Пятница… Вполне обычный день, не подразумевающий никаких странностей. Вот, только что передали по радио: утро выдалось теплое и солнечное, никаких осадков не ожидается.

«Как раз то, что нужно! Если ты собираешься совершить прыжок с парашюта. М-м-м, надо бы позвонить Томасу, он как раз тоже хотел прыгнуть…»

Я взял телефон и набрал номер.

— Эй, Том, сегодня чудное утро для прыжков! Не хочешь составить мне компанию?

— А это ты, Чудик… Извини, у меня сегодня другие планы, и мне совершенно не до прыжков.

— Все нормально, друг, я могу прыгнуть и один, мне не привыкать. Ладно, прости, что побеспокоил, пока.

— Пока.

Если друг не смог составить компанию, это не повод унывать! В столь теплое утро, я уверен, что мое позитивное настроение нельзя ничем испортить. Я взял рюкзак, засунул в него кроссовки, плотный комбинезон из куртки и спортивных штанов, а также положил паспорт, кожаные перчатки, и отправился на аэродром.

— Какие люди! Неужели Чудик собственной персоной? Здорово-здорово!

— Привет, Сокол! Думал, я упущу шанс? Хах, жди-жди, может, и дождешься! Вот только сегодня я решил взять высоту выше обычного: она составит семь тысяч пятьсот метров. Так что смотри, слюнями не подавись от зависти! — съязвил я, хитро улыбнувшись.

— Ну-ну, удачи тебе, парниша! Посмотрим, так ли ты крут на самом деле! Ха-ха-ха!

— Спасибо, но от тебя я ее не приму! Вот, держи мои данные, а я пошел прыгать. Адиос!

— Привет, Пит. Ты сегодня мой пилот, так как я решил взять высоту выше обычного.

— Красавчик! Прошу к себе на борт! Хорошее выдалось сегодня утро для парения, не правда ли?

— Ну, с красавчиком ты явно перегнул, впервые на такой высоте буду и не знаю, что там может со мной произойти. Я сейчас в предвкушении чего-то неизведанного… Колени трясутся, как у девчонки… А за приглашение спасибо, — я влетел на борт самолета, в высоком прыжке успевая сделать двойное сальто с переворотом через себя. — Да, утро сегодня и правда чудесное, — я подмигнул Питу с хитрющей улыбкой.

— Ну, поехали! — он включил двигатель самолета и начал разгоняться по взлетной полосе. — Давай, рассказывай, кто подтолкнул тебя на такой экстремальный прыжок?

— Никто меня не подталкивал, сам решился. Хочу поэкспериментировать над собой…

Пока мы разговаривали, я переоделся и в экипировке ждал нужную высоту.

— Ну, вот мы и на месте! Удачи тебе, с твоими экспериментами!

— Спасибо.

И с воплем: Юхуууу!!!!!! — я выпрыгнул из самолета.

Пять минут свободного падения показались для меня вечностью. Как будто я падал в пустоту, и кроме пустоты в этом мире уже больше ничего не было. Когда пришло время открывать парашют, я потянул за кольцо, но оно вылетело, что никоим образом не должно было произойти. Со мной это случилось впервые, и в голову сразу закрались терзающие душу мысли, что сразу же вывело меня из спокойного состояния. Я сильно занервничал. Все мои мысли в голове перемешались. Но когда я посмотрел вниз, я увидел маленькое колечко слева. Спасение — запасной парашют, открывать который я не торопился…

«Я уже столько натерпелся в эти минуты, что терять мне уже нечего»

Я сделал парочку цирковых трюков, после уже хотел расправить парашют, как вдруг поднялся ветер, налетели тучи.

«Хах, похоже, я зря понадеялся на удачный день и благоприятный прыжок… Вот как всегда мне везет на элементалей погоды… Да за что?! Где бы я ни прыгал, Вы, ребята, вечно узнаете мое местоположение… Как Вам это удается? Я бы посмеялся вместе с Вами, если бы сюда прилетел еще и метеорит! Почему веселье достается только Вам?! Я тоже хочу веселиться…

Что это…? Мои глаза! Как же ярко! Мои глаза! О, Боже, похоже, я ослеп! Черт, что это была за вспышка…?»

Повернув голову в направлении яркого света, я увидел необычную полосу дымчатого облака с примесью различных цветов: красного, серого, белого и чуточку зеленого.

«Ха-ха-ха, офигеть! Я умею вызывать МЕТЕОРИТ!!! Да я Волшебник! Где мои почести и похвалы?! Не, Вы это видели?

Я умею вызывать МЕТЕОРИТ! МЕ-ТЕО-РИТ!!! Ха-ха, похоже, бум будет сильным, а это значит, пора рвать когти…»

И я выпустил парашют. Вот только слинять не успел: взрыв оказался достаточно сильным, и меня подхватило взрывной волной и унесло неведомо куда…

Когда я пришел в себя, было темно и ужасно холодно. Я оказался в совершенно незнакомой мне местности: на какой-то пустоши, за каким-то видневшимся вдали городом. В ушах звенело, из носа шла кровь, мысли были перемешены в кучу, тело не произвольно тряслось. Да и еще, похоже, что я сломал руку: висела, как будто и не моя вовсе…

Ну, что ж, если я до сих пор ЖИВ и не двинул кони, значит, все в порядке. А остальное приложится. И, несмотря на все мои травмы, денек выдался на славу! Во-первых, эксперимент прошел успешно; во-вторых, я увидел полет метеорита; в-третьих, я осуществил свою мечту; в-четвертых, Я ЖИВ! И это клёво! Я поднялся на ноги, и уже хотел было пойти в сторону города, как грохнулся со всего маха на землю… Оказывается, я повредил еще и ногу.

«Ну вот, долетался…»

И все равно, это был самый прекрасный день в моей жизни, переполненный яркими событиями, о которых я никогда не буду жалеть… И я решил спеть песенку:

В двух шагах от города валяется парашютист, Пусть кровоточат его раны и в ушах звенит…

Он никогда не сдавался и всегда шел до конца!

А сейчас он лежит, весь в пыли и разбитый, На окраине неизвестного города, запутавшись, в стропах, сломанного парашюта… Везде поджидали его насмешки друзей и ловушки врагов,

Но он сумел преодолеть все их коварные планы,

Он смог осуществить свою мечту, не смотря на преграды!

А сейчас он лежит весь в пыли и разбитый,

В двух шагах от города N, пусть болит голова и тело трясет… Он прошел испытание жизни, проливая свою кровь на этом пути.

И вот теперь он с улыбкой на устах, проходит врата рая!

18.02.2013

За городом N

На рассвете группа военных обходила город с повышенной радиацией, и несколько парней из отряда наткнулись на ободранного путника.

— Эй, парень! А ну, вставай! — Штец наклонился к юноше и потрепал его за плечо, после чего тихо добавил. — Валяются тут всякие…

— Ал, я никуда не пойду, пока не совершу прыжок! Пойми, я не могу упустить такую возможность, как парение в воздухе, особенно сейчас…

— Бров, мне кажется, у этого парня не все дома, либо он пьян… — высказал свою точку зрения Штец.

— А что с ним не так?.. — усмехаясь, спросил Бров.

— Да несет всякую чушь… Вот, послушай.

Штец опять потрепал темноволосого парня и сказал, чтоб тот поднимался, на что все снова услышали:

— А, подождите, не закрывайте врата, пожалуйста, я уже поднимаюсь… Еще чуть-чуть, и я буду на месте.

После чего парень начал непроизвольно размахивать руками, словно он и правда куда-то поднимается.

— Да не похож он на пьяного! Перегаром же не несет… Может, на него радиация так действует? — предположил Бров.

— Врата? Поднимается? Будет на месте? Что это значит, Бров? — спросил Штец.

— А я что, знаю? — хмыкнул Бров, пожав плечами.

— Он либо спятил, либо точно пьян! — сказал кто-то из ребят.

— А-а-а… Блин, не успеваю… Твою… Я же летаю! Так чего ж я жду?!

— И кто у нас тут летает? — Элвис, командир отряда, расталкивая парней, начал пробираться в середину круга.

Спустя пару мгновений он увидел следующую картину: на земле валяется измученный парень, бьющийся в конвульсиях, с туманным взглядом, а вокруг его товарищи из отряда подкалывают и унижают…

— Твою же… Что вы творите? Парню нужна госпитализация, причем срочно! А вы тут стоите и развлекаетесь… Заняться что ли нечем? Марш на зачистку территории!

С этими словами Элвис поднял парня с пыльной земли и побежал с ним в город.

«Только бы успеть! Только бы спасти! Только бы не умер!»

Эти мысли пролетали сотню раз у него в голове и он, не сбавляя темпа, все бежал и бежал, не жалея ни сил, ни ног. Он бежал в город, чтобы спасти парня, у которого жизнь обрывалась прямо на глазах.

Вот, до госпиталя оставалось сделать пару шагов, как Элвис споткнулся и упал на колени. Парень повалился рядом с ним, и Элвис услышал: «Фух… все-таки успел!» — после чего тот отключился.

До эксперимента новой модели истребителя ЮС–21 оставался один день. Опробовать сей экземпляр выпало на мою долю. Я очень переживал по этому поводу. Ходил весь день на взводе, два раза умудрился сорваться на начальство. Как ни странно, мне не стали угрожать увольнением и лишать премии.

Голосование проводилось на испытание ЮС–21, когда я болел, и поэтому весь мой коллектив решил, что испытателем выступлю я как самый бесстрашный пилот. Видите ли, я делал вылеты в нелетную погоду. Но на этот раз меня терзало страшное чувство, что конец мой близко, и погибну я как летчик-испытатель.

Погода сегодня была просто чудесная, и я надеялся, что завтра будет таким же прекрасным, как и сегодня. После эксперимента, если конечно он будет удачным, обязательно подарю своему дорогому другу Джейкобсу уменьшенную копию ЮС–21 на День Рождения, которое состоится через два дня на острове Хонсю.

Вот и настал этот ужаснейший день из всех дней! Хоть погода и радовала, на душе все равно скребли кошки. Обходя ЮС–21, я осматривал каждую деталь: на первый взгляд они казались хрупкими, такие детали нагоняли на меня страх. Складывалось впечатление, что оторвись одна из них, и самолет канет в бездну, а вместе с ним и я… Однако опасения мои были напрасны: инженеры — конструкторы в нашей фирме были отличными мастерами. Но я почему — то все равно нервничаю.

Интересно, с чего бы это…?

Закурив сигарету, я минут с пять топтался на месте. Вскоре решив, что тянуть больше некуда, я сел в кабину пилота, включил двигатель и разогнался по взлетной полосе. Вот я в воздухе, стрелка барометра показывает триста метров от земли. Я стал подниматься выше и выше… Тем временем погода стала портиться прямо на глазах: заметно потемнело, где — то неподалеку прогрохотал гром. Я не намеревался спускаться вниз как никчемный трус! Решив для себя, что все уже предрешено, и я сам выбрал свою судьбу! Да и к тому же, сдаваться сейчас было просто бессмысленно.

Стрелка барометра показывает пятнадцать тысяч метров от земли — это самая минимальная высота для такого зверя. Я подумал, что для таких погодных условий лучше всего испытывать его на низком уровне. Начал облетать площадку, предназначенную специально для пробы самолетов. На этот раз моя задача заключалась в том, чтобы облететь территорию над Саргассовым морем.

Перед глазами всплыла статья из газеты «People» недельной давности. В этом море происходили мистические события: самолеты падали, корабли тонули, а из погибших так никого и не удавалось найти. Народ, живущий на Бермудских островах около этого моря, говорил: «Как только к середине моря подплывает корабль, или пролетает самолет, все небо сразу затягивается темной занавесью, и оттуда доносятся терзающие уши звуки и яркие вспышки, словно сам бес наводит там порядки. Увидев это один раз, больше такого видеть не хочется! Мы каждый день живем в вечном страхе. Услышав рев двигателя самолета или увидев на горизонте судно корабля, мы сразу разбегаемся по своим домам…»

Заметно потемнело. Разряд шаровой молнии едва не попал мне в крыло. Заморосил мелкий дождик, быстро превращаясь в ливень. Из кромешной темноты я еле различил красные пятна и легкое очертание смерча, который зарядил в меня очередным электрическим шаром. Будто сам дьявол в этот раз бросил мне вызов…

Я еле успел дернуть штурвал в другую сторону, и шаровая молния пролетела мимо.

«Стоило помедлить, и он попал бы точно в бензобак, и мне была бы крышка, но рано еще думать об этом. Меня этим не возьмешь, я не пуглив!» — подумал я.

