Аластар Макберн.

— Что, совсем плохо? — равнодушно спросил я Главного Императорского лекаря.

Целитель медленно кивнул, вставая с края кровати. Можно было не спрашивать, сам вижу. И сам же виноват в этом, вовремя не среагировал. Если бы я сразу отрезал себе руку, всё могло бы на этом остановится… Видел ведь, что царапина сразу стала чёрной. Оно и понятно, наёмники из Ордена Сибиллы действуют наверняка. Их клинки, как и другое оружие, всегда пропитаны веноримом, действующим даже на драконов. Стоит такой яд состояние, достать его практически не реально. Но и к услугам наёмников прибегают только те, кто может себе это позволить.

— Прошу, Ваше Величество, — лекарь протянул мне колбу с лекарством.

Выпиваю залпом. Целитель тут же подсовывает мне следующее пойло. А затем — следующее. Первое должно замедлить действие яда, второе — придать мне сил, а вот третьего раньше не было.

— Это что?

— Ваше Величество… Вы белый как полотно, зрачки расширены, живот сильно вздут, а отдышка такая, будто вы бежали. Прошу прощения, но лекарство вызвало интоксикацию организма… Отменить его приём или чем-то заменить нельзя, лишь немного помочь организму справиться с побочными эффектами…

— Значит, дела обстоят хуже, чем ты прогнозировал, — не спрашиваю, констатирую факт. Стараюсь чтобы голос звучал спокойно, потираю переносицу подушечками пальцев и задаю вопрос, который волнует больше всего — Сколько мне осталось?

— Ваше Величество… Точно сказать сложно… Все зависит от реакции организма…

— Сколько? — прерываю его.

— Я бы сказал… Месяц. Возможно, полтора, Ваше Величество.

— Делай, что хочешь, но мне нужно, хотя бы, в два раза больше времени. Я не могу уйти раньше, чем Винсент женится и сможет занять моё место.

Марианна Маслова.

Мне снилось, что я проспала. Забавно, в кои-то веки сон оказался вещим. Судя по всему, во сне я на автомате отключила будильник и вернулась в царство Морфея. Как на зло, поспать лишние полчаса моему организму захотелось именно в день зачёта по немецкому языку. Будет обидно, если меня не допустят к сдаче из-за опоздания, я ведь специально взяла отгул на работе. Причём, с большим трудом. Еле удалось администратора уговорить меня отпустить. Именно сегодня в «Культе эклера» праздник — ровно год как кафе открылось. Посетителей будет… Эх, сколько чаевых я упускаю… И ради чего? Проспать зачёт… Отчётливо представила, с каким удовольствием препод отправит меня на пересдачу, даже не позволив войти в аудиторию.

Эта картинка очень помогла собраться, как никогда, быстро. На то, чтобы принять душ, одеться и закинуть в сумку шоколадку ушло всего минут десять. Краситься я никогда на занятия не любила, а вот красиво уложить волосы — святое. Но сегодня выбирать не приходится, так что просто делаю высокий хвост. Хватаю сумку, тянусь к ручке входной двери, как вдруг правое плечо пронзает острая боль.

Вскрикиваю, тянусь левой рукой к источнику боли, дотрагиваюсь и буквально шиплю от ужасно сильного ощущения жжения. Ощущение, что кто-то медленно срезает ножом мою кожу. Отодвигаю рубашку, смотрю в зеркало. Что это? На плече проявляется странное изображение золотого цвета. Начинаю думать, что всё ещё сплю. Такого быть не может. Рисунок двигается. Надо бы себя ущипнуть, а не просто стоять с открытым ртом, пялясь на своё отражение. Подумать об этом успеваю, а вот сделать — нет. Прямо под моим ногами появляются странные голубые огоньки, за долю секунды образовавшие круг. Тут же я теряю опору под ногами и лечу куда-то вниз, зажмурив глаза.

Падение было недолгим, а приземление я даже не заметила. Просто осознала, что уже стою, а не лечу. Медленно открываю глаза, оглядываюсь. Однозначно можно сказать, что я уже не у себя в квартире. Я нахожусь в центре большой комнаты, полностью выполненной из камня.

Кроме меня здесь присутствует приличная такая толпа людей в очень странных одеждах. По периметру комнаты стоят мужчины, облачённые в бело-красные одежды. В центре, рядом со мной, вижу очень много девушек, которые, похоже тоже не очень понимают, где находятся и что в принципе происходит. Одна из них лежит на полу без одежды. К раздетой девушке спешит мужчина, чтобы накинуть на неё что-то похожее на плащ.

Все остальные девушки одеты в довольно разнообразные вещи, некоторые из которых кажутся мне странными. Например, брюки с металлическим блеском и, будто, живым поясом. Нет, не будто. Реально живым. Понимаю, что это настоящая змея чёрного цвета. То ли от шока, то ли не знаю от чего, но никто из нас не кричит, не вопит и не рыдает. Все молчат. Как ни странно, я тоже, несмотря на то, что стальными нервами никогда не отличалась. Но сейчас спокойно продолжаю смотреть на происходящее. И также спокойно отношусь к тому, что меня, как и остальных девушек, уводят из комнаты.

Марианна Маслова.

Проснулась я от сильной пульсирующей боли в висках. Пару минут не открывала глаза и старалась не двигаться — вдруг снова усну или хотя бы боль пройдёт. Немного легче действительно стало.

— Наконец проснулись? Доброе утро! — рядом со мной прозвучал чужой голос.

Резко распахнула глаза, села. Но лучше бы я этого не делала — черепная коробка словно решила взорваться.

— Как себя чувствуете? — спросил всё тот же голос, принадлежавший, как я теперь могла видеть, высокой стройной девушке, лет 25. На ней было надето закрытое платье серого цвета с высоким воротником.

— Что вы здесь делаете? — только задав вопрос, я поняла, что «здесь» — это не у меня дома. Обстановка была не знакомой. Это точно не моя однокомнатная квартира, в которой делался ремонт ещё до моего рождения. Комната, в которой я сейчас находилась, была обклеена телесного цвета обоями с лепниной под высоким потолком. Здесь стояло ещё три кровати, кроме той, на которой я лежала.

— Я — ваша служанка и, по совместительству, защитница. Вы так долго спали, дольше остальных! Я уже хотела вас будить, чтобы не опоздать! Скоро начнётся! Прошу, выпейте, — представилась девушка и поставила рядом со мной поднос с чашкой.

— Какая ещё служанка? От чего защитница?

— Ваша и ещё троих невест, к которым я была представлена. Ваши соседки уже больше двух часов как очнулись и сейчас завтракают в общей столовой. В нашем мире слуги одновременно являются и стражей, с детства обученной магии. Так что, за свою безопасность здесь вы можете не переживать. Прошу, пейте.

— Что это? — кивнула я в сторону напитка.

— Настойка от лекаря, она поможет вашему организму восстановиться после переноса.

Хватаю чашку и залпом выпиваю настойку. Да, мне точно должны присудить премию Дарвина, если я сейчас отправлюсь на тот свет. Однако, уверена, если бы меня хотели убить, легко могли уже это сделать пока я была без сознания.

— Переноса куда?

— Вы находитесь в Пандории, во дворце Его Императорского Величества Аластара Макберна. В наш мир вас перенёс портал, который был создан жрецами. Вы и другие девушки, получившие метки, были избраны Огнём.

— Избранных Огнём для…? — искренне надеюсь, не для принесения жертвы этому самому Огню.

— Для того, чтобы стать невестами Его Императорского Высочества, естественно! Представляете, какое это везение? — девушка улыбается во все 32 зуба и, похоже, готова от радости пуститься в пляс.

— Простите, я забыла спросить, а как ваше имя?

— Имя? — глаза служанки выражали искреннее удивление. — Зачем вам?

— Ну, я же должна как-то к вам обращаться…

— Слуг и жрецов не принято называть по имени, мы все одинаково служим Огню и Императору. Но, если вам будет угодно, я Кейтлин. Когда я понадоблюсь, достаточно просто закрыть глаза и мысленно меня позвать. До тех пор, конечно, пока я числюсь за вами.

— Значит, Кейтлин… Скажите, Кейтлин, а Его Императорское… Он что, гарем собирает? Зачем ему так много невест?

— Гарем? Зачем ему гарем? Ему нужна жена, которую выберут на отборе. Большинство невест из нашего мира. Но некоторых нашли в других. Только представьте какая это удача! В некоторых мирах ведь вообще нет магии, а у вас внутри она есть. И вам её хватило, чтобы стать достойной претенденткой!

Магия. Нет, благодаря последним событиям я готова поверить в её существование. Всё лучше, чем считать, что мне пора в психбольницу? Но вот только нет у меня внутри никакой магии. Я никогда не двигала предметы, не читала мысли, не останавливала время… Разве что фокусы с картами показывать умею, но вряд ли это считается? Но Кейтлин уверяет, что магия во мне точно есть, иначе бы метка не появилась, и я не оказалась бы здесь.

Пока я приводила себя в порядок и собиралась на первое испытание, которое, оказывается, прямо сейчас и должно будет состояться, расспросила об этом месте и об отборе. Со слов Кейтлин, я нахожусь в мире, где есть не только магия, но и самые настоящие драконы. Благодаря нашим фильмам и сказкам я считала, что драконы — это просто огромные существа, изрыгающие пламя. Но, оказывается, они имеют человеческую форму, в которой внешне ничем не отличаются от обычных людей. Правитель же этих драконов фактически является правителем целого мира, поскольку здесь только одна страна, Пандория, и существует. Когда-то были и другие Империи, но драконы либо сделали их своими провинциями, либо уничтожили.

И вот сыну этого правителя настала пора жениться, для чего и был организован отбор невест. Я и другие претендентки были выбраны с помощью магии для участия в нём. У каждой из потенциально подходящих принцу девушек появилась метка, которая привела нас сюда во дворец. Некоторых, как и меня, притянуло из других миров. Особо Кейтлин остановилась на метке. Её ни в коем случае нельзя пытаться свести, иначе метка будет защищаться. Каким образом, служанка не знала, только проверять, мягко говоря, не советовала. Но в наличии метки есть и плюс — она защищает свою носительницу. Вряд ли, конечно, кому-то понадобится меня убивать… Кому я нужна? Но, если вдруг такой желающий найдётся, умрёт сам, вместо меня.

Что сказать? Я считала, что прежде, чем стану чьей-то невестой, будут цветы, конфеты, кино… В конце концов, предложение с кольцом. Наивная. Это не мужчина должен завоёвывать симпатию девушки. Это девушки должны не просто пытаться привлечь его внимание, а сражаться за него друг с другом. И Кейтлин на полном серьёзе считает, что для меня попасть в число этих самых невест — настоящее везение.

А невест много. От слова очень. Из таких миров, как мой, прибыло «всего» девятнадцать девушек. Такое «небольшое» количество объясняется тем, что далеко не во всех мирах существует магия. В безмагическом же мире редко можно встретить достаточно одарённую девушку. С Ивлиса, как тут называют Землю, перенеслась одна я. Всем таким «попаданкам» при перемещении с помощью заклинаний помогли адаптироваться — успокоиться, мгновенно выучить местный язык. Вот значит почему я так спокойно всё восприняла, когда попала сюда из собственной квартиры. Ну, а из магических миров, в том числе и из самой Пандории, невест было в разы больше. Я даже решила, что ослышалась, когда Кейтлин сказала, что всего за сердце местного принца, а заодно и трон, будет бороться почти две сотни претенденток. Да уж… Султаны с их гаремами обзавидовались бы.

— А что будет со всеми остальными невестами? Кроме победившей.

— Всех проигравших и выживших, в том числе иномирянок, отправят обратно по домам. — отвечает служанка.

— Выживших?!

Выясняется, что несчастные случаи на подобных отборах — не редкость. Хотелось бы отказаться от такого свалившегося на меня везения, но, оказывается, не получится. Пройти испытание придётся, иначе метка меня банально убьёт. Но зато для того, чтобы вернуться домой, мне нужно всего лишь проиграть. Вряд ли это будет сложно? О самих испытаниях рассказать служанка не смогла. Ей известно только то, что все они проводятся с целью найти самую подходящую пару для дракона.

Винсент Макберн.

Я наблюдаю за началом этого ада под названием отбор с закрытого балкона. Внизу находится огромный зал, куда поместилось бы и две тысячи девушек, не то что какие-то «жалкие» две сотни. Или сколько их там? В любом случае, рекорд по количеству невест я точно побил.

Посередине помещения располагается высокая сцена, на которой установлена золотая арка.

Толпа претенденток на моё несчастное сердце гуськом заходит в зал, выстраивается вокруг сцены. Шум и гам, исходящие от них, прерываются магически усиленным голосом моего кузена.

— Рад приветствовать вас, дорогие невесты!

Распорядитель отбора торжественно произносит небольшую речь, в которую я даже не пытаюсь вслушаться. Затем он объясняет девушкам суть первого испытания. Каждой из них всего лишь необходимо пройти через арку. Ничего сложного. От невест на этом этапе не зависит фактически ничего. Арка загорится определённым цветом как только претендентка пройдёт через неё. Цвет будет разным у каждой — в диапазоне от белого к красному. Чем ближе к последнему, тем сильнее магия у невесты и, соответственно, тем больше она подходит на роль моей избранницы.

— Николь Ашур! — вызывает кузен первую кандидатку.

Девушка выходит из толпы, поднимается на сцену. Она не сомневается и не переживает. Спокойно проходит под аркой и та тут же «загорается» ярко-красным. Ну да, мечтать о том, чтобы вся эта толпа окрасила арку исключительно в белый цвет, было бы наивно с моей стороны. «Процедура» повторяется. И повторяется. И повторяется. Белый, красный, бледно-розовый, снова белый… Я не в состоянии запомнить ни имён невест, ни кто из них показал какой результат. Однако, толпа, к моему счастью, редеет. Всех девушек с белым слуги тут же выводят из комнаты. Остальные — возвращаются назад на свои места у сцены.

— А теперь на очереди наши дорогие невесты из немагических миров! — объявляет Анхель. — Марианна Маслова!

Марианна Маслова.

После первого пройденного этапа я и три невесты, с которыми меня поселили вместе, в сопровождении служанки, возвращались по уже знакомому коридору в свою комнату. Без Кейтлин, наверное, мы бы заблудились. Хотя одних нас никто бы и не отпустил — выходить за пределы «крыла невест» без сопровождения слуг запрещено. Из-за того, что я слишком долго проспала, познакомиться раньше с соседками мне не удалось, а сейчас же было время узнать немного друг о друге.

Амалия, Агнес и Фелиция, как и я, прибыли сюда из других миров. Судя по всему, организаторы этого отбора решили, что в одной комнате иномирянкам будет комфортнее. Агнес была той самой девушкой, которую при перемещении я видела без одежды на полу. Её буквально вытащили из постели, где она… Проводила время со своим женихом. Стоит ли говорить, что оказаться на этом отборе Агнес «рада» не меньше меня? Зато две другие невесты с большим воодушевлением восприняли новость о том, где находятся. Они точно не отказались бы стать женой будущего Императора, пусть и в чужом для себя мире.

К счастью, мои соседки оказались более чем адекватными. Никаких скандалов, дележки кроватей не было. Даже в ванну мы спокойно отправились по очереди, без лишних споров. Я думала, что на ужин мы отправимся в общую столовую, но Кейтлин принесла его нам в комнату.

— Его Светлость Анхель Лаверн приказал подать ужин всем невестам прямо в покои. Вам нужно восстановить силы после прохождения испытания. Завтра рано утром вы уже должны быть готовы к следующему, — пояснила служанка.

Утром? Быстро, ничего не скажешь. Я думала, нам дадут отдохнуть. Хотя… Нас слишком много. Я бы тоже поспешила избавиться от такого количества «лишних» невест. Нас ведь надо кормить, где-то размещать, следить за порядком…

Винсент Макберн.

Стою в пещере под пологом невидимости вместе с жрецами и слугами, наблюдающими за проведением отбора. Смиренно жду, когда же уже откроется портал и перенесёт с озера первую партию девушек. Наблюдать целый день как куча девиц прокалывает себе пальцы? Увольте. А вот на вторую часть испытания посмотрю с удовольствием. И даже приму в ней активнейшее участие. Конечно, всё должно было закончиться призывом духов, но мой кузен — гений.

А вот и портал. Из него выходит первая пятерка претенденток. Мысленно приказываю своему духу напасть. Мой тигр увеличивается в размере раза в два, открывает пасть, готовится к прыжку. Выглядит, честно, устрашающе даже на мой взгляд. А уж для трясущихся и так от страха девушек… Как же они орут! Просто закладывает уши. Спасибо тебе, брат, давно мне так смешно не было.

Два из пяти хранителей невест кидаются на моего, а трое — жмутся к своим хозяйкам. Все понятно. Отзываю тигра и он исчезает в воздухе.

— Приветствую вас, девушки, — говорю я, появившись перед претендентками. — Надеюсь, мой дух не сильно вас напугал. Невесты, чьи хранители ласка и орел, проходят дальше. Остальные, увы, не прошли испытание.

Слуги уводят в разные порталы прошедших и выбывших невест. Владелица орла от радости аж подпрыгивает. Похоже уже корону примеряет.

Винсент Макберн.

— Согласись, прошло неплохо? — подмигнул мне Анхель.

Моя пешка дошла до края доски, взяла фигуру и стала ферзём.

— Соглашусь. Не считал, сколько сегодня вылетело?

— Большая половина. Осталось всего пятьдесят восемь.

Кузен взял королевского коня, поставил его правее моей «обновлённой» пешки. Хорошая попытка спастись от поражения, но слишком запоздалая. В игру вступила ферзевая ладья.

— Шах. Мат, — искренне улыбаюсь в предвкушении, что партия, ставка в которой моя свобода, будет разыграна также удачно.

— Когда-нибудь я тебя всё же сделаю, брат! — также с улыбкой произносит Анхель, скидывая с доски короля.

— Что делаем с третьим испытанием?

По плану девушки должны за три часа с помощью хранителей найти в лесу источник Огня и искупаться в нём. Источник… Священное для всех драконов место. Именно он служит источником нашей магии, подпитывает её. Купание в огненных водах поможет пробудить скрытые силы в человеке. Если, конечно, таковые имеются. А вот если их нет, то он просто сгорит. Естественно, на это рассчитывать не приходится — все невесты, в той или иной степени, наделены магией, это уже проверили. И с поиском особых проблем не будет — источник можно почувствовать, если обладаешь достаточным уровнем силы. А ещё и помощь духов-хранителей… Рискованно. Так пройдут многие.

— Как понимаю, заставить проходить этап без магии мы не можем? — задаю вопрос, хотя и сам знаю на него ответ.

— Не можем.

— Без хранителей — тоже?

— Естественно.

— Идей нет? — искренне надеюсь, что есть, потому как моя фантазия решила отдохнуть.

— Обижаешь, — улыбается во все тридцать два зуба мой самый близкий друг.

Марианна Маслова.

Проснулась со странным ощущением, что-то не так. Почему мне настолько холодно? Открыла глаза и тут же потрясенно села. Это не моя комната. И даже не моя комната во дворце. Я сижу на земле, покрытой снегом, в одной ночной рубашке. Вокруг меня стены из земли. Поднимаю голову вверх, вижу яркий солнечный свет и падающий снег. Искренне надеюсь, что всё ещё сплю, а не на самом деле в данный момент нахожусь в глубокой яме. Её края располагаются где-то на метр выше моего роста. Стены практически отвесные, выкарабкаться по ним без посторонней помощи точно не просто…

Смотрю на браслет. Цифры на нём ярко светятся. Два часа двадцать девять минут. Это что, шутка такая? Испытание? Я что реально должна выбраться из этой ямы? Понимаю, что вряд ли кто-то услышит, а тем более поможет, но всё же зову на помощь. Холодно… А я босиком и в одной ночной рубашке. Подозреваю, через два с половиной часа на моём месте найдут уже не меня. Снеговика. Это если вообще искать будут. Кому я тут нужна? Значит, надо пытаться выбраться.

Попробовала выкарабкаться по стене, но сорвалась вниз и плюхнулась на спину. Повторила попытку с тем же результатом. Пытаюсь руками сделать выемки в стене, но земля слишком сильно промерзла и не поддается. Страх, паника, чувство бессилия и дикий холод. Это все, что я чувствую в данный момент. Надо было вчера закатить скандал и ещё сильнее разозлить распорядителя. Глядишь, исключил бы с этого проклятого отбора. Так. Точно. Распорядитель. Что он там говорил? Можно использовать магию и духов. Первое где бы взять, а вот хранитель у меня действительно есть.

Мысленно представляю своего дракончика, прошу помочь. Ощущаю, что мне на плечо кто-то сел. Поворачиваю голову и вижу маленькое крылатое существо, с интересом рассматривающее меня.

— Эм… Привет? — пытаюсь выдавить из себя улыбку.

Дракончик выдохнул облачко дыма мне в ответ. Понимает? Похоже на то.

— Я не знаю, что делать. Может быть ты можешь чем-то помочь? Мне безумно холодно и я очень хочу выбраться от сюда.

И снова облачко дыма в ответ. Хранитель вспорхнул с плеча, покружился вокруг моей головы. Из его носа пошел пар, а из пасти вылетела искра, угодившая мне прямо в лицо. Вскрикнула от неожиданности, но ничего не почувствовала. Зато вокруг моего тела появился огонь. На секунду испугалась, что могу превратиться в угольки, но жара не почувствовала. Пламя приблизилось. Сначала я ощутила его прикосновение на своей коже. Затем — как тепло разливается внутри меня. Открыла глаза. Дракончик парил рядом со мной, а огонь исчез. Как и ощущение холода.

— Не знаю, как ты это сделал. Но спасибо тебе, малыш, — обратилась к моему крылатому другу, который фыркнул в ответ. — Скажи… А что-то сделать можешь, чтобы помочь мне выбраться из этой ямы?

Дракончик снова сел ко мне на плечо и будто на минуту задумался. Потом печально опустил глаза вниз. Видимо, не может. Обморожение мне теперь не грозит, это уже хорошо. Но что если поблизости есть дикие звери? Или если меня действительно не станут искать?

— Малыш, а ты можешь немного нагреть яму?

Дух подлетел к стене и повторил ту же манипуляцию, что и со мной. Снег, находившийся в яме тут же растаял. Подошла к стене, дотронулась. Невероятно, но земля уже не была такой твердой как раньше.

С собой у меня не было ни лопаты, ни ножа, так что пришлось работать руками, создавая пазы, по которым можно будет карабкаться наверх. На то, чтобы выбраться, ушло больше сорока минут. Оказавшись наверху, села на землю, отдышалась и осмотрелась. Деревья. Кругом одни деревья.

В детстве я часто ходила в походы, что такое лес я хорошо знаю. Несколько раз даже со своей группой участвовала в игре по поиску клада. Нужно найти источник? Вот вообще бы без проблем, если бы нам выдали подходящую обувь, удобную тёплую одежду, компас и карту с обозначением цели поиска. Спасибо хранителю, с одеждой вопрос решился. Хоть я и в ночной рубашке, но мне тепло. Но вот без обуви далеко не уйти. Да и куда, собственно, идти? Эти мысли отвлекли от реальности и я не заметила, что дракончик пытается привлечь моё внимание.

— Ты знаешь, куда нам идти?

Малыш тут же отлетел на несколько шагов. Осторожно ступая по земле, подошла к дракончику, который тут же полетел дальше.

— Мне идти за тобой?

В ответ услышала одобрительное фырканье. Что ж, всё равно компаса лучше у меня при себе нет, а время идёт. Цифры на браслете показывают уже один час тридцать восемь минут. Было бы шикарно, если бы дракончик вывел меня на тропинку, ведущую прямо к источнику Огня. Но — мечтать не вредно. Ведёт он в густые заросли, и мне приходится пробираться прямо через кусты, раздвигая руками ветки.

Если верить браслету, иду я меньше часа, но чувствую будто прошла целая вечность. Я жутко устала, ноги и руки болят до невозможности. Начинаю сомневаться в своём решении идти к источнику. С таким количеством царапин и ран по всему телу какой только заразы я не рискую подхватить. Боюсь даже представить, как я сейчас выгляжу. Вся в крови и грязи, практически голая в изодранной рубашке, с безнадёжно запутанными волосами…

Остановившись, облокотилась о ствол дерева. Мне просто необходимо хотя бы немного перевести дух. Дракончик явно недоволен, быстро кружит возле меня.

— Дай пару минут. Я больше не могу.

Моя просьба его явно не волнует. Дух толкается, выпускает дым, настойчиво пытаясь заставить меня идти. Так боится, что я не успею? Жаль, конечно, будет расставаться с моим новым другом, но ничего плохого в возвращении домой я не вижу. Неожиданно дракончик буквально застывает в воздухе и смотрит куда-то мне за спину. Слышу глухой рык. Оборачиваюсь.

В жизни я видела волка только в зоопарке и он очень отличался от этой зверюги. Безусловно, внешне довольно похож. Но, во-первых, размером этот хищник точно больше обычного волка. А, во-вторых, глаза. У моего визави глаза светятся красным.

Знаю, что бежать нельзя, так что медленно пячусь назад, не выпуская зверя из виду. Встаю спиной к дереву, подбираю валяющийся рядом камень. Так себе оружие, но другого у меня нет, как и сил забраться вверх по веткам.

— Привет, — решаюсь заговорить в надежде, что мой голос отпугнёт зверя. — Это, наверное, твоя территория? А я тут просто потерялась.

Нет, не помогает. Этот странный волк начинает подходить ближе, стремительно сокращая расстояние до меня. Между ним и мной появляется мой дракончик. Дух воинственно расправляет крылья, шипит и выпускает из ноздрей пар. Смотрю на эту картину, и в голову так и лезет сравнение со слоном и моськой.

Волк не обращает никакого внимание на хранителя. Хищный зверь в прыжке кидается на меня. Выставляю руки перед собой в попытке защититься от нападения. Волка откидывает от меня на несколько метров. Не поняла, это я? Или мой дракончик каким-то образом сумел помочь? Впрочем, сейчас это не важно. Пока хищник не поднялся и снова не напал, разворачиваюсь и бегу в противоположную от него сторону.

Остановилась я только когда сил бежать уже не осталось. Села на землю, огляделась. Все тот же лес с одинаковыми со всех сторон деревьями.

Хранитель подлетел, сел на обратную сторону ладони, сложил крылья и внимательно посмотрел в мои глаза.

— Спасибо тебе. Я уж было подумала, что стану завтраком для него.

Искренне улыбнулась дракончику и погладила его по спинке. Малыш довольно заурчал, понравилось. Кстати, о малыше…

— А имя у тебя есть?

Дракончик медленно опустил голову и потоптался на руке. Полагаю, это значит, что нету.

— Не хочешь, чтобы было?

Он тут же снова посмотрел на меня и, одобрительно выпустил пар. Отлично, осталось только это имя придумать. Что может подойти пусть и маленькому, но самому настоящему дракону? Понятия не имею. Не самая простая задача придумать имя, если у тебя и котёнка-то никогда не было. Очень хотелось, но у отца была аллергия и питомец для меня так и остался мечтой. Собственно говоря…

— Дрим? Как тебе?

Дракончик фыркнул и обвился хвостом вокруг запястья. Отлично. Значит, Дрим. Судя по тому, что он спокоен, волков поблизости нет, что не может не радовать. На браслете чуть больше получаса. Можно было бы оставшееся время просидеть спокойно на месте. Но что будет с теми, кто не успеет? У меня большие сомнения, что о безопасности невест тут сильно переживают.

— Знаешь, в какую сторону идти?

Дракончик, как по команде, полетел прямо и остановился, ожидая меня. Довольно быстро лес поредел, за ним показалась огромная поляна. Посреди неё, в окружении леса из-под земли вырывались реки лавы, соединяющиеся в центре поляны вместе.

Не сомневаюсь, это и есть источник Огня, что, безусловно, отлично. Но вот только проблема. В источнике реально не вода, а пламя. Как можно в этом искупаться?! Пожалуй, между вариантом сгореть и вариантом остаться в лесу, я точно выберу последнее. В конце концов, может мне повезет и, как только время кончится, меня перенесут отсюда? Через двенадцать минут я это узнаю.

Дрим явно недоволен тем, что я снова села на землю рядом с деревом. Ведет себя как надоедливая муха! Кружит вокруг, недовольно фыркает, хлопает крыльями.

— Смерти моей хочешь?

В этот момент с другой стороны поляны из-за деревьев выскочила девушка. Если не ошибаюсь, Ерания Вард. Она точно из этого мира, помню. Вид у девушки плачевный, точно не многим лучше моего. Она огляделась и буквально ринулась к источнику. Неужели не страшно? Или она уверена, что это безопасно? Всё-таки, местная… Может что-то знать. Нырять и заходить в «воду» Ерания не стала, только пальцами коснулась поверхности огня. Истошно крича, девушка отдёрнула руку и рухнула на землю.

Похоже, даже дракончик понял, что купаться — не самая лучшая идея, и перестал меня доставать. Подбежала к девушке. Ерания была в сознании и тихо стонала. Кожа на ее руке обуглилась, появились лопнувшие пузыри вокруг поврежденного участка. Всё, что я могу сделать — это оторвать кусок от своей ночной рубашки и прикрыть обгоревшую руку, чтобы ничего не попало на рану.

Рядом с нами появилась еще одна участница отбора вместе со своим духом-хранителем.

— Агнес!

Хоть что-то хорошее за это утро. Может и глупо так радоваться встрече с человеком, которого знаешь всего ничего, но здесь никого ближе соседок у меня нет.

— Что здесь случилось? — испуганно спрашивает она, увидев на земле Еранию.

— Источник. Она просто дотронулась…

Моя соседка приподняла кусок ткани, посмотрела на руку пострадавшей девушки.

— Значит, огонь настоящий? — в ужасе спросила Агнес.

Ответить я ей не успела. Послышался шум где-то среди деревьев. Я оглянулась на его источник и тут же от сильного толчка в спину полетела прямо в огонь.

В ужасе зажмурилась и приготовилась кричать от боли. Но боли не было. И жара тоже. Это не было похоже на огонь. Я будто упала в воду, но в этой воде можно было дышать. Вокруг меня образовался огненный шар и уже в следующую секунду мощный поток лавы подхватил меня и вышвырнул на берег.

Только это уже была не поляна, на которой находился источник. Я оказалась на берегу того озера, где не так давно вызвала своего хранителя. Ко мне кто-то подошёл, что-то спросил. Но что именно я не поняла. Голова закружилась, и я потеряла сознание.

Марианна Маслова.

— Ну же, давай, приходи в себя, — чувствую, как кто-то бьёт меня по щекам.

С трудом фокусирую взгляд на том, кто со мной говорит. Мужчина лет пятидесяти на вид, в сером балахоне.

— Пей! — он приподнимает мою голову и подносит к губам стакан.

Такое небольшое движение, но оно вызывает ужасную боль во всём теле. Послушно приоткрываю рот. Вкуса не чувствую, просто пью маленькими глотками до тех пор, пока стакан не оказывается пуст. Мужчина тут же теряет ко мне всякий интерес и встаёт. Он подходит к другой девушке, лежащей недалеко от меня. Как и меня, приводит её в чувства, поит из стакана.

Я всё ещё в ободранной рубашке, но сверху неё надета какая-то тёплая накидка, закрывающая всё тело. Смотрю на свои руки. Глубокие царапины на них затягиваются прямо на глазах. Тоже происходит и с другими ранами на теле.

В комнате лежат или сидят и другие невесты, вокруг которых суетятся слуги и мужчины в сером — полагаю, лекари. Глазами нахожу среди них Еранию. Она в сознании и, кажется, с пострадавшей рукой уже всё в порядке. Качество местной медицины, надо признать, на уровне. Как выясняется, выпитой жидкостью было ранозаживляющее зелье. Такие несерьёзные раны, как у меня, лечит просто мгновенно. Для более тяжелых же случаев требуется чуть больше времени.

Через какое-то время в комнату заходят жрецы. Они подходят к каждой из девушек, открывают порталы и отправляют невест в них. Когда очередь доходит до меня, захожу внутрь и оказываюсь в своей комнате.

— Как же я рада, что вы вернулись! — слышу от встречающей меня Кейтлин.

После поступка Агнес, сложно поверить, что кто-то тут мне может быть искренне рад. Однако, в любом случае в покоях во дворце мне нравится на порядок больше, чем в лесу.

— А что с Агнес? Ну, в смысле, где остальные девушки?

— Амалия в ванной комнате, а Агнес и Фелиция не возвращались, — отвечает служанка.

Винсент Макберн.

Третья аудиенция у Императора меньше, чем за две недели. Это больше, чем раньше за год. Такими темпами до конца отбора побьём рекорд по личным встречам за всю мою жизнь.

— Что вы с Анхелем устроили из испытания? Ты посмел натравить на претенденток в лесу вольфлейгов?! Да как ты вообще до такого додумался? Бросить безоружных девушек один на один с тварями, обладающими иммунитетом к любой магии?! — срывается на крик отец.

На долю секунды показалось, что отец сейчас меня испепелит. Его лицо буквально перекосило от злости, челюсти были сжаты, вены на лбу набухли.

— Мне очень жаль, что на испытании произошёл несчастный случай…

— Это — не несчастный случай! Это — чудо, что всего три девушки погибли! — от крика правителя начинает звенеть в ушах. Да, давно я не видел его в таком бешенстве.

— Согласен. Был не прав. Но ты должен признать, слабая невеста не пройдёт свадебный ритуал. Артефакт её просто не примет. Я всего лишь хочу быть уверен, что отбор выиграет именно та, кто сможет родить мне наследника.

Император подошёл ко мне вплотную, прищурил глаза и внимательно посмотрел на меня.

— Значит так… Во-первых, обо всех изменениях в испытаниях я хочу знать заранее. Лично от тебя или от твоего кузена. Обо всех!

То есть, Анхель остаётся? А я уж было думал, «крутиться» придется без него.

— Во-вторых, если ты откажешься жениться, я лишу тебя прав на трон.

