Альтернативная история в мире "Winx", в которой Блум и ее друзья являются ведьмами, а их вечные противники Трикс — феями. Но дружба все равно побеждает, верно?
На свете было много вещей, которые Блум ненавидела всем сердцем.
— Там будет много людей, громкая музыка и нелепые розыгрыши, — заметила она.
— Да, — радостно ответила Стелла. — Это и называется вечеринка.
— На которую я не собираюсь идти.
— Но там будет весело! Придут парни из Красного Фонтана!
— Ого! Тогда я точно пойду.
— Правда? — обрадовалась Стелла.
— Нет, — Блум повалилась обратно на подушки и уставилась в потолок. Ядовитый плющ Флоры разросся на ее часть комнаты и теперь свисал с люстры. Несколько мгновений она наблюдала за ним, не вслушиваясь в причитания подруги. Стелла просто вредничала: она считала, что они должны везде появляться впятером, чтобы поддерживать имидж команды. Это было абсолютно нелепо хотя бы потому, что в команде их было шестеро.
— Стелла, если Блум не хочет идти, то ты ее не заставишь, — заметила Муза, заглядывая в комнату. — Зато ты можешь не успеть сделать прическу, как тебе такое?
— Что? — Стелла с ужасом уставилась на часы. — Блум!
— У меня болит голова, — Блум отмахнулась от ее руки.
— Не болит у тебя ничего, — Стелла чуть ли не прыгала на ее кровати. — Ты должна пойти. У меня для тебя сюрприз, и если ты не придешь — все пропадет! Я зря старалась?
— Это опять принц Скай?
— Ну, — Стелла отвела взгляд, — какой принц Скай?
Блум закатила глаза.
— Никакого принца Ская. Я еще не отошла от прошлого знакомства с ним.
— Уверена, он тоже все еще слегка дымится, — хихикнула Стелла.
Это было совсем не смешно. Левая сторона головы отдалась резкой, пульсирующей болью, и Блум гортанно застонала, пряча голову под подушку. Глаза начало жечь.
— Не сегодня, — сказала она. — Возьми Лейлу и скажи, что это я.
— Я все еще не уверена, что хочу брать ее к нам, — шепнула Стелла, укладываясь на кровать рядом с ней. Ее длинные золотые волосы накрыли Блум, будто шелковое покрывало, и на миг ей захотелось уткнуться в них лицом. Стелла подтянула ноги к груди. — Она может бросить тень на нашу команду. А если мы не будем оставаться лучшими…
— Она такая же ведьма, как и все мы.
— Ты знаешь, что это не так, — Стелла нахмурилась. — От нее все еще пахнет феей.
— И как же пахнут феи?
— Высокомерием, пыльцой и единорогами.
Блум засмеялась, и смех отдался болью в глазу.
— Лейла совсем не такая, — сказала она. — Дай ей время, и она станет прекрасной ведьмой. А если Геката еще раз скажет что-нибудь о ней, я сожгу ее живьем.
— Чудо-то какое, — фыркнула Стелла.
— Стелла! — Муза снова заглянула в комнату. Ее длинные темные волосы были забраны в два хвоста, которые она украшала серебристыми змеями. — Если нам придется тебя ждать…
— Иду! — Стелла сползла с кровати. — Ладно, в этот раз я оставлю тебя в покое. Но принц Скай очень сильно просил дать ему еще один шанс. Пообещай, что пойдешь на следующую вечеринку?
— Обещаю, — сказала Блум, пряча голову под подушку.
Ведьмы никогда не держат своих обещаний, и она не собиралась держать свое.
Блум валялась на кровати весь вечер, прислушиваясь к чужим разговорам. Флора поставила ей на тумбочку своего нового мутанта по имени Джидрун: он был смесью эвкалипта и восточной магнолии, поэтому его запах должен был облегчать головные боли. Прошлые ее попытки не увенчались успехом, однако она продолжала пытаться, и по утрам Блум обнаруживала возле своей головы все более странных и жутких созданий. Парочку из них она сожгла, когда они пытались завязать ее волосы во сне, а остальные пополнили ряды экспериментов на полках.
Блум сомневалась, что хоть что-то может ей помочь. Если шрам начинал болеть, то ничто не свете не могло успокоить пульсацию и остудить жар, который словно пытался расплавить ее изнутри еще раз — будто бы ему всегда было мало. Впрочем, в этом была природа огня, и винить его за это было глупо. Блум винила только себя.
— Если хочешь, я останусь, — сказала ей Флора.
— Не надо, — махнула рукой Блум. — Это не в первый раз. Я просто посплю.
Флора покачала головой, но все же ушла вместе с остальными. Блум осталась в темноте и тишине, и это было блаженным чувством. Она прижала руку к лицу, сильно нажимая на свой левый глаз: иногда ей казалось, что боль ослабнет, если она протолкнет палец прямо в глазницу. Может, стоило и вовсе избавиться от него? У нее был второй глаз, который прекрасно справлялся со своим делом и не пытался убить ее раз в неделю. Директриса Гриффин как-то говорила ей, что они могут попробовать провести ритуал, но это было опасным делом: в левом глазу Блум была заключена огромная сила, жаждущая вырваться наружу. Она сливалась с ее телом так плотно, что оторвать этот болезненный кусок без последствий бы не вышло — поэтому Блум лишь тешила себя фантазиями. Эта боль была с ней навсегда.
***
— Ты можешь стать самой сильной ведьмой Облачной башни, — Гриффин стояла около большого окна, глядя на грозовые тучи. Молнии пересекали черное небо, освещая старый замок. Высокий силуэт директрисы казался высеченным из камня. — Но для этого тебе нужно осознать свой потенциал. Принять ту силу, которая тебе досталась.
— Я о ней не просила, — ответила Блум. — Я не хочу ее использовать.
— Это тяжелое бремя, но оно выпало на твою долю. Это твоя судьба.
— Вы можете забрать ее?
— Только ты можешь управлять Огнем Дракона. Он — часть тебя. Никто не может его забрать. И суть твоего обучения не в том, чтобы ты научилась запирать его в глубинах своего разума, а в том, чтобы ты осмелилась снова выпустить его на волю.
— Вы знаете, что произошло в прошлый раз, когда Огонь вырвался.
— Что же произошло?
***
Блум вздрогнула и проснулась. Несколько мгновений она лежала в темноте, прислушиваясь к шуму крови в ушах. Что ее разбудило? Сон во время болей был благословлением, и она жаждала вернуться обратно в беспамятство — шум вдруг повторился.
Кто-то был в соседней комнате. Блум резко села, и нехорошее предчувствие сжало ее внутренности. Если бы вернулся кто-то из Винкс, они вели бы себя намного громче. Но что это было? Может, один из мутантов Флоры отправился копаться в чужом белье? Блум лениво потянулась и выползла из кровати. Если это был кто-то из ведьм, то это был бесстрашный человек — или глупый, потому что все в Облачной Башне знали, что с девушками из этих комнат лучше не связываться. Может, первый курс? Блум почти хотела открыть дверь в комнату Стеллы и увидеть там пару недалеких ведьмочек, на которых она могла бы выместить свою злость — они не только вломились в их комнаты, но и разбудили ее. Блум ощутила, как нагрелись ее ладони, и оттого боль в ее глазу стала лишь сильнее.
Она приоткрыла дверь, заглядывая в спальню Стеллы. Там всегда был ужасный бардак, поэтому Блум не удивилась, обнаружив, что вся одежда и драгоценности валяются на полу — это была обычная картина после сборов Стеллы куда-либо. Но вот чего она не ожидала увидеть, так это фею, которая копалась в одном из сундуков с таким видом, будто ничего странного не происходило. Она просто доставала вещи и кидала их на пол, тихо бормоча что-то себе под нос.
Блум несколько секунд просто стояла и смотрела на нее, а потом скрестила руки на груди и прижалась к косяку. Фея не замечала ее присутствия. У нее были длинные белые волосы и голубой боевой костюм, а за спиной трепетали тонкие светлые крылья. Ничего особенного: Блум видела немало фей, и все они выглядели до отвращения мило в своих цветных костюмчиках и с переливающимися крылышками. Они походили на детей, на невинных созданий, порхающих с цветка на цветок — это было жалкой уловкой, скрывающей их настоящие натуры.
— Кхм, — кашлянула Блум, привлекая внимание. Фея вздрогнула и обернулась.
Мгновение они смотрели друг на друга.
— Привет, — потянула Блум. — Потерялась?
Фея скривилась и гордо приподняла нос. Она уперла руки в бока с таким видом, будто это она поймала Блум на месте преступления, а не наоборот — но все же она не была такой спокойной и холодной, как хотела выглядеть. Блум заметила, как ее взгляд заметался: видимо, она пришла сюда через тайный ход в зеркале Стеллы. И вставал огромный вопрос — как фея узнала о нем? Они сами создали его в стене замка. Блум прищурилась.
— Я думала, вы все ушли на вечер, — заметила фея. — Тебя не пригласили?
— Да, — кивнула Блум. — Мне приказали отлавливать насекомых, которые могут забраться в вещи Стеллы. Кажется, я хорошо справляюсь.
— Так это все-таки вещи Стеллы, — фея поджала губы.
— Ты знаешь Стеллу и все равно решила прийти в ее комнату, — Блум оглядела ее с ног до головы. Она никогда раньше не встречала эту девушку: в Алфее было несколько выскочек, которые часто попадались им на пути на местных праздниках, но все они были старшекурсницами. Эта, наверное, была из младших: она еще не достигла высших стадий превращения, и ее крылья выглядели попросту жалкими. Но все-таки…
— А ты кто такая? — нагло спросила фея.
— Варанда Каллисто, — ответила Блум. Она мягко повела пальцами, вспоминая одно из заклинаний: позади феи появился огненный шар. Он был совсем небольшим и медленно приближался к ней. Фея не замечала его: она разглядывала Блум и кривила лицо.
