Вокруг шумел лес. И не просто шумел, а потрескивал и поскрипывал. Иногда там, где огонь добирался до влажного нутра древесины, из-под коры вырывались фонтанчики пара и издавали свист, похожий на закипающий чайник.

Местами пожар начинал пожирать толстые стволы многовековых елей. Их хвоя вспыхивала рождественской гирляндой на одно мгновение и серым пеплом взлетала в затянутое дымом небо.

В центре ровного круга, очерченного пламенем пожара, лежала туша Фолина. Его черные доспехи были продырявлены в нескольких местах, и из-под них сочилось что-то, похожее на гной. Мертвые глаза гигантского кентавра смотрели вверх с каким-то грустным выражением, оставшимся там с моего последнего, оказавшегося смертельным удара.

Сам я стоял в нескольких шагах от тела, запыхавшийся от бешеного темпа схватки, но очень довольный собой. Еще бы! Последние тридцать пять дней я шел к этому моменту, собирая оружие с трупов врагов, заказывая дорогущую броню у лучших мастеров этого мира и шарясь по помойкам в надежде найти что-то ценное.

Теперь цель моего путешествия была достигнута и оставалось только обобрать труп последнего босса, получить все плюшки и стать самым крутым на районе.

К моему сожалению, мир этой РПГ-игры оказался не слишком велик. Всего тридцать пять дней геймплэя. Все же сетевые игры, с их бесконечными квестами и полностью открытыми мирами, мне нравились больше.

Жаль, что меня отключили от сети несколько месяцев назад, а мама так и не удосужилась решить эту проблему.

Когда я подвис в середине рейда и в хлам разбил клавиатуру, максимум на что я был способен — это подняться по лестнице, ведущей из подвала к двери, и крикнуть маме, чтобы она разобралась с этим. Кажется, это было пару месяцев назад. С тех пор моим уделом остался офлайн, с его короткими играми и ограниченными мирами. Но ничего, как только восстановят связь, смогу оторваться. Наверняка, мои старые друзья по рейдам уже заждались Фреда.

Хорошо, когда твой батя был выживальщиком, и перед тем, как бросить нас с мамой, оборудовал подвал всем необходимым.

В соседней с моей комнатой был склад продуктов длительного хранения, за толстой стеной со звукоизоляцией стоял генератор, а за ним — закопанная и заполненная дизельным топливом железнодорожная цистерна.

Индивидуальная скважина обеспечивала пещеру моего одиночества чистой и холодной водой. Был и туалет, и маленькая кухня в углу комнаты, но ею я практически не пользовался.

Иногда мама спускалась сюда и прибиралась, но я не очень ее жаловал, и она делала это нечасто. Порой я даже не замечал ее, сидя в анатомическом кресле с огромными наушниками на голове, уставившись в монитор, где проходила моя повседневная жизнь.

Я стянул наушники, и звуки пожара резко стихли.

На мониторе по-прежнему виднелась огромная голова кентавра, но теперь его глаза, казалось, смотрели на меня с каким-то осуждением.

За стеной негромко тарахтел генератор: видимо, опять перебои с питанием. В комнате было душновато — нужно сказать маме почистить вентиляцию или что там нужно чистить, когда не хватает свежего воздуха.

Я вылез из кресла, и оно недовольно скрипнуло, не желая отпускать мою порядком располневшую задницу. Надо начинать делать зарядку, а то так и до ожирения недалеко.

В углу комнаты незаправленная кровать: похоже, мама решила оставить ее в таком виде ввиду редкого использования данного девайса.

Итак, первый квест — заправить кровать. Второй — выбрать новую игрушку из сотни Blue-Ray дисков, стоящих на стойке в углу. Хотя нет, вторым будет перекус.

И еще нужно подняться и узнать, когда же наконец починят выделенку. Что за ерунда — сидеть без доступа в сеть несколько месяцев! Наверное, это даже важнее, чем кровать! Значит, будет первым квестом.

Жизнь в играх накладывает свой отпечаток на мышление: начинаешь все воспринимать как часть игрового мира. Даже в реале я давно стал разбивать свои действия на квесты, а во всем остальном мыслить категориями скилов и абилок. Не смог починить начавший подвывать кулер на видеокарте — скила не хватает. Нужно отремонтировать водопровод — нет абилки. Поднял и перетащил ящик консервированных ананасов за один присест — плюс два поинта к силе и так далее.

Я подошел к двери, ведущей в дом, и прислушался. Если сейчас ночь, то мне не повезло: мама спит и узнать что-то о ремонтных работах не получится.

За дверью была тишина. Вот так всегда. Генератор случайных чисел не на моей стороне, ведь мог же решить выйти из своей пещеры днем.

В голове проскочила мысль развернуться и снова сесть за компьютер, загрузить новую игрушку, поставить таймер на семь-восемь часов и выйти уже в светлое время суток. Проскочила и пошла лесом. Ага, таймер сработает, но вставать не захочется. Вдруг игрушка затянет? В итоге опять не узнаю, когда же будет этот чертов онлайн.

Я повернул ручку и толкнул дверь. С легким скрипом та начала открываться и уперлась во что-то, лежащее на полу. Неужели мама забыла подобрать какие-то вещи? Я приналег и с усилием распахнул дверь. Сверху, вместо потолка комнаты, виднелись яркие звезды. Вдалеке, над темными холмами, всходила Луна.

Ноги подкосились, и я сел на пятую точку прямо там, где стоял.

От нашего дома сохранился только угол из двух стен, где был спуск в мой подвал. Вокруг были разбросаны обломки деревянных брусков и гипсокартона — все, что осталось от внутренних перегородок. Внешние стены, искрошенные в щепу, разметало по округе на сотню метров.

Через улицу у соседей та же картина. Ни одного целого дома, ни одного гаража. Мой уголок — последнее пристанище человека на всей улице.

Деревья, растущие вдоль проезжей части, казались черными скелетами на фоне звездного неба. И тишина.

Я взял себя в руки и поднялся. Как такое могло произойти? Я не заметил, как по нашему городу пронесся ураган? Не удивительно, конечно, сидя в бункере выживальщика, пропустить бурю, но такую, чтоб уничтожила целый город…

Надо бы пройтись по окрестностям, посмотреть, вдруг кто еще выжил. Может, найду что-нибудь интересное. Как-то незаметно, само собой, включилось игровое мышление: пройти по локации, проверить все, что можно, собрать все, что есть.

Но сначала вернуться в подвал и переодеться: в трусах, футболке и домашних тапочках ходить по развалинам не очень-то удобно.

Я повернулся и уставился на одинокий прямоугольник теплого желтого света, льющегося из-за открытой двери, и только сейчас понял, что отсутствует городская засветка. Вот почему звезды показались мне такими непривычно яркими! Еще раз оглядевшись вокруг, я принял решение одеваться и идти на разведку.

Натягивая плотные джинсы, я в очередной раз подумал о необходимости физической нагрузки. Пуговица, едва застегнувшись на поясе, отлетела и с легким звоном ударилась в монитор. Из-под свежей футболки с логотипом гилды из WOW слегка выпирал ставший уже заметным пивной живот.

Как же я себя запустил в двадцать пять лет! Ни одна нормальная девушка теперь на меня не посмотрит. Но ничего, прокачаю скил в беге или займусь фитнесом — все встанет на свои места.

Набросив на плечи старую джинсовую куртку, поискал на полу небольшой рюкзак. Он вечно где-то валяется и норовит попасть под ноги, когда, набрав заветные «AFK» во время рейда, бежишь в туалет, а заодно налить чай или схватить банку пива из холодильника.

Да уж, папаша запасся не только консервами. Не найди я этот холодильник полгода назад, сейчас был бы стройнее. Но пара месяцев офлайна отучила меня от спешки.

Хорошо, когда игру можно поставить на паузу.

Рюкзак нашелся под кроватью. Так вот почему в последнее время он не бросается мне под ноги!

Накинув лямку на плечо, я прошел в соседнюю комнату, где находился продуктовый склад. Закинув в рюкзак пачку галет, подумал и добавил банку пива. И последнее: нужно хоть как-то вооружиться. После урагана могут и мародеры наведаться в наш городок.

Я заглянул в угол за холодильный шкаф, там, как и прежде, стоял старый помповый дробовик на восемь зарядов. Где-то в моей комнате валялись три пачки патронов, позже надо будет отыскать.

Что еще? Я подошел к столу и перевернул свинью-копилку, вытряхнув из ее задницы пару монет. Кто додумался сделать ей прорезь в таком месте? Монетки могли мне понадобиться, если вдруг уцелел телефон-автомат, стоявший в конце нашей улицы. Набрать «911» и сказать, что при эвакуации забыли меня.

А потом, когда попаду к людям, обязательно подать на них в суд. Черт, ну как мама могла забыть, что ее сын сидит в подвале, когда всех вывозили? Ладно, будем разбираться со всем по ходу игры. Какой к черту игры? Опять это ненормальное мышление.

Осмотрев себя в воображаемое зеркало, я увидел молодого, небритого, слегка располневшего человека. Темные волосы доходили до середины шеи: сказывалось отсутствие стрижки несколько месяцев. Последний раз мама стригла меня, кажется, перед тем, как отрубили доступ в сеть. Когда-то волевое лицо немного обрюзгло от сидения в закрытом помещении и неконтролируемого употребления пива. Ростом я был в отца, так что легкая полнота при ста девяноста сантиметрах делала меня внушительным. Джинсы, футболка, куртка, рюкзак, прочные ботинки на ногах и карабин в руке.

Чем не персонаж первого уровня? Я бы сказал даже пятого, но будем последовательны.

На улице за время моих сборов ничего не изменилось. Все так же ярко светили звезды в отсутствии светового шума от города. Все так же была тишина, молчали даже ночные птицы. Света стало немного больше, месяц поднимался над развалинами.

Перемолотые в щепки дома ровным слоем покрывали все вокруг. На проезжей части мусора было меньше, и я решил идти там. Сейчас было важно найти телефон и вызвать помощь, осмотреть развалины я могу и на обратном пути.

Наша улица лежала в небольшой ложбинке между двух низких холмов, под самыми склонами которых располагались дома. Между домов была когда-то хорошо асфальтированная, а сейчас растрескавшаяся проезжая часть.

К моему удивлению, вдоль дороги не было видно ни одной машины. Даже у соседей справа, где еще с моего детства, на пеньках, стоял разбитый пикап без колес. Неужели ветром унесло и его? Вполне возможно, раз уж остатки домов раскидало во всей ложбине.

С каждым шагом моя надежда увидеть телефон-автомат в конце улицы целым и невредимым таяла, как сугроб ясным весенним днем. Но я решил во что бы то ни стало дойти до конца и убедиться в этом.

Под ногами, время от времени что-то похрустывало, но я упорно шел к основной цели своего квеста, и отвлекаться на такие мелочи сейчас было нелепо.

Луна взошла еще выше, и стало немного светлее. Тень от огромного дерева падала на дорогу и казалась куском черной ткани, которым накрывают все в доме в дни траура.

Стоп! Дерево?

Я повернулся и посмотрел на стоящую неподалеку старую липу.

Будучи маленьким, я частенько лазал на ее ветви, после чего получал нагоняй от матери за измазанные в липком соке штаны.

Липа черным силуэтом возвышалась на фоне неба. Как такое могло случиться, что пикап унесло ураганом, а дерево осталось стоять как ни в чем не бывало? Посмотрев вдоль улицы вперед и назад, я убедился, что все деревья на месте. Подойдя к стволу липы, я провел по нему ладонью. Черный угольный след горелого дерева остался на пальцах.

Только сейчас я понял, что на ветвях нет листвы. Вот почему было так тихо! Ветер не шуршал листьями. Все деревья вдоль дороги были черными, сгоревшими трупами. Какой же ураган мог такое сделать? Или после всего тут разразился пожар?

Я посмотрел на обломки домов и увидел, что часть щепок была черной, но большая часть по-прежнему имела следы краски на своих боках. Как могли выгореть все деревья вдоль проезжей части, но уцелеть большинство обломков стен, валяющихся тут же?

Под ногой снова что-то хрустнуло, и я остановился.

Почему я не взял фонарик из подвала? Ведь был же на стене в специальном креплении отличный фонарь перед самым выходом.

Наклонившись, я нашарил рукой то, что, по моему мнению, попало под подошву ботинка. Взяв двумя пальцами небольшой предмет размером с виноградину, я поднес его ближе к лицу и постарался рассмотреть в неярком лунном свете.

Меня пробил озноб, и я инстинктивно выбросил попавшую ко мне в руки фалангу пальца. Что за хрень? Может, это и не фаланга была?

Я постарался успокоиться и мыслить здраво. Может, из супового набора у кого осталась, от свиньи или кролика?

Я побрел в обратном направлении, вспомнив, что совсем недавно тоже слышал хруст под ботинком.

Пройдя метра три, я заметил на дороге белеющий предмет покрупнее фаланги. Присев и наклонившись над ним, я, как Тигра на пружинном хвосте, подлетел вверх и приземлился на задницу в метре от находки.

Из головы не шла увиденная в призрачном ночном свете человеческая кисть руки с переломанными пальцами.

Холодный пот катился по затылку неприятно щекочущими струйками, скатывался по позвоночнику до самого низа спины. Я тяжело дышал, и сердце гулко стучало в груди.

Да что тут произошло? Это что, розыгрыш какой-то? Я сильно ущипнул себя за щеку, затем, для верности, еще и со всей силы залепив себе оплеуху. В ушах зазвенело и в голове слегка прояснилось.

Я сидел на асфальте и рассматривал окружающие меня предметы. С такой высоты было лучше видно, что находится вокруг. Кругом были мелко раздробленные кости. Они валялись вперемешку со щепками и несильно выделялись в лунном свете. Справа от бордюра на меня пялился наполовину раздавленный человеческий череп.

Я вскочил на ноги и бросился в свой спасительный подвал, не разбирая дороги. Бежать напрямую через газоны было ближе, туда я и ломанулся. Добежать, спрятаться и подумать. Сначала так, потом решим, что дальше.

Квест провален, до телефона я не добрался. Да и не окажется там, в конце улицы, никакого телефона. Теперь я был в этом уверен.

Перескакивая через очередную кучу хлама, я запнулся и полетел кубарем, подминая под себя какой-то мусор и раздробленные кости. Снова вскочил и схватился за ногу.

Передняя сторона лодыжки сильно саднила, будто я налетел на бетонный бордюр.

НР — 1

Возможность передвигаться временно недоступна.

Я пришел в себя, лежа на спине. Сверху сыпался мелкий мусор, кусочки щепок, маленькие комочки земли, какие-то тряпки. Видимо, без сознания я был недолго. Тело не слушалось. Передняя часть не ощущалась вовсе. Я понимал, что должно быть дико больно, но боли не было. Звездное небо перед глазами наконец-то перестало качаться. Это было кстати, иначе, меня бы вскоре стошнило, что не самое приятное приключение, когда ты лежишь на спине. Чувства постепенно возвращались, и первое, что я почувствовал — карабин под спиной. Лежать на помповом дробовике было дико неудобно и мне захотелось повернуться на бок, но как бы я ни пытался, ничего не получалось. В ушах все еще был звук взрыва или просто отсутствовали барабанные перепонки — у меня не получалось определиться с этим точнее.

Сколько прошло времени, сказать сложно, но звезды успели сдвинуться достаточно, чтобы сменить картинку. Луна и вовсе ушла с небосвода. Подозреваю, что прошло несколько часов. Небо еще не светлело, значит, до восхода далеко.

— Вставь меня… — где-то в сознании начали возникать обрывки фраз. Кто там со мной говорит?

— Болван! Кусок мяса!

«Да что это такое? Зачем так обзываться-то?»

Я снова попытался повернуться на правый бок. Оказывается, это не так сложно. Картинка перед глазами сменилась, и я увидел свою правую руку. Ощущение дробовика под спиной не прошло, зато боль стала пробиваться сквозь барьер, выстроенный моей эндокринной системой.

— Вставь меня в дырку, болван!

Вот опять. Около ладони лежал небольшой круглый предмет. Глаз! В голове мгновенно прояснилось и вернулись воспоминания. «Извращенец», — подумал я и попытался произнести то же самое. Мне это удалось. Правда, губы издавали какие-то странные звуки, совсем не похожие на мой голос.

— Сам ты извращенец! — парировал Глаз. — У тебя глазница пустая. Твой драгоценный глаз испарился при взрыве!

— Как же я тогда тебя вижу?

— А ты попробуй поочередно закрыть глаза. Не уверен, что у тебя получится, половина века тоже отсутствует, но ты постарайся.

Я прикрыл один глаз, картинка не изменилась. Прикрыл второй и половина мира исчезла. Черт! Я крикнул это вслух?!

— Вот именно, что черт! — подтвердил Глаз. — Бери меня и вставляй в дырку, иначе минут через тридцать ты истечешь кровью или умрешь от ее заражения. Ты сейчас себя не видишь, но поверь, тут есть от чего прийти в ужас. Твой близкий родственник с когтями из подросткового сна просто отдыхает.

— Нет, — вполне твердо сказал я. — Не хватало еще пихать в тело предметы неизвестного происхождения.

— Болван! Если ты этого не сделаешь, ты умрешь. А мне тут опять куковать одному непонятно сколько.

— Нет, даже не думай, — я попытался выпрямить руку и оттолкнуть Глаз подальше от себя, но не смог даже пальцами пошевелить. — К тому же я и пошевелиться не могу.

— Вот так всегда. Все приходится делать самому.

Краем уцелевшего глаза я видел, как из круглого тельца высовывается металлический жгутик, похожий на крохотное щупальце. Затем Глаз, цепляясь за мелкие камешки и другой мусор, подтягивает себя в направлении моей головы. Я понял, что происходит, и постарался отвернуться, но тело действительно не повиновалось.

— Да как же этот чертов Колобок без ножек от бабушки ушел? — Тем временем ругался Глаз, пытаясь ползти в мою сторону. — Бабуля, по ходу, паралитиком была.

Сантиметр за сантиметром, подтаскивая себя жгутиком, круглый монстр двигался ко мне.

— Хорошо, у тебя не четыре ноги. Надеюсь, я умру раньше, чем ты осуществишь задуманное.

— А это идея, — сказал Глаз, и через секунду у него появились четыре крошечных лапки. — Теперь дело пойдет быстрее! — обрадовался он и засеменил в мою сторону.

— Отстань! — закричал я и постарался подуть на него в бессмысленной попытке предотвратить задуманное.

Тем временем глаз неизвестного киборга подбежал вплотную к моей правой глазнице, и я, как бы ни пытался, перестал видеть, что там происходит. Следующее, что почувствовал, было сильное жжение, и сознание снова покинуло меня.

Я так и проснулся, лицом в подушку. Все тело затекло от длительного неподвижного лежания в одной позе. Первое, что показалось странным, — голова совсем не болела. Если быть честным, чувствовал я себя превосходно. Поднявшись и потянувшись, я отправился в уборную привести себя в порядок и обдумать сложившуюся ситуацию. А подумать было над чем.

Судя по всему, весь наш городок уничтожен, а значит, на ближайшие пятьдесят километров вокруг я единственный живой человек. До соседнего Эшвиля больше шестидесяти, если ехать по трассе. Ехать мне было не на чем, а пешком — два дня пути. Почему-то эта мысль не вызывала во мне желания отправляться туда немедленно. Нужно начинать мыслить, как в привычной игровой ситуации. Главный герой оказался в полностью разрушенном городе, добраться до ближайшего населенного пункта не на чем. Что делать? Конечно, для начала пройтись по окрестностям и поискать что-нибудь интересное. Нужно осмотреться и попробовать собрать предметы, которые могут помочь в дальнейшем прохождении игры. Хоть тут и не игра, но найти что-то можно. Вряд ли все испарилось или превратилось в труху. Как минимум у соседей был подвал не хуже нашего. Вообще, на улице стояло двадцать четыре дома. А если пройтись по всему городку, то больше двухсот домов. Да, городок у нас крошечный. Эшвиль, конечно, побольше будет. Но в любой РПГ-игре есть начальная локация, предназначенная для прокачки первичных навыков героя и ознакомления с механикой игры. Правда, исходя из этой логики, должен найтись наставник, помогающий освоиться новичку. Что ж, будем надеяться, мне повезет, и такой окажется где-то рядом.

Рассуждая таким образом, я дошел до уборной. Зайдя, первым делом посмотрел в зеркало. Честно говоря, даже не знаю, что ожидал там увидеть. Наверное, какая-то привычка глянуть в зеркало и убедиться, что там все еще отражаюсь я, а не кто-то другой. Хотя если бы я увидел там другого человека, то струхнул бы не на шутку. Из грязноватого, давно не мытого стекла, заляпанного отпечатками пальцев и засохшими следами капель, на меня посмотрело свежее и довольное лицо, которое я привык в нем видеть. Обычно оно было слегка опухшее и имело красные глаза, но сейчас можно было подумать, что я прекрасно отдохнул за ночь, а до этого неделю не сидел за монитором. Я сделал еще один шаг и замер как вкопанный. Медленно перенес правую ногу назад и переместил на нее центр тяжести, подтянул левую. После столь нехитрых манипуляций в зеркале снова отразился довольный и выспавшийся тип. Чего я не заметил сразу, так это то, что смотрел я на мир только одним глазом. Правый глаз был закрыт. Но поразило меня, конечно же, не это. Поразило то, каким стало мое лицо. Вся кожа на нем была гладкая, чистая, как новенькая. Я перевел взгляд ниже, и убедился, что торс стал таким же. Я потрогал рукой свой живот и едва не отдернул ее. Пресс прощупывался без особых усилий. Нет, до кубиков было далеко, но пивной животик попросту исчез. Я внимательнее осмотрел руки, шею, бока и, не выдержав, завопил от восторга.

— Да! Да, черт возьми!

— Чего разорался? — глаз открылся и на меня уставился Доктор Икс собственной персоной. Тут же перед глазами вспыхнул игровой интерфейс.

Отдохнув несколько часов, я снова вышел на охоту. Нашу лощину накрыла тихая звездная ночь. Несмотря на теплые дни начала осени, ночами в холмах становилось прохладно. Гулять в одной рубашке было некомфортно даже днем, а уж что говорить про темное время суток. Холодный воздух спускался с холмов вместе с туманом и скапливался на дне лощины, образуя извилистую ленту, серой ватой укрывающую раздолбанный асфальт. Туман был полупрозрачным: за его толщей легко просматривались силуэты обгорелых лип.

Плотнее закутавшись в кожаную куртку, с рюкзаком на спине и карабином в руке, я вышел на поверхность. Первым делом двинулся к соседским подвалам, решив убедиться, что в них никого не осталось. Мало ли, такой же, как я игроман, прозевал конец света и сидит сейчас в своем подвале, дрожа от страха и боясь высунуть нос наружу. Первый подвал, который, я точно знал, мог быть обитаем, находился прямо через дорогу от моего. Там жило семейство Гринов, и их сынок был немногим младше меня. Парень частенько тусовался с друзьями в подвале дома. Я много раз слушал, как они рубились во что-то жесткое на приставке, пили пиво и громко ругались.

Еще не доходя до места назначения, стало понятно, что подвал пуст. Дома, конечно же, не было. Его, как и все остальные, смело начисто, даже кусков стен не осталось. В земле, на месте входа, зиял провал с уходящей вниз лестницей. Можно предположить, что в эту яму навалилось много мусора и обломков, но все оказалось иначе. Спуск был совершенно чист и свободен, словно его нарочно вычистили уже после всего случившегося. Снизу стояла непроглядная темнота. Подойдя поближе, на всякий случай, я посветил фонариком вниз и убедился, что там только пыль и запустение. Такая же картина встретила меня и в остальных подвалах, куда я заглядывал. Поразило то, что все спуски в них были вычищены, а ступени целы.

— Как думаешь, что тут могло случиться? — спросил я Дока.

— Ума не приложу. Пойдем в город, тут явно все пусто.

Я снова вступил в реку тумана и осторожно направился к концу улицы. С помощью новых возможностей моего зрения удавалось различать все детали даже в сгущающейся мгле. Если бы Чистильщики тут были, мы бы их обязательно обнаружили. Я добрался до перекрестка без происшествий и свернул направо в город. Остановившись на месте, откуда в прошлый раз смотрел на киборгов, я огляделся. Человекоподобных роботов нигде не было. Чистильщиков тоже сильно поубавилось.

Паника! Первая мысль — спросить, кто там. Но что делать, если из-за двери ответят «Я»? Мне вдруг показалось, что события последних дней просто приснились. Сейчас я открою дверь, а за ней стоит мама, пришедшая прибраться в крепости одиночества нерадивого сына. Я даже сделал движение в направлении двери, когда в голове зазвучал спокойный голос Дока.

— Успокойся, не суетись. А то наворотишь сейчас дел, мне потом не разгрести. Во-первых, там не твоя мама, и все это тебе не приснилось.

— Ты опять сидишь в моем мозгу? — возмутился я.

— Когда у тебя столько кортизола в крови, первое правило Доктора Х(ауса) — разобраться почему. Так что не возникай! Дальше, что бы ни происходило, слушай меня, быстро и беспрекословно выполняй все, что я буду говорить. Понял?

— Да, — я уже немного успокоился, но руки и коленки все еще тряслись.

Стук в дверь повторился, но теперь звучал чуть громче, словно гость подумал, что его не услышали в первый раз.

— Итак, — произнес Док, — сейчас ты спокойно поднимаешься по лестнице и открываешь дверь. Дальше действуем по обстоятельствам. И помни: все, что я говорю, ты тут же выполняешь, не раздумывая и не задавая вопросов. Любое промедление может оказаться губительно. Для тебя, конечно. Мне-то пофиг.

— Успокоил, — в моем сарказме было немного голоса.

— Тем не менее, количество кортизола резко снизилось. Юмор — лучшее лекарство.

Я стал подниматься по ступеням, с каждым шагом осознавая, что в любой момент сердце готово остановиться и отпустить мою душу восвояси. А еще говорят, страх — лучший мотиватор. В моем случае точно не так. Не помню, как повернул задвижку замка и потянул за ручку. Как в классике ужасов, дверь начала отворяться со страшным скрипом, хотя до этого я не замечал за ней таких повадок. Затем, словно порыв ветра распахнул створку, прямо перед моим лицом оказались колышущиеся полы черного плаща. Под ними виднелся металлический скелет. Я медленно окинул взглядом гибрид человека и Чужого, стоящего на пороге моего подвала. Роста он был не меньше двух метров. Я не успел вскрикнуть от страха, как одним точным молниеносным движением гость схватил меня за горло, сместился влево и прижал мою трясущуюся тушку к остаткам стены дома.

Я готов был выдвигаться прямо сейчас, но Док настоял на сборах. Во-первых, странного киборга стоило осмотреть, вдруг удастся с него что-нибудь открутить. Во-вторых, нужно запастись продуктами, сложить батарейки так, чтобы они были в быстром доступе на случай опасности. И, в-третьих, как следует вооружиться из того арсенала, что мне доступен. Еще не мешало бы поспать. На дворе ночь, а мы не спавши.

Начать решили с киборга. Я подошел и осторожно стащил плащ с металлического скелета. Через свой искусственный глаз я видел, что останки робота подсвечиваются другим цветом, не таким, как Чистильщики, или останки, с которых я снял глаз в свое время. Если те цвета были блеклые и довольно нейтральные, этот был насыщенным красным. Красный — цвет опасности, и я на всякий случай решил поинтересоваться у Дока, что это значит.

— Не парься, я делаю это для твоего удобства. Зато теперь если я засеку подобную форму жизни, мне не придется тебе долго растолковывать, кто перед нами, — ответил Доктор на мой вопрос.

С первого взгляда на убитом мной киборге ничего интересного не было. Кроме плаща, на нем не оказалось ничего. Ни оружия, ни кошелька с инопланетной мелочью. Док попросил меня покопаться в его черепе, и я с помощью монтажки и отвертки, найденных в складской комнате, смог расковырять его до состояния мелких деталей. Единственное, на чем задержался взгляд Дока, это был небольшой цилиндрик размером с мизинчиковую батарейку. Я поднял его и долго рассматривал. Смотрел на него не я, конечно, но это уже мелочи.

— Это стоит оставить, — порекомендовал Доктор Икс.

— А что это? — спросил я.

— Не знаю, — ответил Док, — но от него немного фонит, так что не клади его в карман джинсов, если хочешь остаться при своем.

Я, не задумываясь, бросил цилиндрик на пол.

— Не мог сказать сразу? А если я облучился и умру?

— Да не волнуйся ты так. Не все так страшно. Просто не суй его в карман. Лучше бы его в воду положить или в свинец закатать, но если нет других вариантов, то просто держи его в дальнем кармане рюкзака.

— Я положу его в пластиковую бутылочку с водой. Пойдет?

— Вполне, — снисходительно ответил Доктор.

Я налил воды в баночку от лекарств, которые принимал от головной боли, и сунул туда цилиндрик.

— И что мы будем с ним делать?

— Ты про груду хлама на полу или про цилиндр?

— И про то, и про то.

— Груду хлама оставим как есть, цилиндр возьмем с собой. Подозреваю, кто-нибудь сможет нам с ним помочь.

— Что ты задумал, Док?

— А ты предлагаешь дойти до портала и просто постоять рядом с ним?

— Так далеко в будущее я не заглядывал. Сначала нужно дойти до этого странного луча света, а потом решать, что делать.

— А чего решать? Если идем, то идем. А это значит, доходим до портала и смело шагаем туда, куда не ступала нога человека. Или уже сдрейфил?

— Нет, — твердо сказал я. — Мы пойдем.

— Вот и отлично. Давай приступим ко второму пункту плана.

Я собрал и положил в левый карман все пять заряженных батареек, затем немного подумал и переложил две в правый. Пустую батарейку положил в рюкзак. Туда же закинул пару банок консервов, банку пива, литровую пластиковую бутылку питьевой воды, две пачки галет. Отдельно в наружный карман спрятал бутылочку с синим цилиндром. Прошел в комнату, нашел и закинул во внутреннее отделение целую пачку патронов для дробовика. Когти когтями, а оружие дальнего боя никто не отменял. Затем проверил, полностью ли заряжен дробовик, и поставил его ближе ко входу. Кажется, все пункты плана были выполнены. Осталось выспаться и рано утром отправиться в путь. Док оказался доволен моими сборами и даже не стал ничего комментировать.

Я поставил собранный рюкзак ближе к дробовику. Поднялся по лестнице, с трудом перебравшись через останки киборга, и проверил, закрыта ли дверь. Все оказалось в порядке. Я спустился обратно и присел на край кровати. В голове шумело, руки и ноги ныли от усталости, но я был уверен, что быстро уснуть мне не удастся.

Проснулся я на том же месте, где сидел. Ноги свешены с края кровати, а сам лежу на спине. Казалось, прошла пара минут, но, взглянув на часы, понял, что я отрубился на семь с половиной часов.

— Что за черт, Док! Я не просил отключать меня так. Мог бы подождать, пока я улягусь нормально.

— С добрым утром! — радостно воскликнул Доктор. — Проснись и пой!

— Что? — не понял я спросонок.

Доктор едва слышно откашлялся и мелодично запел женским голосом:

— Внимание, вы находитесь в зоне перемещения, — произнес приятный женский голос в моей голове. Точно так же Док разговаривал со мной. — Ваш номер в очереди сорок второй. Примерное время до перемещения сорок две секунды.

— Да вы что! А быстрее нельзя? — мой голос сорвался на крик.

Я понимал, что еще пара секунд и мой преследователь заскочит в эту самую зону перемещения и разорвет меня на части. Конечно, я буду сопротивляться, но это уже совсем другая история.

— Для подтверждения перемещения скажите «сорок два», — как ни в чем не бывало продолжил голос.

— Черт! Да вы издеваетесь!

— Извините, распознавание голоса некорректно. Повторите «сорок два» еще раз.

— Сорок два, — сказал я, разборчиво выделяя каждую букву в каждом слове.

— Извините, распознавание голоса некорректно. Повторите «сорок два» еще раз.

— Док, если это опять твои шутки… — я замолчал, так и не договорив, что хотел. Только сейчас я понял: прошло достаточно времени, чтобы киборг-дементор догнал меня. И даже хватило бы на то, чтобы сделать это пару-тройку раз.

— Док? — позвал я своего симбионта.

— Погоди, не отвлекай. Поболтай пока с ней, я занят, — недовольство в голосе так и сквозило.

— Извините, распознавание голоса некорректно. Возможно, вы говорите не на том языке. Произнесите «сорок два» на одном из шестидесяти официальных языков транспортной системы. Для получения полного списка поддерживаемых языков скажите «список».

Я вздохнул. Какая же тупая система. Если я не знаю ни одного из этих шестидесяти языков, то как смогу сказать «список»? Она же меня все равно не поймет.

— Ваша позиция в очереди изменилась, — радостно оповестил меня голос. — Ваш номер в очереди двенадцать. Для подтверждени-и-ни-ия… — Последние звуки размазались, словно у кого-то заело пластинку или сели батарейки в олдскульном кассетном плеере. — Скажите «двенадцать», — голосом Доктора Икс произнесла система.

— Двенадцать, — сказал я, уже понимая, что произошло. Док взломал систему или смог с ней договориться. Этот и мертвого уболтает.

— Ваше перемещение подтверждено. Ожидайте. Примерное время ожидания пять-четыре-три-два-один.

Перед глазами появилась полупрозрачная голубая надпись:

«Номер входного портала: 627341»

«Номер планеты отправления: 6273»

Буквы и цифры мигнули и исчезли. В голове снова зазвучал мелодичный женский голос:

— Перемещение завершено. Добро пожаловать в Город! Покиньте зону перемещения и освободите место для следующего путешественника.

— Док? Это ты говорил?

— Нет, это система. Чего стоишь? Выходи, приехали.

— А как выходить-то?

— Просто иди вперед и не останавливайся, а то следующий входящий разнесет тебя на атомы.

— Что?! — я рванул с места не хуже заправского спринтера и тут же, потеряв опору под ногами, кубарем полетел куда-то вниз. Док заржал.

— Ты что, в довиртуальные игрушки не играл? У тебя же архив этого барахла на диске был. Там частенько такое случалось. Стоишь-стоишь, а потом бац! И кровища по всему порталу. Кто-то в тебя телепортнулся.