И не думал отказываться. Я же не виноват, если будет не на ком?

— Проваливай!

Наконец-то. Это дважды повторять не нужно. Через мгновение дверь в кабинет за мной захлопнулась.

Марианна Маслова.

Уже два дня как не было никаких новых издевательств. То есть, испытаний. То ли решили дать невестам хоть немного отдохнуть, то ли думают, как ещё изощриться и поиздеваться над нами. Как бы там ни было, надо ловить момент! Так что, планы на этот вечер у меня с Амалией были грандиозные. Слуги обещали передать распорядителю нашу просьбу о доступе в библиотеку, но ответа мы не получили. Поэтому было решено заняться изучением того, что нам доступно. А точнее — осмотром. После ужина мы хотели прогуляться и исследовать доступную для нас часть замка. Если получится, то и поближе познакомиться с другими претендентками. Но, как говорится, планы не могут быть совершенными, если в них замешаны люди. В нашем случае, драконы.

Только мы стали собираться в столовую, как в комнату «влетела» наша запыхавшаяся служанка, от которой стало известно о начале следующего испытания. Всем невестам было приказано незамедлительно собраться у главных ворот. Распоряжений по форме одежды не поступало, поэтому Амалия предложила одеться максимально удобно. Предложения я сразу поддержала. Не зря же нас собирают на улице? К счастью, одеждой по размеру нас обеспечили на любой вкус. В шкафу легко нашлись свободные брюки и рубашки, а также ботинки, очень напоминающие наши земные берцы.

У ворот, как обычно на испытаниях, было многолюдно. Ничего удивительного с таким-то количеством невест. Как и мы с Амалией, остальные девушки решили одеться практично. Подозреваю, все ждут не танцев на балу, а чего-то наподобие ямы в лесу. Жрецы нас выстраивают в две шеренги спиной к стене с воротами. Прямо перед нами располагается большая площадка, выложенная гладкими серыми плитами с узором в виде двух золотых драконов на каждой.

Пока я разглядывала плитку, не заметила появление принца и распорядителя отбора. Эффектное, надо сказать, появление. Они летели к нам по небу на каких-то сказочных существах. Не видела никогда ничего подобного. У этих существ были золотые крылья, огромные когти, длинный хвост, крючковатый клюв. Два всадника грациозно спустились на землю рядом с нами. Невесты, жрецы и слуги склонились в поклонах перед Его Высочеством. Правда иномирянки, которых вместе со мной осталось всего четверо, сначала впали в ступор от увиденного, но тут же пришли в себя и опустили головы. Да, не каждый день увидишь такой транспорт. На слуг и жрецов будущий Император не обратил никакого внимания, а нас поприветствовал кивком головы.

— Дорогие невесты, добрый вечер! — начал свою речь Анхель Лаверн. — Как вы знаете, наследный принц — дракон. И, естественно, его будущая жена не может бояться летать. Сегодняшнее испытание позволит выяснить, нет ли у вас в душе страха высоты. А помогут нам в этом эти милейшие создания.

Распорядитель гладит по спине «создание», на котором прилетел. М-да. Высоты я не боюсь, но вот эти когти… Ими же можно за секунду разорвать на части любого!

— Ваша задача предельно проста. Необходимо добраться отсюда до площадки на склоне вон той горы, — рукой Лаверн указывает на ту самую гору. — Грифоны уже получили магическую команду доставить туда своих всадниц. Вам нужно просто позволить им это сделать, наслаждаясь чудесным видом. Но, все же, — это испытание. Поэтому, две девушки, долетевшие последними, отправятся домой. Кроме того, будут исключены те, кто не сможет добраться до конечной точки по какой бы то ни было причине.

Из ворот стали появляться слуги, ведущие за собой грифонов. Огромные, значительно крупнее лошадей, на которых мне доводилось кататься в детстве. Примерно у половины из них крылья были золотистого цвета, как и у тех двоих, на которых прилетели принц и распорядитель. У остальных — белоснежными.

— Прошу, выбирайте любого приглянувшегося вам грифона, — с улыбкой приказал Лаверн.

Почти все невесты сразу бросились к животным. Неужели боялись, что им не достанется? На месте осталось только семь девушек, включая меня и Амалию. На мою соседку было страшно смотреть. Её лицо побелело, губы дрожали, а в глазах читалась точно не радость от предвкушения полёта.

— Ты высоты боишься? — тихо спросила и получила в ответ медленный кивок.

— Отстань! Он мой, не трогай! — раздались крики со стороны бросившихся к грифонам невест.

Ах, вот оно что… Все претендентки старались отхватить именно золотых. Точно передрались бы, если бы не слуги. Это потому, что принц на таком прилетел? Или же местным девушкам известно что-то, что не знаю я? Например, что белоснежные «птицы» не такие быстрые? Если последнее, то это — именно то, что мне нужно. Точно не откажусь спокойно добраться последней до пункта назначения. Скорее всего, и Амалии именно такой просто необходим. Хотя, возможно, её желание не вылететь с отбора пересилит страх перед высотой.

Осмотрела внимательно всех существ. Один из грифонов стоял в стороне от остальных. Невест он совершенно не интересовал из-за белого цвета крыльев. А вот меня — очень. Не долго думая, взяла под руку Амалию и потащила к одинокому животному.

Пока мы подходили, грифон с большим интересом нас разглядывал. Как только приблизились, обнюхал сначала меня, а после мою соседку, которой, судя по выражению её лица, не заорать было очень сложно. Согласна, если посмотреть на эти когти, становится страшно. Но вот глаза грифона… Смотрю в них и не вижу ничего пугающего. Улыбаюсь, поднимаю руку и решаюсь погладить грифона по морде.

— Попробуй и ты, — говорю Амалии.

Девушка послушно протягивает руку, а грифон сам наклоняется и трётся о неё мордой.

— На первый взгляд, не кусается, — шутит с улыбкой соседка. — Не против, если возьму его себе?

Естественно, не против. Мне, конечно, тоже грифон очень понравился, но ей точно нужнее. Смотрю, что тем временем происходит с остальными невестами. Оказывается, почти все уже выбрали себе «птичку». Осталось всего пять свободных грифонов, из которых только один золотой. Иду к ним, твёрдо решая взять любого из четверых с белыми крыльями. Но тут в мою сторону направляется тот самый единственный оставшийся золотой. Угрозы в нём не чувствую. В конце концов, почему нет?

Наконец, все грифоны обзавелись временными хозяйками. Один из слуг подаёт мне какой-то небольшой шарик зелёного цвета.

— Покормите вашего нового друга, он так быстрее вам доверится, — объясняет он.

Видимо, что-то типа сахара или морковки для лошадей. Протягиваю зелёное лакомство, но из моих рук его выхватывает появившийся из воздуха дракончик.

— Дрим?!

Дракон не обращает внимание на мой возмущённый крик и просто улетает вместе с шариком.

— Прости… — обращаюсь к грифону, понимая что не знаю его имени. — Как его зовут? — спрашиваю слугу.

— Похоже, выбор сделан, — прерывает нас голос распорядителя. — Прошу, залезайте на ваших грифонов. Вылет по моему сигналу.

Пятеро девушек сами легко забираются на спины своих животных, остальным, как и мне, помогают.

— Его имя Альтарес, — произносит мне слуга прежде, чем отойти.

Как только все невесты оказываются на спинах грифонов, раздается хлопок и мы взмываем вверх.

Винсент Макберн.

Двенадцать из пятнадцать самок уже доставили «своих» невест в пункт назначения. Не зря всё-таки мы с Анхелем устроили показательный полёт на грифонах мужского пола до испытания. Невероятно смешно было наблюдать за претендентками, готовыми подраться за самцов. Никак решили, принц плохого не выберет.

Оу! В небе показывается первый грифон с золотыми крыльями. Причем не один, а со своей всадницей? Неожиданно! Ещё же даже не все самки прибыли на место. Смотрю внимательнее. Да, хорошо их потрепало, ничего не скажешь. Сложно от сюда сказать, какие именно повреждения у грифона. Вижу только, что крыло неестественно выгнуто, но вот серьёзность раны разглядеть не удаётся. Девушка, думаю, тоже ранена — слишком много на ней крови. Хотя, возможно, кровь принадлежит не ей.

А как красиво приземляется… Или лучше сказать, падает? Ну, хотя, довольно неплохо, даже никого не задел. И мою дорогую невесту не уронил… К сожалению.

Подхожу ближе, интересно посмотреть, кому из девушек так повезло добраться сюда на ополоумевшем грифоне. Ими двумя уже во всю занимаются лекари. Вблизи рассматриваю раны. Довольно серьёзные. Как вообще грифон сюда долетел, а девушка удержалась на его спине?

Девушка… Это же та самая смазливая и дерзкая претендентка, которая спорила с Анхелем перед третьим испытанием? Марианна Маслова, если память мне не изменяет. Выходит не только из леса выбралась, имея на полчаса меньше времени, но и на самце сюда добралась? Живучая однако… Пожалуй, теперь она мне ещё больше нравится. Надо будет пригласить эту девушку к себе… Кхм… На ужин. Возможно, даже на пару ужинов.

Аластар Макберн.

Вздыхаю и тяжело опускаюсь в одно из кресел у камина. Племянник подходит ко второму, собирается разместиться рядом со мной.

— Я предлагал тебе сесть?

— Простите, Ваше Величество… — Анхель чуть ли не отпрыгивает от кресла.

— Не прощу. Почему ты не пришёл ко мне сразу?

— Ваше Величество… Винсент ведь мой двоюродный брат и мой лучший друг… Разве я мог предать его доверие?

— А я — твой Император и твой дядя! Мое доверие, значит, предать можно? — стараюсь, чтобы голос звучал спокойно.

— Ваше Величество… Я бы никогда…

— Хватит! — прерываю жалобное блеяние этого идиота. — Скажи-ка лучше, дорогой племянник, почему бы мне тебя не казнить за измену?

— Ваше Величество… — голос Анхеля задрожал, а сам он побелел.

— Что, причину придумать не можешь?

— Ваше Величество… Клянусь, я не представлял насколько далеко всё зайдёт! Думал, Винс просто развлечётся немного и всё! Я и подумать не мог, что он готов угробить столько ни в чём неповинных…

— Это отговорки, а не причина сохранить тебе жизнь, — устало закрываю глаза и тру переносицу.

— Ваше Величество…

— Ладно. С причиной я помогу. Я не казню тебя за измену потому, что с этого момента ты сделаешь всё, чтобы, во-первых, все испытания прошли, как минимум, три девушки. А, во-вторых, проследишь, чтобы мой сын больше ничего не выкинул, выбрал себе жену и провёл с ней свадебный обряд.

Марианна Маслова.

Завтрак окончен, и Амалия предлагает вернуться к нам в комнату, чтобы оставить там подарки принца, а после прогуляться в саду. Обещаю составить ей компанию в другой раз. Сейчас прогулка совершенно не входит в мои планы. Раз нам разрешили посещать библиотеку, почему бы не сделать это сразу? Прошу одного из слуг проводить меня туда.

До библиотеки мы добираемся через длинные безлюдные коридоры. Пожалуй, без посторонней помощи вряд ли бы я её быстро нашла. Слуга остаётся снаружи, чтобы, когда закончу, проводить меня обратно.

Захожу внутрь и испытываю настоящий восторг. Библиотека представляет собой огромный зал с пятью ярусами внутри, расположенными по кругу и поднимающимися вверх. На каждом из них расположены стеллажи, доверху забитые самыми разнообразными книгами. На самом верху возвышаются своды, украшенные богатой лепниной, а потолок украшен фреской с, ожидаемо, драконом. Мягкий свет окутывает всё помещение и специально подсвечивает корешки всех книг. В самом центре зала установлены мягкие кресла и столы с какими-то необычными шарами на подставках.

Осматриваюсь в поиске библиотекаря, но никого не вижу. Тогда решаюсь громко спросить, есть ли тут кто-нибудь? Ответом мне служит тишина. Либо у того, кто тут работает, обеденный перерыв, либо я просто не знаю, как правильно его позвать. Сама среди этих книг я точно не смогу отыскать нужную информацию, но всё равно решаю осмотреть полки с книгами. Чего здесь только нет! Лекарское дело, гидрометрия, минералогия… Даже пособие по полётам для драконов!

Слышу тихий вздох у себя за спиной, резко оборачиваюсь. Прямо передо мной оказывается никто иной, как Винсент Макберн.

— Ваше Высочество, — склоняю голову.

— Ищете что-то определённое, Марианна?

— Не уверена… Подскажите, как можно позвать библиотекаря?

— Его здесь нет и никогда не было.

— Но как же… Здесь ведь тысячи книг, как среди них можно что-то найти?

— Тысячи? — смеется принц. — Здесь почти 2 миллиона книг. Плюс ещё около 500 тысяч манускриптов и карт. Пойдёмте.

Его Высочество направляется в центр библиотеки. Ничего не остается, кроме как послушно идти за ним. Принц прикасается к одному из шаров, установленных на столах, и тот тут же начинает светиться ярким белым цветом.

— Отборы невест для Императорской семьи, — громко и чётко произносит принц.

В шаре тут же появляется список из всего трёх наименований книг и их авторов. Изумленно смотрю сначала на надписи, потом на Винсента.

— Вас ведь это интересовало, я не ошибся? Сожалею, но сейчас доступна только самая общая информация. Всё, что касается испытаний, было изъято.

Чтобы не спойлерить, понятно. Вообще не очень-то и хотелось. Мне бы для начала информацию об этом мире, магии в нём… А в идеале — как отсюда вернуться домой. Но озвучивать это не решаюсь, просто киваю в ответ.

— Это магический каталог. Называете то, что хотите прочитать и сфера сама подберёт максимально подходящие книги. Выбираете, что из списка вам подходит, зачитываете название и уже через секунду требуемые экземпляры появятся на столе. Книги нельзя от сюда выносить, но вам я разрешаю взять в комнаты всё, что посчитаете интересным. Как прочитаете — отдайте вашей служанке, она вернёт на место.

— Спасибо…

— Обращайтесь.

Принц улыбается и идет в сторону двери. Прежде, чем выйти оборачивается.

— Если интересно, приходите сегодня на ужин не в столовую, а в мои покои, расскажу вам об отборах лично. Будет занимательнее, чем в книгах, обещаю.

Ответить не успеваю, Винсент скрывается за дверью. В покои? Он что, серьёзно? Да он обо мне только имя моё и знает. Хотя чему удивляться? Если уж принцу не принципиально, кто именно станет его женой, то большая ли разница с кем «ужинать»?

Винсент Макберн.

Кто бы сомневался, охотницы за троном уже в сборе. При моём появлении они тут же подскакивают и что-то громко щебечут. Это пытка. Голова и так болела, а теперь просто уши в трубочку свернулись и дико захотелось выть… Хотел ведь на Ивилис портануться, выпить кофе, съесть пару эклеров… Испытание пропустить побоялся, идиот.

Как только слуги ставят на стол кофейник, тянусь к нему. Залпом выпиваю первую чашку обжигающего напитка, наливаю вторую. Анхель толкает меня под столом, недоуменно поворачиваюсь к нему. Кузен незаметным кивком указывает мне на девушку, расположившуюся в двух стульях от меня. Что? Она что-то спрашивала?

— Не расслышал, что вы сказали?

— Ваше Высочество! Я лишь хотела спросить, а это правда? Вы действительно пригласите на свидание победительницу следующего испытания?

Ну да. Знает одна курица — знает весь курятник. Кто бы сомневался, что вчерашняя брюнеточка всё разболтает.

— Правда.

— Ох, Ваше Высочество, а как оно будет проходить? — спрашивает уже следующая претендентка.

Искренне надеюсь, что — молча. В идеале вообще без моего присутствия.

— Это же приз для победительницы отбора. А отбором у нас заведует Его Светлость, — с улыбкой смотрю на Анхеля.

Сработало. Всё внимание девушек переключилось на кузена. Не честно, да. Зато я могу спокойно выпить кофе и съесть… Пожалуй, вон тот сыр с булочками. Булочки… Именно их прошлом завтраке выбрала Марианна. Перевожу на неё взгляд. На этот раз у девушки на тарелке блины и виноград. Снова не обращает внимание на меня или на Анхеля, просто ест. Цену себе набивает? Или боится отвлекаться, чтобы к испытанию подготовиться? Не зря же в библиотеку пошла. Я проверил — больше половины книг взяла по отборам. Значит, ищет подсказки. Надо будет намекнуть, что подсказки надо получать по-другому.

Завтрак подходит к концу. Решаю сам объявить радостную новость, прежде чем встать из-за стола.

— Пятое испытание состоится через час. Вам снова надлежит явиться к главным воротам.

Марианна Маслова.

Шагаю в портал, понимая, что меня там ждёт серпентарий. Первое, что вижу — стена в серой краске. Оглядываюсь. Двери… лифта? Да, точно. Я в лифте. Слева вижу панель управления с кнопками этажей, сверху лампу и аварийный люк. Э-м… Но я не страдаю клаустрофобией или какой-нибудь лифтофобией. Я живу на 17-м этаже и каждый день спокойно спускаюсь-поднимаюсь в точно такой же кабине.

Нажимаю подряд все кнопки, но ничего не происходит. Видимо, подразумевается, что лифт застрял. Хорошо, допустим. Но что от меня хотят? Как можно перестать бояться того, чего и так не боишься? Смотрю ещё раз вверх. Неужели, от меня требуется забраться через люк на крышу? Э-м… Я как бы не акробат. И прыгать так высоко не умею. А хотя, о чём это я? Если бы и умела, зачем мне туда лезть? Змей здесь нет. Сам лифт стоит, не падает. Что мне угрожает? Усаживаюсь на пол, закрываю глаза и жду, когда же истекут отведённые 10 минут.

Кажется, я даже начала дремать, когда почувствовала ветер и тепло солнца на своей коже. Отлично, я снова на площади у ворот. Ко мне тут же подбегают двое слуг, помогают подняться и уводят. Мы быстро идём по коридорам замка к распахнутым дверям зала, очень похожего на тот, в котором я оказалась после перемещения в этот мир. Сердце радостно забилось в надежде. Неужели?

В зале меня уже ожидают четыре жреца в своих излюбленных красно-белых одеяниях.

— Сожалею, леди, но отбор для вас закончен, — с прискорбием сообщает один из них. — Вы незамедлительно будете возвращены на Ивлис. Ваши подарки можете забрать с собой, — говорит он, передавая мне коробочки с украшениями.

Наверное, мне полагается в истерике биться головой о стену? Или хотя бы рыдать навзрыд, заламывая руки?

— Благодарю, — вместо всего этого отвечаю с легкой улыбкой.

Вспышка света озаряет комнату, жрецы открывают портал. Нетерпеливо делаю шаг в сторону прохода к моему дому, но один из мужчин не даёт подойти ближе. Тут же понимаю, почему. Голубое свечение портала резко становится чёрным. Что-то не так? Жрецы, как по команде, выбегают из зала, утягивая меня за собой с такой скоростью, что я не успеваю ни возразить, ни спросить, что происходит. Едва за нами захлопываются двери, раздается взрыв.

Дальше все происходит как в тумане. Вокруг снуют слуги, жрецы что-то кричат… Прихожу в себя, когда меня усаживают на стул, дают стакан воды. Ко мне подходит один из мужчин, открывавших только что портал.

— Марианна, — обращается он ко мне по имени. — Мне очень жаль, но переход в ваш мир был заблокирован. Вернуть вас на Ивлис не представляется возможным. Вам придётся остаться в Пандории. Вы больше не участница отбора, а значит обязаны как можно быстрее покинуть дворец. Но, ввиду сложившейся ситуации, вы сможете взять с собой любые вещи и одежду, которая была предоставлена в ваше распоряжение на время испытаний.

Понимаю, что меня колотит как припадочную. Стакан в руках трясётся так, что вода из него просто выливается. Приходит болезненное осознание того, что я никогда не смогу жить, как жила прежде. Я думала, что смогу вернуться обратно, сделать вид, что все события на этом отборе — просто страшный сон. Моя работа в кафе, моя учёба в университете, мои друзья… Никогда этого больше не будет. Даже не знаю, что страшнее? То, что я больше никогда не увижу дом? Или то, что я останусь навсегда в мире, где жизнь человека не стоит ничего?

Стоп. Выпиваю залпом всю оставшуюся в стакане воду. Надо остановиться. А куда, собственно, я так стремилась вернуться? Мои родители погибли ещё когда я была маленькой. Братьев, сестёр и любых других родственников у меня нет. Друзья? Пожалуй, это громко сказано… Скорее, сокурсники… Вряд ли они обо мне вспоминают. Разве что, не могут найти, у кого бы взять конспект лекций переписать. Работа? Я всего лишь простая официантка. Изначально было понятно, что в «Культе эклера» я только на время обучения. Надо же где-то бедной студентке деньги на обучение, съёмное жильё и еду зарабатывать? А тут — отличные чаевые каждую смену, бесплатная еда для сотрудников. Отлично, но точно не работа мечты. Университет… Ну, что сказать? Очень жаль усилий, которых мне стоило поступить туда на бюджет. Но, если честно, я никогда не горела желанием стать экономистом. Просто пошла туда, где конкурс был поменьше.

Получается, возвращаться мне особо и не за чем. Остается ещё одна проблема. Этот мир. Здесь явно не многим лучше, чем на Земле во времена рабства. Но… После смерти родителей я росла в детском доме, где меня хорошо научили одному — никогда не ныть. Одна из воспитательниц всегда нам говорила, что мир жесток. Так и есть. Любой мир жесток. На, так называемом, Ивлисе тоже убивают. И огромная пропасть между людьми тоже существует. Бедные стараются заработать на то, чтобы выжить. Богатые же… Могут позволить себе практически всё, что их душе угодно. Так и в чём существенная разница между здешним принцем и каким-нибудь нашим земным мажором? Магия не в счёт.

Собственно, теперь переходим к плюсам пребывания в этом мире. Точнее, плюсу. Здесь есть магия, и есть вероятность, что я ею обладаю. Возможно, со временем у меня получится узнать, как ею пользоваться? Может смогу летать, как в фильмах? Согласна даже на метлу и ступу, если что. Улыбаюсь. Так. Мне пора выметаться. С удовольствием это сделаю! Но для начала надо забрать свои вещи, мне ведь разрешили. А на два подарка от принца, думаю, получится неплохо в Пандории устроиться.

Внезапно пространство вокруг меня меняется и я оказываюсь вновь на проклятой площади возле ворот дворца. — Мои поздравления! — аплодирует мне распорядитель — 3 минуты и 32 секунды! На данный момент это лучший результат. Прошу, присаживайтесь!

Смотрю на него и от шока не могу даже пошевелиться. Моим страхом было… не вернуться домой? Ко мне подходит слуга, буквально оттаскивает меня к одному из столиков, за которым уже сидит Николь Ашур. Мы не говорим друг другу ни слова, просто смотрим на продолжение испытания.

Восьмой по счёту выходит его проходить Амалия. Оказывается, мы с ней похоже ещё больше, чем я раньше думала. Гадюки, кобры, эфы… Признаюсь честно, мне на это даже смотреть страшно. Не хотелось бы сейчас быть на её месте… Справляется моя соседка с большим трудом и практически в последний момент. 9 минут и 37 секунд. От облегчения выдыхаю. Я просто счастлива, что Амалия останется со мной. Ну, и то, что змеи пропали с «экрана» тоже безумно радует, от одного их вида было реально не по себе.

То, что следующая невеста провалится, становится очевидно сразу, как только она проходит в портал. Практически сразу девушка просто падает в обморок от вида крови, и все 10 минут проводит без сознания. Вижу, как сильно это «выступление» позабавило принца. Смеётся так, что даже нам с Николь, сидящим за три столика от него, отлично слышно.

Некоторые легко, некоторые с трудом, но всё же все остальные девушки проходят дальше. Вот только, к сожалению, ни одна не справляется быстрее меня.

Винсент Макберн.

На этот раз вылетело всего три претендентки… Маловато будет, ничего не скажешь. Но, зато быстро управились, даже к обеду успели. На сегодня я уже получил достаточную порцию женских воплей, так что еду нам с кузеном приказываю подать в мои покои.

Надо обсудить следующее испытание. Но, это потом, слишком уж я проголодался. Цепляю вилкой отбивную с общей тарелки, нарезаю её мелкими ломтиками. Откладываю нож на край тарелки, накалываю вилкой один из кусочков и с удовольствием ем. Анхель разливает вино и тоже принимается за мясо.

— Что, зря не стали иллюзии делать реальными? — кузен первым начинает разговор.

— Как посмотреть. Так-то всего трое выбыло… Очень мало. Но на подготовку реальной иллюзии для каждой из невест у нас ушло бы несколько дней. А отец и так подгоняет, ему прям не терпится меня женить.

— Да ты и сам не против побыстрее этот цирк закончить.

Согласно киваю и принимаюсь за аппетитные грибочки под сыром.

— Винс, что делаем с лабиринтом? — откладывая вилку, спрашивает Анхель. — У нас остались только довольно-таки не слабо магически одарённые девушки. Пройдут ведь.

— Ну, для начала, снова превратим прохождение испытания в гонку. Как и с грифонами, двоих, пришедших последними, отправим по домам. Вольфлейгов внутри призовём… Что ещё можем в срочном порядке организовать?

— Ещё каких-то зверей достать?

— А смысл? Вольфгейнов мало? Никого кровожаднее не найдём. Хотя… Души неупокоенных? Можно приманить моей кровью в пещерах и закрыть в ловушке. А в лабиринте затем выпустить.

У Анхеля буквально отпадает челюсть. А я откидываюсь на спинку стула и медленно потягиваю изысканное вино.

— Подожди… что? Ты хочешь привести… Да они же выпьют любого на своём пути, у кого почуют хоть каплю волшебной крови!

— Именно. Ты же сам сказал, что наши оставшиеся красотки удивительно одарены?

Марианна Маслова.

Повезло так повезло. Такая честь выпала. Само Его Высочество на свидание пригласил. Ну, как пригласил? Не приглашал он никуда. Это он так осчастливил меня призом за то, что справилась с очередным издевательством. Интересно, а забирать приз вообще обязательно? Спросить это всё-таки не решаюсь, не хватало ещё, чтобы голову отрубили. Или как тут казнят за оскорбление наследника трона?

После ужина возвращаемся с Амалией в свою комнату, по очереди принимаем ванну. Надо бы заняться поисками информации по использовании магии в книгах… Но мне хочется просто свернуться клубочком и заснуть. Соседка же полна решимости проштудировать всю литературу, касающуюся испытаний и истории Пандории. Оставляю её одну за этим занятием, а сама вытягиваюсь под одеялом, прикрываю глаза и сразу же засыпаю.

Рано утром просыпаюсь от стука в дверь. Амалия открывает и забирает букет роз от слуги, который сообщает, что цветы переданы для меня лично Его Высочеством.

— Даже мне тебя хочется сейчас задушить! Представляю, что в столовой с тобой другие сделают — шутит моя соседка.

Хотя в каждой шутке…

— Тут записка. — кидает ко мне на кровать небольшое письмо.

Смотрю на этот конверт как на ту кобру.

— Открывай! Чего ждёшь?

И правда, чего? Если сделать вид, что никакого письма тут нет, оно же всё равно никуда не пропадёт? Вздыхаю, ломаю Императорскую печать, читаю.

— На пикник приглашает. В 9 часов сам за мной зайдёт.

Что ж. Значит, надо собираться за своим призом. Думаю надеть свободные брюки и рубашку, как на испытание с полётом. Ни капли не удивлюсь, если на свидании с принцем состоится очередной забег по лесу.

— С ума сошла? — Амалия буквально вырывает штаны у меня из рук. — Здесь вообще девушки практически никогда брюки не надевают. А ты собралась в этом к Его Высочеству?

— Форма одежды в письме указана не была, — пожимаю плечами.

Мои брюки летят на пол, а Амалия лезет в шкаф в поисках «подходящего» наряда. Достаёт платье в пол с рюшами в розовых тонах.

— То, что надо! Нежное, женственное. Как раз для прогулки с Винсентом. Будешь в нем сама как принцесса из сказки. Надевай! — настойчиво протягивает его мне.

Не спорю, для свидания с принцем действительно подходящий вариант. Если бы только этот принц действительно был героем сказки, а не фильма ужасов.

— Ты что, хочешь чтобы я ему понравилась? — вопросительно поднимаю брови. — Или уже передумала выходить замуж за своего Винса?

— Не передумала. И выйду. Так что ты — подруга будущей Императрицы, а значит должна выглядеть идеально, чтобы не опозорить нас обеих.

Императрицы значит. Глубоко вздыхаю, поднимаю руки в примирительном жесте.

— Пусть будет платье. Но я выберу что-нибудь поудобнее.

Останавливаюсь на длинном платье синего цвета с неровным подолом. У него довольно плотная ткань и свободный крой. То, что надо. Несмотря на протесты Амалии, выбираю сапоги. Пикник, возможно, всё-таки будет в лесу, а там я в прошлый раз уже прекрасно ощутила все прелести отсутствия подходящей обуви. Украшения к моему образу мне кажется ни к чему, а вот пояс решаю надеть. Волосы оставляю распущенными, наношу немного румян на лицо.

— Я всё равно уверена, что розовое подошло бы больше. Но тебе идёт! Синий отлично подходит к твоим глазам, подчёркивает их цвет.

Второй раз за утро раздался стук в дверь. Ровно в 9.00. Вот это пунктуальность. Открываю дверь и опускаю голову, приветствуя принца. Хм. Может и правда стоило одеться понаряднее? Его Высочество в чёрных брюках и белом камзоле с красной вставкой выглядит по-настоящему шикарно.

— Надеюсь, вы не будете возражать против того, чтобы покинуть дворец?

— А что, если буду против, мы никуда не пойдем?

— Конечно, Марианна. Приказать подать завтрак в мои покои?

— Я бы всё-таки предпочла обещанный пикник.

— Тогда, прошу, — открывает портал и подаёт мне руку.

По ту сторону прохода ожидаю чего угодно, но только не этого. Мы оказываемся на крыше огромного небоскреба. Мы перешли от туда, где часы только успели пробить 9 часов утра, а здесь же была глубокая ночь. Сначала решила, что Его Высочество перенёс нас на Землю, но увидела летающие автомобили. Нет, это что угодно, но точно не мой дом.

Макберн ведёт меня на другую сторону здания. Только сейчас до меня доходит, что я до сих пор не отпустила его руку. В этой части крыши располагался настоящий сад. Внизу, вместо обычного пола, росла трава и цветы. На возвышении стоял застеленный скатертью стол, к которому вели ступеньки, парящие в воздухе.

Как истинный джентльмен, принц помог мне присесть, пододвинув стул.

— А говорили, пикник?

Макберн усаживается напротив.

— Трава, свежий воздух, вкусная еда… Чем отличается от пикника?

— Пледа не хватает. И корзинки с едой, — иронично замечаю я.

Принц делает взмах рукой и у меня на коленях появляется небольшой тёплый плед.

— Что предпочитаете на завтрак? — интересуется он.

Что предпочитаю? Предпочитаю чашку чая и яичницу с помидорами. Но…

— Борщ с пампушками и сбитень с медом.

Посмотрим, как он справится с такой задачей. Что-то мне подсказывает, принц и названий таких не слышал.

— А на десерт — тульский пряник? — со смехом спрашивает он меня.

От удивления я чуть не упала со стула. А между тем перед нами обоими появляется по тарелке с борщом и чашке с горячим напитком. Вероятно, сбитень, но, если честно, я даже не знаю, как он должен выглядеть. Пампушки тоже на месте. Не признаваться же, что он меня уел? Так что невозмутимо беру ложку и желаю принцу приятного аппетита.

— Расскажите о себе? — начинает Макберн разговор.

— Что именно вас интересует?

— Абсолютно всё, чем бы вы не занимались.

— О… Чем я только не занималась. И призывами духов не занималась, и полётами на грифонах тоже как-то не увлекалась…

— Значит, вам очень повезло? Мне вот всегда нравилось пробовать что-то новое. Или вы не любите выходить из зоны комфорта?

— Я не люблю выходить из зоны безопасности и рисковать жизнью.

Его Высочество сделал несколько глотков из своей чашки, и, не отрывая от меня взгляда, спросил.

— Почему же не рискнуть, если есть ради чего?

— Это вы так намекаете, что ради внимания Вашего Высочества не грех и на тот свет отправиться?

Макбер от неожиданности поперхнулся сбитнем и закашлялся. Стучать по спине точно не буду. Без принца ведь отбор продолжать не станут?

— У меня складывается впечатление, что вы не очень-то рады участию в отборе?

Да неужели?

— Ваше Высочество, а подскажите, чему именно мне радоваться? Тому, что меня выдернули из дома? Тому, что я могу остаться без работы и вылететь из университета из-за прогулов? Или, может быть, тому, что я должна проходить какие-то дебильные испытания с риском для моей жизни? А… Наверное, тому, что кто-то за мой счёт развлекается и тешит своё самолюбие?

Его Высочество буквально зависает. Да, судя по отпавшей челюсти принца, немного не такого ответа он ожидал.

— Кхм… Марианна… Да, участие в отборе и впрямь несёт за собой определённые риски. Но, во-первых, это шанс выйти за меня замуж и стать Императрицей в будущем. А, во-вторых, в случае поражения, вы отправитесь домой с очень щедрыми подарками. Полагаю, они не просто могут компенсировать потерю работы, но и позволят не работать никогда в будущем.

Винсент Макберн.

Она не может всерьёз так думать! Ради возможности стать Императрицей любая на всё пойдёт. Всем рискнет! Хотя… Она ведь из мира, в котором нет магии. Может просто трезво оценивает свои шансы на победу? Другие невесты сильнее, они с детства обучаются управлять своим даром.

— Кхм… Марианна… Да, участие в отборе и впрямь несёт за собой определённые риски. Но, во-первых, это шанс выйти за меня замуж и стать Императрицей в будущем. А, во-вторых, в случае поражения, вы отправитесь домой с очень щедрыми подарками. Полагаю, они не просто могут компенсировать потерю работы, но и позволят не работать никогда в будущем.

