Искрили крохотные молнии, что ветвились на кольчугах обоих японцев. В воздухе зависла изморозь — Кристина обратила воду в ледяное крошево. Сама девушка с растерянным видом замерла на месте, держась руками за разодранное платье, которое чуть не упало на пол. Белья на ней, естественно, не оказалось.

Единственная причина, по которой японка не продолжила расправу — когти Сандала. Ястреб пробил её защиту и успешно рассёк одежду самой азиатки. Правда почти сразу кубарем полетел назад, отброшенный ударом активной защиты. Но теперь это отродье Бездны отступило назад, оглядываясь по сторонам и снимая с себя ножны, в которых покоился длинный меч.

Вылетев к этой компании, я замер между Кристиной и парочкой азиатов. Бросил взгляд на послушницу.

— Прикройся. Сконцентрируйся. Наблюдай.

Та подтянула разорванное платье, собирая его на груди, а японка уставилась на меня, растягивая губы в хищном оскале.

— У твоей шлюхи неплохие сиськи, дворянчик. Повезло.

Её собственное платье уже сошлось по месту разрыва, так и не соскользнув с плеч — в ткань было вшито какое-то бытовое плетение. А внутри меня на момент колыхнулась ярость. Она говорила про МОЮ послушницу. По сути, оскорбляла лично меня.

Мьёльнир мрачно пискнул, предлагая немедленно обрушиться на её артефакты, а потом отправить Сандала за мозгом азиатки. Мысль была соблазнительной. Но демонстрировать один из своих основных козырей в зале, который набит Одарёнными, это возможно не самая лучшая идея.

— Прошу вас успокоиться, господа. В чём причина конфликта.

Справа появился граф Муравьёв-Амурский и оба японца на момент повели глазами в его сторону. Потом смертная кивнула на Кристину.

— Эта бесстыжая распутная девка врезалась в моего мужа, облила его соком и облапала. А потом не захотела приносить извинения. Я требую возмездия. Казни или поединка, если она из аристократов.

Судя по отличному знанию местного языка и практическому отсутствию акцента, она была тут частой гостей. В отличие от мужчины, который явно не слишком понимал, о чём сейчас идёт речь. Да и вообще выглядел отстранённым.

Секунду я колебался. Потом решил, что ситуация в любом случае закончится схваткой. Довольные глаза генерал-губернатора говорили о стопроцентной подставе. Не знаю, на что именно он рассчитывал — наверняка ведь слышал ночные новости о родовой крепости Ореховых. Но в любом случае, раз так — нет никакого смысла сдерживаться.

Не глядя на хозяина дома, я обратился к стоящим напротив смертным. На их родном языке.

— Ты оскорбила члена моего рода и меня. Теперь ты должна умереть.

Глаза японки удивлённо расширились, но через секунду она уже нахмурилась и ответила на своём же языке.

— Говоришь по-нашему? Какой образованный северный варвар. Умных людей всегда убивать приятнее.

Как только она договорила, справа снова послышался уверенный голос графа.

— Если вы хотите сражаться на дуэли, предлагаю вам обсудить условия и переместиться на лужайку. Поединок без согласования протокола, я буду вынужден считать обычной дракой. Со всеми вытекающими последствиями.

Сложно сказать, какой именно смысл он заложил в последние фразы, но японка, злобно глянув на меня, сразу же развернулась и зашагала в сторону. Я же оглянулся на Кристину, которая так и прикрывалась обрывками платья, яростно сверкая глазами и повернулся к графу.

— Моей спутнице понадобится новая одежда.

Тот отвесил неглубокий кивок, а через пару секунд один из слуг набросил на плечи девушки пиджак, который с себя же и снял. На замену разорванному платью это не тянуло, но на то, чтобы отыскать в гардеробе что-то более подходящее, явно требовалось время. А пиджак точно лучше, чем ничего.

Сотня шагов и мы оказались на зелёной лужайке заднего двора. Слуги убирали расставленные столики, а вокруг быстро собирались зеваки.

— Какие условия устроят обе стороны?

Муравьёв взирал на нас с таким видом, как будто дуэль на приёме, это для него абсолютно привычное дело. Хотя, как знать, может так оно и есть.

Среди зрителей появился Келер, раздвинувший пузом парочку старушек и я усмехнулся ему, вынудив генерал-губернатора отвести глаза. Потом перевёл взгляд на японку.

— Бой до смерти с переходом трофеев во владение победителя.

Граф кашлянул и странно посмотрел на меня. А вот сама азиатка снова продемонстрировала оскал.

— Смерть или потеря сознания. Если проигравший выживет, то становится рабом победителя.

Хозяин особняка чуть помедлил, как будто ожидая от неё продолжения. Осознав, что его не будет, уточнил.

— На территории империи запрещено рабство.

Азиатка щёлкнула пальцами.

— Как это нет? Вот это ваше… Личный контракт служения и возврат долга. Пусть проигравший заключит такой. А вы скрепите договор.

Патриций превосходно владел своей мимикой, но вот в его глазах на момент мелькнуло раздражение. Я же ещё раз оценил противницу. Судя по ядрам и энергетическому каркасу, почти добралась до ранга Мастера. Артефактов на японке тоже было немало. Правда ни одного, в котором содержалась бы энергия человеческих душ, что несколько радовало.

Опасения внушал только чёрный браслет на её правой руке. От него тянуло незнакомой, но древней силой. Точно не божественного происхождения — её я бы узнал. Но вещица была каким-то образом связана с изначальными расами. Впрочем, на моей стороне были два божественных спутника, а внутри имелась «искра», пусть и в усечённом виде. Для победы над одиночным противником, этого должно хватить.

Сандал заклетокал, напоминая, как его отшвырнуло после прорыва кольчуги. Тут он был прав — защитные артефакты японки сильно отличались от всего, что я видел ранее. Обычная сила, никак не связанная с мёртвыми душами, но сами схемы создавались с расчётом на противодействие кому-то вроде ястреба.

Тем не менее, он прорвался. Без дополнительных вливаний силы. Что значило — скорее всего пробьётся повторно. Особенно если я подкреплю его атаку толикой божественной мощи. Хотя спутников я предполагал задействовать только в самом крайнем случае. Слишком много любопытных глаз вокруг.

Взгляд графа сместился ко мне, приобретая вопросительное выражение и я ответил кивком.

— Согласен. Не знаю, зачем мне такая тупая и бешеная прислуга, но пусть будет. Вдруг получится обучить.

Азиатка слегка наклонила голову, буравя меня взглядом.

— Асука Абэ никогда не станет чьей-то рабыней.

Со стороны Муравьёва донеслись тихие слова о том, что личный контракт служения не является рабством, но их перекрыл мой голос.

— Ты просто не видела, какую я тебе будку подготовил. Будешь в восторге, А…сука.

Среди гостей раздались смешки, вслед за которым послышалось яростное шипение, а какому-то юнцу и вовсе дали подзатыльник. Потом установилась тотальная тишина. Похоже эту азиатку опасались настолько, что предпочитала молчать, чтобы не дать ей повод обвинить кого-то в оскорблении рода.

Сама японка яростно скривила лицо и обнажив клинок, влила в него изрядную порцию силы. Настолько, что сталь засверкала от оказавшейся внутри мощи. Покосившись на графа, рыкнула.

— Можно уже начинать?

Тот отошёл к толпе, а его воины быстро уложили на землю артефакты, которые образовали что-то вроде кольца. Когда закончили, их господин ударил печатью и над лужайкой поднялся мощный купол. А снаружи донёсся голос Муравьёва.

— Пусть победит сильнейший.

Видимо это и было сигналом к началу схватки — в следующую секунду японка обрушилась на меня настоящим вихрем ударов.

Клинком она владела виртуозно и техника сильно отличалась от тех, к которым я привык. Тем не менее, мне удавалось сдерживать напор.

Когда наши мечи столкнулись в первый раз, по её лицу скользнуло недоумение. А после того, как я отразил уже пятый по счёту удар, азиатка не выдержала.

— Откуда у тебя столько силы, червяк? Почему твой меч ещё цел?

Времени на ответ, она не дала. Вместо этого засыпала меня ударами печатей. Целый поток оттисков. Самых разных, но одинаково мощных — в этом плане азиатка нисколько не сдерживалась.

Кольчуга подрагивала, но я успешно купировал атаки божественной силой — как только чужие плетения соприкасались с защитой, разрывал их в клочья, не давая шанса нанести урон.

Спустя несколько десятков ударов, лицо японки исказилось от ярости и она наконец остановилась. Я же усмехнулся, смотря ей в глаза. Перед началом схватки она была полностью уверена в своей победе. И это точно не было пустой бравадой. Так что, перед тем, как идти в контратаку, я хотел увидеть всё, на что способна смертная.

И она смогла удивить. Небольшой всплеск силы и чёрный браслет на её правой руке с лёгким щелчком развернулся, превратившись в змейку. А через мгновение та перешла в призрачное состояние. Точно так же, как умели мои спутники.

В голове немедленно замелькали мысли. Сандал снаружи барьера. Пробить сможет, но есть риск, что тот потухнет. Не подходит. Остаются чистая божественная мощь и Мьёльнир. Нужно выбрать. И сделать это быстро.

Всё это пронеслось в разуме, буквально за доли секунды. А потом я отдал мысленную команду и каменный браслет на моей правой руке растворился в воздухе.

Мьёльнир не стал мудрствовать и тоже обернулся змеёй, устремившись наперерез атакующей твари.

Когда он перехватил её в паре метров от кольчуги и вцепился призрачными клыками во вражескую тушку, я чуть расслабился. Прямой контакт позволил идентифицировать противника. И если сначала я сделал безумное предположение, что смертные смогли освоить создание божественных спутников, то теперь стало ясно, что это не так.

Обычный разумный конструкт, который способен маскироваться и располагает каналом связи с хозяйкой. А ещё может проскочить через защиту цели и нанести по ней удар. Например на секунду материализоваться внутри черепной коробки. Ему, даже силу использовать не обязательно.

Но против Мьёльнира у этой змейки никаких шансов не было. Сначала конструкт японки извернулся и тоже ударил в ответ зубами. Далеко не сразу осознал, что это бесполезно и его укусы не наносят никакого урона. Сложно прокусить каменную плоть. Особенно, если в неё непрерывно вливается энергия.

Когда до противника дошёл этот простой факт, спутник уже изменил свою форму. На момент растёкся в пространстве, облепив змею со всех сторон. А потом вернул себе прежнюю структуру. Мало того, что полностью блокировал вражеский конструкт, так ещё и отсёк канал связи.

Глаза японки расширились — сейчас она смотрела на меня, как пытающийся соблазнить вакханку фавн, который внезапно обнаружил рядом поигрывающего дубиной сатира.

Я же весело улыбнулся, краем глаза наблюдая, как Мьёльнир тащит трофей в карман моих брюк. Места, там пожалуй будет маловато, но другого варианта, чтобы укрыться от чужих глаз, сейчас не было.

— Ну что? Теперь поиграем?

Азиатка ощерила зубы и снова влив в меч силы, бросилась вперёд. Только в этот раз я не стал изображать партнёра по тренировочному поединку, а ответил.

Влепил сразу несколько печатей, скопировав их из её же арсенала. Добавил в каждую по капле божественной силы и кольчуга азиатки разом просела практически наполовину.

Она сразу же добавила мощи, но чуть растерялась и пропустила удар мечом, который заставил её защиту замерцать. Следующее касание клинка рассекло платье на правом плече, оставив царапину.

Асука перешла в атаку, осыпая меня градом ударов и что-то сдавленно рыча. Зря она так. Воину можно выпускать свою ярость только в одном случае — если он на сто процентов уверен в победе. И даже тогда лучше перестраховаться.

Ещё один удар печатью. Снова из её собственного набора — оттиск, который как я понимал, должен был разрушить кольчугу противника. Надёжнее было бы использовать собственные плетения, но вокруг было не меньше сотни патрициев, которые внимательно наблюдали за схваткой. Уверен, солидная часть из них старательно фиксировала в памяти все используемые приёмы. Не говоря уже о самом графе Муравьёве.

На этот раз я тоже добавил божественной мощи. Даже чуть больше, чем раньше. Как итог — девушка слегка согнулась, схватившись за район солнечного сплетения, а её кольчуга практически исчезла.

Один быстрый укол клинком и защита пропала полностью. Противница попыталась нанести ответный удар, но я ударил другим оттиском, заставив её замереть на месте со сведёнными болью мышцами.

Несколько взмахов меча и рассечёное на части платье спало вниз, обнажая подтянутое тело. Сандал продемонстрировал мне ехидную усмешку Кристины, а я прижал острие клинка к горлу японки.

— Сдаёшься?

Та скосила глаза на клинок, который до сих пор держала в правой руке и попыталась накинуть на себя кольчугу. Не вышло — мой меч был настолько щедро напитан силой, что вязь лопнула, не успев сформироваться. Не знаю, на что она вообще рассчитывала — единственная возможность выставить защиту, это уничтожить мой клинок при помощи формируемой кольчуги. Учитывая нашу схватку, очевидно, что это невозможно.

Девушка скрипнула зубами и тихо прошипела на родном языке.

— Род Абэ отомстит за меня.

Ещё не договорив, начала движение правой рукой. Видимо собиралась спровоцировать меня на рефлекторный удар, который оборвал бы её жизнь. Но вместо этого я снова обрушил на неё печать. После чего выкрутил из руки оружие и пережав сонную артерию подождал, пока Асука осядет на траву.

Развернувшись к наблюдающему за поединком графу, взмахнул левой рукой.

— Бой окончен. Победа.

Муравьёв задумчиво посмотрел на японку, что пластом лежала около моих ног. Подождал ещё пару секунд и всё же снял защитный купол.

Пока патриций объявлял притихшим гостям, что дуэль завершена и победителем стал Василий Афеев, Сандал показал мне улепётывающего Келера.

Жирный генерал-губернатор едва ли не бежал, спеша добраться до своего автомобиля на парковке перед домом. А я прикидывал, не прикончить ли его прямо сейчас? Не знаю, как этот жалкий сын циклопа договорился с японцами, но в том, что столкновение было организовано именно им, я не сомневался.

Впрочем, если разделаться с ним немедленно, то на его месте окажется неизвестный мне смертный. Если Келер уже получил пару «внушений» и теперь подумает, прежде чем повторить попытку моей ликвидации, то новое лицо подобным опытом обременено не будет.

Сбоку от меня выросла фигура японца, который скептически осмотрел фигуру лежащей на лужайке жены, прикрытую остатками платья.

Откусив кусок пирожного, которое держал в руках, глянул на меня.

— Предлагаю выкуп в пятьсот тысяч рублей. Прямо сейчас.

Я отрицательно качнул головой, а тот пожал плечами.

— За то, чтобы забрать обратно, я возьму дороже. Подумайте.

Это точно её муж? Если да, то у меня только что появились вопросы к японскому институту брака.

Не дождавшись от меня ответа, смертный доел пирожное и с деланной скорбью вздохнув, ушёл. Правда, смотрел он при этом на меня, а не на супругу. Что заставило слегка задуматься.

Впрочем, через пару секунд стало не до того. Гвардейцы Муравьёва принесли браслеты-блокираторы силы и надели их на японку. Потом ту перенесли в помещения особняка, где привели в чувство.

Процедура заключения личного контракта прошла в какой-то спешке. Как будто граф хотел, как можно быстрее избавиться от нас обоих.

Суть была проста — смертная давала присягу, завязанную на ментальную установку. Любое невыполнение моего приказа, причиняло её разуму боль и заставляло страдать. А попытка убийства хозяина привела бы к немедленной смерти.

Плетение использовал сам Муравьёв-Амурский. Он надзирал за дуэлью и утверждал условия, так что сомнительная честь обратить японку в рабыню, тоже выпала ему.

Что интересно, от неё даже не требовалось добровольного подтверждения условий. Блокираторы и данное перед поединком обещание, позволяли обойтись без этого.

От меня было необходимо лишь косвенное участие — находиться рядом, чтобы проводящий процедуру Одарённый, смог указать на мою персону в качестве хозяина. Формально использовался термин «покровитель», но фактически, это было полноценное рабство, куда более изощрённо-жестокое, чем в Риме.

Когда всё было закончено, Муравьёв прозрачно намекнул, что нам бы пора возвращаться в имение. Так что спустя пару минут мы вышли под накрапывающей в вечерних сумерках дождь. Кристина в новом платье, которое ей одолжила Лиза, с довольным видом шла позади японки. Та же мрачно плелась вперёд, одетая в простые штаны и холщовую рубаху — ничего иного прислуга графа не предложила.

Руки были всё в тех же браслетах-блокираторах, которые граф предложил считать подарком. Плюс, ещё и стянуты за спиной верёвкой. По той простой причине, что сразу после завершения процедуры, Асука попыталась убить одного из слуг патриция. А тот объяснил, что любой урон нанесённый человеком, что находится в личном служении, приравнивается к прямому действию его покровителя. Убей азиатка кого-то и вина за её действия ляжет на меня.

Поэтому, после того, как она загрузилась на заднее сиденье внедорожника, я ещё и ноги ей связал для надёжности. А подумав, добавил кляп в рот. Учитывая обидчивость смертных, простыми словами тоже можно создать смертельные проблемы.

Закончив, уселся рядом с Кристиной и спустя несколько секунд мы уже покидали территорию поместья. Когда внедорожник миновал ворота, Сандал показал мне картинку — какой-то юнец стоял между двух высоких стен кустарника, совсем рядом с особняком.

Он показался мне знакомым и я приказал ястребу подлететь ближе. А рассмотрев лицо смертного, изрядно удивился.

Повернул голову к Кристине.

— Притормози. Надо кое-кого забрать.

Девушка удивлённо выгнула брови, но впечатала ногой педаль тормоза. Я же слегка опустил стекло автомобиля и на всякий случай набросив кольчугу, прокричал.

— Не меня случайно ждёшь?

Юноша испуганно дёрнулся, но потом проломился через кустарник и прикрывая лицо от дождя присмотрелся. Узнав меня, сразу же бросился вперёд. Глядя, как он бодро несётся по вязкой от воды земле, я уточнил.

— Средний ряд, Измайлов. Задний уже занят.

Сокурсник рванул на себя дверь и влетев в машину, громко захлопнул её. Бешено глянув на меня, сверкнул глазами.

— Едем! За мной могут следить!

Сандал скептически передал мысль о том, что не видит никакой слежки, ну а Кристина уловив мой кивок, тронулась с места. Я же повернулся к неожиданному пассажиру. В прошлый раз он поджидал меня около дома, но то было в Петербурге. А сейчас смертный пролетел через всю империю и мок под дождём. Зачем?

— Что случилось?

Мгновение тот смотрел на меня всё таким же бешеным взглядом. А потом чуть стушевался. Поджав губы, бросил взгляд в окно.

— Хранители… И Третье отделение… Мне некуда было больше лететь.

Это ему-то некуда? Юному патрицию, у которого родичи живут в добром десятке городов империи?

Я коротко кивнул.

— Давай детальнее и по пунктам. Что случилось, когда и почему?

Юноша чуть замялся, смотря на дорогу и нервно крутя в руках дарфон. Наконец начал говорить.

— Тот договор, что мы с тобой подписали. О передачи земли под Уральском. Когда про него узнали, у отца начались проблемы. Вернее…

Яростно выдохнув, бросил взгляд в боковое окно. Снова посмотрел на меня.

— Ему предложили оспорить договор и продать участок баронам Лаптевым. Или передать в аренду на долгий срок, как персам. Он отказался. Не думал тогда, что всё будет так серьёзно. А эти сучьи выродки, даже не дали второго шанса. Сначала заморозили строительство заводов — якобы нашли какие-то нестыковки в документах. Все работы встали. Когда отец начал разбираться и подключать связи, то его вовсе арестовали.

Пару секунд подождав продолжения, я уточнил.

— За что арестовали?

Тот печально усмехнулся.

— Подозрение в пособничестве иностранной разведке. Якобы он пытался договориться с персами, чтобы те пустили на арендованную землю род из Османской империи. Бред сивой кобылы. Но следователям хватило.

Странно, что события такого масштаба развернулись всего лишь из-за клочка земли около Уральска. Неужели бароны Лаптевы так опасались моего появления около старого дома рода Афеевых? Там же, по идее не должно быть ничего ценного. Алтарь уже под моим контролем. Что такого может быть в том поместье?

Промокший насквозь Измайлов передёрнул плечами и снова посмотрел на меня.

— Когда отца взяли, стали шерстить остальных. Мать под домашним арестом, старых слуг почти всех взяли. Я чудом ускользнул. Повезло — Волконская поделилась самолётом, чтобы довезти сюда. Их транспорт досматривать не рискнули.

Стоп. Волконская? Судя по тому, как он произнёс фамилию, речь шла об Анне. За действиями которой просматривалась рука её бабушки. Выходит княжеский род помог Измайлову добраться до Владивостока. Предполагая, что здесь он встретится со мной. Зачем? Единственное, что приходит на ум, меня принимали за фигуру в чужой шахматной партии. Считали, что за моей спиной есть кто-то ещё. Крупный игрок, контакт с которым может пригодиться в будущем.

Могу поспорить, когда они узнают правду, выражение лиц у всех этих патрициев будет весьма забавным.

Впрочем, сейчас у меня была другая проблема. Продрогший смертный по имени Михаил, который за каким-то титаном добрался до самого Владивостока.

— Ты считаешь, что я могу решить твою проблему?

Измайлов удивлённо моргнул, смотря на меня. Потом криво улыбнулся и качнул головой.

— Нет. Но мне нужно где-то отсидеться. У отца есть связи и друзья. Рано или поздно он всё это урегулирует. Чем меньше у его врагов будет рычагов давления, тем лучше.

Учитывая возраст юноши, рассуждал он довольно здраво. Оказавшаяся под домашним арестом жена, уже была проблемой. А если добавить к этому ещё и пару детей, ситуация стала бы практически безнадёжной.

Я повернулся к дороге, а вот Кристина глянула на него в зеркало заднего вида и нахмурившись, поинтересовалась.

— Ты в розыске?

Тот чуть смешался и замотал головой.

— Нет. Мне никаких обвинения не предъявляли.

Рыжая кивнула и выкрутила руль, выезжая на кольцевую дорогу. Снова посмотрела в зеркало.

— А причём тут Хранители?

Мьёльнир, что до сих пор блокировал чужой конструкт, удерживая его в моём кармане, одобрительно пискнул. Я же решил понаблюдать за диалогом. Рано или поздно каждому члену моей свиты придётся играть самостоятельную роль. Вполне вероятно, в будущем кто-то из них и вовсе займёт место в новом божественном пантеоне. Пусть учатся.

Сидящий сзади Измайлов, поёрзал на сиденье.

— У отца был школьный друг в Третьем отделении. Он сначала пообещал помочь. Но потом сообщил, что ничего не может сделать, потому что это дело якобы курируют Хранители. И полностью пропал со связи.

Всё интереснее и интереснее. Бароны Лаптевы с их ресурсами, изначально вызывали у меня определённые подозрения. Теперь же догадки оформились во вполне конкретные мысли по поводу их работы с орденом.

Правда, соваться в это осиное гнездо пока было рановато. Для начала стоит разобраться с текущими делами. Ореховы, Лэцзюнь, Келер. А ещё Муравьёв-Амурский, который то ли тоже принимает меня за кого-то ещё, то ли надеется поставить перспективного Одарённого под своё крыло.

Михаил передвинулся в сторону и удивлённо-испуганно ойкнул.

— У вас тут это… Женщина связанная лежит.

Асука что-то яростно промычала, а я растянул губы в усмешке.

— Технически, это конечно, женщина. Но на деле боевой трофей.

Тот непонимающе хмыкнул.

— Это как? У неё на пальце и родовое кольцо есть, кстати. Хм. Герб прямо знакомый.

Спустя десять секунд тишины послышался его протяжный вздох. Вспомнил видимо. Ещё несколько мгновений потребовалось, чтобы переварить новую информацию. Потом Михаил осторожно уточнил.

— Афеев, а откуда у тебя в машине связанная Абэ? У неё же кольцо члена рода, а не вассала. Ты вообще понимаешь, кого и куда везёшь в таком виде?

Японка снова что-то замычала. Тоже гневно, но на этот раз отчасти одобрительно. Видимо ей понравились лёгкие нотки страха и возмущения, что прозвучали в голосе студента.

— Она сама предложила такое условие. Кто проиграет, становится рабом победителя. Я её не заставлял. Вообще, думал на месте стребовать выкуп, но муж предложил только пятьсот тысяч, а потом сразу ушёл.

Сидящая рядом Кристина, расплылась в улыбке и довольным тоном добавила.

— Ещё сказал, что если захотим потом вернуть, то он возьмёт деньги уже с нас.

С заднего сиденья послышался странный звук, напоминающий рык захлёбывающегося тигра. А потом азиатка принялась молотить связанными ногами по двери. Повернувшись, я неодобрительно цокнул языком.

— Прекрати. Платить за твоё возвращение мы точно не будем. Если что, скормим Жорику.

Не думаю, что её испугала угроза, но вот поступившую команду девушка выполнила. Затихла. Зато снова заёрзал Измайлов, что теперь с беспокойством поглядывал назад.

— Так ты её на дуэли победил? Одну из Абэ? А потом взял в плен.

Судя по тону голосу, его взгляд на всю картину целиком, несколько отличался от моего. Хотя, я пока не понимал, почему.

— Всё так и было. А что? Пусть присылают приглашение о выкупе. Деньги лишними не бывают.

Краем глаза я заметил, как юношу криво усмехнулся.

— Слушай, я понимаю, что у тебя свои боевые секреты и вообще груда тайн. Но с Абэ шутки плохи. Ты бы ещё кого-то из императорского клана похитил.

Сандал возмущённо заклетокал, а я повернулся к парню.

— Я одержал над ней верх в честном поединке. Рабство в качестве наказания для проигравшего, она предложила сама. И заметь, пока девушка ещё жива. Хотя нанесла мне тяжёлое личное оскорбление.

Измайлов тяжело вздохнул и посмотрел на меня, как на маленького ребёнка, которому нужно объяснять, почему нельзя совать пальцы в огонь.

— Лучше бы ты её прикончил. Одна из Абэ в услужении северного варвара, это позор. Который они точно захотят смыть кровью. В первую очередь её кровью, конечно. Но и твоей тоже.

Вообще-то японка оказалась слугой не кого-то, а великого Меркурия. Но ни она сама, ни юный патриций об этом не знали. Как и весь род Абэ.

Снова заняв прежнее положение, я пару секунд разглядывал лобовое стекло, с которого смахивали дождевую воду дворники.

— Разберусь. Сначала нужно решить те проблемы, что ближе. А потом уже думать, как быть с этими Абэ. Хотя, пожалуй попрошу Бельского набросать список их имущества.

Сзади затихли. Потом до обоих пассажиров дошёл смысл услышанного и Михаил охнул, а пленница снова что-то промычала через кляп.

— Ты же не собираешься с ними воевать?

Я уже достал дарфон и набивал сообщение. Правда не Бельскому, а Ладе, что снова забросала меня фотографиями. Нехорошо игнорировать деву, что готова принимать настолько сложные позы, лишь бы порадовать твой взгляд.

Клацнув по кнопке отправки, покосился назад.

— Судя по твоим словам, это они начнут войну, когда придут забрать мою собственность и мою жизнь. А я просто дам сдачи. Точно так же, как Ореховым.

Я принялся составлять послание Бельскому, а сидящий сзади юноша уточнил.

— С Ореховыми у тебя тоже конфликт?

Слева цокнула языком Кристина.

— До Петербурга все новости доходят так медленно или ты за ними просто не следишь? Война родов. Но эти пёсьи дети уже получили немного боли этой ночью. Думаю, ещё день-два и мы с ними разберёмся.

Вот это «мы» прозвучало несколько неожиданно. Хотя, я сам принял их в род Афеевых. И активно обучаю управлению силой, параллельно готовя к самостоятельным действиям. Так что определённый смысл в подобной формулировке имелся.

— Война. С Ореховыми. Которые за последние тридцать лет ни разу не проиграли.

Я отправил Бельскому сообщение с описанием ситуации и убирая дарфон, пробурчал.

— Значит проиграют. В ближайшем будущем. Потом нужно будет разобраться с маньчжурами и сменить генерал-губернатора. Дальше, я на самом деле думал взяться за Лаптевых и помочь тебе вытащить отца. Но возможно придётся потрошить Абэ.

Измайлов смотрел на меня со странной смесью надежды и сожаления. Наконец нашёлся, как оформить свою мысль вербально.

— Ты не думаешь, что переоцениваешь свои силы?

Кристина фыркнула, а Сандал предложил высадить смертного на дороге. Только Мьёльнир промолчал — заблокированный конструкт снова предпринял попытку вырваться, что отвлекало спутника от хода беседы.

Зато где-то сзади согласно промычала Абэ. Но японку я ещё мог понять — она слишком мало обо мне знала.

— Сам всё увидишь. Возможно.

Последнее слово тот воспринял, как намёк на собственный неопределённый статус и замолчал, откинувшись на сиденье. Так мы и доехали до усадьбы — в тишине и спокойствии. Особенно после того, как я дал Асуке команду молчать до конца поездки.

К моему удивлению, на родовой земле всё было спокойно. Ни солдат Ореховых, ни разведки, ни кого-то ещё. Как-то непривычно.

Вот рабочие тут точно побывали — сад наполовину очищен, начата работа над бассейном, а часть фасада обложена новой плиткой.

Когда машина остановилась около крыльца и мы выбрались наружу, из-за деревьев показался Жорик. Остановившись, уставился на замеревшего Измайлова, который уже повесил перед собой сформированную печать.

— Всё в порядке. Это гость.

Конструкт чуть понурился. И моментально встрепенулся, увидев, как Кристина вытаскивает с заднего сиденья японку. Пришлось разочаровать его ещё раз.

— А это рабыня. Но убивать её тоже нельзя.

Михаил с сомнением покосился на меня и погасил оттиск, а на веранде появилась фигура Леры. Жрица окинула нас взглядом, ненадолго задержав его на Измайлове и куда дольше рассматривая японку. Посмотрев на меня, вопросительно подняла брови и я устало пожал плечами.

— Асука Абэ. Вроде как прислуга и чуть-ли не рабыня, но выполняет лишь прямые команды и только мои, так что лучше держать под присмотром.

Брови девушки изогнулись ещё сильнее, а я усмехнулся.

— Кристина расскажет детали.

Внимание некроманки сразу переключилось на рыжеволосую, которая сейчас ослабила верёвки на ногах японки, чтобы та могла передвигаться крохотным шажками и вела ту к ступеням. Я же отправился внутрь.

Прихожая оказалась обставлена мебелью, а на кухне появился новый стол. Плюс, новые стулья и масса кухонной утвари.

Кристина кратко изложила остальным историю появления пленённой японки, а потом рассказала и о судьбе Измайлова. Если члены свиты отнеслись к новостям стоически, то вот новоиспечённый командир гвардии занервничал.

По сути, его аргументы ничего не отличались от тех, что недавно приводил Михаил. Мол, конфликт с Абэ не сулит ничего хорошего, поскольку они один из самых древних и мощных кланов Японии. Над ними стоят только ветви четырёх родов, что берут начало в императорской крови и семья самого правителя.

Впрочем, мой ответ тоже оригинальностью не выделялся — после приёма, смертная плоть отчего-то чувствовала усталость, так что я просто повторил то же самое, что уже говорил Измайлову. Только немного скорректировал формулировки, чтобы не шокировать капитана второго ранга.

Тот сначала посмотрел на меня, как на откровенного психопата, но после того, как в разговор включился Ульрих, озвучивший немного сочных деталей о наших похождениях в Мурманске, вроде проникся. И наконец перешёл к делу — показал мне список из тридцати шести кандидатов, с которыми он хотел провести собеседование.

От меня ему требовалось одобрение по нижней и верхней планке жалованья, плюс утверждение плана снабжения, который он составил аж в четырёх версиях — от совсем скромной до роскошной.

Сначала я хотел выбрать один из двух средних вариантов, но вовремя вспомнил об условиях, в которых придётся служить гвардейцам. И о том, как непросто получить искреннюю лояльность солдат. Так что уверенно тыкнул в самый дорогой, чем изрядно удивил офицера.

Следующая пара часов ушла на тренировки воинов, которые учились обращаться со своими Дарами, а заодно и осваивали силу. В основном, помощь требовалась девушкам, которые ничего не знали и пока мало что умели. Но и Ульрих, несмотря на имеющийся солидный опыт, не представлял всех возможностей своего многогранного Дара. Так, скандинав был здорово удивлён, выяснив, что способен скрывать под пологом невидимости не только себя самого, но и других людей поблизости. Да и о многих фокусах, которые можно было провернуть с растениями, он даже не догадывался, отрабатывая лишь максимально примитивные приёмы.

Измайлову выделили комнату на первом этаже, а японку заперли по соседству. Я отдал ей целую серию приказов — не покидать помещение, не причинять вред никому в доме, не ломать мебель, не предпринимать действий, которые могут причинить вред особняку и ещё с десяток похожих. Конечно, за азиаткой в любом случае будет присматривать Сандал. Но ястреб не сможет быть рядом всё время, так что я предпочёл немного перестраховаться.

Трофейный клинок японки отправился в арсенал, как и разумный конструкт, который она маскировала под артефакт. После серии тестов, у меня получилось отключить сознание призрачной змейки и та заняла место на подземном ярусе. Завтра попробую разобраться, как именно с ней управляться и приму решение, что делать с ценным оружием.

Вот по поводу кристалла, который остался от убитого божества, я уже определился. Как только энергетический каркас Леры станет достаточно крепким и стабильным, она получит всю мощь артефакта. У жрицы дар некроманта — эффективнее всего использовать энергию Дурнгаала для её усиления.

В постель я опустился уже ночью. Но перед тем, как позволить себе заснуть, немного поработал над стабильностью каркаса и оценил объём «искры», который пусть немного, но сократился. Стоило заняться поисками нового осколка, либо посетить Пробой — без подпитки со стороны паствы, моя божественная суть постоянно требовала свежих порций энергии. А ещё было бы неплохо набросать план по реализации идеи Кристины. При определённых условиях, это действительно могло сработать.

Закончив работу со своей энергетической структурой, потянулся к алтарю. На этот раз зарылся в самую глубину, пытаясь понять, откуда смертные получили силу Локи и как к Афеевым попал рецепт создания искусственной «искры».

Полных ответов на свои вопросы не нашёл, но зато обнаружил немало интересных данных, связанных с зарождением самых древних родов Одарённых. Имелась только одна проблема — в некоторые секции алтаря меня не пускало. Это были наглухо запечатанные точки пространства, где наверняка хранилось нечто важное. Но пробиться к ним я не мог. Поняв, что если стану действовать силой, рискую разрушить артефакт изнутри, обратился к Стражу.

Пробудившаяся сущность мрачно обозначила, что доступ будет закрыт, пока я полностью не исполню условия сделки, после чего снова провалилась в забытье, оставив меня возмущаться коварством бесплотного духа. Впрочем, он и так серьёзно мне доверился. А если посмотреть на то, в каком направлении развиваются события, то скоро вокруг будет настоящая мясорубка, к которой наверняка присоединятся и те, кто когда-то едва не оборвали род Афеевых. Так что я смогу выполнить обещанное.

Смертная оболочка отключилась сразу же, как я позволил себе чуть расслабиться. За последние двадцать четыре на неё свалилось немало нагрузки — плоти требовался отдых.

Проснувшись, я моргнул, пытаясь понять, почему так шумит в голове. Потом осознал, что это не шум, а обращение кого-то из последователей. Сконцентрировавшись, попытался разобрать слова, но вышло лишь определить личность обращающегося — это была Скопа.

А потом особняк тряхнуло так, что со стены свалилась висевшая там картина с изображением солнечного моря. Я сразу же обратился к Сандалу и неожиданно для себя понял, что ястреб не отвечает. Более того — я даже его мыслей сейчас не чувствовал.

Мьёльнир, что до этого лежал на тумбочке, яростно пискнул и обернулся вокруг моего правого запястья, а дом снова тряхнуло.

Что за пьяный титан решил разгромить моё жилище? Кому, поглоти его Бездна, так не терпится умереть? И что такого могло случиться с Сандалом?

Слетев вниз по лестнице, я промчался мимо замершего в гостиной Ульриха, на ходу отдав команду вмешиваться только в крайнем случае. Подсветив пространство вокруг божественной силой, обнаружил три фигуры, которые стояли на крыльце. Странные, надо сказать — не излучали ровным счётом никакого фона. Как будто и не было у них никакой силы. Но дом, сам по себе, трястись не мог. И уж тем более не мог пропасть божественный спутник.

Затормозив перед самым выходом, я набросил кольчугу и влил силу в меч, который держал в правой руке. А потом распахнул дверь.

Я ожидал чего угодно. Конструктов. Выбравшихся из Тартара титанов. Марса, который объяснит, что всё это было затянувшейся шуткой Локи, а я сплю. Но не троих молодых и улыбающихся смертных, с доброжелательными лицами.

Один из них, поправив очки на переносице, шагнул ближе ко мне.

— Желаете поговорить о природе добра и зла?

Василий Орехов был в ярости. Впервые за долгие годы, в нём бурлила самая настоящая лютая ненависть. Этот ублюдок, эта тварь, этот недочеловек, убил его сына. И ладно бы кого-то из тех, что как будто вышли с конвейера — штампованных идиотов, которые годились только для выполнение приказов. Нет. Афеев лишил жизни отпрыска, что радовал отца своим стремлением к жизни. Конечно, он не был Степаном — никакого стратегического мышления и деловой жилки. Зато его жизнелюбие всегда било ключом. Глядя на него, старик всегда чуть приободрялся и представлял, каким сам мог бы быть в юности, не поглоти его борьба за власть с роднёй. И пусть из той схватки он вышел победителем, не оставив ни единого конкурента одной с собой крови, но где-то там, среди событий прошлого, осталась и его любовь к жизни.

Впрочем, как знать. До недавнего времени, он считал, что почти не способен испытывать эмоции. А сейчас внутренности разрывало от клокочущей ярости. Как только с Афеевым будет покончено, нужно попробовать что-то ещё. Например позабавиться с теми узкоглазыми, что заперты в казематах. Интересно, сколько боли будет в глазах азиата, если поиграть с его сестрой прямо в той же камере?

Орехов оскалился в злобной усмешке, а дверь кабинета распахнулась и в проёме возникла фигура Степана. Увидев выражение лица отца, наследник на момент растерялся и едва не отступил назад, почувствовав плотную ауру, что заволокла пространство вокруг. Но удержался и принялся докладывать.

— Завалы разобраны. Суммарно, мы потеряли триста шестнадцать человек. Потенциал третьего оборонительного кольца снизился на семь процентов. На полное восстановление потребуется не меньше суток.

Секунду помолчав, добавил.

— Ещё нам нужны новобранцы. Сначала Владивосток, потом схватка за усадьбу Афеевых, а теперь налёт на нашу собственную крепость. В строю осталось чуть больше пятисот человек, чего не хватит в случае…

Договорить ему не дали — старый граф повелительным взмахом руки остановил сына.

— Подготовь две ударные группы. Основную и резервную. В первую включи самых слабых Одарённых из тех, что остались. А вторую укомплектуй самыми сильными. Потом внимательно наблюдай за усадьбой Афеевых. Как только почувствуешь мощный выплеск силы — отправляй их вперёд. Действовать в обычном порядке.

Мгновение посверлив сына взглядом, продолжил.

— Если он сам будет жив — не убивать. Взять в плен и притащить сюда. То же самое касается всех остальных. Хочу, чтобы он видел, как умирают те, кто ему дорог.

Аура уплотнилась, собираясь клочьями тумана и Степан с трудом сдержался от того, чтобы набросить кольчугу. Человек, который сейчас сидел за столом, окружённый со всех стороны зеленоватой дымкой, мало походил на всегда спокойного отца, к которому привык наследник.

— Я всё сделаю. Но… Если в этот раз он даст отпор, у нас едва хватит людей для полноценной защиты периметра. Может стоит отозвать дальние гарнизоны? Или снять отряды с границы?

Глава рода Ореховых оскалил зубы.

— Не беспокойся, сын. С врагом будет покончено сегодня. Хранители не прощают оскорблений. И не спускают с рук публичного унижения. А если немного приукрасить ситуацию, то и вовсе оказываются способны на удивительные вещи.

Втянул воздух, заполненный зелёным туманом и неожиданно рявкнул.

— У тебя есть приказ. Выполнять!

Дважды повторять не пришлось — Степан моментально скрылся в коридоре, захлопнув за собой дверь. А старик провёл ногтем по столешнице и тихо пробормотал.

— Кем бы ты ни был, ты не устоишь, Афеев. Только не в беседе с Философами. Их тебе не пережить.

Я задержал взгляд на смертном. Худощавый, в скромном костюме и блестящих очках. Справа от него стоял ещё один юноша, покрепче. А слева девушка в наглухо закрытом платье до пола. Все трое были относительно юны — на вид не больше двадцати с небольшим лет.

Стоя вплотную к ним, я всё же почувствовал дуновение силы. Но что странно — сходу определить её природу не смог. Вроде и было что-то знакомое в этом фоне. Но у меня никак не получалось уловить, что именно.

Был ещё один, полностью непонятный момент — на них не среагировала защита особняка. К тому же я до сих пор не чувствовал Сандала.

— Кто вы такие?

Юноша в очках доброжелательно улыбнулся.

— Люди, что любят поговорить о глобальных проблемах мироздания. Вот вы, например, когда-нибудь задумывались, что есть человеческая мораль? Кто её создал? Как она изменяется? От чего зависит?

Договорив, шагнул вперёд — прямо на меня. А я неожиданно обнаружил, что клинок больше не светится от влитой в него силы. Да и кольчуги не было. Она что, сама по себе растворилась в воздухе?

Более того — ядра и сила не откликались. Только «искра» глухо ощущалась где-то в глубине.

— У вас неплохой меч. Не стоит ломать об меня такую сталь. Возможно она ещё кому-то пригодится.

Мьёльнир тоже молчал. Я не ощущал его разума. Как так вышло? Кто они такие? Не боги же?

Девица обмахнула себя веером, которые соткался в её в руке прямо из воздуха и недовольно заявила.

— Давайте уже зайдём. Вести беседу внутри куда приятнее.

Юнец в очках бросил быстрый взгляд себе за спину.

— Прояви вежливость, Ева. Ты же видишь, нас ещё не пригласили.

За спиной послышалось тихое ворчание Ульриха. Судя по тональности, потомок ётунов тоже не чувствовал свою силу. И ему это совсем не нравилось.

— Мы можем войти?

Тело смертного покрыла тонкая и причудливая вязь защиты. Нечто подобное я видел у арабских племён, когда те накатывали на восточные провинции Рима. Но никак не ожидал встретить здесь.

У этой троицы был доступ к их собственной мощи. Тогда как мои люди, судя по всему, остались без силы. При необходимости, враги и так войдут внутрь. Да что там, если они захотят, то прямо сейчас могу прикончить меня, а потом и всех остальных.

Я отступил назад.

— Заходите. Побеседуем.

Юнец церемонно поклонился и зашёл внутрь. Я же попробовал пробиться к алтарю. Бесполезно. Ни Стража, ни той силы, что хранилась в родовом артефакте, я не чувствовал.

Справа щёлкнул взведённый курок револьвера — Орлов держал оказавшегося внутри юнца на прицеле. А в левой руке была сжата артефакторная граната.

Пришлось отрицательно качнуть головой.

— Это всё равно не поможет. Уберите.

Секунду военный ещё стоял на месте. Мысль о том, чтобы пустить врагов в дом без боя, ему явно претила. Могу поспорить, капитан предпочёл бы погибнуть в схватке, чем вот так подставиться. Тем не менее, он получил мой приказ и предпочёл его выполнить.

Втянувшаяся внутрь троица, крутя головами по сторонам, двинулась к гостиной, а я отчаянно пытался добраться до своей «искры». Она, в отличие от ядер, ощущалась. Но буквально самым краем сознания — как будто её упрятали в пространственный карман, но при этом поскупились с выстраиванием защиты.

В гостиной обнаружились мрачные Лера с Кристиной. Некромантка держала в правой руке пистолет, а вот рыжая вооружилась автоматом, ствол которого был нацелен прямо на незваных гостей.

Обе вопросительно глянули на меня и я повторил жест, который недавно демонстрировал Орлову.

Смертная, что предлагала войти в дом, уселась за стол и обмахнулась веером. Скосила взгляд на Ульриха.

— А он мне ничего. Снаружи весь такой аристократичный, а внутри, как дикое пламя и камень.

Скандинав, который держал руку около рукояти меча, мрачно покосился на меня, но реагировать не стал. Я же медленно двинулся к столу, обходя его по кругу. Как они это сделали? Невозможно просто взять и заблокировать чужую силу. Вернее можно, но для такого нужно быть божеством. Или сущностью, что превосходит мощь цели в десятки раз. Не думаю, что тут имел место такой случай. Скорее уж это всё напоминало хитрость. Уловку, которая дала противнику критическое преимущество.

Я занял место на стуле, напротив этой троицы и юнец в очках продолжил.

— Вернёмся к нашей беседе? Так вот, где по-вашему берёт корни человеческая мораль? Для чего она вообще нужна?

Мне хотелось уничтожить их. Сокрушить и стереть это надменное выражение с лиц смертных, что посмели вломиться в обитель Меркурия и угрожать ему. Но для начала было нужно разобраться с их воздействием на нашу силу. Для чего мне требовалось время.

Поэтому, я изобразил на своём лице усмешку и ответил.

— Она необходима для существования социума. Отсутствие правил игры ведёт к хаосу. Внутри которого быстро возникают фракции с разными взглядами на жизнь, которые создают на их базе свои социальные структуры. А заканчивается всё борьбой, в которой побеждает сильнейший.

Юноша показательно-удивлённо поднял брови.

— Всегда приятно поговорить с эрудированным человеком. Но вы смотрите немного не под тем углом. Безусловно, мораль обозначает правила жизни в обществе. Но разве им все следуют?

«Искра» не отзывалась. Я раз за разом пробовать к ней пробиться, но божественная суть не желала откликаться на зов. Может они действительно использовали пространственный карман? Но как эти смертные смогли применить его к живым существам? Да и в целом, переместить ядра и энергетический каркас, задача почти невыполнимая. Уничтожить — да, легко. Если у тебя хватает силы. Но заставить исчезнуть, это задача, которая по плечу немногим.

Девица обмахнулась веером и лениво заявила.

— Ты что не видишь, он сейчас думает о том, как бы нас убить. Очередной идиот.

Третий участник этой небольшой группы сосредоточенно пялился на моих послушниц, а вот их лидер с деланным сожалением развёл руками.

— Вынужден признать, Ева права. Поэтому новое правило. Если вы не отвечаете в течение тридцати секунд, кто-то в этом доме умирает.

Судя по выражению глаз, он не шутил. И что раздражало больше всего — был полностью уверен в своих силах.

Правда была одна деталь, которая не укладывалась в их схему поведения. Мы были ещё живы. Любой адекватный противник, уложил бы каждого из нас сразу, как появился на пороге и осознал, что мы беспомощны. А эти упорно продолжали вести беседу.

Конечно, всё можно было спихнуть на то, что они безумцы. Но на мой взгляд, это было бы слишком простым объяснением.

Смотря ему в глаза, обозначил лёгкое движение подбородком.

— Большинство старается придерживаться правил морали. Хотя бы формально.

Собеседник махнул в воздухе выставленным указательным пальцем.

— Вот видите? Даже вы согласны, что все они подходят к вопросу исключительно формально. Если дать им свободу действий и убрать всякую ответственность, немедленно возникнет кровавый хаос. Каждый десятый примется грабить, убивать, насиловать и пытаться забрать всё, что ему нравится силой. Такова уж природа людей.

Смертный, который рассуждал о человеческой природе — картина, которая в любое другое время меня изрядно развеселила. Но сейчас я пытался понять, как эти порождения Эребуса смогли заблокировать мои возможности. И всё ещё не нащупал верного пути.

— Люди действительно таковы и с этим ничего не поделать.

Согласие далось легко, потому как отчасти этот паршивец был прав. Конечно, не все смертные были одинаковы. Если взять квартал населённый ветеранами легионов, то в случае нужды и хаоса, они объединятся и выстроят защиту по его периметру, защищая семьи и соратников по оружию. Но и здесь скорее сработает инстинкт самосохранения, чем заложенные в голову моральные принципы.

— Тогда для чего вообще нужны моральные догмы, если их считают фальшью? Кто-то готов переступить их в меньшей мере — дать взятку или пройти мимо человека, которому нужна помощь. Кто-то в большей — может украсть, ограбить или изнасиловать. Так для чего они нужны, если всем на них наплевать?

Я слушал его и продолжал обдумывать версии. Пространственный карман казался логичным вариантом, но в этой теории имелась серьёзная нестыковка. Нельзя выдернуть энергетическую структуру из живой плоти так, чтобы та осталась в прежнем состоянии. По крайней мере, такое не под силу смертному.

— Для того, чтобы у человечества был ориентир, к которому следует стремиться.

Улыбающийся юноша кивнул.

— Все хотят, чтобы люди так и думали. Но на самом деле, мораль нужна для управления.

На мгновение замолчал и постучал пальцами по столешнице.

— Посмотри вокруг. Люди эгоцентричны. Ради крохотного возвышения себя в своих же глазах, они без вопросов разрушат жизнь другого человека. Предадут, сожрут её и растопчут. И станут убеждать самих себя, что не сделали ничего дурного. Знаешь, что самое смешное? В большинстве случаев так и будет — для стороннего наблюдателя их поступки будут выглядеть абсолютно обычными. Ничего не значащими. Соответствующими нормам морали.

Усевшаяся рядом с ним девица, обмахнулась веером и презрительно скривившись, добавила.

— А если глянуть на контекст и оценить нанесённый урон, то эти люди ничем не лучше убийц или грабителей. Первые забирают жизнь открыто и дают жертве шанс убить их самих. Вторые лишь воруют деньги. Ну а вот изворотливые сучьи змейки в белых одеждах, пожирают других исподволь. Не давая шанса ударить в ответ и притворяясь добропорядочными людишками.

Похоже у этой компании были серьёзные счёты к человечеству. Которые, судя по всему, распространялись и на всех присутствующих.

Девица пристально смотрела, не отрывая взгляд, а меня вдруг осенило. Энергетическую структуру и правда невозможно вырвать из живой плоти. Кем бы ни были эти трое, они всего лишь смертные, которые научились определённым фокусам, не более того. А значит, не способны на такое.

Выходит, сила всё ещё со мной. Единственное, что они сделали — отсекли доступ. И судя по тому, что я чувствую «искру», не заблокировали его полностью, а сделали что-то ещё. Настолько хитрозадое, что им позавидовал бы и Локи.

— Почему ты молчишь? Нечего сказать?

Смертная подалась вперёд, сложив веер и впившись в меня взглядом. Невольно складывалось впечатление, что ей и правда важна суть текущей беседы.

— Мораль работает в двух случаях. Либо, когда есть кто-то надзирающий за соблюдением норм и безжалостно карающий за их нарушение, либо, если общество развито настолько, что самостоятельно осуждает каждого нарушителя.

Девица скривилась, а я продолжил говорить, попутно анализируя ощущения своей смертной оболочки и едва ли не принюхиваясь к фону излучения «искры».

— В обоих случаях, будут те, кто использует нормы, как прикрытие. Тут вы правы. Люди эгоцентричны. Зачастую творят ужасные вещи, маскируя их под добрые поступки. Кто-то в отношении своих «друзей», а кто-то охватывает целые социальные группы. И готовых сожрать жизнь ближнего, чтобы на пару минут почувствовать себя королём мира, среди них тоже хватает. У меня есть только один вопрос — а чем вы отличаетесь от остальных?

Третий смертный, что за всё это время не проронил ни слова, заворочался на своём стуле. Я же понял ещё одну вещь. Важно не то, что я чувствую «искру», а КАК я её чувствую. Пробивающийся фон слегка напоминал отзвук моего клинка, который так и висел в пространственном кармане, откуда его пока было не достать.

Боясь случайно разорвать нить Парки и спугнуть удачу, я ещё раз прислушался к своим ощущениям. Так и есть — они всё же каким-то образом создали пространственный карман внутри каждого из нас. Не в чистом виде, само собой — скорее использовали сложную схему воздействия, чтобы спрятать компоненты энергетического каркаса.

И судя по тому, что никто из нас не умер, это было очень слабое воздействие. Они не сжимали пространство. Лишь разнесли нашу силу и плоть по чуть разным плоскостям, запечатав друг от друга. Или вовсе оставили всё в одной, лишь создав нужный объём колебаний для изоляции. Видимо потому и не убили сразу — воздействие на оболочку могло привести к нарушению барьера. Тогда к нам вернулись бы все возможности.

Расположившийся напротив меня юноша, снял очки и протёр их салфеткой. Вернув на место, с укоризной поцокал языком.

— Ну зачем же так открыто проявлять агрессию? Мы всего лишь люди, которые склонны докапываться до истины. И отвергаем любую мораль. Человечество — аморальный сброд. Стадо, готовые убивать, топтать и рвать себе подобных. Открыто, тайно, неосознанно, с маскировкой под добрые поступки — какая разница? Факт остаётся фактом, не так ли?

