Степанов Евгений ПРОКЛЯТЫЙ СТАРЫЙ ДОМ (По мотивам одноимённой песни группы «Король и шут»)

Солнце поднималось над горизонтом, освещая своими утренними лучами летний пейзаж. Птицы уже давно проснулись и носились теперь весёлыми стайками над хвойным лесом, щебеча над лапами сосен и елей. Лесные цветы раскрывали свои прекрасные бутоны, подставляя их лепестки ярким лучам светила. Первые насекомые начинали кружиться над соцветиями, тихонько жужжа своими крылышками. Ещё прохладный летний ветерок пытался снести их в сторону, но пчёлы и осы настырно продолжали изучать пёстрые бутоны цветов.

Из кустарника вышел олень и окинул взглядом округу. Перед ним раскинулась широкая просека, по центру которой проходила федеральная трасса. Олень величаво подошёл к обочине. Голова горделиво возвышалась на мощной шее, солнечные лучи переливались на его чистой шерсти, а большие рога бросали ветвистую тень на широкую спину. Он остановился у дорожного знака «Дикие животные», где схематически был изображён его собрат.

Величественным взглядом олень посмотрел в сторону, куда уходила трасса, лентой петляя между массивов леса. И тут он вдруг резко встрепенулся. Голова повернулась в противоположную сторону трассы, а уши замерли между рогов. Вдалеке послышался шум приближавшегося автомобиля. Маленькая красная точка на горизонте начала стремительно увеличиваться, обретая очертания тягача с фурой. Олень развернулся в прыжке и поскакал обратно, в лес. Грациозными движениями это горделивое животное пересекло свободную от растительности местность и скрылось в кустарнике. Грузовик промчался мимо.

Навстречу ему двигалась белая легковая иномарка. Она пролетела мимо знака и устремилась дальше. За рулём сидела девушка двадцати пяти лет. Жгучие чёрные волосы были собраны в хвостик на затылке. Две небольшие пряди окаймляли лицо. Раскосые карие глаза следили внимательно за дорогой. Рядом на пассажирском сидении сидела её подруга — девочка-подросток пятнадцати лет. Её длинные обесцвеченные волосы были распущены и падали на плечи. Карие смеющиеся глаза переключались с дороги на водителя и обратно. Покрытое, едва заметными, веснушками лицо постоянно улыбалось. Девушки наслаждались дорогой, подпевая радио.

И тут заиграла какая-то нудная мелодия.

— Сима! Фу! — сказала водитель. — Переключи.

Настя (настоящее имя этой маленькой, хорошей девицы) тут же начала нажимать на кнопку поиска радиостанций. В какой-то момент из динамика послышался голос Горшка из группы «Король и шут». Девушки тут же запели хором:

Мне больно видеть белый свет, Мне лучше в полной темноте. Я очень…

И тут девушек перебил храп.

— Во, даёт, — усмехнулась водитель.

— Да, ладно тебе, Лика, — сказала Настя. — Он полночи не спал.

Лика поправила зеркальце над лобовым стеклом, и в нём отразился молодой человек. Он сидел посередине заднего сидения, широко расставив ноги, закинув руки на спинку сидения и запрокинув голову назад.

— Ага, — ответила Лика. — Зато мы полночи не спали, потому что этот козёл прозевал указатель с поворотом. Сначала он полночи не спал, вёз нас чёрти куда, потом мы не спали — потому что выбирались из того, куда он нас завёз. В итоге ночь прошла, а мы просто покатались и вернулись туда же, где были вечером. Зато прокатились. Женя!!! Подъём!!! — и Лика нажала педаль тормоза. Машина заскрипела покрышками об асфальт, из-под которых тут же повалил голубоватый дым. Женю снесло с сидения. Он завалился вперёд и ударился лбом о рычаг переключения коробки передач.

— Мать вашу! — крикнул он, упав обратно на сидение, когда машина остановилась. — С ума сошла, что ли?!

— Не спи, зима присниться, — усмехнулась Лика. Женя убрал руку со лба. На покрасневшем пяточке кожи осталась шпаргалка с номерами передач.

— Долго ещё ехать? — спросил молодой человек.

— Благодаря тебе, штурман хренов, — ответила Лика. — Да.

— Благодаря мне, а чья была идея пилить и днём и ночью?

— Идея моя была, — ответила Лика и вновь нажала на тормоз. Женя снова улетел вперёд, но на этот раз успел схватиться руками за спинки сидений Лики и Насти.

— Да, блин! — недовольно крикнул он. — Поаккуратней с тачкой. Нам её ещё в прокат возвращать.

— Вернём, — сказала Лика. — Не знаю, в каком состоянии, правда, но обязательно вернём.

— Я те дам «в каком состоянии». Она же на меня оформлена.

— А тебя никто и не просил паспорт свой светить.

— Ну, извините, если кое-кто уже второй год забывает свой паспорт поменять.

— Да, поменяю я его, поменяю! — чуть не крикнула Лика.

У обочины показались павильоны закусочных и шашлычные.

— Так, тормози. Я есть хочу, — сказал Женя.

— Твои проблемы, — отмахнулась Лика. — Там где-то огрызок шавермы вчерашний валялся. Вот им и закуси.

— Ты прикалываешься? Тормози, говорю! — Женя передвинулся за спину Лики и обеими руками закрыл ей глаза.

— Идиот!!! Я же за рулём! — крикнула девушка и начала судорожно махать руками, не зная, за что хвататься — за руль или руки молодого человека.

— Придурки! — крикнула Настя и вцепилась в ремень безопасности.

Машина начала резко тормозить, петляя змейкой по своей полосе движения, пока не остановилась. Женя выпустил Лику и вышел из машины.

— Баран, — произнесла Лика, тяжело дыша. Настя тоже была напугана. Она так и сжимала ремень.

— Вот уедем без него, — продолжила Лика. — И пусть пешком топает.

— Я тоже есть хочу. И в туалет тоже.

— Понимаю, — кивнула Лика. — Сама чуть не обосралась, — она повернула машину и съехала на место стихийной автостоянки.

Женя уже стоял возле мангала у загорелого кавказца, копаясь в шашлыках.

— Эт чё? Шашлык, по-твоему? — недовольно говорил Женя. — Ни запаха уксуса, ни жаренной корочки.

— Э, дорогой, — ответил продавец. — Не хочешь, не бери. Но следующая остановка только за деревней. В пяти километрах отсюда.

Женя тяжело вздохнул.

— Ладно. Хрен с тобой, — сказал он. — Давай, но только этот. Другие мне на фиг не нужны. Собаки-то хоть породистые были?

Продавец недобрым взглядом посмотрел на молодого человека.

— Да, шучу я. Шучу, — улыбнулся Женя. — Давай уже. Жрать охота.

Через минуту он уже с одноразовой пластмассовой тарелкой, на которой лежал шампур с парящим шашлыком, и стаканом кофе в другой руке подходил к столику. Мимо прошла Настя. Женя проводил её взглядом и поставил еду на столик. Через минуту рядом нарисовалась Лика.

— Чё жрём? — сходу поинтересовалась она. — Вкусняшку, да?

— Иди, там ещё осталось. — Женя пальцем указал себе за спину. Лика обошла его и направилась к продавцу.

За соседним столиком стояли двое пожилых людей. Оба в камуфляжных комбинезонах и больших кирзовых сапогах, покрытых не тонким слоем грязи. На головах обоих красовались тёмно-зелёные, сильно потёрты кепки. Рядом с ними на земле лежали два здоровенных, зелёных, походных рюкзака.

— Я тебе так скажу, — сказал один другому. — Дом тот проклят.

— Да, ладно, — усмехнулся собеседник.

— Я тебе говорю. Там когда-то дед жил. Колдун. Он специально дом себе построил подальше от всех. От деревни до него когда-то тропинка шла. А как дед помер, так наследнички объявились. Оформили домишко на себя, и давай его продавать. А покупателей, как не было, так и нет. Была одна семейка. Но им только ночь в доме переночевать хватило. Бежали из него без оглядки. Ну, а раз продать не удаётся, так они начали его на время людям отдавать, в аренду, дескать. И опять, кто сможет в нём переночевать, а кто и нет. Порой бегут ещё до рассвета.

— А дед тут причём? Колдовство его, что ли?

— А то как же. На нашем кладбище его могилки нет. Мы сами ходили, искали. Хотя родственнички его привозили с морга. Это вся деревня видела. А вот куда он после пропал, никто не знает. Но слухи ходят, что дети его не правильно из дома выносили. Колдунов-то через крышу надо вынимать. А они просто в двери его вынесли. Вот он уйти и не может. Или не хочет.

— Так куда они его дели-то?

— Не знаю, но народ говаривает, что прям в доме, в подполье, и закопали. Вот его дух и мучается до сих пор. Дети-то наши наслушались страшилок про этот дом, и пошли на спор в нём ночь провести. Один под утро прибежал. Седой весь, другого медведь растерзал рядом с этим домом, пропади он пропадом. А третьего только на второй день у реки нашли. Он с того времени ни говорит больше ни слова. Только мычит, как корова на дойку. Тот, который прибежал, говорит, что видел этого старика. Дескать, это он в медведя обратился и задрал того мальчонку.

— А милиция, как же?

— А что милиция? Отписку дали, что зверь напал, да родителям строгий выговор. А то, говорят, родительских прав лишат и девчонку их в детдом заберут. А дом всё так и стоит в лесу. Там садик есть небольшой, в нём говорят, дед сокровища свои зарыл. Семья у него богатая была. До революции многим, чем они владели, а пришли их раскулачивать, родителей всех перебили, поместье сожгли, а детишек по детдомам рассовали. Вот и этот из тех был, кто в детдом попал. Сбежал оттуда, а потом и дом этот выстроил. С тех пор людей он и не любит. Вот только матушка его перед тем, как красные пришли, дала ему записку, куда они основное своё богатство заныкали. Вот дед, как освоился на новом месте, так и перенёс всё к себе, да в саду зарыл.

Их трапеза подходила к концу. Они вытерли руки салфетками, похватали свои рюкзаки и направились к трассе.

— Да, и говорят, — продолжал рассказчик. — Что там ещё и книга таинственная зарыта, которая в них роду чем-то вроде реликвии была, говорят, в ней его сила… — мужчины вышли на обочину трассы и зашагали вдоль края проезжей части. Женя проводил их взглядом. Рядом появилась Лика и поставила на стол свою порцию завтрака. Женя окинул трапезу взглядом.

— А тебе много не будет? — усмехнулся он. — Ты же питаешься у нас разборчиво, калории все считаешь.

— Тебя не спросили, — ответила девушка. — Здесь ещё и для Симы. Куда она пропала?

— Лика. А вот куда мы едем, в том доме садик есть?

— Есть.

— Ещё и лес кругом, — мечтательно произнёс Женя.

— Уж сколько раз ему рассказывала про этот дом. А до этого тормоза только сейчас дошло.

— А лопата у нас есть?

— Тебе зачем? — удивилась Лика. Тут к ним подошла Настя.

— Да, вот Симу хочу закопать, — покосился Женя на девушку. — Чё она не закопанная бегает?

— Вот пусть и бегает, — ответила Лика. — Тебе жалко, что ли?

— Напомни-ка, — Женя почесал подбородок. — Насколько мы отдыхать едем?

— На семь дней, — ответила Лика. — На неделю.

— Блеск, — произнёс Женя и залпом выпил остатки своего кофе.

Большой деревянный дом возвышался над опушкой леса. Его фасад смотрел на небольшую полянку, которую также окружали лесные заросли. От, противоположной фасаду, части дома до леса было немногим больше метров десяти. Бревенчатый сруб со ставнями окон давно почернел. Деревянные оконные рамы с чистыми стёклами отражали лесной пейзаж. Второй этаж дома был немного меньше первого. Над ним возвышалась двускатная крыша. Забор, окружавший двор, садик и сам дом, значительно отличался от дома. Если дом выглядел добротным, но заброшенным, то забор, наоборот, казалось, поставили ещё недавно.

В лесном массиве, окружавшем дом, были две небольшие прорехи. Через одну к дому проходила дорога, через другую был виден кусочек пейзажа — берег озера с небольшой деревушкой и бесконечный лес.

Внутри дом выглядел удручающе. Относительно современная мебель — диван, кресла, столы и стулья — были покрыты целлофановой плёнкой. Между ними, в углах и под большими часами с кукушкой, стрелки, которых замерли сто лет назад, провисли, покрытые пылью, паутины. Печи не было. Заменял её камин, углы топки которого также захватили пауки. Солнечные лучи проникали сквозь, неожиданно чистые стёкла окон, и падали на пол. Пыль, кружившая в воздухе помещения, подсвечивала собой солнечные лучи, придавая им прямую, лучеобразную форму.

Внутри дом представлял собой удивительный симбиоз русской избы, которой он был изначально, и некоторого европейского, или даже, американского стиля, явно, добавленного не так давно.

За окнами послышался шум подъезжавшего автомобиля. Через минуту заскрипели калитка и послышались голоса. Ещё через полминуты заскрипели доски крыльца. И почти сразу упало что-то тяжёлое.

— Да, чтоб тебя… — раздосадовано произнёс мужской голос.

— Ну, и фигли ты тут разлёгся, как порнозвезда перед камерой, — послышался женский голос.

— Вот только твоего коммента мне тут не хватало, — ответил мужской голос. — И без тебя больно.

— Ноги поднимать надо.

— Ступени ровными делать надо, а не как эти волнорезы.

— А у кого ключи? — спросил второй женский голос.

— У этого повелителя ступенек.

— Чего?! — ответил мужской голос. — Они же у тебя были. Мне сумки вручила, а сама хранителем ключей заделалась. Забыла?

— А где они? — насторожился первый женский голос.

— Дай, угадаю, — ехидно ответил мужской голос. — В машине оставила.

И тут же зазвучала связка ключей.

— А вот и хрен тебе в одно место, — ответил первый женский голос. — Вот они.

Послышался звук, вставляемого в замочную скважину, ключа, и тугие попытки вскрыть застоявшийся механизм.

— Ай! Блин… Ноготь сломала, — простонал первый женский голос. — Там замок, падла, не смазан.

— Ха! Медвежатник идёт на дело в маникюре, — раздался ядовитый мужской голос. — Дай, сюда, — и попытки вскрыть замок продолжились.

— Ну, не так ты крутишь, — недовольно сказал первый женский голос.

— Лика, иди на фиг, — ответил мужской голос. — Сам разберусь.

Наконец, механизм скрипнул, и ключ повернулся три раза.

— Ну, вот и всё, — ответил мужской голос. — Сима, отворяй ворота.

Послышались попытки открыть двери. Но вновь безуспешные.

— Та-ак… — протянул мужской голос. — Наш триумфальный въезд в этот сарай откладывается. Тут ещё и петли не смазаны. Ну-ка, Настюшь, чуть в сторону. Где там сумки мои были?

Через секунду раздался звук удара и обе двери распахнулись в разные стороны. На них обеих, чуть выше замка, остался след подошвы, а в замочной скважине раскачивалась связка ключей. Солнечный свет ворвался в прихожую и главную комнату дома. Его загораживали три тени. Посредине стоял молодой человек с двумя большими спортивными сумками в обеих руках, а по обе стороны от него стояли два женских силуэта. Все трое одновременно шагнули внутрь дома и остановились в прихожей. Их глаза пробежались по паутине и слою пыли.

На минуту установилась тишина. Все трое переваривали увиденное. Пальцы рук Жени сами разжались и обе сумки, которые он держал в руках, упали на пол. С половиц в стороны и вверх от них полетели два облака пыли, скрыв ноги наших героев по колено.

— Полный привет, — произнесла Лика.

— А чё вы хотели за триста рублей в сутки, — развела Настя руками.

— Лика, — сказал Женя. — Мать твою за похудевшую задницу! Ты куда меня притащила?

— Два косяра за сарай в глубинке, — засмеялась Настя, сложив ладошки лодочкой и прижав их к лицу, скрыв при этом нос и губы. Она посмотрела на друзей смеющимися глазами. Однако, Женя с Ликой её радостного настроения не разделяли, и ответили девочке гневными взглядами.

— Неделя с тряпкой и по уши в пыли, — произнёс Женя. — Охрененный отпуск у меня намечается. А у меня был шанс его провести в любимом огороде в позе рака с лопатой в зубах. И это, наверняка, было бы веселее.

— Женя, — сказала Лика. — Просто заткнись…

Огонь в камине пылал, потрескивая сухими дровами из старых стульев. Он был пока единственным источником света в комнате. За окнами уже стемнело. Чистые пол, стены и мебель отражали в своих гранях и поверхностях, завораживающую игру языков пламени.

Лика сидела в кресле перед камином, склонив голову набок и подперев её левой рукой. Своим задумчивым взглядом она смотрела на огонь, но мыслями была далеко. В её карих глазах также плясали маленькие язычки пламени. Девушка не замечала их, размышляя о чём-то своём.

Неожиданно сверкнула лампочкой Ильича советская люстра на потолке. Затем ещё раз и ещё раз. В четвёртый раз она уже загорелась надолго.

Лика вышла из размышлений и посмотрела на люстру. Яркий свет больно резанул по её глазам. Невольно она их прищурила. За её спиной находилась лестница, ведущая на второй этаж. Под ней была небольшая комнатка, дверь которой была распахнута. Из неё показалось довольное лицо Жени. Молодой человек вышел из комнатки, ногой прикрыв дверь за собой. В одной руке он сжимал отвёртку.

— Ну, как? — развёл он руками, с гордостью посмотрев на Лику.

— Чудо, — ответила девушка, хлопнув в ладоши, и откинулась на спинку кресла.

Женя прошёл мимо лестницы и открыл дверь кухни. Выключатель находился рядом с дверным косяком, и молодой человек не промедлил им воспользоваться. Но, едва он щёлкнул кнопкой, как из люстры вылетел сноп искр. Лампочка внутри её моргнула ослепительным светом и погасла. В гостиной люстра ответила на это небольшим миганием, но продолжила гореть. Женя ещё несколько раз нажал на кнопку выключателя. Но кухня так и осталась во мраке, надвигающейся ночи.

— Тьфу, зараза… — недовольно произнёс Женя. — Ладно, хрен с ним. Потом сделаю, он вернулся к лестнице и задрал вверх голову. — Сима! Хорош керосинкой угарать! Врубай свет!

Поддёргивающийся отблеск от огонька керосиновой лампы затмил собой яркий свет люстры.

— Ага! — крикнула Настя. — Работает!

Женя развернулся и подошёл к камину, рухнув на второе кресло.

— Удивительно, — сказал он. — Как в этом доме ещё керосин нашёлся.

Ступени лестницы заскрипели. Настя в резиновых перчатках, с ведром в одной руке и тряпкой в другой, подошла к дивану.

— Я всё, — сказала она и плюхнулась на диван.

— Ну, теперь, я думаю, можно и отдохнуть, — произнёс Женя.

Утро в доме началось с неприятного сюрприза.

— Ну, и какая сволочь это сделала?! — кричала Лика. — Признавайтесь, скоты, кому морду бить?!

Женя спустился со второго этажа. Его лицо ещё было помятым от сна.

— Началось в колхозе утро… — вздохнул он. — Ты где? — он осмотрелся и увидел Лику на кухне. Молодой человек направился туда. Однако, едва он пересёк порог, как его кеды наступили на что-то твёрдое. Он резко остановился и отставил ногу в сторону. Под ней оказались осколки разбитого графина. Он поднял взгляд на Лику и только сейчас увидел, какой погром царил на кухне.

Дверца советского холодильника «Бирюса» была открыта. Всё его содержимое лежало на полу. Кухонный стол был завален на бок, три стула в беспорядке лежали вокруг него. Четвёртый сидением вниз был поставлен на раковину, на которой блестели свежие трещины и сколы. Черепки посуды равномерным слоем покрывали пол угла комнаты.

— Ну, чё вы орёте?! — послышался голос Насти сверху. Через полминуты девушка сама появилась на кухне, на ходу завязывая пояс своего зелённого шёлкового халатика. Войдя на кухню, она замерла на месте и осмотрелась.

— И, чё вы тут устроили? — спросила она. — Опять отношения выясняли? Я это убирать не буду.

— Какие на фиг отношения?! — крикнула Лика. — Какая сука разнесла мне кухню?! — она резко повернулась к Жене. — Ты, гад, это сделал?!

— Вот делать мне больше нечего, кроме как на кухне в Сталинград играть! — ответил Женя. — Я, вообще, как вчера вечером вырубился, так только сейчас проснулся.

Лика посмотрела на Настю. Но и у той в глазах читалось удивление. Сама же Лика была полностью уверена, что ничего подобного она не делала. Повисла пауза.

— А кто тогда это сделал? — спросила она и ещё раз пробежалась глазами по комнате.

— Может, заходил кто? — пожала Настя плечами. Женя посмотрел на неё, затем резко развернулся и вышел в гостиную. Через минуту он вернулся.

— Нет, — сказал молодой человек. — Дверь заперта на засов. С улицы её не откроешь, — он обошёл Лику и подошёл ко второй двери, которая выходила из кухни.

— Чёрный выход тоже заперт на шпингалет, — сказал он. — И окна целы.

Лика посмотрела на него с подозрением.

— А ты, случайно, не лунатик? — спросила она, прищурив глаза.

— А ты, случайно, умом не тронулась, — огрызнулся Женя.

— Ну, а кто тогда?! — крикнула Лика.

— Я знаю?!

— Может, домовой? — глупо улыбнулась Настя.

Женя с Ликой посмотрели на неё. Настя развела руками и пожала плечами.

— А это что? — спросил Женя, увидев ещё одну дверь, между кухонными шкафами. Дверь оказалась не запертой. Молодой человек открыл её. За ней находился сарайчик, где лежали садовые инструменты. У двери находился выключатель. Женя щёлкнул его переключателем, и под потолком загорелась лампочка.

— Ух, ты работает, — усмехнулся Женя. В противоположном углу стояли садовые инструменты. Глаз тут же вырвал из общей кучи лопату. Молодой человек протянул к ней руку. Рука почти тут же утонула в мягкой паутине. Не обращая на неё никакого внимания, Женя взял лопату и перевернул её. Полотно лопаты было полностью ржавым.

— Вот, блин, — выдохнул молодой человек. — Но так-то она прочная, — он постучал костяшками пальцев по полотну.

Лика вздохнула и обошла молодого человека. Из сарайчика наружу вела дверь. Девушка подошла к ней и осмотрела её. Дверь тоже оказалась запертой на шпингалет.

— И тут закрыто, — выдохнула она.

— Так, ладно, — сказал Женя и опустил лопату. — В общем, кухня территория женщин, а я пошёл в саду поковыряюсь. Надо же порядок и там наводить.

— Куда это ты собрался? — Лика схватила его за шиворот и притянула к себе. Футболка молодого человека надавила на его кадык, и он непроизвольно высунул язык, издав хрип. Девушка, продолжая держать Женю за шиворот, быстро осмотрелась и увидела маслёнку совсем рядом с собой. Она схватила её и вложила в свободную руку Жени.

— Иди дверь смазывай! — сказала Лика. — А то мы с такими дверьми никуда выйти не можем. Ни на речку, ни в деревню. Не дай Бог замок заклинит. В дом не попадём.

— А масло-то есть? — обернулся Женя на неё.

Лика вновь окинула взглядом сарайчик. В самой тёмной его стороне, у стены, были свалены относительно современные инструменты для деревенского быта — триммер, бензопила, электрические рубанок и лобзик… Здесь же стояла канистра с бензином и ёмкость с машинным маслом. Лика взяла её и сунула подмышку Жени. — Вперёд и с песней!

Женя злобно сплюнул на пол, но спорить не стал. Лика отобрала у него лопату и вернула на место. С недовольным выражением лица молодой человек вышел из кухни. Девушки рванули на второй этаж, где находились две спальни. В одной спали Лика с Настей, а в другой — Женя. Через пару минут они спустились вниз уже в своей рабочей одежде. Женя всё это время крутил маслёнку в руках, не зная как подступиться к дверному замку.

— И куда тут масло лить надо? — спросил он, как бы, про себя. — С петлями-то всё понятно куда, — он подошёл к петле и наклонил маслёнку, приставив её носик к дверной петле. Масло быстро исчезло в прорехах петли. Женя сделал шаг назад и посмотрел на петлю.

— Мало, что ли? — почему-то решил он и ещё раз налил масло на петлю. И эта порция быстро исчезла внутри петли. Вот только некоторая его часть миновала петлю и потекла по дверному косяку вниз.

— Вот, зараза, — молодой человек быстро осмотрелся и увидел тряпку, которой Настя делала влажную уборку накануне. Женя вмиг схватил её и вытер масло с косяка и стены.

— И кто, всё-таки, это сделал? — спросила Лика из кухни.

— Тебе же Настя сказала кто. Домовой, — ответил Женя. — Смотри, он же мог и в вашу спальню зайти.

— Ну, и зашёл бы, — ответила Лика. — Единственный нормальный мужчина в этом доме.

— Не понял! — Женя облил ключ маслом и вставил его в замочную скважину, при этом уделав пол каплями масла.

— Чё тебе не понятно? — усмехнулась Лика. — Если ты в спальню заходить побаиваешься, значит, кто-то другой сделает это за тебя.

— Я не боюсь! Просто я вчера сильно устал. И спал, вообще, как младенец. И если бы не твоя истерика здесь, может быть, и до обеда проспал бы.

— Какая истерика?! Ты посмотри, во что кухня превратилась. Я здесь вчера полдня ковырялась, чтобы чистоту навести. А тут погром страшный. Всё-таки, это ты, гадёныш, сделал.

— Да, я тут причём?! Захотел бы тебе гадость сделать, так в лифчик бы тебе клею накапал бы или духи твои сварил. А такое мне на фиг не надо! Что я, ребёнок, что ли?!

— Правильно, ты не ребёнок, ты, просто, лузер! — крикнула Лика.

И тут Женя поскользнулся на масле. Обе ноги взлетели вверх, и молодой человек рухнул на спину на пол. Лика с Настей выглянули с кухни на шум. Корчась от боли, Женя поднялся на ноги. Девушки подошли к нему.

— Я же говорила, лузер, — усмехнулась Лика. — Ещё и половицу разбил.

Женя обернулся и посмотрел на пол. Одна половица, действительно, треснула.

— Вот ты жопу себе отъел, — усмехнулась Лика. — Даже пол трещит под тобой.

— Причём здесь жопа? — посмотрел Женя на девушку недовольно. — В этом доме всё разваливается на глазах. Петли мажь, счётчик крути, ещё и кухню разнесли, а теперь эта напасть.

— Меняй, — спокойно сказала Лика.

— Ага! Щас! — ответил Женя. — Я в отпуске. А работаю уже второй день подряд. И подряжаться ещё и плотником я не намерен.

— Я сказала, меняй.

— И не подумаю.

Настя подошла к сломанной половице и осторожно поставила ногу на трещину. Доска прогнулась под ней, но не более того. Тогда девушка перенесла весь свой вес на эту ногу. И тут половица не выдержала. Противоположный её конец подлетел вверх, в то время, когда Настя с той же скоростью устремилась вниз. Однако, доска почему-то извернулась в воздухе и влепила Жене подзатыльник. Он отпрыгнул в сторону, а Лика бросилась на помощь Насте.

— И на кой ты наступила на неё? — сказала Лика, помогая подруге вытащить ногу.

— Проверить хотела, — ответила Настя, корчась от боли. — Выдержит она или нет.

Женя хихикнул, потирая затылок.

— Ну и как? — спросил он. — Держит?

— А то сам не видишь? — ответила Настя.

— Хватит ржать! — чуть не крикнула Лика. — Меняй пол. Из-за тебя чуть ребёнок не убился.

— Ничего себе ребёнок! — ответил Женя. — Эта лошадь скоро меня перерастёт.

— Если Сима лошадь, то ты конь педальный! Меняй пол, говорю! — крикнула Лика.

— Здесь всего доски не хватает. Можно и переступать через эту расщелину, — недовольно сказал Женя. — Или ты тут прописаться хочешь?

— Я здесь отдыхать думаю, а не прыгать между половиц, как кенгуру.

Женя посмотрел на Лику и перевёл взгляд на Настю.

— Хорошо, — спокойно сказал он. Развернувшись, он скрылся на кухне.

