочери Семёна Павловича и жене Сергея Вячеславовича Валерии должен был достаться бизнес отца. Также напомню, что смерть Семёна Павловича Седых произошла 25 августа 2015 года. Сергея Спиридонова и Льва Царицу будут судить по всей строгости закона.

Мы с девочками дружно засмеялись и обнялись. Наконец-то не нужно никуда бежать, не нужно скрываться и маскироваться. Я так от этого устала. Но что же будет с Валерой? Где она будет жить?

Мы с Лизой покосились на подругу. Она спросила:

— Что это вы на меня так смотрите?

— А ты теперь куда? — спросила я.

В это время к нам подошел Марко. Он спросил:

— Почему вы смеетесь?

Валера коротко обо всем рассказала.

— Ну так каков твой ответ? — переспросила Лиза.

Валера и Марко переглянулись и Валера сказала:

— Я остаюсь здесь.

— Будь счастлива, — сказала я.

— Если что, ты знаешь где нас найти, — добавила Лиза. Она грозно взглянула на Марко и сказала по — русски: — Если этот тебя хоть пальцем тронет… Я его уложу, только попроси.

Марко скорее всего не понимал слов, но по убийственному взгляду Лизы он мог легко догадаться, о чем идет речь. Валера ничего не сказала, только улыбнулась.

В этот момент мне пришëл на ум такой интересный вопрос, который я хотела задать Валере при нашей первой встрече. Надеюсь, у меня хватит духа спросить это сейчас.

— Ну, так… Валер, ты и сейчас считаешь, что любовь — это ужасная вещь?

Подруга посмотрела на меня, закрыла рот ладонями, вздохнула и со слезами радости на глазах сказала:

— Нет, Лера, тогда я решительно ничего не понимала и пыталась судить об этом как бы со стороны. Но сейчас я понимаю, что все мои давние представления о жизни рушатся с каждым днëм. Теперь я считаю, что дюбовь — это очень хорошо и даже слишком прекрасно, чтобы быть. И частичка этого прекрасного подарена мне.

Я обняла подругу так крепко, как могла. Ко мне присоединились Лиза и Марко. Валера всхлипнула и улыбнулась.

— Спасибо, что вы у меня есть.