— Ты думаешь тут так же? — спросил я мелкого насмешника, лежа на земле.

— Откуда мне знать. Мог бы проверить, если не доверяешь, — все еще смеясь, ответил Док. Обиды на него не было, но в свой маленький невидимый блокнотик я мысленно внес еще одну запись с пометкой красными чернилами: «Обязательно припомнить!»

Мне повезло: лететь оказалось совсем немного. Примерно сантиметров двадцать. Я лежал на вымощенной брусчаткой площади и упирался носом в ровную шершавую поверхность камня. Подняв голову, я осмотрелся и слегка офонарел.

Вокруг меня ходили, ползали, сновали и передвигались всеми известными мне способами существа. В первую минуту мне показалось, что я не увидел ни одного одинакового. Все, кто попадался мне на глаза, имели разную форму, размер, цвет и любые другие характеристики тел на ваш выбор. И весь этот балаган не обращал на меня совершенно никакого внимания. Все были заняты своим делом. Хотя не исключено, что они просто прогуливались. Откуда мне знать?

— Хтра-сс наар ву! — проревело существо, сильно похожее на жабу, размером с медведя, стоящее на задних ногах-лапах.

Я поднял взгляд и встретился глазами с янтарно-желтыми точками на жабьей морде. Существо что-то от меня ожидало, но я все еще не мог прийти в себя. Лежал на брусчатке и пытался осмотреться. Не обращая внимания на нависающую надо мной жабу, крутил головой по сторонам.

— Хтра-сс наар ву! — повторило существо с угрозой в голосе и отвело лапу назад с явным намерением задать мне пенделя.

Я вскочил на ноги и метнулся к первому попавшемуся на глаза объекту, показавшемуся мне знакомым и понятным. Этим объектом оказалась обычная кирпичная стена темно-коричневого цвета. Сзади раздалось хриплое кваканье, сильно похожее на хохот.

Я прижался спиной к стене и осмотрелся. Сердце перестало частить, и в голове слегка прояснилось. Док, да где он есть? Почему молчит, когда так нужен?

— Док, — позвал я.

— Успокойся, пока тебе ничего не угрожает. Я тоже осматриваюсь. Постарайся успокоиться и посмотри вокруг. Пока отключаюсь для анализа ситуации. Буду нужен, не зови.

— Почему? — все еще подтупливая, спросил я.

— Да зови, конечно, шучу я, — засмеялся Доктор.

Я последовал совету и стал осматриваться. Площадь оказалась довольно большой. Наша городская была в разы меньше. Я прикинул размеры. Метров триста в диаметре наберется. Поверхность площади покрывала брусчатка темно-серого, почти черного цвета. Матовые камешки, уложенные концентрическими кругами, были совершенно одинаковых размеров.

Ближе ко мне находилось устройство портала. Видимо, оттуда я и вышел. Голубой луч бил в низкие темные облака, теряясь в их рыхлой туманной структуре.

По краю площади стояли дома. Точнее сказать, домики. Некоторые фасады были выкрашены в светлые веселенькие цвета. Некоторые отделаны солидным темно-коричневым кирпичом. Как раз рядом с таким я сейчас и стоял. На каждом домике была какая-то вывеска, но ни одну из них я не смог прочесть. Даже дополненная реальность Дока ничего не меняла. Я исправно видел разноцветную подсветку предметов из одинакового материала, но смысл надписей пока оставался для меня загадкой.

Изобилие существ, которое меня так поразило в первые минуты пребывания здесь, оказалось не таким уж большим. Да, их было много, и они были разными. Но, немного осмотревшись, я стал выделять среди них одинаковых.

Чем занимались все эти существа, пока было для меня не ясно. Большинство из них ходили от одного здания к другому, заходили внутрь, а через какое-то время выходили обратно и направлялись к следующему пункту своего назначения. Если бы я был в игре, то предположил бы, что вокруг меня торговая площадь с множеством лавок. И все эти существа пришли сюда что-то продать или купить.

В целом я привык к тому, что находилось в моем непосредственном окружении. Создавалось впечатление чего-то небольшого, уютного и знакомого. Как первая деревенька в играх, в которую ты попадаешь после стартовой локации.

Я поднял голову вверх полюбоваться низкими облаками. Серая мрачность неба, отраженная в мостовых камнях площади, хорошо контрастировала с цветными фасадами, придавая этому месту особый колорит.

Подул легкий ветерок, запахло металлом.

Интересно, откуда тут взялся этот индустриальный запах? Облака, повинуясь силе ветра, начали расходиться, и в просвете показалось нечто невероятное. Огромная, как скала над Маттерхорном, башня, уходящая в черное ночное небо. Я опустил взгляд — симпатичная торговая площадь средневекового городка. Если не считать электричества и портала на площади. Поднял — небоскреб этажей в сто высотой. Опустил — поднял. Заработал когнитивный диссонанс.

Наверное, я еще долго мог бы играть в гляделки, но усилившийся ветер порывом враз сорвал с места облака и унес их в неизвестном направлении. И передо мной открылся Город во всей своей поражающей воображение красе.

Стены высотных зданий, казалось, начинались прямо за домиками, стоящими на площади. Я не мог и предположить, что бывают такие строения. Большинство домов были связаны между собой какими-то коридорами, идущими далеко не всегда параллельно земле. Верхушки самых высоких зданий в прямом смысле скребли небо. Вокруг некоторых из них были видны обрывки зацепившихся за шпили облаков. И этот мегаполис жил своей жизнью. В просветах между домами то и дело мелькали летательные аппараты самых причудливых конструкций. Огни огромных реклам перемигивались друг с другом, стараясь выяснить, кто ярче светит.

— Первоначальный анализ готов, — прервал мое созерцание Док. — Для продолжения нам нужно найти компьютерный терминал. Он же будет полезен для освоения местного диалекта.

— И где же мне его искать? — все еще не придя в себя от увиденного, спросил я.

— Там где техника, там и технологии. Вперед в город, детка!

Первой мыслью было вернуться на площадь и прочитать вывески. Я был уверен, что там торговые лавки, и мы сможем присмотреться к товарам, не привлекая особого внимания. Раз уж там множество разных форм жизни занимается торговлей, то и на нас особого внимания не обратят.

Но Док настоял на исследовании новых территорий, и мы отправились бродить по улицам Города. Выйдя из проулка, в котором нашли Пуфа, я свернул направо и двинулся вдоль стены небоскреба. Улица была широкой, но транспорта или прохожих на ней было мало. Видимо, окраины никого не прельщали. Зато тут, согласно всем известным мне законам игрового жанра, должны быть барыги, у которых можно задешево купить что-то ценное, если они, конечно, не сдерут с тебя втридорога.

Я шел и выискивал надписи, вывески или, на худой конец, рекламные плакаты. Мне не терпелось воспользоваться полученным знанием языков. Но, как назло, стена дома была абсолютно глухой. Ни единой лавки, ни одного магазина. Дойдя до очередного перекрестка, я остановился. Вправо уходила узкая улочка, но все же шире того проулка. И на этой улочке было полно народу. Все стены зданий представляли собой парад вывесок. Яркие рекламы, светящиеся буквы названий, подсветка в витринах. Кажется, мы нашли то, что искали.

Я свернул направо и зашел за угол дома. В уши мне резко ударила какофония звуков. Их не было за поворотом, на центральной улице, но тут оказалось столько, что я опешил. Сложилось впечатление, что эта улица была отделена какой-то шумопоглощающей стеной или, точнее, полем, не позволяющим слышать, что происходит внутри. Как и на площади, на меня совершенно не обращали внимания. Нахожусь здесь, значит, имею право.

Проталкиваясь через толпы существ, снующих туда-сюда, я постоянно боялся потерять Пуфа. Но собакен, не отставая, семенил за мной, ловко уворачиваясь от ног прохожих. Я подошел достаточно близко, чтобы прочитать вывески на зданиях и светящихся рекламах. Чего тут только не было! Начиная от рекламы продуктовых наборов путешественника и заканчивая предложением интимных услуг любого профиля. Собственно говоря, другого я и не ожидал. Мы с Пуфом зашагали вдоль витрин, читая вывески и заглядывая внутрь через огромные, подсвеченные снизу окна. Точнее, я читал, а Пуф шагал.

Мое внимание привлек небольшой магазинчик с вывеской «Всякая всячина в дорогу». Я собрался было уже зайти внутрь, как вдруг понял, что картинка в мозгу снова двоится. Док смотрел куда-то в сторону. Я развернулся и посмотрел в том же направлении.

На противоположной стороне улицы в большой прозрачной витрине танцевала — я даже не знаю, как это назвать, — пусть будет девушка. Высокая антропоморфная фигура имела все необходимые атрибуты. Красивая грудь, тонкая талия, пропорциональные бедра. Единственное, чего не было — это одежды. Но и без нее этой гигантской серебристо-белой капле-переростку нечего было скрывать. Очертания все были правильными, но никакой конкретики, даже лицо было только намеком. Выглядело так, будто Т—1000 застрял в фазе преобразований и зачем-то стал женщиной.

Все бы ничего, но Доктор смотрел на это чудо жидкометаллической техники, не отрываясь, и слегка вибрировал. Я почувствовал, что в штанах у меня стало тесновато, и не выдержал.

— Док! Остановись! Что происходит?

— Какая прекрасная женская особь, — почти невнятно пробормотал Доктор Икс.

— Ты что, добрался до моей эндокринной системы?

— С чего ты взял? — отстраненно произнес симбионт.

— С того, что у меня эрекция! А эта девушка мне даже не нравится!

— Давай купим ее! — произнес Док не своим голосом, а у меня в этот момент потекли слюнки. — Она так прекрасна!

Я закрыл глаза и силой воли попытался представить себе киборга-дементора. Это частично получилось, теперь перед моим внутренним взором в плавном танце двигался гибрид человека и чужого, с большой серебристой грудью. «Фу! Какая мерзость!» — пронеслось в голове. Я с неимоверным усилием сделал пару шагов, приоткрыв свой собственный глаз, чтобы видеть, куда иду. Открыл дверь магазина и ввалился внутрь. Напряжение сразу спало и не только в штанах.

— Док! Что это было?

— Похоже, — медленно произнес Доктор Икс, — на меня подействовал электронный пакет рекламы. Меня практически взломали, — удивленно произнес он.

— Давай мы больше так не будем, — примирительно сказал я.

— Это не от меня зависит. Взломать можно все, что угодно, — немного грустно произнес мой симбионт.

— Это совершенно не обязательно так, господин, — послышалось из-за спины, — и если вы перестанете говорить с самим собой, то я вам могу предложить замечательный модуль защиты от дистанционного взлома.

Я резко обернулся. За прилавком, заваленным всяким хламом, стоял высокий полноватый геккон. Его несоразмерно большие для такой головы глаза смотрели на меня в упор.

— Ну, так как? Господин готов приобрести замечательный модуль от взлома?

Я подошел к прилавку, следом за мной подбежал Пуф. Геккон слегка наклонился вперед, отодвинул какие-то непонятные мне предметы вбок и оперся на стойку.

— И как мне поможет этот модуль? — произнес я с удивлением.

— Спокойно, — зашептал в моей голове голос Дока, — я все буду переводить и транслировать. Просто говори или дай пообщаться мне.

— Вы можете встроить его в свою систему обеспечения безопасности, и вас не смогут взломать дистанционно.

— Я биологический вид, — возмутился я. — Куда мне его встраивать?

— О, простите, я увидел эффект кибервзлома по нейротерминалу и подумал: в вас есть соответствующая начинка, — слегка удивленно произнес продавец.

— Возможно, кое-что есть, но это не отменяет вопрос: куда именно я его должен встроить? Насколько большой этот блок?

— Вот теперь я вижу, — произнес геккон, пристально уставившись на мой глаз. — Если это все улучшения вашего тела, то действительно у нас проблема.

Продавец достал из-под стойки и положил на прилавок штуковину, размером и формой напоминающую виноградину средних размеров. Вспомнив, что было минуту назад, я понял, что хочу это купить. Если Дока взломают, кто знает, что станет со мной.

— Док, ты сможешь с этим что-то сделать? — спросил я мысленно.

— Пожалуй, — с некоторой долей сомнения ответил он. — Для начала попробую просканировать, если связь установится, значит, смогу встроить это тебе в руку с когтями.

— О, решили проверить? — произнес продавец, взглянув куда-то под прилавок. Не знаю, что у него там было, но он как-то резко выпрямился и немного по-другому посмотрел на меня. — Коринианские технологии у нас строго запрещены!

Я недоуменно уставился на него.

— Откуда у вас этот глаз? — ткнул он в сторону Дока тонким крючковатым пальцем.

— Не важно, — ощетинился я.

— Это глаз коринианца? — продолжил свой расспрос геккон.

— Не важно, — как попугай повторил я. — Не можете меня обслужить, пойду в другой магазин.

— Вы не поняли, господин, в Городе вас никто и нигде не обслужит, если вы будете так открыто демонстрировать свои возможности. Я буду считать, что я прав насчет вашего глаза. Потому что я видел… — он замолчал на миг, — то, что я видел. Но вы не думайте: Санур не из робких. Я признаю права непокорных. А вы не хотели бы продать мне свой имплант? — заискивающе спросил продавец. — Я готов заплатить за него сто кредов!

— Глаз не продается! — уверенно ответил я.

— Поверьте, вы легко сможете поставить себе киберпомощника от любой местной корпорации. Это обойдется вам в пару кредов. Навар в девяносто восемь единиц вы сможете отлично потратить в нашем замечательно Городе.

— Нет, — еще раз повторил я.

«Успокойся, Фред, — зазвучал голос Дока в моей голове. Нам нужна информация. Я буду тебе говорить, что делать, а ты это делать».

«Как с тем киборгом — дементором?» — спросил я.

«Нет, что ты! Такого я больше не повторю!»

Как-то не слишком верилось из-за тона, каким Док это сказал.

«Хорошо», — согласился я.

«Это правильный выбор, — сказал Док. — Мои переговорные навыки значительно выше твоих, — не преминул подколоть меня Доктор. — Итак, достань и положи на прилавок яйца».

«Ты…»

«Чистильщика, — не дал мне высказаться Доктор. — Одну батарейку достань!»

Я не торопился ничего доставать и выкладывать перед продавцом. Мне хотелось доказать зарвавшемуся симбионту, что тоже способен вести переговоры.

— Уважаемый Санур, мне нужна кое-какая информация, и я готов за нее заплатить.

— И какая же информация интересует господина? — поинтересовался продавец, показывая всем своим видом, что никакая плата не сможет его заставить хоть что-то сказать.

— Кто такие коринианцы?

— Так ты не знаешь, что за штука у тебя в голове? — удивленно уставился на меня геккон.

— Честно говоря, мне ее установили насильно, но я уже успел к ней привязаться.

— Понятно, это похоже на непокорных. Я смогу тебе кое-что поведать, но чем ты будешь за это платить?

— Сколько будет стоить твоя информация?

— Десять кредов, — сходу выпалил Санур.

Мне показалось, что это очень высокая стоимость, хоть я и не ориентировался в местных ценах. Скорость, с какой он назвал ее, говорила о том, что он не хочет говорить о коринианцах и заведомо назвал цену, которую не заплатит ни один нормальный покупатель.

— Я заплачу, — спокойно ответил я. Глаза геккона алчно заблестели.

«Нет!», — прозвучало в голове.

— Но твоя информация должна быть исчерпывающей. И заплачу я тебе за нее два креда. Никакая информация не стоит десяти.

— Никто не знает всей правды о коринианцах, — включил заднюю продавец. От суммы, в пять раз меньше запрошенной, блеска в глазах сильно поубавилось. — И хорошо, я согласен на два креда. Что ты хочешь знать?

— Кто они? И почему ты называешь их непокорными?

— Корпорация Контеко занимается поиском пригодных для туризма планет уже многие сотни лет, — начал Санур. — Как правило, они находят пустые планеты, где есть жизнь, но нет разума. Если планета может быть представлена в Каталог без проведения терраформации, то это удача. Чем меньше денег вложит Контеко в подготовку планеты, тем больше заработает. На новых планетах любят устраивать пикники элиты Транспортной сети и семьи, владеющие Городом. Если кому-то приглянется интересное место на такой планете, его могут продать за очень большие деньги, но, как правило, там просто отдыхают. Богатых бездельников много, и они очень любят хорошо и разнообразно отдыхать. Так что бизнес процветает. Контеко — одна из богатейших корпораций этого сектора. И она принадлежит кому-то из правящих семей.

— Понятно, — кивнул я в паузе. — Так что на счет коринианцев?

— Контеко нашла Корини в первой сотне. Это было лет семьсот назад. Планета была Раем, но, к сожалению, ее разумная жизнь хорошо пряталась. Когда на планету попали первые туристы, на них напали и вырезали всех прибывших. Среди убитых оказался один из сыновей хозяина Контеко. В общем, все завертелось. Коринианцы оказались довольно продвинутыми в техническом плане и смогли достойно ответить отправленным на планету войскам корпорации. Сейчас, говорят, на Корини Ад, но я там не был.

— Как так получилось, что весьма развитая техническая цивилизация оказалась не замеченной в самом начале? — не понял я.

— Скауты корпорации отчитались об успешном сканировании и отсутствии биоформ разумней свиньи. Где в этот момент прятались коринианцы — загадка.

— А как они выглядят? — поинтересовался я.

— Никто точно не знает. У них много форм. Очень много. Мой знакомый, работавший когда-то на Контеко, говорил, что видел киборгов размером с небольшой дом, а потом металлического кролика. И все они обладали полноценным разумом и бились на смерть с корпоративными войсками. Кстати, именно поэтому коринианские технологии полностью запрещены в Городе. Никто не знает, какую форму примет коринианец. И не получится ли так, что, купив мелкого питомца, ты не купишь бойца сопротивления, — геккон как-то нехорошо покосился на собаку, все это время тихонько сидящую у моих ног. Я заметил его взгляд и спросил:

— Ты думаешь, мой пес может быть с Корини?

— Нет, я так не думаю. Кстати, можно посмотреть на него поближе?

— Пожалуйста, если он укусит, я не виноват.

Санур вышел из-за стойки и присел рядом с Пуфом. Долго на него смотрел, пару раз потрогал шерсть. Все это время пес подозрительно косился на него, но не шелохнулся. Геккон вдруг произнес что-то резкое на непонятном мне языке и сделал короткий жест рукой. Со звонким хлопком собака исчезла, превратившись в мохнатый шарик.

— О, так и думал, универсальный кошелек с нейроинтерфейсом, Эти штуки, как правило, наделены зачатками искусственного интеллекта, эмпатией и ограниченной обратной связью, — разъяснил продавец. — Где господин его украл? — заискивание опять промелькнуло в голосе Санура.

— Я его не крал! — возмутился я и поднял шарик с пола.

— Таких кошельков было сделано не больше сотни. И все они принадлежат богатеньким детишкам правящих семей. Это было модно лет двадцать назад. Возможно, сейчас кто-то из них и готов продать вышедшую из моды игрушку, но ее цена будет неподъемной для такого, как ты. Так что повторю свой вопрос. Где украл?

— А если я его нашел?

— Хм, — произнес Санур, — вполне возможно. Смогу объяснить корпоративной полиции, как он попал ко мне.

— С чего это ему попадать к тебе?

— Потому что либо ты мне его отдашь, либо я вызову полицию. Хорошо, готов даже заплатить за него. Кстати, ты хранишь в нем деньги? Рассчитывался с кем-нибудь?

— Да, — не задумываясь, соврал я.

— Странно, — Санур почесал подбородок. — Неужели отвязанный от трекера кошелек? Ну, так как? Продаешь?

— Нет! Я не собираюсь его продавать. Я его действительно нашел, но продавать не собираюсь. Но могу предложить тебе кое-что за твое молчание.

— И что же?

Я достал из кармана куртки одну из заряженных батареек Чистильщика и положил на прилавок напротив продавца.

— И что это? — Сануру не удалось скрыть сильную заинтересованность, хоть он и старался. Когда он попытался показать на батарейку пальцем, его руки тряслись. Он сразу же спрятал их под прилавок, сделав вид, что ничего не было.

— Это коринианский источник питания, — сказал я, вспомнив слова Дока, что Чистильщики из одного с ним мира.

— Значит, в технологиях мы все-таки разбираемся, — недовольно пробормотал геккон. — Сколько ты за нее хочешь?

— Двадцать пять кредов, — наугад назвал я цену. Сильно долго размышлять в торговле — значит потерять уважение второй стороны.

— Да ты разорить меня хочешь, — завел стандартную песню всех покупателей Санур. — Дам десять.

— Двадцать, — не собираясь уступать слишком много, я предложил новую цену.

— Двенадцать! Мое последнее слово.

Ага, слышали мы такое.

— Восемнадцать, — меня захватил азарт.

— Пятнадцать и ни лиром больше! И мои голодающие дети на твоей совести.

— У тебя есть дети? — удивился я.

— Нет, — стушевался Санур, — но так принято говорить.

— Хорошо, — согласился я. — Пятнадцать.

— Хвала великим семьям! — запричитал Санур. — Только никому не говори, что продал мне коринианскую вещицу. Если у тебя вдруг окажется что-то еще, приходи сначала ко мне. Мы всегда сможем договориться, друг.

После таких слов я понял, что продешевил, но делать было нечего.

— Перевести деньги на этот кошелек? — спросил продавец, взглянув на мохнатый шарик, который я так и держал в руке.

— Давай на него, — согласился я. — У тебя тут есть терминал, где можно проверить состояние счета?

— Не доверяешь? Думаешь, что переведу неправильную сумму? — обиделся геккон. Но тут же улыбнулся и продолжил: — Правильно делаешь. Никому нельзя доверять! Только мне! Но проверять все равно нужно. Там у входа, справа.

Санур что-то сделал под прилавком, кивнул мне и произнес: «Готово». Я развернулся и пошел к входу, надеясь, что смогу разобраться с терминалом. Справа от входа на стене висела небольшая пластинка с круглым экраном. Больше ничего похожего на терминал я не заметил, поэтому подошел к пластинке и приложил к ней шарик. Спустя секунду терминал мигнул и высветил на экране цифру: «85025». Я стоял и пялился на цифры.

— Убирай кошелек от терминала, — пробормотал Док. — Не хватало еще, чтобы кто-то увидел.

— Ты что-нибудь понимаешь?

— Пока нет, но думаю, скоро поймем. И еще ты забыл купить блок для предотвращения взлома. Не хочу тебе напоминать, но, выйдя на улицу, я снова могу начать пускать слюни на ту девицу.

— Точно! Я и забыл совсем.

Я вернулся к продавцу.

— Все честно? — спросил геккон.

— Да, — ответил я.

Батарейка, так и лежащая на прилавке, перекочевала в трясущиеся лапки Санура. Все-таки я сильно продешевил.

— Мне еще нужен блок, — напомнил я продавцу. — Он ведь подойдет для моего коринианского импланта?

— Конечно, блокиратор способен работать с любой техникой, использующей нейрокодирование.

— Сколько он стоит?

— Только для тебя, мой друг, я отдам его всего за один кред. И ты мне должен еще два за информацию.

— Санур, если мне удастся найти такой блок в другом месте, и он будет стоить меньше, я принесу следующую батарейку тому продавцу.

— А ты знаешь, где их взять еще? — продавец прямо-таки затрясся.

— Знаю, — коротко ответил я.

— Хорошо, будем считать это авансом, с тебя за все два креда.

— Договорились, — я протянул Сануру мохнатый шарик, он попытался его взять в руки, но передумал, достал из-под прилавка круглую пластинку и провел ей над моей рукой.

«Пора уходить, — шепнул мне Док, — пока он еще на что-нибудь тебя не развел».

«Я бы сказал, не все так плохо», — попытался оправдаться я.

«Согласен», — нехотя признал Док.

Расстояние до нападавших было метров семь-восемь. Даже не знаю, почему я послушал Дока и приготовился к рукопашной. Мысль о моем преимуществе, как рэндж дамагера, пришла в голову вместе с несколькими параллельными действиями, которые я совершил в один миг. Я оставил батарейку в кармане, дернул плечом, скидывая дробовик, и подхватил его левой рукой. Передернул цевье, дослав патрон в камеру, и выстрелил в грудь подбегающему противнику. Приклад больно ударил в плечо. Кинетика дроби сделала свое дело и слегка охладила боевой пыл крысоподобного. Конечно, я ожидал большего, но увы.

От плаща нападавшего дробинки отрикошетили и свинцовым градом разлетелись в стороны. Ну, хоть атаку прервал. После секундной заминки противник снова кинулся на меня. Его дружки, до этого стоявшие на месте, тоже решили поддержать соратника.

Я заметил, что кисть, сжимавшая искрящуюся дубинку, была не защищена, и следующий заряд пришелся в нее. Гуманоид в плаще и шляпе взвыл, дернув поврежденной рукой, выронил дубинку, и она отлетела к стене здания. На подходе было еще двое. Один из нападавших носил такой же плащ, как и первый. Логика подсказывала о бесполезной трате заряда, поэтому я переключился на третьего. Тот был в короткой куртке, так что я выстрелил по ногам. Мой расчет сработал. Этот, с мордой цивилизованной крысы в темных очках, заскулил и рухнул, как подкошенный.

Первый же удар дубинки противника, оставленного мною напоследок, выбил дробовик из рук, заодно отсушив пальцы левой руки. А его толчок плечом в грудь оказался губительным для моего равновесия. Я взвыл от боли и упал на спину, отлетев на пару метров. Если бы противник кинулся на меня сразу, мне бы было несдобровать. Но он бросился на помощь первому с поврежденной рукой. Видимо, тот был за главного.

Я сунул правую руку в карман и схватил батарейку. Док не отвлекал меня, пока речь шла о стрельбе, зато сейчас, практически сразу с криком «Погнали!», из моих пальцев полезли смертоносные металлические когти.

Второпях я поднялся с земли, оперевшись при этом на правую руку. Левую старался держать на расстоянии от себя и в боевой готовности. Краем глаза я заметил, как мохнатый шарик выпал из кармана и откатился на пару метров за спину.

Новая дислокация была такова: один крысоподобный лежал в нескольких шагах от меня, держась за ногу (ему неплохо прилетело дробью, и пусть скажет «спасибо», что не в пах), двое других стояли у стены (один держал дубинку, помогая товарищу, второй держался за руку, пытаясь остановить кровотечение).

— Что вам от меня нужно? — спросил я того, которого посчитал за главного.

— Ты украл у нас деньги! — возмутился он. — Думаешь, легко было накопить десять кредов для такой маленькой банды, как мы? — он указал взглядом на своих товарищей.

— Так вы из-за этой мелочи на меня напали?

— Мелочи? — непонимающе воскликнул главарь. — На эту мелочь мы планировали безбедно встретить старость!

Теперь я слегка растерялся, одновременно поняв, насколько сильно меня развел продавец-геккон. Надо же было так попасть!

— Я верну вам ваши сбережения. Только давайте разойдемся миром, — предложил я неплохой, как мне казалось, выход.

Двое, стоявших у стены, переглянулись и покосились на мои когти.

— Нас больше. И у тебя нет оружия, — неуверенно произнес главарь. — К тому же, подозреваю, что у тебя есть немного сверх этой суммы, что могло бы компенсировать наши моральные издержки, — судя по голосу, он начал накручивать себя и товарищей. Эти крысы явно не собирались сдаваться. — Решение простое: ты отдаешь нам кошелек, мы оставляем тебя в живых.

Лежавший на земле бандит замолчал и начал подниматься. Крыс с дубинкой поудобнее перехватил свое оружие. Главарь продолжил:

— Как тебе идейка?

— Ну, на хрен она мне не упала, — слегка картавя, произнес я одну из любимых своих цитат и приготовился к бою.

Все трое непонимающе переглянулись. Главарь кивнул, и двое крысоподобных бросились ко мне с двух сторон одновременно.

От первого я удачно уклонился и, замахнувшись, срезал половину дубинки второго когтями Фредди Крюгера. Улыбнувшись своей удаче, тут же получил удар в челюсть от подскочившего главаря. Про него-то я и забыл. Списал со счетов раньше времени. Все же я был значительно крупнее их, и удар крысы не смог сбить меня с ног. Я с разворота засадил когти в бедро главнокомандующего по самые пальцы. Когти прошли насквозь, оставив после себя серые полосы распавшейся плоти.

Такого высокого голоса я давно не слышал. Только в детстве, когда по телевизору смотрел оперу. Главарь что-то крикнул, превозмогая боль, и вся банда рванула от меня в сторону выхода из проулка. Боковым зрением я заметил, как мимо меня проносится черная молния. Кибер-цверг в прыжке вцепился в филейную часть бандита в короткой куртке и повис, намертво стиснув зубы. Тот даже не заметил балласта. Пуф задергал головой из стороны в сторону. Раздался треск разрываемой ткани, и мой пес, оттолкнувшись от задницы улепетывающего бандита, упал на землю, приземлившись на все четыре лапы. В его зубах остался клочок ткани вместе с чем-то белым и плоским, напоминающем пластиковую карту.

Я подошел к Пуфу и забрал то, что он держал в пасти. Пес спокойно отдал добычу и уставился на меня своими глазками-пуговками.

— Молодец, хороший мальчик! — сказал я. Пуф ухмыльнулся и вильнул хвостом.

Я выбросил обрывок ткани и стал рассматривать пластиковый прямоугольник. Удивительно, как он остался цел, побывав в пасти моего пса. Судя по следам на ткани, зубы у него были острые.

— Док, что это? — спросил я симбионта.

— Это очень похоже на кошелек. Я фиксирую на нем наличие денег в количестве двадцати двух лир. Что составляет чуть меньше четверти креда. Что, исходя из последних данных, весьма приличная сумма.

— Вот уж верно говорят: «Деньги тянутся к деньгам», — усмехнулся я и погладил пса, сидящего рядом.

Практика рейдерских захватов известна с давних времен. Попытки были еще во времена Ост-Индийской компании, продолжались они и при Рокфеллере с его «Стандарт Ойл». Мне как-то довелось читать книгу Конни Брук «Бал хищников». Там все было по-жесткому. Но я не думал, что спустя столько лет эта практика приживется на уровне планетарного захвата. Да еще с такими глобальными дополнениями, как полный геноцид разумных существ.

Конечно, если подумать, то большинство планет, пригодных для комфортного отдыха, находятся в зоне Златовласки. А там наиболее благоприятные условия для развития жизни и, как частный случай, жизни разумной. С точки зрения жадной корпорации уничтожить население планеты дешевле, чем провести терраформирование. Не знаю, сколько сто́ит провернуть такое: у нас еще не было нужных технологий, но раз кто-то предпочитает очищать подходящую планету от ее ничтожных, по мнению захватчиков, обитателей, значит, овчинка стоит выделки.

Вопрос в том, что мне с того? Ну, кроме того, что мой вид практически уничтожен. Мне вдруг отчетливо вспомнилась мама, как она спускается в мой подвал и занимается уборкой. На глаза навернулись слезы.

Я сидел на корточках у кирпичной стены, как заправский бездомный. Только у меня в отличие от большинства бомжей был дробовик и чудо-когти. Кстати, нужно бы попросить Дока показать мой арсенал. Хочется понимать, чем я располагаю. Нет, для начала нужно решить, что я буду делать, прежде чем лезть за оружием.

Сидеть и ныть, что больше не являюсь полноправным хозяином на планете, где когда-то родился? Но я и так не был хозяином на Земле. Значит, здесь особого проигрыша не видно. Дом, подвал, мама — вся моя старая жизнь пошла псу под хвост, но для любого геймера такой сюжет в игре — лишь повод к действию. Другое дело, что случись такое в реале, этот завсегдатай игр наделал бы в штаны и распустил нюни. Воевать в нарисованном мире может каждый, ну или почти каждый. А как быть с реальным? Несколько дней назад скажи кто-нибудь, что я окажусь в такой ситуации, я бы только посмеялся над ним. Если бы мне предложили представить расклад гипотетически, я мог бы долго размышлять, строить планы, вырабатывать стратегию. Но сейчас все взаправду. Меня взяли за шкирку и ткнули носом в реальность, а она оказалась жестокой.

В какой-то момент мне показалось, что все это одна из игр, в которые я играл. И сейчас я сижу в подвале с виртуальным шлемом на голове. Но Док уже разъяснил, что это не так. Да и щипал я себя неслабо, было дело. Так что будем исходить из реальности происходящего.

В таком случае нужно поторопиться, если я хочу попасть на Землю до того, как ее подчистят и превратят в благоустроенную планету. Мне нужен пропуск Контеко. Где его достать, я пока не знал. Был бы Санур на месте, спросил бы у него. Мне этот барыга был даже симпатичен, несмотря на то, что он развел меня, как последнего лоха. Что с ним стало и где его теперь искать, я не имел ни малейшего представления. Пытаться выйти на криминальные структуры этого мира — не для моего уровня квест. Меня сожрут и не подавятся. Даже дезинтегрирующие материю когти мне не помогут.

— Фред, — вдруг позвал меня Док. — Есть и другой способ попасть на Землю. Как-то же туда добрались первые представители корпорации для установки портала.

— Предлагаешь лететь в космос? — меня аж передернуло от такого. — Ты хоть представляешь, как устроены межзвездные перелеты? Быть может, нужно снаряжать дорогостоящую экспедицию из армады кораблей и лететь к цели несколько лет.

— Возможно, — согласился Доктор, — но ты этого не знаешь. А узнать это проще, чем заполучить удостоверение сотрудника Контеко. Я не утверждаю, а просто предположил. Конечно, может оказаться так, что эти удостоверения продает всяк кому ни лень. И ты сможешь купить его в любой подворотне на окраине, но подозреваю: тогда по вашей планете шастали бы толпы охотников поживиться работорговлей.

— Ты думаешь, что киборги-дементоры — это сотрудники Контеко?

— Почти в этом уверен.

— Но ведь у нас есть та синяя штука из головы киборга! — вдруг вспомнил я.

— Есть, но вот в чем проблема: я не могу ее запитать, чтобы она сработала.

— Можно поискать источник питания для нее. Наверняка, это проще, чем лететь в космос.

— Возможно. Предлагаю заняться этими делами одновременно.

