Дефис

Николай смотрел на небо, оно заволокло наполовину серыми тучами, наполовину было совершенно ясное небо. Погода была странной, сложно было ощутить что-либо определенное чувство, которое могло бы выразить его состояние.

Он никогда не водил машину, поэтому всю жизнь ездил пассажиром на любом транспорте, кроме велосипеда, на котором он прекрасно умел кататься.

Автобус тронулся с вокзала. Впереди несколько часов поездки. Рядом с Николаем села пожилая женщина, которая громко разговаривала по телефону, которую она держала двумя руками, боясь выронить. По отдельным словам, можно было понять, что беседа происходила то ли с соседкой, то ли просто знакомой. Потому что она разговаривала, используя крепкие выражения, которые при разговоре с детьми обычно не используют, а учитывая внешний возраст между 60 и 65 лет, с пожилыми родителями в таком возрасте то же не ведут разговор таким образом. Учитывая возраст, она уже не работала, тем более время была среда, середина дня. Бывают конечно разные виды работ, но она явно была счастлива жизнью, и говорила размеренно, не торопливо, обсуждая какой-то сериал.

Поездка прошла очень быстро, сложно было на чём-то одном сосредоточиться. Николай не любил общество, он любил людей, но не любил общество. Количество людей больше двух на одном месте его заставляло нервничать. Он провел три года дома с тяжелой формой болезни, и полностью отвык от людей. Хотя это с ним произошло 10 лет назад, к людям он обратно так и не привык.

Сделав неуклюжий поворот, микроавтобус остановился. Три человека встали с места, нервно рассматривая всё вокруг, и подняв свои сумки начали выходить с машины. Водитель сказал, что будем стоять пять минут, поэтому можете выйти покурить. Но курящих в салоне не оказалось, лишь пару ребят, непонятного возраста сидели на задних местах автобуса и тыкали пальцем в телефон. Николаю это показалось почему-то смешным, и он то же вышел из салона. Воздух его ошпарил свежестью, что у него слегка закружилась голова. После городского воздуха, здесь все было наполнено другими запахами и свежестью.

Николай шёл по дороге, которую он еле узнавал. Это была тропинка, по которой он в детстве ходил в школу. Из прошлого напоминало лишь озеро по пути, которое на самом деле уже высохло. Оно в детстве казалось таким большим, сейчас ничего не напоминает о былом страхе, которую Николай испытывал, вступая на край берега, через которую водозабор выбрасывал очень шумно воду на другу сторону берега.

Старым остался лишь маршрут, по которому он добирался в это село из другой деревни. Стоял июль месяц. Проходя мимо школы, в которую он ходил несколько лет, он ничего не смог вспомнить, связанное с этим зданием. Вспомнил лишь столовую, где очень вкусно кормили, и кабинет физики. Вся история вместилась в несколько секунд памяти. Николаю хотелось вспомнить большее, но кроме шумного коридора во время перемены он так и не смог ничего вспомнить. Память жестока, она может забрать самое дорогое, саму память. Память как Минотавр пожирает человека, если захочет.

Николай вышел за край села, и шёл молча еще четверть часа. Он остановился, потому что дошёл до знакомого с детства изгиба дороги. Это было деревенское кладбище, где похоронены его близкие. Сразу он подошёл к могиле своей бабушки, которую он хорошо помнит, потому что табличку он сделал сам из куска алюминия, при помощи теснения обычной отвёрткой, будучи ещё юношей.

Хотелось сказать многое, но мысли все путались. Николай рукой протёр крест, который был покрашен обычной масляной краской, чтобы убрать небольшие паутинки, обвившие его. На табличке было выцарапано дата рождения и дата смерти. Вся жизнь, которая включала многие годы жизни с радостью, печалями, страданиями, обидами и минутами счастья уместилась в один знак, в дефис. Вся жизнь уместилась в дефис…

Николай вышел из кладбища и отправился на вокзал. Он так и не дошёл до отцовского дома, где жили его родственники, с которыми не было никаких отношений.

Жизнь бабушки прошла, пройдёт жизнь и Николая.

Колодец

Солнце давно взошло, школьники отрабатывали летнюю практику в школе. В это лето особо было жарко, полив приусадебного участка требовало больших трудов, что дежурства продолжали даже в воскресные дни, за которые засчитывали по два дня дежурств.

Алексей в классе был одним из лучших учеников, председатель совета пионерской дружины школы. Его ставили в пример, девочки его сторонились, мальчики не подпускали к своим секретам.