Меч лежал на столе. Но боюсь, его использование потребует слишком много времени. Эти бездновы твари успеют среагировать.

Взгляд скользнул по девушкам. Лера уже убрала пистолет в кобуру. А вот отошедшая в угол гостиной Кристина, всё ещё держала автомат в руках. Всё, что было нужно сделать рыжей — чуть поднять ствол и нажать на спусковой крючок.

Безусловно, вариант был не самым надёжным. Я бы предпочёл положиться в этом вопросе на Ульриха или Орлова. Но им тоже потребовалось бы достать оружие.

Вернув взгляд на юнца, который уже косился на циферблат наручных часов, я уточнил.

— И много вас таких? Отрицающих мораль смертных, что служат Хранителям?

Его лицо искривила усмешка.

— Вот так грубо переводить тему беседы, это пошло. Не находите? Мы ведь ещё не закончили. А когда доберёмся до сути, я бы предложил обсудить вопрос возникновения жизни.

Молчун, что до этого откровенно скучал, внезапно с интересом уставился на меня.

— Ты назвал людей смертными. Странное выражение.

Я чуть повернул голову и пожал плечами.

— А они разве бессмертны?

Тот поморщился, махнув в воздухе рукой.

— Одарённые, да. В потенциале, конечно. Так то, рано или поздно каждого настигает удар врага.

Если смотреть с этой точки зрения, то боги тоже смертны. Клинок другого божества был способен забрать нашу жизнь. Пусть и происходило такое относительно редко.

— Раз ты и так всё понимаешь, то зачем мне что-то объяснять?

В широком проёме, который вёл в гостиную из коридора и не был закрыт створками дверей, внезапно появилась Асука. На лице японки застыло свирепое выражение, за правой ногой волочился кусок верёвки, а в руках был пистолет.

— Не знаю, кто эти жалкие выродки, но я им искренне признательна. Сейчас ты познаешь вкус мести Абэ.

Она шагнула вперёд, целясь в меня и остальные тоже схватились за оружие. Вот и шанс. Только кого выбрать?

— Куда же вы так спешите, юная леди. Опустите пистолет, присядьте и поговорим.

Худощавый смертный был само очарование. А вот его спутница уже окружила азиатку куполом щита, который не пропускал свинец. Та злобно выдохнула.

— Что вы себе позволяете, смердящие куски дерьма! Я из рода Абэ! Вас всех убьют!

Трое гостей переглянулись. А я скосил взгляд на скромно стоявшую около правой стены Ульяну и одними губами прошептал фразу команды. Девушка непонимающе нахмурила лоб, смотря на меня. Согласен, глупо было предполагать, что она сможет читать по губам.

Воздух гостиной заполнил голос девицы, одетой в глухое платье.

— Не хочу тебя разочаровывать, но мы не боимся твоих родичей. Как и кого-то бы ни было ещё в этом мире.

Смертный в очках, с довольным видом кивнул словам своей соратницы.

— Мы настолько постигли его, что осознали — бояться бессмысленно.

Я скосил взгляд на бумагу и ручку, которые лежали совсем рядом. Воспользоваться ими мешал только третий враг — он не выпускал меня из поля зрения, краем глаза наблюдая за всеми моими действиями. Не постоянно, но достаточно часто, чтобы я не успел ничего написать.

Зато мою попытку передать послание Потаповой заметила Кристина. Она сразу же отвела взгляд, но судя по выражению глаз, размышляла над ситуацией. А сразу после слов лидера противника, отбросила автомат в сторону и шагнула к столу, привлекая внимание.

Пройдя несколько метров, подцепила пальцами подол короткого домашнего платья, в которое была одета.

— Милостивые господа уверены, что постигли всё?

Чуть сощурив глаза, облизнула губы.

— Ведь никогда не знаешь, какой сюрприз может ждать тебя за очередной дверью?

Возможно это был и не самый лучший вариант — я сходу мог накидать несколько более эффективных концепций, но своё дело он сделал — головы троих «гостей» повернулись к рыжей.

Я же стремительно набросал фразу на лежащем листе бумаги и подняв, мгновение подержал его в воздухе. Как только опустил на место, ко мне метнулся взгляд молчуна. Сначала упёрся мне в лицо, а потом опустился на ручку. Которая лежала чуть под иным углом, чем до этого — времени на то, чтобы привести всё в порядок, у меня было совсем немного.

Юноша начал открывать рот, собираясь что-то сказать. Одновременно с этим снова зазвучал голос Кристины и что-то бешено взревела Асука.

А следом, перекрывая весь этот шум, грянул револьверный выстрел.

Пуля ударила в грудь, заставив меня откинуться на стуле. Хорошо, что не в голову — то ли Ульяна успела прицелиться, то ли мне просто повезло. Сложно сказать, каковы были бы последствия повреждения головного мозга оболочки. Сомневаюсь, что смертельными, с учётом наличия «искры», но это было бы риском надолго выпасть из схватки.

Мысль молнией промелькнула на заднем фоне — основное внимание разума было сосредоточено на вернувшемся ощущении собственной силы. Как я и думал, наши неожиданные гости использовали сложное плетение, которое воздействовало сразу на три объекта — тело, энергетическую структуру и душу. Атака не создавала полноценного пространственного кармана, а лишь покрывала тонкой плёнкой все компоненты, которые были связаны с силой. Они одновременно были внутри и вовне наших тел. Хитро и ловко. А ещё крайне умно.

Первой, из вражеской троицы отреагировала девица — вскинувшись со своего места, пустила в ход какое-то плетение, используя мысленное управление силой. И сразу же рухнула вниз. Если быть более точным — упало то, что от неё осталось. Я не стал мудрствовать и ударил чистой божественной мощью, без всяких изысков. Тело смертной, за доли секунды выгорело до позвоночника.

Лидер троицы покосился на останки соратницы. Шмыгнул носом. И перевёл взгляд на меня.

— Может договоримся? Хранители всегда рады новым членам ордена.

Я уколол божественной силой обоих спутников — на них плетение подействовало точно так же, как и на меня. Из-за чего Мьёльнир превратился в кусок камня, а Сандал стал бесформенным комком призрачной энергии, что дрейфовал над домом.

Едва не повторил то же самое на своих людях, но вовремя остановился. Это себе, я зарастил плоть при помощи «искры». А если сейчас ударить по ним, придётся лечить каждого по отдельности. Не хочу отвлекаться, пока рядом эти двое.

Молчун мрачно вздохнул, оглядываясь по сторонам.

— Рано или поздно это должно было произойти. Как ты догадался?

То ли эти двое тянули время, то ли у них и правда было не всё в порядке с головой. Выяснять я не стал. Недавнее ощущение полной беспомощности всё ещё сидело в голове и это воспоминание мне совсем не нравилось. Нет ничего хуже, чем осознание собственного бессилия.

Два сверкающих оттиска. Крики циклоповых отродий. Те самые печати, что опустошают чужую энергоструктуру, расплёскивая вокруг энергию. Глядя на корчащиеся тела, я скрипнул зубами. По рангу силы они были не выше Окольничих. Со мной едва не разделалась банда слабаков, которые ни на что не годились в честном бою.

Не отвлекаясь на захлёстывающий меня поток брани Сандала, который начал приходить в себя, потянулся к сознаниям пленных. Если получится разобраться с ментальными блокировками, то из них наверняка можно будет выудить массу ценной информации.

Но глянув на то, что творилось в их разумах, сразу же ударил печатями правды. Оба уже умирали — память и характеры распадались буквально у меня на глазах, оставляя после себя лишь пустоту.

Молчун погиб практически сразу после касания оттиска. А вот лидер этой небольшой группы ещё держался. Боролся, не желая умирать из-за заложенных в разум блоков. Наверняка понимал, что лишь способен продлить свою агонию, но инстинкты брали своё.

— Кто вас прислал? Кто вы такие? Кто вами командует?

Я спешно выпалил вопросы, а содрогающийся на полу смертный, искривил губы в безумной усмешке.

— Подмастерье первого градуса. Магистр. Он приказал.

Выгнувшись, упёрся в меня яростным взглядом.

— Ты ведь не человек, да? Прорыв уже начался? Это последняя битва?

Как-то среагировать на его слова я не успел — через мгновение осмысленное выражение в его глазах сменилось пустотой, а потом в воздухе возникла душа, которую сразу же унесло в сторону.

Прорыв? Последняя битва? Викинги в Вальхалле любили порассуждать о том, как сойдутся в Рагнарёке и будут храбро биться, бок о бок с Одином и Тором. Неплохо вести такие беседы, когда впереди вечность, под рукой неиссякаемый запас пива, а рядом полно красивых женщин. Но этот юнец говорил вполне серьёзно.

— Нам тоже в себя стрелять?

Голос Ульриха оторвал от раздумий и я поднял глаза на скандинава. Отрицательно качнул головой, после чего махнул рукой в сторону дивана.

— Лучше усаживайтесь. Попробую разобраться без членовредительства.

Пока члены свиты и командир гвардии занимали места, я ещё раз проверил своё собственное состояние. А заодно успокоил Сандала, который впал в настоящую ярость. Эмоции спутника я прекрасно понимал. Но пока отправил его патрулировать окрестности. Неизвестно кто ещё мог заявиться вместе с этими любителями потрепать языками.

Стоп. А это что такое? Я сконцентрировался, пытаясь понять с чем имею дело. После чего плюнул на осторожность и сдёрнув полог с «искры», наполнил каждую клетку оболочки божественной силой. Да, потом будет откат и жёсткий. Но лучше так, чем умереть или жить развалиной.

Теперь я понимал, почему они нас забалтывали. Как минимум одна практическая цель у них имелась — дождаться, пока сработает плетение, что медленно убивало наши тела. Гадкая схема применения силы, что извращала саму суть живой плоти, превращая клетки в рассадники заразы и заставляя их меняться. По сути, сама оболочка начинала вырабатывать яд, что убивал её.

Ход был крайне ловким. Если попытаться убить Одарённого при помощи грубой силы, то нарушится работа блокирующего плетения и объекту станет доступно управление ядрами. Что автоматически означает и восстановление связи со всеми артефактами. Учитывая изобретательность смертных в деле спасения своей жизни, далеко не факт, что получится прикончить цель с одного удара. И тогда троице Хранителей пришлось бы иметь дело с разъярённым противником, который может на полную катушку использовать свою мощь.

Поэтому, они наносили один булавочный укол, который заражал объект. После чего оставалось только дождаться его смерти. Тихо, спокойно, эффективно и с гарантией результата.

Я несколько раз прогнал божественную мощь через свою плоть. А потом принялся за остальных.

С членами свиты всё было относительно просто — в разуме каждого уже имелась моя печать, за счёт чего у меня вышло установить каналы связи. Безусловно, у них тоже будет откат. Намного более суровый, чем у меня. И непредсказуемый в плане длительности. Но они его точно переживут.

Как выяснилось во время обработки Леры, с которой я решил начать, использование «искры» заодно решало и вопрос блокировки силы — плетение хранителей не выдерживало столь интенсивного контакта с божественной мощью, которая воздействовала снаружи. Так что спустя несколько минут, все четверо членов моей свиты уже были в норме.

Оставалось понять, как быть с Орловым и Абэ. Первый не был в курсе, кто я такой на самом деле, а вторая вообще находилась на положение то ли пленницы, то ли домашней рабыни. Дать ей умереть, было бы откровенно поганым поступком. Но использование мощи «искры» без моей печати в разуме смертной, тоже наверняка её прикончит.

Всё ещё пребывающий в ярости Сандал сообщил, что наблюдает технику и солдат, что движутся сюда по просеке. А через десять секунд проинформировал меня о второй колонне, которая шла следом за первой. Значит Ореховы были в курсе этой атаки и теперь спешили собрать сливки.

Времени было не так много, так что я решил действовать открыто. Повернув голову к Орлову, который расположился в отдельном кресле, поинтересовался.

— Вы слышали, что он спросил перед своей смертью?

Бывший военный с мрачным видом кивнул.

— Слышал. Поинтересовался, человек вы или нет. А ещё говорил что-то о прорыве и последней битве.

На секунду замолчав, добавил.

— Это же были Хранители, да?

Я бросил взгляд на трупы и обошёл вытянутый прямоугольный стол, приближаясь к командиру гвардии.

— Хранители. Которые массово убивают людей, чтобы получить силу. Что он имел в виду, говоря о прорыве, я бы не отказался узнать сам. Но сейчас речь пойдёт не об этом.

Сделав ещё пару шагов, остановился около кресла, в котором сидел смертный.

— Перед тобой один из богов Рима. Меркурий, что получил новое тело. Нужно, чтобы ты поверил в моё существование. Искренне и без фальши. Тогда я смогу спасти твою жизнь. В противном случае, тебя ждёт смерть.

Глаза капитана второго ранга стали похожими на медные монеты, что чеканили южные варвары, а со стороны дивана донёсся голос Леры.

— Это правда. Я сама видела, как он появился в нашем мире. Это Меркурий наделил меня Даром. Да и Кристину тоже.

Военный на момент повернул к ней голову, но почти сразу упёр изумлённый взгляд в меня.

— Меркурий? Я вроде помню что-то такое из мифологии. Но…

Замявшись, не выдержал и выпалил.

— Ты сейчас серьёзно? Или эти ублюдки всё-таки спалили тебе мозги?

В беседу неожиданно вклинился Мьёльнир, который уже полностью пришёл в себя.

— Преклони колени, сс-с-смертный!

Каменный браслет неожиданно сорвался с моей правой руки и преобразился в крохотного человечка, что скрестил руки на груди, возмущённо смотря на Орлова, зависнув в воздухе.

— Какой милашка…

Я машинально повернул голову на голос Кристины, а Мьёльнир ойкнул и моментально принял прежний облик, обвившись вокруг моего запястья. Всё-таки он порой напоминал ребёнка — его выходка точно не повлияла на офицера в нужную сторону. Скорее наоборот.

Вставший на ноги Ульрих, мрачно пробасил.

— Ты кажешься хорошим человеком, Семён. Просто поверь, что перед тобой Меркурий и он с полной искренностью считает себя богом. Для начала этого хватит. А потом сам всё увидишь и поймёшь.

В глазах военного отражалась мучительная борьба. С одной стороны, он уже наверняка чувствовал действие убивающего его плетения — зараза распространялась в геометрической прогрессии и в абсолютных числах, смертному осталось жить совсем недолго. Но с другой, ему было очень сложно принять новую реальность.

Наконец военный кивнул.

— Хорошо. Давай попробуем.

Я вздохнул и покачал головой.

— Это не так работает. Если ты солжёшь или будешь не уверен в своих словах, то тоже умрёшь. Понимаешь?

Тот замялся. А за моей спиной раздался полный ярости женский голос.

— Так вот, почему ты меня победил? Ты один из Древних. Как ты выжил, жалкая божественная тварь? Где прятался все эти столетия?

Я обернулся. Глаза стоящей в нескольких метрах японки полыхали от ярости, а лицо было искажено гримасой гнева.

— Ты опозорил меня перед всеми Меня! Асуку Абэ! Великую и непревзойдённую воительницу, которая надрала задницы даже…

Не договорив, закашлялась. Упав на одно колено, с удивлением посмотрела на пол, куда из её рта капала чёрная жижа.

Приблизившись, положил руку на её голову и уточнил.

— То есть ты то в меня веришь, правильно? В бога Меркурия, покровителя Рима, а теперь и всего этого мира.

Смертная скосила на меня полные злобы глаза и хотела что-то сказать, но снова принялась кашлять, выплёвывая на паркет вязкую чёрную жидкость. Найдя в себе силы прерваться, кивнула. А я наложил на неё печать веры.

Что интересно, сработало. Пусть она меня и ненавидела, но ни капли не сомневалась в факте моего существования. Когда всё закончится, нужно будет поговорить с этой азиаткой и выяснить, что ещё ей известно о Древних.

Пока же я пустил в дело божественную мощь, очищая её тело от заразы. Пришлось повозиться чуть дольше, чем с остальными, так как эта гадость уже практически разъела её тело. Но я всё же справился.

Закончив, повернул голову к Орлову и понял, что военный едва держится в сознании. По коже лица стекали чёрные потёки, а правый глаз прямо сейчас распадался на части. Не кричал смертный только по той причине, что голосовые связки, у него судя по всему, тоже отказали.

Смотря на меня единственным целым глазом, офицер судорожно изобразил кивок и я повторно ударил печатью. К счастью, получилось. Всё же, нет лучшего мотиватора для смертного, чем осознание быстрой кончины. Страх смерти легко заставит поверить в кого угодно. Например, в меня.

Орлов был уже на грани — на то, чтобы вытащить его, у меня ушло ещё больше времени и энергии. А когда я наконец, закончил, то обнаружил, что военный замер в кресле, потеряв сознание.

Сандал напомнил о вражеской гвардии, которая постепенно приближалась к усадьбе и я досадливо поморщился. Как правило, враги не приходят вовремя и по расписанию. Но эти появились совсем в неподходящий момент. Мало того, что моя свита едва держалась на ногах после лечения, так из головы не шло обращение Скопы. Она пыталась воззвать ко мне, а значит у них случилось нечто серьёзное. Настолько, что эвенкилка обратилась ко мне за помощью.

Окинув взглядом членов своей свиты, остановил внимание на Ульрихе. По понятным причинам, потомок ётунов перенёс вмешательство лучше всего.

— Пленницу вернуть на место, Орлова перенести в постель. Самим оставаться в доме и наружу не высовываться. В крайнем случае, обращайтесь к алтарю и будите Стража. Самостоятельно силу не использовать — отдача может разорвать в клочья.

Пожалуй я несколько переоценил его состояние — швед едва смог сфокусировать на мне взгляд, а при попытке подняться на ноги, снова осел на диван. Впрочем, Ульяна вовсе уже отключилась, а Кристина и Лера были в полуобморочном состоянии, так что Свенсон всё равно держался лучше остальных.

Тем не менее, пришлось всё делать самому. Сначала перетащил Асуку в её комнату, где на всякий случай зафиксировал конечности. Блокираторы были на месте и всё ещё работали, но если японка сможет встать на ноги, пока все остальные будут в отключке, то запросто перережет им глотки.

Остальных разложил на диванах гостиной и в гостевых спальнях первого этажа. Потом потянулся к алтарю и рунным плетениям, что защищали стены.

К счастью, здесь троица использовала тот же самый подход, что и в нашем случае. Только куда более грубый — вместо сложной трёхкомпонентной комбинации, они задействовали имитацию обычного пространственного кармана, вычеркнув из этой реальности и алтарь, и артефакты-накопители, и некоторые участки металлического основания стены, с вырезанными на них рунами.

Хотя, простым и грубым, этот вариант казался только на фоне того, что они применили для удара по живым объектам. Если же смотреть объективно, то использованные ими плетения, по своей сложности соперничали с лучшими идеями Локи.

Как они вообще до такого додумались? Молодые ведь вроде — когда Хранители умирали, я оценил реальный возраст душ и всем действительно было чуть больше двадцати. Кто-то из них был гением? Или использовали плетение, созданное чужим разумом?

Мысль о том, что где-то могут быть другие смертные, которые способны повторить подобное, заставила меня нахмуриться. Надо будет разобраться, как именно они смогли нанести удар так, что я ничего не заметил. А потом придумать способ противодействия.

На спинку кресла опустился Сандал, который укоризненно глянул на меня одним глазом.

— Врр-р-раги у порр-р-рога!

Глянув на него, я мрачно кивнул. Ястреб прав — сначала надо разобраться с атакующими солдатами Ореховых. А потом уже заниматься другими делами и размышлять.

Когда я оказался около проёма, позади снова заскрежетал голос спутника.

— Скопа под ударр-р-ром. Нужно помочь!

Остановившись, я оглянулся на него.

— Она что-то успела тебе передать?

Тот на момент принял материальный облик, звучно хлопнув крыльями.

— Битва и крр-р-ровь! Что-то опасное. Угрр-р-роза! Ей нужно помочь!

Судя по тем мыслям ястреба, которые я чувствовал, добавить ему было нечего. А жаль. Я был бы не прочь узнать, что именно у них случилось.

Ещё мгновение постояв, кивнул ему.

— Идём. Сначала разберёмся с этими несчастными, а потом подумаем, как быстро добраться до Скопы и остальных.

Я вышел на веранду и влил в связывающую нас нить щедрую порцию божественной силы. А через какие-то секунды вдалеке громыхнула раскатистая фраза:

— Шли по лесу егерр-р-ря!

Сандал начал со второй колонны, в которой оказалось куда больше сильных Одарённых. Видимо, Ореховы предполагали использовать первый отряд для проверки боем, а если всё пойдёт нормально, то и изматывания противника. После чего отправили бы в бой резервную группу, которая должна была переломить ситуацию.

Схема меня не удивила. Зато изрядно озадачил факт того, что граф послал солдат. Он явно был в курсе того, что Хранители послали ко мне убийц и хотел этим воспользоваться. Но при этом, не был знаком с их схемой работы. Иначе понимал, что в случае их успеха, сражаться тут будет не с кем. Ну а если, я разберусь с присланными циклоповыми отродьями, то значит его гвардию встретят во всеоружии и буквально лишат мозгов. Чем прямо сейчас и занимался ястреб, выкашивая вражеских гвардейцев.

Выходит, граф не настолько плотно контактировал с Хранителями. Либо секрет этой троицы значил на порядок больше, чем механика применения энергии душ.

Голова после недавних событий, всё ещё была, как в тумане. Всё же, разрыв плоти с энергетическим каркасом, пусть и выполненный настолько тонко, повлиял на организм далеко не самым лучшим образом. Поэтому, пока я только пытался понять, как выйти на того, кто отдал команду убийцам и по кому стоит нанести ответный удар. Партия началась и ход сейчас был за мной. Нужно было только определиться с конкретной целью.

— Сс-с-смертный пропал.

Писк Мьёльнира отвлёк от мыслей и я невольно оглянулся вокруг. Потом опустил взгляд на каменный браслет.

— Какой смертный?

Сразу же почувствовал лёгкое возмущение спутника.

— Вчерашний сс-с-смертный.

Измайлов! Он что, погиб? Из-за того, что я попросту забыл о сокурснике Афеева?

Я потянулся к артефактной защите здания, но оно показывало, что внутри находится только моя свита, Орлов и Абэ. Никаких следов студента. Трупа тоже не было.

Последнее, меня само собой, радовало. В отличие от самого факта пропажи юного патриция.

В лесу рявкнули взрывы — Сандал разделался с резервной группой и принялся за передовую. А их танкисты не нашли ничего лучше, чем ударить из орудий. Зачем, я так и не понял — судя по тому, что я сейчас видел при помощи ястреба, они бы при любом раскладе не попали. Даже будь на месте призрачного божественного спутника, какой-то конструкт из плоти и крови. Видимо смертные попросту испугались.

Из сада вынырнула фигурка Жорика. Увидев меня, конструкт притормозил и сразу же опустил взгляд в землю. Но продолжил приближаться.

На всякий случай я проверил структуру его сознания и привязку к Лере. Вроде всё было в норме. Канал связи, конечно не так стабилен, как в случае с моими спутниками, но он есть. И свой разум конструкт не утратил.

Когда тот затормозил в паре метров от меня, грустно уткнув все четыре костяных клинка в землю, я всё же решил уточнить.

— В чём дело? Что-то случилось? Если ты так расстроился из-за хозяйки, то она скоро будет в норме. Чуть поспит и всё.

Тот мельком поднял на меня глазницы, заполненные тускло-зелёным светом и снова уставился вниз. Мьёльнир с изрядной долей подозрения пискнул, а мне в голову пришла неожиданная мысль.

— Погоди-ка. Ты же никого не убивал? Например того человека, что приехал сюда вчера со мной?

Жорик уставился на меня и замотал своей плоской головой. А потом указал двумя правыми «конечностями» в сторону леса.

— Он в лесу? Ранен? Мёртв?

Тот на момент замер, а потом бессильно всплеснул клинками. Ну да, речевой аппарат, Лера ему так и не сформировала. Грамоты конструкт тоже не знал — вариант с надписью на земле, отпадал.

Проверив, как идут дела у ястреба, который вовсю тянул из меня силу, громя остатки противника, я уточнил.

— Ты хочешь что-то показать?

Питомец жрицы отчаянно закивал.

— Это связано с тем смертным, которого я привёз вчера?

Последовала ещё одна серия энергичных кивков.

— Далеко?

Теперь он ненадолго задумался и изобразил пожатие плечами. Всё-таки в пространстве и расстоянии Жорик пока ориентировался не слишком хорошо.

Мгновение подумав, я махнул рукой.

— Веди. Посмотрим, что там.

Перед тем, как удалиться, открыл канал связи с защитной системой особняка. Сигнальные линии пока ещё не заработали в полную мощность — требовалось пройтись по всем артефактам и снять установленные троицей гостей блоки. Но если кто-то появится около самого дома или тем более, попробует атаковать, я сразу об этом узнаю.

Дорога оказалась недолгой. Какие-то десять минут и я оказался на небольшой полянке. Жорик остановился в её центре и принялся размахивать клинками, явно пытаясь что-то объяснить. А я заметил оторванный лоскут ткани, который висел на колючем кустарнике. Такого же цвета, как пиджак Измайлова.

Сандал отчитался, что всё кончено. Не меньше двухсот гвардейцев Ореховых успешно уничтожены, а в лесу застыло целых двадцать пять танков, которые можно прибрать к рукам. Вот только управлять у меня ими пока некому. А если вспомнить, что командир гвардии сейчас вообще в отключке, первые новобранцы скорее всего появятся не раньше завтрашнего дня.

Ястреб рвался немедленно двинуться к родовой крепости Ореховых, но я отдал ему приказ набрать высоту и заняться поисками Михаила. На быстрый результат я всерьёз не рассчитывал, но спутник смог удивить — уже через несколько минут показал мне фигурку студента, который прятался в зарослях кустарника. Всего в нескольких сотнях метров от места разгрома одной из колонн противника.

Когда я приблизился к его укрытию, Сандал продемонстрировал, как тот формирует печати, готовясь нанести удар. Чтобы не доводить ситуацию до конфуза, пришлось остановиться и голосом обозначать, что это я.

Пара секунд и из кустарника показалась фигура Измайлова. Исцарапанного, ошеломлённого и взбудораженного. Он было устремился навстречу, но увидев позади меня Жорика, сразу остановился и обличающе тыкнул в конструкта пальцем.

— Он меня сюда загнал!

Я покосился на питомца жрицы и тот сделал крохотный шажочек назад. Снова посмотрев на юношу, уточнил.

— Каким образом?

Студент на момент замялся, а потом шумно выдохнул.

— Не спалось и я пошёл на кухню. Нашёл там полную чашку кофе, решил выйти на веранду. Светало уже, хотел чуть взбодриться, раз всё равно не спится. А тут этот костяк! Налетел и давай своими руками-мечами махать, да ногами топать. Я от него в сад, он за мной. Я в лес, он следом. А потом взял и застыл на месте. Бежал вроде за мной во весь опор, но тут его взяли и как будто отключили.

То есть их пробежка по лабиринту Минотавра произошла как раз перед визитом убийц. Плетение видимо добралось до Жорика через канал связи с Лерой, временно вырубив конструкта. А потом точно так же дошла и лечебная порция божественной силы.

Михал, с гневом глянув на виновника своих бед, продолжил.

— Потом я решил сделать крюк и вернуться к дому с другой стороны. Но услышал технику. Залёг в укрытие, начал наблюдать. А дальше там вовсе стрельба началась, взрывы, орали все дико. Печатями били только так. В общем, я подумал, что лучше переждать, чем лезть в такую бойню.

Ну а после этого появился я и патриций вылез из кустов. В целом, ситуация была ясна. Непонятно только одно — за каким титаном, Жорик устроил эту погоню?

Я снова глянул на понурившегося конструкта, но тут сверху спустился Сандал. В клюве ястреба была переведённая в призрачное состояние кружка, а разум излучал определённое удовлетворение.

Когда тот вернул вещь в материальное состояние, сбросив её мне в руки, стала понятна и причина его хорошего настроения. Спутник смог разгадать секрет поведения конструкта.

Покрутив в руках чашку, повернулся к Жорику.

— Ты же понимаешь, что это не личная вещь твоей хозяйки? Не её одежда или драгоценности. Просто посуда из которой пьют.

Тот воткнул два нижних клинка в землю и ещё больше понурился, натурально сгорбившись. То ли пытался показать своё раскаяние, то ли ему и правда было стыдно.

Напротив раздался голос Измайлова.

— Подожди… Это всё из-за того, что я выпил чужой кофе?

Опустив взгляд на чашку, от которой исходил слабый магический фон жрицы, я усмехнулся.

— Можно и так сказать. Зато ты смог избежать серьёзного нервного стресса.

Нити Парки порой бывают весьма причудливы. Например, выводят человека из под удара, который мог бы стать для того смертельным. Конечно, те три плевка Бездны столкнулись со мной и погибли. Но сложно сказать, насколько удачно бы всё сложилось для Измайлова. В отличие от всех остальных, он был давно знаком с Афеевым. Это могло помешать искренне поверить, что внутри этой смертной оболочки, теперь находится божественная сущность.

Пока мы возвращались назад, я коротко изложил суть произошедшего, исключив из своего рассказа упоминание божественной силы. А одновременно с этим размышлял, как быть дальше?

Слишком много всего требовалось сделать. Причём желательно прямо сейчас. Во-первых, выяснить максимум информации об убитых. Я не смог их допросить, но у этих смертных должны быть фамилии, адреса и документы. В том, как работала местная бюрократическая система я уже разобрался и понимал, что они должны были оставить какой-то бумажный след.

Во-вторых, требовалось решить вопрос с Ореховыми. Они снова потерпели поражение, но мне не хотелось оставлять врагов под боком, понимая, что они в любой момент могут атаковать.

В целом, они бы может и не стали проблемой, если бы не третий пункт. Обращение Скопы. Эвенкилка взывала ко мне, прося о помощи. Да, я не разобрал, что именно она хотела сообщить, но интонации отлично чувствовал. И по-хорошему, мне нужно было спешить сейчас к четвёрке воинов. Но тогда в усадьбе оставалось всего два боеспособных защитника. Измайлов, который ничего не знал и не располагал доступом к силе алтаря, да Жорик. Боюсь, в случае нападения, толку от этой парочки будет не больше, чем от двоих пьяных русалов, которые решили выбраться на берег, чтобы соблазнить смертных дев.

Что делать? Промедлю с эвенкилами и они возможно погибнут. Брошу усадьбу на этих двух незрелых фавнов и новый налёт Ореховых может привести к непредсказуемым последствиям. Раньше у них не выходило пробиться через защиту имения. Но это могло быть связано с необходимостью сохранения целостности алтаря. Сейчас же ситуация изменилась — граф мог посчитать, что алтарь не настолько важен, как устранение опасного врага. И использовать оружие, у которого хватит мощи для уничтожения здания.

Я разрывался между вариантами, когда в кармане неожиданно завибрировал дарфон. Достав аппарат, удивлённо хмыкнул — а Егорову то, что от меня нужно?

Приняв звонок, поднёс устройство к уху и оттуда сразу же раздался голос советника.

— Времени нет, так что я быстро. Новый Пробой, ранг угрозы — рубиновый. Класс и масштаб пока неизвестны, но это точно что-то массивное. Полная мобилизация всех Защитников и Одарённых, согласно пятой статье Уложения о Пробоях. Хранители уже на месте, но запрашивают подкрепление.

Остановившись, я скрипнул зубами.

— Где он открылся?

Тот на момент отвлёкся, рявкнув на кого-то рядом с собой. Потом торопливо зачастил словами.

— Всё сброшу на дарфон. Войны родов под запретом с момента получения подтверждённого оповещения. Не вздумай убивать Ореховых! У них полно Защитников и они всем нам нужны.

Я покосился в сторону леса, где лежали трупы, как минимум, полусотни Одарённых вражеского рода.

— Так ты мне за этим звонишь? Чтобы я не забирал жизни врагов, что пытались меня прикончить и чуть не уничтожили Владивосток?

Последняя часть фразы заставила его на несколько секунд замолчать. Но судя по звукам, сейчас офицер был окружён другими людьми, так что уточнять ничего не стал. Вместо этого сухо произнёс.

— Это обсудим позже. В любом случае, все конфликты прекращаются после вступления в силу указа Императора. А он уже пять минут, как утверждён и принят канцелярией генерал-губернатора.

На мгновение замолчав, куда более тихим голосом добавил.

— Когда окажешься на месте, найди меня. Информацию сейчас сброшу. И подтверди уже передачу своего контакта моему секретарю, раз не зарегистрировался в управлении, как положено!

Егоров сбросил звонок, а я проверил входящие сообщения. Действительно — пять запросов на передачу моего контакта. Правда только четыре из них были от советника. Пятый — от Махова. Этот хотел предоставить мои контактные данные какому-то китайцу. Добавил к запросу короткое послание, что я буду рад новому знакомству.

Чуть подумав, подтвердил оба запроса на передачу данных. Снова глянул в сторону леса. Станут ли Ореховы соблюдать запрет? Вероятнее всего, да — для результативной атаки на усадьбу придётся использовать такой объём силы, что замаскировать нападение не выйдет. А указ правителя империи, это всё же не та бумажка, которую можно игнорировать, надеясь на помощь покровителей.

— Что-то ещё произошло?

Повернув голову, наткнулся на вопросительный взгляд Измайлова. Посмотрел на его браслет Защитника.

— Новый Пробой. Рубинового уровня угрозы. Мобилизуют всех Защитников и Одарённых. Все конфликты между родами временно приостановлены.

Тот поражённо уставился на меня. Чуть нервно уточнил.

— А класс? Масштаб? Насколько он большой?

В памяти ожил голос Егорова. Советник не смог назвать какие-то точные параметры, но судя по его интонации, Пробой был громадным и крайне опасным. А ещё он сказал, что Хранители уже там.

Стоп. Хранители УЖЕ там. И просят подкрепления. Судя по хаосу, который творился в Пятом отделении, Пробой открылся совсем недавно. Но раз информация дошла до столицы и там уже среагировали, издав распоряжение по провинции, значит прошло какое-то время. Насколько быстро бы не действовали смертные, скорее всего Пробой появился, как минимум, час назад. Приблизительно в то же самое время, когда на связь со мной пыталась выйти Скопа.

Измайлов неожиданно отшатнулся назад.

— Афеев… Ты чего? Успокойся.

Я тряхнул головой и непонимающе посмотрел на смертного, а тот испуганно пялился на меня.

— У тебя глаза вдруг стали белыми. И по лицу нити пошли. Тоже белые.

На поручень веранды опустился Сандал, который мрачно глянул на студента одним глазом. Потом повернулся ко мне.

— Спеть ему хорр-р-рошую песенку?

Ястреб чувствовал мои мысли и сейчас тоже был не в самом лучшем настроении. Хранители добрались до Ургена и эвенкилов. Не знаю, что точно у них произошло, но уверен, что появившийся Пробой — результат завязавшейся схватки. Или какого-то оружия, что использовал орден.

Звякнул дарфон — секретарь Егорова прислал сообщение с информацией о точке открытия Пробоя. Я бросил быстрый взгляд на экран и поднял глаза на однокурсника.

— Спонтанный выплеск силы. Ядра ещё не пришли в норму после схватки с убийцами.

Тот всё ещё смотрел на меня с долей подозрения, но я уже продолжил говорить, переводя тему.

— Ты останешься здесь. На сообщения не отвечай, звонки не принимай. Если Асука придёт в себя первой, в разговоры с ней не вступай и вообще близко к той комнате не подходи. Выберется наружу — бей любыми парализующими печатями. Не дай ей подобраться к себе. Понял?

Юноша замялся, бросив взгляд в сторону дверного проёма.

— Но… Там же Пробой. Рубинового уровня. Им нужны все Защитники и Одарённые.

Я кивнул на его браслет с кусочком хрусталя, который светился зелёным.

— Со своим десятым классом, ты сдохнешь на второй минуте боя. В этот раз я не смогу гарантировать тебе защиту.

Его глаза слегка расширились от возмущения.

— Гарантировать? Да у тебя самого только восьмой класс! Как ты можешь что-то гарантировать в рубиновом Пробое?

Спутники в один голос предложили его прикончить, а я пожал плечами.

— Точно так же, как уничтожил две колонны вражеской техники, не приближаясь к ним. Как одолел в поединке Асуку Абэ с её рангом Мастера. Как справился с тварями Чернокровых в Мурманске.

Договорив, шагнул к нему, смотря в чуть ошеломлённые глаза смертного,

— Ты останешься здесь и будешь следовать моим указаниям. Или можешь выметаться и навсегда забыть о моём существовании. Выбирай.

Мгновение он раздумывал. Потом с некоторой неохотой кивнул и двинулся в сторону двери. Но около самого проёма на мгновение задержался и повернул голову назад.

— Афеев, тебе никогда не говорили, что угрозы и давление, это не лучший способ завести дружбу?

Вопрос, видимо был риторическим — тот сразу же шагнул за порог. Сандал, который патрулировал окрестности, мысленно выразил своё негодование. А вот Мьёльнир отчетливо пискнул.

— Обиделсс-с-ся. Неженка.

Несмотря на недовольство спутников, в чём-то Измайлов может и был прав. Для того, чтобы он действовал осознанно и с должной мотивацией, стоило объяснить всё более детально. Но это бы потребовало времени. Которого у меня не было.

Судя по карте, Пробой располагался около озера Ханка, на самой границе с империей Цин. Приблизительно полторы сотни километров, если ехать по дороге. То есть у меня уйдёт не меньше полутора часов, чтобы туда добраться. Вернее, ушло бы, будь под рукой профессиональный водитель. Если учесть, что кроме меня за руль было садиться некому, хорошо, если доеду до озера за три часа.

Основная проблема была в том, что сначала надо было добраться по имперскому тракту до Владивостока. А уже оттуда ехать к озеру. Прямого пути через тайгу, само собой не было, из-за чего и приходилось делать большой крюк.

Я глянул на внедорожник, что стоял около дома и недовольно поморщился. Должен быть вариант, как сократить дорогу. Оставалось только его отыскать.

Через пару минут такой нашёлся. Наверное не самый лучший с точки зрения маскировки, но куда более быстрый.

Перед тем, как начать действовать, я добежал до арсенала, где быстро экипировался. Памятуя о схватке с Дурнгаалом, прихватил пару десятков артефакторных гранат. Плюс, добавил к вооружению метательные ножи и кобуру с револьвером. Само собой, забил несколько тактических кармашков костюма пастилками, ссыпав ещё не меньше полусотни в ранец. Пригодятся.

Промчавшись мимо надутого, как трезвый сатир, Измайлова, выскочил наружу и помчался в лес. Не стоило сокурснику Афеева видеть то, что сейчас пройзойдёт.

Наполнив тело божественной силой, удалился от усадьбы на пару километров и затормозил. Взрезав жёлтую пастилку, приложил её к браслету. Сразу же добавил вторую. За ней третью. Четвёртую. Наконец ощутив солидный переизбыток энергии, потянулся к своей «искре».

То, что я сейчас делал, было не самым обычным применением божественной мощи. По сути, я использовал технику, которая позволяла наделить одного из смертных Даром. Только в данном случае, я обеспечивал подобный подарок судьбы самому себе. И лишь временно — на то, чтобы сделать Дар постоянным, моих нынешних сил не хватало.

Я застыл посреди леса, а внутри плавилась энергия, которая приобретала временную структуру Дара. Максимально упрощённого и с очень узкой областью применения, но зато работающего.

Как только процесс закончился, я пустил его в дело, обратив силу на стоящую рядом старую сосну. Мощное дерево заскрипело, с неохотой подчиняясь внешнему давлению. Осело вниз и сложилось, превратившись в бесформенный ком. Осколки ствола и ветви изменили структуру, став текучими и слились вместе. А ещё через минуту на земле стоял конструкт, что должен был быстро донести меня до места.

Наблюдавший за мной Сандал, возмущённо что-то проклекотал и отвернулся. Похоже, он и правда был драконом — иначе вряд-ли бы возмущался получившимся результатом.

Я же, оглядев своё творение, остался доволен. Да, конструкт был неказистым и скромным по размерам, а крылья вообще получились немного разными. Плюс, был слеп — на формирование глаз ресурса временного Дара не хватило. Но путь я мог ему указать, а со своей задачей, созданное мной существо должно было справиться.

Забравшись на него сверху, я постарался устроиться так, чтобы не рухнуть вниз при первом повороте и накрыл нас обоих пологом невидимости. Прикрыв глаза, сконцентрировался на печати в разуме Скопы, которая еле-еле пульсировала где-то вдалеке. И дал команду на взлёт.

Внизу проплывал лес с редкими вкрапления чьих-то имений или небольших деревенек. А я методично вскрывал пастилки, прикладывая их к браслету Защитника — силу конструкт тянул просто нещадно.

Я до последнего надеялся, что ориентировка на печать в разуме Скопы выведет меня не к Пробою, а к какому-то совсем иному месту. Был небольшой шанс того, что всё происходящее не связано с Ургеном и эвенкилами.

Надежда рассыпалась, когда впереди показалась багровая воронка. Громадная, не меньше двадцати метров в диаметре и уходящая под землю. Сандал молнией устремился вперёд, разом позабыв про своё возмущение внешним видом конструкта и отсутствием у него глаз — ястреб всерьёз посчитал это издевательством над обликом древесного дракона. Да и размер ему тоже не понравился. Но теперь спутника волновала только судьба Скопы.

Силы он тоже зачерпнул немало и скоро оказался совсем рядом с порталом, который засасывал в себя воздух, ветви и опавшие иголки. Ничем не напоминая те проходы в Пробои, которые я видел до этого.

Озеро было в нескольких сотнях метров от открывшегося входа. Как раз на его берегу и концентрировались собирающиеся смертные. Пока их было не так много — около сотни солдат и несколько десятков растерянных Одарённых, которые не понимали, что им делать.

С китайской стороны озера тоже наблюдалось скопление людей. Пока небольшое, но что-то подсказывало, что империя Цин уже начала переброску сил. Если здесь возникнет Гнездо, оно захватит и их территорию. Не уверен, как в подобных случаях поступали власти разных стран этого мира, но по логике, должны были сотрудничать между собой. От того, что на границе возникнет такой очаг нестабильности, лучше точно никому не станет.

Дорога, которая шла к озеру со стороны Владивостока, а потом уходила в Китай, была заполнена автомобилями и техникой. Армейские грузовики, наполненные солдатами, танки, буксируемые орудия, легковые машины аристократов — сейчас обе полосы работали в одном направлении. По одной шла тяжелая техника, а по второй стремительно мчались автомобили, которые спешили доставить к месту прорыва Защитников.

Правда, последних было не так много. Что-то мне подсказывало, несмотря на указ императора и мобилизацию офицерами Пятого отделения, многие представители знати сейчас спешили убраться из города. Особенно, если они уже видели нечто подобное раньше.

Но самым печальным был тот факт, что печать Скопы передавала сигнал прямо из воронки Пробоя. Девушка была внутри. А значит и остальные эвенкилы, и Урген, скорее всего тоже находились там.

Само собой, я пытался почувствовать и прочих воинов, чтобы проверить их местоположение. Но ничего не вышло. Либо в случае со Скопой помог её Дар и связь с Сандалом, либо все остальные были мертвы. Верить во второй вариант не хотелось, но и исключать его я тоже не мог.

Приблизившись к озеру, я увидел и выгружающегося из автомобиля Егорова, вместе с которым прибыло десятка три Защитников. Странно, но пока я не фиксировал ни одного Хранителя. По крайней мере, никто из присутствующих не располагал артефактами, внутри которых была бы заключена энергия душ. Хотя, теперь это казалось лишь косвенным признаком: у явившейся в мою усадьбу троицы, тоже ничего похожего не было. А они точно были Хранителями.

Как тот бастард левой пятки Локи себя назвал? Подмастерье третьего градуса? Надеюсь, когда я вскрою разум Орехова, тот расскажет хотя бы про иерархию ордена и территориальную структуру. Неплохо было бы понять, с насколько многочисленным и сильным противником я имею дело.

Конструкта я посадил в лесу, около озера. Полог невидимости позволил провернуть этот фокус незаметно для собравшихся неподалёку смертных. К тому же, все они были ошеломлены, а энергетический фон дико искажался присутствием воронки. Шансов заметить меня, ни у кого из них не было.

Крохотного дракона пришлось превратить в древесную труху — поддержание жизнедеятельности конструкта стоило бы мне слишком большого объёма силы. К тому же, если придётся нырнуть в Пробой, то контакт ослабнет и он вовсе может выйти из под контроля. Что подумают смертные, если найдут подобное существо, на котором имеется мой отпечаток силы, мне даже думать не хотелось.

Когда я вынырнул из-за деревьев, несколько Одарённых схватились за оружие, а остальные набросили кольчуги. Десяток военных тоже среагировал, взяв меня на прицел винтовок. Но быстро оглянувшийся Егоров, рявкнул «свои» и накал сразу же спал. Хотя на меня всё равно пялились с долей недоумения. А стоило приблизиться к советнику, который развернул подобие оперативного штаба прямо около своего автомобиля, как тот задал вопрос, что отображался на лицах всех присутствующих.

— Как ты так быстро добрался? Я сам только доехал, хотя уже в дороге был на момент звонка. А ты взял и просто из леса вышел.

Я пожал плечами.

— Родовые техники.

Тот печально усмехнулся, набивая сообщение на дарфоне, а я ещё раз прошёлся взглядом по разбившимся на группки Одарённым и на всякий уточнил.

— Хранители где-то здесь?

Советник скривился и кивнул в сторону воронки портала.

— Где-то там. Если живы, конечно. Но раз пока изнутри ничего не попёрло, скорее всего ещё целы. Минут через двадцать тут будут две команды Защитников, на базе которых я сформирую отряд для разведки. Класс у тебя восьмой, но я помню, как ты лихо разбираешься с Пробоями. Можешь пойти с ними.

Сандал, что кружил над нашими головами, коротко и возмущённо клекотнул. А вот я глянул в сторону Пробоя.

— Что обычно бывает в рубиновых Пробоях?

Местный шеф Пятого отделения скорчил удивлённую гримасу.

— Всегда по-разному. Но они вообще не так часто встречаются. За предыдущие сто лет, в империи было только пять таких прорывов.

На момент задумался, прекратив набирать текст на дарфоне и добавил.

— Хотя два последних случились за последнее десятилетие. И вот ещё один.

На вопрос он так и не ответил, поэтому я поспешил напомнить.

— Что там внутри? Есть предположения?

Смертный с досадой цокнул языком.

— Неизвестно. Информация о всех предыдущих засекречена. Но судя по порталу, нужно быть готовым ко всему.

Вздохнув, закончил свою мысль.

— Как проведём разведку, так и станет понятно.

Двадцать минут до прибытия команд Защитников. Потом формирование отряда и рейд с осторожным продвижением вглубь Пробоя. Это если половину бойцов не порвут в клочья около входа. При таком раскладе, остальные сразу же устремятся назад.

Ждать столько времени я не хотел. Тем более от Пробоя тянуло не только ощущением колоссальной мощи. В его фоне присутствовал тот же самый оттенок силы, который я почувствовал при недавней встрече с троими отпрысками Бездны. Более того — я наконец вспомнил, где с ним сталкивался. В Индии. Как раз в ту поездку, когда мы занимались дипломатией, разбираясь с последствиями пьяных выходок Вакха.

Вот только я не помнил, к кому именно относился этот оттенок силы. Точно не к одному из старших богов — такое бы осталось в памяти. Значит либо члены их свиты, либо второстепенные фигуры пантеона. Проблема в том, что последних было слишком много. Я даже толком не мог вспомнить, с кем из них мы сталкивались на тех переговорах.

В любом случае, где-то внутри были Хранители. Смертные, которые мучали человеческие души, чтобы получить силу. А ещё пытались убить меня, одного из старших богов Вечного города. Да и Пробой, скорее всего открылся по их собственной вине. Возможно после попытки убийства Ургена.

— Я сам проведу разведку. Если через пару часов не вернусь, значит отправлять внутрь крупный отряд смысла нет. Забрось небольшую группу для оценки ситуации и как получишь данные о видах пробойных тварей, что внутри, выстраивай оборону.

Советник оторвался взгляд от экрана дарфона и изумлённо посмотрел на меня.

— Ты ничего не перепутал, Афеев? Это я тут командую Пятым отделением. А ввиду ситуации и всеми, кто может сражаться. Включая тебя, если что.

На моём лице появилась усмешка.

— Тогда сообщи, что ты отдал мне приказ провести разведку. Если всё пройдёт удачно, получишь орден. А я пошёл.

Мужчина задумчиво потёр пальцами горбинку носа. Судя по лицу, ему очень хотелось многое мне высказать, но смертный успешно себя сдержал. Наконец озвучил вопрос.

— Уверен, что хочешь туда прыгнуть? Это рубиновый Пробой. Потенциальный масштаб «гора», а класс монстров внутри неизвестен.

Хранители, Урген, эвенкилы, плюс шанс выяснить, что собой представляют оба ордена и что произошло с другими богами. Конечно, я был уверен.

Снова растянув губы в усмешке, кивнул ему. Потом покосился на стоящих в стороне Одарённых, которые рассматривали нас с самыми разными выражениями лиц и рявкнул.

— Разрешите выполнять, Ваше превосходительство?

Егоров от такого поворота событий едва не подпрыгнул, но всё же махнул рукой, что-то невнятно пробурчав себе под нос. А я развернулся и побежал к воронке, на ходу доставая меч.

Сгрудившиеся на берегу озера Одарённые проводили меня заинтересованными взглядами. А когда поняли, куда именно я бегу, послышались возмущённые выкрики. Похоже кто-то решил, что Пятое отделение отправило Защитника восьмого класса на верную смерть.

Я же промчался мимо военных, что сейчас были озабочены рытьём окопов и свернул в лес, взяв курс на гудящую вдалеке багровую воронку.

Кольчуга была напитана по максимуму, а клинок слегка гудел от влитой в него силы. Я был готов к схватке. Но когда до воронки оставалось около полусотни метров, всё же отправил первым Сандала. Разведка ещё никогда не бывала лишней.

Что странно, тянуть силу он из меня не начал. То ли внутри не обнаружилось противников, то ли ястреб смог разобраться с ними своими силами.

Я влетел в кружащуюся воронку, предполагая, что сейчас провалюсь вниз и придётся падать. Но вместо этого просто выбежал из такого же багрового и не наносящего вреда пламени, которое закручивалось вихрем в полумраке.

Затормозив, подсветил окружающее пространство божественной силой. Никого. Ни единого отблеска чужой мощи, ни одного отпечатка энергии. Лишь пустые дома в вечерних сумерках.

Сандал уже передавал картинку, да я и сам крутил головой по сторонам. Пробой выглядел странно. Если сам портал воронки крутился на месте городского бассейна, а я оказался посреди строений, которые отдалённо напоминали римские, то через пару сотен метров всё менялось. Вернее, дома были такими же, но теперь их со всех сторон окружали деревья. Некоторые вовсе росли внутри строений, пробивая их перекрытия и крыши.

С другой стороны, были точно такие же здания, но в этот раз заваленные песком. А стоило ястребу устремится в третьем направлении, как там обнаружились постройки, утопающие в болоте. Только четвёртая сторона порадовала ещё одним обычным кварталом.

Я отступил на сотню метров от воронки и послал ястреба дальше. Параллельно с этим прислушался к своим ощущениям, определяя направление, с которого доносилась пульсация печати Скопы.

Вектор мне поймать удалось. А вот новости, Сандал принёс весьма неожиданные. Несмотря на размеры портала, территория вокруг была относительно невелика — не больше пары километров в диаметре. Зато на ней имелись ещё четыре воронки, разбросанные по разным сторонам. К одной из которых и вёл «след» Скопы.

Никаких следов пробойных тварей, как и ещё кого-то живого, спутник не обнаружил. Это несколько смущало. Как и вид Пробоя в целом — такое впечатление, что здесь оказался целый город, на который наложились иные пласты реальности. Одна его часть вовсе была расположена на чём-то, напоминающем морское дно.

Спустя несколько минут быстрого бега, я уже стоял около второй воронки, которая светилась не багровым, а зеленоватым светом. Что за ней? Ещё один кусок реальности, который связан с этим порталом? Если так, то что произойдёт в случае блокировки основного входа?

О существовании таких Пробоев я не читал. И не слышал, чтобы о них кто-то упоминал. Но если моё предположение верно и каждый подобный прорыв, это сжатое в точке пространство, что соединяется с реальным миром при помощи портала, то сейчас я нырну совсем в другую его часть. Пройду по каналу связи, который может лопнуть в любой момент из-за внешнего или внутреннего воздействия. Не самые вдохновляющие перспективы.

Впрочем, глобально это ситуацию не меняло. Где-то там, по-прежнему был Урген и эвенкилы. А ещё Хранители и возможно ответы на мои вопросы, которые давно не терпелось получить.

Первым в портал снова отправился Сандал. И на этот раз спутник сразу потянул из меня силу. Не сказать, что зашкаливающе много, но и не крохи. Достаточно, чтобы разделаться с несколькими десятками средних по силе противников.

Выждав около минуты, я понял, что объём поглощаемой ястребом мощи не изменяется и приблизившись, рывком влетел в воронку.

