В любое время года бывают «веселенькие» сюжеты, о которых хочется кому-то рассказать, а Вам, дорогой читатель, особенно.

Итак, дело было зимой, а точнее – на каникулах. Дедушка попросил помочь с дровами. Как отказаться? Он рубит – мы носим и складываем в сарай. И тут неожиданно для горе-дровосека топор вырывается из рук деда, словно гимнаст, делает сальто прогнувшись и острием заходит ему в голову. Да. Сюжет прям для ужастика. Зима… Белый снег, который постепенно становится не белым, а пугающим, крики и ужас на лицах очевидцев. Оказывается, позади деда была натянута веревка для сушки белья, за которую топор и зацепился. Ну, что делать? Надо спасать деда. А я напомню: дело было в глухой деревне. Местный фельдшер сказал, что срочно надо в город везти дедушку, чтобы топор вытащить. Вот так на тракторе и везли. Представляете глаза врачей в больнице? Как сейчас пишут в социальных сетях: «Эту страну не победить!» Да, не победить. Народ у нас выносливый и с чувством юмора.

На обратном пути из больницы нас до дома не довезли, так как трактористу надо было в другую деревню заскочить. Мы с сестрой решили срезать путь через пруд. Но, как говорится, как день начнешь, так и закончишь. Смеркалось… А нам, конечно, надо было покататься по льду. Уж больно веселое это занятие – падать и ползать, чтобы встать на ноги. Да-а. А полынью-то никто из нас не заметил. Раздался треск – Наташка ушла под воду. Когда она вынырнула обратно, я схватила ее за косу, вероятно, от отчаяния, что теряю сестру. Стала тащить ее на себя. А сама кричу, что есть мочи. А пруд-то у нас очень глубокий. Там до сих пор танк немецкий стоит, в дно врос. Ну, думаю, караул! Хорошо, что охотники домой шли, с которых все и начиналось (это описывалось в первой части). Они нас и вытащили. А дома еще и попало, так как пришли мокрые и в сосульках. Хотя всю правду мы сказать побоялись. Мало ли что!

Так вот, прошу заметить, это один день из жизни российского школьника. Может, и фильм когда-нибудь снимут о том, какие бывают занимательные зимние каникулы.

Теперь немного о своих летних приключениях. Это точно на целый сериал. Всем известен праздник «Петров День». Что только ни вытворяли в деревнях: и чучела ставили, и окна навозом мазали, и дорогу перекрывали всяким хламом. Вспоминается несколько приколов того времени. Бабушка Анисья только-только побелила свою избушку, легла спать со спокойной совестью, а шкодные мальчишки не спят. Тут как тут с ведром навоза. Ставни старушке в доме плотненько закрыли, а на свежей побелке написали: «Спи спокойно, бабушка, Анисья!». Теперь с ее слов.

– Проснулась я, а ещё темно. Ну, думаю, что так рано вставать. Опять легла. Уже все бока отлежала, а рассвета-то всё нет. Открыла дверь да чуть не ослепла. Яркий луч солнца прям резанул по глазам. Ах, ты, хулиганы окаянные. Ставни мне закрыли. А уж когда дом увидела, то по всей деревне бежала, всё пыталась кого-то поймать, а кого сама не знаю. Их уж давно и след простыл.

Соседи тоже волновались, когда слышали, как Аниськина корова мычит, так как время к обеду, а скотина ещё с утра не прибрана.

–Бабоньки, никто Аниську не видел? Что с ней? Корова-то вся обревелась.

А довольные мальчишки, сделав своё дело, побежали дальше по деревне, высматривая, что бы ещё такое сотворить. Тут как раз заприметили спящего на надувном матрасе деда Илью. Он храпел изо всех сил, а по плану – бодрствовал, то есть дом охранял: жена приказала, а сама в город укатила к детям. Ребята аккуратненько подняли деда и понесли на пруд, благо тот недалеко был, а то бы не донесли, ведь старик упитанный, килограмм на сто пятьдесят. Положили его на воду, а сами в кустах затаились и ждут, что будет. Дед покряхтел – покряхтел, повернулся на бок, матрас под ним заиграл, и испуганный старик оказался в воде. Когда вылез из пруда, столько «специальных» слов прокричал по отношению к невидимым врагам, что ребята не удержались и выдали себя хохотом. Тогда дед погнался за ними, ну, где тут успеть. Молодежь. Жаль, что в то время камер не было, а то можно было бы современным ютуберам, любителям устраивать пранки, показать, как зарождалось их движение в русской глубинке.

А вот под утро случилось то, что могло закончиться несмешно. Проходим мы, дети, мимо сарая с лошадьми, а те возьми да заржи, и еще громко так, будто испугались нас. А их хозяин, очень злой старик, сидел с ружьем в засаде, готовился с вечера. Он подумал, что ребята хотят на его лошадях покататься. Вот, долго не размышляя, выстрелил дробью в нас. Хорошо, что кругом деревья, и дробь, летящая шапкой, ударилась о ветки и разлетелась, какая куда. Всем нам хорошенько досталось, но никого не убили железные шарики. Конечно, было больно и страшно, но мы побоялись сообщить родителям. Решили сами спасаться. Принесли ножницы, прожгли их огнем, достали дробинки, кто из рук, кто из ног. Одному пришлось выковыривать из щеки. Потом залили всё это йодом. А мужик этот так испугался, что в порыве гнева чуть детей не убил, что побежал на пруд и утопил ружьё: спрятал улики. На утро все узнали о случившемся: кто-то из малышей проболтался. Пришли к этому деду, а он в несознанку.

– Врут, – говорит, – наговаривают, окаянные. Я никогда не помышлял детей перестрелять.

А у самого глазёнки так и снуют туда – сюда, туда – сюда. Врет, значит.

Вот такие приключения в летний праздник «Солнцекараул». Вот только рассвет мы в тот день по-нормальному так и не встретили. Где уж там было, когда всем коллективом хирургами работали.