Всем хотелось быстрее выполнить план и отдохнуть. Молодые люди, в душе каждый себя считал особенным, и исключительным, согласно простым закономерностям юношеского максимализма. Надя с Алисой подошли к колодцу попить воды, они как все остальные девочки класса пололи сорняки в школьном огороде. Вдруг подошёл задиристый хулиган с соседнего класса с Алексеем и начал сливать воду с ведра, который поднял с глубины Алексей. Вся эта картина происходила на глазах у двух красавиц класса. Алексей, рассчитал быстро следующие последствия, если стерпит такой момент со стороны другого на глазах у девочек. Случилось то, чего не должно было случиться. Председатель совета дружины пионеров школы был поставлен в глупое положение, на которое нужно было отвечать или промолчать, но уже с печальными последствиями для авторитета. Резким движением он одёрнул хама от себя, на что он нахамил словами Алексею. В следующий момент Алексей свалил его на землю и начал почему-то сразу бить, сам не ожидая от себя такой прыти. Класс весь замер вокруг, оцепенели от непредсказуемого результата поединка. Алексей начал задыхаться, потому что он весил меньше, и ему крайне было тяжело с ним бороться. Но резкие удары, которые его оппонент даже не ожидал, спасли ему положение.

Алексей победил в этой битве, где решалась его судьба на всю оставшуюся жизнь может быть даже, потому что он проиграть никак не мог, хотя проигрыш для другого парня никто даже не заметил и вскоре все забыли про тот инцидент. Каким-то образом учителя даже не узнали про это, хотя они могли и узнать, но по крайней мере Алексея в учительскую не вызывали ни в последующие дни практики, ни в начале нового учебного года.

Качели

Семён Николаевич доедал последнюю котлету, которую он приготовил утром. Он давно на пенсии, и почти не выходит из дома. Жена у него умерла давно, он жил один, в гости не ходил, сам никого не приглашал. Из самых приятных занятий для него были покачивание на старом офисном стуле, и смотреть в выключенный, чёрный экран телевизора. Он откидывал голову, ноги клал на стол, скрестив и положив чаще правую голень на левую сверху. Музыку он слушал очень редко, и всегда разную. Быстрые и громкие мелодии его уже раздражали.

У Николаевича, много лет проработавшего водителем почтовой службы, была привычка к регулярности некоторых своих дел. Его клонило ко сну, но как только лёг, во дворе заскрипели качели, на которые кто сел, и начал качаться. Осмотрев на двор сверху девятого этажа, он увидел соседа и двух его друзей, которые копошились вокруг его машины, которую он купил давно, и никак не мог довести до ума, потому что он особо не разбирался в автомобилях.

— Зачем покупать поддержанные автомобили, если не умеешь чинить, а на хороший сервис денег нет? — подумал Семён. Качели скрипели давно. Ни один из водителей, которые ставили свои автомобили во дворе не додумался помазать силиконовой смазкой качели. Такие аэрозольные баллончики есть у каждого второго опытного автомобилиста. Надежда на водителей исчезла после того, как он увидел, что у одного водителя всё же есть похожий баллон, который он увидел у него один раз, проходя мимо.

Семён Николаевич заказал в интернете такое масло, вышел помазать качели, как сразу к нему подошла женщина и сказала, что может ли он помазать качели и в их дворе то же. Его приняли за работника службы, которая следит за дворовыми спортивными сооружениями микрорайона. Просьба женщины ему не понравилась, и он вежливо отказал, объяснив, как купил масло и по какой цене. Женщине это не понравилось, но Семён Николаевич не обращал на это и аккуратно убрав протёкшее масло по поручням, заранее взятым с собой бумажным полотенцем, поднялся к себе на девятый этаж.

Книга

Январь месяц в этот год выдался тёплым. В группе студентов университета царила теплая атмосфера перед сдачей зимней сессии. Во время очередной консультации, сзади сидящие попросили книгу по данному предмету, которая была очень толстой, у Димы. Дима таскал его постоянно в последние недели в сумке, так как очень боялся провалить экзамен, и старался максимально постараться в подготовке к экзамену и сдать сессию, хотя бы на хорошо, или вообще хотя бы сдать. Учиться на медицинском было на бюджетном месте не просто. Могли отчислить в любой момент. Экзамены прошли, и Дима как обычно заходил в библиотеку или сдавать старую литературу или брать новую. И в какой-то момент его осенило, а где же та книга, которую он передал сокурсникам?

Он поискал дома и книгу не нашёл, на следующий день он спросил на курсе, но никто так и не признался, кто забрал книгу с собой. Дима пошёл в библиотеку и заплатил штраф за утерянную книгу, которую оставил один из его сокурсников себе. Скорее он его потом даже выбросил.

Обращаясь к читателю

Сборник эссе будет дополняться. Данный легкий сборник будет бесплатным. Я еще не нашёл своего стиля, не нашёл жанра, в котором мне хочется писать. До этого издал сборник стихов, которые написал 15 лет тому назад. Вообще я не профессиональный писатель, не профессиональный поэт. Ищу новые формы для творчества. Просто порой мне кажется, что искусство куда-то не туда сворачивает, превращается в товар, из-за этого он теряет душу. До новых встреч на книжных страницах.