— Значит… — она не успела договорить. Блум щелкнула пальцами, и сгусток огня ударил фею в спину, опрокинув на пол. Ее крылья затрепали и инстинктивно покрылись корочкой льда, защищаясь от жара. Фея вскинула голову, и ее голубые глаза полыхнули чистой ненавистью; Блум с улыбкой наблюдала за ее реакциями.
— Ты! — фея вскочила на ноги. — Раз так…
Она хотела с ней сражаться. Блум так изумилась, что едва успела увернуться от длинного ледяного шипа, ударившегося о дверь. Она с трудом могла вспомнить последний раз, когда фея бросала ей вызов: кажется, это была та глупышка Мирта… Блум помнила ее заплаканное лицо и ее обожжённые крылья — и больше ничего.
Но эта фея была не такой, как Мирта. Она знала о тайном проходе и искала что-то в вещах Стеллы — Блум была заинтригована этой загадкой, и она почти забыла о нестерпимой боли. Левый глаз уже ничего не видел, но ей хватало и правого: фея все равно не понимала, что в этой дуэли ей не победить. Но она старалась: Блум узнавала эти стандартные атаки, которым их обучали в Алфее. Лед, снег, пурга — на самом деле это была очень приятная битва хотя бы потому, что температура в комнате Стеллы опустилась ниже нуля, и Блум чувствовала некоторое облегчение. Ее кожа была раскаленной: каждое использование магии пробуждало огонь, и боль усиливалась.
— Так что ты ищешь? — спросила Блум, подбираясь к фее все ближе. Она даже не старалась, а та порхала вокруг нее, словно бабочка. Ее длинные волосы блестели, будто серебро. — Только не говори, что Стелла урвала у тебя из-под носа платье или вроде того.
Фея остановилась около окна.
— Такие предположения попросту оскорбительны, — она гордо приосанилась.
— Ты просто маленькая воровка, — Блум закрыла собой зеркало, отрезая фее путь к отступлению. — Так что мое предположение довольно мягкое.
— Я ничего не собиралась красть, — возразила фея и тут же отвела взгляд. — Только одолжить…
Блум закатила глаза. Она хотела вернуться в кровать, а для этого ей нужно было поймать эту фею и притащить ее в преподавательскую, чтобы посмотреть, как ее милое личико сгорит от стыда за подобный позор. Фарагонда будет в ярости, если узнает, что одна из ее учениц так опорочила школу: подумать только, Блум просто встала с кровати, а уже начала строить козни феям. Хотя это было просто мечтами: она не могла просто сдать ее учителям, но могла вдоволь поиздеваться.
— Ладно, — сказала Блум. — Ты пойдешь со мной добровольно или мне тащить тебя за крылья?
— Куда?
— К Гриффин, конечно, — Блум улыбнулась. — Все должны знать о воровке, которая опорочила славное имя Алфеи. Ты не только без разрешения проникла на территорию нашей школы, но еще и напала на ученицу и попыталась обокрасть принцессу Солярии — ох, у тебя большие проблемы. Не завидую я тебе.
Ее светлые глаза распахнулись. На миг фея растеряла свое горделивое выражение, и Блум воспользовалась этим: она легко скользнула к ней и одним ловким движением прижала к стене. Фея вскрикнула: ее шея мгновенно покрылась льдом, избегая прикосновения к раскаленной ладони Блум. Холодные капли потекли по ее голой руке.
— Как холодно, — Блум распахнула глаза. — Чудесно.
— Нечестно, — фея ударила ее в голень.
— Что именно? Будешь дергаться, я тебя обожгу.
— Мерзкая ведьма, — она смотрела на Блум с яростью, обычно недоступной феям, этим высокомерным, себялюбивым созданиям, которые на всех смотрели свысока.
— Что ты искала в комнате Стеллы?
— Платья, — фея вцепилась в ее руку. Кожа Блум до локтя покрылась корочкой льда, но это было лишь мгновение: жар тут же растопил ее.
— Ну, конечно, — Блум усилила давление. Она откинула рыжую челку со лба, и фея в ужасе уставилась на ее изуродованное лицо. Эта картина всегда производила впечатление на непосвященных: левая часть лица Блум была обожжена, и особенный урон достался глазнице. В тот раз, когда Огонь вырвался наружу, он начал выжигать ее изнутри, и левый глаз оказался в эпицентре: сущность Дракона пробудилась в нем, и там же ее запечатали. Желтый, с вертикальным зрачком — Блум видела природу дракона каждый раз, когда смотрелась в зеркало. Это пробуждало не только боль, но и гнев.
Она сжала чужую шею так сильно, что фея захрипела.
— Скипетр, — просипела она. Лед сковывал руку Блум, но эти жалкие заклинания не могли совладать с ее силой. — Я просто искала ее скипетр!
— Чего? — Блум чуть ослабила хватку.
— Скипетр тысячи звезд, — ответила фея.
— И зачем он тебе? — Блум дернула правой бровью.
— Какая разница? — фея вцепилась в ее пальцы. — Ты мне все равно не поверишь. Вы, ведьмы, крайне недалекие создания, иначе вы не смогли бы жить в таком поганом месте.
— А ты рискни.
Фея пожала плечами. Она уже даже не брыкалась, и Блум находила эту ситуацию довольно забавной. Они могли просто побеседовать, будто она не сходила с ума от расплавляющего огня, а эта феечка не пыталась обокрасть самую мстительную ведьму во вселенной. И будто бы глаз не болел.
— Мне нужен скипетр тысячи звезд, чтобы растопить лед на целой планете.
— Да, ты права, я не верю.
— Я же говорила. Ты такая же идиотка, как эта принцесса.
— Скипетр тысячи звезд все равно не помог бы тебе это сделать, Айскрим.
— Как ты меня назвала? — фея вспыхнула.
— Ты не сказала мне свое имя.
— Ты его не заслуживаешь, — она прищурилась. — Так что там со скипетром?
— Что с ним?
— Ты сказала, что он не смог бы растопить лед. Почему?
Блум задумалась.
— А с чего бы ему это сделать?
— Он — оружие принцессы Солярии, которая обладает магией солнца и луны. Он называется скипетром тысячи звезд.
— Да, вот именно. Он называется так, потому что Стелла владеет силой тысячи звезд, а не потому что он сам является могущественным оружием.
Фея смотрела на нее с ужасом. Она вся поникла и перестала сопротивляться.
— Но мы видели его силу, — сказала она. — Два года назад. Стелла сожгла лес Гайор. Все об этом знают.
Блум вздрогнула. На миг она увидела пылающие деревья, отражающиеся в озерной глади. Стелла была там, да: она вместе с остальными Винкс, со старшими феями и ведьмами пыталась усмирить пламя, готовое уничтожить все вокруг. Эта глупая фея не знала, что произошло. И еще…
— Мы? — спросила Блум.
— Ага, — раздался довольный голос со спины. Блум резко обернулась: перед зеркалом стояли еще две феи. В отличии от своей подруги, они обладали полным превращением, и это, видимо, придавало им уверенности. Они смотрели на нее насмешливо и в то же время немного растерянно: видимо, пробираясь сюда, они не ожидали увидеть свою подругу, беседующую с ведьмой. Блум не могла их винить: она и сама не понимала, как до этого дошло. Но в то же время — холод по-прежнему ощущался очень приятно.
Это был вечер разочарований.
Она хотела сообщить им, что им грозит смертельная опасность, но одна из фей — с длинными волосами и в фиолетовом костюме — вдруг послала в ее сторону мощную вибрацию, и Блум мгновенно вспыхнула. Боль стала настолько невыносимой, что перед глазами все побелело; волосы на голове встали дыбом, и языки пламени прокатились по ним. Кровь хлынула из носа. Блум услышала, как закричала ее ледяная фея — видимо, ее ледяная магия не смогла справиться с огнем, над которым Блум потеряла контроль.
Контроль. Его не существовало.
— Айси! — одна из фей пролетела мимо нее. — Ты в порядке?
— Она обожгла меня! — Блум услышала разозленный крик. — Ты что наделала?
— Что происходит? — другой голос. — Что с ней? Это была простая пульсация!
Блум упала на пол. Она обхватила себя руками, сжимаясь в крошечный комок — боль была такой сильной, что она едва могла ощущать границы своего тела. Она не могла это контролировать. Все, на что хватало ее сил: удерживать огонь внутри, чтобы он не испепелил этих глупых феечек на месте. Он пожирал ее. Нужно было остановить это.
Контроля не существовало.
— Уходим! — кто-то крикнул. — Мы же тут сгорим!
— Подождите, — даже голос ее ледяной феи звучал холодно. Блум вдруг ощутила, как мороз пробежал по ее коже. — Варанда, эй… Ты в порядке? У тебя кровь идет.
— Убирайтесь отсюда, — прошипела Блум сквозь зубы. Она прижала ладонь к своему левому глазу, пытаясь сдержать силу, рвущуюся наружу. — Убирайтесь! Иначе вы все умрете.
Она услышала звон их крыльев, а потом — тихий стук, с которым закрылся проход.
Огонь медленно разгорался вокруг.
***
— Зачем ты это сделала, Блум? — спросила Фарагонда. Ее голос звучал мягко и заботливо, но глаза оставались холодными. Гриффин и Саладин стояли за ее спиной, и Блум ощущала себя крошечной перед ними. Волшебный круг догорал.
— Я не хотела.
— Тогда что произошло в лесу? Что произошло в Домино?
— Огонь вырвался. Я не могу с ним справиться, не могу…
— Ты можешь, Блум, — оборвал ее Саладин. — Огонь подчиняется тебе.
— Нет. Он пытается расплавить меня изнутри.
— Мы должны что-то сделать, — сказала Фарагонда, повернувшись к Гриффин. — Если Блум не сможет усмирить пламя, никто не сможет. Ты помнишь, что случилось с Валтором…
Гриффин посмотрела на Блум с сочувствием и обречением.