— Ну, что, поиграем в кошки мышки!? Слышишь, я принимаю твой вызов, — кричал я во всю мощь, надрывая горло в микрофон.

Вихрь стал набирать скорость, с каждым разом забрасывая меня приличным скопом снарядов. Я прибавил скорости, и у меня еле хватало сил вывернуть штурвал истребителя от молний.

— Брати-и-и-ишь, держись! — кричал голос Джейкобса из рации.

«Как? Откуда он узнал!? Я никому не говорил, что сегодня у меня экспериментальный полет. Не хотел никого расстраивать и беспокоить. По этим причинам я летаю втихаря. А может, это у меня разыгралось воображение?» И вот опять раздался голос Джея…

— Ни-и-и-кон, не опускай руки… Не смей этого делать, слышишь! Давай право руля, теперь резко бомбочкой вниз, выныривай с левой стороны, а теперь резко вверх!

Не смея сомневаться, что это был голос моего лучшего друга, я делал все так, как говорил голос Джейкобса, уклоняясь от снаряддов.

«Слышать поддержку своего друга при таких обстоятельствах… Да, черт возьми, это лучше волшебства!» — улыбнулся я.

— Ник, резко вправо и разворот на девяносто градусов! Я резко дернул штурвал, как сказал братишка, разворачивая истребитель в пируэте, и увидел кучу электрических шаров, пролетающих мимо.

— Фух, пронесло, — услышал я облегченный вздох своего любимого брательника. — Еще б чуть — чуть, и «эти шарики» превратили бы тебя в пепел… Бра-а-а-а-ат!?

— Да — да, Ник на связи!

— Джей вызывает Ника, как слышно?

— Слышно отлично, что с погодными условиями?…

Я не успел договорить своей фразы: связь резко оборвалась, и из рации начали доноситься жуткие помехи.

Эта жуть довела меня до белого колена; я обезумел и вырвал с корнем провода рации, откинув их в сторону. При этом я вывел из строя датчик навигации и лишил себя света. У меня не было выбора; я начал вслепую сражаться с обезумевшим демоном молний. Хоть у меня и не было против него никаких орудий, я упрямо кружил возле него. Разряд молний освещал малую территорию, но хоть как — то давал возможность видеть его.

Я наверно спятил… Резко развернув ЮС — 21 в мертвой петле, я полетел на непонятный субъект с такой скоростью, что не замечал ничего вокруг.

С темпа меня сбило лишь то, что я услышал грохот на крыше истребителя, как будто там были забеги слонов. Первое, что пришло мне в голову: «Вот скотина! Все — таки попала в меня!».

Я начал кружить на месте, вглядываясь в пространство и ища соперника. Но, как я ни старался, увидеть мне его так и не удавалось. И вот, оно появилось прямо передо мной, оттуда, откуда я его совсем не ожидал увидеть, выпуская… ракету из молний!?

Будто в замедленной съемке я увидел, как снаряд из молний рассекает пространство и несется прямо на меня.

— Черт тебя подери! — сказав это, я прикрыл глаза и положил руки на штурвал. Сердце забилось быстрее. Стараясь не нервничать, я начал уходить то падая вниз бомбочкой, то поднимаясь быстро вверх, тем самым ускользая от назойливого снаряда.

«Он выполняет каждый мой трюк, словно заговоренный», — сказал я себе и только подумал — «Хорошо, что один…» — как появился еще один.

Развернув ЮС — 21, я помчался к неведомому явлению. Ракеты за мной. Делаю небольшой маневр, и они уже находятся по бокам истребителя.

«Как я и планировал».

Пролетая под чертовым отродьем, я поднялся резко вверх, а потом с переворотом ушел вправо. Краем глаза успел заметить, как два снаряда пронзают своего хозяина по бокам.

Заканчивая свою миссию в шоковом состоянии, я поднял голову вверх и понял, что только что я прошел испытание не на жизнь, а на смерть! Всю плохую погоду как рукой сняло. Появились пушистые облака, и среди них я увидел силуэт своего спасителя… своего любимого лучшего друга… моего верного братишку… Джейкобса Уильяма. На его лице была широченная улыбка от уха до уха. Он поприветствовал меня нашим особым знаком и начал таять в небесах. Посадив истребитель, я вышел из кабины и еще раз посмотрел на небо, где спустя некоторое время появилась надпись: «Жду на своем Дне Рождении, брат».

После теста ЮС — 21 мистические события на Саргассовом море прекратились, и о загадочном явлении природы больше никто не слышал. После случившегося я ходил довольный. Народ смотрел на меня, как на психа, но я никому не рассказывал, что произошло со мной на самом деле. Не хотел никого лишний раз пугать.

Эту историю знает лишь Джейкобс. Оказывается, в тот день у него было предчувствие, что со мной должно произойти что — то неладное, и он отправился к колдуну. И тот с помощью своих заклинаний, оптических приборов и обрядов дал Джею возможность помочь мне.

Март 2013

День выдался мрачным. Небо было затянуто плотной серой дымкой, через которую солнце никак не могло пробить свои яркие теплые лучики. На дома страшно смотреть, их угрюмые окна изливают мрак, тоску и печаль, как будто в них лет сто никто не живет. Деревья стоят понуро, и вяло склонив свою когда-то могучую и восхитительную крону чуть ли не до земли, словно жизнь уходит из-под ног, и ты уже ничего не можешь с этим поделать, для тебя больше не существует ярких красок, красиво переливающихся на солнце.

После рабочего дня, Энни Дагерсон — девушка двадцати трех лет, хотя на вид она выглядела гораздо моложе, работает в фирме «Fifteen sinners» (прим. автора: Пятнадцать грешников) главным бухгалтером; у нее длинные волосы светло-русого оттенка, большие морской волны глаза; одевается, как вздумается, каждый раз видоизменяя стиль моды у окружающих, отправилась в парк. Найдя самое уютное и неприметное местечко для обитателей парка, она присела на детские качели на цепях, опустив голову к низу и уставившись в одну точку, покачиваясь из стороны в сторону, вспоминая произошедший инцидент на рабочем месте…

Шеф явился на работу, сам не свой… выглядело так, будто в него вселился сам дьявол! Взгляд бешенный, скованные, но в тоже время развязанные движения, волосы, растрепанные в разные стороны, рубашка помятая и в некоторых местах даже разодранная, на брюках вообще живого места не было, и ко всему прочему пришел босиком…

Даже вспоминать страшно… влетел в здание офиса, как ураган весь грязный, разбитый и помятый, хватая на ходу все, что под руку попадется: горшки с цветами, папки с документами, подставки для ручек и карандашей, не найдя им другого применения, начал раскидывать их в разные в стороны… В стены, в двери, окна и сотрудников, которые не ожидали от своего директора подобной подлости, ели уворачивались, от летящих в разные стороны объекты и осколки, которые попадали в голову, под ноги и в спину. Превращая тем самым офис в груду мусора… Но этого ему было мало… он докапывался и до того напуганных сотрудникам, со своими глупыми допросами, кричал, унижал, а самое главное приказал восстановить всю документацию, которую он так качественно разбросал по всему офису, что за всю короткую жизнь человечества не управится с этой работенкой.

Его голос все еще звенел в ушах Энни…

«Кто откажется выполнить мое поручение, будет немедленно уволен, без места восстановления на любой другой работе! — жутко расхохотался, демоническим голосом».

Разбитая этими словами, девушка выступила вперед и высказала все, что она думает о своем шефе…

— Вы трус, подлец и ничтожество! Вы только и можете наслаждаться горем других людей, что с Вами происходит?! С каждым днем Вы все глубже погружаетесь во мрак и уже почти твердо стоите на двух ногах в своей могиле! С чем я Вас и поздравляю, и служить Вам боле не желаю! — она говорила так уверено и пылко, боясь одного, что голос ее дрогнет и выдаст ее настоящее чувство — страх, но голос ее не подвел, ни разу не дрогнул. Собрав всю свою волю в кулак, размахнулась и со всего маха ударила шефа кулаком по лицу, после чего развернулась на каблуках и с высоко поднятой головой и твердой походкой вышла из офиса.

От столь неожиданного удара, шеф согнулся пополам, вытирая разбитый нос рукавом рваной рубашки, выпрямился и посмотрел на всех со сверлящим бешеным взглядом, прокричал ей вслед, угрожающее послание на непонятном языке, что у всех оставшихся подкосило ноги, и они рухнули на пол обессиленные с потухшим взглядом в глазах.

Энни пришла в парк, чтобы расслабиться, а тем самым еще больше нагнала на себя тоски… Взглянув, наверх, она тяжело вздохнула, поняла, что время движется к закату и пора идти домой.

Только она хотела было подняться с качелей и пойти домой, но, ни тут-то было, голова девушки закружилась, ноги подкосило, в глазах начали мелькать какие-то цифры, дома, прохожие… И среди этого всего она четко увидела своего лучшего друга детства Уэйна, который ушел служить в сухопутную пехоту на пять лет. И за все это время, что он служил, от него не было, ни одного письма с ответом, ни одной весточки, что он жив и с ним все в порядке. Это очень сильно тревожило девушку. Без него ее жизнь была невзрачной, тусклой и скучной, что в принципе сейчас и происходит.

От воспоминаний проведенные с Уэйном, у девушки сильно заболела голова, ее согнуло по полам, в глазах потемнело, и она беспомощно упала на землю, ее сильно начало клонить в сон… Переборов себя, она еле как поднялась на ноги, засыпая на ходу и покачиваясь из стороны в сторону, как в море лодка на волнах, побрела в сторону дома.

Зайдя домой, Энни поснимала с себя верхнюю одежду на ходу разбросав ее в разные стороны своей просторной квартиры… Шляпу она забросила на шкаф, шарф повис на люстре, пальто бросила на кресло, один туфель кинула под диван, другой, проходя мимо кухни, бросила у холодильника, прошла в спальню и рухнула трупиком на не расправленную от покрывала кровать.

Но стоило ей только коснуться головой мягкой подушки, как эмоции закружили неудержимо, представляя ее взору как радостные, так и печальные моменты ее жизни. Она тщательно пыталась заснуть, выбирая себе подходящую позу для сна. Крутилась, вертелась, но эмоции, которые все дальше и дальше уводили ее ото сна в бодрость, были неумолимы. Полежав так пару часов, она поднялась, умылась, собирала по квартире свою разброшенную одежду и пошла гулять.

Прогуливаясь по городу, она увидела трактир с надписью «Ласковый Марсианин», как воспоминания нахлынули с еще большей силой, когда-то крыша этого трактира служила Энни и Уэйну укрытием от уличных грабителей, после чего стала их тайным убежищем, где они проводили целые дни на пролет от рассвета до заката. Не раздумывая, она влезла на крышу и уселась, облокотившись о дымоход, поджав ноги к груди, смотрела на мерцающие звезды ночного, ясного неба, погрузившись полностью в свои мысли.

Пробыла она не долго в своих мыслях, ибо ее спокойствие нарушил грохот с обратной стороны крыши… Она осторожно поднялась на ноги и бесшумно начала пробираться к другому концу крыши, словно кошка, подкрадываясь к своей добычи. Подойдя к самому краю она увидела его, Уэйна, на карнизе.

Чувство восторга было настолько сильным, что бы сохранить равновесие наклонилась назад, пытаясь как-то восстановить баланс, начала размахивать руками, но лишь усугубила ситуацию и начала падать вниз, с испуганным криком…

Увидев все это зрелище Уэйн резко прыгнул вверх, хватаясь за край крыши левой рукой, а правой еле успел схватить ее за руку, подтягивая ее к себе после чего помог взобраться на крышу, и влез сам.

Как только она встала на ноги тут же набросилась на своего друга с кулаками.

— Уэйн, как ты мог оставить меня одну на столь длительное время?! В каких краях затерялись, так горячо обещанные тобой мне письма?! Может, ты все-таки сделаешь попытку объясниться?! Уэйн! Лучше не зли меня, засранец!.. — все так же вспыльчиво продолжала колотить своими маленькими кулачками в грудь, так горячо любимого друга детства.

Казалось, Уэйну это даже нравилось, и по истине доставляло удовольствие. Он улыбался, своей обезоруживающей улыбкой и все так же продолжал смотреть на возбужденную от злости Энни, обняв за плечи, он повел ее к дымоходу, где парень когда-то сделал безопасную площадку, что-то штаб-квартиры, где они вдвоем наслаждались прекрасными моментами жизни.

Май 2013

Ночь. Я сижу на крыше высотного здания. В мою дурную голову лезут странные мысли.

Один… Совершенно один… И вокруг никого… Тишина… Только слышно гул пьяных прохожих на улице и шум моторов машин…

Почему один? Ведь у тебя есть самые близкие люди — это твои мама и папа. В конце концов, у тебя есть друзья! Значит, ты не один! — донесся голос из глубин моего сознания.