В этот раз я всё же упал. Портал находился метрах в пяти над уровнем земли, прямо в раскидистой кроне дерева.

Ноги врезались во что-то живое и я оттолкнулся от захрустевшей плоти, спрыгивая на землю.

Сразу же отмахнулся клинком от фигуры, что надвигалась справа. Снёс пару конечностей, которые тянулись к моей кольчуге, а вторым ударом рассёк пополам. Разрубил ещё одного противника — такого же, напоминающего молодое дерево, которое медленно передвигалось по земле, орудуя десятком древесных щупалец.

Потом отдал команду Мьёльниру, который устремился вперёд, обернувшись каменным диском. Сам же огляделся.

Вокруг был лес. Наполненный приятными запахами, зелёной листвой и разнообразными пробойными тварями. Судя по тому, что я видел, все они были созданы на основе изменённых растений. Что в чём-то роднило их с драконом, который доставил меня сюда.

Оба спутника работали с полной отдачей, сокрушая и разрывая противников. Разноформатные пауки, змеи, ожившие деревья, множество крылатых созданий самого разного вида и странные твари, что напоминали крыс — монстры массово умирали, обеспечивая меня настоящим потоком вливающейся энергии, но меньше их не становилось.

В основном по той причине, что лес вокруг был буквально заполнен пробойными тварями. Они не просто накатывали громадными волнами, а шли непрерывным бурным потоком, который не прерывался ни на мгновение.

Первые секунд пятнадцать я крутился на одном месте и вовсю работал мечом. Но потом Сандал на момент взмыл вверх, показав мне размер леса, который тянулся на километры вокруг и я понял, что тактика перемалывания противника, в этот раз не сработает. А если их популяция каким-то образом восстанавливалась, то эти монстры вовсе не закончатся — пока я уничтожу первое поколение, на меня уже ринется следующее.

Поэтому, я несколько раз кряду ударил пламенем, обрушивая огненные волны по всем направлениям. Подход, предсказуемо сработал — пространство вокруг моментально заполнилось обугленными тушами из древесной плоти. Спутники обрушились на крупные цели, которых огонь не прикончил сразу, а я сконцентрировался на своих ощущениях.

На этот раз определить нужный вектор оказалось проще, чем в первый раз — несколько секунд и я уловил пульсацию печати Скопы.

Спустя мгновение Мьёльнир обвился вокруг запястья правой руки, Сандал взмыл в воздух, а я ринулся в необходимую сторону. Кольчуга была усилена на максимум, так что достать меня пробойные твари не могли. Зато были в состоянии затормозить, если окружат и навалятся всем скопом. Поэтому приходилось постоянно слегка корректировать угол движения. Сначала я мчался в одном направлении, собирая вокруг себя настоящее столпотворение монстров, а потом резко забирал немного левее, либо правее, прорубаясь через их строй и оставляя за спиной массу растерянных пробойных тварей. Потом недолгое движение по относительно очищенному пространству и манёвр повторялся.

Всё это напоминало мой прорыв к Нептуну во время его болезни. Если быть более точным — отравления. Очередная шутка Локи, в тот раз полностью вышедшая из под контроля.

Правда, тогда я двигался через толщу воды, а на меня кидались разнообразные морские обитатели, пропитанные божественной силой и желающие любой ценой сожрать. Впавший в горячечный сон и отравленный бог, это не самый лучший пациент.

Сейчас же вокруг был лес и монстры, созданные из древесной плоти. К тому же намного более слабые, чем светящиеся от божественной силы, морские гады. Но общая концепция оставалась такой же.

Сандал несколько раз спускался вниз, помогая расчищать путь в особенно сложных ситуациях, но основную массу времени ястреб проводил в небе, ведя разведку и передавая мне картинку происходящего сверху.

Пульсация печати Скопы становилась всё более отчётливой. Но вместо неё, на самом краю леса, за которым начинался энергетический барьер Пробоя, обнаружился ещё один портал.

А когда мне оставалось до него не больше пятисот метров, Сандал показал вываливающиеся оттуда фигуры. Один смертный. Второй. Ещё двое — целый тащит на себе раненного.

Даже на таком расстоянии я ощутил грязную ауру, которая покатилась по лесу. Эти четверо точно были из числа Хранителей. Или Чернокровых. Хотя сейчас я не видел между ними критической разницы.

Слегка замедлившись, я набросал в голове план атаки и уже собирался отдать команду Сандалу, когда из воронки вылетела ещё одна фигура. Вид которой заставил меня застыть в немом изумлении.

Я знал эту сущность. Колесничий Ушас. Один из низших дэвов, что служили индийской богине зари. Они не были её свитой. Скорее автономной, замкнутой в себе кастой, которая взяла на себя зарок служения божеству. Оттого память и не подбросила какой-то конкретный образ. Как их вообще вспомнить, когда внешне все выглядели практически одинаково и почти не говорили? А все остальные звали их просто «колесничими». Хотя, по сути, это было небольшое личное воинство старшей богини, которое нередко использовалось во время многочисленных склок.

Впрочем, конкретно этот не был похож на тех гордых воинов в парадном облачении, которых я когда-то лицезрел в Индии. Из одежды у колесничего имелась только набедренная повязка, левая рука напоминала кусок запечённого мяса, а тело было изранено и перепачкано.

Тем не менее в его правой руке было копьё, а глаза светились алым. И судя по тому, что Хранители полукольцом выстроились напротив него, сейчас передо мной должна была развернуться схватка.

Размышлял я недолго. Одно дело, неизвестный мне Дурнгаал, который прибыл из другого мира и рассчитывал сожрать мою «искру», чтобы попытаться выбраться на волю. Cовсем иное, воин Ушас. Пусть я не слишком хорошо знал индийскую богиню, но этот был хотя бы из того же мира, что и я. Может и другого, конечно — теория Минервы о множественности вселенных оказалась верной. Но божества в разных версиях всё равно были такими же. Мы договоримся.

Хранители были вымотаны схваткой и спешили, желая убраться подальше от своего противника. Потому до сих пор меня не заметили, пусть рядом и успела собраться группа пробойных тварей, от которых я сейчас отмахивался мечом. Но между мной и врагами было ещё триста метров, тоже заполненных монстрами, которые создавали шум. Что обеспечивало определённое прикрытие.

Перед тем, как начать двигаться, я набросил на себя полог невидимости. А потом помчался вперёд.

Враги стояли ко мне спиной, но один из них предусмотрительно выставил энергетический барьер, отсекающий монстров Пробоя — сейчас они постепенно скапливались около купола, отчаянно пытаясь пробиться внутрь.

Я запрыгнул на спину громадного древесного паука, который отчаянно бился о плёнку щита и врезался в мерцающую стену. Полностью разрушать её не стал — мне тоже не была нужна лавина древесных созданий, что станут отвлекать и сбивать с толку. Вместо этого, я пустил в дело немного божественной силы, истончая участок барьера и проскочил через него внутрь. Прямо на небольшую лужайку, где разворачивалось действо.

Перемахнув через раненого Хранителя, что без движения лежал на земле, вогнал пылающий от влитой мощи клинок в спину его соратника, который только начинал оборачиваться. Кто-то возможно и сказал бы, что бить в спину подло, но как порой говорил Марс — «враг, есть враг и нет никакой разницы, как именно ты его убьёшь».

Само собой, Хранителя прикрывала мощная кольчуга, да и артефакты активной защиты тоже имелись. Но напитанная божественной силой сталь, без проблем прошила щит, после чего насквозь пробила корпус смертного.

А потом я слегка удивился и ударил божественной мощью, пропуская её через сталь клинка.

Почему? Да потому, что большая часть его тела оказалась превращена в артефакт. Кости были исчерчены рунами и напитаны символами, на внутренних органах виднелись призрачные оттиски, а кровь была заменена другим составом. Что символично, по организму её тоже гнало не сердце, а нечто иное, пусть и размешённое на том же самом месте.

Волна божественной энергии обрушилась на Хранителя изнутри, сокрущающей волной проходя через тело противника. Расщепляя, сжигая и уничтожая каждый артефакторный компонент его плоти.

Тот выгнулся, как от удара молнией. Кожа полыхнула белым, рот распахнулся в беззвучном крике, а через мгновение тело врага отлетело в сторону, рухнув изломанной куклой на траву. Остаточная реакция его защитных артефактов.

Двое оставшихся Хранителей, может и удивились моему появлению, но среагировали практически сразу — ударили мощными синеватыми оттисками. К моему удивлению, эти не распались от воздействия на них мощью «искры». Правда и мою кольчугу тоже не пробили — растеклись по её поверхности, заставляя расходовать силу.

Что именно они делали, я сходу не разобрался — почти все компоненты печатей были мне незнакомы. Скорее всего по той причине, что в основе их воздействия лежало использования энергии человеческих душ, с чем я раньше сталкивался не так часто. Представители древних рас и боги, что рискнули пойти таким путём усиления, как правило сражались голой силой, либо при помощи своего оружия. Не тратя время на придумывание сложных оттисков.

Мои противники, судя по их поведению, тоже ожидали иного результата. На пару секунд они впали в некий ступор, пялясь на мою кольчугу и не понимаю, как она могла остаться целой. Чем и воспользовался колесничий.

Он прыгнул вперёд и ловко ударил копьём, целясь в висок ближайшего к нему Хранителя. Кольчуга выдержала удар и вражеский воин отреагировал — погасил печать на моей защите, после чего рванулся в сторону, уклоняясь от второй атаки.

Я бросился к его соратнику по оружию, который тоже разорвал контакт со своим оттиском, но зато попытался встретить при помощи своего Дара — меня обдало волной ужаса, вызывающего желание немедленно бежать. Или просто свернуться клубочком на зелёной травке и дрожать от страха.

Неплохой Дар. Эффективный и воздействующий прямо на душу. Но, к сожалению для врага, внутри этой смертной оболочки была вовсе иная сущность. А та волна ужаса, которую создавал Хранитель, была намного слабее страха, что излучала когда-то Кампа. Или облаков безумия, которые умели наводить кабиры.

Надо сказать, тот хоть и удивился провалу своей атаки, но не слишком сильно — приняв удар моего клинка на свой меч, ловко отпрыгнул в сторону, сразу контратаковав.

Обменявшись с ним ещё несколькими ударами, я отдал команду Мьёльниру и каменный браслет сорвался с правого запястья, на лету превращаясь в тяжелый каменный дротик.

Противник сразу же разорвал дистанцию, одним рывком преодолев добрый десяток метров. Но я уже нанёс ещё один удар — в воздухе на доли секунды замерцал энергетический канал, а потом за спиной цели появился крохотный шарик божественной силы. Не слишком экономное расходование ограниченного ресурса «искры», но мне хотелось максимально быстро закончить этот бой.

Смертный оказался смышлённым и новую угрозу тоже заметил, сразу же устремившись в сторону. Но он был вымотан, а Мьёльнир быстр и полон сил.

Каменный дротик прошил вражескую защиту, вонзившись в бедро. Оказавшись в окружении плоти, живой камень сразу же сменил форму, практически оторвав противнику ногу. Впрочем упасть тот не успел — сгусток божественный силы тоже пробил кольчугу, угодив в голову Хранителя. По глазам ударила яркая вспышка и через мгновение на землю опустился обугленный труп, у которого отсутствовал череп.

Тот единственный враг, что оставался на ногах, отвлёкся на всполох силы и копьё слуги Ушас всё же пробило защиту, вонзившись в живот. Я почувствовал всплеск силы, после чего Хранителя буквально вывернуло наизнанку.

Замерев на месте, я разочарованно посмотрел на изувеченное тело, которое рухнуло на лужайку. Факт победы, безусловно радовал. Но я бы предпочёл оставить кого-то из этой троицы в живых для допроса. Теперь же оставался только раненный циклопов сын, что так и валялся на земле.

Мы с воителем Ушас одновременно шагнули к нему. Остановившись, посмотрели друг на другу. Индиец хищно прищурился, поигрывая копьём в правой руке и неожиданно заявил.

— Считаешь, что выживешь, смертный? Думаешь, раз помог мне, я оставлю тебе жизнь?

Я растянул губы в усмешке, не отрывая взгляд от его опаленного пламенем лица.

— А ты присмотрись, колесничий Ушас. Узри, кто перед тобой. И дважды подумай, стоит ли мне угрожать.

Тот на момент замер. Я же сдёрнул полог с «искры» и даже слегка надавил, усиливая её сияние. Через мгновение лицо воина исказило изумление.

— Сила одного из богов Парнаса. Но как? Из какого ты мира?

Учитывая обстоятельства, его вопрос имел смысл. Но вот, как на него ответить, я толком не знал.

— Из того, где боги ещё живы. Как минимум, часть из них.

Тот постоял, покачиваясь на месте и о чём-то раздумывая.

— Ещё живы? Но… В тебе только капля силы и та внутри смертного тела.

Я мрачно кивнул.

— Верно. Парнас атаковали. Все подчинённые пантеоны разом. У нас практически не было шансов. Юпитер пожертвовал жизнью, чтобы спасти наши жизни, но разбросал по разным мирам.

Воин Ушас растянул губы в жутковатой усмешке. Когда у тебя нет солидного куска правой щеки, сложно улыбаться так, чтобы не нервировать окружающих.

— Вы оказались из тех, кого не накрыла первая волна. У кого-то в вашем мире было слишком много силы. Собранной в одном месте мощи, от которой требовалось избавиться перед атакой. И раз Парнас уничтожили, значит речь шла о Риме.

Похоже мне повезло — этот дэв знал о чём говорит и разбирался в происходящем.

— Кому требовалось избавиться? Что за атака? Кто уничтожил богов?

Тот хрипло расхохотался, запрокинув голову к фальшивому небу, а за энергетическим барьером, что до сих пор стоял, питаясь от двух впившихся в землю артефактов, заорали пробойные монстры.

— Когда наша повелительница пала вместе со всеми остальными, выжившие пытались понять, что произошло. Нам пришлось сражаться за свои жизни с неведомыми созданиями. Порой настолько дикими и ужасными, что ты даже не можешь себе представить.

Замечание было спорным — в конце концов я видел изнанку Бездны и посещал Тартар. Допускаю, что где-то могут существовать и более ужасные твари, чем те, что обитали там. Но для того, чтобы поверить в них, мне нужно было увидеть всё своими глазами.

Впрочем, фокусироваться на этом моменте я не стал. Вместо этого промолчал, ожидая пока воин продолжит. Тот же захрипел и плюнул на землю кровью. Потом тяжело опёрся на копьё и внимательно посмотрел на меня.

— Нас заперли. Всех, кто выжил. Лишили почти всей силы и изолировали внутри лоскутов пространства. Сначала мы бились против тех существ, что там жили. А потом стали возникать порталы через которые к нам приходили ещё более злобные твари. Иногда мы сражались против разумных, но наладить с ними контакт не получалось. Всё, чего они желали, это нашей смерти. Поэтому, приходилось драться и убивать. Раз за разом, римский бог. Раз за разом мы окунались в кровавый хаос.

Воин снова закашлялся и его причудливый доспех замерцал. Благодаря чему я смог рассмотреть то, что происходило внутри дэва. Искорёженный многочисленными повреждениями и частично спаленный энергетический каркас, фактически разрушенный духовный чертог — тот самый, что заменял индийским дэвам «искру» и развивался за счёт медитации. Не говоря уже о массе физических увечий — по сути его внутренности были перемолоты в кашу и не восстанавливались. На это у служителя Ушас уже не хватало сил. Он шёл за своими врагами, не с целью выбраться отсюда, а лишь для того, чтобы забрать их жизни.

Колесничий поднял на меня расфокусированный взгляд. Тёмная кожа побледнела, а свечение глаз полностью пропало, оставив лишь залитые кровью белки с крохотными пятнами зрачков посередине.

— Ты увидел, да? Мне уже недолго осталось. Но я расскажу. Всё, что знаю.

Новый приступ кашля едва не опрокинул его на землю, а я отдал Сандалу приказ заняться очисткой прилегающей местности. Вокруг скопилось слишком много пробойных тварей — если оставить всё, как есть, то уходя отсюда, мне придётся пробиваться через настоящий океан монстров. А обратный путь, в любом случае, будет пролегать через этот портал.

На правой руке слабо пискнул Мьёльнир.

— Мы сс-с-сможем ему помочь?

Я мысленно передал отрицательный ответ и почувствовал волну грусти, что прокатилась от спутника. А вот на лице дэва возникла лёгкая улыбка.

— Божественный спутник с добрым сердцем. Как же я скучаю по тем временам, когда это никого не удивляло.

Продолжая опираться на копьё, тяжело выдохнул и упёревшись в меня взглядом, начал говорить. Короткими, рублёными фразами в которые старался уложить максимум информации.

— Мы оказались разбиты на группы. Иногда сталкивались с другими. Редко. При соединении пространств. Убивали и становились сильнее. Наш лидер искал ответы. Выход. И виновников. Мы жаждали мести.

Сделав паузу, зашёлся в кашле, выплёвывая кровь на траву. Хотелось помочь ему — вмешаться при помощи божественной силы. Но дэвы, это древняя раса с совсем иным внутренним устройством. Будь он хотя бы относительно цел, уверен, что-то можно было бы придумать. Но в таком состоянии, я только ухудшу ситуацию и ускорю его гибель.

— Он почти разобрался. Научился смотреть вокруг. И когда почувствовал здесь потенциал, то не колебался. Заставил наш осколок притянуться.

Подрагивая, втянул в себя воздух и продолжил.

— Притянулись не только мы. Слишком много частей. Запредельно много. А потом пришли эти. Убили всех нас. Я гнался ради мести.

Произнося последние фразы, взглядом указал на тела Хранителей. Я же задал два вопроса, которые сейчас волновали меня больше всего.

— Кто это устроил? Ты видел здесь членов моей свиты? Четверо воинов-оборотней, с которыми должен быть местный бог.

Его брови в лёгком изумлении поднялись вверх и служитель Ушас отрицательно качнул головой. Потом попытался что-то сказать, но снова закашлял. Визуально я видел только кровь, которая разбрызгивалась по траве, но на деле сейчас его энергетическая структура расслаивалась и распадалась на части. Дэв умирал у меня на глазах и с этим ничего нельзя было поделать.

— Кто-то из наших. Предатель, возжелавший власти. Не один. Много. Ударили в разных мирах. Сокрушили. Убили. Поглотили. Или пытались. Что-то пошло не так. Вторая волна должна была исправить. Наверное. Мы не разобрались до конца. Прости…

Последнее слово он буквально выдавил из себя. А потом боком завалился на землю. Остатки его духовного чертога растаяли прямо на глазах, а энергетический каркас обратился в пыль. Какая-то крохотная часть притянулась к моим ядрам и впиталась в них, но в целом там нечему было усваиваться. От его внутренней структуры не осталось ни одной целой части.

Я стоял, смотря на его изувеченное тело и осмысливая услышанное. Предатель. То есть удар нанёс кто-то из богов. Либо представитель какой-то древней расы. И судя по словам дэва, у него было немало сторонников.

Вопрос «зачем?» сейчас не стоял. Бывало такое, что отдельное божество становилось одержимо силой и было готово на всё, ради того, чтобы её получить. Вплоть до истребления собственных братьев и сестёр. Порой даже детей. Этот враг, безусловно, зашёл намного дальше. Но суть сохранялась прежней. Некто возжелал стать верховным богов целой плеяды миров. Но вполне предсказуемо допустил ошибку, из-за которой всё пошло не так.

Встряхнувшись, я посмотрел в сторону Хранителя. Потом глянул на портал. Об откровениях воина Ушас, можно было подумать и позже. А прямо сейчас стоило озаботиться более срочными вопросами.

За несколько шагов, я оказался около лежащего на траве смертного. Хранитель был ранен. Причём тоже достаточно искусно — внутренние органы изорваны, половина костей-артефактов разрушены, а оставшиеся, едва могли поддерживать в нём жизнь.

В этом был один серьёзный плюс — многочисленные повреждения коснулись и ментальной структуры его разума. Узоры выверенных изощрённых плетений, что гарантировали молчание вражеского воина, оказались нарушены.

Но то была верхняя часть русалки, с её задорно торчащим бюстом. Нижняя оказалась не столь позитивна — повреждения энергетического каркаса Хранителя были настолько обширны, что непонятно, сколько он протянет, если его сейчас привести в чувство. В любом случае, проживёт он недолго. Максимум, ответит на пару моих вопросов. Видимо, поэтому его и тащили на себе, не пытаясь вернуть в сознание.

Опустившись на колено, я коснулся его лба рукой и получив тактильный контакт, влил в организм Хранителя крохотную каплю божественной силы. Через мгновение та превратилась в во внутренний разряд молнии, что встряхнул всё его тело. А потом смертный распахнул глаза.

Не дав ему времени оценить обстановку и прийти в себя, сразу же задал первый вопрос.

— Как появились Хранители? Откуда вы получили знания о том, как использовать силу душ?

Тот моргнул. Попытался было приподняться на руках, но я сомкнул пальцы на его горле, напитав кисть божественной силой. Сейчас там было достаточно мощи, чтобы одним движением оторвать ему голову. И даже с такими жалкими остатками энергетического каркаса это отродье Бездны должно было почувствовать мою «искру».

— Кто ты?

Тот наконец захрипел, но вместо ответа, задал свой собственный вопрос. Ввиду чего я был вынужден объяснить правила игры.

— Либо отвечаешь, либо сдохнешь прямо здесь и сейчас. Откуда взялись Хранители? Как вы получили знания, которыми владеет орден?

По-хорошему стоило ударить по нему печатью правды. Но сейчас смертного могло прикончить любое вмешательство в ментальный план. К которому неминуемо привело бы использование подобного оттиска.

— Когда мир изменился, Основатели нашли знания Древних. И использовали их во благо человечества.

Я оскалился в яростно-скептической ухмылке.

— Во благо? Разрушая человеческие души ради заряда артефактов? Не находишь, что это странное толкование блага для человечества?

Тот протяжно выдохнул воздух и попытался активировать свои собственные артефакты активной защиты — видимо вспомнил о них после моих слов.

Не вышло — я не просто держал его за глотку. Тактильный контакт помогал контролировать обломки энергетического каркаса смертного. В том числе и не допустить использования им остатков своей силы в том или ином виде.

— Кто такие Основатели? Они связаны с гибелью богов?

На лице Хранителя, чей разум уже начинал распадаться, неожиданно появилась ухмылка.

— Ты Древний… Так? Вы погубили всё! А мы всех спасём…

Выговорив последнюю фразу, замер. И я почувствовал, как распыляется составляющие его энергетической структуры. Что интересно, душ у этих Хранителей не оказалось. Насколько я понимал, они были настолько тесно сцеплены с каркасом, что по сути стали единым целым. И с гибелью физической оболочки, тоже разваливались на части.

Выпрямившись, я покосился в сторону тела дэва, а потом посмотрел на труп под ногами. Отличный вышел разговор — будь здесь Локи, ему бы точно понравилось. Вроде и узнал немало, но вместе с тем, загадок стало только больше.

Мьёльнир мысленно вздохнул, соглашаясь со мной, а Сандал с лёгким раздражением напомнил о том, что мы вообще-то явились сюда не только потрошить и допрашивать. Изначальной целью было спасение эвенкилов.

Я развернулся к порталу, из которого выбралась эта группа. Пульсация печати Скопы вела туда. Странно, что дэв её не заметил. Судя по его словам, их там было много и они ждали противника. Как подготовленные воины могли пропустить мимо себя группу из четверых сильных бойцов? Особенно, если с ними был ещё и Урген.

Когда я преодолел половину расстояния до портала, пульсация оттиска в разуме Скопы внезапно стала куда более чёткой. Такое впечатление, что по какой-то причине, расстояние между нами, за секунду сократилось в десятки раз. А потом в сознание пробился и её голос.

— Беги! Меркурий, беги! Если выживем, то Урген обязательно…

На последнем слове всё оборвалось. Растаяло в глухой давящей тишине, что образовалась в моём сознании.

Около энергетического барьера, который уже изрядно ослаб и едва сдерживал пробойных тварей, замер удивлённый Сандал. Что-то растерянно пропищал Мьёльнир. А через секунду пространство вокруг затопило настоящее море разноплановой энергии.

Ястреб тотчас же взмыл вверх, выйдя из временного ступора. И показал мне картинку происходящего. Лес разрывали десятки разноформатных порталов, которые разрывали землю и превращали в труху деревья.

Я замер, пытаясь понять, что происходит. А потом произошло сразу две вещи. Во-первых, исчезла пульсация печати Скопы. Во-вторых, почти вплотную ко мне, соткался громадный антрацитово-чёрный портал, из которого пахнуло морем, гнилью и энергией разложения.

Энергетический барьер рухнул — два артефакта, что были оставлены одним из Хранителей не выдержали напора силы, которая разом заполнила окружающее пространство.

Я отодвинулся от громадного портала, из которого несло морем и на мгновение замер. Картина происходящего, наконец начала складываться, но опорных точек у неё было слишком мало. Что происходило сейчас, я вовсе не понимал. Дэв говорил, что их заперли внутри отдельных участков пространства. Изолировали и бросали по разным мирам, где воинам Ушас приходилось сражаться за свою жизнь.

Было не совсем понятно, как и где эти самые осколки пространства существовали. Да и технология их стыковки с тем или иным миром, была непонятна. Хотя, стоило быть честным — я пока абсолютно не понимал, как это всё вообще работало. Что именно, умышленно или случайно, провернули неизвестные заговорщики, я приблизительно осознавал. Но вот КАК они это смогли сделать — пока ещё нет.

— Скопа под угрр-р-розой! Спасти!

Над головой прозвучал яростный клёкот ястреба, который заставил меня поморщиться. Те несколько секунд, что прошли с момента массового открытия порталов, я пытался восстановить связь. Но никак не мог нащупать сознание эвенкилки. Как будто и не было её тут нигде.

Древесные монстры, пронизываемые волнами энергии, что исходили от порталов, разбегались и прятались. Лишь единицы реагировали иначе — напротив неслись к открывающимся проходами, как будто их туда притягивало.

Передо мной промелькнул громадный древесный паук, заскочивший в чёрный портал, что находился в десяти метрах впереди.

Через секунду оттуда высунулась бледно-зелёная рука, которая держала пробойного монстра прямо за брюхо. Проломив его броню и оказавшись глубоко в плоти паука.

А следом за конечностью, из портала вылез и её хозяин, от которого веяло некротической энергией. Отшвырнув в сторону паука, брезгливо отряхнул руку и попутно выдернул из неё ракушку, которая тоже полетела в сторону.

Небольшая рана на его конечности моментально затянулась, а сам некроконструкт уставился на меня. Визуально он выглядел, как мужчина в потрёпанных штанах, остатках рубахи и наброшенном сверху дырявом пиджаке. Но вот ремень, на котором висела сабля, был цел. По крайней мере достаточно, чтобы выдерживать вес оружия.

Неизвестный поправил странного вида шляпу на голове и уставился в мою сторону.

— Сдавайся или умри!

Разумный некроконструкт? Представитель одной из изначальных рас? Смертный, который пытался обрести бессмертие таким странным способом?

С энергетическим фоном творилось какое-то безумие, так что я не мог в деталях рассмотреть внутренней устройство этого странного объекта.

Сандал было нацелился на его голову, собираясь проверить наличие мозга. Но через мгновение притормозил и наоборот, взлетел под самый верх, показав мне общую картину происходящего.

Десятки открывшихся порталов извергали целые потоки существ самого разного вида. От привычного вида изменённых зверей до чего-то чужеродного и незнакомого. А ещё я отчётливо почувствовал нотки божественной силы, которыми несло сразу из нескольких точек. Не так, как в случае с дэвом — тут фон был куда слабее. Но из некоторых порталов, наружу вырывались твари, которые несли в себе божественную мощь.

Глянув на мужчину, что оглядывался по сторонам, одной рукой вытаскивая из ножен саблю, а второй вырывая из тела ракушки, я принял решение и устремился в сторону леса.

Следующие десять минут превратились в сплошную мясорубку. Я принимал удары на кольчугу, бил печатями и работал клинком. Сандал и Мьёльнир тоже работали с полной отдачей — один обрушивался на врагов с неба, разрывая и потроша, а второй носился по округе в виде каменного диска, рассекающего всё, что встречалось на пути.

В какой-то момент мне неожиданно встретился разумный противник. Его внешний вид на это не сильно намекал — пусть он и перемещался в вертикальном положении, используя для этого нижнее конечности, но голова больше напоминало муравьиную, тогда как тело было покрыто хитиновой бронёй. Да и верхних конечностей у него было сразу шесть.

Но при этом, в своих «руках» он сжимал сразу два стальных клинка, а тело было прикрыто энергетическим доспехом. Очень простым по структуре, но тем не менее он был.

Само собой, сначала я попытался завязать диалог. На что он вполне предсказуемо отреагировал агрессией. После третьей провалившейся попытки, я дал добро Мьёльниру и тот одним ударом развалил голову врага надвое. А меня на долю секунды скрутило от объёма божественной силы, который хлынул в «искру».

О кольчугу ударилось что-то вроде крылатого шмеля — насекомое рикошетом ушло далеко в в сторону и было проглочено монстром, который напоминал гигантскую черепаху. А я попросил Сандала дать мне обзор сверху.

Ястреб поднялся выше, а в голове послышался его голос.

— Мурр-р-равьи на северр-р-ре! Час нести смерр-р-рть!

Спутник и так был не слишком миролюбив. Но сейчас у его кровожадности, было дополнительное объяснение — прикончив это странное создание, я получил солидную порцию божественной силы. А в голове сразу же мелькнула мысль, что если уложить ещё полсотни таких, то объём «искры» серьёзно вырастет. Возможно получится нащупать направление в котором находится Скопа.

Где тут находится север я не понимал. Да и Сандал, думаю тоже. Зато он указал точное направление, в котором я и помчался.

— Она сс-с-сказала бежать. Может не сс-с-стоит?

Внутри разума прозвучал тонкий голос Мьёльнира, сразу после которого послышался настоящий рык ястреба. Я даже не думал, что он способен издавать подобные звуки, пусть и в ментальном плане.

Снеся голову тому самому подобию черепахи, что сожрала шмеля, я запрыгнул на её панцирь и оттолкнувшись, одним прыжком преодолел десяток метров. Наполненная силой смертная оболочка позволяла проделывать подобные фокусы.

Около места, на которое указывал Сандал, я оказался меньше чем через минуту. Притормозил, разглядывая происходящее.

Человекоподобные муравьи не атаковали и не разбредались по окрестностям. Тот, которого я встретил, видимо был разведчиком. А может просто отбился от основных сил.

Но его сородичи оставались на месте. Выстроились вокруг портала, образовав настоящую стену щитов и копий. Достаточно эффективную, надо признать — пробойные твари раз за разом пробовали их на прочность, но строй держался. Тогда как груда трупов перед ним быстро росла.

Здесь было не меньше сотни «муравьёв», а через портал постоянно прибывали новые. Причём, не все они были одинаковыми. На моих глазах из прохода вынырнул крупный воин, у которого не было копья и щита, но зато имелось что-то вроде доспеха и большой двуручный меч.

Накинув на себя полог невидимости, я какое-то время наблюдал, замерев около ствола дерева. Несколько раз строй размыкался, выпуская наружу воинов, вооружённых лишь парой узких клинков и те уносились далеко вперёд.

Потом появился ещё один интересный объект — этот сразу же начал ткать сеть энергетических каналов, устанавливая контакт со всеми воинами, что находились рядом. И выбрасывая нити к удалившимся от построения разведчикам.

Их действия говорили о военной выучке и опыте подобного вторжения через порталы.

На момент я задумался. Ещё раз попробовать наладить контакт или сходу атаковать? Тот разведчик не стал ничего отвечать, но он мог быть просто напуган. А сейчас передо мной были представители разумной расы, которую я видел впервые. Пожалуй, даже Марс задумался бы, стоит ли приветствовать иномирцев ударами клинка или для начала побеседовать?

Сбросив полог невидимости, я прорубился через монстров и остановился перед строем. Махнул муравьям левой рукой.

— Вы не понимаете моего языка, а я не понимаю вашего. Но у нас есть общий враг.

Для полного понимания, сопроводил всё это вполне понятными жестами. Сначала указал пустой рукой на них и на себя, а потом обвёл остриём клинка монстров вокруг.

Среагировали они почти сразу — в меня полетел десяток брошенных копий, каждое из которых было напитано силой.

Я рывком вышел из под удара и повторил попытку. Получил ещё одну порцию метательных снарядов.

— Смерр-р-рть тупицам!

Наверху ярился Сандал и в этот раз я мысленно с ним согласился. «Муравьи» сами виноваты.

Ястреб обрушился на их строй сверху, сразу прикончив нескольких копейщиков. Мьёльнир снова сорвался с моего запястья и умчался вдаль в виде каменного диска. Сам же я ударил печатью, обрушивая на их стену щитов волну пламени. После чего бросился в атаку сам.

Хитиновые воины не оказались сильными противниками. Их доспехи лопались, стоило им соприкоснуться с клинком, а копья были неспособны пробить мою кольчугу.

Божественная сила вливалась в «искру» непрерывно, давая ощущение колоссального подъёма и роста сил. Это был временный эффект, который потом пройдёт. Да и откат после него будет жесточайшим. Но пока я чувствовал себя, как после хорошей порции амброзии и ожесточённо крушил врагов.

Сандал оторвал голову условному жрецу, который координировал действия других муравьёв. На этот раз божественной силы пришло раз в десять больше, чем после убийства обычного воина. И её структура была иной. Мягче и тоньше.

Следом ястреб показал мне занятную картинку — около самого портала коробочкой выстроилось два десятка «муравьёв», вооружённых двуручниками, к которым присоединился десяток щитоносцев. А с внутренней стороны строя замерла ещё пара жрецов. Правда эти не пытались связываться с воинами. Вместо этого окружали портал барьерами. Слабенькими, конечно, но старались, как могли.

Кольцо копейщиков, которое окружало точку прохода до этого, безнадёжно и полностью сломалось. Часть воинов смогла удержать подобие строя и сейчас они ощетинились копьями во все стороны, стараясь никого к себе не подпустить. Но, если взглянуть на ситуацию в целом, всё превратилось в беспорядочную яростную схватку.

Группа около портала явно кого-то ждала и я решил им не мешать. Как знать — вдруг передадут на другую сторону весть о том, что сюда лучше не соваться и главная цель останется недосягаема. Конечно я и сам мог нырнуть в портал, но даже в состоянии эйфории, эта мысль казалась не слишком удачной.

Несколькими ударами меча снёс троих «муравьёв», а потом оттиском превратил в запечённые трупы ещё пятерых. Довольно усмехнулся, почувствовав приток божественной мощи. Конечно, я бы предпочёл договориться, но такой расклад меня тоже устраивал. Тем более, это повышало шанс обнаружить эвенкилов и Ургена.

Ястреб лишил голов пару воинов противника, а до ушей донесся хриплый крик.

— На абордаж! Якорь им в глотку! Победа будет нашей!

Вслед за первым воплем, грянул слитный хор из нескольких десятков голосов.

— За жизнь и золото!

Странный боевой клич. Особенно, если ты прямо в этот момент убиваешь врагов. Хотя, может они свою собственную жизнь имели в виду?

Ястреб сразу же взмыл вверх. Сначала показал мне того странного некроконструкта, что вылез из чёрного портала первым. А потом и его отряд, который сейчас отчаянно работал саблями, пробиваясь к строю «муравьёв». Внешнем бойцы напоминали их командира. Разве что потрёпаны были куда сильнее, да одеты скромнее.

Со стороны портала прошёл выплеск силы, а я увернулся от громадной бронированной туши, что сейчас неслась как раз в том направлении. Массивное животное с настоящей бронёй вместо кожи и рогом на носу.

От строя отделились четверо воинов. Двое несли щиты и когда зверь приблизился, неожиданно бросились ему навстречу. Да с такой скоростью, как будто вылетели из катапульты.

Громадные щиты с двух сторон ударили в морду бронированного создания, на момент его затормозив. В ту же секунду два мечника обрушили на того громадные, окутанные силой клинки, рассекая хребет сразу в двух местах.

Мне кажется или их мощь только что возросла? Я помчался к проходу по тому же маршруту, что недавнее животное, а в воздухе пролетел силуэт Сандала.

Так вот кого они ждали. Солидных размеров «муравей», скорее всего был кем-то вроде их королевы. Или матки. Хотя, на их собственном языке, она наверняка носила какой-то иной титул.

Часть тела тянулась за ней по земле, но корпус и голову она старательно держала прямыми, медленно выползая из портала. Значит вся эта оборонительная тактика была нацелена, чтобы перебросить сюда своего лидера?

Для чего она тут нужна, мне теперь тоже стало понятно — внутри повелительницы этого отряда муравьиной расы имелось что-то вроде крошечной «искры». А ещё она сразу установила контакт со всеми представителями своей расы.

— Поднажать! Это наша добыча!

Я невольно покосился в сторону главаря странного отряда, что продолжал пробиваться к месту схватки. Командир шёл отдельно и сильно впереди всех остальных, слегка расчищая им путь.

Язык на котором он говорил, был мне знаком. На похожем общались варвары провинции Британия. Вернее, того острова, что входил в её состав. Сами они, вроде называли его Ирландией.

А последние слова были однозначно обращены ко мне — некроконструкт с явным вызовом смотрел в мою сторону, вытаскивая саблю из туши очередного монстра, что пытался его прикончить. Нечто напоминающее помесь фавна и гигантского волка. Никогда бы не подумал, что увижу такое.

Остановив Сандала от атаки на неизвестного, перенаправил ярость спутника в иную сторону — на охрану муравьиной королевы.

Через секунду выяснилось, что в сражении появились две новых переменных. Во-первых, возникшее на поле боя отродье Бездны, прекрасно видело моего спутника. И смогла выставить щит, который прикрыл её гвардию от атаки ястреба — тот не смог сходу пробить его. А во-вторых, она куда лучше оценивала ситуацию и сразу же верно расставила приоритеты — все уцелевшие копейщики устремились ко мне.

Полсотни бегущих на тебя хитиновых воинов, это не так много. Но если рядом крутится масса пробойных тварей, а каждый из врагов напитывается силой своей повелительницы, ситуация несколько осложняется.

Я дважды ударил печатями, накрывая их волнами пламени. Поняв, что это не сработало, пустил в дело оттиск, который рвал и распылял вражескую силу. Обрушив печать на ближайшую группу из десятка врагов, устремился к ним навстречу и пока те не пришли в себя, принялся орудовать мечом.

За это же время Сандал уничтожил ещё десяток — несмотря на то, что копейщики были щедро подпитаны вражеской мощью, от атак ястреба они защищены не были.

Неожиданно помог ирландский некроконструкт, вломившийся в небольшую группу из семи воинов с фланга. Двоих он зарубил на месте, остальных буквально разметал в сторону, заставив притормозить и переключить внимание на себя.

За следующие тридцать секунд я разделался со всеми оставшимися копейщиками, наслаждаясь ощущениями от впитывающейся в «искру» божественной силы. Но и они отработали свою задачу сполна — муравьиная королева полностью выползла из портала. Судя по тому, как ярко полыхнула энергия внутри неё, полное перемещение позволяло ей полностью использовать свою мощь. Теперь её возможности выросли, как минимум, вдвое.

Впрочем, этого всё ещё было мало, чтобы одолеть римского бога. Особенно теперь, когда я поглотил силу такого количества убитых «муравьёв». Даже по самой минимальной оценке, мощь моей «искры» выросла вдвое.

Когда я устремился к прикрывающему её строю, за спиной раздался отчаянный вопль ирландца.

— Медузу тебе в печень! Это наше!

Выражение чем-то напомнило финикийцев. Хотя те обычно говорили «сирену тебе на борт» или «русалку под киль».

Двое жрецов неожиданно ударили силой. Не печатями, а как-то абсолютно иначе — я лишь заметил закружившиеся в воздухе мелкие ромбики, а потом земля вокруг взметнулась, охватывая меня со всех сторон.

Зря они так. Подобный фокус со мной пытались провернуть дважды. Оба раза не слишком удачно. Ничего не вышло и теперь — я просто рубанул мечом, чуть надавил силой и пробился через земляную преграду, рванув прямо к строю.

Навстречу, ядрами катапульты выстрелила пара щитоносцев, но в этот раз я был быстрее. Рывок в сторону. Удар меча. Ещё один. На землю упали две отрубленные головы, за которыми свалились и тела, а в меня впиталась очередная порция божественной силы.

Теперь вперёд выступили сразу четверо мечников. Но я не собирался разделываться со всей её свитой по очереди. Вместо этого, обрушил удар сам, используя чистую божественную мощь.

Сверкающая белая волна взметнулась под ногами атакующих и те растворились в её сиянии. Через доли секунды она добралась до энергетического барьера, что прикрывал остальную гвардию. Я ожидал, что атака сходу разрушит и его, но щит выдержал.

Пришлось на ходу ударить снова. В этот раз всё получилось — пространство вокруг затопил звонкий звук, напоминающий лопнувшее стекло, а защита муравьиной королевы рассыпалась грудой осколков.

Внизу сразу же метнулся Сандал, который оторвал голову одному из жрецов. А я наконец добежал до остатков строя и не задерживаясь ради уничтожения немногих выживших, промчался по изувеченным, но ещё живым «муравьям», прямо к их повелительнице.

Та неожиданно попыталась оказать сопротивление самостоятельно. В конечностях, что росли с правой стороны её тела, соткалось энергетическое копьё и повелительница неведомой расы встретила меня ударом в голову.

Но она двигалась слишком медленно и неуклюже. Всё же подобная конструкция тела не была рассчитана на личное участие в бою. Могу поспорить, ей вообще не приходилось самостоятельно сражаться — всю работу делали подчинённые.

Я легко ушёл от её атаки. А потом пережил и удар чистой силой, который та нанесла в упор. Кольчуга, естественно просела. Да ещё и почти до полного нуля. Но всё же сдержала напор чуждой мощи.

Возможно она бы предприняла и что-то ещё. Но уже критично не успевала — мой клинок обрубил несколько конечностей с левой стороны её тела, после чего я и вовсе запрыгнул на длинную часть туши, что тянулась по земле к самому порталу и развернув меч остриём вниз, вонзил его в плоть.

Рана вышла глубокой. Плюс, я сразу же ударил печатью, разрушающей энергоструктуру противника. Спрыгнув с другой стороны, уклонился от удара копья и отсёк «руки», которые его сжимали. Снова ударил тем же оттиском, на этот раз впечатав его в часть тела, что стояла вертикально. Следом рубанул клинком, рассекая плоть и заставляя королеву податься в сторону.

Мьёльнир и Сандал крушили пробойных тварей поблизости, не давая им вмешаться в схватку. Некроирландец что-то орал в стороне, собирая вокруг себя скопление монстров. А я раз за разом обрушивал напитанный мощью клинок на муравьиную повелительницу, добавляя к этому постоянные удары оттиском.

Её энергетические каналы плавились и запечатывались, ток силы становился всё слабее, а тело не восстанавливалось — моё оружие было настолько пропитано божественной силой, что светилось.

В какой-то момент то подобие «искры», что имелось внутри королевы, замерцало. А потом опало вниз, просев в пространстве. Вот и всё. Божественная суть потеряла связь с энергетическим каркасом. Враг умирал.

В следующий момент, этот сгусток энергии метнулся в мою сторону и врезался в корпус. Я невольно отшатнулся — объём поглощённой силы оказался не меньше, чем у крупного осколкам моей собственной «искры».

То, что произошло потом, меня изрядно удивило. Ни у одного из убитых «муравьёв» не было чего-то вроде души. По крайней мере, я ничего похожего не замечал. Но над телом их повелительницы поднялось облако, которое чем-то напоминало жизненную суть каждого человека.

Правда, оно никуда не улетало. Зависло на месте, как будто оглядываясь по сторонам. А стоило мне пошевелиться, как рванулось в мою сторону, обволакивая грязно-серым туманом. После чего впиталось в плоть.

Разум рвануло болью. Нестерпимо. Жестоко. Без возможности защититься.

Сейчас я видел её память. Чувствовал обрывки мыслей и намерений. Абсолютная чуждость мышления их расы не давала осознать мотивацию или разобраться в её действиях. Да и не до того было — я просто пытался не отключиться от захлёстывающих меня волн безумной ментальной боли.

Но некоторые знания и воспоминания сами торили дорогу в разум. Пробивались и полыхали яркими вспышками, заставляя на них концентрироваться.

Вот она очнулась в новом и непонятном месте. Заблокированный со всех сторон кусок земли. Рядом горстка ничего не понимающих низших слуг и никакой связи с другими, подобными ей.

Я успел увидеть многое. Сражения с пробойными тварями. Безжалостное истребление разумных. Переходы в другие осколки пространства, с которыми они почему-то соединялись. Долгий контакт с большим миром, в который она отправляла разведчиков, но тех стабильно убивали. А внутри порой появлялись воины, что пытались добраться до неё. Те самые мелкие зелёные человечки. Только эти могли управлять силой и вооружены были куда лучше.

Силу она использовала в основном для того, чтобы напитывать мощью низших, после чего отправляла их в бой. Но у этой муравьиной королевы была и своя особенность — она впитывала память каждой убитой жертвы. Со временем, большая часть воспоминаний растворялась и стиралась из памяти. В конце концов, они принадлежали разумным с совсем иной системой мышления.

Но кое-что оставалось. Например, две странных комбинации, которые она почерпнула у одной убитой сущности и всё никак не могла воспроизвести. Тогда ей повезло — враг был ослаблен долгой схваткой с иным противником и не смог сражаться в полную силу. Но даже так, он истребил почти сотню её низших и добрался до личной свиты, едва не пробившись к ней самой. Правда, в итоге всё равно проиграл.

Обе комбинации отпечатались в памяти. Точно так же, как и результат их действий. Что интересно, обе были предназначены для работы с пространством. Первая запечатывала какую-то его часть, создавая нечто напоминающее крохотный Тартар. На какой-то промежуток времени, но тем не менее.

А вторая позволяла разом проверить осколок пространства, проскользнув во все имеющиеся выходы и посмотрев, что находится за ними. Я бы не отказался узнать, кем был тот разумный, которого убили «муравьи» — судя по всему, оба плетения разрабатывались специально для применения внутри свёрнутого пространства.

Почему муравьиная королева не смогла их использовать, я тоже понимал. Она в точности повторяла механику, но имелся ещё один компонент — прямое мысленное управление. Чего она никак не могла ухватить.

Наконец поток чужих воспоминаний иссяк и я осознал, что стою на коленях, рядом с изрубленной мёртвой тушей. Оба спутника, излучая тревожность, держали оборону — рядом со мной высилась целая груда мёртвых пробойных тварей. Это сколько я так простоял? Пару минут? Двадцать?

Почувствовав мои мысли, Сандал с Мьёльниром накрыли меня волной радости и я невольно усмехнулся. Приятно, когда твоему возвращению в чувство настолько искренне рады.

Со второй попытки у меня всё же вышло подняться. Тело ломило, а голова раскалывалась от боли. Но это всё внешние признаки. На самом деле, основная проблема была в «искре», которая сейчас впитала массу чужой божественной силы и то сужалась, то расширялась. Плюс, лихорадило всю энергетическую структуру — меня бросало то в условный жар, то в холод.

Единственный плюс — внутри имелся целый океан энергии, которая искала выход. И я его предоставил.

Воспроизвести вторую комбинацию на память, оказалось неожиданно просто. Как и добавить к ней компонент мысленного управления. Да, силы потребовалось немало, но сейчас у меня её было в избытке — с этим проблем не возникло.

Мгновение и моя аура рванулась вперёд, накрыв пространство вокруг. Потом выстрелила мощными нитями во все стороны, охватывая весь лес. Проникла в каждый переход, что здесь имелся и двинулась дальше. Я видел всё. Сражающихся разумных, орды монстров, осколки самых разных миров. Множество существ и массу ландшафтов.

Но что самое важное — я видел и энергетическую структуру колоссального по своим размерам Пробоя. Активность, связи, точки концентрации мощи, линии взаимодействия.

В единое целое переплелились сотни точек свёрнутого пространства. Существа оттуда пытались добраться до самого верхнего яруса, надеясь выбраться в реальный мир. Повсюду кипела битва.

Правда, выйти к тому самому порталу, который пустил внутрь меня, они пока не могли. Там стояла защита. Не действующая на меня, но отталкивающая каждого обитателя замкнутых осколков. Правда щит с каждой секундой слабел — ещё немного и кровавая свалка переместится на поверхность. Где её ждёт максимум пара сотен Защитников, да несколько тысяч солдат. Они точно не справятся.

Другую новость я осознал не сразу — для этого требовалось совместить информацию из всех осколков и проанализировать её. Раньше я бы справился с этой задачей за секунду, но сейчас разум был ограничен объёмом «искры» и возможностями смертной оболочки.

Структура, состоящая сейчас из сотен состыкованных друг с другом точек свёрнутого пространства, могла в любой момент развалиться. Она уже трещала по швам — рвались связи, закрывались порталы, отваливались от сложной геометрической фигуры осколки.

Почему это происходило, я не понимал. Слишком мало было в памяти знаний о работе свёрнутого пространства. Зато прекрасно осознал простой факт — стоит тут задержаться, и я могу оказаться запертым в очередном обломке, без возможности вернуться назад.

Я собирался прекратить действие комбинации сразу, как стал понятен расклад, но тут почувствовал контакт со Скопой. А потом и ярость Ургена. Они были рядом. И в то же время невообразимо далеко — внутри осколка, который уже отсоединился от общей фигуры и удалялся от неё.

Как работала схема их перемещения и внутри чего они вообще двигались, я не понимал. Но плетение указывало на то, что запертые эвенкилы уходят вдаль, вместе со своим божеством.

До того, как связь разорвалась полностью, я успел передать сообщение. Как мог продублировал информацию о словах дэва, плюс постарался описать обе комбинации, которые позаимствовал у убитой правительницы «муравьёв». Помочь им как-то иначе, я прямо сейчас не мог.

Прекратив работу комбинации, тяжело выдохнул, медленно возвращая себе ощущение реальности.

Выпрямившись, бросил взгляд на подрагивающую правую руку, что сжимала рукоять меча. Оглянулся вокруг

— Надо выбираться отсюда. Скоро всё рухнет.

Одновременно с этим перебрался через завал из трупов, но тут же почувствовал в голове беспокойство Сандала. А потом раздался знакомый голос справа.

— Забрал нашу добычу и уплываешь? Прими бой, как настоящий морской воин!

Я повернул голову. Всё тот же самый отряд. Четыре десятка пялящихся на меня некротических лиц. И раз спутники их до сих пор не прикончили, значит вон та плёнка защиты, что окружает фигуру каждого, защищает и от Сандала с Мьёльниром.

Оторваться от них, в таком состояние будет сложно. Уничтожать — непозволительно долго. Поэтому я прибегнул к самому простому решению, которое пришло в голову. Как говорил Вулкан — если девица попросила тебя отремонтировать ножку кровати, а сама лежит в ней голой, то не стоит ничего выдумывать. Просто сорви с неё одеяло и принимайся за дело.

Вот я и принялся. Использовал вторую трофейную комбинацию. Она была посложнее, в том плане, что требовала начертания рун. Но с этим прекрасно справился Мьёльнир, который за пару секунду начертил на земле и телах двадцать четыре символа. Столько же, только в их призрачном виде, изобразил Сандал.

Неожиданно, но всё сработало и прошло без ошибок. Квадратный кусок земли, на котором стояли противники попросту исчез, а в воздухе остался висеть небольшой белый куб.

Ястреб сразу же притащил мне его, сбросив в руку и я упрятал тот в карман. Конечно, этот отряд могло и размазать в мелкую пыль. Но если нет, я бы с ними ещё побеседовал. Да и более детально изучить подобный артефакт, тоже бы не отказался.

Путь назад, в голове отпечатался смутно. Я бежал, рубил и бил печатями. Пару раз едва не падал — «искра» уже стабилизировалась и пришла в норму, но нагрузка на смертную оболочку превысила допустимый предел. Откат не просто подступил — он вовсю захлёстывал меня. Держаться на ногах удавалось только за счёт безумного усилия воли.

Добравшись до портала, что вёл к городским кварталам, я на момент обрадовался. Но потом вспомнил, что там происходит и перехватил меч, стараясь не выпустить его из дрожащих пальцев. После чего шагнул вперёд. В горнило новой битвы.

Сандал разил всех подряд, пробивая кровавый тоннель вперёд. Мьёльнир не отставал от него, убивая монстров на флангах и в тылу. Моих же сил хватало лишь на то, чтобы порой отмахиваться клинком от выживших тварей или просто врезаться в них — силы внутри было столько, что монстров откидывало назад.

Когда впереди показался портал, я сначала не поверил своим глазам. А стоило оказаться рядом с ним, как за спиной взвыли сотни глоток. Я машинально обернулся, увидев множество направленных на меня взглядов. Кажется, даже битва всех против всех, на какую-то секунду затихла — настолько они были поражены. Ни один обитатель осколков пока так и не мог подобраться к выходу. А я уже стоял около него.

Скривив губы в усмешке, я сделал шаг и по глазам сразу же резанул солнечный свет.

Ещё пара метров. Предупреждающий клёкот Сандала и переданная им картинка — сюда летели снаряды.