— Чё-то как-то подозрительно легко он согласился на это, — произнесла Лика и посмотрела на подругу.

— Может, он доски пошёл искать? — предположила Настя.

— Ну, да. Как же…

Подруги вернулись на кухню. И тут Лика заметила, что дверь в сарайчик приоткрыта, а сам сарай залит солнечным светом. Девушка открыла дверь и увидела, что дверь, ведущая наружу, распахнута настежь.

— Удрал, — вздохнула она. — Ещё и лопату прихватил. На кой хрен этому придурку лопата? Ну, только попробуй без досок вернуться.

Женя обошёл дом, держа лопату в одной руке.

— Делать мне больше нечего, как полы менять, — буркнул он себе под нос. — А если завтра крыльцо рухнет или черепица поедет, мне тоже это менять? Нет уж, — он остановился и осмотрелся. Сад представлял собой площадку в пятьдесят квадратных метров. Ягодные и фруктовые кустарники и деревья со всех сторон обросли дикой травой и теперь особо не выделялись. Тропинки ещё просматривались, но уже начинали обрастать травой. Кустарники потерялись где-то в зарослях крапивы и лопухов. Женя на секунду остановился, окидывая взглядом сад.

— Та-ак… — протянул он. — Откуда бы начать? — он обернулся на дом. — Лучше бы начать с дальнего края, чтобы эти не заметили.

Он обошёл сад и вонзил полотно лопаты в землю. Работа закипела. Довольно-таки быстро Женя углубился в грунт по пояс. Энергично работая лопатой, он не замечал ничего. Яма продолжала расширяться и углубляться. Земля летела в сторону, образуя холмик пропорционально равный по объёму яме.

— Ну, и какого хрена ты тут делаешь? — послышался голос сверху.

Женя вздрогнул от неожиданности и задрал голову. Над ним возвышались две женские фигуры. Хоть солнце и слепило глаза, но молодой человек сразу опознал в двух силуэтах своих подруг.

— Я… это… — замялся Женя, выдумывая ответ. — Кусты хочу пересадить. А то они тут растут как-то странно. Ни ягод, ни грибов под ними. Видать, растут не по фэн-шую. Ща я их немного поменяю местами, так может и нам самим чего-нибудь перепадёт.

— Слышь ты, — сказала Лика недовольно. — Колхозник хренов, во-первых, сейчас июнь и никаких ягод быть не может. Во-вторых, грибы не растут в садах. Если это не поганки. В-третьих, за садом надо тупо ухаживать, а не пересаживать всё. И, в-четвёртых, я тебя, падла, просила заделать эту чёртову дыру в полу, а не играть в садоводов-любителей. А ну, марш доски искать!

Женя тяжело вздохнул и покачал головой. Он выбрался из ямы и тут же получил подзатыльник от Лики.

— За что? — застонал молодой человек. Лика молча указала на свою левую ногу. Кожа под коленом была поцарапана, а кое-где на большой и широкой царапине выступила кровь.

— Прикольно, — усмехнулся Женя. — Ладно, пошёл заделывать.

Никаких досок нигде не было. Женя на три раза осмотрел весь дом и двор.

— Ну, вот, что теперь делать? — раздосадовано всплеснул он руками. — Дом гнилой и ничего нигде не найдёшь. Ну, не лес же мне начинать валить.

Женя вернулся в дом и тут чуть сам не попал ногой между половиц. Мимо прошла Настя.

— Вот-вот, — сказала она. — И я чуть не свалилась туда.

— Лучше бы твоя подруга туда провалилась, — ответил Женя. — Досок-то нет нигде.

— Она туда и провалилась, пока ты в саду ковырялся.

— Надо что-то придумать и чем быстрее, тем лучше, — вздохнул Женя. — Иначе не будет мне здесь ни тишины, ни покоя.

— А на чердаке смотрел? — усмехнулась Настя.

— Кто ж пиломатериалы держит на чердаке, тем более, такие массивные. Хотя… В этом доме всё может быть. Пошли.

— Я на чердак не полезу. Делать мне больше нечего. Мы с Ликой на речку собираемся пойти.

— Ну, смотри, — пожал Женя плечами. — Если ты не хочешь покопаться в чужих личных вещах, посмотреть, чем жили прежние хозяева. Дом-то старый, — он махнул рукой и пошёл к лестнице. Настя проводила его взглядом.

— Ладно, подожди, — сказала она и нагнала молодого человека. Вместе они поднялись на второй этаж. Здесь, в самом дальнем углу коридора стояла простая лестница. Она поднималась почти до самого потолка, к люку, закрытому крышкой. Женя первым поднялся по лестнице и откинул крышку вверх. В воздух тут же поднялось облако пыли. Молодой человек с недовольным видом замахал рукой перед своим сморщенным лицом, отгоняя пыль.

Вместе с девушкой они поднялись на чердак. Женя, включил, прихваченный с собой, фонарь, и осмотрелся. Коробки, ящики, старая мебель, велосипед, ржавая телевизионная антенна, бабушкин ткацкий станок и прочий хлам лежали в беспорядке под толстым слоем пыли и были перетянуты множеством паутин.

— Ну, и чего тут смотреть? — усмехнулась Настя.

— Доски, — ответил Женя и медленным шагом пошёл вперёд.

Настя остановилась у первого же ящика и откинула крышку. Ящик оказался забит книгами. Девушка взяла верхнюю. Это был первый том романа Льва Толстого «Война и мир».

— Ну, как я и думал, — протянул Женя. — Никакой древесиной здесь и не пахнет.

— А это что? — спросила Настя. Женя обернулся на неё. Девушка стояла у большого сундука. Молодой человек подошёл к ней и направил луч света своего фонарика на сундук. На его крышке тут же мигнуло холодным, металлическим отблеском лицо большого черепа. Искусно сделанная, гравировка показывала череп, заключённый в солнечный, лучистый круг. Лучи были изогнуты и змейкой расходились в разные стороны. Верхний и нижний лучи достигали краёв сундука, которые также покрывали узоры из металла. По бокам сундука были две большие ручки, также изготовленные из металла, и изображавшие по две руки человеческого скелета, хватавшие друг друга в центре ручки.

— Уау… — выдохнула Настя.

— Ага, — ответил Женя. — Теперь я знаю, в чём буду хранить свои журнальчики.

— Обойдёшься, — сказала Настя. — Я первым его увидела.

Женя провёл рукой по черепу, убрав с него слой пыли. И тут где-то в глубине чердака один из ящиков с громким скрипом и быстрым движением сдвинулся с места. Женя с Настей резко обернулись на звук. Повисла тишина.

— Что это было? — спросил Женя.

— Не знаю, — ответила Настя.

Женя прошёл в центр чердака, откуда, предположительно, раздался звук. Он замер на месте и осмотрелся, водя лучом света фонарика в разные стороны. Но ничего подозрительного не увидел.

— Ничё не понял, — пожал он плечами, и собрался уже было идти обратно, как вдруг свет фонаря скользнул по телу летучей мыши, висящей на бельевой верёвке вниз головой. Животное тут же взмахнуло крыльями и поднялось в воздух. Она начала выделывать виражи над молодым человеком. Тот с криками начал махать руками у себя над головой. Вслед за первой, появилась вторая, третья, четвёртая мышь. Настя, глядя на это, завелась в злобном смехе. Наконец, мышам надоело терроризировать молодого человека и они дружно, одна за другой, вылетели в небольшое окошко, находившееся прямо в кровле дома.

Женя, тяжело дыша, ещё раз быстро осмотрелся, и, не найдя более никаких летучих мышей, облегчённо выдохнул.

— И чё ты ржёшь?! — недовольно посмотрел он на Настю, которая всё ещё заводилась в злобном смехе. — Позади тебя ещё пятеро сидят.

— Где?! — Настя резко обернулась и отшатнулась назад. Её ноги во что-то упёрлись, и девушка упала на пол.

— А от не фиг смеяться надо мной. Куда эти твари подевались? — Женя ещё раз осмотрелся и увидел открытое маленькое окошко в кровле. — Слуховое окно, что ли? Вот тебе и отгадка. Это, вообще, что-то во дворе звякнуло. А мы тут перепугались, — он подошёл к окну и закрыл его. Давно не мытые, покрытые толстенным слоем пыли, стёкла маленьких окошек рамы слухового окна, сгустили темноту на чердаке, сделав помещение ещё менее дружелюбным.

Настя, всё ещё смеясь, поднялась на ноги и отряхнулась. Женя подошёл к ней и начал отряхивать спину, спускаясь всё ниже. Дойдя до самого низа спины, он силой ударил Настю по попе. Девушка вскрикнула и в ответ ударила молодого человека в живот.

— Ладно, — отмахнулся Женя от неё. — Досок здесь, явно нет. Давай, лучше ящик вниз спустим и там его посмотрим. А то здесь клопами дышать, чё-то никакого настроения нет, — он отдал фонарик девушке, а сам обхватил сундук руками, схватившись за ручки по бокам, и поднял его. Настя пошла перед ним. Но Женя успел сделать только пару шагов. В глубине чердака снова что-то ударило. Настя молниеносно развернулась в ту сторону.

В круглом свете луча фонарика можно было видеть, как вверх подлетают самые разные предметы. Они сами по себе подпрыгивали в воздух и падали на пол. Первой взлетела в воздух книга и упала. Затем правее, на метр ближе к ребятам подпрыгнул пустой деревянный ящик. Левее от него и на метр ближе подлетел сломанный стул. Правее и ещё ближе подпрыгнула пустая трёхлитровая банка и, упав, разбилась…

Рука Настя затряслась, а вместе с ней и луч фонарика. Женя быстро поставил сундук на пол и обернулся. Рядом с ним стоял стул. Молодой человек схватил его за спинку. Поняв закономерность в движении предметов, Женя размахнулся стулом и метнул его в место, откуда должен был подлететь очередной предмет. Стул ударился о большой деревянный комод и улетел в темноту, что-то разбив по пути. И тут же всё прекратилось. Друзья стояли на месте, тяжело дыша от испуга. С минуту они молча смотрели туда, где прыгали предметы. Настя мёртвой хваткой сжимала фонарик, боясь отвернуть его луч в сторону.

— Кажись, попал, — произнёс Женя, наконец.

— В кого? — срывающимся голосом спросила девушка.

— Если бы я знал. Так, давай-ка валить отсюда, — он только нагнулся к сундуку, как в него полетела очередная книга из глубин чердака. Женя успел прикрыться сундуком. Вслед за ней в молодого человека полетела массивная люстра. Женя пригнулся, и люстра пролетела над его головой, упав в углу чердака со звоном бьющегося фальшивого хрусталя.

Настя быстро подскочила к выходу и начала спускаться вниз. Женя бросил сундук у самого начала лестницы, схватил керосиновую лампу и метнул её в темноту. Затем повернулся к сундуку, поставил ногу у его края и пинком отправил этот предмет мебели вниз. С диким грохотом сундук покатился по ступеням и упал на пол. Женя вновь обернулся в темноту. Очередной ящик опрокинулся. В нём оказались столовые приборы, которые тут же высыпались на пол. Женя вскочил на первую ступень и увидел, как ножи и вилки устремились к нему, лезвиями и своими острыми концами вперёд. Женя молниеносно перепрыгнул пару ступеней и пригнулся. Вилки с ножами просвистели над самой его головой и воткнулись в деревянную крышку люка. Молодой человек быстро выпрямился и схватился за ручку крышки, быстро захлопнув её. Что-то ещё пролетело над крышкой и с гулким ударом упало на пол чердака.

Женя спустился на ступень ниже и сел на лестнице. Над его головой ещё вибрировали ножи и вилки, воткнутые в крышку.

— И чё вы там устроили? — послышался недовольный голос Лики совсем рядом. И Настя, и Женя вздрогнули от неожиданности и повернулись к подруге. Настя направила на неё луч света своего фонарика. Лика тут же замахала руками, ослеплённая светом.

— Прости, — сказала Настя и выключила фонарик, опустив руку с ним. Лика заморгала глазами, наводя фокус в пространстве.

— И что это было? — повернулась Настя к Жене.

— Понятия не имею, — ответил тот.

— Вы о чём? — спросила Лика и тут обратила внимание на сундук. — А это что?

— Это то, что он не хотел отдавать, — ответил Женя и спустился с лестницы.

— Кто? — посмотрела Лика на него.

— Домовой, наверное, — развела Настя руками.

— Сима, ты опять?

— Ты бы это только видела, — ответила девушка подруге. Женя взял сундук за ручки и пошёл к лестнице, ведущей на первый этаж.

— Сам сундук мой, не забывай, — сказала Настя. — Не для того я всё это перенесла, чтобы остаться с пустыми руками.

— Да, твой-твой, — произнёс Женя. — Лучше иди, тряпку намочи, а то он весь в пыли. И я теперь тоже…

Через минуту сундук стоял уже у потухшего камина. Друзья пересказали Лике своё кратковременное приключение на чердаке. Девушка выслушала их с настороженным видом. Она в такое не верила, но рассказ казался ей уж более правдоподобным. И ребята говорили ей с серьёзным выражением лица.

Сундук протёрли от пыли, и Женя покосился на небольшой навесной замок, висевший на петле. Замок был выполнен в форме человеческого черепа, а замочной скважиной служил его рот.

— И что делать будем? — спросил Женя. — С одной стороны это прекрасная работа, тонкая чеканка или как там… Но с другой — призрак не хотел отдавать этот сундук, значит, внутри точно что-то есть. И при том уж больно интересное.

— Замок уродовать я вам мне дам, — сказала Настя. — Он мне жутко нравится.

— Да, тонкая работа, — сказала Лика и провела рукой по черепу на крышке сундука. — Жалко ломать.

— Вот именно, — сказала Настя. — А без ключа вскрыть сможешь?

Лика встала на колени перед сундуком и повернула его к себе замком. После чего достала свой смартфон, активировала на нём фонарик и посветила внутрь замочной скважины. Прищурив один глаз, девушка заглянула внутрь.

— Да, чёрт его знает, — сказала она. — Могу попробовать, — и отпустила замок. — Так. Мне нужна скрепка или что-то в этом роде, — она похлопала себя по карманам, одновременно осматриваясь.

— Ну, вы тут разбирайтесь, — сказал Женя. — А я в сад.

— Да, что тебе этот сад так полюбился? — спросила Лика, уже копаясь в своей сумочке. — Мёдом тебе там намазано, что ли?

— Мёдом-мёдом, — отмахнулся молодой человек и вышел из дома.

В саду он остановился у недавно вырытой им ямы и окинул её взглядом.

— Так, — рассуждал он сам с собой. — Если этот хмырь и зарыл свои бабосы, то явно не здесь. Бли-ин… Надо в другом месте искать. — Женя сделал пару шагов в сторону, и воткнул полотно лопаты в землю. Но на этот раз браслет на его руке начал сильно бить по черенку лопаты. Молодой человек сначала терпел, но затем не выдержал. Глубоко вздохнув, он снял браслет с руки и положил его на землю, на краю ямы.

Работа вновь закипела. Женя вгрызался в землю всё глубже, расширяя и углубляя яму. Земля летела в сторону, образуя уже второй по счёту холмик.

В какой-то момент, когда в очередной раз, Женя выкидывал порцию грунта из ямы, он увидел белку. Она сидела совсем рядом, почти у края ямы. Женя вздрогнул от неожиданности.

— Чего тебе? — сказал он. Белка в ответ чуть наклонила голову на бок.

— Видишь, я занят. Иди в лес. Там шишек, грибов хренова туча. А в этой яме только я. В общем, иди-иди…

И тут белка резким движением схватила браслет, лежавший рядом, и вместе с ним опрометью бросилась бежать от ямы.

— Э! — крикнул Женя. — Алё, Гараж!.. — он выскочил из ямы и проследил взглядом за белкой. Та скрылась в траве у какого-то дерева, затем быстрыми и ловкими движениями вскарабкалась на его ствол, исчезнув в ветвях. Через секунду её мохнатый силуэт, перемахнул на соседнее дерево, затем на другое… и так до самого дома. Во дворе дома, у входа, росло большое дерево. Большая часть веток была сухой, что говорило о том, что дерево уже погибает, но пара ветвей с зелёными листьями ещё сохранилась на нём. Белка с лёгкостью перемахнула на это дерево и скрылась в дупле его ствола. Само дупло не было видно, но Женя смог заметить, как пушистый хвост мохнатого вора исчез в стволе.

— Ах, ты сволочь мохнатая! — крикнул он, походя к дереву. Подняв с земли осколок красного кирпича, молодой человек бросил его в дерево, но промахнулся. Осколок снёс несколько зелёных листьев и влетел в открытое окно второго этажа.

— Твою мать!!! — послышалось из окна. — Какого хрена?!

И из окна выглянула Лика.

— Женя! Идиота кусок! Совсем разум потерял! — крикнула она и бросила осколок обратно в молодого человека.

— Не твоё дело! — огрызнулся Женя, увернулся от осколка и остановился у ствола дерева, прикидывая, как бы на него залезть. — Чё ты, вообще, там делаешь? Ты же замок должна крутить.

— Я не могу его открыть. Ищи ключ! А здесь, я ваши вилки из потолка выковыриваю. На фига вы с Симой их только повтыкали?!

— Я тебе говорил, это не мы, — ответил Женя и полез на дерево. — Это призрак в нас швырнул!

— Ничего более вразумительного придумать не могли?

— Нет, блин! Вот делать нам больше нечего, как вилками в дартц играть. — Женя поднимался всё выше. Наконец, он достиг дупла дерева и заглянул внутрь. Тут же из темноты ствола высунулась обезумевшая морда белки и зашипела на молодого человека.

— Не шипи! — резко ответил Женя.

— Ты с кем там? — удивилась Лика.

— Да, с белкой тут воюю.

Тут из главного входа высунулась Настя.

— И чё вы тут опять орёте? — спросила она.

— Ничего страшного, Сим, — ехидно ответила Лика. — Просто, наш Женя «белочку» поймал.

— В каком смысле? — удивилась Настя и подошла к дереву, где молодой человек пытался вытащил пушистое животное из своего домика.

— Да, не поймал ещё, — натужно ответил он, пытаясь справиться с белкой.

— А ну, значит, скоро поймает, — развела Лика руками и тут же крикнула во всё горло. — Оставь зверька в покое, животное!!!

Ветка, на которой стоял Женя, обломилась, и молодой человек повис на ветвях, держась руками. Сама белка тоже испугалась такого крика и сама выпрыгнула из дупла, посмотрев на Лику удивлённым взглядом. Девушка в ответ весело ей подмигнула. Белка склонила голову на бок и посмотрела уже глуповатым видом.

Женя подтянулся и упёрся ногами в ствол дерева. Немного помахав одной ногой, он нашёл прочную ветвь и встал уже на неё.

— Кстати, Лика, — сказала Настя. — Я косметичку свою найти не могу.

— В спальне смотрела? — спросила Лика.

— Да, нет там её?

— Ну, не знаю. Сама вспоминай, куда дела.

— Да, никуда я её не носила. Вот кто мог взять?

— Поклонники свистнули, — усмехнулся Женя, пытаясь заглянуть в дупло. Но белке это не нравилось. Как только молодой человек подтянулся головой к дуплу, как тут же получил чем-то по голове. Он резко обернулся. Белка сидела на ветке, сжимая сосновую шишку в передних лапах. — Ты где их взяла?

— Ты там животное мучаешь? Вот, мучай, а к нам не лезь, — крикнула Лика на Женю.

— Ну, где косметичка-то? — простонала Настя. — У меня там телефон остался.

— На кой тебе телефон в этой глуши? — спросил Женя, запустив руку в дупло. — Здесь же связи толковой нет, — тут вторая шишка прилетела ему по макушке.

— А музыка? — резко ответила Настя.

Ноги Жени подкосились, одна соскользнула с ветви. В последний момент он успел схватить рукой что-то твёрдое и холодное в дупле белки и снова повис на ветке, держась одной рукой. Сама белка подпрыгнула к нему и вцепилась зубами в пальцы молодого человека.

— Лика, ты точно не брала её? — продолжала Настя. — Ну, ни этот же её спёр? — она указала на Женю. И в этот момент с треском ломающихся ветвей и диким криком Женя полетел вниз. Он перекатился с одной ветви на другую, снёс своим телом третью и рухнул в заросли крапивы у самого ствола дерева.

— Есть! — радостно крикнула Лика. — Мы это увидели!

— Вот же гадская белка, — простонал Женя, убирая с себя упавшие ветки. И тут же в него полетела очередная шишка, больно ударив его в лоб. — Да, всё-всё, — проговорил молодой человек. — Ушёл я от твоего гнезда… то есть, этого… дупла.

Женя поднялся на ноги и стал выбираться из крапивы, высота, которой уже достигала человеческого роста. Выйдя на тропинку, он почувствовал, как его что-то тянет обратно. Он обернулся и увидел куст лопуха, всеми своими колючками, вцепившегося в его, порвавшуюся в нескольких местах, футболку и запачканные брюки. Молодой человек резко рванул в сторону, из-за чего большинство колючек так и осталось на нём.

— Вот блин, — проговорил он недовольно. — А косметичку твою я ещё утром на диване видел.

— Что?! И ты молчал?! — Настя побежала в сторону крыльца дома. Женя продолжал вертеться на месте, сдирая с себя репейники. Тут его взгляд упал на лопату.

— Ёлки-палки, — произнёс он. — Я когда-нибудь начну уже, наконец, своим делом заниматься, чтоб никто под руку не лез? Ещё и ключ этот дурацкий искать им надо. А браслет-то, я успел схватить? — он посмотрел на руку и увидел, как из кулака свешивается цепь браслета, а в разные стороны торчат концы ключа. — Кстати, о бабочках… — удивился Женя. — А это как? — он взял ключ в другую руку и внимательно посмотрел на него. Ручка изображала из себя фигуру смерти в плаще с балахоном, ствол предстал в виде черенка косы, а лезвие этой самой косы, было рабочим полотном ключа.

— Так это чё получается? — спросил Женя и снова обернулся на дерево. — Его белка спёрла?

Продолжая отряхиваться и отдирать колючки на ходу, молодой человек направился в дом. Настя сидела на диване, сжимая в руках телефон. Лика гремела на втором этаже.

Женя подошёл к сундуку, который так и находился у камина и вставил ключ в замочную скважину. Но более ничего не происходило. Как Женя не пытался, провернуть ключ ему это не удавалось сделать.

— Не понял, — произнёс он, вытащил ключ и посмотрел на него. — Настя, вы когда замок ковыряли, у вас ничего не обломилось внутри там?

— Чего? — посмотрела Настя на него. — Ты ключ нашёл?

— Да.

Девушка тут же отбросила в сторону телефон и подскочила к Жене, встав на колени рядом с ним.

— Да, вроде, нет, — сказала она.

— Так «вроде» или, всё-таки, «нет»?

— Нет, — ответила Настя, глядя молодому человеку прямо в глаза.

— Тогда поздравляю. Ключ не тот, — он поднялся на ноги и сам подошёл к дивану, рухнув на него. — Блин, спина теперь болит…

Настя вытащила ключ и осмотрела его.

— Прикольная отмычка, — сказала она.

— То, что прикольная, никто не спорит. Толку-то, что она прикольная. Жрать-то у нас есть чего?

— Не-а, — ответила Настя, продолжая вертеть ключ в руках.

— Как, нет?! — чуть не крикнул Женя. — Я голодный, как скотина. А у них жрать нечего.

— Ну, этот, — Настя указала большим пальцем себе за спину. — Холодильник разнёс прошлой ночью. А там почти всё наше было. Нам только и хватило на завтрак.

— Здорово, — Женя откинулся на спинку дивана, запрокинув голову назад.

Тут с лестницы спустилась Лика. В руках у неё была вилка, одна из тех, которые она достала из крышки люка чердака.

— Нет, вот это как так возможно? — она показала вилку Жене.

Сама вилка выглядела нормальной, как обычный столовый прибор. Но, зубья её были изогнуты змейкой, а их концы смотрели в совершенно разные стороны.

— И они все такие, — сказала Лика.

— Серебро? — насторожился Женя.

— Ага, как же, — ответила девушка. — Нержавейка.

Женя махнул рукой и снова откинулся на спинку.

— Меня тут твоя Сима прям без ножа зарезала, — сказал он.

— Как понять?

— Кушать, говорит, нет ничего. Прям, хоть тут с голоду помирай.

— А вот нечего было холодильник ломать, — ответила Лика.

— А это я, что ли?!

Тут Лика заметила, что Настя возится с сундуком.

— Чего она там ковыряет?

Настя развернулась и показала ключ.

— Ты ключ нашла? — обрадовалась Лика.

— Не я, он, — девушка указала на Женю.

— Ну, хоть какая-то польза от этого душителя диванов.

— Чего? — Женя посмотрел на неё гневным взглядом.

— Того, — ответила Лика. — Ты сейчас чем занят? Правильно. Диван душишь. Вот души и не мешай нам общаться. А ты почему этот ящик не открываешь?

— Ключ не тот, — ответила Настя, поднялась на ноги и подошла к Лике, показав ей ключ.

— Как не тот? — удивилась Лика и снова посмотрела на Женю. — Ты какой ключ девочке подсунул, скотина?!

— Какой у белки отбил, тот и подсунул. И, вообще, я жрать хочу. Вы бабы, и ваше место на кухне, мужиков кормить. Вот и давайте.

— Жена тебе давать будет!

— Короче так, — Женя поднялся с дивана. — Раз весь наш провиант накрылся медным тазом, кому-то надо идти в местный магазин, — он достал из кармана небольшую пачку денег и вытащил из неё купюру в пятьсот рублей, вложив в руку Лике. — Я ключ нашёл, а вы дуйте в магазин. Посмотрите, чем богаты местные, — он хмыкнул. — Супермаркеты. Не думаю, что в этой глуши их будет более одного. И принесите, наконец, хоть, что-нибудь пожрать! А я в сад. У меня работы невпроворот, — Женя обошёл Лику и направился в прихожую, на ходу убирая пачку денег в карман брюк. И тут он чуть не наступил на огромную расщелину в полу, образованную им самим ещё утром.

— Мать вашу! — отпрыгнул он в сторону от неожиданности.

— Дырку, лучше заделай, — сказала ему вслед Лика. — Садовод недоделанный.

Когда девушки покидали дом, чтобы навести визит в местный деревенский продуктовый магазин, Женя уже по пояс углубился в третью, по счёту, яму в центре сада.

— Во, даёт, — усмехнулась Настя, указав на молодого человека рукой. Лика в ответ повертела указательным пальцем у виска.

Вместе они погрузились в машину и уехали в сторону деревни. Женя проводил их взглядом, злобно плюнув в их сторону.

Два километра на машине, по относительно ровной, по деревенским понятиям, дороге промчались незаметно. Машина миновала околицу и остановилась на широкой проезжей части, которую раскатывали только телеги с повозками и пара, ещё держащихся на ходу, тракторов.

— Ну, и куда теперь? — спросила Лика. — Как назло ни одного человека нет. Даже спросить не у кого, есть ли у них, вообще, хоть какой-нибудь гастроном.

Тут на дорогу, перед ними, вышел мальчик. Лет тринадцати он был полностью седым.

— Смотри, — тут же указала Настя на него. — Седой мальчик.

— Да, ну, — засомневалась Лика. — По-моему, он просто покрашен.

Солнце уже шло по западной части небосклона и немного слепило своими яркими лучами девушек. Они обе прищурились и внимательней стали рассматривать мальчика. А тот шёл вперёд, всё время испуганно озираясь по сторонам. Складывалось впечатление, что он, вообще, не замечает машину. Когда он подошёл совсем близко, Настя опустила стекло и попыталась подозвать мальчика. Но тот резко отпрыгнул в сторону и посмотрел на машину испуганным взглядом.

— Ты чего? — удивилась Настя. — Ну, подойди. Не обидим.

Однако, мальчик попятился назад, затем резко развернулся и побежал прочь.

— Странный какой-то, — пожала Настя плечами.

— И, кстати, да, он седой, — посмотрела Лика вслед убегающему мальчику.

За мальчиком, из-за этого же переулка появилась бабушка.

— Так, — сказала Лика. — С бабулькой я поговорю сама. А то и она дёру даст, — девушка вышла из машины и подошла к старушке.

— Я вас раньше тут не видела, — насторожилась бабушка.