Как же обидно и больно… Обидно, когда к тебе относятся как к животному. Словно ты марионетка в руках кукловода. Больно ощущать, что ты не нужен никому в этом бренном мире. Совершенно. Друзья говоришь… ну и где они?! Что-то я никого здесь не вижу, кто бы сидел со мной. На крыше. Не вижу никого, кто бы помог мне осушить эту бутылку коньяка, — демонстративно потряхиваю бутылкой из стороны в сторону для полного убеждения.

Не вижу того, за кого бы я мог отдать жизнь, не задумываясь. Нет того, кому бы я доверил свою жизнь, не раздумывая! Родные… они во мне ищут выгоду только для себя. Они хотят, чтоб я подчинился их правилам, стал их рабом, жил в их удовольствие, не в свое… Пустота… в душе. Нет никаких чувств и стремления жить… Как же грустно… Зачем я в этом мире? Что я из себя представляю? Какую информацию я несу в себе? Для чего мне все это? Как же грустно… Словно я сижу в клетке, в темнице сырой, и нет просвета… Нет…

Ты глуп! У тебя есть я! Может, я тебя когда-нибудь подводил? Может, не поддержал в трудную минуту? Не выслушал? Ответь, ну разве я не друг?! Я делаю все для тебя, а ты меня не слышишь… Не воспринимаешь всерьез… Но я не обижаюсь. На друзей ведь не принято обижаться: мало ли какие у них в голове тараканы ползают?.. И одним из этих тараканов являюсь я! А ты меня игнорируешь, нервы мне треплешь — и заметь, не только мне! — не заботишься. А мне ведь многого не надо. Главное, чтоб ты счастлив был, идиот! А ты только и знаешь, что ныть и страдать… Сколько ты наших уже убил, изверг?! Одни проблемы от тебя. И почему нам посчастливилось родиться именно в твоей голове, где каждый второй умирает от мучений и бессилия?..

Ты друг мне и это неоспоримо, но почему-то на душе так пусто и так одиноко… Будто мне выжгли все эмоции… Зачем вы натягиваете на меня маску безразличия, когда хочется кричать? Зачем поддерживаете во мне жизнь? Какой вам от этого толк? Вы все равно умрете… рано или поздно. Так лучше это сделать сейчас! Какой вам от этого прок? Мучить меня и страдать самим? Давай уйдем. Меня все достало. Даже эти звезды, сияющие тускло на небе, достали. Все надоело. Открой дверь — я уйду. Больше никто не пострадает из-за меня.

Никогда! Я не позволю тебе уйти. Никто не позволит! Мы связаны! И пока хоть один в наших рядах жив, он будет поддерживать жизнь в тебе, так что все твои старания угробить себя напрасны — мы сильней тебя! И нас много, мы возьмем численностью. Но вот скажи… какого тебе не живется?! Зачем ты придумываешь все эти проблемы? Скажи, тебе действительно делать нечего, как страдать всякой фигней? Так сними сам с себя маску безразличия, посмотри на мир под другим углом… Все не так плохо, как тебе кажется. Все гораздо лучше и проще! Не усложняй себе жизнь. Все хорошо! Все еще будет! Это всего лишь «черненькая» полосочка в твоей начинающейся жизни.

Полосочка?! Хах… ты издеваешься? Сколько она еще будет длиться? Я устал и хочу отдохнуть…

Да ты просто… слабак!

Возможно. Я столько всего пережил в свои тринадцать: предательство, безразличие, непонимание, отвержение, словно я и не человек, а зверь! Почему меня боятся? Что во мне не так! Почему меня обходят стороной? Может, я не из этого мира и зашел сюда по ошибке? Почему?.. Я реально устал от всех и вся! Скажи, сколько еще ждать, сколько это продлиться? Я готов ждать! Обещаю тебе, я сожму зубы, и буду идти вперед, не думая о смерти. Только скажи, Гардин, — имя само сплыло в моем сознании, открывая образ моего собеседника: это действительно был таракашка. Туловище — удлиненное, с шестью лапками; также у него была длинная шея с заостренной мордочкой и небольшими разветвляющими усиками на лобовой части. Когда он говорил, его жвала ходили из стороны в сторону, при этом не издавая ни единого скрежета. — Сколько это продлится? Назови конкретное число и дату, и тогда я успокоюсь.

Это не имеет значения! Твоя связь с семьей сильна. И не в моих силах распутывать ее… Ну даже если бы это и было в моих силах, то все равно не развязал бы. В отличие от тебя, нам жить нравится, пусть это и твоя голова… Но так просто мы не сдадимся! Лучше бы тебе свыкнуться с тем, что твои же мысли сильнее твоего разума. Пока ты размышляешь, мы приходим и заполоняем твою голову идеями, поэтому, чтобы победить нас, тебе надо научиться мыслить в три раза быстрее, дабы застать врасплох хотя бы одного из нас. И пока мы знаем твои планы, тебе не удастся достичь такого эффекта! Еще никому не удавалось скрывать свои мысли от самого же себя. Скажу так: это только начало. А что будет дальше? Никто не знает… Возможно, в будущем тебя ждет успех! Вот ради этого будущего тебе и надо жить! Есть жизни сложнее, чем у тебя! Возьми себя в руки и начни жить, а не выживать!

Есть, конечно же есть… Но, по крайней мере, у них есть друзья, которые в трудную минуту могут сказать: «Ты впереди, ты лучший, ты сможешь!» А напоследок кладут тебе руку на плечо. Если бы ты делал так же, ты был бы бесценен.

Вот значит, чего тебе не хватает… тепла. Тепла, которое несут в себе люди… Но ты такой холодный, как лед. И если бы я и положил свою руку тебе на плечо, то ты бы ничего не почувствовал. Как же глуп я был все эти годы… Тепло. Тепло, которое я не в состоянии тебе дать… Получается, что и я не в состоянии тебя понять… Прощай…

Подожди, нельзя заканчивать разговор на полуслове!

Но было уже поздно что-то говорить и доказывать. Он ушел. Я лишь тяжело вздохнул.

Вот так взял и отрубился. Вырубился, оставил… оставил одного… Друг… Опять один… Один! Тишина… И нет никого… И не слышен гул пьяных на улице и шум моторов машин… Тихо и пусто…

Постоял у края крыши какое-то время, наслаждаясь свежим воздухом и, как ни странно, прекрасными видами темноты. Я сделал шаг…

Ноябрь 2013

Случилось это два столетия назад. Тогда я был ещё молод, не то, что сейчас. Если бы на лице у меня росли волосы, то борода точно была бы до пояса, если не ниже. Взгляд озлобленный. А всё почему? Да потому что в своё время я был вспыльчивым, молодым эльфом!

Убежал из дома. Да куда? В этот самый запретный для эльфов дремучий лес, что находился рядом с деревушкой, где я обитал все это время. А почему запретный? Да леший его знает, может быть еще кто-то из старейшин моего неугомонного семейства. Меня в такие дела никто не просвещал, но помнится, когда наступило пятое лето моего пребывания на сей земле, моим наставником стала Мираэль. Она учила меня всему, что знала сама — стрельба из лука, кулачный бой, фехтование на мечах. Также давала уроки наставления, чтобы не смел околачиваться возле леса, что располагался на окраине нашей небольшой деревушке. И смотреть в его сторону категорически было запрещено. Но причину этого запрета мне так никто не говорил. Это была тайна покрытая мраком…

Став старше я начал тренироваться один. Мои тренировки начинались как только первые лучи солнца касались земли.

Я выполз из постели словно тень и отправился в горы на очередную тренировку. Прежде чем приступил к тренировке, я оглядел окрестность, где мне представилась вся красота и таинственность окружающей меня природы. И тут увидел девушку, она собирала какие-то травы. Я подошел к ней познакомится, и после этого мы стали общаться чаще. Именно от нее я узнал про город, про университет и все что было связано с людьми. Итак меня это заинтересовало, что я перестал тренироваться, только и думал о городе, какой он…

В итоге уговорил родителей, отпустили они меня в город. Экзамены сдал без труда и поступил на экономиста.

Но после двухнедельной учебы в городе, где цены на продукты — целое состояние, никак иначе. Сказал предкам, что экономика и все её составляющее у меня поперек горла уже стоят. Надоело! Хочу быть астрономом! Мне звёзды ближе! Не поняли меня в семье, да и где им меня понять — деревенщина! Только бы за уши таскать да подзатыльники давать при любом удобном случае, а также болваном обзывать. И попрекали они меня, что я — такой непутёвый сын, только кровушку пью, вместо того, чтобы действительно помогать и деньги зарабатывать на наёмничестве. Родители считали, что это самая достойная работа для эльфа.

На улице сверстники бросались в меня непристойными шуточками, что и у любого взрослого уши в трубочку от такого завернулись бы. Но только не у меня! Я проходил мимо с невозмутимой физиономией, типа: я тут царь, а вы — мои поданные, так что цыц, шмакодявки! И это всегда очень раздражало моих разгорячённых «товарищей».

Трудно пришлось, но несмотря на всё это, своей цели я добился: стал всё-таки астрономом! Звёзды знал, как свои пять пальцев. Но после полугодового обучения невыносимо мне стало смотреть на небо: как посмотрю, так в жар бросает и носом кровь идёт. Вот до чего меня довели все эти небесные тела… Завязал.

Вспоминая последствия прошлого раза, в этот я подготовился и был начеку — продумал всё до мелочей и к разговору с родителями подошёл во всеоружии, как мне казалось. Во время обеда, пока все молча трапезничали, я выжидал подходящей минуты, когда у всех рты будут заполнены. И вот, улучив момент, я набрался наглости и выложил радостную новость — сегодня я программист! Мне нужен комп для написания своих собственных программ!

Успех был поразительный — все молчали и не обращали на меня никакого внимания, поэтому, в силу своей «скромности», я продолжил с довольным таким лицом: «Так-то и так-то, будьте любезны предоставить мне сей инструмент, буду очень признателен. Хм… желательно, чтобы к завтрашнему утру он стоял у меня в комнате».

Я глуповато улыбался, не понимая всей серьёзности ситуации… Ох, и наивный я был. Дурак! Когда же с употреблением пищи было покончено, на меня набросилось всё семейство с криками:

— Стервец! Да как ты посмел оглашать такие похабные мысли во время трапезы?! — это был отец.

— Да как у тебя язык только повернулся сказать такое? И кто надоумил тебя против семьи идти, поганец ты эдакий?! — а это уже матушка.

— Только о себе и думаешь! Никакой помощи от тебя, одни затраты да убытки! — а это — вместе.

Лишь мелкие ехидно улыбались и что-то обсуждали меж собой, а старшие братья так вообще из-за стола вышли и разошлись по своим комнатам. Понимаете ли, им моё общество противно стало.

На этом, конечно же, предки не остановились, а лишь разгорячились — начали давать наставления, мол, мне надо брать пример со старших братьев и сестёр. А я, между прочим, тоже личность! И тоже имею свою точку зрения! А мне, как нашкодившему щенку, на каждом слове словно пинка под зад давали, якобы, я — одно недоразумение и выскочка, что ни себе житья не даю, так ещё и другим нервы мотаю.

Внутри разгоралась обида и ненависть на всех, но прежде всего — на семейство, которое не приняло мою индивидуальность и мой энтузиазм развиваться! Я кипел, а в сознании проносилось: «Знатью, значит, себя почувствовали? Короли престолов фиговы… Ну и чёрт с вами, без вас как-нибудь проживу! Добьюсь успеха, а вы потом ещё и локти кусать будете!»

В общем, даже не дослушав до конца все эти нравоучения, я лишь с ухмылкой на устах дошёл до двери и выбил ее ногой, срывая с петель, и побежал в сторону запретного леса, к пруду.

Лето, солнышко припекало, а я лежал возле пруда неподалеку от запретного леса и читал книжку, что бы развеяться, успокоится от бушевавшей внутри несправедливости (со мной такое редко бывает, обычно я бездельничаю, ища приключения на пятую точку). Ветер легонько ласкал мою шевелюру, словно гладил по голове. Хоть сюжет книги и был очень интересен, шорохи листьев и пение птиц всё равно потихоньку меня убаюкивали. Сил сопротивляться сну больше не было, и я заснул. Откуда-то издалека послышалась музыка: спокойная, тихая, нежная… Но вдруг она начала набирать обороты, звучать всё быстрее и быстрее… И вот уже кружит мне голову, лишая разума, увлекая в свои дебри. Я как будто стал единым целым со всем миром, нет даже не так… Я и был целый мир! Про то место, куда унесла меня мелодия, можно сказать так: «Там чудеса, там леший бродит…» Насчёт русалок не знаю, но это место точно было необыкновенным, завораживающим, волшебным! Тут время текло совсем иначе: медленно, тягуче, словно сама вселенная растягивала удовольствие от столь великолепного нектара.