Я выставил щит и наверху ухнули взрывы. Ещё один барьер остановил свинец — по обнаруженной цели немедленно начали работать пулемётчики.

Взметнулась ярость, подсказывающая очевидное решение — ответить. Выжечь тут всё. А потом добрести вон до того леса и устроиться на отдых.

Но на линии окопов раздался чей-то яростный вопль. А потом ко мне понеслись человеческие фигурки.

Некоторые из них был вооружены, но это были свои. Как минимум по той причине, что с ними мчался и Егоров. А где-то позади него бежал Махов.

Я убрал щиты. А через несколько секунд меня уже подхватили на руки и куда-то понесли. Кто-то задавал вопросы и пробовал достучаться до сознания, но к счастью быстро понял, что это бесполезно.

Потом мою голову уложили на что-то мягкое. А к щеке прикоснулись чьи-то пальцы.

Я услышал волну выкриков, которые звучали совсем рядом и сделав колоссальное усилие, открыл глаза.

Понять, из-за чего шумели смертные, я так и не смог. Зато рассмотрел лицо девушки, что нависала сейчас надо мной. Разум вяло удивился, задавшись вопросом, что она тут делает? А потом провалился в темноту.

Очнувшись, я открыл глаза и моргнул. Удивился царящей вокруг себя темноте. Сразу же проверил своё состояние. Каналы были стабильны, «искра» работала, как надо, а смертная плоть вроде бы пришла в норму.

Закончив, на момент задумался, что меня тогда смущает. А потом понял, что я под одеялом и абсолютно гол. Мьёльнира на правой руке нет, а в голове слышится ехидное посмеивание Сандала.

Какого титана произошло? Меня раздели послушницы? Где я вообще?

Ястреб отказался давать картинку, продолжив ехидно смеяться и я решил выяснить всё сам. Но сдвинувшись в сторону, столкнулся с неожиданным препятствием — пальцы руки легли на нежную кожу обнажённой ягодицы, обладательница которой что-то прошептала во сне.

Я сразу же развернулся в другую сторону, но опустив руку на постель, чтобы получить точку опоры, накрыл женскую грудь.

Ни одна из дев не был послушницей. Да и в целом, я не чувствовал поблизости печатей разума свиты. Поэтому вернулся на место и мысленно обратился к Сандалу.

— Или ты сейчас показываешь, где мы, или на неделю остаёшься без клубники. И это не пустая угроза. Слово Меркурия.

Перспектива оказаться лишённым клубники, ястребу предсказуемо не понравилась. Убедившись, что я не шучу, он и правда показал мне дом, в котором я сейчас находился.

Большой, на три этажа, особняк, окружённый солиднным участком земли. Судя по гербу на дверях, принадлежал роду Маховых. Но внутри громадного здания, сейчас было не так много людей. Основная масса которых собралась в гостиной второго этажа.

Из знакомых смертных здесь были советник Егоров и сам Георгий Махов. Плюс, несколько человек в разноформатных мундирах, которые видимо относились к государственным ведомствам. Учитывая, что каждая мало-мальски мелкая структура, норовила обзавестись собственной формой, во всех её нюансах я не разбирался. Отличить Третье отделение от Пятого или городовых от военных, мог само собой. Но, всех остальных представлял, довольно смутно.

А вот и ещё одно известное мне лицо. Значит, когда я терял сознание, не показалось — скромно примостившаяся в углу Илва Скау и правда была тут. Каким ветром скандинавку с мощным и редким Даром занесло на самый край континента? Не могла найти более приятного места, чтобы прятаться от отца?

Вихрем пронеслись воспоминания о произошедшем в Пробое и я невольно скрипнул зубами. Эвенкилы были одними из первых, кто примкнул ко мне, а Урген единственным божеством, которое я встретил в этом мире. Теперь они где-то там, в неизвестности. Дрейфуют внутри осколка свёрнутого пространства и пытаются выжить.

Как всё это произошло, я приблизительно представлял. Скорее всего Урген решил зачем-то посетить свой Нижний мир. Ещё одну точку свёрнутого пространства, которая оказалась распахнута из-за действий Джорри. А дальше юный бог каким-то образом нарушил стабильность работы схемы, что привлекло осколки других миров. Либо это сделали Хранители, которые отправились по его следу. В любом случае, обломки иных вселенных слетелись туда, как вакханки на запах амброзии. И переплелились в подобие лабиринта минотавра.

Выдохнув, привёл мысли в порядок. Я сделал абсолютно всё, что смог. Добрался до места, приложил все силы, чтобы прорваться к ним, а в конце передал знания о двух комбинированных комплексах управления силой, которые им могли пригодиться. Да и слова дэва наверняка помогут — если точно знать, что осколком пространства можно манипулировать, то куда проще продолжать попытки добиться успеха и не опускать руки.

Безусловно, я надеялся, что они ещё состыкуются с этим миром и мы пересечёмся. Либо встретимся в иной вселенной. Тем не менее, сейчас под моей ответственностью была целая группа последователей. Не говоря уже об угрозе, что висела над этим миром. Да и над приличным количеством иных.

Девушка по правую руку, что-то пробормотала и перевернулась на другой бок, попробовав закинуть на меня свою руку. Я ловко увернулся и кисть плюхнулась на одеяло. Скользнул пальцами по горячей кожи второй девы, что лежала слева и вздохнув, осторожно добрался до изножья.

Снаружи стояли сумерки, но вот в комнате была полноценная темнота — кто-то закрыл ставни. Впрочем, вполне могло статься, что это был я сам. Каким-то образом оказался ведь в одной постели с двумя девицами, не помня, как это произошло.

Странно, на самом деле — не припомню, чтобы раньше подобное случалось. С другой стороны, находиться в смертной оболочке, мне до этого тоже не приходилось.

Подсветив темноту крохотным шариком света, обнаружил чистую одежду и свой меч. Подхватив всё это, выбрался в пустой коридор третьего этажа, где благополучно оделся.

Мьёльнир был здесь же — в виде каменного браслета лежал на крохотном столике около входа в спальню и молчаливо негодовал. Сначала я подумал, из-за того, что я бесцеремонно оставил его вдалеке от себя. Но стоило мне передать эту мысль, как живой камень возмутился и разразился утверждением, что от такого похабства его мутит и остаться в коридоре, было его собственным желанием. Но он бы предпочёл отправиться на отдых в нашу усадьбу, а не болтаться в непонятном месте. И вообще, ему там Кристина торт ещё должна испечь. А мы тут прохлаждаемся.

Облачившись и вернув каменный браслет на запястье правой руки, я двинулся к лестнице. И тут ястреб показал мне ещё кое-что интересное. Небольшой куб с чуть шероховатыми гранями, что сейчас был на столе около Егорова. Артефакт, внутри которого находилась точка свёрнутого пространства с отрядом некротических сущностей. Надеюсь, советник не в курсе, что это такое. Иначе может возникнуть определённая неловкость.

Хотя, если бы у них были какие-то критически важные вопросы к моей персоне, то вряд-ли бы мне позволили развлекаться со смертными девами. А даже если и так, то окружили бы особняк отрядами Одарённых и солдатами, чтобы разговаривать с позиции силы.

Стоило мне показаться на пороге гостиной, как вяло обсуждающие погоду смертные, сразу пришли в движение.

Первым на ноги вскочил бодрый старичок в странном чёрном мундире, который шагнул мне навстречу.

— Позвольте представиться, Леопольд Романов. Исполняющий обязанности генерал-губернатора. Хочу поблагодарить вас за спасение города и вручить награду из своих собственных рук.

К смертному моментально подскочил юноша, распахнувший изящную деревянную шкатулку. Внутри обнаружился кусок золота, изготовленный в виде то ли громадной броши, то ли нагрудного знака. Судя по тому, какое торжественное выражение приобрело лицо старичка, вручение подобного имело большое значение. Так что мне пришлось изобразить благодарность и подождать, пока он нацепит украшение на рубашку.

Сделав шаг назад, он оглядел дело своих рук и довольно цокнул языком.

— Ещё раз благодарю за спасение города и поздравляю с кавалерством ордена Святослава Воителя.

Я кивнул, постаравшись придать себе восхищённый вид. Потом показательно окинул помещение взглядом и уточнил.

— А где Келер?

Леопольд чуть нахмурился.

— У генерал-губернатора обострилась старая болезнь. Местные целители помочь ему не смогли и он срочно убыл на лечение в столицу. Оба его заместителя тоже отсутствуют, ввиду веских причин, поэтому меня отправили сюда прямо из императорского резерва.

Сандал показал хмурое лицо Егорова, который прислушивался к беседе и определённую толику негодования, которая отразилась на лицах других присутствующих. Интересно, Келер сбежал до того, как я вышел из Пробоя или после? Может вовсе сразу после провала атаки Ореховых?

Я предполагал, что Романов сразу же покинет дом, но тот вернулся на своё место. Зато поднялся ещё один смертный, который тоже вручил мне награду. На этот раз от имени Земского собрания. Дальше процедура повторилась ещё несколько раз — последним был представитель местного управления железных дорог, который гордо отдал мне металлическую карту особого клиента, по его словам позволяющую рассчитывать на привилегии в обслуживании и сунул в руки памятный знак от своего ведомства.

Убрались они организованной группой — вставший Леопольд в очередной раз меня поблагодарил и раскланявшись с Маховым, устремился к выходу. А вслед за ним, этот манёвр повторили и все остальные. По крайней мере, большинство. В гостиной остались Егоров с Маховым, грузный мужчина в мундире полковника Третьего отделения и высокий нескладный смертный, который то смотрел на меня, то поглядывал на куб, лежащий около Егорова. Плюс, Илва Скау, которая сидела в углу и старательно изображала из себя предмет мебели.

Первым беседу начал глава Пятого отделения. Дождавшись, пока внизу громко хлопнула входная дверь, упёр в меня внимательный взгляд и поинтересовался.

— Что там произошло? Как ты это сделал?

Я глянул на груду шкатулок и листов бумаги, что образовалась на столе рядом с моим креслом и вопросительно приподнял брови.

— Сделал что именно?

Полковник Третьего отделения хрюкнул, а Егоров поджал губы и смерил меня мрачным взглядом.

— Рубиновый Пробой. Первая оценка артефакта по масштабу — «гора». Через пять минут меняется на «океан», спустя еще двадцать пять — на «безбрежность». Класс монстров таким не присваивается, ввиду того, что внутри их обычно много и разных видов. Да и вообще…

Замявшись, он покосился в сторону Илвы, но всё же продолжил.

— Пробои масштаба «безбрежность» открывались всего дважды. Оба раза для их закрытия формировалось крупные отряды Защитников, которых сопровождали Хранители. А тут ты зашёл, вышел и он схлопнулся.

Недовольно пискнул Мьёльнир, возмущённый претензиями. Сандал же посмотрел одним глазом на Егорова и предложил прикончить полковника Третьего отделения. Когда я, поперхнувшись воздухом, поинтересовался причём тут офицер, ястреб простодушно заявил, что советника я всё равно убить не дам. А с другим смертным может и повезти.

Поднявшись, я наполнил стоявший на столике стакан водой из графина и сделал пару глотков. Вернувшись на место, обвёл взглядом смотрящих на меня людей. Не рассказывать же им, что Хранители на самом деле те еще бездновы выродки, а Пробой разрушился сам по себе из-за нестабильной структуры? Основной причиной которой, как я подозреваю, стал его базис в виде Нижнего мира. Хотя, тут я вполне мог ошибаться — слишком малы были знания об устройстве и функционировании Пробоев.

— Почему он закрылся, я сам толком не понимаю. В какой-то момент всё стало разваливаться и я попытался пробиться к выходу. К счастью получилось.

Егоров на момент прикрыл глаза и откинулся на спинку дивана. А полковник Третьего отделения чуть прищурил глаза.

— А у команды Хранителей, значит не получилось?

Глянув на него, развёл руками.

— Значит не получилось.

Несколько секунд все помолчали. Потом шеф управления Пятого отделения осторожно уточнил.

— Что там внутри было то? Что ты видел?

Сидящий поодаль от всех нескладный парень, эмоционально всплеснул руками и сразу же указал на куб.

— А ещё хотелось бы услышать про этот артефакт. Впервые вижу такую внешнюю структуру. И фон тоже очень странный. Это ведь штука из Пробоя, да?

Я скосил на него глаза, а советник чуть поморщился.

— Василий Шуйский. Глава Восточного отделения Имперской ассоциации артефактологов.

Шуйский? Выходит я тогда его деда освободил? Или прадеда. Сложно сказать, сколько именно времени в лечебнице провёл тот Одарённый.

Впрочем, это всё потом. Для начала я хотел прояснить совсем другой момент. Забросив ногу на ногу, поудобнее устроился в кресле и вздохнул.

— Прежде расскажите, как так вышло, что я очнулся в чужом особняке, лёжа в постели с двумя голыми девицами? Почему я не в своей усадьбе и что тут вообще произошло?

По лицу Махова скользнула улыбка, Шуйский сразу же увёл взгляд в сторону, а офицеры Императорской канцелярии переглянулись.

Что интересно, отвечать начал именно Георгий. Хотя, это логично — в конце концов я находился в его особняке.

— Тебя вытащили к линии окопов, но ты почти сразу потерял сознание. Целители зафиксировали крайнюю степень истощения тканей и перенапряжение ядер. По их словам, внутри ты выложился по полной, плюс поглотил большой объём энергии. Всё это не лучшим образом влияет на организм.

Помедлил, как будто подбирая слова. И продолжил.

— На месте тебе помочь не смогли — решили перевезти в город. Тут есть госпитали со стационарными артефакторными системами. Но в дороге ты очнулся.

Махов снова усмехнулся, да и глаза Егорова подозрительно весело блеснули. А вот сидящая около окна Илва, чуть раздражённо фыркнула.

Хозяина дома внимательно присмотрелся ко мне.

— Действительно ничего не помнишь?

Я отрицательно качнул головой.

— Абсолютно.

Вздохнув, тот зачем-то покосился на Скау. Снова глянул на меня. Как будто извиняясь, пожал плечами.

— Ты вскочил, затребовал мяса и как ты выразился, «куртизанок». И был настолько убедителен, что экипаж машины высадил тебя у ближайшего ресторана.

Сидящий на диване Егоров широко усмехнулся и вклинился в разговор.

— Сложно отказать человеку, когда у него светятся глаза, а под руками плавится металл.

Всё это мне не нравилось. Мало того, что отключился, так ещё и не помню ничего из этого цикла пробуждения. Кто знает, что я мог сболтнуть в таком состоянии?

Спутники в один голос заверили, что о божественном происхождении я не рассказывал. Но перепугать всех успел знатно. Правда, деталей я у них выяснить не успел — снова начал говорить Махов.

— Старший экипажа само собой поставил в известность командование. И Его Превосходительство Егоров лично прибыл, во главе отряда Защитников. К счастью, успокаивать тебя не пришлось. На тот момент ты уже нашёл общий язык с двумя дамами и требовалось лишь место для того, чтобы продолжить веселье.

Он на момент прервался и в разговор снова вклинился шеф Пятого отделения.

— Господин Махов был настолько великодушен, что предоставил свой особняк. Здесь ты провёл бурную ночь и вот наконец проснулся.

Я невольно глянув в сторону окна. Так это не вечерние сумерки, а рассвет? Тогда, выходит вся эта делегация дежурила тут целую ночь? То-то они были так рады отсюда убраться.

Полковник, представляющий Третье отделение было открыл рот, собираясь что-то сказать, но я успел первым.

— А те дамы наверху… Они вообще кто?

Присутствующие мужчины обменялись взглядами, а Илва с каменным лицом уставилась в окно.

Ответил, как ни странно, офицер Третьего отделения.

— Одна из семьи служащего, вторая дочь медика. Кровь не благородная, претензий не последует. Мои люди на всякий случай всё проверили.

Чуть помедлив, добавил.

— Разве что они этой ночью бастарда заделали.

Я оглянулся на лестницу. Надо будет потом проверить. Боюсь, к полубогам этот мир ещё не готов. Для начала надо очистить его от бездновых тварей, что зовутся Хранителями и Чернокровыми. А потом разобраться в глобальной подоплёке происходящего.

— Мы всё рассказали. Теперь твоя очередь. Что было внутри Пробоя? Какие классы монстров встретились? Что произошло с Хранителями?

Я посмотрел на задавшего вопрос Егорова и обратил внимание, как разом посуровели лица всех присутствующих. К слову, представителя самих Хранителей здесь не было. Решили не присылать? Или те, которые погибли в Пробое, были единственными на провинцию?

— Внутри были другие порталы, которые вели в иные сегменты Пробоя. Самый первый был пуст, поэтому я отправился на разведку дальше. В целом всё шло достаточно неплохо, пока вокруг не начали массово открываться новые проходы, из которых повалили монстры. Тогда пришлось отступать. Чудом добрался до выхода.

Действительный статский советник нахмурился и тяжело вздохнул.

— А закрылся он почему тогда? Раз ты «просто прорвался к выходу»?

— После массового открытия новых проходов, началось нечто странное. Потоки хлещущей энергии, мерцание самих порталов, да и фон изменился. Возможно он развалился сам по себе. Либо что-то внутри спровоцировало его на разрушение.

Егоров молчал, буравя меня внимательным взглядом. А вот его условный коллега из Третьего отделения чуть подался вперёд.

— Что с Хранителями? Внутрь ушло девять человек. Ни один из них не вернулся.

Я с максимально невинным видом пожал плечами.

— Не встречал их там. Вполне вероятно, они ушли намного глубже и не успели выбраться.

На лице смертного появилось искреннее недоумение.

— То есть… Они остались в Пробое? Когда он разрушался?

Судя по всему, сейчас он пытался сообразить, какие из этого сделать выводы? Что ушедший внутрь отряд однозначно мёртв или ещё может оказаться живым.

— Либо погибли ещё до этого. Разнообразных тварей там хватало.

Полковник настороженно прищурился и расставив ноги, стал похожим на гончего пса из свиты Дианы, что сделал стойку на дичь.

— А как вы сами выжили, господин Афеев?

По лицу Егорова скользнула тень предвкушения и я не стал разочаровывать советника.

— Родовые техники. И немного удачи.

Мгновение офицер молча пялился на меня. Потом звучно хмыкнул.

— При всём уважении к родовым секретам, сейчас мы имеем дело с ситуацией, которая выходит далеко за рамки всех стандартов.

Улыбнувшись, я ответил ему в той же тональности.

— При всём уважении к Третьему отделению, у меня есть полное право ничего и никому не рассказывать о родовых техниках. В случае необходимости, могу предоставить вам номер секретаря своего адвоката. Все претензии, можете адресовать ему.

Тот разом чуть обмяк и перестал походить на боевого пса — теперь на диване снова сидел усталый мужчина в форме, у которого заметно выпирал живот.

Покосившись на Егорова, махнул рукой.

— Адвокат не нужен. Просто я надеялся на содействие.

Действительный статский советник неожиданно кивнул.

— Я тоже когда-то надеялся. Но быстро понял, что тут ничего не дождаться.

В голове уже давно крутился вопрос, который я сейчас собирался озвучить, но меня опередил заговоривший Шуйский.

— А что с артефактом? Откуда он? Это трофей из Пробоя?

Сместив взгляд на куб, который так и лежал на столике около Егорова, я задумчиво протянул.

— Трофей из Пробоя. Мой законный трофей, если что.

Советник покосился на куб и пожал плечами.

— Так его никто и не отнимает. Просто нестандартная вещица — обычно такого в Пробоях не находят. Я ни разу за всё время службы не слышал, чтобы оттуда выносили артефакты.

Захотелось сказать, что он ни разу не видел, какую добычу выносят Хранители. У тех то наверняка было немало всего, включая и артефакты. Но вместо этого, я озвучил совсем иное.

— Бывает всякое. К тому же, Пробой был не совсем обычным.

Я увидел, как вскинулся Шуйский, чей рот уже открывался для вопроса и поспешил задать свой собственный.

— Что с конфликтами родов? Ореховы не пробовали на зуб усадьбу, пока меня не было?

Никаких обращений от последователей я не чувствовал. Печати в их разуме тоже ощущались стабильными. То есть, все были живы. Но на всякий случай стоило прояснить ситуацию.

Егоров цокнул языком.

— Только пришёл в себя, как рвёшься воевать? Пробой закрыт, с этой полуночи действие императорского указа прекращается. Дворяне снова могут убивать друг друга в неограниченных количествах.

В последних словах прозвучало некоторое неодобрение, на что я вполне резонно заметил.

— Некоторые просто не оставляют иного выбора.

Собеседник неожиданно грустно усмехнулся.

— Классическая история. У кого-то нет выбора и он начинает войну, заливая окрестности кровью.

Интересно, это у него личное? Кто-то из близких погиб во время подобного конфликта? Или переживает за потери, рассуждая с точки зрения государственного чиновника?

Ястреб клекотнул и предложил задать вопрос вслух. Или убить полковника Третьего отделения. Не успел я удивиться повторно озвученному желанию прикончить бедолагу и задуматься о причине, как Сандал озвучил её сам. Оказалось, тот ему просто не понравился.

Я поднялся на ноги, собираясь заканчивать эту встречу, но тут со своего места вскочил и Шуйский.

— Могу я временно позаимствовать у вас этот трофей? Во Владивостоке нет постоянной лаборатории, но я оборудую временную. Всё необходимое доставят уже сегодня к вечеру. Всего двое суток. Максимум трое. Это первый случай, когда в нашем распоряжении оказывается настолько ценная вещь.

Я отрицательно качнул головой.

— Боюсь, я вынужден отказать.

Тот растерянно замолк, наблюдая, как я забираю куб. Но быстро воспрял духом, озвучив новую идею.

— Могу предложить взять его в аренду для изучения. Триста тысяч из бюджета нашей организации и ещё пять миллионов от имени рода Шуйских.

Пять миллионов за три дня, без лишних усилий — это неплохо. Было бы, по крайней мере, окажись на моём месте обычный смертный, который и правда вытащил из Пробоя непонятную вещь. Но я точно знал, что это такое и отдавать запечатанный участок пространства, внутри которого возможно ещё были живы некротические сущности, не собирался.

— К моему глубокому сожалению, вынужден отказать повторно.

Тот с обескураженным видом рухнул обратно в кресло, а я перевёл взгляд на Илву. Она за всё это время не проронила ни слова, оставаясь около окна. Почему они вообще позволили ей присутствовать во время беседы? Никаких действительно серьёзных тайн здесь не озвучивалось, но всё же эти смертные дождались, пока дом покинет груда чиновников и дворян, чтобы начать разговор. При этом не постеснялись иностранной подданной. Не самое логичное развитие события.

Полковник заметил мой взгляд и извиняюще развёл руками.

— Кхм. После того, что произошло наверху, вы наверное хотите переговорить со своей невестой наедине.

В голове раздался ехидный смех Сандала, а в устремлённом на меня взгляде Илвы мелькнуло умоляющее выражение. Правда, когда она поднялась со своего места и начала говорить, голос оказался абсолютно ледяным.

— Он прав. Думаю нам стоит побеседовать наедине и обсудить твоё распутство с этими пропащими женщинами.

Двое мужчин сидели в небольшой комнате на верхнем этаже неприметного офисного здания и пили чай. На первый взгляд ничем не примечательные и самые обычные люди. Если бы не целая связка артефактов, что сейчас блокировала помещение от любопытных ушей, да ждущие этажом ниже свиты, что были разведены по разным углам, во избежание конфликтов.

— Сначала на свет появляется Древний. Потом вместо его ликвидации, мы получаем многокомпонентный Пробой, в котором гибнут сразу девять бойцов. Не самых слабых, хочу заметить, — один из них прервал затянувшееся молчание.

Второй задумчиво посмотрел на него и аккуратно поставил чашку на блюдце. Снова воззрился на собеседника.

— Ты забыл о Философах. Мы потеряли безотказный и эффективный инструмент давления.

Первый мужчина дёрнул уголками губ.

— О них я само собой, помню. Как и о человеке, что умолял нас помочь. Ореховы списаны.

Оба помолчали. Факты о произошедшем были известны каждому из них и ни один не видел смысла терять время, проговаривая их вслух. А вот к решению прийти требовалось. Не зря же они назначили эту встречу, рискуя подставиться, потерять сторонников и лишиться толики власти.

— Считаешь, надо выступить единым фронтом?- закинул удочку второй, сидевший спиной к окну.

— Думаю, надо дать понять остальным, что время сплотиться и убедить в этом своих. Мы слишком заигрались в борьбу. Шавки начали подавать голос и думать, что их жизни важны, — неторопливо озвучил ответ второй, внимательно наблюдая за реакцией своего конкурента.

Тот же медленно и осторожно кивнул.

— В этом я согласен. Но потом нам придётся определиться. Место Великого Магистра всего одно. Как только всё успокоится, проведём голосование. Честное. Без попыток подкупа, убийств и остального классического набора.

Другой надолго задумался.

— Звучит привлекательно. Но думаю, нужны гарантии того, что проигравший сохранит свою жизнь.

Оба почти синхронно усмехнулись. Потом тот, что сидел спиной к окну, поинтересовался.

— Как поступим с этим Афеевым? Зачистим проблему?

Второй участник разговора поморщился.

— Зачем же так грубо? Он расправился с Философами и скорее всего контактировал с Древним. Выжил внутри Пробоя, где сгинули наши люди. Отдадим приказы сразу трём ложам. Пусть организуют наблюдение. А мы сравним результаты. Если наши фракции выступят вместе, голосов для принятия решения будет достаточно.

— Так-то оно так, — задумчиво протянул первый.

Его бывший конкурент, а ныне союзник, позволил себе немного нахмуриться.

— Тебя что-то смущает?

— Основатели. Великая Ложа Цин. Искусники. Да и возня дворян с канцелярией. Слишком много всего может закрутиться. Возможно, проще ликвидировать.

— Искусники уже потеряли одного посвящённого. Некий Джорри, который вскрыл хранилище, внутри которого оказался Древний. Мои люди прозрачно намекнули им, что больше в это дело лезть не стоит. Думаю, уже на днях их Круг откажется от идеи мести несчастному.

Тот, кому он всё это говорил, слабо усмехнулся.

— Откажутся они, как же. Он слишком необычен и силён. Даже Ученик пятого градуса, глянув на досье, почувствует, что пахнет запретными знаниями. А где они, там шанс стать сильнее. Убивать они его может и не захотят, но вот изучить или завербовать….

На пару секунд замолчав, прищурился.

— Может попробовать и нам? Выбрать какую-то небольшую группу, которая не связана с фракциями и подбросить им идею. Пусть установят контакт и попытаются привлечь на свою сторону.

Собеседник скептически хмыкнул.

— А если получится? Что мы потом с ними делать будем?

Второй посмотрел на него, как на человека, спрашивающего как дышать.

— Убьём. А дворянина этого заберёт тот из нас, кто станет Великим Магистром. Справедливо?

— Справедливо. Проблема только в том, что у Основателей может быть своё понимание справедливости. Которое не совпадёт с нашим, — озвученные глухим голосом слова, заставили обоих машинально оглядеться по сторонам.

Несколько мгновение переговорщики молчали. Потом сидящий спиной к окну, снова кивнул.

— Верно. Но Основателей интересует только Прорыв. Не думаю, что они опустятся до уровня паренька, которого волей случая вынесло на гребень волны. По крайней мере, лично. А если затребуют доклады, то бумаги всё равно пойдут через одного из нас.

Его собеседник опять дёрнул уголками губ.

— Твоя правда. Раз мы так прекрасно поняли друг друга, предлагаю обсудить слова клятвы. Чем раньше закончим, тем меньше вероятность, что наши свиты схлестнутся и разнесут это здание по кусочкам.

Секунду я просто стоял на месте, рассматривая скандинавку. Невеста? Обсудить поведение? Ради чего эта смертная ввела остальных в заблуждение?

В голове неожиданно пискнул Мьёльнир.

— Ей пришлосс-с-сь. Не было выбора.

Добрый он у меня. Всех норовит пожалеть. Впрочем, несколько вариантов произошедшего в моей голове уже сложились, так что я просто кивнул.

— Обсудим. Как только доберёмся до моей усадьбы. Милая.

Девушка едва заметно выдохнула, а я развернулся к выходу. Но пришлось задержаться — сначала мой контакт попросил полковник — на тот случай, если «у Третьего отделения возникнут какие-то вопросы». А потом прилип Шуйский, который был помешан то ли на артефактах, то ли на Пробоях. Пришлось тоже поделиться контактом. Но тут я больше рассчитывал на информацию о том, что происходит в его роду. Возможно выйдет потом встретиться под каким-то предлогом и вытащить из него что-то интересное. Вопрос о том, для чего существовала та лечебница и почему освобождённому князю Шуйскому спокойно позволили убивать его родичей, всё ещё живо меня волновал.

Когда мы спускались по лестнице, наверху послышались женские голоса — девушки, с которыми я так удачно познакомился в ресторане, проснулись. К счастью, вызванное такси уже приехало, так что мы покинули дом быстрее, чем они спустились вниз. На прощание я попросил Махова извиниться от моего имени и послать кого-то из слуг за ювелирными украшениями в качестве подарка. А счёт потом сбросить мне на дарфон — я компенсирую все расходы.

Тот с усмешкой покачал головой, но просьбу обещал исполнить. Хотя и косился во время беседы на Илву, что старательно играла роль рассерженой невесты и держалась подальше от нас, горделиво задрав носик.

Когда мы наконец оказались в машине и отъехали от особняка Махова, я окружил нас со скандинавкой барьером, который не давал водителю подслушать беседу и повернулся к девушке.

— Объяснишь?

Конечно, проще было бы запросить воспоминания у Сандала. Но ситуация не требовала срочного принятия решения. Так что сначала я хотел услышать её версию, после чего сравнить с рассказом ястреба.

Пока моя «невеста» размышляла, достал дарфон и отправил сообщение Измайлову с вопросом о том, как обстоят дела в усадьбе. Раз все были живы, значит ничего критически плохого произойти не могло. Да и в защите здания я был уверен. Но на всякий случай, лучше было уточнить.

Чуть подумав, продублировал послание Лере. А потом и Ульриху. Когда убрал аппарат в карман, справа раздался голос Илвы.

— Отец объявил награду за любую информацию обо мне. Он и род Долгоруких. Я обещана им в качестве невесты.

На последних словах её зубы слегка скрипнули, а одна из моих версий получила подтверждение. Прежде чем девушка продолжила говорить, я уточнил.

— Тебя кто-то узнал и пришлось лгать, чтобы избежать проблем?

Её лицо перекосило от ярости и девушка кивнула.

— Я была с командой Защитников, которая собиралась отправиться в Пробой, когда объявили тревогу. Просто сбежать я не могла — как это объяснить другим? А когда оказались на месте, один из дворян меня узнал. И не промолчал, акулий выкормыш! Сразу же сдал меня остальным.

Шумно выдохнув, несколько мгновений смотрела в окно, приводя нервы в порядок. Потом заговорила вновь.

— У меня были документы на чужое имя. Но кто поверит бумаге, когда у них есть слово благородного. Пробиться силой тоже не вышло бы — слишком много Одарённых. Да и убивать незнакомых людей, которые просто оказались рядом…

Пока она говорила, я ещё раз проверил работу своего энергетического каркаса. «Искра», пожалуй увеличилась раза в три, ядра подросли вдвое, а каналы стали гораздо шире. Да и сама смертная плоть изменилась — теперь она куда лучше пропускала силу.

Безусловно, со всем этим ещё требовалось поработать. Но я абсолютно точно, сильно вырос в плане своих возможностей.

— Ты меня слушаешь?

Я повернулся к слегка обескураженный девушке, которая ждала моей реакции и уточнил.

— Почему именно я?

Та потупилась, снова отвернувшись к окну.

— Сам подумай. Награда двадцать миллионов золотом. А если с доставкой до одной из крепостей Долгоруких, то пятьдесят. Меня прямо там хотели спеленать и уже собирались делить добычу.

Это я как раз хорошо представлял. Смертные, которые не будут интересоваться возможностью заработать много денег, это какие-то странные смертные. Весь мой опыт говорил, что блеск золота манит их при любых обстоятельствах. Единственное, что способно это перевесить — чувства к противоположному полу. Но их искреннее проявление, это ещё более редкий случай, чем явление Нептуна в образе краба.

Илва повернулась ко мне и чуть поджала губы. Я уже решил, что девушка хочет задать какой-то вопрос, но она продолжила объяснять.

— Ты только что выскочил из Рубинового Пробоя, который уже мерцал, а почти сразу после твоего появления, закрылся. Половина собравшихся Защитников считала тебя героем, а солидная часть — Хранителем. Да и Егоров этот, явно тебя знал. А ему там беспрекословно подчинялись, как минимум военные.

Я усмехнулся, смотря на её напряжённое лицо.

— То есть ты назвалась моей невестой, чтобы тебя не скрутили и не отдали Долгоруким?

Пепельноволосая патрицианка шмыгнула носом и чуть покраснела.

— Ну да… А что мне было ещё делать? Сдаваться? Принять там последний бой и забрать с собой десятка три жизней? Ну а так, этот Егоров сказал, что ты сам разберёшься, как придёшь в себя и остальные отстали.

Ход она сделала верный, не спорю. Я бы даже сказал, умный. Изначально местные патриции попытались бч её просто скрутить. Но сомневаюсь, что у них бы это вышло. Потом бы девушка пустила в дело Дар. После первых трупов, половина желающих наверняка сбежала бы. Но вот остальные стали бы биться до конца. Родственники, вассалы и друзья семьи погибших. Даже если убитые были им безразличны или вовсе глубоко противны, просто так они уйти бы не смогли. И скандинавке действительно пришлось бы принять свой последний бой на берегу близ границы империи Цин. Что подозреваю, никогда не было её мечтой.

— А дальше?

Та непонимающе хлопнула глазами.

— Что дальше?

Сандал, что вёл разведку, возмутился глупостью смертной. Я же объяснил.

— Тебя может и не захватили в плен, но сейчас же следующее утро, верно? Прошли почти целые сутки. Информация уже давно у Долгоруких, а в городе наверняка появились их люди. Покинуть провинцию и сбежать, будет не так просто.

Какое-то время та раздумывала. Потом с подозрением посмотрела на меня.

— Ты что, предлагаешь сейчас выйти за тебя замуж?

Судя по изогнутым бровям и изумлённо распахнутым глазам, такой вариант её всерьёз удивлял. На какой-то момент внутри меня даже глухо заворочалось раздражение. Знала бы эта смертная, с кем сейчас говорит — вела бы себя абсолютно иначе. Почти любая дева была готова на всё, лишь бы оказаться в постели римского бога. Или хотя бы на лесной лужайке. Чем многие активно пользовались. В том числе и сатиры, что обожали делать артефакты, временно придающие им облик одного из нас.

Я улыбнулся.

— Интересуюсь, как ты планируешь из всего этого выбираться? Могу поспорить, железнодорожный вокзал и аэропорт уже под наблюдением. В теории, можно попробовать организовать эвакуацию через военных, но боюсь это будет недёшево, да и тебя всё равно сдадут. Долгоруковы точно заплатят больше. Ещё и вассалитет предложить могут. Или личное дворянство организовать.

Показательно зевнув, глянув на проносящиеся за окном деревья — мы уже выкатились на кольцевую. Кивнув в сторону обочины, добавил.

— Конечно, ты можешь попробовать уйти лесами. Вариант надёжный, но долгий.

Повернув голову, обнаружил, что патрицианка насупилась и мрачно рассматривает меня, как будто пытаясь понять потаённый мотив. Наконец смертная принялась отвечать.

— Я всегда могу податься к Цин. Граница рядом.

Не отрывая от неё взгляда, пожал плечами.

— Там ты будешь выделяться, как пантера, которая захотела притвориться львицей. Тебя моментально раскроют, захватят и выдадут замуж за одного из цинских аристократов. Или просто сделают наложницей и превратят в машину по производству детей.

Та яростно выдохнула и свела вместе брови. Слегка наклонив голову, угрожающим тембром голоса уточнила.

— Всё-таки предлагаешь выйти за тебя замуж?

Забавная она. И слишком зацикленная на своём матримониальном статусе. Хотя после всего произошедшего, её вполне можно было понять.

— Наоборот. Не хочу, чтобы мне пришлось на тебе жениться, чтобы уберечь от преследователей. Вот и пытаюсь понять, есть в твоей голове какие-то идеи на этот счёт или нет? Хотя, ответ уже ясен.

Та ошарашенно моргнула. Слегка помедлив, придвинулась ко мне. И совсем другим тоном поинтересовалась.

— А что со мной не так?

Залетевший внутрь машины Сандал, устроился на спинке переднего сиденья и скосил на патрицианку один глаз.

— Шизофрр-р-реничка! С ней всё не так.

Почувствовав моё удивление, ястреб хлопнул крыльями.

— Я спрр-р-равочник нашёл, пока ты спал. Медицинский. Читал. Много думал.

Выдав последние фразы, умчался обратно — вести разведку дороги и окрестностей. А я заглянул в ожидающе ответа глаза пепельноволосой, на дне которых плескалось нечто странное и неопределимое. Интересно, а асфальт она тоже использовать сможет? Если да, то в случае чего машине конец. Да и водителя прикончит, наверняка.

— Ты вроде сама не горела желанием идти за меня замуж.

Скандинавка с невозмутимым видом кивнула.

— Я и сейчас не хочу. Но мне интересно, в чём моя проблема?

Увидев, как поднялись вверх мои брови, чуть обиженно добавила.

— Это разные вещи. Ты не понимаешь.

То выражение, которое заставило меня напрячься, из её глаз вроде пропало. На самом деле странно — при необходимости, сейчас я мог заблокировать действие её дара и изолировать энергетический каркас при помощи божественной силы. Но её взгляд всё равно вызвал тревогу. Женщины. Иногда могут заставить поволноваться даже богов.

Илва насупилась, уставившись в окно, а в моём кармане звякнул дарфон. Измайлов докладывал, что всё в порядке и сейчас он проверит, как дела у остальных.

Ещё через пять минут пришло второе сообщение. На этот раз от Леры. Сначала жрица сообщила, что чувствует себя прекрасно и всё в полном порядке. После чего поинтересовалась, как быть с лазутчиком, который проник на территорию усадьбы?

На то, чтобы понять, кого она имела в виду, у меня ушла целая секунда. Вторую я потратил на то, чтобы придумать короткий ответ. И только потом его отправил.

На какое-то время наступила тишина. Следом звякнуло сообщение от Измайлова.

«Мне сломали ногу. Нужен целитель. И извинения от этой бешеной стервы! Она меня не узнала, представляешь⁈»

Почти одновременно с ним, пришло послание от Леры.

«Можно я его свяжу и заткну рот? Там максимум, небольшая трещина, а он орёт, как будто я ему ногу оторвала.»

Ответил обоим, чтобы обошлись без дальнейшего членовредительства и пожелал прекрасно провести время. Плюс, добавил, что уже еду в усадьбу и скоро должен прибыть.

Уже собирался убрать устройство в карман, как снова услышал звук уведомления. На этот раз Бельский — интересовался текущей ситуацией, которую я ему в двух словах описал, заодно попросив о паре услуг. Потом пришло сообщение от Егорова. Советник решил коротко обрисовать ситуацию с Келером — формально тот и правда убыл на лечение, но на деле, сбежал в неизвестном направлении. Возможно и правда остался в Петербурге, но это совсем не факт.

Расклад вроде и так был очевиден, но ещё советник прислал короткую характеристику на Леопольда. Мол, старый бюрократ, которого после какого-то конфликта фактически убрали в почётную отставку, а сейчас выдернули, отправив для руководства проблемной провинцией.

Взамен Егоров ничего не просил. Но и так было понятно, что рассчитывает на дополнительную и честную информацию о Пробое. Не сказать, что его данные что-то критично меняли, но лояльность главы местного Пятого отделения, была совсем не лишней. Стоило придумать, как выразить свою признательность в будущем.

Пока же, я отделался благодарностью, в её текстовом, бесплатном варианте.

Как только убрал дарфон, в голове сразу закрутились мысли о Пробое. В этот раз я увидел и услышал немало интересного. Но это если сравнивать с предыдущей ситуацией, когда перед глазами был полностью белый холст, с парой точек от красок. Теперь же по нему несколько раз провели кистью, но до полного завершения картины было по-прежнему безумно далеко. И совсем непонятно, что там в итоге окажется.

Дэв утверждал, что атаку на богов провернули свои же. Некая группа то ли божеств, то ли представителей изначальных рас, которые научились перемещаться между разными мирами, овладели новыми знаниями и в какой-то момент уничтожили нас. Судя по всему не всех и не везде. Но, как минимум, какая-то часть богов пала.

Выходит, прямо сейчас существовала группа миров, где эти самые заговорщики, удерживают власть в своих руках? А судя по фразе про вторую волну, ещё и готовятся к экспансии.

Ещё воин Ушас утверждал, что остальные пантеоны склонили к атаке на нас. А Парнас мешал неизвестным врагам, будучи местом колоссальной концентрации силы. Учитывая, что артефактами мы всерьёз не увлекались, оставалась только наша собственная мощь. То есть мы, божества Вечного города и были тем фактором, что мешал кому-то раздавить остальных.

Забавно, если всех прочих действительно использовали втёмную и уничтожили на следующий день после нашего поражения. Пожалуй, это даже слегка отдавало справедливостью. Лишь частичной и с извращённой логикой, как у Локи, но тем не менее.

А ещё, всё это постепенно формировало у меня ощущение, что Юпитер знал куда больше остальных. И специально отправил нас в миры, где не просто был шанс выжить, но и имелась потенциальная возможность организовать сопротивление врагам. Правда, в этой теории меня здорово смущал тот момент, что он ничего не рассказал нам. Наверняка, что-то вышло бы придумать вместе. Разве что не был уверен до конца? Но тогда, как подобрал именно те миры, которые нужны? Или я сейчас просто копирую стиль Локи и на самом деле всё проще — отец лишь банально пытался спасти наши жизни?

Встряхнулся, получив картинку от Сандала. Сначала решил, что там нечто важное, но ястреб лишь перехватил очередную птичку Ореховых. Видимо поставили наблюдать за дорогой.

На мгновение мелькнула мысль, что они могли организовать и засаду, но ястреб, который сейчас практически не сдерживал себя в использовании силы, уже подсветил окрестности. Не обнаружив ровным счётом ничего опасного, кроме единственного наблюдателя. Да и держался спутник в пяти сотнях метрах впереди. Если зафиксирует угрозу, то шофёр точно сможет затормозить.

Дятла, которого держал под контролем Одарённый Ореховых, Сандал само собой сожрал. Так что своих глаз на дороге они лишились. А мои мысли снова вернулись к Пробою.

«Муравьи» абсолютно точно были из иного мира. И у них происходило что-то похожее. Как и у зеленых человечков, с которыми приходилось сталкиваться их королеве. Слишком большой получается охват. Я бы сказал, колоссальный. Сотни, а то и тысячи миров, населённых разными расами, у каждой из которых были свои боги. И по ним всем ударила какая-то группка отщепенцев, возжелавших власти?

Версия, безусловно выглядела красиво. Но не слишком жизненно. Я бы скорее поверил в коалицию Старших богов, которые решили подмять под себя паству сотен миров и получить запредельную силу.

Правда, для такого нужно в этих мирах присутствовать. Строить свои храмы и стимулировать смертных в тебя верить. Судя по тому, что я сейчас видел вокруг, с этой частью их плана, что-то пошло не так.

Не считая очевидных выводов о размахе конфликта и необходимости информации, имелся ещё один момент. Мне нужно больше силы. Сегодня я едва не погиб, сражаясь с относительно слабыми противниками. Боюсь, если столкнусь с кем-то из заговорщиков, меня раздавят, как муху. Да что там, любой из членов их свиты, распылит мою смертную оболочку в пространстве и сожрёт «искру». Нужна сила. Союзники. Пантеон. И само собой, нужно разобраться с Хранителями и Чернокровыми.

Сандал удовлетворённо заклектокал, а Мьёльнир немедленно предположил, что на это уйдёт прорва времени. Тут я был полностью согласен — за пару недель, такое не провернуть. Но мои враги, кем бы они ни были, тоже боги. А у нас совсем иной взгляд на течение времени. Не удивлюсь, если они готовятся начать следующий этап через полсотни лет, считая это очень быстрым темпомм. Или вовсе отложили новый виток экспансии веков на пять, чтобы хорошенько отдохнуть и насладиться уже достигнутым.

Водитель вывернул к самой усадьбе и тут я понял, что денег-то у меня с собой нет. Бумажник вроде как был. Но в карманах одежды не находился. Возможно остался в старой, которую то ли забрали постирать, то ли выкинули. А может его банально украл кто-то из смертных. В конце концов, сумма там была приличная.

Покосившаяся на меня Илва, с укором качнула головой и протянула таксисту банкноту. Открыв дверь, снова глянула в мою сторону.

— Завидный жених, что сказать. В ресторанах за тебя тоже дамы платят?

Шофёр было растянул губы в улыбке, но столкнулся с моим взглядом и сразу же уставился куда-то вдаль, старательно копируя повадки окаменевшего тролля.

На веранду высыпали все — от послушниц до Ульриха с Орловым. Даже Измайлов прихромал и опираясь об ограду, наблюдал за нами.

Глядя на радостные лица членов свиты и командира гвардии, скандинавка посмотрела на меня уже совсем иначе. Как мне показалось, с изрядной толикой уважения.

Всё испортила Асука, которая показалась позади этого импровизированного строя, перемещаясь прыжками — ноги у японки развязать не вышло.

На звук моментально повернулись все кроме Орлова, который внимательно разглядывал скандинавку. Но в первые секунды к пленной никто не кинулся — неожиданный поворот событий немного выбил всех из колеи.

Сама азиатка сделала ещё один прыжок и неловко приземлившись, завалилась набок. Прокатившись, застыла над самыми ступенями веранды. Из-за падения, её кляп чуть съехал в сторону и девушка смогла выдавить его языком наружу, после чего попыталась что-то сказать. Но не успела — Свенсон уже утащил её обратно в дом.

Илва шмыгнула носом и проводила взглядом связанную девушку, которую уносили внутрь особняка. Посмотрела на меня. И осторожно попятилась.

— Знаешь, я тут подумала — всегда хотела устроить себе долгую прогулку по лесу.

Измайлов, который так и стоял около ограды, бросил взгляд в сторону опушки и пожал плечами.

— Там сейчас холодно. И зверья много. Тайга же тут.

Скандинавка мельком глянула на него и пожала плечами.

— Угу. Зато зверей хотя бы напугать можно.

За спиной пепельноволосой девушки появился Жорик, радостно помахивающий клинками. Но поймав мой укоризненный взгляд, снова отступил под прикрытие кустарника. А в воздухе раздался голос Леры.

— Что ты такая нервная? Абэ это. Побеждена на дуэли и находится в плену до выкупа. Сама виновата, идиотка. Решила, что сможет прикончить нашего… господина.

Вот теперь моя «невеста» впала в полную прострацию, уставившись в одну точку перед собой. А жрица переключила внимание на меня.

— Какие будет команды?

Формулировка напоминала военную и больше подошла бы Орлову. А вот лицо у Леры, несмотря на показную бодрость было уставшее. Да и остальные выглядели не сильно лучше. Возможно физически они сейчас и в полном порядке — моё вмешательство при помощи божественной силы, должно было решить проблему. Но вот морально… Когда они отдыхали в последний раз? Полноценно, пожалуй, никогда. Я всегда загружал их какими-то задачами, пусть и не всегда связанными с риском для жизни.

Кем становится полководец, который не заботится о моральном духе своих воинов? Если верить Марсу — мёртвым полководцем. А брат неплохо разбирался в военном деле. Так обычно и бывает, если ты становишься покровителем легионеров.

— Команда всего одна — готовиться к отдыху.

Все переглянулись, а Орлов задумчиво хмыкнул. Когда сеанс обмена взглядами завершился, Кристина осторожно уточнила.

— Какому именно?

Я покосился в сторону бассейна. Недостроен. Но рядом Илва, управляющая камнем. Погода, конечно, не очень, но и с этим что-то можно придумать.

В голове всплыли воспоминания о наших посиделках на греческих островах, купании в море и зажаренных на кострах бычках. Повторить всё в полной мере не выйдет, но можно воссоздать хотя бы дух того времени.

Улыбнувшись, я окинул взглядом замерших в ожидании соратников.

— Лучшему в вашей жизни.

Когда они поняли, что я говорю серьёзно, в глазах большинства присутствующих засверкали огоньки предвкушения. Даже Измайлов, который старательно изображал калеку, воодушевился.

Подготовка заняла около часа. За это время мы успели многое. Илва, под моим руководством, стянула с округи весь найденный камень и благополучно доработала бассейн при помощи своего дара. Ульрих с Жориком притащили ветви и пару древесных стволов. Ну а трое послушниц оформили сразу целую партию заказов. Я со своей стороны подлечил ногу юного патриция, у которого оказалось банальное растяжение — ему повезло, что после первой атаки, Лера всё же узнала юношу и остановилась.

В процессе я успел переговорить со всеми членами свиты и на всякий случай предупредить, что Измайлову и Скау рассказывать о моём происхождении не стоит. Да, в той печати, которая сейчас стояла в разуме каждого из них, уже имелся запрет на рассказ о моей личности без моего одобрения. Пока я не стал его снимать ни у кого из последователей. Но «одобрение», это слово, которое можно трактовать весьма широко. Например посчитать таковым приглашение в дом или участие в совместном отдыхе. Классическая проблема всех размытых трактовок. Противоположная сторона — если их сузить, то придётся либо создавать крайне сложную печать из сотен компонентов, либо озвучивать все запреты вслух. А потом самому же и мучаться с теми ограничениями, которые внедрил в разумы своих последователей.

Асуке же пришлось отдать прямой и однозначный приказ. Что делать с японкой дальше, я если честно не совсем понимал. Но вряд-ли род Абэ заявится к нам именно сегодня. Так что эту проблему можно было отложить, хотя бы до завтрашнего утра.

О том, чтобы исключить фактор неожиданности, я тоже подумал. Пока остальные весело расчищали площадку рядом с бассейном, я прошёлся по комплексам защитных рун и плетений усадьбы. Теперь, с возросшим уровнем силы, это было намного проще. Какие-то пятнадцать минут и защита родовой территории Афеевых работала практически на полную мощность. По крайней мере, та её часть, которую вышло восстановить. Более того — я активировал и дальние рубежи — барьер около самой усадьбы и расположенные в лесу «сигналки» с активными системами обороны. В их случае, всё держалось на артефактах, которые сейчас были выжжены. Так что я добавил к сигнальным линиям несколько собственных плетений и напитал мощью накопители.

Если кто-то рискнёт атаковать нас прямо сейчас, он абсолютно точно завязнет. Даже если предположить, что это окажутся Хранители, им потребуется, как минимум полчаса, чтобы пройти все линии защиты. За это время я успею сотню раз вывести алкоголь из крови всех смертных и очистить собственную оболочку.

На выходе из дома меня перехватил Орлов. Глянув в сторону распахнутого дверного проёма, тихо зашептал.

— Понимаю, что сейчас у нас запланирован отдых личного состава. Но…

Я вопросительно поднял брови.

— Переживаешь из-за набора гвардейцев?

Тот отрицательно качнул головой.

— О другом. Девушка, которую вы привели. Сначала я подумал — обознался, но потом юная дама представилась. Что будет, когда Долгорукие узнают, что она здесь?

Вот теперь я не просто удивился, а оказался буквально изумлён. Откуда офицеру, который только сутки назад, выбрался из запоя длиной в несколько лет, знать о поиске Скау и планируемой свадьбе с Долгорукими?

Видимо мои чувства отразились на лице, потому что Орлов сразу добавил.

— Я же командир гвардии, верно. Пусть пока и без солдат. Посчитал нужным ознакомиться с последними новостями.

Когда он успел, спрашивать не стал. Оттиск в его сознании показывал, что военный не лжёт. В принципе, он и не мог бы соврать, иди речь о какой-то угрозе для меня.

Зато теперь мне стала понятна его озабоченность — пока остальные наслаждались предвкушением праздника, капитан второго ранга постоянно хмурился.

— Я думаю, Долгорукие уже в курсе. Скорее всего завтра-послезавтра объявятся и попробуют решить вопрос деньгами. А когда я им откажу, пустят в ход силу.

Тот неверяще моргнул и чуть нервно уточнил.

— А потом? Нужно же будет с ними как-то договориться?

Кивнув ему, усмехнулся.

— Бельский уже прислал мне файл со всей их собственностью в империи. Сейчас готовит обновлённый по зарубежным владениям и имуществу их союзников среди Цин. Если дело дойдёт до войны, то мы пополним казну и возможно окажемся собственниками пары десятков заводов.

Поражённо выдохнув, он тряхнул головой.

— А как же Абэ? И Лецзюнь? Ещё Ореховы до конца не дожаты. Вместе с Долгорукими, это получится…

Положив руку на его плечо, мягко прервал нового члена свиты.

— Это получится много-много денег. А ещё земли, акции, техника и возможно нечто покрупнее, вроде кораблей. Поэтому завтра ты займёшься набором гвардии. Через два дня мне нужна первая сотня новобранцев, которых можно будет испытать в бою.

На секунду замолчав, добавил.

— А сейчас мы будем отдыхать. Ты среди нас недавно, но остальные уже давно толком не расслаблялись.