Я задумался над предложением Дока. Оно казалось мне не лишенным смысла. В конце концов, узнать можно и про космические перелеты. Вдруг здесь это как убер вызвать.

— Док, тебе не кажется странным, что коринианские технологии тут строго запрещены, а сотрудники корпорации используют их для расчистки планет?

— Ты про Чистильщиков?

— Именно!

— Думаю, тут все просто. Рейдерский захват — это уже неэтично, тогда почему в остальном корпорация должна придерживаться буквы закона?

— Кстати, а с чего мы решили, что вся эта процедура незаконна и неэтична? — я вдруг подумал, возможно, геноцид эндемиков давно известен и узаконен.

— Мы так решили, потому что Санур описал совершенно другой путь попадания планеты в Каталог. Геккон-переросток не сказал, что при этом население уничтожается. Если бы его рассказ был другим, то и мои выводы изменились бы, — попытался развеять сомнения Док.

— А кто сделал тебя, коринианца, специалистом по анализу?

— Судя по всему, мы единственные, кто дал отпор Контеко, — парировал мой выпад Доктор Икс. — А значит, коринианцы, оказались достаточно разумны, чтобы понять происходящее. Если не смог выжить — значит, недостаточно разумен. Включи мозги! Ах да, у тебя их нет!

Я сделал несколько глубоких вдохов-выдохов и произнес:

— Ты в курсе, что, когда у тебя нет логических обоснований, ты переходишь на оскорбления?

— Да иди ты!

— Вот и я о чем, — я говорил спокойно и уверенно, что, кажется, бесило Доктора. Нужно будет это запомнить. — Ты считаешь себя умнее, тогда скажи, что мне делать?

— Что тебе делать? — переспросил Док. — Я скажу, что тебе делать. У тебя куча денег и никого за спиной. Тебе нечего терять, кроме своей жалкой и ничтожной жизни. Такой индивид может стать самым опасным мстителем. Становись им! Иди и борись в одиночку с системой! Убей всю верхушку корпорации Контеко, если потребуется. Отомсти за свой вид! Ты единственная их надежда на отмщение, Оби-Ван Кеноби.

У меня отвисла челюсть от такой тирады Дока. Я не ожидал ничего подобного и слегка опешил. Тем временем он продолжил:

— Все, кто вставал на пути у преступников, имели слабости, через которые их и доставали. У всех был кто-то, кем они дорожили. И это их, так или иначе, сгубило. У тебя нет этой слабости. Ты один, а значит, можешь со всем справиться!

— Ты бы так и поступил? — я совершенно спокойно задал вопрос Доку.

— Да! — все еще не остыв, пылко ответил он.

— Почему раньше молчал?

— Думал, ты сам к этому придешь. Ну, и еще думал, что ты слабак и не справишься с такой ролью.

— Спасибо за откровенность! А сейчас думаешь, что справлюсь?

— Нет, и сейчас не справишься, но у тебя есть я, а это уже двое.

— Значит, ты автоматически становишься моей слабостью, исходя из твоих же слов. Так?

— Так, — нехотя согласился Доктор. — Но ты уж постарайся, чтобы меня из тебя не извлекли, тогда мы продолжим быть единым целым.

Я усмехнулся и задумался. Нет, конечно, становиться каким-то там мстителем — это не вариант. В настоящий момент и без подготовки уж точно. Но у меня в распоряжении действительно есть огромная сумма денег, ни Брюсу Уэйну, ни Тони Старку такая и не снилась, а уж последний точно считался богатеньким буратинкой среди Мстителей. Что ж, видимо, и впрямь для начала нужно узнать про межзвездные перелеты. Ведь если становиться мстителем, мне нужен доступ на планеты, где Контеко только планирует развернуть свою незаконную деятельность. Там я смогу нанести им пробный удар и посмотреть, что получится. Черт! Я что, задумался о том, как противостоять могущественной корпорации? Это на меня не похоже!

— Док, ты опять что-то подкрутил в моей голове?

— Нет! — как-то очень быстро ответил симбионт.

— Если я узнаю, что не сам принимаю решения, я вытащу тебя и позволю Пуфу поиграть с тобой. Может даже немного погрызть. А потом выкину.

— Ой-ой! Напугал ежа голой задницей, — начал ерничать Док. Но мне показалось, такая судьба его не устраивает.

— Ладно, рассказывай, как думаешь узнавать про космические полеты. И все-таки было бы неплохо побольше узнать о Корини и ее обитателях. Должен же я понимать, на что подписываюсь, используя их технологии в качестве импланта.

— Иногда мне кажется, что это ты мой придаток. Судя по количеству умных мыслей в твой тупой голове, так оно и есть, — усмехнулся Док. Оставлять последнее слово за собой точно было основным и главным признаком коринианцев. — Для начала нам нужно переодеться. А точнее, добавить пару деталей в твой образ.

— Для чего? — не понял я.

— Для того, что на этой площади в тебе любой увидит раба, а нам нужно быть покупателем.

— Зачем? — удивился я.

— Взгляни на вывеску третьего дома справа.

Я повернул голову и прочитал: «Лучшие пилоты сектора».

— Купить пилота-раба? Это же глупость какая-то! Он разобьет корабль при первой возможности. И с чего ты вообще взял, что это пилоты космических кораблей? Может, они тут самолеты водят?

— Ну, глупость или нет, зависит от того, как ты будешь с ним обращаться. Ты же не собираешься его избивать при каждом удобном случае?

— Я и рабовладельцем становиться не собираюсь.

— Это мы еще посмотрим. Возможно, нам и не придется, — загадочно ответил Док. — Что касается того, на чем они летают, то я видел несколько стартов с другой окраины Города. Мне удалось проследить путь кораблей до мезосферы планеты, так что в космосе они точно бывают.

— А почему я ничего не видел?

— Потому что некоторые картинки я тебе не транслирую. Считай меня твоим лучшим цензором. Ты же не думаешь, что я все это время просто наблюдал за тем, чем ты тут занимался?

Мне оставалось только ровно дышать и махнуть на это рукой. Док предложил пойти обратно в Город и найти нужные магазины. Идея состояла в приобретении фальшивых накладок на лицо и верхнюю часть тела. Таким образом, нам удастся замаскироваться под полукиборга, что с точки зрения Дока вполне могло сойти за прикрытие.

Я вновь зашагал через узкий проулок к высоткам, но на этот раз повернул вправо у широкой дороги. Пройдя несколько кварталов, свернул влево и углубился в нутро мегаполиса.

Здесь все было иначе, чем в проулке или на торговой улочке. Видимо, тогда я с ходу попал на задворки. В этом районе Города царила чистота. Как иногда сильно различаются городские улицы, стоит пройти несколько кварталов. Я замечал такое и раньше, когда с мамой бывал в столице штата. У меня всегда складывалось впечатление, что это показная чистота. Наводили порядок и выгоняли бомжей только с центральных улиц или мест, облюбованных туристами. На остальных же царил хаос. Так и здесь: стоило пройти немного, и перед моими глазами открылась другая сторона Города.

На улице было много прохожих. Существа сновали взад и вперед, куда-то спешили, толкались и огрызались на ходу. Подняв голову вверх, я увидел многоуровневые коридоры, пересекающие улицу под разными углами. Где-то еще выше двигались летательные аппараты, отдаленно похожие на яйцевидные капсулы с короткими крылышками. Они сновали между домами так ловко, что, казалось, будто имеют собственное чувство пространства. Док утверждал, что ими управляет искусственный интеллект. Что было забавно, сам себя он считал порождением эволюции. Я пытался понять, кем Док является для меня, но так и не смог с этим разобраться.

Вся сторона улицы, по которой я шел, пестрела вывесками. Среди ярких и броских названий особо выделялась: «Наряды на маскарады». Вокруг нее огоньками электронных фейерверков разлетались искры-лампочки, сделанные в стиле, очень похожем на шестидесятые годы двадцатого века на Земле. Витрины были оформлены в загадочном стиле инкогнито-балов элитарных слоев общества того же времени. Тяжелые бордовые портьеры закрывали все пространство огромных окон, а на тонких, почти невидимых подвесах красовались классические маскарадные маски.

— Нам сюда, — обратил мое внимание на вход Доктор.

— Ты уверен? — удивившись, спросил я.

— Думаю, тут мы сможем найти, что нужно.

Я открыл дверь магазина и вошел в плотно заставленный стеклянными витринами зал. Над головой тонко зазвенел колокольчик. Навстречу мне из-за прилавка у дальней стены зала вышла дама. Иначе это существо, похожее на высокую грудастую пантеру, разодетую в вечернее платье стального цвета, я бы не назвал. Лишь когда оно или, лучше сказать, она приблизилась, я понял: на даме была маска. Увидев мое недоумение, дама элегантным жестом коснулась лица и отвела руку в сторону. В ладони лежала черная маска, принятая мной за истинное лицо. Теперь на меня смотрели большие желто-зеленые глаза миндалевидного разреза. Лицо оказалось весьма миловидным и похожим на человеческое. Только цвет кожи подвел. Он имел легкий васильковый оттенок. Нос и губы были великоваты для обычной человеческой женщины, но это существо человеком и не являлось.

— Вы к нам по делу или поглазеть? — спросила меня дама бархатным голосом с легкой хрипотцой.

Я едва не поперхнулся. Этот голос вызвал во мне какие-то странные ассоциации с киношной хозяйкой борделя. Но я сделал вид, что прочищаю горло, и, кашлянув в кулак, спросил:

— Мне бы посмотреть на костюмы киборгов. Планирую посетить один роскошный маскарад, — не знаю, зачем я сказал роскошный, но желание соответствовать обстановке оказалось сильнее. Док усмехнулся в моей голове, но промолчал. — И да, еще одно условие: костюм должен скрывать часть лица и желательно верхнюю часть тела.

— Зачем такому симпатичному мальчику скрывать лицо? — томно произнесла дама и обошла меня кругом, при этом едва коснувшись моего плеча кончиками пальцев. На этих пальцах были видны длинные ярко-бордовые ногти или когти, это как посмотреть.

— Условия посещения строго прописаны, — сказал за меня Доктор Икс.

— Понятно, — произнесла мнимая хозяйка борделя. — Жаль, я бы многое отдала, чтобы смотреть в такое лицо во время танца. На маскараде ведь будут танцы?

— Да, — слегка стушевался я.

Не знаю, какую игру вела дама. Соблазняла она меня или просто разводила на наряды подороже, но мне стало некомфортно. От нее едва заметно пахло чем-то цветочным и нежным. Миндалевидные глаза вдруг оказались прямо напротив моих, хотя дама была ниже меня сантиметров на двадцать. На цыпочки она что ли встала? Горячее дыхание обожгло щеку. Приблизив лицо вплотную к моему, она втянула воздух, словно обнюхивая меня. Потом вдруг снова стала нормального роста, лизнув меня в ухо напоследок. Я потрогал мочку, она оказалась влажной.

Мне захотелось лизнуть ее в ответ. Я опустил взгляд и уставился на часто вздымающуюся грудь, едва скрываемую вырезом платья. В голове промелькнула мысль: «Что, черт возьми, происходит?», а затем, как дубинкой по голове и электроразряд в мозг одновременно.

— Чертовы феромоны! — зашептал голос Дока в моей голове. — Совсем забыл, что нужно отслеживать не только электронные импульсы. Вас, биологических, можно и иначе взломать.

Электроразряд меня взбодрил и вывел из одурманенного состояния. Я посмотрел на даму в упор, постаравшись сделать максимально наивный взгляд.

— Что происходит? — Голова все еще кружилась, но желание лизать неизвестных мне самок пропало. — Вы можете подобрать мне костюм или мне искать другой магазин?

Дама отступила от меня на шаг и с некоторым интересом окинула взглядом с ног до головы.

— А ты неплох, — сказала она. Желто-зеленые глаза все еще маслянисто сияли в приглушенном свете торгового зала. — Что-то в тебе меня заводит, — откровенно призналась она. — Пойдем, я покажу тебе, что ты ищешь.

Шурша платьем, дама отвернулась и пошла в угол зала. Я последовал за ней, пялясь на манящие обводы ее бедер, время от времени мелькающие в разрезах юбки.

Я ожидал увидеть все, что угодно в углу. Начиная от потайной двери и заканчивая стеллажами, заваленными костюмами киборгов. Но дама, подойдя к стене, сделала жест рукой, и перед ней открылась маленькая панелька с терминалом. Продавщица что-то быстро набрала прямо на экране и на секунду задумалась. Сделала еще какие-то пометки и повернулась ко мне.

— Подожди пару минут, сейчас все вынесут.

Дама прислонилась спиной к стене и снова начала меня разглядывать, даже не пытаясь скрыть свой интерес. Она задержала взгляд на моем карабине и ухмыльнулась. Затем посмотрела прямо в глаза, и ее улыбка стала еще шире.

— Ты весьма странный тип. Если я не ошибаюсь, у тебя на плече кинетическое оружие. Твои глаза разные. Рискну предположить — один глаз искусственный. Ты одет, как бандит мелкого пошиба. Зачем тебе понадобился такой костюм? Я не поверю, что тебя могли пригласить на бал-маскарад. А значит, ты что-то скрываешь.

Я едва заметно дернулся. Видимо, сработал инстинкт — бежать, пока все не стало еще хуже.

— И что же я скрываю? — Док не озаботился предупредить меня, что собирается вести диалог.

— В этом Городе все что-то скрывают, — дама легко ушла от темы и пожала плечами, давая понять, что это ей неинтересно. — Гораздо важнее, что ты хочешь показать окружающим.

— А это важно? — продолжил Док.

— Да, если ты хочешь получить от меня костюм, который идеально подойдет под твои потребности.

— Я должен выглядеть, как состоятельный покупатель, способный потратить десятки или даже сотни кредов зараз, — произнес Док. Для меня осталось загадкой, с чего это он решил довериться даме с васильковой кожей, к тому же пытавшейся меня соблазнить. Но, видимо, что-то он в ней разглядел. Возможно, то, что она действительно была готова помочь в выборе достойного костюма для нашего маскарада.

— Сложный заказ, — задумчиво произнесла дама. — Я не смогу обеспечить тебя такой одеждой. Тебе придется покупать ее в другом месте, но я могу подсказать где. Степень реалистичности костюма теперь мне понятна, но стоить он будет дорого. Как, впрочем, и нужная тебе одежда. У тебя есть чем платить?

— Да, конечно. Можешь не сомневаться.

— Отлично!

В этот момент дверь за прилавком открылась и оттуда вышла невысокая девчушка с такой же васильковой кожей, как продавщица. На ней было короткое платьице, а на руках огромные перчатки с кучей проводков и каких-то светящихся точек вдоль пальцев. Она шустро вертела кистями рук, словно обводя невидимые преграды. Из-за двери показалась парящая над полом платформа с кучей наваленного на нее хлама. Как оказалось, этот хлам и был деталями моего костюма киборга. Девчушка вывела платформу на середину торгового зала и скинула перчатки, положив их на ближайшую витрину.

— Прикрой дверь, дорогая, и повесь табличку «закрыто», у нас важный покупатель, — произнесла дама. — После этого можешь быть свободна.

В ее голосе было столько нежности, что я не сомневался: девчушка — ее дочь. Я взглянул на продавщицу совершенно по-другому. У меня в голове не уживался образ женщины-вамп и любящей матери в одном флаконе. Интересно, что было бы, если воздействие феромонов все же произвело желаемый эффект. Ответ на этот вопрос я не знал.

Дама подошла к платформе и начала придирчиво осматривать все, что на ней лежало. Что-то она откладывала в сторону с явным намерением использовать, что-то — откидывала подальше за ненадобностью. Я стоял в сторонке и тихо наблюдал за этим действом. Наконец, закончив перебирать весь этот гардероб, дама повернулась ко мне и улыбнулась.

— Раздевайся, — произнесла она и подмигнула. Через секунду добавила: — Можешь только до пояса. Я бы предпочла снизу, но думаю, тебе будет достаточно сверху.

Я скинул рюкзак на пол и осторожно прислонил к нему дробовик. Затем стянул куртку, футболку и остался в одних джинсах и ботинках. Сейчас я был безмерно благодарен Доку за то, что, восстанавливая мне кожу, он позаботился о прессе и мышцах. Полноватое и рыхлое до того момента тело сильно уронило бы мой авторитет в глазах дамы. А сейчас она смотрела на меня с легким вызовом, в ее глазах снова начали плясать игривые огоньки. Видимо, я ей чем-то приглянулся, потому что выделяемые ею феромоны снова начали туманить мне мозг. На этот раз Доктор не дремал. Встряска мгновенно привела меня в чувство.

— С чего начать? — сухо и по-деловому спросил я. Дама встрепенулась.

— Пожалуй, вот с этого, — она протянула мне что-то бесформенное, серо-черное, с чешуйчатыми ремешками.

Я взял в руки то, что она мне подала, и, встряхнув, приложил к телу. Металл холодил кожу, но выглядел впечатляюще. Продавщица подошла ко мне и ловкими движениями начала поправлять на мне накладки. Казалось, она специально проводит по моей груди и прессу ладонями, слегка прижимая их в самых интересных местах. По низу живота и по соскам она провела раз десять, хоть там было всего по одному ремешку. Несмотря на такой стиль примерки, мое тело покрывалось все новыми и новыми деталями черно-серого цвета. Накладки словно прилипали к моей коже, становясь частью тела. Половину лица с моим родным глазом тоже покрыл металлический маскарадный костюм.

— Готово, — с явным сожалением произнесла дама. — Можешь посмотреть на себя.

Я прошел к огромному во всю высоту стены экрану, служившему здесь зеркалом. Оттуда на меня посмотрел серьезный подтянутый человек с большим количеством металла в теле. Накладки так врезались в кожу, что, казалось, выступают из-под нее. Места стыков металла и кожи выглядели сращенными хирургически. Если бы я встретил такого типа на улице, даже бы не сомневался — передо мной лишь наполовину живой человек.

— Вот это круто! — прошептал в моей голове голосок Дока. Я едва заметно кивнул своему изображению.

— Ну как? — поинтересовалась дама, стоящая позади меня.

— Вот это круто! — повторил я слова Доктора.

— Я знала, что смогу удовлетворить твое желание, — слегка двусмысленно произнесла она. — В этом мой дар. Я всегда знаю, кому и что нужно продать, — она слегка отстранилась от меня и посмотрела прямо в глаза. — Сейчас ты мне нравишься еще больше. Но я не буду повторять в третий раз то, что не вышло в первые два.

После того, как я увидел в экране свой нынешний облик брутального получеловека- полукиборга, мне подумалось, что в третий раз я бы поддался ей. Взглянув на ее высоко вздымающуюся грудь, словно специально разошедшийся вдоль бедра разрез, я протянул ладонь к ее лицу и тут же получил электроразряд в мозг. Да такой, что чуть глаза наружу не выскочили. Доктор бдит. Мое движение рукой превратилось в жест, предлагающий пройти к прилавку. Дама томно вздохнула и прошла вперед. Зайдя за прилавок, она с тоской еще раз взглянула на меня и принялась считать стоимость покупки. Я собрал свою одежду и оружие. Куртку набросил на голое тело. Не хотелось скрывать под футболкой такую красоту. Ни в чем не повинную майку скомкал и отправил на дно рюкзака. Вряд ли она понадобится мне в ближайшее время.

— Как и обещала, вот адрес магазина, где ты сможешь найти подходящую одежду, — продавщица протянула мне пластиковую карточку. — С тебя девять лир, если ты собираешься оставить этот костюм себе.

— А есть другой вариант? — я вопросительно взглянул на даму.

— Если ты сдашь его в течение трех дней, то я верну тебе восемь лир. Если позволишь мне с тебя его снять, когда будешь возвращать, сделаю еще скидку. Как я и говорила, костюм очень дорогой.

— Спасибо! Он мне нравится, и я подумаю, как поступить.

Дама снова громко и тоскливо вздохнула, словно давая понять, что больше не надеется меня увидеть. Я развернулся и, не останавливаясь, направился к выходу. Лишь на улице меня отпустило томительное чувство, поселившееся где-то глубоко внутри живота.

Для реализации плана Доктора нужно было двигаться дальше. У меня на руках был адрес магазина, где я смогу купить одежду, соответствующую богатенькому, праздно шатающемуся любителю усовершенствования тела. Именно этот образ пытался создать Док со всем моим маскарадом. И надо сказать, у него это получалось!

Я не представлял, как я буду искать магазин в незнакомом мне городе, но все оказалось проще. Положив карточку на ладонь, я увидел указатель. Он вел меня дальше вглубь мегаполиса.

Я добирался до места около сорока минут. Все это время Док молчал. Я уже научился понимать, когда он «осматривается», а мне фильтрует изображение, возомнив себя Великим Цензором. Тем не менее я продолжал идти и тоже старался подмечать происходящее вокруг. Что меня слегка поразило, на улицах почти не было киборгов. Нет, такие, каким я сейчас выглядел, встречались, но это было редко. Полноценного киборга наподобие киборга-дементора я не встретил ни одного. На меня же поглядывали, но не так чтобы часто.

Передо мной была вывеска с названием магазина «Пол и ментол», указанная на визитке. Я не обратил внимания, когда получал пластиковую карточку из рук дамы, что за магазин мне предстоит посетить, но сейчас, когда стоял напротив входа, мне стало интересно, откуда такое название.

На многочисленных картинах, выставленных в витрине магазина, было изображение одного и того же существа, дымящего сигаретой с фильтром, сильно похожей на земной образец. Разве что длина была несколько избыточной. Да и толщина больше подошла бы сигаре. Само существо выглядело, как невысокий гуманоид на дистрофических ножках, но с огромной головой. Его кожа была серовато-зеленого цвета. Любители художественных оттенков назвали бы ее темно-ментоловой. Большие карие, почти черные, глаза занимали непропорционально большую часть лица, носа же совсем не было видно. При этом вид существа не был отталкивающим. Скорее каким-то жалким.

Я поднялся по низким ступенькам к входной двери и вошел внутрь. Тут было царство ментолового цвета. Стены, драпированные портьерами, имели этот цвет. Пол и потолок отражали их, придавая оттенку глянец. На манекенах такого же цвета демонстрировалась одежда близких тонов, но с яркими аксессуарами. Мне подумалось, что со своим брутальным телом полукиборга мне тут нечего делать, как вдруг из-за стойки появился сам хозяин.

Роста он был не больше метра двадцати. Носил этот гуманоид свободные шорты любимого здесь оттенка, подпоясанные ярко-желтым ремнем. Подойдя ко мне, он представился:

— Пол.

— Фред, — не задумываясь, ответил я.

— Отлично. Мне тебя так и описали. Здоровенный детина с голым торсом, в накинутой на плечи коричневой куртке, — он, словно не доверяя своим глазам, еще раз осмотрел меня. — Я так понимаю, тебе нужен гардероб а-ля отрок правящей семьи. Верно?

Я кивнул, слабо понимая происходящее. Док в голове тихо хихикнул: «Сейчас он тебя оденет в ментоловый костюм-тройку, и мы отправимся на… — он задумался. — Я даже не знаю, куда мы сможем отправиться в таком виде». Я смотрел на мелкого Пола и молчал.

— Тебе нужно что-то, что будет подчеркивать твою брутальность и при этом показывать, что ты хозяин жизни. — Пол развернулся и взгромоздился на высокий табурет, стоящий около прилавка. Закинув ногу на ногу, он продолжил меня изучать. — Мне нужно пару минут, чтобы собраться с мыслями, — произнес он и достал из огромной коробки, стоящей на прилавке, ту самую сигарету-монстра, что была изображена на каждой картинке снаружи.

Чиркнув приличных размеров спичкой, Пол начал рывками затягиваться, пытаясь раскурить свою чудо-сигарету. Потом сильно закашлялся и произнес:

— Эта гадость скоро доконает меня, зато голову прочищает хорошенько, — извиняясь, произнес он. — Затянешься?

Я посмотрел на его субтильного вида легкие и помотал головой, отказываясь от этой чести.

— Ну, как знаешь, — он еще немного повозился, удобней усаживаясь на табурете, и вдруг подскочил, как ошпаренный. — Придумал!

Пол принялся бычковать здоровенный окурок, но тот никак не хотел гаснуть. С легким раздражением мелкий гуманоид отломил самый кончик сигареты и бросил ее под прилавок. После чего соскочил со стула и унесся куда-то в подсобные помещения.

Я ждал минут десять. За это время я пару раз собирался плюнуть на все и уйти. Я не сомневался, что сейчас вернется хозяин магазина и водрузит на меня гардероб своего любимого цвета. Но Док заставил меня стоять смирно и не дергаться.

Наконец появился Пол. Он катил перед собой тележку с ворохом одежды и, надо отдать ему должное, ментолового цвета там не было.

— Итак, начнем примерку, — радостно воскликнул вернувшийся хозяин. — Снимай с себя все. Можешь не стесняться, я предпочитаю женщин. Вон там есть примерочная, — он указал пальцем себе за спину.

— Мне нужно надеть все, что в этой тележке? — удивился я.

— Да, здесь все в одном стиле. Если не понравится, будем подбирать дальше.

Я горько вздохнул и, захватив тележку, отправился в примерочную.

В корзинке было все, включая нижнее белье и носки. А также ботинки, ремень и даже носовой платок, по крайней мере, так я идентифицировал квадратную тряпочку. Вся одежда оказалась черного и стального цветов. По мере того, как я облачался, мне становилось все интересней и интересней. В итоге я посмотрел в огромное зеркало, здесь все было по фэн-шую: никаких экранов, только зеркала, и оробел перед самим собой. Встреть я такого на улице, захотелось бы упасть и кланяться ему в ноги.

На мне оказались надеты черного цвета штаны военного кроя с большими накладными карманами. Туда при желании можно было легко уместить «Десерт Игл», если бы он у меня был. Плотный материал штанов выглядел дорого. На ногах полуботинки с высоким голенищем и крупной шнуровкой. В штаны была заправлена стального цвета рубашка, которая скрывала все мои фальшивые модификации тела, но ее ворот не застегивался выше середины груди, таким образом демонстрируя мою мнимую страсть к совершенствованию тела. То, что скрывалось под рубашкой, любой мог додумывать в меру своей заинтересованности. Весь этот образ завершал длинный тяжелый плащ, полы которого, казалось, сами собой развеваются, хотя ветра в магазине не было. Что-то подобное я видел на киборгах-дементорах. Только их плащи выглядели лохмотьями по сравнению с моим.

Я вышел из примерочной. Пол сидел на табурете, вновь раскурив свою монстр-сигарету. При моем появлении он демонстративно отвесил нижнюю челюсть, изображая полный экстаз от увиденного. Мне мой новый образ тоже нравился, но я пока не подавал виду. Судя по какой-то знакомой мелодии, звучащей в моей голове, которую напевал Док, ему прикид тоже зашел.

— Сейчас я кое-что подправлю, — произнес Пол и скрылся под прилавком.

Вылез он оттуда, что-то усердно пряча за спиной. Подошел ко мне и, откинув полу плаща, пристегнул к подкладке две небольшие петли.

— Теперь сможешь незаметно таскать свое оружие, — произнес Пол и похлопал меня по боку. — И последний штрих. Подойди.

Он забрался на табурет, на этот раз встав на него ногами. Поманил меня рукой, предлагая подойти поближе. Я подошел. Пол накинул мне на шею какую-то ленту и молниеносным движением соорудил из нее что-то невразумительное. Я оглянулся в зеркало и увидел огромных размеров бант ментолового цвета, поселившийся на моей шее. Это не просто портило весь образ, так еще совсем не попадало в цветовую гамму моего наряда. Я не знал, как поступить, и попытался высказать свое мнение, не задев чувств маэстро моды.

— Мне кажется, что этот бант, — начал я, — немного не соответствует стилю моей одежды.

— Да что ты? — удивился Пол. — А, по-моему, он как раз подходит.

Он стоял на табурете и смотрел на меня. Его сигарета тлела в руке и пепел уже начал падать на пол. Я смотрел на него и не мог понять, что происходит.

— Я…я… — он закашлялся, — я не могу смотреть на твою рожу!

Пол свалился с табурета в приступе смеха, одновременно кашляя. Он валялся на полу, кашлял, смеялся и колотил по полу своими тонкими ручкам и дистрофическими ножками. Я, глядя на него, тоже улыбнулся. «Еще один любитель пошутить», — подумал я. «А что, у него вполне достойно получилось тебя разыграть», — засмеялся голос Дока в голове.

Перед глазами загорелась надпись:

Внимание! Категория навыки изменена:

Чувство стиля — 5

«Что еще за чувство стиля?» — удивился я. «Ты вполне адекватно отреагировал на дурацкий бант. На мой взгляд, это требует поощрения. Не находишь?» — разъяснил свою позицию Доктор Икс. Что ж, пусть будет чувство стиля.

Наконец-то Пол закончил смеяться и поднялся на ноги.

— Да сними ты этот бант! Выглядишь, как идиот.

Я хотел возразить, но решил просто промолчать.

— Мне нравится, как я выгляжу, — я попытался перевести разговор в серьезное русло. — Что я должен за услуги и одежду?

Продавец вмиг стал серьезным.

— Сейчас все подсчитаем. Дора предупреждала, что мои услуги и товар стоят дорого?

Сообразив, что Дора — это та самая дама из маскарадного магазина, я кивнул.

— С тебя тринадцать лир.

Это были все деньги, какие остались на кошельке, доставшемся мне от бандита. И я безо всякого сожаления рассчитался с Полом. Тот бросил на меня слегка удивленный взгляд, но ничего не сказал.

Подвесив карабин под плащ, (петли оказались именно в тех местах, где нужно), я закинул раздутый, как шарик, рюкзак на плечо и вышел из магазина.

— Док, нам нужно бы перевести какую-то сумму на кошелек для повседневных расходов. Я не хочу светить Пуфом перед кем попало.

— Согласен. Правда с такой скоростью трат нам и его состояния надолго не хватит.

— Но ведь это ты настоял на том, что я должен выглядеть солидно! — слегка обиделся я.

— Да, но я думал, ты хотя бы попытаешься поторговаться. Ты заметил, как продавцы на тебя смотрят после оплаты товаров?

— Как?

— Как на лоха! Потому что ты не торгуешься.

— Слушай, Док, это у тебя высокий уровень по болтологии, вот и торгуйся в следующий раз сам. Я не умею!

— Хорошо, — примирительно ответил Док. — Следующая торговля при покупке будет с меня. Идем на рынок, пора искать пилота.

— А не корабль вначале покупают?

— Ты что-то понимаешь в космических кораблях? — удивленно спросил Док.

— Нет, — поняв свою ошибку, признался я.

— Вот и не лезь не в свое дело! — весело воскликнул Доктор Икс.

Издевательство надо мной явно поднимало ему настроение.

Мы с трудом нашли выход к узкому проулку, ведущему на площадь. Видимо, следуя за указателем, ни я, ни Док не слишком беспокоились об обратной дороге. Но в итоге нам удалось сориентироваться, и мы вернулись к началу.

По моим внутренним ощущениям прошло уже несколько дней, но, как оказалось, с момента, когда я первый раз ступил на эту брусчатку, минуло всего тридцать восемь часов. Я понимал, что перед тем, как искать пилота, было бы неплохо поспать, но Док пообещал меня немного взбодрить и влепил мне дозу адреналина прямо в кровь. Все-таки игры с моей эндокринной системой до добра не доведут. Зато я проснулся и был готов к действиям.

Еще раз попросив Дока убедиться, что он верно перевел десять кредов на повседневный кошелек, я распахнул дверь с вывеской «Лучшие пилоты сектора». За дверью оказалось небольшое помещение с единственным столом посередине и двумя стульями. На дальнем от входа стуле сидела знакомая мне жаба. Я попытался развернуться и выйти, но Док сдержал мой порыв.

Жаба, судя по всему, меня не узнала. Да и где ей — я бы сам себя сейчас не узнал. Живо подскочив с места, она проворно подбежала ко мне и придержала стул, когда я на него садился.

— Меня зовут Жуль, — сообщила жаба. — Что будет угодно господину? — подобострастно спросило существо.

— Я ищу пилота.

— Какого именно пилота ищет господин?

Я слегка стушевался. Сказать, что нужен пилот космического корабля? А если Док ошибся, и тут таких нет? Это значит сразу выдать себя. Пока я думал, Жуль решил сам подсказать мне варианты.

— У меня есть пилоты для атмосферных полетов и лучшие пилоты этого сектора галактики, которые могут управлять космическими прогулочными яхтами. Или господина интересуют пилоты на грузовозы?

— Меня интересуют пилоты для прогулочной яхты. Но мне нужен лучший пилот.

— Конечно! Непременно, именно такого я вам и предложу.

Жуль произвел широкий пасс рукой, и над столешницей в воздухе появилось голографическое изображение головы.

— Это Рэмдак. Он лучший пилот, какого вы только можете найти. Психокод в его голове не позволит проявлять самоуправство. Если что, вы сможете жестоко наказать его, причинив невыносимую ментальную боль.

Я смотрел на зеленоватую кожу пилота. На его морщинистое лицо и длинные оттопыренные уши. Если бы я был в игре, то сказал бы, что передо мной старый гоблин. Его глаза были хитрыми и злыми, а зубы кривыми и желтыми. Я не представлял, как это существо управляет моей яхтой, которой у меня пока, конечно, не было, но мне нужно делать вид, что она есть.

— Я не доверю такому типу управлять моей красавицей! — воскликнул я. — Вы что думаете, что я допущу, чтобы его грязные ручонки касались ее приборов?

— Конечно, господин, я так не думаю. Я предложил вам лучшего пилота, но не подумал, что его вид может задеть чувства вашего корабля. Я немедленно исправлюсь.

Жуль снова начал производить какие-то пассы над столешницей, после чего изображение старого гоблина сменилось улыбающейся физиономией похожего на крысу пилота. Подобных существ я уже встречал. Трое таких напали на меня в переулке.

— Вот, господин, это отличный пилот. В его послужном списке сотни кораблей и десятки хозяев. Он управлял яхтами разных классов и даже водил военный скаутский корабль. Ему удавалось выжить в нескольких катастрофах. Психокод, конечно же, присутствует.

Я смотрел в глаза потенциальному пилоту-рабу и понимал, что не готов лететь в космос с этим существом.