Деревья, что до недавнего времени стояли смирно, лишь изредка покачивая своей пышной листвой от лёгкого дуновения ветерка, теперь же пришли в движение, встряхнув кроной так, будто проснулись от долгой спячки. Такого чуда из чудес мне ранее видеть не приходилось, но тут я увидел, как они все в одно и то же время начали превращаться в мифических существ! Из стволов начали показываться руки, поднятые вверх. Могучие корни деревьев, которые, наверно, росли под землёй не одно столетие, питаясь всякими минералами, превратились в стройные ноги, а после (Вы не поверите, но если бы я видел это наяву, то я бы точно грохнулся в обморок!), проморгавшись как следует, я увидел перед собой изящных, милых, обворожительных девушек с длинными волосами. Они были похожи на нимф, о которых я читал только в книгах, но листья в их волосах напоминали о том, что только что они были деревьями.

Нимфы, словно пропитанные насквозь этой музыкой, принялись танцевать: то по кругу, то врассыпную, то петляя между собой… И при этом они постоянно кружились вокруг своей оси то в одну сторону, то в другую… Это настолько завораживало, что очарованный не только музыкой, но и прекрасными мелодичными голосами девушек, я влился в танец, как будто и сам знал все движения и танцевал его уже ни одно столетие. Я слился воедино с этими существами, мы все были, как единое целое. Но это был только сон, который зародил во мне надежду увидеть столь очаровательных существ наяву и слиться с ними воедино как в этом сне.

И чего только не сделаешь подури, когда внутри кипит злоба и отчаяние, тут уж каждый вариант кажется правильным и с определенным смыслом. Где-то я вычитал однажды такое выражение: «Все, что не делается — то к лучшему, а все, что не случилось, то напользу».

Наплевав на все запреты и наставления, я побежал туда, где был уверен, что буду чувствовать себя в полной безопасности.

Я побежал в лес. Да-да, именно в тот самый лес, о котором мне так тщательно промывали мозги еще в детстве. Думая лишь о том, окруженный властью могучих деревьев и мифическими жителями, что живут в нем.

Когда я зашёл в эту обитель, то услышал за собой громкий, клацающий звук… Мне стало как-то не по себе, колени предательски задрожали от страха. Я так и замер в движении, не смея пошевелится, ноги словно вросли в землю, а в голове роем крутились мысли:

«Бежать. Надо уносить отсюда ноги и чем раньше, тем лучше. Бежать… Бежать как можно дальше от этого места».

Все же набравшись смелости, в любой момент готовый бежать, не важно куда и в какую сторону — главное бежать. Я на негнущихся ногах медленно обернулся на шум, да так и замер с широко раскрытыми глазами, а волосы на голове уже начали потихоньку вставать дыбом.

Дорога, которая привела меня сюда, пропала, а вместо неё появилась живая изгородь высотой до неба. Я стал в панике озираться по сторонам в поисках выхода, но тут голова закружилась, и я, запнувшись о корень какого-то дерева, шлёпнулся, разбив бровь о камень. В глазах помутнело, появились позывы тошноты… Перевернувшись на спину, я попытался подняться, как услышал душераздирающий крик, от которого кровь пошла не только из носа, но и из ушей. Потом появился косяк летучих мышей: они продолжали нарезать круги и вопить. Я схватился за уши и повалился на землю, сворачиваясь в позу эмбриона, пытаясь тем самым спрятаться от ужасного шума, что разрывал меня на кусочки. Не знаю, сколько времени я провел в таком состоянии, но когда более-менее очнулся, не было уже ни звуков, ни летучих мышей… Осмотревшись по сторонам, я пришёл в дикий ужас… Место, в котором я очутился, никак не было связано с предыдущим: меня окружали какие-то стены из сухих веток метра три-четыре высотой (если не выше), и тянулись они куда-то вдаль… Я запаниковал. Вот и зашёл в лес и воссоединился с природой, ага… Впутался в какую-то чертовщину! Зато узнал, почему лес считается запретным для эльфов… Хоть какая-то полезная информация.

Проторчал я здесь достаточно долгое время, пытаясь понять, куда мне идти и как выбраться из этого чёртового места. Сначала-то, конечно, пытался раздвинуть ветви, чтобы сделать дыру и поскорее умотать отсюда. Но всё было не так просто, как казалось. Пока я очищал местность, позади уже укрепилась новая стена. Тогда я попытался ломать и её. И что же вы думаете? На месте поломанных ветвей вырастали новые! Да так быстро, что я и глазом моргнуть не успевал. И тут меня посетила блестящая мысль, что можно через эту стену перелезть! Лез я, значит, старательно так, усердно, но стена всё не заканчивалась… И только спустя какое-то время я заметил: стою, значит, на земле и упорно переставляю ноги, да руками перебираю на месте. Красота, одним словом!

И тут наконец-то до меня дошло (да, слоупок я ещё тот) — влип! Влип я, ребятушки, по самые эльфийские уши! Но кто же знал, что все так выйдет… Лес это же родина моя, мой дом! И тут такое… Шагнул в него и потерялся. В прямом смысле слова.

Лишь после до меня дошло, что это лабиринт. Но само существование меня в нем не устраивало. Здесь был отвратительный запах гнили и разложения чьей-то плоти, а еще за все время пребывания здесь, мне не попалось ни одно животное, лишь только черви да и только…

Так я и оказался заперт в этом паршивом месте. И вот отсюда-то и начинается моя история…

Оказавшись в лесу, на меня подействовало какое-то заклинание, серьезно вам говорю и это был не сон, уж поверьте! Когда я очнулся и увидел, где я нахожусь, меня обуяла паника и страх и я принялся себя щипать, ну это как мне казалось ничего не значит, ну тогда я решился на самопожертвование и со всей дури заехал кулаком себе в глаз… И да, вы как всегда правы, я дурак… Ну, это лишь подтверждало, что я не спал и это все действительно происходило со мной на самом деле. После того как я себя ударил, передо мной запрыгало и замелькало множество звездочек. И стал я похож на… даже не знаю на кого. В общем, фингал на пол лица, бровь рассечена, ну и каким-то образом челюсть выбита. Красавчик, одним словом.

Ну так вот, после избиения себя любимого я начал читать себе нотации:

— Идиот! Ну, какой же я все-таки недоумок…. Думал, что этим я им так отомстил за все то, что мне пришлось выслушать в эти долгие пять минут. Как бы ни так, они наверно, только рады, что избавились от такого как я, при этом не прилагая никаких усилий.

Как видите, я не соврал на счет приключений на одно место. Правда, в такое положение я попал в первые и маленько растерялся, ну полагаю, вы и сами это заметили… По началу я пытался как-то с этим бороться и выбраться, но все попытки были тщетны. На моем опыте еще не было ни одной ситуации, из которой я бы не выбрался — всегда выходил сухим из воды. Повоевав со стенами лабиринта, я понял, что ловить мне здесь больше нечего и от усталости я слепо двинулся вперёд, запинаясь о корни деревьев, интуитивно поворачивая то вправо, то влево. В первое время шёл я и денно и нощно, едва переставляя ноги и чуть ли не валясь от усталости, но конца пути видно не было… Так же как и тупиков: лишь одни повороты.

Я уже потерял счёт времени… Не единожды промывал себе косточки, сваливая всю вину на неопытность и юность. Но ведь так хотелось где-то затаиться и спрятаться… Спрятался, называется! Попал в самое, что ни на есть, сердце чужеродной и непонятной системы! А в том, что это была система, сомнений у меня никаких не было.

Прошла ни одна зима — это точно. А я всё иду и иду, пытаясь найти выход. Поначалу пытался выйти по звёздам — не зря же их в своё время изучал?! Как оказалось позже — зря! Путеводная звезда Гальто, что должна светить далеко на севере, всё время висела у меня над головой. Прям злой рок какой-то… Я не опускал руки: в арсенале у меня ещё имелись знания астронома. Высчитав, сколько длится день в этих краях, а сколько ночь, я пришёл к выводу, что день и ночь составляют в сумме сорок восемь минут, а это никоим образом не вязалось с моим миром! Таким образом, я прикинул, что приблизительно за десять лет я прожил минимум своей жизни, нежели если бы в данный момент находился дома!

Так же в лабиринте я был не один: тут ползали по ночам какие-то твари. Мне не доводилось их видеть, но слышал, а иногда даже и чуял их омерзительный запах случалось… Жуть! Из своего укрытия они выползали примерно на двадцать третьей секунде наступления темноты. В это время я всегда находился на ногах, и они не осмеливались на меня напасть. Лишь ползали рядом и издавали какие-то странные звуки, явно сожалея о том, что до меня им не добраться. А главное ждали… Ждали подходящего момента. И дождались!

Я уснул. Ещё днём, до наступления ночи, и, конечно же, проспал! Эти тварюги атаковали! Набросились всем скопом… Уж точно не знаю, сколько их было, но они окутали меня всего с ног до головы своими склизкими, жутко воняющими телами. Они заползали в нос, уши и рот. Доподлинно неизвестно, что они делали, но я чувствовал, как тело моё тает, испаряется, как вода при жаре в сорок градусов. Странно, но при этом я не чувствовал боли: меня словно освобождали от чего-то тяжелого, как будто снимали оковы.

Эти… существа слизали всю мою эльфийскую оболочку, как будто это было мороженное, а не сложный организм. Я чувствовал свободу… И уже хотел улизнуть из злосчастной системы, как меня потянуло куда-то, словно засасывало в трубу пылесоса — душа моя попала в очередную ловушку! Это был центр лабиринта с хитросплетённой системой. Оказавшись в этом месте, я понял суть всей проблемы моего здесь существования. Я видел выход из ситуации, в которой был ранее, но предпринимать что-либо было уже поздно — мышеловка захлопнулась! Выхода теперь нет: я стал частью проекта, частью лабиринта…

Декабрь 2013

Воскресное утро. Около девяти часов. Девчушка встала с постели, зевнула, потянулась, не замечая ничего необычного, пока её взгляд не упал на стол. От удивления у неё широко распахнулись глаза. На столе лежала мягкая игрушка. Тот самый коричневый пёсик, которого она увидела пару месяцев назад, в магазине. Тогда она попросила маму купить его, но женщина ничего не сказала — просто взяла ребёнка за руку, и они пошли домой. В тишине.

Сейчас же девочке казалось, что пёсик улыбался и вилял в приветствии своим крошечным хвостиком. В лапках он держал коробочку в яркой, блестящей обёртке, перевязанную шёлковой ленточкой, а рядом с ним лежала музыкальная поздравительная открытка.

В приподнятом настроении, она со всех ног бросилась к окну — на лице расплылась широкая улыбка. Перед ней открылся прекрасный зимний пейзаж: на улице шёл снег, он был повсюду. На крышах домов, заборах, деревьях, машинах. Его было так много, что малышке казалось — в нём можно утонуть.

Услышав звон ложек, девчушка побежала на кухню. Родители пили чай и о чём-то мило беседовали. На столе стоял фруктовый тортик со свечами и ещё одна чашка с чаем.

— А вот и наша именинница, — сказала мама и подошла к дочке, поцеловав её в щёчку. В это время мужчина встал со своего стула, стоял в сторонке и улыбался. Когда очередь дошла и до него, он подошёл к девчушке, взъерошил ей волосы, после крепко обнял и сказал:

— С днём рождения, доча! — взял на руки и подбросил её к потолку. Ровно столько, сколько исполнилось имениннице — четыре раза.

Декабрь 2013

Где-то в параллельной вселенной

Хмурый день. Солнце спряталось за грозовыми облаками. Небо затянула серая дымка. На кухонном подоконнике сидела девушка с огненно-рыжими волосами. Настроение её не было праздничным. Погрузившись в свои мысли, она смотрела в окно печальным взглядом, не замечая происходящего на улице: как машины одна за другой проезжали по трассе, как деревья покачивались от ветра, как неизвестные прохожие шли по своим делам, как через дорогу пробегала бездомная собака — ей это было совершенно безразлично. У рыжеволосой день не задался с самого утра — всё валилось из рук, да и хмарь за окном нагнетала только апатию. Вяло спрыгнув с подоконника, она пошла варить кофе; по дороге запнувшись за табуретку, рассыпала содержимое банки по полу, проклиная всё на чём свет стоит. Худо-бедно заварив себе кружечку кофе, девушка вернулась к своему излюбленному подоконнику на кухне. Взглянув в окно, она увидела на заборе здоровенного рыжего кота в красном колпачке. Он пялился в окно недобрым взглядом, и в его взоре можно было прочитать, что он замышлял какую-то шалость. Огненно-рыжая лишь фыркнула, показала язык коту, отвернулась, продолжая пить кофе, погружаясь в свои мысли.

