***

Руви морщась и кряхтя, пыталась натянуть на руки шелковые перчатки, а то покрасневшие и припухшие кисти ужасно не гармонировали с платьем. И если в обыденности ее обычную одежду мать еще терпела, то за присутствие на празднике в таком виде она ей точно голову оторвет. Если конечно узнает.

— Ну, ты скоро? — заглянул в ее комнату Люэван, или проще Ван, её единственный друг из молодежи. Он был старше, если отмерять в годах, но, не смотря на свой детский вид, Руви все же ощущала себя скорее ближе к нему, чем к сверстникам. Словно она взрослела быстрее, чем остальные. Хотя вот тут и не очевидно, но училась она точно быстрее, как будто и не совсем эльф. Любви окружающих ей это не приносило, так что она старалась все скрывать.

Парень застыл в дверях, озадаченно взирая на ее хитрые манипуляции с перчатками и ловя хмурые взгляды в свою сторону, но все же спросил:

— А зачем?

— Чтобы руки лишний раз не мыть, — огрызнулась она, морщась от боли. Да еще и под плотной тканью все жутко чесалось.

— Да ну? — Ван схватил ее за руку, стаскивая с таким трудом только что натянутую перчатку, — А ну покажи?

Ощупывая ее покрасневшие ладони, он скептически хмыкнул и бросил укоризненный взгляд.

— Вот и? Тут делов-то минут на пять, — он стянул и вторую перчатку, и взяв обе ее руки в свои, быстро зашептал.

— На десять! — после утомительной процедуры, упрекнула его Руви, но все же широко улыбнулась и кинулась на шею, — Спасибо, Ванчик! Снова, как новые.

— Могла бы и сама попросить, — смущенно отвернулся он, так и не решившись обнять ее в ответ, а поэтому просто глупо торчал посреди комнаты с растопыренными руками. За окном что-то грохнулось и зашипело. Руви метнулась туда, успев заметить длинную черную косу еще одного ее «друга».

— Кто там? — полюбопытствовал Ван.

— Нимро, — буркнула она в ответ, и помрачнела. Он ведь точно видел, как они обнимались, а значит, снова что-то домыслит гадкое и ей придется оправдываться. Руви упрямо вздернула нос — праздник из-за этого ушастого она не пропустит! И, схватив за руку парня, потащила его на улицу, — Идем!

Городок сверкал от всевозможных ярких фонариков и улыбок, а от разноцветных платьев рябило в глазах. Но ей это всегда нравилось. Именно в праздники, особенно остро чувствовалось, что ты живешь! А не пытаешься дожить до утра, выполняя очередное, очень важное поручение от наставника.

Нос уловил невероятно будоражащий запах, и она рванула к его источнику. На праздниках всегда раздавали Тусалы — сладкие кристаллы, очень тонкие, прямо до прозрачности. Их собирали в виде розочек, и посыпали пряной пудрой, которая собственно и источала столь чудесный аромат. Достать подобное лакомство вне праздника, было просто невозможно.

Сияющими глазами она смотрела на стол, словно расцветший сверкающими хрустальными цветами. Ван, зная ее слабость, взял самый большой и протянул. Она уже хотела поблагодарить, но услышала за спиной гаденький смешок, и раздраженно дернула ухом. Вот же!

— Бери, бери, — донесся язвительный голос Нимро, — теперь-то чего уже стесняться?

— Не оборачивайся, — попросил Ван, но опоздал, Руви уже стояла к нему спиной, и от нее ощутимо повеяло жаром.

— На что это ты намекаешь? — угрожающе надвинулась она на черноволосого мальчишку и двух его товарищей.

— Руви?! — снова попытался привлечь её внимание Ван, но девчушка лишь отмахнулась.

— Я не намекаю, — хмыкнул мальчишка, — Я всегда только правду говорю. И я видел, то, что видел. Все знают, что ведьма опоила Руфиса, чтобы сделать тебя. Может поэтому он от нее и сбежал…

— Мой отец мертв! — отрезала Руви, не давая Ниму закончить мысль, и почувствовала, как между пальцев зажглось пламя.

— Ты сама-то в это веришь? — не унимался Нимро, радуясь, что провокация удалась, — Хотя ты же, как мать. А она тоже отказывается верить, в то, что считает неудобным.

— Если бы её мать была тут…, — попытался вступиться Ван.

— Смотрите-ка, он уже ее защищает. Я же вам говорил, — с довольно улыбкой, обратился Ним к своим дружкам, — Точно что-то подсыпала. Иначе, зачем бы ему так делать? Надо её проучить, чтобы не лезла, куда не просят!

Огонь все сложнее было сдерживать, но за магию на празднике, Алазар ее отлупит, и никакие отсылки на провокацию, не спасут. Руви прикрыла глаза, с усилием заталкивая назад, то, что рвалось наружу. На лбу выступили капельки пота, а потом….

Потом она улыбнулась и снизу вверх врезала кулаком в эту довольную рожу. Помня наставления учителя, ни в коем случае не терять инициативы и не оставлять противника на ногах, она развернулась и въехала ему по корпусу с ноги. Тонкая ткань платья жалобно затрещала, но ее было уже не остановить. Нагнав, отлетевшего Нимро она успела еще два раза заехать ему по лицу, прежде чем Ван успел ее оттащить.

— Пусти! — заорала она, — А то ишь, проучить он меня собрался!

— Руви! Руви? Остынь, — Ван только сильнее сжал руки, удерживая брыкающуюся девчонку, — Он сказал то, что и так все знают. А ты повелась!

— И ты?! Ты тоже с ними? — захлебываясь праведным возмущением, зашипела Руви, и вонзила в его руку острые ногти. Парень ойкнул и отпустил.

— Руви? — он протянул к ней руку, надеясь успокоить рыжую девочку, но она только отбросила её от себя.

— А еще друг! — укоризненно бросила она в его сторону, задирая нос к небу. На самом деле, только чтобы удержать слезы, но они этого не должны узнать. Руви резко развернулась и кинулась в лес.

— Что вы тут устроили? — подошел на шум ссоры Арван и вопросительно посмотрел на Вана, — Мм?

— Да ничего, — буркнул он, зыркнув из-под бровей.

— Дурак, — сделал вывод Арван, и, влепив подзатыльник отпрыску, забрал из его рук изрядно подтаявший Тусал, — Знаю я ваше «ничего». А Нимро лучше вообще рта не раскрывать! Куда она побежала, знаешь?

— К озеру, — угрюмо буркнул Ван, а Арван лишь кивнул в ответ и тяжело вздохнув, направился следом за рыжей.

Длинный обеденный стол был еще более пустым, чем обычно. Риз уехал по приглашению короля, которое никак нельзя игнорировать, и даже смерть не всегда может служить для этого оправданием. Дирт, старший сын уже несколько лет жил в Дол Фираэл и приезжал редко. Сильву она отправила к Мие, по причине не самого лучшего своего самочувствия. И хоть в замке полно было челяди, но неугомонную черноволосую девчушку было просто невозможно уговорить быть тише и не надоедать маме. Так что, пожалуй, кроме Мии с ней никто бы и не справился. Даже она сама не имела на дочь такого влияния. Дилар, второй сын, вяло ковырялся в тарелке, и упорно делал вид, что он тут один. Все еще дуется? Ру тихонечко вздохнула и привычно приложила руку к животу, успокаивая будущего члена семейства.

Она и сама уже была согласна с сыном, что надо было остановиться на трех. Но отступать-то теперь некуда. Более того, у не родившегося пока ребенка она чувствовала сильную ауру огня, что делало ее положение еще более тяжелым и собственно и вызывало плохое самочувствие. Ризу снова приходилось постоянно носить кольцо и быть рядом. Оставалось совсем недолго, и вроде не в первый раз, но что-то её все больше беспокоило. Да еще и этот его спешный, вынужденный отъезд. Хорошо хоть Рамус не отказался приехать и помочь с излишками магии, собственно именно он как-то и разбавлял напряженную обстановку во время обеда.

— И как ты только таким вырос? — ковыряясь в зубах и скептически щурясь, обратился он к мальчишке, чьи взъерошенные светлые волосы, буквально на днях коротко остриженные, торчали как у нахохлившегося воробушка.

— Что? — словно выплывая из собственных мыслей, поднял на него глаза Дилар и недоуменно захлопал ресницами.

— С таким аппетитом, — продолжил Рамус, — Тебя же в столичной академии все шпынять будут. А если еще похудеешь, то и тараканы ночью в щель затащат.

— Не ваше дело! — огрызнулся мальчишка, откидывая вилку на скатерть. Жалобно зазвенев, та грохнулась на пол.

— Лари! — одернула его Ру, постаравшись придать голосу строгость, — Разве можно так?

— Ну, я же сделал, — он посмотрел ей в глаза, синева в них блестела вызовом и обидой, — Значит можно, — Дилар резко встал и едва заметно поклонился, — Я уже наелся. Спасибо.

Громко стуча каблуками, мальчишка почти бегом покинул залу. Ру снова вздохнула и погладила живот.

— Тяжело? — сочувственно поинтересовался Рамус.

— Справляюсь, — усмехнулась Ру, — Просто он переживает из-за отъезда.

— А я думаю, из-за отсутствия у него магии, — возразил алхимик, — Я так понимаю и четвертый у тебя тоже маг, так что получается, ему одному не повезло. И потом, если он не хочет махать мечом, я могу его взять к себе?

— Да брось, — отмахнулась она, хотя была в словах очкарика и правда, — У Риза тоже нет магии, и ничего, это не мешает ему ни разу. Так что может наоборот, как раз повезло. Просто Лари пока еще этого не понимает. Да и обижается не за это.

— Значит и вправду тяжело, — кивнул Рамус, прекрасно поняв, о чем она. Он и сам был маленьким и у него есть братья и сестры, так что ревность к вниманию родителей для него была очевидна. А раз Ру не справляется, значит все совсем плохо. Он вытер руки о салфетку и встал, — Идем, пора снова убрать лишнее, а то у тебя даже лицо посерело.

Она не стала отвечать, а только тяжело поднялась. Процедура не была болезненной, но жутко выматывала. И тут внезапно по ногам потекло что-то горячее, сердце в её груди тревожно стукнуло. Еще же рано! Поясницу обожгло болью, а на полу уже образовалась лужа.

Ру испуганно посмотрела на алхимика:

— Поздно. Все началось….

— Понял, — скривился Рамус и кивнул горничным, чтобы готовили комнату. Он подошел и хотел взять Ру под руку, но наткнулся на насмешливый взгляд.

— Я же рожаю, а не умираю. Так что и сама дойду.

Рамус вернул ей тем же, отметив, как нехорошо она побледнела, и подумал про себя, что часто это одно и то же.

***

За круглым столом короля шло довольно живое обсуждение предстоящей военной экспансии, но Риз никак не мог сосредоточиться. Сердце тревожно сжималось, и он все не мог понять отчего?

Слова окружающих долетали глухо, словно из колодца. Если вообще долетали.

— Герцог Дивейн? — уже вроде не в первый раз окликнул его король, и Риз помотал головой, пытаясь сосредоточиться, — О чем вы так глубоко задумались? Надеюсь, ищете способ, как привести нас к победе с наименьшими потерями?

— Я думаю оно вообще того не стоит, — довольно опрометчиво высказался герцог, вследствие чего король тут же нахмурился, и ткнул в него пальцем:

— Это уже не ваше дело! Ваше, воевать! Там, тогда и с тем, на кого я изволю недобро посмотреть.

Все одобрительно забубнили, поддерживая его величество, а на Риза посыпались упреки, словно мешок прорвало. И не с чем-то хорошим, а с тем самым, чем обычно огород удобряют. Только брат молча смотрел, поджав губы.

— И я надеюсь, увидеть вашего сына, Дивейн, и оценить его успехи в учебе. А заодно и пользу от союза с эльфами.

— Он еще слишком молод, — попытался возразить Риз, недовольно сморщившись и прислушиваясь к себе. Возможно его тревога из-за Дирта?

— Он старше, чем были вы, когда приняли свой первый бой, — довольно мягко парировал король, — И я помню, что он маг. И не самый слабый. Как и ваша жена.

И при звуках последнего слова, Риз внезапно понял, что уже давненько крутит на пальце кольцо, а сердце словно пронзили острым железом. Ру? Что-то случилось? Он нахмурился, снова пропуская слова короля мимо ушей.

— Риз? — в этот раз Люциус позвал его по имени, — Что тебя так тревожит? Ты меня словно не слышишь?

— Простите Ваше Величество, — опустил глаза герцог, и, понимая, что сейчас не время заводить ссоры, тихо добавил, — Ру должна скоро родить, я просто волнуюсь.

— Согласен, — кивнул король, — уважительная причина не втягивать в конфликт ее, но Дивейн, у женщин такая работа, рожать детей. Это нормально, — все снисходительно закивали и уставились на Риза, — Тем более что он же у вас не первый? А мы тут серьезное мужское дело обсуждаем. Возьмите себя уже в руки.

— Слушаюсь, ваше величество, — снова чуть склонил голову Риз и поймал едва уловимый одобрительный кивок Амры.

— Своей покорностью, вы заставляете меня чувствовать вину, — вздохнул король, и щелкнул пальцами в воздухе, — Впрочем, и правда, все, что было важно, мы уже обсудили и не по одному разу. Держите.

Слуга протянул ему поднос с тремя запечатанными письмами. Риз механически спрятал их за отворот одежды, вопросительно смотря на Люциуса.

— Одно с указанием лично для вас. И два для эльфов, — король чуть заметно растянул губы в тонкой улыбке, — Доставьте сами, и непременно добейтесь согласия. Отказ я буду расценивать, как измену. Понятно?

Риз сжал челюсть, и кивнул. Люциус загнал его в жесткие рамки, но возражать он бы сейчас не посмел. Он чувствовал, что ему срочно нужно домой.

— Идите уже, — махнул рукой король в сторону двери, отпуская Дивейна.

Едва дверь за ним прикрыли, как он сорвался на бег. Способ добраться домой быстро он знал, но для этого ему нужен был маг, и чем сильнее, тем лучше. И маг во дворце, да и в столице был один. А кроме мага, ему еще было нужно место, поэтому свернул он не внутрь длинного коридора, а на улицу.

Ноги сами несли его к башне, и Риз очень надеялся, что маг дома. Подбегая к цели, он почувствовал магическую ауру, но слишком слабую, так что увы, мага в башне нет. Словно ищейка, он пошел по следу силы, чувствуя, как с приближением к цели, он может зачерпнуть все больше. В какой-то момент Риз понял, что ему уже достаточно для создания печати и остановился. Золотыми линиями засветился под ним рисунок. Портал активизировался, и герцог непроизвольно усмехнулся, услышав проклятия столичного мага. Половину сил он у него таки забрал.

С крыши самой высокой башни замка открывался чудесный вид на сонную утреннюю долину, покрытую густым туманом. Только вот сейчас этот вид не приносил ни удовольствия, ни покоя. Дилар, обняв колени, мрачно смотрел на солнце. Почему оно все такое же? Небо не рухнуло, и ничего не изменилось, кроме его жизни.

Прошло почти две недели со смерти матери. Отец отправил какие-то письма и заперся в кабинете. Его состояние было похоже на бред, он забывался беспокойным сном днем, шепча её имя, или бродил по пустым коридорам замка по ночам, до чертиков пугая челядь. Риз перестал различать лица, и путался в днях, а когда он выплывал из этого состояния, то он пил. Герцог оброс и похудел, глаза провалились и часто вспыхивали красным, словно угли в камине. Теперь Лари не мог смотреть на отца без страха и отвращения. И это сейчас! Когда он ему так нужен!

Глаза снова увлажнились, и горячая дорожка пробежала по щеке. Лари вытер её рукавом, а затем и набежавшие слезы. Он не должен плакать! Лучше уж злиться. И в первую очередь на мать! Потому что он был прав, когда говорил, что им не нужен четвертый! Он чувствовал! Знал!

Лари так хотел, чтобы это было правдой, что уже почти и сам поверил. Вот только чувство вины всё равно не оставляло его в покое. Если он знал, то нужно было упорнее отстаивать свое мнение, и тогда, мама была бы жива. Он снова утер лицо, уже порядком повлажневшей тканью рукава.

Его новая сестра, маленькая девочка, с рыжими, даже почти красными волосами, так и осталась без имени. Ру не успела ей его дать, а отец, похоже, вообще о ней забыл. Впрочем, как и о нем.

Тощий алхимик уехал почти сразу. Он звал его с собой, но Дилар отказался, и уже не раз об этом пожалел. Даже такая ненавистная академия уже казалась ему единственным выходом, и он готов был туда отправиться хоть прямо сегодня. Лишь бы забыть. Лишь бы не видеть этот кошмар.

Почти у самого замка из тумана вынырнула повозка и пара всадников. Дилар вскинул голову, пристально вглядываясь. Кто бы ни приехал, это значит, что он больше не будет один. На одежде всадников он различил цвета Мортре. Дедушка? Он бы предпочел брата. Не смотря на издевки Дирта, они все же неплохо ладили, и брата Лари любил, но и так тоже хорошо.

Спеша спуститься, мальчишка чуть пару раз не свалился со скользкой от росы черепицы, но именно что чуть. И это было нормально. Отсутствие магии, Лари старался заменить хорошей физической подготовкой, и именно поэтому отец собирался отправить его в академию. Риз всегда говорил, что из всех детей, он больше всего на него похож, и мальчик этим гордился. До недавнего времени. Таким, как сейчас выглядел его отец, он быть не хотел. Разочарование накрывало, и ему никак не удавалось с этим справиться.

Когда Лари выскочил на площадь к воротам, повозка уже остановилась, и из нее вылезал дед. Увидев внука, он улыбнулся и кивнул. Мальчишка кинулся к нему и крепко обнял, вжимаясь в пыльный плащ.

— Ну, ну, — похлопал его Мортре по спине, — Ты как? Отец где?

— Там, — не отлипая от фигуры старика, махнул куда-то себе за спину мальчик.

Филип гладил внука по спине, чувствуя, как тот тихонечко вздрагивает. Все настолько плохо? Он не сомневался, что Риза накроет. Очень давно он и сам пережил подобное, но чтобы так?

— Идем, — тихо сказал он, и, взяв Лари за руку, пошел к жилой башне.

Увидев герцога, Мортре был поражен и даже не стал пытаться с ним заговорить. Может и следовало вытащить Риза из его состояния, но вот только он с этим точно не справиться. И даже глаза внука, заблестевшие надеждой, не заставили его на это сподвигнуться.

— А где девочка? — спросил он у Лари, отрицательно качнув головой, тот тяжело вздохнул и с потухшими глазами зашаркал ногами по коридору.

Ребенок спал в красивой кроватке, в комнате Ру, и когда он только вошел, ему почудилось, что вот сейчас и Ру выйдет. Обнимет старика, улыбнется и возьмет девочку на руки, чтобы с гордостью показать ему. Мортре вздрогнул и потряс головой, скидывая наваждение. Лари цеплялся за его руку, что-то бурча под нос. А на белой кружевной подушечке словно горело пламя.

Дежурившая нянечка вынула её из кроватки и протянула ему. Он осторожно взял кроху и сдул со лба прилипшие пряди. Личико ребенка недовольно сморщилось, а потом она открыла глаза. Такие же зеленые, как и у матери. Увидев незнакомое лицо, девочка заплакала, и женщина поспешила её забрать.

— Извините, — засуетилась няня, — Обычно она тихая.

— Как её зовут? — прошептал Филип еле слышно, но женщина его услышала.

— Я зову огонёк, — улыбнулась она, — ей еще не дали имени.

— И не нужно! — внезапно сорвался на крик Лари, и дед обернулся. Глаза мальчишки полыхали такой злобой, что ему даже стало не по себе. Он-то хотел забрать девочку с собой, но теперь уже был не так уверен в этом решении.

— Почему? — только и спросил Мортре, хотя вопрос был не к месту, а ответ очевиден, но надо же было хоть что-то сказать.

— Потому что из-за нее мамы больше нет! — выкрикнул мальчик то, что давно уже горело внутри него, — Ей не нужно имя. Она этого не стоит!

— Но она же есть? — тихонько спросил Филип, — А всем живым нужно имя. Назови её.

— Нет! Никогда! — Лари попятился к двери, упрямо мотая головой.

— Потом ты об этом пожалеешь, — Мортре горько вздохнул и устало потер лоб, — Знаешь, если уж и жалеть то о том, что сделал, чем о том, на что так и не решился.

Слова деда вынудили Лари резко остановиться. Буквально час назад он сам плакал, жалея о том, что не сделал, не сказал…. Мальчишка закусил губу, упрямо мотая головой, но потом сдался, опуская плечи и буркнул:

— Тиаят.

Имя словно и впрямь его обожгло. Лари вздрогнул и, развернувшись, умчался куда-то вглубь замка.

— Тиа, значит? — довольно замурлыкала женщина, — Это по эльфийски? Что оно значит?

— Магическое пламя, — ответил ей граф и провел пальцем по щеке крохе, — Ей идет.

— Идет, — согласилась няня и широко улыбнулась, — Вот видишь огонёк, я звала тебя правильно.

— Не знаешь, что герцог собрался с ней делать? — Филип не сомневался, что Риз, когда его немного отпустит, не бросит девочку, но кроха маг, а Ру больше нет.

— Мне не докладывали, — пожала плечами женщина, и грустно добавила, — Но народ говорит, что её заберут эльфы. И не удивительно, с такими-то волосами.

Мортре снова вздохнул и молча вышел. Надо найти Дилара и уезжать, оставаться тут дольше необходимого ему совсем не хотелось.

Безмятежная лиловая река, по-прежнему толкала свои воды к океану, посередине золотого леса. Риз стоял на холме, в том самом, любимом месте Ру, в котором по вечерам собирались светлячки. Обычно, их семейство, приезжало сюда раз в год на праздник. Сначала с одним сыном, потом с двумя, а потом и с дочерью. Они с Ру старели, дети росли, а Дол Фираэл оставался неизменным, как и населявшие его эльфы.