Марианна смеётся.

— Ваше Высочество… Вы считаете, эти щедрые подарки пригодятся кому-то после смерти?

После смерти? На моих губах расплылась усмешка. Да она единственная выжила, выбрав грифона-самца!

— А вы что, так не уверены в своих силах?

— Не уверена, — признается девушка. — Жизнь у меня всего одна. По вашему какие-то драгоценности стоят того, чтобы ею рисковать?

— Речь ведь не о драгоценностях…

— Да, да, помню, — прерывает меня Марианна. — Стать Императрицей? Что это мне даст? Власть, богатство? Да. А как же ответственность, обязанности, которые должна выполнять ваша будущая жена? Простите, но взвалить на себя ответственность за целую Империю я точно не готова.

Впервые слышу, чтобы кто-то задумался над тем, что управлять страной не просто.

— Что ещё? — продолжает она. — Ради чего вы говорили можно рискнуть жизнью? Брак с вами и возможность рожать вам наследников? Ещё раз прошу меня простить… Вы, безусловно, весьма привлекательный мужчина, но точно не стоите того. К тому же, в вас нет тех качеств, которые лично я ценю в других.

Дракон внутри меня рычит, требуя свернуть шею нахалке. С трудом удерживаю на лице маску невозмутимости. Делаю медленный вдох, ещё более медленный выдох.

— И какие же качества вы цените? — обманчиво спокойным тоном задаю вопрос.

— Вообще или речь только о тех, которых у вас нет?

Ложка в моей руке сгибается пополам.

— Бывает иногда, не обращайте внимание. Давайте о тех, которые во мне отсутствуют.

— Хорошо. Ответственность, смелость, честность, уважение к другим людям. Способность любить, в конце концов!

— И вы считаете, ничего этого у меня нет?

— Уверена, что нет.

Подался вперёд, заинтересованно поднимая брови:

— Объяснить не потрудитесь?

Марианна откладывает ложку, смотрит мне прямо в глаза и кивает.

— Начну по порядку. Ответственность. Вы постоянно перекладываете всё, что вам не приятно, на распорядителя. Можно сказать, просто прячетесь за его спиной. От сюда вытекает следующее — вы трус.

На руках появляются когти. Стискиваю ладони в кулаки и держусь из последних сил, чтобы её не задушить. А Марианна продолжает.

— Из-за трусости вы боитесь посмотреть в глаза и честно признаться человеку в том, что его ждёт. Отсюда плавно вытекает уже следующее качество — честность. Оно вам тоже не знакомо.

А может всё-таки задушить?

— Вы ни разу не сообщили невестам о том, что испытание может быть опасно для жизни. Также, вы ни разу честно не рассказали, что именно произошло с теми, кто погиб. Несчастные случаи? Да чёрта с два! В лесу на нас охотились вольфлейги. Так ведь их называют?

— Откуда узнали?

— Вы же сами дали всем невестам доступ в библиотеку, не забыли? От туда же я узнала, что в лесу эти твари не живут. Правда там было указано и то, что вольфлейги обладают иммунитетом к магии, что, к моему счастью, оказалось не правдой. Так что, чисто теоретически, могла закрасться и ошибка насчёт среды обитания… Но что-то мне подсказывает, хищников изначально в лесу не было. А значит, вы специально отправили их туда охотиться на невест. А грифоны? Я не знаю, что с ними было не так, но ни капли не сомневаюсь, что эти существа не случайно сошли с ума. И, опять же, признаться в этом вы не захотели.

Надо же, у неё, кроме привлекательной внешности, ещё и мозги есть. Но почему она решила, что у вольфлейгов нет иммунитета? Даже к императорской магии они не восприимчивы, так что нам пришлось ловить наших зверушек в самые обычные капканы.

— Насчет сострадания и уважения к другим можно не пояснять? Я вообще впервые вижу настолько чёрствого человека. А причина, полагаю, как раз в последнем пункте. Вы никогда не любили. Скажу больше, вы в принципе не знаете, что такое любовь.

Признаюсь, мне уже интересно. Сначала дослушаю, потом задушу.

— А этот вывод каким образом вы сделали?

— До нашего пикника я была уверена, что вы — просто очень жестокий человек. Даже, возможно, садист или психопат.

Едва сдерживаюсь от того, чтобы перекинуться в дракона. Как же в данный момент мне жаль, что я не некромант. Можно было бы задушить, вернуть из мёртвых, дослушать и снова задушить.

— Но я ошиблась.

Мои брови поползли вверх, рискуя покинуть пределы лица. Она усмехнулась, пожала плечами.

— Всё просто. Садист получает удовольствие от чужих страданий, но при этом он понимает, какую причиняет боль. Понимает просто потому, что может представить на месте жертвы своего любимого человека. Рискнуть своей жизнью — это одно. А знать, что твой любимый человек может к тебе никогда не вернуться… Это уже совершенно другое. Никогда, если любишь, не скажешь, что жизнь того, кто в твоём сердце, стоит какой-нибудь подвески. Вы же этого просто не осознаёте. Что такого в том, чтобы рискнуть ради драгоценностей? Для вас — ничего. А, если бы любили, представили бы, что рискнет ваша любимая и поняли бы, что для кого-то жизнь погибшей девушки дороже всех ваших подарков вместе взятых.

На этом она замолкает. Я тоже молчу. Так и сидим. В моей голове рисуется картина такого же отбора. В каком-то другом мире. Для какого-то другого принца. Отбора, на который попадает моя истинная. Как она, практически голая, оказывается в лесу. Как на неё открывают охоту хищные звери. Как она выбирает грифона, одурманенного псилокауном. Сердце ёкнуло, дышать стало трудно. Я вот сейчас точно понял, что увидел бы, если бы сам решил пройти предыдущее испытание со страхами на отборе.

В полной тишине встаю, открываю портал, беру Марианну за руку, возвращаю прямо в её покои во дворце. Соседка и служанка девушки от удивления подскакивают, кланяются, что-то говорят. А я всё также молча выхожу из комнаты.

Анхель Лаверн.

Два часа до начала испытания, а наследничка вторые сутки никто не видел. Знал бы кто, где у меня уже эта сволочь похотливая! Опять где-то пропадает в компании какой-нибудь очередной девки. Ну, или бегает в поисках своей драгоценной истинной. И что, я должен вместо Его Высокомерного Высочества в пещеры идти? А ведь говорил, что свою кровь приманкой сделает. Смеюсь. Ну да, нашёл чьим обещаниям верить.

Приходится обращаться за помощью к «нашим» с отцом жрецам. Без них никак не успею. Слетать туда и обратно времени уже нет, нужен портал. Да и подстраховка мне очень не помешает. Это мой братец в состоянии один пленить души. Глупо не признать, что я на порядок слабее него в магии, несмотря на годы упорных тренировок. Ничего, это скоро изменится. Как только этот развратник перестанет быть наследником трона, Императорская магия больше не будет на его стороне.

Я и двое жрецов выходим из портала прямо перед входом в пещеру. По бокам от проёма, ведущего внутрь, расположены два высеченные из камня изваяния. Вижу их уже четвёртый раз, а все равно невольно поёживаюсь, глядя на застывшие гримасы ужаса и боли на лицах этих скульптур. А скульптур ли? Очень уж реалистично выглядят, слишком похожи на настоящих несчастных, выпитых душами.

Проходим в первый зал. Оставляем на полу золото — дары пещере, чтобы она выпустила нас обратно. Направляемся в нишу с длинным проходом, резко спускающимся вниз. Следуем по нему и попадаем во второй зал, по всему периметру которого находятся котловины с кровью.

Жутко. Только вспомнив, ради чего это всё, заставляю себя опуститься на колени, достать амфору и нож. Лезвием режу руку, проливаю кровь на пол пещеры. Как только лужа становится достаточно большой, киваю и жрец залечивает мою рану. Слишком долго ничего не происходит, начинаю волноваться. Неужели в моей крови недостаточно магии? Наконец издалека доносится жуткий, пронзительный вопль, от которого становится не по себе.

Души, не меньше двадцати, скользят по стенам к нам со всех сторон. Открываю амфору, из неё вырывается вихрь ветра, щупальца которого тут же тянутся к каждому из Неупокоенных. Они хватают души и кружат их в каком-то безумном танце, затягивая внутрь сосуда. С каждой секундой воронка раскручивается всё быстрее и быстрее, затягивая внутрь всё, что попадается на её пути. Один из жрецов не успевает увернуться и через несколько секунд уже оказывается в амфоре. Ещё мгновение и её крышка закрывается. Места больше нет. Оставшиеся на свободе души на секунду застывают, будто осознавая, что всё закончилось. Хватаю амфору и, не сговариваясь, одновременно с оставшимся жрецом со всех ног бросаюсь к проходу, по которому мы пришли сюда. Неупокоенные тут же кидаются следом за нами. Драться смысла нет, их слишком много, а я, пока что, не обладаю Императорской магией. Остаётся только бежать. И мы бы наверняка успели, если бы прямо перед нами не появились ещё души. Принимаю единственно правильное решение. Резко разворачиваюсь, бью ножом жреца, бегущего за мной, в живот. Не смертельно, но это и не нужно, достаточно пустить как можно больше крови. Толкаю его на землю. Неупокоенные сразу же бросаются на окровавленную жертву, а я не оглядываясь кидаюсь к выходу.

Останавливаюсь я только выбравшись наружу. Перевожу дух. Жрецы, конечно, отлично мне послужили, но вот брал я их с собой ещё и для того, чтобы порталом вернуться во дворец. Долететь даже в одну сторону до начала испытания будет проблематично. А ведь ещё нужно все подготовить — выпустить души в лабиринт и призвать вольфлейгов. Зову своего духа-хранителя, диктую ему сообщение и отправляю во дворец.

Марианна Маслова.

На шестое испытание нас в очередной раз собрали возле главных ворот. Однако, собрали не всех — в наших «рядах» не хватало одной из невест. Уже больше часа как мы стоим у стены, а Кэри Фейнс так и не появилась. Задержка вызвана её отсутствием? Жрецы расположились вдалеке от нас. А вот слуги — рядом, и из их разговора понятно, что испытание уже должно было стартовать. Они подтверждают мою догадку — мы все ждём тринадцатую участницу. Наконец, в воротах появляется распорядитель. Следом за ним слуги выносят носилки, на которых лежит человек, прикрытый тканью. Кэри? Анхель Лаверн останавливается напротив нашей шеренги невест. Рядом с ним слуги ставят свою ношу и отходят.

— Приветствую, дорогие невесты, — как никогда грустным тоном произносит Лаверн. — Сегодня состоится шестой этап отбора. Но, прежде чем я озвучу его условия, должен сообщить, что одна из невест ещё до начала испытания выбыла из участия в борьбе за право стать женой Его Высочества. Вы можете с ней попрощаться.

Он бросает взгляд на носилки, убирает взмахом ткань, скрывающую человека на них. Кто-то из невест застыл от шока, кто-то отшатнулся, вскрикнув от ужаса. Это действительно Кэри Фейнс? Точнее то, что от неё осталось… Узнать девушку было невозможно, она полностью обгорела. Закрывать обратно тело тканью распорядитель не стал и продолжил свою речь.

— Каждая из вас была предупреждена о том, что невестам запрещено пытаться свести свою метку. По какой-то причине Кэри Фейнс, не смотря на запрет, решила это сделать, чтобы не участвовать далее в отборе. Что ж, можно было бы её поздравить с успешным результатом. Участвовать в испытаниях девушка действительно больше не будет.

Его Светлость подает знак и слуги уносят носилки вместе с телом девушки.

— Что ж. Теперь перейдём к тому, зачем сегодня мы и собрались. Его Императорское Величество и его будущий преемник обладают особой Императорской магией. Для того, чтобы родить ребенка, который унаследует её, Императрица должна иметь достаточно магической силы и уметь управлять ею. То, что каждая из вас обладает магией, показало ещё первое испытание. Но вот способны ли вы правильно её использовать? Это и проверит шестое испытание, которым станет прохождение лабиринта. Вы все окажетесь одновременно в разных его точках. Вашей задачей будет дойти до самого центра лабиринта, где будет расположен выход. Будьте осторожны, вас будут ожидать ловушки. Справиться с этим этапом возможно только с помощью магии. Также вам разрешено использовать духов-хранителей.

Лаверн делает взмах и на запястье я вижу уже знакомый по испытанию с лесом браслет.

— На поиски выхода будет отведено ровно два часа. Те, кто не справятся за это время, покинут нас. Кроме того, будут исключены две претендентки, выбравшиеся из лабиринта последними.

Марианна Маслова.

Обычно, даже глубокой ночью, что-то становится видно, когда глаза привыкают к мраку. Но не в этом случае. Как только портал за мной закрылся, я оказалась в кромешной темноте. Осветить себе путь с помощью магии я не могу. Всё, что я умею — это вызывать своего духа. Уже два раза он меня выручал, может сумеет помочь и теперь? Прошу мысленно моего дракончика о помощи и тут же слышу его приветственное фырканье.

— Здравствуй, Дрим.

Дух садится на плечо, тыкается мордочкой в мои волосы.

— Мне опять нужна твоя помощь…

Снова фыркает и, похоже, понимает лучше меня, что мне нужно. Всё тело дракончика, от кончиков лап до маленьких рожек на голове, начинает светиться. Осматриваюсь внимательно вокруг. Я нахожусь в бескрайнем туннеле, в котором на полу выложена плиточная дорожка, а стены и потолок полностью состоят из живых растений. Мне открывается сразу два пути — вперёд или назад. Что ж, точно могу сказать, что не горю желанием идти ни туда, ни туда. Зачем? Чтобы попасть в какую-нибудь ловушку, о которой упоминалось? Сажусь, прислоняюсь к стене. Дрим не возмущается и не пытается меня подтолкнуть к тому, чтобы куда-то идти. Просто усаживается ко мне на колени.

Когда на браслете проходит ровно 10 минут, безмятежная тишина прерывается долетающим издали рыком. Леденящее чувство пронзает внутренности. Этот звук я хорошо помню по испытанию в лесу, его нельзя спутать ни с чем. Вскакиваю на ноги, пытаюсь разобраться, откуда шёл рык. Дрим кружит вокруг меня, похоже он не уверен, в какую сторону нужно бежать. Уже совсем рядом раздается звериный вой. На этот раз я точно понимаю, откуда ждать вольфлейга, и мчусь со всех ног в другую сторону.

На моём пути попадаются разветвления, но думать некогда, так что я просто бегу, сворачивая постоянно направо. Когда-то слышала о таком способе прохождения лабиринта — выбирать всегда одно и тоже направление. Насколько это работает? Понятия не имею. Но других вариантов у меня всё равно нет, Дрим не рвётся подсказывать путь. Уверена, он хочет мне помочь, но, похоже, по какой-то причине не может разобраться сам.

Бегу, практически без остановок почти пятнадцать минут. Сразу после очередного перекрестка замечаю, что дальше покрытие на полу меняется. Если раньше оно было полностью серого цвета, то теперь местами появляются зелёные плиты. Почему-то мне кажется, что это не просто элемент дизайна. Старательно обхожу зеленые места, двигаюсь вперёд. Чем дальше иду, тем меньше серых плиток остается. В итоге их становится настолько мало, что чтобы не попасть на зелёные, нужно прыгать. Решаю проверить свою догадку о ловушке. Снимаю с себя пояс, бросаю его на одну из зеленых плит. Как только аксессуар опускается на пол, плита окрашивается в красный цвет, а сам пояс вспыхивает и сгорает за секунду. Назад возвращаться, думаю, не менее рискованно, чем продолжать идти вперёд. Там меня может встретить хищник, от которого я и убегала. Так что, я двигаюсь вперёд. Где-то просто обхожу опасные участки, где-то перепрыгиваю сразу несколько плит и в итоге снова оказываюсь на привычном уже сером полу.

На перепутье опять повернула вправо и прибавила шагу. Дорожка привела к очередной развилке, вот только на этот раз здесь был указатель. Самая обычная стрелка из дерева с надписью «Выход» указывала на моё излюбленное направление. Почему-то я очень сомневаюсь, что кто-то здесь повесил табличку для того, чтобы помочь мне или другим девушкам найти правильный путь. Но, с другой стороны, расчёт мог быть именно на то, что претендентка засомневается в правдивости надписи. В общем, шансы 50 на 50. Либо выход справа, либо слева. А раз так, зачем изменять себе и менять тактику?

Отправляюсь в указанном стрелкой направлении. Метров через 200 оказываюсь в тупике. Ну, что ж, ошиблась. Повезло, что ещё быстро удалось это понять. Разворачиваюсь и бегу обратно к развилке, но вновь натыкаюсь на тупик. Быть такого не может! На моем пути не было никаких других проходов, я никак не могла свернуть не туда. Вновь и вновь в поиске выхода мечусь по лабиринту, но, похоже, я в капкане.

Дрим пролетает возле стены, внимательно её осматривает. Да, это идея. Присоединяюсь к моему духу, пытаюсь найти какую-то зацепку или, может быть, рычаг, который бы открыл проход. Так мы безуспешно осматриваем весь этот двухсотметровый отрезок лабиринта, снова возвращаясь к перегородке, за которой должен быть проход дальше. Попросить дракончика попытаться спалить её? Но стены очень плотные, за ними не видно ничего, что значит, там может быть камень, которому огонь ничего не сделает. А если ещё на растениях какая-нибудь магическая защита от подобной попытки сжульничать? Не хотелось бы сгореть как Кэри.

Что ж. Можно попытаться ещё раз здесь всё осмотреть, вдруг мы что-то не заметили. В конце концов, это хотя бы точно безопасно. Поворачиваюсь назад. Чёрт возьми! Передо мной оказывается двое гигантских зверей, выстриженных из таких же растений, которые образуют здесь стены и потолок. На зрение я никогда не жаловалась, так что не заметить их раньше я никак не могла. К тому же, эти статуи занимают весь проход, пройти мимо них просто невозможно.

Рассматриваю внимательно. Животных, которых изображают эти скульптуры, я не знаю. Крылья очень похожи на драконьи — точь в точь, как у Дрима, только в разы больше. Рога, как и у моего духа, тоже присутствуют, но внешне сильно отличаются. У зверей они несколько сплюснуты, дугообразно изогнуты, а их передние края заострены. Пасть с клыками очень похожа на пасть льва, лапы — на медведя, а вот хвоста такого я не видела ни у одного знакомого мне существа. Точнее, хвостов. У каждой из скульптур их целых пять, являющихся разветвлениями одного единственного, растущего из задней части спины. При этом, каждый хвост оканчивается заостренной пикой, похожей на настоящее холодное оружие.

Я, безусловно, люблю искусство, но что-то эти его произведения восторга у меня не вызывают. Понимаю, что это всего лишь скульптуры, только от этого мне спокойнее не становится. Один их вид вызывает страх… А, если ещё учесть, что фактически эти звери заперли меня в очень небольшом пространстве, становится совсем жутко.

Бессильно опускаюсь на пол, опускаю голову на руки, зарываюсь пальцами в волосы. Не хочу видеть эти чудовищные скульптуры, не хочу вообще здесь находиться! Но спокойно посидеть у меня не выходит даже минуту. Слышу рядом рычание моего дракончика и тут же вскрикиваю от боли. С ума сошёл? Дрим своими коготками довольно сильно расцарапал мою руку.

— Ты что творишь?

Дракончик сразу отлетел от меня и уже сидит на одном из зеленых зверей. Смотрю на царапины, довольно глубокие. Тянусь в карман за платком и застываю на месте. Стоп. Скульптуры стали ближе? Подхватываюсь на ноги, присматриваюсь. Да. Скульптуры стали ближе. Более того, мне кажется, что у одной из них пасть раскрыта сильнее, чем было раньше. Я, конечно, надеюсь, это просто игра моего сильно запуганного воображения… Закрываю глаза, считаю до десяти, открываю. Зря надеялась. Помимо того, что скульптуры снова подвинулись, у одной из них теперь лапа поднята в воздух.

Что-то мне подсказывает, что даже просто моргать при них не стоит. Но на браслете 1 час и 24 минуты, а столько я точно не продержусь. Очень быстро я снова на долю секунду закрываю глаза и этого хватает, чтобы звери подошли ко мне уже на расстояние около двух метров.

Теперь перспектива сгореть уже не кажется мне такой страшной, так что решаюсь попросить сидящего на моём плече дракончика.

— Малыш, ты можешь спалить перегородку?

Дрим смотрит сначала на меня, потом на стену из растений. Такое чувство, будто хочет сказать, что я сошла с ума, но всё же подлетает к перегородке и пытается её поджечь. К сожалению, искры, вылетающие из пасти малыша, просто поглощаются растениями. Несмотря на неудачу, дух не прекращает попытки, пытается снова и снова поджечь растения. Одна из лиан отделяется от стены и с силой бьёт по моему дракончику, который отлетает в сторону. Бросаюсь к нему, не забывая о гигантских зверях в проходе, которых пытаюсь не упустить из виду. Брюшко Дрима проткнуто толстой веткой. Дракончик в сознании, но свет, излучаемый им, становится очень слабым.

Жуткие создания, ранее внешне состоявшие из кустов, теперь, в полумраке, выглядят совсем иначе. Белый окрас шерсти, чёрные миндалевидные глаза, серые кожистые крылья, в сложенном виде похожие на длинные чёрные плащи… С торжествующим рыком одна из этих тварей бросилась ко мне. Инстинктивно выставляю вперед руки и нападающий отлетает на несколько метров. Второй зверь тут же тоже кидается на меня. Теперь уже осознанно пытаюсь защититься, и бывшая статуя отправляется к своему собрату.

Как и во время испытания в лесу, я испытывала злость, страх и желание жить. Пытаюсь снова ощутить все эти эмоции и применить силу на перегородке из растений. Это оказывается куда более действенным метолом, чем попытки её поджечь. Тот же маневр с внешней стеной лабиринта не удаётся, растения на ней взрываются и разлетаются, но на их месте тут же образуются новые. Ну, попытаться стоило. Хватаю на руки моего раненного дракончика и несусь прочь от оживших статуй.

Дракончик всё ещё продолжает слабо освещать путь, находясь у меня на руках. Помочь мне ему просто нечем, кроме как вытащить из этого лабиринта, и передать в руки лекарей. Бегу, не останавливаясь ровно до того момент, пока не слышу женский крик, раздающийся впереди.

Замираю в раздумьях, стоит ли туда идти? Но лабиринт не оставляет мне никакого выбора, отрезая путь назад очередной перегородкой. Только на этот раз она сделана из камня. Пробую избавиться от препятствия также, как и прошлый раз, но ничего не получается. Снова слышу крик. Что ж, премия Дарвина, жди меня.

Амалия Трайэн.

Двигаюсь направо, никаких препятствий. Уже надоело бродить, твёрдо решаю остановиться и передохнуть через 10 минут. Пока же продолжаю путь и направляюсь в очередной проход. Сворачиваю за угол и нос к носу сталкиваюсь с двухметровым пауком. Восемь пар чёрных глаз, устремивших свой взор на меня ясно дают понять, что меня заметили. Разворачиваюсь, пытаюсь убежать, но тут же оказываюсь под потолком. Отчаянно брыкаюсь и кричу от боли, когда челюсть твари впивается мне в ногу. Пытаюсь с помощью телекинеза отшвырнуть паука от себя, но похоже, магия на него не действует. Тогда решаю воздействовать на эту тварь не напрямую и метким броском направляю одну из веток в стене прямо пауку в глаз. Он воет от боли, но из лап меня не выпускает. Стрекоза, также как и я, решает атаковать глаза, пытаясь отвлечь внимание этой твари.

Что в туннеле появился кто-то ещё замечаю только после того, как под пауком взрывается плита и тот от неожиданности роняет меня вниз. Наконец-то, я снова на земле! А рядом со мной оказывается Марианна. Она помогает подняться, что удается сделать с трудом. Нога кровоточит, передвигать ею сложно и очень больно. Паук уже пришёл в себя после взрыва, от которого, похоже, не сильно пострадал. Он вновь раскрыл челюсти и двинулся в нашу сторону.

Далеко я с такой раной не убегу, можно даже не пытаться. Вижу, как Марианна кричит, вскидывает руки и паук отлетает к стене. Телекинез? Но почему у меня не сработало? Раздумывать об этом не время, восьмиглазая тварь уже снова готовиться напасть.

— Бей по глазам! — решаю, что лучше пользоваться проверенным методом. — Один я уже выбила.

Повторяю трюк с веткой. Только на этот раз отправляю в паука сразу четыре побега. Марианна, тем временем, подрывает над членистоногой тварью часть потолка, куски от которого летят прямо в цель. Ещё раз бросаю в паука отростки растений и эта тварь остается без последнего из восьми глаз. Сама не верю, но нам действительно удается его ослепить. Паук ревёт, сучит лапами, что дает нам возможность перебраться через него, а затем и убраться как можно дальше.

Останавливаемся мы только тогда, когда больше не слышим этот ужасный рев. Падаю на землю и только сейчас замечаю, что у Марианны в руках её дух-хранитель.

— Что с ним?

— Пытался помочь, — отвечает она. — Пострадал из-за меня… Веткой проткнуло насквозь.

Удивлённо смотрю на девушку.

— В чем проблема? Вытащи.

— Нельзя. Он же кровью сразу истечёт, если убрать ветку.

— Марианн, ты что? Это же дух. Он сам себя вылечит. Просто нужно убрать то, что мешает ране закрыться.

Смотрит на меня сначала с изумлением, потом с недоверием, но всё-таки делает то, что необходимо. Как только она извлекает ветку из духа, рана начинает затягиваться. На полное исцеление уходит всего минута. Марианна плачет, стискивает своего хранителя в объятиях как плюшевую игрушку.

— Прости, малыш, я дура, — говорит ему.

Удивительно, но дух не то, что не злиться, а наоборот остаётся доволен таким обращением.

— А лечить духи тоже умеют? — спрашивает моя соседка.

— Было бы неплохо… У всех духов разные способности. Мой Винсент точно нет. А твой… Умеешь? — обращаюсь к дракону.

Садится на плечо к Марианне, опускает морду. Судя по всему, тоже не умеет.

Осматриваем мою рану. Не всё так плохо. Крови, конечно, много, но похоже, перелома нет — задеты только мягкие ткани. Подруга помогает перевязать ногу моей верхней кофтой.

— Кобру помнишь?

Кобру? Помню. Такое не забывается. Киваю.

— Знаешь, я вот сейчас, глядя на твоего восьмиглазого друга поняла, что она была довольно милой.

Смеёмся. Какое-то время решаем отдохнуть.

— Как думаешь, до выхода далеко?

— Не далеко, — хмыкаю я. — Вопрос только, в какую сторону.

— В лесу Дрим меня вывел к источнику, но почему-то здесь выход он не чувствует.

— Источник излучал сильную магию, дух не мог её не почувствовать. А тут по всему лабиринту разбросаны магические ловушки. Уверена, они сильно мешают разобрать дорогу.

Как бы не болела нога, но надо двигаться дальше. Осталось всего 40 минут за которые я обязана выбраться, если хочу победить в борьбе за моего принца. Поднимаюсь, опираясь на руку Марианны. Бежать не выходит, но с её поддержкой я стараюсь двигаться максимально быстро.

— Возможно, у меня паранойя, но тебе не кажется, что за нами следят? — тихо спросила подруга.

— Конечно следят. Его Высочество, распорядитель, жрецы…

— Я не об этом. Не знаю как объяснить, но после последнего поворота я буквально ощущаю на себе чей-то взгляд.

Пожимаю плечами. Ничего такого не заметила. Но почти сразу понимаю, что просто до этого не обращала внимание. Скорее всего, из-за боли, от которой невозможно было отвлечься на что-то другое. Сейчас же прислушалась к своим ощущениям и поняла, что чётко чувствую присутствие какого-то существа совсем рядом. Сказать об этом не успеваю. У меня перехватило дыхание, мороз пробрался под кожу. Из темноты со всех сторон к нам приближались странные силуэты, похожие на тени, отбрасываемые людьми. Вот только никаких людей, которым они могли бы принадлежать, рядом не было. С каждой секундой силуэтов становилось всё больше. Они тут и там возникали из мрака, окружая и не давая ни единой возможности сбежать.

Дракон летит вперёд, пытается поджечь одну из таких теней. Она загорается лишь на секунду, но этого хватает, чтобы остальные отвлеклись и бросились на духа Марианны, а мы смогли проскользнуть между ними. Всё ли нормально с драконом разбираться некогда. Я успела только увидеть, что тени набросились на него и свет, исходящий от хранителя, пропал. Надеюсь, просто исчез и скоро снова появится.

Далеко убежать не удаётся, почти сразу мы упираемся в тупик, в котором на полу видим одну из невест. Махрам. Можно не проверять, она точно не дышит. Неестественно белое лицо девушки искажено в ужасной гримасе боли, в навсегда застывших глазах виден страх. Разворачиваемся обратно, но не успеваем сделать и пары шагов. На встречу нам скользят уже знакомые тени.

Моя стрекоза хоть и пытается отвлечь нападающих, но те никак не реагируют. Толку от неё никакого. От нас, собственно, тоже. Марианна, как и я, пытается использовать магию, но результата это не приносит. Тени просто пропускают любые удары через себя. Летящие в них ветки и взорвавшиеся плиты тоже ничем не помогают. Все предметы проходят сквозь силуэты, продолжающие приближаться.

Первые из теней уже на расстоянии вытянутой руки. Они все, почему-то кидаются именно ко мне. Вжимаюсь в стену, понимаю, что от страха не могу даже пошевелиться. Меня просто парализовало от беспомощности и неумолимо накатывающей паники. Зажмуриваюсь, когда пальцы одной из тварей касаются моего лица, и ощущаю как все внутренности пронзает холод. Но даже с закрытыми глазами вижу рядом сильную вспышку света и все заканчивается. Не чувствую больше ни прикосновений, ни этого жуткого мороза. Открыть глаза решаюсь только после того, как слышу крик.

— Чего стоим? Бегом!

Винсент?! Этого быть не может, но перед нами действительно Его Высочество. Не сомневаюсь, что это он ни секунды. Зачем кому-то создавать иллюзию, если можно было просто дать нам составить компанию Махрам?

Ещё одна вспышка и часть силуэтов разрывает на мелкие кусочки. Но из темноты уже снова надвигаются новые им на замену. Хотя и медленнее, чем раньше. Винсент практически тащит нас с Марианной за собой в туннель. Ему становится ясно, что я бежать быстро не могу. Тут же закидывает меня на плечо и мы несёмся дальше в полной тишине. Не могу сказать, что я против, чтобы принц носил меня на руках, но хотелось бы, конечно, немного не так. Спустя некоторое время, показавшееся мне вечностью, меня опускают вниз. Похоже, принц знал, куда бежать. Мы находимся уже не в одном из туннелей лабиринта, а на круглой площадке с порталом в самом её центре.

— Выходите, мне нужно найти остальных — командует Винсент.

— Почему помогли? — спрашивает Марианна.

Принц ничего не отвечает, разворачивается и уходит в тот же коридор, откуда мы только что пришли. Куда это он? Догоняю, хватаю за руку. Винсент оборачивается. Целую его в щеку.

Винсент Макберн.

Выхожу из портала вместе с последней из невест, выживших в этой бойне. А ведь идея была моя… Отмахиваюсь от Анхеля, который что-то орёт и требует объяснений. Не сейчас. Отправляюсь прямиком во дворец с твёрдым решением честно признаться отцу в отказе от женитьбы. Я уверен, что так будет лучше не только для меня, но и для Пандории. Истинная пара на троне способна на многое. Времена Дариана Макберна, основателя нашего рода, показали это. Именно благодаря истинной связи он сумел объединить кучу враждующих между собой государств в одну великую Империю. И вот теперь, впервые за 30.000 лет появилось предсказание о том, что золотое для нас время может снова повторится. Согласно озвученному жрецами пророчеству, именно благодаря нашей истинной паре драконы станут сильнее. Те, кто раньше не мог обратиться, получат такую возможность, а потерявшие навсегда себя виверны снова обретут человеческую форму.

Ну, а если предсказанное мне при рождении не сбудется… Что ж? Отец с матерью ещё достаточно молоды, чтобы родить ещё одного сына. В конце концов, я никогда и не должен был занять трон, на роль Императора готовился мой брат.

Возле покоев родителей меня встречает личный слуга отца.

— Простите, Ваше Высочество, но туда нельзя.

Нельзя? Мне?

— Не понял.

— Ваше Высочество, мне запрещено пускать кого бы то ни было к Их Величествам.

Не иначе слуга решил, что он бессмертный.

— Ко мне это не относится.

— Простите, Ваше Высочество, но Его Величество особо уточнил этот момент.

В любой другой раз просто размазал бы по стенке эту выскочку. Но, пожалуй, это станет не самым лучшим способом начать разговор с отцом.

— Доложи обо мне.

Слуга тут же кланяется, скрывается за дверью. Меньше, чем через минуту он возвращается, сообщая, что меня ожидают.

Прохожу и, к моему удивлению, меня встречает не отец, с которым я просил аудиенции, а мать в компании Главного Императорского лекаря, если судить по его одеянию. Только вот ещё неделю назад на месте Главного лекаря был совершенно другой человек.

— Здравствуй, мама.

Императрица сидит на диване и даже не смотрит в мою сторону. Выглядит она не важно. Лицо осунулось, глаза опухли, судя по всему от слёз. Что происходит?

— Ваше Высочество, — кланяется мне лекарь. — Прошу, присядьте.

Не спорю, усаживаюсь на диван рядом с матерью, которая продолжает смотреть не на меня, а в сторону спальни.

— Что с отцом? — спрашиваю, крепко беря ее за руку.

В таком состоянии моя мать могла оказаться только в случае, если с Императором что-то действительно серьёзное. Удивительно, но она всегда искренне любила мужа, хоть и совершенно безответно. Отец любил всегда только себя. Ну и моего старшего брата.

— Ваше Высочество… Два месяца назад…

— Я сама, — прерывает лекаря мать. — Оставь нас.