Скрип входной двери заставил девушку выйти из задумчивого состояния, неловко дернувшись, она пролила содержимое кружки на себя, выругавшись, спрыгнула с подоконника и отправилась на шум. В дверях сидел рыжий кот в красном колпачке и умывался. При приближении шагов он прекратил все свои действия и вальяжно отправился в сторону кухни, не обращая никакого внимания на хозяйку дома.

Недоумевая, что произошло и каким образом кот очутился у нее дома, девушка подошла к двери и тщательно ее осмотрела. Не найдя ни каких повреждений, закрыла дверь на замок и попыталась ее открыть — ничего не вышло. Сев на коврик в прихожей, обняв колени руками, погрузилась в размышления: «Что за фигня! Каким макаром сюда проник кот!? Я точно помню, что двери еще не открывала! Па-ра-докс. Ну не взломал же он ее в самом-то деле?.. Или все-таки взломал?..»

— Простите мою наглость, что вот так вырываю вас из задумчивости, миледи, но некоторые личности в Вашем доме… — всячески пытаясь обратить на себя внимание, кот начал нарезать круги вокруг девушки, после чего сел чуть ли не вплотную напротив нее и стал поглаживать лапой себя по животу, после чего продолжил: — … голодны как волки и как Вы уже могли заметить, ненавязчиво просят пройтись за ней на кухню и как следуют покормить, — рыжий расплылся в ехидной улыбке (если так можно выразиться о коте), слегка прищурив глаза. Поседев так еще какое-то время и погипнотезировав девушку, он резко подскочил на месте и, сделав кувырок в воздухе, ломанулся на кухню.

Юся (так звали девушку), все еще не отошедшая от шока, непроизвольно наблюдала за движениями наглого комка шерсти, который неизвестно каким образом оказался в ее доме. Услышав грохот на кухни, Юсина проснулась словно ото сна, вскочила на ноги и рванула на кухню, сломя голову, пару раз чуть не поскользнулась на скользком полу, добежала до двери кухни и не успела затормозить как врезалась в запертую дверь.

— Твою же бабушку!.. — выругалась некрасиво девушка, схватившись за ушибленную голову. — Кто ты такой? Откуда взялся на мою… больную голову, — потёрла набухающую шишку на лбу, крича на дверь. — А ну вылась скотина, сейчас я отхожу тебя тапочкой!.. — посмотрела на ноги и поняла, что тапочек у неё на ногах нет. Нервно потоптавшись на месте босыми ногами она не заметила как дверь медленно приоткрылась и оттуда выглядывала ухмыляющаяся морда кота. — Ты!.. — Юся злобным взглядом смерила незваного гостя.

— Я, — весело улыбнулся кот, с хитро-сияющими глазами, протягивая правую лапу. — Санта, к вашим услугам, миледи! — подмигнул и жестом попросил войти на кухню.

— А чем вы так настойчиво хотели меня отходить!? — котяра уставился на босые ноги, мимо проходящей девушки, негромко посмеиваясь, прикрывая лапой рот. — Неужели я не ослышался, и это слово действительно было… Тапочка!? — удивлённо посмотрел на девушку, еле сдерживая себя, чтобы не засмеяться рыжей в лицо.

Юсина смерила бесстыжего презрительным взглядом, удержавшись от того, чтобы как следует не приложить ногой со всей силы, по столь смазливой мордахе. Фыркнув, и откинув прядь рыжих волос назад, девушка невозмутимо прошагала на кухню и со всего маха села на пятую точку, челюсть отвисла, глаза расширились.

Вечер восьмого мая. Нежданно и негаданно мне позвонила Юлькин-с с мобильного Гнома. Сначала я подумала, что Лёха хочет поделиться какими-то новостями и событиями, но… Когда я услышала женский, звонкий, наполненный позитивом голос, маленько оторопела и потеряла дар речи на несколько секунд.

Юля как всегда что-то говорила, смеялась и одновременно умудрялась разговаривать со мной и Гномом. Из обрывистых предложений я поняла лишь одно — Юлька в Челябинске. И мы договорились погулять. Время было назначено на следующее утро, на одиннадцать часов у «Родника». В такое время я обычно ещё в кровати.

Утро девятого мая выдалось солнечным, но слегка прохладным. Я вышла из дома позже, чем было нужно, и отправилась на автобусную остановку, слегка нервничая от предвкушения встречи. Юлька снова приехала в Челябинск после нашей долгой разлуки с февраля месяца, а это означало лишь одно — безудержное веселье, посиделки в кафе и гулянье до вечера.

Лёгкий ветерок путал мои длинные волосы, делая из них птичье гнездо.

Пока шла до остановки, невольно чему-то улыбалась, дёргая рукава рубашки. Только-только дошла до остановки, как на мобильник позвонила Юля и сказала, что они будут на месте примерно через пятнадцать минут.

У меня началась паника, ибо через пятнадцать минут я никак не успевала к месту прибытия — максимум через час. Сразу же после разговора с Юсиной подъехала нужная маршрутка. Я успокоилась, продолжала чему-то улыбаться и теребила браслет на руке, предчувствуя, что что-то должно произойти…

Вышла на нужной остановке, но до места прибытия мне оставалось как минимум пятьсот метров. Я ускорила шаг, чуть ли не бежала, а в это время в голове мелькали разные мысли: как выйду из-за угла и напугаю, накинусь сзади и заору «Привет, а вот и я!»

Представляла нашу встречу до последнего мгновения, пока не ворвалась в «Родник» и не наткнулась на пустоту… Никого из знакомых мне людей не было видно ни в здании, ни на улице. По какому-то неведомому мне обстоятельству они опаздывали. Подождав какое-то время и навернув не один круг по залу, решила, что ждать всё-таки лучше на улице. Походив взад-вперёд, я вновь зашла в помещение. Побродив так ещё какое-то время — из помещения на улицу и обратно — достала телефон и позвонила Юсе, но она сбросила трубку… Тогда я позвонила Гному, но — вот оно чудо! — трубку взяла Юля, и как оказалось, они только что вошли в «Родник» с другого входа.

Всё ещё с телефоном у уха я двинулась к ним навстречу, но никого не видела: ни Гнома, ни Юльку. Оглядываясь по сторонам, пыталась приметить знакомые лица, а тем временем я была замечена первой, и вот — Юля висит у меня на шее. Стоило мне опомниться, как рядом с Гномом увидела совершенно незнакомого мне человека. Он держался от остальных чуть дальше, как будто боялся, что я его покусаю. Не, ну я могу, но не при первой же встрече! Когда ко мне подошёл Лёша и приобнял, я совершенно ничего не понимала, что со мной происходит…

Непринужденный, мягкий, но в тоже время строгий взгляд молодого человека меня словно притягивал, ворожил. Мне хотелось смотреть на него ещё и ещё… Нарушая все законы этикета, я пялилась на него больше, чем стоит смотреть на незнакомого человека. Его отстраненность и выдержка меня словно загипнотизировали, а голос… Бархатный и обволакивающий, он убаюкивал и туманил разум, я словно «вылетела» из реальности, погружаясь глубоко в свои мысли. Я не помню, что говорила, как представлялась. Я уже была не «здесь и сейчас», а совершенно в другом измерении. Время потекло для меня как-то иначе, словно замедляясь, растягиваясь на более длительные минуты и секунды.

После встречи мы отправились к отделу футболок. У незнакомца в этом отделе работала знакомая. Он обмолвился парой слов с незнакомой мне девушкой, как оказалось позже, её звали Соня, и настроение моё после этого упало, а в голове начали вертеться мысли: «Занят». Стараясь не смотреть в их сторону, я с Юсей отправилась к отделам сладостей. Много чего прикольного нам повстречалось, но цены были интереснее… Выбрав какие-то сладости на свой вкус, Юля отправилась разыскивать Гнома, чтобы тот заплатил за вкусняшки, а я стояла у прилавка сладостей и косо поглядывала на только что прильнувшего к нашей компании молодого человека. Когда нас с ним знакомили, я прибывала в своих мыслях, и неудивительно, что я прослушала, как его зовут, а переспрашивать не стала — не хотела показаться невоспитанным человеком. Когда Лёха к нему обращался, мне слышалось что-то невнятное и неразборчивое, но переспрашивать я так и не стала.

После продажи нескольких футболок незнакомцу, Соня вышла из-за прилавка и обняла его чисто по-дружески. Тут словно камень с души свалился, и меня переклинило: продвигаясь к выходу, я начала пританцовывать под музыку, что играла в торговом комплексе — видать «крыша» совсем улетела. Не упуская такого чудесного случая, Лёша решил снять меня на видео, но к моей великой удаче он не переключил режим с «фото» на «видео», так что у него ничего не получилось. Хаха!

Выйдя из «Родника», наша компания направилась к железнодорожным путям, которые вели в парк имени Гагарина. Но для этого нам нужно было подняться по крутому склону, а я вся в белом как назло (неподходящая одежда для таких походов). Но кто ж знал, что незнакомый мне парень пойдёт именно этим путём?..

Видите ли, он был самый короткий и прямой. Ну и что?! Мне-то какое до этого дело? Не, ну я только ЗА побегать по крутым горам, но только не тогда, когда на мне всё белое! В общем, упрямиться было бессмысленно, меня всё-таки затащили на эту гору, причём этот самый парень и затащил. Ему крупно повезло, что я не замаралась, а то бы на «корабле» произошёл бунт.

Топая кто по рельсам, кто рядом, а кто по шпалам, ребята о чём-то разговаривали. Я же в этой беседе не участвовала, просто шла и косилась на парня, что шёл по левую руку от меня, и пыталась разгадать его замысел, почему именно этим путём, а не каким-нибудь другим? Неужели в Челябинске мало прямых дорог, которые ведут в парк имени Гагарина? Ответа на этот вопрос я не знала, и незнакомцу доверять не спешила.

Через какое-то время Юлькинсу пришла в голову безумная идея: бежать по шпалам и при этом издавать звук едущего паровоза. Безумные идеи всегда были мне по душе. Не успела Юлька договорить, как я уже бежала по шпалам. Юся побежала следом за мной с возгласами «Чух-чух-чух!», а через какое-то время уже кричала и «Ту-ту!», когда как парни позади орали: «Куда вы так втопили?»

Меня пробило на дикий хохот, но останавливаться я не спешила. Как только голоса позади совсем стихли, мы с Юсиной сбавили темп, и перешли на шаг. Тут мимо нас Гном промчался, как реальный паровоз, — чуть с ног не сбил! Мы за ним. А Юлька опять через какой-то промежуток времени выкрикивала своё «Ту-ту!» и «Чух-чух-чух!»

Чуть не падая с ног от этого клоунадо-шоу, мы перешли на шаг. До парка таким темпом мы добрались быстро и весело. В самом парке мы надолго не задержались — народ торопился в ресторан, где готовили суши, которые кроме меня едят ВСЕ! Кошмар! И что они в них нашли?.. Говорят — вкусно, но я им не верю, и пробовать не собираюсь.

Проходя через парк, парни задержались у аттракциона с дротиками, где выиграли утешительный приз — шарики-колбаски, а потом начали стряпать из них забавные фигурки. Незнакомец смастерил что-то вроде единорога неопознанного, а Гном создал какого-то усатого таракана в виде короны. Я отобрала у него это творение и одела себе на голову, начала кривляться и показывать язык. Странное, в общем, поведение для взрослого человека, но мне было всё равно. Находясь в компании незнакомца более получаса, я к нему привыкла и делала удивительные вещи, чтобы обратить на себя внимание — вроде это так называется, когда начинаешь творить всякие глупости. Юся здесь не подвела: она как заведенная щёлкала на кнопочку фотоаппарата, чтобы это всё запечатлеть. Пока Юсина щёлкала меня на фотоаппарат, внезапно подкрался Лёха и испортил весь мой фотосет с кривляньями. На фотках можно было увидеть всё мое негодование и возмущение, потому что не дали вволю повыпендриваться перед тем, чьё имя я не запомнила. Пока мы не измучили два бедных шарика до смерти — не успокоились, а потом продолжили свой путь дальше к ресторану.

— Ты правда не ешь суши? — обратился ко мне незнакомец, в удивлении поднимая одну бровь вверх.

— Правда, — усмехнулась я, обогнала его, потеснила Гнома и пошла рядом с Юлькой.