Звуки флейты замолкли, и Луаз поднял на него свои лиловые глаза. Которые вмещали в себя гораздо больше, чем все воды текущей внизу реки.

— Сочувствую твой утрате, — тихо произнес он, а Риз сжал челюсть и кивнул в ответ. Нашарив за отворотом куртки письмо Люциуса, он протянул его эльфийскому королю.

Тот вздохнул, забрал, но прежде чем распечатать и прочесть, поинтересовался:

— Это действительно необходимо? Я могу отказаться?

— Я считаю это бессмысленным и вредным, — абсолютно ровным голосом произнёс герцог, — И да, можешь. Но тогда мои дети останутся еще и без отца.

— Я уже начинаю жалеть, что решил «сблизиться» с людьми, — нахмурился Луаз, пробегая строчки глазами, — Но, слава святым рощам, и ты, и твой король люди, и совсем скоро вы уже не сможете меня шантажировать, по причине вашего отсутствия в этом мире.

— Ты как всегда мил и оптимистичен, — чуть заметно поклонился ему Риз, но, не смотря на это и саркастичный тон, его лицо оставалось совершенно серьезным.

— Я напишу ответ завтра, — Луаз прищурился, внимательнее оценивая собеседника, — Но ты ведь не только за этим приехал?

— Мне придется забрать Дирта. Он готов? — не став накручивать реверансы, прямо ответил Дивейн.

— Если ты про его способности, то да, — Луаз все еще смотрел ему прямо в глаза, и сквозь них словно прожигал душу, но Риз и не подумал бы отвести взгляд, — Вот только он слишком молод для войны, даже по вашим людским меркам. Но и это еще не все?

— Не все, — согласился герцог, — Еще у меня есть просьба, хотя мне почему-то кажется, что ты уже знаешь?

— Знаю, — прошипел сквозь зубы эльф и отвел глаза, а Риз внезапно почувствовал дикое облегчение, — Дирт же мой ученик, — Луаз вздохнул, — Я присмотрю за девочкой.

— Тиаят, — ответил на не высказанный вопрос Риз, а потом и на еще один, — Лари её так назвал.

— И как? Попал? — поинтересовался король, и теперь на его губах мелькнула тень улыбки. Если боль не личная, то эльфы не могут долго пребывать в унынии. Уж такие вот они есть. Зато если личная, герцог непроизвольно передернул плечами вспомнив Лафи.

— Сам увидишь.

Лари неспешно отламывал крошки от недоеденной сладкой булочки и бросал на крышу под окном его комнаты. Ну как его? Раньше тут жила мама, а потом Дирт, а уже потом она стала его.

Толстые голуби шумно хлопали крыльями, и царапали черепицу острыми когтями. За несколько дней, что он уже тут прожил, мальчик немного успокоился. В замке Мортре все было так же, как и всегда, и складывалось ощущение, что все произошедшее дома, Лари лишь приснилось.

Неухоженные лозы винограда обвивали шершавые стены башен замка, делая его вид диким, но это вполне гармонировало с лесом за его стенами. Где-то там жили эльфы, но детям было запрещено заходить на их территорию.

Немногочисленные солдаты расхаживали по двору, не особо стараясь нести службу, но граф и раньше-то их не гонял, а когда землями стал управлять отец, заодно вырезав и разбойников, и тех, кто ему не понравился, то тут вообще стало тихо.

Из задумчивости, Дилара вывело сильное ощущение пристального взгляда на собственной персоне. Он огляделся по сторонам, пытаясь найти и увидеть, кто же это такой? Подняв голову наверх, мальчик наткнулся на два желтых глаза, с вертикальным зрачком. Прямо на него с явным презрением смотрела черная кошка, и он вспомнил, как когда-то Дирт притащил в замок найденыша. Грязный черный комочек вырос в неуправляемого агрессивного зверька, который не желал никого признавать кроме матери. Лари очень удивился, зачем это она пришла к нему?

Раздавшееся хлопанье крыльев, испуганно прыснувших в разные стороны птиц, подсказало, что он поспешил с выводом. Лафар, с трудом вспомнил он кличку зверька, уже сидела на трупике толстого голубя, низко рыча в его сторону.

— Да, пожалуйста, — буркнул он в сторону кошки, и с удивлением заметил, что в конюшне снова закладывали повозку. Дед уезжает? Куда, а главное зачем? Неплохо бы узнать.

Удерживая эту мысль, мальчишка бросился по винтовой лестнице вниз, на втором поверхе резко забрав вправо, к неприметной дверце, которая выходила прямо к конюшне. Но не успел. Похоже, Мортре очень торопился, и, похоже, случилось нечто очень важное. Закусив губу от досады, он решил осмотреться в поисках другого занятия для себя. Но, увы, и тут его тоже постигла неудача. Пнув от досады твердую стоптанную землю под ногами, он снова поплелся в комнату.

— Ах ты ж! — справедливо возмутился Дилар, застав на своей кровати кошку, раздирающую его подушку. Перья словно снег кружились по воздуху, а чертово животное еще и довольно мурчало, — А ну кыш! — прикрикнул он на неё, отбирая остатки и с отчаяньем понимая, что уже ничего не поправить. Ну, разве что перья собрать.

Наволочка на маленькой подушечке была особенная, первая работа его матери, и дед явно сильно расстроится. Да что за день сегодня такой? Лари оглядел комнату, на предмет куда бы все быстро спрятать, и даже обрадовался внезапному отъезду Мортре.

Кошка потянулась и, спрыгнув на пол, стала что-то вынюхивать. Полезла под кровать, и начала портить вещи там! По крайней мере, громкий треск раздираемой древесины намекал именно на это. Вытряхнув остатки перьев на пол, и приняв очень решительный вид, Лари расправил наволочку, надеясь поймать в неё, обнаглевшего зверя.

Он залез под кровать, и тут же дернул головой вверх, получив по лицу хвостом, и, между прочим, очень больно ударился о дно тяжелого ложа. Зашипев не хуже змеи, мальчик угрюмо уставился на животное, а она смотрела на него, и продолжала ковырять доску. Совсем обнаглела, только подумал он, как заметил под доской что-то блестящее. Забыв про подушку, он быстро выполз обратно и отодвинул кровать в сторону. Под доской и впрямь был тайник. Лари достал свой тренировочный меч, и, подцепив доску за щель, так услужливо сделанную кошкой, вытащил доску. Внутри оказалась небольшая шестигранная шкатулка.

Еще раз, оглядев комнату, мальчишка решил, что пустой тайник теперь будет в самый раз для наволочки и, засунув её туда, сначала вернул на место доску, а потом и кровать. Оставалось убрать перья.

Спустя полчаса утомительной работы, Лари решил, что уже достаточно чисто и, завязав мешок, сел на кровать, где до сих пор сидела Лафар, с интересом наблюдая за его действиями.

— Что, весело? — бросил он хмурый взгляд в её сторону, и осторожно протянул руку к её уху. На самом деле мальчик был рад новому другу, пусть даже и такому дикому.

Презрительно чихнув, и очень ловко уйдя от его пальцев, кошка спрыгнула на пол, требовательно и одновременно вопросительно глядя на него. Пожав плечами и решив, что животное вполне может подождать еще, чего бы она там не хотела, Лари взял шкатулку и повертел в руках.

Вот только была ли это шкатулка? Как он её ни осматривал, так и не смог понять, с какой стороны крышка и есть ли она тут вообще. Пожав, снова, плечами он кинул странную штуку в сумку, где уже лежали очень нужные вещи типа факела, веревки, ножа и бутербродов и, накинув куртку, уже сам вопросительно уставился на кошку.

Словно только этого и ждав, животное пошло к лестнице. Они спустились до самого нижнего этажа, но кошка не стала останавливаться или выходить во двор, а спрыгнула в люк, на узкую лесенку, ведущую в подвал. Если Лари правильно помнил, подвальчик был небольшим, и совершенно пустым. Может когда-то давно его, и использовали, но сейчас там не было даже полок или стеллажей, только каменные стены, пыль и паутина.

Храбро насупившись и поправив на плече лямку, он решил, что в этот раз пойдет до конца, чтобы там его не ждало. Но кроме означенной ранее паутины, там и действительно ничего не было. Лари разочарованно глянул на кошку, и уже хотел ей всё высказать, как снова застыл с открытым ртом. Лафар подошла к стене и исчезла!

Вытянув руку, мальчишка и сам осторожно подошел к стене, ожидая, что вот-вот уткнется в холодный камень, но его пальцы не нащупали ничего твердого. Оказывается, самая дальняя и грязная стена, была лишь иллюзией, которая прикрывала узкий темный коридор. Покопавшись в сумке, он достал факел. Заигравший вокруг яркий, рваный свет от огня, отогнал мрак, но сделал все еще более таинственным и странным. Поблескивая глазами, кошка ждала его впереди и, тряхнув волосами, Лари последовал за ней.

Руфис с удивлением рассматривал какую-то тварь, жалобно скулящую и корчащуюся под ногами. Она неожиданно выскочила прямо из земли и бросилась на него.

Но! Он и сам не знал кто он теперь такой. Не призрак, но и не совсем живой. Пообвыкнувшись с новым телом, а заодно и новой жизнью Руфис понял, что не всё проскакивает через него, только живое или то, что когда-то было живым, например палки. А вот камни и металл от него теперь наоборот, отскакивали. Вообще были и свои плюсы в таком пребывании, теперь ему не требовалось ни пить, ни есть, ни спать. Может даже и дышать не обязательно, но он это все равно делал, потому что привык как-то за прошлую жизнь.

Проскочив сквозь его тело черная лохматая тварь, чем-то похожая на худую собаку, пошла дымом, и прямо на глазах расползалась рваными лохмотьями. Горящие красными углями глаза потухли, а скулеж наконец-то стих. Руфис присел и внимательно осмотрел останки. Странное дело, он создан из воды, а это существо словно сгорело, оставив после себя лишь кучку пепла.

Он вздохнул и поднялся, Лероф был уже совсем рядом. Парень не знал, почему решил начать с него, просто сюда тянуло больше всего. Хотя, столько лет прошло, его уже и не вспомнят наверняка.

Погода портилась, и Руфис поежился, задумавшись на предмет плаща, который тут же и появился у него на плечах. Удобно. Интересно, это ему вместо магии выдали? Хотя и тут тоже были свои ограничения, вырастали только сукно или кожа, ничего металлического или стеклянного.

***

Руви, побледнев и закусив губу, смотрела, как двое охотников заносят в дом её наставника. Кожа Алазара посерела и пошла тёмными пятнами. Протолкавшись, через обеспокоенных жителей, к старому охотнику подошли Ван со своим учителем Даэталом. Почти такой же старый, как и его друг-король, целитель сдавленно охнул и, встряхнув руки, зашептал. Пятна побледнели, почти исчезнув, и даже дышать Алазар стал ровнее, но в себя не пришел. Руви чувствовала, что внутри него происходит какая-то борьба, но сама ничем помочь не могла. Не в силах больше смотреть на мучения наставника, она вышла на улицу, с облегчением вдыхая вечерний воздух.

Вот почему он пошел один? Ей запрещает, а сам именно так и делает! Девочка топнула ногой, начиная злиться, но это сейчас было не к чему, так что она просто помотала головой, постаравшись все отпустить. На смену злости, пришла глухая боль и тревога. Дабы как-то всё это унять, Руви решила пробежаться.

Ноги несли её по знакомой дорожке, и мысли приходили в порядок.

«Даэтал, самый лучший целитель в мире. Он справиться! — вот только тревога никак не унималась, — А если еще и с Арваном что-то случиться? Что ей тогда делать? Кто у неё вообще останется?!»

Ей стало тяжело дышать, и Руви рванула ворот, а заодно и шнурок с шеи. Остановилась и озадачено уставилась на блестевший камешек.

«Всё ложь! Они все говорят, что будут рядом, а потом уходят или…. — девочка судорожно втянула воздух, пытаясь удержать слезы, и закончила мысль, — Или умирают!»

Зашвырнув безделушку в куст, она вздрогнула, вдруг поняв, что уже какое-то время её ухо ловит звук чужих голосов, а потом она поняла откуда. Да быть не может! Но голоса шли из той самой пещеры с тайником.

Юркнув за камень, она затаилась и удивленно смотрела, как из прохода появляются люди: четверо мужчин и знакомый такой мальчишка.

«Он что совсем обалдел! — справедливо возмутилась Руви, сжимая кулаки, — Водит тут теперь всяких, как к себе домой!»

А потом произошло нечто совсем странное, не успела она даже придумать план возмездия, как её схватила за шиворот и вытащила из кустов крепкая мужская рука. Ярко-синие глаза, такие же, как у этого мелкого подлеца, внимательно её осматривали. А сзади, хмыкнув в усы, и ковыряясь в зубах, подошел еще один, заглядывая через плечо:

— Лучше бы зайца поймал. Зачем нам эльф? Да еще и такой тощий?

— Откуда в лесу эльфов зайцы? — удивился синеглазый, — Они потому и тощие такие, что уже всех выловили и сожрали давно.

Руви только хрюкнула от возмущения, даже прекратив свои попытки освободиться.

— Пап, отпусти! — повиснув на руке мужчины, попросил Лари.

«Папа? Вот как? — мелькнула мысль в маленькой рыжей голове, — Хотя можно было и догадаться, они очень даже похожи».

— Знакомая что ли? — удивленно вскинул брови Риз, и отпустил мелкую, а потом широко ухмыльнулся и поинтересовался, — Та самая?

— Да как так? — возмутился Дирт, — Он же младше, а уже и девочку себе нашел. Пока я в поте лица трудился под гнётом чудовища с лиловыми глазами.

Дилар не стал реагировать на слова брата, сделав вид, что вообще не услышал, но Дирт удовлетворенно улыбнулся, заметив, как тот покраснел. А вот рыжей было сейчас вообще не до этого.

— Да вы! Да все! — наконец отыскала свой голос Руви, — Да что вы вообще тут все делаете?!

— Смотри-ка, а кто мы такие ей даже не интересно, — снова хмыкнул в усы мужчина, с очень хитрыми и пронзительными серыми глазами.

Вообще трое взрослых явно были опытными бойцами, Руви это сразу определила, по их ощупывающим и внимательным взглядам. А молодой парень, еще и маг! И очень даже сильный. А «чудовище с лиловыми глазами» — Луаз? Так это… Она правильно тогда угадала, что отец Лари тот самый Риз?! Девчушка переводила взгляды с одного на другого, думая, что же ей теперь делать. Но спрашивать её мнения, похоже, никто и не собирался.

— Думаю, девочка, и так догадалась, — пожал плечами Риз, поднимаясь и теряя к ней интерес, — Идем. Время поджимает.

— Эй! — кинулась Руви за ними следом, — Да подождите! — она обогнала процессию и, раскинув руки по сторонам, перегородила дорогу, — Если вы к Алазару, то можете возвращаться обратно.

— Это еще почему? — удивился Риз.

— Он…, — девочка попыталась найти правильные слова, — Ему нехорошо сейчас. Король не сможет вас принять.

— Нехорошо? Алазару?! — еще больше удивился мужчина, и переглянулся с остальными. Сразу став очень серьезным и собранным, он отодвинул её в сторону и зашагал быстрее.

Самый младший из троицы взрослых все время бросал на Руви озадаченные взгляды, чем немало её смущал. Наконец он не выдержал и забубнил под нос, вроде как ни к кому и не обращаясь.

— Сдается мне, где-то я эти вихры уже видел, и на похожей голове с такими же острыми ушами, — он вопросительно посмотрел на Риза.

— Угадал. Она самая и есть, — кивнул тот ему в ответ, — С такими рыжими волосами в темном лесу всего двое эльфов.

Дети ничего не поняли, но все трое навострили уши, а Руви вообще решила, что это очень некрасиво, вот так её обсуждать, когда она рядом и всё слышит, но перебивать не стала.

— Да ну? — ахнул мужик с усами и обернулся, внимательно разглядывая девочку, а потом хохотнул, — И впрямь похожа на ту огненную ведьму. Она же еще за Руфисом все время бегала?

— Ой, да кто за ним только не бегал, — отмахнулся Риз, а Руви приблизилась, разговор становился интересным.

— Это да, — согласно оскалился Войнич, заблестев глазами, — Мне и самому все время его догнать хотелось.

— Зачем? — все же спросил наивный Нарус, поведясь на такое заявление, и довольно хмыкнув в усы, старший ему пояснил:

— Помочь, конечно. Пару раз кулаком, так сказать только чтобы мордашку подправить. Глядишь и девки за ним бегать бы перестали.

От такого заявления Нарус помотал головой и громко захлопнул челюсть.

— Да так и скажи, что просто завидовал, — непроизвольно улыбнулся Риз. Из всех присутствующих никто не знал, что Ру и Руфис один человек, иначе бы его подчиненные так не зубоскалили. Сердце снова заныло, а улыбка сползла с лица. Риз вздохнул и с облегчением понял, что они уже в городе.

Не задерживаясь, небольшая кучка, а в городе эльфов, так почти толпа, по прямой прошла к самому большому дому в центре города. Не заморачиваясь с церемониями, Риз в наглую поднялся наверх. Его командиры и Дирт все же остались внизу, то ли совести уступили, то ли полудюжине охотников, недобро глядевших на них через натянутые луки. А вот мелкие умудрились проскочить следом.

Алазар выглядел лучше Мортре, но герцог сразу понял, что причина болезни у него та же. Замотав головой, он быстро отыскал Лари и поманил к себе.

— А ну попробуй, подойди к Алазару.

Испуганно глядя на него, мальчишка замотал головой, а Риз вздохнул, ловя на себе озадаченные взгляды присутствующих эльфов.

— Лари? — укоризненно глядя, Дивейн сам взял сына за руку и потащил к старику, — А вдруг сработает?

Сдавшись, и заодно устыдившись своего такого поведения и сразу улетучившейся, как только появился отец, решительности быть сильным, Лари осторожно подошел к ложу и протянул руку, но, увы, снова ничего не произошло. Он грустно и одновременно с облегчением посмотрел на отца.

— Ну, нет, так нет, — досадливо процедил Риз и почесал затылок, а потом вопросительно посмотрел на старшего целителя.

— И что это было? — очень спокойно поинтересовался тот, не спрашивая, кто перед ним. И хотя до этого они лично знакомы не были, но Риза в этом городе знали все.

Вздохнув, герцог рассказал ему про Мортре, про тварей, и особенно, про чудесное спасение. Поманив мальчишку и осмотрев браслет, Даэтал сделал вывод, что если в безделушке и была магия, то уже исчезла, а их родственнику просто несказанно повезло.

— Так что с Алазаром? — уже в свою очередь поинтересовался Риз, — И раз уж дело про одну болезнь, то и у меня в замке пара пациентов остались.

— В том-то и дело, что мы не знаем, — грустно развел руками старый целитель, — Яд я вывел. Истощения и внутренних повреждений не вижу, но король в себя не приходит. Тут дело в чем-то ещё. Я чувствую внутри его тела нечто постороннее, но оно там присутствует не столько физически, сколько в виде сгустка энергии. А духи, они больше по части шаманов или алхимиков.

При упоминании об алхимиках, перед глазами Риза тут же всплыло худое лицо в очках, и он с досадой хлопнул себя по лбу. И чего он сразу-то про Рамуса не вспомнил?

Бросив, чтобы никто не расходился, он кинулся вниз, собираясь найти Дирта, и покататься на нем, или с ним, еще до одного места.

Спустя минут двадцать, он смотрел, как Дирт рисует печать, и раздраженно хмурился, а заодно и ругался на ушастого наставника, за его труды. Если бы он не выкинул кольцо, то давно все бы сделал сам.

Парень снова сделал ошибку, и прежде, чем подумать, на инстинктах Риз поправил, и что самое удивительное у него вышло. Уже сознательно, он снова попробовал вытянуть из магов поблизости силы, и это снова получилось. Похоже, за все эти годы кольцо уже стало ненужно, а может, и не было никогда нужным или волшебным, а только как узелок для памяти, запускало правильные реакции.

Положив руку на плечо Дирта, Риз отодвинул его в сторону и сам завершил печать, а потом и активизировал. Портал их выпустил прямо перед лавкой алхимика в Лерофе, но дверь им открыл не Рамус.

Риз с удивлением увидел перед собой Руфиса, и улыбка тут же поползла на лицо. Не только потому, что он был рад его видеть, но и потому что так даже ещё лучше. А уж когда тот ему в ответ рассказал историю про собственную встречу с тварью, он в этом окончательно уверился.

— Вот за что я тебя всегда любил, ушастый, — осмотрев новоприбывших, заворчал Рамус, — Так за то, что ты никогда не приходишь один. Весело с тобой.

— А чего прошлым-то говоришь? — поинтересовался Руфис, — Сейчас уже не любишь?

— Не знаю, пока не определился, — фыркнул алхимик и уже обращаясь к Ризу поинтересовался, — Чего приперся? Видишь, у меня гость?

— Ага, вижу, — совсем не обиделся на такое приветствие герцог, — Его тоже захватим.

— А я тебе тогда зачем? — старательно изображая старость, тяжело опустился в кресло Рамус.

— И то, правда, — Риз хохотнул, прекрасно помня о слабом месте алхимика, таком же, как и у всех кошек, — Чего старика таскать. Мы тогда пошли?

Сверкнув глазами, Рамус засуетился, собирая сумку. Отвечать он ничего не стал, сразу поняв, что без Ру, Риз снова стал злым и едким, и это приведет лишь к скорому унижению.

Герцог же, удивленно рассматривал своего ушастого друга, блестевшего, как новоиспеченный рыцарь. На нем были полные кольчужные доспехи, да ещё пара мечей на поясе в придачу. Припомнив про отсутствие магии, Риз счел такую перемену вполне уместной, и оставил без комментариев. Дирт вроде топтался в сторонке, но не забыл сунуть свой нос на каждую полку, и, думая, что его не заметили, прихватить то, что сильно понравилось. Вот откуда у его сына такая привычка? Риз задумался о том, как хитро передаются черты родителей детям, и от кого из родственников парень мог это получить. Точно не от Дивейнов, а вот у Мортре, кто знает. Там вон даже эльфы были.