— Мы отдыхать сюда приехали, — пояснила Лика. — Поселились во-он в том доме, — она махнула рукой в сторону, где вдалеке, между деревьев выглядывал угол их дома.

— Ох. Уезжали ли бы вы поздорову, — заохала старушка.

— С чего это? — удивилась Лика.

— С того, что место гиблое. Дом-то проклят.

Заинтересовавшись их разговором, Настя тоже вышла из машины и подошла к ним. Бабушка пересказала девушкам историю, которую Женя слышал от мужчин на трассе. Лика слушала бабушку с подозрением и без особой доверчивости. В отличие от Насти, у которой в голове, наоборот, начинал складываться пазл.

— Так этот, — Лика указала в сторону, куда убежал седой мальчик. — Этот малыш выдел хозяина дома?

Старушка утвердительно кивнула.

— Да, не может, быть, — усмехнулась Лика. — Так, погодите-ка. Если дом проклят, а его хозяин разгуливает в шкуре медведя, так почему тогда в этот дом все лезут?

— А там ещё одна тайна есть… — ответила бабушка.

Лика с размаха припёрла Женю к стене, да так, что стена сарайчика зашаталась. Девушка мёртвой хваткой сжимала ворот молодого человека, смотря ему прямо в глаза. Её дыхание напоминало Жене дыхание самой Преисподней.

— Так, значит, ты, сучонок, с самого начала знал про сокровища, — произнесла она сквозь зубы. — Вот каким мёдом тебе в саду намазано.

Женя нервно сглотнул слюну.

— Ничего я не знал. Я сам эту легенду услышал только у шашлычной.

Лика отпустила Женю, ещё с минуту продолжая смотреть ему прямо в глаза.

— Съездили как? — с фальшивым интересом спросил Женя.

— Нормально, — сухо ответила Лика.

Она развернулась и пошла в сторону крыльца. Женя поправил воротник, облегчённо выдохнув.

На кухне Настя разбирала пакеты с провизией. Увидев Женю, она невольно улыбнулась.

— Ну, как тебе? — спросила она. Женя всё время косился на Лику.

— Что «как»? — не понял он.

— Кофточка, с кроссовками, — обиженно сказала Настя.

Молодой человек смерил девушку взглядом.

— А причём тут это? — опять не понял он.

— Он даже не заметил, — усмехнулась Лика.

— А! — дошло до Жени. — Новое, что ль, купили?

— Ну, неужели, сообразил, недотёпа, — всплеснула Лика руками.

— А сам и не мог заметить, — опять обиженным голосом сказала Настя.

— Так, я не понял, — сказал молодой человек. — Вы за продуктами ездили или за шмотками?

— За продуктами, за продуктами, — отмахнулась Лика. — Но магазин оказался приличней, чем мы думали. Но, главное, не это.

— А что? — Женя схватил яблоко и начал его грызть.

— А то, что друг нас чуть не кинул! — крикнула девушка так, что Женя с Настей вздрогнули от неожиданности. Женя ещё и яблоком подавился от крика Лики. Настя тут же начала хлопать ладонью руки по его спине.

— Так, — откашлявшись, проговорил Женя. — Лады, — он собрал пустые пакеты со стола и отбросил их в сторону. Затем взял стул, стоявший в углу, и поставил его у стола.

— Значит так, — начал он. — Мозговой штурм.

Лика поднялась со стула, на котором сидела у окна, взяла его за спинку и подставила к кухонному столу. Настя тоже подсела к друзьям.

— А ты не расслабляйся, — сказал ей Женя. — Штурмовать мозг можно и одновременно с приготовлением вкусного и питательного обеда.

— Не цепляйся к ребёнку, — строго сказала Лика.

— Раз она начала разбирать пакеты, значит, пусть продолжает дежурить по кухне, — пояснил Женя.

— Отстань от ребёнка, говорю, — повысила голос Лика.

— Что это значит, «отстань», — чуть не крикнул Женя. — Я голодный! Я вас два часа из магазина ждал, пока вы там кофты с лаптями мерили. Я жрать хочу!

Лика посмотрела на Настю.

— Ты воду поставила? — спросила она. Настя утвердительно кивнула и указала на электрическую плиту, на одной конфорке которой стояла кастрюля.

— Ну, успокойся ты, — сказала Настя, встала со стула и села Жене на колени. Молодой человек обнял её и прижал к себе.

— Ну, хоть, что-то приятное за всё время этого дебильного отпуска, — сказал Женя и положил голову на грудь Насте.

— Вот видишь, — сказала Лика. — Она тебя, козла, любит, не смотря ни на что.

— Ладно, признаю это, — Женя закрыл глаза от удовольствия, сжимая девушку в своих объятиях. — Классная у тебя, и кофточка, и кроссовки, и ты сама клёвая. Признаю.

С минуту Лика наблюдала, как довольная физиономия Жени расплывается в блаженной улыбке.

— Не могу на это смотреть, — не выдержала Лика. — Так, что ты там говорил, про мозговой штурм?

— Что? — очнулся Женя. — А! Да! — он поднял голову. — Короче так, раз вам уже известна легенда…

— Известна-известна, — кивнула Лика.

— Да, я тебе говорю, — оправдался Женя. — Я этот бред услышал совершенно случайно, в шашлычной, у трассы.

— Ну-ну, — произнесла Лика. Женя махнул на неё рукой.

— Короче, — продолжил он. — В этом доме обитает призрак, либо дух колдуна. И, вместе с тем, где-то здесь заныканы его денежки. Что нас интересует в первую очередь?

— Конечно, деньги, — резко ответила Настя.

— Умничка, — сказал Женя и чмокнул девушку в щёчку.

— Хочешь сказать, что все эти дела творит некий дух, — на слове «дух» Лика сделала кавычки пальцами.

— Да, — спокойно ответил Женя. — Он самый. А вот теперь самое интересное. Дом оплачен до конца недели. Так?

Лика с Настей кивнули.

— Деньги нам никто не вернёт, если съедем раньше, — продолжил Женя. — А по ночам этот, — молодой человек указал пальцем вниз. — Выходит на охоту. Сначала он пытался прогнать нас, как и остальных отдыхающих, первой же ночью. На радостях даже кухню нам разнёс. Но ничего не вышло. Потому как мы все вымотались и спали, как убитые. Но сегодня ночью, он явно продолжит своё тёмное дело. И может, даже придумает, что поинтересней разбитого холодильника.

— Например? — со скучающим видом спросила Лика.

— Пацана седого видели? — спросил Женя.

— Кстати, да, — насторожилась Настя. — Был такой. Бабушка ещё сказала, что это при нём колдун в медведя обратился.

— Вот, — сказал Женя и легонько ударил Настю пальцем по кончику носа. — Может, что особенное и для нас придумает. Тоже потом белёсыми гонять будем.

— Ну, и что ты предлагаешь? — спросила Лика, откинулась на спинку стула и заплела руки под грудью в замок.

— Поза недоверчивая, — усмехнулся Женя, глядя на девушку. — Руки крестом, значит, пытается закрыться от собеседника. Ну, да, ладно. В общем, я предлагаю, спать днём, а ночью бегать от этого чуда.

— Совсем с ума сошёл, — сказала Лика. — Я сюда приехала отдыхать. А раз подвернулся случай, так неплохо бы ещё и денег подзаработать. Кто знает, вдруг, и правда, этот дворянин потомственный здесь свои ценности фамильные зарыл. Ты, кстати, ничего не нашёл, пока мы ездили? — Лика с подозрением посмотрела на Женю.

— Если бы и нашёл, — ответил тот. — Так давно бы удрал с этими фамильными ценностями.

— А с нами делиться? — посмотрела Настя на него и легонько ударила ладонью по макушке головы молодого человека.

— Ну, почему, — тут же шутливо ответил Женя. — Я бы вам отправил открытку откуда-нибудь с Багам, с фотографией золота. Хоть небольшая часть, но приятно.

Тут Настя ударила его ещё раз, но с уже большей силой.

— И клады покойники просто так не отдают, — сказал Женя.

— Это я и так знаю, — махнула Лика рукой.

— Короче! — повысила Настя голос. — Итог дискуссии какой?

— Давайте выделим приоритеты, — предложил Женя. — Во-первых, я хочу жрать.

— Это и ежу уже понятно, — сказала Лика. — Сколько можно ныть по этому поводу?

— Пока не накормите, — ответил Женя. — Во-вторых, клад. Даже если я его найду. Этот его просто так не отдаст. Силами местной церкви, явно, не справиться. К тому же с ней придётся делиться. Мне, почему-то кажется, что ответ кроется в том таинственном сундуке. Отсюда третье — найти ключ. Предыдущий, хоть не потеряли?

— Неа, — ответила Настя и полезла в декольте своей новой кофточки, изъяв оттуда ключ, который теперь висел на верёвочке на её шее.

— И ещё сообразить, откуда этот ключ, — добавил Женя.

— Пока ты тут сочинял свои приоритеты, — сказала Лика. — Я поняла, что нам надо делать.

— Что? — посмотрел Женя на неё.

— Ты копаешь сад, а я еду в деревню, потрясу местных. Может, кто ещё чего интересного поведает.

— А я? — спросила Настя.

— А ты отдыхай, — сказал Женя. — Мы же в отпуске, вот и расслабься. Но, если тебе хочется помочь, то займись поиском ключа. Сундук-то твой, вот и придумай, как его вскрыть. Порыскай по углам, помети по сусекам, того гляди, и выметишь откуда-нибудь. Тайники в доме поищи. Если хозяин был с прибабахом, то, наверняка, и потайных комнат мог понаделать. Простучи стены, подвигай шкафы.

Тем временем, вода в кастрюле закипела. Настя тут же поднялась с колен Жени.

— Вот и отлично, — сказала Лика. — А теперь… А ну марш отсюда!!! А голодная, как не знаю кто!!! А он тут расселся! Демагогию разводит! Жрать надо готовить! А этот знаток мистики только и знает, что языком молоть! Иди отсюда!

— Понял-понял-понял… — сыграл Женя в щенячку и вышел с кухни.

Была глубокая ночь, когда машина подъехала к дому. На втором этаже только в спальне девушек горел слабым светом ночник. Лика вышла из машины и бросила взгляд на дом. Ключи были при ней. Девушка, стараясь не шуметь, осторожно прошла в дом и поднялась на второй этаж.

Дверь их спальни была приоткрыта. Лика заглянула в неё. Настя лежала на большой двуспальной кровати, укутавшись в одеяло. Перед ней лежала толстая книга. Девушка задремала, пока читала.

Лика аккуратно подошла к кровати и закрыла книгу, убрав её на тумбочку. Она поправила волосы чёлки подруги, открыв её лицо. Настя зашевелилась, просунув руки под подушку и поправив голову. Лика невольно улыбнулась. Она поправила одеяло и подошла к шкафу.

Через пару минут Лика уже в своём халатике стояла у душа, подгоняя температуру воды. Наконец, горячая вода поднялась из бойлера, установленного в подполье. Лика сняла с себя халатик, повесив его на вешалку у душа, и ступила на дно ванной. Девушка задёрнула за собой занавеску и встала прямо под потоками воды. Приятное ощущение тёплой, влажной атмосферы отозвалось мурашками по всему её телу. Лика провела рукой по груди и животу.

В этот момент дверь отворилась. Тяжёлой поступью незнакомец вошёл в ванную комнату. Его тяжелое дыхание звучало, как приглушённый рык. Изо рта выходили еле заметные клубы пара.

Лика наслаждалась приятной атмосферой душа. Её мокрое тело уже покрывал слой белой пены. Девушка ничего не слышала из-за журчания воды.

Незнакомец медленными, хромающими шагами приближался к ванной. Его почти развалившиеся лапти глухо ступали по плитке пола. Но, в какой-то момент он поскользнулся и рухнул на пол.

Лика обернулась в сторону шума. Плёнка, служившая ширмой, была полупрозрачной и не давала чёткого очертания предметов. Лика всмотрелась сквозь неё в ванную комнату.

И тут незнакомец резко выпрямился, встав прямо перед ширмой. Лика вскрикнула от неожиданности. Незнакомец издал жуткий рык.

— Женя, ты?! — крикнула Лика. — Ты в конец охренел уже?! — она дала пощёчину собеседнику прямо через плёнку. От такого тот недоумённо застыл на месте.

— В душе меня взять решил, сукин сын?! — продолжала девушка. — Я тебе триста раз говорила, как надо. Но вот поглядывать в душе, это что-то новенькое.

И тут незнакомец резко рванул вперёд, желая схватить девушку.

— Куда костыли свои тянешь?! — Лика коленом нанесла удар по нависшей над ванной грудной клетке незнакомца. — Совсем страх потерял! Я тебя, урод, убью на хрен! — девушка мощным ударом свернула челюсть незнакомцу, услышав, как хрустнула его кость. — Я вырву твоё мужское достоинство, сделаю из него яичницу и самого же заставлю сожрать! — ещё два не менее мощных и хорошо поставленных удара, но уже ногой, сбили незнакомца с ног. Он запутался в плёнке, которая к тому моменту была уже порвана во многих местах, и упал на пол вместе с ней. Его рык сменился на жалостливые стоны и тихие всхлипывания. Укутанный плёнкой, он уже не пытался даже встать, еле двигая конечностями.

— Козёл, — добавила Лика, покидая ванную, и ещё раз пнула незнакомца. Тот хрюкнул в последний раз и затих.

Сам Женя всё это время ворочался в постели в своей спальне. Крики Лики вырвали его из сладостного сна. Он перевернулся на один бок, затем на спину. После чего натянул одеяло на себя и сунул голову на подушку. Так крики были почти не слышны, но лежать было жутко неудобно. Понимая, что он находится на полпути к полному пробуждению, молодой человек рукой нащупал на тумбочке у кровати свои наручные часы и активировал свечение циферблата. Стрелки показывали два часа пятьдесят девять минуть. Посмотрев на них одним глазом и сообразив, что это значит, Женя опустил руку с часами.

— Три часа ночи, — произнёс он про себя. — Я убью её…

Он сел на кровати, бросил часы обратно на тумбочку, натянул домашние трико и, поднявшись с кровати, небрежным движением схватил часы и вышел в коридор.

Лика в этот момент выходила из ванной. Её тело, от груди до бёдер, скрывало большое махровое полотенце. Его краем она вытирала волосы.

— Ну, ублюдок, — ворчала она про себя. — Ничего, утром оклемается, я ему устрою.

И тут она увидела самого Женю. Молодой человек сунул ей под нос свои наручные часы циферблатом вперёд.

— Лика, блин, — произнёс он. — Три часа ночи! Тебе делать больше нечего?

Девушка удивлённо посмотрела на него, затем оглянулась и посмотрела на двери ванной комнаты. Она снова посмотрела на Женю, открыла рот, пытаясь что-то сказать и указала пальцем на те же самые двери. Молодой человек не походил на побитого извращенца, только что сбежавшего из ванной комнаты. Тем более, когда Лика выходила, незнакомец, всё ещё лежал под плёнкой.

— Погоди, — наконец, обрела она дар речи. — Так это был не ты?..

— Я?! — крикнул Женя. — Я просто стараюсь поспать. Криков мне и днём хватает.

— Так это была Сима?.. — Лика уже испуганно посмотрела на двери ванной комнаты. — Я же ей челюсть сломала…

— Ну, и слава Богу, — фыркнул Женя. — Хоть от одного из вас тишина будет. То есть… не нарушит, то есть… — Женя махнул рукой.

И тут дверь спальни девушек скрипнула и из-за неё высунулось заспанное лицо Насти, которая завязывала ремень своего халатика.

— Вам скандалов днём не хватает? — недовольно спросила она. — Ещё и ночью поорать надо?..

Лика ещё раз изменилась в лице. Теперь на нём читалось недоуменнее, переходящее в ещё больший испуг.

— Так кто, тогда, там был? — дрожащим голосом спросила она.

Настя с Женей переглянулись заспанными взглядами. Женя обошёл Лику и первым вошёл в ванную комнату. Не считая сорванной плёнки и упавшей гардины, на которой держалась плёнка, комната выглядела, как и прежде.

— Ну и? — спросил молодой человек Лику, остановившуюся в дверях вместе с Настей.

— Он был там, — Лика указала на скомканную плёнку, лежавшую у стены. Женя подошёл к ней и рывком поднял. Никого под ней не было. Тогда он обернулся и посмотрел на Лику.

— Он был здесь, — произнесла Лика.

— Ясно, — выдохнул Женя, снял халатик Лики, так и висевший на вешалке у душа, и вручил его самой девушке. После чего вышел из комнаты, протиснувшись между девушками.

— Женя, мне страшно, — сказала Лика.

— И что? — спросил Женя безразличным голосом. — Я же говорил, что ночью он устроит нам. Вот и устроил. Но теперь не волнуйся, судя по погрому в ванной и твоим крикам, — он усмехнулся, — хозяин дома отправлен в нокаут и явно не скоро придёт в себя. Удар у тебя хороший, поставленный, — вздохнул Женя и добавил. — По себе знаю.

Лика посмотрела на Настю. Та тоже уже начала испытывать страх и приближающуюся панику. Женя же бросил на девушек безразличный взгляд и пошёл дальше.

— Ты куда? — спросил Лика.

— Я? Спать, — ответил молодой человек. — Если ты не забыла, я должен перелопатить весь сад. Сама знаешь, зачем. И для этого надо выспаться и набраться сил.

— Жень, поспи с нами, — попросила Лика.

Женя остановился и обернулся.

— С чего это? — не понял он.

— Нам страшно, — сказала Настя.

— Здрасте, приехали, — выдохнул Женя. — Ну, вы даёте. Лика, ты же сама отметелила этого колдуна. Появиться ещё раз. Пусть пеняет на себя.

— Э, не, — произнесла девушка и нагнала молодого человека. — Спим все вместе, — она обхватила его за шею и потащила в свою спальню.

— Лика, ты что?! — упирался Женя.

— Нам так спокойнее, — сказала Настя и открыла дверь спальни, впуская подругу с Женей в захвате.

— Девки, — кричал тот. — Совесть имейте.

— Тихо ты, — сказала Лика. — Настя, помогай.

Пока Лика держала молодого человека, Настя начала стаскивать с него трико.

— Ай! Тихо… — упирался тот. — Трусы-то оставь. Ты их схватила вместе со штанами. Хи-хи… Щекотно…

— Прости, — произнесла Настя и натянула трусы обратно. Как только ноги оказались свободны, Лика извернулась и швырнула молодого человека на кровать через себя.

— Ни чё се… — произнёс тот ошарашено. Девушки тут же расположились по обеим сторонам от него и положили головы на его плечи, накинув сверху одеяло.

— Вот это номер, — выдохнул Женя.

— А вот теперь можно и поспать, — сказала Лика.

Утро выдалось на удивление спокойным. Все вещи лежали на своих местах, или тех, где их оставили хозяева. Погрома более нигде не было.

Женя проснулся от того, что ему было трудно дышать. Он открыл глаза и попытался перевернуться. Всё тело затекло, и сменить позу было бы самым подходящим. Но что-то ему мешало.

— Блин, Лика, — простонал молодой человек. Девушка лежала прямо на нём, положив голову на его грудь. Насти же не было.

— Ещё минуточку… — произнесла Лика во сне. — Сима, я помню, мне на работу надо. Сейчас ещё немного…

И тут на лице Жене заиграла зловещая улыбка.

— Лика, — повысил он голос. — Автобус через пятнадцать минут!

— Что?! — крикнула девушка и почему-то подалась вперёд и вверх. Женя ощутил мощный удар в нижнюю челюсть головой Лики. Его физиономия тут же скривилась гримасой боли.

— Что?.. Как?.. — завертела головой девушка, пытаясь проснуться.

— Дура… Больно же…

— А это ты, — выдохнула Лика. — Щас, ещё минуточку, — и она снова упала на молодого человека. — Так. Какой автобус? Ты чё несёшь?

— Тебя бужу, — приглушённо ответил Женя, обхватив челюсть ладонями обеих рук.

За завтраком начался новый этап мозгового штурма.

— Если это был он, — сказала Лика. — Значит, он нам не даст вывести его сокровища. Покойники за клады держаться так, что, мама, не горюй.

— И что делать будем? — спросил Женя. — Как его отвадить?

— Надо, чтобы этот перец ушёл в Мир иной, — ответила Лика. — Знаю я один ритуал.

— Вы, что? — насторожилась Настя. — Сами колдовать собрались?

— Я, Настюшь, понятия не имею, что собралась делать Лика, — ответил Женя.

— Нормально всё будет, — отмахнулась сама Лика. — Я, кстати, вчера у деревенских поспрашивала и узнала, что местная молодёжь с каким-то ключом гоняет.

— С каким? — безразлично спросил Женя.

— Понятия не имею, — ответила Лика. — Но по описанию похож на наш. Паук там какой-то.

— Фу-у-у… — протянула Настя. — Ненавижу пауков.

— А скелеты любишь? — усмехнулся Женя. — Черепа там всякие, кости?

— Неа, — замотала Настя головой в ответ.

— Но с одним из них на шее бегаешь? — усмехнулся молодой человек. — Вот и здесь также. Полюбишь. Мы ещё с Ликой с боями у тебя этот ключ будем отбирать, — Женя повернулся к Лике. — Ну, и где этот ключ лежит?

— Не знаю, но сегодня в полночь они будут проводит какой-то там ритуал на старом кладбище, и мне что-то подсказывает, что ключ они возьмут с собой.

— Какой ещё ритуал? — чуть не крикнула Настя. — И эти черти колдуют здесь.

— Да успокойся ты, — махнула Лика рукой. — Из них сатанисты, как из Жени дон Жуан.

Женя чуть не подавился борщом и бросил на Лику недовольный взгляд.

— Ты вот это сейчас про что? — не понял он.

— Вчера две такие красотки тащат его в кровать, а он?

— А что я?

— Мог бы и поприставать для приличия, — обиженно ответила Лика.

— Ага! Щас! — кивнул Женя головой. — Один вчера к тебе уже поприставал. Вот где он теперь? Всю ночь в доме тишина стояла.

— Тишина?! — оживилась теперь уже Настя. — Ты своим храпом всех духов пораспугал. Мы с Ликой не знали, чем тебя заткнуть.

— Вот именно, — добавила та. — У нас в спальне стёкла в окнах дрожали. Мы его в кровать уложили, сами рядом. А он на боковую и давай хрюкать. Свинья!

— Вы меня зажали со всех сторон, — ответил Женя. — Ни пошевелиться, ни вздохнуть. Что мне ещё оставалось. И, вообще, я за день умаялся.

— Умаялся он, — всплеснула Лика руками. — А что ты делал весь день, бедняжка? Дыру в полу так и не заделал. Сад изуродовал…

— Изуродовал?! Я перелопатил, наверное, уже тонну земли и грунта. И, заметь, не просто так. Для всех, между прочим, стараюсь.

— Старается он. Грош цена твоим стараниям. Копает-копает… А где результаты? Сокровища где? Ты, крот хренов? Землекоп фигов. Бабки-то где?

— Зарыты бабки. В земле, понимаешь? — огрызнулся Женя. — А с ключом чё делать?

— Если в сундуке та таинственная книга, про которую мне бабулька втирала, — задумалась Лика. — То я её заберу, даже если придётся сломать сам сундук.

— Эй! — крикнула Настя.

— Да, погоди ты, — отмахнулась Лика от неё. — Может, ещё удастся ключ добыть.

— А если опять не тот? — спросил Женя.

— Там уже будем думать, что делать, — ответила Лика.

— Ну, лады, — спросила Настя. — А с ритуалом там, что?

— С каким? — не поняла Лика.

— Ну, чтобы этого чёрта в Мир Иной спровадить, — пояснил Женя за подругу.

— Да, — кивнула Настя. — Что там для него надо?

— Да, ничё особенного, — ответила Лика. — Но нам с тобой надо будет сегодня по лесу погулять, нарезать травы кой-какой. А ночью мы с Женей идём на кладбище.

— Чего?! — не понял тот.

— Чего-чего, — огрызнулась Лика. — Сатанистов гонять, чтоб те ключ нам отдали.

— И что ты паришься? — усмехнулся молодой человек. — Пошла прям сейчас в деревню и накостыляла бы молодёжи. Опыт у тебя в этом деле уже имеется.

— Вот нисколько не смешно, — покачала Лика головой. — Они тоже не дураки. Зажмёшь одного, другие точно узнают и могут ключ перепрятать. Поэтому, разговорчики в строю убрать. Идём сегодня на кладбище.

— То есть?! — запротестовала уже Настя. — Вы меня одну в доме на ночь бросите?

— Не бросим, — ответила Лика. — А просто оставим. И не на всю ночь, а только на пару часиков. А может, и ещё меньше. Там уж как дело пойдёт.

— Нет, я с вами.

Лика посмотрела сперва на неё, затем перевела взгляд на Женю.

— Пусть идёт, — развёл тот руками. — Ночью, всё равно, это чудо опять полезет. И Настю ему на растерзание отдавать как-то не хочется. Она же теперь хранителем сундука себя мнит. Вот колдун и может её кожей этот сундук обтянуть.

Настя поперхнулась. Лика посмотрела на Женю и повертела указательным пальцем у виска. Женя повернулся к Насте и похлопал её по спине.

— Ну, мы же этого не допустим, — сказал он и встал из-за стола. — Так, всё, девчонки. Спасибо вам большое. Всё было вполне съедоб… то есть вкусно. Я пошёл.

— Куда?! — выпалила Лика. — А тарелку мыть? Свинья… не благодарная.

— А ты тогда в саду копать идёшь, — развёл Женя руками. Лика только махнула рукой и отвернулась от него.

После завтрака она куда-то пропала. Женя тоже исчез. Настя осталась одна в доме. Не зная, чем заняться, она начала искать ключ от сундука, в надежде, что он всё же находится где-то в доме. Обыскивая гостиную, она услышала, как скрипнула входная дверь чёрного выхода на кухне. Тут же послышались шаги, и упал стул.

— Да, чтоб тебя… — послышался голос Жени и через секунду в гостиную вошёл сам Женя. В руках он нёс большой квадратный лист фанеры длинной чуть более метра. Молодой человек держал его, широко раскинув руки.

— О, Настя. Досок нет, зато смотри, что нашёл, — сказал он.

— И зачем это? — спросила девушка.

— А вот смотри, — Женя подошёл к прихожей и бросил лист на пол, подняв в воздух мотки пыли и паутины. Молодой человек тут же замахал руками перед лицом.

— В подвальчике нашёл, — пояснил он. — Под кухней. Лежал сколько там, не знаю, но вещь хорошая. Вроде, целый.

— И что ты с ним собрался делать? — спросила Настя с подозрением.

— Дыру заделывать, — Женя нагнулся, взял лист за край и подтянул на место, где не хватало половицы. Затем он осторожно наступил на лист. Лист чуть изогнулся, но выдержал.

— Ну, вот, — сказал Женя. — Теперь другое дело.

— «Другое дело» — хмыкнула Настя и указала чуть в сторону. — А это что?

Сломанная и пущенная на дрова для камина, половица имела в длину метра полтора. В то время, когда лист фанеры был всего чуть более метра с каждой своей стороны. Покрыть собой полностью пустоту между половицами он не мог.

— А это… — задумался Женя и начал бегло осматриваться. — А это… О! — он сделал шаг в сторону и взял за край небольшой половик, лежавший у стены. Молодой человек подтянул его на место оставшейся дыры.

— Ну, вот я и заделал то, что сам же и сломал, — довольно произнёс Женя и похлопал ладонями рук.

— Чем заделал? — усмехнулась Настя. — Фанерой и ковром?

— Настенька, завидуй про себя моей смекалки и находчивости.

— Было бы чему завидовать.

День прошёл как-то быстро. Каждый увлечённо что-то делал. На кухне, перед окном, на противнях были разложены травы и соцветия, а в саду появилась новая пара ям. Но опять безрезультатно.

Ближе к полуночи все трое погрузились в машину и медленно поколесили в сторону деревни. За рулём, как всегда, была Лика.

— Так, — сказал Женя. — А ты, вообще, знаешь, куда ехать?

— Да, знаю-знаю, — отмахнулась Лика. — Я заранее местных расспросила.

— Тогда повторим план, — произнёс Женя, смотря в тёмные окна машины. — Значит, как только видим ключ, так что?

— Идём в атаку, — ответила Настя.