Лекарь кланяется и тут же уходит из комнаты в спальню родителей.

— Ты знаешь, что два месяца назад на твоего отца было совершено покушение.

Утвердительно киваю. Именно тогда погиб Киллиан, место которого теперь я и занимаю.

— Твой брат тогда закрыл Императора от клинка, предназначавшегося твоему отцу.

Понятнее не становится. Это известно всем. Не известно только, каким образом убийца смог так близко подобраться. Оказаться в закрытом для всех посторонних зале для заседания Совета? Не реально. Но каким-то образом это произошло.

— Твой отец… Не понимаю, как такая глупость вообще могла произойти… — пробормотала Императрица. — Он достал клинок и порезал его лезвием руку. Просто царапина…

— Венорим, — скорее утверждение, а не вопрос с моей стороны. — Насколько всё плохо?

Мать вздохнула и опустила глаза. Затем встала, подошла к спальне, позвав меня с собой. Что тут сказать? К такому я готов не был. За всю жизнь до того, как стать наследным принцем, отца я видел только в официальной обстановке. Не могу припомнить, чтобы замечал с его стороны проявление каких бы то ни было тёплых эмоций. Строгий, пронизывающий взгляд вызывал трепет у всех, кто смотрел в глаза отца. А сейчас же в них я не вижу ничего, кроме боли и отчаяния от невозможности что-либо изменить.

Марианна Маслова.

Не думала, что сегодня смогу уснуть. Но как только закрыла глаза, сразу же провалилась в сон. Мне снится лабиринт. На этот раз я одна, со мной нет даже Дрима. Снова бегу по тёмным коридорам, ищу выход. В одном из проходов сталкиваюсь со старым восьмиглазым знакомым. От его челюстей меня спасает Его Высочество. Только вот, в отличии от реально произошедшего, во сне сбежать нам не удаётся, и принц погибает от лап паука-переростка.

Просыпаюсь с криком ужаса в холодном поту и со слезами на глазах.

— Марианн, ты чего? — испуганно спрашивает разбуженная моим воплем Амалия.

— Ничего, кошмар приснился. Прости.

Похоже, крик был слишком громким. К нам в комнату прибегает перепуганная Кейтлин, чтобы узнать, что случилось. Прошу ещё раз прощения, не хотела никого пугать.

— А я как раз собиралась вас будить. Обед через 2 часа, на нём приказано собраться всем невестам, — сообщает служанка.

Понятно, во время завтрака дали поспать, а теперь собираются объявить результаты. Принцу явно очень не терпится поскорее выбрать себе жену. Кстати о принце…

— А что вчера произошло? Почему Макберн пришёл к нам на помощь? — спрашиваю в надежде, вдруг Амалия поняла больше меня.

— Испугался, когда меня ранил тот паук. Ну, я так думаю. Тебе не кажется, что Винс ко мне неравнодушен?

Эм… Не кажется. А с другой стороны, откуда мне знать, что в голове у Его Напыщенности.

— Не знаю, всё может быть.

— Он же появился как раз вовремя, чтобы меня спасти, — улыбается и просто сияет от счастья, будто не видела несколько часов назад труп такой же невесты как сама.

— Другим девушкам тоже помог, — замечаю я.

— Это просто потому, что принц очень благороден.

Да уж, благородства Винсенту не занимать. И много ещё чего не занимать, что я не так давно ему озвучила.

Пока собираемся на обед, снова пытаюсь вызвать Дрима. Но вновь не выходит. После того, как тени на него напали, я уже пробовала позвать моего духа. Безрезультатно… Кейтлин сказала, что хранитель не может погибнуть, это успокаивает. Но почему же он не появляется?

Анхель Лаверн.

Окидываю взглядом столовую. Грустно вздыхаю. Если бы не ночная выходка Винса, сейчас здесь занятых стульев было бы гораздо меньше. Если вообще таковые были бы… На удивление, сегодня он не опаздывает. Наоборот, появляется даже на 5 минут раньше. А как-то, помнится, я провёл так в ожидании больше часа… Интересно, братец вообще осознает, насколько всех раздражает тот факт, что они обязаны смиренно ждать его? Сидеть и высматривать, когда же Его Высочество наконец соблаговолит появится в дверях… Хотя… Осознает. Просто ему плевать, что у кого-то могут быть другие дела. Или что ожидающие люди банально хотят есть.

Как только на столах появляется обед, приступаю к традиционному оглашению результатов. Надо же поздравить этих везучих идиоток?

— Дорогие невесты! Вы ещё на один шаг приблизились к короне Императрицы!

Улыбаюсь. Очень искренне, потому как это действительно смешно. Корона… Да разве что тряпочкой протереть от пыли Императорский венец кому-то из этих участниц посчастливится.

— Как вы уже, должно быть, догадались, испытание в лабиринте пошло немного не по плану.

А тут, к сожалению, говорю чистую правду.

— По неизвестным пока причинам, проведение испытания привлекло внимание души Неупокоенных. Как только это стало известно, проведение этапа нами было решено завершить.

Нами… С натяжкой, конечно, можно сказать так о том, что произошло. Как Винс рвал и метал! Чуть не обратился в дракона, даже чешуйки на теле проявились. Взял и просто раскидал жрецов, которые пытались его отговорить заходить в лабиринт. До сих пор не понимаю, что на него нашло в тот момент.

— Его Высочество лично вошёл в лабиринт и вывел каждую из участниц. К сожалению, из-за произошедшего недоразумения, три претендентки не смогли ни выбраться самостоятельно, ни дождаться помощи. Но, к счастью для каждой из вас, принято решение зачесть испытание всем оставшимся в живых девушкам. С чем мы с Его Высочеством и хотим вас поздравить!

Даю отмашку и слуги, как обычно, разносят коробочки. Глаза б мои не видели, что в них находится. Нет, я и так знаю, что там гребни, каждый из которых стоит больше, чем мой дом. Просто смотреть противно, что этот выпендрёжник может такое себе позволить.

— Как и обещалось ранее, на каждом этапе будет определена девушка, справившаяся лучше всех. На этот раз выбор сделать было очень сложно. Самостоятельно из лабиринта не выбрался никто. Однако, ближе всех к выходу оказалась Николь Ашур. В качестве бонуса, именно она получает свидание с Его Высочеством. Мои поздравления, Николь!

Благодарит так, будто уже корону выиграла. Да уж… Ничего, когда я займу место братца, девушки точно также будут преданно смотреть мне в рот.

— Поскольку шестой этап оказался даже сложнее, чем мы предполагали, полагаю, будет правильным дать вам время на отдых. Поэтому, о времени и месте проведения следующего испытания вам сообщат позднее.

Не буду же я уточнять, что на этот раз это сделают только уже после его проведения?

Винсент Макберн.

Долго думать, куда пригласить Николь, я не стал. Зачем ломать голову, если, по хорошему, это совершенно не важно? Ей всё равно, куда идти, лишь бы иметь шанс мне понравиться. Не сомневаюсь, будет делать довольное лицо даже если я отведу её на конюшню и вручу вилы для уборки. Так что, пойдём туда, куда я и так собирался.

В назначенное время встречаю девушку, меняю нашу внешность и открываю портал. На той стороне нас ждёт оживлённая улочка в самом центре нашей столицы. Многочисленные магазинчики, пекарни, закусочные, магические салоны красоты… Моя невеста внимательно рассматривала их все, пытаясь понять, куда именно мы держим путь. Пешком идти пришлось довольно долго, до самого конца улицы. Конечно, можно было сразу перенестись на место, но тогда остаться инкогнито никак не получилось бы.

Никаких вывесок или указателей. Если не знать точно, куда идти, найти самый большой подпольный клуб нашей Империи было бы практически не реально. По очереди с Николь протискиваемся в узкий проход между домами, ведущий к витой чугунной лестнице. Спускаемся по ней вниз, попадаем на освещенную факелами площадку, где нас встречает охрана. Нас проверяют на наличие оружие и магических артефактов, вежливо «просят» надеть браслеты, блокирующие силу и только после этого пропускают внутрь.

Внутри клуб представлял из себя огромный, расширенный магией коридор с более чем сотней проёмов, в каждом из которых располагалась отдельная комната с развлечениями на любой вкус. И самые безобидные, такие как игра в кости, крэпс. И те, из-за которых клуб как раз таки и стал подпольным: бои без правил, охота на людей. Мы миновали не менее трети подобных комнат, в каждой из которых толпились зрители, пришедшие сюда сделать ставки и поучаствовать в запретных развлечениях. Каждый такой зал вызывал неподдельный интерес у Николь, которая явно была в подобном месте впервые. Не удивительно, здесь редко можно встретить девушек. Нет, в качестве шлюх или участниц некоторых развлекательных программ, это сколько угодно. А вот в качестве наблюдателей — редкость. Именно поэтому на нас довольно часто бросают заинтересованные взгляды. Наверное, стоило создать иллюзию двух мужчин, но это все же, какое-никакое, а свидание.

В интересовавшей нас комнате находилась небольшая стойка с букмекером, табло с результатами в реальном времени, магически сферы для наблюдения и, самое главное, арена для забегов. Овальной формы, не менее 20 метров в ширину она представляла из себя беговой круг с препятствиями, огороженный прозрачными щитами высотой около 3 метров. У левого края арены находилось десять ворот, ровно по числу дорожек.

— Это что, скачки? — впервые с момента как мы зашли в клуб подала голос Николь.

— Можно и так сказать. Сегодня финал.

— Но бежать будут не лошади?

Утвердительно хмыкаю, киваю в сторону табло. На нем уже отображены клички всех десяти участников, которые вскоре выйдут на старт. Девушка охает удивления.

— Это невозможно!

Вместо ответа просто улыбаюсь. Такая реакция мне понятна. Виверн практически невозможно встретить. В них превращаются драконы, во время первого оборота, если что-то идёт не по плану. Может не хватить магической силы или помешать физический недостаток. В любом из этих случаев у несостоявшегося дракона вместо передних лап появляется нечто среднее между руками и крыльями, не позволяющими подняться в воздух. Вернуть себе обратно человеческую форму виверны не могут. Более того, сразу после попадания в подобное незавершенное состояние, несчастные сразу сходят с ума и у них пропадают любые признаки разума. По этой причине практически все драконы предпочитают проводить свой первый оборот прямо в воздухе, бросаясь с высоты. Если всё пойдёт не так, куда лучше разбиться, чем обрекать себя на подобное существование.

Ну, а строгий запрет на использование виверн где бы то ни было действует не потому, что их жалеют или считают чем-то большим, чем обычными животными. Нет. Запрет введен потому, что виверна можно создать искусственно. Для этого молодому дракону нужно сначала переломать все кости на руках и заставить обратиться в первый раз. Практически гарантировано нужный результат будет достигнут.

Раздается звуковой сигнал, означающий начало приёма ставок. Встаём в очередь вместе с остальными зрителями. При такой толпе желающих и всего лишь одном букмекере, можно было бы подумать, что всё затянется на пару часов. На самом же деле приём ставки проходит меньше, чем за минуту. Нужно просто достать золото, положить его на стойку и произнести кличку виверна, на которого заключается пари. Достаю два мешочка, отдаю один моей спутнице.

— А на кого делать ставку? — спрашивает она меня.

— Вам решать. Давайте проверим вашу интуицию?

Она кивает, но точно ничего проверять не спешит. Николь внимательно наблюдает за тем, кого выбирают остальные, и останавливается на Норде. Не удивительно, на него сделано больше половины ставок. Даже если бы я не разбирался в подобных забегах и не видел оба полуфинала, всё равно бы так не поступил. Поставить на явного фаворита? Это не для меня. К тому же, я действительно сомневаюсь, что Норд обойдёт Веста, и делаю ставку на последнего. В полуфинале мой фаворит не занял первое место только из-за грязной выходки конкурента, сбившего Веста с ног. Полагаю, на этот раз проигравший тогда виверн захочет отыграться.

Раздался удар гонга и все десять ворот разом распахнулись. Кто-то из зрителей тут же прильнул к прозрачным ограждениям, кто-то обратил взор к магическим сферам.

С оглушительным рыком виверны ринулись вперёд со своих мест. До первого препятствия в виде двухметровой бетонной стены все десять участников промчались тесной толпой. Девять из них успешно перемахнули препятствие и стремительно помчались дальше по беговой дорожке. А вот десятый, выбыл из гонки, зацепившись задними лапами за стену. Как только он свалился головой вниз, земля под первым проигравшим исчезла и виверн провалился куда-то под арену.

Остальные участники гонки, хоть и не одновременно, но уже добрались до второго препятствия, огромной ямы. Её преодолеть и перейти на второй круг удалось только пятерым.

Уже можно было говорить о лидерах забега. Ими стали, как я и предполагал, Норд и Вест. А вот за третье место неожиданно разгорелась нешуточная борьба между Велмой, единственной самкой среди участников, и Ливаном, от которых отставал почти на полкруга Кедр.

Третьей помехой на пути стали зыбучие пески, появившиеся на арене на месте бетонных стен. Норд преодолел препятствие в один прыжок, не замешкавшись ни на секунду. Вест же сбился с темпа и теперь сильно отставал от соперника. Велма и Ливан хоть и одновременно оказались в воздухе, но приземлились совершенно по разному. Самке не хватило всего несколько сантиметров, чтобы оказаться за пределами песков, тут же затянувших её внутрь. Та же участь постигла и последнего участника. Таким образом, за победу бороться остались только трое.

Преодолев прямой отрезок на последнем третьем круге, соперники вошли в поворот и столкнулись с живой изгородью из лиан. Первым перепрыгнуть попытался, естественно, шедший впереди Норд. Он взмыл вверх и в ту же секунду толстое зелёное щупальце схватило его за задние лапы. Виверн истошно заревел, пытаясь вырваться, но вторая лиана, потянувшаяся к нему, сделать это не позволила, полностью обездвижив бывшего фаворита. Ни Вест, ни Ливан не стали повторять неудачную попытку Норда перепрыгнуть через препятствие. Они оба решили идти напролом, с огромной скоростью врезавшись в заграждение. И не прогадали. Лианы просто расступились перед ними, образовав проход. Вест на такое не рассчитывал и со скоростью врезался в ограждение, а Лиан удержался от подобного падения и спокойно помчался к финишу, оставив соперника глотать пыль.

Я остался более чем доволен, хоть и проиграл. Именно за такую непредсказуемость мне и нравится посещать подобные мероприятия. А вот Николь заметно расстроилась. Вероятно, из-за того, что не смогла верно определить победителя.

Наше свидание продолжилось в соседних залах, где ей явно понравилось заметно больше. У девушки оказался настоящий талант к карточным играм. Всего за одну партию в покер она подняла больше, чем проиграла на ставке!

— Отец очень часто собирал дома друзей для игры, — пояснила она, в качестве ответа на мой немой вопрос.

Не ожидал от этого свидания ничего хорошего, но довольно таки весело провёл время. Вот только заканчивать вечер приглашением к себе в покои, скажем, на ужин, желания не возникло.

Марианна Маслова.

Прошли сутки, а Дрим так и не появился… Так что, перед сном решаю заглянуть в библиотеку в поисках всего, что можно найти о духах-хранителях.

Что именно искать, понятия не имею. Поэтому, решаю остаться в зале, а не брать что либо с собой. Выбираю в местном «электронном каталоге», для начала, пять наиболее подходящих по названию книг и приступаю к чтению.

Выясняется, что во время смерти дракона высвобождается огромное количество энергии, попадающей в астральный мир. Именно из этой энергии рождаются хранители. Чем сильнее окажется умирающий, тем сильнее будет появившийся дух. Призвать такого духа-хранителя может попытаться каждый человек или дракон. Только вот не каждому удастся это сделать. Дух отзывается на зов только того, кто достаточно силён, чтобы не только удерживать в реальном мире, но ещё и постоянно подпитывать своего хранителя.

Самые слабые духи — насекомые и пресмыкающиеся. Они практически не обладают никаким даром и мало чем могут помочь своему хозяину. Кроме того, это единственный вид хранителей, который, оказавшись вновь в астральном мире, может никогда больше не появиться на зов хозяина. Ему просто не хватит сил второй раз пробиться из астрала в реальный мир.

Птицы чуть сильнее, почти все они имеют способность управлять воздушной стихией. А самыми одарёнными считаются животные, среди которых тоже есть своя «иерархия», очень похожая на ту, что существует в природе. Сильнейшими, ожидаемо, являются хищники. Им всем подвластен огонь, а некоторые даже могут управлять ещё водой или воздухом. Так, львы и тигры, как у Его Высочества, являются одними из самых одарённых хранителей и точно имеют в арсенале не одну стихию. Эти два вида духов-животных призвать удается только членам Императорского рода.

В принципе, понятно. Не понятно только, к кому отнести моего дракончика? Насекомым его точно назвать нельзя. А вот пресмыкающиеся… Вполне вероятно. Тогда это будет значить, что моего малыша я потеряла навсегда. Хотя, летает он как птица, так что шанс есть…

Замечаю, что не одна, только когда в соседнее кресло кто-то садится. Распорядитель?

— Добрый вечер, Ваша Светлость, — порываюсь встать, чтобы поприветствовать, но он не дает мне это сделать.

— Добрый, Марианна. Решили почитать на ночь?

Утвердительно киваю.

— А вы пришли поискать новые идеи для ваших «конкурсов»?

— Что-то в этом роде, — весело отвечает он. — Быть может, сможете что-то посоветовать?

— Хм. Я бы посоветовала конкурс рисования или вышивания крестиком, — грустно вздыхаю. — Но, полагаю, вам больше подойдёт что-то в роде прыжков без страховки с самой высокой башни. Победит та, чей труп окажется дальше остальных.

— Ну, что ж, — улыбается Лаверн. — Раз мою задачу по поиску новой идеи можно считать выполненной, разрешите угостить вас чаем?

Не дожидаясь моего ответа, на столе появляются чайник и две чашки, а также тарелка с печеньем. Лаверн сам наливает чай для нас обоих.

— Скажите, — решаю задать вопрос, касающийся Дрима. — А драконы — это ящерицы?

Лаверн поперхнулся чаем, пытаясь сдержать смех, и вопросительно посмотрел на меня.

— Ну, мне интересно знать, к какому виду можно отнести дракона. Пресмыкающиеся или всё-таки птицы?

Лаверн смеется в голос. У него даже слезы проступают на глазах.

— Марианна, вы считаете драконов животными?

— Вот в этом и вопрос. С одной стороны — это огромные ящерицы. Так то, если подумать, драконы чем-то напоминают динозавров, среди которых встречались и летающие особи. Получается, пресмыкающиеся.

У Его Светлости, похоже, уже истерика. Отлично, пусть ржет сколько угодно. Лишь бы прояснил этот момент. Я должна знать, увижу ли когда-нибудь ещё раз своего дракончика.

— Марианна… Вы бесподобны. Жаль, Винсент не слышал.

Винсент от меня уже и так много чего слышал…

— Уверяю вас, драконы — не пресмыкающиеся.

— Птицы?

Распорядитель отрицательно мотает головой и доливает себе чай.

— Ни к какому виду нас отнести нельзя. Драконы — это драконы.

— Вас? Вы тоже можете превращаться?

— А вот сейчас было обидно. Само собой, я тоже дракон.

— Прошу прощения, никто не говорил, а внешне я определять не умею.

— Никто из обычных людей не умеет, если дракон контролирует себя. В противном случае, могут проявиться внешние признаки, по которым всё становится понятно даже вам.

Киваю. Решаю рассказать о причине, по которой меня это так заинтересовало. Лаверн внимательно слушает и на какое-то время задумывается.

— Знаете, на самом деле, вопрос, касающийся вашего хранителя, действительно интересен. Раньше о духах-драконах я не слышал. С уверенностью могу сказать только то, что он точно ещё появится, не переживайте.

— Откуда же такая уверенность, если о таких хранителях вы не слышали?

— Ваш дух управляет стихией огня, вы ведь не могли этого не понять?

— Эм… Да, я видела, что он может поджигать своим дыханием, согревать… Но разве это не самое обычное явление для дракона?

— Для дракона, естественно, да. Но, в случае с духом, это может быть только магия.

Испытываю настоящее облегчение. Похоже, я действительно привязалась к Дриму… К тому же, это ведь из-за меня он пострадал.

— Ваша Светлость…

— Анхель, — прерывает он меня. — Мне будет приятно, если такой знаток динозавров будет обращаться ко мне по имени.

— Анхель… Скажите, а как быстро дух может вернуться обратно, если попал в астрал?

— Тут все зависит только от вас. Силы хранителя зависят исключительно от вашей магии.

— Тогда почему дух вообще пришёл на мой зов? На тот момент о магии я даже не слышала.

— Это не важно. Он откликнулся потому, как почувствовал ваш магический потенциал. Чем больше вы будете его развивать, тем сильнее станет ваш дракон. Ну, и, конечно, тем быстрее он вообще к вам вернется. Если хотите, я бы мог помочь.

— Как?

— Вы ведь из мира, где о магии даже не слышали. Думаю, вам бы пригодился хороший учитель? — подмигивает он мне.

Анхель берёт меня за руку. С сомнением смотрю на него:

— Зачем вам это?

— Марианна, вы ведь очень интересная девушка. Полагаю, вместе мы могли бы провести время с пользой. Я ведь могу помочь не только в обучении магии.

— А в чём же ещё?

— Вы могли бы стать прекрасной Императрицей. А я бы мог вам в этом посодействовать.

Вспоминается мой преподаватель по налогообложению. Примерно также требовал со всего потока взятки. С той лишь разницей, что тут, похоже, речь не о деньгах.

— И что же вы хотите взамен?

Анхель встает, резко поднимает меня с кресла и притягивает к себе.

— Ничего, что может вам не понравиться.

Немного отстраняюсь.

— А что, если принц узнает?

— Не узнает. Да и, уверяю, Винсенту абсолютно всё равно.

— В это охотно верю. Поэтому не стану ничего ему рассказать.

Свободной рукой хватаю чашку с горячим напитком, выплескиваю Его Светлости в лицо. От неожиданности он отшатнулся, сделав шаг назад, что дало мне возможность вырваться и скрыться за дверью.

Марианна Маслова.

Утром в столовой приходится снова встретиться с Лаверном. К моему счастью, он ведёт себя так, будто в библиотеке ничего не произошло. Надеюсь, тоже самое будет и в случае, если мы снова окажемся наедине.

После завтрака вместе с Амалией решаем прогуляться в саду, где видим довольно интересную картину. Распорядитель разговаривает о чём-то на повышенных тонах с Нариэль Уотерфорд. Жаль, слишком далеко и не слышно, о чём идёт речь. Но, в тот момент, когда девушка дает ему пощечину и убегает, я догадываюсь, что за тема была у разговора.

— Скажи, — обращаюсь к Амалии, — А ты случайно недавно не общалась с Лаверном наедине?

Судя по её пунцовым щекам, общалась.

— Вчера вечером, когда возвращалась в комнату…

— Дай угадаю, предлагал помочь выиграть отбор?

Амалия выпучила глаза от удивления.

— Тише! Откуда ты знаешь?

— Да так… Ты согласилась?

— Конечно нет! Как ты могла подумать такое? Я никогда не предам моего Винса! Зачем мне нужен кто-то другой, если есть принц?

Ясно. Значит, одно из двух. Либо Анхель настолько отчаялся найти себе любовницу, либо это очередная проверка.

Марианна Маслова.

Место встречи изменить нельзя. Всё те же ворота, всё те же зрители и мы, шесть оставшихся невест. Распорядитель, как обычно, быстро приветствует нас и приступает к рассказу о том, что предстоит сегодня на испытании.

— Будущая Императрица должна вызывать у своих подданных уважение. В том числе, у драконов. Согласитесь, не самая простая задача для вас, людей? В своем драконьем обличии наши чувства очень сильно обострены. В человеческой же форме мы почти всегда испытываем только собственные эмоции, полностью подавляя чужие. Согласитесь, неприятно чувствовать чьи-то злость или зависть?

Анхель что специально делает акцент на том, что он дракон? Я же не специально. Ну, не знала я, не знала.

— Мы настолько привыкли к такому притуплению посторонних чувств, что иногда даже уже не замечаем их. Другое дело виверны. Их ещё называют дикими драконами. Ими становятся драконы, у которых не выходит полностью превратиться во время своего первого обращения. У виверн нет разума, они подчиняются исключительно инстинктам и совершенно не контролируют себя. Именно благодаря этому, все чувства у диких драконов обострены так, как ни у кого другого. И сегодня вашей задачей станет провести в их компании десять минут.

А кобры-то мне начинают нравиться всё больше и больше. Неужели я серьёзно раньше боялась этих милых маленьких змеек?

— Совсем не долго, но этого времени хватит, чтобы понять, понравитесь ли вы вивернам. Как вести себя с ними, решать только вам. Но, мой совет, действуйте осторожно. Резкие движения, громкий голос, угрожающая интонация могут привести диких драконов в ярость. И самое главное, не рекомендую показывать им свой страх. Иначе примут вас за лёгкую добычу. Через портал для прохождения испытания вы отправитесь по очереди. Кто-нибудь хочет стать первой?

Угу, первой. Первым блюдом? Желающих так много, что, боюсь, передерёмся. Лаверн это тоже, конечно же, понял.

— Тогда будем исходить из того порядка, в котором вы сейчас стоите. Виктория Бакенс, начнём с вас.

Это мы удачно пришли к воротам с Амалией последними и встали в самом конце.

— Сегодня все девушки смогут вместе с нами смотреть за ходом испытания друг друга. Прошу, присаживайтесь!

Два столика появились из воздуха рядом с уже расположившимися на своих привычных местах наблюдателями. Мне и Амалии желающих составить компанию, как обычно, не было. Мы разместились вдвоём, оставив свободным третий стул. Если Виктория справится, полагаю, присоединится к нам.

Как только первая участница зашла в портал, сферы на всех столах показали одну и ту же картинку. Виктория оказалась на небольшой равнине, со всех сторон окружённой отвесными горами.

Всего мне удалось насчитать пять виверн. Двое из них расположились на скалистых уступах, а ещё трое — прямо на равнине. В принципе, от невест не требовалось ничего делать, лишь провести тут десять минут. Это значит, можно просто постоять где-нибудь в сторонке от диких драконов? Судя по всему, Виктория Бакенс тоже так решила. Он отошла максимально далеко от них, к подножию одной из гор, практически вжавшись в камень, где и провела всё отведённое время.

Следующая участница, Николь Ашур, поступила точно также. Просто забилась в уголок, где просидела требуемые десять минут. Не слышала, о чём говорили принц и распорядитель, но вид у них был явно скучающий. Ну, простите, не вышло у вас посмотреть очередной боевик с элементами триллера.

Третей к диким драконам отправилась Карисса Вайтхолд. Девушка, как и её предшественницы, появилась в центре равнины. Но на этот раз точно что-то изменилось. Раньше виверны никак не реагировали на невест. Разве что иногда лениво осматривали вновь прибывших девушек и тут же забывали о них. Но не теперь. Трое «равнинников» подняли морды, повернулись к Кариссе и стали принюхиваться. Двое из них поднялись с места, угрожающе зарычали и медленно направились в сторону претендентки. Она, похоже, довольно сильно испугалась, закричала и рванула к подножию горы, где до этого отсиживались другие девушки. Это было огромной ошибкой. Нас ведь предупреждали о криках и резких движениях! Сразу все пять виверн кинулись к потревожившей их покой невесте. Самый большой из диких драконов, быстрее всех оказавшийся совсем рядом с Кариссой, открыл свои огромные челюсти и выпустил из них поток пламени. За долю секунды до того, как огонь достиг цели, девушка исчезла с экрана сферы и оказалась абсолютно невредимая снова на площади. Не поняла… Я, конечно, очень рада, что она не сгорела, но почему? Нас что сегодня страхуют? Это с чего вдруг кто-то решил позаботиться о нашей безопасности?

Кариссе не дали занять место за одним из столов, а увели с площади. В принципе, логично, результат девушки понятен всем.

Ждать пока дикие драконы успокоятся Лаверн не стал. Сразу же потребовал следующую участницу, которую правда предварительно постарался успокоить.

— Вам не о чем переживать. В случае смертельной опасности, как вы уже видели, прохождение этапа будет прервано.

Не помогло. Гвендолин Тарт слугам в портал пришлось заталкивать. Виверны внутри больше не сидели на месте. Похоже, Карисса их очень сильно разозлила. Как только на равнине прямо рядом с дикими драконами показалась новая невеста, один из них извернулся и ударил её хвостом. Девушка отлетела на несколько метров и врезалась в скалу. Ни до удара, ни после её не вернуло обратно. Страховка не успела среагировать? Или что, такая мелочь уже не считается смертельной опасностью? Я даже не была уверена, что Гвендолин не погибла от удара до тех пор, пока она не пошевелилась. Дикие драконы, конечно же, тоже заметили, что жертва всё ещё подаёт признаки жизни, и не оставили это без внимания. Тот же самый виверн, что и двинул Гвендолин хвостом, за секунду оказался прямо над ней и занёс лапу для удара. На этот раз страховка сработала и девушка оказалась уже не на земле, а на серых плитах.

И вот наступил мой через познакомиться с вивернами поближе. Следовать примеру Гвендолин и закатывать истерику я не стала. Смысл? Всё равно идти придётся. Зачем лишний раз давать наблюдателям возможность повеселиться, а уже прошедшим дальше невестам позлорадствовать? Встаю из-за стола даже до того, как Лаверн объявляет моё имя. Спокойно иду к порталу, глубоко вдыхаю и уверенно шагаю вперёд.

Взору открывается уже знакомая картина. Если бы здесь не было никого, кроме меня, я бы с удовольствием насладилась прекрасным видом и спокойно подышала чистым воздухом. Но, к сожалению, всё моё внимание приковывают дикие драконы, которые после провала Гвендолин просто посходили с ума.

Моё появление заметили сразу. Самый «буйный» из всех виверн, пытавшийся сделать из Кариссы шашлык, сразу же двинулся ко мне. Я старалась не шевелиться и даже не дышать лишний раз. Когда дикий дракон оказался совсем рядом, посмотрела ему в глаза и улыбнулась в попытке показать, что я — не враг. Виверн застыл на очень опасном расстоянии. Именно с такого он уже пытался поджечь одну из участниц. Пару минут мы так и простояли, рассматривая друг друга. Страшно? Не то слово! Я прекрасно понимаю, что одного движения виверну хватит, чтобы от меня не осталось и следа. Но… Он прекрасен. Я не могу не восхититься этими огромными серыми рогами, прекрасно сочетающимися со сверкающей на солнце чешуёй зелёного цвета.

— Привет.

Зачем здороваюсь? Понятия не имею. Надо бы молчать и делать, вид что меня вообще тут нет. Тем более, что распорядитель говорил об отсутствии разума у диких драконов. Но мне почему-то кажется, что это неправда. По крайней мере, этот точно меня понимает. Дрим всегда фыркал на моё приветствие. Тоже самое делает виверн, а затем приближается ещё ближе, тянется ко мне, обнюхивает. Осторожно дотрагиваюсь. Какой он холодный! Медленно глажу виверна по морде, прислоняюсь к нему лбом.

Внезапно окружающий мир исчезает и перед глазами возникает лес, в котором я вижу мужчину с ребенком лет восьми, очень похожим на него. Возможно, с сыном. Не слышу, о чём они говорят, но похоже, оба сильно переживают. Довольно быстро становится понятно, почему. Мальчик отходит на безопасное расстояние. Сначала на его коже появляются серые чешуйки. Затем на руках и ногах появляются когти, а уже через секунду вместо человеческих конечностей я вижу лапы. Становится понятно, что сейчас вместо маленького мальчика возникнет самый настоящий дракон. Но что-то идёт не так. Страшный крик, переходящий в рык заставляет содрогнуться. Не разумен? И какой идиот так решил? Об обратном чётко говорят слезы, стекающие по морде виверна и его взгляд. Что может быть страшнее, чем увидеть глаза ребёнка, понимающего, что он только что потерял отца? Только глаза его отца, понимающего, что он только что потерял сына.

Понимаю, что я снова на равнине не сразу. Здесь ничего не изменилось, я всё на том же месте, но теперь стою на коленях и обнимаю морду виверна.

— Мне так жаль… Прости…

Я знаю, что не виновата в том, что с ним произошло. Но из-за меня мальчику снова пришлось пережить самый страшный момент в его жизни… Или это видела я одна? Закрываю глаза, слезы сами катятся из них. Неожиданно и очень быстро тело дикого дракона становится тёплым настолько, что возникает опасение, не обожгусь ли я? Отстраняюсь, открываю глаза и вижу рядом с собой ребёнка из моего видения.

Марианна Маслова.

То, что испытание пошло не по плану, я поняла сразу. Но даже не представляла, насколько. Целая толпа жрецов «прилетела» на площадь ещё до того, как меня перенесло обратно. Вместе со мной переместился и мальчик. Вся эта толпа обсуждала, осматривала нас, пыталась с нами что-то сделать с помощью магии. Я уже искренне стала бояться, что нас сейчас препарируют.

Как оказалось, тут был даже Старший жрец Храма Огня. От остальных служителей его отличали только золотые вставки на одежде и огромное, полагаю, рубиновое украшение на шее. Старший жрец лично снова провёл меня через портал на равнину к вивернам, с которыми явно что-то сделали с помощью магии. Дикие драконы вели себя на этот не просто спокойно, они будто вообще нас не замечали. Не отреагировали виверны даже на то, что я их трогала, гладила, обнимала и даже целовала. А жрец заставил проделать меня это с каждым из оставшихся четверых несчастных. Никакого эффекта мои действия не возымели, и в очередной раз меня вернули на площадь.

Толпа только увеличилась. Часть вновь прибывших идентифицировать было просто — именно в таких серых одеяниях я уже видела лекарей. Остальные же были одеты в самые разнообразные костюмы. Некоторые — в явно очень дорогие, дополненные украшениями с драгоценными камнями.