Рамус тоже заметил пропажу вещей, но пока промолчал, и через некоторое время они вышли сначала из лавки, а потом и из города, потому как собирать и восхищать горожан магическим действом Риз не хотел.

В этот раз с печатью Дирт справился сам, и даже довольно быстро. Правда Руфис с интересом сопровождал каждый его шаг, поправляя и подсказывая. Парень держался долго, но под конец всё же послал ушастого, заодно отметив, что кто сам не умеет, тот учит. Руфис откровенно расхохотался, пообещав передать такую мудрость Луазу лично, с указанием автора. Дирт только скрипнул зубами от досады, и, бросив хмурый взгляд на довольную наглую морду, активизировал портал. Сам и виноват, нечего поддаваться на провокации, тем более всяких незнакомых эльфов.

Будучи не очень знакомым с городом Черного леса, Дирт вывел портал на центральную площадь, на которой при виде прибывших гостей тут же повисла тишина. Руфиса помнили, а заодно и то, что он мёртв.

— И ни одного тебе «здрасте», — печально вздохнул Руфис, и пошел к дому наставника. Сзади сначала раздался ропот, а потом и топот. А Риз с алхимиком переглянулись, и одинаково расплылись в кривых усмешках. Не успел их друг объявиться, как весь город зажужжал, словно растревоженный улей.

— Руфис?! — удивленно ахнули Войнич с Нарусом, а повернувшийся на их голоса эльф, расплылся в широкой улыбке. Риз кивнул алхимику на лестницу, а сам пошел оттаскивать, или точнее вытаскивать ушастого из крепких объятий своих подчиненных. Он схватил Руфиса за руку, и только тут вспомнил, что раньше вроде так не получалось. Остолбенев, он удивленно захлопал глазами, и потыкал в эльфа пальцем. От вояк сыпались вопросы, на часть которых Руфис уже даже успел ответить, когда заметил выражение лица герцога, а когда еще и понял, что тот в него опять тычет, то возмущенно вздохнул.

— Да что за гадкая привычка у всех появилась?!

— Это как? — проигнорировав замечание, снова ткнул его пальцем Риз, сверля вопросительным взглядом.

— Молитвой всеблагого и долгим постом, — саркастично ухмыльнулся Руфис, но потом закатал рукав кольчуги и сунул под нос Ризу, — Металл, — обронил он одно слово, словно это всё объясняло, но друг его понял, и снова ткнул, удовлетворенно отмечая ожидаемый эффект.

Зато теперь удивленно хлопали глазами его подчиненные. Схватившись за голову, от обилия вопросов, Руфис взвыл и с криком «Долго объяснять!» кинулся на лестницу. Теперь все разом посыпалось на голову герцога.

***

Риз тяжелым взглядом смотрел, как стаскивают тела в одну большую кучу. На всех были и следы укусов и раны, зачастую жуткие. По словам алхимика, то, что они мертвы, не значит, что в них эта гадость не заведется и посоветовал все сжечь. А Руфис добавил, что лучше, если это сделает Дирт, своим пламенем, так как обычное, не факт, что их сможет убить. Но все равно, сжигать надо, по крайней мере, этой гадости будет сложнее зацепиться и вызвать собак. Живых он осмотрел сам, и у двоих вытащил паразитов. Один из них был Нарус.

Когда Риз говорил, что с появлением Руфиса, начнутся невероятные вещи, такого он точно не ожидал. И не обязательно это связанно, но хорошо, что эльф тут. Пламя Дирта вещь эффективная, но в живых не оставляет никого. Да и в мертвых…. Холодный огонь способен сжигать не только тела, но и души. Эльфы сумеречной реки даже сначала хотели отправить его сына к тёмным, но Луаз лично взялся учить Дирта.

Мортре тоже спустился. Ошалело уставился на Руфиса, а потом порывисто и крепко обнял. Похоже, старику было все равно, в каком виде вернулся его ребенок. Они долго о чем-то беседовали, а Филип все время украдкой утирал слезы.

Герцог вздохнул, глядя в странные фиолетово-зеленые языки пламени. Он тоже рад Руфису, вот только ему не всё равно. А ещё надо вернуться к эльфам, забрать сына и рассказать о том, что случилось. Риз поморщился, он чуть не забыл про письмо короля, да и про самого короля тоже, а вот тот про него, наверняка не забыл, так что и этот вопрос тоже надо решить.

***

— Я всё понимаю, — продолжал распекать Риза его старший брат Амра, в большой обеденной зале имения Карпинетов, — И даже сочувствую, но месяц? У короля горит, и для него это почти бесконечность.

Они прибыли утром, но брат настаивал не задерживаться. Слушая его в пол-уха, Дивейн переглядывался с Мией. Сестра держалась неплохо, но от его взгляда не скрылись темные круги под глазами и припухшие веки. Последнее время они с Ру виделись не часто, но потеря единственной близкой подруги, которая всегда была на её стороне…. Риз вздохнул. А вот Сильва еще не знает, и как ей об этом сказать?

— Риз! — ворвался в его мысли возмущенный голос Карпинета, — Ты меня слышишь? У тебя больше нет времени на это.

— На это?! — от удивления Риз даже пару раз моргнул, — Скажи прямо, на что на это?!

— Прекрати, — поморщился Амра, — Я тоже любил Ру, по-своему, — он вздохнул, — Но король не будет больше ждать. Хорошо хоть эльфы Луаза уже там. Так что больше не задерживаемся, а прямо сегодня отправляемся в лагерь.

— Не переживай, — слабо улыбнулась Мия, поймав обеспокоенный взгляд брата, брошенный в сторону младшего сына, — О Диларе я позабочусь.

— Да понял я, — буркнул Риз, угрюмо зыркнув в сторону Мии. Ей бы о себе позаботиться! А потом криво усмехнулся в сторону Амры, вставая с кресла, — Что не сделаешь ради детей, да? — Амра снова недовольно поморщился, но кивнул.

— Именно. И я рад, что ты это понимаешь, — он тоже встал, — Через час жду внизу.

— Нет, — задержался уже в дверях Риз, — У меня есть еще одно очень важное дело. Мне надо поговорить с дочерью. Вернусь, как закончу.

Родственники вздохнули, но промолчали. В глазах Мии метнулась тревога, но Риз лишь покачал головой — сказать надо. Ру никогда не врала детям, и он не будет.

Шаги давались с трудом, но с каждым следующим решимость крепла, и становилось легче. Сильва чем-то увлеченно занималась на полу. Услышав его шаги, она подняла голову и расцвела в улыбке. Из всех троих…. Четверых, поправил себя Риз, Сильва меньше всего была похожа на мать, скорее даже совсем не похожа, а очень напоминала Мию, или его самого, но в юбке. Но это только внешне. И хоть дочке уже исполнилось шесть, но что творилось в её прелестной головке, Риз понимал с трудом. В девочке тоже была магия, правда, по словам всё тех же эльфов, слабая. Хотя Ру и утверждала, что это не так, просто она другая. Сильва видела мир иным, говорила с животными, а иногда и с деревьями. Большинство списывали это на детские фантазии, но Ру была уверенна, что это реально, и относилась ко всему серьезно. Риз снова почувствовал, как остро ему не хватает жены.

Не Руфиса, и даже не той Ру, яркой и молодой, а именно его жены, язвительной, умной и понимающей. Без неё всё разваливалось, и он никак не мог удержать семью своим корявыми пальцами.

— Пап, смотри, — подскочила к нему Сильва, демонстрируя что-то странного вида, слепленное из палочек и глины, — Я это Лари сделала. Как думаешь, ему понравится?

— Эм, — неуверенно начал Риз, — Может что-то другое? — он почесал затылок, — Больше для мальчиков?

— А Бусю? — расстроилась Сильва глядя на свое творение, а потом улыбнулась, — Хорошо, я подумаю. А Бусю тогда маме? Маме она точно понравиться.

— Сильва, — начал Риз, сажая девочку на колени, и сглатывая комок в горле, — Ты же знаешь, что мама тебя очень любит?

— Конечно, знаю, — очень серьезно кивнула девочка, — И я её люблю. Очень, очень. Ты только не обижайся, пап, — Сильва мило улыбнулась, — Но больше, чем тебя.

— Она…, — не обратив внимания на последнее замечание дочери, снова попытался начать Риз, но слова разбежались испуганными тараканами, а в горле появился еще один комок.

— Изменилась? — внезапно выдала Сильва, а Риз захлопал глазами, — Я знаю, пап. Она мне сказала.

— Сказала? — герцог сначала изумился, а потом нахмурился, неужели Ру рассказала мелкой про Руфиса? Когда, а главное зачем?

— Когда сказала? — тут же поинтересовался он у девочки.

— Вчера, — улыбнулась Сильва, и погладила папу по голове, — Пап, ты не переживай. И не пей больше, а то она сердиться, — девочка смешно нахмурилась, и озадаченно поинтересовалась, — А что ты такое пил?

Риз ошарашено смотрел на дочь — откуда она это знает?

— Больше не буду, — серьезно пообещал он, по-новому рассматривая Сильву.

— Хорошо, — так же серьезно кивнула девочка, и крепко его обняла, — Покажи им там всем и возвращайся, а мы тебя будем ждать. Ой! — она внезапно подскочила, и с укором посмотрела на отца, — А Тиа?

Риз снова удивился, а это-то она откуда узнала? Неужели Мия ей все рассказала?

— Сильва, — он очень серьезно посмотрел на дочь, — Тебе тётя Мия рассказала или близнецы?

— Какой ты глупый, — девочка звонко рассмеялась, — Я же сказала, мама приходила.

— И как она выглядела? — сомневаясь, но решив не отмахиваться от слов дочери, спросил Риз. Может всё же это был Руфис? Чёрт знает этого эльфа, вполне мог и такое учудить.

— Ну, — Сильва задумалась, — Как зеленый огонёк, тёплый и ласковый, но это была она. Ты не сомневайся, пап.

— Не буду, — снова пообещал Риз, а в сердце проснулась, увядшая было, надежда. В конце-то концов, это же Ру, а он уже и руки опустил. С ней просто вот так, всё закончиться не может!

— Ты иди, — поцеловала его в щеку Сильва, и печально вздохнув, посмотрела на свою поделку, — тебя дядя Амра ждёт, а меня Буся.

Риз крепко прижал к себе дочь и поцеловал в макушку.

— Я тебя люблю, зайчонок, — тихо сказал он и осторожно встал. Он думал, что ему придется утешать дочь, а в итоге именно Сильва подарила ему надежду.

Постояв еще немного на пороге, и глядя как увлеченно ребенок переделывает ноги корявому творению, он непроизвольно улыбнулся, и на мгновение разрешил себе поверить, что и правда, всё будет хорошо.

***

Дирт был счастлив! Наверное, как никогда прежде. Он лежал, даже возлежал на мягком диване, а две прекрасные эльфийки кормили его виноградом, и смотрели так…. Так…. Он попытался подобрать образ, и в голову пришел только один. Иногда так смотрела мать на отца, когда особенно им гордилась.

— О Алиат, и все её огненные дети! — в сердцах высказалась Руви, хлопая глазами и поднимая отвисшую челюсть, — Как мне это теперь развидеть?

— А мелкая, заходи, — махнул ей Дирт, забирая очередную виноградину губами, — И завидовать нехорошо. Алазар тебя этому не учил?

— А ну пошли вон! — засверкала она глазами на девушек, те замерли и вопросительно посмотрели на Дирта.

— Чё это? — парень сел, и нахмурился, это уже ни в какие рамки не лезло, — Милые останьтесь, а Руви уже уходит. Да?

— Милые, пошли вон! — с ещё большей угрозой добавила Руви, и мрачно пообещала, — Этот потомок древесного медведя тут ненадолго, а со мной вам ещё жить и жить.

Эльфийки подобрались и чудесным образом испарились, а Дирт очень обиженно и зло смотрел на мелкую. Какого чёрта её вообще принесло?

— Ты должен мне помочь! — напрямую заявила Руви и подошла ближе, став напротив парня.

— Должен?! — он поднял на неё глаза, удивленно захлопав своими. Она ему всю малину испортила, а он ей еще и должен?! Когда это он успел в долги влезть?

— Конечно! Это, между прочим, в твоих интересах, — нахально усмехнулась девчонка, — Ты уговоришь своего алхимика и Руфиса, взять вместо себя меня.

— Я-то не против, — Дирт откинулся на подушки, довольно улыбнувшись, — Только это решаю не я. Между прочим именно твой король решил оставить меня тут. Он у вас умный и сразу понял, какой я бесценный, на текущий момент, человек. И даже сделал всё, чтобы я не скучал. Так что ничем не могу помочь. Всё сама.

Руви резко сузила глаза и не менее резко развернулась на каблуках. Рыжие вихры, словно пламя взметнулись вокруг её головы. И действительно, чтобы его Азамай забрал! С чего она решила, что парень ей сможет помочь? Да он даже хуже всех остальных! Его же прямо распирает от внезапного осознания собственной важности.

— И тех девушек обратно позови, — долетел ей вдогонку противный голос, и Руви аж затрясло от злости. Ух, она ему устроит! Что-нибудь особенное….

Глубоко вздохнув, она успокоилась, и мило улыбнулась молоденьким эльфийкам, мявшимся возле дверей.

— Сестрёнки, — вкрадчиво начала она, с удовольствием отметив испуг в больших глазах. Руви хоть и была ещё мелкая, но в городе уже себя показать успела, не самым лучшим образом, но не специально же. Ну, хорошо, не всегда специально, иногда так просто случалось. Девочка подошла к ним поближе и зашептала на ухо свою скромную просьбу. А именно что и каким образом им стоит сделать этому несносному мальчишке. Девушки удивились, столь обширным её познаниям в этом деле в таком-то возрасте, и сначала замотали головами. Но не объяснять же им сейчас, что это только внешне она, как все эльфы, а соображает давно на все шестнадцать, о ней и так разное рассказывают. Так что она просто постаралась быть очень убедительной, и варианта «отказаться» им не оставила.

Удовлетворенно отметив кислые мордашки, и тихонько посмеиваясь, она пошла, решать свои проблемы сама, безо всяких прыщавых подростков.

Наставник уже должен был вернуться, и времени терять больше нельзя. Иначе они просто уйдут без неё. Она не стала заморачиваться на сложные и красивые решения, а просто влетела в комнату Алазара для особых гостей, где и застала всех троих мужчин.

— Я иду с тобой! — заявила девочка Руфису, наматывая на кулак его рубашку.

— Уверена? — он даже не попробовал ей помешать, — Я по нужде собирался сходить.

Она чуть помотала головой, от такого заявления, но решимости это не убавило, гневно сверкнув глазами, во все стороны сразу, она добавила:

— И туда тоже! Ты не посмеешь оставить меня тут! Ты же мой отец!

— Вот сейчас я в этом уже сомневаюсь, — Руфис хохотнул и осторожно высвободил свою рубашку, — И ты не того просишь. Ваш, — он быстро зыркнул на наставника и хмыкнув, поправился, — Наш король мудр, и зря такого не посоветует.

Алазар и алхимик тихонько посмеивались, но не вмешивались, а у охотника было такое счастливое лицо, что Руфис даже испуганно икнул. Наконец-то и его наглый ученик, прочувствует всё на собственной шкурке.

— А знаешь, — всё же решил вмешаться старый эльф, — Разрешаю. Я прямо раскаялся, что мешаю вашим семейным отношениям. Идите, оба.

Про «мучатся» он вслух не добавил, но у Руфиса внезапно заныли зубы, а улыбка стекла куда-то вниз, сразу под доски пола. Зато Руви счастливо заулыбалась и благодарно посмотрела на Алазара. Всё оказалось намного проще, чем она думала, и быстрее, так что и от Дирта ей не прилетит, но на всякий случай, стоит уйти прямо сейчас:

— И чего тогда стоим? — мило улыбнулась она отцу, — Идем скорее, пока наш мудрый король не передумал.

Руфис с надеждой посмотрел на наставника, но тот лишь покачал головой, продолжая счастливо улыбаться. Тяжело вздохнув, и буквально таща на себе, радостно повисшую на его руке Руви, он пошел на террасу. Печать тоже ставить ему, Алазар и не подумает помочь, хотя он не слабо выложился на плато, и был бы очень даже не против.

Выставляя баланс, Руфис заметил, что девочка постоянно оглядывается по сторонам и нервничает. С чего бы? Не доверяет его магии, или знаниям? Зачем тогда вообще идет? Он уже хотел спросить, как на весь дом раздался жуткий вопль:

— Руви!!! Ты где?!

И голос, что удивительно, он тоже узнал.

— Не бойся рыжая, я мелких не обижаю! — разгневанный крик Дирта звучал всё ближе, — Только уши оборву, и выпорю!

Трое мужчин с интересом посмотрели на Руви, беспокойно заметавшуюся между ними.

— Ну что же мы стоим? — невинно захлопала она глазами, игнорируя Дирта, — Магию зря тратим. Пошли уже, пошли!

На террасу выскочил мальчишка, к полному шоку присутствующих в полностью обнаженном виде. Его достоинство весьма вызывающе торчало, но в праведном гневе Дирт то ли забыл, то ли даже не потрудился его прикрыть.

Алазар, как и Рамус, с трудом, но сумел сохранить спокойствие и невозмутимый вид. Он ловко схватил за руку Дирта, заворачивая в жесткий замок. Не хватало еще, чтобы на представление весь город сбежался, и так уже изо всех дверей его дома, торчат любопытные ушастые головы. Парень зашипел, и что-то гневно рыча в сторону Руви, попытался до неё добраться.

Оценив обстановку и быстро, сообразив, что именно произошло, Руфис откровенно заржал. А Руви схватив его и алхимика, быстро потащила обоих в печать, бурча и сетуя на то, что они и так слишком задержались.

Алазар нажал в пару точек на теле парня, вырубая и сдавая его двум подбежавшим девушкам, те сбивчиво и краснея, рассказали ему о случившемся. С трудом удерживая рвавшийся хохот, король, сделал суровый вид, пообещав наказать всех. И прежде всего, поручил привести гостя в нормальное состояние и больше так не шутить, и уж тем более не поддаваться на сомнительные провокации. Да уж, детки вышли вполне достойными собственных родителей. Порадовавшись еще раз собственному решению отпустить Руви с отцом, Алазар широко улыбаясь, посмотрел туда, где тихонько гасла золотая печать мгновенного перемещения.

Дилар задумчиво смотрел во двор и почесывал ногу под браслетом. Завтра он уезжает. Снова! Последнее время переезды случались слишком часто, и он уже почти привык.

Он покосился в сторону коридора, маленькая голова сестры уже какое-то время торчала из-за двери, с любопытством наблюдая за его действиями.

— Да заходи уже! — раздраженно крикнул Лари.

— А ты ругаться больше не будешь? — бочком вдвинулась в его комнату Сильва.

— А ты мне всякую гадость под подушку не клади, и не буду, — передернул плечами Лари, вспоминая странную штуку, с утра смотревшую на него с подушки. Он чуть из штанов не выпрыгнул, от такого сюрприза.

— Это Буся! — надула губы мелкая, — И никакая она не гадость, это подарок.

— Да ты сама как подарок, — пробурчал Лари и поманил сестру к себе, — так что не надо мне ничего больше притаскивать.

— Правда? — заулыбалась девочка, удобно устраиваясь рядом и искоса бросая взгляды на браслет, — А что это у тебя?

— Это? — мальчишка дотронулся до змейки, — Да я сам не понимаю. Нашел.

— Где нашел? — Сильва потянула руку к змейке и вдруг отскочила в сторону словно мячик, испуганно таращась на браслет, — Не отдам!

— Мелкая, ты чего? — тоже подскочил от неожиданности Лари, и попытался подойти к сестре, но та попятилась, сжала в кулак маленький талисман на шее и замотала головой.

— Не дам! Это моё! Мне мама дала!

— Да успокойся ты, — снова шагнул к ней Лари, на что сестра выставила вперед свободную руку и закричала:

— Не подходи!

— Не буду, — кивнул мальчишка и отступил к кровати. Он ничего не понимал, но Сильва была очень напугана, и это его тревожило, — Только объясни что случилось-то?

— Твоя змея, — ткнула в нее пальцем девочка, — Она хочет съесть мой кулон. Но нельзя! Как тогда мама меня найдет?

— Что значит «мама найдет»? — слова сестры совершенно ничего не проясняли, хотя его кулон это тварь действительно сожрала, теперь он был уверен, — Сильва, мама умерла!

— Нет! — замотала головой девочка, и ткнула за спину Лари, — Она вон там, прямо сейчас стоит. Почему вы её не видите?

Дилар резко оглянулся, но никого не обнаружил и зло зашипел. Снова Сильва себе друзей выдумывает! Он тяжело вздохнул, неужели придется ему это ей объяснять?

— Сильва, — начал он, и снова попробовал сделать шаг, — Мне тоже очень её не хватает, но….

— Дурак! — снова отпрыгнула Сильва и засверкала глазами, от набежавших слез, — Она настоящая! И она говорит, что тебе надо собрать все шесть, а потом найти её брата.

— Светлые боги! — закатил глаза Дилар. Абсолютно перестав понимать действительность и собственную сестру, мальчишка начал злиться, — Сильва! Я ничего не понимаю! Ну, допустим, мама тут, и что мне надо собрать? Ты сама себя слышишь? Какой брат? У мамы нет братьев.

— Части её души, — выдала внезапно Сильва, хлюпнув носом, — Две у тебя уже есть, в той змее.

— В змее? — Лари напрягся и, кажется, кое-что понял, — Как они выглядят? Знаешь?

— Угу, — кивнула Сильва, еще на шаг, отступая к окну и крепче сжимая кулон, — Как маленькие зелёные огоньки.

— Огоньки? — шепотом переспросил Лари и, с трудом нащупав кровать, сел, — И мне надо найти все?