— Ты предлагаешь мне крысу вместо пилота! — снова начал я качать права перед жабой. — Да он бросал свои корабли при первой возможности. И я бы рекомендовал проверить его психокод, не протух ли он. Нет, Жуль, это не тот, кто мне нужен. Покажи для начал всех, кто есть. Я посмотрю на них, а потом, если мне кто-то понравится, ты расскажешь мне о нем подробней.

Не знаю, кого я планировал найти. Возможно, я просто искал повод уйти отсюда. Жаба мне не нравилась. Хотя бы за то, что дважды пыталась меня пнуть. Но Док не давал мне возможности сделать это. Так что я решил посмотреть весть товар лицом, так сказать.

Передо мной замелькал калейдоскоп существ. Не берусь сказать, сколько их было. Но увидев ее, я с силой ударил по руке Жуля. Тот вскрикнул от неожиданности.

— Верни последнюю, — приказал я.

Жуль повиновался, но сморщился при виде моего выбора. Передо мной над столешницей висело изображение лица молодой девушки. Нет, не самки какого-то существа, а именно обычной земной девушки. Ну, не обычной, конечно, а очень красивой. И еще, судя по информации Жуля, она была пилотом.

Как земная девушка могла оказаться пилотом, я даже не хотел думать. Но ее круглое личико, с чуть припухлыми губами, вздернутым кверху носиком и пронзительными карими глазами мгновенно приковало мое внимание. Волосы девушки были выкрашены в несколько цветов. Я заметил зеленый, оранжевый и черный локоны, но основной цвет был каштановым.

— Кто она, Жуль?

— Это совсем молодой пилот. Прибыла с одной из последних партий. Опыта мало, но она гуманоид, и вы, господин, гуманоид, а значит, она может скрасить ваше пребывание в космосе не только своими пилотскими навыками, — жаба недвусмысленно подмигнул мне. Чем вызвал во мне очередной приступ желания пришибить паршивца на месте. — Психокод еще не встроен, но при вашем желании мы организуем эту маленькую услугу. Из дополнительной информации могу сказать, что она способна управлять малой азгальской яхтой. Это соответствует малому и среднему классу по общей классификации. Если бы вы спросили меня, я не рекомендовал бы брать ее в качестве пилота. Разве что вас заинтересовало ее тело.

Жуль сделал пасс рукой, и над столом появилось изображение обнаженной девушки в полный рост с очень подробной детализацией. Если бы не мои бутафорские накладки на лице, Жуль смог бы заметить, как оно краснеет, но отвести взгляд от девушки я уже не мог.

— Сколь… — и тут я понял, что говорю совсем не то, что планировал. Док вступил в процесс торговли, — …ко стоит эта неумеха?

— Я вижу, она вам приглянулась, господин, — нагло заявила жаба. — Думаю, начнем с двадцати кредов.

— Я выбрал ее только из-за того, что ее опыт оставляет желать лучшего, а значит, она не стоит больше одного креда. Мне ее еще обучать придется.

— Зачем же вам тогда такой пилот? Возьмите лучше Рэмдака. Восемнадцать.

— Рэмдок слишком стар, а эта слишком молода, но это не является ее сильной стороной, так что дам два креда.

— Господин, думаю, она вам приглянулась не только как пилот, так что вам придется заплатить за нее немного больше. Если вам нужны рабы для интимных забав, вы можете купить похожую за три-четыре креда. Но только не эту. Эта отличный пилот, а умение управлять азгальской яхтой делает ее почти уникальной. Дешевле пятнадцати не отдам, — пробормотал Жуль свой длинный монолог и уставился на меня желтыми точками глаз.

Я бы ее забрал и за пятнадцать, но все, что я сейчас мог сделать, это зло смотреть в ответ. Тем временем Доктор продолжил:

— Ты прав, Жуль, я могу купить рабыню для развлечений за три-четыре креда. Доплачу за эту два креда сверху и сойдемся на шести, — Док говорил так уверенно, что я почти поверил, что Жуль сдастся.

— Да вы только посмотрите, господин, какие у нее стройные и длинные ноги. Какие элегантные руки! — Жуль сделал пасс, и девушка начала поворачиваться вокруг своей оси, поглаживая себя по бокам и слегка покачиваясь из стороны в сторону. — Двенадцать — мое последнее слово!

— Да зачем мне ее ноги и руки, — разошелся Док. — Можешь отрезать ей по одной штуке того и другого, если скинешь еще пять кредов!

«Док, ты что творишь! — молча завопил я. — Если он ее покалечит, я тебя прикончу!»

Внутри меня все кричало от негодования, а внешне Док не давал дернуться ни единой мышце на моем лице. Я, не мигая, смотрел на Жуля, в его желтые точки глаз, а он также испытующе пялился на меня.

— По рукам, — вдруг произнес он. — Минус одна рука и одна нога, и она твоя за семь кредов.

Я готов был прямо сейчас вырвать Дока из глазницы и растоптать ногами. Он не торопился пожимать руку жабе, чего-то выжидая.

— Или, — произнес Жуль, — ты накинешь один кред, и я оставлю ее в такой комплектации, как она есть.

— По рукам, — сказал Док и протянул мою ладонь для заключения сделки. — Восемь кредов за девушку.

Жуль нехотя пожал мне руку, но его хорошее настроение тут же вернулось вместе с переведенными на его счет деньгами.

— Так и знал, что ты блефуешь на счет руки и ноги! — весело воскликнул он. — С тобой было приятно торговаться!

— С тобой тоже, — ответил Док моим голосом.

Я ощущал себя тяжелоатлетом, который поднял излишне большой вес над головой и, рискуя уронить его на себя, начал заваливаться назад, теряя равновесие, а затем сообразил, что штангу можно просто сбросить. Сделал это, и накатило облегчение, да такое, что ноги подкашиваются. На заплетающихся ногах я двинулся вслед за Жулем к выходу.

— Отлично поторговались, — пробормотал Док у меня в голове и зажег перед глазами надпись:

— Нам на другой край города добираться, — предупредила меня Саманта.

— Это долго?

— Это далеко. По моим прикидкам километров двести.

— Ого! — удивился я. Город казался огромным, но не таким же. — И сколько нам туда придется идти?

Саманта от души рассмеялась. Затем успокоилась, но взглянув на меня, снова зашлась в заливистом смехе.

— Ты собрался идти двести километром пешком?

— Я как-то не подумал. Просто пока я тут только пешком передвигался и не видел автобусов или такси, — попытался оправдаться я.

— Нет, мы поедем на подземке! — в голосе Сэм был какой-то детский восторг.

— Тут есть метро? — восторг Саманты меня удивил. В Денвере было метро, насколько я помнил. И если я пользовался подземкой только дважды, когда с мамой выбирался в столицу штата, то Сэм, наверняка, была там неоднократно.

— Пойдем, сам все увидишь.

Саманта снова взяла меня за руку, как ребенка, и потащила за собой. Я едва за ней поспевал.

Пройдя несколько кварталов, ничем не отличающихся друг от друга, мы остановились у светящейся голубым светом кабинки. Очень похожей на будку таксофона, только размером побольше. Туда, при желании, можно было впихнуть человек десять. На небольшой круглой вывеске был изображен слегка неправильный овал с обрезанным сзади концом и тремя полосками за ним. Примерно так нарисовал бы летящую пулю ребенок.

— Что это? — с опаской спросил я Саманту.

— А ты как думаешь, Эйнштейн? — усмехнулась она.

— Пуля? — неуверенно предположил я.

— Сам ты пуля! Это капсула пневмопоезда. Под нами станция. На другой конец города доберемся за двадцать минут.

— Двести километров?

— Ага.

В голове недовольно заворчал Док: кажется он, как и я, сомневался в возможности такого перемещения.

— Сэм, а ты не в курсе, зачем нужен пневмопоезд, если эта цивилизация владеет телепортацией? — спросил Док при моем посредничестве.

— Вообще-то тут все просто. Порталы тратят уймы энергии. Их целесообразно использовать только в планетарных масштабах. А подземка — это локальный вид транспорта. К тому же идет с остановками. Если бы тут установили столько порталов, всей планете пришлось бы работать только на то, что бы обеспечить их функционирование.

— Ого, а ты подкованная, как я посмотрю, — восхитился я знаниями своей спутницы.

— Мне было скучно, иногда. И я много общалась с ИИ, читала информацию о достижениях цивилизации и вообще.

— И как действует эта кабинка? Нам в нее войти?

— Да, заходишь внутрь, тебя телепортирует на сорок метров вниз на станцию.

Я уставился на девушку полным непонимания взглядом.

— Телепортирует?

— Ну да, портануть на расстояние до ста метров легко. Маленькой батарейки хватит. Но с расстоянием потребление сильно растет.

— Тогда почему бы не портировать по сто метров с малым энергопотреблением много-много раз?

— Две тысячи порталов подряд? — удивилась Сэм.

— А в чем проблема? Не заметил каких-то сложностей, когда попал сюда через портал.

— Ты что не общался с транспортной системой во время перехода?

— Общался, — признался я. — И да, она слегка нудная.

— Только слегка?! А ты, видимо, очень терпеливый. К тому же две тысячи порталов — это две тысячи батареек! Кто их потом утилизировать будет?

— Слушай, Сэм, ты меня ведь сейчас троллишь?

— Ага, — рассмеялась девушка. — Есть немного. В общем, тут устроено так, а не иначе. Вот и все объяснение. Кстати, знаешь, чем тут покрыты все проезжие части дороги и тротуары?

— Чем?

— Многослойным покрытием с нулевым уровнем износа.

— И что это значит? — не понял я.

— Это значит, что оно совсем не изнашивается. Причем даже одного слоя могло быть достаточно.

— И что?

— Как ты думаешь, как часто его меняют? — хитро уставившись на меня, спросила Сэм.

— Никогда? — я видел, что вопрос с подвохом, от этого слегка растерялся.

— Ты сейчас спрашиваешь или утверждаешь? — непонимающе спросил Саманта.

— Утверждаю? — промямлил я в ответ. — Утверждаю! — вмешался в происходящее Док, в попытке спасти мою репутацию перед девушкой.

— А вот и не угадал! — Сэм засмеялась, празднуя маленькую победу. — Его меняют каждый месяц. Снимают старые слои и укладывают новые, точно такие же. Старые потом продают на черном рынке корпорациям, отвечающим за благоустройство дорог. А те используют их при дальнейших работах.

— Откуда ты все это знаешь? — удивились мы с Доком.

— Тот тип, который работает на одну из семей, рассказывал. На этом кто-то из власть имущих разбогател.

— Тот тип, который тебя…? — начал говорить я, но понял, что напрасно. Зачем я это вообще сказал? Док отвесил мне ментальный подзатыльник, соглашаясь с моей претензией к себе.

— Проехали! — Саманта тут же замкнулась и шагнула в кабинку.

Полыхнуло голубым, и от только что стоявшей в кабинке девушки остался только пепел, который стал медленно оседать на пол. Из щели у самого пола противоположной стены выполз какой-то механизм, сильно похожий на робот-пылесос с двумя вращающимися щеточками, и медленно пополз к месту скопления пепла. Я вскрикнул и бросился вперед. Присел в попытке подобрать останки Сэм. Полыхнуло голубым, и я оказался на гладком черном полу, как был на корточках, уткнувшись носом точнехонько в пятую точку, туго обтянутую джинсовой юбкой.

— Ты чего творишь, извращенец! — послышался голос Сэм.

Девушка схватила меня за ворот плаща и оттащила в сторону. Я, часто моргая, смотрел на невредимую и смеющуюся во весь голос Саманту. «Молодца, Фредди. Хорошая попытка извиниться», — язвительно похвалил меня Док. Отсмеявшись, моя спутница помогла мне подняться на все еще трясущиеся ноги.

Кажется, я довольно сильно испугался. «Ну, хоть штаны не испортил. Или лучше проверить?» — продолжил свои подколы Доктор Икс. «Слушай, Док, может, хватит уже? И почему ты теперь говоришь со мной так: голосом в голове? Раньше мы вполне нормально обходились диалогом». «Потому что пока ты был одинокий и странный, прохожие не обращали внимание на типа, говорящего с самим собой. А сейчас ты в обществе дамы, что она подумает, если ты будешь постоянно что-то бурчать себе под нос?» «Ясно», — нехотя согласился я.

— Ты чего творишь? — повторила свой вопрос Сэм.

— Думал, с тобой что-то случилось. Там полыхнуло, а потом еще этот пепел.

— Да все нормально. Вторичные эффекты перехода, — успокоила меня девушка. — Идем!

Я огляделся. Огромный зал. Пол облицован совершенно гладким материалом, похожим на мрамор или природный камень. Стены веселенького зеленого оттенка слегка подсвечены снизу. Потолок метрах в десяти над головой выгнут куполом. Вдоль одной из стен расположены три двери из прозрачного материала. За ними изгибающаяся стена. Если мысленно продолжить изгиб, то получится труба метра три в диаметре. Сейчас за прозрачными дверями было пусто. Подсветка позволяла увидеть, что на изгибающейся стене расположены какие-то выпуклые вертикальные полоски, идущие по всей длине. Саманта двинулась своим быстрым шагом к одной из дверей. Я тащился следом, слегка отстав.

За прозрачной дверью что-то неуловимо изменилось. Казалось, я моргнул, а внутри трубы вдруг оказалось освещенное нутро капсулы-вагона. Удобные сиденья стояли рядами по три друг за другом. В них сидели, кто вольготно развалившись, кто вцепившись в подлокотники, какие-то пассажиры.

— Скорее! — прикрикнула на меня Саманта и шагнула в открывшуюся перед ней дверь. Я поспешил следом.

Не прошло и десятка секунд, как за дверью, в которую мы вошли, исчезла станция. Теперь там была только проносящаяся мимо размазанная серость тоннеля. Начала движения не чувствовалось. Как будто мы стояли на месте, а снаружи кто-то двигал стенки трубы. Едва заметно мелькнуло, и дверь открылась. За ней была совершенно другая станция.

— Как так? — я удивленно посмотрел на Саманту. — А как же ускорение, инерция?

— Локальное управление гравитацией, — коротко ответила девушка.

Я ничего не понял, но предпочел помолчать. «Правильно! — поддержал меня Док. — Когда ты молчишь, кажешься умнее. А девушки любят умных парней». «Девушки любят богатых!» — осадил я Дока. «Да ты погляди, у тебя все козыри на руках!» — ехидно усмехнулся тот.

Через двадцать минут мельканий станций, в подсчете которых я сбился на втором десятке, Сэм поднялась с кресла и направилась к двери. Я залюбовался ее грациозными движениями и вспомнил, как уткнулся в нее носом. Да уж, конфуз вышел. При мысли об этом я, кажется, даже покраснел. Хорошо, что под накладками на лице ничего не было видно. Девушка обернулась и вопросительно взглянула на меня. Я поднялся на ноги и подошел к ней.

В этот момент, за дверями снова сменилась картинка. Мы вышли на станции, которая оказалась раза в три больше той, откуда мы стартовали. Тут преобладали красные и бежевые оттенки в интерьере. Сэм быстро огляделась и направилась к дальнему углу, где располагалась кабинка портала.

— Давай-ка ты иди первый. Как портанешься, отходи в сторону.

— А то что? Если ты телепортируешься в меня, то меня разнесет на атомы?

— Кто тебе сказал такую глупость? — удивилась Саманта.

— Да так, был тут один, — пробормотал я себе под нос, но она, кажется, услышала. В голове привычно рассмеялся Доктор Икс.

Саманта свернула влево и прошла к носу яхты вдоль облицованных темным деревом стен, по-хозяйски заглядывая за двери, расположенные по сторонам коридора. У меня складывалось впечатление, что я нахожусь в дорогом и богато обставленном особняке. Только почему-то расщедрившийся на отделку хозяин решил сэкономить на количестве комнат и высоте потолков. Дверей в коридоре было всего шесть: три справа, три слева.

Я, следуя за девушкой, заглянул за каждую из них. По правому борту располагались каюты для пассажиров и команды. Точнее, это я их так назвал. За дверями из темного дерева, отъезжающими в сторону, были просторные комнаты с кроватью и небольшой дверцей в дальнем углу. Одна комната, та, что посередине, оказалась побольше и побогаче обставлена. Видимо, каюта капитана. Вторая, она располагалась ближе к входу, была поменьше. Тут стояла узкая односпальная кровать (в каюте капитана кровать была размера кинг-сайз). Интерьер был проще, менее вычурный что ли. Самая последняя дверь открывала доступ в рубку.

Двери слева вели в подсобку, столовую и комнату не слишком понятного мне назначения. Пол в комнате был мягкий, словно на всю комнату растянули один огромный матрас. Потолок казался абсолютно прозрачным. Через него виднелся кусочек верфи и высотки окраин Города, словно ты стоишь на открытой площадке. Был ли это экран или прозрачный участок корпуса, я не понял.

Если из прихожей (называть это место шлюзом у меня просто не поворачивался язык) свернуть вправо, то можно было попасть в машинное отделение. Это место тоже сложно было сравнивать с чем-то, носящим подобное название на Земле, но мне так было проще. Тут царила стерильная чистота. Ничего напоминающего о том, что под прозрачным выпуклым колпаком находится двигатель, способный разогнать эту красавицу до скоростей, позволяющих хвастаться самой высокой быстроходностью, попросту не было.

Ни в одном помещении я не задерживался дольше десяти секунд. Это была ознакомительная экскурсия, проведенная для меня Самантой. Я же ждал обещанных разъяснений. В момент, когда девушка заглядывала в подсобку, на ее лице появилась кривая ухмылка. Видимо, что-то очень личное или неприятное связывало это помещение и Сэм.

Мы прошли в столовую или кают-компанию, как принято называть подобные комнаты на кораблях. Посередине стоял стол, способный вместить человек десять. Светские рауты тут проводили что ли? Саманта прошла к дальней от входа стене и открыла замаскированную под деревянную панель дверцу. За ней оказался бар. Судя по количеству бутылок и графинов, в которых плескались разноцветные жидкости, бывший хозяин любил выпить. А при продаже яхты просто напросто не подумал забрать все это с собой.

Девушка уверенным движением руки отодвинула в сторону все, что находилось в переднем ряду, и вынула небольшую серебристую бутылочку.

— Будешь крамс? — спросила Сэм, виновато взглянув в мою сторону.

— Нет, спасибо, — холодной ответил я.

— А я, пожалуй, буду.

Саманта налила себе густого янтарного напитка в низкий пузатый стакан. Покатала его по стенкам, словно собираясь долго и со вкусом цедить, затем вздохнула и выпила в один глоток. Спрятала в бар бутылочку и стакан. Повернулась ко мне и с легким вызовом посмотрела прямо в глаза. Я ждал.

— Этой яхтой владел Гут.

— Это тот, кому ты болт отрезала? — на всякий случай уточнил я.

— Ага, он самый, — сказала Сэм и подошла к столу. Выдвинула стул и уселась на него, развалившись, как в кресле. Ее голос приобрел оттенки развязности и пофигизма. Видимо, именно за этими чувствами девушка скрывала психологическую травму. — Тал, ИИ этой яхты, не открыла мерзавцу дверь в подсобку, где я пряталась после этого. Сидела там с огромными ножницами по металлу в руках и рыдала от страха. С Тал я много общалась, когда училась управлять яхтой. Она, как бы это сказать, поддержала меня что ли, — Саманте явно было нужно выговориться, так что я молчал и слушал. — После того, что я сделала, Гут должен был меня убить, но Тал не пускала его сюда несколько дней. Хорошо, что в подсобке была еда. Как приземлились, Гут сразу продал яхту. Так она тут и стоит. Никто, кроме азгальцев, не покупает азгальские яхты.

— Почему? — удивился я.

— Из-за управляющего ИИ. Он практически всегда с норовом. А после того, что произошло на этой яхте, ее вообще никто из азгальцев не купит. Поэтому, по сути, она неликвид. Фактически такая красавица стоит тысяч сто, может, чуть меньше, — Док в моей голове присвистнул. Вообще у меня складывалось впечатление, что он чем-то занят. Я уже научился определять его состояние. Не со стопроцентной точностью, но все же. — Так что считай, тебе очень повезло, — продолжила Саманта. — Ты же не против летать на ней? Надеюсь, тебя не смущает, что тут провели одно небольшое обрезание?

— Нет, не смущает. Хотя я и не понимаю, зачем киборгам делать то, на что ты намекаешь. И еще вопрос. Этот бар. Азгальцы употребляют напитки?

— Нет, конечно! — удивилась Сэм. — Это все для гостей.

— Тут бывали гости? — с явным непониманием я смотрел на девушку.

— Как ты думаешь, для чего использовалась эта яхта?

Я задумался. Мне кажется, что-то начало вырисовываться в голове, но окончательного понимания не было.

— Давно я не встречала таких наивных юношей, — фыркнула Саманта, видя мое замешательство.

На «юношу» я обиделся, а «наивного» пропустил мимо ушей. Я действительно был наивен, и сейчас, столкнувшись с суровостью и несправедливостью реального мира, сильно от этого страдал. На помощь пришел Доктор: «Она намекает тебе на ту комнату, что с прозрачным потолком. Подумай получше, тормоз! Она рабыня. Богатые живые, возможно, даже гуманоидные гости.… Дошло?» На меня вдруг свалилось понимание, что тут происходило и какую роль играла в этом Саманта.

— Зачем ты купила эту яхту? Так нельзя! Давай срочно вернем ее продавцу! — Кажется, я впал в какую-то разновидность истерики.

— Это самый быстрый корабль на рынке. Ты же сам говорил, нужно спешить.

— Но как ты будешь летать на нем? Воспоминания и все такое?

— Справлюсь, — спокойно ответила девушка.

— Если тебе тяжело, ты можешь поговорить со мной обо всем, — неловко предложил я свою неквалифицированную психологическую помощь.

— Вот еще! — фыркнула Сэм. — Я лучше с Тал поговорю. Она все же девушка.

— У яхты есть пол? — удивился я.

— Ну, скажем так, она себя идентифицирует как существо женского рода.

— Ясно.

— Капитан, все системы проверены, — послышался голос Тал. — Мы готовы к старту. Куда направимся?

— Нам нужно попасть на Землю, — сразу взбодрился я: от разговора с Самантой я чувствовал себя не в своей тарелке.

— Не понимаю пункта назначения, — произнес голос ИИ.

— Планета с каталожным номером шестьдесят два — семьдесят три, — пришел на помощь Док.

— Эта зона полностью закрыта для посещений. Доступ только для сотрудников Контеко.

— Это я и сам знаю. Иначе использовал бы телепорт. Неужели корабли не могут туда попасть, обойдя этот чертов доступ?

— Могут, но это строго запрещено, — серьезным голосом произнесла Тал.

— Как капитан, я приказываю отправиться туда немедленно! — Я начал выходить из себя. Что за ерунда? Зачем я тогда вообще покупал яхту?

— Наказание за нарушение правил посещения планеты, находящейся в частной собственности, — стирание личности для любого ИИ, а для биологического существа — штраф в размере десяти тысяч кредов, — проинформировала меня законопослушная яхта. У меня опустились руки.

— Сэм, сделай что-нибудь, — попросил я.

— Тал, миленькая, нам туда очень-очень нужно, — тонким голоском произнесла Саманта. — Это моя родная планета, помнишь, я обещала тебе показать свой дом?

— Хорошо, Сэм, подходите в рубку. Стартуем через пять минут.

— И это все, что требовалось, чтобы заставить ее согласиться? — спросил я Саманту, не скрывая своего удивления.

— Тебе бы это не удалось. Именно за этим я и нужна. Пойдем!

Девушка засмеялась и быстрым шагом направилась в рубку. Я, как обычно, последовал за ней.

В рубке было два огромных кресла, сильно смахивающих на стоматологические. К каждому были выведены какие-то приборы, мониторы, сенсорные панели. Все это говорило мне о том, что я ничего не смыслю в управлении космическим кораблем. В голове всплыла фраза Саманты, что всем управляет ИИ, а пилот нужен только в экстренных ситуациях. Не понятно, зачем тогда столько приборов.

— Сэм, нам нужно управлять взлетом?

— Нет, Тал все сделает сама. Приборы — просто дань традиции.

Это меня немного успокоило. Девушка села в правое кресло и развалилась в нем, весьма вольно закинув ноги на подлокотник. Я подстраивался к своему креслу долго и тщательно. Оно было больше обычного. Видимо, размеры рассчитывались, исходя из телосложения азгальцев. А эти киборги-дементоры были выше меня. Только сейчас я понял, что все еще ношу бутафорские накладки. И подумал, что нужно бы их снять. В этот момент снова заговорила Тал:

— Все готово к взлету. Прошу устраиваться в креслах и пристегнуть ремни, — при этих словах Сэм хихикнула. Я же, нащупав ремень безопасности, застегнул его. — Мы пойдем по энергоемкой траектории, так что прошу не отвлекать меня во время выполнения маневров.

Перед глазами был огромный экран или прозрачная часть корпуса. Надо будет потом спросить, что же это такое. На экране открывался вид на верфь, освещенную множеством прожекторов и выглядящую, как футбольная арена перед матчем.

Верфь качнулась и провалилась куда-то вниз. В ушах застучала кровь. Голову жестко придавило к подголовнику, а руки вжало в подлокотники. Я ощутил, как мои щеки тянутся к ушам. На лицо невыносимо тяжелой гирей давила бутафорская пластинка от костюма киборга. Грудь сжало так, что не вдохнуть. Воздух весь вышел, а набрать новый сил не было. Как же так? Я думал, что тут летают все кому не лень. Туристические лайнеры же есть. Не может быть такого, чтобы туристы сидели расплющенные по креслу, не имея возможности насладиться видом за иллюминатором. Я попытался повернуть голову и посмотреть на Саманту. Каково ей? С третьей попытки я смог скосить глаза вправо, рискуя, что Док и мое глазное яблоко проваляться внутрь черепа.

Девушка сидела все так же, забросив ноги на подлокотник, и болтала ими.

— Сэм, что происходит? — еле-еле прохрипел я, выпуская из легких последний воздух.

Саманта повернулась и испуганно уставилась на меня, разинув рот.

«Ну ладно, пожалуй, хватит», — засмеялся Доктор Икс в моей голове.

Тяжесть мгновенно исчезла, и я смог вдохнуть. Первый же выдох вырвался из моей груди с проклятьями в адрес Дока.

— Ты что себе позволяешь! Я же чуть не сдох! — закричал я вслух.

— Это не я! — испуганно закричала в ответ Саманта.

— Да я не тебе, извини, что напугал, — спокойным голосом произнес я и продолжил: — Док, что это за хрень сейчас была?

— Ну, ты же всегда хотел полететь в космос, — заговорил Док, не таясь, — и испытать то, что чувствуют астронавты во время старта. Вот я тебе и показал. Точнее, это Тал сделала. Тут у них замечательное управление локальной гравитацией.

Саманта с изумлением смотрела на меня, говорящего сам с собой.

— Док, давай перейдем на внутренний диалог. Не хочу смущать Сэм.

— Да какая разница, она же знает, что у тебя глаз искусственный. Ты же ей сам говорил. Ничего страшного, привыкнет и к диалогам. Уф-ф-ф, — словно облегченно отдуваясь, произнес Доктор Икс. — Говорить гораздо приятней, чем вести беззвучную трансляцию напрямую в мозг.

— Сэм, не обращай внимания, — обратился я к девушке. — Это все Док, я тебе про него говорил.

— Ага, помню, — уже полностью успокоившись, произнесла Саманта. — Не парься, я и не таких психов повидала.

— Я не псих!

— Ну, ты говоришь сам с собой. Твоего воображаемого друга зовут Док. И ты сильно тупишь порой. Все признаки налицо, — Сэм, конечно, улыбалась, но все равно меня это задевало. Но я решил плюнуть на свои заморочки и продолжил говорить с Доктором Икс.

— Док, ну зачем ты так?

— Это не я! Это все Тал, — попытался отмазаться Док.

— Тал?

— Капитан, вы же сами приказали мне создать полную имитацию перегрузок.

— Я ничего такого не делал! И вообще, почему этот приказ ты выполнила, а приказ лететь на Землю нет?

— Этот приказ был забавным. Я предполагала, что все посмеются, — в голосе ИИ не было ни капли сожаления или попытки попросить прощения.

— Вот за что вы мне свалились на голову? Все как на подбор — шутники и балагуры. И не нужно отвечать на этот вопрос. Он риторический.

Я сидел и массировал виски, когда вдруг до меня дошло.

— Док, ты же говорил, что не мог наладить контакт с азгальцем, когда я убивал одного из них рядом с входом в подвал. Ты меня обманул?

— Нет, конечно! — обиделся Док. — Помнишь ту виноградинку системы защиты от дистанционного взлома?

— Конечно.

— Мне удалось разобраться с ней. Теперь я могу транслировать импульсы в обе стороны.

— Значит, ты и азгальца взломать сможешь?

— Возможно. При встрече попробуем.

— Вот уж нет, лучше бы нам с ними не встречаться.

— Мы выходим за пределы атмосферы, — предупредила Тал. — Какие будут пожелания по гравитации?

— Никаких! Она должна быть нормальной, как обычно. Никаких фокусов, пожалуйста!

— Хорошо, капитан, как прикажете.

Мне показалось или в голосе ИИ был сарказм?

Планета на экране уже свернулась в шар. Сейчас мы пролетали над ночной стороной, и под нами разлилось море света. Не было отдельных пятен, означающих города с более высокой плотностью населения. Вся поверхность была равномерно усеяна огоньками, изредка разрезанными темными полосками неосвещенных участков. Видимо, какое-то разделение все же существовало. Не зря там, где я был, выделялись высотные здания окраины. Большие черные пятна на поверхности, скорее всего, были морями. Ничего похожего на океан я не заметил. Лишь теперь я понял, что Город простирался на всю планету. Какую же ничтожную его часть я посетил! Даже страшно стало, сколько всего было внизу. Оторвав взгляд от планеты, я увидел прямо по курсу яркую звезду. Ее очертания сменились от сферы на нечто вытянутое. Мы быстро приближались к какому-то искусственному объекту.

— Внимание! — официальным голосом произнесла Тал. — Нас вызывает корабль семьи Гринжей.

Светящийся объект уже приобрел очертания. Приплюснутый овальный корпус был развернут к нам торцом. Вынесенные вверх и разведенные, как ноги роженицы, в разные стороны пилоны поддерживали огромные сигароподобные трубы. Орудия или двигатели? Не разобрать. Конструкция выглядела весьма внушительно и была размером, как минимум, в двадцать раз превосходящим нашу яхту.

— Тал, что происходит? — спросил я ИИ.

— Пока не знаю. Нас вызывают на разговор.

— Что это за корабль? Это вообще нормально, что с нами хотят поговорить? — Вопросы сыпались из меня, как из рога изобилия.

— Обычно никто и никому не препятствует покидать планеты. Особенно яхтам нашего класса.

— Мы можем ему как-то противостоять в случае чего? — скорее для проформы спросил я.

— Противостоять линкору? Капитан, вы оптимист! Это корабль семьи охраны правопорядка. По сути, космическая полиция. Они уничтожат нас за пару секунд, если захотят.

— А как же противолучевая защита? — я вспомнил, как нахваливал эту опцию продавец.

— Хорошо, десять секунд мы выдержим, но не больше.

— Чего они от нас хотят?

— А я-то откуда знаю!

— Можешь выяснить? — попросил я.

— Хорошо. Яхта Талия слушает вас, — произнесла Тал, и я увидел, как в углу обзорного экрана возникает небольшое окошко с изображением худощавого гуманоида, одетого в ярко-белый костюм и такого же цвета плащ. Тал приняла входящий вызов,

— Вообще-то я имел в виду какой-нибудь другой способ, — я попытался по-быстрому отчитать слишком самостоятельную систему управляющего ИИ. — Так я и сам бы смог.

— Талия, вас вызывает капитан линкора Гринж-6. Отключите все доступные вам системы защиты и нападения и приготовьтесь принять досмотровую группу на борт! — командным голосом произнес худощавый.

— А с какой это стати? — поинтересовался я у него.

— Что? — казалось, капитан Гринжа-6 не ожидал такого поворота.

— Почему вы решили нас досмотреть? Это ведь не стандартная процедура.

— По нашим данным, у вас на борту находится предмет с планеты Корини. Использование коринианских технологий строго запрещено. Сдайте данный предмет на хранение в наше ведомство и можете продолжить путь.

Я вспомнил, как случайный собеседник у лавки Санура сказал, что если попасть в лапы полиции за связь с Корини, то тебя уже никто не найдет. Значит, допускать их на борт было нельзя. Отдавать Дока я точно не собирался. Значит, нужно что-то придумывать. И срочно!

— Тал, ты можешь прыгнуть в какое-нибудь гиперпространство? Или каким тут способом осуществляются перелеты?

— Прям так и прыгнуть? — сварливо произнесла Тал.

— Ну, не знаю. Сделай что-нибудь, чтобы не допустить их на борт! Или тебе нужно прогреть гиперпривод и рассчитать траекторию?

— У меня нет никакого гипрепривода, а все траектории, ведущие из этой точки, уже давно рассчитаны.

— Значит, мы можем прыгать? Чего тогда ждем? — удивился я.

— Если мы прыгнем, нас будут преследовать. И легко нагонят.

— И? Какие варианты?

— Есть один, но он вам не понравится, капитан.

— Говори. И побыстрее!

Я видел, как на экране мнется с ноги на ногу в ожидании нашего ответа представитель местной полиции. Оставалась одна надежда — нашего разговора он не слышит. Взглянув вправо, заметил, как Сэм начала что-то делать, как только закончил говорить тощий полицейский. Я надеялся, что она обеспечивает нужную приватность нашему разговору.

— Мы можем совместить траекторию прыжка с точкой нахождения линкора. Прыгнуть сквозь него.

— И чем это чревато?

— Разрушением обоих кораблей.

— То есть мы все умрем? — с ноткой истерики в голосе спросил я.

— Не обязательно, — обнадежила меня Тал. — Тут как повезет.

— Что значит повезет?

— Повезет — значит, что есть вероятность выжить как у них, так и у нас.

— Это я понял! — раздраженно выкрикнул я. — Ты конкретней говори! Что нам делать?