Я, конечно, уверена, что помогла мальчику, если это действительно каким-то образом из-за меня он снова стал человеком. В любом случае, ничего плохого я не совершила. Но здешних законов я не знаю. Осознаю, что сейчас могу оказаться в тюрьме или вообще на том свете, и меня накрывает паника. Похоже, внешне это хорошо заметно, поскольку слышу совсем рядом с собой тихий знакомый голос.

— Успокойся. Ничего страшного не произошло.

Винесент. Кто бы мне сказал, что я буду просто счастлива просто тому факту, что он рядом со мной! Почему-то мне кажется, препарировать меня принц всё-таки не позволит.

— Если ты не возражаешь, — мягко говорит он, — Жрецы хотели бы кое-что проверить.

— Что?

— Они предполагают, что ты можешь оказаться истинной для этого виверна.

Немного об этом я читала… Драконы чувствуют свою единственную истинную всегда. Мальчик что мог поэтому превратиться обратно?

— И как это проверить?

— Ничего сложного. Понадобится просто капля твоей крови. И его, само собой.

Киваю. Винсент сам прокалывает мне палец, собирает кровь в чашу, в которой на дне лежит какой-то прозрачный камень продолговатой формы. Тоже самое он проделывает с моим потенциальным истинным. В этот момент на нас смотрят все. Ощущаю себя как какая-то неведомая зверушка в цирке, на которую уставилась куча зрителей. Пару минут Его Высочество вертит чашу с нашей кровью руках. Ничего не происходит.

— Как видите, нет, — на этот раз нарочито громко произносит Винсент. — На этом закончим обсуждение и вернёмся к отбору. Испытание, смею напомнить, до сих пор не окончено.

Как будто с неохотой, глазевшие на меня и мальчика удаляются. Кто-то уходит в сторону дворца, кто-то порталами в неизвестном направлении. Прежде чем Старший жрец уводит уже бывшего виверна, ребёнок обнимает меня. В этот момент я понимаю, что если всё действительно так… Если это и правда я помогла ему снова стать собой… Тогда я больше никогда не буду жаловаться и жалеть о том, что оказалась в этом мире.

Когда на площади остаются только те действующие лица, которые изначально присутствовали на проведении испытания, портал на равнину вновь открывают. Последняя участница, Амалия, спокойно проходит внутрь и без всяких эксцессов проводит там необходимые десять минут.

Марианна Маслова.

Те первые минуты полёта на грифоне, когда мне ничего не угрожало… Пожалуй, это были одни из лучших ощущений за всю мою жизнь. Отказалась бы я снова полетать? Да ни за что! Если бы, конечно, была уверена, что это безопасно. Но в данный момент я хочу просто уйти, причём сама не понимаю, почему. Меня что расстраивает тот факт, что принц ищет какую-то девушку? Нет. Какое мне до этого дело? Никакого. К тому же, я за ужин так и не задала свои вопросы. О той же истинной. Почему меня и того мальчика проверяли? Виверны раньше действительно никогда не обращались обратно? Как так самое главное, ради чего я сюда пришла, могло просто вылететь у меня из головы?

— К чему вопрос? Предлагаешь разбудить грифонов? Полагаю, они вряд ли будут рады ночным гостям.

— Вероятно, не будут. Но моё предложение их никак не касается.

Не дожидаясь ответа, открывает портал и затягивает меня в него. Оказываемся мы на плоской крыше одной из башен. Похоже у Его Высочества есть склонности к паркуру?

— И что мы тут делаем? — спрашиваю я.

— Собираемся полетать, очевидно же.

Сомневаюсь, что у него тут тарзанка установлена.

— Очевидно, вниз головой?

Принц отходит от меня подальше, к самому краю. А дальше всё происходит очень стремительно. Вся кожа Винсента покрывается чёрными чешуйками, на руках появляются когти и он быстро увеличивается в размерах. Глаза принца поглощает огонь, пропадает радужка, а зрачок сужается в тонкую нить. Ещё секунда и передо мной стоит огромный дракон, внимательно наблюдающий за мной.

Драконов раньше вживую я не видела, только в книгах. Ну, и дома, в кино. Зато у меня уже был опыт очень тесного общения с виверном. Да, не одно и тоже, но ведь они похожи. Хотя, конечно, отличия есть и они очень заметны. Самое первое, бросающееся в глаза, это размер. Винсент больше, чем в два раза любого из диких драконов, которых я встретила на испытании. Но, как я читала, такая разница связана исключительно с тем, что передо мной именно будущий Император. Чем сильнее дракон, тем больше он в размере. А вот второе отличие точно связано с тем, что вижу я сейчас не виверна. У Винсента передние лапы не «склеены» с крыльями. Даже не сомневаюсь, что принц легко может на них подняться в воздух.

Винсент пододвигается ближе ко мне, припадает на передние лапы и опускается к полу. Он хочет, чтобы я забралась? Смотрю на дракона… Нет, ну, и как я должна вскарабкаться на такую махину? А если даже каким-то чудом у меня это получится… Сидеть и держаться я как буду? Дракон фыркает. Что? Не нравится, что я не побежала изображать из себя скалолаза? Винсент заводит хвост мне за спину и осторожно подпихивает им к себе. Ладно, в конце концов мы не в воздухе и в худшем случае я всего лишь скачусь обратно на крышу. Забраться на спину к дракону оказывается совершенно не сложно, правда исключительно благодаря тому, что он поддерживал меня магией. Как только я удобно устроилась, Винсент поднялся, расправил крылья, взмахнул ими несколько раз и резко взмыл высоко в небо. Я завизжала как ненормальная, но очень быстро замолчала, захлебнувшись ветром.

Страх упасть заставил меня вцепиться мёртвой хваткой в чешуйки дракона. Сомнительно, что это поможет мне удержаться, но хотя бы что-то.

«Магия не даст упасть», — услышала я у себя в голове.

«Что это было?»

«Не что, а кто».

«Ты можешь читать мои мысли?»

«Только те, которые ты сама отправляешь мне. И только в драконьем обличии».

«То есть, стоит постараться не думать, чтобы не ляпнуть лишнего».

«Я могу сделать вид, что ничего не слышал».

Отпускаю несчастные чешуйки. Действительно, держаться нет никакой необходимости.

«Я не просил перестать меня обнимать».

«Обнимать? Нет, я всего лишь тебе лишние части шкурки отрывала». Слышу тихий смех. Винсент делает несколько кругов вокруг дворца и улетает в сторону от него, к лесу. Дракон то резко опускается вниз, срезая крыльями верхушки деревьев, то быстро набирает высоту, оказываясь в объятиях облаков. Это было бесподобно. Во время моего первого полёта я не могла перестать думать о том, что нужно быть осторожнее, что я могу упасть. Теперь же всё было иначе. С каждым взмахом Винсент преодолевал не меньше сотни киллометров, но при этом я совершенно не чувствовала даже намёка на дуновение ветра. Так что, можно было просто наслаждаться, не переживая о безопасности. А наслаждаться действительно было чем! Бесподобные пейзажи в свете полной луны оставить равнодушным не смогли бы никого.

«Похоже, начинаешь привыкать. Тебе нравится».

Он не спрашивает. Вот же самоуверенный.

«Не нравится. Как-то не впечатляет».

Ох, зря я это подумала! Винсент резко поднялся вверх, набрал скорость и сделал мёртвую петлю с переворотом. А потом ещё одну. И ещё. Как будто выписывал какие-то слова в воздухе. Небо и земля слились воедино. Как и наши с Винсентом эмоции. Не понимаю, как такое вообще возможно, но я отчётливо ощущала всё то, что испытывает он. Сказать, кому именно принадлежали эти радость, восторг и восхищение я не могла. Кажется, обоим. А ещё было что-то другое… Доверие?

Приземлились мы на склоне самой высокой горы. Как только я оказалась на ногах, Винсент мгновенно вернул свой привычный человеческий облик.

— Крыши, горы… Откуда такая любовь к высоте?

Принц подошёл вплотную. Так близко, что я могла слышать, как сильно и часто бьётся его сердце.

— Я всё-таки дракон. А тебе не нравится?

— Я этого не сказала.

Делаю шаг в сторону края горы, отворачиваюсь от принца, смотрю вниз и наконец решаюсь начать волнующий меня разговор.

— Винсент, я хотела узнать о вивернах. Они действительно раньше были людьми, а после обращения не могут снова стать собой?

— Не совсем. Не людьми. Виверны были рождены драконами, просто не смогли ими стать во время первого оборота.

— Почему?

— Причины могут быть разными. Потенциальный дракон может оказаться слишком слабым. Ему просто не хватит сил и тогда во время первого оборота…

Винсент ничего не отвечает на это. В воздухе повисает тишина. Оборачиваюсь и вижу, что принц смотрит куда-то вдаль.

— Знаешь, — наконец говорит он. — До вчерашнего дня я бы назвал такое предположение бредом. Диких драконов раньше много раз проверяли, пытались помочь, использовали все возможные артефакты…

— А что произошло вчера? Я не понимаю.

— Я тоже. Я не знаю, ты это сделала или сам виверн. Вообще это мог быть кто-то другой ещё до того, как ты зашла в портал. Жрецы уже проверили всех претенденток. Кроме, конечно, твоей подруги, которая заходила последней.

— А помимо других невест? Кто-то ещё мог стать причиной обращения?

Винсент снова очень долго молчит.

— Марианна, я не знаю. Хотелось бы верить, что да. Когда-то давно было предсказано, что виверны смогут вернуть свой человеческий облик.

— Так может…

— К сожалению, вряд ли. Главное условие для этого… Скажем так, оно не соблюдено.

— Что за условие?

— Образование истинной пары.

— Так вот почему меня и мальчика проверяли? А что вообще он говорит? Может ещё будучи виверном что-то видел?

— Ничего. Мальчик даже имя своё назвать не может. Говорит, что не помнит ничего до того, как увидел тебя.

— Но, в любом случае, если получилось один раз…

— Я надеюсь. Если существует хотя бы малейшая возможность вернуть вивернам человеческий облик, я её найду.

— А что будет с мальчиком?

— Постараюсь выяснить, кто он такой. Может быть, получится найти его родственников… В любом случае, не переживай, всё будет хорошо. Обещаю.

Решаюсь рассказать о том, о чём умолчала при жрецах. Я не собиралась скрывать то, что видела неудачное обращение мальчика. Просто в тот момент почему-то испугалась, на меня ведь и так смотрели как на экспонат в кунсткамере. Винсент внимательно слушает, не перебивая.

Марианна Маслова.

Пробуждение было хоть и ранним, но очень приятным. Ещё не открыв глаза, я услышала самое приятное фырканье на свете! Рядом со мной на подушке расположился мой Дрим. Плевать, что ни духов, ни драконов, тискать и целовать, наверняка, не принято. Всё-таки они совершенно ничего общего не имеют с плюшевыми игрушками. Но я удержаться не могу. А мой малыш, точно не против, очень уж довольно урчит, и только недовольный крик разбуженной соседки заставляет меня оторваться от этого занятия.

— Дай поспать! Ночь же ещё!

Тихонько прошу Дрима больше никогда меня так не пугать, он согласно фыркает и исчезает. А я снова проваливаюсь в сон, забравшись под одеяло с головой.

Второй раз я просыпаюсь, когда это самое одеяло с меня стаскивают. Оказывается, я не услышала, что Кейтлин уже минут пять пыталась меня поднять. Что может быть сложнее, чем оторвать голову от подушки? Только потом не вернуть её обратно.

На подведении итогов испытания обязаны быть все невесты, так что пропустить поход в столовую не выйдет. Остаётся надежда, что после него я смогу вернуться в комнату и поспать хотя бы немного. Но, мечтать ведь не вредно? Как сообщает служанка, сразу после завтрака меня будут ждать в Храме Стихий. Об этом месте я читала, но не очень много. Знаю только, что именно там жрецы проводят все значимые ритуалы, в том числе связанные со свадьбами драконов. Что-то подсказывает, что зовут меня туда не просто побеседовать… Но от своих слов я не откажусь. Я действительно готова сделать всё, что от меня потребуется. В рамках разумного, естественно.

— А во сколько ты вчера пришла? — с явными отголосками ревности в голосе спрашивает Амалия.

— Не посмотрела, чуть за полночь.

Вряд ли четыре утра можно назвать «чуть», но что-то мне подсказывает, говорить сейчас правду точно не стоит. Подруга и так уже на меня волком смотрит.

— Значит, больше трёх часов…

— Мы просто разговаривали и ты знаешь сама о чём. Его Высочество позвал меня только из-за виверна.

— И что будет дальше? Почему тебя хотят видеть жрецы?

— Не знаю. Жрецы хотят попытаться узнать, как получилось вернуть мальчику человеческий облик. Но вот как они это будут делать, понятия не имею.

— Ну да… А Винсент вчера ничего не говорил? В смысле, о следующем испытании?

— Нет. Я не спрашивала.

— Марианн… Слушай, ты ведь точно выиграла на испытании. А вчера уже фактически была на свидании с принцем… Отдай приз мне?

Анхель Лаверн.

Братец безучастно смотрит вниз, облокотившись на перила балкона, старательно меня не замечая.

— Винс, тебе пора определиться. Трон или твои поиски? Если последнее, то действовать надо сейчас.

Я бы и сам молча всё сделал, но без братца точно не справлюсь. Одно дело просто создать иллюзию. Совсем другое соединить её с реальным миром, где можно на самом деле нанести вред невесте.

— Сам по суди, чудесный шанс, — продолжаю я. — Даже если все четыре невесты справятся с заданием, ты автоматически от них избавишься.

Наконец-то кузен обращает на меня внимание.

— Ты меня не понял? Больше никто не погибнет.

Угу. Ясно. Значит, корону выпускать из рук не собирается.

— Значит, решил жениться?

Ничего не отвечает, снова делает вид, что рассматривает что-то безумно интересное вдали.

— Ты же понимаешь, что если после заключения брака…

— Анхель, я не идиот. Я прекрасно знаю, что спать смогу только с женой.

— И ты согласен?

— Кто тебе сказал, что невесты справятся с двумя оставшимися испытаниями?

Хотелось бы, конечно, с гарантией… Но, не спорю, даже без нашего вмешательства задания не из простых.

— А если?

— А если справятся… Ты встречал мага сильнее, чем я?

В данном случае, к счастью, что не встречал. Действительно, это не факт, что Артефакт хотя бы кого-то из четверых оставшихся претенденток примет. Но, боюсь, что у одной из них всё-таки шансы слишком большие.

— Понимаю, к чему ты клонишь. Но остались только «красные», так что с уровнем магии проблем у твоих невест нет.

— Если бы дело было только в этом, все отборы ограничивались бы одним единственным испытанием с аркой.

Так то оно так. Но рисковать я не буду. Особенно в свете последних событий… Понятно, что жрецы бредят и вивер на самом деле вернул свою человеческую форму. Почти на все сто процентов я уверен, что это была Марианна. Но проблема в том, что есть крохотный шанс, что это сделала другая невеста. Любая, кроме Амалии, могла стать причиной превращения. А раз убить вне испытаний невест я не могу, нужно приложить все усилия, чтобы все три подозреваемые претендентки не смогли их пройти.

— Пойдёшь в боулинг?

Голос Винсента вырывает меня из раздумий. Куда пойду?

— Не понял?

— Боулинг.

Понятнее сейчас не стало. Вопросительно смотрю на принца. Что ещё он выдумал?

— Очень популярная игра в некоторых других мирах. Собираюсь туда на свидание.

— А я тебе там зачем? Сам с девушкой боишься не справиться?

— К сожалению, девушка будет не одна. Пришлось пригласить сразу всех невест.

— Пришлось? Тебе?

— Так получилось. Ну что, составишь нам компанию?

Составлю обязательно, куда ж я денусь. Но до этого нужно обязательно успеть сообщить отцу о намерениях моего братца. Похоже нам всё-таки придётся познакомить Винсента с его истинной.

Марианна Маслова.

Амалия осталась, мягко говоря, не очень довольна таким свиданием с Его Высочеством. Она явно рассчитывала оказаться с Винсентом наедине где-то в романтической обстановке. Боулинг в компании ещё четверых человек никак под это описание не подходил. Да ещё и с принцем, находившимся в другой команде, Амалии практически не удалось пообщаться.

Виновата в таком неудачном вечере оказалась, конечно же, я. По возвращении в нашу комнату, Амалия сразу же легла спать, не проронив ни слова. А утром моя, теперь уже бывшая соседка, попросила Кейтлин выделить ей отдельные покои. Служанка сильно удивилась такой просьбе, но пообещала передать её распорядителю.

Поскольку я просто не представляю, в чём моя вина, извиняться я не стала. Это не мои проблемы, если чьи-то ожидания идут вразрез с реальностью. Амалия уходит на завтрак в столовую, а я решаю остаться в комнате. Кейтлин приносит мне аппетитные круассаны, яичницу и кофе. Усаживаюсь с подносом прямо на постели, делаю несколько глотков любимого горячего напитка и понимаю, что со мной что-то не так. Голова начинает кружиться, чашка выпадает из рук, а очертания комнаты плывут перед глазами.

— Пора идти, прошу вас!

Я вздрогнула и обернулась. В открытых дверях уже ожидали жрецы, которые должны были проводить меня к Храму.

— Заканчиваем, пара минут, — сообщила одна из служанок, помогающих мне одеться.

Последние штрихи и в зеркале я с удовольствием рассматриваю результат их стараний. Белое платье с красным корсетом сидит безукоризненно, распущенные волосы уложены красивыми волнами. Из украшений я выбираю только подаренную моим будущим мужем подвеску с рубином. Остальное будет лишним, ведь довольно скоро образ будет завершен брачными браслетами и императорским венцом.

Куда быстрее было бы просто переместиться с помощью портала, но это означало бы лишить праздника наших с Винсентом подданных. С самого утра по всему нашему пути от дворца до Храма люди толпились в ожидании возможности поприветствовать будущих Императора и Императрицу. И вот, наконец, ровно в полдень их ожидание закончилось. Ворота распахнулись и на дорогу, вдоль которой выстроились многочисленные зрители, выехала открытая золотая карета. При нашем появлении народ просто взорвался овациями и криками. Поздравления и благословения посыпались со всех сторон вместе с цветами, падающими на дорогу под ноги запряженным в свадебную повозку грифонам.

Пышная процессия завершилась у ворот в Храм, в котором нас уже ожидали жрецы и вся титулованная знать Пандории. У алтаря стоял Артефакт, который был возвращён на свое законное место ещё неделю назад, когда… Хм. Почему-то я не могу вспомнить, как проводился ритуал. Нет, я точно знаю, что получила благословение Артефакта, но как именно? Мне стёрли память об этом дне? Осознаю, что не припоминаю и многих других вещей. А как закончился отбор? Конечно, знаю, я единственная прошла все испытания, но, опять же, как? Помню как заходила в портал к диким драконам, как смогла помочь одному из них вновь обрести человеческую форму. Но! Это ведь было только восьмое испытание?

Оставляю эти мысли на потом. Сейчас это совсем не важно. Главное в данный момент то, что я смотрю в глаза Винсента, держащего меня за руку перед алтарём. Старший жрец Храма Огня задаёт мне самый главный вопрос в моей жизни, и я, ни секунды не сомневаясь, отвечаю согласием.

Сразу после окончания свадебного ритуала, начинается коронация. На наших с мужем головах оказываются императорские короны, усыпанные бриллиантами и рубинами. Жрец заканчивает с официальной частью, кланяется и отходит в сторону. Теперь зрители могут поприветствовать своих новых правителей. Однако, вместо бурных аплодисментов в зале воцаряется неестественная тишина.

Не сразу понимаю, что происходит. Подхожу ближе к стоящим впереди людям и ахаю от удивления. Все наши гости застыли на своих местах. Их лица приобрели сероватый оттенок, темнеющий с каждой секундой.

— Что происходит? — спрашиваю Винсента.

Он ничего не отвечает, только с ужасом в глазах смотрит на меня.

— Винсент?

— Артефакт вас не принял, — вместо мужа отвечает мне Старший жрец. — Ваши Величества, я сожалею.

— Что значит не принял? Я ведь получила благословение?

— Не принял нас как правителей Пандории, — наконец говорит Винсент.

— Как это? Что это значит?

— Это значит, что наш мир обречён, — отвечает муж, опуская голову, чтобы не смотреть мне в глаза.

— Я не понимаю! Объясни, как это обречён? Почему?

Винсент снова замолкает.

— Винс? Пожалуйста, что происходит?

Хватаю его за руки, прошу ещё раз, но ответа так и не добиваюсь. К счастью, его даёт наблюдающий за нами жрец.

— Ваше Величество, то, что вы видите здесь, — машет рукой в сторону застывших зрителей, лица которых уже практически чёрные. — Это происходит по всей Пандории. Ещё немного и каждый из драконов и людей, населяющих этот мир, превратится в пепел. Если только вы это не остановите.

— Как?!

— Ваше Величество, вы оба не должны были примерять на себя Императорскую корону. Эту ошибку исправить может только смерть одного из вас. Только тогда всё вернётся на круги своя. Если, конечно, ещё не будет поздно.

Смерть? Одного из нас? Винсент должен умереть? Или я?

— Нет! — громко выкрикивает мой муж. — Ни за что!

Верно. И речи быть не может! Никто из нас не должен умирать! Что за бред? Наверняка, можно что-то придумать… Вот только понимаю, что времени на это нет. Лица гостей уже очень сложно отличить друг друга. Нахожу взглядом мальчика, которому не так давно смогла помочь и понимаю, что не могу позволить ему умереть из-за меня. И никому не могу…

Жрец оказывается прямо между мной и Винсентом с чашей в руках. Он ничего не говорит, я и так понимаю, что там яд. Откуда? Неужели готовили на всякий случай? Винсент, наконец-то, смотрит мне в глаза.

— Марианна, прости меня. Я хочу, чтобы ты знала. Это только моя вина, я ошибся. Ты не виновата ни в чём… И, самое главное… Я люблю тебя.

Не виновата… Только вот если бы не я, ничего бы не случилось. Я не должна была выиграть этот чёртов отбор! Знала ведь, что мне здесь не место! Вижу как муж тянет руку к чаше. Да, это правильно, я понимаю. Но… Останавливаю его поцелуем, обнимаю и через мгновение с силой отталкиваю. Винсент, явно не ожидая такого, не удерживает равновесие и падает на пол.

— И я тебя.

Не раздумывая больше ни секунды, хватаю чашу и выпиваю её содержимое залпом. Разум мгновенно помутился. Покачнувшись я прижалась спиной к Артефакту и медленно сползла вниз, понимая, что теряю сознание.

Просыпаюсь с ощущением удушья. Делаю максимально глубокий вдох и кашель сразу же заставляет меня согнуться пополам, раздирая изнутри. Слезы сами собой текут из глаз от ощущения нехватки воздуха. Вижу очень плохо, будто надела чужие очки. Чей-то силуэт меня хватает за голову, заставляет выпить что-то горькое и я проваливаюсь обратно во тьму.

Второе пробуждение проходит не намного приятнее. Голова раскалывалась на части, а в глазах плясали чёрные точки.

— Как вы себя чувствуете?

Мужчина в сером балахоне внимательно смотрит на меня в ожидании ответа. Кажется, я уже видела его…

— Так, будто по мне ваши драконы потоптались.

— Шутите уже значит, отлично.

Мужчина провёл надо мной кристаллом, постоянно меняющим цвет. Это так выглядит местная диагностика?

— Не очень хорошо, — недовольно проворчал он себе под нос.

Было бы удивительно, если бы я услышала обратное. При том то, что мне даже шевелиться больно. Ощущение, будто на самом деле по мне кто-то походил и переломал все кости.

— Что со мной?

— Ваш мозг воспринял иллюзорную смерть слишком реально. Такое случается, не переживайте, ваш организм скоро сам восстановится.

Иллюзорную смерть? Мои попытки сообразить, о чём говорит лекарь, вызывают только новый приступ острой боли в висках.

— Марианна, постарайтесь отдохнуть. Перед ужином выпейте это восстанавливающее зелье, — кивает в сторону пузырька, стоящего на тумбочке возле моей головы. — Ну, а, если почувствуете себя хуже, просто позовите вашу служанку.

Лекарь уходит, а я медленно осматриваюсь. Не знаю, где нахожусь, но точно не в комнате, которую до этого занимала. Если в моих временных покоях обстановку можно было назвать роскошной, то для этой у меня даже эпитета подходящего нет. Здесь все обставлено с необыкновенной пышностью: огромный камин, шёлковые занавески на панорамном окне, резная мебель, пушистый белый ковер, золотые светильники, безумно красивые напольные вазы, картины и даже статуи. Дорого, богато, ничего не скажешь. Но, если честно, перебор. Чувство, будто в музее на экскурсии нахожусь.

Через какое-то время боль начинает отпускать и я делаю попытку встать, но тут же снова падаю на кровать. Хорошо, что зелье лекаря стоит рядом. Вот только тело отказывается слушаться и даже просто протянуть руку, чтобы взять пузырёк, становится ужасно сложной задачей. Зато мои усилия вознаграждаются практически сразу. Боль не проходит полностью, но становится терпимой, и мне удаётся встать. Сразу же отправляюсь в ванную комнату, но даже после того, как привожу себя в порядок, в зеркало смотреть страшно. С такими огромными синюшного оттенка отёками под глазами легко можно сниматься в фильме ужасов без всякого грима.

Время на часах говорит о том, что пришла пора ужина, но в таком виде отправляться в столовую явно не стоит. А есть очень хочется, и я решаю попросить Кейтлин принести… Так. Точно. Кейтлин. Амалия ведь утром попросила её об отдельных покоях… Значит, я не просто так нахожусь не в своей старой комнате? А Кейтлин? Она осталась с Амалией или я могу её позвать? Решаю это проверить. Когда дверь открывается, я искренне улыбаюсь.

— Как я рада, что вы вернулись! — получаю такую же улыбку в ответ.

Вернулась? Откуда я вернулась? Помню, что Амалия ушла в столовую, а я осталась в комнате. А дальше? Что-то случилось, иначе бы здесь не было лекаря и я не чувствовала бы себя так паршиво.

— Кейтлин, вы знаете, что со мной произошло?

— Только то, что вы справились с девятым заданием. Подробности мне не сказали.

С заданием? Снова пытаюсь восстановить в памяти произошедшее после ухода Амалии в столовую. Кейтлин принесла мне что-то из еды… Кажется, круассаны?

— Ещё знаю, что Амалия тоже справилась, — добавляет Кейтлин. — Нужно было определиться не только с новыми комнатами для вас, но и со служанками. Мне предложили выбрать, за кем из вас остаться закреплённой. Так что, если вы не возражаете, чтобы я…

— Спасибо, — обнимаю её, не позволив договорить.

Перед глазами возникает похожая картина. Недавно я обнимала Винсента. Прямо перед тем, как выпить яд на собственной свадьбе. Возвращаются не только воспоминания о произошедшем, но и эмоции, которые я испытала тогда. Твою ж мать. Куда гуманнее было оставить меня в лесу на растерзание вольфлейгам.

Винсент Макберн.

Почему сразу нельзя всучить невесте кубок с ядом? Почему нужно тратить часы на подготовку к иллюзорной свадьбе?! Да. Да, само собой, я знаю прекрасно ответы на свои вопросы. Иначе нельзя. Невесте нужно «влиться» в происходящее. Поверить. Она не должна заметить никаких нестыковок, забыть, что отбор ещё не закончен. Но как же невыносимо долго это длится! Уже за полночь, а последняя претендентка только заходит в Храм, и я вынужден снова смотреть на это представление.

Сегодняшнее испытание точно создано для того, чтобы поиздеваться надо мной. Когда на руках иллюзорного меня появляются свадебные браслеты, меня аж передёргивает. Четвёртый раз я переживаю кошмар, который будет преследовать меня во сне. Только вот, если со всеми невестами, кроме Марианны, самым настоящим ужасом была сама свадьба, то с ней для меня кошмаром стало смотреть на окончание иллюзии. Конечно же я ни на секунду не забыл, что всё происходящее не реально. Только вот как бы я не уговаривал себя, что это всего лишь иллюзия, эмоции взяли верх. Моя хвалёная выдержка не просто дала трещину, а разбилась вдребезги в тот момент, когда Марианна схватила тот грёбанный кубок. Раньше я никогда не испытывал настоящий страх, зато теперь сполна ощутил, что это такое. Внезапная боль, новая, незнакомая прежде, пронзила сердце, когда я увидел, как девушка выпила яд.

К моему облегчению, на этом испытание завершилось, и я смог отойти в сторону. Хотя, боюсь, один из жрецов успел увидеть, что на моих глазах проступили слёзы. Остается надеяться, что он спишет это на перенапряжение. Всё-таки, для поддержание такой иллюзии требуется немало сил. Собственно потому я и вынужден лично проводить данный этап.

Я отлично понимаю, как сейчас должна чувствовать себя Марианна. Да, это всего лишь мираж. Но организм человека, оказавшегося в нём, воспринимает всё реально. В том числе и свою гибель. Боль, шок, ужас после пробуждения должны быть невыносимыми. Я хочу в этот момент рядом. Правда, не уверен, что девушка будет рада моему присутствию… Это ведь я обманом заставил её испытать собственную смерть. Не знаю, чем я могу быть полезнее лекаря, однако я хотя бы мог бы постараться помочь девушке успокоиться. Но уйти раньше, чем закончится иллюзия последней претендентки я не мог. Поэтому, мне приходится ограничиться докладом лекаря о том, что Марианна в относительном порядке.

Как только испытание завершилось для всех, я сразу же влетел в созданный портал. Несмотря на то, что на часах уже было далеко за полночь, увидеть девушку мне было необходимо. Изначальным моим желанием было открыть его прямо в новую комнату Марианны, но… Только девушке решать, захочет ли она меня видеть. Так что вышел я перед дверью, в которую незамедлительно постучал.

Ожидание тянулось не долго, но мне казалось прошла вечность до того, как я увидел перед собой вымотанную девушку. Мертвенно-бледное лицо с красными от слёз глазами и абсолютно отрешённым взглядом заставили меня возненавидеть самого себя. Летел сюда, а даже не подумал, что сказать? Так и стою, уставившись на неё как идиот. Не знаю, сколько времени мы так молча провели бы по разные стороны порога, если бы Марианна на секунду не покачнулась. Моментально схватил её на руки, захлопнул дверь и быстро, но осторожно уложил девушку на кровать.

Всё также молча скидываю ботинки, ложусь рядом, привлекая Марианну к груди. Всё, что сегодня произошло, уходит на второй план. Сейчас я испытываю только спокойствие, умиротворение и теплоту внутри. Слушаю ровное дыхание уснувшей девушки и сам не замечаю, как проваливаюсь в мир сновидений.

Просыпаюсь от голоса в голове, зовущего меня по имени. Открываю глаза, вижу духа, принадлежащего моей матери. «Отца больше нет» сообщает мне её рысь и исчезает.

Гарольд Лаверн.

Сообщение об очередном созыве Совета, отправленное нашим надменным принцем, временно замещающим «отсутствующего» Императора, пришло на рассвете. Ровно за 5 минут до известия о долгожданной кончине Владыки Пандории, полученного от одного из моих шпионов во дворце. Интересно… И почему это Винсент не упомянул такую мелочь? Надеется скрыть смерть отца до окончания отбора? Не получится.

В назначенный час приземляюсь на главную башню дворца, принимаю человеческий облик и в сопровождении слуг следую в зал, где будет проходить заседание. Все члены Совета, даже Винсент, уже ожидают на своих местах. Какая неожиданная пунктуальность проснулась в принце. Сегодня он последний раз посидит в кресле Императора. На следующем собрании оно уже будет моим, а пока же я смиренно усаживаюсь в кресло по правую руку от Его Высочества.

— Поскольку все в сборе, предлагаю приступить, — начинает Винсент. — Сегодня на повестке дня стоит вопрос об отстранении Амадея Майера, Главного Жреца Храма Огня.

Ох ты ж. Неужели догадался, что это старичок предоставил доступ во дворец наёмникам из Ордена Сибиллы? Не хорошо… Сначала я потерял Главного лекаря, теперь жреца… А впрочем, острой необходимости в них больше нет. Винсент тем временем продолжает.

— Против него мною выдвигается обвинение в государственной измене. Старшим жрецом без моего согласия, а также без согласия Императора была предпринята попытка подменить одну из невест на отборе, на которой горит моя метка. Доказательством является признание самого обвиняемого.

Принц достает записывающий кристалл, кладет его в центр стола и перед глазами присутствующих возникает Майер, сообщающий о своем плане заменить какую-то девушку на одного из своих служителей Храма. Серьёзно? Он лично сказал это принцу? И откуда столько идиотов вокруг меня? Как теперь сообщить Совету о смерти Аластара, не вызвав подозрений?

— Вину признаете? — спрашивает Винсент нашего непутевого жреца.

— Нет, Ваше Высочество. Я не отрицаю, попытку подмены действительно планировалось провести. Однако! Подмена была согласована с самим Императором.

Про непутевого я, похоже, погорячился. Винсент аж зубами скрипнул.

— Прошу простить, Ваше Высочество, — продолжает жрец. — Я был уверен, что вам известно об этой идее. Уверен, это недоразумение быстро разрешится. Я сейчас же отправлю духа за подтверждением к Его Величеству.

— Нет, — отрезает резко Винсент. — Данная тема должна была подняться после разрешения вопроса об отстранении Старшего Жреца. Однако, в свете новых обстоятельств… Сегодня утром Хранитель Огня и Владыка Пандории Аластар Макберн Третий скончался.

Анхель Лаверн.

— Проклятый Советник по законам! — крик Гарольда Лаверна слышно, наверное, даже во дворце… — Откуда этот выродок вообще узнал об этом?

Ну, как откуда? Советнику по законам как бы положено знать эти самые законы… Но вслух озвучивать я это, пожалуй, не буду.

— Один! Всего один несчастный голос и я, единственный законный наследник Императора, уже держал бы в руках корону!