— Идеальный план, — с сарказмом ответил Женя.

— Молчи и слушай, — сказала Лика. — Вся их молодёжь — это шпингалеты лет пятнадцати. Вон, как наша Сима. Пять пацанов и две девки.

— Уже интересно, — произнёс Женя.

— Ещё как, — усмехнулась Лика. — Короче, видим у кого ключ, того и натягиваем на бубен. Ясно?

— А остальные? — посмотрел Женя на подругу. — Они, что? Будут стоять и смотреть, рты разинувши?

— Остальных я беру на себя, — спокойно ответила Лика.

— Ну, ладно, — пожал Женя плечами.

Лика повернула машину и поехала по полю, вдоль кустарников, за которыми рос почти ровный ряд деревьев. Метрах в двадцати от дороги, девушка остановила машину и заглушила двигатель.

— Так, время, — Лика посмотрела на свои наручные часики. — Без пяти двенадцать. Как раз успели.

Женя вышел из машины и осмотрелся. Полянка, слева лес, справа ряды кустарника и деревьев.

— И куда теперь? — спросил он. Девушки вышли из машины.

— Теперь туда, — указала Лика на кустарник. Женя вздохнул и пошёл продираться сквозь ветви. По ту сторону его уже ждали девушки.

— Ну, и куда ты полез? — с насмешкой спросила Лика.

— Ты сама сказала туда идти, я и пошёл. А вы как здесь вперёд меня оказались?

— Там тропинка между кустами есть. Я, специально к ней подъехала, — усмехнулась Лика. Женя вытащил из-за ворота со стороны затылка веточку с парой листьев и раздосадовано отбросил её в сторону. Настя хихикнула, прикрыв губы руками.

— Вот же дурень, — вздохнула Лика. — Пошли.

Между, здорово покосившимися, крестами и, по большей части, повалившимися оградками, белели наполовину возведённые стены какого-то маленького строения.

Три комнаты образовывали вместе квадрат, при этом одна комната занимала собой половину этого квадрата, а две другие — по четверти. Они все были сильно разрисованы перевёрнутыми звёздами, сатанинской символикой, цифрами 666, рунами… Краски при этом расходовалось не мало, потому под каждым мазком виднелись подтёки. Это только ещё больше усиливало атмосферу импровизированного сатанинского храма. Чуть в стороне, у стены, лежала бетонная плита, на которой белым мелом была изображена пятиконечная звезда, заключённая в круг. В её центре бетон был покрыт сажей, как будто кто-то здесь периодически разводил костры. Складывалось впечатление, что эта плита служила чем-то вроде алтаря сатанистов.

Настя поёжилась от увиденного.

— Жуткое место, — сказала она.

— А тебе предлагали остаться дома, — произнёс Женя.

— Не придирайся к ребёнку, — сказала Лика и посмотрела на свои наручные часики. — Ничего не вижу.

Женя включил подсветку на своих часах.

— Пять минут первого, — сказал он и опустил руку. — Ну, и где твои поклонники дьявола?

— Да-а-а… — протянула Лика. — С пунктуальностью у них явные проблемы.

И тут со стороны деревни показалось движение. Несколько тёмных фигур в плащах и накинутых капюшонах, друг за другом, шли в сторону строения.

— Погоди-ка, — произнёс Женя и запрыгнул на кирпичную кладку. Она была невысокой. Всего метр над поверхностью земли.

— Куда?! — чуть не крикнула Лика и попыталась схватить молодого человека, но тот уже оказался внутри комнаты и, пригнувшись, побежал в сторону «алтаря». Он лихо запрыгнул на него, спрыгнул обратно уже с другой стороны и подскочил к противоположной стене от девушек. Здесь молодой человек с разбега лёг на широкую кирпичную кладку, перекатился по ней и упал с другой стороны.

— Балин… — послышались стоны Жени. — Кирпичи, падла…

— Не хер бегать, — прошипела Лика сквозь зубы. — Пригнись, — вместе с Настей они спрятались за стену.

Фигуры подошли к алтарю и окружили его полукругом, встав спинами к девушкам. Лика с Настей перестали дышать. Они затаились, как мышки перед котом.

Одна фигура держала в руках охапку хвороста. Этот человек свалил хворост на алтарь. Ветки разъехались и посыпались с плиты.

— А аккуратней никак нельзя было? — недовольно сказала женским голосом другая фигура и нагнулась, поднимая упавшее.

Другая фигура повернулась к третьей.

— Бумагу давай, — сказала она мужским голосом.

— Она же у тебя была.

— Чего? Я тебе сказал её взять.

— Так, замолкните оба, — подала голос пятая фигура тоже женским голосом. Лика тут же прикинула, какие фигуры относятся к девушкам. Значит, остальные принадлежали молодым людям.

Ещё один наклонился, чтобы поднять ветку, упавшую к его ногам. Из его плаща что-то выпало и плюхнулось в воду.

— Блин… — выдохнул этот человек. — Спички…

— Ты идиот? — тут же сказала девушка и молниеносно подняла спички из лужи.

Лика зажала вверх переносицы большим и указательным пальцами и зажмурила глаза.

— И эти дебилы собираются вызывать дьявола, — прошептала она.

Другая девушка начала копаться в своём плаще. Вскоре она защёлкала зажигалкой.

— На, — протянула она её другой фигуре.

Наконец костёр был готов. Пламя быстро охватило сухие ветки хвороста и стало подниматься вверх весёлой игрой язычков. Комната осветилась. Теперь девушки могли лучше осмотреть сатанистов. На всех них были надеты балахоны, подпоясанные толстыми верёвками. На спине каждого из них термобумагой были наклеены большие перевёрнутые пятиконечные звёзды, заключённые в круг. Внутри самих звёзд были изображены козьи головы, по бокам и вверху пентаграммы красовались шестёрки. И всё это было стилизованно под кровь, капельками стекавшей с изображения.

— А хорошо ребята оделись, — прошептала Настя.

— Но более ничего, — хмыкнула Лика. — Клоуны какие-то. На приличную секту даже близко не похожи.

И тут девушки резкими движениями сорвали с себя балахоны. Теперь на них остались лишь только короткие чёрные латексные юбочки с изорванными краями, похожими на лохмотья. Их длина позволяла скрыть только начало ног и самый низ живота. Грудь скрывали чёрные лифчики с белой паутиной и белым изображением паука в центре чашечек. На шеях обеих были толстые чёрные кожаные ошейники с металлическими перевёрнутыми звёздами в центре. Обе девушки были блондинками. Их обесцвеченные волосы были собраны на затылке в причёску-хвостик и стянутыми толстыми чёрными махровыми резинками для волос. У обеих на лица был нанесён тёмный макияж. У одной была грудь четвёртого размера, которую еле сдерживал лифчик, у другой — третьего.

— Вот это я понимаю, здоровая натуральная деревенская пища, — выдохнула Лика.

Простенькие тёмные, но чистые туфельки на высоком каблуке приподнимали девушек над молодыми людьми. Одна из них поставила ногу на кусок большого силикатного кирпича и осмотрела друзей.

— Ну и чё вы уставились? — недовольно спросила она. — Всё будет! А пока давайте. Чё там надо, я уже не помню.

Фигуры до того, застывшие на месте, быстро пришли в движение. Один достал из рукава лист бумаги, свёрнутый трубочкой, другой — чашу, третий — пластмассовую литровую бутылку из-под минеральной воды с какой-то мутной жидкостью внутри. Остальные сняли капюшоны и встали ровным полукругом. Девушки застыли у костра лицом к молодым людям.

Стоявший в центре полукруга с листом бумаги в руках торжественным голосом произнёс:

— Владыка тьмы и хозяин Ада! Призываем тебя явиться к нам в облике, в каком ты пожелаешь! — и добавил уже в пол голоса. — Зелье давай.

К костру подошли двое те, которые держали чашу и бутылку с жидкостью. Они начал выливать в чашу жидкость.

— Твой час пробьёт совсем скоро! — продолжал чтец. — И мы готовы лицезреть твоё пришествие. Вот ключ, который откроет врата между нашими Мирами.

Державший бутылку, отбросил её в сторону, и снял с шеи верёвочку, на которой висел тот самый ключ. Он сжал верёвочку в кулаке и вытянул эту руку вперёд. Ключ повис на верёвочке, слегка раскачиваясь в стороны.

— Ключ… — выдохнула Настя.

— Погоди, — прошептала Лика. — Посмотрим, что дальше будет. Мне уже интересно.

— А мне вот больше интересно, куда наш Женя смылся, — сказала Настя.

— Пусть ключ откроет врата и впустит тебя к нам. Мы ждём тебя и призываем!

Державший ключ занёс его над чашей и начал медленно опускать его в жидкость. Поддержав его там несколько секунд, он вынул его обратно и положил на плиту, у костра.

— Мы ожидаем тебя! Приди к нам!

— Приди… — завыли все хором. — Приди…

И тут пришёл в движение один из балахонов, который бросила одна из девушек. Послышался рык. Балахон начал приподниматься над землёй, как будто кто-то из положения лёжа начинал вставать на колени. При этом рычание стало усиливаться.

Чтец тут же потерял дар речи, как и все остальные. Все сектанты сделали шаг в сторону от балахона. Девушки попятились от костра, трясясь от страха всем телом, особенно грудями.

Балахон продолжал подниматься.

Настя с испуга вцепилась в руку Лики со всей силой.

— Сима… Блин… — простонала Лика. — Больно же…

— Прости, — ответила Настя, но руку не отпустила.

Балахон уже встал на колени. И тут он резко выкинул руку вперёд. Когти с неприятным звуком заскрипели по бетону. И этого хватило, чтобы сдали нервы у сектантов.

Девушки с диким визгом бросились врассыпную. Молодые люди с криками на полном ходу стали перепрыгивать через стены, разбегаясь, кто куда. И уже через минуту на кладбище установилась мёртвая тишина.

Настя с Ликой испуганными взглядами уставились на балахон. А тот перестал рычать, вместо этого разразившись зловещим смехом. Он полностью поднялся на ноги и откинул капюшон, под ним скрывался Женя.

— Тьфу, ты… Ёб твою мать!!! — крикнула Лика. — Женя! Дебила кусок! Напугал.

Вместе с Настей они вышли из укрытия и, перемахнув через стену, подошли к нему.

— Ты идиот или нет?! — сказала Настя. — Меня чуть дед Кондрат не обнял.

— Прости, — произнёс Женя сквозь смех. — Но этот план мне понравился больше, чем Ликин.

— Мы его даже не обсуждали, — ответила сама Лика. — Когда ты его только придумал.

— Да, здесь же и придумал. Просто это кладбище, кресты, дом этот не недостроенный, — Женя подтянул левый рукав балахона. В кулаке этой руки была зажата связка ключей от городской квартиры молодого человека. Сами ключи выглядывали между пальцев. В отблесках костра они, действительно, казались когтями монстра.

— Ты как в балахоне оказался? — спросила Лика. — Как ты умудрился, вообще?

— Так темно же. Плюс эта девица закрывала обзор на меня для остальных. Я сначала на неё любовался, а потом увидел этот халат. Хороший, кстати, тёплый, — он вывернул голову, как мог назад. — Жаль, только наклейка сойдёт после стирки. А так ничего.

— Ну, так и забирай себе, — сказала Лика. — Только постирай его сначала.

— Короче, — продолжил Женя. — Я сначала планировал, предстать перед ними в облике самого, — Женя поднял правую руку вверх. — Сатаны. Но потом увидел это чудо и по-пластунски пролез под него. Всё равно, он в тени лежал.

— Ну, ты и дурак, — выдохнула Лика и за верёвочку подняла ключ. — Ну, что, кажется, наш.

— Наш-наш, — произнёс Женя, снимая балахон и сворачивая его. — А где здесь верёвка была вместо пояса?

— Ты и её забирать собрался? — удивилась Настя.

— А как я без неё? Мне нужен полный комплект. Эти черти, всё равно, сюда теперь долго не сунутся. Там, кстати, ещё один лежит. Возьмёшь себе?

Настя только махнула рукой.

— Из чего они только зелье своё варили? — недовольно спросила Лика, принюхавшись к ключу. — Воняет ужасно, — она присела на корточки и обтёрла ключ о полы второго балахона. — Ладно, пошли домой. Надо посмотреть, тот ли это ключ? А балахон лучше оставь. Мало того, что детей напугал, так ещё и обокрасть их хочешь.

— Пусть привыкают, — ответил Женя. — Хотят дьявола призвать, так пусть платят ему за вызов. Ничего в этом Мире бесплатного не бывает.

Лика усмехнулась, покачав головой и, развернувшись, пошла в сторону машины.

Вскоре все были уже дома. Женя бросил балахон на диван, а сам рухнул рядом. Девушки же с ходу направились к сундуку. Лика вставила ключ в замочную скважину навесного замка и повернула его. Ключ поддался, и замок повис на петлях.

— Есть… — выдохнула она.

Женя насторожился, услышав это. Он внимательно посмотрел на девушек. Своими спинами они загораживали ему обзор на сундук. Но молодого человека это особо не тревожило. Он вновь запрокинул голову назад.

— И чего там? — спроси он вяло.

— Ерунда какая-то, — ответила Настя.

На самом верху лежали какие-то мешочки перетянутые верёвочками. Лика взяла один и ослабила верёвочку. Внутри оказались сухие листья.

— Трава какая-то, — пожала девушка плечами.

— И у меня тоже, — сказала Настя, заглянув в другой мешочек.

— Ну, и на фига хранить траву в сундуке под замком, — обижено спросила Лика. — Вот делать ему было нечего, — и она небрежно бросила мешочек на пол.

— Может, там редкий вид трав был, — усмехнулся Женя. — Может, это побеги мандрагоры?

— Ты ещё скажи полынь-трава, — отмахнулась Лика. — Так, Сима, давай, выбрасывай этот мусор отсюда.

Под мешочками оказалась книга. Она почти полностью занимала собой дно сундука. В центре старой кожаной обложки переливалась холодным отблеском металла большая восьмиконечная звезда. Металлические узоры исходили из её боковых, верхнего и нижнего лучей и соединялись с такими же узорами окаёмки обложки. С противоположной переплёту стороны обложку соединяли две скобы. На книге сверху оказался лист, пожелтевшей от времени бумаги, свёрнутый пополам.

— Ух, ты, — выдохнула Настя и убрала лист в сторону, взяв книгу. — Вот это вещь.

— Ну, что там ещё? — нахмурился Женя и посмотрел на девушек. — Опа, книга… — он поднялся с дивана и подошел к девушкам, присев на корточки рядом.

Настя встала на колени и положила книгу на пол. Держать в руках её оказалось слишком тяжело. Массивное, рукописное издание было толщиной сантиметров десять. Настя открыла книгу и начала аккуратно перелистывать страницы. Многие страницы были снабжены рисунками, вокруг которых шёл рукописный текст. Здесь были описаны рецепты приготовления зелий, правила проведения неких ритуалов, давались рисунки и точные чертежи пентаграмм, приводились примеры транскрипций заклинаний с мёртвых языков… Настя, как заворожённая перелистывала страницы. А вот Жене это быстро наскучило.

— Это не книга, а его дневник, — сказал он скучающим голосом. — А это что? — он повернулся к листу пожелтевшей бумаги, который Настя убрала с книги. Женя развернул его. Перед его глазами предстал план сада дома, чуть в стороне от центра которого был изображён крестик.

— Понятно, — вздохнул Женя и убрал лист себе в карман. — Ничего интересного.

Лика внимательно посмотрела на молодого человека.

— Так, — строго сказала она. — Лист дал сюда.

— Что?

— Бумагу, говорю, дал сюда. Быстро.

— На кой? — развёл Женя руками. — Он пуст. Видать просто прослойка, чтобы эта трава книгу не запылила. Как в следующий раз будем камин топить, так и растопим им дрова.

— Лист дал сюда! — настойчиво повторила Лика. Женя вздохнул и вытащил лист обратно из кармана, отдав его девушке. Та приняла его, развернула и посмотрела на его содержание.

— Ничего интересного, говоришь, — сказала она. — Лады, — и Лика спрятала лист в карман своих чёрных джинсов. — Камин топить будем вместе.

— Э, топильщики, — сказала Настя. — Смотрите-ка сюда, — она указала на страницу книги.

— Что это? — не понял Женя и придвинулся к Насте.

— «Для изгнания…» Чего? — попыталась прочесть Настя. — Ну, и почерк у него был ужасный!

— Короче, для изгнания, — махнул Женя рукой и сам вчитался в текст. — Та-ак… Нам понадобиться. Корень ведьминого дерева, цветы сваки, кстати, мандрагора… — он посмотрел на Лику. — И что-то ещё не понятное. На счёт почерка у мужика, точно, явные проблемы были. Ну, что? — Женя поднял глаза на Настю. — Попробуем?

— У меня и так всё готово, — ответила Лика.

— Готово что? — Женя развёл руками. — Тот сухостой, который сейчас на кухне мухи топчут? Не знаю, почему, но я больше доверяю этой книге. Ибо чувак, который это всё писал, явно был в теме.

— А я, значит, нет?

— Не цепляйся к словам, — отмахнулся Женя.

— Хорошо, — кивнула Лика. — Тогда скажи мне, где мы найдём корень ведьминого дерева, цветы обосваки и то, что ты даже прочесть не можешь?

— А вот сейчас и посмотрим, — Женя указал на Лику пальцем и повернулся к мешочкам, которые они вместе с Настей убрали из сундука. — Как бы только понять, что где лежит?

Лика закатила глаза и покачала головой. Настя посмотрела на неё и невольно улыбнулась.

— О! — выпалил Женя. — Прикольно. Здесь записоны лежат, где какая трава киснет. Зашибись! — он извлёк из одного мешочка клочок бумажки и посмотрел на него. — Вот и мандрагора. А тут что у нас? «Кровавый закат?!» Это чё такое? — Женя ещё больше расслабил верёвочку и посмотрел на содержимое мешочка. — Чё-то красное.

Лика со скучающим взглядом и насмешливым видом наблюдала за действиями молодого человека. А тот продолжал рассматривать содержимое травяной заначки старого колдуна. Здесь же нашлись и корень ведьминого дерева, и цветы сваки. Следующий мешочек содержал внутри себя записку с непонятными каракулями.

— Ничего не пойму, — пожал Женя плечами, рассматривая бумажку. — Но, по-моему, это тоже надо, — он приложил бумажку к списку ингредиентов и сравнил загагулины из текста книги с тем, что было написано на бумажке. Они совпадали. — Кажется, это то. Слушай, посмотри, а? — он положил мешочек у колена Насти и повернулся к остальным.

Настя начала сравнивать буквы. Лика тяжело вздохнула.

— Давай сюда, — сказала она и повернула книгу к себе. Настя отдала ей и бумажку. И тут шкаф с книгами за спиной Лики заскрипел и начал крениться на неё. Девушка обернулась. Ножки шкафа подломились, и он начал падать на неё. Лика вскрикнула и, моментально вскочив на ноги, отпрыгнула в сторону вместе с книгой. Настя с Женей тоже вскочили на ноги и попятились назад. Шкаф рухнул на пол.

Воцарилась тишина. Все молча смотрели на шкаф.

— Что это было? — спросила Лика.

— Это был шкаф, — ответил Женя. — Причём с книгами.

Боковая стенка шкафа треснула от падения. Из появившейся трещины выглядывал угол обложки книги. В какой-то момент книга полностью высунулась из-за стенки шкафа и медленно поднялась в воздухе, застыв на месте на уровне глаз ребят. Женя нервно сглотнул слюну. Книга висела между друзьями, сильно действуя на психику. И тут она упала на пол, плашмя ударившись о внутреннюю стенку шкафа с громким хлопком. Это и послужило сигналом к панике. Все дружно бросились бежать в разные стороны. Женя рванул на кухню, Настя — на второй этаж, Лика — хотела выбежать из дома, но прямо перед ней с вешалки сорвался её собственный зонт и полетел в свою хозяйку, Лика, сжимая книгу колдуна в руках, увернулась от зонта и резко обернулась на него, когда он пролетел мимо.

Настя вбежала почти до самого верха, но споткнулась на последних ступенях и упала. Девушка перевернулась и села на ступеньке, потирая ушибленный локоть. Перед глазами открылась баталия Лики с собственным зонтом. Этот, потерявший всякий контроль, предмет летал по воздуху, как копьё, намереваясь пронзить собой девушку, а та лихо уворачивалась, либо закрывалась книгой. Толстый дневник с массивной обложкой, как оказалось, вполне хорошо держит удар.

Но вдруг Лика запнулась о край листа фанеры, которым Женя «заделал» дыру в полу, и упала. Книга вылетела из её рук и упала на ковёр. Неведомая сила тут же подхватила книгу и потащила куда-то в сторону, увлекая с собой и ковёр.

И тут уже Настя твёрдо решила ни за что не расставаться с этой книгой. Девушка почти с самого верха лестницы перемахнула через перила и приземлилась на ковёр, когда тот проезжал мимо лестницы вместе с книгой. Схватив её, девушка резко отпрыгнула в сторону и замерла на месте в углу гостиной. Лика вскочила на ноги и тяжело дыша побежала по лестнице на второй этаж.

Женя всё это время находился на кухне. Из-за кухонного стола он наблюдал, как сначала Лика воевала с собственным зонтом, а затем, как откуда-то сверху появилась Настя. Кухня имела потолок намного выше, чем гостиная. С одной стороны в стене, под самым потолком, было окошко, начинавшееся от пола второго этажа. Невысокий ряд перил отделял второй этаж от кухни первого этажа.

Одновременно с тем, как Лика рванула в сторону лестницы, Женя рванул к окошечку. Он запрыгнул на маленький шкафчик, не сбавляя скорости, подпрыгнул, упёрся левой ногой в край холодильника, вплотную стоявшего у шкафчика, оттолкнулся от него и вцепился руками в опоры перил. С ловкостью паркурщика он подтянулся руками, пролез между этих опор и оказался на втором этажа. Здесь, вскочив на ноги, он хотел было рвануть вперёд. Но тут же налетел на Лику. Вместе они упали на пол и откатились к началу лестницы. Оба оказались свидетелями того, как Настя отбивается от призрака.

Разного рода предметы летели в девушку. А она прикрывалась книгой, как щитом, всё время отступая назад.

— Слушай, а я, кажется, срубил фишку, — произнёс Женя. — Он нападает только на того, у кого книга.

Они переглянулись с Ликой. С секунду оба смотрели в глаза друг другу. После чего резко подпрыгнули на ноги и побежали в разные стороны.

Лика быстро спустилась с лестницы.

— Сима! — крикнула она. — Книгу!

Настя тут же бросила книгу подруге. Та поймала её и отскочила в сторону. Упавший некогда шкаф, сам взмыл в воздух, как будто его кто-то очень сильный отбросил в сторону, и полетел на девушку, вращаясь вокруг себя. Лика лихо перекатилась под ним. Шкаф рухнул на диван и отпружинил назад. Лика увернулась и от этого удара.

Тем временем на кухне послышался звук сильного удара — Женя сорвался с перил второго этажа.

— Да, вашу ж мать!.. — простонал он и, скатившись с маленького шкафчика, упал на пол. Но тут же вскочил на ноги и выскочил в гостиную.

— Лика! — крикнул он. Девушка молниеносно бросила ему книгу. Женя поймал её и рванул на кухню. Обежав вокруг стола, он подпрыгнул, одной ногой в полёте оттолкнул от края шкафчика и сделал сальто назад. Над его головой просвистела столешница, а за ней ложки, вилки, ножи… Молодой человек приземлился на ноги и присел на корточки. Ловким движением он бросил книгу Лике. Книга пролетела под столом, сбила стул, врезавшись в его ножку, и заскользила по половицам. Лика схватила её и выбежала обратно в гостиную. Здесь она запрыгнула на диван. Кусок ДСП бывшей когда-то стенкой шкафа, оказался прямо у ноги девушки. Когда в неё полетела очередная книга из рассыпавшегося шкафа, Лика пнула этот кусок ДСП. Обломок устремился к книге и сбил её. Следующей, в неё полетела кочерга из камина. Лика лихо увернулась и от неё, вовремя спрыгнув с дивана. Кочерга воткнулась в стену, пробив доску обшивки, и замерла на месте.

Женя выскочил из кухни.

— Лика! — крикнул он. Девушка тут же бросила ему книгу. Женя поймал её и перебросил Насте. Та налету также поймала книгу, увернувшись от вновь ожившего, зонта Лики. Женя подскочил к входу на кухню. Настя бросила книгу Лике, та перебросила её Жене.

И тут в воздух взмыла тумбочка, стоявшая доселе у дивана. Она врезалась в книгу и вместе с ней вылета в кухонное окно, выбив раму и разбив окно.

Все трое друзей, тяжело дыша, остановились на месте.

— Доигрались, — произнесла Лика.

— Ну, уж нет, — ответил Женя и подскочил к двери чёрного выхода. Ожидая, что она прикрыта, а не закрыта, молодой человек и не подумал тормозить. Однако, дверь оказалась запертой на шпингалет, и Женя на полном ходу влетел в неё.

Настя хихикнула и отвернулась в сторону.

— Ты, Женя, как всегда, впереди планеты всей, — вздохнула Лика.

— Не твоё дело, — ответил Женя, прикрыв рукой ушибленный нос.

Они выбежали во внутренний дворик дома. Женя взглядом нашёл разбитое окно и посмотрел на траву чуть в стороне. В этом месте, действительно, в лунном свете сияли стеклянные осколки. Чуть дальше от окна лежала тумбочка. И ещё дальше — книга.

Лика тут же подскочила к ней и схватила её.

— А… Лика, — произнесла Настя не своим голосом. Та тут же оглянулась на подругу. Настя смотрела куда-то в сторону, в одну точку. Лика тоже направила взгляд туда и увидела, как ним, со стороны леса, надвигается высокая мужская фигура. Силуэт мужчины переливался в ночной темноте зелёно-голубым мистическим светом.

Настя попятилась назад. Лика сделала тоже самое. Уткнувшись спиной в Женю, она резко развернулась и всучила ему книгу.

— Я лучше отойду на длинную подачу, — сказала она и отпрыгнула в сторону.

— Это что?.. Как… — не понял молодой человек. — Ты зачем это сделала? — он посмотрел на книгу и перевёл взгляд на мужчину.

А тот остановился на месте и схватился руками за живот. Через пару секунд он упал на колени и склонил голову. Складывалось впечатление, что он испытывает дикую боль в животе. Ещё спустя пару секунд он встал на четвереньки и начал выгибать спину. С его стороны послышался дикий крик, переходящий в потусторонний рёв. Силуэт начал меняться. Послышались звуки того, как рвётся одежда на его теле.

Настя сделала ещё пару шагов назад и резко развернулась. Она опрометью бросилась бежать обратно в дом.

Силуэт начал меняться.

— Женя! — крикнула Лика. — Он сейчас в медведя обратится.

— Ага… — произнёс ошарашенным голосом молодой человек и посмотрел на книгу. — Вот, блин! — очнулся он и бросился бежать по дорожке, идущей вокруг дома.

Меньше, чем за минуту он обогнул дом и перемахнул через маленький забор садика, очутившись в зарослях крапивы и лопуха. Выскочив на тропинку, он попятился спиной вперёд в сторону от дома.

— А куда бежать-то? — спросил он самого себя.

Отступая назад, он не видел, куда идёт. И уже через пару шагов оказался на краю, вырытой им самим накануне, ямы. С криком он покатился вниз. Книга выпала из его рук.

Настя в это время подскочила к камину и начала судорожно кидать в его дрова. Схватив ближайшую к себе книгу, выпавшую из разбитого книжного шкафа, она вырвала пару страниц, скомкала их и бросила в камин, просунув под дрова.

Следующим этапом должен был стать сам огонь. Но ни спичек, ни зажигалки у неё было. Настя дрожащими руками переворачивала свои карманы, но ничего толком так и не нашла. Тогда она запрыгнула на диван, куда ещё недавно бросила свою сумочку и принялась раскидывать в стороны обломки полок шкафа. Найдя её, девушка высыпала всё её содержимое на пол.

— А чё я у себя ищу-то? — с глупым выражением спросила она себя. — Я же не курю.