Несколько мгновений он молча смотрел на меня. Потом несмело улыбнулся.

— Никак не привыкну, что вы… Ну… Вы поняли. И что так можно рассуждать о родах, которых опасается половина мировой знати.

Военного я вроде успокоил. А вот у самого ненадолго появился червячок сомнения. Может и правда стоило сегодня заняться набором гвардии да планированием?

С другой стороны, мой реальный враг, это не Долгоруковы, не Абэ и не Лецзюнь. Безусловно, их придётся сокрушить и подчинить. Как минимум, заставить с собой считаться на начальном этапе.

Хранители и Чернокровые больше тянули на истинных врагов. Эти куда сильнее и методы у них на порядок жёстче. Убийство людей в посмертии ради силы, это мерзость за которую нужно жестоко карать. И если патриции, ещё могут рассчитывать на моё милосердие, то вот оба ордена я планировал вырезать под корень. Те, кто безвозвратно истребляют тысячи смертных, чтобы получить побольше мощи, не должны жить.

Третья категория, которую я относил к настоящим врагам без всяких оговорок, это заговорщики. Те, кто истребил богов и вверг миры в хаос. Создал проблему Пробоев и спровоцировал появление кого-то вроде Хранителей. Или кого-то заметно похуже.

Сегодняшний праздник никак не влиял на моё противостояние с кем-то из второй или третьей категории. А что до первой, ну какие это враги? Обычные смертные, которые получили силу и решили, что они выше всех остальных. Один день промедления на нашем противостоянии никак не скажется. А если решат напасть именно сегодня, значит им придётся столкнуться с весьма злым и яростным Меркурием.

— Ты чего такой хмурый?

— Сам же сказал, что мы отдыхаем!

Занятый мыслями, я вышел на веранду и с двух сторон подлетели Лера с Кристиной, которые потащили к разведёным кострам. Их оказалось сразу три — над одним жарился молочный поросёнок, вторым завладел Ульрих, который возился с фаршем в большой металлической миске, а над третьим уже обжаривал колбаски Измайлов.

Через пару минут прибыла и последняя доставка — из винного магазина. Вино предпочла большая часть присутствующих — за исключением Измайлова и Орлова, которые выбрали своей целью бочонок тёмного пива, что сейчас был скован льдом с целью охлаждения.

Девушки попеременно следили за поросёнком, Измайлов порывался угостить всех колбасками, а Сандал кружила над нами, периодически совершая налёты на запасы клубники, которую заказали специально для ястреба и оставили внутри усадьбы.

Ульрих наконец закончил возиться с фаршем и принялся бережно выкладывать получившиеся мясные шарики на жаровню, которую то ли соорудил сам, то ли нашёл где-то на нижних ярусах. Заметив мой заинтересованный взгляд, усмехнулся.

— Шэтпулал в походном варианте. Не сказать, что идеально, но как смог.

Заметив, как я наморщил лоб, ненадолго задумался.

— У вас нет точного слова, которое бы передавало суть, но что-то близкое имеется. Как же это…

Ульяна, бросившая взгляд на результат его трудов, робко предположила.

— Тефтели?

Скандинав с довольным видом взмахнул рукой.

— Точно! Только это другое. Пробовать надо, потом поймёте.

Последние слова парень уже фактически проворчал, заметив скептическое выражение лица девушки.

Орлов с Измайловым о чём-то беседовали около третьего костра, уже наполнив пивом объёмные кружки и угощаясь приготовленными колбасками. Я же просто улёгся на траву, смотря в небо. Неплохо, надо признать. Особенно, если очистить голову от тревожащих мыслей и попробовать расслабиться.

Рядом растянулась Илва, которая сменила платье на штаны и рубашку, что больше подходили для ситуации. Секунд двадцать мы оба молчали. Потом Скау поинтересовалась.

— Ты можешь мне что-то предложить?

Интересная формулировка. Похоже внутри смертной бурлила гордость, которая не давала прямо обратиться за помощью.

— Ты же помнишь, как здесь оказалась?

Патрицианка тихо вздохнула.

— Помню.

Ещё секунд десять помолчав, озвучила неожиданное предложение.

— А если я сменю род. Примешь в качестве вассала?

Голос был глухим, а слова она буквально выталкивала. Подобный вариант деве явно не нравился. Оно и понятно — сейчас за её плечами была фамилия с древней историей и репутацией могучих воинов. С одним единственным нюансом — ко всему этому добавлялся её отец и скорее всего, уже подписанный договор о браке с кем-то из Долгоруких.

Я лениво зевнул и повернул к ней голову.

— Зачем?

Та возмущённо выдохнула и покосилась на меня.

— Хочешь, чтобы я вслух всё проговоривала? Примешь меня в род и старые обязательства будет недействительны. Я обрету нового… Нового главу рода.

Насколько я помнил законы империи, утверждение было не совсем точным. Старые договорённости всегда можно было попытаться протащить через суд. Либо надавить силой. Уверен, Долгорукие выберут последний вариант.

— Твой резон я понимаю. Но пока не вижу, зачем мне начинать войну с Долгорукими.

Она шмыгнула носом и надолго задумалась, смотря в небо. Похоже считала, что её Дар сам по себе, является достаточной платой за всё.

— Две моих племянницы, тётка и двоюродная сестра. Первые в немецких родах, вторые в Швеции. Всем не очень-то нравится текущее положение. Понимаешь, к чему я?

Я-то понимал. Но сложно сказать, когда мне потребуются контакты в этих странах и в каком формате всё это будет происходить. К тому же, уже имелся род Свенсонов, с которыми договориться будет куда, как проще. Достаточно раскрыть их Дар в качестве потомков ётунов.

— И всё?

Девушка поморщилась.

— Ещё мой Дар. Один из мощнейших в этой части света, если что. Но тебя он почему-то не интересует.

Я сорвал травинку и покрутил её между пальцами.

— Наверное, потому что ты ничего не смогла сделать во время нашей схватки. А потом и вовсе сдалась, потеряв часть своего гардероба.

Щёки скандинавки вспыхнули красным и она отвернулась от меня, снова уперевшись взглядом в небо. Тихо пробурчала:

— До сих пор не понимаю, как ты это сделал.

Усмехнувшись, глянул в сторону костра, с которого девушки уже снимали зажаренного поросёнка и потянулся.

— Боюсь, твой Дар меня и правда не слишком интересует. Что касается остального, я подумаю.

Если быть честным, я склонялся к тому, чтобы оставить скандинавку. По сути, уже всё решил. И дело было не в её Даре или связях. Ульрих был прав — мне нужны люди, которые по какой-то причине не вписались в существующую систему и готовы к высокому риску. Само собой, они станут рассчитывать и на соответствующую награду. Но одно дело, когда смертный делает что-то исключительно ради материального стимула и совсем иное, когда помимо этого, у него есть моральная убеждённость в собственной правоте. Первые побегут, как только запахнет реальной угрозой. Вторые будут стоять до конца.

Скау надулась, но продолжить беседу уже не смогла — нас пригласили к условному столу до того, как патрицианка придумала очередной аргумент.

Девушки перешучивались, Ульрих угощал всех мясными шариками, которые оказались весьма недурны на вкус, а я наслаждался спокойствием.

Глядя на уныло бродящего вокруг Жорика, который разглядывал, как мы уплетаем мясо, Лера неожиданно решила попробовать модифицировать конструкта. И к моему удивлению, справилась. Полностью самостоятельно и без моей помощи. То ли её искусство управления Даром шагнуло на новую ступень, то ли сыграла свою роль расслабленная атмосфера, но жрица без особых проблем создала ему челюсть и что-то вроде пищеварительной системы — канал, который вёл к сгустку силы, в котором растворялось съеденное.

Более того, провернула всё так, что конструкт мог использовать выделяемую энергию. Само собой, её были совсем крохи, но в теории, он мог усилить себя сам или восстановиться после ранения, если сожрёт достаточно много плоти. Либо в случае, если съеденное мясо будет само по себе содержать растворённую мощь. Как, например, пробойные твари или Одарённые.

Как только девушка закончила, конструкт защёлкал зубами, проверяя, как работает новая часть тела. А воздух огласил голос Ульриха.

— Лови!

Мелькнул мясной шарик, а через секунду Жорик уже пережёвывал первый в своей жизни кусок мяса. Вкусовые рецепторы, жрица ему тоже сделала, так что конструкту было интересно попробовать абсолютно всё — от мяса и костей поросёнка, до травы и древесной коры. Он даже кусок угля из костра сожрал, после чего Лере пришлось отмывать чёрную морду.

Блюдо Ульриха и поросёнок неожиданно быстро закончились. А Измайлов с Орловым, вдвоём умяли все колбаски, попутно влив в себя добрую треть бочонка пива. Хотя тут старался в основном капитан второго ранга — божественная печать в его разуме не только держала контакт со мной, но и в какой-то степени влияла на тело. Например, делала его более устойчивым к алкоголю.

На жаровню Свенсона отправилось несколько стейков, а остальные костры взял под свою ответственность Орлов, который в самом начале замариновал мясо и теперь с радостной миной принялся его жарить, насаживая на тонкие металлические клинки, без заточки. Военный их называл шампурами.

В процессе готовки второй партии, Ульяна вспомнила про Асуку и последовательницы решили, что негоже японке сидеть одной и связанной, пока все прочие пируют.

Спустя минуту ошеломлённую азиатку усадили на траву, рядом с нами и принялись кормить. Та косилась на бродящего рядом Жорика, который завистливо смотрел, как девушке достаётся первая партия блюда, названного шашлыком, но мясо активно жевала. Да и от пары глотков вина не отказалась.

Правда, как только чуть насытилась, повернула голову ко мне и презрительным тоном выдала.

— Какие бы у тебя не были силы, род Абэ сокрушит их и освободит меня.

Я растянул губы в усмешке.

— Безусловно, они попробуют. Потерпят неудачу и бросят в дело куда более серьёзные силы. Но в конце концов, им придётся начать расставаться с иллюзиями о своём всемогуществе.

Японка нахмурилась, уставившись на меня.

— У нас множество союзников. Сюда придёт целая армия.

Задумчиво почесав щёку, я оглянулся на особняк.

— Прямо сюда? Раз так, придётся построить отдельный арсенал. Чтобы побольше и поглубже. Иначе трофеи не влезут.

Азиатка разинула рот, в который Ульяна сразу же вставила кусок мяса. Я же допил вино из бокала и поднялся на ноги.

— Кто ещё хочет в бассейн?

Головы присутствующих синхронно повернулись в нужную сторону, после чего Измайлов неуверенно проговорил.

— Он же без воды.

Лера что-то проборматала себе под нос, а Ульрих широко ухмыльнулся, переворачивая стейки. Я же пожал плечами.

— Так это пока. Сейчас всё будет.

Сейчас во мне плескалось столько божественной силы, что не составило труда на доли секунды сформировать предрасположенность к управлению водой и потянуться к грунтовым водам, что залегали под лесом.

Полностью я их, само собой не опустошал. Даже какой-то отдельный участок осушать не стал. Просто потянул отовсюду понемногу, собирая воду в громадный сверкающий шар над конструкцией бассейна. А потом с грохотом опустил его вниз.

Через какие-то двадцать секунд я уже сбросил с себя всю одежду, кроме белья и прыгнул в воду. Как же мне этого не хватало — ощущения толщи прогретой силой воды под спиной и чувства полного спокойствия.

Сандал, который разделался с доброй половиной запасов клубники, показал переглядывающихся смертных. Впрочем, думали они недолго — через мгновение Измайлов уже поднялся со своего места, начав сбрасывать одежду. Орлов и Ульрих пока продолжали заниматься мясом, но судя по лицам, тоже были не прочь окунуться.

Вот у девушек, ситуация оказалась несколько сложнее. Первой, проблему озвучила Ульяна, которая подошла к краю бассейна и вытащив стопу из лёгкой сандалии, попробовала воду. Поболтав в ней ногой, смущённо опустила глаза вниз.

— У меня и купального костюма нет.

Вставшая рядом Лера, с сожалением вздохнула.

— Ни у кого нет. Об этом мы как-то не подумали.

Через секунду к ним присоединилась Кристина. Рыжая несколько мгновений задумчиво смотрела, как я плаваю по поверхности воды, а потом в её глазах блеснул огонёк.

— Есть одна идея… Давайте, за мной. Переоденемся.

Сделав несколько шагов, обернулась, бросив взгляд на Илву, но та отрицательно качнула головой. Тогда рыжеволосая перевела взгляд на японку, которая до сих пор сидела около костра. Асука отреагировала куда более эмоционально.

— Абэ не купаются со своими врагами!

Послушница с улыбкой пожала плечами.

— Как знаешь. Но потом с тобой бегать никто не будет.

Выждав ещё момент, устремилась к дому. А когда все трое скрылись в проходе, рядом оказалась Скау, которая уселась на край бассейна и разувшись, опустила ноги в воду. Бросила на меня косой взгляд.

— Кто все эти девушки? Твои наложницы? Вассалы? Наёмницы?

Измайлов фыркнул так, что хлебнул воды, а я переключил внимание на патрицианку.

— Члены рода.

Та сразу нахмурилась и бросила взгляд в сторону усадьбы.

— То есть я буду стоять ниже, чем они?

Я непонимающе поморщился. А потом дословно вспомнил её фразы и усмехнулся.

— Если я решу, что тебя стоит принять, ты тоже станешь полноценным членом рода Афеевых.

Пепельноволосая нахмурилась.

— Скау-Афеева. Не звучит.

Я оттолкнулся ногой от бортика бассейна, направляя своё тело в обратном направлении и глянул на неё.

— Просто Афеева, без Скау. Чтобы люди не путались.

Её глаза моментально полыхнули яростью.

— На такое я не соглашусь!

Измайлов снова фыркнул, но уже не так уверенно. А я покосился в сторону костров, прикидывая сможет ли Сандал принести бокал вина и не разлить тот по дороге. Ястреб, который был занят остатками клубники, возмущённо заметил, что он вообще-то не официант и раз я так хочу вина, могу послать кого-то из смертных.

Я же проплыл ещё пару метров, оказавшись рядом с Илвой. Поднял на неё глаза.

— Так тебе пока никто и не предлагает. Если предложу, обсудим.

Та аж задохнулась от ярости, а мимо пролетел Жорик, который охотился за каким-то жуком — видимо решил попробовать на вкус и насекомых.

Пока скандинавка раздумывала над тем, что ответить, со стороны усадьбы показались последовательницы. Сначала я увидел, как замер Ульрих, чьи глаза полезли на лоб. Потом застыл и Орлов, совершенно забыв, что переворачивал свои мини-клинки с мясом.

Следом восхищённо цокнул языком Измайлов, который держась за бортик, высунул наружу свою голову. Столь единодушное проявление внимания не оставляло выбора — я тоже изменил позицию, чтобы оценить внешний вид дев.

Что сказать? Задумка у Кристины, оказалась весьма недурственной. Все трое были в корсетах. С одной стороны, нижнее бельё, которое выгодно выставляло женские выпуклости. Ну а с другой, девушки выбрали модели из плотной ткани, которые не станут прозрачными после контакта с водой.

Первой в бассейн уверенно ухнула Кристина, поднявшая вокруг себя фонтаны брызг. Следом прыгнула и Лера. А последней, смущённо озираясь вокруг, осторожно забралась Ульяна.

Спустя полчаса и пару бокалов вина, Илва убедилась, что никто не планирует устраивать водной оргии и тоже пожелала присоединиться. На что три девы в один голос заявили, что из воды вылезать не станут — мол, пусть иноземка сама подбирает себе бельё. Правда, тут же заспорили, в чью именно спальню её пустить, но к счастью быстро сошлись во мнении — больше всего скандинавка была похожа фигурой на рыжую.

Время до вечера пролетело быстро и незаметно — нам ещё пару раз привозили доставку, которую встречал Ульрих, а когда стемнело, я расцветил пространство над усадьбой яркими звёздами. Настоящее небо было затянуто облаками, поэтому пришлось создать искусственное, развернув его на высоте пары сотен метров.

Когда мы в первый раз выбрались из бассейна, было принято совместное решение его расширить, чем мы и занялись. Сначала я при помощи Сандала убрал землю, сделав вид, что использую мысленное управление силой. Потом Илва притащила массу нового камня и расширила стенки. Ну а следом я вернул внутрь воду, что всё это время висела в воздухе. Плюс, добавил к ней ещё одну партию, которая по объёму даже превышала первую.

Теперь в нашем распоряжении оказался прямоугольник, как минимум двадцать на тридцать метров, заполненный водой. Края, правда были не совсем ровные и выглядели оплавленными, как после извержения вулкана, но это никого не смущало. Да и выглядело красиво.

Собственно, бассейн и стал нашим основным местом времяпровождения — оттуда мы не вылезали до самой ночи. Корсеты девушек к тому моменту изрядно размокли и порой открывали весьма пикантные виды, что заставляло Измайлова то таращиться на них во все глаза, то наоборот прятать взгляд. Оно и понятно — с одной стороны, юноша скучал по Софье, а с другой — при виде обнажённых частей женского тела, рефлексы брали своё. Тем более, сейчас он не подглядывал, а лишь рассматривал купальщиц, которые вместе с ним и отдыхали.

Сандал сожрал вторую партию привезённой клубники, а Мьёльнир каким-то образом умудрился поглотить целый ящик пирожных, который ему заказала Кристина.

Опасения по поводу того, что Ореховы рискнут снова атаковать, как только наступит полночь, не подтвердились. Тем не менее, когда время перевалило за два часа ночи, я решил, что пора спать. Все уже устали и сейчас больше молчали — наслаждаясь спокойствием и видом горящих над головами звёзд. Но завтра нас ждал новый день. Который не обещал быть лёгким.

Не сказать, что всех обрадовала команда отправляться по кроватям. Но своё недовольство выразил только Измайлов. Да и то настолько тихо, что ему никто не ответил.

Когда оказались в прихожей, кто-то щёлкнул выключателем и помещение наполнилось девичьим визгом, а потом лампочки погасли. Сами же девушки моментально метнулись к лестнице. То, что ещё минуту назад было приемлемым при блеске костров и в бассейне, оказалось совсем неподходящим сейчас, под ярким светом ламп.

Перед тем, как улечься, я на всякий случай проверил Асуку, которая больше не угрожала, а почему-то задумчиво сверлила меня взглядом. После чего наконец рухнул в постель — день прошёл отлично, но смертная оболочка всё же успела устать.

Впрочем, сразу я ей отключиться не дал. Ещё полчаса поработал со своей энергетической структурой, параллельно осматривая окрестности при помощи Сандала. И только потом закрыл глаза, почти сразу провалившись в сон.

Проснулся я от настойчивого голоса в голове и сработавшей сигнальной линии, что упорно долбилась в мой разум — вчера я использовал самый простой способ оповещения, забыв изменить его вечером. Поморщившись от громких воплей Сандала, уселся в кровати и поинтересовался, что происходит.

Предположение об Ореховых или делегации Абэ, не подтвердились. Хотя гости к нам и правда прибыли. На выезде из леса стояла небольшая колонна из пяти внедорожников, вокруг которых рассредоточилось полтора десятка Одарённых. А вперёд вышла хмурая блондинка с мрачным лицом и богато украшенным мечом на поясе. Подняв руку, коснулась барьера, которым я вчера вечером окружил ближнюю территорию усадьбы и сделав шаг назад, задумалась.

Хмыкнув, я потянулся за штанами и обратился к ястребу.

— Пока никого не трогай. Сначала выясню, кто это такие и что им тут нужно.

Перед тем, как покинуть здание, я разбудил Леру, дав команду поднять остальных и оповестив о том, что у нас гости. Правда, судя по тому, как встрепенулась девушка, увидев меня в своей комнате и каким разочарованным взглядом провожала, целью визита ей изначально привиделось нечто совсем иное. Да и направление мыслей, которое я зафиксировал благодаря оттиску сознания в голове жрицы, было весьма горячим и однозначным.

Задачу, она впрочем выполнила. В момент, когда я подходил к барьеру, около которого застыла группа гостей, все члены свиты уже пробудились и были на ногах.

Остановившись со своей стороны щита, окинул прибывших взглядом. Одарённая, что их возглавляла, была сильна. Где-то на половине пути между Мастером и Великим Мастером. Вот её сопровождение оказалось куда слабее — на общем фоне выделялась только пара Окольничих.

— Я прибыла, чтобы забрать твою пленницу. Отдай её немедленно и избежишь проблем.

Герб, изображённый на машинах был мне незнаком. Точно не Долгорукие.И не Абэ. Да и азиатов, среди явившихся смертных, не было. Может японцы кого-то наняли?

— Если ты про Асуку, то боюсь у нас возникнет небольшая проблема.

Блондинка, которая демонстративно достала пилочку для ногтей и принялась обрабатывать один из них, вопросительно нахмурилась.

— Асуку?

Я кивнул.

— Асуку Абэ. Я не готов отдать её без обсуждения всех условий и договорённости о выкупе.

На самом деле, я вовсе не был готов освобождать японку, независимо от предложенных условий. Она не входила в мою свиту, но невольно стала последовательницей. Пусть, в её случае, и критично настроенной по отношению к божеству. Как выйти из этой ситуации, я пока не придумал. Варианты были, но ни один из них, меня полностью не устраивал.

Впрочем, судя по тому, как удивилась смертная, речь шла совсем не про азиатку. Блондинка шагнула ближе к барьеру и растянула губы в усмешке.

— Это такой необычный способ самоубийства? Только полный психопат станет держать среди своих пленников Абэ.

На опушке леса показался Жорик, нанизавший на клинок тушку зайца и радостно отрывающий от неё куски мяса. Заметив меня, на момент остановился, а потом отбросил добычу в сторону и спрятал окровавленную конечность за спину. Видимо не учёл того факта, что его всё равно выдавали потёки на морде.

Сопровождение смертной слегка напряглось, рассматривая конструкта. Тот в ответ присмотрелся к ним, а потом взмахнул одним из клинков и вопросительно глянул на меня.

Девушка тоже оглянулась на опушку леса, а я со вздохом озвучил команду.

— Жорик, нельзя. Не ешь людей, пока я с ними говорю.

Тот возмущённо взмахнул всеми четырьмя конечностями, забыв, что только что прятал одну из них и зашагал к барьеру. Смертная проводила его заинтересованным взглядом.

— Неплохая работа. Многие дорого заплатили бы за подобного конструкта.

Учитывая, что вчера вечером я провёл ещё один этап изменений Жорика, влив в него немного божественной силы, реакция была понятна. Сейчас тот выглядел, как создание высококлассного некроманта, на укрепление которого потратили массу энергии и времени. Собственно, потому и напряглась её охрана — теперь разобраться с питомцем Леры было весьма непросто.

А как только что выяснилось, он ещё и расширил границы своей собственной автономии, спокойно отправившись на охоту в лес. То ли старые инструкции вчера прекратили своё действие, то ли Лера вечером отдала какой-то новый приказ, что заменил предыдущий.

Покосившись на конструкта, который уже скрылся между деревьями сада, я вернул внимание на блондинку.

— Раз ты не за Абэ, то о ком речь? И кто ты вообще такая?

Вот теперь в её глазах проскользнула искорки холодного пламени.

— Анна Мориан. У меня контракт со Скау. На транспортировку Илвы Скау до указанного места.

Её ярость была буквально ощутима в физическом плане — казалось ещё чуть и девушка пустит в ход силу. А вообще, ход Долгоруких был интересным. Не отправлять своих собственных людей, а использовать один из скандинавских родов, ещё и заключив с ними договор от чужого имени. Ловко придумано. Локи бы одобрил.

— Боюсь, она с тобой не поедет.

Мгновение та пристально смотрела на меня. Потом цокнула языком.

— Решил, что раз тебе повезло в Пробое, то теперь тебя никто не тронет? Возомнил себя героем всей империи? Если понадобится, я раздавлю тебя, как мелкого таракана. Либо ты прямо сейчас приведёшь ко мне эту тупую суку, либо твой род снова лишится главы. Только на этот раз восстанавливать его уже будет некому.

Я небрежно усмехнулся.

— Собралась напасть на меня рядом с усадьбой? Ты вообще в курсе, чем знамениты Афеевы и почему нас так опасались?

Та быстро глянула на дом за моей спиной и сжала губы.

— Каждый родовой алтарь, это мощный накопитель энергии. Но даже рядом с ним, я легко порву тебя на куски, мальчишка.

Вот это она зря. До этого момента, Сандал как-то сдерживался. Вернее, несколько раз пробовал спикировать вниз, но я каждый раз его останавливал. В этот же раз отзывать спутника не стал. Только немного скорректировал цели его удара.

Звонко лопнуло боковое стекло одного из автомобилей и охрана патрицианки завертела головами, в поисках источника угрозы. Обратилось осколками второе. Следом третье.

Пока они настойчиво высматривали врага, ястреб молнией промчался по ним самим, забирая артефакты и боеприпасы с гранатами. Первым это заметил кряжистый Одарённый в ранге Тысячника, который стоял метрах в семи за спиной Анны, держа в руках меч.

— Госпожа. Наши артефакты…

Та с недовольным видом повернулась к своим бойцам, которые уже вовсю охлопывали свою экипировку. Когда снова повернулась ко мне, во взгляде была чистая ярость.

— Может ты и способен на фокусы, но меня таким не победить. У тебя двадцать четыре часа, чтобы вернуть мне Илву Скау. Если этого не произойдёт, я сочту возможным использование любых методов для выполнения договора с родом Скау.

Я с деланным разочарованием вздохнул.

— Давай сделаем проще. Поединок прямо здесь и сейчас. Выиграешь — отдаю тебе Илву. Проиграешь — проваливаешь отсюда.

Мгновение та смотрела на меня с вполне искренним недоумением. Потом издала короткий смешок.

— Ты ещё и тупой? Попался же мне кусок идиотского дерьма на дороге. Поучи законы собственной империи, мелкий. А потом дерзи старшим.

Развернувшись на месте, зашагала к первой машине. Зря она так. Никто не может безнаказанно оскорблять Меркурия. Убивать, я её конечно не стану. Пока не за что. Но и спускать подобное с рук, не собирался.

Одна команда Сандалу и ястреб устремился вниз. На всякий случай, я влил в него побольше божественной мощи и приготовился к потенциальным последствиям. Но спутник спокойно преодолел кольчугу противницы, не встретив почти никакого сопротивления. Значит, с Хранителями или Чернокровыми она скорее всего не связана. Дополнительный довод в пользу того, чтобы сохранить смертной жизнь. Впрочем, наказать за дерзость её всё равно следовало.

Сначала Сандал позаимствовал у неё бумажник. Потом изъял десяток небольших камней, что были вшиты в ремень. Какая-то ударная артефакторная система. К защите она не имела никакого отношения, так что пропажи девушка не заметила.

Зато отлично почувствовала, когда у неё пропало нижнее бельё. И верхняя, и нижняя его части. Застыв около автомобиля, поражённо оглянулась назад и я приветливо помахал рукой.

— До встречи через двадцать четыре часа. Буду ждать.

Рядом с Одарённой замелькали языки белого пламени. Проявление её Дара. Стоит признать, весьма мощного и необычного — огонь, которым управляла смертная, мог состаривать объекты. Почти идеальное оружие — если против чего-то иного можно отыскать защиту, то со временем способны бороться немногие. По крайней мере, когда оно течёт с тысячекратным ускорением. Впрочем, раз у блондинки не было собственного королевства и она выступала в качестве наёмницы, какой-то способ защиты от подобных атак, смертные разработали.

Ближайшие охранники опасливо отодвинулись, а сама девушка, какое-то время постояв, уселась в машину. Когда внедорожник начал разворачиваться и объехав остальные автомобили, занял место во главе колонны, Сандал прицепил крохотные розовые трусики на его бампер, надёжно их закрепив. Не думаю, что почти невесомый предмет белья окажется способен вырваться из тисков расплавленного металла.

А бюстгальтер он таким же образом зафиксировал на задней части отъезжающей машины. Шутка, возможно не самая лучшая, но учитывая самомнение этой смертной, точно должна ударить по её нервной системе.

Довольный собой ястреб отправился провожать колонну до выезда на тракт, а я зашагал к дому. Ещё один противник. Как-то их больно много становится. И пожалуй пора закончить хотя бы с теми, кто под самым боком.

Стоило оказаться в прихожей, как на мне сразу же скрестились вопросительные взгляды всех соратников, что сейчас здесь собрались. Остановившись, коротко объяснил ситуацию.

— Некая Анна Мориан. Хочет забрать Илву и угрожает действовать силой, если через двадцать четыре часа мы её не выдадим.

Сама скандинавка прикусила губу, смотря на меня со смесью сомнения и страха. Ульрих тихо хмыкнул. Все остальные отреагировали, как и положено — спокойно ждали продолжения. Я же принялся раздавать указания.

— Семён, на тебе набор бойцов. Желательно, чтобы какая-то группа была готова уже к вечеру. Дополнительно включи в бюджет палатки. Казармы пока не готовы, так что жить им придётся в полевых условиях. Только выбери что-то на самом деле приличное. Ульрих — ты остаёшься здесь и отвечаешь за оборону усадьбы. Лера — строительство и финансовые вопросы. Поторопи с казармой. Михаил, Кристина, Илва — вы идёте со мной. Ульяна тренируется. Вопросы?

Все чуть озадаченно переглянулись, а потом послышался голос пепельноволосой патрицианки.

— С тобой, это куда?

Я продемонстрировал ей довольную усмешку.

— Крепость одна рядом есть. Запрет на войну родов уже не действует и мне думается, самое время с ней разобраться.

Та вопросительно изогнула бровь, а в стороне оживился Измайлов.

— Ты про Ореховых? Так у них там твердыня целая. Её сколько раз взять пытались, только зубы себе пообламывали.

Я сместил взгляд на юношу.

— Значит сегодня ты увидишь, как рушатся одни легенды и создаются другие. Всё. Завтрак, а потом приступайте к делам.

Ещё секунду они всё же постояли на месте — уверен, у членов свиты было немало вопросов по поводу выбора сопровождающих для броска к родовой крепости Ореховых. На самом же деле всё было просто — я хотел продемонстрировать им свои возможности, а заодно посмотреть, как оба поведут себя в боевой обстановке. Ну а Кристину прихватил для тренировки боевых граней её Дара и проведения одного эксперимента, о котором я уже давно думал.

Когда я поднялся в гостиную второго этажа, туда залетел Сандал, усевшийся на спинку одного из кресел. Скосив на меня глаз, безапелляционно заявил.

— Смерр-р-ртную надо казнить!

Глянув на него, усмехнулся.

— Или привлечь на свою сторону. Либо натравить на врагов. Как вариант, использовать в качестве примера позора для всей империи. Убийство, это не всегда наилучший способ решения проблемы.

Тот насупился и хлопнул крыльями.

— Я могу спеть ей колыбельную. Про егерр-р-рей! Уйдёт под звуки песни.

Это он серьёзно? Нет, определённая рифма в его строках была. Но если предположить, что человек слышит их в качестве последних слов, то это скорее дополнительная пытка, чем милость.

— Её нельзя трогать. Если вдруг окажется совсем отмороженной, тогда придётся убрать. Пока пусть живёт.

Почувствовав волну недоумения, которая прокатилась со стороны ястреба, со вздохом уселся в кресло и посмотрел на него.

— Ты же сам видел, что происходит в Пробоях. Нам пригодится любой сильный Одарённый, которого потенциально можно использовать. Просто подумай над тем, что рано или поздно, все они станут под мою руку. Включая и текущих врагов.

Тот на самом деле задумался — целых секунд десять молча. Наконец заклекотал и озвучил ответ.

— Оскорр-р-рбления чести смываются крр-р-ровью!

Оторвав взгляд от экрана дарфона, который я успел достать и разблокировать, качнул головой.

— Она не сказала ни слова о Меркурии, верно? И не пыталась меня убить. А что до чести, то боюсь после того, как ты за неё возьмёшься, о роде Мориан поползёт много нехороших слухов.

Сандал наклонил голову, с интересом смотря на меня. Потом перелетел ближе, устроившись на столешнице.

— Карр-р-ртина!

Я вопросительно приподнял брови.

— Что картина?

Тот яростно клекотнул, намекая на то, что я прекрасно понимаю о чём идёт речь.

— Моя карр-р-ртина! Пусть её прр-р-ривезут!

Откинувшись на спинку кресла, недолго подумал. О том, чтобы перевезти сюда послушниц из Петербурга, я уже думал. Усадьба громадная и за ней нужно присматривать. Члены свиты мне пригодятся для гораздо более важных задач, а набирать прислугу из чужих людей, я был не готов.

Я бы и гвардейцев не брал, но тут выбора не оставалось — либо так, либо рассчитывать только на крохотный отряд Одарённых, которого не хватит, чтобы выполнять все задачи. Количественно, по крайней мере, точно.

— Когда буду перевозить сюда остальных из столицы, поручу им взять полотно с собой.

Теперь он снова всплеснул крыльями, но на этот раз уже чуть по-иному. Наверное, это странно, когда ты улавливаешь с каким настроем птица хлопает крыльями — радостным или возмущённым.

— Я не птица! Сандал — дрр-р-ракон!

Кивнув ему, покосился в сторону дверного проёма — по лестнице поднималась Илва, которой точно не стоило наблюдать за нашим диалогом. Спутник тоже обнаружил её приближение и немедленно умчался в окно.

Скандинавка заявилась с вполне предсказуемым предложением — хотела сдаться, чтобы не подставлять меня под удар. Минут десять рассказывала, как опасен род Мориан и сколько стоят их услуги в качестве наёмников. А прибывшую девушку вовсе назвала юным гением этой скандинавской фамилии. Мол, ей всего двадцать пять, а уже достигла высокого ранга и считалась одной из самых опасных Одарённых континента.

Правда, на вопрос о том, почему при таком раскладе, Мориан берутся за наёмнические контракты, а не обкладывают данью другие рода, принуждая их к вассалитету, Скау только пожала плечами.

Бельский по этому поводу тоже ничего интересного сказать не смог. После того, как у адвоката прошёл первый шок от упоминания их фамилии, он по сути продублировал ту информацию, которую уже выложила Илва. С той лишь разницей, что в конце поинтересовался, как я собираюсь выживать? Даже предложил вариант — если мне понадобится, найти покупателя на все земли и имущество, после чего выправить мне документы на подданство Испании и улететь в Южную Америку. Мол там, среди колонистов, затеряться будет проще, чем в густонаселённой и заполненной аристократами Европе.

Думаю, юрист и правда желал помочь — с его точки зрения, у Василия Афеева были крайне призрачные шансы выбраться из этой передряги живым. На фоне Долгоруких и Абэ, даже Лецзюнь казались слабыми противниками.

Тем не менее его предложение я отверг, хотя и поблагодарил. Лишь запросил более детальные досье на все интересующие меня рода.

С завтраком мы расправились за считанные минуты — яичница, к которой прилагались привезённые уже под вечер и оставшиеся целыми колбаски, была моментально сметена с тарелок — всё-таки остаток прошлого дня мы больше пили, чем ели. Что закономерно вылилось в дикий утренний голод.

Девушки поначалу пытались сдерживаться. Но глядя, как лихо мужская часть компании расправляется с трапезой, тоже отложили манеры в сторону и набросились на еду.

Десять минут я выделил всем на экипировку и пятнадцать на отдых после приёма пищи. Сам же отправился наверх, собираясь потратить это время на изучение книг. Но около лестницы меня перехватила Лера. Оглянувшись по сторонам, шёпотом спросила.

— А что у нас с деньгами?

Я непонимающе глянул на жрицу. Доступ к родовому счёту я ей открыл сразу после того, как выяснилось, что такая опция вообще существует. И с тех пор туда не заглядывал. Хотя, наверное стоило бы.

— Это скорее к тебе вопрос, разве нет?

Брюнетка смущённо потупилась, на момент отведя взгляд.

— Я не о тех, что сейчас в банке, а про новые. Ты ведь говорил, что будут ещё поступления.

Секунду посмотрев на неё, достал дарфон и открыл окошко связи с банком. Удивлённо приподнял брови.

— Семьсот тысяч?

Брюнетка осторожно кивнула.

— Мебель, уборка сада, ремонт. Почти везде нужны авансы или предоплата. А на некоторые позиции нам уже не хватает. Я потому и спрашиваю.

Мьёльнир, который после вчерашнего обжорства сладким, пребывал в крайне благодушном настроении, тихо пропищал.

— Сс-с-сокровища, это не проблема. Награбим.

Глобально, он был прав. Да и я сам говорил жрице, что по поводу финансов переживать не стоит. А потом отступил в сторону от первоначального плана действий из-за возникновения Рубинового Пробоя.

Лера глянула на каменный браслет, а я улыбнулся.

— Думаю после разгрома Ореховых что-то останется. На доступ к банковским счетам уйдёт какое-то время, но в крепости наверняка окажется немало интересного.

Собирался продолжить подъём по лестнице, но за спиной снова раздался голос жрицы.

— А можно с вами? Я тоже хочу всё увидеть. И принять участие.

Порыв я прекрасно понимал — на её месте, мне хотелось бы оказаться рядом с крепостью во время её взятия. Но там её присутствие ничего не решало. Тогда как здесь, Лера была крайне полезна.

— Ты нужна в усадьбе. Кто ещё будет контролировать финансовые вопросы, когда речь пойдёт о зарпате и премии гвардейцам?

Та недовольно нахмурилась, но заметив на моем лице улыбку, тоже слегка разжала свои губы. Я же уточнил ещё один момент.

— Сообщи в Петербург, что скоро их ждёт переезд сюда. Выбери одну послушницу, которая останется там, а остальные пусть готовятся к поездке на восток.

Из стены вылетел призрачный ястреб, который уселся на перила и я с усмешкой добавил.

— Картину дракона, которая висит в моей спальне, пусть тоже подготовят к транспортировке.

Через минуту я всё же поднялся к себе и на какое-то время погрузился в чтение. А спустя ещё полчаса, шагал по лесу, вместе с остальной троицей бойцов. Правда, в этот раз пришлось воспользоваться трофейным транспортом — одной из армейских машин, которая была брошена около позиций артиллеристов. Если я ещё мог развить нужную скорость и добраться до цели за пару часов, то вот смертные такого не выдержали бы. Даже Кристина.

Когда мы преодолели почти половину пути, Сандал внезапно показал мне группу Одарённых, которые двигались параллельным с нами курсом. Пятеро бойцов, прикрытых искусным пологом невидимости и под завязку укомплектованных артефактами. Что странно — без единого намёка на энергию мёртвых душ, которую норовил использовать каждый сильный воин Ореховых.

Какое-то время я размышлял над ситуацией. Потом дал Измайлову команду остановить автомобиль прямо посреди просеки и выбрался наружу.

Пара секунд и я уже шагал между деревьев, а вперёд умчался сорвавшийся с правой руки Мьёльнир. Полог невидимости был настолько хорош, что маскировал и переговоры пятёрки, которые перемещались компактной группой. А его прорыв Сандалом, даже в его призрачном состоянии, скорее всего был бы замечен.

Вот на камень, который оказался на их пути, они не обратили никакого внимания. Ровно до того момента, как подошва ботинка одного из бойцов оказалась прямо на Мьёльнире и тот осторожно кашлянул.

Одарённые замерли, готовясь к схватке. А мой спутник выбрался из под обуви смертного, который сразу же отдёрнул ногу в сторону и к моему удивлению, принял облик ежа. Правда, почему-то стоящего на задних лапах.

Спутник поднял глаза на окруживших его солдат, которых сейчас прекрасно видел, находясь под пологом вместе с ними. И вежливо поинтересовался.

— Здравсс-с-ствуйте. Кого-то ищете?

Пятёрка Одарённых уставилась на крохотную каменную фигурку с таким видом, как будто перед ними оказалось порождение глубин Бездны. Тот, что стоял ближе всех, изумлённо выдавил из себя.

— Голем? Откуда?

Мьёльнир повернулся к нему и возмущённо пропищал.

— Я ёж! Глупые сс-с-смертные.

Вот это он зря — могут и обратить внимание на оговорку. Если выживут, конечно.

Я неторопливо шёл к месту контакта, а над пологом кружил, готовый в любой момент вмешаться, Сандал. Да и сам Мьёльнир, в случае необходимости, запросто порвал бы эту группу на части. Так что за его безопасность я не опасался. А вот посмотреть на реакцию неизвестных, было интересно.

Сразу трое потянулись к своим артефактам — при помощи спутника я хорошо рассмотрел, как засверкала стянутая внутри сила, готовясь по первому приказу вырваться наружу и обрушиться на цель. Но тот, что выглядел самым спокойным и в то же время, наиболее мрачным из всех, поднял руку в упреждающем жесте. Потом опустился на одной колено, вглядываясь в каменную фигурку.

— Ёж говоришь? А от кого ты тут лес охраняешь, ёж? И зачем с нами заговорил?

Задавая вопрос, Одарённый непрерывно изучал пространство вокруг Мьёльнира, используя мысленное управление силой. Видимо рассчитывал отыскать нить, которая связывала бы его с хозяином. Но само собой не находил — не так просто обнаружить канал, которые соткан из божественной мощи.

— От таких, как вы и охраняю. Что крадутсс-с-ся и думают, что никому не видны. А сс-с-сами, как на ладони.

Командир бросил быстрый взгляд в сторону и сделал непонятный мне жест рукой. Трое его подчинённых переключились на изучение периметра, молча поделив между собой сектора обзора. Четвёртый по-прежнему наблюдал за Мьёльниром, держа наготове артефакты и сформировав ударную печать.

Лидер небольшой группы качнул головой. Понимаю — сложно поверить в то, что крохотная каменная фигурка не имеет канала связи с другим Одарённым. Да ещё и разговаривает. К тому же, он наверняка оценил общий уровень защиты спутника.

— Не знаю, кто меня сейчас слышит на другой стороне, но это операция Третьего отделения. Не советую вмешиваться.

Я даже на момент замедлил шаг. Вот как значит? Третье отделение. Что-то, сдаётся мне, эти смертные не просто посмотреть на меня явились. Ликвидационная группа? Почему тогда их так мало?

Сандал сразу же помчался нарезать круги над лесом, в поисках потенциального подкрепления, а Мьёльнир снова принялся говорить.

— Тебя сс-с-слушают всс-с-се! От ежей до птиц. Зачем вы здесс-с-сь?

Командир группы устало вздохнул. Потёр пальцами лоб и упёр взгляд в крохотную фигурку.

— Ну хватит уже. Мы не студенты, которых можно такими штуками запугать. Или озвучьте, кто вы такие, или убирайтесь за периметр проведения операции.

Я тоже накинул на себя полог невидимости и сформировал воздушную подушку под ногами. После чего вышел в пределы их зоны обзора. Совсем недавно я говорил Сандалу, что не хочу лишней крови и это было чистой правдой. Вместе с тем, я прекрасно понимал, что без смертей не обойтись. И скорее всего их будет немало. Но если вопрос уничтожения Хранителей или Чернокровых, равно как и тех, кто им служит, никакого отторжения у меня не вызывал, то тут ситуация была иной. В конце концов, мало ли что наплели этой группе? Возможно они считали, что собираются убрать чрезвычайно опасную цель, у которой руки по локоть в крови невинных.

Мьёльнир обиженно цокнул языком и пропищал.

— Никакого уважения. И зачем я только сс-с-старался…

Офицер изумлённо хмыкнул. А через секунду выпрямился, как туго сжатая пружина, услышав мой голос.

— Так что за операция? Убить Василия Афеева? Третье отделение теперь занимается и такими вещами? Охотится на студентов?

Они меня не видели и потому нервничали. Сложно оставаться спокойным, когда слышишь чужой голос где-то совсем поблизости, но не можешь зафиксировать цель. А использование силы показывает, что рядом нет никаких возмущений фона и всё чисто.

Первым от изумления оправился их командир. Пустил в дело плетение, которое сняло уже бесполезный полог невидимости и сделал шаг вперёд, настороженно скользя взглядом по окрестностям.

— Кто вы и как нас обнаружили? Повторяю, это операция Третьего отделения и если вы…

Договорить, я ему само собой не позволил. Приблизившись ещё на метр, рявкнул.

— Я задал вопрос. Зачем вы здесь? А сейчас задам второй — хотите ли вы жить? Если да, то предлагаю развернуться и убраться отсюда. Обещаю, что преследовать вас не буду. Вернётесь к себе живыми. Попробуете напасть — умрёте.

Командир их группы ненадолго задумался. У меня даже появилась мысль, что сейчас получится наладить диалог, но вместо этого офицер сделал едва заметное движение пальцами и его бойцы разом выплеснули мощь боевых артефактов, одновременно нанося удары печатями.

Это было не слишком умно. Они не видели меня и не понимали, где я точно нахожусь. Лишь приблизительное направление. В таких условиях нельзя сконцентрироваться на цели. Всё, что возможно — распылить силу атаки, обрушив её на определённую площадь.

Тем не менее, свой выбор они сделали. Мьёльнир свернувшись клубком, взмыл в воздух, уже в полёте обращаясь толстой каменной иглой. И через секунду на земле распласталось пять трупов.

С командой оставить одного в живых для допроса, я слегка опоздал. Но в целом, и так было понятно, кто это. Те самые столичные сотрудники Третьего отделения, которых прислали из-за дела лечебницы. Вот чего я пока никак не мог осознать, так это причины по которой они решили, что для моей ликвидации хватит всего пяти бойцов?

Сандал собрал трофеи, относя их в багажник машины, а я зашагал обратно. Когда мы снова поехали вперёд по просеке, Измайлов осторожно уточнил.

— Кто там был? Я чувствовал выплеск силы.

Покосившись на смертного, я усмехнулся. Вот сейчас и проверим, насколько серьёзно он настроен на изменение своего будущего.

— Сотрудники Третьего отделения. То ли следили, то ли хотели убить. Поговорить не вышло, так что я их прикончил.

Юноша издал тихий смешок. Потом посмотрел на меня и чуть посерьёзнел. А спустя пару секунд вовсе побледнел.

— Не шутишь? Третье отделение, это же…

Я пожал плечами.

— Те самые люди, что выполнили приказ Хранителей и арестовали твоего отца. Разрушили дело вашей семьи. Посадили под домашний арест мать. И как я предполагаю, не раз и не два, нарушили те самые законы, которые должны защищать. Что-то подсказывает, служат они совсем не законам. А многие даже не императору.

Момент помолчав, повернулся к нему.

— Я в чём-то ошибаюсь?

Насупившийся сокурсник Афеева отрицательно махнул головой.

— Так-то прав. Во всём. Но убивать сотрудников Третьего отделения, это… Чревато это, Василий. Раз они пропали, их будут искать. А когда поймут, что те погибли в этом лесу, то сам понимаешь на кого подумают.

Я беззаботно улыбнулся.

— Рули и не думай о таких мелочах. Трупы не найдут. Искажений фона тоже не заметят. Да и кто тебе сказал, что в этот лес их кто-то пустит?

Заметив, как тот удивлённо покосился на меня, добаил.

— После разгрома Ореховых, эти земли станут моими. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Юный патриций бросил взгляд на мощные стволы деревьев, мимо которых мы ехали и задумался. А сзади донёсся голос Илвы.

— Для чего ты нас взял? Что мне делать, когда доберёмся?

Никакого решения вопроса, я ей пока не предложил, но похоже Скау хватило и того факта, что её сходу не отдали Мориан. А ещё впечатлил тот факт, что Ульрих не стал сомневаться в возможности противостоять наёмнице, хотя тот тоже был из Швеции и был в курсе силы этого рода.

— Кристина будет оттачивать свой Дар. А ваша основная задача, наблюдать.

Измайлов покосился на меня с явным недоумением. Да и патрицианка позади задышала в какой-то странной, вопросительной интонации. Наконец уточнила.

— Наблюдать?

Откинувшись на спинку сидения, я усмехнулся.

— Наблюдать. Сама поймёшь, когда увидишь.

Больше она вопросов не задавала, но смысла моего ответа явно не уловила. Я же присматривался к картинке, которую передавал Сандал. Ореховы восстановили работу оборонительных рубежей — тот участок, что ястреб разгромил в прошлый раз, снова работал. Щиты, естественно, тоже оставались на своих местах.

Солдат внутри, даже прибавилось. Похоже, воспользовались ситуацией и вчера стянули сюда все отряды, что находились поблизости. Даже немного жаль — слишком многим сегодня придётся погибнуть. С другой стороны, они сами выбрали службу именно этому роду. Да и как всегда говорил Марс — нельзя победить в войне, если начнёшь жалеть каждого убитого врага.

Машину мы оставили в трёх километрах от крепостных стен, двинувшись дальше под пологом невидимости. Им же я прикрывал и сам транспорт, всю вторую половину пути. Пусть Сандал не обнаружил ни одного спрятанного в лесу наблюдателя и ни одной взятой под контроль птицы, лучше было проявить осторожность.

Не знаю, почему они решили убрать все свои «сигнальные линии». Возможно подумали, что если сосредоточиться на защите крепости, это их спасёт. Наивно. Но отчасти логично. Если не знать, что за это время моя сила выросла втрое и сейчас их оборонительные рубежи уже не выглядят настолько серьёзной преградой.

Я остановился на опушке леса, за которой начиналось вырубленное пространство. Ещё раз осмотрел крепость сверху, глазами Сандала. Подумал. И распахнув канал подпитки спутника, бросил его вниз. Прямо на купол, который прикрывал саму крепость.

Внутри было спокойствие. Отстранённость. Ореховы стали причиной гибели множества обычных людей. А ещё пытались убить меня. Меркурия. Дважды. За такое приходится платить. И как правило, оплату римские боги взимали жизнями.

Ястреб врезался в мощный купол, который накрывал собой всю крепость и в этот раз без особых усилий пробил его насквозь. Хотя и незаметным не остался — внутреннее пространство моментально огласил сигнал тревоги. Засверкали цепочки активируемых артефактов, забегали готовящиеся к бою солдаты.

Вздохнув, я отдал ещё одну команду и вперёд устремился Мьёльнир. А крепостной двор огласил звучный, прокатившийся мощными волнами, голос.

— Шли по лесу егерр-р-ря!

Пара бегущих бойцов застыла на месте, судорожно оглядываясь. Остальные наоборот ускорились, стараясь добраться до укрытия. Но сегодня ястреба не интересовали одиночные цели. Вместо этого он обрушился на один из корпусов, пробив защиту его стен и оказался внутри. После чего изъял приличный кусок каменной кладки. Следом за ним второй. Третий.

Генерируемая «искрой» божественная мощь хлестала потоком, вливаясь в спутника, а тот двигался со скоростью преследующей добычу Дианы, стремительно разрушая стену.

Прошивший защиту Мьёльнир прицепился к другому зданию и сразу же потянулся к защитным артефактам, выкачивая из них энергию.

Закончили они практически одновременно — оба здания со скрежетом осели вниз и развалились, засыпая обломками двор. Рядом сдавленно ахнула Илва. Застыл с открытым ртом Измайлов. А Кристина уткнулась в меня вопросительным взглядом. Рыжая тоже была впечатлена действиями спутников, но и мои слова о тренировке граней Дара тоже хорошо помнила.

— Бей электричеством по щиту первого рубежа. Постарайся пробить его.

Задача была нереализуемой — настолько мощный барьер, послушница сейчас преодолеть никак не могла. Но она об этом не знала. А значит будет стараться и выкладываться по полной. В чём ей помогут условия вполне реального боя. Когда рядом разваливается на куски чья-то родовая крепость и полыхают вспышки используемых плетений, адреналина в крови неминуемо станет больше.

Я ощутил всплеск силы и по щиту первого рубежа, что находился в полусотне метров от нас, заплясали искорки разрядов. Около сотни. Неплохое начало.

Естественно атаку зафиксировали и сразу же нанесли ответный. Но выставленный мной щит, пробить не смогли.

Полог невидимости я сбросил — сейчас он был уже ни к чему. А спутники обрушили ещё два корпуса. Осталось шесть зданий, после чего можно будет приниматься за башню.

Стоило мне об этом подумать, как цитадель окуталась всполохами силы. И в следующую секунду всё внутреннее пространство крепости залил чёрный туман.

Энергия убитых и замученных душ. Ореховы использовали не только эманации обычной боли. Эти выродки Апата давали людям надежду. Обещали спасение. А потом продолжали пытать и мучать, без всякой жалости обрывая их посмертное существование.

Я хорошо чувствовал ярость обоих спутников. А сам вынужденно ухватился за дерево. Слишком мерзко. Настолько, что смертная оболочка едва не валилась с ног из-за подобного наплыва чужой боли и эмоций.

Перед глазами возникло встревоженное лицо Кристины.

— Всё хорошо? — слегка растерянно уточнила она.

— Плохо. Но скоро все понесут наказание, — с трудом разжав губы, выдал я ответ.

Рыжеволосая слегка нахмурилась, видимо не поняв до конца. А я уже отдавал команды спутникам.

Оба устремились к цитадели. Её я хотел оставить напоследок, ударив лишь после того, как будут уничтожены иные наземные укрепления. Но видимо придётся заняться вопросом прямо сейчас.

Ястреб обрушился на окружающий башню барьер, притягивая к себе его энергию и заставляя сконцентрироваться на определённой точке. А следом в щит врезался Мьёльнир. Сжавшийся до размеров тонкой иглы из спресованной каменной плоти, внутри которой был колоссальный объём божественной силы.