— Моя ученица не повторит его судьбу. Мы применим абсорбцию.
***
— Я убью ее, — сказала Стелла. — Повешу на ее крашенных волосах. Клянусь, как только я ее встречу…
— С чего ты взяла, что она крашенная? — спросила Текна, осматривая зеркало.
— Все эти феи — крашенные дурочки! — Стелла со стоном подняла с пола еще одно сгоревшее платье. — Это от мадам Бомбатур! Оно стоит дороже всей их уродливой Алфеи!
— Прости, — Блум лежала на ее кровати и наблюдала за тем, как друзья осматривают комнату. — Я не знаю, что произошло.
— Ты не виновата, Блум, — твердо сказала Стелла. — Виноваты эти феи. И они за это заплатят. Воровка и ее грязные подружки — они подписали себе смертный приговор.
— Ты сказала, что она использовала «пульсацию», — задумчиво произнесла Лейла. Она сидела рядом с Блум и удерживала около ее головы водяной компресс. Его мягкие переливы немного успокаивали. — Я помню одну фею с такой магией. Ее звали Дарси. Длинные темные волосы, фиолетовая одежда…
— Да, это она, — кивнула Блум. — А ту, что искала скипетр, звали Айси.
— Айси, Дарси и Сторми, — сказала Лейла. — Они всегда втроем.
— Если она нашего возраста, то почему у нее не было финального превращения?
— Какая разница? — встряла Стелла. — Она не доживет до конца недели. Сколько баллов я получу за убийство феи?
— Очень много, если ты сможешь выставить это, как несчастный случай, — хихикнула Муза.
— Может мы просто расскажем обо всем Гриффин? — предложила Флора.
— Конечно, — кивнула Стелла. — А заодно расскажем про огромный тайный проход за моим зеркалом! Она будет в восторге, когда узнает про туннель в стене ее драгоценного замка!
— Стелла права, — поддержала ее Текна. — Мы опозорим сами себя, если позволим феям раскрыть наш секрет.
— Но они уже его раскрыли, — заметила Лейла. — Как они узнали?
— Хороший вопрос, — Стелла уронила сгоревшую тряпку на пол. — Очень, очень хороший вопрос. Как эти феи узнали о зеркале, если о нем знают только те, кто находится в этой комнате? Может им кто-то сообщил? Кто-то — м-м, дай подумать, из Алфеи?
— Как ты смеешь, — Лейла вскочила на ноги, и Блум тут же застонала, потеряв свой компресс. Она открыла глаза, глядя на подруг: те стояли и грозно взирали друг на друга.
— Прости, Лейла, но ты — мой главный подозреваемый, — Стелла уперла руки в бока. — Ты сама сказала, что знала эту Дарси, которая чуть не убила Блум.
— Никто меня не убивал, — вмешалась Блум, но ее не услышали.
— Я никогда с ними не общалась, — Лейла ткнула в ее сторону пальцем. — Думаешь, я стала бы помогать феям, после того, как перешла в Башню? Может, ты сама кому-нибудь проболталась, а теперь валишь все на меня!
— Я рассказывала только Брендону и вам!
— Тогда, может, это Брендон разболтал?
— Ну, конечно, — Стелла сверкнула глазами. — Мой парень умеет держать язык за зубами! И он презирает фей так же, как и я. А вот насчет тебя я не уверена. Один раз ты уже предала своих.
— Стелла, прекрати, — вмешалась Муза. — Ты не можешь обвинять Лейлу.
— Кого-то же я должна обвинять?
— Мы можем поймать тех фей и расспросить, — предложила Текна. Она устанавливала на зеркало дополнительную защиту, чтобы никто не мог преодолеть барьер незамеченным. — Раз уж ты все равно решила мстить.
— Мы же не собираемся на самом деле их убивать? — спросила Флора.
— Нет, — сказала Лейла.
— Да! — воскликнула Стелла. — Разве не этим должны заниматься ведьмы? Помните, что мы проходили на уроках Эдилтруд? Магия феи отлично подходит для усиления. Как это называлось, когда магия впитывается в предмет…
— Абсорбция? — подсказала Текна.
— Именно она. Нам не обязательно прямо убивать их — мы можем забрать их магическую энергию и стать еще сильнее. Что ты думаешь, Блум?
— О чем? — Блум смотрела в стену и думала о том, что хочет умереть.
— О том, чтобы забрать магию этих фей! — разозлилась Стелла. — Мы столько времени помогали тебе держать огонь под контролем, а эта дрянь уничтожила наши старания в один момент.
Контроля не существовало.
— Мне все равно, — Блум прикрыла глаза. — Хотя от магии холода я бы не отказалась.
Ей не стоило думать о подобном — каждая секунда, когда Дракон внутри нее оживал, была заслужена.
— Тогда решено, — улыбнулась Стелла. — Завтра мы отправимся в Магикс, чтобы я купила новой одежды. А ты, Лейла, вспоминай все, что тебе известно об этой тройке — особенно про то, где их можно отыскать.
— Думаешь, я буду тебе помогать? — возмутилась Лейла. — Ты обвинила меня в предательстве! На пустом месте!
— Я погорячилась, — признала Стелла великодушно. — Но и ты меня пойми. Какие-то феи вломились в мою комнату, напали на мою подругу… Кто-то рассказал им, и этот человек виноват не меньше. Если это не ты — хорошо, тогда помоги поймать того, кто это сделал.
— Или я просто пошлю тебя к черту. Как тебе такое?
— Давайте не будем ссориться, — взмолилась Флора.
— Тебе лишь бы не ссориться, — вздохнула Стелла. — Ты уверена, что ты вообще ведьма, Флора?
— Стелла, прекрати, — Блум устало приподнялась на кровати. — Ты бросаешься на всех подряд. Если хочешь кого-то обвинять — вини меня. Это я сожгла твою комнату.
— Ладно, — Стелла глубоко вздохнула. — Я спокойна. Простите меня.
— Я помогу тебе поймать фей, — сказала ей Лейла. — А после ты извинишься передо мной за эти подозрения, понятно?
— Хорошо, — Стелла поникла. Она села на кровать рядом с Блум и оглядела свою разрушенную комнату. — Какой кошмар. И главное — вечеринка была полный отстой.
***
Блум терпеть не могла посещать Магикс: там было светло, многолюдно и шумно — это была почти вечеринка, но при свете солнца. Однако она была виновата в том, что произошло с вещами Стеллы, поэтому не стала отпираться и послушно зашла в портал вместе с остальными.
— Нас ждет большое приключение! — радостно объявила Стелла.
— С целой кучей опасностей, — хмыкнула Муза. — Например, можно потеряться между вешалками.
— Или случайно потратить все деньги, — поддержала ее Текна.
— Ерунда, — прервала их Стелла. — И чего вы такие кислые? Разве вы сами ничего не хотите купить?
— Мне нужны ядовитые порошки, — вздохнула Флора.
— А я хочу новую книгу по сглазам, — кивнула Текна. — Я слышала, что совсем недавно было изобретено новое заклинание. Говорят, эффект просто чудовищный.
— Вы такие зануды, — вздохнула Стелла. — Но у нас целый день. Успеем зайти везде.
Это всегда заканчивалось одинаково: целый день они шатались по магазинам одежды, а в конце все разбредались по своим делам. Никому это не нравилось, но Блум казалось, что это похоже на маленький ритуал единения. Они все смеялись над Стеллой и устало вздыхали, но все же позволяли ей радостно скакать вокруг них, показывая очередное платье. Она была так счастлива, что Блум не пыталась разрушить ее момент, и остальные поддерживали ее решение.
— Дай угадаю, — Стелла посмотрела на ее выбор одежды. — Белая майка, черные штаны…
— Это моя обычная одежда.
— Тебе нужно попробовать что-то новое, — она начала копаться в ближайшей вешалке. — Что насчет голубого цвета? Тебе пойдет голубой, я уверена!
— Очень в этом сомневаюсь.
— Стелла, смотри — а это не коллекция твоей любимой Бомбатур? — Муза указала пальцем в другой конец зала. Стелла тут же отвлеклась, и Блум вздохнула с облегчением.
— Может, она и забудет про убийство фей, — сказала она, глядя, как переливаются волосы Стеллы на свету.
— Но их все же надо проучить, — заметила Муза. — И найти того, кто разболтал. Я думаю, что это действительно мог быть Брендон.
— С чего ты взяла?
— Понимаешь, — Муза понизила голос и наклонилась к самому уху Блум, — он уже рассказал об этом Ривену. Так что…
— Ривен пользовался тайным проходом?
— Может, пару раз, — Муза усмехнулась. — Хочешь ужаснуться?
— Давай.
— Он сказал, что принц Скай выпрашивал у него этот секрет, чтобы встретиться с тобой.
— Он, видимо, считает, что это романтично.
Муза рассмеялась.
Вечером они разбрелись по Магиксу. Флора и Текна пошли по своим магазинам, Муза решила нанести сюрприз-визит Ривену, а Стелла начала готовиться к охоте на фей.
— Ты должна пойти с нами, — сказала она, когда Лейла предложила показать ей любимые места сбора студентов Алфеи.
— Давайте вы сначала найдете их, а потом я присоединюсь?
— А ты чем займешься?
— Я? — Блум поглядела по сторонам и обнаружила магазинчик с лечебными мазями. — Пройдусь по аптекам. Может, у них появилось что-нибудь стоящее.
— Ох, Блум, меня в дрожь бросает от твоих развлечений, — Стелла покачала головой. — Хорошо, тогда будь здесь. Если вдруг мы найдем этих фей, я тебе позвоню!
Ни в какие аптеки Блум не собиралась, разумеется. Она просто заняла столик около маленького и мрачного кафе: изнутри веяло могильным холодом, и это было несомненным плюсом. Она потягивала странный напиток, в котором плавал желейный глаз, и листала новости, когда ее чудесное уединение вдруг было нарушено: на соседний стул опустилась знакомая фея.