Интересно, когда он успокоится? И так было понятно, когда мы потеряли Главного лекаря, что голосов для немедленной передачи власти отцу нам не хватит. Был, конечно, шанс, что никто не вспомнит о праве Совета дать разрешение сыну покойного Императора найти жену и успеть её обрюхатить до окончания траура… Но шанс этот изначально был мизерным. К тому же, меня сложившаяся ситуация, наоборот, более чем устраивает. Мой брат должен не просто потерять трон, он должен потерять смысл жить. Я уже предвкушаю удовольствие, которое получу, когда братец захочет сдохнуть. Я просто обязан видеть его глаза в этот момент.

— Ты лично убьёшь всех троих! — крик отца возвращает меня из мира грёз.

В отличии от старшего Лаверна до этого момента я был спокоен. Он ведь не серьёзно?

— Прости, отец, но что значит убить?

— Значит сделать так, чтобы до последнего этапа никто даже не дожил!

Э… Он что свихнулся от того, что сегодня без короны на голове остался? Вне испытания метка защитит вообще от чего угодно. Попытаться сейчас навредить невесте равносильно самоубийству.

— Как ты себе это представляешь? Да при любой попытке метка невесты меня просто убьёт.

— А с этим помогу я, Ваша Светлость, — подал голос сидевший до этого тихо Старший жрец Храма.

— Вы что — можете убрать метку?

Амадей Майер отрицательно мотает головой.

— Защитить меня от её действия?

Снова нет.

— Тогда чем вы мне поможете?

Винсент Макберн.

Аурэлия Макберн не лила слезы, ни кричала от боли, не разрушала всё вокруг и не искала виновных в смерти мужа. Просто смотрела на всё происходящее потухшими безжизненными глазами. Её тонкая нить губ не выражала ни единой эмоции даже сейчас, когда мы видели Императора в последний раз.

Гроб с телом моего отца был закрыт покровом из золота и парчи с вышитым на нём Императорским гербом. По обе стороны от гроба шли ступеньки, на которых стояли служителя Храма в траурных одеяниях с зажженными факелами. По одной из таких лестниц я медленно поднялся и подошел к Старшему жрецу, находившемуся у изголовья гроба.

У меня никогда не было желания стать Императором. Не скрою, мне всегда нравилась власть, которую давал мой статус сына правителя. Сплошные привилегии и никакой ответственности. Что требовалось-то от не наследного принца? Ничего. Ну, разве что не сильно позорить Императорскую семью. Не самая сложная обязанность. Хотя, будем честными, даже с ней я не всегда справлялся. Но теперь…

Никогда не думал, что мне доведётся отстаивать право проводить отца в мир духов. Испокон веков наследник трона сжигает тело бывшего Императора на погребальном костре в священном пламени. Эта «привилегия» должна была достаться моему брату. Но Киллиана с нами больше нет. Как и нет уверенности, что корона останется в нашей семье. Впервые за много тысяч лет на глазах у всей драконьей знати факел, зажжеённый от озера Огня, мог поднести к телу Императора не Макберн. Отец Анхеля даже не наш кровный родственник, а сейчас имеет куда больше прав трон Пандории, чем я. Если бы не поддержка Совета, на моём месте сейчас стоял бы именно Гарольд Лаверн. Не представляю, как такой позор смогла бы пережить моя мать.

Принимаю из рук Старшего жреца факел, подношу его к гробу. За секунду тело отца полностью охватывает пламя, принимающее форму льва. Почти наверняка этот сильнейший дух будет принадлежать дракону из Императорского рода, но уже не факт, что этот дракон будет носить фамилию Макберн.

Марианна Маслова.

Прошло четыре дня с момента моей смерти в иллюзии. Ни разу за это время я не вышла из своих новых покоев. Даже традиционное объявление результатов испытания прошло на этот раз заочно: пришла шкатулка с диадемой, а также официальное письмо с поздравлениями и новостями от распорядителя. Ничего нового он не сообщил, я и так уже знала, что нас осталось трое. Виктория яд пить не стала, позволила это сделать принцу.

Так что, помимо лекаря, осматривающего меня каждые утро и вечер, я не общалась ни с кем. Исключение составляли Кейтлин, от которой узнавала обо всем, что происходило во дворце и Винсент, каждую ночь приходивший ко мне. С ним мы подолгу сидели на балконе в подвесных креслах, пили горячий кофе и разговаривали ни о чём и обо всём одновременно. А после засыпали вместе, обнимая друг друга. Ничего больше, просто объятия, принц даже ни разу не поцеловал меня по настоящему. Хотя, не скрою, что мне хотелось большего. Но, понятно, сейчас не время. Позже, даже если после я отправлюсь домой… Уж в том, что это «позже» обязательно будет я не сомневалась. Винсент ведь обещал, что больше никто не погибнет во время испытаний.

Обычно Его Высочество появлялся сам и сильно за полночь, но не сегодня. Его голос из сообщения, переданного духом, приглашал меня на ужин к 8 вечера и просил следовать за тигром. Быстро поправив причёску и оглядев своё отражение в зеркале, я поспешила следом за хранителем принца.

Тигр вёл меня по петляющим коридорам до тех пор, пока мы не оказались у винтовой лестницы, ведущей высоко наверх. Очень высоко наверх. Дух сразу же поднялся на несколько ступенек, ясно давая понять, что от меня ждут того же самого. Серьёзно? Я ведь только недавно смогла ходить, не хватаясь за всё подряд, чтобы не упасть. Хотя да, Винсенту я не жаловалась. Наоборот, убеждала, что со мной уже всё в порядке. Вздыхаю, понимая, что идти придётся, если я не хочу испортить вечер.

Держась за перила, я со скоростью черепахи отправилась наверх. Всего через четыре пролёта остановилась, чтобы немного передохнуть. Что поделать, спринтерского забега сегодня от меня точно ожидать не приходится. Стоило мне только снова начать двигаться, как рядом появился мой дракончик.

— Здравствуй, малыш.

Как всегда искренне ему улыбнулась, но вместо привычного дружелюбного фырканья получила в ответ злобное рычание.

— Что с тобой?

Потянулась погладить пребывавшего явно не в настроении духа, но тут же отдёрнула руку. Поверить не могу, но Дрим укусил меня за палец! Причём, очень сильно. Достаю из кармана платок, оборачиваю им рану. Тигр, тем временем, нетерпеливо перепрыгивает с одной ступеньки на другую. Спасибо хоть дух Винсента не ведёт себя агрессивно. А то с его то пастью можно не только укусить, но и всю руку оттяпать.

Продолжаю движение к месту моего свидания, одновременно отмахиваясь от, похоже, сошедшего с ума дракончика. Дрим кружит вокруг меня, рычит, выпускает из ноздрей дым и угрожающе хлопает крыльями. Озверина из известного в моём мире мультика налопался? Или меня забыли предупредить о случаях бешенства среди духов?

На мгновение радуюсь, когда дракончик от меня отлетает. Неужели успокоился? Но нет. Он просто решил переключиться на тигра. Когда-то я уже видела подобную картину. Только вот в пещере дух Винсента просто отмахнулся от моего, как от назойливой мухи. А сейчас же, как только Дрим попытался поджечь своего противника, хранитель принца просто исчез. Дракон сделал несколько кругов, будто пытаясь убедиться, что тигр не вернётся. Он и не вернулся. Обиделся? Или решил, что я и так уже поняла, куда мне следует направляться?

Ждать возвращения хранителя Винсента в компании моего чокнутого духа у меня не было никакого желания. Тем более, что я уже увидела цель моего слишком уж веселого путешествия — массивную дверь, к которой и ведёт злополучная лестница. Мой дух тоже замечает её и совсем слетает с катушек. Становится уже не до шуток.

О чём я там начале пути волновалась? Что голова может закружиться? Ха. Теперь я искренне переживаю только о том, что не выберусь от сюда живой в принципе. Похоже, мой хранитель всерьёз решил от меня избавиться. Дрим бросается на меня сверху, рвёт волосы, царапает голову и лицо. Кричу в надежде, что Винсент не очень далеко и может меня услышать. Сама же тем временем безуспешно пытаюсь отбиться и удержать равновесие, но оступаюсь и лечу вниз с лестницы, пересчитывая телом каждую ступеньку.

Теперь я кричу уже от адской боли, потому как рука, на которую я неудачно упала, с хрустом ломается под моим весом. Глядя на переломанную локтевую кость, проткнувшую мою кожу, сомнений в том, что Дрим хочет меня убить больше не остаётся.

Как только дух подлетает ко мне, выставляю вперед здоровую руку и откидываю его. Получается довольно сильно, Дрим ломает перила и летит вниз. Сама не знаю, как заставляю себя подняться и побежать к спасительной двери. Дракон ещё раз предпринимает попытку напасть, но я снова отбрасываю его. Либо мой удар оказывается достаточно сильным, либо Дрим просто за мной не успевает. В любом случае, я оказываюсь на самом верху.

Дверь открывается и передо мной оказывается башня, усыпанная лепестками роз, дорожка из которых ведет к подарочной коробочке. Сюрприз, безусловно, очень милый, только сейчас мне не до этого. Оглядываюсь, но Винсента нигде не вижу. Возможно, собирается появиться только после того, как я открою подарок? Выбора у меня все равно нет. Не возвращаться же обратно?

Быстро направляюсь прямо к коробке. За пару метров до неё делаю очередной шаг, но на этот раз нога не становится на твёрдую плитку. Она будто проходит сквозь неё, а я падаю в пропасть.

Винсент Макберн.

— Как ты?

— Физически отлично.

Про душевное состояние можно не спрашивать.

— Лекарь сказал, ты совсем ничего не съела на обед.

— А сам когда последний раз ел?

Грустно ухмыляюсь и сажусь на кровать к девушке.

— Я закрываю отбор.

Смеётся. Думает, шучу.

— Завтра утром, когда все соберутся, объявлю об этом.

— Винс, прости, а что так можно?

— Можно. Просто жениться тогда я не смогу. Вернее, вступить то в брак не проблема…

— Только детей у тебя не будет, — заканчивает Марианна за меня. — Но тебе ведь нужен наследник, иначе…

— Трон перейдёт к семье Лавернов, — на этот раз заканчиваю за неё я. — Да, Императором мне не быть.

— Почему сейчас?

— Боюсь, что только так смогу сдержать своё обещание. Испытание изменили и теперь шансов его пройти самим живыми у вас нет, а я не смогу вмешаться в ход проведения этого этапа.

— Ты так сильно веришь в нас с Амалией?

— Марианна… Для этого испытания будут использованы души Неупокоенных, с которыми ты уже встречалась в лабиринте.

На секунду в глазах девушки вижу испуг, но он тут же проходит.

— Ну, тогда мы выбрались. Конечно, благодаря тебе, но… В конце концов, ты же как-то эти души уничтожил, значит и мы сможем.

— Нет. Уничтожить души Неупокоенных нельзя в принципе. Я не знаю, как тогда у меня это вышло, но в любом случае, ни ты, ни Амалия такое повторить не сможете. Да даже просто отпугнуть Неупокоенных у вас не выйдет.

— Значит, попытаемся избежать с ними встречи. Сбежать, отогнать как-то… Есть ведь варианты?

— Их нет. Или думаешь, я бы просто так отказался от возможности продолжить мой род?

Отворачиваюсь. Не хочу смотреть в её глаза. Не хочу видеть в них презрение. Или ещё хуже. Жалость. Это раньше я был будущим Императором. А теперь? Ни прав на трон, ни Императорской магии… Ни возможности дать любимой стать матерью.

— Если я не закрою отбор… — продолжаю максимально спокойным тоном. — Результат будет тот же. Только на моей совести будут ещё две убитые девушки.

— И что потом? Ты ведь говорил, Лаверн не позволит тебе даже остаться в Пандории? Как и твоей маме.

— Не позволит. Это не важно. Главное, вы с Амалией будете в безопасности. Я помню, что твоя подруга просила не возвращать её домой. Если она захочет, я могу отправить её вместе с тобой на Ивлис.

— А ты?

А я? А я бы куда угодно отправился. Лишь бы с тобой. И почему именно сейчас я не могу быть тем самым эгоистом, которым был всю свою жизнь?

— А я должен подумать, куда отправиться. Нужен мир, который достаточно развит и в котором есть магия.

Так и не нахожу сил посмотреть на Марианну. Встаю, иду к выходу.

— Лекарь разрешил мне вернуться к себе… Придёшь ночью?

Но капельку эгоизма ведь можно же себе позволить? Не оборачиваясь, киваю и выхожу из комнаты.

Марианна Маслова.

Часы пробили двенадцать раз. Значит, скоро он появится. Каждый раз, когда я слышу посторонний звук, внутри всё сжимается. Не помню, чтобы я когда-то так переживала. Что я буду делать, если ничего не выйдет? Смотрю на время. Одна минута первого. Ну почему стрелка так медленно ползет?! Понимаю, что нарезаю круги по комнате, и заставляю себя остановиться. Сажусь в кресло, цепляюсь пальцами в его подлокотники, закрываю глаза и пытаюсь унять нервную дрожь, пронзающую всё тело.

Через самые долгие двенадцать минут и сорок секунд в моей жизни я, наконец, слышу стук. Моментально вскакиваю с места и кидаюсь к двери. Вижу улыбку принца и отвечаю тем же, забыв на долю секунды обо всем. Винсент протягивает мне красную розу и, как только я её принимаю, открывает портал.

— Я бы хотел кое-куда тебя отвести, если ты не возражаешь, — отвечает он на мой немой вопрос.

С одной стороны, я очень возражаю! Нужно, чтобы мы остались у меня, иначе ничего не выйдет. Но, с другой… В конце концов, времени до утра ещё полно, ведь так?

Анхель Лаверн.

Винить Старшего жреца в том, что Марианна выжила, нельзя. Вмешался Винсент. До сих пор поверить не могу, что он успел перехватить девушку прямо в воздухе. Честное слово, зааплодировал бы, если бы Старший жрец не наблюдал. Ну, что ж, теперь — мой выход. Хочешь сделать хорошо — сделай сам? Так ведь говорят? Абсолютно согласен с этим утверждением. Уверен, на этот раз я предусмотрел всё.

Вряд ли Марианна дойдёт хотя бы до второй части испытания в Храме. Но, даже если она полностью справится с заданием и выживет, мне это никак не помешает. Наоборот… Тогда я не просто получу трон, я смогу вдоволь насладиться долгожданной местью. Я буду смаковать каждую секунду возмездия, наблюдая за муками Винсента. Буду честен, я бы с удовольствием дал девушкам сегодня спокойно пройти последний этап ради этого. Но, к сожалению, отец прав. Рисковать троном ради отмщения я не имею права.

У ворот уже собрались все, кроме нашего любимого принца. К счастью, Его Высокомерие имеет право не присутствовать, а значит и ждать я его не обязан.

— Дорогие девушки… В самом начале отбора претенденток на то, чтобы стать женой Его Высочества было больше двухсот. Теперь же вас осталось всего две, а значит ставки как никогда высоки. Императрица должна обладать не только достаточным уровнем магии, но и непоколебимой силой духа. Именно её наличие сегодня вам и придётся доказать. Последнее испытание будет разделено на два отдельных этапа. Только успешно справившись с первым, одна из вас сможет приступить ко второму.

Вижу недоумение на лицах невест.

— Да, я не оговорился. Лишь одна претендентка сможет пройти первый этап испытания.

Удивлены не только девушки, но и жрецы со слугами. Ещё бы. Не только на этом отборе так никогда не поступали, но и вообще за всю историю Пандории подобное впервые. Никогда не было цели, чтобы победительница на отборе была только одна. Выиграло бы сразу десять девушек? Отлично. Всех бы гуськом отправили к Артефакту, который бы уже и сделал свой выбор.

— Итак. Во время первой части задания разрешено использовать и хранителей, и магию, и оружие. Вы окажетесь в катакомбах под Храмом Огня, где необходимо будет отыскать небольшую статуэтку дракона, выполненную из белого нефрита. Та, кто первой сможет дотронутся до фигурки, моментально перенесётся на второй этап, инструкции по прохождению которого получит на месте.

Жрецы открывают сразу два портала, в которые невесты заходят одновременно. По идее, претендентки должны оказаться в двух равноудаленных от белой статуэтки точках. По идее. Но нам ведь не нужно, чтобы Марианна первая нашла статую? Перед тем же, как шагнуть внутрь, каждая из девушек получает возможность выбрать для себя оружие. Обе останавливаются на кинжалах. Практически идентичных, но с одной небольшой разницей: кинжал Амалии пропитан веноримом. Благо, Марианна — не дракон, а значит, в её крови яд сработает мгновенно.

Марианна Маслова.

Снова стереотипы терпят крах. В моё понимание слова «катакомбы» совсем никак не вписываются эти ярко освещённые коридоры с искусной резьбой, лепниной и фресками. Двигаемся мы по ним со скоростью черепахи, осматривая каждый сантиметр по пути.

Пройдя очередной поворот, видим впереди закрытую деревянную дверь. Амалия осторожно приоткрывает её и тут же с ужасом закрывает. Твою ж мать…

— Вольфлейги…

Мы не успели точно разглядеть, сколько их внутри небольшой комнаты, но, как минимум, четверо. К счастью, было похоже, что все они спали. По крайней мере, нас точно не успели заметить. Открываем дверь ещё раз. Нет, всё-таки, их пять. Не двигаются, просто лежат на полу. Кроме этого подмечаем, что на противоположной стороне в комнате есть ещё одна дверь, которая, вероятно, нам и нужна. Хоть это помещение и намного меньше зала, в котором мы появились, но, в теории, между вольфлейгами к выходу можно было бы пройти. Вот только я очень сомневаюсь, что мы сможем сделать это, оставшись незамеченными.

— А может действительно спят? — предполагает Амалия.

— Ну, сходи проверь.

— Именно. Можно же отправить наших хранителей?

Хорошая мысль, духам же эти твари ничего не сделают. Решаем послать Винсента. Стрекоза ловко юркает в приоткрытую для неё дверь, пролетает над каждым из вольфлейгов несколько раз и возвращается обратно. Что ж, похоже они и впрямь решили подремать. Лишь бы не перед плотным обедом.

С опаской, почти не дыша, заходим внутрь. Я иду первая, Амалия сразу вслед за мной. Первую половину комнаты мы преодолеваем быстро, оставив позади двоих хищников. Они лежали по краям помещения, давая возможность спокойно пройти по центру. С оставшимися тремя всё обстоит несколько сложнее. Двое развалились так, что полностью заполнили собой пространство от стены до стены, не оставив даже самого узкого прохода.

Осторожно ступая, перешагиваю через одного из них и делаю несколько шагов в сторону, чтобы не мешать Амалии. Она перекидывает ногу, но теряет равновесие, наступает на лапу спящему вольфлейгу и падает прямо на хищника. Зверь тут же открывает глаза, скидывает девушку на пол, подпрыгивает и издает угрожающий рык.

Хватаю подругу за руку и помогаю встать. От шума, устроенного нами и разбуженным зверем, все остальные его собратья уже тоже вскочили на лапы и теперь смотрят на нас своими красными глазами.

Пятимся с Амалией в разные стороны, к стенам. Хищник, которого потревожила подруга, бросается прямо на неё. Судя по тому, как Амалия вскидывает руки, она пытается что-то сделать с нападающим с помощью магии, но результата это не приносит никакого. Если бы не стрекоза, кинувшаяся на вольфлейга и угодившая ему прямо в глаз, боюсь, я бы сейчас осталась без единственной подруги.

Тем временем и мой дух отважно приходит на помощь. Он пытается поджечь одну из тварей, правда безуспешно. Почему-то огонь просто гаснет, добравшись до шкуры вольфлейга, не причинив тому никакого вреда. Тогда Дрим, по опыту «коллеги», атакует глаза твари, чем отвлекает на себя внимание всех остальных хищников. Пользуясь этим мы с Амалией, не сговариваясь, несёмся к спасительному выходу.

Я успеваю открыть дверь и оказаться за порогом, а вот моей подруге везет меньше. Сзади на девушку нападает один из вольфлейгов, валит её на пол, когтями впивается в спину и заносит пасть над шеей для укуса. Кричу от ужаса, кидаюсь обратно в комнату, где на меня надвигаются сразу две твари.

Одна из них делает прыжок в мою сторону. Конечно же, я помню, что у Амалии не вышло использовать магию, но что мне остаётся? Сдаться, даже не попытавшись? Поднимаю руку, зажмуриваюсь и ощущаю, как в ладонях появляется приятное покалывание, а затем — тепло. Раздается жуткий вой со всех сторон. Открываю глаза и вижу, что все пять хищников мало того, что отброшены в сторону, но ещё и объяты пламенем. Помогаю Амалии подняться, что удаётся сделать с трудом. Вылетаем пулей из зала, захлопываем дверь и насколько возможно быстро двигаемся вперёд по коридору.

Погони за нами нет, а все равно сразу остановиться мы не рискуем. Но сделать это приходится, чтобы я могла осмотреть подругу, чья спина полностью в крови. Она снимает разодранную кофту, под которой виднеются раны от когтей. Радует, что, похоже, не очень глубокие. Не радует, что я понятия не имею, чем тут помочь. Я не врач, лекарств у меня нет… От кофты соседки и так осталось одно название, так что использую её как салфетки и как перевязочный материал. Когда заканчиваю, Амалия надевает мой кардиган, опирается на моё плечо, и мы идём дальше. Точно как тогда в лабиринте. Быстро двигаться не получается, но мы стараемся идти максимально широким шагом. Нужно как можно быстрее закончить с этим проклятым заданием и выбраться от сюда, иначе моя бывшая соседка просто истечёт кровью.

Коридор закончился, выведя нас к очередному залу. Заходить страшно. Если за прошлой нас ждали вольфлейги, то кто тут? Неужели души? Снова с опаской осторожно приоткрываем дверь, чтобы увидеть, что за ней.

Перед нами оказывается огромное помещение, раза в три больше первого, в котором мы оказались в самом начале. В комнате не видим никого живого, только статуи драконов. Есть вероятность, что кто-то мог спрятаться среди них. Проверить это вновь отправляем духов. Сразу обоих. Довольно быстро они возвращаются обратно, а мы проходим внутрь. Оставляем, на всякий случай, дверь открытой, так как никакого другого выхода от сюда не видим.

Зал похож на какой-то склад с огромным количеством старых и никому не нужных статуй. Этих разных по размеру скульптур тут точно не меньше полусотни. Какие-то стоят, но большая часть просто свалена на полу в полном беспорядке.

Амалия устраивается отдыхать, а я и наши хранители отправляемся осматривать эти позабытые всеми произведения искусства. Как бы ни старались, но ничего необычного среди статуй и их многочисленных обломков мы не находим. А вот моя подруга хоть и не принимает участие в активном поиске, замечает интересную деталь. Абсолютно на всех скульптурах изображены драконы, в том или ином виде. Выделяется только одна, у которой нет крыльев. Виверн. Подхожу ближе, осматриваю и саму статую, и пьедестал, на котором она стоит. У этого дикого дракона на месте все, кроме одного пальца на поднятой вверх лапе.

Решаю попытаться найти эту недостающую часть тела виверна. Пересматриваю практически все обломки статуй в комнате пока наконец не встречаю идеально подходящий. Подношу его к «родной» лапе и палец сам вылетает из моих рук, возвращаясь на своё законное место. Будто тут и был всё это время. Не остается даже никаких сколов и трещин, говорящих о том, что лапа когда-то была повреждена.

Неожиданно статуя засветилась, её полностью окутало и спрятало от чужих взглядов белое сияние. От неожиданности я даже отпрянула на пару шагов. Как только статуя снова стала видна, на её лапе оказалась маленькая фигурка белого цвета.

— Тебе ведь всё равно Винсент никогда не был нужен. Отдай её мне, — Амалия, конечно же, тоже увидела появившуюся статуэтку. — Я не могу остаться здесь в таком состоянии.

Раньше не был. Но и бросить подругу здесь истекать кровью я не могу. Хорошо, если её заберут сразу же, но что если нет? С другой стороны нельзя и отправить раненную девушку проходить второй этап. Возможно, сначала Амалии окажут помощь, но, опять же, не факт.

— Давай попробуем вместе, — предлагаю идеальный, на мой взгляд вариант. Если, конечно, он сработает.

Подхожу к Амалии, протягиваю ей руку, но вместо того, чтобы встать, она тянет меня на себя со всей силы. Падаю, но не на девушку, которая успевает откатиться, а на пол. Поворачиваю голову и вижу занесенную надо мной ладонь с кинжалом. Не могу ничего придумать, даже выставить вперед руку, настолько неудобно лежу.

Помощь приходит, в очередной раз, от моего дракончика. Дух летит к нам, но на него в воздухе кидается стрекоза. Добраться и что-то физически сделать из-за этого он, конечно, не смог, но зато отвлёк внимание Амалии. Всего на долю секунды она обратила внимание на двух дерущихся хранителей.

Этого времени мне хватило, чтобы вывернуться, пнуть ногой мою бывшую соседку и отбросить её от себя. А вот подняться на ноги я уже не успеваю, поскольку Амалия бросается в атаку. На этот раз я уже не застигнута врасплох и не валяюсь лицом вниз, так что довольно легко уворачиваюсь. Поднимаю в правую руку кусок от какой-то статуи, который очень удобно помещается в ладони. Новый выпад Амалии. Парирую его подобранным обломком, отвожу сверкающий клинок от себя и тянусь свободной рукой к своему кинжалу. Не доставая его из ножен, бью рукояткой Амалию по голове.

Хотелось бы, конечно, обладать достаточной силой, чтобы таким ударом вырубить человека, но у меня выходит только отвлечь девушку от попыток меня заколоть. Зато я получаю возможность подняться на ноги, что тут же и делаю. Добежать до фигурки из белого нефрита я не успею. Амалия как раз находится между мной и статуэткой в лапе каменного виверна. Но у меня ведь есть мой личный дракончик, который как раз сумел справиться со стрекозой. Мысленно прошу его помочь отвлечь мою бывшую соседку, что Дрим и делает. Дракончик поступает с ней точно так же, как со мной на лестнице. Пикирует сверху прямо на голову девушке, явно собираясь подправить ей причёску.

Пользуюсь моментом и бросаюсь прямо к спасительной статуэтке. Амалия хватает меня за ногу, пытаясь повалить на землю. Хватаюсь за один из постаментов, с силой сбрасываю с него статую на девушку. Смотреть, на сколько сильным оказывается удар, времени нет. Главное, что хватка на ноге ослабела, и я смогла вырваться. Дотрагиваюсь до заветного белого дракона в лапе каменного виверна и всё вокруг становится чёрным.

Марианна Маслова.

Какое-то мгновение и снова становится светло. Ни Амалии, ни статуй вокруг меня нет. Место, в котором я оказалась, мне знакомо. Большой зал с высокими потолками, витражными окнами и золотым алтарём у одной из стен. В своей иллюзии на прошлом испытании я уже была здесь. Но теперь вместо огромной каменной глыбы прямо напротив алтаря стоит закрытый саркофаг. Подозреваю, этот гроб здесь не просто так и задание связано именно с ним. Только собираюсь подойти ближе, чтобы рассмотреть его, как из-за алтаря выходит Анхель Лаверн.

— Поздравляю, Марианна, вы единственная, кто смог добраться до этого этапа.

У меня уже, похоже, на слово «поздравляю» аллергия. Не хочу никогда больше его слышать.

— Напомню, сейчас будет проверена ваша сила духа. В лабиринте вы уже встречали души Неупокоенных, появившиеся тогда… Скажем так, вне рамок испытания. Теперь же именно они и станут вашим заданием. Чтобы доказать, что вы достойны стать Императрицей, вам будет необходимо упокоить души умерших, застрявших в этом мире.

— Это шутка такая, Ваша Светлость?

Анхель поморщился, но не стал делать замечание по поводу моего выступления без разрешения.

— В вашем распоряжении будет древний текст, которым несколько тысяч лет назад пользовались жрецы. К сожалению, использование данного ритуала довольно не безопасно, поэтому его проведение было прекращено. Однако, для будущей Императрицы в данном задании не должно быть ничего сложного. Прочитать данный текст необходимо вслух от начала до конца три раза подряд. Если вы справитесь с этим, все души окажутся в этом золотом саркофаге, который и послужит для них порталом из этого мира в мир духов.

Распорядитель делает взмах рукой и на крышке гроба появляется золотой свиток.

— Они окажутся здесь сразу же после того, как вы начнёте чтение. Каждое ваше слово при первом прочтении свитка будет притягивать по одной Неупокоенной душе. Есть вопросы?

— Да…

— Очень жаль. Ответить на них я не могу. Обо всем остальном вам придётся догадаться самой.

Без всякого портала Лаверн пропадает. Просто исчезает в воздухе. Выходит, это была иллюзия? Подхожу к саркофагу, беру в руки свиток. Разворачиваю. Спасибо, хотя бы текст на понятном для меня языке. Считаю слова. Ровно сто. Сто Душ? А что ж не тысяча? Отхожу подальше от алтаря. Чем быстрее начну… Ну, закончу или не закончу — не известно. Но тянуть смысла всё равно нет.

Беру свиток правой рукой, в левой держу статуэтку. Надеюсь, то, что я прочитала, правда, и белый нефрит мне действительно поможет. Начинаю читать очень медленно и только первое слово. Надо же проверить?

— Именем…

Ждать не приходится. Только я это произношу, краем глаза замечаю тень, медленно ползущую ко мне справа. Поворачиваюсь, протягиваю перед собой руку со статуэткой. Душа подходит, тянется своими длинными пальцами ко мне, но останавливается прямо перед белым драконом. Секунда и неупокоенный уже сзади меня. Разворачиваюсь и снова мы застываем друг на против друга. Пячусь к стене, чтобы снова не оказаться уязвимой со спины. Смотрю на место, где у души должны быть глаза и ощущаю страшный холод и страх, пронизывающий каждую клеточку тела. Впервые понимаю, что такое оцепенеть от ужаса. Не могу ни шелохнуться, ни проронить ни звука. Собираюсь с силами и закрываю глаза. Этого хватает, чтобы хоть немного прийти в себя.

Что ж, к камню души действительно не могут подойти. Это плюс. Смотреть в их «лица» чревато. Это минус, но не критичный. Камень у меня всего один, а Неупокоенных будет, мягко говоря, много. Это снова минус, что делать с которым я ума не приложу.

— …Огня…

Рискую прочитать второе слово, и рядом с первой Неупокоенной душой тут же возникает вторая. Они расходятся в разные стороны. Одна оказывается слева, а другая — справа от меня. Жутко. Но, вроде бы, не нападают. Значит, можно так стоять и читать дальше?

— …прошу вас…

Ещё две Души, благодаря которым я получаю ответ на свой вопрос. Нет, так просто стоять нельзя. Неупокоенные не оказываются рядом с «собратьями», а ползут ко мне сверху и снизу. Отпрыгиваю за мгновение до того, как меня бы схватили за ногу. Бегу к противоположной стене, а Души, не спеша, ползут ко мне. Долго я так не пробегаю… Если ничего не придумать, то вот как раз в этом гробу меня и похоронят.

В голове всплывают кадры из фильма по книжке Гоголя. Храм, гроб, чтение вслух, запрет смотреть в глаза Вию… Снова отбегаю, пытаясь отгородиться маленькой фигуркой от душ. А сама думаю, насколько это всё-таки интересное совпадение. Или, не совпадение? Если этот способ упокоить души раньше использовали здесь, могли ведь путешественники рассказать о нём в моём мире? В Вие главный герой спокойно провел целые три ночи в круги из мела. Мне бы это очень подошло, вот только мела у меня нет. Да и Неупокоенные его вряд ли боятся. У меня есть только фигурка из белого нефрита. Если бы превратить её в порошок… Не знаю, как это сделать, но, кажется, знаю, что мне нужно.

Мысленно представляю, как дракон рассыпается на мелкие частички, и это действительно происходит. Теперь в моей руке, а также на полу горсть белой каменной пыли, из которой я делаю круг, в центре которого теперь и нахожусь.

Все четыре Души подошли вплотную к ограждению из пыли, но кажется, не смогли переступить через него. Неужели работает? Возвращаюсь к свитку, произношу ещё четыре слова. Вновь прибывшие Неупокоенные точно также встали почти на самой нефритовой черте. Уже смелее, быстро читаю дальше до самого конца, не отводя глаз от свитка. Когда заканчиваю, воцаряется мёртвая тишина. Поднимаю взгляд. Их много. Офигеть как много. Каждый сантиметр вокруг меня занят стоящими Неупокоенными. Старательно не смотрю в их лица, но всё равно дрожу от жуткого холода, пробегающего по моим жилам. У душ нет глаз, но я просто физически ощущаю, что они смотрят на меня.

Возвращаюсь к чтению. На этот раз произношу слова очень громко, лишь бы избавиться от этой сводящей с ума тишины. Примерно на середине к моему голосу добавляется эхо, которого раньше не было. Не выдерживаю, смотрю, что происходит. Саркофаг открыт и теперь не стоит, а висит в воздухе. Продолжаю, но теперь посматриваю иногда на гроб, который начинает светиться изнутри. Заканчиваю второе прочтение и без остановки приступаю к третьему.

Стоит лишь произнести первое слово, как саркофаг срывается с места и с огромной скоростью летит на меня. Он с легкостью проходит сквозь нефрит и я с трудом успеваю увернуться, не выйдя за пределы круга. С жутким свистом гроб продолжает свой полёт по всему залу Храма. Снова опускаю глаза на свиток.

Стараюсь читать быстро, но чётко. Не хватало ещё, чтобы не сработало из-за того, что я глотаю слова. Поднимается сильный ветер, который подхватывает все души, и раздается дикий вой повсюду вокруг. С ужасом смотрю на множество летящих по воздуху неупокоенных, которых затаскивает внутрь саркофаг. Я слышу, как они кричат, как бьётся крышка гроба и понимаю, что теперь бы точно не отказалась от той тишины, которая только недавно тут стояла. С заключительным словом в саркофаг попадает последняя Неупокоенная душа, и он, возвращается на место, к алтарю. Пару минут гроб так и стоит неподвижно, а потом его крышка с треском захлопывается.