— Да, — кивнула девочка, облегченно переводя дух, — Только свой я тебе не отдам. Даже если мама говорит, что надо, — надула Сильва губы и заплакала.

— Погоди, — мальчишка почувствовал, как на голове, от напряжения, зашевелились волосы, — Твой огонёк в кулоне? — он замотал головой прикидывая. В змее два. То есть тот в лесу и один из его кулона. Оказывается мама и правда была рядом, а он даже не знал? Лари почесал затылок и покосился на сестру. Еще такой же есть у Дирта. Четыре. А еще два? У отца? У Тии? У деда?

— А мама не сказал где искать эти части?

— Сказала, — кивнула Сильва, — У меня, у Дирта, в замке деда и у её брата.

Лари нахмурился, девочка сказала «в замке деда», а не у деда. И это было странно, хотя он уже понял, что там тайна на тайне, и еще изо всех углов загадки выглядывают. Змею, в конце концов, он тоже нашел там. А брат? Да что за брат такой?

— Сильва, что за брат такой? — решил и это спросить он у сестры.

— Брат? — девочка покосилась куда-то к нему за спину и кивнула, — Ну такой, как Самиэль и Миэль, только еще ближе, — Сильва снова хлюпнула носом, — Я не понимаю. Но мама сказала, когда ты соберешь остальные и встретишь его, ты сразу узнаешь.

Лари помотал головой, он никогда не слышал про других детей у Мортре. А Сильва явно на близнецов намекает.

— Сильва, — внезапно к нему в голову пришла простая мысль, — А папа знает этого брата?

— Знает, — уверенно кивнула девочка, — И ты знаешь, но не знаешь что это он. Ой!

— Что, ой! — снова подскочил Лари, опять «ой»? Да с него на полжизни и этих секретов хватит!

— Спать мне пора, тётя уже ищет и она очень злиться, я пойду.

— А кулон? — попробовал догнать её мальчишка, — Потом. Приходи, когда другие найдешь.

Лари вернулся в комнату и откинулся на кровать. В голове вихрем носились мысли. Сложно было поверить, что Сильва ничего не придумала, но она всегда была странная, да и огоньки его змея и правда ела, это он уже и сам видел. И как ему их собрать, если завтра он уезжает в академию? Замок Мортре он увидит не раньше конца года, а Дирта вообще не понятно когда. Раздраженно потерев руками лицо, он схватил подушку и сжался в комок. Новая информация ошеломляла, но странное дело, он и впрямь поверил, что мама не умерла, а значит, он обязательно сможет её вернуть.

***

— Ты кого мне притащил? — брызгал слюной, дыша прямо в очки Рамуса, Седой, — Зачем мне эльфы? Да еще и сразу три?

— Так мы ненадолго, — пожал плечами алхимик, протирая забрызганные стёкла, — ты бы лучше спасибо сказал, что про этих тварей даже не услышал ничего.

— Постоялый двор нашел? — Седой, рухнул в собственное кресло и потер руками лицо, — Спасибо, если это правда. Как там Риз?

Рамус выровнял очки и внимательно посмотрел на старого вояку, про Ру они тут уже явно слышали, а вот вести из Лерофа он с друзьями опередил.

— Воюет, — пожал плечами алхимик и сел в кресло напротив, подтягивая к себе бутылку с очень не дешевым и очень крепким напитком.

— Опять? — Седой покачал головой, и протянул два стакана.

— Ну, он же генерал, что ему еще делать? — Рамус отхлебнул и довольно расплылся в улыбке, — И это правда, тебе должны были сообщить из Лерофа.

— Я еще сегодняшнюю почту не посмотрел, — буркнул наместник, хмуро сверкнув глазами из-под бровей, — Вы же, как снег на голову заявились. И опять с этим мальчишкой! Разве он не умер?

— Слухи были несколько преувеличены. И вот ещё скажи, что до сих пор обижаешься? — хохотнул алхимик, и покачал головой, — Как у вас тут дела?

— У нас, — надавил голосом Седой, — Всё было отлично, до сегодняшнего утра. Вот скажи? — наместник вздохнул, — И что мне теперь делать? Есть то, что от этих тварей помогает?

— Ну, пара известных мне вариантов, для тебя будут бесполезны, — поморщился Рамус, он-то хотел сесть к Руфису на хвост и посмотреть на библиотеку тёмных, но похоже ему придётся остаться здесь и помочь найти подходящее средство. Алхимик досадливо цыкнул, но кое-что вспомнил, и тут же расплылся в довольной улыбке, может оставаться и не придётся, — А скажи, твой хвалёный доктор и её ученик всё ещё с тобой?

— Да куда им деться, — пожал плечами Седой, — так и сидят в казармах. Отжали треть помещений и сделали себе лабораторию. Я туда даже заходить боюсь.

— Всегда восхищался этой женщиной, — ещё шире растянул губы в улыбке Рамус. Всё-таки город тёмных он увидит.

Наконец отдернув руку, Дирт мрачно посмотрел на наставника и тщательно обтер её об одежду. Эльф брезгливо отодвинулся от чего-то похожего на лужу смолы или лавы, быстро покрывающуюся серым пеплом.

— И что? — Люциус побледнел, но стоял на месте, он повернул голову к шахте, единственному, что осталось от города, и могло быть полезным, — Мы туда пойдем? Проверим?

— Мы, это я и Дирт? — поинтересовался Риз.

— Можете взять с собой эльфов, — буркнул его величество, — Шахта нужна. Если не пойдете вы, значит, я пошлю солдат.

— Глупость, — в один голос ответили герцог и Луаз, — кто бы это ни был, — Дивейн кивнул на пепел, — Именно этого он и хотел.

— Или нет, — поджал губы его величество, — А может просто хотел, чтобы мы так думали, и бросили шахту?

— Тоже вариант, — кивнул Арван, — Отпугнуть? Чтобы не уничтожили то, что внутри?

— В любом случае, посылать солдат я не буду, — вздохнул Риз, и посмотрел на сына. Риск велик, но никто другой там не пройдёт, — Дирт, бери факелы. Немного прогуляемся. Очень осторожно, только посмотреть.

— Держи, — протянул ему Луаз лиловый кристалл, — печать вы можете и не успеть создать. Если совсем плохо, раздави в руке, и держи крепче Дирта, я тут якорь поставлю.

— Похоже ценная вещь? — Риз рассматривал хрупкую штучку на ладони.

— Очень, — серьезно кивнул король эльфов, — Так что зря не трать.

— Генерал? — тихо позвал Люциус, и Риз вопросительно поднял бровь, — Нет ничего, — внезапно передумал его величество. Неожиданно даже для себя, он хотел сказать, что позаботиться о детях герцога, но, в конце концов, и кроме него есть кому, так что пока не стоит разбрасываться такими обещаниями.

Герцог пожал плечами и, запалив факел, двинулся во тьму шахты. Все кто остались, непроизвольно поёжились.

У тёмных Руви понравилось, место было очень красивым, а большое количество фиолетовых огней во тьме огромной подземной пещеры завораживало. Фир, оказался далеко не последним эльфом в своём городе, и приняли их хорошо. Правда узнав, что она дочь Лафи местный совет обрадовался и насторожился одновременно.

Тёмные очень переживали о пропаже огненной ведьмы, и не только из-за риска испортить отношения с сородичами, но и потому что действительно уважали и почитали Лафадию. А какой у неё тут был дом! Девочка, наконец, поняла, почему её мать предпочитала оставаться тут.

Ещё большее оживление вызвало появление человека. Каждый при любом удобном случае рассматривал очкарика, как удивительную зверушку, хорошо хоть пальцами не тыкали и с рук кормить не пытались. Старый алхимик, впрочем, не обиделся, а и сам в открытую пялился на эльфов и тихонько посмеивался. За обещанный Фиром пропуск в библиотеку он и не такое готов был стерпеть.

Личность Руфиса же вызвала полное недоумение, сначала тем, что достопочтенный старший привел ледяного мага в сердце богини подземного огня, потом тем, что он смог спасти Фира, тут верили не все, а уж когда не заморачиваясь Руфис рассказал, каким образом и собственно кто он, началось полное безобразие. Поднялся гвалт не хуже чем на воскресной ярмарке, и чтобы успокоить население, Фир утащил их всех в главную башню совета, и пообещал устроить проверку и во всём разобраться.

Разбирались недолго, зато пытались всё это принять изрядное количество времени. Поверить в то, что отца вернуло озеро и он действительно тот самый эльф, оказалось не просто. Про озеро, сама Руви, слышала впервые, хотя она тогда и не задумалась даже, откуда он появился, как и остальные в её городе. Потому что с Руфисом были знакомы лично, а не по книжным историям, и такое вот «воскрешение» вполне даже укладывалось в его личность. В итоге было решено считать его появление волей самого Азамая, и им не только позволили остаться, но и обещали помочь с поисками.

Но Руви таки заметила явное облегчение не тёмных лицах членов совета, и поняла, что чем дальше от них проблема, тем меньшей она им кажется. Наивные.

А еще их здорово заинтересовал Дирт. И почему-то решив, что она его знает лучше всех, совет чуть не устроил ей допрос с пристрастием. Но она вывернулась, переведя все стрелки на алхимика. И тут началось такое….

После беседы с очкариком, они все забегали, понатащили каких-то книг, и с жаром, а заодно и слюнями, брызгающими во все стороны, затыкали в буквы пальцами, что-то друг другу доказывая.

Руфис, как и она сама с любопытством и откровенным удовольствием за всем этим наблюдал, пока их не вытолкали прочь.

— Вот же противные старикашки, — хохотнул парень, потягиваясь на ступенях главного зала тёмного совета, — Интересно же! К тому же, а вдруг подерутся?

— Смотри, чтобы они там против тебя не сговорились, — пробурчал алхимик, он почему-то азарт эльфа не разделял, а вот сама Руви была полностью согласна с отцом.

— С чего бы вдруг я? — вытянул от удивления лицо Руфис, — они же там Дирта обсуждают, и в кои-то веки моя личность никого не интересует.

— Это и понятно, учитывая, чей сын Дирт, — очкарик как-то странно покосился на эльфа, а тот смущенно отвел глаза. Теперь лицо вытянулось у Руви. Какое отношение к Дирту имеет её отец?

— Но ты бы не расслаблялся, — ткнул в него пальцем Рамус, — они и к тебе еще тоже вернуться. Так что надо поспешить. Пока не началось.

— Да что не началось?! — не выдержала Руви, закричав сразу на обоих мужчин. Руфис тут же подскочил сзади, перехватывая её за корпус и зажимая рот.

— Не ори, — зашипел он ей на ухо, — Всё не началось. Так что ноги в руки и тихо бежим в библиотеку. Твою мать искать.

— Да, пусти, — больно укусила она его за палец, удовлетворенно наблюдая обиженную мину на лице эльфа, — Я иду в тот большой и удобный дом. И вместо пыльных книг, лучше ванную приму.

— Всё-таки ты не моя дочь, — разочарованно вздохнул Руфис, за что получил еще и пинок в ногу, правда, только один, от второго он сразу увернулся, в свою очередь, обидно шлепнув её по заднице.

— Да пусть идет, — отмахнулся Рамус, с уже знакомым блеском в глазах.

— Слюни подбери! — крикнула ему Руви и, показав язык, помчалась к дому. Обрывки слов и хохот еще какое-то время долетали следом, но как только она свернула за угол дома, всё словно отрезало. Интересный эффект? Руви даже резко затормозила и вернулась проверить, но, похоже, мужчины просто ушли, а резкое изменение траектории было и вовсе не при чём. Пожав плечами и предвкушая удовольствие от посещения увиденных чуть ранее горячих источников, она пошла к дому матери.

Девочке очень понравилось, то с каким уважением и обожанием смотрели на неё две юные девушки, присланные Фиром в помощь. И если…, нет, когда они найдут Лафи, Руви обязательно попросит оставить её тут. В конце концов, а почему нет? Она же её дочь! И ей самое место рядом с матерью, тем более что она и отца сюда привела.

Разнежившись в горячей воде и размечтавшись о том, как её похвалит мама за такое огромное достижение, она не заметила появление еще одного ушастого. Абсолютно не стесняясь, и прикрывшись какой-то узенькой тряпочкой, он спустился в воду, сев совсем недалеко от неё самой.

Захлопнув челюсть и помотав головой, она грубо поинтересовалась, не попутал ли парень ванны? На что получила широкую улыбку и пояснение, что у них так тут все делают. И что её смущение выглядит очень даже мило. Захлопнув челюсть еще раз, Руви хотела резко встать и уйти, но вовремя вспомнила, что свою тряпочку, она проигнорировала. Зато теперь стало понятно, зачем ей её сунули.

— А ты вообще кто?! — раз уж она не может уйти сама, то можно попробовать вынудить сделать это его.

— Туфар, — представился и снова широко улыбнулся парень, — И ты так на неё похожа, обалдеть.

— Похожа? — переспросила Руви не сразу сообразив, а потом поняла, что он про Лафи. И что, он и с её матерью ванны принимал?! Она помотала головой, отгоняя слишком яркие и абсолютно не прошеные картинки перед глазами, и снова нагрубила, — Вот именно, это дом Лафи! Что ты тут делаешь?

— Купаюсь, — удивляясь столь глупому вопросу, парень посмотрел на воду. Что еще можно делать в купальне? А потом с укором посмотрел на неё, и ехидно усмехнувшись, добавил, — Я её ученик.

— Врешь! — не выдержала девочка, вскакивая, а потом снова резко опускаясь в воду и краснея.

— Честное слово, — захохотал парень, — Алиат клянусь! А чего ты так снова покраснела? У тебя же там и посмотреть не на что.

— Да чтобы тебя Азамай забрал! — обиделась Руви, — Да хоть и так, всё равно отвернись!

Эльф отвернулся, отвратительно похихикивая, а Руви сгорая от стыда, полезла наружу, причём ещё и поскользнулась. Грубо ругаясь и трясясь от злости, она подхватила полотенце и побежала в свою комнату, уже жалея, что не пошла с отцом.

Немного успокоившись, она решила, что это не важно, ученик он или нет, она не позволит испортить себе удовольствие, и сначала вкусное поест, потом поспит, а потом уже пойдет искать тех двоих. И уж на них оторвется! Рассказав со всеми подробностями, как ей тут было замечательно, пока они нюхали книжную пыль.

***

Вот только найти дядю, оказалось не так просто. Спрятав эльфа в комнате у близнецов, мальчишки, после выпавшего на их долю приключения, ставшие совсем родными друг другу, кинулись в кабинет директора. Амры там не оказалось, и его секретаря тоже. Оббегав почти все коридоры, Лари повезло, и он, наконец-то узнал, где сейчас дядя. А был он во дворе, на тренировочном полигоне, куда предпочитал вообще не заходить, и там, на полигоне, началось что-то странное.

— Дилар! — схватил его пробегавший мимо Миль, — Говорят, кадеты бунт устроили.

— Бунт? — опешил мальчишка.

— Да, — кивнул подбежавший Сэм, словно считав диалог напрямую из головы брата, — Все те, кто вернулся из катакомб. Они требуют, чтобы их отпустили по домам!

— Почему? — не мог взять в толк Лари, а потом в голове словно всплыло слово «игрушки», и мальчишка почувствовал как по спине потёк холод, а волосы встают дыбом.

— Быстрее, — рванул на полигон Лари, на ходу нащупывая кольцо, — Нам лучше поторопиться.

Едва металл опоясал его большой палец, как у Дилара словно выросли крылья. А заодно и лапы, и нос, да и глаза, тоже снова стали нормальными. Ему все меньше хотелось снимать кольцо. Краем сознания он отметил, что академия, оказывается, находиться внутри огромного барьера, что кабинет директора, наглухо защищен от магии, а над казармами висит печать тишины, защищающая от подслушивания, и навязывания во сне, чужих мыслей. Откуда он всё это знал, мальчишка не понимал, он просто видел, и ответ приходил сам.

Выбежав на полигон, Лари с облегчением заметил, что с дядей ничего не случилось, а вот с кадетами наоборот. Небольшая группа, хотя и не маленькая, почти все кто поступил в этом году, стояли по центру площадки, а их окружали преподаватели и старшие ученики, весьма озадаченные таким поведением младших.

А вот Лари уже не удивлялся, он видел, внутри каждого кадета, ту самую тварь, что демон хотела подсадить и в них. От отвращения, он передернул плечами, и резво заработал локтями, прокладывая себе путь к директору. Близнецы, ничего не спрашивая, приняли в этом самое активное участие. Подойдя вплотную, он дёрнул дядю за рукав. С удивлением увидев племянников, тот взметнул брови и упрекнул:

— Лари? Не важно, что у тебя, но это лучше отложить на потом.

— Нет, — замотал головой Дилар, уперев взгляд в лицо Амры. Герцог переводил озадаченный взгляд по лицам мальчишек и, видя их испуганные и одновременно решительные лица, передумал.

— Капитан, — позвал он старшего мастера боя, — Соберите всех кадетов в большую парадную залу, очень аккуратно, и пусть алхимики их осмотрят.

Капитан кивнул и умчался, а Амра снова вернул внимание на племянников:

— Что случилось?

— Идём, — потянул его за собой Лари, понимая, что ему дядя точно не поверит, а вот тому магу, очень даже может быть.

— Куда? — резко остановился Амра, — Молодые люди, потрудитесь сначала объясниться и доложите всё по форме.

Лари только поморщился, а близнецы подтянулись и Сэм отчеканил.

— На территории академии найден маг, который ожидает директора в нашей комнате. Есть подозрение, что он причастен, или сможет проинформировать вас о происходящих событиях.

— Так! — теперь уже сам герцог чуть не сорвался на бег, и мальчишки едва успевали за его широкими шагами, — Идём. Покажете мне этого вашего мага.

***

Дети, перебивая друг друга, закончили рассказывать и вяло жевали то, что им в руки сунул Войнич, а взрослые озадаченно переглядывались.

Нового было немного, но это было явно важным, уже понял Риз, но всё еще не мог окончательно сложить мозаику. Да еще ему определенно что-то не нравилось в этом темнокожем мальчишке. И самое странное, тёмного эльфа герцог видел впервые, но при этом ощущение, что Туфар странный, его не хотело покидать, а своим ощущениям Риз верил всегда.

Они с лагерем, как раз закончили разворачиваться перед следующим городом, Рависом, не особо большим, но некогда очень оживленным. Впрочем, оживления там хватало и сейчас, и что удивительно, в этот раз твари не метались хаотично, а перемещались так, словно ими кто-то командовал, и Ризу это вообще не нравилось, хотя остальным всё это озвучить он еще не успел.

Связывать портал, найденный у темных, с тварями, герцог не спешил, но и отрицать его значимость, тоже было глупо. Луаз и Арван полностью разделяли его мнение. Люциус молчал и слушал, так как старался дела эльфов, оставить эльфам, а ему он ещё все выскажет, но не тут и не сейчас. Странное дело, Риз смутно чувствовал, что отношение его величества к нему изменилось, вроде как даже потеплело, но всё же он частенько ловил на себе озадаченный и одновременно напуганный взгляд Люциуса.

А еще этот Туфар откровенно пялился на Дирта, и если бы тот сидел к нему ближе, то уже наверняка его бы осмотрел и ощупал со всех сторон. Дирту такое внимание тоже не нравилось, и он пытался спрятаться за спинами командиров, вот только и там пристальный взгляд желтых глаз его не отпускал.

— Это всё очень интересно, — наконец вздохнув, резюмировал Риз, — Но наших планов не меняет. А детей, — герцог посмотрел на Арвана и Луаза, — к Алазару отправим или к тёмным?

— Вот только их сейчас Алазару и не хватает, — возмутился Арван, пытаясь защитить наставника, — Я их завтра сам к тёмным отведу, заодно и постараюсь побольше подробностей узнать, — Туфар насмешливо фыркнул, а Арван поморщился и с вызовом спросил, — Что?

— Так они тебе и расскажут, — мальчишка широко ухмыльнулся, — Прямо как в прошлый раз.

— Обстоятельства изменились, — огрызнулся Арван, ловя очень любопытные взгляды Луаза и Риза. Люциус пытался сохранить невозмутимый вид, но его уши тоже дернулись.

— А ты-то нет! — Туфар звонко рассмеялся и пояснил остальным, — Они, ну то есть мы, тёмные его боимся. Вы же знаете, что среди нас нет магов земли? — все отрицательно покачали головами, — Есть только говорящие с камнями. Их магия очень мягкая. Если сравнивать с Арваном, то мы камням шепчем и просим, и они выполняют наши просьбы, а этот светлый — он кричит и приказывает, и всё вокруг ломает! Его магия заставляет землю плакать от боли. А мы же живем в земле, так что их страх понятен. И разговаривать с ним все наши считают плохим знаком. В общем, не расскажут они ему ничего, а снова постараются побыстрее избавиться.

— О как? — Луаз тихонько захихикал, а Арван насупился, — И кого же нам послать?

— Может его? — тёмный кивнул на Дирта, — Ему они расскажут всё, даже то, что он знать не захочет.

— Нет! — в один голос отрезали все взрослые, ибо без пламени Дирта, им придется очень не просто, а Риз снова подозрительно покосился на мальчишку.

— Почему его? — сухо поинтересовался он и удивился, насколько взгляд Туфара стал острым и холодным.

— По той же причине, что и вы, — пожал плечами мальчишка, — им важна его магия.

— А моё мнение никому не важно, — забурчал Дирт, больше для себя, конечно, но его услышали. Тёмный встрепенулся и как-то очень жадно посмотрел в его сторону, а тихие слова с его губ, слетали, словно парализуя вокруг пространство:

— А чего хочешь ты?

— Дирт! — внезапно одёрнул сына Риз, потому что вроде бы вопрос был безобидным, но ему стало по-настоящему страшно.