Что ж, это был уже второй раз, когда Блум была удивлена ее появлением.
— Айскрим, — сказала она спокойно. — Какая встреча.
Фея скривилась.
— Ты можешь звать меня Айси, так и быть, — сказала она.
— Какая честь, Айскрим, — хмыкнула Блум. — Стелла ищет вас прямо сейчас. Я говорила, что не стоило ее злить.
— Собираешься ее позвать? — фея кивнула на ее телефон.
— Зависит от того, зачем ты сюда пришла.
— Может, я просто беспокоилась, — она закинула локти на спинку стула и начала раскачиваться. Ее длинные волосы свисали до самой земли. Несмотря на жару, она была в водолазке с высоким горлом, и Блум казалось, что она замечает какие-то следы, выглядывающие из-за края. — Это долг феи — помогать тем, кто оказался в беде. А когда мы уходили, ты была вся в крови.
— Если бы вы не ушли, то сами оказались бы в беде.
— Очень благородно с твоей стороны — волноваться о нас.
— Я волнуюсь лишь о себе, — Блум запрокинула голову. — Если бы на меня повесили еще и ваши обгоревшие тела… Так, что тебе нужно, Айскрим? Если Стелла тебя заметит…
— Но ты ведь не собираешься ей рассказывать, — она вдруг улыбнулась. У нее было красивое лицо с резкими чертами. Блум пожала плечами. — Если бы хотела, то уже давно бы это сделала.
— А где твои друзья?
— Дарси на свидании, а Сторми следит за Стеллой, — фея довольно ухмыльнулась. — Я прекрасно понимаю, что принцесса Солярии теперь будет за нами охотиться, я же не глупая. Однако я думаю, что ты не будешь ей помогать.
— Правда?
— Ты рассказала мне про скипетр, — фея подняла палец. — Я серьезно рисковала. Одно дело просто пробраться в вашу Башню, другое — обокрасть принцессу.
— О, так теперь ты признаешь, что занималась воровством.
— Но ты мне помогла, — она покачала пальцем перед лицом Блум. — Почему?
— Я этого не делала, Айскрим.
— Вы, ведьмы, такие упрямые.
— А вы, феи, доверяете тем, кому не следует.
Айси опасливо глянула на ее телефон.
— Думаешь, я не могу связаться со Стеллой другим способом? — спросила Блум игриво.
Фея укусила себя за губу. Блум прищурилась. Ей просто нравилось ее дразнить: феи были нелепыми, наглыми созданиями, которые везде пытались пропихнуть свою дрянную мораль. Она ничего не сообщила Стелле, потому что ей было все равно. Сражения с феями давно уже перестали быть чем-то веселым, и Блум гораздо сильнее интриговали причины, побуждающие Айси рисковать. Она сказала, что ей нужен скипетр, чтобы разморозить целую планету — идеи глупее и не придумаешь, но все же Блум казалось, что фея сказала правду.
— Я могу помочь тебе, — сообщила Айси, наклонившись вперед.
— А мне нужна помощь?
— Твой шрам, — она указала на левую сторону лица Блум, прикрытую челкой. — Я могу вылечить его.
— Нет, не можешь.
— Нет, могу. Точнее — смогу, если ты кое-что сделаешь для меня.
— Для феи, которую хочет убить могущественная ведьма, ты слишком много говоришь.
— Стелла сильная ведьма, не спорю, — Айси понизила голос. — Но я думаю, что ты намного сильнее, Варанда Каллисто. Или как тебя зовут на самом деле?
— Я тебя совсем не понимаю, Айскрим.
— Я тут поспрашивала… Варанда Каллисто обладает силой ветра, ты знала об этом?
— Мм, нет.
Фея довольно улыбалась, глядя на нее. Она подтащила к себе напиток Блум и постучала пальцем по краю стакана: внутри посыпались маленькие кусочки льда. Она с некоторым отвращением посмотрела на болтающийся глаз, но все равно попробовала и скривилась.
— Какая гадость, — сказала она. — Так как тебя зовут?
— Варанда Каллисто.
— Ну конечно, — повторила Айси. — Это ты сожгла лес Гайор?
— Нет. Стелла его сожгла.
— С тобой просто невозможно разговаривать, — разозлилась фея.
— Ну, я тебя сюда не приглашала, — Блум огляделась. Она совсем не подумала о том, что Флора и Текна могут вернуться. Если они увидят ее в компании этой феи… Они бы не стали устраивать скандал, но пришлось бы объяснять ситуацию, в которой даже сама Блум не хотела разбираться. Любая другая ведьма была бы в ярости после случившегося, но Блум не могла гневаться на эту нелепую фею и ее глупых друзей. Ей было все равно. Огонь и боль были единственными ее врагами, и она не хотела тратить силы на бессмысленную беготню.
— Ты должна быть благодарна, что я пришла к тебе, — заявила Айси высокомерно. — Ты владеешь стихией огня, однако твой ожог… Ты не контролируешь свою силу, не так ли?
— Контроля не существует, — произнесла Блум невольно.
— Твоя рана нанесена очень мощной, темной магией, — сказала Айси. — Значит, мощное светлое заклинание противоположной стихии может его побороть. Ты знаешь, что такое энчантикс?
— Финальное превращении феи.
— Именно. И если я его получу, то смогу вылечить тебя.
Блум не удержалась и рассмеялась. Она махнула рукой и откинулась назад, уставившись в небо над головой. Вечерело. Облака постепенно окрашивались в алый цвет — в такие моменты Блум ощущала странное спокойствие. Она словно стояла посреди пожара, созданного кем-то другим.
— Ладно, Айскрим. Уходи, пока Стелла не вернулась.
— Ты должна выслушать меня.
— Нет. Ты смешная.
— Я говорю о серьезных вещах! — она ударила ладонью по столу, и столешница мгновенно покрылась льдом. — Мы можем работать в команде, и обе получим выгоду.
— Ведьмы не работают с феями.
— Не будь такой упрямой. Мне нужна твоя сила огня, а тебе — моя магия льда. Ты поможешь мне получить энчантикс, а я избавлю тебя от этого уродства на твоем лице. А затем мы сделаем вид, что никогда не знали друг друга.
Это давно уже не было чем-то болезненным.
— Уходи, — повторила Блум твердо.
Айси прищурилась.
— Ладно, — она поднялась на ноги. — Иди к черту. Ненавижу ведьм.
Она развернулась и ушла, тряхнув длинными волосами.
***
— Энчантикс? — спросила Муза. — Такая же чушь, как и все их боевые костюмы.
— Но они его получают? — уточнила Блум.
Они сидели в библиотеке, обложившись книгами. Уроки никто не отменял, и Блум лениво листала старые фолианты. Некоторые из них рычали на нее, но тут же замолкали, когда на кончике ее пальца вспыхивал огонек. Ее собственные книги были воспитанными, но библиотечные часто оказывались дикими. Их можно было понять — сколько всяких дурочек нарушали их покой? Блум бы тоже злилась, если бы ее сон постоянно прерывали.
— А я знаю как, — сказала вдруг Флора. — Ведьмы черпают свою силу из страха и ненависти людей из их родного мира, а феи — наоборот. Значит, фея должна спасти кого-то со своей родной планеты, чтобы завершить свое превращение.
— Вот как, — Блум уставилась в свою книгу. Она не могла сосредоточиться на множественных сглазах — в голове крутился недавний разговор. Конечно, она никому не рассказала о том, что фея предлагала ей заключить союз — это было попросту нелепо. Если бы с таким предложением обратились к Флоре, в это можно было бы поверить, но Блум…
Фея сказала, что она хочет разморозить планету, а потом начала говорить о получении энчантикса — провести связь между этими разговорами было нетрудно. Скорей всего ее родной мир был скован льдом, и она думала, что станет полноценной феей, если спасет его. Блум покачала головой: она видела огромный пробел в этом плане.
— Ты заинтересовалась феями, Блум? — усмехнулась Муза. — Стелла заразила тебя своей новой одержимостью?
— Нет, но если я вдруг вскочу и побегу за тем платьем с бантом — стреляй на поражение.
Стелла не собиралась отступать от своего плана. Прошла уже пара недель с тех пор, как феи нанесли им визит, но ее гнев не утих. Остальные предпочли бы просто забыть про этих несчастных фей, которые будто бы никогда не покидали Алфеи, но Стелла не могла этого сделать — она была злопамятной, и ее гордость была задета. Блум тоже не могла забыть.
Она пережила еще две волны боли. Это было ее рутиной.
Мог ли энчантикс ледяной феи излечить ее? По ночам Блум позволяла себе немного помечтать. Она знала, что этого не произойдет, что она этого не заслуживала, но все равно представляла… Если бы существовала магия, способная усмирить Огонь Дракона, то Гриффин бы знала об этом. Или Фарагонда. Или кто-то из совета: Блум помнила лица этих волшебников и колдуний, который смотрели на нее и качали головами. Они сделали все, что смогли, заточив огонь в ее левом глазу. Может, не сделай они этого, то огонь выжирал бы все ее тело, и она и вовсе не могла бы пошевелиться во время приступов.
Холод мог лишь временно приглушить боль, но порой и этого было достаточно.
Разморозить планету? Блум не была уверена, что она на это способна. Ей пришлось бы выпустить Огонь Дракона, чтобы сотворить такое масштабное заклинание, и едва ли он захотел бы снова вернуться под замок. Скорей всего подобная мощь разорвала бы ее на куски.
Может, это было не таким уж плохим решением? Он все равно хотел убить ее, а так в ее смерти был бы какой-то смысл. Это было бы даже иронично: уничтожить один мир, чтобы спасти другой… Наверное, Блум действительно была паршивой ведьмой, раз допускала подобные мысли. Но с другой стороны — Гриффин и Фарагонда были подругами, пусть даже и скрывали это. Между хаосом и контролем существовал баланс так же, как между феями и ведьмами.