Живой камень пронзил защиту и впился в кладку башни. Погрузился в неё. Слился с камнями вокруг. И потянулся к артефактам.

Это оказалось неожиданно сложно. Настолько, что мне пришлось прикрыть глаза, полность сосредоточившись на процессе. Сейчас с артефакторной системой защиты работал не только сам спутник. Моё сознание тоже было где-то там. Среди мощных накопителей, в которых хватило бы энергии, чтобы выжечь городской квартал, хитрых плетений защиты и множества ловушек, направленных против хитрецов, что попытаются провернуть такой же фокус, как и мы сейчас.

Казалось, процесс никогда не закончится и я буду целую вечность погружён в эту борьбу, одну за другой проходя линии вражеской защиты, лишь для того, чтобы столкнуться с новыми.

Но в какой-то момент всё закончилось. В голове зазвучал торжествующий писк Мьёльнира, которому вторил ликующий рёв Сандала. А впереди, с грохотом оседала высокая круглая башня, чья кладка прямо на глазах обращалась в пыль.

Поняв, что сейчас произойдёт, я отдал команду и оба спутника устремились назад. Я же усилил щит. Сорвал полог со своей «искры» и по полной задействовал божественную энергию. По сути, сформировав барьер только из неё.

Что-то спросила Илва. Удивлённо вскрикнул Измайлов. Я не слушал, смотря на приближающихся спутников. Вот рядом затормозил в воздухе ястреб, а следом вокруг правого запястья обвился Мьёльнир. Успели.

Ещё через мгновение впереди ухнуло. Волна злой и яростной, разрушительной силы, покатились по окрестностям. Её источником служило основание той самой цитадели. Точнее — то, что Ореховы спрятали под поверхностью. Я принял это за очередной уровень защиты и в целом он именно так и выглядел. С той лишь разницей, что его преодоление запускало очень примитивный и в то же время очень сложный механизм. Тот самый, что вывел на поверхность эту безумную бушующую силу, которая сейчас уничтожала всё вокруг.

Мой барьер сдержал натиск. Пришлось щедро подпитать его божественной мощью, но главным было то, что он успешно простоял все те долгие секунды, что мы находились посреди ревущей Бездны.

Наконец темнота схлынула. Потоки ревущей энергии рассеялись. Хотя, свой след они оставили. И он был не только в снесённых стенах и изломанных стволах деревьев. Ещё долго на эту землю не ступят обычные смертные. Да и расти тут тоже вряд-ли что-то будет.

Я разжал крепко стиснутые зубы и отправил Сандала на разведку. Потом окинул взглядом своих спутников. Кристина выглядела бледно, но вполне уверенно — девушка даже обнажила меч, как будто это могло чем-то помочь в противостоянии с подобной стихией.

Илва смотрела на меня с таким видом, как будто обнаружила перед собой короля Швеции. Или, как минимум, наследника престола. А вот на лице Измайлова отражалась целая гамма эмоций — непонимание, изумление, страх и как это ни странно, толика злости.

Ястреб показал вид сверху. Никого. Сметённые и разрушенные укрепления, изувеченные трупы солдат. Тот, кто готовил схему этого удара, не предполагал, что кто-то из гарнизона выживет. Вернее, ему было просто на это плевать. Раз цитадель пала, значит враг добрался до хозяев крепости. И если кто-то из их солдат, при таком раскладе, смог сохранить свою жизнь, значит он плохо выполнял свою задачу.

Все артефакты были выжжены или опустошены. Никаких щитов и ловушек. Ястреб проверил и подземные ярусы, пролетев между перекрытиями. На то, чтобы изучить всё в деталях, ему требовалось время, но общая картина была понятна — перекрытия обрушились, а бушуюшая энергия ударила не только в стороны, но и вниз. Добравшись до основания фундамента крепости.

— Идём. Посмотрим на то, что осталось.

Что интересно, сейчас эти трое сошлись во мнениях — разом глянули на меня, как на опасного психопата.

Первой свои сомнения озвучила Кристина.

— Ты разве не чувствуешь? Там же…

Криво усмехнувшись, я кивнул.

— Чувствую. И обеспечу защиту.

Рядом зазвучал чуть дрожащий голос Илвы.

— Кто ты? Откуда… Какого ранга? Что это за Дар?

Я повернулся к девушке, а держащийся за ствол дерева Измайлов, улыбнулся, демонстрируя первые признаки истерики.

— Бастард императора он. Не иначе. Или князя. А может сбежавший наследник короля. Франкского например. Как под таким можно выжить? Как? Ты это чувствовал? Что это вообще было? Это же…

Он махнул рукой и уставился на меня блестящими глазами, от которых вниз по щекам катились дорожки слёз. Большую часть боли и отчаяния, что пробились через барьер, я принял на себя. Но им тоже крепко досталось. Удивительно, что никто не катался с рыданиями по земле.

Я тряхнул головой, стараясь вернуться в чувство. Этот удар повлиял и на меня. Заставил включить внутреннюю эмоциональную защиту. Отрешиться от бренности мира и пропустить чужую боль через себя. Полностью этого сделать не вышло — не зря же пальцы левой руки дрожали, как у сатира, что не делал ни единого перерыва за последние десять лет. Но сейчас пора было вернуть эмоции на их законное место. Ни к чему пугать и так серьёзно потрёпанных смертных.

— Вы получите объяснения. Позже. А пока предлагаю посмотреть на остатки цитадели своими глазами.

На самом деле, мне хотелось удостовериться в гибели графа. Я хорошо помнил, как выглядела энергетическая структура его сына. И был уверен, что смогу отыскать следы разрушения чего-то схожего. Да и родовой перстень, скорее всего уцелел. Основная проблема была в безумно искажённом энергетическом фоне — провести поиск прямо отсюда не вышло бы. А вот, стоя внутри крепостного двора, наверняка получится. Хотя, какой это двор, если он больше не окружён стенами?

Сандал доложил, что обнаружил золото. А с ним драгоценности и даже наличные банкноты. В одном из залов на нижних ярусах.

Новость была неплохой. Очистить какое-то количество драгоценного металла, я смогу, пусть и не сразу. И это полностью решит наши финансовые проблемы. Но какой-то сильной радости, известие всё равно не вызывало — разум был слишком иссушён чужими страданиями, что ему пришлось через себя пропустить.

Вот спутники отошли куда быстрее. Мьёльнир даже попытался отвлечь меня вопросом о том, не заслужил ли он теперь два торта от Кристины. Но быстро замолк, одёрнутый Сандалом.

Я же прикрыл щитами смертных и сейчас уверенно шагал вперёд, ведя их за собой. Барьеры Измайлова и Скау получились заметно слабее, но путь в крепость и из неё, выдержать были должны. Оставлять их там, где раньше была опушка леса, мне не хотелось. Не было уверенности, что сюрпризы этого места закончились. А если они попадут под новый удар без меня, то точно его не переживут. Даже, если тот окажется в десятки раз слабее.

Добравшись до места, которое ещё недавно было крепостным двором, я прошёлся взглядом по руинам. Глянул на громадную дыру, что зияла на месте башни. Проделал ногой канавку в пыли, которая толстым слоем покрыла всё вокруг. Прямо как после извержения вулкана.

Использовать поисковые плетения в подобном месте не хотелось. Но другого способа удостовериться в гибели графа я не видел. Поэтому собрался и принялся за дело.

Результат был получен спустя всего десять секунд. Но совсем не тот, который ожидался. В тридцати метрах от меня, из слоя пыли внезапно поднялась человеческая фигура. Мужчина. На вид лет пятидесяти. Грязный, как вынырнувший из сажи камина германский карлик. Но живой. С родовым перстнем на правой руке.

Смертный отряхнулся. Откашлялся. И вытащив из ножен меч, уставился на меня чёрными провалами глаз. Яростно прошипел.

— Да кто ты, ради всех Древних, такой?

Глава рода Ореховых должен был быть мёртв. Смертный никак не мог выдержать натиск подобной мощи. Это бы означало, что он располагает силой, близкой по своему уровню к моей.

Поэтому, в первый момент я изрядно удивился. А потом присмотрелся к нему внимательнее, старательно приглядываясь к тому, что можно было разглядеть под выставленными щитами.

Признаю — люди всё ещё могли меня удивлять. В своём стремлении к могуществу, они оказывались готовы практически на всё. Например, на такой неоднозначный шаг, как полная замена своей плоти и большей части костей скелета. Хотя, почему части? По-моему, он поменял абсолютно всё. От старого графа остался только головной мозг, да отдельные участки нервной системы.

— Бастард императора? Скрываемый княжич? Или тебя послали Хранители? Разыграли хитрую комбинацию, чтобы уничтожить меня ударом в спину?

Сандал рвался в бой, желая немедленно уничтожить оболочку смертного, пропитанную болью и мучениями уничтоженных человеческих душ. Спутник даже начал движение к его черепу — пришлось использовать божественную силу, чтобы остановить стремительный рывок. Этот мужчина всё ещё мог рассказать нечто интересное. Особенно сейчас, когда его разум пребывал в состоянии полного шока.

Я показательно обвёл взглядом руины крепости.

— Думаешь, хитрая комбинация выглядит именно так?

Патриций скривил грязное лицо в усмешке.

— Тебе виднее, щенок. Кто ты? Зачем напал на меня?

Я почувствовал, как Скау потянулась к камням вокруг. От каждого из них фонило ужасом и болью, но Дар скандинавки всё равно должен был сработать. Кристина и Измайлов, если судить по токам силы, тоже готовились к схватке. Храбро, но не слишком умно. Должны ведь понимать, что смертный, выживший в эпицентре подобной катастрофы, по сравнению с ними, должен быть запредельно силён.

— Наглосс-с-сть! Сс-с-сжечь и развеять!

Тонкий голос Мьёльнира, заставил на мгновение усмехнуться. Интересно, откуда он взял вторую фразу? Раньше я от него ничего подобного не слышал.

Впрочем, он был полностью прав — Орехов похоже забыл, с чего всё началось.

— Ты захватил мою родовую усадьбу. Подкупил генерал-губернатора. Пытался завладеть алтарём. Действительно считаешь, что это я на тебя напал?

Смертный хмыкнул, внимательно рассматривая меня. Ненадолго задумался. Потом решительно тряхнул головой.

— Не бывает так. Чтобы из ниоткуда вылез вшивый пацан, который вдруг стал главой рода и начал уничтожать вековые крепости. Да у тебя браслет всего лишь синий! Куда тебе до нашей защиты?

Я машинально скосил глаза на левую руку. Кусочек хрусталя на браслете Защитника и правда светился синим. Уверенный пятый класс. После массы спрессованных событий в Пробое, я как-то и забыл о том, что вообще ношу этот артефакт.

Вернув взгляд на графа, пожал плечами.

— Тем не менее, твоя цитадель уничтожена. А ты сам готовишься принять последний в своей жизни бой. Может расскажешь мне о Хранителях? Кто ими управляет? Кому я могу задать пару вопросов? Обещаю, что в таком случае твоя смерть будет лёгкой.

Смертный скривился в нервной усмешке.

— Смерть, есть смерть, сын кобылы. Для начала, тебе предстоит одолеть меня в честном бою. Считаешь, это будет просто?

Заклетокал от ярости Сандала и что-то тихо буркнула Кристина. Я же разжал губы в усмешке.

— А ты считаешь, что раз пересобрал своё тело заново, то стал неуязвим? Ответь мне на вопросы и умрёшь быстро.

Секунду тот помолчал. Потом слегка изменившимся тоном поинтересовался.

— Может договоримся? У меня есть деньги, акции, земля в конце концов. Отдам половину, если сейчас разойдёмся миром.

Он не просто старался держать голос уверенным — у него это получалось. Патриций озвучил предложение таким тоном, как будто вёл обычные деловые переговоры, а не стоял на руинах собственной крепости.

Я снова изобразил на своём лице улыбку.

— Это всё и так моё. Законная добыча по праву победителя. Но ты всё ещё можешь поделиться информацией о Хранителях.

Теперь смертный тоже деланно усмехнулся.

— Не все мои дети были в крепости. И у Ореховых есть союзники, о которых ты даже не подозреваешь. Эту землю ты может и подомнёшь, но вот всё остальное тебе так просто не отдадут. А если договоримся, гарантированно получишь половину.

Он цеплялся за жизнь, как мог и даже в таком положении пытался нащупать линию ведения переговоров, которая позволила бы выжить. Поразительная мощность инстинкта самосохранения.

Впрочем, уже через секунду я изменил свою точку зрения — граф ударил тремя серыми оттисками, которые бурлили от влитой в них мощи. Хотел воспользоваться эффектом неожиданности, чтобы пробить мою защиту.

В плетениях, из которых он составил печати, я не разобрался. Но энергии он влил в них немало. Будь на моём месте любой иной Одарённый, пусть даже высокого ранга, ему бы пришлось тяжело. Особенно, если раньше он не сталкивался ни с чем подобным.

Имелась только одна проблема — он атаковал Меркурия. А на фоне той мощи, что выплеснула защитная система крепости, его оттиски казались детскими игрушками.

Я встретил их ударами божественной силы. Даже не дожидаясь, пока печати коснутся моего щита. А потом бросился вперёд, на ходу обнажая клинок.

Через мгновение, сталь зазвенела о сталь, а окрестности озарили отблески вспышки — столкновения наполненных энергией клинков вызывали всполохи пламени.

Каждый из спутников рвался помочь и уничтожить его. Но я хотел одержать верх в обычном бою. Без печатей, прямого использования божественной силы и посторонней помощи. Пусть последняя и исходила бы от тех, кто по сути, являлся частью меня самого.

Граф вполне предсказуемо принял это за слабость. Скорее всего решил, что я истощён и не могу противопоставить ему ничего кроме глухой защиты от его собственных печатей. Это настолько приободрило смертного, что тот выкладывался по полной, снова и снова обрушиваясь на меня с филигранно выверенными атаками.

Не знаю, кто обучал его бою на мечах, но постарались они на славу. Хотя опять же — никто из его учителей не был даже близок к Марсу.

В какой-то момент я сам усилил натиск. Добавил немного скорости смертной оболочке, влил больше силы в меч и переключился на другую технику боя.

В новом темпе, патриций продержался не дольше десятка секунд. В момент, когда мой клинок отсёк его руку, в глазах Орехова мелькнуло настоящее изумление. А когда сталь устремилась к его шее, это выражение сменилось полноценным ужасом. Он и остался на его лице, когда снесённый ударом меча череп, покатился по земле.

Я вернул оружие в ножны, а за спиной раздался тихий голос Измайлова.

— Так-то его допросить ещё можно было. Тебя же интересовали Хранители.

Бросив взгляд на юношу, отрицательно качнул головой.

— Он сам выбрал схватку и смерть.

Тот со вздохом, отвернулся, рассматривая развалины, а я снова глянул на обезглавленный труп графа. Старый циклоп всё же ушёл без мучений. Стоило бы всё сделать иначе — заставить его страдать, точно так же, как мучались тысячи бедолаг, чьи души он расщепил на составляющие. Но видимо мерзость этого места, подействовала и на меня. Не смог сдержаться, чтобы не убить смертного, который всё это затеял и реализовал.

— Возвращаемся. Больше тут делать нечего, — встряхнувшись, я отдал команду остальным и зашагал к деревьям.

На ходу проинструктировал Сандала. Ему требовалось вытащить все ценности из под завалов и складировать их в лесу, километрах в пяти отсюда. Увеличившийся объём «искры» и более прочный канал связи, позволяли ястребу удаляться намного дальше, даже если с ним был груз. Чем я и планировал воспользоваться.

А пока я буду заниматься очисткой золота, драгоценностей, артефактов и наличности от пронизывающей их мерзости, Сандал ещё раз обыщет развалины. Только на этот раз куда более детально. Уверен, где-то там, среди обломков, должно быть что-то ещё интересное. Сейфы с документами, артефакты, личные записи.

Родовой алтарь у Ореховых тоже имелся. Но судя по тому, что видел ястреб, сейчас в нём почти не было энергии — артефакт выплеснул всю накопленную силу во время того самого, последнего удара.

Когда мы удалились на несколько сотен метров от крепости, меня догнала Скау. Поравнявшись, бросила косой взгляд.

— Что это была за сила? Ни разу не встречала подобной гадости.

Изначально, их с Измайловым я взял для того, чтобы оба воочию убедились в моих возможностях. Отталкиваясь от того, что рано или поздно им придётся рассказать всю правду. Но если вспомнить картину, которую они недавно наблюдали, скорее всего придётся объясняться прямо сейчас. Потому что следом девушка наверняка поинтересуется, как я смог сдержать натиск? И никакого рационального ответа на это, в моей голове не было.

— Замученные и убитые люди. Они использовали их посмертную энергию.

Десяток метров Илва молча прошагала рядом. Потом слегка растерянно уточнила.

— А так разве можно? Откуда у обычных людей возьмётся сила? Или они пытали только Одарённых.

На мой взгляд, Ореховы использовали всех, кто попадался под руку — и простых смертных, и наделённых Даром. Вторые, само собой давали куда больший выхлоп, но встречались несколько реже. И стоили наверняка дороже.

Какое-то время я размышлял. Потом остановился, развернувшись к ней. Заодно глянул и на Измайлова, который прислушивался к нашей беседе.

Над головой промчался Сандал, который тащил первую партию золота, а я начал говорить.

— Внутри каждого смертного, есть душа. Которая остаётся жить после смерти оболочки. Ореховы мучали именно их. Не живых людей, а то, что оставалось после их гибели.

Скау с прищуром разглядывала меня, а вот лицо Измайлова выражало полную растерянность. Юноша было открыл рот, чтобы задать вопрос, но пепельноволосая патрицианка успела первой.

— Ты сказал «смертных»? Кем ты тогда считаешь себя? И откуда у тебя такая сила?

Наполненный льдом голос заставил Кристину отодвинуться в сторону, опустив руку на рукоять меча. А летевший назад к руинам крепости Сандал, круто развернулся прямо в воздухе, приближаясь к месту нашей беседы.

Посмотрев в глаза девушки, я задал встречный вопрос.

— Как ты сама думаешь?

Та растянула губы в нервной усмешке.

— Среди древних родов Скандинавии ходят разные слухи и легенды. О странных существах, что когда-то жили среди нас и питались людьми. Их духом и плотью. О тех, кто был невидим и убивал нас в спину, исподтишка. О яростных монстрах, что стояли выше людей. Детские сказки и страшилки, да. Но некоторые считают, что именно там спрятаны зёрна истины.

Пожалуй хорошо, что её сейчас не слышал Ульрих. Боюсь, шведа бы зацепило подобное сравнение. Особенно, если вспомнить, что среди его предков как раз и были самые настоящие ётуны. Прекрасно владеющие пологом невидимости.

Измайлов поражённо выдохнул, а сбоку послышался голос Кристины.

— Может быть давай я ей всё объясню?

Теперь взгляд юного патриция метнулся к рыжеволосой девушке. А вот Илва даже не пошевелилась, продолжив пристально пялиться на меня. Видимо в её голове, древние расы ассоциировались с однозначным злом. А теперь это чувство распространялось и на меня.

Мельком посмотрев на Кристину, отрицательно качнул головой, после чего вернул взгляд на Скау.

— В то, что ты сейчас услышишь, будет нелегко поверить. Но это чистая правда.

Сделал короткую паузу, наблюдая за реакцией девушки. Та, впрочем оказалась нулевой — даже бровью не повела. Зато у Михаила, от удивления буквально отвисла челюсть.

Чуть подождав, я продолжил.

— Когда-то давно, этим миром правили боги. Не те представили изначальных рас, о которых говорится в ваших сказках, а могущественные сущности, что повелевали целыми народами и сражались за них.

Лицо скандинавки исказило скептическая гримаса и она сразу же вклинилась.

— Ну да. А сейчас ты скажешь, что сам из таких, верно? Расскажешь нам красивую историю и попросишь следовать за тобой?

Интересно. Похоже её предубеждение не ограничивалось историями, которые можно почерпнуть из детских сказок. Всё несколько глубже и серьёзнее.

— У вас передали какую-то легенду внутри рода? Рассказывали истории о прошлом? Или вы были среди тех, кого когда-то покарали боги?

Её губы скривились в нервной усмешке.

— «Покарали боги»? А у кого-то есть право карать людей на своё собственное усмотрение?

Всё интереснее и интереснее. Сейчас, её риторика вовсе напомнила тех смертных, что строили заговоры и мыслили себя великими освободителями. Правда во главе обычно стоял аватар одного из божеств, но их это мало волновало.

— У тех, кто рискует своей жизнью ради этих людей. Сражаясь с теми, кто равен или превосходит его по силе. У тех, кто помогает справиться с неурожаем и эпидемиями. У тех, кто спускается вниз, когда творится несправедливость и одни смертные угнетают других, лишая их права свободно говорить и свободно выбирать правителей.

По мере того, как я говорил, пепельноволосая всё сильнее хмурилась. Черты её лица заострились, зубы были стиснуты, а в глазах плескалась злость смешанная с недоверием.

— Да? А как насчёт того, кто лишь строит козни? Лжёт, обманывает и превращает твой род в посмешище. Настолько, что вы вынуждены…

Осёкшись, отвела глаза чуть в сторону. А я всё равно не понимал, в чём дело. У Скау имелся редкий Дар, который считался настолько ценным, что Долгорукие устроили полноценную охоту за сбежавшей невестой. Да и в бою, он немало стоил. Особенно, если схватка разворачивалась в горах или внутри городских кварталов, где полно материала.

Потом в разуме полыхнуло озарение.

— Локи? Твой род сталкивался с этим пронырой?

Глаза девушки слегка расширились и она шагнула ко мне, сжимая кулаки.

— Пронырой? Этот мерзавец… Ублюдок и тварь! Вот кто он! А ты стоишь и рассказываешь мне, как хороши были древние боги.

У Измайлова было такое лицо, как будто тот сейчас рухнет в обморок. Уверен, к такому развитию событий юноша точно не готовился.

Я же поднял руку в успокаивающем жесте.

— Локи этого мира давно мёртв. Как и все остальные. Я прибыл из другой вселенной. Той, где сыны Бездны ещё не забрали жизни богов. Угодил в это тело, потеряв большую часть своей мощи. И только потом выяснил, что у вас тут всё весьма непросто.

Она смотрела на меня с недоверием, злостью и солидной толикой раздражения.

— Если бы кто-то мог свободно перемещаться между мирами, то сюда бы давно пришли.

Оставалось только качнуть головой и озвучить очевидный факт.

— Так сюда и пришли. Вернее пытались прийти сразу после гибели всех ваших божеств. Или ты думаешь, Пробои появились сами по себе? А те кусочки реальности, в которые попадают Защитники, взяли и соткались из ниоткуда. Ну а то, что там встречаются совсем иные расы и даже тени богов из других вселенных, тоже никого не смущает.

В глазах патрицианки на миг мелькнуло сомнение. Уже неплохо — с этим можно поработать.

— Я сам не подозревал о существовании других миров. Когда мы пали, отец пожертвовал своей жизнью, спасая детей и внуков. Разбросал нас по разным мирам, дав возможность начать всё сначала. И теперь я здесь. Меркурий. Бог Вечного города. Бывший покровитель торговцев, путников и воров.

Та выдохнула и видимо машинально поинтересовалась.

— Почему бывший?

Я глянул на рыжеволосую, которая сейчас тоже ждала моего ответа. Покосился в сторону потерявшего дар речи Измайлова.

— Потому что, у меня нет выбора. Чтобы спасти этот мир понадобится новый пантеон. А значит мне придётся стать новым верховным богом.

Кристина шумно выдохнула и Скау недовольно посмотрела в её сторону. Дёрнула уголками губ.

— Спасти мир от кого?

Я пожал плечами.

— Для начала от Хранителей и Чернокровых, что рвут его на части и заливают человеческой кровью. Потом от тех, кто истребил моих братьев и сестёр. Рано или поздно они явятся сюда и им придётся давать отпор. Одни вы не справитесь.

Девушка горько усмехнулась.

— От Хранителей и Чернокровых? Ты представляешь, сколько ради этого придётся пролить крови? Скольких нужно будет убить?

— Представляю. И куда лучше, чем ты сама думаешь. Но скажи, разве сейчас люди не режут друга в каждом уголке этого мира? Или может быть всем живётся прекрасно? Каждый чувствует себя защищённым? Любой может обратиться к вигилам и ему окажут помощь, независимо от личности преступника?

Та нахмурилась, я продолжал.

— Все, кто имеет отношение к этим двум орденам, должны умереть. Как минимум, большинство. Тех, кто продавал им свои услуги или служил, мне тоже не жалко. Да, под удар попадут многие из смертных, что просто станут сражаться за своих господ. Или дворяне, которые почему-то сочли меня лёгкой целью. Но вокруг и так постоянный кровавый хаос. Критично ситуация не изменится.

Скау скрипнула зубами и несколько секунд неотрывно смотрела мне в глаза. Потом с долей ехидства уточнила.

— Сейчас сражаются лишь сами аристократы и их солдаты. Максимум, под удар попадает прислуга замков и крепостей. Если посмотреть на ситуацию объективно, в боевых действиях участвует лишь крохотный процент людей. Два десятка в состоянии войны, это всего лишь несколько десятков тысяч человек, сидящих в ожидании атаки, да ещё пара тысяч, что наносит удары. Что-то более масштабное происходит редко.

Вздохнув, я изобразил на своём лице искреннее удивление. Хотя сейчас мне даже стараться не пришлось.

— А я разве говорил, что буду вырезать всех подряд? Сжигать деревни, города и провинции?

Ещё несколько мгновений та раздумывала. Потом повернулась к Кристине и глухо уточнила.

— Ты считаешь, что он говорит правду?

Рыжая покосилась на меня и кивнула.

— Да. И не только я. Все кроме вас с Михаилом в курсе.

Спустя ещё долгие пятнадцать секунд тишины, Скау сделала несколько шагов вперёд и неожиданно опустилась на одно колено, прямо передо мной.

— Возможно ты лжёшь. Но другой надежды у меня всё равно нет. Я согласна служить тебе, Меркурий, бог Вечного города.

В воздухе с нотками издёвки заклекотал Сандал. А я тихо вздохнул.

— Это не совсем так работает. Но я сейчас объясню.

Через несколько минут процедура присяги была окончена. Сначала Скау, а потом и Измайлов благополучно подтвердили, что искренне верят в моё существование, а я отметил их разумы печатями.

Когда Михаил, который тоже решил, по примеру Илвы опуститься на одно колено, встал, отряхивая штаны, я бросил взгляд в ту сторону, куда ястреб уже продолжил перетаскивать награбленное.

— Идём. Нужно разобраться с казной Ореховых. И успеть съездить в город.

Скау, которая продолжила меня разглядывать, пусть и не так пристально, как вначале, сразу же уточнила.

— А зачем в город?

Я усмехнулся.

— Наша утренняя гостья вела себя неподобающим образом. Да ещё и пообещала забрать тебя силой. Всем будет лучше, если мы разберёмся с этой проблемой сегодня, не откладывая на потом. Да и с новым генерал-губернатором мне тоже есть о чём потолковать.

Надежда разобраться с трофеями за полчаса, исчезла практически сразу. Во-первых, их оказалось неожиданно много — только золота Сандал натаскал навскидку не меньше десяти тонн. А во-вторых, уровень концентрации отравы внутри, оказалась куда выше, чем я предполагал.

За то время, что я занимался очисткой добычи, троица последователей успела добраться до особняка и вернуться назад на одном из армейских грузовиков. А Сандал упрятал трупы убитых Одарённых из Третьего отделения, глубоко под землю и очистил фон от следов нашей схватки. После чего принялся за более детальное изучение развалин крепости, теперь специализируясь на отдельных ценностях и документах.

Моя работа, по большому счёту была монотонной. Выбрать группу объектов, несколько десятков раз прогнать через них силу, подкреплённую божественной мощью, чтобы расщепить ту гадость, что была внутри. А потом вытряхнуть оттуда всё, что осталось. При необходимости, повторить процедуру ещё раз.

Это позволяло подумать о дальнейших действиях, набросав какой-то план. Первым в нём, само собой стояли наёмники, которых прислали Долгорукие. Самым простым вариантом, было бы устроить ещё одну кровавую бойню. Но, на мой взгляд, лучше было сыграть несколько тоньше. Заодно намекнуть княжескому роду, что большой войны я не хочу, но если таковая случится, то скучать им не придётся. Может у них и имелась своя личная армия, с авиацией, танками и тысячами Одарённых, но большая её часть раскидана по гарнизонам, либо размещена полевыми лагерями так, чтобы сдерживать потенциальную агрессию соседей. Собрать всё в единый кулак и бросить против меня, они не смогут. Тогда как у меня запросто получится кочевать от одного их владения к другому, оставляя после себя выжженную землю.

Оставалось только донести до них эту мысль так, чтобы поняли. А ещё намекнуть на то, что при необходимости, я смогу нанести удар и по самой верхушке княжеского рода. Возможно тогда отстанут и не придётся погружаться в длительный конфликт. Ну а если нет, то я уже сделал несколько пометок в досье, которое прислал Бельский. Уничтожение самых дорогих активов быстро прочистит смертным мозги.

Следующими на очереди были Лецзюнь. На эту тему у меня тоже имелась пара идей, между которыми я пытался выбрать. Проблема в том, что обе требовали наличия солидного количество бойцов поддержки. Как обычной пехоты, так и Одарённых. Вот она, обратная сторона немногочисленного отряда из мощных бойцов. Ты можешь взять почти любую крепость и разделаться почти с любым противником. Но не в состоянии удержать захваченное.

Плюс, ещё оставались Абэ. Японцы, которые могли в любой момент заявиться сюда и потребовать Асуку обратно. Или вовсе сходу атаковать. Если верить предварительному досье от Бельского, свою репутацию азиатский род получил вполне заслуженно — даже если девушка считалась среди них не слишком адекватной, они всё равно будут вынуждены за неё вступиться.

Правда, она сама предложила условие, в котором оговаривалось фактическое рабство. Да ещё при целой груде свидетелей. Скорее всего, сначала Абэ попробуют договориться. Вот только, если меня не будет на месте, это может ввергнуть их в соблазн быстро решить всё силой. А моя скромная персона играла ключевую роль в обоих вариантах операции против Лецзюнь.

К моменту, когда я почти закончил разбираться с трофеями, решение было найдено. Оно оказалось изящным и простым — я возьму Асуку с собой. Тогда не будет никакого смысла атаковать мои владения. Не говоря уже о том, что у них даже формального повода не будет. Они прибудут с миссией договориться о спасении пленницы. Так никто и не против переговоров. Вот только для них нужно будет дождаться моего возвращения. Вместе с членом их рода.

Когда Сандал грузил трофеи в кузов мощного армейского грузовика, Измайлов не удержался — цокнув языком, восхищённо протянул:

— Это ж сколько здесь? И всё в одной крепости было.

Глянув на него, напомнил об очевидном факте.

— У стен этой самой крепости полегла масса Одарённых. А род Ореховых, несмотря на моё к ним отношение никак нельзя назвать слабым.

Тот мгновение помолчал. Потом осторожно уточнил.

— Но ты же с ними справился. И говорят, с тремя Хранителями ещё разобрался. То есть они тоже тебе не ровня, да?

Подтекст вопроса был понятен — юноша считал, что его отца взяли в оборот именно Хранители. Отчасти задействовав государственный механизм, а отчасти напрямую, но тем не менее.

И видимо по какой-то причине полагал, что для его освобождения придётся идти на прямое столкновение. Не знаю, как он себе это представлял — возможно в качестве лихого налёта на тюрьму, а может грезил о тайной ночной операции, после которой главе столичной ветви Измайловых окажется на свободе. В любом случае, он ошибался.

— Чтобы вытащить твоего отца, придётся использовать легальные способы. Боюсь, тут понадобится сила иного рода.

Я кивнул в сторону грузовика, который стремительно наполнялся трофеями, а сам Михаил с сомнением покачал головой.

— За него крепко взялись. Сестра говорит, непонятно, что там происходит вообще. Связь с ним никто не обеспечивает, хотя должны давать возможность звонить каждый день. А друзья семьи поголовно отказываются помогать или просто не отвечают на наши звонки.

Запущено у них тут всё. Если такую проблему, как ошибку системы правосудия, приходится решать не при помощи суда и юристов, а используя подковёрные методы игры, значит государственный аппарат не просто начал тонуть в болоте — он уже давно в нём скрылся. Превратившись в способ извлечения прибыли, а не группу наёмных специалистов, которые работают во благо граждан, получая зарплату из налогов этих самых граждан.

В Риме такое пару раз тоже пытались провернуть. Несмотря на то, что мы всегда заявляли о нерушимости свободы, всегда находился какой-то умник, что стремился пролезть наверх, получить больше власти, чем это возможно и лишить голоса всех остальных.

Дважды у них это почти получалось. В одном случае, Юпитер решил всё просто — спалил новоиспечённого диктатора молнией в Сенате, когда тот выступал перед патрициями. А потом отправил вестника, который в деталях объяснил знати за что именно был убит жаждущий власти смертный.

Этого хватило на два с половиной столетия. Потом объявился второй, с которым пришлось разбираться уже мне. Этот оказался хитрее. Прибирал власть к рукам постепенно. Сначала административную — расставляя своих людей на посты, окутывая чиновников круговой порукой при помощи многоступенчатых взяток и собирая компромат. А потом замахнулся и на Сенат. Предложил провести реформу и создать новый административный пост. Формально — для улучшения качестве управление провинциями империи. Ну а на деле, чтобы отодвинуть в сторону сенаторов и получить широкие полномочия на постоянной основе.

Закончилось для него всё не очень хорошо. Обвинения в попытке узурпации власти, аресты соратников и разгром криминальной группировки, что пытались подменить собой государственные структуры.

Но это у нас. А здесь, остановить подобных личностей видимо было некому. Особенно, если вспомнить, что парламента, как такового, в империи вообще не было. Боярская Дума из представителей знатнейших родов, чьи полномочия в основном ограничивались вопросами экономики. Всё остальное было в руках императора.

Впрочем, последний явно не слишком контролировал бюрократический аппарат, который тоже был раздроблен и делился на группы поддержки тех или иных патрицианских фракций.

— Вытащим. Бельский разузнает, что к чему и всё сообщит. А потом будем разбираться, что к чему.

Михаил на момент замер. Потом наморщил лоб и глянул на меня.

— А Бельский… Он тоже в курсе?

Усмехнувшись, я отрицательно качнул головой.

— Нет. Но я неплохой клиент. Прибыльный и многогранный.

Тот сделал вид, что понял и кивнул. Ну не рассказывать же ему, что на самом деле всё началось с несусветной наглости, продолжилось большими деньгами, а закончилось сформировавшейся у адвоката уверенностью, что лучше уж он со мной будет сотрудничать он, а не кто-то из конкурентов.

Впрочем в юристе я был уверен. Слово своё он держал, работу выполнял на отлично, да и денег зарабатывал немало. Жаль здесь нет Пробоев в черте города, можно было бы снова провернуть такую схему, как в Петербурге. Хотя, боюсь, участки во Владивостоке стоят сильно дешевле столичных.

Когда мы подъехали к усадьбе, около неё обнаружилось несколько десятков разномастно одетых смертных, которые выстроились в шеренгу около сада. Не меньше половины Одарённые, но в основном слабые, на многих потёртая военная форма без знаков различия.

В начале шеренги стоял большой стол, за которым сидел Орлов вместе с Ульрихом. А сбоку от них топтался на месте Жорик, порой задумчиво скребущий друг о друга костяные клинки.

Выбравшись из грузовика, я отдал команду Сандалу и воздух сразу же наполнился недовольным клёкотом — ястреб возмущался тем, что его заставляют в очередной раз за день заниматься переноской груза.

Пришлось пообещать ему клубники — только тогда он наконец приступил к делу. Сам же я скользнул взглядом по шеренге кандидатов. Потом изучил пятерых, которые уже получили одобрение Орлова и зашагал к столу.

Остановившись, поочерёдно описал командиру гвардии троих соискателей, которые должны были однозначно услышать отказ. Тот покосился на меня с изрядным удивлением, но спрашивать ничего не стал. Только сделал себе несколько пометок в списке фамилий, что лежал на столе.

«Искра» расширилась. А вместе с ней выросли и мои возможности. Теперь я мог с первого взгляда отличить закоренелых негодяев, у которых отсутствуют какие бы то ни было принципы. Не спорю — служба у гвардейцев такая, что убивать порой необходимо. Но одно дело, когда человек уничтожает солдат врага. Совсем иное, когда он изначально готов убивать, насиловать и грабить кого угодно, лишь бы ему за это ничего не было. Подобная мерзость мне среди солдат точно не нужна.

Строители тоже были на месте. Одна группа занималась заливкой фундамента под здание казармы, а вторая работала в доме. Плюс, целый отряд рабочих занимался приведением в порядок сада.

С Лерой я столкнулся в прихожей — жрица не дала и рта открыть, сразу же принявшись перечислять все выполняемые задачи. Дождавшись, пока девушка закончит, я одобрительно кивнул.

— Молодец. А теперь ещё одно — Сандал складировал добычу на нижних ярусах. Там золото, драгоценности и наличность. Плюс, целая груда артефактов. Нужно посчитать и взвесить. Если успеешь до вечера, будет отлично.

Брюнетка прищурилась, а в глазах мелькнул хищный блеск.

— И много там всего?

Я усмехнулся.

— Немало. Золота тонн десять, сколько денег банкнотами, я не прикидывал, но судя по объёму ящиков, должно быть много. С драгоценностями сама разберёшься. То, что окажется сложным, отдадим на оценку ювелирам. Артефакты лучше оценить вместе с Илвой — она в этом точно должна разбираться.

Что интересно, упоминание новой послушницы, не вызвало у Леры никаких негативных эмоций. Видимо та предполагала, что этим всё и закончится. Или просто была уверена в незыблемости своей позиции.

— А ты сейчас куда?

Рядом промчался Сандал, рядом с которым болталась пара, переведённых в призрачное состояние ящиков. Ястреб тоже развился в плане силы — теперь ему даже не требовалось прямого контакта с теми или иным предметом, чтобы перевести его в иную форму.

— Нанесу визит вежливости Мориан.

На лице брюнетки появилась улыбка и та уточнила.

— Кого-то с собой возьмёшь?

Вопрос заставил на момент задуматься. А потом я кивнул.

— Ульяну. Думаю, ей будет полезно.

Спустя десять минут мы уже отъезжали от особняка. Инструкции было розданы, выполнение указаний проконтролировано, все занимались своим делом. Всё же удобно, когда у тебя есть группа верных людей. Если бы не члены свиты, мне пришлось бы надолго застрять в имении, разбираясь с самыми разными вопросами.

За рулём я в этот раз сидел сам, но освоился с техникой настолько, что позвонил Бельскому прямо на ходу. Забавно, но по-моему адвокат даже толком не удивился новости о разрушении крепости Ореховых. Как будто чего-то вроде этого и ждал.

Вот о процедуре обретения захваченной собственностью нового владельца, граф не соврал — Бельский подтвердил, что придётся выносить вопрос на рассмотрение суда императора. У главы рода оставались наследники, которые могли занять вакантную позицию. А на отдельные объекты скорее всего станут претендовать некоторые родственники. Не в качестве членов рода, а как автономные субъекты, что в данном случае лишь усложнит ситуацию.

Как бы то ни было, всё зависело от решения императора. Вернее, его представителя, который обычно и заседал в суде. А компанию ему составляли родичи десяти княжеских родов, выбранных методом случайной жеребьёвки.

Бумагами юрист обещал озаботиться сегодня же, но о гарантиях результата ничего сказать не мог. Только повторил слова самого погибшего графа — та земля, которая находилась рядом с моей усадьбой, скорее всего без вопросов отойдёт роду Афеевых. Как и собственность Ореховых на востоке империи. А вот за всё остальное, наверняка развернётся ожесточённая борьба в суде.

Закончив разговор, я негодующе цокнул языком. Как у них всё сложно. Мало разгромить родовую крепость противника и прикончить их главу. Чтобы точно получить всю полагающуюся тебе добычу, нужно ещё и разобраться со всеми потенциальными наследниками. То есть гоняться за целой кучей людей по провинциям, убивая их одного за другим.

Сидящая справа Ульяна, покосилась в мою сторону и с лёгким смущением поинтересовалась.

— А зачем мы едем в город? И почему вдвоём?

Глянув на девушку, я постарался выкинуть из головы мысли о собственности Ореховых и переключиться на текущую задачу.

— Я хочу найти Мориан и посмотреть, что она собой представляет. Заодно прощупать её оборону. А ты будешь тренироваться.

Та вопросительно вскинула брови.

— Проберусь к ним в дом? Или где они там живут?

Я отрицательно качнул головой.

— Для начала попробуешь сделать так, чтобы твой Дар не влиял на всех вокруг. А потом попытаешься, наоборот, сконцентрироваться на отдельном человеке и вынудить его забыть о факте общения с тобой.

Блондинка недовольно насупилась.

— Ограничивать свой Дар я уже умею. Зачем впустую тратить время?

Глянув на неё, постарался объяснить.

— Когда общаешься с нами, то умеешь. Но это ограниченное количество людей, к которым ты привыкла. А там будет масса смертных, которых ты увидишь впервые.

Послушница чуть наморщила лоб, смотря в окно.

— Никак не привыкну, что ты зовёшь людей смертными.

Обвивающий мою руку Мьёльнир, тихо пискнул.

— Но они же сс-с-смертные. Это правда.

Сверху в машину залетел Сандал, который до этого вёл разведку и усевшись перед нами, проскрипел.

— Сурр-р-ровая прр-р-равда в том, что у меня нет клубники!

Скосив на меня глаз, уточнил.

— А ты обещал! Мерр-р-рукий же не обманет?

Я невольно усмехнулся. На самом деле, мои аватары обманывали часто и многих. Как иначе провернуть тёмное дело или провести караван через территорию, где на каждом шагу, то какая-то банда, то дикое племя, то дезертиры, что подчинили себе дикарей и теперь старательно изображают из себя патрициев.

Но поощрение он заслужил. Как и Мьёльнир.

Скосив глаза на ястреба, я коротко кивнул.

— Будет тебе клубника. Как и немного развлечений. Дай только добраться до города.

Сандал наклонил голову набок, продолжая внимательно разглядывать меня единственным глазом.

— И карр-р-ртина!

Впрочем, на этот раз ответа он не дождался — сразу же взмыл наверх, вернувшись к патрулированию территории.

Из интересного, пока была обнаружена пара наблюдателей, оставленных Мориан — около выезда с грунтовой дороги на имперский тракт. Сандал хотел было их убрать, но я дал команду не трогать наёмников.

Уезжая, девушка оставила около барьера бумаги. Требование о передаче ей Илвы Скау, копию договора с работодателем и подтверждение того, что она действует от имени отряда наёмников, а не рода Мориан.

В теории, это не помешало бы мне объявить им войну, возникни такое желание. Но в этом не было ровным счётом никакого смысла. А вот наёмники мне бы сейчас пригодились. Даже если Орлов обеспечит вербовку пары сотен новобранцев, а строители при помощи профильных Одарённых обеспечат их жильём, этого всё равно будет мало. Да и солдаты не успеют даже толком познакомиться друг с другом. Не говоря уже том, чтобы привыкнуть действовать, как единое целое.

Въехав в городские кварталы, я замедлился. Во-первых, из-за того, что не слишком ловко управлялся с автомобилем и опасался куда-то врезаться, потеряв время на решение последующей проблемы. Ехать по просекам или широкой асфальтированной дороге, не так сложно. А вот двигаться в плотном городском потоке, тяжело.

Во-вторых, я дожидался результатов разведки ястреба, который умчался по направлению к центру городу, куда сейчас направлялись и мы с Ульяной. Судя по темпераменту и самомнению Анны, скорее всего она со своей группой обосновалась именно там.

Интуиция не подвела — спустя десять минут, Сандал их нашёл. А когда показал мне картину того, чем занимается отряд, мои губы сами растянулись в довольной усмешке. Сегодня Мориан поймёт, что зря взялась за этот контракт и соблазнилась деньгами Долгоруких.

Как выяснилось, Анна прибыла сюда отнюдь не с той небольшой группой, которая явилась к моему особняку. Суммарно с ней было больше сотни солдат, среди которых почти три десятка Одарённых. Последние были не слишком сильны в плане ранга, но вполне могли сойти в качестве поддержки. А именно она, Мориан и требовалась. Подозреваю, ключевых противников, эта платиновая блонда раскатывала сама. Тогда как задачей остальных наёмников были цели второго плана и прикрытие лидера от случайного выстрела из-за угла.

Отряд арендовал для своего проживания отдельное здание. Большой по площади дом, выстроенный буквой «П», на два этажа.

Оба крыла были перепланированы — там находилось множество спален, с четырьмя кроватями в каждой. А вот в центральной части здания, имелся приличных размеров зал, где сейчас разворачивалось что-то вроде приёма.

На официальные мероприятия, которые я видел до этого, происходящее походило мало, но как ещё обозначить это действо, я попросту не знал.

Десятка четыре смертных в красивых нарядах, которые пили, ели и общались. Некоторые вдобавок к этому танцевали.

Машину я припарковал за несколько сотен метров от дома. А потом направился к небольшому заведению, которое приметил, пока мы ехали мимо.

Сандал его уже проверил — внутри не было никого кроме владельца и его жены, которая сейчас была занята на кухне. Но и размеры были крохотными — небольшой зал с четырьмя маленькими столиками.

Оказавшись внутри, я глянул на пожилого корейца, который поспешил поклониться.

— Чего изволит господин? У нас прекрасная домашняя кухня.

Внешний вид у меня сейчас был не самый презентабельный — изрядно помятая и испачканная одежда, если и намекала на патрицианское происхождение, то только вскользь. Зато на правой руке красовался перстень, а запястье левой охватывал браслет Защитника пятого класса. Плюс, рядом стояла изысканно одетая Ульяна, на пальце которой тоже имелось родовое кольцо.

Всё это хозяин заведение, само собой, заметил. Оттого и согнулся так, как будто не гостя встречал, а приветствовал господина здешних земель. Впрочем, с точки зрения бедного корейского иммигранта, возможно так оно и было. Сомневаюсь, что сюда часто заглядывали представители знати.

Секунду постояв, попытался вспомнить название любого из корейских блюд, но понял, что абсолютно ничего не помню. Я пересекался с богами этого народа всего несколько раз. И лишь однажды, в виде аватара ступал на их землю. Но во время того приключения, мне было не до еды.

— Нам бы по порции лапши и чего-то из мяса. А ещё кофе. И я хочу, чтобы ты закрыл заведение, пока мы будем здесь.

В глазах корейца блеснула лёгкая грусть, но он сразу же закивал.

— Конечно, господин. Мы всё сделаем. не беспокойтесь! Вас никто не побеспокоит.

Справа вздохнула Ульяна. А я вспомнил, чем меня смутила Корея. Слишком жёсткое расслоение. Если у тебя есть сила и деньги, то все остальные лишь грязь под ногтями. И должны постоянно демонстрировать это своим поведением. Тех, кто старался слишком плохо — карали. Порой крайне жестоко.

— Ты не так меня понял. Я заплачу за аренду ресторана. Сколько вы в среднем зарабатываете за день?

Смертный замялся, не зная, как ответить. А вот его жена, вынырнувшая из кухни, сразу нашлась с ответом.

— Обычно около ста рублей, господин. Иногда немного меньше, а иногда больше.

Я молча достал бумажник и извлёк оттуда две банкноты по сотне, протянув их мужчине.

— Возьми. Я арендую помещение на всё время, что мы здесь пробудем.

Тот с поклоном принял деньги и повесив на дверь табличку «закрыто», запер свой ресторан. А мы с послушницей заняли столик около единственного крохотного окна, которое тут имелось.

Девушка принялась просматривать меню, видимо чуть разочарованная подобным поворотом событий, а я при помощи Сандала прислушивался к разговору собравшихся в доме людей.

Насколько я понимал, Мориан решила, что у неё есть свободные сутки и захотела провести их с выгодой для дела. По крайней мере, прямо сейчас она рассказывала одному из гостей о высоком уровне навыков солдат её отряда и прекрасном соотношении цены и качества. В процессе, упомянув, что отряд «Северные Волки» планирует открыть во Владивостоке своё представительство. А первые клиенты получат неплохие скидки.

Если не считать её, то в комнате было ещё трое наёмников. Две девушки, которые тоже общались с гостями и мрачный лысый мужчина, что взирал на это всё с выражением откровенного недовольства на лице.

В чём-то Анна была права — охрану её люди организовали неплохо. И мобильную артефакторную систему развернули, и посты выставили, и даже пару стрелков на крыше разместили. Добавив к ним аж четверых наблюдателей.

Но ничего, способного остановить Сандала, у них не было.

Какое-то время я раздумывал, в каком именно ключе всё провернуть. Определившись, принялся инструктировать ястреба.

Первым делом он промчался по всем личным комнатам бойцов «Волков». Оружие они носили с собой и его Сандал не трогал. А вот патроны, гранаты и артефакты, выгребал у каждого. Складируя всё это под соседним домом.

Потом принялся за документы и деньги. Это уже тащил к нам, сбрасывая в багажник автомобиля. Паспорта, бумажники, стопки банкнот и даже монеты. Спутник выгреб абсолютно все ценности, которые были в доме.

Следом наступила очередь дарфонов. Правда, здесь пришлось сделать небольшое исключение из правил — три аппарата остались у владельцев. По той простой причине, что они прямо сейчас держали их в своих руках. Тот же самый резон заставил оставить гранаты и часть артефактов тем солдатам, которые стояли в охранении. Я не хотел, чтобы шумиха поднялась раньше, чем это будет необходимо.

Когда с этим было покончено, Сандал вернулся в зал, где собрались гости. В основном представители патрицианских родов, которые были приглашены для проведения своего рода рекламной кампании.

Среди них, само собой были и девушки. Одна из которых, с явным недовольством реагировала на беседу своего спутника и Мориан. Парень по-моему наслаждался ревностью своей сопровождающей, а наёмница, которая распевала дифирамбы «Северным Волкам» вовсе не обращала на неё внимания.

Всё одномоментно изменилось, когда Анна начала подниматься с дивана, а Сандал толкнул бокал в её руке, когтем. Вино, подчиняясь законам физики, выплеснулось вниз. Прямо на декольте спутницы юного патриция, которая сначала охнула, потом что-то рыкнула и в конце концов вскочила на ноги.

— Ты что себе позволяешь? Сначала моему жениху глазки строишь, а теперь это? Ведёшь себя, как крестьянская дура!

Мориан от такого обращения перекосило. Но стоит признать — я её немного недооценил. Вместо ответного потока ярости, скандинавка лишь слегка пожала плечами.

— Сама не знаю, как так вышло. Мои извинения. Вы можете привести себя в порядок, вот в той…

Говоря, она слегка повернулась, указывая левой рукой на один из выходов, который вёл за пределы зала. За счёт чего сдвинулась и её правая рука, всё ещё сжимавшая наполовину полный бокал вина.

Ещё один толчок и на платье второй смертной выплеснулась новая порция красной жидкости.

— Да как ты смеешь⁉ Паршивая наглая сука!

Девушка, которую дважды облили вином, неожиданно ударила, собираясь влепить наёмнице пощёчину. Не самая здравая мысль, на самом деле. Если за спиной нет небольшой армии, то не стоит бить Одарённого в ранге Мастера. Но сейчас патрицианку вела ярость. А может быть вера в свою неуязвимость из-за родового перстня на правой руке.

Естественно, Анна перехватила её руку и видимо машинально крутнула девицу, разворачивая её к себе спиной.

Сандал сразу же вступил в дело — молниеносное движение его когтя и платье смертной с шелестом поползло вниз, открывая вид на спину и ягодицы.

— Ты что творишь⁈

В голосе девицы вовсю звучали истерические нотки, а по тем гостям, которые наблюдали за ситуацией с нужного ракурса, пробежала волна шепотков

Мориан отпустила её руку, с силой толкнув ту в сторону дивана, на котором всё ещё сидел её жених. Но ситуацию это не поправило — смертная споткнулась и едва не упав, упёрлась о диван руками, выгнув спину.

Несколько девушек спрятали улыбки, но у большинства гостей лица выражали крайнюю озабоченность. Смертный, которого дева назвала своим женихом, медленно поднялся со своего места. Покосился на рассечённое сзади платье невесты и перевёл взгляд на Мориан.

— Как вы это объясните?

Судя по тому, как наплевательски он вёл себя по отношению к девушке раньше и изначальной реакции на ссору, сама невеста юношу не интересовала. Но сейчас в дело вступили иные правила — фактически это было публичное оскорбление члена рода. Со всеми вытекающими последствиями.

— Это не я. Возможно у неё какой-то артефакт. Или кто-то другой пытается меня подставить.

Ещё один гость, неожиданно для меня пустил в дело Дар и уже через несколько секунд отрицательно покачал головой.

— Никаких артефактов. Токов силы я тоже не почувствовал.

Способность у него была неплохая. Но слишком слабая, чтобы зафиксировать действия Сандала или почувствовать божественную мощь. Не та глубина.

Юный патриций бросил быстрый взгляд в сторону говорившего и кивнув ему, опять уставился на Мориан.