Дирт захлопнул рот и обиженно посмотрел на отца, понятное дело, он уже и размечтаться успел. А от Туфара прилетел не просто недовольной взгляд, а изрядная волна ненависти. Остальные этого не почувствовали, но у генерала перед боем всегда восприятие сильно обострялось, а после контакта с озером, даже без кольца, он и так видел намного больше остальных, и Риз резко решил, как можно быстрее избавиться от тёмного в своем лагере.

— Луаз, если не затруднит, — он посмотрел в лиловые глаза короля, — Отправь мальчика домой, там наверняка уже волнуются, — И еще, — эльф вопросительно приподнял бровь, — Притащи сюда худого очкарика, которого наверняка можно найти в библиотеке?

— Прямо сейчас? — поинтересовался Луаз, а Риз снова поймал негатив от мальчика, и утвердительно кивнул королю. Ничего больше не спрашивая, эльф встал и протянул руку Туфару. Тёмный очень не хотел уходить, но спорить с королем эльфов не решился, поэтому с жутким усилием над собой, но руку подал. Они отошли в сторону, на земле очень быстро появилась золотая печать, и два эльфа исчезли.

— Стоило ли отпускать Луаза перед боем? — поинтересовался Люциус, укоризненно покачав головой.

— Да, — кивнул Риз, тоже вставая, и посмотрел на притихшую Руви, — А ты теперь и сама ведь можешь?

Девочка удивленно захлопала глазами, но кивнула. Откуда этот страшный человек узнал? Честно говоря, она только сейчас в полной мере осознала, что страшнее всех тут именно он. И что даже Луаз пять раз бы подумал, прежде чем начать с ним спорить. Да как так? Да почему? Он ведь даже не маг! Но факт, оставался фактом, все остальные слушали этого человека, а если и были не согласны, то спорили очень осторожно и очень обдуманно. Она подпрыгнула и испуганно сверкнула глазами, куда он её отправит?

— Я так понимаю, к Алазару её сейчас отправлять не стоит? — поинтересовался он у Арвана и дядя кивнул, — Тут тоже оставлять ни к чему, тут война, а не школа.

— Ну да, — фыркнула Руви и ткнула пальцем в Дирта, — Но он-то тут!

— Ну, во-первых он мужчина, — пояснил Риз, на что девочка только еще раз фыркнула, а вот Дирт, зато, широко заулыбался и гордо расправил плечи, — а во-вторых без него никак.

— Ты же сам отправил Луаза, — продолжала спорить Руви, под удивленными взглядами взрослых, но Риз от девочки и не подумал отмахиваться, а внимательно слушал, — А я тоже маг. Я тоже тут нужна!

Герцог задумчиво рассматривал Руви, да девочка права, силы в ней побольше чем в Арване будет, но её поведение слишком импульсивно и не предсказуемо, а что такое приказ, она вообще явно не слышала. Так что если и брать с собой, то, как те накопители Рамуса, связать и заткнуть рот, чтобы тихо лежала и не мешала. Он вздохнул и отрицательно покачал головой.

— Нет! — Риз достал бумагу и карандаш и написал записку. Руви дулась, остальные молчали, и, похоже, были полностью с ним согласны, что ребенку, а тем более девочке тут не место, — Идем! — он взял её за рукав и потащил за собой, на ходу поясняя, — Я тебя сам отправлю, к сестре. Отдашь записку и поживешь пока там. Как Алазар сможет, он тебя оттуда заберет.

— Да не хочу я туда! — попыталась протестовать Руви, но проще было стену сдвинуть в сторону, чем переубедить этого человека. Почувствовав, как у неё отхватили хороший кусок силы, девочка удивленно ахнула, и кажется, начала понимать, почему остальные эльфы его боялись. Генерал очень быстро сам построил печать, использую позаимствованную силу и, сунув ей клочок бумаги, толкнул внутрь. Золотое сияние снова ослепило, а тело поволокло сквозь пространство.

***

Руфис падал, и по его ощущениям процесс этот был бесконечным. Вода Фирафеля пришла сама, окружив его плотным коконом, а вокруг бушевало пламя. Эльф с содроганием понял, что если бы не озеро, он бы давно сгорел.

И вдруг, всё прекратилось. Разом. Он почувствовал под спиной твердый холодный камень, над головой, не менее твёрдый свод, а вдоль стен, в специально вырубленных для этого желобах, текла лава, давая приятный теплый рассеянный свет. Руфис с трудом сел и осмотрелся, он был в комнате. Пусть без мебели, но это была комната, построенная чьими-то руками. Вокруг него растеклась лужа, одежда была мокрой, наверное, поэтому ему и стало холодно. Частые шаги донеслись сзади, и он резко обернулся, от этого движения тут же закружилась голова, а в глазах потемнело.

— Руфис? — раздался знакомый голос, в котором удивление сменилось ликованием, — Это и правда, ты! У меня получилось!

— Лафи? — потряс головой эльф, пытаясь прийти в себя, и наконец, смог рассмотреть девушку. Это и впрямь была именно она, — Откуда ты здесь? И где это здесь?

— Да, не важно, — отмахнулась ведьма, счастливо рухнувшая ему на руки, и неверяще ощупывающая его тело, — Главное, что это ты, и ты здесь.

— Я бы поспорил, — попытался оторвать от себя рыжую Руфис, — И хватит меня уже лапать, между нами не настолько близкие отношения.

Не обратив на его протест абсолютно никакого внимания, Лафадия счастливо заглядывала ему в лицо. Она совершенно не изменилась, вроде бы, вот только в её глазах притаилось безумие. Руфис тяжело вздохнул и решил спросить по-другому.

— Здесь не сильно уютно. Может, пойдем в другое место, и ты всё мне расскажешь?

— Да? — Лафи удивленно осмотрелась, словно только сейчас поняла где они, — Ага, неуютно. Идём. Есть хочешь?

Следуя за девушкой, Руфис с удивлением рассматривал коридоры, все так же освещаемые лавой под стенами, а на самих стенах, были надписи. Язык явно был очень близок к эльфийскому, но парень его не знал. Буквы ярко светились красным. Лафи что-то щебетала про то, как это здорово, что он пришел, что теперь все, наконец-то, будет правильно, что они будут жить вместе, и она не позволит никому этому помешать. Последнее заявление сильно напрягало, но Руфис решил пока оставить всё как есть.

По мере продвижения, коридоры становились светлее, а на стенах появились лозы с огненными цветами. Эльф тронул один, но тот тут же почернел и опал золой, и Руфис тут же почувствовал себя лишним в этом месте. Лафи на мгновение замерла и нахмурилась, но потом снова отмахнулась и потащила его за собой. Коридор закончился, выпуская их в огромный зал, с фонтанами в которых вместо воды текла лава. Красиво, не то слово, но что они тут пьют?

Пройдя через одну из площадей, Лафи затолкнула его в дверь дома, во множестве торчавших из стены, и нависавших ярусами один над другим. Внутри все было иначе. Никакой лавы, а огни точно такие же, как и в лесу Алазара. В меленьком фонтанчике у стены, обычная вода. Много красного и оранжевого цвета, но это как раз во вкусе Лафи. На полу темно-синие ковры, и точно такими же закрыты стены. И даже растения, в больших горшках, тоже были обычными.

— Тебе нравиться? — глядя сияющими глазами, спросила его девушка. Честно говоря, это было неожиданно, настолько, что Руфис даже растерялся. Он не помнил Лафи такой, и не смог сделать ничего другого, кроме как кивнуть. Рыжая звонко рассмеялась и закружилась по залу. Словно что-то вспомнив, она резко остановилась и повернулась к нему:

— Знаешь, а ведь у нас есть дочь.

— Знаю, — снова кивнул эльф, осторожно присаживаясь на стул, — Я уже с ней познакомился.

— Да? — удивилась Лафи, — Надеюсь, она не успела тебе нагрубить? Я не особо занималась её воспитанием.

— Угу, — в третий раз кивнул Руфис, всё вокруг казалось абсолютно нереальным, — И это я тоже уже знаю. И, между прочим, зря. Она даже не знает, с какой стороны лютню в руки берут.

— Ну не преувеличивай, — хохотнула Лафи, — Зато у неё твои глаза и мечом она так же хорошо машет.

— Тут спорить не буду.

— Сыграй для меня? — внезапно попросила девушка, а лютня сама появилась у Руфиса в руках. И это тоже было удивительно, но, похоже, его восприятие уже изрядно притупилось, так что мужчина лишь пожал плечами и тронул струны. Странные слова сами пришли в голову:

На озере сегодня тишь,

Его поверхность, как стекло,

И ты одна пред ним стоишь,

И смотришь в вечность тяжело.

— Так, — Амра ходил по ставшей внезапно совсем маленькой комнате близнецов, и кидал задумчивые взгляды на эльфа, — Так…

Таких эльфов Карпинет еще не видел, а уж его рассказ и рядом с реальностью не стоял. Демоны? Какие к чёрту демоны?! Разве что внутренние, которые живут в каждом человеке и склоняют на отвратительные поступки.

Но факты, есть факты. Странный гость тихонечко сидел на кровати Миля, следя за директором настороженным взглядом. Несколько сотен учеников вели себя весьма странно, а еще тысячи отвратительных существ захватили города в Салисе, и их светлейший король Люциус, самолично, можно даже сказать героически, вместе с Ризом, занимался зачисткой.

Герцог так давно не терял почву под ногами, что просто уже не помнил, за что обычно в таких случаях хватаются.

— Эм…, — нарушил тишину необычный эльф, — Мне бы все же к Луазу? Или Алазару? Это можно устроить?

— Можно, — кивнул Амра, — Только не быстро, я же не маг. Луаз сейчас на границе с Салисом, там те твари, которых ты назвал «Дриферы» захватили несколько городов и он помогает справиться с ситуацией. Алазар, как я понял, занимается ровно тем же, но в своем лесу. И туда, если верхом, то тоже не особо близко.

— И как они справляются? — еле слышно прошептал маг, — С ситуацией? — в его глазах мелькнул ужас от недавно пережитого, и он непроизвольно передернул плечами.

— Сложно сказать, — пожал плечами Амра, — Но там Риз с Диртом, так, что думаю, пока справляются.

— Вы с такой уверенностью о них говорите, — очень осторожно начал тёмный эльф, поднимая глаза на человека, — Но если честно я о них не слышал. Они маги? Люди?

— Люди, люди, — отмахнулся Карпинет и снова зашагал по комнате, думая с какой стороны ухватиться, чтобы взять всё в свои руки, — И можно сказать что маги, ага. Ну, Дирт, так точно.

— И какая же магия, работает против этих тварей? — снова очень осторожно поинтересовался маг, и он явно пытался выяснить это не просто так.

— Холодный огонь, — пожал плечами герцог, в конце концов, это не было секретом. Но вот на эльфа это произвело странный эффект, — он вылупил глаза на Амру, а потом вскочил и, схватив его за рубашку на груди, затряс:

— Это правда? Человек, не ври мне!

— Я бы попросил, — нахмурился герцог, многозначительно посмотрев на руки эльфа, тот вздрогнул и тут же отпустил.

— Простите, — гость смутился, — просто это… важно, — он выдохнул и снова сел, — Ну надо же. Азамай оказывается такой шутник, — эльф тихонько засмеялся и покачал головой, — Среди людей мы бы точно искать даже не подумали.

Мальчишки тихо, тихо сидели на второй кровати, едва влезая на нее все вместе. А Лари начинал снова завидовать своему брату, о нём вон даже этот странный эльф что-то слышал.

— Простите, — снова сказал маг, глядя на герцога, — Меня зовут Лаэр, я один из совета тёмных эльфов. И дриферы действительно беда, а если то, что вы сказали, правда, то мне очень нужно поговорить с этим Диртом, или Ризом.

— Они сейчас по уши заняты, — взмахнул руками Амра, — и находятся там же где и Луаз. А вы что, между собой совсем не общаетесь? — неосведомленность эльфа о последних событиях в дол Фираэл, показалась герцогу очень подозрительной.

— Раз в двадцать лет, несколько старших из совета, едут туда и всё записывают, — очень серьезно ответил Лаэр, а Амра поморщился. Действительно, что для них двадцать лет? У них и дети даже вырасти не успевают, а вот зато для людей.

— А там что-то произошло особенное? — поинтересовался эльф, и герцог вдруг понял, что это явно не его дело.

— Лучше спроси у Луаза, — перевел стрелки Амра, — Тем более, что Дирт его ученик.

— Что?!! — тёмный вскочил, и тоже забегал по комнате, и это сделало её еще меньше, — Да, как так? Он же знал, как для нас это важно? Почему?!! — внезапно маг остановился и нашел взглядом близнецов, — Так! Ты! — он ткнул в Миэля, — Иди сюда.

— Чё это?! — сразу вскочил и загородил собой брата Сэмиэль.

— Да ничего я ему не сделаю, — поморщился Лаэр, и подошел сам, — Хотя сразу двое, это даже ещё лучше.

Маг схватил близнецов за плечи, а Лари навострил уши, точнее восприятие, кольцо он так и не снял. Эльф что-то зашептал, заплетая потоки магии в сложный узор.

«Да он же маяк делает!» — внезапно понял мальчишка, и резко вскочив, оттащил дядю подальше в угол комнаты. Герцог с большим трудом старался сохранить лицо, но выпученные от удивления глаза, все же выдавали его состояние с головой.

Прямо посреди комнаты, образовалась печать, ослепительно вспыхнула и исчезла, а на её месте остались две фигуры, недоуменно обводя помещение взглядом. Луаза Лари сразу узнал, а вот второй, к его удивлению, был тоже тёмным эльфом. Да откуда их тут столько взялось, да ещё и разом?

Остановив взгляд на Лаэре, король эльфов сумеречной реки усмехнулся и встал.

— Как грубо! — возмутился Луаз.

— От такого слышу, — парировал тёмный, удивленно рассматривая попутчика сероволосого эльфа, — Туфар? А ты что с ним делаешь?

— Домой возвращался, — сразу же ответил мальчишка, с любопытством осматриваясь, — Но я вовсе не против задержаться.

— Откуда? — нахмурился Лаэр, а потом замотал головой и снова перевел взгляд на Луаза, — Впрочем, не важно, это можно и потом. Луаз!!!

— Зачем же так кричать? — очень демонстративно потёр в ухе король, — Что?

— Потрудись объяснить, почему маг владеющий холодным огнем, твой ученик? И почему мы о нём ничего не знаем?

— Его родители так захотели, — пожал плечами Луаз, присаживаясь на кровать и кивая близнецам на место рядом с собой. Те давно смотрели на отца щенячьими глазами. Они сколько угодно могли на него обижаться или дуться, но он был их отец! Так что, не дожидаясь повторного приглашения, они тут же сели рядом с эльфом, а тот похлопал их по спинам, и восхитился, — Как вы выросли! И когда только успели? Наверное, и мой подарок уже не актуален будет….

— Актуален, — в один голос ответили близнецы и радостно закивали.

— Что значит «его родители так захотели»? — продолжал недоумевать темный эльф, — Ты король или как? Да кто вообще его родители?! Что ТЫ не смог проигнорировать их желание, а предпочел вызвать недовольство моего народа?

— Хороший вопрос, — Луаз остановил свой взгляд на Лари и удивленно поднял брови, — Ого? Даже так? — а потом снова вернулся к эльфу, — Ты хорошо рассмотрел того мальчика?

Лаэр тут же упер два желтых глаза в Дилара, и тому стало очень не уютно, но маг быстро его отпустил и недоуменно посмотрел на короля.

— Он даже не маг!

— Ага, — расплылся в широкой улыбке Луаз, — И я когда-то так подумал про его отца, а потом с треском проиграл ему в поединке на Аэрвилайе. Дилар, покажи ему? — не глядя на мальчика, попросил он.

Лари вздохнул, но спорить не стал, осторожно потянув магию с тёмного. Магия была странная, а в голове появилось описание «Великий строитель», мальчик пожал плечами, и не придумал ничего другого, как прямо посереди пола вырастить маленькое кристальное деревце. Остальное работало только под землёй, да и возводить на месте казармы гору или пещеру, Лари не особо хотелось. Директор точно не одобрит.

Но тёмный эльф, даже оба, уронили челюсти на пол и захлопали своими желтыми глазами.

— Это как? — прошептали оба в один голос.

— Ага, — добавил Сэм, с огромным любопытством глядя на друга, — И с каких это пор ты тоже стал магом?

— Я не маг, — буркнул Лари, убирая деревце.

— Эх, зря, — посетовал Миль, похоже, уже накидавший планов на новый предмет в их комнате. Дилар пожал плечами, и снова создал такое же, но уже на большом сундуке Миэля. Потом подумал, и продублировал на сундук Сэма. Близнецы довольно заулыбались. А Луаз насмешливо смотрел на Лаэра:

— Теперь понял?

— Не всё, — он покосился на короля, — Ну, допустим. Но ты же собирался нам рассказать?

— Я собирался его к вам отвести, как подрастёт, — вздохнул Луаз, — Но тут такое началось.

— Кстати об этом, — напомнил о себе Амра. Напрочь забытый эльфами он с большим любопытством слушал их беседу. Кое-что он и сам знал, хотя вот Лари его тоже удивил. Риз отдал ему кольцо? Зачем? И как тогда он сам? Но кое-что это резко меняло, — Лари, что ты видел на полигоне?

— Эм…, — замялся мальчишка, пытаясь подобрать правильные слова.

— Что у вас произошло? — тут же стал серьезным король и вопросительно посмотрел на герцога, тот в двух словах описал ему странное поведение кадетов, и приключение мальчишек в подземелье академии, и теперь уже они оба смотрели на Лари, ожидая ответа.

— Это не они, — выдал Лари и, поняв, что это ничего никому не объясняет, продолжил, — В них кто-то сидит. Ну, помните, я вам рассказывал про отвратительных мокриц? — мальчишка посмотрел на дядю, — Которых чуть в нас не засунули? Ну, так вот. И сделала это наверняка она, а вот зачем, я не знаю.

— Если это правда… — Лаэр подскочил, как ужаленный, — Их надо всех убить! Немедленно!!

— Они же дети!! — теперь уже подскочил Амра, — Что значит убить?!

— Они уже не дети!! А захватчики! — надвинулся на герцога маг тёмных, — Ты сам сказал, что они требуют их отпустить? А знаешь зачем?

— Зачем? — в один голос спросили Амра и Луаз.

— Чтобы добраться до своих родителей. Заразить и их. Они ведь влиятельные люди? — спросил тёмный, и директор утвердительно кивнул, — Вот вам и ответ!

— Но так нельзя! — Карпинет сел, резко почувствовав себя постаревшим. Как можно убить две сотни детей дворян? Пусть они и не наследники. И чем это можно потом хотя бы объяснить?

— Ваша светлость? Господин директор? Вы тут? — дверь отлетела в сторону, впуская испуганного старшего мастера по военному делу, — Алхимики сказали, чтобы мы отпустили кадетов по домам!

— Что? — разом воскликнули все присутствующие в комнате. В свете выясненных обстоятельств делать этого, категорически было нельзя.

— Запрещаю! — Амра выскочил в коридор первым, — Где они?

— Идут к воротам, — семенил за ним следом старший мастер.

— Немедленно остановить и ни в коем случае не приближаться! Поставь везде лучников, — Амра замялся, покосившись на мага, — Если не подчиняться, стрелять, но в ногу или…. Без смертей чтобы, понял?!

Мастер кивнул и сорвался на бег, раздавая команды. Казарма загудела как улей.

А Лари удивленно вглядывался в спину Туфара. Он и сразу показался ему странным, но за двумя сильными магами он сразу не заметил, а вот когда хапнул от Лаэра силы. Мальчишка, выглядевший для всех, как тёмный эльф, на самом деле им не был! Он хотел сказать об этом Луазу или Амре, но решил пока не раскрывать свои карты, и на то была своя причина. Возможно, Лари сможет помочь кадетам, если будет рядом этот Туфар, потому что на самом деле, это был демон, такой же, как та девушка в подземелье. А если рассказать взрослым, то кто знает, может демон просто сбежит? И брать магию станет не у кого. А как показывала практика, у демонов наверняка есть способ, отозвать своих зверушек и не убивать носителей.

У внешних ворот уже собралась толпа. Кроме новобранцев, среди бунтующих обнаружились несколько алхимиков и учителей. Они стояли кругом, а со стен академии в них смотрели луки. Зараженные стояли молча и спокойно, а вот зато остальные нет! На головы «бунтовщиков» сыпалась ругань, вопросы и проклятия, а воздухе висело напряжение, ярость и страх.

Дилар приотстал еще немного, заметив с какой жадностью Туфар наблюдает за этой картиной. Мальчишка потянул совсем чуть-чуть, только чтобы понять, работает или нет, а демон при этом ничего бы не заметил. Переведя взгляд на ближайшего новобранца, он шепнул странное заклинание, оно было похоже на «деактивацию», но работало чуть иначе. Существо внутри не взрывалось, а…, он не знал, как будет правильно выразиться, ведь эти штуки не совсем живые, но оно там именно умирало, тихонечко, почти незаметно. Выбранный им кадет вздрогнул, словно проснулся ото сна и удивленно завертел головой, потом охнул и резко коснулся своего уха, откуда тут же потекла черная струйка, но, похоже, кроме неприятных ощущений, в остальном он был в порядке.

Лари очень осторожно, таким же образом, стал освобождать остальных, пока директор убеждал бунтующих, вернуться обратно в большой холл центрального здания. Освободив почти половину, мальчишка понял, что демон, наконец, заметил и забеспокоился. Туфар начал тревожно оглядываться и вертеть головой. Тогда Лари решил сменить тактику, он потянул магию у Лаэра и, не задумываясь о последствиях, создал вокруг чужака клетку. Луаз заметил первым, удивился, но ничего не спрашивая, поверх печати камня, поставил еще и свою — с молниями, мальчишка благодарно кивнул и, стряхнув пот со лба, уже не пытаясь скрываться, начал освобождать оставшихся.

Туфар сначала громко возмущался, но поняв, что освобождать его никто не собирается, замолчал, и пристально уставился на Дилара, точно определив, что именно он виновник случившегося с ним. Освободив последнего, Лари буквально рухнул на землю, тут же подхваченный светлым эльфом.