Блум ненавидела себя еще больше, когда эти мысли не давали ей уснуть.
Она бы забыла об этом рано или поздно, если бы однажды Стелла не напала на след фей. Они с Лейлой только и делали, что обсуждали, как бы им поймать эту троицу: Стелла не собиралась отступать от своих принципов, а для Лейлы это был вопрос чести.
Блум думала, что они и вовсе никогда не найдут их, но ее надеждам не суждено было сбыться. Текна обнаружила их на границе пепелища, оставшегося на месте леса Гайор, и они все отправились туда.
— Благодари Тимми, — отмахнулась Текна, когда Стелла попыталась повиснуть у нее на шее. — Я попросила его следить за вспышками похожей магии. Видимо, эти феи действительно всегда ходят втроем.
— Тем лучше для нас, — кивнула Стелла. — Прихлопнем всех разом.
Блум не горела желанием возвращаться на пепелище, но это было дело команды — и она почти хотела снова посмотреть на Айси. У ее подруг уже был энчантикс, однако она и без него была невероятно наглым созданием. Что она могла противопоставить Стелле?
Феи расположились на берегу озера. Во время пожара его высушили до самого дна, чтобы погасить пламя, но с тех пор прошло несколько лет, и оно наполнилось снова. Вода в нем была темной, словно пепел все еще отравлял воду. Блум плохо помнила все, что здесь произошло, но все равно оглядывалась по сторонам: где именно она находилась, когда огонь вырвался наружу? Она уходила прочь от шумного сборища, и Мирта что-то кричала ей вслед…
Она отвлеклась, когда увидела ледяную вспышку. Феи пытались создать какое-то заклинание, объединив силы, но у них ничего не получалось: они уже вымазались в пепле, который покрывал все вокруг. Айси раздраженно взмахнула руками, осыпав все вокруг себя снегом, а потом заметила приближающихся ведьм.
Блум поймала ее взгляд.
— Так-так-так, — воскликнула Стелла, выступив вперед. — Какой сюрприз.
Феи переглянулись.
— А мне казалось, эту часть леса уже очистили от скверны, — сказала одна из них. У нее были короткие кудрявые волосы, и она смотрела на ведьм так, будто ей было противно находиться в их компании. Если фею, владеющую пульсацией, звали Дарси, то это была Сторми.
— Будь это так, дорогая, мы бы вас тут не встретили, — фыркнула Стелла.
— И Лейла здесь, — фыркнула Дарси. — Предательница.
— По крайней мере, я больше не делаю грязную работу за Фарагонду, — хмыкнула Лейла. — Все еще бегаете по ее поручениям или уже нашли немного самоуважения?
— Думали, сможете вечно от нас скрываться? — улыбнулась Стелла.
— Мы даже не старались, — кивнула ей Айси.
— Зато вы очень старались, чтобы проникнуть в нашу школу, — заметила Муза.
— И что? — Айси снова уперла руки в бока. Блум спрятала руки в карманы, наблюдая за ней. Ее колени были грязными от пепла, и несколько серых пятен остались на юбке. Она все еще носила свою водолазку, и белые волосы падали ей на плечи. Она ткнула пальцем в сторону Стеллы. — Вы все равно не расскажете про нас, потому что в этом случае мы раскроем секрет вашего тайного прохода. Гриффин это не понравится.
— Знаешь, что ей понравится? — скривилась Стелла. — Если мы принесем ей крылышки наглых воровок.
Она превратилась, и в ее руках появился скипетр тысячи звезд. Черная ткань сочеталась с блестящим золотом. Стелла была настоящей принцессой, в конце концов — она всегда должна была выглядеть великолепно. Феи ахнули, и через мгновение в воздухе запахло пыльцой: за их спинами появились крылья.
Глаза Блум расширились. Водолазка Айси пропала, и ее шея оказалась обнажена: ужасный красный след все еще пятнал ее кожу. Прошло уже столько времени, а он все еще не сошел — Блум этого вовсе не хотела. Она, конечно, запугивала ее тем, что подпалит ее чудесные крылья, но то были просто угрозы. Это же было серьезным ранением.
Остальные тоже превратились.
— Отнесемся к этому как маленькой тренировке, — предложила Текна, откинув свой зеленый плащ. — У нас все равно слишком слабые оппоненты на занятиях по дуэлям.
— Эти будут не лучше, — усмехнулась Муза. Она выхватила из-за пояса свою флейту и игриво дунула на нее, будто стряхивая пыль. — Но в кои-то веки мы боремся за справедливость.
— Блум? — Флора посмотрела на нее. — Если тебе тяжело здесь…
— Конечно, тяжело, — захихикала Сторми. — Дарси уложила тебя одним ударом.
— Посмотрим, сможет ли она сделать это снова, — сказала Блум.
Она позволила магии наполнить себя, призывая доспехи. Алый дракон появился на ее груди.
***
Блум лежала посреди озера. Она чувствовала, как маленькие волны шевелят ее волосы и утягивают плащ на дно. Это было так приятно: вода заглушала звуки битвы, происходящей где-то в лесу, и Блум могла сделать вид, что она находится где-то далеко-далеко. Они могли справиться и без нее: феи были слабыми, но упрямыми противниками, и это больше походило на игру в догонялки, нежели на реальный бой. Блум не хотела рисковать своим спокойствием и призывать огонь, поэтому она просто ушла — она была уверена, что подруги скоро загоняют этих фей до смерти и вдоволь над ними поиздеваются. Вот тогда-то она и подойдет посмотреть на шоу.
Небо было затянуто тучами. Они угрожающе клубились, собираясь пролиться на землю дождем — Блум этого ждала. Вода была чудесной, прохладной стихией.
Ей было так жарко. Как и всегда — и особенно в те моменты, когда она была в боевом костюме. Он усиливал ее магию, пробуждал огонь. Дракон, вышитый алой нитью на ее груди, угрожающе шевелился от каждого вздоха.
— Ты не можешь просто взять и уйти, — услышала она насмешливый голос.
Блум открыла глаза. Ее навязчивая знакомая расположилась прямо над ней: крылья неистово бились за ее спиной, удерживая ее в воздухе. Светлые волосы скользнули вниз и коснулись воды, но фея не обратила на это внимания.
— Привет, Айскрим, — шепнула Блум, отводя взгляд. — Мы уже победили?
— Как видишь, я все еще здесь.
— Убегаешь от боя?
— Наоборот, ищу его, — она опустилась чуть ниже. — Я ждала больше от легендарных Винкс из Облачной Башни. И от тебя тоже. Ты вообще ничего не сделала.
— Я не сражаюсь.
— С каких это пор?
— Посмотри вокруг, Айскрим, — Блум медленно повела рукой, создавая волны. Она воспользовалась тем, что Айси отвлеклась на вспышку в лесу, и схватила ее за волосы. Та тут же зашипела, вцепившись в ее руку: если бы не защитные пластины, ее ногти бы вонзились в кожу. — Ты такая наивная, это просто смешно. Я могла бы ударить тебя по носу.
— Это ты сожгла этот лес, — Айси опасливо посмотрела на пальцы Блум, сжимающие ее длинные волосы. — Не так ли? А Стелла просто говорит всем, что это сделала она, чтобы ее боялись.
— Это сделала она.
— Ты врешь.
— Хочешь, я подожгу твои волосы? — спросила Блум, обмотав белую прядь вокруг кулака. Айси опустилась чуть ниже. Блум могла разглядеть ожог на ее белой коже — ужасную отметину в виде ее пальцев. Неужели феи не смогли ее вылечить? С другой стороны, рану нанесла очень темная магия, и ледяных сил Айси было недостаточно, чтобы ее побороть. Будь у нее энчантикс…
— Только попробуй, — Айси проследила за ее взглядом. — Ты не используешь магию, потому что боишься потерять контроль?
Контроля не существует.
— Нет, я просто не хочу. Но ради твоих прекрасных волос я сделаю исключение.
— Наслаждайся. Это единственный раз, когда ведьма вроде тебя к ним прикасается.
— Ведьма вроде меня? — Блум потянула ее еще ближе. Айси опасно надавила ей на шею, вынуждая погружаться в воду.
— Трусливая? Злобная? Порочная? Упрямая? Уродливая?
— Теперь я еще и уродливая, — Блум невольно рассмеялась.
— Твой ожог выглядит отвратительно.
— Твой тоже.
Айси прищурилась.
— Ты все еще не ответила за то, что оставила его на мне.
— Ты сама виновата — Блум не удержалась от смешка. — Но мне нравится. Ты можешь смотреть на него и вспоминать обо мне — и о том, что случается, когда ты выбираешь неверного противника.
Они смотрели друг на друга пару секунд, но Блум казалось, что прошла целая вечность.
— Я могу просто утопить тебя.
— Иногда я думаю, что мне уже все равно.
Айси прищурилась.
— Ты очень странная ведьма, — она покачала головой. — Мне пора возвращаться. Мы не можем весь вечер торчать в этом лесу.
— Собираетесь сбежать?
— Не убежать, а прекратить эту детскую возню, — Айси потянула свои волосы обратно, и Блум отпустила ее. — Ты подумала над моим предложением?
— Это нелепо, и тут не о чем думать.
— Значит, подумала, — она улыбнулась. — Моя помощь тебе необходима, не так ли? У тебя жар. И ты не можешь от него избавиться.
— И добрая фея хочет помочь мне?
— Мы поможем друг другу. Не понимаю, почему ты упрямишься.
— Потому что мне не нужна твоя помощь.
— Как же ты меня раздражаешь, — Айси махнула рукой, и вода вокруг Блум превратилась в кусок льда. — Может, ты просто глупая? И не понимаешь, что я тебе говорю? Тебе становится хуже, не так ли? От тебя идет такой жар, что мне кажется, ты можешь загореться прямо в воде. А ты упрямишься.