Рядом с алтарем открывается портал, из которого выходит Винсент. Если судить по выражению его лица, он сейчас готов меня задушить… Пытаюсь встать, но ноги совершенно не слушаются. Как и вообще всё тело. Принц же молча подхватывает меня на руки, очень крепко прижимает к себе и уносит в портал.

Марианна Маслова.

Портал переносит нас не обратно на площадь, а в покои Винсента. Всё также молча он опускается в кресло, устраивая меня у себя на коленях и сжимает с такой силой, что мне становится трудно дышать. В таком положении мы и сидим пока я не замечаю, что Винсента начинает трясти. Он не разжимает стальных объятий, не давая мне отстраниться.

— С тобой всё в порядке? — спрашиваю практически шёпотом.

Не отвечает. И ещё сильнее трясётся.

— Винс?

Чувствую, как мышцы принца напрягаются ещё сильнее.

— Винс, всё хорошо.

— Нет. Я испугался. За тебя. Слишком испугался, — прохрипел он.

Винсент, наконец, выпускает меня из объятий, смотрит прямо в глаза. Его зрачки стали просто огромными, на лице проявились чёрные чешуйки, а во взгляде вспыхнул настоящий огонь. Нежно провожу тыльной стороной ладони по его щеке и повторяю:

— Всё хорошо.

Сама тянусь к губам дракона, и он с готовностью отвечает на поцелуй. Глажу его плечи, провожу по рукам, забираюсь под рубашку, а в следующий миг мы оказываемся на полу. Винсент не заморачивается с пуговицами, просто варварски рвёт мою кофту и буквально вытряхивает меня из узких брюк. А за то время, которое у меня уходит на то, чтобы расстегнуть его сюртук, избавляется от нижней части своего одеяния.

Грубо обхватив за плечи и не давая возможности пошевелиться, раздвигает коленом мои ноги, резко толкается бедрами и оказывается внутри. Тут же жадно проводит языком по моим губам, принимается яростно целовать и вкалачивается в меня как одержимый. Мужчина не останавливается и не сбавляет темпа ни на секунду до тех пор, пока его тело не напрягается, и я не чувствую интенсивную пульсацию члена внутри.

Винсент дышит тяжело, глубоко и очень часто, но, похоже, приходит в себя. Лицо снова полностью становится человеческим, а во взгляде больше нет следов безумия. Наконец, принц отпускает меня из своего захвата, помогает подняться и осторожно прижимает к себе.

— Прости. На какое-то время, похоже, полностью потерял контроль.

— И часто так теряешь?

— Впервые. Мне было нужно почувствовать… Тебя… Что с тобой всё в порядке.

— Всё в порядке. Ванна?

Одно из удобств этого мира, которое я успела уже по достоинству оценить, это отсутствие необходимости ждать пока наберётся вода. Достаточно выбрать желаемую температуру и ванна сразу же доверху наполняется. Её размер более чем позволяет забирать внутрь вдвоем, что мы с Винсентом и делаем. Принц не возражает, когда я сажусь напротив и с помощью губки нежно намыливаю всё его тело, уделяя особое внимание груди, ягодицам и паховой области. Со мной Винсент проделал тоже самое, а после взял один из флакончиков с шампунем. Он нанёс его мне на волосы и начал кончиками пальцев массировать голову, взбивая пену. Никогда не чувствовала ничего подобного и, кажется, даже замурлыкала от удовольствия. Ни за что бы не подумала, что это настолько приятно ощущать, как кто-то так нежно моет тебе волосы. Пены в ванне нет, поэтому я очень хорошо вижу, что ему тоже нравится. Очень нравится. На этот раз все происходит неторопливо и нежно, прямо в ванной, из которой мы выбираемся очень не скоро и то лишь для того, чтобы переместиться на кровать. В спальне мы снова не спешим. Долго изучаем и наслаждаемся друг другом.

— Надеюсь, без вина на этот раз обойдёмся? — с явным укором спросил Винсент.

Ну… Виновата. Но совершенно ни о чём не жалею.

— Очень злишься?

Напрягаюсь в ожидании, а он, как нарочно, долго затягивает с ответом, отстраняется и садится на кровати.

— Пожалуй, всё-таки, вина. Налью сам.

За бутылкой и бокалами Винсент уходит в другую комнату. И, хотя его нет всего пару минут, я начинаю жутко нервничать. Я и сама понимаю, что не стоило так поступать, но какой у меня был выбор? Вернувшись, дракон снова устраивается рядом и подаёт мне бокал.

— Отвечая на твой вопрос скажу так. Когда проснулся и понял, что испытание уже началось, думал сойду с ума. А когда увидел тебя в сфере в окружении сотни Неупокоенных… В тот момент мне больше всего на свете хотелось задушить тебя за то, что ты туда пошла.

— За это извиняться не стану. Только за вино. Прости.

— Только при одном условии. Пообещай…

— Больше не травить тебя?

— Больше не рисковать собой.

— Обещаю больше без необходимости этого не делать.

Винсент вздыхает и картинно закатывает глаза. Нет, не злится. Тянусь за поцелуем, но он меня останавливает, обхватив ладонями мое лицо.

— Я серьёзно. Марианна. Ты ведь помнишь, что говорила на нашем первом свидании. О том, что такое жизнь любимого человека. Не только драгоценности не стоят того, чтобы рисковать ею. Ничего не стоит.

Любимого? А я… Ну, какого-то же чёрта я сама туда пошла. Значит?

— А можно спокойно смотреть, как жизнь твоего любимого кто-то пытается уничтожить?

Не отвечает. Притягивает ближе и заключает в свои объятия.

— А что с Амалией? Я на неё опрокинула статую…

— Жива. Пока что.

— В смысле пока что?

— Эту тварь увели до того, как я узнал. Иначе разорвал бы на месте.

— Винс!

— Что? Или ты предлагаешь её отпустить?

— Отпустить не предлагаю. Всё таки Амалия пыталась меня убить. Отправь её домой. Это будет более чем серьёзным наказанием для неё.

— Помню. Амалия просила оставить её тут… Да. Пусть будет так.

Улыбаюсь и устраиваюсь поудобнее в руках Винсента, а он с помощью магии притягивает упавшее на пол одеяло и укрывает нас им.

Винсент Макберн.

Спать совершенно не хотелось. Я просто лежал в кровати, не желая лишний раз потревожить Марианну. Слушал как размеренно дышит моя невеста, перебирал её волосы и думал, как она могла вообще на такое пойти? Трон Марианне никогда не был нужен, так что можно даже не сомневаться, что это всё было только ради меня. А что я смогу ей дать, если Марианна сейчас не получит благословение Артефакта? Осторожно перекладываю девушку на подушку и выбираюсь из постели. Мне нужен Вардис.

Наверное, это — большая наглость заявиться в чужой дом почти в полночь. Но мне абсолютно всё равно, ждать утра я не хочу. Моё появление вызывает настоящий переполох среди слуг Советника. Они провожают меня в гостиную, где я и дожидаюсь Вардиса. Долго ждать не приходится, уже через пять минут мы с ним сидим в удобных креслах и я, наконец, могу узнать то, зачем пришёл.

— Я могу отказаться от права на наследование так, чтобы Марианна точно успела подойти к Артефакту? Возможно, это сделать одновременно?

Вардис Миллс смотрит на меня с охреневшим взглядом и отвисшей челюстью.

— А зачем?

— Затем, что если я сначала откажусь от трона, пройти ритуал ей не дадут. Поэтому, я хочу знать, возможно ли как-то осуществить отказ без участия жрецов? Или, хотя бы, всё подготовить заранее, а закончить прямо перед тем, как Марианна подойдёт к Артефакту?

— Ваше Высочество, я всё равно не понимаю. Разве вы не хотите стать Императором?

— Я рисковать не хочу. Я должен быть уверен, что она точно получит благословение.

— Но, Ваше Высочество, как ваш отказ от права наследование может на это повлиять?

— Я стану слабее, потеряв Императорскую магию. Так куда больше шансов. Лучше иметь жену в другом мире, чем рисковать ею ради возможности надеть корону в этом.

— Ваше Высочество. Испытания подошли к концу, метка стала красной?

— Да.

— Учитывается ваша сила именно на тот момент, когда метка изменила цвет.

— То есть…

— То есть, менять что-то уже поздно.

— Если девушка не подойдёт… Она сможет ещё раз попытаться после того, как я перестану обладать Императорской магией?

— Не знаю. В теории, это возможно. Но таких прецедентов точно не было.

Открываю портал к себе в гостиную, чтобы не разбудить Марианну. Беру первую попавшуюся бутылку с крепкой выпивкой, но открыть не успеваю. Дух Анхеля приносит сообщение с просьбой о срочной встрече. Первым порывом было послать его подальше, но… Лучше же пить в компании единственного друга, чем с самим собой? Так с бутылкой и отправляюсь к нему.

Кузен сидит за рабочим столом у себя в кабинете. Ставлю виски перед ним, а сам разваливаюсь в кресле рядом.

— Это мы сейчас празднуем будущую свадьбу или оплакиваем твою свободу? — с усмешкой спрашивает он, доставая два стакана.

— Это мы сейчас успокаиваем мои нервы.

— И что не так с твоими нервами?

Выпиваю залпом налитый до краев напиток.

— Она может не подойти.

— Ну, в принципе, может. Но что ты тут можешь поделать?

— В том то и дело! Я думал, что могу!

Анхель тоже выпивает виски и громко смеётся.

— Братец… Решил, что ты всемогущ? Как ты можешь повлиять на Артефакт?

— Никак. Даже не собирался. Я думал, смогу отказаться от права на наследование перед тем, как Марианна к нему подойдёт. Так, чтобы твой отец не смог ей помешать.

— Так а смысл? Метка же…

— Да, да. Всё, метка сменила цвет. Я один этого не знал?

Снова смеется, а мне впервые хочется ему врезать.

— Винс, ты чего истеришь? Марианна справилась со всеми испытаниями. Причём, практически во всём, она всегда была лучше остальных претенденток. Шансы есть.

Выливаю в себя ещё одну порцию выпивки.

— Если Марианна не подойдёт сейчас… Есть шанс попытаться ещё раз получить для неё благословение. После того, как я откажусь от прав на трон. Проблема только в твоём отце.

— Он не позволит.

— Придумай что-нибудь. Согласен даже отказаться от прав на наследование перед первой попыткой. Так он при любом исходе получит корону.

— Винс…

— Я прошу.

— Да без вариантов! Отец быстрее меня вместе с тобой сошлёт куда-нибудь, чем на такое пойдёт. Но…

— Что «но»?

— У Амалии метка не погасла. Подозреваю, дело в том, что её испытание фактически прервали. Благодаря вмешательству моего отца, изменившего условия этапа, прошла дальше только Марианна. А должны были обе иметь такую возможность.

— И что?

— Ты мог бы отказаться от прав на трон и попытать удачу с ней. Она уступает, конечно, Марианне, но так ведь и ты будешь слабее.

— Нет.

— Что? Тебе нужна жена? Или не ты только что был готов от короны отказаться?

— Мне нужна не просто жена. Мне нужна именно Марианна.

— Вот как… Ну… Поздравляю?

— С чем? Что если…

— А что если? Заберёшь с собой свою Марианну в другой мир. Можете на её Ивлис отправиться.

— И зачем ей я, если у меня детей не будет?

— А ты этот вопрос самой девушке задавал?

Молчу.

— Так и думал. Задай. Я как раз хотел тебе предложить… В её мире есть традиция. Жених делает предложение невесте выйти замуж с помощью кольца. И у меня как раз есть один знакомый ювелир. Лучший в Пандории.

Всё-таки повезло мне с другом… И почему я сам об этом не подумал? Я ведь даже не спросил… Не дал ей никакого выбора.

Анхель Лаверн.

Каждый сантиметр выставочного зала «Сокровищницы драконов» был заполнен блеском всех существующих в природе драгоценных камней и металлов. В лучшей ювелирной лавки Пандории Винсент, конечно, что-то выберет. Моя задача, как и задача моего ювелира, лишь подтолкнуть его к правильному выбору.

Кузен первым делом отправляется к витринам с кольцами. Внимательно рассматривает каждое, останавливая внимание на, естественно, рубиновых.

— Ваше Высочество, Ваша Светлость, — хозяин всего этого великолепия с улыбкой выбегает нас встречать. — Я — Ларс Морроу, ваш покорный слуга и совладелец этого скромного магазинчика. Благодарю, что нашли время посетить нас.

Да… С такой скромностью посоперничать может разве что мой братец.

— Позвольте узнать, вас интересует нечто конкретное? Или я могу помочь определиться с выбором?

— Для начала мне нужно подобрать кольцо, — отвечает принц. — Для моей будущей жены. В качестве подарка на свадьбу.

Ювелир ахает и всплескивает руками.

— Это такая честь!

Вот же… Переигрывает.

— Ваше Высочество, позвольте уточнить?

Высочество вальяжно кивает. Будто настоящее одолжение сделал. Ну да. И чего я переживаю? Это же Винсент. Ему всегда нравилось, что перед ним прыгают на задних лапках. И как он, интересно, жить планировал без этого, когда от трона хотел отказаться? Вот лишь бы этому придурку в голову не пришло моему отцу своё предложение озвучить… Боюсь, тогда я не то, что не отомстить не смогу, но и вообще без головы останусь.

— Есть ли какие-то особые предпочтения? Цвет металла? Камень?

— Золотое, с рубином, пожалуй…

Как неожиданно. Ну, что, мой выход.

— Да, Винс, оригинальности тебе не занимать.

— В смысле? Это мои цвета.

— Твои. А её?

Задумывается на минуту.

— Знаешь, я как-то и сам думал… Марианне и правда больше подойдёт голубой. К её глазам.

Ювелир тут же кидается к соседней витрине.

— Прошу! Ваше Высочество, Ваша Светлость! Посмотрите, пожалуйста! Только недавно мы получили новую коллекцию с сапфирами из провинции Канто.

Подходим и внимательно рассматриваем кольца, о которых он говорит.

— Нет, это плохая идея. Они не подойдут.

— Это ещё почему? — выпаливаю я.

— Рубины и сапфиры рядом я ещё как-то представляю. Но из красного золота тут только две модели, ни одна из которых мне не нравится.

— Так выбери что-то из белого.

— И как оно будет сочетаться с золотой короной, усыпанной рубинами? Хотя бы цвет металла должен совпадать.

Вот же эстет проклятый.

— Корона — это корона. Кольцо — это кольцо.

— Нет.

Лихорадочно соображаю, что можно придумать. Неожиданно, на помощь приходит ювелир, в умственных способностях которого я зря сомневался. Хотя, надо признать, в том, как побольше заработать, ему никогда равных не было.

— Ваше Высочество, если вы хотите именно белое золото и синий камень, я мог бы предложить сделать корону специально для Императрицы. Конечно же, как и любые другие украшения.

— Я не хочу сделанные с помощью магии…

— Что вы, Ваше Высочество! Никогда бы не посмел предложить подобное ни одному клиенту. Вы же не в какой-нибудь лавочке с простыми стекляшками. Все наши модели сделаны вручную лично мною или моим братом.

— До утра успеете?

— Всё зависит от того, что вы выберете… Простите! Да, конечно! Вдвоем с напарником мы сделаем всё максимально быстро. Что вам приглянулось, Ваше Высочество?

— Покажите это.

Винсент тыкает пальцем, указывая не туда, куда мне нужно. Ничего, это поправимо. Морроу достает требуемое кольцо.

— Что скажешь? — обращается кузен ко мне.

Делаю вид, что тоже рассматриваю украшение.

— Какое-то оно грубое… Вот для тебя в самый раз, а для девушки мне не нравится.

— Зато цвет камня точь-в-точь как её глаза.

Смотрю на ювелира. Он и так всё понимает.

— Ваше Высочество, прекрасный выбор! Это — самое дорогое кольцо из нашей коллекции. Оно поистине достойно Императрицы! Кроме сапфира и бриллиантов здесь использованы топазы, с древних времен используемые для увеличения плодовитости женщины. Просто идеальный свадебный подарок!

Лицо Винсента меняется прямо на глазах. С трудом удерживаюсь, чтобы не засмеяться. Морроу, браво!

— Покажите другие. Не хочу ничего, кроме сапфиров и бриллиантов.

— Но как же… Простите! Конечно, как прикажете, Ваше Высочество!

Достает сразу два кольца.

— Позвольте обратить ваше внимание на эти украшения. Ещё одна гордость нашей коллекции, — указывает не на нужное мне. — Здесь использовано тринадцать сапфиров огранки Маркиз и 78 бриллиантов круглой огранки.

Винсент внимательно вертит в руках кольцо. Явного восторга, кажется, на этот раз не испытывает. А ювелир переходит ко второму кольцу.

— И, конечно, венец нашей работы. Сапфир уникального, светло-василькового цвета весом 11,6 карат в обрамлении 81 бриллианта круглой огранки. В чистоте камней ни первого, ни второго украшения можете не сомневаться, они идеальны.

А вот тут глаза принца загораются. Конечно. Уникального цвета. Как же, всё-таки, тебя, братец, легко развести.

— А об этом что думаешь, — снова спрашивает мое мнение.

— Большой сапфир смотрится интереснее, чем кучка мелких… Да и цвет, правда, необычный. Выделяется среди всех.

— Как и Марианна… Я выбрал. К кольцу хочу подвеску, серьги, брошь. И, само собой, корону. Сделаете?

С трудом удерживаюсь от смеха, наблюдая как ювелир кивает как ненормальный и рассыпается в благодарностях за такое доверие. Принц выбирает примерно, чего он хочет от заказанных украшений и мы уходим. Кольцо Винсент забирает сразу, а остальное ему обещают прислать к утру.

Винсент Макберн.

Дракон внутри меня не очень доволен, но принимает моё решение и тихо порыкивает в согласии. Понимает, что и раньше надежда когда-нибудь встретить истинную была слишком призрачной, а теперь об этом и речи быть не может.

Конечно, было бы правильным дать Марианне поспать. Она слишком через многое вчера прошла. Но я до утра просто не выдержу. Мне нужно знать ответ сейчас.

Сажусь на кровать рядом с ней. Аккуратно приподнимаю за подбородок лицо девушки, очень нежно, почти целомудренно приникаю к её губам. Марианна отвечает мгновенно, обвивая мою шею руками. С большим трудом заставляю себе остановиться и отстраниться.

— Мне нужно с тобой поговорить, — тихо произношу, всматриваясь в её сияющие глаза.

— Почему мне кажется, что этот разговор будет не из приятных?

Вполне возможно. Набираю воздух в грудь и стараюсь говорить как можно быстрее. Мне действительно как можно быстрее нужно узнать ответ.

— Тебя никто не спрашивал, хочешь ли ты попасть на этот отбор. И вообще выйти замуж. Точнее даже не так. Я точно знаю, что ты этого не хотела. Если быть честным, то я и сам… Всё, что мне было нужно, так это избавиться от той толпы невест, которая оказалась во дворце. В том числе, от тебя.

Отвожу взгляд, чтобы не видеть тревогу в её глазах.

— Марианна. Артефакт может не дать благословение. Я ничего не могу сделать, чтобы на него повлиять. Если это произойдёт… Я точно потеряю всё. Корону, Императорскую магию и даже возможность жить в этом мире… Но волнует меня не это. Проблема в том, что в этом случае у меня никогда не будет детей. Я всегда был самым последним эгоистом. И сейчас ни капли не изменился. Прости. Но я не могу просто так от тебя отказаться. Не хочу! Я хочу, чтобы ты стала моей женой. В любом случае. Мне всё равно, будем ли мы править этим миром или просто жить, как обычные люди, в любом другом. Поэтому я хочу спросить, согласна ли ты выйти за меня?

— Да.

— В смысле? Тебе же нужно подумать?

— Не нужно, — с улыбкой шепчет она.

Только сейчас вспоминаю о кольце, которое должен был достать ещё когда задавал вопрос. Достаю его и надеваю на безымянный палец Марианны. Кольцо сразу же подстраивается под размер пальчика моей невесты. Теперь уже, на самом деле, моей невесты.

Винсент Макберн.

— И чего ты так напряжён? Дело за малым осталось. Или что? В этом и проблема? Боишься в первую брачную ночь облажаться? Стар стал, силы уже не те…

— А не пошёл бы ты, дорогой кузен…

— За выпивкой?

— Можно. Безалкогольной. От чая не откажусь.

— О… Решил стать примерным семьянином?

Не отвечаю. Кузен уходит и буквально через минуту возвращается с подносом.

— Прошу. Чай. Сахар. Молоко. Коньяк. Яд.

Нет желания реагировать. Просто беру чашку с горячим напитком.

— Что не так то? — Анхель явно отставать не собирается. — Снова передумал? Со свободой расставаться жалко стало?

— Не говори ерунды. Просто предчувствие. Всё слишком хорошо.

— Так радуйся!

— Радуюсь. Но Амадей Майер слишком умён. Он быстро сообразил, что стоит сослаться на моего отца, которого уже нет в живых.

— Это да. И никак не доказать, что он врёт.

К сожалению… Если бы не иммунитет жрецов к куче разных зелий, в том числе к тем, которые развязывают язык…

— Именно. Он себя обезопасил. Но только на время. Став Императором, я смогу сместить Старшего жреца с этой должности в любом случае. И, не сомневаюсь, он это понимает.

— Боишься, что что-то предпримет? Но что? Метка всё ещё горит. Пока не заключён брак, Марианне Амадей не навредит.

— Это единственное, что меня успокаивает. Но я всё равно уверен, что что-то жрец предпримет. Либо просто сбежит, на что я очень надеюсь.

— Искать не станешь?

— Зачем? В Пандории его быстро найдут, так что, если Амадей и сбежит, то в другой мир. А оттуда он уже вернуться не сможет, ведь сразу же будет назначен новый Старший жрец. Так что, буду только рад пожелать старику счастливого пути.

— Винс… А истинную? Её ты искать больше не станешь?

Зверь во мне беспокойно заворочался, но быстро успокоился. Дракон прекрасно знал ответ и смирился с ним.

— Не стану.

— Тогда зачем тебе? — кивает на мою руку.

С непониманием перевожу взгляд на свою ладонь. Внутри неприятно царапнуло. Конечно. Перстень. Сколько лет я смотрел на него каждый день и надеялся… Надеялся, что когда-нибудь камень сменит цвет и станет красным. Не станет. Одним резким движением снимаю украшение и швыряю его со всей силы из окна.

— Эй!

Анхель с помощью магии перехватывает перстень в воздухе и притягивает его к себе.

— Винс, ты что творишь? Такими вещами не раскидываются. Вдруг ещё понадобится.

— Не понадобится

— Так это… Сыну твоему, к примеру.

— Убери. Пожалуйста.

— Понял, понял, — не споря, убирает в карман смысл моей прежней жизни.

Марианна Макберн (Маслова).

Церемониймейстер провозгласил:

— Его Императорское Высочество Винсент Макберн! Её Императорское Высочество Марианна Макберн!

Двери зала распахнулись перед нами. Внутри уже ожидали все гости, удостоившиеся приглашения на Императорский пир. Передо мной и Винсентом стали расступаться, образуя проход к огромному столу, в центре которого были установлены три трона. Мой муж расположился на центральном из них после того, как помог мне сесть справа от себя. Только после этого все остальные гости заняли свои места. Слева от Винсента, на третьем троне, села Императрица. А вот следующее место пустовало. Не уверена, но, думаю, на нём должен был быть Анхель Лаверн. Он не был и на церемонии… Разве лучший друг моего мужа мог такое пропустить? Неужели с бывшим распорядителем что-то случилось?

— Винс, — тихо спросила я. — А почему нет твоего кузена?

— Не знаю. Возможно, отца успокаивает. У Гарольда сегодня точно траур. А может… Знаешь. Если честно, мне всё равно. Сегодня я хочу думать только о тебе.

Муж делает взмах рукой и до этого тихо игравшая мелодия становится намного громче. Винсент поднимается с места, подаёт руку и ведёт меня в самый центр зала. В этот момент на нас смотрели абсолютно все. Было безумно неловко, но я старалась не подать вида. Спокойно вздохнуть я смогла только в тот момент, когда ощутила на своей талии горячие, сильные ладони. Уверенность Винсента, наконец, передалась и мне. С чем бы мы не столкнулись, мы обязательно справимся. Вместе.

Глядя на нашу пару, гости тоже принялись танцевать. В образовавшейся толпе на танцполе я не сразу заметила возникшего возле нас с мужем Анхеля.

— Винсент, — произнёс он так, чтобы никто рядом не услышал.

Судя по тому, как Лаверн стоял, он явно не собирался отходить и ждал, что мы остановимся. Так и пришлось поступить.

— Ты в курсе, что пропустил свадьбу лучшего друга? — с раздражением спросил Винсент.

— Винсент. Я не успел. Я должен был… Даже не знаю, как тебе сказать.

Принц вопросительно поднял брови, уставившись на своего кузена. А уставиться было на что. Анхеля сильно трясло, со лба ручьями лил пот. А вид… Мягко говоря, не соответствовал торжеству. Грязная, потрёпанная и даже местами порванная одежда, спутанные волосы, бегающий взгляд…

— Что случилось? — выпалила я.

Лаверн в мою сторону даже не посмотрел. Он схватил Винсента за рукав.

— Пойдем со мной. Срочно.

Муж посмотрел на меня, собираясь что-то сказать.

— Нет. Только ты. Это обязательно и не обсуждается, — прервал его Анхель.

— И куда же это ты хочешь меня увести в день свадьбы от моей жены?

— Только ты, — снова повторил Лаверн.

Внутри что-то неприятно кольнуло. Мне очень не хочется сейчас оставаться одной. Но, судя по всему, случилось что-то серьёзное.

— Ничего страшного, я тебя дождусь, — говорю мужу.

С явным неудовольствием Винсент уходит из зала следом за Анхелем. Ну, а я возвращаюсь на свое место в надежде, что муж скоро ко мне присоединится. Только вот до самого окончания праздника он так и не появляется.

Винсент Макберн.

Элина сидела так близко, что я чувствовал каждый удар её сердца, которое сейчас билось так же быстро, как и моё. Поверить не могу, но девушка попала в Пандорию из другого мира исключительно благодаря отбору. Это же какая ирония судьбы… Метка возникла не у Элины, а у её сестры, которая в тот момент находилась рядом. У Амалии Трайэн. Моя истинная попыталась удержать сестру, но в итоге и сама угодила в портал. Только вот Амалия попала во дворец, а Элина каким-то образом оказалась за его пределами, в лесу. Там моя истинная встретила торговцев, которые предложили девушке работу. Так она и оказалась в провинции Никко.

В то время пока девушка рассказывала, чем занималась в Пандории эти дни, я держал её за руку. Элина неосознанно поглаживала своими пальчиками мою ладонь, и я просто млел от этих прикосновений. Когда она перешла к рассказу о родном мире, меня охватила ярость. Мою истинную хотели выдать замуж? Без её согласия?! Отправлюсь туда и разорву ублюдков. Дракон внутри ревел. Уверен, я бы не смог его сдержать, обратился бы прямо сейчас. Но во время почувствовал, что Элина испугалась. Зверь сразу же притих. Он, как и я, хотел видеть восхищение и любовь, а не страх в её глазах.

— Не бойся, я никогда тебя не обижу, — сразу же поспешил дал обещание, чтобы успокоить девушку.

— А твой дракон?

— Мы с драконом одно целое. Тебе не нужно нас опасаться.

Элина положила голову мне на плечо. Одной рукой приобнял девушку, а второй стал осторожно поглаживать её волосы, вдыхая аромат, от которого внутри всё переворачивалось. От этих прикосновений дракон свернулся внутри меня и, впервые в жизни, я услышал как он урчит от удовольствия. Будто домашний кот. Неожиданно Элина резко схватила меня за руку, отодвинула рукав рубашки.

— Ты женат?

Перед глазами проплыли события последних недель. Отбор. Артефакт. Марианна. Да. Меня будто водой окатило ледяной. Я женат.

Винсент Макберн.

— Да, полагаю, шансы есть, — сказал Вардис. — Брачной ночи, как понимаю, не было?

Киваю.

— Тогда, можно попробовать. Но, Ваше Высочество, вы ведь понимаете, что Старший жрец имеет право отказать? Просьба расторгнуть брак должна быть достаточно обоснована…

Вижу выступившие слезы на глазах Элины, и от этого хочется лезть на стену. Только я виноват в этой боли, которую она сейчас испытывает.

— Куда обоснованнее? Когда последний раз кто-то из Императорского рода встречал свою истинную? 30.000 лет назад? Несмотря на пророчество, никто ведь даже не верил, что такое возможно.

Вардис вздыхает.

— Попробуйте договориться. Возможно, если вы пообещаете взамен оставить ему должность после того, как займёте трон…

До скрипа зубов не хочу этого делать. Но, само собой, пообещаю. Всё, что угодно, пообещаю.

— Давайте лучше я попробую с ним поговорить, — предлагает Анхель.

— Спасибо, — с благодарностью принимаю предложение кузена.

Пожалуй, это идеальный вариант из всех возможных. С Анхелем у жреца отношения точно лучше, чем со мной или Вардисом. Майер, конечно же, сразу побежит к Лаверну старшему… Но какая теперь разница? Открываю для Анхеля портал и тот сразу же уходит. Чем дольше его нет, тем напряжённее становится обстановка в кабинете. Элина нервничает, а я ничего не могу с этим поделать. Когда кузен возвращается обратно, я просто кидаюсь к нему в надежде услышать, что вопрос удалось решить.

— Тут дело такое…

Анхель говорит таким тоном, что сердце в ужасе останавливается. Ничего не вышло?

— Поговорил я со жрецом, — продолжает он. — В общем, решение жениться ты принимал сам, осознавая, что где-то существует твоя истинная пара. Так что, это не достаточный повод просить развод. И да, он готов лишиться не только должности, но и жизни, но тебе на встречу не пойдет.

Взгляд, которым на меня посмотрела Элина, просто сбил с ног.

— Но это не самое главное. Винс, ты говорил, брачной ночи у вас с Марианной не было?

— Естественно.

— Прости, но ты уверен?

— Ты что идиот?

— Я серьезно спрашиваю. Уверен? Может вы всё-таки успели…

Сука. Он что не видит, в каком состоянии Элина сейчас и без его подколок?

— Твою ж, Лаверн! Я, что, по-твоему, провалами в памяти страдаю? В конце концов, ты сам притащил меня сюда прямо с празднования. Или забыл?

— Марианна беременна.

Элина отходит от меня в сторону.

— Верните меня домой, — говорит она. — И Амалию. Вы обещали её отпустить. Ваше Высочество.

От этого холодного «Ваше Высочество» дракон заревел словно раненый зверь.

— Так. Анхель, ты с чего это взял?

Не похоже, чтобы кузен издевался. Всё-таки, он должен понимать, что сейчас не время для подколов. Но тогда, что за бред я слышу?

— Главный лекарь её осматривал.

— Значит, он ошибся. Я ещё раз повторю. Мы не занимались сексом после ритуала. Идём.

Открываю портал прямо в свои покои.

— Амалию уже должны были выпустить и разместить в одних из лучших покоев во дворце. Я распорядился сразу, как только ты сказала. Прошу, пойдём. Убедишься во всем сама. Я не знаю, о чем говорит Анхель, но Марианна не может быть беременна.

Не отвечает. Молча проходит в портал. Ничего. Это не страшно. Сейчас сама увидит, а я больше никогда не дам поводов мне не доверять.

Винсент Макберн.

— Ваше Высочество, чтобы я мог дать официальное заключение, нужно будет взять немного вашей крови, — сообщает Главный лекарь.

— Да хоть всю.

— При свидетелях, — вставляет своё слово Советник по законам. — Драконья знать, а ещё лучше члены Совета.

— Вот и займитесь, — соглашаюсь. — Как всё подготовите, сообщите.

Указываю обоим Советникам на дверь, показывая, что разговор окончен. Лекарь уходит сразу же, а вот судья не спешит.

— Ваше Высочество, если всё подтвердится…

— Что значит «если»?

— Когда. Когда всё подтвердится, безусловно, брак будет расторгнут. Но что потом?

— Что значит, что потом? Потом я смогу жениться на своей истинной.

— Безусловно, Ваше Высочество. Но я имел в виду, что будет с Марианной? То, что она совершила… Это ведь преступление против Пандории.

Я понимаю, на что Вардис сейчас намекает. Государственная измена.

— Мне нужен развод. И всё.

— А что полагается за это? — спрашивает Элина.

— Государственная измена… Единственно возможное наказание за неё — смерть. Но Император и его наследник имеют право помиловать кого угодно. Даже за такое тяжёлое преступление.

— Что? Помиловать? Винсент, но ты же её не отпустишь? Ты разве не видел, что твоя жена опасна? Она напала на Советника!

— С вашего разрешения, я займусь формальностями, — бросает Вардис и спешно покидает комнату.

— Любимая, нам ведь просто нужно добиться развода. Тебе не о чем переживать. Как и всем преступникам, обладающим силой, Марианне надели ошейник. Он полностью блокирует магию, так что она никому больше не навредит.

— Не о чем переживать? А может тогда ты свою жену во дворце при себе оставишь?

Чувствую злость, раздражение и… Ревность? Подхожу ближе, пытаюсь обнять девушку, но она отходит к окну. Даже не смотрит на меня.

— Элина, это же смешно. Зачем мне кто-то, кроме тебя?

— Кто-то? Ты на ней женился!

— У меня не было выбора.

— Не было?

Она резко разворачивается и смотрит мне в глаза. Дракон внутри тихо завыл от её взгляда, полного боли и недоверия.

— Был, — еле слышно признаюсь.

Элина снова отворачивается и слышу, как она всхлипывает. Разворачиваю, подхватываю на руки и устраиваюсь вместе с ней в кресле, крепко прижимая своё сокровище к груди.

— Я всю жизнь тебя ждал. Дышал только потому, что во мне была надежда когда-то тебя найти. И я искал. Каждый день. В каждом забытом Огнём мире.

— Но сдался?

Больно признаваться даже самому себе в том, что это так.