— Зачем? — сев рядом с ними, спросил Лаэр.

— Что ты увидел? — поинтересовался Луаз.

— Он демон, — сухо ответил Дилар, и оба эльфа резко повернули головы в сторону клетки.

Люди приходили в себя, из толпы новобранцев тоже послышалась ругань и удивленные вопросы. Амра бросил быстрый взгляд на племянника, и сразу догадался о том, что произошло, так как быстро взял инициативу в свои руки, приказав опустить оружие и немедленно всем расходиться. Народ пошумел, но авторитет директора и оплеухи, щедро раздаваемые преподавателями, никто не отменял, так что помаленьку площадь пустела.

— Ты уверен? — маг тёмных встал, — Это же Туфар! Я его с пеленок знаю, — эльф осторожно двинулся к клетке.

— Думаю, настоящий Туфар умер, — Лари посмотрел на короля эльфов, — А сейчас это просто облик. Я не сказал сразу…

— Ничего, — покачал головой Луаз, помогая мальчишке подняться, — Я понял. И ты всё сделал правильно. Странно, почему ты устал, за Ризом я такого не замечал.

Лари только пожал плечами, он-то точно понимал в этом еще меньше эльфа. Непроизвольно он хапнул и от короля, сразу почувствовав себя лучше.

— Извините, — бросил он виноватый взгляд на Луаза, но тот лишь улыбнулся и хлопнул его по плечу, отпуская.

— Не бери в голову. Ты вон, сколько народа спас, а я, со всей этой силой, тут и сделать ничего не могу. Идём! — Луаз нахмурился, — Глянем на этого демона.

Они смотрели на демона, с которого Лари попробовал стащить личину, но не смог, так что кроме него, остальные всё еще видели Туфара.

Лаэр пребывал в полном замешательстве, но не верить человеческому мальчишке не мог, после того, как тот совершил невозможное и освободил всех тех людей, никого при этом не убив. Да и клетка, кроме него, такую не смог бы построить никто! А вот этот странный ребенок смог.

Туфар стоял внутри неподвижно и тоже смотрел, но исключительно на Дилара. Неотрывно. Пристально.

— Интересное ты чудовище, — наконец резюмировал он, — Я даже не знал, что такие бывают. Но ты не думай, что всё закончилось. Сейчас…

— Да остынь ты уже, — раздражённо бросил Луаз в его сторону разряд, демон задергался под сеточкой молний и сполз на пол клетки, потеряв сознание, а король эльфов удивленно посмотрел на свои пальцы, — Интересно, а на него молнии, оказывается, действуют.

— Ты зачем его убил?! — подпрыгнул Лаэр, обвинительно тыча пальцем в светлого.

— И ты остынь, — хмыкнул король, — Жив он, пока. И лучше бы спасибо сказал, кто знает чего этот хм… демон еще замыслил? А вопрос в другом.

— В чём? — спросил, подошедший Амра.

— Куда теперь его деть? Так чтобы он не смог никому навредить?

— У нас есть одно место, — задумчиво протянул маг тёмных, оглядывал хрупкое тело на полу клетки, — Алтарь холодного огня.

— Подойдёт, — серьезно кивнул Луаз, и повернулся к герцогу, — Расскажите обо всем Ризу и Люциусу, и как можно скорее. И да, — светлый эльф глянул на Дилара, — Его теперь тоже берегите, а лучше спрячьте, пока всё не уляжется.

Два эльфа подошли к клетке с демоном, под ними засветилась золотая печать, а через минуту там стало пусто. Директор задумчиво посмотрел на мальчишек:

— А не отправить ли вас к Мортре? Погостить на праздники?

— Руви? — раздался тихий шепот от двери. Рыжая сделала вид, что не слышит и постаралась завернуться в одеяло поглубже, но голос не отпускал, — Сестренка?

Маленькая девочка, очень похожая на Дирта, подошла к её кровати и осторожно подергала за край одеяла. Руви не шевелилась, и девочка тоже застыла в ожидании.

С самого её приезда, Сильва, ходила за неё по пятам и называла «сестренка», и ни какие доводы самой Руви это не смогли изменить. Ну, какая она ей сестра? Хотя все-таки что-то приятное в этом было.

— Я знаю, что ты не спишь, — Сильва вздохнула и села на пол возле кровати, — И знаю, что я тебе не нравлюсь, — девочка снова вздохнула, а Руви поморщилась, — Но это пока…. Правда, правда.

— Ну что?! — резко откинув одеяло, эльфийка села и тоже вздохнула, — И откуда такие выводы?

— Мама сказала, — девчушка осторожно повернулась и выглянула из-за края матраса, её большие зеленые глаза загадочно мерцали, и Руви пришла странная мысль, что и у Дирта, и у этой мелкой, глаза почти в точности как у неё. Может именно поэтому Сильва решила звать её сестрой?

— А еще она сказала, что тебе вообще мало кто нравится, и что ты такая же дикая, как лесная кошка, — брови Руви взметнулись вверх, а Сильва добавила, — Но ты не обижайся, она просто беспокоиться.

— С чего бы твоей маме обо мне беспокоиться? — буркнула Руви, осматриваясь в поисках штанов. Мягко говоря, девочка была странной. Не у них такие тоже были, изредка, их так и называли — «Говорящие с духами», правда сама рыжая их никогда не видела, и возможно, поэтому не сразу поняла, что Сильва такая. Она даже забыла, что их мать умерла, и всё поражалась, чего это мелкая, каждый раз на неё ссылается? А потом ей об этом грубо напомнила жуткая тётенька по имени Мия, да так, что самой Руви стало очень стыдно. Она ей даже чем-то собственную мать напомнила.

— Я не знаю, — пожала плечами Сильва, — я вообще пришла тебе сказать кое-что о твоей маме.

— И что? — осторожно поинтересовалась Руви, почти остолбенев от такого поворота.

— Она ушла, — девчулька вздохнула и посмотрела грустными глазами, — И она сожалеет, что всё так вышло, и что она занималась не тем, что было действительно важно. Она просит её простить.

— Я не понимаю, — растерялась эльфийка, — Что значит ушла?

— Совсем ушла. Не как моя, — задумчиво прикусив губу, попробовала объяснить Сильва, — а ещё твоему папе сейчас очень плохо, но не поэтому. Ему больно, — девочка сжалась в комок и посмотрела на Руви испуганными глазами.

«Да откуда она вообще всё это взяла? Придумала? — рыжая пыталась как-то уложить в голове услышанное, — Не, ну теоретически Руфису и впрямь могло быть сейчас плохо, даже, скорее всего так и есть. И это её очень беспокоило, особенно то, как взрослые от этого отмахнулись. А вот с Лафи? Ничего не понятно. Её мать ушла? Куда ушла? Или она умерла? Такое тоже могло быть, но верить в это совершенно не хотелось. И Руви не верила».

Вдруг Сильва вскочила на ноги и, сверкнув глазами, посмотрела в сторону двери, а потом что-то сильно сжала в кулачке. Помялась, вздохнула и сделала робкий шаг к ней.

— На, — протянула она ладошку, на которой лежали два одинаковых камушка на цепочках, — Отдай это Лари. И…, — девочка вздрогнула, а Руви поняла, как сильно она не хочет с этим расставаться, — Это очень важно! Очень, очень!

— Тогда может тебе отдать самой? — к собственному удивлению очень мягко спросила рыжая, а мелкая замотала головой.

— Я не успею. А ты все равно пойдешь к Лари, за помощью. Он поймет. Просто отдай и скажи, что он должен пойти с тобой, там он найдет и брата.

Руви не успела ничего ответить, да даже толком понять, но Сильва уже выскочила за дверь и убежала. Девушка рассматривала маленькие зеленые камушки. Зачем это Лари? И какого брата он найдет? Дирта? Где? Да, что вообще происходит?

Вопросы закружилась вихрем в голове, но ответов сейчас, она точно не получит. Так что Руви просто помотала головой и спрятала амулеты в карман. А насчет Дилара, мелкая права, его помощь сейчас бы пригодилась, и вот он точно не стал бы отмахиваться, как взрослые. Только вот где его найти?

— Руви? — снова раздался голос за дверью, только теперь уже взрослый. Приятный и строгий. Девочка вздрогнула, поняв, что там та самая женщина, и побоявшись вызвать её недовольство, тут же пошла встречать.

— Руви, — Мия смотрела на неё синими глазами, такими же, как и у того страшного генерала, — Собирайся, за тобой эльфы приехали.

— Приехали? — переспросила девочка. Значит Алазар и впрямь по уши занят, раз решил, что несколько дней поездки лучше, чем забрать её лично.

— Да, я уже приказала подать повозку и всё подготовить. Они решили тут не задерживаться, — глаза женщины сверкнули, а губы сжались в тонкую линию. Руви вот сразу поняла, что эльфов эта женщина на дух не переносит, хоть к ней она враждебности и не проявляла. Вздохнув, рыжая подхватила куртку и посеменила следом за Мией во двор. И, вот если честно, то Руви даже была рада и вернуться в лес, и сделать это таким образом. Возможно, по дороге она сможет что-то понять или хотя-бы решить, как ей действовать дальше? Может Лари у деда? Сильва странная, но если она видит духов, то от её слов лучше не отмахиваться.

***

Луаз недовольно смотрел на совет тёмных, а совет на него. Снова. Похоже, они никак не могли ему простить то, что он утаил от них Дирта. И даже его рассказ про Дивейнов, не помог, хоть и сильно их впечатлил. С другой стороны, может, они просто не поверили?

Фирлиан был очень счастлив, когда вернулся его брат Лаэр, целых полчаса, наверное, пока не узнал все подробности. А потом Луазу досталось, и за своего ученика, и за демона, и за все сразу, в чём он когда-либо перед ними провинился. Вот хуже женщин, эти тёмные, честное слово! И Дирту он даже сочувствовал, уж он-то не понаслышке знал, что значит быть королём, а уж когда тебя еще и в воплощение бога записывают.

Демона тёмные сильно испугались, когда увидели. Побледнев так, что стали почти серыми, участники совета молчком окружили алтарь, куда Лаэр его вмуровал, в буквальном смысле, закатав ноги и руки в камень. Долго смотрели, потом долго шептались, потом вернулись в башню и снова шептались, копаясь в своих толстых фолиантах. Туфар же скалился им в лицо и грозился всеми карами. В итоге то ли они что-то нашли, то ли просто устали бояться, но на пока решили демона просто усыпить, хоть Луаз и убеждал их сразу от него избавиться.

— Ты должен исправить свою ошибку! — ткнул в него пальцем Фирлиан, — И привести к нам Дирта!

— Я вам, — акцентировал король светлых эльфов, — ничего не должен! Так что повежливей и поскромнее.

— Ты знал, что мы ждем уже пятьсот лет, — снова упрекнул его Фир, а потом вздохнул и махнул рукой, — Так что мог бы и рассказать, мы бы сами с его родителями поговорили.

Луаз коротко хохотнул, и только покачал головой, представив этот разговор. Лаэр странно на него посмотрел, но тоже промолчал, в отличие от остальных, Лари он видел сам. И если бы не мальчишка, то он бы сейчас тут не сидел. Двое других строителей, его учеников, оттуда не вернулись, и это было большой трагедией для тёмных.

— Я… — начал Луаз и осекся, с удивлением рассматривая тонкие золотые линии, расчерчивающие пол башни. Тёмные даже повыскакивали со своих мест и почему-то укоризненно смотрели на него.

Печать достроилась, вспыхнула и опала, а в её центре остались стоять два человека. Луаз сдавленно выпустил сквозь зубы воздух, узнав Дирта и Риза. Ну, вот зачем? А потом у него внутри резко похолодело. Что-то явно случилось нехорошее. Он бросил вопросительный взгляд на герцога, но тот лишь отрицательно качнул головой и обвел присутствующих тяжелым взглядом.

— Да, сидите вы уже, — махнул он в сторону совета, и те действительно сели, словно придавленные сверху чем-то тяжелым.

«Вот так с ходу?» — удивился Луаз, поняв, что Дивейн сразу же воспользовался тем, что тут такое количество магов. Король светлых подозревал, что сейчас Ризу не составит никакого труда разобрать тут все по камешку. Лично он, своих магов уже давненько прятал подальше, когда герцог заезжал к нему в гости, но тёмные-то этого пока не знали.

— Значит так, — он посмотрел на них своими синими глазами, и совет проглотил все свои возмущения, тут же закрыв рты, — Я слышал, вы очень хотели познакомиться с моим сыном? — эльфы осторожно кивнули, а Риз ткнул в парня, — Ну вот, это Дирт. К сожалению, обстоятельства таковы, что я даже остаться на чай не могу. Да и Луаз тоже, и так уже загостился, — все снова кивнули, — Вы тут все такие сильные маги, — хохотнул Дивейн, — что уже сразу и сами всё почувствовали, так что если вдруг, то вы понимаете…. Я вернусь, и мало вам не покажется. Луаз? — Риз повернулся к королю, — Всё плохо.

— Что плохо? — осторожно спросил Лаэр, опередив светлого эльфа. Да уж, по сравнению с мальчиком, это было…. Как? Страшно? Не то слово. Маги тёмных давно никого не боялись, опасных тварей они извели, а те, что остались не могли им ничего сделать. И как-то уже привыкли к ощущению полной безопасности, а тут сразу сначала демоны, которые плевали на их магию, потому что у них была своя, совершенно непонятная и жуткая. Теперь вот этот человек, который просто своим появлением лишил их части силы. Лаэр не всё понимал, но видел, что гость хоть вроде и взял немного, но вместе с силой, он получил самое главное, неуязвимость к их магии. И не один из них ему теперь не угроза, зато вот в обратную сторону…. А еще он был уверен, что ему даже заклинания не потребуются, достаточно достать меч. Темный эльф непроизвольно сглотнул и покосился на остальных, теперь он даже верил, что у Луаза и впрямь выбора-то не было.

— Тварей стало больше, — тем не менее, ответил гость, — Они захватили город Алазара, и скапливаются возле столицы людей. И активность началась, через несколько дней, после исчезновения Руфиса. И тёмные эльфы с этим как-то связаны! — Риз приподнял одну бровь, заглянув каждому из совета в глазки, — И я хочу знать как?

— Мы того эльфа предупреждали, — засуетился Фирлиан, — и с его исчезновением не связаны!

— Риз, — бросил в его сторону укоризненный взгляд Луаз, — прекрати их уже пугать. Они и без тебя уже ото всего шарахаются. И что там с Алазаром?

— Пока все нормально, — махнул рукой Дивейн, отпуская эльфов, — Мортре помог. Рамус с алхимиками такую штуку интересную придумали…. Но я тебе потом расскажу.

— А нам? — снова подал голос Фир, он был знаком с Рамусом, и ему стало очень интересно, чего этот худой человек в очках смог придумать.

— Вам? — герцог снова оценивающе посмотрел на совет.

— Риз, — поморщился Луаз, — Они, правда, ни при чём. И у меня тоже есть, что тебе рассказать.

Эльф быстро пересказал историю, случившуюся с Диларом, не забыв упомянуть про пленника. Риз с трудом сдержал удивление, и пытавшуюся отпасть челюсть. Отсутствие информации было бедой, но и скорость её доставки тоже. Вести от Амры до него еще не дошли, а от Мортре явно уже были немного устаревшими.

Зато Дирт даже не пытался спрятать свое удивление, и так и застыл с открытым ртом. Герцог даже поморщился, и насмешливо переглянулся с Луазом. Ага, тоже блин король нашелся. Тяжело вздохнув, он попросил отвести их к пленнику.

И разочарован он не был, и внешним видом и той силой, которая была в демоне. На всякий случай он покопался в магии это странного существа, запоминая для себя пару полезных заклинаний. Будут ли они работать, если магия не о демона непонятно, но мало ли.

— А разбудить его можно? — поинтересовался Риз.

— Нет! — ответили ему хором почти все члены совета.

— Ты прав, — кивнул герцог Луазу и коротко хохотнул, — Ребятки и впрямь напуганы до чёртиков, но мне нужны ответы. Так что вы бы вышли? Если вам так страшно.

Тёмные снова посерели, отступили за круг алтаря, но помещение не покинули.

— Буди! — скомандовал Риз, осторожно подходя ближе. Луаз кивнул и снял заклинание сна. Демон вздрогнул и открыл глаза, потом попробовал пошевелить руками, поняв, что они замурованы, он повернул голову на бок, внимательно осматривая присутствующих. Потом широко улыбнулся и жутко захохотал. Вокруг тут же появилось множество кругов призыва, но Риз не зря копался в голове у демона, так что он тут же все их закрыл, даже не дав окончательно сформироваться.

Оранжевые глаза Туфара, тут же обратились к нему.

— Не ожидал, — хрипло протянул демон, — что есть еще кто-то такой же. И сколько вас?

— Достаточно, — сухо ответил Риз, подходя еще ближе, — И вопросы буду задавать я.

— И что ты хочешь знать, чудовище? — устало прикрыл глаза Туфар, — Давай угадаю. Кто мы? Откуда пришли? Зачем?

— Начни с этого, — согласился Риз.

— Почему нет, — пожал плечами демон, — Мы — это народ демонов. Такие же, как люди или эльфы, в нас тоже течет кровь, мы рождаемся, живем и умираем, — открыв глаза Туфар глянул на Риза, и тому показалось, что он увидел его насквозь, — Любим и скорбим. Чего-то хотим, кого-то ненавидим….

— Ближе к делу, — сухо попросил герцог.

— Мы живем под вулканом, давно, даже дольше чем эльфы, — продолжил демон, чему-то улыбаясь, — И жили бы там дальше, но вулкан просыпается и нам надо уходить. Мы просто хотим проложить безопасный путь. Не мешайте, и никто больше не умрет.

— И вам конечно нужен целый тракт, шириной в милю, и только по прямой, — досадливо цыкнул Риз, понимая что «не мешать», просто не получиться.

— Наша богиня слишком старая, — вздохнул демон, — Она по-другому не умеет, так что да, к сожалению, — он посмотрел еще раз на каждого по очереди и теперь остановил взгляд на Дирте, — И ты тут? — Туфар тихонечко засмеялся, — Мальчик, освободи меня, и я помогу тебе уйти. Они же наверняка тебе не сказали?

— Чего? — в один голос спросили Риз с сыном, опередив предупреждение Луаза.

— Что собираются принести тебя в жертву, — Туфар жутко захохотал.

Дивейн ожидал подвоха от демона, но никак не от тёмных. Поэтому удар по затылку тяжелым предметом, стал для него большой неожиданностью, впрочем, как и для Луаза с Диртом. Сознание гасло, а в ушах всё еще звучал безумный хохот Туфара.

***

— Там что-то есть, — тихо прошептал Лари, вглядываясь во тьму огромной пещеры.

— Что? — пытаясь сделать ровно тоже, нервно спросил его Сэм, — Я ничего не вижу!

— Да не ори ты, — шикнул на него брат, — И может, тогда услышишь.

Над ними вдруг стало светло, а в сторону пещеры полетели два больших оранжевых светляка, Дилар тихо выругался, потому что он-то как раз всё видел. Огромное чешуйчатое тело мелькнуло в тени и резко метнулось к огонькам, заглатывая их клыкастой пастью. Рогатая голова с холодными глазами повернулась в их сторону, но рассмотреть кроме него этого никто не успел.

— Кто там?! — одновременно вскочили на ноги близнецы, доставая мечи, а Лари с досадой подумал, что и в качестве зубочистки они этой твари не сгодятся.

— Змея, — ответил им мальчишка, — Только очень большая, — он повернулся к Руви, — а другого пути нет?

— Нет, — помотала она головой и упрямо вздернула нос, — Подумаешь, змея.

— Руви, — попытался остановить её Дилар, но девочка, уже потирая руки друг о друга, разожгла пламя и зашла в пещеру.

Змея снова зашевелилась и, заскользив в тени стен, вынырнула точно перед девушкой, но Руви даже не дернулась, только пламя еще ярче взметнулось над ней к своду.

— Во даёт! — восхитился Сэм и полез следом, но Миль отдернул его назад, не забыв покрутить пальцем у виска.

Эльфийка подняла две печати, из которых в рептилию полился огонь, охватив полностью чешуйчатое тело. Змеюка яростно зашипела, быстро завиваясь кольцами и сбивая пламя. Это ей удалось, и теперь, абсолютно невредимая тварь, разъярённая нависала над Руви.

— Вот тебе и «подумаешь»! — зло буркнул Дилар, и вылетел в пещеру следом. На ходу он вспомнил заклинание Лаэра, к сожалению, очень простое и топорное, но без магии тёмного эльфа, другое мальчишка сейчас бы и не потянул. Огромный сталактит сверху, вырос с мгновенной скоростью, и полетел вниз, удачно пригвоздив тело змеюки к полу пещеры.

Дернув девушку за руку, Лари оттащил её к стене, чтобы та не пришибла её в конвульсиях, а сам с удовлетворением посмотрел, как корчиться умирающая тварь. Он почувствовал, как дрожит Руви и с удивлением повернул голову к ней.

— Испугалась что ли? — она сначала мотнула головой, потом кивнула, и с трудом найдя голос, прошептала:

— Прости! Я оказалась бесполезной.

— Дура! — попытался привести её в чувство Лари, грубо встряхнув за плечи, — Нашла время сопли распускать! Из тебя вышла отличная наживка.

— Ах тыж! — тут же вспылила девушка, отвешивая ему оплеуху, но по крайней мере она больше не дрожала и не извинялась.

— Далеко нам еще до портала? — поинтересовался Лари, потирая щеку.

— Нет, прямо за этой пещерой, — уже спокойно добавила Руви, и мальчик снова удивился, поймав немного виноватый взгляд на своём лице. Да что с ней происходит-то?

Эльфийка стряхнула с себя песок, и смело пошла к змее, наконец-то затихшей на камнях. Пнув её пару раз, она задумалась и потащила меч.