— Ничего, мы её вместо суши сэндвичами накормим, — звонко провозгласила свой ответ Юля и рассмеялась.

Ресторан суши мы нашли быстро, но не так быстро как этого хотели некоторые из нашей компании. И мне как всегда «повезло»: удача прям-таки «благоволила». Как оказалось, в меню именно этого дня не было так горячо любимых мной сэндвичей. Официант предложил придти на следующий день. Я от всей души его поблагодарила за его великодушие и гостеприимство (про себя, конечно, я же воспитанный человек).

Другого выхода у меня не было, как пройтись в зал со свитой и сесть на мягкий диванчик. В зале было довольно симпатично и опрятно, местами даже уютно. Играла спокойная музыка. Пока мы ждали заказ, точнее, все остальные, кроме меня, я начала малость привыкать к необычной обстановке, и тут как раз заиграла ритмичная музыка. Сегодня на меня музыка как-то не так действовала… А, может быть, так влиял на меня парень, имя которого я благополучно прослушала — конкретного ответа на мой немой вопрос не было. Я начала двигаться под музыку, сидя на диване, Юлькин-с присоединилась ко мне. Лёша сразу взял планшет и начал снимать нас на видео, мы двигались синхронно, пока он не заговорил. Стоило ему произнести речь, как у нас с Юсей произошёл дисбаланс, и чтобы скрыть свой позор, мы рухнули друг другу на колени, тем самым уходя от назойливого папарацци. Но этот назойливый папарацци попросил выставить нам оценку независимого эксперта. Независимый эксперт поставил нам наивысший балл — это было неожиданно и слегка смутило меня, я наверно даже покраснела в этот момент.

После прекрасной трапезы суши для всех, а для меня — чайной церемонии — мы продолжили свой путь в «Лаки Смайл», чтобы догнаться едой, и накормить меня сэндвичем. По пути к кафешке я боролась с Гномом за крайнее место идти около Юльки. Незнакомец смотрел на нас косо, не понимая, что происходит. Ну, а я что? Мне не нравится, когда моё личное пространство ущемляют. Мне становится тесно, поэтому я в свою очередь вытесняла Лёшу, чтобы он шёл рядом с парнем. Он так и делал, но через какое-то время возвращался обратно, продолжая глумиться над моим личным пространством. У меня не было другого выхода, как пойти на крайние меры: держать дистанцию на расстоянии вытянутой руки. Он сделал вид, что обиделся и удалился за «километр» от нас. Юля что-то шутила по этому поводу, показывала Алексею язык и строила забавные рожицы. Что касается меня, то я не сводила с новоприбывшего члена нашей компании и глазу, шутила не в тему, не показывая виду, что со мной творится что-то не то.

Знающие меня люди, конечно, уже всё давным-давно поняли и раскусили. Они делали всё возможное, чтобы я шла как можно ближе к незнакомцу. И тут мне вспомнилась песенка: «Врагу не сдаётся наш гордый варяг». На протяжении всего нашего пути до «Смайла» я делала все возможные извороты, дабы идти рядом с Юлькой. Со стороны это выглядело забавно, какие-то переходы, вечная суета, задорный смех и подозрительные взгляды одного из нашей компании. Но потом он видимо решил, что это так и задумано, влился в нашу систему и вот — он оказался рядом со мной. Я смутилась, а Юся смеялась как ненормальная на пару с Гномом, бросая на нас косые взгляды и прыская заразительным смехом, тут хочешь — не хочешь, а рассмеёшься.

В кафешку мы ввалились, словно обкуренные наркоманы. Увидев кучу народа, я притихла, как и новый человек в нашей компании, зато эти двое рассмеялись пуще прежнего. Мы с незнакомцем лишь переглянулись, пожали плечами и пошли искать свободное место, а позади нас раздавался неудержимый дикий ржач девушки и парня. Найдя свободный столик у окна, парни закинули свои портфели, и пошли заказывать еду, мы с Юлькой расселись на диване. Юсина задавала какие-то наводящие вопросы, но я всё отрицала, как мне казалось с невозмутимым лицом. Но… подлые нотки смущения и растерянности в голосе выдавали меня с головой. Положение спас Лёха, спросив что-то про еду. Я, загруженная Юлькиными вопросами, ответила что-то неуверенное и невнятное: «На твоё усмотрение». Видимо, это было настолько неразборчиво, что он и не подумал заказать мне еду. Когда он вернулся с колой для Юльки и с сэндвичем в виде лепёшки, свёрнутой пополам в другой руке, начинённой всякими овощами, положив всё на центр стола и уходя обратно к стойке заказов, я взяла этот самый сэндвич и начала его поедать, ни о чём не подразумевая. Вернулся Гном уже со своим заказом и посмотрел на меня, уплетающую за обе щеки бутерброд.

— Эм… А… Это был сэндвич …, — он произнёс имя парня так, что я опять нифига не поняла, смотря на меня так, словно я только что ограбила банк и за мной никакого преследования. А тем временем, к нам подошёл и сам хозяин данного бутерброда: он даже не обратил внимания на то, что я ем его еду — ему вообще было без разницы кто и что ест. Меня это «маленько» ошарашило, я была в большом смятении и не знала, что мне делать. Мне хотелось в этот момент по-тихому исчезнуть, ну или провалиться сквозь землю. Мозг работал стремительно быстро, и в голову ничего лучше не пришло, как поделиться этим бутербродом с Юлей.

— Юль, будешь? — я протянула сэндвич девушке для надкусывания.

— Я не одна ем, — косилась на Юсину в качестве поддержки, та лишь кивнула и что-то проговорила с набитым ртом.

По крайней мере, у меня еду никто отбирать не собирался. Поступило предложение заказать ещё один сэндвич. Я лишь мотнула головой, продолжая уплетать бутерброд на пару с Юлькой. И тут по моим пальцам потёк соус… Салфетки лишней не оказалось, и Юся выдала:

— Сама оближешь или я оближу?

Я совершенно сбитая с толку и, не понимая, что сейчас произойдёт, протянула руку, измазанную в соусе девушке, та без всякой брезгливости облизала пальцы, вымазанные в соусе. Лёха, не теряя ни секунды, достал телефон и сфотографировал. И опять всё понеслось по новой — кривляние и игра на камеру. После все дружно достали блокноты и карандаши и принялись рисовать, кроме меня. Так уж получилось, что только что влившийся в нашу компанию парень сидел напротив меня, и поневоле я принялась его рассматривать более увлечённо, но не так пристально, как прежде, переводя взгляды то на окно, то ещё на кого-нибудь из нашей компании, пытаясь о чём-то разговаривать с Юлей — разговор не шёл. После очередного моего взгляда на незнакомца, наши взгляды встретились. Он сделал удивлённое лицо, поднимая одну бровь вверх, словно спрашивая: «Что- то не так?» Я лишь отрицательно покачала головой и уставилась в окно.

Через какое-то время из раздумий меня вывел голос Юли:

— Ну, где там наша любимая Мики? Когда она уже придёт? Я так по ней соскучилась и по её щёчкам, которые мне так нравится тискать, — она расплылась в улыбке, тиская воздух, видимо, представляя щёки Волчи.

— Не знаю, она сказала, как освободится — напишет, — ответила я, продолжая о чём-то думать.

— Нудак позвони ей, времени так-то уже много, — вставил свои пять копеек Гном.

— Ребят, ну видимо, она ещё занята, раз не пишет и не звонит.

— Вот позвони и узнай, — включился в беседу незнакомец.

— Ладно, сейчас позвоню и всё разузнаю, — ответила я, набирая номер Насти.

— Привет, ну ты где?

— Привет, я ещё не освободилась. Я же сказала, что как освобожусь — напишу.

— Тут люди волнуются, переживают, что не смогут тебя увидеть. Я здесь не причём. Они вынудили меня тебе позвонить. Подставили пистолет к виску и сказали: звони, иначе голова с плеч, — усмехнулась я.

— Где Вы сейчас?

— В «Смайле», тебя ждём. Скоро выдвигаемся в «Кубу».

— Хорошо, я подъеду к «Кубе» где-то через час.

— Договорились, — я положила трубку.

— Ну!? — все посмотрели на меня.

— Она подъедет к «Кубе» где-то примерно через час.

— Окей, — сказали все разом и начали собираться.

По дороге в «Кубу» мы с Юлькой обсуждали каких-то левых парней, и одновременно с этим она строила глазки военным; парни беседовали о своём.

Добравшись до «Кубы», поднялись на четвёртый этаж, сели за свободный столик и стали дожидаться Волчу.

От нечего делать Юлька доставала парней: кусала Гнома за шею и почесывала голову незнакомцу, тем самым чуть ли не растворив его в воздухе. Сначала мне показалось это из ряда вон выходящим, но потом стало забавно наблюдать за выражением лица молодого человека — было такое чувство, что он сейчас познает мир Апогей и даже захотелось попробовать самой, но я пересилила это чувство, оставаясь в тени наблюдений.

Потом Юлька с Лёхой куда-то ушли, оставив меня наедине с парнем. Мне сразу вспомнилось его лицо в «Смайле», когда я его пыталась рассмотреть и поэтому, чтобы не повторять своих ошибок, я тупо смотрела на белый стол, на котором даже трещинки не было. В этот момент я как будто находилась в какой-то прострации, ничего и никого не замечая, кроме белого стола перед собой. Всё дальнейшее для меня происходило словно во сне. Откуда-то издалека я слышала голос Юльки, как она окликала меня несколько раз, а, может быть, это всё мне почудилось, сказать наверняка я не могу. Но то, что она трясла меня за плечи — точно было. Стоило мне только очнуться, как я услышала, что Юлька с парнями обсуждает что-то до боли мне знакомое: про какого-то парня, который сидит на крыше какого-то здания и депрессует. Я решила подождать, к чему приведёт сей разговор, и дальше я услышала от Юсины следующую фразу: «Ну, ты помогал его рисовать». И тут я поняла, что Юлька завела данную тему неспроста — вся суть данного разговора сразу до меня дошла. Они говорили о моей зарисовке «Душевный разговор». Это был самый коварный план девушки за весь день.

— Так это ты написала? — спросил меня незнакомец.

— Ну да, я, — смущёно призналась я, готовая в этот момент растерзать Юлю за то, что она подняла данную тему. С одной стороны это было личное, а с другой обычная зарисовка.

— В данной зарисовке присутствует маленькая неувязочка.

Откуда подростку знать, какой коньяк он пьёт? И вообще, откуда у него столько денег на столь дорогой напиток?

— Стащил у родителей, — сказала первое, что пришло в голову, защищая своего персонажа.

— А откуда у подростка вообще в голове такие мысли? — последовал ещё один внезапный вопрос от незнакомца.

— Может, он рано повзрослел? — предложила я свою точку зрения.

Так и завязался наш с ним разговор за всё время прогулки. Пока мы разговаривали, ни Юлька, ни Лёша не вмешивались в наш разговор, оставив нас один на один. В течение некоторого времени ожидания Волчи, успели многое обговорить и поделиться разными впечатлениями. Как оказалось, парень, влившийся в нашу компанию, пишет истории, и именно о нём мне когда-то рассказывал Гном, обрисовывая его в ярком свете, заверяя меня, что мы быстро найдём общий язык и тому подобное.

В те времена я думала, что Алекс тупо занимается сводничеством, впаривая мне своего друга в качестве чего-то большего. Да-да, во мне как всегда проснулся параноик, а что я ещё могла подумать, когда с Лёхой была знакома максимум неделю? И от него поступали такие странные предложения, как почитать какую-то классную книгу какого-то там перца, с которым после прочтения данной книги у меня должен был найтись общий язык и это притом, что я ни разу не видела его в глаза? В общем, на данные предложения я отвечала односложно, уходя от прямого ответа, потому что для меня это было сумбурно и как-то неправильно.

Но кто же знал-то, что всё так обернётся для меня? Я и предполагать не предполагала, что это тот самый парень, о котором мне рассказывал Гном целых полгода! Да я бы ни за что и не догадалась, что это он, пока бы он не спалился тем, что пишет рассказ про сталкера-попаданца. Тут-то я всё и поняла. Косо посмотрела на Гнома со всеми претензиями, будто спрашивая: «А раньше познакомить не мог?» — но он не заметил моего взгляда, что-то горячо обсуждая с Юлькой.

Наконец-то Настя появилась на горизонте и, не видя нас, доставала уже телефон, чтобы уточнить, где мы сидим.