— Что прикажете, капитан. Прикажете прыгать, мы прыгнем. Но попытка побега от полиции однозначно карается смертью.

— Талия, — произнес тощий. — Сканеры подтвердили наличие у вас коринианских технологий. Промедление расценивается нами, как попытка скрыться. Вы будете уничтожены, прощайте.

Маленькое окошко мигнуло и исчезло. Зато от линкора в нашу сторону ударили какие-то лучи, и в рубке дико взвыла сирена.

Сирена выла. Сэм зажала уши и что-то мне кричала. Обзорный экран полыхал белым, сквозь эту пелену был едва различим атакующий нас корабль космической полиции. Я сидел как истукан, не в силах что-либо сделать. Мне казалось, что неминуемая смерть ничуть не хуже любого другого исхода. Спокойный голос, зазвучавший в голове, вывел меня из этого ступора.

— Ты должен принять решение, — сказал Док. — И помни: ты везунчик!

— Семь секунд до разрушения оболочки, — как гром с ясного неба раздался голос Тал, перекрыв звуки сирены. — Капитан, вам нужно что-то сделать, иначе мы все умрем. Пять секунд до разрушения оболочки.

— Тал, прыгай сквозь них! — На всякий случай я выкрикнул приказ, пытаясь перекричать сирену.

Звуки вдруг смолкли. Я осмотрелся. Кажется, Саманта тоже сидела, ничего не понимая.

— Тал? — позвал я ИИ. — Что произошло?

— Мы прыгнули в гиперпространство, расчетное время в пути — один час сорок минут.

— Какое расчетное время? — не понял я. — Мы остались целы? Что с полицейскими?

— Мы остались целы. Не думаешь же ты, что в загробном мире мне все еще придется быть искусственным интеллектом яхты?

— А кем ты должна стать в загробном мире? — нереальность происходящего навалилась на меня бетонной плитой. Что еще за ИИ, рассуждающий о загробном мире? Что вообще происходит?

— Я бы хотела стать лошадкой, — мечтательно произнесла Тал.

— Что?! — такой ответ явно не поспособствовал возврату к реальности. — Стань серьезной! И ответь на вопросы!

— Хорошо, хорошо, и незачем так орать, — слегка обиделась на меня Тал. Саманта тихо усмехнулась. — Мы прыгнули в гипер и остались целы, значит, разрушился второй корабль. Законы этого действия просты. Либо разрушаются оба, либо один из участвующих в столкновении. Оба остаться целыми не могут. Мы целы — значит, они нет.

Я сидел и кивал в такт коротким предложениям ИИ. Тем временем Тал продолжила:

— Мы вошли по расчетной траектории, направленной к планете шестьдесят два — семьдесят три. Значит, чуть больше, чем через полтора часа, мы прибудем на Землю.

Я разом перестал кивать, осознавая услышанное.

— Серьезно? — все еще недоверчиво спросил я.

— Совершенно точно! — отрапортовала Тал.

— Сэм, ты слышала? Мы попадем на Землю! — обрадованно воскликнул я, обращаясь к девушке.

— Угу, я поняла, — как-то слишком спокойно произнесла Саманта.

— Ты не рада? — удивился я такому ответу.

— А ты рад? Что нам там делать? Ты же сам говорил, что там больше нет людей. Ты хочешь посмотреть на веселые лужайки, по которым бегают маленькие белые единороги?

— Что-то не так? — я не понимал состояния девушки, и мне показалось, я чем-то ее обидел.

— Да все нормально. Не суети. Просто вдруг осознала, что мы могли развалиться на миллиарды атомов, а никому больше нет до этого дела.

— Но ведь не развалились. Нам повезло!

— Вот именно, что повезло! А что будет дальше? Так и будем жить на одной удаче? И кстати, а кто у нас такой везучий? Судя по моим последним месяцам жизни, точно не я.

Я смотрел на Сэм и пытался понять, неужели я действительно такой удачливый, как говорит Док. Откуда такое везение? И вообще, что оно такое? Что из себя представляет? Не окажется ли в один прекрасный момент так, что я, понадеявшись на свою удачу, попаду в передрягу, из которой не получится выбраться живым? А ведь я могу затащить туда кого-то еще. Например, ту же Саманту. А как ей жить, если она будет зависеть от моих решений, которые я принимаю, руководствуясь таким подходом? С другой стороны, я поступил единственно правильным образом и нам повезло. Какого хрена я должен выслушивать это нытье? Сначала нужно порадоваться тому, что остались живы, а уже потом, как-нибудь, предаваться самокопанию и рассуждениям о том, что может случиться. С этими мыслями я вышел из ступора, в который меня загнали размышления Сэм.

— Так! — громко и уверенно произнес я. — Хватит этих соплей! Мы выжили, и это сейчас главное! Давайте порадуемся удачному стечению обстоятельств хоть немного. И это касается всех! Сейчас мы летим на Землю. Пока не знаю зачем, но я хочу туда попасть. Быть может только для того, чтобы увидеть полянки с единорогами, а может, для чего-то еще, — я замолчал, переводя дыхание. — А теперь я хочу спать. Я не спал уже двое суток. Тал, разбуди меня через час.

Не дожидаясь реакции Саманты или Тал, я отправился в свою каюту. Пройдя в шикарные апартаменты, я даже не удосужился их осмотреть. Просто вошел, запер за собой дверь, дошел до кровати и рухнул в нее, подумав, что не мешало бы все же снять карнавальный костюм. Перед тем, как заснуть, где-то в уплывающем сознании я услышал голос Дока: «Ну, ты прям оратор. Когда научился- то?»

Только я прилег, как приятный женский голос начал меня будить.

— Мам, ну можно я еще посплю, ну пожалуйста, — сонно пробормотал я.

— Ты, конечно, можешь, но через полчаса нам выходить из гиперпрыжка, а я хотела бы видеть капитана на мостике.

Сквозь сон я улыбнулся. Наконец-то мама решила поучаствовать в моих детских играх в космические приключения.

— Я сейчас, еще полчасика, — все еще лежа в кровати, бормотал я.

— Ты, конечно, можешь еще полчасика, но тогда пропустишь, как Саманта моется в душе. На большом экране выглядит великолепно.

Я открыл глаза. Это была не мама. Белый округлый потолок. В центре овально светящееся пятно (на глаз не отличишь от материала потолка). Понимание, где я нахожусь, медленно возвращалось ко мне. И последняя фраза обрела некий смысл.

— Ты что, подсматриваешь за членом экипажа? — я поднялся и сел в постели. — Это недопустимо!

— Да не подсматриваю я ничего, так, хотела тебя взбодрить. А ты какой-то небодрый и шуток не понимаешь.

Я вздохнул и огляделся в поисках зеркала. Отражающих поверхностей нигде не было видно.

— Тал, можешь сделать зеркало?

— Прям так и сделать? Амальгама, стекло есть?

— Ты меня поняла, — я начинал догадываться, о чем говорила Сэм, когда объясняла, почему азгальские яхты никто не покупает. — Сделай что-нибудь, чтобы я мог посмотреть на себя со стороны.

— Есть, капитан!

В центре комнаты появилась голограмма и начала медленно вращаться, демонстрируя меня во всей красе. Я посмотрел на себя и стал медленно снимать одежду. Голограмма повторила мой стриптиз, иногда слегка пританцовывая. Я ухмыльнулся, но промолчал. Затем настала очередь накладок киборга. Осторожно касаясь краев, я поддевал детали, и они тут же, с едва слышным чавкающим звуком, отсоединялись от тела. Я сложил горкой все элементы моего маскарадного костюма и посмотрел на себя. А я вполне даже ничего! Быстро собрав разбросанную по полу одежду, я напялил ее на себя.

Красавец-мужчина, весь в черном. С такими же черными синяками под глазами. Кажется, синяки неугомонная Тал отобразила с излишком. Я подошел к своей проекции и, прикоснувшись к плечу, попытался остановить вращение. Мне это удалось. Теперь я смотрел на точную копию себя, только с обширными темно-фиолетовыми пятнами в районе скул.

— Ты ничего не перепутала, дорогая? — наивным голосом поинтересовался я.

— Вроде нет, — как ни в чем не бывало ответил ИИ. — Идентичность образа девяносто девять и девять десятых.

— Паршиво же я выгляжу.

— Могу это изменить, — весело предложила Тал.

Через миг синяки пропали.

— Это ты проекцию подправила или у меня действительно больше нет синяков?

— Капитан, ты уж выбирай. Тебе шашечки или ехать?

— Еще одна юмористка, — пробормотал я себе под нос. — Док, ты тут?

— А куда бы я делся?

— Можешь подправить мне лицо? Не хочу пугать Сэм, — попросил я Доктора Икс.

— Сейчас сделаю, — незамедлительно сообщил мне симбионт.

— Ну и ладно, не больно-то и хотелось, — обиженно произнесла Тал. — Жду на мостике через три минуты. Из гипера выходить будем.

Я собрал костюм киборга в охапку и запихнул в стенной шкаф, стоящий в углу комнаты. Затем подобрал с пола все еще валяющийся там плащ и накинул его на плечи. Вот теперь, пожалуй, все. Насвистывая веселый мотивчик, я вышел из капитанских апартаментов и зашел в рубку. Сэм уже была на месте. Она обернулась ко мне. Улыбка мгновенно сползла с ее лица, в глазах появился страх, и она завизжала во весь голос очень похоже на то, как недавно это делала сирена.

— Тал, зеркало! — скомандовал я.

— Ама…

— Еще раз заикнешься про амальгаму, я найду специалиста и перепрошью тебя!

— Есть, капитан, — нехотя ответила Тал и материализовала мою проекцию.

Саманта перестала истошно вопить, как только Тал назвала меня капитаном. Проекция отображала типа, очень отдаленно похожего на гибрид меня и Алена Делона.

— Док, ты опять за свое?

— Ну а что, хотел продемонстрировать, как я научился работать с твоей плотью. К тому же этот актер очень нравится женщинам.

— Каким? — снисходительно спросил я. — Тем, кому за триста?

— А я знаю его! — вдруг радостно воскликнула Сэм. — Видела какой-то фильм, там все актеры были такими. Там, кажется, клонировали кого-то.

Я недоверчиво посмотрел на Саманту. Если я такого фильма не знал, то это не значило, что его нет.

— Док, давай уже без шуток. Верни все, как было.

— Как скажешь, повелитель! — ехидно усмехнулся Доктор.

— Стоп! — успел крикнуть я, прежде чем почувствовал, как мой живот начал распухать. — Я говорю про состояние десятиминутной давности.

Хорошо, что я успел пресечь попытку Дока вернуть мне форму, которая у меня была месяц назад. Не хотелось предстать перед Самантой в таком виде. Не то чтобы я стыдился своего тела, но я как-то уже привык к отсутствию пивного животика.

— Готово, — сказал Док через несколько секунд.

Я посмотрел на свою проекцию и обнаружил гигантские синяки под глазами. Хотел что-то сказать, но понял, что мне уже все равно. Синяки? Пусть будут синяки. Видимо, игры с гравитацией не прошли даром для моего тела. Ну и ладно. Побуду немного невыспавшимся зомби. Саманта осмотрела меня с головы до ног и промолчала. За что я был ей весьма признателен. Мне хватало двух любителей поиздеваться надо мной.

— Решил не снимать грим мертвеца? — спросила Сэм, глядя в монитор на панели приборов.

В отражении я видел, что она улыбается. Все-таки не сдержалась. Я молча прошел и присел в свое кресло.

— Сколько до выхода, Тал?

— Шесть минут до выхода из гиперпространства, — незамедлительно отрапортовал ИИ.

— Отлично! Все готово?

— Конечно, капитан!

Я все еще злился на свою команду за их подколы, но понимал, что без компаньонов я бы не дошел до этого места. Не смог бы попасть на Землю. Хотя, возможно, мы что-то смогли бы придумать с Доком насчет пропуска Контеко, но это не факт.

— Тал, а что нам будет за уничтожение полицейского линкора? — запоздало спохватился я. Видимо, в полусонном состоянии голова работала плохо, и я только сейчас вспомнил, что мы уничтожили целый корабль при входе в гипер.

— Если они успели скопировать и передать своим нашу сигнатуру, то яхту будут разыскивать. А как найдут, уничтожат. Нападение на полицейских — это серьезное преступление.

— Какова вероятность, что нас опознали и передали?

— Предположительно, девяносто восемь процентов, — ответила Тал.

— То есть нас точно будут искать. А ведь там еще была куча живых существ! — Я схватился за голову при одной мысли об этом. Пусть поздно, но я осознал, что натворил. Хотя и понимал, что действовал в целях самообороны.

— Вряд ли там было много живых. Пара-тройка существ, остальные — киборги. Семьи, как правило, нанимают экипаж в таком соотношении.

— Все равно это жутко, — тихо произнес я.

— Иначе они бы нас убили! — воскликнула Сэм. — Они и так попытались это сделать! Чего сопли распустил, капитан?

Я собрался. Сейчас было не время для самокопания. Я подумаю об этом завтра.

— Ты права, Сэм. Проехали.

— Три секунды до выхода, — произнесла Тал. — Три-два-один.

Экран вспыхнул белым и потемнел. Заливающая все чернота казалась бездонной.

— А где Земля? — спросила Сэм.

— Секунду, провожу ориентацию в пространстве.

По экрану поползли точки далеких звезд и, спустя несколько секунд, в центр выплыла зелено-голубая планета, подернутая легкой пеленой облаков. Земля. Я легко узнал очертания континентов.

— Отсюда выглядит как будто нормально, — задумчиво произнесла Сэм.

— А что ты ожидала увидеть?

— Ну, не знаю, — пожала плечами девушка. — Может, ну его на фиг спускаться?

Я посмотрел на Саманту и понял, что изначальное нежелание лететь на Землю будет сейчас выползать из нее в виде капризов или даже саботажа. Единственное, чего я не мог понять, откуда это нежелание появилось.

Я отвернулся от девушки и взглянул на проплывающую под нами планету. За время нашего маленького разговора шар превратился в изогнутую плоскость, занимающую весь обзорный экран от края до края. На этой стороне планеты сейчас был день, и ничего, кроме легкого тумана облаков, не закрывало вида зелено-коричневого континента. Где-то на севере виднелась Евразия, но и там ничего необычного видно не было.

— Тал, можешь облететь планету? Хочу взглянуть на ночную сторону.

— Кончено, капитан. Как прикажете, капитан. О капитан, мой капитан! — слегка издевательским голосом произнес ИИ.

— Не паясничай! И вообще, откуда такие познания в земной культуре у азгальской яхты? — Я на миг задумался. — Черт, Док, опять ты? Хватит общаться с Тал у меня за спиной!

— Я не могу общаться с ней у тебя за спиной, дебил! — весело произнес Док, явно довольный своей выходкой. — Все наше общение у тебя перед глазами! — сказал и снова засмеялся Доктор Икс. — А что, хороший каламбур получился?

— Да, нормальный, — недовольно буркнул я, хотя надо признать: каламбур получился веселый. Я невольно улыбнулся.

— Вот так-то лучше, — подбодрил меня Док.

Тем временем под нами проносились тысячи километров поверхности, и через несколько минут я заметил терминатор. Я увидел именно то, что и ожидал: ночная сторона планеты полностью была погружена во тьму. Ни бело-желтой паутины городских огней, ни оранжевой патины индустриальной засветки. Девственно чистая планета без покрывающей всю поверхность проказы — следов людской деятельности. Хоть сейчас организуй пикник на лоне нетронутой природы.

— Мы можем пролететь над Денвером? — спросил я ИИ.

— Конечно, капитан! А где это? — невозмутимо ответила Тал.

— Это между Скалистыми горами и Великими равнинами, — начал я свои объяснения.

— Ты не умничай, пальцем покажи! — перебила меня Тал, и передо мной возник голографический глобус.

Я повернул его так, чтобы видеть Северную Америку и вдруг понял, что не сильно хорош в географии. То есть свой дом показать смогу, но легко найти Денвер на пустой географической карте не так-то просто. Если бы были подсказки в виде названий ближайших городов, то было бы удобней. Я завис с поднятым вверх пальцем, собираясь ткнуть в нужную точку.

— Коснись поверхности большим и указательным пальцем и разведи пальцы в стороны. Получишь увеличение.

Я тупо проделал то, что мне посоветовала ИИ. Глобус развернулся в выпуклую карту с кривизной, соответствующей масштабу. Круто, если честно!

— Отличное изобретение азгальских инженеров, не так ли? Называется управляющие жесты, — прокомментировала мои действия Тал.

— Ты опять меня троллишь? — не удержался я. — Какое еще изобретение азгальских инженеров? У нас это было с начала двадцать первого века известно.

— Вот я и говорю! У меня эта система уже двести лет работает.

— Что? — я не поверил своим ушам. — Ты сколько лет назад построена?

— Почти двести! — с гордостью заявила Тал.

— Я что, купил старое корыто? Сэм, ты об этом знала?

Девушка испуганно посмотрела на меня, пожала плечами и замотала головой.

— Но-но, я попрошу не обзываться! — обиженно произнесла Тал и ехидно добавила: — Обезьяна-переросток.

— Так, все тихо! — вмешался в разговор Доктор Икс. — Пока не наговорили лишнего. Вам еще работать вместе!

Да уж, Сэм, удружила. Теперь уже и мне захотелось избавиться от сварливой яхты с завышенной самооценкой и постоянным желанием унизить своего капитана. Нужно будет с этим что-то делать. Пускать ситуацию на самотек я не собирался. Но это позже. Сейчас нужно понять, зачем я все-таки хотел попасть на Землю.

Саманта отодвинула меня плечом от проекции карты и, увеличив масштаб местности несколько раз, смахнула изображение вправо. Через несколько секунд остановила вращение и ткнула пальцем в ничем не примечательное место.

— Денвер тут, — сказала она не то мне, не то Тал.

— Ок, через три минуты будем над местностью. Приземляться будем?

— Нет, — ответил я. — Просто пролетим на высоте в три километра.

Ночной полет в неосвещенной местности — то еще зрелище. Абсолютно темное снизу, чуть светлее сверху. Точки звезд и отблеск луны — вот и все, за что может зацепиться глаз. Я понимал, что где-то должны быть ярко-голубые лучи порталов, бьющие в небо, но пока ничего подобного видно не было.

То, что под нами Денвер, я понял по заявлению Тал, что мы рядом и по столпу света, уходящему ввысь. Портал стоял на небольшом холме за городом, но я решил не приближаться. Мало ли кто нас там мог встретить. Это приключение я решил оставить на чуть более позднее время. Для чего я попросил Тал доставить нас в это место, мне самому было не ясно. Казалось, что Сэм проявит себя хоть как-то. Возможно, именно из-за нее я выбрал Денвер первой точкой для посещения. Но Саманта никак не отреагировала на расстилающуюся темноту под нами, только мельком глянула на луч портала и отвернулась. Не знаю, чего я ожидал, но получить это мне не удалось. Я сидел и двигал карту, заставляя ее короткими движениями пальцев скользить то влево, то вверх, то вправо. Наконец, опознав несколько ориентиров, я нашел Эшвиль. Оттуда до моего родного городка было рукой подать, и я смог ткнуть пальцем в точку.

— Давай сюда, — попросил я Тал.

— Хорошо, — ответила она.

Мы снова понеслись над чернотой, пробиваясь сквозь нее. Видимо, так и должна выглядеть ночью пустая, не заселенная разумными видами планета. Возможно, именно эта тишина и чернота вокруг привлекают богатых туристов со всей галактики. Тех избалованных комфортом, истерзанных звуками большого мегаполиса существ, кто готов выложить огромные деньги, лишь бы снова оказаться на лоне природы. В тишине и спокойствии окультуренного леса, больше похожего на ночной парк, только без наркоманов и проституток. Почему-то именно так мне представлялось то, во что превратила мою планету корпорация Контеко. Бескрайние леса без гнуса. Чистые озера без радужных пленок нефтепродуктов на поверхностях прозрачной воды. Бескрайние просторы океана без островов мусора. А так ли это плохо? Да что я несу? Миллиарды людей были нещадно уничтожены. Даже если мы изгадили свою планету, такой участи не заслужили. Неужели нельзя было поделиться технологиями, очистить наш мир и позволить принимать у себя космических туристов? Да, мы были бы сродни индейцам в резервациях, но если альтернативой был геноцид, то кто бы отказался?

— Мы на месте, капитан, — отрапортовала Тал. — Садиться будем?

— Да, на этот раз будем. Портал видишь?

— Да, на холме.

— Садись рядом.

Яхта замедлила ход, что можно было заметить только по скорости мелькания деревьев. Плавно развернувшись, Талия приземлилась метрах в сорока от бьющего в небо луча.

— Сэм, ты остаешься на корабле. Я выйду немного прогуляться.

Саманта начала что-то говорить, но я прервал ее жестом, и она замолчала. Мне нужно было побыть немного одному. Успокоиться и дойти до того места, где когда-то стоял мой дом. Иллюзий о том, что он все еще там, я не испытывал.

Я зашел к себе в каюту и достал из шкафа дробовик, куда поставил его вместе с маскарадным костюмом киборга. Проверил, полон ли магазин. Пошарил по карманам куртки и достал пару яиц Чистильщика, проще говоря, батареек. Нападения я не ждал, но хотелось быть во всеоружии. Несколько секунд раздумывал, не сменить ли плащ на куртку, но решил оставить все как есть. Подвесил карабин на ремешок под полой и отправился погулять.

Воздух был прохладен и свеж. В небе ни облачка. На плавных зеркальных обводах Талии отражались яркие звезды. Снизу яхта была подсвечена призрачным голубым светом от портала. Я невольно залюбовался зрелищем и позавидовал сам себе. Обладать такой красавицей было не то, что пределом моих мечтаний, такого я и представить не мог.

Я огляделся. Здания станции не было. На ее месте красовалась аккуратная круглая полянка с короткой щетинкой травы. Вокруг щебетали ночные птицы и пахло свежей землей, как после дождя.

Сверху что-то совершенно бесшумно промелькнуло и унеслось в направлении ближайшего дерева. Я инстинктивно пригнулся и протянул руку за дробовиком. В неверном свете портала я разглядел маленькую сову, сидящую не ветке. Сова подсвечивалась едва заметным зеленым. Я так привык к подсказкам Дока, что в ярком свете городских огней и в уютном приглушенном свете помещений яхты попросту перестал замечать и интерфейс, и подсветку объектов. Теперь же в темноте ночного леса эти фишки снова были весьма полезны. Я выпрямился и на всякий случай достал карабин, взяв его в правую руку.

Спуск с холма занял совсем мало времени. Я с трудом нашел место, где нужно было свернуть, чтобы попасть на нашу улицу. Но через несколько минут ходьбы, заметив липовую аллею, убедился, что шел в верном направлении. На ветвях высоких деревьев с черными стволами колыхалась молодая листва. Как они смогли провернуть такое? Еще несколько дней назад тут были выжженные остовы. Я прошел вдоль ровного ряда стволов и вдруг подумал: как они собираются объяснять своим туристам эту геометрически правильную линию посадок? И ведь это не единственная странность. Не думаю, что идеально круглые или квадратные поляны покажутся кому-то созданными естественным путем. И тогда я понял, для чего хотел попасть на землю. Я должен был убедиться, что туристы, устраивающие пикники на захваченных и вычищенных планетах, знают, каким способом получились эти заповедники нетронутой природы. А они знали! Понимали и все равно ехали, летели, телепортировались, наплевав на исчезнувшие цивилизации, лишь бы удовлетворить свои потребности и набить деньгами карманы жадной корпорации.

Я нашел, что искал. Нашел злость внутри себя. Мотивацию к действию, которая должна была повести меня вперед. Сделать безжалостным мстителем, готовым на любые действия в отношении тех, кто сделал это с моей планетой. Я стоял и чувствовал, как закипает ярость внутри меня. Как расправляются плечи и наливаются кровью глаза. Стоп! Что еще за кровь в глазах?

— Перебор? — невинно спросил Док.

— Черт! Док! Ну, сколько можно?!

— Я просто хотел, чтобы ты понял, — извиняющимся тоном произнес Доктор Икс. — Чтобы ты знал, с кем будешь иметь дело.

— Я понял. Спасибо!

— Всегда пожалуйста!

До места, где когда-то стоял мой дом, я все же дошел. Трудно было узнать в ровной зеленой лужайке тот закуток улицы со старым разбитым асфальтом. От свайного фундамента и след простыл. Моего подвала, конечно же, уже не было. А ведь сколько суток проведено в этой благоустроенной яме! Сколько игр пройдено, квестов выполнено! Я вспомнил, как отец делал из него бункер выживальщика. Спасибо, папа, он мне пригодился! Правда, я выжил, а он нет. Глупо было стоять и лить слезы над ушедшим. Я развернулся и побрел обратно к яхте. Нужно было держать совет с моей командой и решать, что делать дальше.

Еще поднимаясь вверх по склону, я почувствовал неладное. Мне показалось, что кто-то идет впереди меня, гулко ступая по едва заметной тропинке. Я остановился и прислушался. Все тихо. Звуки словно замерли. А где же птахи? Я шел тут несколько минут назад, и уши закладывало от их разноголосого пения, а теперь тишина.

Аккуратно взяв дробовик двумя руками, я всмотрелся в подсветку предметов. Док обеспечивал отличное ночное видение. Передо мной среди листвы кустарника, ближе к вершине холма, пестрело красным. Что за черт?

— Док, ты это видишь? — едва слышно спросил я.

— Да, и говори про себя. Незачем шуметь, — прозвучало в моей голове.

Я, крадучись, прошел еще несколько десятков метров и оказался за кустами на краю поляны. В сторону моей яхты неспешно двигался киборг-дементор, а за ним следом, словно свора собачек, семенили Чистильщики. Я насчитал шесть штук.

Подойдя к яхте, азгальский стервятник вытянул руку и направил на борт какой-то прибор. По зеркальной поверхности забегали мелкие зеленые точки, рассыпались мелким звездным скоплением, а затем собрались в одно большое пятно, мигнули и погасли.

Я успел заметить в проеме открытого люка короткую юбку Саманты, прежде чем трап начал собираться и втягиваться в корпус. Не улетят же они без меня? Я приготовился смотреть, что будет дальше, но на всякий случай достал из кармана и зажал в левой руке батарейку.

— Док, приготовься.

— Я всегда готов.

Азгалец глянул на свой прибор, которым недавно что-то делал с яхтой, и нажал на него пальцем. Трап, не успев окончательно закрыться, снова пошел вниз. Вот теперь нужно было что-то решать.

Я вскинул дробовик, прицелился и выстрелил киборгу в спину.

Тяжело бывает объяснить то, чего сам не понимаешь. Кто я теперь? Кем стал за последнее время? Одно я знал точно: я не тот парень, что вышел из подвала маминого дома и увидел, что пропустил конец света.

Я отвел Саманту в столовую и усадил на небольшой мягкий диванчик в углу. Подошел к бару, нашел бутылку, из которой Сэм пила в прошлый раз. Развернулся к девушке и вопросительно приподнял сосуд с янтарной жидкостью. Саманта кивнула. Я налил ей на два пальца в пузатый бокал. Подумал немного и налил себе того же напитка. С двумя бокалами в руках я уселся на край диванчика. Протянул один девушке.

Та приняла бокал и стала медленно катать его, зажав между ладонями, согревая. Я последовал ее примеру и уставился на янтарную жидкость, не зная, с чего начать.

— Пожалуй, пойдем с самого начала, — наконец решился я.

Саманта молча кивнула и приготовилась слушать.

Я рассказал о себе все, начиная с выхода из подвала, потом подумал и добавил историю детства. Не знаю, что я хотел этим добиться, но Сэм расслабилась, слушая меня.

— Так значит, ты имеешь начинку киборга-метаморфа? — спросила девушка, дослушав мой рассказ.

— Наверно, это можно и так назвать.

— А еще ты баснословно богат?

— Видимо, — подтвердил я предположения Саманты.

— Да уж, незадача, — протянула она. — Особенно если принять во внимание ту часть, где ты становишься мстителем и сражаешься против корпораций и правящих семей. Тут я бы прям посмеялась, если бы не была с тобой повязана.

— Я могу дать тебе свободу, — предложил я. — Мне не нужны рабы.

— На фига мне твоя свобода?! Что мне с ней делать?! — весьма эмоционально воскликнула девушка. — Вернись я в Город, меня тут же схватит какой-нибудь придурок и потащит на невольничий рынок. Я видела только одного человека, который не был рабом: это тот урод, что работает на семью. Да еще ты, — Сэм махнула рукой, показывая свое отношение ко мне как к свободному человеку.

— А на какую семью работает тот урод? — спросил я.

— Ты с ними уже знаком. Это семья Гринжи.

— Полиция? — решил все же уточнить я, хотя ни одной другой семьи не знал.

— Ну, — протянула Саманта, — полицией их можно называть с большой натяжкой. Скорее, частная армия, которая защищает интересы корпораций.

— Так тебе не нужна свобода? — переспросил я девушку.

— Мне все равно! Если хочешь мне добра, просто сделай так, чтобы я не сдохла в этом бардаке. Или, по крайней мере, не занималась… — Сэм взглянула мне в глаза, и я на миг снова увидел в них страх. — А, в общем, первого будет достаточно, — сказала она и улыбнулась. Ее глаза снова были спокойными и веселыми. — Что будем делать дальше?

— Сначала нужно собрать лут.

— Что? — не поняла Саманта.

— Там на улице много всего валяется. Барахло всякое в виде останков Чистильщиков. Нужно все это перебрать и отделить то, что может пригодиться, от бесполезного хлама. Это и называется собрать лут.

— Так ты там еще каких-то Чистильщиков замочил мимоходом? Ну, ты имба!

Я ошарашенно уставился на девушку.

— А говоришь, в понятиях не шаришь!

— Да все я понимаю, просто не ожидала услышать в реале словечки, относящиеся к игре, — усмехнулась Сэм. — Пойдем, похвастаешься полем битвы.

— Ты не спросила, что дальше, после сбора лута.

— Мне пока и этого достаточно, — девушка снова улыбнулась и залпом допила остатки янтарного напитка.

Я посмотрел на свой бокал. В нем так и не убыло ни капли. Я вздохнул и опрокинул содержимое бокала себе в рот. Словно нырнул в ледяную прорубь. Анис и мята. Холод, а затем мягкое тепло разлилось по горлу и волной опустилось к животу. В голове зазвучала приятная мелодия.

Я взглянул на Саманту, намереваясь спросить, что за ерунда со мной происходит. Передо мной стояла нимфа. Кожа светилась мягким золотым светом, короткая юбка облегала манящие бедра, подчеркивая красивые округлости ягодиц. Топ обтягивал грудь, вздымающуюся в страстном дыхании, скрывая ровно настолько, чтобы возбудить бурную фантазию. Я понял, что готов наброситься на девушку, сорвать с нее одежду и овладеть прямо тут.

— Ого, убойный напиточек, — усмехнулся Док. — Помочь или все же набросишься на нее?

Я сглотнул, с трудом справляясь с пошлыми мыслями. В голове уже крутились картинки, да такие, что узнай о них мама, выпорола бы, не посмотрев на возраст. Это немного привело меня в чувства.

— Док, убери это!

— Точно? — издевательски спросил Доктор Икс. — А то ты подумай. Она ведь тоже это выпила.

Я смотрел на Саманту и видел, как она улыбается, рассматривая меня с ног до головы.

— Док, не сейчас. Не хочу так.

— Как скажешь. Я бы посмотрел на вас. Считай, один из твоих фильмов с эффектом присутствия, — заржал Док.

— Док!

По телу прокатила волна дрожи. Лоб, подмышки, пах — все моментально вспотело. Зато сознание прояснилось.

— Что за хрень это была? — накинулся я на девушку, все еще пускающую слюни по моему образу в своей голове.

— Я же говорила: «Крамс», — чуть заплетающимся языком произнесла Сэм. — Раскрепощает. Правда действие короткое. Тут ты немного переборщил, кажется.

— И когда тебя отпустит?

— А меня еще никто не взял, чтобы отпускать, — томно произнесла Саманта и протянула ко мне руки.

— Сколько действует эта штука? — не сдавался я и слегка шлепнул по щеке девушку, стараясь привести ее в чувство.

— Точно! Ты должен отшлепать меня немедленно! — произнесла Сэм и начала стягивать юбку.

Я крепко взял ее за руки, не давая избавиться от и без того слишком короткого предмета гардероба.

— Тал, — позвал я ИИ яхты. — Ты знаешь, что это за напиток и сколько он действует?

— Да, капитан. Еще минут десять, точно.

— Можешь обездвижить ее на это время?

— Мне ее связать? — ехидно спросила Тал. — Или, может, привязать к кровати?

— Да идите вы все! — не выдержал я. — Просто придави ее полем к дивану и пусть посидит там десять минут, потом отпусти.

Я развернулся и направился к двери. У самого выхода оглянулся и увидел, как придавленная к дивану Саманта обиженно смотрит на меня и пытается раздвинуть ноги. Резко отвернувшись, я вышел из столовой и только сейчас смог перевести дух.

— Что, не в твоем вкусе? — сразу же спросил Док, как только мы покинули помещение.

— В моем, конечно! — удивился я. — Она красивая и сексуальная, но я не хочу это делать так!

— А как ты хочешь это делать?

— Все, проехали! Что это вообще за напиток такой — Крамс?

— Предполагаю, им угощали гостей и Саманту перед тем, как отправить в ту комнату, что в конце коридора.

— Надо бы вообще избавиться от этой комнаты и сделать там спортзал.

— Я бы не торопился на твоем месте. Судя по ведомостям, Тал, у нас на борту этого напитка бутылок сорок.

— Выброшу в космос, как только взлетим!

— Не спеши избавляться от добра. Он, наверняка, дорого стоит.

— Деньги у нас есть! — отрезал я, завершая разговор. — Подумаю, может, и не стану выкидывать, — буркнул я напоследок.

— Вот это правильная идея. Может пригодиться, — оставил за собой последнее слово Доктор Икс.

Я вышел из яхты и поковылял разбирать тот хлам, что остался после сражения. Половина мышцы на ноге так и не отросла, передвигаться в таком состоянии было не лучшим решением, но выхода нет. Действовать нужно быстро: для меня все еще было загадкой, откуда появились Чистильщики и азгалец. После того, как закончу, обсудим с Доком, как быть с ногой.