— Думаешь, она может ожить? — предположив самое неочевидное, поинтересовался Сэм. Руви удивленно посмотрела на него и повторила выразительный жест Миля, тоже покрутив у виска.

— Шкуру содрать хочу.

— Зачем? — теперь уже стало интересно Лари.

— Платье сошью! — огрызнулась Руви, пытаясь проткнуть мечом толстенную шкуру.

— Тебе пойдёт, — хохотнул Дилар, доставая и свой меч и, в отличие от тупой железки девушки, его меч вспорол гадюку с какой-то невероятной лёгкостью. Близнецы ахнули, но попробовали и своими, которые и они прихватили в той же сокровищнице, что и Лари. У них тоже все вышло довольно просто.

Руви подозрительно нахмурилась.

— Что у вас за мечи такие? — заворчала она, убирая обратно свой, — И на что это ты намекал там? — ткнула она в Дилара, — Что я тоже змеюка?

— Это ты сама сказала, — засмеялся мальчишка, — Но если не можешь срезать, то тогда хоть стаскивай.

Провозившись с час, они справились с нелёгкой задачей, стащив шкуру полностью. Белое тело змеи, пахло отвратительно, но, похоже, кому-то всё же понравилось, так как в темноте засверкало множество мелких глаз.

— Уходим, — поежившись, скомандовала Руви, и первой направилась в дальний конец пещеры. Не успело тело рептилии погрузиться во мрак, как там тут же что-то зачавкало и захрустело.

Небольшой проход вывел их в очередную пещеру, но она разительно отличалась от предыдущих. Она была почти круглая, под стенами текла лава, а в центре был круг, с отверстием шахты внутри. Они подошли к краю и заглянули, там было очень темно.

— Только не говори, что твой папа упал туда? — с сомнением посмотрел на девушку Миль.

— Туда, — вздохнула Руви и послала вниз светляк, и он все удалялся и удалялся, пока не погас, а дна они так и не увидели.

— Не уверен, что наших веревок хватит, — вздохнул Лари, и ему снова в голову пришла интересная мысль. Он снова позаимствовал у девушки силу, отметив, что в этот раз пришло меньше, чем хотелось бы, и что ему больше не забрать. Он очень надеялся, что лимит временный, а не постоянный, иначе там внизу от него будет пользы не больше, чем от близнецов. Не забыв про себя сказать спасибо Лаэру ещё раз, мальчишка выдвинул камни из стены шахты, превращая их в узкую лесенку.

— Удобно, — одобрительно кивнул Сэм и полез первым, — Хотя мог бы сделать и пошире.

— Обойдешься, — буркнул Дилар, да он и сам бы хотел пошире, но силы было мало, так что пришлось экономить.

Спускались они долго, настолько, что у него колени заныли, а уперлись в обрыв. Лестница внезапно закончилась, а вот шахта еще нет.

— И? — обернулся к нему Сэм, — А дальше?

Светляк рыжей полетел вниз и Лари с облегчением рассмотрел дно, метрах в пяти от них. Дальше он лестницу сделать уже не мог, сил взять было не у кого.

— Тут уже и невысоко, — заметила Руви, возможно догадавшись и сама о причине такой халтуры, а Сэм удивленно посмотрел на неё:

— Только не говори, что я должен туда прыгнуть?

— Если только ты захочешь меня впечатлить, — хмыкнула эльфийка, — У вас же веревки есть!

Камушек нарастить всё же пришлось, чтобы зацепить веревку, и он это смог, так что прыгать им не пришлось. Внизу была не пещера, а квадратная комната, с лавой под стенами, которая мягко освещала пол часть помещения. Лари задрал голову, и понял, что до лестницы такой свет не достает, но его достаточно и светляк можно не запускать.

— Руви не надо, — остановил он девушку, уже почти договорившую заклинание, — Силы не стоит тратить зря, и так неплохо всё видно.

— Тогда идём, — пожала она плечами и направилась к проходу.

***

Коридоры, коридоры, коридоры…. Лари даже перестал их считать. Десятке на втором. То ли тут именно так и строят, то ли они угодили в лабиринт. И вторая мысль казалась более правильной.

— Ну, всё! — резко сел на пол Сэм, прислонившись к стене, — Надоело! — он посмотрел на остальных, — Вам не кажется, что мы ходим кругами?

— Или кто-то нас ими водит, — задумчиво пробормотал Миль, рассматривая очередную надпись, — Прочитать бы, что тут нацарапано.

— Да стишки какие-то, — пожал плечами Лари.

— Ты понимаешь? — ахнул Миэль, — И молчишь? А ну читай! Может это ключ?

Дилар пожал плечами и скороговоркой выдал:

Пламя вечно, бесконечно,

Где начало, там конец,

Тут останешься на вечно,

В окружении колец.

Риз стоял на широком балконе, даже почти террасе центральной башни совета и смотрел вниз. И посмотреть там было на что. Огромная пещера, уходила куда-то высоко, высоко, и там сверху мерцали разноцветные кристаллы. Это не было похоже на звезды, но было так же красиво. Он сразу вспомнил Ру и её слабость к подобным огонькам — будь то звезды или светлячки. Ей бы тут точно понравилось.

А внизу было озеро, гладкое, как стекло, и такое же прозрачное. Странные рыбы, тоже светящиеся и слепые, обитали в нём. Герцог уже успел заценить все блюда, которые эльфы из неё готовили. И сам город, вырезанный прямо в скале. В основном это были многоярусные башни, самой разнообразной формы, подсвеченные фиолетовыми или оранжевыми огнями. И драконы! Такого обилия драконов, он не видел нигде. Даже тот балкон, на котором сейчас стоял Дивейн, буквально кишел этими крылатыми ящерицами. Так местные чтили своего бога. А кроме непомерной любви к Азамаю, тёмные так же упорно собирали книги. И они тут тоже были везде, бережно и красиво расставленные по полочкам и шкафчикам. И Ру это тоже бы понравилось.

Риз отпил из большого бокала, опять же украшенного дракончиком, местный аналог вина — «Коэхаль» или «Слезы земли». Напиток был пурпурным, тягучим, в меру сладким и пряным. И в целом ему даже нравилось.

И самое интересное, что прислали такой дорогой подарок гостю сами братья Лаэр и Фирлиан, но даже не это его удивило, а то, что они сделали это не смотря на то, что он здорово подправил им носы. Риз усмехнулся. Ну а что? Они его сына убить хотели, между прочим, да и сами вызвались собственной грудью защитить остальных, приняв его гнев на себя. Они и впрямь не обиделись?

А еще этот Туфар. Тёмные заперли его в комнате, окруженной холодным огнём. Всё же демон не внушал им ни малейшего доверия, и оно правильно. Но и сам демон был не так прост.

Герцог пообщался с ним и узнал много интересного. Например, что Туфара на самом деле зовут Фиран. Что он, если проводить аналоги с людьми, король демонов, что именно он разбудил богиню и что именно он привел к ней Лафадию, но… кое-что Дивейна очень смущало в его рассказе. Он снова, раз за разом, прокручивал его в голове.

Демоны очень давно, сами решили покинуть верхний мир и уйти под землю. Настолько давно, что даже эльфы их уже почти забыли. И всё бы ничего, но последние несколько веков у них почти престали появляться дети. Оказывается, демоны вымирают, медленно, но верно. И Фирана это весьма беспокоило. Он связал это с Алиат, что их богиня спит так давно, что от неё почти ничего не осталось. Вот только среди них не оказалось за все эти века ни одного её воплощения, чтобы начать новый круг, придав его народу силы.

И тут появилась Лафи, с глазами, горящими от маниакальной идеи вернуть любимого, и очень необычным предметом в руках. Она знала, кто такой Фиран, и она показала этот предмет ему. Женщина рассказала, что ей дал его монах в чёрном, и что если она положит его на алтарь подземного огня, то её желание обязательно сбудется. Фиран сразу увидел, что это не просто эльфийка, а сильный маг огня, и что, возможно, она могла бы дать силы Алиат, но и то, что, скорее всего в случае её смерти начнутся проблемы с эльфами, демон тоже понял. И ускорять смерть своего народа не захотел.

И он попытался её отговорить, вот только слушать женщина ничего не хотела. И он открыл дверь. Огненная ведьма зашла туда и не вернулась, а дремавший всё это долгое время вулкан, внезапно проснулся. И демонам стало грозить уже не медленное вымирание, а довольно быстрая и неприятная смерть от подземного огня.

А потом пришел Туфар, мальчишка из тёмных эльфов. Он хотел вернуть эту женщину, которая была его наставницей. Он был ранен, он умирал и сжимал в руках темный кристалл, растрескавшийся по всей поверхности. Он впал в безумие и умолял его, богов, саму землю, чтобы Лафи жила.

Такая преданность тронула демона, и он сам того не ожидая от себя, вдруг пообещал, что постарается помочь. А потом мальчишка умер, кристалл рассыпался, и он сам увидел этого монаха. Его речи были такими правильными, словно внутренний голос, которой нашептывал ему о сокровенном, и который знал путь. Монах спросил, что ты хочешь? И он ответил, что хочет только одно — спасти свой народ.

И способ нашелся, но он был очень не простым. Фирану пришлось заключить сделку, которая связала их троих в одно. На время конечно, пока желание Туфара и его не исполниться.

С тех пор он и принял облик тёмного эльфа, а монах стал его тенью, которая нашептывала как, или даже просто управляла его действиями. Он тоже зашел в дверь. Та эльфийка была еще жива. Алиат, чувствуя страх своих детей, их неминуемую гибель, вцепилась в неё мертвой хваткой, но её сил не хватило, чтобы женщина её услышала.

Фиран только потом понял, что монаху нужно было попасть внутрь, чтобы завершить и сделку с огненной ведьмой. Он воспользовался его силой и его телом, чтобы соединить женщин, и дать им возможность поговорить. Демон не знал, о чём они договорились, но эльфийка вдруг очнулась и заявила, что остается. Что ОН обязательно придёт сюда, и что Он останется с ней.

А сам Фиран почувствовал, что и Алиат вернулась тоже, богиня коснулась его затылка, своим жарким дыханием и прошептала, что спасет своих детей и найдет демонам новый дом, но он должен ей помочь. Именно так он отправился к тёмным эльфам и помог поймать первых магов. Нашел в библиотеке нужную книгу, и смог подняться на поверхность, установив маяки по всей длине дороги, которой предстояло пройти его народу. Фиран верил, что только так демоны смогут выжить. А потом, потом….

Потом он увидел, что творят дриферы и сколько людей и эльфов должны погибнуть, ради их переселения в новый дом. И вроде ему должно быть всё равно, но Фиран был стар, был мудр и ценил жизнь. А мир, там наверху был таким живым, таким удивительным. Он пытался достучаться до Алиат, но она пряталась за эльфийской, и ничего не хотела слышать.

А когда он решил попробовать всё исправить, или просто не помогать, то обнаружил, что не может. Тот монах просто брал вверх, пользуясь силой договора, и тащил его по пути к исполнению желания, не спрашивая, согласен ли он с такой ценой.

И когда Лари его поймал, когда эльфы забрали у него возможность действовать, Фиран даже был рад. Но он опоздал рассказать. Теперь уже Алиат вернулась. Желание Туфара и Лафадии были исполнены. Пусть и абсолютно извращенным способом.

Огненная ведьма была жива, физически, хоть и её шкурку уже занимала другая личность. И любимый Лафи тоже вернулся, но не разделил её чувств. Эльфийка увидела правду и не смогла справиться, сожаления поглотили её, и она сама отдала себя богине, решив сдаться и уйти. Теперь была очередь Фирана и Алиат. И он был в ужасе, от того, как именно воплощаются их желания в жизнь. И это не было уловкой, или пустыми словами. Этот страх Риз сам видел в глазах демона. Фиран просил его, их с Диртом, всё остановить, найти другой способ. Только вот как?

А еще, в голову к герцогу закралась неприятная мысль, что и смерть Ру была вызвана этим безумным желанием Лафадии. И возможно, отчасти, они с женой сами были тому виной. Ведь Лафи не знала, что Руфиса никогда и не было, и что он не умер, а просто стал обратно Ру.

***

Лари с трудом разлепил глаза, оно и не мудрено, учитывая их вчерашние приключения. А вот отвратительно бодрые близнецы, высунувшись из окна его комнаты, вращали головами чуть ли не на все триста шестьдесят градусов, и там, явно происходило что-то интересное.

— И что там опять? — поинтересовался Дилар потягиваясь.

— О, проснулся, — повернулся к нему Миль, — Здоров. Да, твои куда-то собираются.

— Мои? — Лари тоже выглянул во двор, в котором было полно народа. Мать спорила с эльфом и дедом одновременно, сменив платье на штаны и кожаную куртку. А рыжые волосы, которые Руви даже не потрудилась спрятать, уже виднелись у ворот. Куда это они?

— Полчаса уже спорят, — Сэм хмыкнул, — Не думал, что это возможно, но эти двое даже упрямее чем тётя Ру.

— О чём спорят? — потер шею и покрутил головой Лари.

— Да они её тут хотят оставить, с нами, а она против, — он повернулся к остальным, — И я тоже. Они едут в лес, там тварей набежало, что баб на праздничную ярмарку.

— Тварей? — Дилар побледнел, и рванул вниз, и он был согласен с дедом, нечего матери там делать. Её лед им вообще ничего не сделает, разве что замедлит, но и без неё с этим справятся. Она же только вернулась! И блин, хорошо бы её как-то к Сильве отправить.

— Ру! — эльф сверкал глазами, — Я сказал нет! Есть же я.

— Это ты своей рыжей скажи, — язвительно усмехаясь, мать ткнула рукой в сторону ворот, где пытаясь спрятаться среди остальных всадников, на лошади сидела Руви. Эльф ругнулся, и резко сдвинулся в ту сторону.

— Ну вот, — Мортре погладил её по спине, — И скучно тебе не будет. Приглядишь за внучатами, а то чуть отвернись, так и норовят сбежать.

— Пап?! — возмутилась она, а подошедший Дилар забрал у неё поводья и сам вскочил на лошадь.

— Дед, прав, — глядя на неё сверху вниз, тихо и очень серьезно произнес он, — Вам с Руви нечего там делать. Ваша магия против них не поможет, а мы будем отвлекаться.

— Обалдеть! — смотрела на него мать круглыми от удивления глазами, — И ты туда же?!

— Я тоже мужчина, — чуть смутился Лари, но взгляда от лица матери не отвел, — И ты сама видела, что я, помочь могу.

— Видела, — вздохнула Ру, сдаваясь, — Но вот знаешь, это не честно! Вы, значит, волноваться не желаете, а мне другого и не оставили.

— Это лишь повод всё сделать быстрее и обязательно вернуться, — упрекнул её Руфис, ведя в поводу лошадь, с очень сердитой на ней девочкой, — И хоть уже всё так, как есть…, — он быстро глянул на детей, — Но я в жизни не поверю, что вдруг, ты начала думать иначе, как все остальные бабы.

— Какой ты стал грубый, — фыркнула Ру, — без меня. Но! — мужчины напряглись, все трое прекрасно знали это её «но», — Мы с Руви тоже поедем, позади. Так на всякий случай, — девочка встрепенулась и робко улыбнулась женщине, — И спорить бесполезно!

Из замка выметнулся большой отряд, направляясь в сторону леса. Через некоторое время из ворот выехало и еще четыре всадника. Близнецы наотрез отказались оставаться в замке, заявив, что если тётя их не возьмет с собой, то они сами найдут другой способ. Им и так, мол, обидно, что в хвосте, да еще и с бабами. За что Сэм тут же получил сразу две оплеухи от обеих, и промямлил, что, конечно же, женщин, а с бабами это он ошибся и вообще был во всём не прав.

Они даже не успели подъехать к первому ряду деревьев, как увидели впереди черную землю. Копыта зачавкали, словно по жидкой грязи, а Руви передернула плечами от отвращения.

— Что это за мерзость? — поинтересовалась она, а близнецы испуганно переглянулись и напряглись.

— Лари постарался, — буркнул Сэм.

— И это значит, что тут не только собаки, — добавил Миль, глянув на тётку, — но и демоны. Это он их магию позаимствовал.

Сердце Ру тревожно сжалось. Чтобы там не говорил Руфис, но ждать у неё всегда получалось плохо. Она и так волновалась и за Риза, и за Дирта, и за дочерей, но те были далеко, и сделать она ничего не могла. Но Лари и Руфис тут! И вот фиг она будет просто ждать! Пришпорив коня, она рванула за отрядом, ошарашенно оглядываясь по сторонам, черным было заляпано слишком много. Почему Дилар, а не Руфис? А потом она чуть не стукнула себя от досады. Ну, конечно! Риз же тоже, при наличии достаточного количества магов вокруг, всегда сваливался от физической усталости, а не от истощения силы. А у неё и у Руфиса, запас ограничен, да еще и меньше, чем до разделения.

Она выскочила на большую поляну, и упавший, словно снег на голову, шум боя, её почти оглушил. Дед не врал, когда говорил, что люди, а точнее Рамус и ведьма с Оксидена, кое-чего напридумывали. То тут, то там раздавались взрывы, сопровождаемые большими облаками тумана, в котором мучительно умирали эти твари, отвратительно визжа и подвывая. Руфис вертелся, словно уж на сковородке, сражаясь сразу с тремя демонами. Дилар пытался пробиться к нему, но и его окружили. Ру чуть замешкалась, удивленно рассматривая странных существ, и чуть не упала с вставшей на дыбы лошади, когда мимо нее с оскаленной пастью и сверкающим мечом, на помощь отцу, промчалась Руви.

— А ну стой! — резко дернула её обратно Ру, — Тебя там только не хватало. Ты забыла, что маг?

Успокоив, резко остановленную лошадь, Руви обиженно буркнула:

— Я пробовала. Моя магия тут не сработает.

— Да? — Ру растянула губы в тонкой улыбке, — А вот я еще не пробовала.

Огромная белая печать, вспыхнула под сражающимися, быстро растягиваясь на всю поляну. Волосы женщины взметнулись вверх, подхватываемые ледяными порывами ветра, а глаза засветились. Поверх белой печати, появилась и синяя, быстро поднявшаяся вверх. Руфис всё еще был её половинкой, и говорить им было не обязательно. Сверху обрушился ливень, но на всех людях из замка, словно волшебные плащи, появились защитные купола, а вот демоны раздраженно зашипели. Вода гасила их огонь.

— Ру, давай! — донёсся крик эльфа, а вместе с ним оборвались и потоки воды. От земли, резко вверх потек лютый холод, превращая, всё что намокло, в лёд.

Близнецы ахнули и завертели шеями, из лета, они вдруг попали в зиму. И вся поляна, теперь сверкала на солнце, словно усыпанная бриллиантами. Лошади нервно всхрапывали, а всадники не менее нервно оглядывались.

Эльф стукнул по носу, застывшего прямо перед ним в атакующей позе демона, а потом сильно шарахнул по нему рукояткой меча, тот растрескался, а потом и развалился на кусочки.

— Даже обидно, что я теперь так не могу, — печально вздохнул Руфис и, подойдя к близнецам, согнал с лошади Сэма, сам садясь на неё, — Мою прибили, — коротко пояснил он.

Сэм забурчал, но полез к Милю, не став ничего возражать.

— Это не я, — хмыкнула Ру.

— Оно само, еще скажи, — точно так же ей хмыкнул в ответ Руфис.

— Не само, — сморщила нос Ру, — но и водичкой ты их полил не простой.

Эльф неопределенно пожал плечами и отвел глаза:

— Ладно, поехали. Алазар, поди, волосы на себе рвёт. Так соскучился.

Ру хохотнула, а Руви удивленно крякнула. Эти двое её учителя вообще уважали?

— Ну, признай? — подъехала к эльфу Ру, широко улыбаясь.

— Что именно? — попытался тактично уйти от ответа эльф.

— То самое, — давила на него женщина.

— Ну, хорошо, хорошо, — ехидно ухмыльнулся Руфис, — Иногда, и ты бываешь полезной.

— Иногда? — глаза у Ру снова сверкнули, а конь мужчины шарахнулся в сторону.

— Алазар ждет, — напомнил ей эльф, — Страдает, возможно. А ты тут к каким-то мелочам придираешься. Ух и злая ты стала, — ехидно оскалившись, вернул он ей её же не давние слова, — Без меня.

Дети внимательно прислушивались, но явно, так ничего и не поняли. Поляна закончилась, а в лесу снова начали встречаться твари, и чем ближе к острову они подъезжали, тем больше их было.

— Да откуда их столько берётся? — удивилась Ру, замораживая очередную «кучку», политую Руфисом.

— Из-под земли, — ответил Дилар, — еще глубже, чем живут демоны. Эти твари называются дрифтеры, и они не совсем живые. Точнее живые, но механизмы. Их собирают в огромной колбе, из очень мелких частиц. Я позаимствовал магию у демонов, но они это называют кодом активации или деактивации, и могут заставить этих тварей рассыпаться на частички. Руфис же, — он покосился на пялившихся на него взрослых, — точнее вода Фирафеля, что-то такое в них нарушает, и происходит тот же эффект. Частички не могут собраться прямо тут, но они не исчезают, а возвращаются обратно в ту колбу, и появляются новые твари.

— Откуда ты это знаешь? — наконец, смогла произнести Ру.

— Просто оно теперь вот так, — пожал плечами мальчишка и кивнул на кольцо, — Иногда, если вопрос задан правильно, ко мне приходит и ответ.

— Хм, — Ру переглянулась с Руфисом, Лари её удивил, снова, — А как не дать частичкам вернуться?

— Никак, — Дилар вздохнул, — Но можно сломать ту колбу.

— Хм, — теперь хмыкнул Руфис и снова переглянулся с Ру.

— Нет! — замотал головой мальчишка, — Вот точно нет! Мам!! Ты представляешь, что со мной сделает отец?!

— Но идея-то хорошая.

— Давайте, сначала, спасем Алазара? — вмешалась Руви и переглянулась с Лари, — А потом уже, вы об этом, не спеша, подумаете.

И не дожидаясь ответа, толкнула своего коня вперед.