Как ошпаренная, я подорвалась с места и побежала к ней навстречу, чуть ли не сбивая её с ног. Мы дошли до нашего столика, но молодого человека, сидящего за столом, уже не было. Так как один стул пустовал, на него и села Волча — на место незнакомца. Она была настолько уставшая, что не захотела слушать, что место занято, и нужно приобрести другой стул. Незаметно подошёл парень, на чьё место села Настя, не проронив ни слова, ожидая, когда на него обратят внимание. Так как он стоял около меня в наполеоновской позе, то я видела всё его негодование и возмущение, меня пробило на истерический смешок.

— Что, что-то не так? — встревожено посмотрела на меня Мики, оглядываясь по сторонам. И тут она заметила парня, стоявшего возле неё и наблюдая за всем происходящим. — Привет, тебе что-то нужно? — весело спросила Настя, слегка смущаясь.

— Привет, ты села на моё место, — незнакомец невозмутимо указал на стул, на котором сидела девушка.

— А… Да? Правда? — Настасья пыталась выказать всю свою безучастность. — Ну, возьми другой стул и сядь, — пожала плечами девушка, не собиравшаяся никому уступать «своё» место.

— Не-а, — сказал парень. — Это, — он указал на стул, — моё место, а ты поднимешь свою попу и принесёшь себе другой.

— Ну, тебе жалко что ли? — Волча сделала грустные глазки, но парень даже не пошевелился. Девушка одарила каждого из нас спасительным взглядом, чтобы мы помогли ей отвоевать «её» место.

В дело вступила я и вежливо попросила парня взять себе другой стул, но он не поддавался на провокацию. Стоял как истукан на своём, что это ЕГО место и что незнакомая для него особа должна покинуть данный стул, взяв себе другой. Вол4а не пошевелилась. Тогда молодой человек взял стул, пытаясь стряхнуть с него Настю, но девушка словно вросла в стул, пытаясь всеми силами и не силами удержаться на нём.

Я не могла смотреть на эту картину с серьёзным лицом, мне было плохо от того, что я пыталась удержать смех, рвущийся наружу.

Парень взял девушку на руки и посадил за соседний столик, а сам уселся на своё законное место.

Волча встала из-за соседнего стола и подошла к нашему столику с той же самой позой, что и парень ранее. Встала между мной и ним.

— Ну и ладно, — в голосе девушки ощущались нотки обиды и горечи. Сделав какую-то недовольную рожицу в сторону незнакомца, она с тяжёлым вздохом пошла себе за стулом.

Я не выдержала и рассмеялась происходящей около меня сцене — было забавно наблюдать за этими двумя. Настя смерила меня презрительным взглядом исподлобья. Позаимствовав стул с рядом стоящим столиком, она повернулась к парню и грозным таким голосом сказала: — Подвинься!

Ну, он и подвинулся… В мою сторону. Вол4а придвинулась ближе к Юльке, та сидела напротив меня. Показала мне язык, а незнакомцу предъявила: — Минус сто очков к привлекательности зато, что не уступил место.

Парень лишь пожал плечами и сказал: — Бывает.

С появлением Волчи разговор стал более живым, но незнакомец не спешил вливаться в беседу, лишь иногда отвечая односложными предложениями, да и я витала где-то в своих мыслях, лишь время от времени появляясь на горизонте, вставляя свои две копейки, а потом погружалась обратно в свои размышления. Заметив, что парень тоже какой-то необщительный, задала прямой вопрос: — Ты кто по знаку зодиака?

— Козерог, — ошарашил меня данный ответ.

Я, конечно, ожидала услышать всё что угодно, кроме этого.

К данному разговору подключилась Настя, рассказывая о том, какие козероги классные, а после указала на меня и сказала, что я тоже козерог и хороший друг, при этом прибавляя к репутации новоприбывшего парня в нашу компанию пятьдесят очков.

А после отняла двести очков уважения, узнав, что он анемешник.

Дальше беседа лилась своим чередом, ребята что-то обсуждали, о чём-то беседовали, а я в этот момент потерялась полностью, «вылетев» из границ реальности. Время от времени слышала то недовольный, то восхищённый голос Волчи: она то отнимала, то прибавляла какие-то очки за репутацию и уважение.

— Стейк, убери его от меня! — услышала я голос Волчи, а потом и увидела, как она пытается отбиться от Гнома.

Меня уговаривать дважды не нужно. Осмотрев территорию на принадлежность орудия, я увидела на столе пустую бутылку от Спрайта. Вышла из-за стола и с угрожающим видом встала около Лёхи, но тот не обращал на меня никакого внимания, продолжая мучить Настю.

Посмотрела укоризненным взглядом на Гнома, а потом на бутылку, демонстративно постукивая по ладони, чтобы на меня обратили внимание, но толку от этого не было. Мне ничего не оставалось, как действовать — взяла бутылку поудобнее в руку и пару раз для приличия легонько стукнула по шаловливым рукам Лёши. И — о, чудо! — на меня соизволили наконец-то обратить внимание, да ещё с таким видом, будто я отобрала килограмм мяса. В общем, на него это мало произвело впечатления, так как после своего укоризненного взгляда, он и не подумал отступать, выбрав себе в жертвы молодую и хрупкую девушку. В эти моменты он явно смахивал на маньяка. Даже удары по голове бутылкой не дали своих результатов — обидно…

— Значит, по-хорошему мы не хотим, да? — ни к кому конкретному данные слова не были обращены. — Ну что ж, значит, будет по-плохому, то есть, по-моему

Отложив бутылку в сторону, встала в оборонительную позу и как следует заехала коленом Гному по пятой точке. Реакция была на «Ура!» — парень сразу забыл про все свои дела, оставив Настю в покое, смерил меня злобным, чуть ли не испепеляющим взглядом, и словно бык начал бить «копытом» землю, демонстративно показывая, что мне хана.

После этого он схватил бутылку со стола и ринулся на меня, похлопывая бутылкой по руке, говоря этим жестом, что за мой поджопник придётся дорого заплатить.

Ну, а я что?! У меня сыграл рефлекс самосохранения — дала дёру. Когда на тебя мчится кабанчик — это любого напугает, но меня не столь напугало, сколько позабавило.

Наворачивая круги и зигзаги вокруг нашего столика, я ещё умудрялась пререкаться с Лёхой насчёт того, что меня бить не стоит, так как за мной стоят Юля, которая в свою очередь перетаскивает молодого человека на нашу сторону, и Настя, которая прячется за хрупкую спину рыжеволосой девушки — внешность, как говорится, обманчива, огревая чем-нибудь тяжёлым.

Из-за поворота выскочила рыжая, в которую я чуть не врезалась, и встала между мной и Лёшей, крича на него «Фу!», уже предъявляя свои доводы, что Гном напал на след совершенно не по адресу и ему такая жертва будет не по зубам, аргументируя тем, что мы возьмём числом и хитростью.

Поддавшись на Юлькины слова, Алексей вроде отступил и поставил бутылку на место, но вдруг ни с того ни с сего побежал опять на меня, пытаясь то ли укусить, то ли отомстить поджопником — было маленько непонятно, но в этой тяжёлой схватке никто не вышел победителем, так как я не давала ему напасть на меня, уворачиваясь от нападений, держа Лёшу на расстоянии, блокируя его выпады коленом. Увлекшись этим делом, ни он, ни я не заметили подкравшуюся, словно лису к нам Юльку, которая раздавала направо и налево лёгкие удары бутылкой. Так и закончился наш поединок с Алексом — ничем, но зато Юлия была вполне собой довольна, словно выиграла супер-приз кругленькую такую сумму денег.

После этого инцидента всё пошло своим чередом: общение, подколы друг над другом и безудержное веселье, но тут вдруг Юля вспоминает, что она ещё не показала Мике, как парни балдеют от её почёсываний. Насте такое зрелище понравилось, и она принялась ставить свои собственные эксперименты на молодых людях. То одного почешет за ушком, то ко второму подойдёт и проверит, как те же прикосновения действуют на нём. Но больше всего девушке понравились реакции на её прикосновения незнакомца, влившегося уже так плотно в нашу компанию.

Засмотревшись на Волчу и тем, как от этого балдеет парень, сидящий от меня по правую руку. Я переборола в себе все страхи скованности и впервые за всё время сама притронулась к человеку, незнакомому человеку, о котором ничего толком не знала — ни кто он, ни что любит, ни чем занимается, ни откуда он родом. Просто так взяла и притронулась. Перед глазами всё поплыло, я ощутила прилив бодрости и некий эффект эйфории, как будто меня накачали наркотиками. Это было непередаваемое ощущение, чем больше я притрагивалась, тем больше казалось, что парню это очень приятно и не было никакого желания прекращать, меня словно засасывало в самую гущу водоворота событий. Всё словно перевернулось в этом мире, для нас больше никого не существовало, мы были одни до тех пор, пока Гном не испортил всю нашу идиллию.

— Стася, Стася, очнись! Хватить мучить… Да очнись ты, — слова говорящего Лёхи были настолько далеко, что мне не хотелось верить, что он стоит над моим ухом и треплет меня за плечо.

— А?! — всё было как в тумане. Проморгавшись, я начала приходить в чувство, около меня стоял Лёша, о чём-то переглядывающийся с Юлькой и Настей. — Что тебе надо? Что случилось? — голос, что странно, был сиплый, как после хорошего крепкого сна.

— Время, Стася.

— Что? — всё так же не понимала, о чём лопочет Гном.

— Время расходиться по домам. Скоро мои маршрутки ходить не будут, да и у… скоро автобусы перестанут ходить, — на этот раз Алексей объяснил всё понятливым языком.

— Ну дак я вроде никого не держу, — более менее начала приходить в реальность.

— Его! — Лёха указал, на молодого человека. — Его ты держишь, уже целых как полчаса.

— Эм… Ну дак чего же мы ждём? Пошли, — я быстро вскочила на ноги и стала собираться.

Пока мы спускались по эскалатору, Юлька о чём-то переговаривалась с Гномом и Настей, а я не сводила взгляда с чарующего незнакомца. Доехав до третьего этажа, Юся, предложила пофотаться напоследок — все дружно согласились. И уже на выходе из Кубы каждый пошёл своей дорогой, а у меня из головы никак не шёл образ незнакомца, и в голове постоянно прокручивалась мысль: «Влюбилась».

Так закончилась первая встреча, но не история.

Август 2015

Все чаще и чаще девушка просыпалась, шла к окну и подолгу в него глядела.

Сегодняшнее утро не было исключением. Постояв у окна какое-то время, девушка пошла наливать сваренный кофе с молоком и опять пошла к окну. Приняла удобную позу на подоконнике и так сильно задумалась, что совсем было позабыла о сделанном кофе, когда вспомнила — напиток был ледяным и невкусным. Непроизвольно выплюнув содержимое, Юсина пошла подогревать.

Юся все ждала какого-то чуда, ждала и задавалась вопросом: может, это будет сегодня!? И с надеждой смотрела в окно: может, сейчас? И так день за днем. Надежда уже стала угасать, девушка все меньше смотрела в окно, все больше закрывалась в себе. У нее лишь были воспоминания о том былом, как одинокая путеводная звезда в темном небе. И это не давало ей погрузиться в полную темноту. Пока на небе есть звезды, значит и солнце будет.

Прошло пять лет. Девушка смирилась, решила, что это был сон, придуманный ей самой. Нашла себе хобби, начала делать кукол и шить на них костюмы.

Вечерело. Юся уже отпраздновала свой день рождения в кругу семьи. Сидела за компьютером, слушала музыку и что-то делала по своему кукольному делу, как ей очень захотелось пить. Не просто пить, а именно свежесваренного кофе с молоком. Юсина тяжело вздохнула и отложила все свои дела в сторону, пошла на кухню.

Сделав кофе, она устроилась удобно на мягкое кресло, взяла телефон в руки и, пока пила удовлетворенно напиток, пролистывала новостную ленту ВКонтакте, не замечая, что происходит вокруг.

То, что девушке захотелось пить, было совсем не спроста. По другому отвлечь от хобби никак не получалось. За это время Он умудрился подружиться с котом Брюсом и другими обитателями квартиры, что бы те ни подавали виду, что что-то не так…

Ему так и не удалось привлечь внимания девушки к своей персоне и ничего другого не пришло в голову, как шептать ей в ухо, будто она очень хочет пить. Очень хочет пить свежесваренный кофе с молоком.

Шептал до тех пор, пока Юся и сама в это не поверила.

Молодой человек девушки явно сдерживал себя, что бы не засмеяться в голос, от этого иностранец (назовем его так) смотрел на него очень сердито и недовольно.