Настя тут же вскочила на ноги, отбросила сумочку в сторону и выбежала на кухню. Оттуда она выбежала в двери чёрного выхода, но сразу резко остановилась. Прямо перед ней стоял огромных габаритов бурый медведь. Его шерсть переливалась в лунном свете всё тем же мистическим зелёно-голубым светом, как и силуэт мужчины.

Как только Настя выскочила из-за двери, медведь повернул к ней голову и издал ужасный и громкий рёв. Настя вскрикнула и влетела обратно в дом. Она бегом пересекла кухню, гостиную, в прихожей чуть не наступила на место, где Женя спрятал дыру в полу ковром. Подпрыгнув на бегу, чтобы не наступить на это место, она приземлилась на лист фанеры и оглянулась на ковёр.

— Женя, ремонтник фигов, не мог нормально всё заколотить, — недовольно произнесла она и распахнула двери главного входа. Мимо крыльца с большой скоростью в сторону сада пробежала Лика. Настя перемахнула через перила и побежала нагонять подругу. Лика перепрыгнула забор сада и остановилась. Позади неё послышался крик и звук упавшего тела. Лика обернулась, никого не было. Тогда она опустила глаза вниз и увидела Настю, поднимавшуюся на ноги.

— О последнюю доску запнулась, — простонала та. — У тебя есть зажигалка?

— Ага… — кивнула Лика и полезла в карман своих джинсов. Обтягивающие чёрные джинсы плотно прилегали к её ногам и тазу, делая карманы совсем тесными. Вместе с зажигалкой девушка случайно достала лист с планом сада и, не глядя, сунула его Насте. После этого она осторожно пошла вперёд.

— Женя?.. — как можно тихо произнесла она. — Ты где?

Настя быстро перепрыгнула забор обратно и побежала в сторону крыльца. Тут она увидела, как, ломая ветви кустарника, с диким рёвом, ей на встречу бежал тот самый медведь. Девушка вскрикнула от испуга и заскочила за ствол дерева, прижавшись к нему спиной. Медведь пробежал мимо. Настя с пару секунд ещё смотрела ему вслед, переводя дух. После чего выскочила из-за дерева и запрыгнула на крыльцо.

Лика осторожно шла по тропинке сада. Луна спряталась за облако и в саду повисла кромешная тьма.

— Женя?!. — Лика медленно пробиралась по тропинке. — Садовод хренов, нашёл, где спрятаться. Ты где?

И тут раздался медвежий рёв. Лика обернулась. Медведь, ломая доски забора, наступал на территорию сада. И почти сразу рядом с Ликой из высокой травы возникла фигура Жени. Молодой человек резко вскочил на ноги, выпрямившись в полный рост.

— Вот засада, — произнёс он. — Я его привёл сюда, а ты води по кругу, — с этими словами он бросил в девушку книгу.

— Что? — Лика на лету поймала книгу. — С какой это стати я?

Но Женя уже пропал из вида, скрывшись в траве. Медведь перешёл на бег, направляясь к Лике. Девушка вскрикнула и побежала прочь по тропинке. Она резко свернула под очередным деревом и пронеслась по зарослям крапивы. Однако, медведь знал, куда она повернула, и побежал наперерез. Лика выскочила из-за травы и тут же нос к носу столкнулась с косолапым.

Рыча, медведь начал подниматься на задние лапы.

— Лика! — раздался голос Жени откуда-то со стороны. Девушка увидела молодого человека, машущего ей руками с центральной тропинки. Она тут же взмахнула книгой и бросила её ему, молниеносно рванув в траву в противоположную от Жени сторону. Женя поймал книгу и исчез в кустарнике. Медведь рванул за ним.

Настя подбежала к камину, на ходу сворачивая трубочкой лист бумаги, которую случайно дала ей Лика. Девушка подожгла нижний край, получившейся трубочки, и бросила в камин. Пламя начало разрастаться по бумаге, находившейся здесь под дровами.

— Ну, давай, — стонала Настя. — Разгорайся уже.

Лика бежала напролом, через бурьян неухоженного сада. Вдруг трава неожиданно закончилась и перед девушкой возникла глубокая яма. Расстояния тормозить уже не было, и девушка упала в неё.

— Женя, блин… — простонала она. — Кладоискатель чёртов. Ноги же переломать так можно.

Лика перевернулась и встала в полный рост, высунувшись из ямы по грудь. Прямо на её бежал сам Женя. Лика пригнулась, и молодой человек пролетел у неё над головой, перепрыгнув яму. Девушка снова выпрямилась и увидела уже медведя, тоже бегущего на неё. Тут она уже вскрикнула от испуга и вновь пригнулась. Медведь, как и молодой человек, перемахнул через яму и понёсся дальше.

Лика выпрыгнула из ямы и побежала в сторону уже разбитого забора. Женя перепрыгнул забор и отбежал от сада. Медведь просто разнёс в щепки старые жерди и продолжил преследование молодого человека.

Женя резко свернул в сторону дома. И тут на крыльцо выбежала Настя. В руке она держала факел. Настя размахнулась и кинула факел в сторону Жени. Женя чуть сбавил скорость и повернул голову в сторону. Лика была не так далеко. Тогда молодой человек бросил ей книгу и тут он запнулся. Сделав два больших шага, он рухнул на, покрытую ночной росой, траву. Факел оказался прямо перед ним. Молодой человек тут же его схватил и подскочил к медведю, преградив ему путь на Лику.

Книга упала в траву. Лика не успела заметить, куда именно приземлился дневник колдуна, и начала рыскать по траве в его поисках.

Женя размахивал горящим факелом перед мордой медведя. В какой-то момент он даже смог ударить его им по носу. В разные стороны полетели искры, а медведь заревел ещё сильнее от боли и злости. Он выбил факел из рук молодого человека. Женя вскрикнул и отпрыгнул от зверя. Медведь ринулся на него. Женя сделал пару быстрых шагов в сторону и вновь споткнулся, упав на траву. Здоровая, когтистая, мохнатая лапа просвистела над его головой. Молодой человек лихо вскочил на ноги и подбежал к факелу. Схватив его, он встал с ним наперевес, как с мечом.

Медведь встал на задние лапы и заревел во всё горло. Казалось, теперь весь лес содрогнулся от этого рёва. Но Женя не растерялся. Совсем близко от него из травы показывалась верхушка старого, уже трухлявого, но большого пня. Женя подпрыгнул, оттолкнулся ногой от его края и взмыл на высоту головы медведя, стоявшего на задних лапах. Пролетая мимо пасти зверя, молодой человек вонзил факел в рот медведя, горящим концом вперёд.

Приземлившись, Женя поскользнулся на траве, покрытой росой, и упал на землю, на спину. Снизу он увидел, как на его падает большая передняя лапа зверя. Молодой человек успел откатиться в сторону и сразу же вскочил на ноги. Медведь выплюнул потухший факел и начал заводиться в кашле. Женя попятился от него.

И тут вновь выглянула луна. Её холодный луч скользнул по рванной чёрной футболке Жени. Её ворот был разорван. Из появившейся бреши в ткани выглядывал нательный крестик молодого человека. Отблеск от него больно резанул по глазам медведя.

С жалостливым скулением и невнятным рыком, зверь развернулся и быстро пошёл в сторону леса.

Тяжело дыша, Женя смотрел ему вслед. Через минуту он обернулся. Лика стояла рядом и смотрела на лес, прижимая книгу к груди обеими руками. Женя повернулся в другую сторону. Настя так и стояла на крыльце дома. Входная дверь за её спиной была открыта.

Дождавшись, пока зверь скроется за лесными деревьями и кустарниками, Женя развернулся и пошёл домой. Еле поднимая ноги, они с Ликой поднялись на крыльцо. В доме Лика сразу упала на кресло у камина, Женя небрежно рукой смахнул обломки бывшего шкафа с дивана и упал на мягкие подушки сидения. Но тут же вскрикнул и подпрыгнул обратно, потирая рукой ягодицу. Между спинкой и сидением застряла большая советская петля от дверцы шкафа. Женя выдернул её и зло отбросил в сторону.

Лика усмехнулась, глядя на это. Настя приземлилась на второе кресло.

— Ну, что? — сказала первой Лика. — На ночь прогнали мы этого?

— Кто ж его знает? — ответил Женя. — Будем надеяться, что до следующей ночи он нас не потревожит.

Лика посмотрела на Настю.

— И как ты додумалась до факела? — спросила она.

— Читала где-то, что звери огня боятся, — ответила Настя. — Во, кстати, — она достала зажигалку Лики из кармана своих джинсов и отдала её подруге.

— Это был не простой зверь, — с пустыми глазами, направленными в потолок, ответил Женя. — Боюсь, как бы мы его только не разозлили ещё больше. А то, и впрямь, вернётся.

Лика встала с кресла, положила на сидение книгу и начала убирать зажигалку в карман своих джинсов. Зажигалка довольно спокойно вошла в карман, как будто там более ничего не было. Лика тут же пошарила в нём пальцами. Вытащила обратно зажигалку, бросила её на кресло и начала шарить обеими руками в обоих карманах. Но они оказались пусты. Тогда девушка начала выворачивать карманы своей кофты, хлопать себя по задним карманам джинсов. Женя взглянул на неё и насторожился. Смутное подозрение неладного промелькнуло у него в голове. Он поднялся с дивана и подошёл к Лике. А та замерла на месте и испуганно посмотрела на молодого человека. Затем повернулась к Насте.

— Сима, — произнесла Лика не своим голосом. — А ты случайно не заметила, когда я тебе зажигалку отдавала, не могла ли я выронить лист… такой бумажный?..

— Да, ты мне его и отдала, — спокойно ответила Настя.

— И где он? — настороженно спросил Женя.

— Я им камин разожгла.

Женя с Ликой переглянулись. Молодой человек изменился в лице и уже с гневом посмотрел на подругу. А та сделала глупый вид и пожала плечами.

— Вы же сами хотели его сжечь, — продолжала Настя. — Я и сделала это за вас. Всё равно мне бумага нужна была.

Женя повернулся к Насте и, как мог, изобразил великодушие.

— Умничка, солнце моё, — процедил он сквозь зубы. — Зато зверя от нас отвадила, — он вновь повернулся к Лике и добавил, повысив тон. — Ценой одной, ненужной бумажки.

Лика глупо хихикнула. Бросив на неё напоследок злобный взгляд, молодой человек повернулся и пошёл к лестнице. Но тут его взор случайно упал на дверной проём, ведущий на кухню. Кухонный стол лежал вверх ножками, а стулья вокруг него валялись в беспорядке.

— А с кухней что? — спросил Женя. — Не помню, чтобы мы оставляли там такой погром.

— Мне факел надо было из чего-то сделать, — ответила Настя.

— Чего? — Женя направился на кухню. Он остановился в дверном проёме и посмотрел на стол. Одной ножки у него не хватало.

— То-то я смотрю, факел лакированным был, — сказал Женя, подошедшей Лике.

— Зато он был, — ответила девушка.

— Бумажка тоже была, — шёпотом процедил Женя.

Лика тут же поставила подзатыльник Жене.

— Только не вздумай орать на ребёнка, — сказала она в полголоса.

— А я и не думал. Ты хоть место успела запомнить, где крест был?

— Нет, — ответила Лика. — Я видела эту карту только мельком, но, по-моему, где-то чуть левее от центра и чуть далее в сторону от дома.

— А не правее и ближе к дому? — насторожился Женя.

— Ты карту как смотрел? Вверх ногами, что ли?

— Вот тот же вопрос у меня и к тебе. Ладно, — Женя махнул рукой. — Сад не такой большой. В принципе, времени у нас ещё на несколько дней, — он почесал затылок.

— С ума сошёл, — сказала Лика. — Да, для меня каждая ночь в этом доме, как пытка. Ещё неизвестно, что он в следующий раз выкинет.

— Разберёмся, — Женя отодвинул Лику и пошёл к лестнице.

— Ты куда? — Настя вывернула голову, как могла, и посмотрела на молодого человека.

— Я спать, — спокойно ответил тот.

— Погоди, — встрепенулась Настя. — Спать опять вместе будем.

— С чего это? — Женя посмотрел на девушку насмешливым взглядом.

— С того, что страшно, — ответила Настя.

— И что? В прошлый раз этого тоже отметелили, так что мама не горюй. И он пропал, считай, на сутки. И теперь точно до вечера не появится. Расслабься, — Женя махнул рукой и стал подниматься на второй этаж.

Женя открыл глаза и подтянулся в постели.

— Обожаю отпуск, — произнёс он ещё сонным голосом. — Можно ещё полежать немного, — с довольной физиономией он перевернулся на бок. И тут он увидел Настю, спавшую на соседней подушке. Женя чуть приподнялся, скривил недовольную мину на лице и отодвинулся в сторону от неё, почти сразу же уткнувшись спиной во что-то мягкое и тёплое. Он повернул голову и увидел Лику.

— Не понял, — произнёс молодой человек.

— Чего тебе не понятного? — произнесла Лика сонным голосом. — Ты же в отпуске. Вот и спи, — она открыла один глаз, посмотрела на молодого человека, затем положила руку ему на голову и прижала её к подушке.

— Опять ничего не понял, — повторил Женя.

Лика обхватила его рукой за живот и прижала к себе.

— Спи, тебе говорят, — сказала Настя. — И наслаждайся моментом. Такие красотки с тобой в одной кровати.

Женя вывернулся из объятий Лики и пополз вниз под одеялом. Спустившись на пол с другой стороны кровати, Женя встал в полный рост.

— Вы что делаете в моей спальне? — сказал он недовольно. — Это же моя спальня? — он протёр глаза, отгоняя остатки сна.

— Нам страшно спать одним, — ответила Настя.

— Ну, а я тут причём? — развёл Женя руками.

— Ты мужчина, какой-никакой, — ответила уже Лика. — И мы на тебя надеемся. Не всегда, правда…

— Надеяться они, — с сарказмом произнёс Женя. — Вы как, вообще, сюда попали?

— Ты дверь не закрыл, — пояснила Настя. — А нам страшно. Было.

— Ладно, хоть трусы на мне, — Женя осмотрел себя. — А то кто ж вас знает.

— Совсем обнаглел, — Лика села на кровати и кинула подушку в молодого человека. Тот не ожидал такого и получил подушкой прямо в лицо. По инерции его понесло назад. Он остановился у двери.

— Ты что?! — крикнул он. — Совсем уже страх потеряла?

— Это ты борзеешь не по дням, а по часам, — ответила Лика и схватила подушку, на которой спал Женя. Сам Женя только успел убрать с себя первую подушку, как тут же получил второй по голове. Он попятился назад и вышел в коридор. Лика вскочила на ноги, перепрыгнула Настю и подскочила к двери, закрыв её на шпингалет.

— Э! Алё! — крикнул Женя и начал стучаться в дверь и молотить её кулаком.

— Девочки будут переодеваться, — усмехнулась Лика.

— Дайте хоть одеться! — крикнул Женя.

— А вот хрен тебе! — ответила Лика. — Сам же радовался, что в трусах. Вот и бегай теперь в них!

— Ты прикалываешься?! А ну, открывай дверь!

Перед завтраком перед ребятами встал вопрос — на чём, собственно, завтракать? Кухонный стол был сломан, на самой кухне, как и на всём первом этаже, царил ужасный беспорядок.

Выход из положения нашли быстро. Вместо, недостающей, ножки подставили стул, на сидение которого положили стопку книг. На эту стопку и упирался стол.

— Ну, и как мы объясним это хозяевам? — спросила Настя, окинув взглядом получившуюся конструкцию.

— А они нам объясняли что-нибудь, когда подсовывали дом с привидениями? — задал Женя ответный вопрос.

Настя пожала плечами.

— Ещё и уборку пришлось здесь делать, — поддержала Лика молодого человека.

— А со шкафом, что делать будем? — не унималась Настя. — У стола, хотя бы только ножки не хватает, а шкаф, вообще, в дрова разлетелся.

— Вот ты и сама придумала, что с ним делать, — сказал Женя. — Отправим все его остатки в камин. А книги, куда-нибудь на чердак забросим.

Настя хотела что-то сказать, но успела только открыть рот. Женя её тут же перебил.

— Если здесь слой пыли толщиной с палец был, — сказал он. — Значит, хозяева здесь бывают о-очень часто. Короче, не заметят они ни черта, — он посмотрел на Лику. — Ты им паспорт свой показывала, когда снимала дом.

— На кой? — усмехнулась девушка. — Он у меня и так просроченный.

— Вот и ладушки, — Женя повернулся к Насте. — Так, что если, даже и заметят, где нас искать, всё равно, никто не знает. И, вообще, я жрать хочу! Выспаться не дали, в трусах в коридор выгнали. А теперь ещё и не кормят. Хватить языком молоть, есть давай!

— Во, завёлся! — крикнула Лика. — А ночью пузыри из жопы пускал так, что даже не заметил, как мы зашли. Нахал! Корми его теперь. Не забывай, ты мне теперь супружеский долг должен.

— Я никому ничего не должен, — ответил спокойно Женя. — Всех, кому я должен, я прощаю.

— Не отвертишься теперь. Ещё и счётчик тебе поставлю! Сима, уйди от него.

— А чё Сима-то стразу, — Женя за руку подтянул Настю и прижал к себе, обхватив за талию. — Ты её сюда не впутывай.

— Отпусти ребёнка, свинья! — Лика дёрнула подругу за руку к себе и вместе с ней отошла от Жени.

— Не шантажируй меня ребёнком! — крикнул Женя. — Это низко.

— Это не низко. Это банально. Зато ты теперь ребёнка не увидишь.

— Я не увижу ребёнка! — Женя указал на Лику пальцем. — Всё! Этой суке ни копейки алиментов!

— Чё?! Да, ты у меня до конца дней будешь только на алименты и лекарства для себя работать!

— Ишь ты! А ты у нас, значит, будешь теперь мечтать о том, как в шелках щеголять! Фиг тебе. Кому ты теперь с ребёнком нужна! Иди-иди…

Настя всё это время заводилась в задорном и заразительном смехе. Так, с шутками и смехом, пролетел завтрак.

После него Женя с лопатой в руке вышел в сад. Его территория сейчас больше напоминала поле боя — забор был поломан в нескольких местах, трава примята, кусты и молодые деревца поломаны, шесть ям, больше напоминавших воронки от разрывов снарядов, только усиливали это ощущение. Женя окинул сад взглядом и тяжело вздохнул.

На этот раз он, хотя бы примерно знал, где копать. В самом центре сада две тропинки, делившие его территорию на ровные четыре части, сходились крестом. Они же были отмечены и на плане.

Женя подошёл к этому перекрёстку и остановился.

— Та-ак… — задумчиво протянул он. — Где копать-то? Левее или правее, ближе к дому или дальше? Я уже и не помню. А ладно, — он махнул рукой и вонзил полотно лопаты в землю.

Лика, тем временем, готовилась к проведению ритуала изгнания духа колдуна. Её травы, разложенные на кухне, немного пострадали от ночной битвы с колдуном. Но это девушку нисколько не смутило. Она собрала то, что рассыпалось по полу, и ещё раз окинула взглядом свои труды.

— Так, ну, по-моему, всё, — сказала она. — Блин, свечи же ещё нужны, — сморщилась она. — Опять придётся в деревню ехать.

Тут в дом вошёл Женя.

— Нет там ни хрена, — сходу ответил он на вопросительные взгляды девушек, обозначавшие «чё припёрся?».

— Лучше копать надо, — сказала Лика. — Он тоже не дурак, чтобы денежки свои на поверхности прятать. Глубже рой.

— А я куда рою?! Там скоро своё метро можно уже будет открывать.

— Значит, отойди в сторону, — недовольно ответила Лика. — Ты же сам хотел весь сад перерыть, вот и действуй. Главное, не тормози. Уже больше половины недели прошло, а воз и ныне там. Давай-давай…

— Судя по тому, как тут хозяева часто появляются, — усмехнулся Женя. — Времени у нас до следующего лета.

— Щас! — выпалила Лика. — Мне этой зимой ходить не в чем.

— Ну, и иди сама копай, — ответил Женя. — Я уже задолбался грунт лопатить. И, вообще, этот нам всё равно ничего не даст. Пока он по дому бегает, шансов у нас, хотя бы просто найти сокровище, ноль. Даже если и найдём, дальше что?

— Этого я беру на себя, — отмахнулась Лика. — Твоя задача перестать ныть, взять лопату в зубы и в позе рака копать!

— Да, за такую работу премиальные должны идти. И, вообще, я в отпуске.

— В отпуске он, — всплеснула Лика руками. — А когда мы только приехали, он и не думал про свой отпуск. Лопатил так, что земля только в стороны разлеталась. Кинуть, падла, хотел, так у него и сил хватало. А как делиться, так сил у него нет.

— Я уже превратил этот чёртов сад в решето! И ни черта! Откуда я знаю, может, он, действительно, клад свой перенёс подальше отсюда. Мне, что? Всю землю в саду переворачивать?!

— Да хоть весь лес с деревней и пастбищами. Деньги где?!

— Где-то здесь! — Женя пнул ногой маленький шкафчик у холодильника. Из-за этого нижняя доска, соединявшая ножки, отлетела. В появившемся пространстве показался тайник.

— А это что? — спросил Женя и ногой отбросил в сторону, отлетевшую, доску. Он нагнулся и заглянул в тайник. На полочке лежал большой нож. Молодой человек достал его и смахнул паутину.

Это был большой нож, немного походивший на охотничий. Длинное лезвие имело на обеих своих гранях искусную гравировку в виде рисунка лица человеческого черепа в обе стороны, от которого выходили абстрактные узоры, не похожие ни на что. Деревянная ручка также была большой, и полностью не помещалась в кулаке Жени. На месте соединения с лезвием она имела металлическую оправу в виде костей кисти руки. С противоположной стороны та же оправа было сделана в виде лиц черепов. При виде находки, Женя присвистнул. От чего получил подзатыльник от Лики.

— Не свисти, — сказала она. — Денег не будет. И так пол сада насмарку и никакого результата.

— Как будто свист тут поможет. На! — Женя недовольно всучил кинжал девушки и, потирая затылок, развернулся. — Сами разбирайтесь, что это за хрень такая, — он вышел с кухни. Через полминуты недовольно хлопнула входная дверь в дом.

— Ишь ты, — протянула Лика, рассматривая кинжал. — Прикольная вещица.

— Ага, — кивнула Настя. — Интересно, а сколько ещё таких безделушек по дому разбросано?

Через час вновь вернулся Женя.

— Пить хочу, — пояснил он на ходу девушкам, отдыхавшим на креслах у камина.

И тут его нога наступила на ковёр, которым сам же Женя закрыл дыру в полу. С криком молодой человек поехал вниз. Две соседние половицы также проломились, и молодой человек скрылся в получившемся проёме. Он сел на ковёр уже в подполье. Сверху упал кусок доски половицы и ударил Женю по макушке головы. Сам Женя замахал рукой перед лицом, отгоняя облако пыли, поднятое им при падении. Лика с Настей тут же подскочили к дыре в полу и заглянули в неё.

— Ну что? — усмехнулась Лика. — Ремонтник хренов. Довыпендривался?

— Лика, иди в жопу… — пробурчал Женя.

— Ха! Иди в жопу. Вот теперь с тебя три доски. И мне совершенно без разницы, где ты их будешь брать. А вот коврами заделывать эту дыру я тебе больше не дам.

— Да мне на фиг эта дыра не нужна, — ответил Женя. — Сама её заделывай, — и тут он увидел за углом фундамента край какого-то ящика, похожего на гроб. Молодой человек присмотрелся, но за пеленой пыли и ряда паутин, к тому же, почти в темноте — свет проникал в подполье только через зазоры в половицах, непокрытых коврами — было плохо видно.

— Мне плевать, что меня не найдут хозяева этого сарая, — сказала Лика. — Но последние дни я хочу провести, хотя бы в относительном комфорте. Поэтому, заколачивай эту дырку, чем и как хочешь. Хоть забор разбирай, но доски достань!

— Заткнись на минуту, — Женя поднялся на ноги. Его грудь оказалась на уровне пола. — Так, Лика, Настя, кто-нибудь, вообще, будьте так любезны, установить надо мной тишину и принести мне фонарь.

— Да ты сам, как фонарь! Отсвечиваешь здесь, а толку мало, — махнула Лика рукой. Настя принесла фонарь и подала его молодому человеку. Женя снова нырнул под пол и попытался подойти ближе. Но паутина с клочьями пыли, свисающими с пола, не дали ему продвинуться дальше метра. Женя осветил светом фонаря ящик. Он, действительно, походил на гроб. Тогда молодой человек снова дошёл до ковра и высунулся из подполья в дом. Он начал подниматься над полом и опускаться вновь, прикидывая, под какой из комнат мог находиться гроб.

— Ты что делаешь? — насторожилась Настя. Лика махнула рукой и, развернувшись, пошла в сторону кухни.

— Так, — задумчиво произнёс Женя. — По-моему, он находится под кухней.

— Кто? — не поняла Настя.

— Сейчас узнаем, — ответил Женя и вылез из подполья, направившись на кухню. Здесь он бегло осмотрел пол.

— Где-то здесь должен находиться вход в подполье, — сказал Женя.

— Тебе на кой? — спросила Лика.

— Он там, явно, что-то интересное увидел, — догадалась Настя.

— Сейчас узнаем, что я там интересное такое увидел, — Женя начал передвигать напольные коврики. И тут его внимание привлёк ряд половиц. Три доски были прибиты к бревну, явно, свежими гвоздями. Эти три половицы выглядывали из-под маленького шкафчика, находившегося под окном второго этажа.

— А это что? — Женя пригнулся к ряду гвоздей и провёл по нему рукой. — Это точно недавнее, — он посмотрел на шкафчик. — Ну-ка.

Молодой человек начал отодвигать шкафчик от стены. Настя принесла из сарайчика гвоздодёр. Женя убрал шкаф и начал выдирать доски. Под ними, действительно, оказалась лестница, идущая до самой земли.

— Глянь, — усмехнулась Лика. — Точно подполье.

Женя спустился вниз и оказался у ящика, который заметил из гостиной. Это был гроб. Девушки встали на колени и заглянули в подполье.

— А это что? — спросила Лика, указывая на гроб.

— Это гроб, — ответил Женя. — Ни хрена они его не зарывали в землю, а тупо спустили сюда и заколотили вход.

— То есть, — произнесла Настя, возмущённым голосом. — Всё это время мы завтраки, обедали и ужинали над трупом.

— Получается, что так, — вздохнул Женя. — Ну, наследнички фиговы, вас бы, уродов, сюда в этот дом, да ночь закрыть.

— Ну и что делать будем? — спросила Настя.

— Оставим, как есть, — ответила Лика. — Зачем нам ещё и с гробами связываться?

— А есть где?! — чуть не крикнула Настя. — Я не хочу жрать на костях покойника.

— В гостиной, — ответила Лика.

— Там дырка в полу, — развела Настя руками. — Поставим стол, а из-за него можно и не заметить её.

— Ну, тогда в спальне, — отмахнулась Лика.

— Ещё лучше, — кивнула Настя. — Я с кастрюлями и тарелками бегать по лестнице не собираюсь. И, мы, кстати, после шести не едим. А если постель борщом пропахнет? Я же не усну.

— Точно… — задумалась Лика, почесав затылок. — Блин, Женя. Придумай что-нибудь.

Женя встал на нижнюю ступень лестницы и выпрямился в полный рост.

— Я предлагаю похоронить его по-человечески, — сказал он.

— Что?! — крикнули девушки в один голос. — У тебя крыша поехала?

— А вам приятно находиться в доме, где лежит покойник?! — крикнул уже Женя.

— Нет!!! — опять крикнули девушки в один голос и продолжили в разброс. — Он там лежит чёрт знает сколько, вот пусть и лежит!.. Я не хочу ворочать гроб с телом!.. А если он из гроба полезет?.. А если гроб треснет и из него всё посыплется?!. Его же надо будет через дом нести!.. — и уже хором добавили на послесловие. — У тебя все дома?!

— Значит, так! — повысил голос уже Женя. — Не знаю, какие ритуалы вы собрались там проводить. Но я знаю одну такую, довольно-таки, интересную вещь — пока не придадут тело земле, душа покойного может шараёбиться по земле до скончания времён!

— Ты дебил! — крикнула Лика. — И где ты его собрался закапывать? В подполье?

— Нет! — резко ответил Женя. — Можно, — он покачал головой. — И в саду зарыть. У меня там, как раз, несколько могил уже вырыто. Правда, пустых. Но это дело не меняет.