Лагерь возле Сильвертана праздновал. И было что. Король Салиса официально отказался от всех трех городов, передав их Люциусу. Благодаря бомбам Рамуса, тварей они изгнали, и как им казалась всех и окончательно. На лицах людей сверкали улыбки, а напряжение последних недель покидало воздух вокруг них.

Тут и там звучала лютня, флейта и бубен. А так же радостные выкрики, сопровождаемые большим количеством спиртного.

— Уважаемый Рамус, — нашел его секретарь его величества, — Король Люциус хочет с вами поговорить у себя в шатре.

Алхимик кивнул и пошел следом. Желание короля, для его подданных становились обязанностью, от которой отказаться, увы, было невозможно.

— Ваше Величество, — поклонился Рамус, войдя в шатер. Кроме короля, там находились и его советники, и, к сожалению, среди них не было не только Риза, но и Амры. Похоже, Карпинет всё еще разбирался с делами академии. Алхимик чуть сморщился от досады, но постарался сделать это, как можно незаметнее. И от эльфов остался лишь Арван и пара магов Луаза, да и то, только из вежливости и чтобы засвидетельствовать происходящее. Так что расстановка фигур Рамусу совершенно не нравилось, но его уже втянули в игру и выбора никакого не оставили.

— Поздравляем его величество! — раздавались возгласы и поднимались бокалы с вином, — Вам удалось то, что не смогли сделать не ваш отец, не ваш дед. Король Люциус самый великий!

Рамус снова поморщился, и в этот раз это не осталось не замеченным.

— Уважаемый алхимик не согласен? — поинтересовался король.

— Отчего же, — пожал плечами и поправил очки на носу Рамус, — города же теперь и в самом деле территория Арсии. Вот только они полностью разрушены. Какая с них польза?

— А вот об этом, мой дорогой друг, — лучезарно улыбнулся король, — я и хотел с вами поговорить. Знаете, — Люциус приблизился почти вплотную к алхимику, и тот сразу заметил, как уши всех присутствующих тут же вытянулись в их сторону. Теперь поморщился король и, взяв его за рукав плаща, оттащил в сторону, — Вот же любопытные какие, — посетовал он и продолжил, — Так вот, дело не в городах, и никогда не было в них. Делов шахте.

— Угу, — кивнул Рамус, начиная кое-что понимать, — И вы хотите, чтобы я их открыл и всё там почистил?

— Люблю умных, а главное сообразительных людей, — радостно хлопнул его по плечу Люциус, — Именно! Если мы, вы найдете там это, — король протянул ему лист, вырванный из какой-то старой книги, — вот тогда поистине, я стану великим, а вы очень богатым.

— Угу, — снова лаконично кивнул очкарик, пробегая страницу глазами. И его брови тут же взлетели вверх, а он сам удивленно воззрился на его величество, — Вы же не хотите….

— Тише, тише, — оглянулся через плечо король, и окинул всех грозным взглядом. А то прямо тесно стало рядом, от постепенно, медленно, но уверенно приближающихся к ним советников, — Хочу. И верю, что только вы на это способны.

— Хм, — задумался алхимик, пряча страницу в карман, — Хорошо, но явно не сегодня. Настроение праздничное. Солдаты выпили, а мало ли что, или кто там мог остаться.

— Вот, — король снова заулыбался, — Мой дорогой, я абсолютно в вас не ошибся. Когда?

— Дня через два, три, — снова поправил очки алхимик, — а лучше через неделю.

Лицо Люциуса скисло, и он уже хотел что-то добавить, но там, снаружи, раздался оглушительный взрыв.

Рамус тут же рванул к выходу, а вот советники наоборот, предпочли отойти подальше и сбиться в кучу. Король вышел следом, а к ним уже бежал Войнич, причем совершенно трезвый, и алхимик подозревал, что и не только он, а и почти все люди Риза, тоже не пили, не смотря на то, что их генерал где-то шляется.

— Ваше величество, — как столб, встал старый вояка перед ними, — Докладываю. Шахту подорвали изнутри, открыв проход. И там твари.

— Опять?! — возмутился король, словно это Войнич лично привел их сюда, — Много?!

— Очень, — кивнул командующий, даже не попытавшись как-то всё смягчить, Риз давно отучил их юлить в важные моменты. Даже если информация было очень плохой, она все равно была информацией.

— Ну, так командуйте! — Люциус посмотрел на бокал в руке и со злостью отбросил его в сторону, — Хотя нет, я сам. Идемте!

Город снова кишел этими псами, а из разодранного зева горы, расползался клочьями черный дым. Вдоль всего хребта, нависающего над городом, солдаты уже разворачивали метательные машины, и первые снаряды полетели вниз. Взрываясь они тоже выпускали туман, но белесого цвета, и он причудливо смешиваясь с черным, расходился полосами по всему плато внизу. Даже сюда долетали визги тварей, умирающих внизу.

— Хорошо, — кивнул король, — Хорошо! Войнич?! — он посмотрел на командира, — Пошли Джуву с тяжелыми рыцарями, пусть спускаются и берут тех, кто останется в окружение. А за ними пращников, надо всех зачистить сначала снаружи, а потом и внутри. Тем более что нам так услужливо открыли вход, — он повернулся к Рамусу, широко ухмыляясь, — А ты говорил неделю.

Алхимик пожал плечами и вернул взгляд вниз. Ему там ничего хорошего видно не было. И тот странный черный дым…. Оружие на него не действовало. Он поднимался выше, и стягивался в огромные тучи, а потом и плотно заворачивался, пытаясь принять форму…. Чего? Рамус озадаченно пытался угадать конечный вариант, когда вокруг этих уже не туч, а плотных образований замерцал оранжевый магический барьер.

— Что это?! — тут же упер в него взгляд Люциус, и снова так, будто это он их и сделал.

— Ничего хорошего, — процедил очкарик, — Отзовите пока рыцарей.

— Хм, — король потёр подбородок, глядя как сгустки принимают форму огромных великанов с четырьмя руками, — Это похоже на магический барьер, да? — Рамус кивнул, а Люциус схватил за шкирку Наруса и, шипя в лицо заорал, — Так найди мне этих ушастых магов!! Пусть снимают!

Нарус утер лицо от королевской слюны, и осторожно высвободившись, метнулся куда-то в сторону. Минут через пять, перед его величеством уже стояли все трое магов, озадаченно рассматривая великанов, уже полностью сформированных. Обстрел склянками Рамуса, почистил собак, но это лишь увеличило количество черной взвеси в воздухе, и там заклубились еще четыре облака, а вот сами великаны от него не страдали. Барьер отлично защищал, и король потребовал с эльфов:

— Снимайте, мать вашу!! Немедленно, или нам всем крышка!

Маги Луаза уже что-то шептали. Под ближайшим великаном засветились печати, дублируясь и сдвигаясь вверх. Когда верхняя коснулась верхушки барьера, печати сжались в кольца, а потом и превратились в цепь, которая пыталась раздробить купол. Рамус видел, как эльфы побледнели и вспотели, прилагая не дюжинные усилия. Защита начала трескаться, а потом разлетелась оранжевыми осколками, которые мерцая, таяли в воздухе.

— Огонь! — заорал Войнич, и в гиганта полетели снаряды. Они вязли у него внутри, застревали и лопались. Уже не туман, а жидкость, крутилась внутри этой мглы, прорываясь сквозь прожжённые язвы наружу. Через минуту обстрела великан превратился в шар, а потом и снова в дым, но в этот раз дым не разлетелся в воздухе, а словно осыпался на землю.

— Теперь и остальных, — ткнул рукой вниз Люциус, — И побыстрее!

Маги переглянулись и встревоженно посмотрели на короля.

— Всех не сможем, — покачал головой Арван, — они говорят максимум ещё двоих.

— Так ты им помоги, и будет в два раза больше, — посоветовал король, — А то стоишь, смотришь.

— Моя магия другая, — уклончиво ответил Арван.

— Да?! — Люциус нахмурился, — То есть ты тут бесполезен? Вот знаешь тогда, — на мгновение король задумался, а потом расплылся в улыбке, явно означающую некую гениальную идею, — Тогда вали за помощью!

Арван тоже нахмурился, но коротко кивнул, и отправился через толпу, искать место для печати.

Дирт почувствовал, как его отодвинули на задний план, и он словно зритель в собственном теле, мог всё видеть, но не мог ни на что повлиять. Азамай вышвырнул отца и наставника из зала, и парень даже облегченно вздохнул, пока эта стерва не открыла свой рот.

От её слов, так и сочащихся высокомерием и ядом, он почувствовал, как в нём закипает гнев, переходящий в ярость.

— Успокойся, — раздался внутри него голос Азамая, — Сегодня я сам, но чем больше ты будешь уметь и знать, тем меньше будет моё присутствие, — голос насмешливо фыркнул, — А в идеале, лет через пятьсот, это я уже буду на твоём месте.

— Ничто меня уже не остановит! — горели безумием глаза Алиат, — Мой народ уйдет, и будет жить. А вы лишь мусор под его ногами.

Она подняла руки вверх, обрушивая жар своего пламени на мужчину, его плащ загорелся, но он лишь сдернул его и отбросил на пол.

— Ты серьезно считаешь, что твоё пламя сможет мне навредить? — теперь уже руку поднял Азамай, указывая на неё своим перстом. С кончика пальца слетела фиолетовая вспышка, с каждой секундой увеличивающаяся на порядок, когда она почти достигла женщины, бог резко разжал пальцы, и шар повторил его движение, разделившись на пять удлиняющихся лучей. Они закрутились вокруг тела Алиат, словно веревки, не давая той и пошевелиться, — Ты забыла, кто запер тебя в прошлый раз?!

— Нет! — захохотала женщина, — Я ничего не забыла. И в этот раз, даже если я умру, но и они тоже. Смерть переполнит этот мир, и ты веками будешь разгребать хаос, устроенный мной. Восстанавливать баланс. Жалеть о том, что сотворил….

Дирт не очень понимал, о чём она, но её слова ему совсем не нравились.

— Отзови! — надвинулся на неё Азамай.

— Как?! — расхохоталась Алиат, попытавшись дернуть связанными руками, но лишь потерла равновесие и рухнула на пол, — Я слабее, но ты всегда проигрываешь.

Бог подошел к ней и присел рядом, разглядывая женщину. И Дирт почувствовал, нет, не чувство, скорее давний отголосок, словно старая заноза, так и не зажившая до конца. Что между ними двумя? Его рука провела по щеке богини, и лицо Алиат смягчилось, став даже красивым.

— Зачем? — спросил Азамай её, — Зачем ты все устроила именно так? Почему ты не можешь просто попросить?

— Боги не просят! — фыркнула она, а её лицо снова превратилось в маску ярости, — А женщины, тем более!

— Но ты всё же попросила? — вдруг Азамай чему-то сильно удивился и тоже вспыхнул, — Его?! Снова?!!

— Нет!! — её глаза горели огнём, но внезапно потухли, — Ты помешал в прошлый раз, и поэтому он вернулся в этот, — она снова засмеялась, только теперь с какой-то обреченностью, — Забавно, да? Мы же боги, а ничего уже изменить не в силах.

— Что ты натворила?! — спросил бог, и Дирт услышал в собственном голосе ужас.

— Я запустила твою машину! А он, — она опустила глаза в пол, но потом все же подняла обратно, — Он обещал, что я смогу их контролировать. И что как только всё закончиться, и мой народ будет в полной безопасности, машина сама выключиться.

— Лиа! — Азамай отшатнулся, — Ни один народ, никогда и нигде не может быть в «полной» безопасности, — он снял с неё веревки и встряхнул за плечи, — Останови всё! Сейчас же!

— Я не могу, — она закусила губу, — Теперь есть только один выход, — женщина резко метнулась к нему, а в её руке сверкнул кинжал, — Выбирай, или ты, или они.

Дирт попытался инстинктивно дернуться, но его тело словно застыло. О чём она? Почему он должен умереть?! Кинжал почти коснулся его кожи, когда Дирт оглушительно закричал: «Нет!!». Азамай в последний момент отшатнулся, и кинжал ушел ниже, вспарывая бок и часть легкого. Боль обожгла до невыносимого, а ярость всколыхнулась с такой силой, что отбросила уже Азамая на его место, а он вернул себе контроль. Он перехватил руку женщины и, развернув, воткнул кинжал в грудь к ней. Он даже не думал, а просто действовал.

Теперь закричала Алиат. А внутри него кричал и Азамай. Он попытался снова взять вверх, но Дирт не пустил. Хватит! Только он будет решать, давать кому-то себя убить или нет. Кинжал выпал из груди женщины.

— Верни, — попросил Азамай, — Дай мне её спасти.

— Зачем?! — зло бросил Дирт, — Ты смирился и дал ей меня убить!

— Не тебя, — попытался оправдаться бог, — Дирт! Верни, я всё объясню. Но если она умрёт, то и её народ уже не выживет.

В боку еще горело, да и дышать было сложно, хотя его тело уже и подлатало само себя. И злость, злость никак не хотела уходить. Кожа Алиат бледнела и времени на выбор больше не осталось.

— Хорошо, — буркнул он, и почувствовал, как его снова отправляют в зрительский ряд.

Азамай сжал хрупкое тело и что-то зашептал. Рана затянулась, но женщина в себя так и не пришла.

— Поздно, — тяжело вздохнул он, — Лиа, ты же знала, что это за кинжал, но ты всё равно его принесла.

Бог подхватил тело женщины на руки, и вызвал печать перемещения. Короткая вспышка на мгновение ослепила, а потом Дирт увидел совсем другую комнату, в дальнем конце которой стоял алтарь с каменным гробом. Он положил туда Алиат и кинжал, а потом запечатал и крышку.

Тяжело сев на пол, он откинул голову и сказал:

— У тебя же куча вопросов, малыш? Задавай.

— Эм, — растерялся Дирт, не зная, откуда и начать.

— Сложно? — понял его бог, — Ладно я сам. Почему я не стал ей мешать? Это особый кинжал, если бы ты не вмешался, он бы убил меня, но не тебя. Зачем? — Азамай вздохнул, — Богами не рождаются, это скорее награда или наказание. Кому как повезет. Меня наказали, за то, что я думал, будто умнее остальных. Но вот знаешь, эта машина, она должна была помочь. Из маленьких частичек, вводя особые команды, можно было создать кого угодно. С помощью огромных существ, которые не знали ни сна, ни голода, я построил целый город под землей, тот, в котором сейчас живут демоны. Я подарил его ей…, — Азамай замолчал, — В общем. Всё всегда идет не так, как задумывал. Машина вышла из-под контроля. Очень много было погибших. Мне, нам с трудом удалось это остановить, а демонам пришлось остаться жить в том самом городе и охранять опечатанный механизм.

— Не понимаю, — пожал плечами Дирт, — Что бы изменила твоя смерть?

— Это остановило бы машину, — хрипло добавил бог, — В прошлый раз это помогло. Я умер, и машина тут же перестала работать, а потом я стал богом. Я не хотел, но выбора мне не оставили, мне пришлось вернуться и восстанавливать всё то, что было разрушено по моей вине. Зачем они запустили её снова? — глухо застонал Азамай, — Прости мальчик, ты сам её остановил, и теперь с этим разбираться придется тебе.

— Но она же собиралась тебя убить! — нахмурился Дирт.

— Это её право, — усмехнулся бог, — Это я обрек её саму и её народ на это вот существование. А она, она просто хотела их спасти, дать им свободу.

— И твой пример её ничему не научил, — покачал головой Дирт, — А теперь что?

— Идем, к машине, — поднялся Азамай, — Посмотрим, что там, и можно ли это остановить.

— Да чтобы у тебя чирей в паху вскочил! — закончил свою тираду Рамус, глядя на двух гостей свалившихся ему на голову. Буквально! И мало того, что теперь в его шатре зияла огромная дыра, так и всё тело ему отбили, впечатав своим двойным весом в землю.

— Это он тебе, — ткнул пальцем в Луаза Риз, — Ты чего, нашего уважаемого алхимика, как маяк использовал?

— Я же сказал, места мало! А ты, давай попробуем, — заворчал Луаз, настороженно косясь на очкарика, и проверяя, не сработало ли его проклятие. Этот тощий человечек всегда был странным.

— Хм, — оценивающе оглядел их Рамус и хитро заулыбался.

— Чего?! — теперь насторожился и герцог.

— Да не, не…, — еще больше расплываясь в улыбке, заохал старикашка и потер самое ушибленное место, — Вроде что-то важное сказать хотел. Но вы так меня напугали, что забыл.

— Ты? И забыл? — Риз надвинулся на него, — А ну выкладывай?!

— А вот нечего мне угрожать, а то и вообще молчать буду, — отодвинулся очкарик, но Дивейн и не подумал сменить тактику, он придвинулся ещё ближе и, намотав воротник алхимика на свой кулак, заглянул ему в лицо и повторил:

— Выкладывай.

— Злой ты! Я так Ру и скажу.

— Не смешно, — отпустил его Риз, отводя взгляд в сторону, — Как тут у вас обстановка?

— Да нормально уже, — отряхнулся Рамус, — С помощью твоего сына, и твоей жены.

— Рамус! Собака ты сутулая! — разозлился герцог, — Вот зачем?!

— Да, просто, чтобы ты знал! — ответил ему тем же алхимик, — Но вместо того, чтобы выслушать, ты обзываешься, — Риз замер, уставившись на друга, — Ру вернулась. И я лично, считал, что для тебя это будет не сюрпризом, а скорее вопросом времени.

— Где? — первым пришел в себя Луаз.

— В шатре генерала, — только успел вымолвить алхимик, как эти двое, словно испарились, и последние слова он уже договаривал в пустоту, — где же еще.

Риз и под страхом смерти не вспомнил бы, как он добрался до своего шатра, но вот сейчас он стоял перед входом и никак не мог протянуть руку, чтобы войти. А вдруг это все-таки такая злая шутка?

— Чего встал? — толкнул его в спину Луаз, заходя следом и осматриваясь.

Герцог рыбкой влетел внутрь, едва сумев сохранить равновесие, и то только потому, что удачно за кого-то зацепился. Он поднял глаза и замер. Это и правда была она. Сердце тоже забыло, что ему надо биться, и в груди остро кольнуло. Тяжело втянув воздух, Риз рухнул на колени, и прижался к её ногам.

— Ру, — тихо прошептал он, сжимая её все сильнее и сильнее, — Ох, Ру.

— Риз, — попыталась она его поднять, но куда там. Дивейн вцепился так, словно боялся, что её снова заберут, — Родной. Отпусти?

Её голос снова звучал в ушах, а запах лез в ноздри, и Риз почувствовал, как по его щекам покатились слезы. Войнич и Нарус стояли в сторонке, стыдливо отводя глаза. А вот Луаз и Руфис, нахально пялились, а последний еще и усмехался. Да и плевать! Риз поднял лицо, тут же наткнувшись на её взгляд, а её тонкие пальцы, тормошили его волосы. Он резко встал и уже целиком спрятал её в объятиях, целуя волосы, лицо, глаза, а потом и губы. Долго и жадно. И только после этого, он поверил, что это не сон. А Ру просто молчала и счастливо улыбалась.

— И что? Даже не скажешь ему ничего? — полюбопытствовал Руфис.

— Нет, — зарылась Ру носом в его шею, и эльф уже хотел что-то добавить, но Риз скосил на него глаза и пообещал:

— По морде сейчас получишь!

— Не порть момент, — одернули его Войнич и Нарус, подхватывая с двух сторон, и вытаскивая из палатки.

Луаз хмыкнул, кивнул Ру и пошел следом, а Риз подхватил жену на руки и потащил вглубь палатки, и Ру снова ничего не сказала. Да и зачем?

***

— И это принцы? — насмешливо фыркнула Руви, разглядывая целую процессию из нескольких карет и верховых, — Хотя вон тот черненький вроде ничего, — протянула она и с любопытством посмотрела на мальчишек, ожидая от них реакции.

Лари тоже выглянул в окошко, оценил всех по очереди и, пожав плечами, молча вернулся в комнату. Этот вот обед, его сильно раздражал, и Риза тоже. Они с отцом вернулись сюда, хотя должны были встречать корабли с далекого Рифа, и вот там, наверняка было на что посмотреть. Дирту вон хорошо, он отмазался важными королевскими делами, а ему и сослаться не на что.

Руви кинула в него вазочкой, стоявшей на окне, и, задумавшись, Лари просто увернулся, удивленно наблюдая, как осколки рассыпались по полу. А затем не менее удивленно посмотрел на рыжую, встретившись с сердитым взглядом зеленых глаз. Вот чего она опять?

— Вот, вот, — подал голос Сэм, по поводу визита приехавший с Милем к ним тоже, — Я, — он посмотрел на брата, и поправился, — Мы лучше всяких принцев.

— Сэм, — покачал головой Миль, — мы же тоже принцы.

Руви прыснула и кокетливо поморгала ресницами. Лари заметил, что Сэм резко глупеет в её присутствии, похоже, рыжая ему нравилась. И тут до него дошло, почему вазочка недавно полетела в его сторону. Да потому что он тоже должен был что-то сказать. И Руви же явно пытается спровоцировать у него ревность! Мальчишка широко заулыбался, и по этому поводу пришлось уворачиваться еще от одной вазочки.

— Заставить бы тебя убирать, — покачал головой Миль, — а то забыла, что не у себя в лесу, и вести себя надо не как мартышка.

Теперь вазочка полетела в Миля, тот ее поймал и аккуратно поставил на место.

— Ага, — заглянула к ним Сильва, и обернулась в коридор, — Они тут, мам!! — заорала она, а Сэм буркнул, что мелкие хуже всяких предателей.

— Идем, — поправил свою одежду Миэль и вышел за дверь первым, — Заставлять ждать других, очень не прилично.

Лари только вздохнул, удивляясь тому, как быстро он натянул на себя роль принца, и как из рук вон плохо, это удавалось его брату. Но тоже оправил одежду и пошел следом. Отец будет недоволен, если он опоздает.

Конец книги.