— Мне так нравится, когда ты ругаешься со мной. Прямо хочется работать с тобой в команде.
— Знаешь, ты права, — Айси покачала головой. — Я просто зря трачу на тебя время.
Она улетела. Блум проводила ее взглядом, и неожиданная вспышка гнева расплавила весь лед. Ничего не изменилось: она была мокрой, уставшей и страдала от боли. Левый глаз решил напомнить ей о том, почему она так любила холод.
***
Ведьмы готовились к Ежегодной Пакости, и это значило, что Блум снова собиралась увидеть свою фею. После того, как те сбежали от них в лесу, Стелла придумала новый план. Они могли наложить проклятие дурных сновидений на их комнаты: ужасные кошмары являлись бы феям во снах, лишая их сил. Это было подлым проклятием, которое сложно было обнаружить — оно идеально подходило для того, чтобы вымотать врагов перед тем, как нанести им финальный удар.
Но проникнуть в Алфею было непросто.
— Никто из фей не откроет для нас проход, — сказала Текна. — Тем более что все знают о Ежегодной Пакости.
— Но мы должны это сделать. Мы получим высший балл, если сможем наложить на них проклятие, — заметила Стелла. Она лежала на кровати, положив голову на колени Блум, и лениво качала в воздухе маленький светящийся шарик. Блум перебирала ее волосы. — К тому же мы достанем Трикс на их территории. Они и не поймут, откуда нанесли удар.
— Они не называют себя Трикс, — заметила Флора.
— Мне наплевать. Они должны радоваться, что я придумала им такое хорошее название.
— В любом случае, нам не попасть в Алфею, — Муза развела руки в стороны. — Где мы найдем такую дурочку, которая решит, что у нас благие намерения?
— Но ведь проход не обязательно должен быть открыт для нас, правильно? — задумчиво произнесла Блум.
— А ты знаешь кого-нибудь, кто откроет проход для другой ведьмы?
— Мирта, — предложила Блум. — Она может открыть проход для Люси.
— Она нам не поможет, — фыркнула Стелла. — Она же нас ненавидит.
— Она нам завидует, — спокойно поправила ее Флора. — Помните, она так сильно хотела с нами подружиться? Она все еще иногда со мной здоровается, что очень странно.
— Мы можем пообещать ей что-нибудь, если она поможет, — хитро предложила Муза.
— Эх, опять врать, — вздохнула Стелла.
Люси была злобной и жалкой. Блум не удостаивала ее даже взгляда: ее совершенно не интересовали потуги Люси представлять из себя хоть что-то, потому что они все были неудачными. Но в этот раз ведьма впервые оказалась в фокусе ее внимания: в столовой вся их компания наблюдала за тем, как Стелла прошагала через весь зал, покачивая бедрами и расточая улыбки, и подсела к Люси. Она светилась, будто полуденное солнце, и только угрожающая улыбка выдавала ее истинные мотивы. Она походила на змею, которая обвивала Люси своими кольцами.
Дело было сделано.
В день Ежегодной Пакости все ведьмы должны были совершить какое-нибудь вредительство, а затем представить свои проекты перед всем курсом. Блум была уверена, что их идея получит высший балл, тем более что они собирались установить чары в спальни шести фей, а не трех — чтобы не вызывать подозрений. Муза взяла на себя Сторми, Стелла — Дарси. Блум сказала, что хочет отомстить Айси, хотя на самом деле она даже не была уверена, что собирается накладывать на нее проклятие. Она вообще не понимала, зачем возвращается к ней, но это было весело, и впервые за долгое время она ощущала оживление внутри себя. Несколько дней она томилась в предвкушении, и даже боли ее не мучили.
Ночью они превратились, и Стелла наложила на них чары невидимости, используя свою магию луны. Они отправились вслед за Люси, будто невидимые духи. Ведьма ухмылялась всю дорогу, оглядываясь по сторонам. Стелла пообещала, что они представят ее частью проекта, и это было не такой уж большой платой — она так же сказала, что пройдется с ней по магазинам, и вот это было откровенной ложью. Но Люси этого не понимала.
Алфею окружал невидимый барьер. Его границы сложно было увидеть, но опорными точками были статуи в виде различных волшебных существ. Мирта ждала Люси около статуи кентавра. Она изменилась с тех пор, как перестала быть ведьмой: в Алфее не любили цепи, черепа и темные оттенки. Она все еще казалась крошечной, и Блум невольно вспоминала о том вечере в лесу. Мирта никогда особо ее не бесила, хотя в Башне ее презирали сильнее, чем Люси. Несмотря на ее тонкий голос и посредственную магию в ней был стержень, какая-то внутренняя сила — но в то же время она была причиной того, что случилось. Блум могла бы убить ее, наверное.
— Люси, — воскликнула Мирта. — Я боялась, что ты не придешь…
— Я же сказала, что приду, — покачала головой Люси. — Покажешь мне вашу мерзкую школу?
— Она не такая уж мерзкая, — улыбнулась Мирта. — На самом деле, тут очень мило!
Она прикоснулась к барьеру и нарисовала на нем замысловатый знак.
— Не боишься показывать мне, как открыть барьер? — хмыкнула Люси, когда невидимая стена вдруг осветилась, и в ней появился проход.
— Знак меняют каждый день, — ответила ей Мирта. — Я очень хотела, чтобы ты пришла, поэтому выпросила его у одной из старших фей. Сказала, что это для моего парня.
— У тебя появился парень?
— Ну…
Блум и остальные прошли сквозь проход, идя почти вплотную к Люси. Оказавшись внутри, они тут же взлетели, оставив ведьму наедине со своей несчастной сестрой. Поднявшись к верхней границе барьера, откуда их было уже не разглядеть, Стелла сняла с них чары.
— Гриффин будет нами гордиться, — сказала Лейла.
— Каково тебе вернуться обратно? — улыбнулась ей Блум. — Где была твоя комната?
— На наше счастье, неподалеку от комнат Трикс, — глаза Лейлы сверкнули. — За мной.
Благодаря ей найти нужные спальни было не так уж сложно. Для других трех жертв были выбраны соседние комнаты, в которых спали незнакомые феи. Блум увидела, как Флора создает плющ, который, проникнув в щели в оконной раме, распахнул окно изнутри.
Сама она опустилась на подоконник и просто сожгла деревянный замок на раме. Феи были беспечными: они считали, что никто не окажется настолько подлым, чтобы нападать на них во сне. Окно распахнулось, и Блум проникла в комнату, озаренную лунным светом.
Ее ноги не коснулись пола. Она медленно двигалась по воздуху, оглядываясь: даже в полумраке комната была до отвращения обычной. Зеркало, шкаф, стол — ничего, что привлекало бы внимание. Тут было чисто и аккуратно, словно фея убралась к ее приходу: Блум ухмыльнулась, представив эту картину.
Блум хотела приблизиться к кровати. Но стоило ее ногам опуститься на пол, как по всей комнате вдруг прокатилась волна магии: в воздухе появились сверкающие кристаллы. Они зазвенели, а потом разом повернулись остриями в сторону Блум. Та легко закрылась от них щитом из языков пламени, но, когда огонь угас, стало понятно — план провалился.
Айси сидела в кровати и мрачно смотрела на нее.
— Ты, — сказала она. — Вот уж действительно неожиданная встреча.
— Привет, Айскрим, — Блум улыбнулась. Она взмахнула рукой, и в воздухе повис маленький огонек, освещающий комнату. — Чем занимаешься?
Айси фыркнула.
— Пришла убить меня? Если нет, то говори быстрее — я хочу спать.
— Сегодня день Ежегодной Пакости, — сказала Блум.
— Проникновение в мою комнату — твоя пакость? Я бы поставила незачет.
— Не все так просто, — Блум приблизилась к ней. Она откинула плащ в сторону и села на край кровати. Айси не сделала попыток ее остановить: ее раздражение сменилось почти любопытством, несмотря на то, что она все еще была сонной.
— Неужели? — Айси оперлась локтем о согнутое колено и подперла рукой подбородок.
— Я вроде как должна наложить на тебя проклятие дурных сновидений, — Блум вздохнула. Она не собиралась этого делать. Почему? Ведьмы должны были ненавидеть фей и мечтать о том, чтобы навредить им — но Блум было все равно. Она посмотрела на Айси и вдруг поняла, что это действительно правда: ее равнодушие к тому, что происходило в Облачной Башне, невозможно было выразить словами. Равнодушие ко всему.
— И что? — спросила Айси. — Тебе подсказать заклинание?
— Я не собираюсь этого делать.
— Почему?
Блум пожала плечами.
— Твой глаз немного светится в темноте, — заметила вдруг Айси. — Чудовищно.
— Так и должно быть. Это глаз дракона.
Они замолчали, глядя друг на друга.
— У тебя снова жар, — сказала Айси. — Это лихорадка?
— Она никогда не проходит.
— А когда ты получила этот ожог?
— Два года назад.
— Когда ты сожгла лес, — кивнула Айси, больше не пытаясь узнать у Блум, правда это или нет. — А почему только глаз?
— Не знаю. Это сделали Гриффин, Фарагонда и Саладин.
— Можно потрогать?
Блум вздрогнула.
— Я пришла к тебе ночью, чтобы наложить проклятие, а ты хочешь потрогать мой шрам? — фыркнула она. Никто не прикасался к ее ране, кроме Гриффин, которая проверяла наложенные на глаз заклятия. Ожог был чувствительным и горячим, и Блум на миг засомневалась в том, что это было хорошей идеей.
— А ты собираешься уходить? Если да, то я просто лягу спать.
Блум пожала плечами. Проклятие дурного сновидение требовало провести небольшой ритуал — у нее было немного времени.
— Послушай, Айскрим…
Айси протянула руку и ткнула ее пальцем в висок. Блум недовольно фыркнула.
— Он почти раскаленный. И так всегда?