— Ну, хорошо, — сказала Настя. — Я тогда тоже знаю одну не менее интересную вещь — покойника надо не только зарыть, но ещё и отпеть по церковным обычаям.

— Вот! — Лика указала на подругу.

— И как ты собрался это делать? — продолжала Настя. — Сюда ни один поп добровольно не сунется, разве, что за его сокровищами и то под покровом ночи, чтобы его никто не спалил. Нести гроб на кладбище, так местные тоже хрен тебе позволят закопать его там. А если чувак и, правда, злобным был, как о нём говорят, так его и там никто не согласится отпевать. И что дальше?

— Давайте, просто попробуем, его закопать, — вздохнул Женя. — У нас, конечно, только несколько дней осталось тут жить. Но, согласитесь, жить в доме, где гуляют призраки, падает мебель, да ещё и этот, — он пнул ногой гроб. — Под полом лежит, не очень-то и приятно.

Тут уже вздохнули девушки. Лика поднялась на ноги.

— Тебе надо, ты и закапывай, — сказала она и пошла куда-то в сторону гостиной.

— А выносить? — сказал Женя ей вслед. — Я один этот ящик не упру. А у Насти, явно, силёнок не хватить. Давай, иди сюда.

После недолгих препираний Лика всё же согласилась помочь Жене в его нелёгком труде. Вместе они начали тянуть гроб наружу, из подполья. Чертыхаясь и матеря план Жени, Лика проклинала всё на свете.

Достать гроб оказалось не так-то просто. Когда Женя с Ликой смогли поднять его по лестнице, таща по земле, при этом держась за одну ручку с торца, он упёрся своим углом в стену. Вход в подполье начинался у самой стены, от которой вниз и уходила лестница. Ребята попытались развернуть гроб, но он своей крышкой упёрся в нижнюю сторону половицы своим противоположным углом.

— Балин… — протянул Женя. — По ходу, придётся и холодильник отодвигать.

— Нет, вот сдался тебе этот гроб, — всплеснула Лика руками.

— Да, сдался! — рявкнул Женя и начал отодвигать холодильник.

— Осторожней, — вздохнула Лика. — Щи не расплескай.

— Какие щи? — недовольно ответил Женя.

— Которые там стоят, — ответила девушка. — Это наш обед и ужин. Второй раз я готовить не буду. И Симу эксплуатировать тебе я не дам.

— Тьфу, ты… — злобно сплюнул Женя и открыл холодильник. В центре верхней полки стояла большая кастрюля в окружении палки колбасы, ломтика сыра, буханки хлеба, двух литровых пластмассовых бутылок минеральной воды, упаковки плавленого сыра, блюдец с помидорами, огурцами, пакета яблок и прочего. Все полки холодильника были полны еды. На дверце агрегата стояли бутылки подсолнечного масла, красного вина, газированной воды, баночка мёда, в подставках стояли пять свежих куриных яиц… Женя оглядел всё это.

— Приехали на неделю, а хавчика набрали, как на месяц, — сказал он.

— Так и ты тоже налегаешь на «покушать». Так, что… — Лика развела руками. — Суп, главное, не угробь. И морозилку не открывай, а то фиг потом закроешь.

Женя вздохнул и убрал кастрюлю с супом на плиту, попутно захватив несколько мешочков с фруктами и овощами.

— Всё легче будет, — пояснил он.

Когда холодильник оказался в стороне, они продолжили тянуть гробь. Но он упирался всеми своими углами во всё, что мог.

— Да, тихо ты, — ворчала Лика. — Аккуратней. Не дай Бог нижние доски проломятся.

— Не проломятся, — натужно произнёс Женя, стараясь подтянуть гроб на себя.

— Откуда ты знаешь, — недовольно сказала Лика. — Он там лежал чёрт знает сколько. А нижние доски, вообще, были на земле. Наверняка, все прогнили.

— Да, не каркай ты!

Наконец, гроб оказался вне подполья. Женя приложил последние силы, вытаскивая его, и теперь его руки дрожали.

— Ставим, ставим, ставим, — затараторил он, понимая, что не удержит груз.

Лика осторожно поставила на пол свою сторону гроба. Женя из последних сил быстро опустил свою… прямо себе на ногу. Молодой человек взвыл от боли и выдернул ногу, запрыгав на другой ноге.

— Зараза!.. — произнёс он. — Больно же…

Лика тяжело вздохнула, глядя на молодого человека. И тут она заметила, как из щели между досками вылезает гусеница.

— Женя, блин! — крикнула она. — Иди ты на фиг со своими похоронами! Из него же опарыши прут!

— Ёшь твою медь! — выругался Женя. — Иди, дверь открывай.

— Ты ближе, ты и открывай.

Женя гневно плюнул и подошёл к двери чёрного выхода, распахнув её настежь.

Вместе с Ликой они подхватили гроб и понесли его к двери. Женя одной рукой держал ручку с торца гроба, девушка — обеими руками вцепилась в ручку со своей стороны. Проходя по месту, где только что стоял гроб, Лика почувствовала, как под ногами лопаются гусеницы.

— Ну, Женя, — процедила она сквозь зубы.

— Потом ещё спасибо скажешь, — усмехнулся тот.

— За что? За то, разнёс полкухни, вымазал пол, да ещё и эту гниль тащить заставляешь?

— Никого я не заставлял, — отмахнулся Женя свободной рукой. — Я просто просил мне помочь. А согласилась ты сама.

— Тяжеленный какой, — простонала Лика.

— А ты думала, — вновь усмехнулся молодой человек. — Это ж тебе не какой-то там хрен с бугра, а сам колдун. Могла бы и уважение выказать, всё-таки, такого человека несём.

— Ага, — отозвалась Лика. — А то он нам уважение выкажет. Ещё раз в медведя превратиться и выкажет лапой по морде.

Они вышли с кухни, свернули на тропинку и понесли гроб мимо фасада дома. На ступенях крыльца, с книжкой на коленях, сидела Настя. Увидев друзей, несущих гроб, она сморщилась.

— Фу-у-у… — протянула она. — Я специально с кухни ушла, чтобы вас с этим ящиком не видеть.

— И поэтому уселась у тропы на сад? — улыбнулся Женя.

— Не придирайся к ребёнку! — крикнула Лика.

— Этот ребёнок уже выше меня, — засмеялся Женя.

— И что? Ей всего пятнадцать. Блин… Тяжёлый какой, — простонала Лика.

— Это ты про гроб или про меня? — Настя с подозрением посмотрела на подругу.

— Это я про этот мешок с… — Лика замялась.

— С чём?! — усмехнулся Женя.

— Я бы сказала, — рявкнула Лика. — Заткнись и тащи его, раз надоумил меня тебе помогать.

— С говном, что ли? — подала голос Настя. Лика строго посмотрела на неё.

— Нет, ну, что ты, — опять засмеялся Женя. — С золотом.

И тут в голове Лики промелькнула мысль.

— Так, стоп! — скомандовала она.

— Какой стоп? — недовольно спросил Женя. — Тут идти осталось всего нечего.

— Стой, я тебе говорю. Ставим.

Они опустили гроб на землю. Лика выпрямилась, положив ладони обеих рук себе на спину.

— Моя спина, — простонала она.

— Что с тобой? — спросил Женя.

Видя, что друзья остановились, Настя спустилась к ним.

— Спина у меня болит, — ответила Лика.

— Я не про это, — махнул Женя рукой. — Почему остановились? Спину так прихватило, старушка?

— Ещё одно такое слово, — Лика серьёзно посмотрела на Женю. — И я тебя в одном гробу с этим зарою, — она пнула гроб.

— Не видишь, что ли, что ей тяжело, — сказала Настя Жене. Молодой человек отмахнулся от неё и уставился куда-то в сторону.

— Меня другое волнует, — сказала девушка, отдышавшись. — Почему он такой тяжёлый?

— Может, он там опять в медведя обратился, — усмехнулся Женя. — Специально, чтобы не могли его далеко отнести.

— Хватит ржать, — огрызнулась Лика. — Вот, может, ты и прав.

Женя резко обернулся на девушку.

— Чего? — не понял он.

— Я про золото.

— Какое золото? — опять не понял молодой человек. — А! Ты про это. Так, погоди, — догадался Женя о ходе мыслей Лики. — Так ты думаешь, что… — он указал на гроб.

— Дошло, наконец, — вздохнула Лика. — Я же тебе говорю, тяжёлый он.

— Да, нет, — задумчиво произнёс Женя. — Не. Не-а. Нет. Тяжёлый, потому что человек. Мы же не знаем, сколько он при жизни весил. Может, центнер. К тому же, сама видела, что из гроба насекомые посыпались…

— Фу-у-у… — сморщилась Настя.

— Ага, — кивнул Женя. — На кухню пока не заходи. Плюс ко всему, сама видишь, что доски влажные. Отсырел гроб, вот и потяжелел.

— Ты уверен? — усмехнулась Лика. — Может, он свои денежки и унёс с собой?

— Кто? — вздохнул Женя и указал на гроб. — Этот, что ли? Не он же сам себя хоронил, а наследнички его закопали. Точнее, насвистели, что закопали. А самим даже могилу лень копать было.

— Так он же как-то выбирается из этого своего гроба, — всплеснула Лика руками. — Вот он сам достал свой клад и перенёс себе же в гроб.

— Лика… — произнесла Настя, глядя на подругу, как на человека, сказавшего глупость.

— Что Лика, — ответила та. — Он тяжёлый. Слишком тяжёлый для человека.

— Да, я тебе говорю, что там нет ни хрена, кроме трупа, наполовину сгнившего, — ответил Женя недовольно. — А если не веришь, давай, вскроем гроб, — он с насмешкой посмотрел на девушку. Лика сморщилась. Ей хотелось удостовериться, что никакого золота там нет, но и наблюдать полуразложившегося покойника ей точно не хотелось. С минуту она стояла у гроба в размышлениях под пристальными взглядами друзей. Затем пригнулась к гробу и втянула воздух носом.

Женя, при виде такой картины, поднял вверх левую бровь. В нос Лики ударил ужасный смрад. Девушка резко выпрямилась и отшатнулась от гроба, одной рукой зажав нос, а другой — замахав перед лицом.

— Ладно, уговорили, — произнесла она. — Ни черта там нет, кроме этого… Фу-у…

— Вот и славно, — вздохнул Женя. — А теперь хватай ручку и понесли его. Чем быстрей зароем, тем быстрее я успокоюсь.

— Давайте-давайте, — затараторила Настя. — Уносите эту вонючку отсюда.

— Так, взяли, — скомандовал Женя, и вместе с Ликой, они понесли гроб в сторону сада. Настя проводила их взглядом, пожала плечами и вернулась на ступени крыльца, подняв книгу, которую она оставила здесь, вернувшись к чтению.

Друзья поднесли гроб к краю одной из ям и поставили его. Лика, выпрямившись, опять схватилась за спину. Женя усмехнулся, глядя на это, и взялся за лопату. Спрыгнув в яму, он начал расширять её, энергично замахав лопатой. Лика сорвала два больших листа лопуха и, положив их на край ямы, села на них, свесив ноги.

— Вот и надо это тебе? — спросила она, скучающим взглядом, смотря на молодого человека.

— Да, — спокойно ответил тот. — Хотя бы так. Того гляди, и впрямь душа его хоть немного да и успокоится.

— Так его, хотя бы отпеть надо.

— Сами справимся, — отмахнулся Женя.

— Это как?

— Я «Отче наш» знаю, — Женя посмотрела на девушку. Та усмехнулась.

— Этого мало, нужна молитва, нужен ритуал, нужен священник.

— Да, на фиг мне твой священник. Крест над могилкой поставим. А ритуал попробуем из книги повторить.

— Ага, щас, — кивнула Лика. — Я свой ритуал проведу. Вот он точно поможет.

— Если он поможет твои веники с кухни убрать, то я за, — Женя поднял правую руку с лопатой вверх и с размаха вонзил её в землю. Полотно лопаты вонзилось в грунт и громко звякнуло. Женя с Ликой насторожились. Женя ещё несколько раз постучал лопатой по некоему предмету, чтобы убедиться, что звук ему не привиделся. Но лопата, всё также во что-то упиралась.

Лика вскочила на ноги и подошла ближе. Женя с удвоенной силой принялся выкидывать землю на поверхность. Лика стояла совсем рядом с образовавшемся отвалом.

— Так, Лика, иди на фиг отсюда, — недовольно сказал молодой человек. — Ты мне мешаешь.

— Туда землю бросай, — указала девушка на противоположный от себя край ямы.

— Сюда мне сподручней, — ответил Женя. — Уйди, говорю, — и он кинул очередную порцию земли на ноги Лики. Та в ответ резко подала одну ногу вперёд, осыпав молодого человека землёй. Тот недовольно покосился на девушку, отряхивая голову. Лика всё же перешла на другой край ямы.

Вскоре из земли показался край деревянного сундука. Женя всё быстрей махал лопатой. Склон ямы стал почти вертикальным, а сундук показался только наполовину. Ещё через пару минут от земли был освобождён навесной замок, запиравший сундук.

Женя перестал копать, отбросил лопату в сторону и схватился за боковую ручку сундука, потянув его на себя. Однако сундук всё ещё прочно сидел в земле. Лика спрыгнула к Жене и помогла ему вытаскивать клад. Общими усилиями сундук, всё же, сдвинулся с места, но не более чем на несколько сантиметров.

— Да хрен с ним, — сказал Женя, отпустив ручку сундука. Лика тоже её выпустила и выпрямилась, тяжело дыша.

— Смотри, — Женя указал на замок. — Это замок.

— И что? — спросила Лика. — Опять нужен ключ?

— Угу, — кивнул молодой человек. — Но мне что-то подсказывает, что наша Настя ключ от него носит у себя на шее.

— Точно, — вспомнила Лика. — Он же так никуда и не подошёл.

— Всё, давай. Иди за ключом. С сундуком я и сам справлюсь.

Лика выскочила из ямы и опрометью бросилась к дому.

— Настя!!! — закричала она, вбегая в прихожую. И тут она чуть не угодила в большую дырку в полу, проделанную Женей час назад. Девушка остановилась на самом её краю. Носки её кроссовок уже нависли над пустотой. Она замахала руками, пытаясь удержать равновесие. Её качнуло сначала вперёд, затем назад, потом опять вперёд.

— Женя, мать твою… — проговорила она, раскачиваясь на краю пропасти. Наконец, её перестало штормить, и она смогла сделать шаг назад.

— Фу-у-у… — облегчённо выдохнула Лика. — Убью гада. Так, о чём это я? Ах, да. Настя!!! Ты где?!

Ответа не последовало.

— Настя, блин! — крикнула Лика, проходя по гостиной. Однако, в доме царила тишина.

— В спальне, что ли? — произнесла Лика, попутно заглянув на кухню, где также никого не было. Но и в спальне Насти не оказалось. Зато на кровати были разложена её одежда, а у подушки лежал заветный ключ. Лика схватила его и поспешила вернуться в сад.

Женя, тем временем смог вытащить сундук в центр дна ямы и теперь счищал с него остатки земли. Лика спрыгнула к нему и протянула ключ.

Женя встал на одно колено и посмотрел на замок.

— Вот, что за варварство, — сказал он. — Нет бы прикрыть замок чем-нибудь.

— Ну, что опять тебе не нравиться? — выдохнула Лика.

— Вся замочная скважина в земле, — ответил молодой человек. — Не дай Бог этот замок отсырел под землёй. Это будет полный трендец, — он поднял замок над петлёй и похлопал по его обратной стороне ладонью. Из замочной скважины тут же посыпались остатки земли.

— Да, открывай ты его уже, — с нетерпением сказала Лика. — Давай, уже.

— Ладно, — развёл Женя руками. — Но если не получится, просто сломаем. Он же не такой красивый, как тот, что мы с чердака спустили.

— Женя!

— Ладно-ладно, — Женя вставил ключ в замочную скважину и повернул его. Замок на удивление легко поддался. Откинув верхнюю крышку, ребята замерли. Перед ними блестели золотые монеты и ожерелья, драгоценные камни переливались, казалось, всеми цветами радуги, слитки благородного металла слепили глаза своими солнечными зайчиками.

— И, всё-таки, это правда… — выдохнул Женя.

— А ты сомневался?

— Не думал, что это… — Женя указал на сундук. — Окажется наяву, а не в бреду двух стариков на трассе.

— Но ты же копал, — Лика удивлённо посмотрела на молодого человека. — Полсада перерыл.

— А что мне тут ещё делать? — Женя развёл руками. — Телека нет, компа тоже. Интернетом в этой глуши и не пахнет. Надо же себя было как-то развлечь.

— Мог бы доски в полу поменять. Тогда и не пришлось бы тащить эту гниль сюда, — Лика недовольно указала на гроб.

Яма была вырыта у одного из фруктовых деревьев. То ли яблоня, то ли груша теперь показывала сеть своих корней на склоне ямы. В какой-то момент она не удержалась и начала заваливаться на ребят.

Лика с Женей вскрикнули и отпрянули в стороны от сундука. С треском ломающихся ветвей, шумом листьев и просто грохотом дерево завалилось на яму, нырнув в неё своей кроной. В последний момент Женя успел ногой захлопнуть крышку сундука, прежде того, как на сам сундук ляжет ствол дерева. Вместе с Ликой они упали на склоны ямы. Меньше минуты ушло на то, чтобы осознать произошедшее.

— Так, всё ясно, — сказал Женя, переведя дух. — Этот, — он указал пальцем на гроб, — не даст нам вывести своё золото.

— Ага, — кивнула Лика, глядя на своего собеседника сквозь просвет в ветвях дерева.

Стемнело. Где-то в деревне пастухи загоняли в хлева последних заплутавших коров и быков, которые недовольно мычали, пугая лесных птиц. Петухи уже успокоились.

Лика сидела на крыльце дома и задумчиво смотрела в огромное звёздное небо. Ночь наступала безлунной. И все звёзды были видны на безоблачном небе. Некоторые отдавали голубоватым оттенком, некоторые — желтоватым, какие-то из них переливались. Млечный Путь раскинулся чуть в стороне от зенита, показывая мириады самых разных звёзд. Лика, как заворожённая, наблюдала за тем, как над мелькают узкими полосками падающие звёзды, как медленно точками плывут в вышине спутники. Девушка не могла оторваться от всего этого великолепия бескрайней Вселенной.

В доме послышался смех Насти и голос Жени. Лика невольно опустила глаза и обернулась на дверь. Время подходило к полуночи. Девушка недовольно покосилась на изрытый сад, ставший кладбищем для бывшего хозяина дома. Женя, всё-таки, закопал гроб, но уже в другой, соседней, яме. Теперь на этом месте стоял, грубо сколоченный, крест. Сундук с сокровищами решили не трогать. По пути к дому ещё много деревьев, которые также могут упасть в любой момент. Нести его в машину, так автомобиль жалко и до дома надо на чём-то добираться. С сундуком вряд ли что случится, а вот нести его на себе в город, находящийся в сотнях километров отсюда — очень натужно. Вот и решили кладоискатели оставить свою находку на месте. Дерево тоже решили не убирать. Колдун, всё равно, своё имущество без боя не отдаст, а так, хоть какая-то маскировка.

Лика поднялась на ноги и вошла в прихожую. Она покосилась на разросшуюся дыру в полу, которую так никто и не заделал.

— Ну, что?! — сказала, как можно громче. — Готовы к изгнанию дьявола?

— К изгнанию готовы, дьявола — нет, — ответил Женя.

— А тебя никто и не спрашивает.

Центр комнаты освободили от мебели и ковров.

— Кресла я понимаю, — сказал Женя. — А ковры-то зачем убирать?

— Чтобы я могла слышать, когда ты в призрака решишь поиграть. Знаю я тебя, приколиста. В прошлый раз меня чуть инфаркт не хватил, когда ты со спины ко мне зашёл. Хватит с меня твоих шуток!

В центре комнаты поставили большой стол. В камине развели огонь.

— А это зачем? — не унимался Женя.

— Живой огонь нужен всегда, — пояснила Лика. — Хотя бы простая свеча, но должна гореть. Нечисть очень боится именно живого огня. Не электрического, а природного, — она покосилась на Женю. — Ну, или тебя отогнать, в случае чего.

— Очень смешно, — сплеснул Женя руками.

— Лучше дуй на кухню, отвар принеси.

— А где он?

— На плите. С борщом только не перепутай, — Лика усмехнулась. — Мы его хотим прогнать, а не накормить.

— И про план из книги не надо забывать, — крикнул из кухни Женя.

— Да отстань ты со своим планом, — отмахнулась Лика.

Молодой человек подошёл к плите. Все конфорки были заняты кастрюлями. Женя открыл первую попавшуюся кастрюлю. Внутри ещё шипела какая-то непонятная тёмно-зелёная жижа. Женя принюхался к облакам пара, клубившимся внутри кастрюли, и тут же сморщился и отпрянул назад, выронив крышку.

— Лика, блин… — произнёс он, зажимая нос пальцами.

На шум в кухню заглянула Лика.

— Только не говори, что ты разлил отвар, — сказала она настороженно.

— Да, лучше бы разлил, — Женя сделал ещё один шаг от плиты. — На хрена тебе эта отрава понадобилась?

— Ты её пить будешь, — ответила Лика с серьёзным лицом.

— Что?!

— А вот ещё одна такая фразочка, и я тебе этот отвар в глотку волью. Понял?! Неси на стол.

Женя сделал шаг к плите и вновь сморщился. Одно только воспоминание об этом запахе делало ему дурно. Тогда молодой человек резким движением сорвал с петли у раковины полотенце, обмотал им нижнюю часть лица и только тогда вернулся к плите. Почесав макушку, Женя закрыл кастрюлю, взял её за ручки и вынес в гостиную.

— В ковбоев решил поиграть? — усмехнулась Настя, увидев Женю.

— В химзащиту, блин, — огрызнулся тот. — Кастрюлю только не открывай.

— А что там? — Настя сняла крышку и заглянула внутрь кастрюли. Её тут же неведомая сила заставила отпрыгнуть назад.

— Что это? — спросила она, махая рукой перед лицом.

— Это приговор нашему колдуну, привет от Лики, в общем.

Тут над кастрюлей сделала вираж большая муха. Насекомое пролетело сквозь клубы пара и, в какой-то момент, начало резко терять высоту. Видимо, потеряв сознание прямо в полёте. Её тельце упало в кастрюлю. Жижа, подобно болотной трясине, затянула в себя бездыханное тело мухи. Настя с Женей переглянулись. Девушка тут же вернула крышку на место.

— И что вам не нравится?! — послышался позади них голос Лики.

— Твоя травяная настойка, — ответил Женя. — Вот жрать ты всегда умела готовить. Тут я не спорю. Лучшего кулинара ещё надо поискать. Но с зельеварением у тебя точно проблемы.

— А ты, и правда, пить собрался? — усмехнулась Лика.

— Нет, конечно, — отмахнулся Женя. — Но польза от него пока только одна. Оно с мухой разделалось на раз-два. Хотя, Настя её полдня по дому гоняла.

Лика махнула рукой.

— В общем, так, — командным голосом произнесла она. — Время подходит. Я тут пошарила по шкафам и нашла-таки свечи. Ты, — она вручила Жени три свечи. — Поджигай их и ставь на стол. Каждому из нас по свече. А ты, — она указала на Настю. — Лучше бы мух гоняла, а не занимала собой полплиты.

— Это как понять? — Женя посмотрел на Настю.

— Она решила пойти твоим путём и отвадить колдуна по той дурацкой книге, — ответила Лика.

— Ты, всё-таки, это сделала! — Женя радостно щёлкнул пальцами и указал на Настю.

— Да! — крикнула Лика. — Теперь там целая кастрюля не пойми чего конфорку занимает.

— Погоди, — задумался Женя. — Если одна кастрюля твоя отрава, вторая — из рецепта по книги, а две другие, тогда что?

— Хавчик на завтра, — развела Лика руками. — Щи ты же за ужином все сожрал. И не подавился. Короче, Сима, пошли, поможешь.

Девушки вернулись на кухню. Женя достал зажигалку и начал щёлкать кнопкой. Как только появилось пламя, молодой человек поднёс фитиль свечи к нему. Но пламя тут же погасло.

— Не понял, — произнёс Женя и снова зажёг огонь. В этот раз язычок пламени изогнулся в сторону от свечи.

— Опять не понял, — повторил Женя. И тут пламя слетело с зажигалки и устремилось в угол комнаты, стремительно увеличиваясь в размерах. Уже через пару секунд оно обрело очертания человеческой фигуры в полный рост. Отдельные языки пламени показывали изгибы мышц рук, ног, торса. Вместо головы пылал огненный шар. Фигура тут же схватила себя за голову и метнула этот шар в Женю. Молодой человек выронил свечи с зажигалкой и отпрыгнул в сторону.

— Мать твою! — крикнул он. Шар пролетел совсем рядом с ним и угодил в подполье через дыру в полу. Фигура исчезла. Женя вскочил на ноги и вбежал в кухню, закрыв за собой дверь и прижавшись спиной к двери. Девушку недоуменно посмотрели на него.

— Этот хмырь проснулся, — пояснил Женя, тяжело дыша. Лика отодвинула его в сторону и зашла в комнату. Пол в углу, где находилась фигура, горел.

— Пожар! — крикнула Лика. — Сима, срочно воды!

Настя завертелась на месте, думая, что схватить. Запаса воды не было, пустой тары тоже. Женя ехидно улыбнулся.

— Там, на столе кастрюля стоит, — произнёс он. — Ею и затуши.

— Ага! — крикнула Настя. — Чтобы Лика мне потом эту кастрюлю на голову одела?! Короче… — она схватила кастрюлю с супом и выскочила в гостиную. Объёма вылитого вполне хватило, чтобы затушить пламя. Лика с недовольным видом посмотрела, как остатки супа растекаются по полу.

— Я, конечно, понимаю, что пожар это плохо, — сказала она и посмотрела на подругу. — Но харчо тут причём?

Настя развела руками, но вспомнив, что она держит в руке пустую кастрюлю, тут же спрятала её за спину.

— Ну, и чё завтра жрать-то будем? — продолжила Лика. — И, вообще, — она повернулась к, давящемуся смехом, Жене. — На кой хрен ты пол поджёг. Я же тебя просила зажечь свечи, а не дом спалить.

— Да, не я это, — развёл Женя руками. — Говорю же, этот перец опять появился.

— Ну, и где он? — спросила Лика.

— Был там, — Женя указал на место недавнего пожара.

И тут вспыхнуло пламя в камине. С момента, когда остатки шкафа были сожжены, камин почистили от золы и уложили свежие дрова. Они-то и вспыхнули сами по себе.

— Бли-ин… — протянул Женя. — Не надо было его в прошлый раз факелом травить.

— Почему? — быстро спросила Настя, отступая назад, от камина.

— Потому что он нам сейчас сам огнём всё припомнит, — ответил Женя.

И тут из камина начали вылетать пылающие дрова. Одна из палок упала на диван. Огонь тут же начал захватывать пространство вокруг головёшки. Женя молниеносно подскочил к Насте, выхватил из её рук пустую кастрюлю и вбежал в кухню.

Лика вскрикнула, когда над её головой пролетела другая головёшка, и бросилась на второй этаж. Женя на кухне подскочил к раковине, бросил в неё кастрюлю и открыл воду. Одна из головёшек влетела на кухню, упав на стул, служивший ножкой для стола. Женя схватил эту головёшку за не горящий конец и выбросил в разбитое окно. Над его головой в окошке второго этажа мелькнула фигура Лики.

— Лика! — крикнул молодой человек. — Этот полудурок попытается книгу свою спалить! Ищи её!

— А золото?! — ответила девушка.

— Да, хрен с ним, с золотом! Ничего ему не будет. Это ж металл. А книга сгорит ко всем чертям! Спасай её!!!

Комнаты начали заполняться дымом. Женя схватил кастрюлю, наполненную только наполовину, и выбежал в гостиную. Диван уже пылал вовсю. Сравнив масштаб пожара с объёмом воды в кастрюле, Женя просто бросил кастрюлю на диван и махнул рукой. На втором этаже послышались крики.