Останки тварей валялись там же, где я их уничтожил. Карабин тоже лежал где-то в кустах, и нужно было не забыть его прихватить, когда буду сваливать. Я подошел к первому тельцу и распотрошил добычу. Главное, что было нужно — это яйца. Тьфу ты! Прилипло же название, батарейка коринианского производства. Мой запас сильно истощился, а заряжать их я пока не научился.

Собрав все шесть батареек, я рассовал их по карманам плаща. Подобрал дробовик и закинул его на плечо.

— Док, что делать с телами?

— Смотря, что ты хочешь?

— Хочу новые когти, как у Росомахи — в шутку сказал я.

— Если хочешь, то подбирай тела и будем ваять.

— Ты серьезно?

— Конечно! — воскликнул Док. — А в чем проблема? Это, конечно, не адамантий, но что-нибудь придумаем.

— А можно мне тогда еще барабан, взаправдашнюю саблю, красный галстук и жениться? Бульдога-щенка не нужно, у меня кибер-цверг есть.

— Чего? — не понял моей шутки Док.

— Да так, не бери в голову, то есть в глаз, — усмехнулся я.

— Так будем тебе делать когти или как? — обиженно произнес Док.

— Будем! Может, еще и щит какой-нибудь удастся придумать? Надоело ловить противников на свое тело.

— Вот об этом я тоже хотел поговорить. Мне нужно где-то хранить весь этот металл в твоем теле. Как на счет того, чтобы сделать тебя ниже пояса блестящим?

— Чего? — на этот раз я не понял, шутит Док или нет.

— Ногу я тебе починю, не ходить же с таким огрызком. Правда придется немного материала с тела забрать, станешь чуть постройнее, рельеф мышц добавится, зато нога будет в порядке.

— Это отлично! Но что ты там сказал по поводу металла?

— Вот я и говорю: сначала приведу тебя в порядок, а потом покрою тонким слоем металла. Могу где угодно, но под штанами точно видно не будет. Кстати, штаны бы тебе тоже не мешало сменить. Дыра на полштанины.

— А что у меня тогда будет там? — Я скосил глаза вниз и указал себе на пах.

— Там у тебя будут стальные яйца! — Док не выдержал и заржал в голос.

— Слушай, ты перестал выдавать смешные шутки. Давай уже что-то поинтересней.

— Да нормально все. Вполне весело, — начал оправдываться Док. — Не хочешь стальные, так и скажи.

— Не хочу!

— Ладно, сделаю тебе щит в правой руке. Бери Чистильщика, будем правками тела заниматься.

— Раньше тебе нужно было много времени для коррекции живой плоти, — удивился я предложению Дока.

— Я поднаторел. Не парься! Присядь на землю, а то еще свалишься.

Я присел и почувствовал, как в штаны потекло что-то теплое. Откинув полу плаща, увидел лужицу крови. Мышца начала набухать прямо на глазах, расти, наливаться и затягиваться в кожу. Выглядело довольно жутко, но боли не было. Закончив манипуляции с моим биологическим телом, Док принялся за модификации. Тушки Чистильщиков исчезали одна за другой, стоило мне положить на них ладонь. Док давал указания, а я строго следовал им. Через десять минут все было закончено.

— Давай пройдемся по тому, что имеем, — предложил Док. — Думаю, что можно кое-что добавить в твоих характеристиках. Во-первых, силу. Во-вторых, интеллект. Судя по твоим речам, ты взрослеешь не по дням, а по часам.

— Да! Именно это я и хочу знать! — я уже готов был перейти на крик, но в голове зазвучал голос Дока.

— Все правильно делаешь. Поотвлекай ее еще несколько минут, я работаю.

Уже минут десять я стоял в пространстве портала и старался сбить с толку разумные двери. Управляющий ими искусственный интеллект не был единой сетью. Каждый портал имел собственную систему контроля и базу данных. Почему они все оказались такими нудными, для меня оставалось загадкой. Возможно, такова была задумка создателей этого чуда техники, а может, на заводе просто что-то пошло не так.

Во время моего разговора с ИИ портала Док пытался взломать систему. То, что это не удалось сделать в Городе, не значило, что и здесь нас будет ждать фиаско. Док утверждал, что оставил кое-какие бэкдоры и закладки на будущее во время прошлого взлома. И сейчас пытался воспользоваться своими наработками. Система пока сопротивлялась, но Доктор Икс не терял надежды. Я служил отвлекающим маневром, но вести пустые беседы с ИИ было скучно, так что я решил пока выбрать цель-кандидата на первое посещение.

— Вы действительно хотите попасть на планету шестьдесят два-восемьдесят один? — снова спросила меня система.

— Да, но я не хочу пользовать порталом. Тем более она пока закрыта для посещений.

— Вы не можете попасть на планету. Данное перемещение возможно только для сотрудников корпорации Контеко. Предъявите служебное удостоверение или выберите другой портал.

— Да знаю я это, тупая ты железяка!

— И вовсе не обязательно меня оскорблять, — безэмоционально ответила система.

— Хорошо, извини! Просто ты это мне уже говорила. Ты можешь сообщить координаты этой планеты или хотя бы ее название?

— Координаты доступны только для сотрудников корпорации Контеко. К тому же попасть туда на космическом корабле возможно только с наличием модуля «Свободный поиск», — издевательски сообщила мне система.

— И что это такое?

— Не могу сказать. Информация засекречена.

— Есть еще какая-то возможность попасть на новую планету до того, как она станет доступна для посещения туристами?

Ответа не было.

— Эй, ты там что, зависла?

— Я не зависаю, просто ответ на этот вопрос не внесен в список разрешенных или запрещенных в моей системе.

— Так значит есть еще способы?! — искренне удивился я.

— Да-а-а, — протяжно произнес ИИ, — давайте дружить семьями. Сможем ходить друг к другу в гости. Раз, раз, три, два, раз! Проверка связи.

— Док! — закричал я. — Что ты наделал? Верни ей мозги на место!

— Я только вошел, а ты сразу предлагаешь выйти. Хреновый из тебя любовник, как я погляжу, — произнесла система уже голосом Дока.

— Да, ты…!

— Да, я. Что не так, капитан?

— Она была готова мне что-то сказать! Как попасть на планету другим способом! — Я, не переставая, кричал на Дока.

— Я и так его знаю. Садишься на корабль и летишь.

— Нет! Тут было что-то еще! К тому же нам нужен какой-то модуль свободного поиска что ли.

— Ты, как обычно, невнимательно слушаешь. У нас есть этот самый модуль!

— Откуда? — ошарашенно спросил я.

— Когда Сэм спрашивала продавца про яхту, она сказала: «Нам нужна азгальская яхта малого тоннажа, тип «Талия» с модификацией «Свободный поиск», — последнюю часть фразы Док произнес голосом Саманты.

— Вот черт! Я действительно пропустил это мимо ушей.

— Что бы ты без меня делал?

— Спокойно бы сидел в своем подвале и играл в игры.

— Ага, разбежался. Сейчас бы ты был либо рабом у какой-нибудь престарелой любительницы межвидового секса, либо серой пылью, развеянной над землей ветром.

— Как поэтично, — саркастично заявил я. — Ты достал информацию, которая нам нужна?

— Конечно, капитан!

— Перестань называть меня капитаном! — возмутился я. Мне не очень нравилось, когда Док так ко мне обращался. Уж лучше Фред или даже придурок. Почему-то «капитан» ассоциировался у меня с ответственностью за команду корабля, а я старался не брать на себя лишнего. По крайней мере пока. Хотя было понятно, что это ненадолго. — Может, ты и про тот способ что-то узнал? — с надеждой спросил я.

— О чем ты?

— О способе, который мне готов был поведать ИИ портала до того, как ты его сломал!

— Не-е-е-т, про это ничего не знаю, — протянул Док. — Зато смог выяснить все координаты планет из каталога и даже чуть больше.

— Что значит чуть больше?

— Это значит немного больше, чем просто координаты. Что тут непонятного?

— Да иди ты! — не выдержал я.

— Хорошо, как скажешь. Я пошел. Оставляю тебя наедине с подружкой, может, она тебе чего-нибудь еще расскажет. Ты, главное, ее вежливо попроси.

— Док, стой!

— Тревога! Тревога! Нарушитель! Попытка взлома системы и кражи корпоративной собственности! — завопил ИИ, как только Док снял контроль. — Немедленное перемещение под стражу.

— Фредди, беги! — закричал Док.

Я рванул с площадки портала. Перед глазами полыхнуло белым. Не сбавляя ходу, я прыгнул, приземлился на обе ноги, запнулся и, покатившись по крупным холодным булыжникам, затормозил головой в стену. Сознание выпорхнуло из меня, словно канарейка в распахнутую дверцу клетки.

На этот раз я появился в камере не столь динамично. Спокойно шагнув из портала, я взглянул на Дрока и Шена. Они тихонько сидели рядом и рассматривали яйца Чистильщика. Богомол заметил меня первым и с радостными воплями подскочил с кровати.

— Как я рад, что ты вернулся так быстро!

— Старался, — невозмутимо произнес я, игнорируя Шена, пытающегося меня обнять.

— Тебя отпустили? — спросил Дрок, не вставая.

— Типа того, — уклончиво ответил я. — Нам нужно спешить убраться отсюда поскорее, что-то мне подсказывает, что скоро здесь станет жарко.

— Жарко — это мое второе имя, — воодушевляясь, пробасил Дрок и поднялся на ноги.

— Что стряслось? — испуганно спросил Шен.

— Кажется, я немного покалечил одного типа, работающего на семью Гринжи.

— О, черт! — воскликнул Шен и быстро заходил по камере туда-сюда. — Это же корпоративная полиция. Нам крышка! — В его голосе были одновременно и испуг, и восхищение. — Вот это врагов ты себе нажил!

— Я стал их врагом, когда превратил в пыль линкор семьи над Городом.

— Так это ты тот герой, кто бросил вызов их тирании?! — Вот теперь было только восхищение. — Ты слышал, Дрок! Это он! Он устроил тот фейерверк над планетой!

— Да слышал я, не глухой, — пробормотал Дрок и, подойдя вплотную, хлопнул меня по плечу. Отчего моя рука отнялась на несколько секунд. — Молодца!

— Нам нужно сматываться отсюда, — повторил я свое предложение нерасторопным сокамерникам.

— Но как? — спросил Шен. — Мы в том же самом положении, как были до твоего ухода.

— Сейчас сюда прибежит толпа полицейских, и в этот раз нам придется драться с ними. Потому что, боюсь, они будут стрелять на поражение. Если вы такие противники системы, как говорите, то давайте сбежим отсюда вместе, а там решим, что делать дальше. Поможете?

— Да, — коротко ответил Дрок.

— От меня мало толку в рукопашной, но я с вами. Сделаю все, от меня зависящее, — заявил Шен.

В коридоре вдруг вспыхнул яркий свет и раздались тяжелые шаги. Я резко обернулся и увидел, как из-за угла выскакивают два азгальца с искрящимися дубинками в руках, а за ними с десяток полицейских в шлемах с какими-то невероятными пушками. Я надеялся, что стрелять сразу они не станут, все же прутья решетки были слишком плотные, но я ошибся.

Два полицейский встали на колени и прицелились из своих чудовищных стволов. Мимо азгальцев пролетели два сгустка энергии и, ударив в решетку, расплылись по ней крохотными искрящимися молниями. Блок электронного замка с той стороны решетки вспыхнул и изошел сиреневым дымом.

Первый из киборгов-дементоров подбежал к решетке и, схватившись за металлическую ручку двери, заверещал от боли. Отлетев на пару метров, упал под ноги приближающихся полицейских.

Его товарищ проводил полет взглядом и ехидно ухмыльнулся. Подошел неспешным шагом к двери и дождался, когда искры исчезнут. После чего открыл дверь и уверенно вошел внутрь.

Дрок не стал медлить, сграбастал киборга в охапку и с силой саданул им о стену. Со стены посыпались осколки камня и пыль. Азгалец не дрогнул и, схватив Дрока одной рукой, второй начала трамбовать ему черепашью морду.

— А вот это кстати! — прокричал с азартом Шен и принялся насвистывать какую-то мелодию. Ее ритм мне снова показался неровным.

Азгалец, державший Дрока, вдруг перестал его бить и замер на месте. Отпустил едва удержавшегося на ногах человека-черепаху и развернулся к входу. Как раз вовремя, чтобы встретиться лицом к лицу со своим товарищем-киборгом.

Шен продолжал насвистывать что-то себе под нос, а азгальцы схватились друг с другом. В разные стороны полетели мелкие детали и крупные ошметки запчастей, осыпаясь нам на головы техногенным градом.

Я взглянул на полицейских, они замерли в нерешительности. Этого короткого момента хватило Дроку, чтобы выскочить из клетки и броситься на ошеломленных нападавших. Я тоже отошел от столбняка и ринулся следом.

Первыми пришли в себя стоящие на изготовке полицейские, и два сгустка энергии полетели нам навстречу. Первый попал в Дрока, отчего бугай крякнул и, отлетев на метр, сел на задницу. Я успел спрятаться за его широкой спиной, и второй сгусток пролетел мимо, попав в дерущихся азгальцев. От дикого визга заложило уши. Тела двух киборгов дергались по разным углам камеры и верещали, пока через секунду не затихли и перестали двигаться.

Дрок поднялся, встряхнулся и сделал шаг в сторону нападавших. Я увидел, как задние ряды дрогнули и отступили. Кто-то начал беспорядочно стрелять, и по прутьям решетки застучали пули. «Надо же, а пулевое оружие все еще в ходу», — подумал я.

Черепаха, не обращая внимания на стрельбу, пер вперед. Прячась за него, я шел след в след. Дойдя до стрелявших, но уже начавших паниковать полицейских, Дрок схватил по одному в каждую руку и смял их друг об друга, словно тряпичных кукол. Я видел, что от попадания пуль с близкого расстояния из его боков начали вылетать куски плоти, окрашивая стены коридора в красно-зеленый цвет.

Развернув Щит Капитана, я выскочил из-за спасительной спины и ринулся в атаку, выпуская на ходу когти Росомахи.

Перед глазами замелькала статистика.

— Это все бесполезно, — возразил Шен. — Мы пробовали прыгать по планетам и смотреть, что там происходит, но никаких доказательств собрать не смогли. Когда на планете появляется действующая сеть порталов, обычно там уже нет ничего за редким исключением.

— Но ведь, когда я убил первого Чистильщика, портал уже стоял, — попробовал я отстоять свою точку зрения.

— Да, это возможно, в единичных случаях, но, как правило, должно очень повезти, чтобы наткнуться на такое.

— Когда мы прыгали по планетам, то там уже были чистые леса и озера, — подержал друга Дрок.

— Тогда как быть? Все бросить? — не удержалась Сэм.

— Зачем бросать? — удивился Шен. — Нужно просто найти список ближайших целей Контеко и лететь к одной из них. Там организовать засаду и ждать.

— А список целей, ты, видимо, предлагаешь нарыть в общем доступе, — саркастично заметил я.

— Конечно, нет! — воскликнул богомол. — При наших новых возможностях мы можем напасть на штаб-квартиру в Городе и украсть планы там.

— Да ты с ума сошел! — вмешалась Саманта. — Нас всех там положат, и ни регенерация твоего друга, ни все способности Фреда нам не помогут. Мелковаты мы для таких акций, — сказала она и примирительно добавила. — Пока.

— Может быть, ты и права, — сбавил обороты Шен. — Но подумай, как было бы круто утереть им нос, проникнув в штаб!

— Да, круто, — согласился я. — И очень безумно, чтобы могло сработать, но разработка такого плана займет уйму времени. К тому же, это действительно очень опасно. У меня есть другая идея.

Все заинтересованно уставились на меня, ожидая откровения.

— Я нашел Дока уже после основной акции по уничтожению населения. Не знаю, что тут делал коринианец, но он тут был. Значит, такая ситуация может повториться. Если мы прочешем планеты из списка, украденного Доком. Те, которые добавлены самыми последними, то, возможно, найдем кого-то из коринианцев живым и невредимым. Я понимаю, что остаются все те же возражения: мол, основные боевые действия уже могут закончиться там, где установили порталы, но пример Саманты говорит о том, что апокалипсис происходит уже после установки первого из них, а значит, есть шанс застать все в самом разгаре. Если вам это не удалось, вдруг получится у нас. В конце концов, мы везучие!

— Ты поверил в свою удачу? — спросил Док.

— Не знаю, может, не в свою, но в нашу.

Шен с Дроком удивленно уставились на меня во время диалога с самим собой.

— Ты сейчас с коринианским симбионтом разговаривал? — заинтересованно спросил Шен.

— Да, с ним, только зови его Доком, так привычней.

— Хорошо.

— Ну, так как вам идея? — я решил все же получить однозначное согласие всех членов команды.

Не знаю, возможно, я просто не наигрался в референдумы и хотел узнать мнение каждого, а может, слово «команда» для меня перестало быть пустым звуком.

Как я и ожидал, противников плана не оказалось. С другой стороны, а что еще было делать? Других реальных вариантов, которые мы смогли бы реализовать, просто не было. Кроме прочего, было решено отправиться в крестовый поход после хорошего отдыха. Лично я сильно устал за последние дни и хотел немного отоспаться. Новым членам команды тоже надоели тюремные нары и хотелось провести ночь в уютной постели.

Тал предложила переоборудовать под нужны Шена кладовку, в которой когда-то пряталась Сэм. Дрок, после осмотра всех помещений, сразу облюбовал себе комнату с мягким полом и звездным небом над головой, объяснив это тем, что в его родном доме примерно так все и было. Шен остался слегка недоволен, но у меня был свой план насчет размещения. Правда, предварительно нужно было кое-что проверить.

Над американским континентом ночь была в самом разгаре. Сквозь прозрачный воздух, не загаженный производственными выбросами и городской пылью, сияли звезды.

Я вышел подышать свежим воздухом перед сном и присел на нижней ступеньке трапа. Задрав голову вверх, стал разглядывать созвездия и высматривать спутники. В детстве я всегда так делал. Обычно на небе удавалось найти пару десятков медленно ползущих песчинок, меняющих яркость по мере прохождения точки максимальной светимости. Меня всегда завораживало это постепенное усиление бело-желтого свечения, а затем такое же неспешное угасание до тех пор, пока пролетающий спутник не становился едва заметной пылинкой среди мириадов других, раскиданных по небу огоньков.

Отсутствие городской засветки давало небывалый шанс увидеть гораздо больше, чем обычно позволял мегаполис. Вот только ни спутников, ни других признаков человеческой цивилизации в небе не было видно. Наверно, такое небо видели наши далекие предки в северной Африке, когда в первый раз подняли голову вверх и увидели сияющие осколки хрусталя на твердом небосводе. Или нет, это было уже позже. А сначала было нечто непонятное, чему в языке первых людей не было даже названия.

Я почувствовал чье-то присутствие рядом, прежде чем понял, что не один. На плечи легли чьи-то руки, а спустя мгновение, в шею меня кто-то поцеловал. Я извернулся и посмотрел Саманте в глаза.

— Я кое-что принесла, — сказала она и протянула мне бутылочку с крамсом. — Только на этот раз по полглоточка. Не больше! — строго сказала девушка и сделала глоток из горлышка.

Я взял серебристую бутылочку, посмотрел на нее. Возникло желание отказаться от допинга, но потом подумал и осторожно отпил содержимое.

Сэм взяла меня за руку и повела внутрь.

— Тал, взлетай, — скомандовал я. — Поболтаемся на орбите до завтра, — и тише добавил: — Полную звукоизоляцию на капитанскую каюту.

Саманта шла, тихо ступая по ворсистому покрытию коридоров, словно старалась не разбудить уже устроившихся на покой наших соратников. Я топал позади, как медведь, которого случайно позвали на бал. Складывалось ощущение, что маленькая девочка ведет за руку неуклюжего глиняного голема, но мне на это было наплевать.

Войдя в мою каюту, Саманта скомандовала:

— Тал, приглушенный свет и легкую музыку, пожалуйста.

Ее ладонь легко выскользнула из моей, и она провела ею по своему телу, начиная сверху и заканчивая на уровне бедра. При этом подчеркнуто выделяя все округлости фигуры. Ее глаза непрерывно смотрели на меня и, кажется, раздевали в воображении.

— Снимай одежду, — не то попросила, не то потребовала Саманта.

Я скинул все, оставшись в одних трусах.

— Всю!

Я стянул трусы, почувствовав себя не очень комфортно.

— Готово, — чуть хрипло произнес я. — А Фредди-то голый.

— Теперь я.

«Только не зависни!» — пронеслось в голове.

Девушка сняла топ, под которым не оказалось лифчика. Подошла ко мне и взяла меня за запястье. Провела моей рукой по своей груди, заставив немного сжать сосок пальцами и покрутить. Кажется, это ее сильно завело. Она повернулась ко мне спиной и положила обе моих руки себе на грудь. Я почувствовал, какие они упругие и приятные на ощупь. Одновременно Сэм прижалась ко мне попой и стала плавно водить ею из стороны в сторону в такт музыке.

Я опустил правую руку вниз и медленно провел ладонью вдоль бока Саманты. Девушка немного втянула живот, дав мне возможность продолжить движение ниже.

Сэм, стоя ко мне спиной, подняла руку и обняла за шею. Извернулась и поцеловала меня в губы, издав тихий стон. Я ласкал ее, пока не понял, что не могу больше просто стоять. Тогда поднял девушку на руки и отнес на кровать.

На этот раз все получилось.

Вокруг сплошная чернота космоса. Ничего похожего на планету и близко не было видно. Тал закончила ориентацию в пространстве после выхода из гипера и радостно заявила:

— В пределах одного светового часа планет не обнаружено. Продолжаем поиск?

— Стоп! Стоп! — повторил я то, что сказал перед прыжком.

Во время короткого путешествия в изнанке пространства мне объяснили, что значит «свободный поиск». Как оказалось, нас могло выбросить в радиусе одного светового дня от заданных координат. После этого корабль шнырял, ища нужный объект, на досветовых скоростях. Это и называлось свободным поиском. Иногда на такие «развлечения» пилоты тратили несколько лет своей жизни. Порой они возвращались ни с чем, истощив запас провизии, горючего и собственных нервов.

Я не был готов тратить столько времени на потенциально бесцельные поиски. В моем представлении мы должны были перемещаться от планеты к планете в попытках найти коринианцев. И, чисто теоретически, нам могло потребоваться посетить не один десяток планет с нулевым результатом.

— Тал, а как так вышло, что к Земле мы попали с первого раза и очень точно? — поинтересовался я у ИИ.

— Повезло? — предположила Тал.

— Тебе везло так до этого? — не унимался я.

— Нет. Это был первый раз. Как правило, нас выбрасывало немного в стороне. Если в пределах одного светового часа удавалось находить объект, способный сойти за планету, мы отправлялись к нему. Если нет, то шли на второй заход.

— И много заходов приходилось делать? — спросил Шен.

— От трех до семи, — как ни в чем не бывало ответила Тал. — Если не находили с седьмого раза, то летели на пополнение запасов в Город или на Азгал.

— А Город тоже приходилось искать подобным образом? — удивился я.

— Нет. С Городом и Азгалом другая ситуация. Там установлены корректоры вероятностей. Из-за чего прыжок к этим планетам всегда происходит в заданных рамках отклонения. Это очень дорогое оборудование. Семьи установили только два таких корректора.

— То есть мы можем отправиться в Город или на Азгал, а все остальное придется долго и упорно искать?

— Именно так, капитан!

Вот это была новость! Для меня и других гуманоидов, кроме Сэм. Тал и девушка прекрасно знали все, но ничего не сказали. За это я был на них зол, но Саманта пообещала попросить прощение сегодня ночью, а вот Тал даже не удосужилась извиниться.

После слов Сэм я не перестал на нее злиться, но это меня немного отвлекло от мрачных мыслей. Ведь если все так сложно, то наши поиски могут сильно затянуться. И все же мне не давало покоя то, что к Земле мы попали с первого раза, да еще с невероятной точностью.

Может быть, наличие в экипаже двух землян сыграло какую-то роль? Я задал этот вопрос Тал.

— Не думаю, капитан. Но если вы хотите, мы можем попробовать вернуться на Землю и проверить.

— Есть еще предложения? — спросил я свою команду.

Предложений не было.

Я скрестил пальцы и зашептал себе под нос: «Я везучий! Мне повезет!»

— Да прекрати ты уже эту истерику! — прервал мою импровизированную молитву Док. — Ты везучий? Возможно. Если так, то тебе повезет и без этого ужасного аутотренинга.

— Прыжок на счет «пять»! — предупредила Тал и начала обратный отсчет.

Время в гиперпространстве всегда немного разное, но сильных отклонений не бывает. Если до заданных координат предполагается лететь час, то в промежутке от пятидесяти минут до часа десяти мы прибудем в пункт назначения. Вот только, как выяснилось, точность прибытия весьма расплывчата. Точнее, размазана по сфере радиусом один световой день.

В обратном направлении мы летели чуть меньше времени, чем в прямом. Выйдя в обычный космос, Тал начала ориентацию. Все это время экипаж провел в новой комнате Дрока, глядя в черное звездное небо, надеясь заметить планету раньше, чем о ней доложит Тал.

— Земли в пределах светового часа не обнаружено, — немного грустно заявил ИИ.

— Да чтоб тебя! — выругался я.

— Я тут ни при чем! — возмутилась Тал.

— Извини! Я знаю. Просто такое устойчивое фразеологическое выражение. Означает, что капитан очень недоволен происходящим.

— Хорошо, я поняла, капитан. Чтоб тебя!

— Что?! — возмутился я.

— Тал недовольна происходящим, — без всякого раскаяния ответил ИИ.

Я подумал, не стоит ли поставить его на место, но решил махнуть на это рукой. Сейчас было не до того.

— Давайте все по каютам. Нужно немного отвлечься и подумать, — произнес я командным тоном.

— О чем думать? Прыгать надо! — высказал свою точку зрения Шен.

— Считай это приказ капитана, — ответил я товарищу и направился в свою каюту. — Собираемся в кают-компании через час! — крикнул я напоследок.

Мне показалось, что мои соратники были не слишком довольны решением, но все же стали расходиться.

— Шен, ты можешь переселиться из кладовки в бывшую каюту Саманты! — окликнул я уходящего к себе в подсобку хакера.

Кажется, этому решению он обрадовался. На лице появилась улыбка. Он хотел что-то сказать, но передумал. Только пробурчал «спасибо» себе под нос, проходя мимо меня.

Мы с Самантой зашли в мою, нет, теперь уже в нашу каюту, и я закрыл дверь.

— Хочешь заняться сексом? — без обиняков спросила Сэм.

— Нет, хочу подумать.

— Фред, мне страшно, — вдруг сказала девушка. — Мы можем застрять так навсегда в пустом космосе.

— Не бойся! Если что, отправимся к Городу и пополним нужные нам запасы, — излишне бодро сказал я.

— Сомневаюсь, — не поверила мне Сэм. — Ты не забыл, что на нас идет охота? Там просто никто не обслужит наш корабль. Ни в Городе, ни на Азгале.

— И то верно, — с сожалением произнес я. — Мне нужно немного подумать. Хорошо?

— Фред, я нервничаю, — честно призналась Саманта. — Очень!

— Выпей что-нибудь. Тебе полегчает. Хоть того же крамса.

— Не уверена, что полегчает, — не отставала от меня Сэм. — А от крамса мне захочется чего-то другого. И тогда ты точно не подумаешь. Кажется, меня уже потряхивает от нервного напряжения.

Я скинул плащ, стараясь избавиться от всего, что меня стесняет. Хотелось какой-то медитативной расслабленности. И пусть я никогда не делал такого, но слышал, что при медитации голова просветляется и становится легче думать.

Вешая плащ в шкаф, я коснулся кармана и почувствовал в нем твердую сферу. Вспомнил про мохнатый шарик и достал его. Положил кошелек на пол и мысленно попросил стать кибер-цвергом. Шарик с легким хлопком превратился в маленькую черную собачку, которая недовольно на меня глянула, но все же вильнула обрубком хвоста и подошла потереться об ногу.

— Сэм, может, пока погладишь Пуфа? Говорят, контакт с животными расслабляет и помогает успокоить нервы. Надеюсь, киберживотные тоже справляются с этой задачей.

Саманта улыбнулась и, протянув руку, потрепала пса по загривку. Тот заулыбался в ответ своей странной ухмылочкой и, подойдя к ней, встал на задние лапы, опершись передними о ноги Сэм. Хвост Пуфа так и заходил из стороны в сторону. Преданно глядя в глаза девушке, цверг поскреб ее правой лапкой и чуть подпрыгнул.

— Он что, ко мне на ручки хочет? — удивилась Саманта.

— Не знаю, — я пожал плечами. — Со мной он себя так не ведет.

Саманта наклонилась и подняла мохнатое чудо на руки. Пуф тут же пристроился и принялся лизать ей ухо.

— Фред! Он меня лижет! — восхищенно воскликнула девушка. — Это нормально?

— Откуда же мне знать? Тебе нравится?

— Да, наверное.

— Тогда все нормально.

Я задумался о своем, а Саманта продолжила возиться с песелем. Если мы не сможем найти хоть какую-нибудь планету, нам рано или поздно придется лететь в Город, а это равносильно тому, что мы сдаемся. Там нас сразу арестуют и, не задумываясь, уничтожат. Причем всех до единого. Возможно, только Сэм останется живой, но не уверен, что рабство у азгальцев ее порадует.

Значит, нужно найти планету с первых же попыток. Вдобавок такую, откуда мы сможем прыгнуть порталом туда, где есть возможность запастись ингредиентами для пищевого синтезатора и энергией, если она нам понадобится.

Час пролетел незаметно. Я даже не успел привести мысли в порядок. Сформулировать то, что хотел сказать товарищам, в какую-то осмысленную речь.

— Капитан, все уже собрались в кают-компании. Ждем только вас, — известила меня Тал.

Я поднялся и отправился толкать речь. Саманта с Пуфом на руках последовала за мной. Сбивчиво рассказав то, о чем думал все это время, я предложил проголосовать за мой план. Возражений не было, как не было и энтузиазма на лицах моих соратников.

— Тал, давай сделаем вторую попытку по тем же координатам.

— Хорошо, капитан! Как прикажете, капитан.

Я снова заладил свою мантру про везение, на что услышал только смешок Дока. Саманта обняла Пуфа и, не переставая, поглаживала его, что-то бормоча одними губами.

Мы вошли в гипер. На этот раз Тал озвучила время в пути: ровно час.

Не знаю, за счет Пуфа или другого везунчика в нашей команде, но мы оказались сразу на высокой орбите планеты шестьдесят два-восемьдесят три. В черной пустоте космоса, прямо под нами, или мы под ним, тут как посмотреть, висел красно-оранжевый шар. Я как-то видел снимки Марса с орбиты, и эта планета была очень на него похожа. У меня даже закрались подозрения, что мы в Солнечной системе. Но вовремя вспомнил, что на Марсе жизни нет. Или науке это еще не известно? Для простоты я решил, что там жизни нет. А значит, эта планета не может быть Марсом. Ведь Контеко ищет планеты, куда можно будет отправлять туристов.

— Тал, давай спустимся пониже и посмотрим, что здесь и как, — предложил я.

— Я уже все посмотрела, — возразила мне Тал.

— Тогда давай отчет!

— Хорошо, капитан. Вся поверхность планеты покрыта бесконечными пустынями, местами встречаются горные хребты, изрезанные многочисленными пещерами. На полюсах расположены ледяные шапки, что говорит о наличии на планете в прошлом воды, а следовательно, богатой растительности и животного мира. Небо имеет серебристый цвет. По всей поверхности заметны очаги движения. Чаще всего, это огромные песчаные бури. С доступной мне стороны расположено двенадцать порталов.

— Зачем такая планета нужна Контеко? — удивилась Саманта.

— Экзотика? — предположил я.

— Скорее всего, корпорация видит возможность преобразования этой планеты во что-то подходящее их целям. Вряд ли найдется много туристов, желающих посетить пустыню, — сделал свое предположение Шен.

Дрок закивал головой, поддерживая своего товарища.

— Где тут можно приземлиться?

— Я нашла несколько мест, защищенных от песчаных бурь, — ответила Тал. — Там и портал есть рядом, и движения, вписывающиеся в определенную систему. Предполагаю, что там идет сражение.

— Ты опять нас решила высадить в гущу событий? — спросил я.

— Ну а где вы еще намерены искать коринианцев? Не думаешь же ты, что они сидят под зонтиком и попивают тропические коктейли?

— Ладно, — согласился я. — Высаживай нас. Влезем в драку, а там посмотрим.

— О, это по мне! — оживился Дрок.

— Сэм и Шен, остаетесь на яхте! — отдал я распоряжение. — Не высовывайтесь! Тал, обеспечь им безопасность!

— Есть, капитан!

Я видел, что на лицах товарищей появилось выражение обиды, но решил не обращать на это внимания.

— Если попытаются выбраться, придави их к чему-нибудь, чтоб не двигались до нашего возвращения.

Вот теперь обида проступила явно. Но сейчас это было не важно. Я хотел сохранить свою команду, а ни Саманта, ни Шен особых шансов в бою не имели.

— А если вы не вернетесь? — резонно спросила Тал. — Мне их так и держать придавленными до конца жизни?

— Нет! — раздраженно ответил я. — Если мы погибнем, а этого не случится, можешь отпустить их и улетать с планеты.

— Хорошо, капитан!

Я заметил, как напряглась Сэм, неподвижно застыв на стуле. Как распластался на диванчике Шен, точно так же оказавшись обездвиженным, как и Саманта.

— Тал?

— А что я? Они уже пытаются вырваться, — оправдываясь, сказала Тал.

— Так, разберетесь тут сами, уже не маленькие.

Я развернулся и вслед за Дроком вышел из кают-компании.

Тал высадила нас у самой горной гряды, отделяющей обширное ровное каменистое плато от бесконечных песков пустыни. Яхта взлетела, а мы с Дроком остались стоять посреди каменного пятачка, окруженного тонким слоем песка. Было видно, как ветер носит бело-желтые крупинки туда-сюда, образуя завихрения. Песок был повсюду. Нос и горло сразу забилось песчаной пылью, и стало трудно дышать. Я посмотрел на Дрока: тот стоял рядом и осматривался как ни в чем не бывало.