— Что ты скажешь теперь? Только что рассказывала о скидках и заманивала на контракт, а потом устроила цирк с моей невестой? У тебя вообще всё в порядке с головой? Или о роде Мориан говорят правду и вы все безумцы?

То, что последние слова, он озвучил зря, дворянин осознал практически сразу, как те вырвались наружу. Но отыгрывать было уже поздно. Вернее, хороших идей по поводу того, как это сделать, ему в голову не пришло. А спустя секунду вокруг Анны уже появились огоньки пламени. Юноша опасливо глянул на них и поднял правую руку, демонстрируя родовой перстень.

— Я из рода Топаровых. Не думай, что нападение сойдёт тебе с рук.

Шведка моргнула. Окинула взглядом помещение. И взяла свой Дар под контроль, разом погасив пламя. Поморщившись, посмотрела на почти пустой бокал в своей руке.

— Это действительно не моя вина. Как я и сказала, на территории дома может действовать диверсант.

Предположение она высказала верное. Я бы сказал, попала точно в цель. Вот только Сандала, ни ей, ни её людям, было не обнаружить. Лысый смертный, что сидел в кресле, всю последнюю минуту обшаривал комнату при помощи поисковых плетений, но не мог отыскать даже малейшего следа чужого присутствия.

— Думаю, стоит закончить этот вечер. Он был весьма приятным и мне совсем не хочется портить такие воспоминания.

Юноша с точёными чертами лица, который только что озвучил предложение, явно относился к местной элите — после его слов, со своих мест начали подниматься практически все гости. А вот Мориан озадаченно нахмурилась. Ещё бы, её план поиска новых клиентов для отряда наёмников, только что отправился в самые глубины Тартара. И она даже не подозревала, что это только начало.

— Послушайте. Я даю вам слово, что не причастна к произошедшему. Уверена, если изучить помещение на предмет искажения фона, мы обязательно что-то обнаружим. Не знаю, как противник мог пробиться через нашу защиту, но допускаю, что такое возможно.

Тот смертный, что не так давно изучал зал при помощи своего Дара, недовольно поморщился. Остальные на какое-то мгновение задержались, устремив взгляды на своего лидера, но поняв, что он никак не отреагировал, продолжили движение к выходу.

Сама Анна тоже осознала, с кем именно стоит говорить. Но в этот раз не стала действовать самостоятельно — вместо этого кивнула своей подчинённой, которая была облачена в вечернее платье с глубоким вырезом.

Та сразу же устремилась наперерез неформальному лидеру среди гостей. И слегка перестаралась — оказалась на его пути настолько быстро, что они столкнулись.

На этот раз коготь Сандала разорвал только верхнюю часть платья девы, моментально выпустив наружу её бюст. Патриций, перед которым колыхнулась обнажённая женская грудь, отпрянул назад. А вот вошедший во вкус ястреб, умыкнул единственный предмет белья, который на этой самой наёмнице был.

Возможно и к лучшему — она была в таком состоянии шока, что в первые секунды не смогла ничего сказать. А потом уже было поздно — дворянин обрушился на Мориан, обвиняя её едва ли не в желании подставить его.

Это было не слишком логично, но шок сделал своё дело — слова были озвучены. А потом гости устремились к выходу из дома.

Правда, спокойно уйти им, ястреб не дал. Стремительно рванув к багажнику нашего автомобиля, вытащил оттуда пачку паспортов и пару артефактов, после чего благополучно запрятал всё это в мужскую сумку того патриция, что предложил всем разойтись.

При проходе через защитный барьер, боевые артефакты просигналили — именно так они и должны были себя вести, если не находились в призрачном состоянии. Чтобы исключить кражу прислугой, курьером или кем-то ещё, посетившим дом. Хотя, вряд-ли наёмники рассчитывали, что им придётся обыскивать представителя знати.

Само собой, тот попробовал сопротивляться. И естественно, взбешённая Мориан надавила, угрожая своим Даром.

Двенадцать паспортов, два артефакта и розовые женские трусики, которые раньше носила подручная Анны. Такой набор в карманах одного человека, открывал широкий простор для самых разных версий.

Как итог, всё вылилось в бурное выяснение правоты друг друга, в процессе которого к месту событий постепенно начала подтягиваться гвардия некоторых родов. Следом за ней прибыли городовые, что благоразумно выставили два поста в разных концах улицы, подальше от дома.

Разъярённая Мориан требовала честных ответов. И надо сказать, получала требуемое — смертный говорил абсолютную правду. Проблема была лишь в том, что наёмницу не устраивали фразы «не знаю, как это здесь оказалось» или «я всё это впервые вижу».

Всё закончилось внезапно — когда Анна в очередной раз обратила внимание на изъятое, то надолго задержала взгляд на нижнем белье. Потом покосилась в сторону мерцающего защитного барьера. И разом остыв, дала команду пропустить патрициев.

После того, как те удалились, девушка подняла своих бойцов по тревоге. Вот тут началось самое интересное — один из них проверил магазин автомата, который показался непривычно лёгким. И не обнаружив там патронов, забил тревогу.

Когда выяснилось, что боеприпасы отсутствуют у всех, включая снайперов на крыше, Мориан впала в настоящее бешенство. На момент мне даже показалось, что сейчас шведка выплеснет гнев на подтянувшуюся к особняку родовую гвардию или просто начнёт убивать всех подряд. Но та снова взяла себя в руки.

Следующий моральный удар, скандинавка получила, когда оказалась в своей комнате. Сандал, буквально изорвал в клочья всю одежду, включая комплекты формы, а нижнее бельё попросту утащил.

Более того — платье, которое было на девушке, тоже опало на пол. А трусики просто растворились в воздухе. Оставив окутанную пламенем наёмницу на пороге её спальни, ястреб устремился наружу. К моменту, когда он вернулся, та облачалась в комплект мужской формы, который ей принёс один из подчинённых. Идея позаимствовать одежду у наёмниц отпала сразу же — Сандал провернул с ними то же самое.

Она как раз застегнула ремень и пыталась поправить форму так, чтобы не передавливала грудь, когда в дверь постучали.

— Командир, вы нужны снаружи.

Та глянула в сторону выхода и раздражённо поморщилась.

— Что там? Кто-то из щенков уже нажаловался и нам выкатили претензию?

За дверью помолчали. Седой солдат, которого послали сюда, как самого старшего в отряде, пытался сформулировать мысль.

— Нет, командир. Но, как мне кажется, на территории дома действует вражеский разведчик.

Комнату заполнила аура ярости, в которой замелькали лоскуты пламени. Завалился на пол стул, осел и ссохся шкаф, со стен посыпалась штукатурка.

Солдат отскочил от двери, прижавшись к противоположной стене, но Мориан уже обуздала свой гнев. А через минуту выскочила на улицу, оглядываясь по сторонам. Ничего не увидев, повернула голову к бойцу.

— Что? Где? Зачем ты меня сюда вытащил?

Тот задрал голову наверх и показал туда же своим пальцем. После чего отступил на несколько шагов в сторону. На всякий случай.

Анна тоже подняла взгляд. На фасаде здания красовалась надпись «Скулящие северные суки — только лучшее удовольствие». Чуть ниже была вторая «Ночь наслаждения — вагон клубники». Ну а дальше шел полный перечень услуг, с расценками в том или ином объёме той же ягоды.

Надпись была выполнена во весь фасад и сделана из женского нижнего белья. Одних трусиков не хватило, так что Сандал пустил в дело абсолютно все компоненты — от бюстгальтеров, до корсетов и чулок.

Мориан всё же использовала свой Дар — бледное пламя охватило предметы одежды и те быстро превратились в пыль, осыпавшись вниз вместе с облицовкой фасада.

Но вот пара газетчиков, которые прибыли из-за потенциального конфликта дворян в центре города, снимки сделать успели. Да и кто-то из прохожих тоже заснял всё на дарфон.

Командир отряда была в ярости. А ещё изрядно растеряна — щит, который прикрывал здание, проверяли уже раз десять и все тесты показывали, что с ним всё в порядке. Но было очевидно, что на их территории безнаказанно орудует противник.

Когда она попыталась связаться с местным оружейным магазином, чтобы заказать доставку боеприпасов, выяснилось, что средства связи у отряда тоже отсутствуют. Три оставшихся дарфона, Сандал умыкнул, когда наёмников поднимали по тревоге, а провод стационарного телефона, который тут тоже имелся, разорвал сразу в нескольких местах под землёй.

Пока Анна металась по гостиной первого этажа, пытаясь придумать, как быть, ястреб ещё раз промчался по комнатам бойцов. Большая их часть держала позиции на периметре или внутри здания, пытаясь подловить неизвестного диверсанта, поэтому спутник без особых проблем расправился с содержимым шкафов. Теперь и мужская часть отряда лишилась запасной одежды и формы. Не говоря уже о том, что у наёмников пропали абсолютно все документы.

Анна перевела защиту в режим максимальной угрозы — теперь щит сигналил о каждой попытке прорыва, независимо от того, что за объект это был. Обнаружить призрачного божественного спутника, это ему, правда, не помогло. Зато барьер стал реагировать на обычные, падающие с неба камни.

Спустя тридцать минут сплошных завываний, к зданию приблизился городской служащий, который остановился около входа и робко попросил пригласить к нему командира отряда. А когда та появилась, передал настоятельную просьбу властей, что-то сделать с источником шума, потому как он действует на нервы целому кварталу. И вообще, скоро ночь — людям будет нужно немного отдохнуть.

Скорее всего Мориан бы превратила его в высохший труп — Одарённой остро требовалась цель, чтобы выплеснуть раздражение и та наконец-то появилась. Но вмешались нити Парки, в лице Сандала. Который лишил воительницу текущего комплекта формы и заставил ретироваться в здание, стыдливо прикрывая грудь рукой.

Для того, чтобы получить новую одежду, ей пришлось, в буквально смысле слова раздеть одного из бойцов — запасных вещей в доме больше не было.

За это время, ястреб соорудил ещё одну громадную надпись на фасаде здания. В этот раз начертив буквы когтем. А потом добавил ещё по такой же, с правой и левой сторон здания.

Как только Мориан, выскочила на улицу, спутник снова её оголил. Что привело к потере формы ещё одним наёмником.

Правда, в этот раз блонда оказалась умнее. Отдала команду нескольким Одарённым, которые владели ударными воздушными оттисками и те разобрались с текстом самостоятельно. Впрочем, газетчики, которых рядом дежурил уже десяток, обогатились новой порций снимков. Как надписей на фасаде, так и обнажённой Анны, что в ярости металась по улице.

Следующие пятнадцать минут командир «Волков» мрачно сидела в гостиной, пялясь на неработающий телефон. Мы с Ульяной заказали себе ещё по порции лапши, которая тут была просто великолепна, а вот Сандал заскучал.

Убедившись, что скандинавка похоже не собирается ничего делать, я дал ястребу добро на импровизацию. Спустя несколько секунд в гостиной послышался шорох крошащейся кладки, а когда Мориан стремительно повернулась в сторону звука, на стене уже красовалась сделанная надпись.

«Тонна клубники и я всё прекращу».

Смертная, не задумываясь ударила Даром, стирая надпись вместе с кусками кирпичей. Глянув на оставшееся пятно, яростно оскалилась.

— Выродок! Попадись ты мне, в порошок сотру.

Теперь шорох раздался с другой стороны. А вскочившая на ноги девушка, обнаружила новую надпись.

«Две тонны клубники и твои извинения».

Давящая аура захлестнула гостиную и пронизала стены, заставляя постовых спешно менять позиции. А на кладку снова обрушился поток бледного пламени.

— Ты умрёшь! Я найду тебя, ублюдок! Найду и прикончу!

Когда шуршание раздалось снова, она крутнулась на месте с таким видом, как будто сейчас перед ней появится реальный враг. Но вместо этого, стену снова украшали буквы.

«Пять тонн клубники, твои извинения и твои трусики».

Мориан заскрипела зубами.

— Издеваешься? Ты же мне совсем никакой одежды не оставил!

В воздухе полыхнуло пламя, но в этот раз девушка его неожиданно погасила. Задумчиво посмотрела на стену. Огляделась по сторонам.

— Афеев, да? Это же ты, мелкий ублюдыш! Решил поиграть в опасные игры со взрослой тётей? Думаешь, раз у тебя есть такая родовая техника, то с тобой не справиться? Сучёныш!

Криво ухмыльнувшись, провела кончиком языка по губам.

— Только знаешь, что? Твоя техника не поможет. Даже если я буду полностью голой, Дар останется при мне. И я без проблем заберу твою жизнь.

Для командира отряда наёмников и патрицианки с мощным Даром, эта смертная была как-то туповата. Либо ей мешала здраво мыслить ярость. Как бы там ни было, раз она сама не понимала очевидных вещей, их ей стоило продемонстрировать.

Подходящая цель нашлась относительно недалеко — заключённый, которого готовили к казни во дворе тюрьмы. Представитель суда прямо сейчас зачитывал список его преступлений, среди которых в основном значились убийства и изнасилования.

В качестве имперской системы правосудия у меня были серьёзные сомнения, но этот конкретный случай, вопросов не вызывал. Я даже через Сандала отлично видел, насколько изувечено сознание смертного. Он не просто сделал всё то, о чём говорил уставший клерк в запылённом костюме. Этот циклопов выродок, наверняка натворил намного больше.

Поэтому я со спокойным сердцем отдал ястребу команду и тот устремился к смертнику, переводя его в призрачное состояние.

Подобный эксперимент я проводил впервые. И если честно, предполагал, что неизвестный попросту скончается, как только спутник изменит состояние его плоти. Но вместо этого, тот принялся беззвучно открывать рот и размахивать конечностями. Правда, сдвинуться с места у него не выходило — как приклеенный держался под когтями Сандала.

Сам ястреб тоже был изрядно удивлён. Я же сразу прикинул перспективы подобного открытия. Это же он не только вещи переносить может, а ещё и осуществлять переброску гвардейцев во вражеский тыл. Или за стены укреплений. Да мало ли в какое труднодоступное место может понадобиться отправить солдат.

Когда заключённый вывалился из воздуха и рухнул на пол, Мориан моментально окуталась пламенем, готовясь нанести удар. Но при виде фигуры в тюремной робе, остановилась. Несколько мгновений подождала, смотря, как тот медленно поднимается на ноги. Потом, презрительно поморщившись, поинтересовалась.

— Ты кто такой? И как сюда попал?

Прежде чем смертник успел ей ответить, ястреб уже провернул свой любимый фокус — извлёк из его черепной коробки мозг и швырнул его под ноги Анны. А пока девушка с изумлением пялилась на главный орган человеческой нервной системы, занялся четвёртой стеной гостиной.

Когда Мориан оторвала взгляд от человеческого мозга под своими ногами и повернула голову, надпись была уже закончена.

«Десять тонн клубники, твои лучшие трусики, извинения и танец. Это последнее предложение.»

Несколько мгновений она рассматривала текст. Потом сделала несколько шагов и усевшись на стул, глянула в сторону трупа. Видимо до патрицианки только сейчас дошло, что при желании, я мог легко вырезать весь её отряд прямо в этой гостинице.

— Почему? Я не понимаю. Зачем тратить столько времени, если можно просто убить?

Смотрела она в одну точку перед собой, но вопрос был точно обращён ко мне. И я никак не мог проигнорировать интерес знатной девы.

Снова заскрипела кладка и Анна медленно повела взглядом в сторону.

«Если убивать каждого, в мире не останется людей. Приезжай завтра утром. Поговорим.»

А ниже красовалось дополнительное послание от самого Сандала:

«Не забудь про клубнику!»

Пару секунд она просто разглядывала текст. Следом нервно усмехнулась. А потом гостиную огласил истеричный женский смех.

Закончив хохотать, Мориан оглядела комнату.

— Не знаю, как ты это делаешь и откуда сейчас смотришь, но утром я приеду. И мы поговорим. Только не трогай больше моих людей.

Ещё минут двадцать я просто наблюдал за ней через Сандала. Но девушка ничего не предпринимала. Лишь дала отбой всем постам, кроме внешней охраны, после чего устроилась в библиотеке и принялась глушить коньяк.

В конце концов, я разорвал зрительный контакт и провёл рукой по уставшим глазам. Сложно постоянно удерживать две картинки, которые накладываются друг на друга. Ещё сложнее, не забывать при этом моргать.

— Всё? По-моему, мы их слегка напугали.

Я непонимающе посмотрел на Ульяну, а потом повернул голову в сторону небольшой стойки, за которой сейчас находились хозяева заведения. Семейная пара, едва ли не синхронно поклонилась, а я недовольно поморщился. Пугать этих смертных я не хотел. Что-то подсказывало, они и так получили за свою жизнь немало боли. К тому же, еда тут была восхитительна.

Поднявшись на ноги, хрустнул шеей бросил взгляд на Ульяну.

— Сейчас успокою их и поедем дальше.

Девушка тоже поднялась и глянув в окно, за которым уже был вечер, уточнила.

— А куда?

На моём лице появилась довольная усмешка.

— Я ведь уже говорил — поболтаю с губернатором. Если он окажется не таким же куском рога фавна, как Келер, то сделаю ему предложение.

Потапова чуть прищурилась и с неожиданным интересом уточнила.

— А если таким же?

С удивлением глянув на девушку, я пожал плечами.

— Значит в провинции снова сменится губернатор.

На воротах резиденции генерал-губернатора нас попросили представиться и задали вопрос о цели визита, но больше уточнять ничего не стали. Это несколько удивило — сомневаюсь, что любой патриций мог вот так запросто явиться на приём к губернатору.

Потом мы абсолютно спокойно прошли второй пост охраны, расположенный на входе здания. Когда я сам остановился около третьего, что состоял из двоих бойцов в форме с гербом Романовых и они подсказали мне дорогу до нужного кабинета, разум не выдержал. Я всё же задал волнующий меня вопрос.

— Новый генерал-губернатор изменил режим приёма посетителей?

Один из гвардейцев посмотрел на меня с изрядным удивлением, а второй слегка усмехнулся.

— Леопольд Михайлович приказал пропустить вас, как только появитесь.

Вот значит как? Смертный оказался не так прост, как мне показалось сначала. Пожалуй, беседа может пройти куда интересной, чем я считал.

Шагая по коридорам, при помощи Сандала рассматривал дворец. Сейчас он больше напоминал полностью готовый к обороне объект. Внешнее кольцо охраны из военных — не меньше полусотни пехотинцев и два десятка Одарённых. Дальше — смешанная линия защиты из городовых и бойцов рода. А внутри здания ещё несколько десятков гвардейцев Романовых, расставленных на ключевые позиции.

Но самое интересное — рядом со зданием, находились три группы Одарённых, по пять человек в каждой. Все из родовой гвардии и в рангах от Тысячника до Окольничего. Они были на определённом удалении, но в случае атаки, могли быстро добраться до дворца. И обрушиться на нападающих с тыла.

Леопольд Романов кого-то сильно опасался. Настолько, что привлёк для охраны резиденции собственную родовую гвардию.

Досье на нового бюрократа у меня имелось. Но в данном случае, там не было ничего интересного — почти всю свою жизнь старик провёл на государственной службе. Дважды занимался провинциями в которых формировались красные зоны, а однажды был поставлен командовать полноценной операцией по принуждению к миру. Останавливал схватку двух княжеских родов — несмотря на наложенное императором вето, они всё равно развязали войну, норовя втянуть в неё десятки вассальных родов и превратить в глобальное побоище.

Задачу он выполнил успешно. Но с тех пор, уже пять лет находился в личном императорском резерве, не занимая никаких постов.

Секретарём у него, против ожидания, оказался мужчина. Одарённый лет сорока, в ранге Окольничего, с десятком артефактов, что были скрыты под одеждой. Но без малейшего намёка на использование энергии душ. Да и от остальных гвардейцев ничем похожим не тянуло.

Увидев нас с Ульяной, смертный молча поднялся и коротко кивнув в знак приветствия, поинтересовался.

— Вы оба на приём?

Повернувшись к Ульяне, одними губами шепнул «Тренируйся» и вернув взгляд на секретаря, отрицательно махнул головой.

— Моя спутница подождёт здесь.

Тот снова наклонил голову, указывая рукой в сторону дивана. А потом бросил взгляд на дверь кабинета.

— Леопольд Михайлович ждёт.

Ну ждёт, так ждёт. Сейчас посмотрим, кто именно скрывается за личиной эффективного бюрократа.

Распахнув дверь, я вошёл внутрь. Поприветствовал бодрого старичка, который сидел за столом, с интересом меня разглядывая и занял кресло для посетителей напротив.

Несколько секунд мы молча друг друга рассматривали. Потом Леопольд решил начать беседу.

— С чем решили заглянуть, Василий? Бумаги по Ореховым уже поступили. Канцелярия императора запросила дополнительное подтверждение вашей победы. Но я его уже завизировал и отправил, если вы по этому поводу.

Изобразив на лице усмешку, я отрицательно качнул головой.

— Благодарю. Я здесь по иной причине.

Романов посмотрел на меня с вежливым ожиданием, а я на момент задумался, какой именно вариант вопроса сейчас лучше озвучить. Решил начать с самого безобидного.

— Какие у вас планы на будущее?

Тот показательно развёл руками.

— Ну а какие у меня могут быть планы? Посмотреть, как растут внуки, дождаться правнуков, передать им что-то хорошее из своего опыта.

Чуть помедлив, с улыбкой добавил.

— Если такое отыщется.

Я тоже растянул губы в улыбке и уточнил.

— Имелись в виду планы на ваше будущее в качестве генерал-губернатора.

Старичок с укоризной прищурился.

— Ну что вы, молодой человек? Я всего лишь замещаю господина Келера, который был вынужден оставить свой пост ввиду болезни. Как только он вернётся, то снова займёт это кресло.

В глазах собеседника искрились хитринки, но больше он ничем себя не выдавал — ни словом, ни жестом. Неплохое самообладание.

Я присмотрелся к его ядрам и Дару. Первые, на мой взгляд уже перешагнули порог ранга Окольничего — скорее уж он являлся полноценным Мастером. Правда, ранговое кольцо так и не сменил. А вот Дар у него был интересный — тоже что-то связанное с оживлением плоти, но далёкое от классической некромантии.

Я скептически хмыкнул и пожал плечами.

— И его заместители тоже были вынуждены уехать по неотложным делам? Сразу оба?

Романов с невозмутимым видом кивнул, а я издал короткий смешок и придвинулся ближе к его столу.

— Теперь давайте серьёзно, хорошо? Вы хотите здесь задержаться, или наоборот ждёте момента, чтобы отбыть восвояси и сбагрить провинцию в другие руки?

Тот слегка приподнял брови, впившись взглядом в моё лицо.

— Может быть подскажете, почему я должен обсуждать подобные вопросы с главой очередного дворянского рода? Возможно вы оказали жителям губернии пару услуг, но это не даёт вам права со мной фамильярничать.

На лице застыло суровое выражение, но я успел уловить блеснувший в глазах интерес. Собственно, иначе и быть не могло. Иначе проволочки с допуском в резиденцию начались бы ещё на воротах.

Откинувшись в кресле, я принялся загибать пальцы.

— Вы не прогнулись ни под один из княжеских родов в прошлом. Хотя, соблазн, наверняка имелся. Вы пять лет подряд ждали в императорском резерве, не претендуя на то, чтобы плотно заниматься делами рода. Хотя, имели на это право. Вы до сих пор на своём рабочем месте. Хотя на улице уже давно вечер и вы могли спокойно уйти домой.

На секунду замолчав, добавил.

— А ещё прекрасно осознаёте уровень коррумпированности всех державных структур, из-за чего и сформировали личную охрану из гвардейцев рода.

Мгновение тот подождал. Потом вопросительно взмахнул рукой.

— К чему вы это всё, Василий? Даже если предположить, что ваши тезисы верны, я пока не совсем понимаю, к какому выводу они должны меня привести.

На моём лице появилась усмешка. Изначально я не собирался влезать в дела смертных. Но раз речь идёт о формировании нового пантеона, мне придётся нести за них ответственность. За всех. Не в том плане, что потребуется отслеживать жизнь каждого, уберегая от ошибок и провалов. Нет. Жизнь смертных — это их личное дело. Как и все промахи, что они допускают в процессе. Право на самостоятельную ошибку — древнейшее из всех, что имеются у человечества.

Но вот комфортная среда обитания — это другое дело. Особенно, если речь идёт о глобальных процессах. А судя по тому, что я успел увидеть и узнать, этот мир был изувечен. Ему требовалось лечение. Так почему бы не начать с провинции, в которой находится родовая усадьба Афеевых?

— Вы же знаете, что Ореховы плотно работали с Хранителями? Да и с Чернокровыми они тоже пересекались. Скорее всего, вы в курсе, откуда и первые, и вторые черпают свою мощь. И можете представить, сколько человек пустил под нож род Ореховых, ради своей силы.

Тот поморщился, и невольно покосился на стену. Я же качнул головой.

— Нас не смогут подслушать, не беспокойтесь. Все пять комбинаций, направленных на ваш кабинет, отсечены.

Леопольд приподнял брови.

— Пять? Я обнаружил только четыре.

Пожав плечами, я вернулся к главному вопросу.

— Думаю, о том, что большинство офицеров и чиновников тесно связаны с родами, вы тоже в курсе. Кого-то привлекают через включение в род их детей, кому-то банально платят, а третьим гарантируют определённые привилегии после отставки. Они служат не всем подданным империи, как это должно быть, а конкретным людям, что держат их на коротком поводке.

Сейчас Романов ничем не напоминал благодушного старичка, который сидел за столом, когда я только вошёл в кабинет. Но он всё ещё молчал, ожидая от меня продолжения. Я решил не разочаровывать смертного.

— Как мне кажется, такое положение дел должно вас расстраивать. Я ошибаюсь?

Несколько секунд он сверлил меня тяжёлым взглядом. Потом искривил губы в печальной ухмылке.

— Вы что-то хотите предложить Василий? Метите на место заместителя?

Я покачал головой.

— Карьера государственного бюрократа меня никогда не привлекала. Тут нужен особый склад ума и весьма своеобразные детские мечты.

Вот теперь смертный немного удивился. Почесав свою бороду, вопросительно глянул на меня.

— Никогда не думал об этом в таком ключе. А какие у вас были детские мечты?

Мысли сами по себе устремились в раннии воспоминания, которые последние столетия очень редко всплывали в памяти. О чём я там мечтал? Ах да, заполучить себе новый дивный мир, наказать всех, кто нёс зло в массы, после чего устроить им глобальную справедливость. И чтобы рядом обязательно была пара прекрасных богинь, а за спиной десяток, готовых карать, младших братьев.

Если не обращать внимания на детали, мечта сбылась. Мир у меня есть. Как и возможность причинить его жителям справедливость. Детство, правда уже давно прошло и мечты стали иными. Но тут уже ничего не поделать.

— Разные. И не всегда умные. Хотя, порой мне кажется, они вполне успешно сбываются.

Романов чуть подумал и с неожиданно серьёзным видом кивнул.

— Предположим, вы оказались правы, говоря о моём отношении к ситуации. Но даже если так, возникает логичный вопрос, что вы можете предложить? Отдать губернию на откуп одному дворянскому роду, который станет править над десятками меньших?

Последний вопрос прозвучал вроде как и несерьёзно, особенно если вспомнить текущую численность мою рода. Но вот мою реакцию, Романов отслеживал внимательно. Видимо отталкивался от того, что раз я успешно разгромил Ореховых, значит справлюсь и с другими местными патрициями. А если прикинуть, что параллельно с этим, под моим контролем окажутся бюрократические структуры, то вся провинция станет личным доменом Василия Афеева.

— Нет. Я бы лишь предложил помощь в наведении порядка. Чтобы чиновники на самом деле выполняли свой функционал, а не занимались несвойственными им задачами.

Секунду подождав, он всё-таки уточнил.

— Каким же образом вы можете помочь, позвольте поинтересоваться?

Я чуть поменял позицию в кресле, слушая возмущённый клёкот Сандала, который предлагал начать с массовых казней на городской площади и разорения родов, что пытались влиять на чиновников.

— Что вам мешает уволить тех, кто замазан в коррупции и провести открытый конкурс на замещение вакансий?

Леопольд с мрачным видом молчал, но вопрос был исключительно риторическим, так что через мгновение я уже продолжил.

— Рискну предположить тот факт, что у покровителей каждого из конкретных чиновников, имеется масса иных креатур в самых разных сферах. Бюрократы начнут строчить рапорты в столицу, журналисты писать статьи, люди собираться на улицах для протестов. А как только другие дворяне осознают, что это не разовый удар по отдельному роду, а глобальные изменения, ответная активность станет валом, который снесёт фигуру любого калибра, не исключая вашу.

На мгновение сделав паузу, я добавил.

— К тому же, пусть Третье отделение и подчиняется вам, но на его кадровые вопросы вы влиять не можете. Как и заменять кого-то из армейских офицеров.

Романов с интересом дослушал меня и снова кивнул.

— Сейчас вы описали классическую ситуацию, практически для любой губернии. Возможно за исключением тех немногих, где земства играют реальную роль, а не выступают декорациями.

Эту оговорку я запомнил. Надо потом будет поинтересоваться у Бельского, какие именно провинции имел в виду Леопольд и как там всё работает. Ну а пока, стоило закончить ковку той фигуры, работу над которой я начал, когда перешагнул порог кабинета. Металл уже был расплавлен и залит в форму. Как говорил Вулкан — главное не решить, что уже всё закончено и верно охладить получившийся предмет. Иначе, вместо божественной стали, получишь рассыпающийся на части горшок циклопа. Хотя, как мне кажется, у человеческих кузнецов, этот этап играл не настолько важную роль.

— Что, если дворянские семьи, которые интегрированы в местную политику, перестанут отдавать команды? У их марионеток не будет никакого единого вектора и готового плана действий. Только кучка растерянных и вороватых людей, которые внезапно лишились своих покровителей и источника денег.

Романов задумался, смотря на меня с изрядной долей сомнения во взгляде.

— Ну вот Ореховых ты разгромил. Все, кто у них тут был, сейчас временно не у дел. Но их уже покупают. Разбирают, как на утреннем базаре. А если я попробую кого-то из них заменить на человека со стороны, того сгноят, максимум за месяц. Дольше он не протянет.

Сандал снова зашёлся яростным клёкотом. Я же попытался объяснить всё более детально.

— Не по отдельности. Разом. Их же не так много, верно? Скорее всего, основную скрипку играет всего несколько дворянских родов. Стоит затихнуть им и остальные побоятся даже дёрнуться.

Откинувшись в кресле, старичок пожевал губы. Подумал. И наконец кивнул мне.

— Возможно и так. Если подать информацию в нужном свете и заставить их бояться. Но, как вы планируете этого добиться? Начать войну против всех сразу?

Он производил неплохое впечатление. По крайней мере, откровенной грязи в этом смертном не видел. Тем не менее, открывать ему свои планы полностью, стало бы очевидной глупостью.

— Скажем так, у меня есть пара вариантов воздействия на отдельные дворянские семьи. Возможно кому-то они и покажутся жёсткими, но зато будут действенными. С войной родов это не связано. Хотя, её я бы тоже не исключал.

Какое-то время Леопольд размышлял. Старый бюрократ прекрасно понял, что именно ему предлагали. И судя по всему, сомневался. Что спустя секунд двадцать и озвучил.

— А какая выгода вам, Василия? Ради чего тратить на это свои ресурсы?

Мне оставалось только пожать плечами и озвучить причину, которой смертные постоянно маскировали те или иные действия ради себя любимых.

— Моим детям ещё здесь жить. Хочу, чтобы они росли в нормальных условиях.

Сомневаюсь, что старик мне поверил. В конце концов, дети влиятельного патриция, который был главой мощного рода и так оказались бы в шикарных условиях. Но всё же это звучало чуть более правдоподобно, чем иные варианты.

На этот раз Романов не стал погружаться в раздумья. Положив руки на стол, упёрся в меня взглядом и поинтересовался.

— Хотите сказать, что не потребуете никаких преференций для себя лично.

Вопрос был ожидаем и я озвучил на него заранее подготовленный ответ.

— Разве что закрыть глаза, если мне придётся отрывать голову очередному напыщенному индюку и делать это с небольшим нарушением закона. А ещё не лезть в процесс успокоения дворян. В остальном, мне ничего не нужно.

Судя по выражению лица Леопольда, в его голове творился настоящий хаос. Могу поспорить, старый бюрократ и так предполагал использовать меня против других родов. Стравить с патрициями, чтобы взболтать местное общество, нарушить устоявшиеся связи и воспользовавшись ситуацией, укрепить официальные структуры.

Я же предложил ему, по сути, сделать то же самое, только провернуть всё организовано, по договорённости и хорошо подготовившись. Вся разница в том, что при таком раскладе, Романов становился не просто выгодоприобретателем, который спокойно стоял в стороне, а активным участником процесса. Конечно, на заговор, это не тянуло. Но если предположить, что в процессе погибнет какое-то количество дворян, а я облажаюсь и ситуация раскроется, итог для нового генерал-губернатора мог стать весьма печальным.

— Происходи такой разговор в реальности и дай я согласие на подобные действия, то сказал бы, что мне требуется время для поиска подходящих кандидатов на определённые должности. Скажем, дней десять. Как минимум.

Я усмехнулся, а сухонький старичок заулыбался и развёл руками.

— Но этого разговора ведь не было. Мы лишь упражнялись в занимательных мысленных задачах, не более того.

Плетения, нацеленные на поиск записывающих артефактов, он использовал с самого начала разговора. Естественно, ничего не обнаружив. А последние фразы видимо были произнесены на случай допроса с контролем разума. Во время такого, смертный будет не способен лгать напрямую. Но сможет с чистой совестью утверждать, что лишь обсуждал со мной гипотетическую ситуацию.

На сто процентов, в наличии подобных техник среди Одарённых, я уверен не был. Но с другой стороны, не зря же он перестраховался?

— Ближайшие несколько дней я всё равно буду занят. Придётся, знаете ли, наведаться в соседнюю державу.

Романов заинтересованно приподнял брови и я добавил.

— Один маньчжурский род решил, что сейчас самое время стребовать с меня долги.

Интереса в его взгляде прибавилось.

— И вы решили провести переговоры на их территории? Не слишком ли это рискованно? Всё же, чужая страна, чужие обычаи. Для такого, знаете ли, потребуется неплохая дипломатическая миссия.

Поднявшись на ноги, я пожал плечами.

— Есть пара универсальных мировых языков, которые понятны абсолютно всем. В любом случае, не думаю, что переговоры займут у меня дольше десяти дней.

Попрощавшись, я вышел в приёмную, где Ульяна мило беседовала с несколько смущённым секретарём. И судя по тому, что я наблюдал, вовсю применяла на нём свой Дар. Причём, достаточно эффективно — он точно забудет о существовании девушки, как только она выйдет за дверь.

Когда мы оказались в коридоре, неожиданно звякнул дарфон. Лада. Какое-то время девушка молчала, видимо считая, что я напишу первым. Но дел было столько, что про необходимость ответить, я постоянно забывал. Так что она не выдержала — снова пара фотографий нескромного содержания, да вопрос, как у меня дела и когда я появлюсь в Петербурге.

Отбил ответное сообщение, сконцентрировавшись на комплиментах снимкам. А спустя несколько минут мы уже ехали обратно по вечернему городу.

— Как всё прошло? Ты же чего-то от него хотел?

Покосившись на Ульяну, я кивнул.

— Хотел. Более того — именно это я и получил. Конечно, если старик не пойдёт на попятную.

Непохоже, чтобы Романов всерьёз опасался за свою жизнь. Но если кто-то поймёт ради чего он подбирает профильных специалистов, то могут и заинтересоваться. Всё же генерал-губернатор, да ещё в красной зоне и с чрезвычайными полномочиями, это вам не рядовой чиновник. Такой может нанести немалый ущерб, даже без моей поддержки. Конечно, потом его сожрут, но тем родам, по которым пришёлся первый удар, сильно легче от этого не станет.

Оставалось надеяться, что старый служака провернёт все незаметно для местных патрициев. Потому как уязвимые места есть у каждого. Дети, внуки, любимые люди, домашние питомцы. У каждого своя собственная точка, на которую можно надавить и заставить смертного подчиниться. Тут ключевой момент не передавить. Иначе получишь не подконтрольную фигуру, а обезумевшего мстителя, готового идти по тысячам трупов.

— А я вроде бы смогла обработать его секретаря. Специально болтала с ним на… Ну на разные личные темы.

Ястреб ехидно клёкотнул, а я мельком глянул на Потапову.

— Я слышал. Сандал пару раз к вам залетал.

Та громко ойкнула и покраснев, уставилась в окно. Интересно, это она из-за чего? Спутник уловил лишь кусочек разговора о нравах современной молодёжи, да обсуждение семейной жизни самого секретаря. Вполне невинное, вроде бы. Но судя по лицу Ульяны, помимо этого всплывали и куда более интимные темы.

В любом случае, голова была занята более важными вопросами, которые я обдумывал до самого возвращения в усадьбу.

Когда мы съехали с тракта, Сандал показал мне фигурки солдат, что сидели в «секретах», ведя наблюдение. Двенадцать человек, которые кольцом окружали имение. Плюс, резервная группа из восьми бойцов. Четверо обычных пехотинцев и столько же Одарённых.

Ещё около тридцати будущих гвардейцев находилось в установленных палатках. Кто-то спал, но основная масса бодрствовала, проводя время за беседой или игрой в карты.

Неплохо, если учесть, что сегодня был только первый день набора. Да и форма на них теперь единообразная. Плюс, оружием их Орлов тоже обеспечил.

Сам командир гвардии встретил меня в прихожей. Вытянувшись во фрунт, доложил.

— Пятьдесят четыре человека набраны в гвардию, как стажёры. Двадцать шесть из них Одарённые. Форма и оружие закуплены, но комплекты с вышитым гербом пришлют только завтра, сегодня сделать не успели. Инструктаж проведён, временные командиры трёх взводов назначены. Завтра начнётся обучение и переброска трофейной техники в поместье.

Буквально на долю секунды прервавшись, протянул мне папку с документами.

— Тут полный перечень принятых, с указанием их ранга, Дара и навыков. А ещё, нам понадобятся ангары под технику и склады под боеприпасы. Предлагаю очистить кусок леса и развернуть там строительство.

Забрав документы, я кивнул.

— Одобряю. Все финансовые вопросы — через Леру. Меня трогать только в исключительных случаях. И чтобы всё было по высшему разряду в плане качества. Как закончат, проверю.

Сама жрица, к этому моменту, тоже вышла в прихожую и как только Орлов, лихо отдав честь, отошёл в сторону, тоже приступила к докладу.

— Всё пересчитали и взвесили. Золото в слитках тянет на одиннадцать с половиной тонн. Я уже нашла, куда продать две тонны, но нужно твоё одобрение. Наличности семь с половиной миллионов рублей. Плюс, в валюте ещё около восьмидесяти миллионов. С драгоценностями точно непонятно, но по приблизительной оценке, они стоят не меньше двадцати миллионов. Артефакты пока в процессе, там слишком много всего.

Посмотрев на неё, я уточнил.

— В валюте?

Девушка кивнула.

— В основном ляны империи Цин, но ещё есть экю, фунты и гульдены. При необходимости, их можно быстро обменять в любом крупном банке.

Если суммировать всё захваченное, то выходило я богат. Не настолько, чтобы позволить себе пару дворцов и армию, но на содержание гвардии и строительство вполне хватит. Да и на наёмников тоже останется.

— К вечеру завтрашнего дня мне нужны лучшие варианты наёмников, которые имеются в империи. Готовых к длительному контракту за её пределами.

Жрица даже толком не удивилась — приняла приказ к сведению, откланялась и двинулась дальше заниматься делами. Я становлюсь настолько предсказуемым?

Следом я вновь нашёл Орлова. Продублировал ему приказ о поиске наёмников. Когда тот подтвердил, что всё понял, добавил ещё одну команду.

— У тебя два дня, чтобы заставить гвардейцев хотя бы запомнить друг друга в лицо. Потом я заберу первые три взвода с собой.

Глаза военного удивлённо расширились.

— Два дня? Но этого мало. Подготовка, боевое слаживание, притирка личного состава и всё остальное. Мне нужна, минимум, неделя. А лучше месяц. Этого тоже совсем мало, но ещё куда ни шло. Через двое суток, от них будет не будет никакого толку.

Это я прекрасно понимал. И бросать солдат будущей гвардии в самое пекло не собирался. Для этого у меня будут воины, что сражаются только за деньги. Но для задуманного плана мне требовались люди, которые связаны с родом Афеевых более крепкими обязательствами, чем наёмнический контракт.

— Я постараюсь свести потери к минимуму. Но мне в любом случае придётся их взять.

Тот открыл рот, чтобы задать следующий вопрос, который легко угадывался по выражению лица и я отрицательно качнул головой.

— Ты останешься здесь. Продолжать набор и тренировки гвардии. Чтобы к моменту моего возвращения, в усадьбе был полноценный отряд.

Тот разочарованно вздохнул и задал ещё один вопрос.

— Могу я узнать, куда вы планируете отправиться?

Мгновение я помедлил. Это был мой последователь, на чьём разуме стояла божественная печать. С другой стороны, лучше было исключить всякий риск.

— За границы империи. Нанести визит вежливости одному зарубежному роду, который принял меня за лёгкую цель. Пока это всё, что тебе требуется знать.

Тот, кажется даже не обиделся. Лишь задумался, да побрёл в сторону кухни. Где уже к слову сидел Сандал, который радостно лакомился клубникой. Не знаю, кто из девушек её заказал, но ястреба ждал целый ящик лакомства, поглощением которого он активно занимался.

Сам я, после короткого раздумья, отправился на второй этаж. Стоило принять душ и переодеться. А потом посмотреть, как далеко отсюда находится ближайший осколок моей «искры».

На то, чтобы погрузиться в состояние полного покоя, у меня ушло около часа. Сначала, когда я уже почти добрался до нужного состояния, отвлёк Сандал. Потом в дверь постучалась, желающая обсудить свою идею с благотворительным фондом, Кристина.

В итоге, пришлось объяснять, что сейчас меня беспокоить строго запрещено. А в случае с девушкой, попросить её донести эту мысль до всех остальных.

В конце концов, я всё же добрался до нужного состояния. После чего запустил поисковые плетения. Только на этот раз напитав их божественной мощью и сориентировав на поиск частей своей «искры».

Два осколка обнаружились относительно рядом — один, на дальневосточном побережье империи, но около самой северной оконечности, а второй на морском дне. Если я не ошибался, то в паре сотен километров от Владивостока.

Плюс, был третий — этот находился в одном из городов империи Цин. Тоже не слишком далеко, хотя, для поездки туда придётся выдумать какую-то причину. А заодно озаботиться верным оформлением целей визита, чтобы всё это не превратилось в кровавую мясорубку.

Но моё внимание привлёк четвёртый — точное местоположение я определить не мог, зато отлично чувствовал его облеск. Это был крупный осколок. Не меньше сотой части от моей божественной сути. И точно больше текущего объёма «искры». Был и ещё один плюс — он находился там, куда я и так планировал отправиться. Как говорил Марс, если можешь сразить двух врагов одним копьём, сделай это.

Или так говорил Вакх, подразумевая нечто совсем иное? Сознание потеряло концентрация и сияние крупного осколка померкло, а потом и вовсе исчезло. Но это уже было не столь важно. Я знал, где находится большой обломок моей «искры». И в самое ближайшее время, заберу его. Даже если ошибся в его размерах, это всё равно, как минимум, удвоит мою силу. Ну а я если я прав, то рост будет ещё более серьёзным. Так что во Владивосток я вернусь крайне опасным противником.

— Это нечесс-с-стно.

Дёрнувшись от тонкого писка Мьёльнира, удивлённо уточнил.

— Что именно?

— Крылатому купили клубники! А про меня всс-с-се забыли. И Крисс-с-стина торт не исс-с-спекла…

В голосе звучала неподдельная обида. То ли из-за самого факта невнимательности девушки, то ли ввиду отсутствия обещанного лакомства.

— Будет тебе завтра торт. Гарантирую.

Тот секунду помолчал. Недоверчиво пискнул.

— Обещщ-щ-щаешь?

— Слово Меркурия.

Каменный спутник затих. Вроде успокоился. Похоже именно он и сбил мне концентрацию, а не воспоминания о братьях. Чья была фраза, я к слову, всё-таки вспомнил — они оба её использовали. В абсолютно разном контексте, но тем не менее. И первый, и второй варианты, которые всплыли в моей памяти, были верными.

Проверив при помощи Сандала защиту усадьбы, я прикрыл глаза и быстро провалился в сон.

Утро началось не с кофе. И не с ласк смертной красавицы. Даже не с завтрака в постель. Первое, чем меня обрадовал новый день — грянувшими за окном воплями.

Выпрямившись в постели, я набросил на себя кольчугу и потянулся к защите дома, но тут Сандал показал мне происходящее. Шеренгу гвардейцев, которая трусцой бежала по границе сада и леса.

Я машинально глянул на часы. Шесть утра.

Окрестности огласил новый слитный вопль новобранцев — похоже Орлов заставлял их подбадривать самих себя чем-то вроде боевых кличей. Или это они так песню странно пели. В любом случае, Марсу бы точно понравилось.

Вздохнув, поднялся на ноги. Раз меня всё равно разбудили, время заняться делом.

К моменту, когда ястреб доложил о том, что через лес к нам едет колонна «Волков», я уже успел озадачить секретаршу Бельского парой новых задач и обратиться с той же просьбой к Махову. А ещё набросал половину плана обороны своих владений.

Прибытие делегации во главе с Мориан, заставило отвлечься от последнего занятия и отправиться к месту стыковки грунтовой дороги с садом.

Здесь дежурила пара довольных солдат, которые с ехидством косились на бегающих мимо сослуживцев, но при моём появлении приняли серьёзный вид и принялись старательно оглядывать окрестности.

Лера тоже успела подняться и сейчас занималась просчётом очередной сметы на строительство. Мимолётом упомянула, что Орлов хочет заасфальтировать дорогу до тракта, а заодно проложить ещё одну. Плюс, запустить строительство двух дорожных колец — одного по самой границе моих владений, а второго по более маленькому диаметру. Мол, так будет проще быстро перебрасывать солдат для обороны участков.

А ещё он всерьёз интересовался возможностью строительства вертолётной площадки и покупкой самих геликоптеров. Это чудо техники я уже видел. И на картинках, и вживую — в аэропорту Владивостока стояла пара винтокрылых машин. Как оказалось, есть и боевые. С установленным на них вооружением и артефактами. Плюс, транспортные — для переброски солдат. Стоили дорого, но по словам Орловым, могли оказаться крайне эффективными.

Одна проблема — бум на них начался относительно недавно, когда появились первые, по-настоящему эффективные модели. Так что приобрести вертолёты не так просто. Требуется отстоять очередь или предложить владельцам нечто такое, что заставит их выполнить заявку клиента в обход всех остальных.

Что такого можно предложить графу Сикорскому, я пока не знал. Но надеялся придумать, потому как идея с вертолётами мне тоже понравилась.

Ну а пока, я стоял и рассматривал приближающиеся внедорожники. Хотя, в этот раз там были не только они — позади двух автомобилей, медленно катился многотонный грузовик.

Сандал удовлетворённо заклетокал, а Мьёльнир разочарованно пискнул. Выходит, клубнику, эта боевая куртизанка всё же привезла. Раз так, значит приехала сдаваться. Интересный поворот.

Впрочем, первое, что сделала Анна, когда выбралась из своей машины и чуть отошла в сторону — обрушила на меня мощь своего Дара.

Бледно-белое пламя завыло в воздухе, тугими потоками закручиваясь вокруг моей кольчуги, а я рявкнул, отдавая гвардейцам приказ не стрелять. Заодно остановил и спутников, что уже рвались продемонстрировать смертной, её заблуждения по поводу противника.

Пятнадцать долгих секунд я ждал, надеясь, что до неё дойдёт безуспешность атаки. Безусловно, противодействие сжирало приличный объём энергии и продлись подобное воздействие минут десять, мне пришлось бы изменить пропорции используемой силы, активно задействовав «искру». Но если учитывать божественную мощь, я мог запросто продержаться не меньше пары часов, а то и дольше. С точки зрения смертной, которая скорее всего привыкла к высокой эффективности своего Дара, даже пятнадцать секунд плотной защиты, наверняка были вечностью. Потому я и рассчитывал, что она поймёт и остановится сама.

Поняв, что этого не происходит, отдал команду Сандалу. Тот с готовностью метнулся вниз, но спустя мгновение, с лёгкой растерянностью сообщил, что предводительница наёмников сегодня явилась без белья. Ни верхней, ни нижней его части, не было.

Не выдержав, я расхохотался. Через мгновение пламя, что окружало меня, исчезло. Зато в меня сразу же упёрся подозрительный взгляд блондинки.

— Я тебя убить вообще-то пытаюсь. Что тут смешного?

Прекратив смеяться, я шумно выдохнул и покачал головой.

— На войне всякое бывает. Хитрости, манёвры, ловушки. Но раз ты пригнала сюда грузовик клубники, а сама явилась без потенциальных трофеев, то зачем пытаться меня прикончить?

Девушка скрипнула зубами и покосилась на стоящие позади внедорожники. С каменным выражением лица шагнула ко мне.

Стоящие на флангах гвардейцы изрядно напряглись. Впрочем, они и до того были напуганы — о Даре Мориан, оба наверняка знали. И понимали, что если дело дойдёт до схватки, то шансов выжить у них будет немного.

Хотя, это же обеспечивало ещё один интересный результат — после неудачной атаки Анны оба смотрели на меня такими глазами, как будто увидели самое настоящее чудо.

Сама девушка, подойдя на расстояние вытянутой руки, остановилась. Секунду посверлила меня взглядом.

— В хвосте колонны грузовик с клубникой. Там должно быть приблизительно десять тонн. Я постаралась посчитать, чтобы было точно, но покупалась она разными партиями, где-то могла произойти ошибка.

На момент замолчала, снова крепко стиснув зубы.

— Приношу свои извинения за попытку выполнить контракт и вернуть Илву Скау главе её рода. Не стоило браться за эту работу.

Резко выдернув руку из кармана, протянула её вперёд, сжимая кулак.

— Мои лучшие. Как ты и просил. Вчера не пострадали, потому что хранились в надёжном месте, отдельно от всех. Для особого случая.

Ястреб с интересом и лёгким разочарованием заклетокал, опускаясь ниже. Во-первых, он был расстроен тем, что пропустил вчера одну цель. А во-вторых, ему не терпелось посмотреть, какой именно вариант нижнего белья, скандинавка считает лучшим.

Сама же девушка ровным тоном задала следующий вопрос.

— Какой танец ты имел в виду? Раздеваться? В одежде? Где и как танцевать?

Что-то с ней точно было не так. Вернее, тут скорее всё было не так. Тотально. Она вроде и выглядела агрессивно-боевой, но потухшие глаза намекали на наличие серьёзных проблем.

— Что-то случилось?

Девушка криво усмехнулась и поднесла сжатый кулак ближе, держа его около самой кольчуги.

— Сам как думаешь? Что ты сделаешь с командиром, который облажается на таком простом задании? С тем, из-за кого над твоей компанией потешается целая страна? Или с членом рода, который…

Она снова стиснула зубы и не договорила, но ситуация в целом была ясна. Хотя я не совсем понимал, как информация могла разойтись настолько быстро. Сейчас же только утро. А вчера всё происходило уже ближе к вечеру — газеты бы просто не успели выйти. Стоп. Разница в часовых поясах — снимки были сделаны задолго до выхода вечерних газет столицы. Передать их при помощи дарфона, дело нескольких секунд. И видимо кто-то из газетчиков успел скорректировать макеты вёрстки, пустив горячий материал в печать.

Блондинка злобно прищурилась и тыкнула кулаком в вязь моей защиты.

— Где танцевать? И как?

Я дал Сандалу команду подняться в воздух и проверить окрестности. А сам качнул головой.

— Тебя убрали из «Волков»?

Девушка нервно хохотнула, так и продолжая держать свою руку вытянутой вперёд.

— Какой ты дипломат, оказывается. Спорим, все утренние газеты напишут «с позором выкинули на улицу»?

Изначально я лишь хотел дать сигнал Долгоруким. Продемонстрировать, что лучше не пытаться на меня давить. Но неожиданный поворот открывал ещё одну возможность.

Кивнув на бойцов за её спиной, я уточнил.

— Сколько людей у тебя осталось?

Судя по выражению лица, она хотела выругаться, но в итоге всё же сдержалась. Несколько мгновений подумала. Наконец озвучила ответ.

— Семьдесят два человека. Из них двадцать Одарённых. А что? Хочешь нанять?

Блондинка постаралась выразить своим голосом издёвку, но одновременно с ней, в вопросе скользнул намёк на надежду. Едва слышимый и с трудом уловимый, но он всё же имелся.

— Возможно. Дальний рейд, за рубежи империи. Со мной во главе. Возьму всем отрядом. Но предупрежу сразу — обнаружу слив информации или предательство одним из бойцов, казню его и весь его взвод. Пойму, что меня предал командир отряда и вырежу всех. Круговая порука.