Над городом нависли серые тучи, сквозь которые с трудом пробивались красно-оранжевые лучи заходящего солнца. Улицы наполнила обычная для этого времени суток людская суета: кто-то спешил поскорее укрыться от внешнего мира в своей бетонной коробке, кто-то наоборот выбирался наружу — в поисках ночной наживы, ночных знакомств, легких наркотиков, быстрого секса…

На продавленном диване лежал пожилой мужчина и смотрел в потолок. Жить с мыслью о том, что тебе остался день, максимум два, что может быть хуже? Существовать в мире, где мысль о спасении угашена насовсем и надежды больше неоткуда ждать, а особенно, когда ты превратился в параноика и прикован к постели как овощ. Знать, что ты уже ни черта не можешь сделать… Кроме как лежать и думать о смерти как о чуде. Это разве жизнь!?

Через открытую форточку до него доносился гул прохожих и шум моторов проезжающих мимо машин.

Николай Петрович устремил взгляд за окно — там уже окончательно стемнело. Включились уличные фонари, которые с трудом разгоняли сгущающуюся мглу. Старик был благодарен им за это. Они оттягивали тот момент, когда его комната окончательно погрузится во тьму, когда вновь выйдут наружу все потаенные кошмары. Сегодня он не боялся встретиться с ними — вместе со страхами могло придти и его успокоение.

Тишина. Лишь маленькая девочка брела по тротуару с заплаканным лицом, в грязном платье, в обнимку со своей любимой игрушкой.

— Снежинка, за что они так со мной? Разве это моя вина?! Но в чем? Почему они меня не любят? Почему такая злость на меня? За что? — задавала девочка бесконечные вопросы своему единственному и обожаемому другу.

Игрушка ничего не говорила, лишь понимающе молчала. И девочке вдруг стало так грустно и одиноко, что она уселась у какого-то магазина и горько заплакала. Мир, который она считала своим домом, где было тепло и уютно, разбился вдребезги в одно мгновение, причиняя малышке нестерпимую боль. Сердце рвалось из груди наружу, но девочка не замечала происходящих с ней изменений, настолько она была зациклена на происходящем и так яростно искала ответы на свои вопросы, что не заметила как в области груди начала появляться трещина. Она была маленькой и неприметной, как небольшая царапина, не кровоточила.

Прошло немного времени после ночного хождения по городу и девочка снова загрустила, шрам, о котором она ничего не знала, — проявился и около него появилось что-то чёрное, дымовое. Это очень сильно напугало девочку и говорить об этом она никому не стала, никому не доверяла. Родители постоянно что-то делили, да и смотрели на девчушку как-то недобро, со злостью. Она искала утешение, где чувствовала бы себя комфортно и уютно. И нашла его в себе. В мире, который сама же и придумала, и куда частенько сбегала от всего и от всех.

Созданный мир был просторным и светлым, но теплоты солнышка не ощущалось. Облаков на небе не было, а само небо было мятного цвета. Здесь было лишь одно дерево около большого и глубокого озера, а за ним расстилалось огромное непроглядное поле.

Дерево в этом мире росло таким образом, что с какой бы стороны ни светило солнце, всегда отбрасывало тень в одну сторону. И девочке это очень нравилось, поскольку она часто сидела в тени этого дерева, любуясь красотами озера. Ее завораживало переменчивое состояние воды и смотреть на это чудо она могла бесконечно.

Она понемногу взрослела, ходила в школу. У нее стали появляться первые друзья. Ей было комфортно с ними. Рядом с ними она не чувствовала напряжения и была расслаблена. Прошло какое-то время девчушка почувствовала, что может раскрыть им свою тайну. И поделилась. Но друзья оказались пустышками. Они ей не поверили (не все), начали дразнить, обзываться, тыкать пальцами. Девочка поняла, что опять попала впросак и убежала так быстро, как только могла, чтобы не показывать предательски выступившие слезы на глазах. Бежала и плакала, а в голове мелькали мысли: «Я не слабая! Мне пылинка в глаз попала», — и машинально смахивала слезы рукой.

Забежав в какую-то подворотню, она остановилась, чтобы отдышаться и тут к ней подошла белая кошка и заговорила. Кошка была необычная. Ходила на задних лапах, в передних держала бубен.

Одета она была в цветастое кимоно, а на ухе красовался бантик. — Тебе нужна помощь, давай я стану твоим фамильяром? Девчушка, еще не пришедшая в себя от ситуации, которая с ней произошла, не придала этому никакого значения, лишь в очередной раз смахнула слезы рукой, успокаиваясь, и ответила: — Я в полном порядке, мне ничего не нужно, — развернулась и пошагала куда глаза глядят, необычная кошка еще долго смотрела ей вслед, пока она не скрылась за поворотом, после чего растворилась в воздухе.

Тяжелая доля выпала на маленькую рыжеволосую особу. Кого она считала своими друзьями, были лишь отбросами общества. Кто из той компании остался с ней, оказались ничуть не лучше тех, кто отвернулся сразу. В итоге она осталась одна: дни складывались в месяцы, месяцы в годы, и всегда одно и тоже — мир как будто кричал:

— Тебе здесь не место! Проваливай! Не путайся под ногами! Брысь отсюда, мелочь!

Рыжеволоска не сдавалась, она упорно шла, куда и сама не знала.

Знала лишь одно, что останавливаться нельзя — затопчут, раздавят. Она не обращала никакого внимания, что думали и о чем говорили окружающие ее люди. Они были для нее никем — пустое место. Все, что ее окружало: люди, дома, машины — не имели никакого смысла, они были для нее серыми и невзрачными как самый хмурый день.

Красоту в столь сером и хмуром мире она находила в другом — в природе. Это были яркие краски растений, прекрасное каждый день и столь же разное небо. Пение птиц и попадавших на глаза то и дело проходивших или пробегавших бездомных животных. Перья, ракушки, природные минералы! Особенно если они пропускали солнечные лучи — это великолепное звездное небо в чистом поле.

Мир действительно удивителен и красота, которую она видела вокруг себя вдохновляла и заставляла двигаться к невидимой цели. В мире, где жила девочка никогда не было места другим людям, не было ни одного случая, когда она в толпе знакомых чувствовала себя столь же свободной, как наедине с природой. Она всегда и везде не одна, на самом деле вокруг постоянно кто-то да ходит: и коль ей приспичит поговорить, она говорит с теми по ту сторону видимого или слушает их болтовню.

По мере взросления рыжеволоска превратилась в прекрасную девушку. Научилась контролировать себя, свои чувства, эмоции. В ней появилась какая-то таинственность, что завораживала и притягивала взгляды окружающих. Людям хотелось с ней подружится, но наталкивались лишь на пустоту и безразличие. Дальше вытянутой руки она никого к себе не подпускала.

За окном шел мелкий противный дождик. Девушка сидела на подоконнике, уперев голову в колени о чем-то крепко задумавшись, водя пальцами по стеклу вниз, провожая капли дождя к раме.

— Здравствуй! Ждала меня?

Из оцепенения ее вывел очень непривычный, но такой знакомый голос, как будто она его уже где-то слышала, но где? Все также не отрывая взгляда от капель, девушка задумалась уже о том, где она могла слышала его.

— Ну так что? Так и будем молчать?!

И тут девушка наконец заметила рядом с собой милую зверушку, напоминавшую кошечку, которая была одета в миленькое платьице и шляпку. Стояла на задних лапах, упираясь передними в стекло, что-то высматривая на просторах улицы.

— Ты кто? — наконец рыжая обратила свое внимание на зверушку.

— Вспоминай, милая, мы уже встречались.

— М-м-м… — протянула девушка, хмуря брови, опустила ноги с подоконника. — Не помню.

— Ты была совсем ребенком, когда я появилась в первый раз, ну же, вспоминай! — в голосе зверушки звучала угроза.

— Что ты от меня хочешь?! — Рыжая вплотную придвинулась к непонятному существу и злобно заглянула прямо в глаза. В тот же миг из милой зверушки вырос огромный лис. Внешность его была необычной. Глаза разного цвета — синий и красный. Окрас был черно-белый разделен полоской ровно по середине, с двумя хвостами, оскалив нахальную морду, показывая длинные клыки. Девушка невольно отшатнулась назад.

— Ну ладно, — животное сделалась привычного размера как будто ничего и не было, отвернулось к окну. — Я твой фамильяр, ведь именно об этом ты сейчас подумала, не правда ли?! Никаких вопросов, все потом. Я знаю о тебе все и о твоем недуге, что жрет тебя изнутри и зовется пустотой. Я наблюдаю за тобой очень давно. Твой недуг не столько слабость как твоя сила, ты ей можешь распоряжаться на свое усмотрение. Ей можно как причинять боль, так и лечить. Все будет зависит только от того какого лиса ты будешь кормить: белого или темного. Помни, ты не одна в этом мире и есть действительно люди, которые могут тебе помочь, сгладить твое одиночество. Все относительно: зло или добро, враг или друг. Кого ты будешь кормить, то и будет. А пока я побуду тем другом, что разделит твое одиночество. И с этими словами существо растворилось в облаке тумана, оставив ошарашенную девушку с отвисшей челюстью.

Часы сменялись днями, дни — месяцами, месяца — годами. Тоска пожирала девушку от всего однотипного. Кто с ней разговаривал, всегда болтали одно и тоже, не было ничего нового в их разговорах, и девушку это сильно бесило, раздражало, от этого было не скрыться, не спрятаться. Она устала и решила последовать совету незнакомого существа, что предложил ей свою помощь, и попытать удачу снова доверять людям, найти тех, кто бы разделил ее боль, страдания.

Девушка заводила все новые знакомства, но на душе все так же было пусто и безнадежно, никто не понимал ее, да и она не пыталась уже каждому встречному — поперечному раскрывать свои карты. Предыдущие опыты ее этому научили, она начала носить маски и тем самым скрывать свои эмоции, переживания, боль. Существо, что назвало себя ее фамильяром, наблюдало неподалеку, все больше и больше разочаровываясь тому, что среди всех этих людей, что крутились вокруг рыжеволосой девушки, не было равного ей по силе, пока однажды…

Да, девушка все-таки повстречала таких людей, которые читали ее как книгу, и все маски слетали с нее, когда она находилась в кругу их компании. Они видели ее страдания, мучения, ее изменения — не ушли, не отвернулись, а наоборот продолжали быть рядом поддерживали как могли, дарили любовь, доброту, тепло. Сама же рыжеволоска никаких перемен не замечала, все как обычно: серо как в самый пасмурный день, за исключением одного: в некоторых людях она видела маленькие просветы света, что зарождало в ней надежду, что будущее для нее не потеряно.

Фамильяр ликовал, он был счастлив, что девушке все-таки удалось найти таких людей. Он видел, что изменения, которые происходят с девушкой улучшают ее состояние, и теперь он как телохранитель летал вокруг нее маленьким бестелесным облачком, которого обычным людям не суждено было видеть.

Между рыжевлаской и ее истинными друзьями связь крепчала с каждым днем. Девушка стала раскрепощенной и уверенной в себе, своих силах и возможностях.

А что было дальше история умалчивает… А нам лишь остается надеяться, что девушка обретет в своем недуге не только магическую силу, но и связь между собой и миром.

Январь 2022

Часть 1

Девчушка только проснулась, потягиваясь, она дошла до комнаты брата и как-то настороженно на него посмотрела, после чего отвернулась и, стараясь не издавать громких звуков, направилась к другой двери. За ее пределами открывался мрачный коридор, который очень пугал маленькую особу, выворачивая все ее страхи наружу, воплощая их в реальность… Когда девочка подходила к дверям, у нее замирало сердечко, а потом начинало биться быстрее. И, лишь набравшись достаточно смелости, она на всей допустимой ей скорости преодолевала зловещий коридор, врываясь в уютную атмосферу гостиной. Обернулась, прислушиваясь к звукам дома. Не смотря на опасения, было тихо, она вздохнула с облегчением и вышла во двор, где уже ждала коляска с ее любимой куклой, с которой она проводила все свое время, кроме сна.

Очутившись на улице, девочка благостно ловила на себе теплые лучики солнышка, ветерок трепал ее запутанные локоны после сна. Взяв коляску и напевая на свой лад что-то кукле, двинулась по дорожке, ощущая приятное тепло босыми ногами, в сторону огорода. Как и предполагалось, бабуля была уже там и пропалывала грядки.

Бабушка была так увлечена своими грядками, что даже не обратила никакого внимания на подозрительно крадущуюся внучку, что шла в сторону самой дальней части огорода, где росли фруктовые деревья, которые скрывали ее от глаз.

В голове промелькнули мысли, каким будет этот чудный день: облачным, солнечным или будет гроза?! Не придавая им особой значимости, она продолжила свою игру с куклой, готовя ей кушанье из листьев и травы, замешивая все это с землёй в кукольной кастрюльке.