— Тебе песок нипочем? — спросил я соратника.

— Я задержал дыхание, так что все нормально. Немного колется и сушит кожу, но все терпимо.

— И долго ты можешь не дышать?

— Пару часов точно.

— Круто! Док, можешь что-нибудь сделать? Кажется, этот песок уже везде, — я передернул плечами, пытаясь стряхнуть с себя вездесущие крупинки.

— Сними рубашку и намотай на голову, а то напечет. Хорошо, что ты в плаще. Сейчас обеспечу тебе возможность нормального дыхания.

Вокруг носа и рта возник серебристый респиратор и дышать сразу стало легче.

— Ты тут теряешь много влаги, так что постарайтесь завершить свою операцию поскорее. В километре от вас идет бой. Думаю, будет правильным подкрасться и понаблюдать из-за выступа скалы.

Док повернул мою голову в нужном направлении, и я увидел слева от нас небольшой отрог, сильнее, чем остальные скалы, выступающий вперед. Дальше в том направлении пыль стояла столбом и были заметны вспышки. Кажется, доносились какие-то звуки.

Только сейчас я понял, что мне все это что-то сильно напоминает.

— Док, тебе не кажется… — начал было я.

— Кажется, Фред, — перебил меня Док.

— Но ведь это не может быть то, о чем я подумал?

— Не знаю. Давай сначала разберемся с первой задачей: подкрадемся и понаблюдаем.

Мы с Дроком, прижавшись к самым скалам, побежали к указанному Доктором Икс выступу. Стараясь держаться в тени нависающих камней, мы добрались до нужного места, оставшись незамеченными. И теперь могли видеть, как сотня людей или существ, очень на нас похожих, сражалась с парой десятков киборгов-дементоров.

Азгальцы теснили людей к скалам. С нашего места было сложно разобрать, где люди, а где киборги. Те и другие были в длинных балахонистых накидках. Азгальцы в своих «шевелящихся» плащах с накинутыми на головы капюшонами. Накидки людей отличались только цветом. Они были немного светлее и не так плотно прилегали к телам, то и дело мешая своим владельцам.

Ближний от нас фланг сопротивляющихся проседал гораздо сильнее. Тут уже кое-где азгальцы прижали людей к скалам. Лишенные возможности отступать, люди сопротивлялись до последнего, пока не оказывались сраженными искрящимися дубинками.

— Я не собираюсь на это смотреть! — прорычал Дрок и рванул вперед.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

— Док, щит и когти Росомахи! — выкрикнул я на бегу.

— Поехали! — воскликнул Док и дал мне, что я просил.

Дрок врезался в ряды азгальцев, как таран. Прошел насквозь, сразу снеся троих. Люди в балахонах сначала было ринулись на него, но заметив, что он топчет и отрывает конечности киборгам, радостно завопив, бросились добивать упавших.

Я проскочил мимо, сразу врезавшись в гущу событий. Вокруг заметались азгальцы, поняв, что расклад изменился.

Я, не переставая, махал когтями, не разбирая целей. Едва успевал подставлять щит под мощные удары дубинок. Различать своих и чужих мне помогал Док, подсвечивая тех и других разными цветами. Центральные ряды сопротивляющихся приободрились и начали теснить противника.

Я заметил, что на дальнем фланге дела идут отлично. Там яростно бился кто-то ростом не меньше азгальца, раздавая удары замысловатым подобием короткого копья, вспыхивающим красным каждый раз, когда острый наконечник достигал цели. От этих ударов киборгов начинало корежить, и они, упав на землю, некоторое время лежали, подергиваясь. Люди в балахонах ударами коротких ножей пытались прикончить лежащих. К сожалению, это не удавалось. Только у тех, кто использовал дубинки, оброненные азгальцами в ходе боя, получалось добивать киборгов.

Я оглянулся: Дрок был цел и остервенело рвал на части азгальцев голыми руками. Вокруг него уже собралось с десяток людей в балахонах, успешно изменивших стратегию с сопротивления на добивание раненых.

Что-то тяжелое прилетело мне в бок, и я рухнул, сложившись пополам. Мой позвоночник не должен был так сгибаться, как мне кажется.

— Фред! — завопил Док. — Не двигайся!

Я бы с удовольствием исполнил его просьбу, но прямо надо мной возникла голова гибрида человека и чужого. Скосив глаза, я увидел занесенную для удара дубинку с россыпью синих искр.

С двух сторон, разом, на плечах азгальца вдруг повисли люди в балахонах, остервенело тыкая ему в район шеи короткими, чуть изогнутыми ножами. Толку от этого было немного, но киборг замедлился, отвлекшись на нападавших.

Я чувствовал, как по ногам течет что-то горячее, обжигая даже в жару, царившую вокруг.

— Фред, у тебя сломан позвоночник, — произнес Док. — Мне нужно пять-десять минут, чтобы немного его починить, но все это время ты должен быть неподвижен.

— Хорошо, сейчас попробую договориться с азгальцем, чтобы он меня пока не добивал, — пробормотал я, чувствуя, что сознание ускользает.

— Попробуй, — произнес Док, и все вокруг начало меркнуть.

Последнее, что я увидел, была красная вспышка совсем рядом со мной.

С планеты мы взлетали в полной тишине. Ни я, ни Саманта не говорили, а только сидели и смотрели на удаляющуюся желто-оранжевую поверхность легендарной планеты. Дрок, до этого момента что-то рассказывающий Шену, замолчал, видимо, почувствовав общую атмосферу.

— Мы готовы к прыжку, капитан, — едва слышно произнесла Тал. — Координаты Корини внесены. Расчетное время — три часа двадцать минут.

— Дай еще немного насладиться видом, — попросил я ИИ.

Планета под нами уже превратилась в маленький коричневый шар с тонкой голубой ниточкой атмосферы вокруг. На полюсах были едва заметны крохотные беловатые пятнышки ледников. Стоило бы уже давать отмашку на старт, но я все смотрел и смотрел, не в силах оторваться от вида из детства. Именно так выглядела эта планета в старинной игре, созданной уже давно не существующей компанией. Сколько людей мечтали увидеть в реальности то, что видели только на экране монитора?! Наверное, много, но вот им не судьба, а мне удалось. Но я не мог полностью порадоваться за себя в этот момент. Ведь не только от мечтаний всех этих людей, но и от них самих уже ничего не осталось. Сколько вообще во вселенной сохранилось представителей моего вида? Десятки? Сотни? Скольких азгальцы успели вывезти с планеты и продать в рабство?

Я взглянул на Сэм, задумчиво смотрящую на удаляющуюся планету. Не знаю, похожие ли мысли были в ее голове или она думала о зеленых полянках с единорогами, но по выражению скорби и решительности на ее лице я понял, что точно не о втором.

Вой сирены выдрал меня из задумчивости, как тазик ледяной воды мог пробудить любого лежебоку.

— Тал, что случилось! — крикнул я, замечая, что вся моя команда подорвалась и стояла рядом со мной.

— Из гиперпространства выходит тяжелый крейсер. Это судя по размерам. Пока не могу идентифицировать принадлежность. Пора драпать, капитан! Чей бы он ни был, он точно нам не друг.

— Так чего же мы ждем? Прыгай!

Звезды на экране дернулись, но остались на месте. Затем еще раз, и все то же самое. Привычной серости гиперпространства не возникало.

— Что-то не так? — спросил я Тал.

— Да! Не удается! — слегка панический голос Тал меня удивил и напугал.

— Что значит не удается?

— Нас что-то держит!

На экране пространство хаотично закрутилось, отчего сильно закружилась голова. Видимо, Тал вела поиск, забыв отключить наш обзор.

— Есть! — воскликнул ИИ.

Вращение остановилось, и перед нами во всей красе оказался небольшой эсминец.

— Это Гринжи. Сканирование пространства показало присутствие направленного на нас луча. Видимо, он каким-то образом блокирует мои возможности перейти в гипер. Нас поймали, капитан!

— Без паники! Покажи тяжелый крейсер. Вдруг это все же кто-то другой.

Изображение резко сменилось. Перед нами разворачивалось эпичное действие. Крейсер, выходящий в реальный космос. Я никогда не задумывался, как это выглядит со стороны. Оказывается, очень красиво. Серый разрыв пространства выглядел раной на черном теле космоса. Словно кто-то прорезал кожу тупым гигантским ножом. Отчего осталась рваная рана, с бордовыми отсветами по краям. А внутри клубящаяся серость изнанки пространства. Из этой раны очень медленно высовывался огромный нос корабля. Точнее к этому моменту вышла уже добрая половина корпуса. Весь сигароподобный крейсер был как будто затянут в прозрачную пленку, переливающуюся всеми цветами радуги. Причем не в кокон, а точно по корпусу. Сияющая пленка плотно обтягивала борта с каждым выступом на них. Какие-то антенны, остриями смотрящие вперед. Крошечные, на таком исполине, бортовые орудия. Все это было обтянуто, казалось, тончайшей искрящейся материей.

— Что на нем за пленка? — спросил я ИИ.

— Это защитный барьер. Он делает корабль полностью неуязвимым извне. Только если два таких барьера соприкасаются, то происходит то, что случилось с линкором над Городом. Либо он, либо мы, либо оба разом разрушаются.

— Это всегда происходит так медленно? — спросил я Тал, имея в виду движение корабля.

— Для нас медленно. Для экипажа крейсера они все еще находятся в гипере и не видят реального космоса. Именно это явление создает определенные сложности в преследовании крупным кораблем мелкого. Зато и мелкому дает некоторые шансы ускользнуть в серии прыжков.

— Тогда почему мы в прошлый раз просто не попытались ускакать от линкора? — спросил я.

— Они бы не пошли за нами на линкоре, а отправили катера. У нас не было бы никакого шанса уйти.

— И что нам сейчас делать? — спросила Саманта.

— Нас поймали за хвост. Тут либо взрывать яхту и отправляться на тот свет, либо ждать и потом стараться подороже продать свои жизни, прихватив туда несколько врагов, — ответила Тал.

— И другого выхода нет? — удивилась Сэм.

— Не слушай ты эту романтику пиратской жизни! Что это за мысли такие: потопить корабль, пока враг его не захватил, или драться насмерть, отправив на тот свет побольше противников? — произнес я, пока Тал не наговорила чего-нибудь такого, от чего боевой дух упадет ниже плинтуса. — Нас не убьют сразу. Уверен, сначала зададут несколько вопросов.

— Успокоил, — с сарказмом ответила Саманта.

— Это вас не убьют, — обиженно пробормотала Тал. — Меня сразу сотрут и отправят в переработку.

— Не думаю. У них наверняка есть протоколы для разбирательства, бюрократию никто не отменял. Я в этом убедился, попав за решетку. Будь это азгальские стервятники, возможно, так все и было бы. Но если тут Гринжи, то, значит, какую-то видимость проведения расследования они соблюдут. И это даст нам время придумать, как выкрутиться.

— Наивный!

— Шен, у тебя получится взломать эсминец на таком расстоянии?

— Нет, капитан, — с грустью ответил богомол. — Слишком далеко. Я уже пробовал. Если нас будут конвоировать азгальцы или другие киборги, я смогу взять под контроль парочку. Если будут живые существа, то это уже на вас.

— Понял, — коротко ответил я.

Тем временем из прорези в пространстве выполз тяжелый крейсер, целиком оказавшись в реальном космосе. Бордово-серая рана мгновенно затянулась, и сразу же исчезла искристая пленка вокруг корабля. Крейсер рванул с места, за секунду превратившись в точку.

— Ого, — произнесла Тал, — а они на хорошей скорости заходили в прыжок. Сейчас он погасит остатки инерции и вернется к нам. Вот тогда и узнаем, есть ли у них бюрократия.

— Крейсер Гринжи? — на всякий случай спросил я у Тал.

— Да, именно их.

Эсминец все еще держал нас на «привязи» и даже не пытался выходить на связь. Тал проморгала мелкий корабль, который к нам подкрался, но я не хотел сейчас кого-то обвинять и устраивать разборки. Что случилось, то случилось. Теперь нужно придумывать, как выпутываться.

Экран моргнул, и появилось изображение рубки.

— Я приняла входящий, — слегка запоздало заявила Тал.

На экране появилось знакомое лицо.

— Привет, Крис, — поздоровался я со старым знакомым, который меня допрашивал. — Догнал все-таки?

— Как видишь, — ответил тот с чувством явного превосходства в голосе.

— Как нашел?

— Нельзя отпускать с поля боя азгальцев. Тем более, если они опознали тебя. Урок на будущее, который тебе никогда не потребуется.

— Уверен? — Мне хотелось немного задеть его.

— Уверен! Больше ты от меня не уйдешь.

Повисла неловкая пауза.

«Док, — позвал я симбионта. — Передай Тал, если пропадет луч, и мы сможем прыгнуть, пусть выполняет без моего подтверждения». «Хорошо, Фред», — прозвучало в голове в ответ.

— Эта сучка Саманта с тобой? — спросил Крис.

— Нет, — я махнул рукой и покачал головой. — Я оставил ее на планете. Можешь сгонять поискать ее, я подожду.

— Сканер показывает присутствие четырех биологических созданий на борту. Полагаю, эти два неудачника из тюрьмы остались с тобой. Значит, четвертая — девчонка. Эй, Сэм, готова отправиться к азгальцам?

Саманта выступила в поле зрения камеры. Я не успел ее задержать. Девушка вышла вперед, показывая средний палец Крису.

— Я лучше убью себя, чем сделаю это! — выкрикнула она.

— Ну так можешь приступать! Потому что именно это с тобой и будет. Я с ними уже договорился, — нахально усмехнулся блондин на экране.

— Тише! — Я взял Сэм за плечи и отвел в сторону. — Не слушай его. Мы сбежим, — тихо добавил я.

— Сейчас вас подтянут к нам в док, — сообщил Крис. — Тогда и поговорим. А пока не рекомендую дергаться. Иначе уничтожим вместе с кораблем!

Связь прервалась, а нас потащило под брюхо крейсеру.

— Нас тянут лучом, — сообщила Тал. — Блокировку прыжка не отключают. Я ничего не смогу сделать, капитан. Блокировку могут и вообще не снять, пока крейсер не решит прыгнуть сам. Я очень виновата.

— Все в порядке, — постарался я успокоить ИИ. — Если не будет поля или что нас там держит, ты сможешь прыгнуть прямо из дока?

— Да, но это снова будет та же ситуация, что и с линкором. Либо мы, либо они.

— Нам повезет! Я уверен.

— Не знаю, капитан, не знаю.

В коридоре началось черт-те что. Два азгальца напали на существ в полицейской броне, но уложить их с первого раза не удалось. Двое других киборгов бросились на своих собратьев, явно заподозрив их в неадекватном поведении. Упавшие на пол полицейские попытались открыть огонь по нам с Самантой, но пробить энергетическое поле, закрывающее вход, не получилось. Рикошетом зацепило одного из взломанных Шеном киборгов, и того разнесло на запчасти. При этом его оппонент встрепенулся и бросился на стрелявших по нам.

Пока все отвлеклись, поле на камере наших друзей исчезло, и Дрок, выскочив, принялся топтать и выламывать руки одному из полицейских. Второй был занят разборками с взломанным азгальцем.

Я подполз поближе к мертвому Крису и попытался вытащить из его рук Доктора Икс. Перчатки не разжимались, по-прежнему треща и искрясь. Док дергал ножками и верещал.

— Сэм, давай поближе ко мне! — крикнул я девушке. — Когда Шен снимет поле, сможем хоть укрыться за трупом.

Девушка прыгнула от стены и упала рядом со мной как раз вовремя, чтобы не попасть под выстрелы, которые хаотично полетели со стороны коридора, как только исчезло поле. Дрок закончил с первым и бросился добивать второго полицейского. Саманта прицелилась и открыла огонь по паре киборгов. В кого из них стрелять, было не важно. Ни того, ни другого было не жалко.

Я изловчился и просунул палец между намертво сведенных ладоней Криса. Поле перчаток надежно удерживало ловушку закрытой. Меня тут же тряхнуло током, и я инстинктивно отдернул руку. Затем понял, что есть шанс вытащить Дока из электроловушки: закричал и сунул пальцы в синие электрические разряды поля. Меня трясло, обжигало искрами, щипало, казалось, срывало плоть от костей, но я, не останавливаясь, просовывал пальцы, пока не уперся в гладкий бок глаза. Поймал его, извивающегося, и потянул из мертвых ладоней. Кое-как у меня получилось отогнуть палец Криса и протащить Дока в образовавшуюся щель. Он сразу перестал трястись и верещать.

Поле боя оставалось за нами. Дрок покончил со всем, что двигалось в коридоре, оставив груду запчастей и красные разводы на полу. Нужно было выбираться. Саманта помогла мне подняться: я держал в одной руке Дока, другой опирался на ее руку. Стоять было тяжело. Видимо, в прыжке со стула повредил ногу. Я не представлял себе, как смогу бежать по коридорам. Учитывая, что нас довольно далеко увели от шлюза, где осталась Тал.

Нам навстречу выскочил Шен. Дрок, уже немного отдышавшись, стоял посреди коридора над трупами поверженных врагов.

— Бежим! — крикнул богомол. — Я помню дорогу!

— Не могу, — сказал я, попробовав наступить на ногу.

— Черт! — воскликнул Шен.

— Фред, верни Дока на место, он тебя подлечит! — крикнула Саманта, озираясь по сторонам.

Я понимал, что нужно спешить, но не был готов вставить свой бывший глаз в глазницу.

— Нет, — пробормотал я. — Не уверен, что стоит.

— Фредди! Да ты что?! Он же тебя спасал ни один раз! Думаешь, все, что говорил Крис, это правда?

— Не знаю, Сэм, но хочу выяснить, а пока Док побудет отдельно.

Я вдруг почувствовал, как взлетаю в воздух и оказываюсь на плече у Дрока. Человек-черепаха схватил меня и, как мешок с пожитками, забросил на плечо. Голова свисала где-то сзади, живот опирался на плечо, а ноги, придерживаемые Дроком, болтались спереди. Так что во время бега я больно бился животом о твердые, как камни, мышцы товарища. В голове промелькнуло: «Хорошо, Док немного подкачал мне пресс, иначе бы отбил себе все внутренние органы».

Приподняв голову, я видел Шена и Саманту, бегущих следом. Шен то и дело указывал, куда сворачивать. Вдруг Дрок отпрыгнул, прижавшись боком к стене, едва не втрамбовав туда мою голову.

— Не выходить! — крикнул он бегущим следом, еще не успевшим выскочить из-за поворота.

Я видел, как Саманта развернулась у самого угла, на мгновение показавшись и сразу скрывшись обратно. Шен был не столь проворным. Он выскочил в коридор, не успев затормозить. Заскреб ногами на месте, пытаясь укротить инерцию. Через то место, где мы только что стояли, пронесся сгусток синей энергии: такими же по нам стреляли в тюрьме, где мы познакомились с хакерами. По касательной задев Шена, заряд ушел в стену. Богомола отбросило за угол, оттуда послышался крик, переходящий в визг. Я вдруг понял, что в отличие от Дрока вряд ли переживу подобное попадание. А вот смог ли его перенести Шен, я не знал. Черепаха, пятясь задом вдоль стены, дошел до угла и спрятался от стрелявших по нам врагов. За углом Саманта, склонившись над затихшим Шеном, трясла его, пытаясь привести в чувство.

— Как он? — спросил Дрок, как только увидел происходящее.

— Пока молчит, — ответила Сэм. — Но глазами вращает. Значит, жив.

Дрок подошел и осторожно опустил меня рядом с товарищем.

— Друг, ты как? Поговори со мой.

— Что там? — спросил Шен, едва ворочая языком.

— С десяток полицейских. Все в броне и с оружием. Тут нам не пройти. Один не справлюсь.

— Другого прохода я не знаю, — возразил Шен. — Если попытаемся отступить, заблудимся.

— Тут не пройдем! — еще раз повторил Дрок.

Шен попытался подняться, но тут же отказался от попыток. Бок был обожжен и почернел. Ноги совсем не шевелились.

— Фред, — произнесла Саманта у меня над самым ухом. — Без тебя и Дока мы не справимся. Если ты ему больше не доверяешь, то вытащишь снова, как только окажемся на яхте, а пока вы нам нужны! Дрок один нас не выведет.

— Не уверен, что он все еще наш Доктор Икс. Его знатно потрясло в руках Криса, — с сомнением произнес я.

— Ну, так спроси его о чем-нибудь, что знает только он!

«Док, — сказал я, вздохнув. — Ты как, с нами?»

«Кто здесь? Тут темно, — послышался приглушенный голос. — Поднимите мне веки! Я ничего не вижу!»

«Это потому, что ты зажат у меня в кулаке», — улыбнувшись, сказал я.

Кажется, мой симбионт не пострадал.

«Так вот почему вокруг так сыро и воняет», — недовольно пробурчал Док, как только я разжал кулак.

— Что ж, характер у него точно остался тот же, — печально начал я, но договорить не успел.

Из-за угла выскочили двое в броне и, быстро сориентировавшись, синхронно всадили два заряда в Дрока. Тот зарычал и бросился вперед. Я видел, как из-под шлемов полетели красные брызги, когда бугай провернул их вокруг оси.

Трупы упали рядом, а Дрок рванул в коридор, через секунду пролетел обратно, отброшенный чем-то посерьезней синих сгустков. Его впечатало в стену, и он не смог сразу подняться. Какое-то время лежал и тряс головой, соображая, что происходит. Тем не менее поднялся, но уже не столь рьяно заковылял в коридор, откуда летели все новые и новые сгустки теперь уже разных цветов.

— К черту твою нерешительность, Фред! — зло крикнула Саманта и, бросившись к углу, открыла беглый огонь из пистолета.

Я понимал, что тянуть больше нельзя. Дрок ранен, но пока бьется за всех нас. Из пистолета Саманты много не настреляешь, особенно против бронированных полицейских. Если удастся отвлечь часть огня на себя, и то хорошо. Главное, чтобы не зацепили. Шен в рукопашной совсем не вариант. Ничего он не сможет сделать против людей в броне, а азгальцев наши противники разумно на этот раз не отправили. Видимо, посмотрели записи и смекнули что к чему.

Я посмотрел на глаз, лежащий в ладони, и поднес его к глазнице.

— Давай, Док, пришло время повоевать!

— Уверен, что я не сожру твой мозг?

— Да иди ты! — пробормотал я и сунул шутника внутрь.

Внутри что-то противно зашевелилось, и перед глазами возник уже привычный интерфейс.

— Ладно, погнали! — воскликнул Док, и я почувствовал, как боль в ноге, сводившая меня с ума, мгновенно утихла. — Ну, как нога?

— Отлично! Спасибо, что спросил!

Я вскочил и, подбежав к Саманте, отодвинул девушку за угол, заняв ее место.

— Нужно взглянуть, — оправдал я свое вмешательство в ход боя.

— Пусти! — крикнула Сэм, и попыталась меня пододвинуть.

Я повернулся к ней и взглянул в оба глаза. Девушка сразу притихла.

За углом все было плохо, и я, не раздумывая, бросился вперед, на ходу пнув один из странных излучателей, которые остались лежать посреди коридора рядом с трупами, в сторону Саманты. Я надеялся, что девушка разберется, как им пользоваться. Щит сам оказался в руках и успешно отразил первый же полетевший в меня сгусток красного цвета. Когти Росомахи вылезли, и я, пробегая мимо Дрока, сражающегося с тремя полицейскими, всадил их в шею одному из врагов. Тот сразу осел на пол. Дальше разбираться было некогда: я верил, что с двумя Дрок справится. Хотя и заметил, что силы уже покидают здоровяка. Двигался он намного медленнее: кажется, у него не хватало половины бока и одной кисти.

Определив меня приоритетной целью, шестеро засевших в конце коридора противников перевели огонь. Серия из сгустков энергии разных цветов отбросила меня на пару метров назад и растеклась по щиту плотной сеткой разрядов. Было странно, что эти крохотные молнии ползали по поверхности металла, но не перекидывались на мою руку или тело. Если не перекидываются, то можно с ними бороться!

— Не делай поспешных выводов! — предупредил меня Док. — Они испаряют металл! Еще немного и у тебя не будет щита!

Я взревел, как бык в агонии, и, преодолевая сопротивление то и дело прилетающих в меня разрядов, попер в ближний бой. Там вряд ли будут стрелять, а мои шансы многократно возрастут.

Чего я не учел, так это того, что мои когти не смогут пробить броню. Батареек у меня с собой не было, а когти Росомахи только оставляли глубокие царапины на прочном металле и изредка достигали цели, когда мне удавалось попасть между сегментами.

На меня навалились сразу четверо. Падая, я заметил, что Дрок бьется один на один, но не был уверен, что после боя он не отключится и сможет прийти мне на помощь. Почему не стреляет Саманта?

Подмяв меня под себя, полицейские попытались выкрутить мне руки, но тонкий металл на кистях их брони поддавался когтям, и я успел отрезать парочку, пока противник не понял, что к чему. Щит выбили из рук, и он отлетел к стене, по нему все еще ползали молнии, пожирая и истончая металл.

— Док, они меня раздавят! — прохрипел я. — Что можно сделать?

— Были бы батарейки, разобрались бы в два счета, — ответил Доктор Икс. — А так, даже не знаю. Одна надежда на друзей.

— Док, ты же можешь работать с моими тканями. Это та же энергия! Неужели нельзя преобразовать хотя бы часть и запустить когти Фредди Крюгера?

— Могу попробовать, но не знаю, что получится.

— Пробуй! — едва выдавил я из себя, понимая, что еще чуть-чуть, и мои ребра лопнут.

Бедро обожгло, словно кислотой. Я успел почувствовать, как плавится, превращаясь в кашу, большая мышца. Потом Док ойкнул, и боль исчезла.

Я ощутил, как одни когти сменились на другие, и мысленно помолился, чтобы они заработали, как надо. Закричав скорее от натуги, чем от боли, я повернул кисть с когтями и прижал их к животу лежащего поверх меня полицейского. Он закричал, а на меня полилось что-то горячее, противное и посыпался серый пепел. Я извернулся, крутанул кистью, и крик стих. Меня накрыло волной вони. Видимо, не вся материя успевала дезинтегрировать.

Проковыряв тело насквозь, я сунул руку выше, и завопил второй полицейский. Двое его товарищей, почуяв неладное, вскочили на ноги. Я быстрым движением рассек пополам оба лежащих на мне тела, поднялся и встал в стойку, выставив когти вперед. Полицейские в нерешительности отступили. Зато те двое, что не участвовали в наших молодецких игрищах с борьбой и расщеплением материи, подняли пушки.

Мы все устроились в кают-компании. Здесь и места было много, и перекусить можно. Саманта помогла мне доскакать до стола и присесть на стул. Остальные уселись сами.

— Давайте поедим и пойдем отдыхать, — предложил я своей команде. — Мы не знаем, что нас будет ждать на выходе, так что нужно быть в форме.

Ребята согласно закивали и принялись потрошить запасы пищевого синтезатора. По счастливой случайности предыдущий владелец яхты не удосужился опустошить закрома кухни, когда продавал Талию.

— Док, что мне сейчас нужно съесть в первую очередь, чтобы восстановить боеспособность?

— Мясо или любой другой белок, немного аминокислот можно добавить сверху, — задумчиво произнес Док. — Пожалуй, чистой энергии бы не помешало. Спирт, например.

Представив свой рацион, я передернул плечами от отвращения.

— Саманта, посмотри, пожалуйста, нет ли в этом баре крепкого алкоголя? Пить чистый спирт даже в медицинских целях — это ужасно. Культура потребления крепких напитков на моем корабле должна быть на высоте! — улыбнулся я.

Саманта отошла к бару, открыла его и, отставив в сторону бутылочку с крамсом, принялась перебирать содержимое.

— Фредди, тут только ром, причем выдержанный, не представляю, где азгальцы его достали! — удивленно произнесла Сэм.

— Что ж, вполне подходящий напиток под наш статус пиратов, — усмехнулся я. — Возможно, последняя бутылка рома с Земли. Кто будет?

Шен и Дрок замотали головами, отказываясь в этом участвовать.

— Ну и ладно, нам больше достанется! — воскликнул я.

— Я вообще-то тоже не люблю этот напиток, — произнесла Саманта. — Не понимаю я его.

Девушка с сожалением пожала плечами, словно за что-то извиняясь.

— Вот теперь придется пить в одиночестве, — я выдохнул и опустил плечи, сокрушаясь о судьбе пиратского капитана, команда которого отказывается поддержать своего предводителя. — Надеюсь, он в дубовой бочке, — пробурчал я себе под нос. — Ноги нет, посажу Пуфа на плечо вместо попугая и буду распивать паршивый ром, сидя на деревянной бочонке.

Воображение рисовало парусник, летящий среди бушующих в ночи волн. Я, сидя на бочке, колотил по ней деревянной ногой и что-то кричал пьяным голосом. Саманта превратилась в юнгу, но почему-то с темными волосами и приятным девичьим личиком. Шен в старинном камзоле сидел в корзине на самом верху мачты и кричал: «Земля! Я вижу землю!» Дрок, расхаживал взад-вперед по уходящей из-под ног палубе и, не переставая, твердил: «Сокровища! Они будут наши! Мы сотрем в порошок этого Трелони и повесим Смоллетта на рее!»

— Фред, — голос Дока звучал где-то очень далеко, даже дальше, чем я мог бы его слышать. Казалось, его доносил мне ветер. — Фред, очнись!

Голос набирал силу, оставляя завывания шторма за бортом. Я почувствовал под щекой что-то твердое, а затем кто-то открыл мне рот и что-то туда засунул. Кляп! Меня предали и хотят запереть в кубрике! Я дернулся и пришел в себя.

Саманта, поддерживая мне голову, насильно впихивала в меня сардельки с хрящами и целлюлозой. Я откинул голову и выплюнул произведение поварского искусства девушки и пищевого синтезатора.

— Сэм, что случилось? — спросил я, как мне казалось, уверенно и недовольно, но послышался только слабый хрип.

— Ты свалился со стула и начал бредить что-то про сокровища, — ответила мне девушка, все еще не выпуская мою голову из рук.

— Фред, извини, я немного отвлекся, — произнес Док. — Пропустил момент, когда началось самопроизвольное распадение мышечной ткани там, где я брал твою плоть для преобразования в энергию. У меня не было ресурсов все подлатать. Хорошо хоть Саманта сообразила, что сардельки можно практически не жевать и в них есть все, что требуется для восстановления.

Я посмотрел на Сэм. Девушка слегка виновато смотрела на меня, но где-то в глубине ее глаз горели искорки и плясали маленькие чертята.

— Отомстила за мою нерешительность на поле боя, накормив бумажными сардельками? — спросил я ее, улыбнувшись. Голос уже немного окреп, и я смог приподняться. — Но ты же в меня выстрелила, тебе было мало?

— Прости меня, Фредди! Пожалуйста! Я чуть не убила тебя, — девушка сложила ладони, словно решила помолиться, ее глаза наполнились слезами. — Док говорит, что это пуля вызвала такие последствия. Прости!

— А еще я сказал, что ему вовсе не обязательно об этом знать, — перебил ее Док.

Я поудобней уселся на полу и, потянувшись, обнял Саманту, прижал ее к себе.

— Все хорошо! — успокоил я Сэм. — Откачали и хорошо. Поможешь мне встать?

Я поднялся, опираясь на руку девушки. В кают-компании было пусто.

— А где ребята?

— Они ушли, как только Док сказал, что все хорошо и тебе просто нужно немного полежать.

— И давно это было?

— Минут сорок назад.

Я посмотрел вниз и обнаружил свою бедренную мышцу там, где она и должна была быть.

— Спасибо, Док! Спасибо, Сэм!

— Да не парься! Всегда рад помочь!

Саманта вместо ответа обняла и поцеловала меня.

— Я рада, что выстрелила не посередине, — сказала девушка и подмигнула, признавая, что она все же передумала устраивать мне воздержание. Прижалась ко мне всем телом и медленно провела по внутренней стороне бедра ладонью, чуть задержав ее в районе паха. — У нас есть еще больше двух часов.

— Не сейчас, Сэм, нужно отдохнуть, — как можно мягче сказал я.

Мне еще никогда не доводилось отказывать девушке в сексе, по крайней мере намеренно. Саманта картинно надула губки и сделала шаг назад.

— Уверен? — она очень искренне улыбалась, а глаза обещали такое, о чем любой мог только мечтать. — Хотя я понимаю тебя. — Сэм вдруг как-то ссутулилась, плечи опустились, и из роковой красотки она вмиг превратилась в обычную девушку. Но, кажется, именно такая Саманта мне и нравилась. — Требуется отдых. И тебе, и нам всем.

Девушка так и осталась стоять передо мною: плечи опущены, руки безвольно свисают по бокам. Я взглянул ей в лицо и заметил, как по щеке катится слеза.

— Сэм?

Я подошел и обнял ее. Саманта сложила руки перед собой и прижалась ко мне всем телом. Ее начало трясти, и она зашлась в громких рыданиях. Я гладил ее по голове, но она от этого только сильнее продолжала плакать.

— Да что с тобой? — недоуменно спросил я. — Ты то смеешься, то секс тебе подавай, то рыдаешь?

Саманта молчала, уткнувшись лицом мне в грудь, но рыдать перестала. Сейчас я чувствовал только, что ее слезы промочили мне футболку и она липнет к груди. Я постарался аккуратно поднять голову Сэм, чтобы видеть ее глаза. Слезы текли не переставая. Девушка смотрела на меня довольно долго, а потом как-то очень спокойно сказала:

— Фред, я убила его. Понимаешь? Убила человека! — она замолчала и не произносила ни слова достаточно долго, при этом не отводя взгляда. — Я мечтала это сделать. Прокручивала это в своей голове миллион раз. Придумывала ему такую смерть, что даже и вспомнить страшно. А теперь я это сделала и ничего не чувствую. Ни укора совести, ни облегчения и от этого мне страшно. Я чудовище, Фред?

— Нет, Сэм, — как-то вяло произнес я, и тут же сам себя обругал, собрался и сказал с уверенностью: — Нет! Ты не чудовище. Я не знаю подробностей, но я знаю тебя. Ты хороший человек.