Нечто подобное использовали варвары, с которыми схлёстывались в боях римские легионы. Там методика была такой же — если воин десятка бежал или нарушал приказ, казнили всех. Бежал десяток — убивал сотню. Бежала сотня — убивали тысячу. Подобное практиковали гунны и некоторые степные племена, что докатывались до наших границ. Не сказать, что это им помогло в битве с воинами Вечного города. Но всех остальных противников, варвары успешно сокрушали. Да и в самих легионах имела место коллективная порука. Хотя, там речь чаще всего шла об исключительных случаях — например утере штандарта. А казнь заменялась изгнанием из рядом армии и лишением всех положенных привилегий.

Девушка задумалась. Опустила руку и оглянулась на стоящих около машин мрачных бойцов. Снова посмотрела на меня. Нервно дёрнула плечом.

— Условия? Длительность контракта? Формат?

Теперь настало время подумать мне. Честно говоря, я не знал, сколько именно здесь платят наёмникам и каким образом рассчитывается сумма, которую получает каждый. А ведь, наверняка есть и иные платежи, помимо жалования. Лечение в случае ранений, снабжение, обеспечение боекомплектом и всё остальное.

— Детальные условия обговоришь с моим юристом. Но они точно будут не хуже, чем в «Волках». Длительность вариативна. Возможно пара месяцев, но может быть контракт будет продлён.

Что она подразумевала под форматом, я не совсем понял, поэтому решил проигнорировать этот пункт. Но Анна сразу же сама о нём напомнила.

— А формат? Мне регистрировать новую компанию? Или ты хочешь оформить всё, как временный вассалитет?

В такие нюансы, Бельский, при обсуждении найма военной силы, не вдавался. Да и я, если уж на то пошло, не слишком хотел лезть в юридические дебри. Видимо, зря.

— Над этим ещё нужно подумать. Но нанять, в любом случае готов. Определиться лучше прямо сейчас, чтобы командующий гвардией имел вас в виду.

Девушка наморщила лоб, о чём-то усиленно размышляя.

— С регистрацией я могу не успеть. Особенно, если с лицензией затянут.

Неприятно, когда ты вроде и понимаешь о чём речь, но при этом абсолютно не в курсе подводных камней, которые могут иметь место быть.

Взмахнув рукой, я уточнил.

— Все юридические детали — к адвокату. В целом, ты согласна или нет?

Та шумно втянула ноздрями воздух и сунула руку в карман, так и не показав Сандалу те трусики, что считала своими лучшими. А немедленно завладеть предметом белья, я ястребу не позволил. Эта смертная вот-вот станет моим воином. То, что позволено по отношению к врагам, недопустимо по отношению к собственным бойцам.

— Согласна, — решившись, едва слышно выдохнула она.

— Вот и отлично. Тогда через час жду тебя со всем остальным отрядом.

Игнорируя возмущённый клёкот Сандала, которого терзало любопытство, я развернулся, чтобы уйти, но за спиной снова послышался голос девушки.

— А… Что делать с клубникой?

Ястреб взорвался новой порцией клёкота, а я усмехнулся.

— Пусть завезут на территорию и оставят грузовик около усадьбы.

Мориан кашлянула и совсем тихо уточнила.

— Транспорт арендованный, его нужно будет вернуть.

Я скосил глаза на призрачную фигуру ястреба, который уже облетел округу и вернулся назад.

— На разгрузку уйдёт не больше пятнадцати минут.

Блондинка невольно оглянулась на заполненную доверху машину, но уточнять ничего не стала. Вместо этого двинулась к своим людям, на ходу раздавая команды. А я зашагал к усадьбе, доставая дарфон и набирая Бельского.

Разговор в целом прошёл продуктивно — адвокат согласился помочь по всем вопросам и выделил под мои задачи целого поверенного. Но когда мы уже собирались прощаться, он невзначай посоветовал нанять какого-то юриста. Мол, в целом то он не против, обеспечивать моё сопровождение, но учитывая, что компания в столице, а я на востоке, это не всегда удобно. К тому же массу мелких вопросов проще решать на месте, используя специалиста более низкой квалификации.

Юрист, пожалуй и правда был нужен. Но этим вопросом, я рассчитывал заняться уже после того, как вернусь из похода. Пока же есть более срочные задачи.

Спустя двадцать минут Мориан со своими бойцами и пустым грузовиком покинула территорию усадьбы, а я отправился на кухню, откуда тянуло запахами вкусной еды.

Правда, нормально позавтракать мне не дали. Нет, началось то всё просто прекрасно — Лера с Кристиной, которые решили озаботиться готовкой, поставили передо мной омлет, свежие блинчики, оладьи и несколько мелких ёмкостей со сметаной, мёдом и двумя вариантами варенья. Но стоило мне протянуть руку и взять первый блинчик, как по воздуху прокатилась волна мягкого голоса рыжей.

— А кого из нас ты возьмёшь с собой?

Свернув блинчик, я подозрительно оглядел девушек, которые буравили меня взглядами. Неужели снова конкуренция разыгралась? Вроде только что готовили вместе. Да и до этого мне казалось, что они нашли общий язык.

— Никого. Лера будет заниматься финансами и строительством. Ты прорабатывать свой проект с благотворительностью. Нужно просчитать бюджет, который потребуется на Амурскую губернию. Думаю, начать будет лучше всего с неё. Плюс, станете приглядывать за усадьбой и введёте в курс дела остальных девушек, когда они появится.

Последовательницы обменялись взглядами и теперь в дело вступила жрица.

— Но кто-то ведь с тобой отправится?

Слишком медоточивые у них голоса. У обеих. И печать на разуме девушек передаёт какие-то странные эмоции. Не слишком понятные.

— Илву и Ульяну. Ещё придётся прихватить Асуку, чтобы убрать формальный повод для атаки Абэ. И Измайлова.

Они снова обменялись взглядами и синхронно придвинулись ближе. Я даже остановил руку с блинчиком, чем немедленно воспользовался Мьёльнир — выстрелив ложноножкой, начисто срезал ту часть, которой я только что щедро зачерпнул малиновое варенье.

— Что?

Не выдержав, я задал уточняющий вопрос. И на всякий случай проверил их разумы, используя контакт с оттисками божественной силы. Но девушки не были под ментальным контролем и действовали абсолютно самостоятельно.

Рыжая, потупив взор, провела ногтем по столешнице и тихо уточнила.

— То есть ты возьмёшь Ульяну, Илву и даже ту стерву, что подрядилась работать против тебя, а нас оставишь тут?

Лера, которая стояла по левую сторону от меня, около второго торца небольшого стола тоже включилась в игру.

— Как парочку домохозяек, которые недостойны сопровождать тебя в походе?

Только я перевёл на неё взгляд, как справа зазвучал вкрадчивый голос Кристины.

— Как глупых и надоевших жён, от которых он хочет сбежать.

На этот раз я был умнее и не стал отводить взгляда от брюнетки. Но они меня провели — заговорила опять рыжая.

— Настолько надоели, что он готов даже развязать войну за границей, лишь бы был повод от них избавиться.

Мысленно расхохотавшийся Мьёльнир перетёк на стол и стянув с тарелки блинчик, сформировал ложноножку, принявшись набрасывать на него малиновое варенье. Я же осторожно кашлянул, оглядывая двух разъярённых фурий, которые старательно удерживали маски спокойствия.

Не привык я знаете ли к постоянному проживанию с женщинами под одной крышей. Да ещё с таким количеством. Раньше всё было как-то проще. Спустился с Парнаса, провёл с ней ночь и рванул обратно. Ну или день. Может быть утро — всё зависело от статуса и уровня свободы избранницы. А члены свиты никогда не рисковали давить на своего повелителя. В отличие от этой парочки.

— Во-первых, вы не мои жёны. Во-вторых, вы нужны здесь. У каждой есть целая груда задач.

Рыжеволосая придвинулась чуть ближе и прикусив губу, кивнула.

— Да-да, ты с нами ещё и не спишь. Хотя вот каких-то шлюх в городе подцепил. Да говорят так ублажал, что они полночи целому кварталу спать не давали.

С другой стороны согласно поддакнула Лера.

— Три развода на твоей совести, если что. Ты напомнил женщинам, как звучит удовольствие. И они поняли, как давно его не испытывали.

Печать показывала, что она не врала. Неожиданный эффект, на самом деле. Хотя, у меня перед глазами сейчас разворачивалась куда более занятная картина. Две последовательницы, которые давят на собственного бога.

На момент появилось желание одёрнуть их и как говорил Марс «вернуть в строй», но я вовремя остановился. Сам ведь этого хотел. Самостоятельности, ответственности и принятия решений. Мне же нужны не просто тупые исполнители, готовые работать по инструкции, а те, кто сможет перевернуть мир. Став теми, кто им правит. Пока смертные показали неплохие навыки работы в паре и способность быстро находить общий язык. По крайней мере, когда появляются единые интересы.

— А что по второму пункту? У каждой из вас есть свой круг задач. И они должны выполняться.

Они даже не стали переглядываться. Вместо этого первой снова заговорила Кристина.

— План я могу просчитать и в пути. Дарфон никуда не денется, связь будет. А вот Дар, который мне вручил повелитель, нужно тренировать и развивать. Разве нет?

Она придвинулась ещё ближе, став вплотную. Настолько, что пальцы чувствовали жар её бедра, обтянутого невесомой тканью платья.

С другой стороны послышался голос Леры.

— Строительство может проконтролировать Ульрих. Ты же всё равно оставишь его для защиты усадьбы. А Ульяна займётся девочками, после того, как те приедут. У меня ведь тоже есть Дар. Редкий и мощный. Как я буду его развивать, не участвуя в схватках?

Брюнетка тоже скользнула ко мне, остановив ногу в каких-то миллиметрах от левой руки. На момент возникла неловкая ситуация — сейчас даже я на сто процентов не был уверен, что происходит. То ли они уже начали прелюдию к оргии, то ли всё ещё продолжали переговоры.

Обстановку разрядил Мьёльнир, который наконец закончил заливать тесто вареньем, скатал в трубочку и попробовал поднять. Звучно шмякнувшийся на столешницу блинчик и брызги варенья, заставили обеих девушек рефлекторно дёрнуться. А я отодвинул стул и поднялся на ноги.

— Если гарантируете, что в вашей сфере ответственности не возникнет никаких проблем, то можете отправиться со мной.

Вот теперь они переглянулись. И довольно улыбнулись друг другу, после чего сразу отошли от стола. Не знаю, как насчёт всех смертных дев, но эта парочка точно могла соперничать в хитрости с дриадами.

Вернувшись на место, я глянул на Мьёльнира, который решил отбросить в сторону манеры и разделавшись с блинчиком, теперь очищал стол от варенья. Вздохнув, тоже протянул руку за едой. Но тут Лера задала ещё один вопрос.

— А куда именно мы отправимся?

Не успел я поднять глаза, как послышался голос Кристины.

— Ведь точно не в саму Маньчжурию, да? И скорее всего вообще не в империю Цин.

Догадка у них была верной — атаковать Лецзюнь на территории империи Цин я не предполагал. Вернее, такой вариант тоже рассматривался. Но был отвергнут — там у них немало союзников, которые находятся буквально вплотную. Да и сама императорская династия на вторжение рода с чужой кровью, наверняка посмотрит косо. Когда свои собственные вассалы режут друг друга, это допустимо. Земля то всё равно остаётся за ними. А вот с чужим придётся договариваться. Да и вассалитет возможен только ограниченный.

К тому же, это ещё и исконные земли маньчжуров, которые правят империей. Не удивлюсь, если подобная операция выльется в противостояние со всем Белым Знаменем, одно ниру которого образовывал вражеский род. Такое количество противников, даже я могу не потянуть.

Поочерёдно оглядев девушек, покачал головой.

— По поводу империи Цин, вы правы. А куда именно мы направляемся, узнаете, когда будем в пути.

Те едва ли не синхронно выдохнули, возмущённо уставившись на меня. А сам я сразу поднял руку.

— Всё. Теперь я буду завтракать. Сегодня ещё масса дел.

Смотрели они на меня, как голодные кошки от которых убирают кусок мяса. Но благополучно сдержались — основная задача уже была решена, так что видимо решили не рисковать.

Следующие два дня слились в сплошную череду задач, над которыми приходилось работать. В первую очередь я занялся укреплением обороны усадьбы. Текущие защитные системы были неплохи, но если на штурм отправится действительно серьёзный противник, он без проблем пробьётся к самому особняку.

После этого, его бойцы, скорее всего умоются кровью. Но есть и обратный риск — я уже наблюдал мощь Хранителей и Чернокровых. Сомневаюсь, что они рискнут обрушиться на меня в открытую, но вот поддержать какого-то противника вполне могут. И тогда имеется определённый риск уничтожения имения. Что означало бы потерю, как верных соратников, так и места, которое в потенциале может стать неприступной крепостью. Особенно, если по возвращению, у меня получится модернизировать алтарь.

Поэтому я старательно прокладывал новые сигнальные линии и укреплял оборонительные рубежи. Пустил в дело часть артефактов, что были захвачены у Ореховых, плюс самостоятельно изготовил не меньше сотни накопителей — на них ушли практически все имеющиеся пастилки. Не говоря о том, что я активно использовал энергию, которую генерировали мои собственные ядра.

Дополнительно к этому, подготовил несколько групп артефактов, внутрь которых были закатаны схемы ударных плетений. Первый, обманный удар наносился простенькой комбинацией, которая не могла никому навредить. А после этого, в ход шли самые убойные варианты из тех, что у меня получалось создать на текущем уровне силы.

Дополнительно подключил к процессу Леру — её Дар тоже позволял формировать боевые артефакты. Например те, что поднимут все трупы в определённом радиусе и заставят их атаковать живых. Как раз то, что нужно, когда по противнику только что отработал целый комплекс плетений, он дезориентирован, а вокруг полно мертвецов.

Анна вернулась со всем отрядом в тот же день. Теперь они тоже размещались в палатках на территории усадьбы. Найм оформили через временный вассалитет — девушка признавала меня «военным сюзереном» на период в полсотни дней.

Неожиданностью стало использование во время этой процедуры Дара. Помимо того, что мы подписали соответствующие документы, оба принесли клятву с использованием силы. Я гарантировал, что не стану подставлять её людей и специально отправлять их на смерть, либо вредить иным способом. А она со своей стороны, обещала чётко выполнять все команды и честно сражаться, выкладываясь на полную и не причиняя мне никакого вреда. Ни напрямую, ни косвенно.

Дополнение предложил поверенный Бельского, с которым девушка вела переговоры. Такая процедура обычно использовалась во время принятия каким-то родом новых вассалов, но порой задействовалась и с наёмниками. Хотя те на подобное шли с неохотой — клятва действовала не только в отношении командира. Специальная печать связывала всех Одарённых отряда. Если нарушат — их Дар сгорит. А с ним распадутся и ядра. В лучшем случае, останутся покалеченные люди, лишённые возможностей, к которым привыкли с детства. В худшем, их ждал не самая лёгкая смерть.

Вот со вторым отрядом наёмников, который оказался на первом месте, как в списке Леры, так и в рапорте Орлова, такое предложение не прошло. Согласились только на обычный юридический контракт. Но учитывая их репутацию, этого должно было хватить.

«Обские Медведи». Более семисот пехотинцев поддержки, шестьдесят две единицы бронетехники с экипажами, самоходная артиллерия и миномёты. Плюс, сто восемьдесят четыре Одарённых, среди которых шестнадцать Окольничих.

Сумма найма выглядела неприличной. Не занимайся сделкой члены свиты, чьи разумы были отмечены моими же божественными печатями, я бы подумал о том, что кто-то хочет нагреться на контракте, солидно переплатив за услуги. Но всё было честно. Просто услуги подобного отряда, да ещё на два месяца и за границей, могли позволить себе немногие.

Пока они базировались в предместье Владивостока — размещать их на территории усадьбы, было просто негде. Она и так напоминала палаточный лагерь, рядом с которым находилась стоянка трофейной техники.

К моему возвращению всё должно было поменяться — Орлов с Лерой уже согласовали план полной перестройки территории вокруг имения. Масса новых построек, в которых можно будет разместить людей. Плюс ангары, склады и укрепления. Сама усадьба должна была превратиться в центр масштабного комплекса, с прицелом на дальнейшее расширение. Сандал как-то подсмотрел один из вариантов схем Орлова — капитан здесь ещё и аэродром отстроить собирался. Правда, пока ко мне с этим предложением не лез.

Ещё одной проблемой стал поиск транспорта. Я бы не отказался атаковать врага с воздуха. Но драконов тут не было, моя старая сила тоже отсутствовала, а те варианты конструктов, которые я мог создать из подручных средств, донесли бы до цели, максимум полсотни смертных. И вряд ли подняли бы даже один танк.

Поэтому, вариантов не оставалось — только по воде. Три десантных корабля, плюс одно судно снабжения, забитое боеприпасами, продовольствием и медикаментами. Всё было зафрахтовано на ближайшие пять суток, с возможностью продления.

Два малых фрегата проекта «Кобра» — для охранения и прорыва вражеской обороны. Услышав о типе кораблей, Орлов сразу же пустился в рассуждения об их малой эффективности в современных условиях и недостаточной огневой мощи. Мол, на близком расстоянии, они и правда способны нанести серьёзный урон. В основном за счёт спаренных автоматических пушек, которые могли бить артефакторными снарядами. По одному на каждые пять обычных в ленте и поражающая способность значительно вырастала. Ресурс стволов правда изнашивался быстрее, но это всё же боевая техника — по статистике, половина кораблей шла ко дну быстрее, чем их орудия приходили в негодность. У везунчиков же, отдельные компоненты вооружения были вынуждены менять.

Пришлось прерывать военного и объяснять, что я уже в курсе специфики выбранных кораблей. Из-за которой, на них собственно и остановился выбор.

Хотя, более низкая стоимость, тоже сыграла свою роль. Захваченная казна Ореховых позволяла не бедствовать, но найм «Обских Медведей» обошёлся мне в тридцать миллионов рублей. И это только базовая цена услуг за первый месяц. Сюда можно будет смело добавить, как минимум несколько миллионов на лечение и премиальные, плюс оплату второго месяца.

Отряд Мориан стоил дешевле. Узкоспециализированная лёгкая пехота, которую использовали во время локальных конфликтов родов или в качестве охраны, это не то же самое, что пусть и миниатюрная, но почти полноценная армия. Да и по численности они сильно уступали. Но свой миллион, скандинавка всё равно получила.

Аренда трёх десантных кораблей обошлась мне в пятнадцать миллионов. Ещё один миллион за грузовое судно и восемь за два малых фрегата. С восполнением боекомплекта.

Дорого. Настолько, что после всех расчётов, у Леры возникло неожиданное предложение — отправиться небольшой группой и пройтись по тылам врагом, выжигая там всё калёным железом. А потом выкатить им встречную претензию — или платят, или мы продолжаем и вырезаем весь их род на корню.

Мысль была отчасти неплохой. Но мне требовалось не просто сокрушить Лецзюнь и получить какое-то количество жёлтого металла. Я хотел перейти на другой уровень игры. Пока дело не дойдёт до момента формирования нового пантеона, именно род Афеевых будет моей опорой в этом мире. А значит, нужно сделать так, чтобы с ним считались.

К тому же, насколько я помнил, с населением Азии куда проще работать в плане формирования паствы. У тех же индийцев с этим проблем никогда не возникало. Их последователи с удовольствием и порой весьма креативно резали друг друга, но практически никто не задумывался о том, чтобы свергнуть богов. Что-то подсказывает, если взять за основу почти завершённый проект Кристины и запустить его на захваченной территории, численность моих невольных последователей моментально вырастет.

Я старался сохранить детали будущего рейда в секрете — ни Махов, ни Бельский, ни Егоров не были в курсе, куда именно я собираюсь отправиться с этой небольшой эскадрой. Хотя все трое были в курсе происходящего. По крайней мере, отдельных его моментов.

Так, корабли были зафрахтованы через одну из компаний Махова, которую он переуступил мне за символическую стоимость в один рубль. А Егоров помог с распространением слуха о том, что «Обские Медведи» наняты одним из княжеских родов, у которого возник конфликт с маньчжурами. Мол, те хотят морально надавить на противника, потому и разместили их около границы. А там, как знать, может и в бой бросят, когда подойдёт время.

Собственно, даже капитаны кораблей не были в курсе цели морского путешествия и не знали, кто именно их нанял.

В день отправки, я и члены свиты поднялись на борт под действием полога невидимости. А три взвода гвардейцев переоделись в форму «Медведей» и благополучно с ними смешались. То же самое провернули бойцы Мориан.

Так что с точки зрения сторонних наблюдателей, отряд наёмников, который работал на один из знатных патрицианских родов, загрузился на корабли и отплыл в неизвестном направлении. Если исключить причастных, более или менее полной информацией располагали всего трое. В Бельском и Егорове я был уверен настолько, насколько это возможно. Махов пока производил двойственное впечатление — по-моему юноше было попросту скучно. По условиям мирного соглашения, он должен был безвылазно находиться во Владивостоке, не удаляясь от него более чем на тридцать километров. Единственное исключение — общая тревога из-за Пробоев. Вроде той, что объявили после появление Рубинового.

Но перед тем, как отплыть, я зародил в нём надежду. Одним из японских кланов, что перемололи войска Маховых в Шанхае, были Абэ. Те самые, что рано или поздно явятся за Асукой. И возможно с ними получится установить контакт.

Ещё, меня сильно интересовал Дар смертного. Но в открытых источниках на эту тему ничего не нашлось, сам он предпочитал о нём не говорить, а спросить толком было не у кого. Самостоятельно идентифицировать его способность я не мог, что изрядно удивляло. Судя по всему, Дар должен быть мощным. Потому как, несмотря на полный разгром, род Маховых остался цел. Их не добили и не уничтожили полностью. Лишь забрали большую часть собственности, да связали условиями договора. Среди которых было немало странностей — к примеру то же самое ограничение на свободное перемещение. Такое впечатление, что другая сторона опасалась членов проигравшего рода. А потом разбросала их максимально далеко друг от друга, запретив физически приближаться друг к другу.

Но со всем этим предстояло разобраться уже после возвращения назад. Пока же, я собрал небольшой военный совет в своей каюте. Пока только члены свиты — Лера, Кристина, Илва и Измайлов. Асука, которая за прошедшее время трижды пыталась бежать и дважды нападала на гвардейцев, что кормили пленную, лежала связанной в соседнем помещении — я решил держать японку поближе к себе, раз уж на корабле нашлась каюта с тремя отдельными комнатами.

Усевшись в кресло, прикрыл нас божественной силой. По идее, лазутчиков тут быть не должно, но не помешает на всякий случай подстраховаться. Окинул взглядом четверых смертных, что с нетерпеливым ожиданием пожирали меня глазами.

— Готовы услышать о нашей цели?

Подавшиеся вперёд члены свиты, разочарованно выдохнули, а я растянул губы в усмешке.

— Мы идём на Пусан.

Кристина поджала губы, Лера непонимающе нахмурилась. Илва тоже смотрела так, как будто ждала подробностей. А вот Измайлов сдавленно охнул и чуть не уронил чашку с кофе, которую держал в руках.

— Пусан? В смысле? То есть… Там же больше миллиона человек населения. И вообще, это Корея. Как ты собрался его захватить? А удержать? Да мы даже близко к бухте не подберёмся — там береговая артиллерия такая, что нас пустят ко дну на полпути.

Чуть смешавшись под моим пристальным взглядом, юноша всё же добавил.

— Под твоими щитами, может и ближе подойдём. Только к ним уже пытались как-то Абэ заглянуть. Большая эскадра и двенадцать Великих Мастеров, что держали щиты. Так корейцы ударили такими артефакторными снарядами, что и их барьеры посыпались.

Сандал, который летал вокруг кораблей, издал протестующий клёкот. И судя по мысленному посылу, обвинил Измайлова в трусости. Я же согласно кивнул юному патрицию.

— Береговая артиллерия там и правда великолепна. Восемьдесят два орудия крупного калибра, прекрасная артефакторная защита и накопленные за столетия артефакторные снаряды, в том числе и запредельной мощности.

После этого обмена репликами, лица девушек тоже изрядно вытянулись. Я же снова обратился к Михаилу.

— Тем не менее уязвимое место у города есть. Какое?

Тот мгновение поколебался, почему-то покосившись на Илву. А потом принялся отвечать.

— Возможность атаки с земли, конечно. С моря то к ним считай не подобраться. А по суше, такое провернуть гораздо проще. Только там тоже серьёзные укрепления. Да и статус у города особый. Король Чосона запретил своим вассалами нападать на Пусан после того, как город едва не разрушили во время схватки корейских кланов.

Подождав ещё немного, я уточнил.

— Ты смотришь не под тем углом. В чём настоящая слабость Пусана?

Измайлов наморщил лоб, погрузившись в раздумья. После того, как он провёл в таком состоянии четверть минуты, я решил дать подсказку.

— Больше миллиона жителей, городские силы охраны порядка, десятки тысяч Одарённых, которых можно поставить на службу. Крупнейший порт Кореи. В чём его слабость?

На лице смертного неожиданно блеснуло озарение.

— Местные недолюбливают маньчжуров. И сами корейцы не смогут напасть на город. Как только над ним взовьются наши флаги, он станет для них неприкасаемым.

Внимательно слушающая Лера, сразу же вклинилась с вопросом.

— Но Лецзюнь то смогут атаковать? И уж точно смогут защищаться. Вы оба сказали, в городе множество Одарённых и есть чуть-ли не своя собственная армия. А у нас полторы тысяч солдат, если считать весь личный состав.

Развивать тему она не стала. Но подтекст был очевиден. Как захватить миллионный город, если у тебя полторы тысячи бойцов? И даже если эта безумная затея выгорит, то как его удержать?

Несколько секунд я помолчал. Ждал реакции Кристины и Илвы. Но девушки не спешили присоединяться к беседе, с интересом ожидая моего ответа. Поэтому пришлось начать излагать.

— Лецзюнь подхватила Пусан у корейского клана Ёхын Мин. Те ослабли во внутренних дрязгах настолько, что новый формальный глава клана пустил в Пусан чужих солдат, лишь бы удержать город. А когда сам погиб в схватке со своим конкурентов, Лецзюнь прибрали всё к рукам.

Кристина, которая потратила половину последней ночи на то, чтобы испечь аж целых три торта для Мьёльнира, сонно моргнула.

— Но зачем ему был нужен гарнизон, если корейским кланам и так запрещено нападать на город?

Я с усмешкой кивнул.

— Нападать запрещено. Но речь идёт только о кланах и Домах. Мятеж горожан под это определение не подпадает. А глава Ёхын Мин, который принимал решение, был не слишком популярен среди жителей. Оттого и пустил в город солдат Лецзюнь, которые привлекли к делу своих союзников. Семь ниру Белого Знамени — достаточная сила, чтобы охладить горячие головы.

Члены свиты переглянулись и Лера задала вопрос, который висел в воздухе.

— Извиняюсь, но… Он был идиотом? Добровольно открыть ворота чужим солдатам и надеяться, что они потом уйдут.

На этот раз ей ответил Измайлов, который отставил чашку кофе и возбуждённо барабанил пальцами по подлокотнику кресла.

— Он связал их вассальной присягой, привязав её к Дару. Они должны были освободить город по первому его приказу. И не предпринимать никаких действий, направленных против него лично или клана. Но, он не включил в условие своих наследников. Поэтому, после смерти второй стороны, у маньчжуров оказались развязаны руки.

Стоило признать — в истории смертный был подкован неплохо. Хотя, казалось бы, где Петербург и где Корея?

Взгляды присутствующих снова скрестились на мне. И судя по ним, ни у кого пока просматривалось понимания моего плана.

— Сила Пусана, в его фактической неуязвимости с моря и запрете правящего Дома на любые военные действия направленные против города. Атаковать его могут только иностранные аристократы. Что опять же означает нападение с моря, потому что незаметно подобраться по земле не выйдет. Да и не даст им никто развернуть тыловые части на чужой земле. Если и найдут варианты, то стоить это будет безумно дорого.

Я сделал короткую паузу и в разговор неожиданно влезла Илва.

— Подождите. Вы хотите сказать, что целый город принадлежит отдельному роду? Весь? Полностью?

Измайлов тяжело вздохнул. А я удивился тому факту, что его образование оказалось чуть получше, чем у скандинавской патрицианки. Глянув на пепельноволосую, кивнул.

— Да. В Европе и Российской империи, подобное запрещено законом. Но в Азии, встречается постоянно.

Та ошарашенно махнула головой.

— А как же налоги? Работа городских служб? Коммерческая деятельность, в конце концов? Лицензирование? У них же должны работать какие-то государственные структуры?

Я махнул рукой в сторону Михаила.

— Если интересны детали, то позже он тебе всё объяснит. А пока вернёмся к главному.

Юноша чуть смутился, отведя взгляд в сторону. Опасается скандинавки? Или наоборот? У него же с Софьей вроде любовь до гроба?

Мьёльнир что-то тихо пискнул, а Сандал мысленно захохотал. Похоже, я настолько погрузился в дела за последнюю пару дней, что пропустил нечто важное.

Впрочем, сейчас все ждали от меня деталей плана, так что я сделал пометку на будущее и продолжил объяснять.

— Лецзюнь подмяли город под себя практически без боя. Договорились с местными лидерами, пообещали им стабильность и определённый уровень автономности, если те не станут мутить воду, а потом заключили договор ограниченного вассалитета с правящим Домом и на этом история закончилась.

На мгновение прервавшись, отпил кофе. Обвёл четверых членов свиты взглядом.

— Миллион жителей. Как минимум, каждый двадцатый — Одарённый. Как их держать под контролем?

Те обменялись взглядами и первой, неожиданно высказалась рыжая.

— Разделять и властвовать?

Заметив на моём лице лёгкое удивление, обиженно поджала губы и отметила.

— Я вообще-то читаю, когда есть свободное время. Навёрстываю упущенное.

Поощрительно улыбнувшись, я утвердительно наклонил голову.

— Всё верно. В городе есть гарнизон маньчьжуров, но он не слишком велик. По договору с правителем Чосона, им разрешено держать в городе только родовую гвардию. Ввод наёмных сил допускается лишь временно, на период до четырнадцати дней.

Измайлов задумчиво прищурился.

— И сколько их там?

Когда Бельский сбрасывал мне данные на Лецзюнь в первый раз, там говорилось об одном ниру Белого Знамени, который формирует род. Но это была лишь верхушка их родовой гвардии. Элита, готовая выступить в поход по приказу императора Цин или главы Белого Знамени. А вот общая численность родовой армии, оказалась куда выше.

— Около семи тысяч человек. Из них почти полторы тысяч Одарённые. Плюс, десять тысяч корейцев, которые относятся к городским силам охраны порядка. И около двадцати тысяч полицейских.

Четверо смертных, что сидели передо мной, снова помрачнели. На первый взгляд, сравнение и правда было не в нашу пользу. Я же продолжил.

— При этом, город контролируется массой разнообразных фракций. Каждая из которых располагает своими людьми во всех структурах. Фактически, это десятки семейных кланов, только сформированных не аристократами. А во главе, далеко не всегда стоят Одарённые.

На лице Измайлова появилась довольная усмешка.

— Ты сейчас ведёшь к тому, что сражаться они не станут?

Я пожал плечами.

— Как говорил Марс, боевое безумие иногда может охватить и домашнего кота. Но такое происходит очень редко. Так что да, скорее всего корейцы не захотят заливать свои улицы кровью и умирать ради маньчжуров. Зачем, если речь идёт лишь о смене одного владельца города на другого. А никто из них захватить и удержать власть точно не сможет. Силы крупнейших фракций приблизительно одинаковы. Да и статуса аристократов у них нет — даже если случится чудо и кто-то подомнёт Пусан, правитель Чосона объявит его вне закона.

Лера глянула на Михаила и переведя взгляд на меня, чуть подалась вперёд.

— Но как они узнают, что мы собираемся сохранить старые порядки? Когда в городе начнутся бои, будет не до переговоров. А у лидеров этих городских кланов наверняка налажены неплохие отношения с маньчжурами.

Посмотрев на девушку, в очередной раз за беседу, кивнул.

— Верно. Но у меня есть способ донести до них нашу позицию ещё до начала схватки. Всё, что останется потом — быстро разобраться с гарнизоном и официально проинформировать власти Чосона о том, что их главный порт сменил собственника.

Несколько секунд в каюте стояла тишина. Потом Измайлов осторожно уточнил.

— Пусть так. Предположим, у тебя есть план, как удержать этот конгломерат под контролем после того, как мы войдём в город. Хотя, я всё равно не представляю, как заставить корейцев бояться, когда у тебя всего полторы тысячи солдат. Но…

Договорить он не успел — промчавшийся через переборку Сандал, приземлился на столик и материализовав клюв с частью головы, проскрипел.

— Шли по Пусану егерр-р-я!

Члены свиты чуть дёрнулись от неожиданного звука, а Михаил криво усмехнулся.

— Ну-у… Устрашение, это тоже неплохой метод, пусть обычно и временный. Тем не менее, как мы захватим город? Или ты собираешься вывести всю артиллерию из строя?

Предположение было неплохим. Но судя по той обрывочной информации, которую удалось отыскать поверенному Бельского, с орудиями всё было не так просто. Молодой юрист, которого адвокат выделил для работы со мной, был вынужден играть роль разведчика и с задачей справился не слишком хорошо. Тем не менее, отыскал всё, что было в открытом доступе. И везде говорилось о крайне мощной защите артиллерии. Мол, с ней работали не только специалисты маньчжурских кланов, но и приглашённые Одарённые из других регионов мира. Береговые батареи постарались прикрыть по максимуму.

Поэтому была вероятность того, что Сандал не сможет добраться до орудий. А проверить это будет можно только после того, как эскадра приблизится к Пусану.

— Не факт, что в этот раз всё получится настолько легко. Скорее всего, придётся вести корабли под пологом невидимости. Как минимум до момента, как мы окажемся в мёртвой зоне, где нас не достанут береговые батареи.

Юный патриций потёр нос и бросил на меня задумчивый взгляд. Поняв, какой именно вопрос он сейчас озвучит, я сразу выдал ответ.

— Для их артефакторных систем наблюдения и радарорв мы тоже будем невидимы. Вплоть до момента начала высадки.

Тот задумчиво цокнул языком, а вот Илва слегка нахмурилась.

— Но это будет обычным нападением? Или ты собираешься известить их о войне родов в соответствии с законом? За двадцать четыре часа?

Лицо сидящего рядом с ней юного патриция снова стало напряжённым. Оно и понятно — если проинформировать Лецзюнь о начале военных действий, те подготовятся. И на всякий случай приведут в боевую готовность и гарнизон Пусана. А в противном случае, мы превратимся в обычных бандитов, против которых будет обязан выступить сам правитель Чосона и все его вассалы. Боюсь, это обстоятельство нивелирует действие его собственного указа о запрете на боевые действия аристократов в черте города. Хотя бы по той причине, что вторжение произойдёт под флагами королевской армии.

Взмахнув рукой, я с довольным видом улыбнулся.

— Уведомление за двадцать четыре часа — требование законов Российской империи и Пакта Европы. Остальные страны, в своём большинстве, скопировали эти правила. Но у Кореи есть национальная особенность. Военные действия допускаются без официального объявления о намерениях, если тебе угрожает заведомо более сильный противник.

Чуть помедлив, добавил.

— У рода Лецзюнь тысячи солдат и Одарённых. Предприятия, города и даже собственная транспортная компания. У рода Афеевых — меньше сотни гвардейцев, одна усадьба и несколько пакетов акций. Мы уступаем в десятки раз по военной мощи. И как мне кажется, в сотни раз по финансовым возможностям. Вполне подойдёт для оправдания нашей атаки.

На этом, содержательная часть беседы закончилась. А через полчаса я повторил практически то же самое, только в более сжатом варианте, командирам наёмников и гвардии. Громадному Ярославу, который командовал «Медведями», Анне, что возглавляла ушедших вместе с ней «Волков» и подтянутому Григорию, успевшему в своё время добраться до чина поручика морской пехоты. После чего отправленному в отставку по причине нарушения дисциплины — едва не убил командира, когда застукал его со своей женой. Орлов поставил бывшего офицера командовать тремя взводами гвардейцев, которые плыли к Корее вместе со всеми остальными.

В отличие от членов моей свиты, слова о том, что мы подойдём к гавани полностью незамеченными, наёмников не сильно удивили. Да и Григорий, явно сомневался. Впрочем, выбора ни у кого из них не было. А если вспомнить, что «Медведи» получали половину процента от всего захваченного золота и денег, то приз перед отрядом маячил крупный. Если всё сложится, они могут отхватить куда больше, чем тридцать миллионов. Кто знает, сколько именно золота и денег находится в хранилищах родового банка Лецзюнь, расположенного в Пусане? Или в складах их крепости?

А у Мориан и бывшего поручика, выбор вовсе отсутствовал — даже если у обоих возникло бы сильное желание отказаться, сейчас уже было поздно.

Проведя инструктаж, я назначил время нового совещания. Сам же вернулся в каюту, где несколько часов кряду занимался работой с энергетическим каркасом и «искрой».

Закончив, просканировал окружающее пространство поисковыми плетениями и достал из своей сумки куб, внутри которого были заключены некроконструкты. Артефакт постепенно терял свою стабильность, так что придётся разобраться с ним прямо сейчас. Совместить сразу две задачи.

Осторожно положив его в карман, я открыл иллюминатор. И набросив на себя кольчугу, выскользнул наружу, плюхнувшись в солёную воду.

В этот раз я окружил себя не только кольчугой, но и дополнительным барьером, который не пропускал внутрь воду, а заодно обеспечивал меня воздухом для дыхания. Конечно, можно было просто отрастить смертной оболочке жабры, но тогда потом их бы пришлось убирать. Да и в целом заняло бы прилично времени. Проще использовать один из самых ранних вариантов для подводных путешествий. Из той эпохи, когда наши божественные тела были настолько слабы, что требовались подобные ухищрения.

Где-то внизу слабо светился осколок «искры». Наверху плыли корабли. А я стремительно погружался, приближаясь до дну.

Когда толща воды, что отделяла меня от поверхности, стала не меньше пары километров, я притормозил. Остановившись, пустил в дело божественную мощь, создав ещё один барьер, раздвинувший воду в сторону. Получился этакий воздушный купол, внутри которого пока находился только я сам.

Хотя, нормальным воздухом его ещё только предстояло напомнить, чем я немедленно и занялся. На тот случай, если моим будущим собеседникам понадобится кислород. Было бы неловко начать разговор, а потом обнаружить, что они все умирают у меня на глазах.

Сандал, которому вода не слишком нравилась, мрачно предложил скинуть куб на морское дно. Мол, пусть там поваляется и потом развернётся сам. Вряд-ли команда некроконструктов выживет на глубине, с учётом давления воды. Скорее уж их банально раздавит, навсегда оставив внизу.

Нервозность ястреба я понимал — тот хорошо помнил схватку в порту Петербурга, где его увлёк под воду Чернокровый, едва там и не оставив. Но сейчас обстоятельства были иными. Мы стали намного сильнее. Не говоря уже о том, что ирландские некроконструкты из другого мира, могли стать, как сильными союзниками, так и источником информации.

Вытащив из кармана куб, я бросил его вперёд и использовал комбинацию плетений, которые вкупе с мысленным управлением силой, формировали открывающий ключ.

Момент и внутри громадного пузыря появился кусок земли. Той самой тверди Пробоя, на которой ирландцы находились в момент свёртывания пространство.

Происходящее освещало несколько десятков небольших шариков света, разбросанных мной по округе, а некроконструкты уже вскакивали с земли, хватаясь за оружие.

— К бою, бурю вам в печень! К бою, сукины дети!

Вопль их командира глухо прокатился по воздушному пузырю, а сам он застыл на месте и растерянно оглянулся вокруг.

— Где это мы? Что за шутки морской владычицы?

Бросил взгляд на бойцов, что сгрудились позади, растерянно смотря на окружающую их толщу воды. Потом присмотрелся более внимательно и заметил меня.

— Ты? Якорь тебе под челюсть! Что ты с нами сделал, сухопутный червь?

Сандал, который нарезал круги вокруг выставленного барьера, с яростью предложил оборвать существование этой странной команды. Я же пока присматривался к их телам и силе. Тогда, во время схватка внутри Пробоя, было не до того. А вот сейчас, подобная возможность имелась.

Первый вывод, который можно было сделать — передо мной люди. Как минимум, когда-то точно ими были. Да и сейчас, их тела управляются сознаниями смертных.

При этом, оболочки были сильно изменены. Кто-то обратил живую плоть в некротическую. Если быть до конца точным, создал нечто среднее между этими двумя вариантами. Частица жизни, оставалась в каждом из них.

А ещё, у этих созданий была сила. Не в виде ядер, как у Одарённых. Скорее что-то вроде источника, который у всех располагался в разных местах и отличался своими размерами. Но они абсолютно точно могли с ним управляться.

— Где мы? Зачем ты нас сюда притащил?

Лидер этого странного отряда продвинулся вперёд, остановившись на краю того участка земли, что они занимали и уставился на мою фигуру, висящую в воздухе. Шагать дальше, он пока не решился.

Переведя на него взгляд, я пожал плечами.

— Я освободил вас. Вытащил из той тюрьмы, в которой вы оказались.

На какой-то момент он натурально обратился в статую. Потом недоверчиво огляделся вокруг и хохотнул.

— Вытащил? Как-то не слишком похоже.

Я деланно поднял брови, демонстрируя своё удивление.

— А что, это сильно напоминает Пробой?

Тот снова осмотрелся. Кажется, даже принюхался. Покосился на рыбину, которая только что ударилась о барьер, привлечённая светом. И наконец вернул внимание на меня.

— Если под Пробоем ты имеешь в виду ту дыры, где мы оказались после того, как всё пошло по плавнику акулы, то нет. Но и на нормальную землю это тоже не похоже.

Остальные бойцы внимательно прислушивались к разговору, но сами в него не встревали, предпочитая роль наблюдателей. Хотя, один отошёл к самому краю изолированного куска земли и уселся сбоку, свесив ноги и разглядывая иногда мелькающих снаружи обитателей океанских глубин.

Я же попробовал перевести разговор в более конструктивное русло.

— Кто вы такие и как оказались запечатаны в Пробое? Ты помнишь, что произошло?

Тот яростно оскалился и взмахнул правой рукой, в которой была сжата напитанная силой сабля.

— Ещё бы не помнить! Не каждый день тебя бывает такая славная битва. Да парни?

Он оглянулся на застывший строй и тот отозвался нестройным хором голосов, которые на разный лад подтверждали его правоту. А ещё именовали его капитаном. Похоже раньше, они и правда были экипажем корабля.

Снова посмотрев на меня, их командир внезапно уточнил.

— А ты вообще, кто? И зачем интересуешься судьбой нашего мира?

Вопрос был резонным. Но снова привёл в ярость Сандала, который на этот раз предложил наказать собеседника за наглость.

Определённый смысл в словах моего спутника был. Договариваться с этими воинами, как с равными, я не собирался. Стоило дать им понять эту простую истину.

— Тот, кто освободил вас из плена. Тот, кто может уничтожить вас одним движением руки. И тот, кому интересна судьба вашего павшего мира и его богов.

Пока я говорил, лидер этого отряда всё сильнее хмурился, что с учётом отсутствия бровей, выглядело немного забавно. Но вот последнее слово заставило его удивиться.

— Богов? Ты про тех, что были в древности?

Вот это уже интересно. То есть их мир тоже подвергся атаке неизвестных заговорщиков и потерял все свои пантеоны. А потом там что-то произошло и тот развалился на составные части. Или некто просто вырезал отдельные куски, отправив их странствовать между вселенными?

— Именно про них. Меня интересует всё, что происходило с момента их падения и до той секунды, как вы покинули свой старый мир.

Тот задумчиво почесал бороду, выудив оттуда ракушку, которую отшвырнул в сторону. Ещё раз оглянулся на своих воинов.

— Якорь мне в пятку, если я что-то знаю о богах. Когда-то они были, потом сплыли. Вот и всё. Давно это было.

Секунду помедлив, продолжил.

— Прежде чем мы дальше продолжим, представься. Даже лорды Британской Империи и те называли свои имена, прежде чем отправиться в бой. Ты уж точно не лучше их.

Утверждение было спорным, если не сказать больше. На сама идея здравой.

— Меркурий. Один из богов Рима в своём старом мире. И единственный, на кого может надеяться этот.

Кто-то из его бойцов хрипло засмеялся. Хохот подхватило ещё несколько членов команды, но стоило капитану яростно оглянуться на строй, как смешки прекратились. Сам же он задумчиво скривился, смотря на меня.

— Бог, говоришь? Дельфинку мне в постель, откуда ты тут взялся вообще?

Вопрос явно был риторическим, так что я промолчал. А сам он, после недолгого размышления, взмахнул рукой.

— Билли О’Кифф. Капитан «Белого Ястреба». Тот, чью силу уважала сама владычица морей.

Он уже второй раз упоминал некую владычицу морей, что напоминало один из титулов Нептуна. Правда, в данном случае, речь точно шла не о моём брате.

— Что у вас произошло? Как вы здесь очутились?

На пару секунд он замялся. Задумался, почёсывая бороду и оглядываясь по сторонам. Потом осторожно начал говорить.

— Боги, они когда-то были у нас были ведь. Разные. Но сгинули. А вместо них появились Владеющие. Те, кто мог управлять силой. Не сказать, что их было прямо много, но власть эти гнилые ошмётки медуз перехватили быстро.

Скривившись, сплюнул и с выражением презрения на лице, покачал головой.

— А потом начали вовсе людей закабалять. Всё через них стало. Сначала торговля, потом налоги крестьянские, а в конце и армия развалилась.

Шумно выдохнув, посмотрел на меня.

— Ну а дальше война началась. Одни Владеющие стали жрать других, та силу набирать. А заодно и кровь лить, как морскую воду. Сотнями тысяч люди умирали. Каждый день. Слышишь, бог? Каждый день! Тогда и взбунтовались те, в ком ещё была гордость. Показали, что дельфины могут забить и акулу, если их много.

Не сказать, что мне всё было понятно, но общая картина вырисовывалась. И надо признать, она была ещё хуже, чем в этом мире. В их случае, количество смертных, что обрели силу, было куда меньше. А значит, возможности у них были выше. Тогда как потенциальных противников среди простонародья не отыскалось. Это тут Одарённых полно и они на каждом шагу — достаточно хотя бы пары толковых преподавателей, чтобы быстро подготовить целую армию в каком-то глухом уголке и бросить её в бой. Когда силой управляет не каждый двадцатый, а например один из десяти тысяч, провернуть что-то подобное намного тяжелее.

Сам Билли О’Кифф продолжил рассказывать.

— Нашлись среди тех смельчаков и те, что могли сражаться, как Владеющие. Отыскали всё ж способ, как с ними управиться. Только и те оказались не устрицей сделаны. В общем, та ещё была бойня.

Поняв, что в этот раз он действительно прервался, я уточнил ещё один момент.

— Чем всё закончилось?

Капитан вложил саблю в ножны и поскрёб ногтями щёку.

— Чем оно могло закончиться? Хаосом. Тремя веками насилия и борьбы всех против всех. Мы сражались на одной из сторон, а потом нам не повезло. Или наоборот. Тут как посмотреть. Когда мы почти проиграли бой, всех выживших превратили вот в это, чтобы победить. Мы вроде как и бессмертны, и силой за эти годы пользоваться научились. Вот только, ни женщин тебе, ни удовольствия от выпивки, ничего. Пустая жизнь.

На самом деле, проблема была классической. Я бы сказал, вполне обычной для тех, кто превращал своё тело в некроконструкт, намереваясь жить вечно. Потому как для полноценной работы всех органов, нужен искусный некромант, наделённый большой силой. А подобный Дар мы вручали смертным не так часто.

— Как вы оказались в Пробое?

От неровного строя соратников О’Киффа, отделился долговязый мужчина с редкими волосами на голове, одетый в дырявую рубаху.

— Ты всё спрашиваешь и спрашиваешь. А вот, что с нами будет, не говоришь. Может и не надо тебе ничего рассказывать? Откуда нам знать, что ты вправду бог?

Судя по выражению лица, он собирался продолжить свою речь. Но предводитель этой банды бросил взгляд на бойца и тот осёкся. А сам Билли повернулся ко мне.

— Мы плавали по морям и охотились на добычу. Большая война давно кончилась, а заняться нам всё равно было нечем. Потому и промышляли морской охотой. А в один из дней всё вдруг смешалось. Там, где было море, возникла земля, а там где простиралась суша, появился океан. Нас выбросило на берег. В центр города. Гарнизон атаковал, пришлось защищаться.

Скривившись от воспоминаний, вздохнул и глянул в сторону моряка, что там и сидела на краю участка земли, болтая ногами.

— Потом появились другие. Полыхающие огненные птицы, громадные земляные монстры, странные создания, похожие на людей, но совсем другие. Масса разных существ. Мы сражались, а они всё прибывали. Ну а дальше… В какой-то момент, мы вдруг поняли, что за пределами того города больше ничего нет. Только стена, что не пускает наружу. С монстрами, которых заперли с нами, мы разобрались. А дальше… Думаю, ты и сам знаешь, что было дальше.

Тут он не ошибался — дальнейший их путь я себе представлял вполне неплохо. А вот описание процесса заставило удивиться. Если заговорщики хотели захватить их мир, а не уничтожить его, то значит у них изначально что-то пошло не так. В противном случае, я вовсе не понимал логику их действий. Хотя, может у неё и имелось какое-то объяснение. Либо всё было не настолько глобально, как запомнилось капитану команды из живых мертвецов.

Их историю я услышал. Теперь настало время озвучить предложение.

— Сейчас вы в новом мире. Боги уже пали, а среди людей появились те, кто способен управлять силой. Сам я тоже попал сюда из другой вселенной. Не по той причине, которая привела сюда вас, но схожим маршрутом.

Секунду помедлив, продолжил.

— Я хочу уберечь этот мир от вторжения и разобраться в том, что происходит. Отомстить за смерть братьев и сестёр. Если станете служить мне, получите шанс возвыситься. А заодно и вернуть старые ощущения от своих тел.

Толпа из нескольких десятков воинов, которые до этого шептались между собой, разом стихла, уставившись на меня. Да и во взгляде их капитана отображалось полное изумление.

— Нам говорили, что это невозможно.

Пожав плечами, я продемонстрировал ему улыбку.

— Перед тобой Меркурий. Тот, кто станет новым верховным богом этого мира. Для меня нет невозможного. В награду за верную службу, вы получите возможность наслаждаться жизнью по полной.

Судя по тому, какими восторженными воплями взорвался его отряд, вариант с отказом они даже не рассматривали. Хотя, я на их месте, наверное, поступил бы так же. Человеческая еда, это конечно не амброзия. Но женщины, есть женщины. Жить веками, не имея возможность возлечь с девой в постель и не страдать от этого — нужно быть чрезвычайно странным. И потенциально опасным для всего человечества.

Безусловно, я хотел бы связать их такой же клятвой, как та, что принесла мне Мориан. Только в этот раз без ограничений по времени. Но у этих воинов была совсем иная структура источника силы. Да и энергетические каркасы серьёзно отличались. Плюс, не было крови. Что означало — чтобы процедура сработала с ними, как надо, её придётся полностью поменять.

Пока же, мы ограничились устной договорённостью — ещё сутки они проведут внутри свёрнутого пространства, а потом я выпущу их и мы разберёмся со всем окончательно. Конечно, если этот отряд не понадобится мне в бою. Тогда Билли О’Кифф и его люди, увидят солнечный свет куда раньше.

Уже после того, как те снова были запечатаны в кубе, я понял, что не расспросил, как всё это выглядит с их точки зрения. Есть ли там освещение, насколько барьер напоминает границу Пробоев и существует ли вообще? Или земля обрывается пустотой?

Сандал влетел внутрь воздушного пузыря и яростно заклекотал, требуя быстрее заканчиваться с делами, а я отправил небольшой куб в карман. Ястреб прав — надо добраться до осколка «искра», а потом возвращаться на поверхность. Мне ещё ушедшие вперёд корабли эскадры догонять.

Погружаясь на глубину, я ожидал любой неожиданности — от гигантского монстра, которым стал один из обитателей глубин, сожравший кусочек божественной сути, до иного сюрприза, который меня задержит.

К моему удивлению, ничего подобного не произошло. Осколок зарылся в дно и спокойно лежал там, ожидая, пока его достанут. Что я и проделал, подтянув его к себе и объединив с «искрой». Учитывая её возросший размер и небольшую величину нового осколка, слияние произошло спокойнее, чем раньше — никакой потери сознания или выплёскивающихся волн энергии. Меня всего лишь немного тряхнуло и на этом всё закончилось.

Спустя полчаса я уже оказался на борту десантного корабля. А ещё через пятнадцать минут, дождавшись, пока Сандал проверит всю эскадру и удостоверится, что всё в порядке, забрался под одеяло, почти сразу отключившись.

Проснулся я сразу из-за двух факторов — воплей Сандала в моей голове и прикосновения к плечу. Распахнув глаза, увидел чуть смущённое лицо Кристины.

— Мы вот-вот окажемся в зоне действия береговых радаров. Капитаны говорят, что пора укрывать корабли.

От автора. Сандал и Мьёльнир передают всем привет! Клубникой и тортами поделиться не могут — говорят, самим мало (хотя мне кажется, врут). Следующая книга, здесь:https://author.today/reader/294725