— Когда я превращаюсь, становится хуже.
— Он болит?
— Да.
— И ты все равно отказываешься от моего предложения.
— Ты не получишь энчантикс, если я разморожу твою планету, — сказала Блум.
— Неужели? — Айси прищурилась. — Ты думала об этом.
— Даже если на секунду представить, что я смогла бы это сделать — это же будет мое достижение, а не твое. Если для получения энчантикса нужно спасти кого-то из своего мира, то…
— Из моего мира осталась только я, — оборвала ее Айси. — Думаешь, если бы был другой способ, я бы искала помощи у ведьмы?
— Он не сработает.
— Я не прошу тебя разморозить лед. Мне нужны твои силы, чтобы я это сделала.
— И как ты это представляешь?
— Ты знаешь, что такое абсорбция? — спросила Айси. Для человека, который несколько минут назад спал крепким сном, она на удивление хорошо соображала.
— Знаю, — сказала Блум. — Это заклинание заставило мой глаз впитать весь огонь.
— Значит, что-то другое тоже может это сделать.
— Ты хочешь впитать мою магию? — Блум уставилась на нее удивленно.
— А я могу?
— Нет. А даже если да — я не буду пытаться. Ты можешь умереть.
— Я смогу сдержать твою силу. Я же фея льда, в конце концов.
— С этим огнем не справится никакой лед, — Блум отвернулась.
— Да, ведь ты у нас такая особенная, — фыркнула Айси.
— Дело не в этом. Ты слышала об Огне Дракона?
— Конечно.
— Тогда ты все понимаешь, — Блум зажгла маленький огонек в центре ладони. — Огонь и лед, конечно, противоположные стихии, но это не касается Огня Дракона. Его противоположностью является энергия Водных звезд, но я очень сомневаюсь, что они завалялись где-то в твоей комнате.
Айси молчала и разглядывала ее, склонив голову на бок. Блум прислушивалась к звукам за окном: было бы очень неловко, если бы кто-то из Винкс пришел проверить, почему она так долго не заканчивает ритуал. И как бы они отреагировали? Наверное, большинству было бы все равно, и они приняли бы мнение Блум.
— Ты точно не Варанда Каллисто, — сказала Айси.
— Пожалуй, я не она.
— А если я найду способ впитать часть твоего огня, ты мне поможешь?
— Мм, — потянула Блум, бросив на нее быстрый взгляд. — А ты не сдаешься так просто.
— Я вообще никогда не сдаюсь. К тому же у меня есть идея.
— Какая?
— Я не готова объяснять это сейчас, — Айси зевнула. — Приходи сюда завтра.
— Сюда? — хмыкнула Блум.
— Здесь удобнее, чем прятаться где-нибудь в лесу. В полночь встретишь меня у статуи русалки, и я тебя пропущу.
— Похоже на ловушку, — задумчиво сказала Блум.
— А если и так? — Айси улыбнулась. — Испугалась?
— Нет, — Блум пожала плечами. — Я приду.
Это было хотя бы интересно. Даже если это была ловушка — и что же фея приготовила для нее? А если нет… Едва ли она действительно могла найти способ, чтобы впитать немного Огня Дракона.
— Мне нужно что-нибудь из твоих вещей, — вдруг вспомнила она. — Как доказательство того, что я тут была.
— Ты еще и обокрасть меня собиралась, — Айси покачала головой. Она смотрела на Блум немного удивленно, словно действительно сомневалась в том, что та согласится.
Айси откинула одеяла в сторону и вылезла из постели.
— Вот, — Айси достала из стола тетрадь. — Мои конспекты по самому бесполезному предмету из всех. Они все равно мне никогда не пригодятся.
Из-за двери вдруг не раздался громкий треск. Блум тут же отшатнулась, а Айси вздрогнула, чуть не уронив тетрадь. Голос Стеллы нарушил тишину.
— Хватит, — говорила Стелла. — Уходим, Муза, сейчас!
— Стой здесь, — приказала Блум, но Айси, конечно, не послушалась.
— Что происходит? — спросила она.
— Я узнаю, — Блум схватила тетрадь и шагнула к дверям, тут же закрывая проход своим телом, чтобы Айси не успела выскочить вперед нее. За дверью была темная гостиная, освещенная только огоньком на конце скипетра Стеллы.
— Блум, — та заметила ее. — Надеюсь, что ты закончила, потому что мы уходим.
— Что случилось?
— Я тебе скажу, что случилось! — Муза шагнула из темноты. — Ты не поверишь…
— Тш! — шикнула на нее Стелла. — Сейчас остальные проснутся! Поговорим на улице.
Блум обернулась: Айси стояла рядом с дверью, прячась за стенкой. Она серьезно и настороженно смотрела на Блум, не зная, чего ожидать — подозревала ли она, что та может ее предать? Возможно.
— Я закончила, — сказала Блум Стелле.
Они выбрались через окно. Муза была так напряжена, что воздух вокруг нее вибрировал от недовольства, и Блум казалось, что она слышит назойливый, раздражающий шум в ушах. Они миновали барьер, повторив на нем тот же знак, что рисовала Мирта, и опустились на поляну в лесу. Муза сразу выпустила пар: ближайшие деревья задрожали от удара ее магии.
— Эта Дарси! — она взмахнула руками, и листва облетела с трепещущих веток.
— Что произошло? — деловито спросила Текна. — Вы все справились?
— Дарси, — Муза повернулась. — У нее на тумбочке их совместное фото с Ривеном!
— Рано делать выводы, — сказала Стелла.
— Хочешь сказать, тебе не кажется, что он с ней встречается?
— Конечно, кажется, — кивнула Стелла. — Я всегда тебе говорила, что он не лучший выбор.
— Если Ривен встречается и с тобой, и с Дарси, то тогда становится понятно, откуда феи узнали о тайном проходе, — сказала Блум, повернувшись к Музе. — Ты сказала, что Брендон все ему разболтал.
— Что? — воскликнула Стелла. — И вы молчали?
— Мы поговорим с Брендоном и Тимми, — сказала Текна, уводя ее от темы. — Если Ривен действительно врет Музе, то они должны знать — или подозревать.
— В такие моменты я радуюсь, что у меня нет парня, — покачала головой Лейла.
***
Возможно, Блум совершала огромную ошибку, но отступать было уже поздно. В назначенный час она ждала фею, меланхолично разглядывая звездное небо — и фея появилась. В темноте ее крылья холодно светились, и трава покрывалась изморозью в тех местах, где ступала Айси.
— Я думала, ты не придешь, — заметила она.
— Я не собиралась приходить, — кивнула ей Блум. — Но ты меня заинтересовала.
— Если ты поучаствуешь в ритуале, то станет еще интереснее.
— Ты мне о нем так и не рассказала.
— Я тебе покажу.
Они обе нарушали правила. Но Блум была ведьмой — она обязана была их нарушать, пусть даже эти правила существовали и в Облачной Башне. Но Айси и ее подружки сильно рисковали. Они пытались прикоснуться к очень опасной, темной магии, и Блум не была уверена, что Огонь Дракона не отразится на их сущности. Но она не спешила делиться своими подозрениями: в конце концов, в ее действиях должен был быть хоть какой-то злой умысел?
В гостиной уже сидели две другие феи. Они тут же вскочили на ноги, когда Блум перепрыгнула через подоконник и огляделась. При свете все тут выглядело иначе — светлее и отвратительней. Она пнула ногой пушистую подушку и вздохнула.
— Ты действительно ее привела, — удивилась Сторми.
— А ты думала, что я шучу? — Айси кивнула в сторону своей спальни. — Собираемся у меня. Приносите все, что есть — кто знает, что нам понадобится.
— Ваша подготовка к ритуалам просто поражает, — фыркнула Блум.
— Не то чтобы у нас была возможность попрактиковаться с Огнем Дракона, — Айси бросила на нее холодный взгляд. — Пошли.
Блум пожала плечами. Она бросила взгляд на Дарси, которая оглядывала ее с подозрением. Она действительно встречалась с Ривеном? Брендон и Тимми хором твердили, что ничего про это не знают, но Блум не слишком верила их словам. Как можно было не заметить, что их друг и сосед встречается с двумя девушками? Впрочем, она сам сказала Флоре, что отправляется на ночную медитацию, и не было никаких гарантий, что та ей поверила.
Комната Айси была такой же, как и прошлой ночью. Блум села на кровать, краем глаза наблюдая за тем, как Айси собирает книги и амулеты.
— Так что? — спросила Блум. — Я хочу немного льда. В уплату моего присутствия.
— Могу уложить тебя в сугроб.
— Так не пойдет.
Айси вздохнула. Она забралась на кровать, усевшись рядом с Блум, и провела над ней рукой: воздух тут же похолодел. Блум довольно прикрыла глаза.
— Я могу просто поспать, пока вы делаете ваши… фейские штуки?
— Конечно, — в голосе Айси звучали нотки раздражения, словно она закатила глаза.
Блум бы действительно предпочла просто полежать в тишине и холоде, но идиллию разрушило появление фей.
— Мне кажется подозрительным, что она согласилась помочь, — прямо сказала Дарси, окидывая Блум еще более подозрительным взглядом. Та осталась лежать на кровати, лениво наблюдая за их перемещениями.
— У меня есть план, — сказала Блум. — Когда у вас ничего не получится, я жестоко посмеюсь над вашей наивностью.
— Мы не должны ей доверять, — заключала Сторми. — Она ведьма.
— Это факт, — сказала Блум.
— И ты явно что-то скрываешь, — добавила Дарси. — Ты ведь Блум, принцесса планеты Домино?
Блум не вздрогнула. Когда-то давно одно упоминание родного мира могло пробудить Дракона — если бы это произошло сейчас, маленькие феи поплатились бы жизнью за свое любопытство.
— Планета Домино разрушена, — ответила Блум.