Женя вбежал на кухню. В окошке у второго этажа он увидел, как какая-то тёмная, полупрозрачная тень за ногу тащила Лику по полу. Девушка кричала и извивалась, как могла, пытаясь ударить тень свободной ногой.

— Иди к чертям, потусторонняя зараза! Отпусти меня! — кричала Лика. В руке она пыталась удержать книгу. Но слишком массивная книга выпала у неё из рук и, через окошко в стене, полетела на кухню, упав на шкафчик у холодильника. Женя тут же схватил её.

— Да! — выпалил он. — Цела!

Тут столешница вылетела из кухонного стола и упала на пол. Ложки, вилки, ножи выпали. Но уже в следующую секунду они поднялись в воздух, развернув в сторону молодого человека все свои острые лезвия и концы.

— Вот засада… — выдохнул Женя.

За доли секунды он носком своей туфли подцепил половик и резким движением ноги подбросил его вверх. Столовые приборы устремились в него. Они воткнулись в плотный материал половика и, через него, ударились в книгу, которой Женя прикрылся. Несколько вилок пролетели под книгой и через половик смогли уколоть молодого человека в живот и по ногам.

— Ай! Больно! — вскрикнул тот и бросился прочь из кухни. Когда он выбегал в гостиную, кухонный стол влетел в двери соединяющие гостиную с кухней. От мощного удара стол вмиг разлетелся на сотни щепок. За спиной Жени слева направо пролетел целый поток щепок. Молодой человек перепрыгнул валявшийся стул и бросился к дверям выхода. Но двери распахнулись сами, и в дом вбежала Настя. В руках она держала огнетушитель, который она взяла из машины.

Девушка тут же начала тушить пожар из огнетушителя. Женя забежал ей за спину. Огнетушитель фыркнул пару раз и замолчал.

— Ну, давай же! — крикнула Настя, пытаясь справиться с ним. — Вот же работал. Заводить, гадина!

— Лика! — крикнул Женя. Девушку призрак отпустил у самого края лестницы. Испуганная, Лика лежала на полу, переводя дух. Услышав молодого человека, она посмотрела на него. Женя показал ей книгу. Девушка тут же вскочила на ноги. Женя размахнулся и бросил ей книгу. Та пролетела в стороне от Лики. Девушка вытянула руки, чтобы поймать её. Она смогла схватить её. Но, удержать оказалось ещё сложнее. Книга просто увлекла девушку за собой. Лика улетела дальше по коридору.

— Дай сюда, — Женя забрал огнетушитель у Насти и сам начал пытаться оживить его. Но он заклинил накрепко.

— Так, Настя, — произнёс Женя. — Быстро на второй этаж.

Девушка вскочила на ступени лестницы и побежала наверх, перепрыгивая две-три ступени за один раз. Женя замер на месте, думая, что предпринять. Он судорожно переводил взгляд с одного предмета на другой. Огнетушитель он так и держал в руке.

В какой-то момент, не придумав ничего иного, Женя размахнулся огнетушителем и бросил его в камин. Тут же молодой человек бросился из дома. Он выскочил на крыльцо, перемахнул через перила и рухнул на землю, почти сразу прижавшись к углу дома и крыльца.

Через пару секунд прогремел взрыв. Стёкла из всех окон посыпались на землю. Из окна гостиной вылетел табурет, выбив деревянную раму, и упал в кусты. Все птицы в округе с криками поднялись с ветвей всех, окружающих дом деревьев, и в панике стали разлетаться в разные стороны. Женя прикрыл голову руками.

С минуту он лежал на земле. После взрыва воцарилась мёртвая тишина. Женя сел на земле, стряхнул с себя осколки стекла и осмотрелся.

— Нормально дёрнуло, — поковырялся он пальцем у себя в ухе. — А! Девчонки-то! — он резко вскочил на ноги и вскарабкался на крыльцо через перила. Заскочив в гостиную, он увидел картину полного погрома в комнате. Лика и Настя уже спускались с лестницы. В комнате повисла белая пелена порошка из огнетушителя. Отверстие в камине сильно увеличилось в размере. Отовсюду несло гарью, но открытого пламени нигде не было.

— Здорово, — усмехнулась Лика. — И это всё?

— Ну, не такой уж он и дурак, — ответила Настя. — Чтобы собственный дом палить.

И вдруг, прямо перед Женей вверх взвились огромные языки пламени прямо из половиц. Молодой человек вскрикнул от неожиданности.

— Нет! Всё-таки, дурак он, — выпалил Женя. — Быстро из дома.

Лика первой бросилась к дверям. Но, видимо, в панке она забыла, что двери открывались внутрь прихожей. Девушка плечом врезалась в обе двери и снесла их. Одна дверь с шумом рухнула на крыльцо и покатилась по степеням до самой земли, вторая — слетела с верхней петли и осталась держаться у косяка на нижней петле.

— И что теперь? — спросил Женя, глядя через дверной проём, как пламя пожирает гостиную.

— Кирдык всему, — выдохнула Лика.

— Ребята, — протянула Настя. Женя с Ликой посмотрели на неё. Настя указала на сад.

— И что? — не понял Женя. — Так, погоди… — он быстрым шагом направился в сад.

— Я ничего не поняла, — развели Лика руками.

— Креста нет, — ответила Настя.

— То есть? — Лика бросилась догонять Женю. Настя побежала за ней.

Молодой человек уже стоял у разрытой могилы, на дне которой лежал гроб с разбитой крышкой.

— Вот это номер, — выдохнула Лика.

— Есть и положительный момент, — развёл Женя руками.

— Какой? — Лика посмотрела на него.

— Теперь чётко видно, что никакого золота в гробу нет, — ответил молодой человек.

— Нашёл чему радоваться, — с сарказмом произнесла Лика.

— И вот ещё, — Настя указала на следы босых ног, уходящих от могилы. И в следующий момент позади них послышался потусторонний рёв. Все трое резко обернулись. В десятке метров от них стоял зомби.

Полуистлевший грязно-белый саван с большими дырами падал с плеч покойника. Кожа и мясо местами разложились на столько, что показывали белые, с желтоватым оттенком кости. Волос на голове не было. Большие жёлтые глазные яблоки держались в глазницах черепа не понятно на чём. На пальцах рук отблесками пожара переливались длинные кривые ногти.

Настя вскрикнула и бросилась бежать в дом.

— Куда?! — крикнула Лика и побежала за подругой. — Только не в дом, там же пожар.

Женя отступил назад и упёрся в столб, на котором ещё недавно держался забор садика. И тут мертвец бросился на него. В два прыжка покойник преодолел расстояние до молодого человека и попытался накинуться на него. Женя успел поднять с земли расколовшуюся пополам жердь от забора и нанести ею удар покойнику, отбросив того от себя. Мертвец почти сразу вскочил на ноги и вновь пошёл в атаку на молодого человека.

Настя вбежала в дом, перепрыгнула дыру в полу и полетела по лестнице на второй этаж. Лика за ней перемахнула дыру и быстро застучала своими кроссовками по ступеням.

— Куда тебя несёт? — крикнула она подруге вдогонку.

— За кинжалом, — ответила Настя на бегу и ворвалась в спальню. Здесь она остановилась. Лика влетела в комнату и тут же налетела на неё.

— Так, — произнесла Настя, переводя дух. — Во-первых, — она схватила за одну ручку сундук и, размахнувшись им, выбросила его в окно, сквозь потрескавшиеся стёкла. — Теперь, — она распахнула дверцы гардероба и начала выбрасывать свою одежду на пол.

— Правильно, — сказала Лика. — Вещи спасать надо, а то сгорит всё к чертям, — она схватила свою и Настину сумки и начала впопыхах запихивать в них одежду и вещи, не разбирая, где чья. — Пока наш придурок Женёк с колдуном разбирается, мы займёмся делом.

— Да не в этом суть, — ответила Настя и достала из глубин шкафа, замотанный в полотенце, кинжал. — Я читала, что надо проткнуть сердце мертвеца этим ножом, смоченным в том зелье, что я сварила и всё, — она вскочила на ноги и выбежала в коридор, сжимая кинжал в руке.

— Ну, куда ты опять? — простонала Лика, быстро закрыла сумки и выбросила их в окно одну за другой.

Настя схватила книгу, лежавшую на полу у лестницы, быстро спустилась на первый этаж. Здесь уже всё пылало ярким пламенем. Языки огня поднимались по обоям к потолку, пол местами провалился.

Вдруг в окно с другой стороны комнаты от Насти влетел Женя. Он упал на пол, перекатился по нему и начал подниматься на ноги. Молодого человека мотало из стороны в сторону. Левая бровь была рассечена, футболка местами порвана, а на лице появились красные следы от ударов.

— Фига се покойник, — простонал Женя. — Он же силён, как бык.

Настя быстро размотала полотенце и достала кинжал. Полотенцем она обмотала голову, закрыв рот и нос, так как в комнате уже нельзя было дышать из-за гари и дыма.

В следующую секунду в окно, откуда прилетел Женя, запрыгнул покойник. Молодой человек резко на него обернулся и сжал кулаки, приняв боевую стойку. Мертвец кинулся на него и начал осыпать ударами, Женя, как мог, сопротивлялся и пытался ответить, но его попытки особого успеха не имели. Покойник, действительно, оказался очень сильным. В какой-то момент молодой человек извернулся и пинком отправил мертвеца в район буфета, находившегося в самом углу гостиной. Покойник спиной влетел в шкаф, разбив стеклянные дверцы и всю посуду внутри. Он упал на пол и начал барахтаться в черепках тарелок, блюдец, чашек…

Тут Настя и улучила момент. Она опрометью бросилась на кухню, где на плите стоял отвар трав из сундука. Девушка лихо перепрыгивала через языки пламени, которыми кое-где пылали половицы пола. Она промелькнула мимо покойника незамеченной. Тот вскочил на ноги и вновь бросился на Женю. Молодой человек быстро запрыгнул на диван, который уже превратился в пылающий факел, оттолкнулся ногой от деревянной планки каркаса сидения дивана и подпрыгнул, в полёте схватив рукоять кочерги, и второй ногой оттолкнулся от стены. Кочерга вырвалась из стены с куском штукатурки. Бросившийся в этот момент на Женю покойник, не ожидал такой прыти от молодого человека, и сам с силой влетел в стену.

Женя, недолго думая, пару раз врезал мертвецу кочергой, вырвав из его груди кусок мяса, тем самым обнажив его рёбра. Третьим ударом Женя вновь отбросил покойника в сторону буфета. Тот ловко приземлился на ноги. Женя размахнулся кочергой и швырнул её в покойника. Кочерга, конечно, была хорошим оружием, но она долго находилась над горящим диваном и смогла сильно разогреться. На ладони руки Жени остался ожог от рукояти кочерги.

Мертвец пригнулся, и кочерга просвистела над его головой. Настя в этот момент уже смочила кинжал в зелье, и хотела было бежать с ним в гостиную, когда прямо перед её лицом пролетела кочерга. Девушка вскрикнула от неожиданности и сделала шаг назад. Кочерга пробила дверь в сарайчик с садовым инвентарём и врезалась там в стену. Настя с глупым видом посмотрела на проломленную дверь сарайчика, мотнула головой, приходя в себя, и тут услышала боевые крики Жени из гостиной.

Молодой человек схватил пылающий с одного конца обломок половицы и теперь размахивал им перед лицом покойника. Тот издавал боевые крики, шипел, но подходить к молодому человеку не решался. Однако, улучив момент, он схватил рукой горящий конец обломка и силой дёрнул на себя. Женя потерял равновесие и чуть не упал к ногам мертвеца, но смог устоять на ногах, выпустив свой факел из рук. Покойник победоносно посмотрел на своего оппонента, подбросил факел вверх так, что тот перевернулся в воздухе и упал ему в руку своим, свободным от огня, концом.

Покойник зловеще улыбнулся, глядя на молодого человека сквозь огонь уже своего факела. Женя только нервно сглотнул слюну.

— Вот засада… — выдохнул он.

Покойник извернулся и попытался нанести ему удар факелом. Тогда Женя отпрыгнул в сторону, налетел на камин, подскочил, как можно выше, и, ногой оттолкнувшись от трубы камина, отскочил в сторону, оказавшись спиной к кухне. Покойник резко развернулся и метнул в него факел, сразу же перейдя в наступление. Но тут половица под его ногой треснула, и он упал на пол. Женя тоже рухнул на пол, когда факел пролетал над ним.

Настя попыталась вбежать в гостиную, когда мимо неё пролетел обломок этой самой половицы. Девушка вновь вскрикнула и отпрыгнула назад.

— Да, сколько можно!.. — крикнула она сквозь полотенце.

Женя перевернулся на живот и проследил глазами полёт факела. Рядом с ним на пол рухнул мертвец. Факел пролетел через всю кухню и угодил прямо в отверстие в двери в сарайчик, проделанное кочергой. Женя повернулся к покойнику и посмотрел ему прямо в глаза.

— А ты знаешь, что там канистра с бензином и масло для садовой техники, — сказал он покойнику. Тот с глупым видом посмотрел на молодого человека. Вместе они уставились на дверь сарайчика.

Услышав слова Жени, Настя опрометью бросилась из кухни. Она перепрыгнула покойника и выскочила в прихожую. В следующий момент прогремел взрыв.

Над домом, в ночной темноте вверх взвился огромный огненный шар, постепенно исчезая в клубах чёрного дыма. В разные стороны от него полетели пылающие обломки сарайчика вперемешку с лопатами, вилами, тяпками и прочим садовым инвентарём. Округу сотряс грохот взрыва. Огненная феерия была хорошо видна на фоне тёмного, ночного леса.

Женя прикрыл голову руками, когда над ним полетели осколки двери сарайчика. Через пару секунд, когда грохот взрыва прошёл, молодой человек опустил руки и посмотрел на мертвеца, тот тоже прикрылся руками от взрыва, но теперь смотрел на Женю, снова, как на своего противника. Он издал жуткий рёв. Женя в ответ вскрикнул от испуга и вскочил на ноги. Покойник попытался его схватить, но снова провалился одной ногой в потрескавшейся половице.

— Женя! — крикнула Настя и кинула ему кинжал. Молодой человек поймал его налету и тут же чуть не выронил. Его ручка почти выскользнула из кулака молодого человека. Женя с отвращением посмотрел на кинжал, с лезвия которого свисала капля некой жидкости. Он обернулся и посмотрел на девушку. Та в ответ развела руками.

— Согласно ритуалу, его надо было смочить в зелье, — ответила она. — Вонзи его в сердце покойника. А я пока прочту заклинание.

Женя ещё раз посмотрел на кинжал с кислым видом и перевёл взгляд на покойника, который вертелся на одном месте, пытаясь вырваться из западни пола собственного дома.

— Сердце пронзи, — недовольно произнёс Женя. — Интересно, как я к нему, вообще, подойти смогу?

— Не знаю, — отмахнулась Настя. — Умудрись, как-нибудь. И не мешай, я читать начинаю.

И тут мертвец смог вырваться из западни половиц и сходу набросился на Женю. Молодой человек не ожидал такого резкого и молниеносного выпада своего оппонента и оказался поваленным на пол. Покойник прижал его своим телом к полу. Женя успел только направить в его сторону остриё кинжала. Но покойник мёртвой хваткой вцепился в запястье руки молодого человека и начал медленно разворачивать его в сторону тела Жени.

— Меть ему в сердце! — крикнула Настя.

— Постараюсь, блин… — натужно произнёс Женя, пытаясь сдержать мертвеца. Но уже совсем скоро остриё кинжала смотрело в район сердца Жени.

— Ты обалдел?! — крикнул молодой человек. — Это я тебя должен зарезать, а не наоборот!

И тут в ход событий вмешалась Лика. Девушка схватила кусок доски и, подскочив к ним, огрела этим куском мертвеца по голове. Доска разлетелась на куски. Мертвец выпустил руку Жени и бросился на Лику. Женя перевернулся на живот и вскочил на ноги. Лика отбила атаку покойника, отбросив его от себя. Такого Женя не ожидал. Покойник налетел на него. Кинжал случайно воткнулся в плечо мертвеца. Он резко развернулся, но Женя уже мёртвой хваткой вцепился в рукоять кинжала. Они оба начали крутиться на одном месте.

— Да, не вертись ты!.. — крикнул Женя недовольно.

Лика в боевой стояке замерла на месте. Она уже давно приготовилась нанести очередной удар. Но Женя с мертвецом так быстро крутились, что она не решалась этого сделать, боясь попасть по Жене.

— Короче, — произнесла она и нанесла мощный, хорошо поставленный удар. Женя выпустил кинжал и согнулся пополам, схватившись за живот.

— Дура… — протянул он еле слышно. — Блин, больно-то как…

— Третий разряд тайского бокса, — быстро ответила Лика.

— Я и так помню, — Женя упал на колени. — Но мне-то за что?..

— Прости, промазала.

Покойник выдернул кинжал из своего плеча и внимательно посмотрел на него. До него, кажется, стало доходить то, что собирались ребята сделать с ним. Но пока он рассматривал своё же некогда оружие, Лика ещё одним мощным ударом отправила его в угол комнаты. Покойник выронил кинжал из рук. Женя видел это. Он тут же, как мог быстро, рванул к нему. По пути схватив кинжал, молодой человек навалился всем телом на покойника. Лезвие кинжала замерло в нескольких сантиметрах от плоти мертвеца.

— Настя, блин!.. — натужно произнёс Женя. — Давай уже своё заклятие.

Настя всё это время молча наблюдала за схваткой. Крик Жени напомнил ей о происходящем. Она тут же повернула книгу началом к себе и открыла нужную страницу, заложенную закладкой. Откинув в сторону клочок бумаги, выполнявшего роль закладки, и спустив с лица полотенце, девушка начала читать транскрипцию заклятия.

— «Аз вуу идумбле…» — Настя откашлялась. — Блин, язык сломать можно. Что это за наречие такое, вообще?

— Похоже на один из языков Месопотамии, — ответил Женя, пытаясь воткнуть кинжал в плоть мертвеца. — Ты дальше читай… Охренеть, у него силища… И больше не отвлекайся!..

Тут мертвец извернулся и скинул молодого человека с себя. Настя вскрикнула от неожиданности. Лика подскочила к покойнику и начала осыпать его ударами ногами. Теперь уже Женя извернулся и вновь налёг на покойника. Настя продолжала читать заклятие. Не знакомые звуки и, чудно построенные, слова давались на произношение девушке очень не просто.

— Сима! — крикнула Лика. — Читай громче и плавнее. Давай, без запинок, не анекдоты, всё-таки, травим.

Настя повысила голос и продолжила читать. Но с произношением, неизвестного ей, языка так ничего и не изменилось. Но Лика уже не обращала на это внимание. Она бегала вокруг схватки Жени с мертвецом, не зная, как помочь первому. Наконец, она не выдержала. Схватив острый осколок корпуса огнетушителя, она воткнула его в предплечье руки мертвеца, которой тот держал руку Жени с кинжалом. Покойник попытался изловчиться и вытащить осколок, но теперь молодой человек крепко сдерживал его.

Лика начала этим металлическим осколком, как рычагом выворачивать руку мертвеца.

— «… ида имене ваа у нико ме… — продолжала Настя мучить мёртвый язык, уже подходя к завершению заклятия, — … имен ауру маа би мавсух юха фасп кме». Всё, блин! Ну, и бредятина…

Тут Лика вывернула осколок и почти полностью рука покойника отсоединилась от тела. Женя упал на него под весом собственного тела, и кинжал вонзился в грудь мертвеца. Тот открыл рот и громко выдохнул. Его глаза, сосредоточенные на лице Жени, поднялись и посмотрели на, уже пылающий, потолок. Сам Женя ощутил, как его оппонент в одночасье прекратил сопротивляться. Тяжело дыша, он посмотрел на мертвеца. Лика с Настей тоже замерли на месте и посмотрели на покойника. Установилась тишина, если не считать треска горящего дерева и шума огромных языков пламени.

Мертвец очень быстро потемнел. Его глаза остеклились и выпали из глазниц черепа. В доли секунды его тело превратилось в прах. Так, что, лежавший на нём, Женя упал на пол, разметав оный прах в стороны.

— Всё? — настороженно спросила Настя.

И тут доски половицы проломились под Женей, и молодой человек с криком улетел в подполье. Сразу же после этого с потолка упала люстра, а в прихожей рухнула горящая балка, подняв в воздух фонтаны жёлтых, оранжевых, красных искр. Настя вскрикнула и отшатнулась в сторону от балки.

— Сима! Бежим!!! — скомандовала Лика и бросилась к выходу. Обежав, упавшую, балку, она схватила Настю за руку и потянула её за собой. Женя выбрался из подполья. Он всё также продолжал сжимать кинжал в руке. Позади него с грохотом осыпался потолок. Молодой человек потряс головой, приходя в себя, и опрометью бросился к выходу.

Он перепрыгнул, упавшую и пылающую, балку. В этот момент другая балка упала за его спиной. Женя вылетел в прихожую и выскочил на крыльцо. Девушки, тяжело дыша, ждали его во дворе дома.

— Так я не поняла, — сказала Настя. — Это всё или нет?

— Надеюсь, что всё, — выдохнула Лика.

— А там что ещё такое? — Женя указал рукой в сторону. Девушки посмотрели туда.

Со стороны деревни к ним приближалась толпа людей. Подсвечивая себе дорогу факелами, люди решительно двигались в сторону горящего дома. В руках у них виднелись вилы и топоры.

— Ну, всё, — сказала Лика. — Нас сейчас линчуют.

— Валим отсюда! — крикнул Женя и бросился в сторону сада. Лика начала быстро перебирать руками содержимое карманов. Достав связку ключей от машины, девушка всучила их Насте.

— Быстро подгоняй машину к саду, — скомандовала она и побежала за Женей. Вместе с ним они начали стаскивать, упавшее дерево с сундука с сокровищами. Настя подскочила к машине, открыла сначала заднюю дверцу, бросила на сидение книгу, затем стащила с шеи полотенце, бросив его на землю, и залезла на водительское сидение. Заведя двигатель, она включила заднюю передачу и, обернувшись назад, нажала педаль газа до упора. Машина взревела двигателем и понеслась на приличной, даже для заднего хода, скорости в сторону сада. Своим багажником она снесла остатки забора, разбив одну из задних габаритных фар, и остановилась у самого края ямы, где Лика с Женей ворочали упавшее дерево. Настя быстро выскочила из машины и побежала в сторону дома, свернув за его углом.

— Что ты делаешь?! — недовольно крикнула Лика. — На меня этот сухостой наваливай.

— Чтоб потом ещё и тебя тащить из этой ямы?! — также недовольно ответил Женя.

— А за каким чёртом ты здесь всё это понарыл?

— Тебя порадовать хотелось! — ответил Женя. — На меня давай эти дрова, у меня тут склон более пологий. Будет, куда его положить.

— Да, и хрен с тобой, — произнесла Лика и навалилась на ствол дерева. Дерево, действительно, быстро подалось девушке и прижало молодого человека к земле.

— Ох, ни чё се… — выдохнул он.

— Ну, и чё? — усмехнулась Лика. — Есть там, куда положить дерево?

— Ага, блин… — послышался стон молодого человека.

Вверху, на поверхности, мимо ямы, пробежала тень Насти с двумя большими спортивными сумками в руках. Девушка быстро отправила их на заднее сидение машины, завалив ими книгу. Не захлопывая дверь, она вновь развернулась и побежала обратно. Но быстро остановилась и вернулась к машине.

— Блин, этим же багажник понадобиться, — произнесла она и, открыв дверцу со стороны водителя, согнулась пополам и залезла в салон. Нажав нужный рычажок, она быстро подскочила к багажнику, крышка которого приподнялась, и резким жестом задрала её кверху. После этого она вновь рванула в сторону дома.

Лика, удерживая ствол дерева одной рукой, схватилась другой рукой за ручку сундука и рванула его на себя. Сундук сдвинулся с места, сломав несколько мелких веточек дерева.

— Эх, помог бы кто, — протянула она с надеждой в голосе, но ответа не последовало. — Я, говорю, помог бы кто. Женя, мать твою! Хорош там уже прохлаждаться!

И опять тишина.

— Женя? — уже с тревогой в голосе позвала его девушка. Чуть в стороне от неё зашевелились ветви дерева. Кто-то прополз змейкой под стволом, пошумел ветками в кроне дерева, и подлез к самому сундуку. Слева от Лики показалось недовольное лицо Жени. Молодой человек вылез полностью, вытащил из-за уха веточку и отбросил её в сторону. Затем всем телом, боком, навалился на ствол дерева, сдвинув его больше в сторону от сундука, и схватился за его противоположную ручку от Лики.

— Тяни… — натужно произнёс он и рванул сундук на себя одновременно с Ликой.

Сундук быстро подался и вылез полностью из ветвей. Женя с Ликой опустили его на землю, тяжело дыша. Женя сделал шаг от дерева, и оно вновь свободно легло на землю.

— Они разбудили колдуна!.. — послышались приглушённые крики.

— Дьякон! Осени их крестным знамением!.. — вторил второй голос.

Женя с Ликой посмотрели друг на друга.

— Ну, всё, — сказал молодой человек. — Теперь нам точно хана.

Они подхватили сундук и начали быстро подниматься вместе с ним по склону ямы. Уже у самой поверхности Женя поскользнулся и чуть не упал, зарывшись носом в землю, но смог устоять, подставив свободную руку.

— Аккуратней, блин… — произнесла Лика.

— Какая к чертям аккуратность, — ответил Женя. — Когда нас сейчас знамением дьякон осенит?!

Они поднесли сундук к багажнику и остановились.

— Не войдёт, — выдохнула Лика. Женя отпустил сундук и начал выбрасывать из багажника всё его содержимое: запасную покрышку, домкрат, гвоздодёр, не понятно, откуда взявшийся здесь.

— Теперь места должно хватить, — сказал Женя. Вместе с Ликой они подняли сундук и поставили его в багажник. Задняя ось колёс автомобиля немного просела под тяжестью нового груза.

— Есть! — радостно выдохнула Лика. — В аккурат.

Они захлопнули крышку и рванули в разные стороны, но друг на друга, тут же столкнувшись лбами.

— Ёлки, Лика…

— Женя, иди в баню!..

Они быстро обогнули друг друга, толкнув друг дружку, и побежали к разным дверцам машины. Лика быстро запрыгнула на место водителя. Женя заскочил на заднее пассажирское сидение, рядом с тем, куда Настя бросила сумки.

— Сима! Быстрее! — крикнула Лика в открытое окно дверцы, глядя в зеркало заднего вида, как её подруга бежит к машине с сундуком в руках.

— Настюха! — крикнул Женя. — Шевели булками энергичнее! — и захлопнул дверь.

Настя подскочила к дверце, за которой скрывался Женя. Она точно помнила, что с другой стороны место уже занято сумками, но совсем забыла, что и Жене надо где-то располагаться в салоне. Открыв дверцу, она, не глядя, наугад, бросила сундук и захлопнула дверцу, тут же заскочив на пассажирское сидение рядом с водителем.

Сундук своим углом угодил молодому человеку прямо в пах.

— Да… в… да… — заматерился Женя, согнувшись пополам.

Настя удивлённо обернулась и увидела Женю, прижимавшего сундук к своему животу.

— Что с ним? — спросила она Лику.

— Ха! — усмехнулась та. — Ты его, всё-таки, подбила! Молодчина!

— То есть?! — не поняла Настя.

Вместо ответа Лика рычагом коробки передач поставила первую скорость и вдавила педаль газа. Машина рванула с места, выкидывая из-под колёс комки земли и грязи.

Утреннее солнце медленно поднималось над горизонтом. Лёгкая пелена облаков чуть затмевала его яркие лучи. Травы уже смогли освободиться от утренней росы. Птицы уже вовсю перелетали с одного дерева на другое, весело щебеча. Их маленькие стайки проносились над лесом и редкими машинами, движущимися по федеральной трассе, оный участок которой проходил сквозь лес.

Тягач с фурой спокойно двигался по трассе. По встречной полосе его начала обгонять чёрная «Toyota». В ней, рядом с водителем, сидела женщина. Она недовольно посмотрела на спидометр.

— Лёш, вот куда ты летишь? — спросила она. — У тебя уже сто пять километров.

— А тебе хочется плестись за этим? — водитель указал на фуру.