Саманта улыбнулась сквозь слезы.

— Спасибо! Но я все равно не уверена, что мне стало лучше. Наверное, на это нужно время. И секс, много секса! Но я понимаю, что тебе нужно привести голову в порядок, так что я пойду в каюту, а ты останешься здесь и будешь думать свои думы. Правда хочу, чтобы ты знал, что если бы ты пошел со мной, то весь, подчеркиваю, весь секс до этого момента, который у тебя был, показался бы тебе детским трехколесным велосипедом по сравнению с Феррари.

Сэм улыбнулась так, что у меня потекли слюнки, и я всерьез раздумывал наплевать на все и пойти с ней в каюту, закрыть дверь и согласиться на все, что она предложит. Но девушка опередила меня, вытерла слезы со щек тыльной стороной ладоней, шагнула ко мне и поцеловала, не забыв глубоко просунуть свой язычок.

— Чего бы там мне ни хотелось, ты сейчас останешься здесь и будешь заниматься своими делами.

— Сэм, мне действительно нужно немного побыть одному. Привести мысли в порядок. Не обижайся, пожалуйста! Зато потом я тебе устрою такое…! Ты самая сексуальная и красивая девушка из всех, кто у меня был! Нет, даже не так! Ты самая сексуальная и красивая девушка в мире!

— Ага, особенно если учесть, что нас осталось пара десятков, — Сэм усмехнулась, но не саркастично, а как-то спокойно. И я осознал, что она меня понимает, просто хочет оставить последнее слово за собой.

Она снова подмигнула и чмокнула меня в щеку. Развернулась и, покачивая бедрами, вышла из кают-компании.

Я остался один. Сел за стол, подперев голову руками. Ситуация складывалась такая, что немного остановиться и поразмыслить не помешает. Я не был уверен, что сам понимаю, во что ввязываюсь. А главное, что из-за всех этих проблем с семьей Гринжи могут пострадать мои друзья. Странно было думать об окружающих меня существах, как о друзьях. Скажи кому год назад, что мои друзья — большой серый богомол и гигантская человекоподобная черепаха, отправили бы в дурдом. Но и Шен, и Дрок, я уж не говорю о Саманте, были мне очень близки. Друзья, соратники, может, даже семья, которой у меня не было на Земле. Мама не в счет. Мама — это мама.

И сейчас, отправившись на Корини, я мог не просто подставить тех, кто был рядом, а подписать им смертный приговор. Учитывая отношение семей к планете непокорных. И если за Сэм охотился Крис по одной им известной причине, только прикрываясь делами семьи и поисками моей яхты, то на меня ополчилась одна из самых могущественных и влиятельных семей Города. Не думаю, что полицейские функции доверили бы кому-то со стороны. А тут еще такие потери во флоте. Я не знаю, сколько кораблей у полиции, и, возможно, разрушение двух боевых единиц будет незаметно в общей массе, но все же.

Я вдруг почувствовал какой-то дискомфорт в глазнице, словно внутри черепа что-то зашевелилось. Встроенный интерфейс, уже привычно не замечаемый мной, мигнул и исчез. Мой глаз начал выкарабкиваться наружу.

— Док? Что ты делаешь?

— Я обещал, что смогу отлипнуть от тебя, как только закончится бой, и я это делаю. Лечение закончилось, теперь ты в порядке. Могу полежать на полочке, пока ты не решишь, как со мной поступить, — обида в голосе Доктора Икс была едва заметна, но я уже привык к его интонациям и понимал, что он чувствует. Если это слово, конечно, применимо к таким существам, как он.

— Постой, — попросил я Дока, тяжело вздохнув. — Останься, прошу.

— Передумал? — спросил Док, забираясь обратно.

— Не знаю. Все сложно. Я испугался, когда узнал, что ты собой представляешь. Согласись, узнать, что внутри тебя живет кто-то другой, не лучшее известие.

— Скажи это беременным мамашам, которые очень хотят малыша, — буркнул Док.

— Ты меня понял! — повысил я голос. — Извини. Я на нервах.

— Да все в порядке, Фред, поверь, я знаю. Делаю анализ твоей крови каждую минуту.

— Тогда ты должен понимать, что я в замешательстве. С одной стороны, опираясь на обилие примеров в земной литературе и кино, мне страшно, что ты меня поглотишь.

— Ага, как у одного древнего писателя в книжке «По ту сторону сияния», — усмехнулся Док. — Там вообще пришельцы переписали какие-то тонкие энергетические структуры в нервную систему людей и потом поглощали их, полностью вытесняя хозяев. Это что же нужно было курить, чтоб такое придумать? — привычно заржал Доктор, вернувшись в свое обычное состояние.

— С другой стороны, — продолжил я, не обращая на него внимания, — ты меня никогда не подводил. Всегда помогал мне, когда мы попадали в передряги.

— Вот как сейчас? — хихикнул Док.

— Иногда, конечно, прикалывался надо мной, но ничего такого, что стоило бы припоминать. Разве что самый первый бой с азгальцем я тебе не прощу, — усмехнулся я. — Но боюсь, что, когда ты вернешь память, ведь, как я понимаю, именно это сказал тебе Сайраддин в приватной беседе, ты не захочешь возиться со мной. Или того хуже, все же решишь поработить меня? Ведь мы не знаем, каким ты был до того, как потерял память. Вдруг ты был жестким боевиком, отправившимся искать Лидера, и тебе понадобится тело киборга, чтобы продолжить свои поиски?

— Фред, Фредди, — забормотал Док, — с чего ты взял, что я какой-то другой? Не думаю, что характер, а он, по моему скромному мнению, у меня имеется, зависит от наличия или отсутствия памяти. Как правило, добрые дети вырастают хорошими людьми. Верно и обратное. Сомневаюсь, что я был человеческим мальчиком, но каким бы я ни был на вид, вряд ли я появился на свет сразу взрослым. Думаю, что бы мы ни узнали обо мне, это будет всего лишь набор воспоминаний, не больше.

— Ты меня немного утешил, Док. Я действительно беспокоюсь, и это чувство относится не только ко мне. Я переживаю за друзей. Без тебя нам придется очень сложно. Если ты останешься со мной, у нас больше шансов выжить. Не знаю, каким ты был коринианцем, но из тебя получился отличный имплантат, помощник и друг.

— Сейчас заплачу. Ой, у меня же нет слезных желез! Сейчас ты у меня поплачешь!

— Только попробуй! — пригрозил я Доку шутя.

— А чего пробовать?

Из глаз ручьями хлынули слезы, покатились по щекам, крупными каплями забарабанили по столешнице.

— Вот такие выходки не добавляют баллов в твой актив, а только доказывают, что я твоя марионетка, — сквозь слезы пробормотал я.

— Если бы я хотел, ты бы сейчас плясал или еще чем непотребным занимался, или вообще отправился бы к Саманте и отдался в ее шаловливые ручки, а я бы все это заснял для потомков. Что-то мне подсказывает, что в ближайшее время я соберу неплохую коллекцию нового порно.

— Только попробуй!

Док задумался, а потом произнес очень спокойным голосом:

— Но ведь я этого не делаю.

— Вот-вот, сейчас не делаешь, но можешь!

— Могу, — легко согласился Док. — Но только если это будет смешно и забавно, а иначе в чем смысл? Ладно, Фред, я действительно люблю над тобой подшутить, но в серьезных ситуациях никогда не подведу. И это вовсе не потому, что без тебя, без этого куска мяса, я останусь просто искусственным глазным яблоком. Нет! В тебе есть что-то такое, что заставляет других следовать за тобой. Уж не знаю, может, это, конечно, жалость к убогим?

— Док!

— Да шучу я, шучу! Нет у меня никакой жалости к тебе! В следующий раз оторвет тебе голову, так и оставлю. Приделаю к ней четыре ноги и буду бегать.

— Док! — снова не выдержал я.

— Извини, Фред, иногда не могу остановиться, — признал Док. — Я не об этом. Ты прирожденный лидер. Дрок и Шен последовали за тобой не просто так. И вовсе не из-за того, что ты их позвал. Они чувствуют в тебе силу. Они видят, что ты способен придать смысл их борьбе. Ты вырос, Фред. И даже та заминка, за которую ты себя коришь, а я вижу, что это так, даже она не умаляет твоих заслуг в руководстве нашей маленькой шайкой. Ты смел и местами безрассуден, но иногда стоит быть таким. Возможно, ты еще не видишь всего в целом, но я верю в тебя, ты научишься! Так что не важно, что было у меня в прошлом, каким бы бойцом я ни был, теперь я с тобой. И именно здесь мое место, я это чувствую!

Вот теперь слезы текли из глаз уже безо всякой помощи Дока. Или все-таки нет? Зараза! Теперь, видимо, до конца жизни буду искать подставу в каждом своем решении. Не лучший вариант, но, наверное, нужно просто научиться полностью доверять Доку. Хотя, пожалуй, я уже это сделал, согласившись оставить его в своем черепе. Оставить все так, как есть.

К планете мы вышли точно по расписанию и на очень удобную орбиту. Модуль свободного поиска в паре с Пуфом работали очень четко. Не представляю, как азгальцы летают, используя только модуль. Или у них есть свои Пуфы? Ни разу не замечал рядом с киборгом-дементором мелкой вертлявой собачки. Может, есть и другие способы стабилизировать параметры выхода из гиперпространства по координатам, но судя по тому, что нам рассказывала Тал, азгальцы были просто отчаянными ребятами. Может, я и стал бы уважать их за это, но зная, чем они промышляют, думаю, что не стоит и начинать.

— Капитан, посмотрите на это, — произнесла Тал, отвлекая меня от мыслей о законах гиперпространственных перемещений.

Звезды сдвинулись и поплыли вбок. Из хаотичной россыпи алмазной пыли на экране вдруг появилась четкая структура светящихся точек. Будто очень далеко от нас кто-то повесил над планетой сеть из бриллиантов.

— Что это? Можешь приблизить?

Изображение снова начало меняться, наплывая на нас, увеличиваясь в размерах. Далекие звезды как были, так и остались лишь мерцающими точками на черной ткани космоса, зато «сеть» рассыпалась на отдельные пятна. Пятна стали расти и принимать очертания огромных космических кораблей, зависших над планетой.

— Какого они размера? — тихо спросил я у ИИ.

— В несколько раз больше тяжелого крейсера.

— Это боевые корабли? Они принадлежат Гринжи?

— Нет, капитан! Это транспортники. Транспортом ведает семья Сурано.

— Да что у них за фамилии такие? Что не семья, то мафия! — усмехнулся я. А что еще оставалось? Не плакать же от увиденного.

— Мне кажется, что это полноценная блокада планеты, — выразил своей мнение Шен. — А точнее, попытка оккупации. Эти транспортные корабли могут доставить сюда что угодно, но сомневаюсь, что они привезли продукты питания.

— Стоп! — попытался я остановить дальнейшие разговоры, чтобы не упустить мысль. — А как они сюда попадают? Неужели все эти громадины месяцами шарят по ближайшему космосу после прыжка?

— Ты о чем, Фредди? — удивилась Саманта.

— Я о том, что для переброски всей этой флотилии потребовались бы долгие месяцы, если не годы. А они, наверняка, скачут туда-сюда за пополнениями запасов чего-то, что бы они сюда ни возили. А значит, тут есть вероятностный корректор прыжков. Значит, их уже три, — сделал я логичное заключение.

— Вполне возможно, — согласилась Тал. — И что нам это дает?

— А то, что, если его найти и уничтожить, можно прекратить поставки. И мы же все понимаем, что эти корабли под завязку набиты оружием, а не туристами?

Товарищи неодобрительно посмотрели на меня, а я продолжил:

— Нет, хорошо, не прекратить, а хотя бы превратить из мощного потока в хилый ручей. И я не говорю прямо сейчас его искать. Я просто высказал мысль.

— Это хорошо, что не сейчас, — сказал Шен. Кажется, все выдохнули. — У нас нет ни оружия, ни систем поиска. Этот корректор может выглядеть, как угодно. Не важно, что он дорогой, он может уместиться в один корабль или вообще оказаться портативным.

— Да, да, Шен, я с тобой согласен. Это просто мысли вслух. Так сказать, планы на будущее.

Вот тебе и приветственные печеньки! Киборги держали стволы в вытянутых руках и не собирались опускать. При этом ни вопросов, ни предложений от них не последовало.

— Так и будем стоять? Даже присесть не предложите? — спросил я хозяев пещеры.

В ответ только молчание. Казалось, они кого-то или чего-то ждут.

— Дай мне с ними поговорить, — попросил Доктор Икс.

— Да ты что, Док, как можно прерывать наш увлекательнейший диалог? — саркастично поинтересовался у него я.

Док вздохнул и замолчал. Через несколько секунд тишины, во время которых я, как дурак, переминался с ноги на ногу, стоя в проеме люка, киборги опустили стволы и начали расходиться.

— Эй! — окликнул я их. — Куда вы? А как же раскатать ковровую дорожку?

— Не нарывайся, Фред, — осадил меня Док. — Эти ребята многие годы жили в состоянии партизанской войны, постепенно переходящей в открытый конфликт с семьями. Поверь, они вполне приятные существа, просто подобных гостей у них было немало и не всегда они были с добрыми намерениями.

— Так ведь они сами затащили нас сюда! — вспыхнул я. — Никто их не просил вести нас в свое скрытое убежище. А если бы сейчас из яхты полезли сотни азгальцв? Модель нашего корабля ведь легко можно определить.

— Ну сотня, положим, сюда бы не вошла. А к встрече с десятком они были готовы.

— Так что они тебе сказали? И почему нас сюда затащили?

— Провожатый заметил яхту на поверхности и указал ближайший вход. Они решили, что если ее захватил кто-то из своих, то все хорошо. Если в ней враги, то они бы всех перебили, а яхту заполучили в собственность.

— Ага, сейчас! — воскликнула Тал. — Далась бы я им просто так! Взлетела бы и разнесла пещерку. Сама бы оказалась под завалом, но не сдалась!

Да уж, у нашей яхты был не только скверный характер, но и еще неугасимый боевой дух.

— Ты так уверена, что смогла бы взлететь? — спросил Док. — Просканируй площадку под собой, а потом и решай.

Талия замолчала и больше не произнесла ни слова, видимо, и вправду что-то было не так с нашей посадочной платформой. Я глянул вдоль коридора на моих друзей, стоящих там в полном молчании, и понял, что нужно что-то делать. Не сидеть же в прикованной к платформе яхте в ожидании чуда.

— Док, и кто мы для местных? Чего мы ждем и что делать дальше? — начал я сыпать вопросами. — Нас приняли?

— Куда ты хочешь, чтобы нас приняли?

— В сопротивление! — удивился я недогадливости Дока.

— В сопротивление не принимают, набор окончен!

— Что?! — не уверен, но кажется моя челюсть немного отвисла. — Ты серьезно?

— Фредди, ты ведь уже не маленький, — вздохнул Док. — Сопротивление должно быть внутри тебя. В твоей душе. Ты не можешь стать членом сопротивления на бумаге. У них нет профсоюзов. Тут все просто: либо ты готов сражаться, либо уходи, никто держать не будет.

— Я готов! — выступил вперед Шен, слышавший наш разговор.

— Я тоже! — поддержал друга Дрок.

— Так, стоп! Поостыньте немного. Я не говорю, что не готов. Просто хочу понять, что происходит. Мы прилетели сюда, чтобы вернуть память Доку. Это для начала, — добавил я, заметив, что Шен собирается что-то возразить. — Я помню, вы, — обратился я к хакерам, — искали возможность попасть сюда. И вы здесь! Я вас поздравляю, но давайте будем последовательны. Сначала память Дока, а потом продолжим разговор, кто и на что готов. Хорошо?

— Согласен, — сказал Шен. Дрок кивнул.

— Я тоже хочу сражаться с действующими порядками. Мне не нравится геноцид, устраиваемый семьями на новых планетах. Моего вида так же, как ваших, больше нет. И я хочу дать шансы выжить тому, кто еще может это сделать. Но я стараюсь быть логичным и последовательным, о чем и вас прошу.

Хакеры снова закивали. Я глянул на Саманту, стоящую за их спинами. Девушка улыбнулась и едва заметно кивнула мне. Кажется, я стал чуточку счастливее. Не знаю почему, но ее поддержка была важна для меня.

— Док, куда нам? Как видишь, свои спорные вопросы мы уладили.

— Собираемся и выходим. Нам в дальний конец этой пещеры. Я покажу путь, — ответил Док. — Захвати с собой Пуфа. Мне пообещали взглянуть и на него.

— Зачем им смотреть на цверга?

— Ну, не на собаку они хотят взглянуть, а на устройство, что из-за твоих странных ассоциаций приняло этот вид.

Я вернулся в каюту и увидел свернувшегося калачиком Пуфа, неподвижно лежащего посередине кровати.

— Пуф, — позвал я кибер-питомца. — Нам пора.

Цверг поднял мохнатую морду и внимательно посмотрел мне в глаза. Встал на лапы и встряхнулся с почти человеческим вздохом. Затем подпрыгнул, с легким хлопком превратившись в мохнатый шарик. Я взял его с кровати и сунул в карман плаща.

Мы шли одни, без провожатых. Доктор знал, куда двигаться, и указывал дорогу к нужному месту. Я смотрел по сторонам и не замечал косых взглядов в нашу строну. Если идут — значит, имеют право. И не важно, что до этого нас никто в глаза не видел. Видимо, пройти охрану на посадочных площадках действительно было непростой задачей.

По всему периметру пещеры в стенах были вырезаны огромные залы и маленькие комнаты, один из залов расширялся, образуя целый грот. Внутри стоял вполне себе симпатичный домик в два этажа с большими оконными проемами. Док привел нас в просторные комнаты, вход в которые был прямо из главного пространства пещеры.

За низеньким столом сидел одинокий киборг и смотрел на крохотный прибор, лежащий перед ним. Плоская стеклянная пластинка размером с крупную монету казалась совершенно прозрачной. Когда мы вошли, киборг отвел взгляд от пластинки и кивнул.

— Проходите, присаживайтесь, — сказал он, указав рукой на низенькие каменные скамейки вдоль стен. — Меня зовут Алгараин, будем знакомы.

Как только я смог поудобней устроиться на твердом камне, киборг продолжил.

— Фред, — он безошибочно выбрал меня взглядом. — Подойди, пожалуйста, ко мне и присядь здесь.

Интересно: они все такие веселые или это только мне везет? Я с сожалением покинул скамейку, на которой только-только устроился. Подошел к столу и уселся на кубик из такого же камня, как все вокруг.

— Позволишь взглянуть на твой прибор?

Саманта за спиной хихикнула.

— Ну, ээ… — протянул я. — А вам зачем?

— Если что, он говорит про Пуфа, — подсказал мне Док.

— А, — озадаченно произнес я. — Да, конечно.

Я сунул руку в карман и извлек оттуда мохнатый шарик кошелька. Протянул его киборгу. Он аккуратно взял его в ладонь и стал пристально рассматривать.

— Он умеет превращаться в маленькую собачку и может укусить, — предупредил я Алгараина.

Киборг взглянул на меня одними глазами, не поднимая головы. Шарик в его руках вдруг начал быстро меняться. Сначала стал кубом, затем, мелко завибрировав, превратился в пирамидку и, наконец, растекшись маленькой лужицей, собрался в прямоугольную коробочку. Киборг коснулся его кончиком пальца, и мой кошелек снова стал мохнатым шариком.

— С этим все понятно, — задумчиво произнес киборг. — Не ясно только, как он попал к тебе?

— Расскажите для начала, что вам стало ясно, и вообще, что это такое? Я знаю, что это кошелек, и он умеет, контактируя с моим имплантом, становиться всем, чем я захочу, но, может, вы знаете о нем что-то еще?

— Кошелек, говоришь? — с любопытством взглянул на меня киборг. — Ну да, так его тоже можно использовать. — Я замер в ожидании разъяснений. — Эта штука просто выглядит, как кошелек. Так ее задумали. Тогда подобные игрушки были в моде у богатеньких отпрысков. Но это совсем другое. Это очень сложный прибор, Фредди. Могу я к тебе так обращаться?

— Да хоть пирожком назовите, главное, не кидайте меня в терновый куст.

Алгараин уставился на меня, совершенно не понимая, о чем речь. Иногда я забываю, что вокруг меня не все такие, как Док или Сэм, не все понимают мои шутки.

— А, не важно, — махнул я рукой. — Фредди меня вполне устраивает.

— Отлично! — обрадовался киборг быстро разрешившейся ситуации. — Так вот, этот прибор я бы назвал выигрышным билетом в квантовой лотерее.

— У вас тут еще и розыгрыши проводят? — удивился я и тут же чуть не подпрыгнул, получив разряд от Дока. Давно забытое чувство.

— Розыгрыши мы не проводим, — как ни в чем не бывало произнес киборг. — Я имел в виду, что если придерживаться теории постоянно множащихся вселенных, то это, — он слегка подкинул шарик на ладони, — проводник.

Я смотрел на него и моргал, ничего не понимая.

— А можно как-то подоходчивей? — попросил я. — Я не очень силен в ваших коринианских теориях.

— Можно и попроще, — согласился киборг. — В каждый момент времени, от каждого действия, не важно, большого или маленького, рождается новое вероятностное ответвление нашей вселенной. Квантовая флуктуация мироздания. Отклонение от предыдущей ветви реальности.

— О, я вспомнил, — перебил я его. — Я читал что-то похожее. В комиксах развивали подобную теорию.

— Поздравляю, ваши ученые довольно сильно продвинулись по пути познания устройства вселенной, — без единого намека на сарказм произнес Алгараин.

— Ну, не то чтобы… — начал было я, но подумал, что нет смысла что-то объяснять, и просто кивнул, замолчав.

— Так вот, — продолжил киборг, — если уметь «заглядывать» немного вперед в эти самые флуктуации и быть способным выбирать, в какой версии вселенной продолжать свое существование, то можно довольно неплохо идти по жизни. Проще говоря, вам будет очень сильно везти во всем. Односторонний нейронный интерфейс позволяет этому прибору улавливать желания своего владельца и вести его по нужным флуктуациям, строя прямую его жизни в соответствии с запросами. К сожалению, вся эта теория не до конца проработана, и интерфейс порой барахлит, но в целом этот кошелек, как вы его назвали, вполне сносно выполняет свои функции.

Я сидел раскрыв рот. Теперь становилось понятно, почему нам так везло и откуда все эти возможности Пуфа доставлять нас в нужную точку пространства, несмотря на погрешности модуля свободного поиска. Не очень понятно, почему он полюбил Саманту и выполнял ее просьбы. Хотя если подумать, то это я хотел, чтобы он слушался Сэм. И, судя по всему, сработало.

— А что насчет денег? — спросил я.

— Каких денег? — удивился Алгараин.

— А, да так, не важно, — пробормотал я, решив не распространяться о сумме на счете.

— Ты хочешь его нам продать? — искренне удивился Алгараин.

— Нет! Конечно, нет, просто спросил.

— Давай теперь ты ответишь на вопрос. Как этот прибор оказался у тебя?

— Я нашел его, — честно ответил я.

— Прямо так и нашел? — недоверчиво спросил киборг.

— Да, а что-то не так? — прикинулся я наивным дурачком.

— Эта вещь когда-то принадлежала Лидеру и пропала вместе с ним. Если ты его действительно где-то нашел, значит, Лидер мертв, — сделал он странное заключение, но немного подумав, добавил: — Или просто потерял его. Но это не объясняет, почему ты его увидел. Этот прибор умеет, скажем так, прятаться и становиться невидимым для окружающих. И думаю, что он вполне себе мог лежать хоть на самом видном месте и проявить себя только Лидеру. Вот и непонятно, как ты его увидел?

— Еще раз повторяю, я нашел его в Городе. В крохотном и грязном закоулке, — попытался я как можно точнее определить место, где подобрал Пуфа.

— Верю, — коротко ответил киборг. — Давай сначала займемся памятью нашего соратника. А уже потом будем строить теории о том, что и как случилось.

— У меня вопрос по этому поводу, — решил я расставить все точки над i.

Алгараин пристально посмотрел на меня и кивнул.

— Я бы хотел узнать, как возвращают память и не угрожает ли это моему телу и разуму? И еще момент: будет ли Док помнить все, что с ним было после потери памяти? Я имею в виду те события, что произошли с ним в последнее время.

— Это ничем вам не угрожает, — успокоил меня киборг. — Просто твой «глаз» или, лучше сказать, наш товарищ, будет помнить все, что с ним происходило с самого его появления на свет. Эта процедура касается только коринианца.

— А что будет после этого? — не унимался я.

— Это уже вопрос не ко мне. Каждый коринианец сам вправе решать свою судьбу. Мы только поможем вспомнить, кто он. Если ваши взаимоотношения вас устраивают, то можете их продолжать в любом виде.

— А это правда, что тот, в ком живет коринианец, сам становится коринианцем?

— Это как посмотреть, — усмехнулся Алгараин. — Ты имеешь в виду нашу симбиотическую связь с организмом хозяина?

— Да, наверное, — проглотил я застрявший в горле ком.

Все же одно дело — услышать рассказ о происхождении жителей Корини от врага и совсем другое дело — получить эти сведения от того, в ком и самом живет паразит.

— Не надо считать, что мы паразиты, — продолжил киборг, словно прочитав мои мысли. — Симбиоз — взаимовыгодное существование для всех участников. Паразитизм — один живет за счет другого, доставляя носителю определенные неудобства. По своей сути, эти отношения двусторонние. Уверен, что ты вполне комфортно можешь общаться с представителем нашей расы, не испытывая каких-либо трудностей в коммуникации. Так и все остальные. Это тело, — он показал на себя, — тоже появилось не на этой планете, как и тела всех, кого ты можешь встретить в пещере, но мы все здесь, потому что связаны единой целью, общим желанием.

— И каким? — перебил я киборга, не дав развить мысль.

— Желанием вернуть свободу в наши дома, на наши планеты, в нашу жизнь и сердца!

Я краем глаза заметил, как подобрались Шен с Дрок при этих словах.

— Уважаемый Алгараин, мы слышали подобные лозунги много раз, — попытался я отойти от этой пропаганды и вернуть разговор в приземленное русло. — Но, если вы управляете чужими телами, о какой свободе вы говорите? Я понимаю про свободу от власти семей, от несправедливого уничтожения эндемиков планеты, про геноцид, в конце концов, но про свободу сердец? Не кажется вам, что это как-то слишком пафосно слышать от симбионта?

Я не стал употреблять выражение «паразит». Все же не хотелось обижать собеседника. К тому же, если посмотреть на наши с Доком отношения, то слово «паразитизм» точно не подходит.

— Ты слишком порабощен своим симбионтом? Или ты думаешь, что из-за потери памяти он не смог бы полностью подчинить твое тело? У всех нас существует связь с носителем. Мы можем общаться и разговаривать друг с другом.

Нагрудные пластины на теле киборга вдруг дрогнули и, подавшись вперед, разошлись в стороны. Внутри что-то зашевелилось, и на подставленную ладонь упал небольшой серый комок плоти, действительно сильно похожий на помесь огромного слизняка и кольчатого червя. Существо было не больше пяти сантиметров в длину и спокойно помещалось на ладони Алгараина.

— Я никогда не жалел, что связал свою жизнь с «Моим внутренним я», — произнес киборг чуть изменившимся голосом. — Хотел ли я когда-нибудь избавиться от него? Да, конечно! Он та еще заноза в заднице. Но если подумать, кроме памяти и знаний, это крохотное существо обладает огромным потенциалом встраиваться в мои цепи, чинить и устранять случайные неполадки в этом теле. Кроме того, оно помогает мне полноценно размышлять. Делает меня тем, кто я есть. Я уже и не знаю, где кончаются мои мысли и начинаются его.

Киборг осторожно поднес ладонь поближе к своим внутренностям, и истинный коринианец мгновенно забрался туда, отрастив короткие цепкие конечности, похожие на крохотные щупальца. Пластины закрылись, и перед нами остался киборг единый со своим симбионтом.

— Я ответил на твой вопрос? — спросил он.

— Да, пожалуй, — задумчиво произнес я. — Хотя вопросов осталось не меньше.

— Давай сначала вернем вам память, а уже после ты их задашь. Возможно, что твой «глаз» сам сможет ответить на большую часть из них.

— Это сложная процедура?

— Нет, весьма простая и безболезненная, — ответил киборг, протянул руку и взял со стола прозрачный кругляш. — Ложись на свободную лежанку.

Я послушно поднялся и подошел к каменной лавке у стены, рядом с которой сидели мои товарищи. Саманта вопросительно на меня посмотрела. Не знаю, что именно она хотела выразить этим взглядом, но я улыбнулся и кивнул ей.

— Все в порядке, — сказал я своей команде. — Не волнуйтесь.

Положив под голову свернутый рулоном плащ, я лег на спину и приготовился к процедуре.

— Закрой глаза, — начал подошедший ко мне Алгараин. — Можешь только один, тот, который искусственный. Сейчас я положу на него этот ресивер, — он поднял и показал мне прозрачную пластинку. — Этот прибор будет помогать мне отслеживать ход процедуры. Никаких болевых ощущений не будет. Ты вообще ничего не почувствуешь. Если память будет возможно восстановить, то этот прибор сделает все необходимое.

— А существует вероятность, что память не восстановится? — удивился я.

— Да, такое возможно, но маловероятно, — успокоил меня киборг.

Алгараин подошел вплотную и аккуратно опустил мне на глаз пластинку ресивера. Никаких ощущений, только легкая прохлада предмета на коже век, которая едва заметно перебралась куда-то внутрь меня. Словно съел большой кусок мороженого, а после этого почувствовал, что мерзнет мозг. Не думаю, что это было на самом деле. Скорее всего, страх таким образом проявил себя на физическом уровне. Страх неизвестного закрался внутрь и сейчас вымораживал мне мозг, разрушая нейронные связи, убивая мое сознание и готовя черепную коробку для заселения туда нового владельца.

— Фред! — зазвучал голос Дока в голове. — Что за бред в твоей голове? Я контролирую все происходящее в твоем теле прямо сейчас, и тут нет никакого разрушения связей. Тут вообще нечему разрушаться, если уж на то пошло. Тут и мозгов-то немного, — усмехнулся Док.

— Док? Ты уверен, что все в порядке?

— Да, Фредди, это просто твой страх. Все уже случилось, мне вернули память, но у нас есть пара минут, пока ты лежишь в отключке, а Алгараин пытается понять, что пошло не так.

— А что-то пошло не так? — с испугом подумал я.

— Нет, все идет, как надо. Ты просто отключился от страха, ну и, может, я немного помог. Нам нужно поговорить, — со вздохом произнес Док.

— Ты меня бросаешь?! — воскликнул я и понял, что веду себя, как неуверенная в себе девица, с которой собрался расстаться парень.

— Нет, и в мыслях не было, — успокоил меня Док.

— Тогда что?

— Все дело в том, кто я и что нам с этим делать. Через пару минут Алгараин увидит, что процедура прошла успешно, и узнает, кто перед ним. После этого может оказаться так, что не будет времени подумать. Так что лучше решить сейчас.

— А что именно нужно решить? — все еще недоумевал я.

— Нужно определиться: ты со мной или мы расходимся?

— Все же ты решил меня бросить, — усмехнулся я. — Мы же уже вроде это решили? Мы остаемся вместе и занимаемся тем, что планировали.

— Да, — согласился Док. — Но тогда я не предполагал, что может возникнуть ситуация, при которой ты передумаешь.

— А сейчас она возникла?

— Да, — грустно сообщал Док. — Возникла. Я просто хочу, чтобы ты еще раз подумал и принял осознанное решение.

— О чем? Я уже решил, что мы будем вместе бороться с тиранией семей. Постараемся вместе с Шеном, Дроком и Самантой сделать хоть что-то для тех, кто еще жив, раз уж нам не дано воскрешать мертвых? Или теперь дано?

— Нет, Фред, с мертвыми все по-прежнему. Но если мы останемся вместе, то тебе придется взять ответственность не только за свою маленькую команду, но и за целую армию. За всех тех непокорных и сопротивляющихся власть имущим. Всех борцов за справедливость на этой планете, да и на всех остальных тоже. За мою армию. Или за нашу, если ты со мной.

— Ты что Лидер?!

— Был им.

— Что случилось?

— Сейчас это не важно. Если захочешь, позже я расскажу тебе об этом. Но сейчас нужно только твое решение. Мы вместе?

Я приоткрыл глаза. Все было немного в тумане. Словно я долго спал и только проснулся. Надо мной склонился Алгараин и пытался легонько шлепать по щеке. С его ладонью киборга делать это было не очень удобно, но он старался. Я повернул голову и увидел панику в глазах Саманты. Девушка заметила, что я без сознания, и была готова подбежать ко мне. Я подмигнул ей и улыбнулся. Сэм сразу успокоилась и села на место. Дрок, кажется, так ничего и не понял, а Шен спокойно смотрел на происходящее, видимо, полностью доверяя Алгараину.

Я приподнялся на локтях, спустил ноги с лежанки и сел. Киборг засуетился вокруг обрадованный, что я очнулся.

— Все закончено, Фред, сейчас я проверю, как прошла процедура, и ты сможешь отдохнуть. Если вы решите остаться с нами, то мы обсудим это позже.

Киборг поднял руку и что-то нажал на запястье. Поверх его ладони возник маленький голографический экран, по которому бежали какие-то цифры и буквы. Алгараин внимательно изучал поступающую информацию. Вдруг он замер. Никогда не думал, что лицо киборга может выражать какие-то эмоции, но в данном случае я видел растерянность. Или крайнее удивление, словно он просто не верил в то, что видел перед собой. В общем, я не слишком силен в чтении эмоций по лицу, особенно если это лицо робота.

Наконец совладав с собой, Алгараин сделал шаг назад, убрал экран и опустился на одно колено.

— Лидер, — произнес он и склонил голову.

Я глянул на своих друзей и улыбнулся, заметив их удивление и замешательство. Подошел к киборгу и заставил его встать с колен, приобняв за плечи.

— Все хорошо, мой верный соратник, — спокойно произнес я, похлопав по металлическому плечу. — Зовите меня просто Фредди.