— В этом и вопрос, — Дарси прищурилась и поправила очки. — Ведьма получает свое финальное превращение, вызвав искреннюю ненависть людей из своего мира. Как же ты получила свое, если на Домино больше никто не живет?
— Тебе придется жить с этой загадкой, — Блум прикрыла глаза. — Так у вас есть способ впитать Огонь или это был просто предлог для моего визита? Как бы мне ни нравилось валяться на кровати Айскрим, я не настроена на ночевку с вами.
— Айскрим, — хихикнула Сторми.
— Хватит, — прервала их Айси. — Мы начинаем или будем впустую тратить время?
— Ты так и не рассказала, в чем суть, — напомнила Блум.
— Ты знаешь, что такое вакуумы?
***
— Такими темпами я должна скоро достигнуть просветления, — заметила Блум как-то вечером. — Учитывая, как часто я ухожу «медитировать».
— Думаешь, ведьмы тебя подозревают? — поинтересовалась Айси.
— Ведьмы всегда кого-то подозревают. Рано или поздно они все узнают.
— Тогда мы должны достичь успеха раньше, чем это произойдет. Если твои боли прекратятся, ты сможешь сказать, что медитации помогли.
— А если нет — они узнают о моем союзе с феей.
— И что будет? Они тебя изгонят?
— Нет, но Стелла и Муза будут скандалить так громко, что у меня снова заболит голова.
— Забавно, — усмехнулась Айси. — Должно быть, они уважают тебя, раз готовы простить все, что угодно. На самом деле это ведь не Стелла у вас главная?
— У нас нет главных.
— Ну, конечно.
В те ночи, когда Блум оставалась в Алфее и Трикс забирали хотя бы толику ее сил, боли ее не мучили. Но платой за эти дни спокойствия были приступы, которые настигали ее в Башне: они были сильнее всех прежних, словно левый глаз пытался наказать Блум за попытку сбежать от боли. Вина захлестывала ее.
Но она не могла остановиться. Блум и сама не заметила, как вообще перестала размышлять о том, что же она творит. Она просто появлялась на месте встречи, и Айси пускала ее в свою школу — словно так было всегда. Будто бы они были друзьями. В каком-то роде.
— Что произошло с твоей планетой? — спросила как-то раз Блум.
Сторми и Дарси начали засыпать и ушли к себе, но Айси не сдавалась. По ее словам, вакуумы крайне медленно и неохотно наполнялись силой — этого было слишком мало. Блум разглядывала голубой сосуд, висящий над ней и пульсирующий от магии, вливающейся в него. Она не чувствовала никакого дискомфорта или слабости, только любопытство — вакуум не был способен вместить в себя силу Дракона, и Блум это понимала.
— Она была проклята, — ответила Айси. — Когда я была совсем маленькой.
— Вот как.
— А Домино? — руки Айси задрожали, и вакуум засветился сильнее. — Ты помнишь?
— Нет, — Блум закрыла глаза.
— Ты ничего не помнишь, ничего не знаешь — откуда же ты берешь свою силу? — разозлилась Айси. — Может, твой другой мир тебя питает?
— Сомневаюсь, — сказала Блум. — В том мире люди не верят в волшебство, и никто меня не знает. Хотя там была одна девчонка, которая меня ненавидела.
— Хм. И как ты сама это объясняешь?
— Никак? Мне все равно, откуда берется моя сила. Я все равно не могу ее контролировать.
— Что-то тут не сходится. Я никогда не слышала, чтобы магия вела себя так.
Блум вздохнула.
— Почему тебе это так интересно? Давай поговорим о чем-нибудь другом?
Говорить им было особо не о чем. Блум подумала о Винкс, о тех днях, когда она впервые встретила их. Им было легко подружиться, потому что каждая из них оказалась в Облачной Башне из-за странных стечений обстоятельств, и они нуждались в друзьях. И хотя ведьмы не любили говорить о светлых чувствах, Блум знала — Винкс были ее лучшими друзьями. Если бы не они, Дракон сжег бы ее дотла. И ей были не нужны другие друзья, потому что она была ведьмой и не заслуживала доброты от феи. Но все же… Дружить с Айси было не так уж плохо.
— Скажи мне правду, Блум, — вдруг сказала Айси.
— О чем?
— О твоей силе. Ты ведь можешь ей управлять, не так ли?
— Если бы я могла, думаешь, со мной бы это случилось?
— Ты что-то скрываешь, — настояла Айси. — Я думаю, ты сознательно не позволяешь вакуумам забрать твою силу. Но тогда встает вопрос, зачем ты это делаешь?
— Я бы отдала тебе мою силу, если бы могла. Мне она причиняет только боль.
— Это не так.
Блум отвела взгляд. Она не хотела об этом думать, она хотела забыть.
— Скажи мне правду, — повторила Айси.
— Хочешь подраться?
— Ты действительно хочешь помочь мне? Или тебе просто скучно?
Блум закатила глаза.
— Я не могу контролировать Огонь Дракона, — сказала она твердо.
Айси опустила подбородок. Воздух похолодел.
— Я тебе не верю.
— Не верь. Я ведь ведьма. Нам положено лгать.
— Ты какая-то неправильная ведьма, — сказала Айси. — Уж слишком ты добрая, хоть и стараешься это скрыть. Может, сложись все иначе, из тебя вышла бы прекрасная фея.
— А из тебя вышла бы отличная ведьма, — усмехнулась Блум. — С твоими-то амбициями.
***
— Я начинаю думать, что у тебя появились новые друзья, — надулась Стелла. — Где ты пропадаешь? Мы уже сто лет не ходили вместе по магазинам. И принц Скай снова спрашивал о тебе.
— Неужели Диаспро снова его бросила? — спросила Блум.
Они сидели на ее кровати. Стелла лежала, закинув ноги на изголовье, и наблюдала за тем, как Флора колдует над цветами. Блум лениво решала задания, которые нужно было сдать еще вчера. Из комнаты Музы доносились громкие басы, а Текна и Лейла экспериментировали в гостиной. Это был мирный вечер, когда никто не хотел строить козни феям или ругаться. Блум улыбнулась.
— Кто ее знает, — вздохнула Стелла. — Там все так запутано!
— Так где ты пропадаешь? — спросила Флора с улыбкой.
— Я медитирую, — соврала Блум.
— Помогает?
Блум потрогала свой ожог. Айси была бесконечно далека от получения Энчантикса, и ее ледяная пыльца вовсе не казалась решением всех проблем. Но все же приступы стали менее мучительными. Может, потому что феи совершенно не боялись магии, которая могла уничтожить целую планету. И их глупая храбрость придавала Блум сил.
— Может быть, — сказала Блум.
— Ты же знаешь, что мы всегда тебя выслушаем, — сказала Флора уверенно. — Если ты захочешь поговорить. И если твои боли… станут такими же, как в прошлом году.
— Если они станут такими же, как в прошлом году, то вы все можете пострадать, — Блум сжала свою тетрадь, и на бумаге остались подгоревшие следы ее пальцев.
— Не волнуйся, — Стелла обняла ее за плечи. — Мы справились в прошлый раз и справимся снова! А если меня опять обвинят в том, что я испортила общественную собственность — ну и пусть! Еще один поджог лишь украсит мой послужной список, и никто тебя не заподозрит.
— Конечно, — кивнула Флора. — Мы тебя защитим. Мы же твоим друзья.
Блум посмотрела на нее немного растерянно.
— Как думаете, — спросила она неожиданно для себя самой. — А мы можем подружиться с феями?
— Ни в коем случае! — Стелла повисла на ее шее. — Она противные! А мы крутые!
Флора только хитро улыбнулась, посмотрев Блум прямо в глаза, и ничего не сказала. Она была намного проницательней, чем казалось на первый взгляд. И намного добрее, чем было положено ведьме. Может, все было не так уж плохо в их темной башне.
— О чем речь? — Лейла вдруг заглянула в комнату. — Вы обнимаетесь?
— Нет! — воскликнула Блум, опомнившись. Она попыталась вывернуться из рук Стеллы, но та держала ее крепко и пыталась затискать в своих объятиях.
— Я тоже хочу! — Лейла запрыгнула к Блум на кровать. — Текна! Муза!
Блум принялась отбиваться, но подруги сыпались на нее со всех сторон.
— Обнимашки? — Муза забежала последней. — О-о, мы атакуем Блум! Я с вами!
— Отстаньте, я делаю домашку! — вопила Блум.
— Я тебя умоляю, — усмехнулась Текна. — Ты просто рисовала мороженое на полях.
Блум рассмеялась, и подруги подхватили ее смех.
***
— Ты ведь знаешь, откуда берется боль, Блум?
Блум кивнула. Она стояла около окна и смотрела, как дождь барабанит по стеклу.
— Тогда почему ты все еще от нее страдаешь?
Гриффин сидела в своем кресле и наблюдала за ней. Блум не поворачивалась: она видела свое отражение, и глаз Дракона казался пугающе ярким. Словно бы огненное чудовище, живущее внутри, наблюдало за ней. Блум пригладила челку, скрывая его.
— Я не могу от нее избавиться.
— Почему? — спросила Гриффин. — Потому что хочешь себя наказать?
— Нет.
— То, что произошло с Домино, случилось много лет назад. Ты не виновата в том, что древние ведьмы уничтожили твою планету в поисках твоей силы.
— Это ничего не меняет. Я не могу контролировать Дракона.
— Контроля не существует, Блум, — сказала Гриффин. — Как и Дракона. Есть только ты.
Блум покачала головой. Она уже вела подобный разговор с Фарагондой и знала, что совет будет тем же самым — позволить прошлому остаться под пеплом, что покрывал планету Домино. Но разве она могла это сделать? Они все погибли — из-за нее.
Она ненавидела себя за то, что произошло с ее родным миром. Эта ненависть питала самую могущественную силу во Вселенной. Огонь Дракона, запечатанный в ее глазу.
— Я знаю, — ответила она.