Вдруг их на бешеной скорости по обочине встречной полосы обогнала белая иномарка. Машина пролетела мимо, оставляя за собой с левой стороны пелену поднятой пыли из-под колёс, которые с асфальтового покрытия перешли на грунт.

— Ничего себе! — подпрыгнул водитель «Toyot-ы» на сидении. — Это я лечу?! Ты на этих посмотри!

Фура с «Toyot-ой» остались позади, в зеркале заднего вида постепенно превращаясь в точку на горизонте. Лика посмотрела на них.

— Прости, мужик, — сказала она. — Но я тоже спешу.

— Лика, блин! — чуть не крикнул Женя и завертелся на заднем сидении, пытаясь посмотреть назад, на оставшиеся позади, машины. — Куда тебя только черти несут?

— Домой! — резко ответила девушка и, включив шестую передачу, вдавила педаль газа в пол. Двигатель взревел ещё громче, и машина вновь пошла на ускорение. Лика выровняла её по встречной полосе, из-за чего тут же пропал шум с левой стороны, где колёса катились по голому грунту.

Очередная фура входила в плавный, затяжной поворот трассы. По обе стороны от дороги хорошо разросся кустарник. Водитель грузовика осторожно поворачивал баранку влево. Его грузовик натужно ревел двигателем, которому приходилось тянуть за собой полностью загруженную фуру. Но даже этот рёв не смог заглушить дикий визг тормозов. Дальнобойщик посмотрел в зеркало заднего вида. В этот момент, по встречной полосе, его обогнала белая иномарка. Машина, пытаясь повернуть, летела правой стороной вперёд, оставляя за собой чёрный след протекторов покрышек на асфальте и голубой дым из-под колёс. Иномарка по касательной пролетела через всё дорожное покрытие, промелькнув прямо под носом грузовика, и слетела с дороги. На огромной скорости она влетела в кустарник и скрылась за ним, оставив после себя десятки поломанных ветвей и тысячи сорванных листьев, вместе с огромной дырой в сплошной зелёной полосе растительности.

— Камикадзе, — усмехнулся дальнобойщик и, хотел уже было остановиться, чтобы помочь незадачливым водителям, попавшим в аварию. Но уже через пару секунд, метрах в тридцати по пути движения фуры, иномарка выскочила из зарослей обратно, подпрыгнула на кювете и приземлилась на дорожное покрытие своей полосы движения.

— Во даёт… — ещё сильнее расплылся в глуповатой улыбке водитель грузовика.

— Лика, мать твою за похудевшую задницу!!! — крикнул Женя, убирая с себя сумки, которые вновь повалились на него. — Мне эту машину ещё в прокат сдавать!

— Ничего, — ответила Лика. — Ты теперь при деньгах. Новую им купишь.

— Ага! Щас! — крикнул Женя в ответ. — Не успели деньгами обзавестись, а она уже их тратит. Моя доля — это моя доля! И машину, кстати, я тоже на себя оформлял.

— Вот теперь думай, прежде, чем доброе дело делать, — усмехнулась Лика.

— Лика!!!

С левой стороны лес закончился. Дорога начал медленно спускаться вниз с холма. С его вершины, где, пока ещё катилась иномарка с друзьями, открывался прекрасный вид на окрестности. Вдалеке, у линии горизонта, показывались панельные многоэтажки какого-то городка. Дорога стала шире и начала раздваиваться. Полоса встречного движения теперь шла отдельной дорогой с левой стороны. Обе её части разделял отбойник, но через сотню метров он закончился.

Машина спустилась с холма и полетела по относительно ровной дороге. Поток машин значительно усилился. Впереди показался очередной поворот налево. Небольшой холмик, вокруг которого извивалась трасса, чуть закрывал собой обзор.

Лика начала плавно поворачивать руль. Машина снова заскрипела покрышками об асфальт, а зеркала заднего вида показали голубой дым. На голом грунте, между полосами движения дороги, стояли две шестые модели «Жигулей» ДПС. Лика просвистела мимо них, даже, не оглянувшись.

— Вот здорово! — крикнул Женя, обернувшись назад, на полицейских. — Теперь ещё и это. У нас полный багажник золота. Ну, и как мы это объясним им?

— Да, никак, — ответила девушка.

Полицейские бросились к своим машинам. Заработали сирены и замелькали красно-синими лампами проблесковые маяки их машин. Первая «Жигули» рванула с места. Но водитель почему-то не заметил, двигавшийся по крайней полосе «КамАЗ». Грузовик врезался в левое крыло машины ДПС, отбросив её обратно. Эта машина боком влетела во вторую. Все стёкла в обеих «Жигулях» треснули и посыпались осколками. Маячки перестали мигать, а сирены ойкнули в последний раз и замолчали.

— Ну, и как это называется? — недовольно сказал Женя, глядя на машины ДПС, которые уменьшались всё быстрее, по мере того, как Лика продолжала набирать скорость.

— Это называется карма, — усмехнулась девушка в ответ. — Они сами виноваты. Стояли неправильно. Нельзя так машины ставить по закону.

— Блеск, — Женя запрокинул голову назад и посмотрел на потолок салона.

— Нормально всё будет, — ответила Лика. — Расслабься.

— Вот, кстати, на счёт «расслабься» ты права, — ответил Женя и вновь выпрямил голову. — Давай, тормози.

— С чего это?

— Ты до самого дома так хочешь лететь?!

— До самой квартиры, — огрызнулась Лика. — Пока не уберёмся подальше от этого проклятого места.

— Так, Лика! Мы не спали целую ночь. Ещё и этот хрен из гроба поднялся…

— Ой! Не напоминай, — махнула Настя рукой. — У меня до сих пор всё трясётся, как вспомню.

— Во-от, — протянул Женя.

— Лады, — кивнула Лика головой. — И что ты предлагаешь?

— Я предлагаю выспаться, — ответил Женя. — Должны же здесь где-то быть гостиницы. Для дальнобойщиков, например. И не гони ты! А то и нас тоже в гроб положат!

Лика отпустила педаль газа, и машина покатилась дальше на нейтральной передаче, постепенно сбавляя скорость.

— Слава Богу… — выдохнул Женя и откинулся на спинку сидения, запрокинув голову.

Через пару километров нашлась и гостиница. Лика въехала на стоянку и остановила машину. Она выключила двигатель и обернулась на Женю.

— Доволен? — произнесла она с гневной ноткой в голосе. Женя в ответ хихикнул.

— И чё ты ржёшь? — спросила девушка.

— Ну, и видок у тебя, — усмехнулся молодой человек.

— На себя посмотри. Хоть бы морду умыл.

Все были грязными и уставшими. Одежда у всех также была выпачкана в грязи и сажи, порвана и пахла гарью.

— А сундук? — спросила Настя.

— А что сундук? — не поняла Лика.

— Сопрут же, — пояснила подруга.

Тут по трассе пронеслась машина ДПС с включёнными проблесковыми маяками и воем сирены.

— Кстати, о бабочках, — сказала Лика и вновь завела двигатель.

— Твой косяк, между прочим, — Женя указал пальцем на подругу.

— Женя, иди на хрен. Вот только твоих нотаций и не хватало.

Лика вывела машину с места, где припарковала её и заехала на самый дальний угол автостоянки, спрятавшись за фургоном.

— Так, что с золотом делать будем? — спросила Настя.

— Да, блин, задачка, — Женя задумчиво потёр подбородок. — И оставлять не хотелось бы и, такой сундук может привлечь к себе внимание в гостинице.

— Почему не хотелось бы в машине оставлять? — не поняла Лика.

— Настя же тебе говорит, что спереть могут, — ответил Женя. — Или саму машину угонят.

— Да, кому она на хрен нужна? — махнула Лика рукой. — Грязная, битая, поцарапанная, со стёртыми покрышками.

— А вот по закону подлости именно сейчас она кому-нибудь и понадобиться.

— Ну и тащите его сами, — Лика вышла из машины и пошла в сторону главного входа в здание гостиницы.

— Э! — крикнул Женя, открыв дверцу. — Куда попёрлась-то?

Настя открыла багажник и посмотрела на сундук.

— И что делать будем? — спросила она.

Женя подошёл к багажнику и посмотрел на сундук. В отличие от всех остальных предметов, которые ребята находили в доме, он выглядел очень просто. Без излишеств, простой в исполнении, деревянный ящик со следами земли и грязи.

— Его просто надо чем-то укрыть, — догадался Женя и тут же посмотрел на Настю. — Есть чем?

Настя рванула к сумкам, сваленным в кучу на заднем сидении, и начала переворачивать их содержимое.

— Это моё, не дам… Это Ликино, она меня убьёт…

Женя закатил глаза и покачал головой, тяжело вздохнув.

— О! Нашла! — выпалила Настя радостно и вернулась к багажнику с балахоном, который Женя взял у сатанистов.

— А другого ничего не было? — с надеждой в голосе спросил молодой человек.

— Неа, — отмахнулась Настя от него. Вместе с ним вытащив сундук и поставив его на асфальт, Настя начала разворачивать балахон. Она накинула его на сундук звездой кверху.

— Иди ты, — выпалил Женя. — Засрать именно ту сторону. Она понял балахон и перевернул его. Но его внутренняя сторона уже была вся выпачкана в земле. Молодой человек злобно сплюнул на асфальт и схватился за ручку сундука.

— Ну и чё ты встала? — недовольно спросил он. — Пошли уже.

Вместе они подхватили сундук и пошли в сторону главного входа в здание гостиницы. По пути Женя осмотрел автостоянку. Её занимали три тягача с фурами, пара отечественных легковушек и фургон, за которым спрятала свою машину Лика.

— Народа, надеюсь, не так много здесь, — произнёс Женя задумчиво.

Когда они вошли внутрь здания, Лика ждала их у ресепшена. Настя с Женей поднесли к ней сундук и остановились, поставив свою ношу на пол. Настя выпрямилась и скривила кислую мину на лице.

— Какой же он тяжёлый, — простонала она.

— Своя ноша не тянет, — отмахнулся Женя от неё и повернулся к Лике. — Ну, что? Комнату сняла?

— Паспорт давай, — протянула Лика ему руку.

— Ты прикалываешься? — скривил Женя глупую физиономию.

— Мой просрочен, — ответила Лика. — А без паспорта нам тут ничё не светит.

— Ну, и иди тогда за ним в машину, — Женя сел на сундук и положил ногу на ногу. — Заодно и сумки можешь свои захватить.

— А вы не принесли их?

— Нет, конечно. Мы взяли только самое необходимое, — Женя кулаком постучал по балахону, а через него по стенке сундука.

— А чё ты припёрся тогда? Ещё и Симу запряг.

— Вот, можешь, тогда и её сумки захватить, раз не хочешь, — Женя усмехнулся. — Ребёнка эксплуатировать.

— Паспорт где? — посмотрела Лика на его надменный вид.

— В бардачке, — развёл молодой человек руками. — Ты же сама его отобрала, — Женя передразнил подругу, — «На всякий случай»…

Лика махнула рукой и пошла к выходу. Женя проводил её взглядом.

— Охренеть, — протянул он. — Машина на моё имя, сад копать тоже я. Так ещё и номер на меня оформлять собралась, — он повернулся к Насте. — Такое впечатление, что вы меня с собой не как друга взяли, как козла отпущения. ВСЁ на моё имя!

Сотрудница гостиницы, стоявшая на ресепшене, перегнулась через свою стойку и внимательно посмотрела на сундук, на котором сидел с недовольным видом Женя.

— Это что? — насторожилась она.

— Багаж, блин, — сухо ответил Женя и отвернулся в сторону.

Наконец, ребята добрались до своего номера. Лика первой вошла в комнату и рухнула на кровать животом кверху. Мягкие матрац и одеяла пару раз чуть подбросили девушку вверх. Женя с Настей, обливаясь потом, втащили сундук в комнату и остановились. Настя отпустила ручку и схватилась за спину, выпрямившись в полный рост.

— Рано расслабляться, — сказал Женя и осмотрел комнату. — Так, потащили его туда.

Они оба вновь подняли сундук на руки и понесли его мимо кровати. Лика перевернулась на бок и, подперев голову рукой, посмотрела на друзей.

— Куда это вы моё золото понесли? — спросила она.

— Твоё?! — усмехнулся Женя, когда они с Настей поставили сундук на пол у окна. — Твоё золото в багажнике, на стоянке осталось. Мы с Настей, как раз твою долю отсыпали, а на хранение взяли только то, что ценно. То есть наше, — Женя посмотрел в окно. — Во. И чел какой-то мутный, как раз мимо машины ошивается.

— Что?! — Лика подпрыгнула с кровати и подбежала к окну. Мимо их машины шёл охранник гостиницы с окурком в руках. Не доходя до конца асфальтового покрытия, он выбросил окурок в кусты и пошёл обратно.

— Да, шутит он, — улыбнулась Настя. — Шутит. Всё у нас.

— Юморист, блин, — выдохнула Лика.

— А вот теперь ты мне объясни, — сказал Женя. — Почему у нас номер с одной кроватью? — он покосился на двуспальную кровать с большим сердцем с одной стороны.

— Потому что денег у нас хватило только на номер для влюблённых, — развела Лика руками.

— У нас этого… — Женя понизил голос. — Золота, как говна. А нормальный номер снять не можем.

— И чем ты расплачиваться собрался? Ожерельями или камнями. Да, нас тут же запалят.

Женя махнул рукой и начал крутиться на месте.

— Значит, говоришь, на ночь надо устраиваться? — произнёс он задумчиво.

— На кровать можешь, даже и не глядеть, — ответила Лика. — Она наша с Симой.

— А ещё прошлой ночью, помнится, кто-то ко мне мостил свои формы. А потом ещё обижался, что «не пристаешь».

— Ха! — усмехнулась Лика. — Теперь всё. Этот перец отправлен в Преисподнюю, а значит, и ты можешь забыть про всё, — она снова подошла к кровати и упала на неё. Женя подошёл к ней и вырвал подушку прямо из-под головы девушки.

— Куда?! — крикнула Лика. — Совсем страх потерял?!

— Это моё, — ответил Женя и подошёл к сундуку, кинув подушку на пол.

— Ты у сундука собрался спать? — удивилась Лика. — Совсем уже крыша поехала?

— Нет, — ответил Женя и улёгся на пол, положив голову на подушку. — Просто не хочу, чтобы вы смылись с моим золотом.

— С каких это пор оно твоё? Там и моя доля тоже есть.

— Вот потому я и охранять его буду.

— Охранять он будет. Да твой храп и так любого грабителя отпугнёт. Мне бы самой суметь выспаться под такой аккомпанемент. И, вообще, — Лика поднялась с кровати и, взяв подушку, подошла к сундуку. — Ты уже однажды нас чуть не кинул. Так, что тебе доверия нет, — она кинула подушку рядом с Женей и тоже легла на пол с другой стороны сундука.

— Не понял, — сказал Женя. — Ты опять рядом со мной спать собралась?

— Тебя что-то не устраивает?

— Меня всё не устраивает. У тебя кровать есть, вот и дуй на неё. А здесь моё место.

— Ишь ты, какой красноречивый попался, — усмехнулась Лика. — Думает, что я его один на один с сундуком оставлю. А вот хрен тебе!

— Еж твою медь! — крикнул Женя. — Ещё полчаса назад тебе на этот сундук плевать было. Зато от меня теперь опять полдня твоим женским шампунем нести будет.

— Между прочим, не дешёвым.

— Да, какая разница! Иди отсюда!

Лика показала Жене средний палец, сунув ему руку прямо под нос.

— Тьфу, блин… — недовольно произнёс молодой человек и отвернулся от девушки.

Солнце уже клонилось к горизонту на западе, когда Лика начала будить Женю.

— Э! Ты, хранитель фигов, — она слегка толкнула молодого человека носком своего кроссовка. — Подъём. Золото у нас спёрли.

— Лика иди в баню. Я в отпуске, — сонным голосом произнёс Женя и перевернулся на другой бок, отвернувшись от девушки.

— Фига се, — усмехнулась Лика и пнула его в спину. — Вставай, говорю! Золота у нас нет… больше.

— Да, хрен с ним! Дай поспать, — отмахнулся Женя и тут же вскочил, сев на полу. — Как нет?! — крикнул он. — То есть? Ты прикалываешься?!

— Дошло, наконец, до этого тормоза, — усмехнулась девушка. — Подъём, говорю. Сундук у нас спёрли, — она вальяжной походкой пошла в сторону выхода из номера.

— Что?! Как?! Какая сволочь?! — Женя обернулся на место, где должен был находиться сундук. Но его, действительно, не было. Тогда Женя вскочил на ноги и начал вертеться на одном месте, бегло осматривая комнату, сонным взглядом. Его ноги заплелись, он запнулся о подушку и рухнул на пол. Лика остановилась в дверях и с усмешкой посмотрела на молодого человека.

— Вот так-то доверять этому сторожу денежки, — сказала она и вышла из номера. — Храпеть мы умеем, а сундук, всё-таки, умыкнули…

Женя сел на полу и потёр ушибленный лоб. На кровати сидела Настя и с улыбкой зашивала, порванную в ночной схватке, футболку.

— Да, успокойся ты, — сказала она. — Это мы с Ликой сундук в машину перенесли, пока ты спал. Думали, что ты проснёшься. А ты как спал, так и спишь.

— Тьфу… — сматерился Женя и потёр лицо ладонями рук.

— Эх, жалко, хорошая вещь была, — Настя зажала иголку между пальцев и расправила футболку, подняв её на вытянутых руках. — Вот куда её теперь? В огороде буду в ней работать.

— Дура, блин, — процедил Женя сквозь зубы.

— Ты это про кого? — без интонации в голосе спросила Настя.

— Про подругу твою долбанутую. Куда она рванула, кстати?

— В столовую, — ответила Настя и отложила футболку. — Пошли. Поедим перед дорогой.

— Чтоб потом на трассе в туалет приспичило? — усмехнулся Женя.

Они спустились на первый этаж и по указателю, висевшему на стене, прошли в столовую. Два столика из пяти были заняты. Двое мужчин в возрасте занимали столик в центре помещения. Лика с ещё каким-то молодым человеком оккупировали столик в углу. Они весело щебетали о чём-то своём.

— Во, даёт, — усмехнулся Женя. — Уже успела урвать себе мужичка.

— Она времени никогда зря не тратит, — ответила Настя.

Вместе с Женей они расположились за другим столиком в противоположном углу от столика Лики. Женя посмотрел на неё исподлобья.

— Только бы она ему нашу тайну не спалила бы, — сказал он.

— Не такая уж она и дура, — ответила Настя. — Нормально всё будет.

— Ага. Я эту фразу слышал ещё перед отпуском, когда вы меня на авантюру подбивали.

Тут в столовую вошла женщина лет пятидесяти и весом раза в два больше своего возраста. На её важной, надменной мине на лице читалось явное неудовольствие. Кудрявые, тёмно-рыжие волосы возмущённо подрагивали на её голове в такт движениям тела. Она с брезгливостью осмотрела помещение столовой. Затем подошла к ближайшему столику и провела ладонью руки по его поверхности. Скривив физиономию отвращения, она отряхнула ладонь и подошла к витрине. Из кармана её куртки свешивался брелок с порядковым номером её номера. Сам ключ утопал в кармане.

— Смотри, — усмехнулся Женя. — Танк в бигудях.

Поругавшись с продавщицей, женщина забрала у неё поднос с нехитрым ужином и уселась за столиком, недалеко от Насти с Женей. Сам Женя продолжал смотреть на женщину недобрым взглядом.

— Терпеть не могу таких людей, — сказал он в полголоса.

— Да, не смотри ты на неё, — махнула Настя рукой.

И тут у женщины зазвонил мобильный телефон. Женщина посмотрела на его экранчик, ворочая нижней челюстью, перемалывавшей пирожок. Безо всяких эмоций на лице, женщина нажала на кнопку приёма вызова и прислонила трубку к своим кудрям в районе уха.

— Да! Представляешь! — крикнула она в телефон, осыпав столик частичками пирожка со своих губ и изо рта. Все находившиеся в столовой тут же обернулись на неё. — Дом сгорел дотла. Сад изуродовали. Забор повалили, — она положила руку на левую грудь, под которой билось сердце, и покачала головой. — А там такой чудесный садик был. Мы в детстве, помню, так любили по нему бегать…

Настя с Женей пристально смотрели друг другу в глаза, понимая, что перед ними та самая хозяйка дома, у которой Лика его и арендовала. Лика и сама это прекрасно поняла. Она притихла и попросила помолчать своего нового знакомого.

— …ладно, хоть гро… — продолжила женщина и тут же осеклась. Она приложила ладонь ко рту и добавила в полголоса. — Ладно, хоть гроб с этим старым хреном в подполье остался. Теперь уж точно на похороны тратиться не надо.

Однако, обладая громогласным голосом, женщина, даже пытаясь шептать, делала это так, что всё прекрасно было слышно всей столовой. Продолжая сетовать на нерадивых квартирантов, которых она даже не видела, а просто созванивалась с ними по телефону, и даже не знает, кто они такие, она вновь перешла на свой обычный тон голоса. Да, так, что, казалось, стёкла в витринах и окнах начинали дребезжать.

Женя всё это время сидел, чуть навалившись корпусом на стол, и ковырял вилкой содержимое своей тарелки. В какой-то момент он выпрямил спину, отпустил вилку, взял солонку с солью, которые стояли в центре каждого столика, и поднялся со стула, спрятав солонку в карман. С серьёзным видом Женя обошёл столик с Настей и направился к выходу, мимо столика с женщиной. Не доходя до него метра, он споткнулся и чуть не упал, навалившись на сам столик и толкнув женщину плечом.

— Прости, пожалуйста, — произнёс он.

— Наркоман какой-то! — крикнула женщина. — Иди отсюда!

— Как скажите, — пожал Женя плечами и пошёл дальше. Женщина проводила его недовольным взглядом.

Настя успела заметить, как молодой человек вытянул брелок с ключами от номера из кармана куртки женщины. Она пересеклась взглядом с Ликой, которая прекрасно знала все повадки Жени. Обе девушки одновременно поднялись со стульев и пошли к выходу. Выйдя в коридор, Лика сразу свернула к выходу из гостиницы, а Настя — побежала догонять Женю.

Молодой человек быстрым шагом шёл по коридору, поглядывая на брелок.

— Ага. Двести пятнадцатый, значит, — задумчиво произнёс он. — Рядом с нашим.

В этот момент его нагнала Настя.

— Ты, что задумал? — спросила девушка, тяжело дыша.

— Ничего, — ответил Женя и открыл дверь номера, где обосновалась женщина.

— Только не говори, что ты собираешься мстить?! — чуть не крикнула Настя.

— Я не буду мстить, — ответил Женя и, положив руку на плечо девушки, проводил её первой внутрь номера. — Я просто хочу проучить таких предпринимателей-бизнесменов, — воровато осмотревшись по сторонам, он сам зашёл внутрь и закрыл дверь на замок. Решительным шагом молодой человек подошёл к кровати и сорвал с неё покрывало, одеяло и простынь. Затем он вытащил солонку и широкими жестами начал рассыпать соль на матраце.

— Ты знаешь, к чему это приведёт? — с усмешкой спросила Настя.

— Да. Потому и делаю, — ответил молодой человек и быстро начал застилать кровать обратно. — Там чемоданы в прихожей стоят. Лучше иди, посмотри, что там в них?

— Я не хочу рыться в чужих вещах, — ответила Настя.

— Тогда вспомни, что ты пережила в этом проклятом доме. А ведь эта тварь сдала нам дом с расчётом, что мы сбежим оттуда первой же ночью. Возможно, она ещё хотела и вещами нашими поживиться. А какой, она говорит, так садик чудесный был…

Настя развернулась и пошла в прихожую. Женя наспех накинул постель на кровать, и живо осмотрелся.

— Тут ноут, — раздался голос Насти из прихожей.

— Прекрасно, — ответил Женя. — Тащи его сюда. Только не надо так громко орать. В коридоре же всё слышно.

Настя принесла ноутбук. Женя взял его и направился в душ. Здесь он небрежно бросил компьютер на дно кабинки и включил горячую воду на полную.

— Это уже перебор, — сказала Настя.

— Это нормально, — отмахнулся Женя и закрыл дверцы кабинки. — Так. Что ещё? — он быстро вернулся в главную комнату. Чемоданы женщины вынесли в центр комнаты и открыли все замки и молнии на них. Женя с разбега пнул один. Он пролетел полкомнаты и упал на кровать, по пути подрастеряв почти всё своё содержимое. Таким же образом Настя отправила следующий чемодан в другой угол комнаты. Из одного кармашка другой сумки посыпалась косметика. Женя поднял губную помаду, подошёл к большому зеркалу, висевшему на стене, и крупными буквами написал на нём помадой: «Привет от старого хрена».

В общем беспорядке Настя увидела тюбик клея и пару сандалий женщины пятидесятого размера.

— Ничё се размерчик, — произнесла она. Женя, глядя на обувь, усмехнулся.

— Дай ты Дюймовочке помечтать о такой хрустальной туфельке. Она, наверняка, со своим семьдесят пятым целлюлитным только и мечтает о таких.

Настя пожала плечами и приклеила их к полу. Остальное содержимое тюбика, девушка отправила в сумку, закидав её нижним бельём женщины.

Вдруг задёргалась дверная ручка двери. Женя с Настей замерли на месте.

— Ключ где? — послышался голос той самой женщины.

— Он у тебя же был, — ответил ей мужской голос раза в три, а то и четыре тише.

Настя улыбнулась.

— Муж, наверное, — прошептала она. — Интересно бы посмотреть на него. Какой муженёк у такого монстра?

— Сейчас она чихнёт, и дверь слетит с петель к чертям, — ответил Женя. — Тогда всё внимательно рассмотришь и мужа, и её саму, — он быстро пошёл в сторону балконной двери, позвав жестом Настю за собой.

Номер располагался на втором этаже здания. Женя спокойно перемахнул через перила и очутился на асфальте. Настя на минуту замешкалась.

— Ну, что ты там возишься? — недовольно произнёс Женя. — Давай, быстрей уже.

Из-за угла показалась морда машины, на которой ребята приехали сюда. Лика, сидевшая за рулём, медленно направляла машину к главному входу в здание. Увидев Женю, она решительно повернула к нему.

— Во, Лика уже здесь, — сказал Женя. — Сейчас домой поедем.

Настя перелезла через перила и встала на карнизе балкона.

— Прыгай уже, — торопил её Женя, встав так, чтобы быть прямо под девушкой. — Хочешь, я тебя поймаю?

— Во, этого-то я и боюсь, — ответила Настя.

— Давай уже…

Настя закрыла глаза, громко выдохнула и шагнула вперёд. Женя вытянул руки вперёд и вверх, желая поймать девушку. Настя упала на него и вместе они повалились на асфальт. В этот момент рядом с ними остановилась машина. Лика опустила стекло дверцы и посмотрела на друзей.

— Ну, и фиг ли вы тут разлеглись? — недовольным голосом спросила она.

Охая и ахая, оба поднялись на ноги.

— С ума сошла?! — крикнул Женя. — На кой хрен ты мне пяткой в лоб заехала?

— Так сам же говорил, что поймаешь, — развела Настя руками.

Женя убрал руку со лба. Отпечаток подошвы кроссовка Насти хорошо был виден на покрасневшей коже. Лика невольно хихикнула.

— Хватит ржать! — недовольно сказал Женя и повернулся к Насте. — Бегом в машину! Домой хочу!..

Неподалеку от них стояла чёрная иномарка. Женя посмотрел на неё, вытирая лоб.

— А вот это машина хозяйки того дома, — сказала Лика и посмотрела на Женю. Тот замер на месте. Он посмотрел на девушку, затем перевёл взгляд на иномарку и достал из кармана связку ключей от дома. Молодой человек чуть подбросил её вверх, тут же поймав, и снова посмотрел на Лику.

— Чужое, — он показал ключи девушке. — Надо бы вернуть, убитым горем, хозяевам.

Лика с ехидной улыбкой кивнула головой. Молодой человек размахнулся и с силой швырнул ключи в машину. Связка разбила стекло дверцы со стороны водителя и упала в салоне автомобиля. Тут же заревела сигнализация.

— А вот теперь погнали, — сказал Женя и сел в машину.

Девушка вывернула руль и вылетела на трассу, где вновь до упора нажала педаль газа. Автомобиль снова дико взревел двигателем и растворился где-то на линии горизонта…