— Да… Хотя и были признаки того, что ты рядом… Не так давно одному из вивернов удалось снова стать человеком, как и было предсказано. Еще и моя магия после объявления отбора очень сильно усилилась. Только я был слеп. И в отчаянии. Плевать мне на корону! Но, если бы я не стал Императором, я оказался бы заперт в каком-нибудь забытом магией мире. И больше не смог бы продолжать поиски.

— Почему именно она?

— Марианна выиграла отбор…

— И это единственная причина?

Я сейчас сам себя хочу разорвать на кусочки. Но соврать язык не поворачивается.

— Нет. Она меня привлекала… Очень привлекала.

— Ты ее любишь?

— Элина. Я люблю только тебя. Никто другой мне не нужен, — сказал, поцеловав в висок прильнувшую ко мне девушку.

— Тогда почему ты её отпускаешь?

— Зачем мне смерть Марианны? Всё, что мне от неё нужно, так это развод.

— Так ли уж всё? — всхлипывая, спросила Элина.

Отстранился так, чтобы видеть её лицо. От вида слез девушки сердце сжалось. Сейчас я был готов на всё, лишь бы она не плакала. Покрыл поцелуями её лицо, сцеловывая слезы и нежно поглаживая руки.

— Винс. Как часто обвиняемых в измене у вас отпускают на все четыре стороны?

— На моей памяти такого не было, — вздыхаю, понимая к чему она клонит. — Но главное — мотив. Все казнённые преступники действовали осознанно с целью навредить Империи. А Марианна? Она же не желала ничего плохо ни мне, ни Пандории.

— Ничего?! Она хотела привязать тебя к себе ребёнком! Чужим ребёнком! Ещё и посадить его в будущем на трон!

— Элина, глупости. Я бы всё равно почувствовал, что ребёнок не мой.

— А Марианна это знала? Главное же мотив, так? И потом… Мало ли? Вдруг у неё были сообщники, которые придумали, как тебя обмануть?

Дракона обмануть нельзя. Но… Если бы я не обратился к драконьей сущности, ничего бы не почувствовал.

— Не хочу признавать, но в чём-то ты права. Я действительно мог слишком поздно узнать, что это не мой ребёнок. Но насчёт сговора… Это вряд ли.

— Как вряд ли? У ребёнка, как минимум, есть отец! Его же можно найти?

Вот это верно. Отец ребенка должен был знать, с кем спит. Значит, этот предатель может быть куда опаснее самой девушки.

— Это может быть кто угодно. Не проверять же каждого? А Марианну заставить говорить не получится.

— Почему не получится?

— После свадьбы она получила магический иммунитет к зелью правды, который есть у всех членов Императорской семьи. Не уверен, но думаю, даже после развода он у неё останется.

— А что как-то иначе выбить из преступницы информацию нельзя? Её сообщники ведь на свободе! Они же могут навредить тебе! И мне.

Разве что именно выбить. Но предателя действительно нужно найти. Нельзя ставить под угрозу безопасность Элины. Наш поцелуй с ней прерывает стук в дверь. Мысленно ругая все на свете, иду открывать.

— Мама?

— Здравствуй, сын.

Отодвигаюсь в сторону, давай ей пройти, но Аурэлия Макберн не двигается.

— Я бы хотела поговорить наедине.

— У меня нет секретов от Элины.

— Я понимаю. Никаких секретов. Матери всего лишь нужно поговорить со своим сыном.

Отказываться смешно, сам понимаю. Просто слишком боюсь обидеть свою малышку. Не хочу, чтобы она решила. что я что-то от неё скрываю. Выхожу за дверь, плотно её прикрыв.

— Винсент. Я очень рада, что ты, наконец, нашёл свою истинную.

— Но?

— Но. Марианна твоя жена.

— Которая ждет ребёнка от другого.

— Возможно. Но ты ведь даже не выяснил, как это могло произойти? Вполне вероятно, девочка… Провела с кем-то время ещё до того, как выиграла отбор.

— Да какая разница?!

— Большая. Артефакт дал своё благословение, на что я даже не смела надеяться. Как, собственно, и ты.

— Мама, ты вообще о чём? У неё будет ребёнок. Не от меня!

— Не будет. Марианне можно дать зелье, чтобы избавиться от него. Ещё есть время, чтобы она снова смогла забеременеть.

— Ты только что говорила, что рада за меня? Да я всю жизнь искал Элину. И теперь ты предлагаешь мне от неё отказаться?

— Ты можешь оставить девушку при себе. Век человека не долог. Проведи ритуал разделения времени жизни со своей истинной, а не с женой. Тогда Элина сможет дождаться…

Внутри всё закипает. Дракон ревёт, желая вырваться, чтобы разорвать за такое предложение.

— Хочешь заставить мою истинную ждать у двери на коврике, как верная собачка? Ты хоть представить можешь, что она бы чувствовала, глядя на Марианну?

Анхель Лаверн.

Как только к проверке всё было готово, я послал за Винсентом. Не только я, но и все члены Совета, будущая бывшая жена, слуги и жрецы ждут его одного. Но, конечно, у принца есть дела поважнее. Как и всегда. Явиться он соизволил только через полчаса. Естественно, прихватив свою зазнобу с собой.

Как только все, кроме не проронившей ни слова Марианны, закончили расшаркиваться и поздравлять этого самовлюблённого идиота, настало время приступить к делу.

— Довожу до сведения всех присутствующих, что сейчас состоится проверка обвинения в отношении Её Высочества Марианны Макберн — взял слово Вардис Миллс. — Она подозревается в государственной измене и попытке незаконно захватить трон Пандории. Марианна Макберн с помощью неустановленного сообщника или сообщников хотела выдать своего ребёнка за наследника рода Макберн. При этом есть достаточные основания полагать, что данное дитя было зачато не от Его Высочества Винсента Макберна. Для того, чтобы это проверить, мы и собрались. Вам слово, Николас Лаведан.

Главный лекарь демонстративно медленно подходит к столу, на котором уже лежат приготовленные ножи, кристалл и прозрачная чаша с водой.

— Ваше Высочество, — обращается он к Марианне. — Прошу, подойдите.

Марианна, до сих пор так ничего и не сказавшая, послушно подходит к Николасу. Надо отдать ей должное, ведёт себя девушка достойно. Другая бы билась в истерике, рыдала и пыталась всех убедить в своей невиновности. Даже жаль… Но что поделать? Не повезло ей с истинным.

— Позвольте вашу руку.

Марианна спокойно исполняет требуемое. Лекарь отработанным движением делает надрез на её руке, собирает кровь в чашу.

— Благодарю, Ваше Высочество. Можете вернуться на своё место.

Марианна грустно улыбается и садится обратно на стул, где до этого и сидела. Да, над таким цирковым представлением грех не посмеяться. Всем всё понятно, результат проверки каждому тут и так ясен.

— Ваше Высочество, ваша очередь, — обращается Николас теперь уже к Винсенту.

Принц с нескрываемым нетерпением подлетает к столу и проходит ту же процедуру, что и его жена. Как только кровь этого идиота оказывается в чаше, Главный лекарь бросает в неё кристалл, и моментально становится понятно, что Винсент уже очень скоро свой развод получит.

— Что ж, — подводит итог лекарь. — Как все вы видите, вода окрасилась в жёлтый цвет. Сожалею, Ваше Высочество, но это означает, что отцом ребёнка вы не являетесь.

Ага. А уж как Винсент сожалеет… От горя прямо с ума сходит. Стоит, улыбается во весь рот и смотрит на стоящую в сторонке Элину, откровенно пуская на неё слюни.

— Поскольку подозрения подтвердились, — берёт снова слово Вардис. — Марианна Макберн, вы обвиняетесь в государственной измене и приговариваетесь к единственному предусмотренному за это преступление наказанию. Казнь через сожжение в пламени озера Огня. О возможности исполнения приговора будет сообщено позже.

О возможности… Нет уж, не о возможности, а о времени.

— Амадей, — с вызовом глядя на жреца говорит Винсент. — С учётом возникших обстоятельств, требую рассмотреть возможность расторжения моего брака.

Требует? Требует?! Серьёзно что ли? Да… Дипломат из этого придурка никакой. Представляю, куда бы его сейчас послал Главный жрец, если бы нам самим развод Винсента нужен не был.

— Конечно, Ваше Высочество, основание более чем существенное. Я немедленно, с вашего позволения, отправлюсь в Храм с прошением к Огню о разводе.

— Позволяю.

Я так долго не выдержу. Как же трудно удержаться от смеха, глядя на эту самодовольную рожу…

— Гарольд, — обращается теперь к моему отцу братец. — Есть вероятность, что Марианна была в сговоре с неизвестным кругом лиц. Ваша задача узнать каждого её сообщника. Возможно, после расторжения брака, зелье сможет развязать девушке язык. Проверьте. Если же нет, разрешаю использовать любые другие доступные вам методы.

Ох ты ж! А молодец девчонка, хорошо моего кузена обработала. Значит, я в ней не ошибся.

— Как прикажете, Ваше Высочество.

Ну, этот-то приказ отец точно покорно выполнит. И с большим удовольствием. Винсент возвращается обратно к Элине.

— Я тебя тоже поздравляю, — говорит Марианна, когда принц проходит мимо неё. — Наконец ты получил то, что хотел.

— Спасибо, — бросает он, даже не удостаивая жену своим взглядом.

Нет. Каюсь. Был не прав. Такого в цирке не увидишь.

Марианна Макберн (Маслова).

Гарольд Лаверн, видимо, решил выказать лояльность будущему Императору, и лично добиться от меня признания. Даже сам доставил обратно в темницу. Хотя, возможно, Советнику просто нравится издеваться над людьми? Как бы там ни было, когда тяжёлая дверь захлопнулась, внутри оказались только я и он.

— Мы же не будем ждать вашего развода, Ваше Высочество? Зачем нам тестировать зелья, когда есть куда более приятные способы провести время?

— Вы хотите услышать, что ребёнок не от моего мужа? Пусть будет так. Но сообщников у меня не было, выдавать мне некого.

— Конечно же есть. Отца ребёнка.

Нет у моего ребёнка отца.

— Считайте непорочным зачатием.

Советник смеется в голос. Бьёт наотмашь по моему лицу. От силы удара я не удерживаюсь на ногах и падаю на пол.

— Отец твоего ребёнка Вардис.

— Кто? — смотрю на него с недоумением.

— Вардис Миллс. Не нужно делать вид, что вы незнакомы.

— Вы что совсем долбанулись?

— Я не долбанулся, а озвучил твои будущие показания. Скажешь, когда будешь готова их дать.

С улыбкой Лаверн сделал взмах и мои руки оказались в цепях, поднявших меня к потолку.

— Смотрел на тебя на свадьбе и думал, а что вообще принц в тебе нашёл? Лицо неровное… Губы слишком большие… Одна бровь выше другой… Может фигура всё компенсирует?

Не заметила, что он сделал, но после его слов я оказываюсь даже без нижнего белья. Но, что удивляет, с подаренным Винсентом кольцом. Ну и, само собой, с ошейником. Советник пожимает плечами.

— Ничего особенного. Грудь могла бы быть и побольше. Хотя, я бы разрешил тебе доставить мне удовольствие, не прыгни ты в койку с Винсентом. Но не переживай, уверен, кто-то из слуг будет рад подобрать за принцем объедки. Когда я с тобой закончу.

Лаверн дотрагивается до одного из камней в стене и из неё выезжает коробка. Медленно советник достает от туда различные ножи, тиски, палки, какие-то другие приспособления. Каждое из них он крутит в руках, чтобы я могла хорошо рассмотреть.

— Знаете, Ваше Высочество, — с издевкой сделал ударение на этом титуле. — Это — первый за всю жизнь приказ семейки вашего мужа, который я выполню с радостью.

Лаверн остановил взгляд на кнуте, показательно повертел им передо мной, подошёл вплотную. Хвостом хлыста приподнял мой подбородок.

— Очень бы попросил громко не кричать. У меня голова болит.

Делает несколько шагов назад, взмахивает кнутом над головой и тот опускается на мою спину. Я кричу от жгучей боли, брыкаюсь, но, естественно, без результатно.

— Я же просил…

Новый удар. И сразу же ещё один, после которого Лаверн стряхивает с хвоста кнута кровь и кожу.

— Уже готова дать показания против отца ребёнка?

— На что вы рассчитываете? Наверняка Вардис потребует провести проверку.

— Ещё одну? Обязательно потребует, но это не твоя забота, принцесса.

Действительно, о чём это я? Для Винсента уже проводили. Снова взмах и адская боль опять пронзает моё тело. Не останавливаясь, палач наносит пятый удар, который я уже не выдерживаю и отключаюсь. Прихожу в себя, судорожно задыхаясь из-за солёной жидкости, попавшей в рот и нос.

— Не надо отключаться, принцесса — протянул почти ласково Лаверн. — Поверь, никакого удовольствия от разведения соляных растворов я не получаю. Очень уж неприятно, если хотя бы одна маленькая царапинка оказывается на руках.

Ставит на пол пустое ведро, с помощью которого только что окатил меня с ног до головы. Не успеваю отдышаться как в воздухе вновь раздаётся свист кнута.

Винсент Макберн.

Утром выкарабкиваюсь из постели, стараясь не разбудить Элину. Хочу, чтобы когда она проснулась, всё уже было готово.

Первым делом, отправляюсь в Императорскую сокровищницу за единственно достойным шеи моей истинной украшением. Уникальная подвеска с самым огромным рубином в мире. Во всех мирах.

Величайшая драгоценность, принадлежащая моему роду. Она была создана лично Дарианом Макберном специально для своей истинной. Помимо эстетической красоты, эта подвеска имеет ещё и невероятную магическую ценность. В случае опасности, она защитит свою владелицу, используя магию нашего рода. Даже если опасность окажется смертельной, подвеска должна справиться. Вот только есть одно "но". Спасёт от смерти она лишь раз, после чего превратится в обычную безделушку. Пусть и очень дорогую. Именно поэтому никто и никогда из Макбернов эту подвеску никогда никому не дарил. Даже сам Дариан. Правда тот просто не успел этого сделать, его истинная погибла.

После сокровищницы отправляюсь в сад, чтобы самому выбрать для моей истинной лучшие цветы. Мысленно ругаю себя за то, что не спросил, какие именно ей нравятся? Исправлюсь при первой же возможности. Взгляд случайно останавливается на литопсе. Марианне он нравился… Вспоминается наша с ней прогулка по саду. Как раз на этом месте моя бывшая жена взяла в руки такую же «ромашку», вдохнула её аромат и улыбнулась… Улыбнулась?! О чём это я вообще? Точно также Марианна наверняка улыбалась тому, кто её трахнул после нашей свадьбы. Какого же идиота из меня рассчитывали сделать? Пинаю со всей силы литопс, будто это он во всём виноват. Представляю образ Элины и сразу же успокаиваюсь. Я здесь не для того, чтобы вспоминать о прошлом. Выбираю для любимой самые прекрасные цветы во всем саду. Мой выбор падает на кроваво-красные розы без шипов. Огромный букет из них я укладываю на подушку рядом с Элиной, а сам направляюсь в гостиную.

Красиво сервирую стол в центре которого ставлю блюдо с её любимым лимонным пирогом. Хорошо хоть о нём узнал у любимой. Практически заканчиваю приготовления, когда в комнату в моем халате заходит Элина с букетом в руках.

— Доброе утро. Спасибо, — говорит она с улыбкой.

— Доброе…

В одно мгновение оказываюсь рядом с девушкой. Цветы с моей помощью сами летят в вазу, и теперь ничего не мешает мне обнять свою истинную.

— Это тебе спасибо, родная.

Нежно целую её в лоб.

— У меня для тебя кое-что есть.

Подвожу Элину к зеркалу, достаю из кармана подвеску и надеваю её на шею любимой. Она ахает от удивления.

— Винсент… Ты… Ничего прекраснее в жизни не видела.

Ради такого восторга в её глазах я готов не то, что какую-то подвеску… Весь мир бросить к её ногам.

— А я видел. Тебя.

Она улыбается, обнимает меня за шею и страстно целует. Сразу становится понятно, что пирогу придётся подождать. Не прерывая поцелуй, прижимаю любимую к стене и развязываю пояс на халате. Моя малышка стонет, выгибается на встречу и своими ловкими пальчиками стаскивает с меня рубашку. Затем скользит ладонями по разгорячённому торсу, стягивает вниз брюки вместе с трусами и опускается вниз. В тот момент, когда её губы обхватывают головку члена, из головы вылетают все связные мысли. Впервые чувствовал, как дрожу от сводящего с ума желания, наблюдая за действиями Элины. Она скользила губами вверх и сразу же опускалась вниз, подключая язык. Когда понимаю, что нахожусь уже слишком близко к оргазму, отстраняю её, резко поднимаю и, обхватив за ягодицы, одним глубоким толчком вхожу в девушку, которая тут же обхватывает меня ногами. Проникаю языком в её ротик и упиваюсь поцелуем, одновременно насаживая на член свою малышку. Свою! Скорость наших движений с каждом минутой становилась всё быстрее, а ощущения становились всё сильнее. Оргазма мы снова достигаем вместе, заполняя комнату рычанием и криками.

— Всё хорошо? Почему я чувствую, что ты волнуешься? — спрашиваю сразу же, как только удается немного отдышаться.

— Просто… Я никогда… Я никогда ничего подобного не испытывала. И… Боюсь, что скоро надоем тебе и всеё закончится.

— Ни за что. Никогда. Ты не можешь надоесть мне. Ты моя жизнь. Ты мой мир. Ничего дороже у меня нет и быть не может, запомни это.

— Ты ведь принц. Будущий Император. Таких как я у тебя…

— Таких как ты не существует. Никогда ни одна девушка не заставляла меня испытывать ничего подобного. Я люблю тебя. И никогда никого, кроме тебя, полюбить не смогу.

Только собираюсь поцеловать своё сокровище, как в очередной раз мне мешает проклятый стук в дверь. Клянусь, если ничего важного, разорву на месте! Быстро приводим с Элиной себя в порядок, и я открываю. Похоже, не разорву. Просто так он бы не пришёл. Пропускаю внутрь.

— Ваше Высочество, Элина, — приветствует нас старший Лаверн.

— Я так понимаю, есть новости?

— Да, Ваше Высочество. Решил правильным сообщить вам лично. Марианна во всем призналась и, главное, назвала имя отца ребёнка.

Делает паузу, специально выжидая, какой будет моя реакция.

— Не томи. Кто?

— Вардис Миллс.

Кто?!

— Ваше Высочество, как только девушка назвала имя, я взял на себя смелость сразу же отправиться к нему домой, чтобы не упустить время. Вместе с Главным лекарем мы провели проверку. Отцовство подтвердилось. Всё записано как полагается.

Протягивает мне кристалл, который я беру и просто швыряю на пол в комнате. Смотреть это я точно не буду.

— К сожалению, мы не учли того, что находимся в доме Вардиса и что у него было время подготовиться. Сразу после того, как у Советника взяли кровь, ему удалось сбежать.

Поверить не могу. От злости бью кулаком в стену, слишком поздно осознав, что могу напугать своим поведением любимую.

— Ваше Высочество, Элина, если не возражаете, я вас оставлю, — Гарольд торопливо удаляется, закрыв за собой дверь. Отхожу от своей истинной подальше, опираюсь о стул руками и пытаюсь как можно быстрее успокоиться. Элина подходит сзади, прислоняется и крепко обнимает меня за талию. Вся ярость мгновенно испаряется. Разворачиваюсь и прижимаю её к себе.

— Он был твоим другом?

— Скорее, наставником. Они с моим отцом выросли вместе. У Императора никогда не было времени на бесполезного младшего сына, а вот Вардис… Я всегда мог прийти к нему за советом, обратиться за помощью.

— Мне очень жаль… Что ты будешь делать?

Хороший вопрос. Вардиса нужно найти в любом случае. От изменщика теперь можно ожидать чего угодно. Если уж он решился на такое. Выходит, Миллс все эти годы только притворялся другом нашей семьи. Нет сомнений, подобное предательство заслуживает самого сурового наказания.

— Вардиса будут искать. Как только найдут, сразу же казнят.

— А Марианна? Если ты её отпустишь, покажешь всем, что измена может остаться безнаказанной….

Это так. Если её просто отпустить, я покажу, что можно остаться безнаказанным за такое преступление. Но казнить? Я просто не смогу так с ней поступить.

— Я не знаю, как быть. Это не её мир… Попала она сюда не по своей воле. Возможно, имеет смысл отправить девушку обратно.

— Что, и замуж её выходить заставляли? Перестань. Мне всё понятно. От других преступников… От того же Вардиса… Твоя Марианна отличается от них только тем, что её ты любишь!

— Что ты такое говоришь? Конечно же нет!

Пытаюсь посмотреть в глаза моей малышки, но она отворачивается, вытирая проступившие на глаза слёзы. Дракон внутри сходит с ума, а я чувствую жуткую боль от разочарования и сожаления, которые исходят сейчас от Элины.

— Любимая, прошу. Марианна ничего для меня не значит.

— Да? И поэтому ты готов простить обман? Помиловать за государственную измену? — тихонько всхлипывает, всё также не смотря на меня.

— Малыш…

— Она же даже не созналась сразу! Отличное начало правления! И всё потому, что ты… Она…

Срывает с шеи подвеску, бросает её в меня и убегает в сторону двери. Догоняю, крепко обнимаю, не позволяя вырваться.

— Прости. Ты права. Марианна ничем не отличается от других преступников. В конце концов, это действительно был её выбор выйти замуж. Как и переспать с Вардисом во время действия зелья.

— То есть?

— Да. Она понесёт заслуженное наказание.

— Ты серьёзно?

— Разве похоже, что я шучу?

Элина разрыдавшись прижимается к моей груди. Целую её макушку, глажу волосы.

— Я решила… Это так больно думать, что ты можешь…

— Никогда.

— Винс… Казнь можно провести до нашей свадьбы? Я не хочу выходить замуж, зная, что она…

— Если ты так хочешь. Тянуть с исполнением приговора всё равно нет смысла.

Стук в дверь. Такими темпами мои покои превратятся в проходной двор. В очередной раз плетусь открывать, догадываясь, кого сейчас увижу. Оказываюсь абсолютно прав.

— Здравствуй, давно не виделись, — с улыбкой приветствую мать.

Отодвигаюсь и она проходит молча внутрь.

— Судя по всему, о Вардисе тебе уже сообщили.

— Я не верю! Сын. Ты знаешь этого человека всю жизнь. Он не мог!

— Я тоже так думал. Но доказательства говорят об обратном.

— Какие доказательства? Ты веришь словам Лаверна?!

— Проверку провели как полагается. Собственно, давай вместе и посмотрим?

Нахожу глазами кристалл, который швырнул до этого на пол. Поднимаю, кладу на стол, где до сих пор так и стоит всеми позабытый пирог. Мать явно не горит желанием ничего смотреть, но всё же подходит, садится на стул. Я остаюсь стоять, Элина подходит ко мне и берёт за руку. Аурэлия Макберн сама включает запись. Мы видим всё в мельчайших подробностях. Как Гарольд обвинил Вардиса в измене, как потребовал пройти проверку, как Николас взял у изменщика кровь. Когда вода окрасилась в красный цвет. Мать шумно втягивает ноздрями воздух, встает со стула и отходит. А мы же с любимой досматриваем до конца. Действительно, Вардис был готов к такому повороту событий. Он дотрагивается до часов и комнату озаряет вспышка света, полностью ослепляя на несколько секунд всех «гостей» Советника. Этого времени Миллсу хватает, чтобы открыть тайный ход и исчезнуть в нём.

Марианна Маслова.

Где-то я слышала, что от болевого шока у человека притупляется чувствительность, путаются мысли. Так какого же чёрта я прекрасно всё ощущаю и осознаю?!

— И когда же, ты, моя дорогая принцесса, успела услышать это имя? Не надо, не делай вид, что ты меня не понимаешь. Ты что-то видела, как с тем везучим виверном?

А есть ли смысл молчать? Не скажу — будет издеваться. Скажу — тоже, но, возможно убьёт, чтобы не сболтнула лишнего?

— Видела. Прекрасно видела, как вы со своим ручным жрецом заставили девушку покончить с собой. Ничего необычного, всё в вашем стиле. Удивило меня другое. Зачем вам было выдавать эту несчастную за истинную своего сына?

Вместо ответа, Лаверн в очередной раз окатывает меня своим раствором, из меня вырываются только хрипы.

— А сами не догадались зачем?

— Рискну предположить, очень трон хотелось, а ручки коротки.

Очередной удар, но я согласна вытерпеть ещё и не один, лишь бы снова такое испуганное выражение лица этого маньяка увидеть.

— Не люблю умных женщин. Мне так жаль, принцесса, но нам придётся расстаться, — горько вздыхает палач, прикрыв глаза.

Неужели всё-таки убьёт? Эта мысль не вызывает страха. Скорее даже наоборот… Я уже поняла, что живой отсюда не выберусь. В таком случае, чем быстрее всё закончится, тем лучше. Цепи, удерживавшие меня, исчезают, и я бессильно падаю на каменный пол. Советник хватает меня за волосы, поднимая голову. Открывает мой рот и, уже в четвёртый раз за время моего прибывания тут, вливает мне в рот исцеляющее зелье. Видимо, спокойно сдохнуть мне всё-таки не светит. Когда раны затягиваются, Гарольд Лаверн открывает дверь.

— Можете забирать, — обращается он к слугам, заходящим в камеру. — Не пускать никого к ней в камеру. Особенно моего сына.

Меня вытаскивают из камеры и, не поднимая, тащат за руки по коридору. Пересчитываю телом каждый камешек и ступеньку, попавшиеся на пути до тех пор, пока, наконец, мои «провожатые» не останавливаются. Поднять голову и посмотреть, чем вызвана заминка, сил нет. Слышу лязг засова, скрип открывающейся двери. Меня поднимают и швыряют к стене внутри очередного помещения. Здесь, похоже, обычно и держат заключённых. По крайней мере, в отличии от пыточной, к полу привинчена железная кровать. Снова на руках оказываются цепи, но на этот раз, к счастью, я остаюсь лежать на полу. Ещё большую радость вызывает то, что слуги уходят, оставив меня одну. Для полного счастья мне сейчас не хватает какой-нибудь еды и воды. Но я благодарна судьбе хотя бы за то, что могу закрыть глаза и забыться.

Марианна Маслова.

Счёт времени я совершенно потеряла. Никаких окон, сквозь которые можно было бы увидеть солнце или луну. Никаких посетителей, которые могли бы мне сообщить, какой сегодня день. Сколько я здесь? Несколько дней? Неделю? Вряд ли больше я протянула бы без еды и воды. В пыточной Лаверн хотя бы давал иногда мне пить… Попытки вызвать Дрима ни к чему не привели. Не удивительно, я ведь должна удерживать его в реальном мире, подпитывая магией. Но всё равно, сдаваться я не стала и продолжала звать его. В конце концов, какие у меня ещё варианты? В какой-то момент я начала терять сознание. Тогда мне показалось, что я увидела небольшой шарик, точно такой, из которого появился мой дракончик. Но, придя в сознание, ничего похожего я не заметила, так что, вероятно, это просто была галлюцинация.

Когда открылась дверь, в камеру хлынул яркий свет. Слишком яркий для меня. Попыталась прикрыть глаза ладонью, но поднять руку оказалось непосильной задачей, мышцы просто отказывались слушаться. Всё, что я смогла, так это отвернуться в сторону и зажмуриться.

— Марианна? — раздался громкий женский голос.

Уверена, где-то я уже его слышала, но не могу вспомнить где.

— Вы что творите? Почему девушка раздета? Её хотя бы кормили?

— Не велено, — сухо отвечает кто-то, к кому с возмущением обращается владелица знакомого мне голоса.

Кейтлин? Не иначе снова галлюцинации, что ей здесь делать? Снова пытаюсь открыть глаза, но я слишком отвыкла от света. Удаётся различить только две фигуры.

— Хотите чтобы она не дожила до утра? Возьмёте на себя за это ответственность? Вон отсюда.

Мужчина выходит из камеры. Кейтлин подходит ближе, опускается рядом со мной на колени, дотрагивается до моего лица.

— Марианна, ты меня слышишь?

Я и рада бы сказать, что да, но от сухости во рту опух язык, так что я могу только моргнуть в ответ.

— Меня прислала Императрица. Мне очень жаль… Винсент приказал утром тебя казнить.

Понятно. Не сказать, что неожиданная новость. Ну, спасибо за информацию. Интересно только, зачем мне об этом Императрица решила сообщить? Я и так утром бы… Догадалась. Хотя это не так интересно, как то, зачем Винсент вообще устраивал этот балаган с тестом и разводом? А, ну хотя… Для развода достаточно получить согласие жреца, если я правильно поняла. Это довольно быстро, а счастливой образовавшейся истинной паре явно не терпелось примерить на себя роль кроликов.

— Прости, но это всё, что я смогла достать и пронести, — говорит Кейтлин, укладывая какой-то сверток на пол возле меня. Чувствую, как мне приподнимают голову и подносят к губам стакан с водой. Жадно глотаю безумно необходимую мне жидкость и, конечно же, захлебываюсь.

— Не спеши.

Облизываю потрескавшиеся губы и медленно делаю ещё несколько глотков. Кто бы мог подумать, что от обычной воды может стать настолько легче. Служанка помогает мне одеться. Платье, которое оказывается на мне, напоминает обычный мешок с толстым поясом и короткими рукавами. Но так ведь и я не на модное дефиле собираюсь? Главное, становится намного комфортнее и не придётся больше лежать голой. Когда на меня сверху набрасывают плед, я даже не верю. Так тепло мне давно не было. Кейтлин снова даёт мне воду. На этот раз я сама беру стакан. С трудом удерживаю его, проливаю из-за трясущихся рук жидкость, но всё-таки справляюсь без посторонней помощи. Служанка протягивает мне небольшую булочку. Кажется, так мало, что просто смешно. Однако, нет, для меня это — слишком много. Откусываю маленькими кусочками, долго пытаюсь прожевать и с огромным трудом проглатываю.

— Спасибо, — наконец удаётся произнести что-то, хоть и с ужасным хрипом.

Она ничего не отвечает. Такое чувство, что Кейтлин вообще избегает смотреть мне в глаза. Но пока она здесь, мне нужно спросить. Возможно, это единственный шанс узнать, что с Вардисом.

— Вардис Миллс. Что с ним?

— Ой, что это? Или кто… — слышу вместо ответа на свой вопрос.

Поворачиваю голову и смотрю туда, куда указывает Кейтлин, под железную кровать.

Что-то очень небольшое прячется под нею, но что или кто именно, разглядеть не могу. Кейтлин подходит к кровати, опускается вниз, тянется рукой к белому комочку.

— Эй! — негромко вскрикивает она, отдёргивая руку. — Дух. Не самый дружелюбный. Откуда он тут?

Помню пыталась вызывать Дрима… И, кажется, видела сферу, из которой он появился в озере…

— Кейтлин, а второй дух может появиться у человека?

— Ни у человека, ни у дракона…

Она ещё раз пытается добраться до хранителя, но тот исчезает.

— Так что насчёт Вардиса? Ответь, пожалуйста…

— Мне жаль, — служанка вздыхает. — Вардис погиб, — не сразу, но всё же получаю ответ.

— Винсент казнил?

— Нет. Он был убит людьми Гарольда Лаверна при попытке задержания.

Закрываю глаза. Как же я сама себе противна! Из-за моей слабости погиб ни в чём не повинный человек. Если бы только я выдержала, Вардис сейчас был бы жив. Не знаю откуда ещё в моём организме остались слёзы, но чувствую, как они бегут по щекам.

— Перестань. Вот уж чьей вины здесь точно нет, так это твоей.

Мотаю головой.

— Это ведь я сказала…

— Да какая разница? Ты бы сказала всё, что угодно! А не сказала бы, так Лаверн бы придумал что-то ещё. Он давно хотел избавиться от Советника.

Возможно. Но Гарольд ничего не придумал. Это я. Я действительно. назвала имя Вардиса.

— Марианна. Императрица не просто так меня прислала… Она просила тебе кое-что передать.

Кейтлин достает маленькую белую фигурку дракона. Практически такую же, какую я держала в руках на последнем испытании отбора. Кладёт её мне прямо на ладонь. Мило, конечно, но как-то уж очень странно для прощального подарка.

— Возьми её с собой завтра утром, когда за тобой придут. У платья довольно широкий и толстый пояс. Спрячь за него.

— Зачем?

— Это не просто статуэтка. Это артефакт. Не самый сильный, но всё же. Он поможет тебе завтра. Полностью не уберёт, но хотя бы немного притупит боль.

— Спасибо.

Я и правда благодарна Императрице и, конечно, Кейтлин. Не сомневаюсь, Винсент и его истинная будут наблюдать за казнью. Как и Гарльд Лаверн. Я ничего не смогу изменить… Но действительно не хотелось лишний раз дать им насладиться моими криками.

— Кейтлин, я понимаю, ты и так рисковала, когда пришла сюда… Но не могла бы ты выполнить мою просьбу?

— Какую?

— Нужно встретиться с Анхелем и сказать ему, что Арину убил его отец.

Кейтлин обещает постараться и уходит, а я закрываю глаза. Довольно быстро начинаю проваливаться в сон, но ощущаю, будто кто-то смотрит прямо на меня. Открываю глаза и вижу, как мне сначала кажется, духа Винсента, положившего лапки на мой живот. Но очень быстро понимаю, что эта белая кроха — вовсе не тигр, а очень маленький львенок.

Гарольд Лаверн.

— Да, Ваша Светлость, уверена.

Это хорошо. Значит, Императрица не догадывается, что это её внук. Просто девчонку пожалела.

— Статуэтку повредила прежде, чем отдать?

— Конечно, Ваша Светлость, отколола кусок хвоста, как вы и велели. Теперь это всего лишь обычная фигурка. Но есть ещё кое-что…

Поднимаю вопросительно брови.

— Помимо того, что Марианна просила связаться с моим сыном?

Служанка кивает.

— Похоже в камере был чей-то дух. Не могу сказать, как он выглядел, не разглядела, простите.

Дух? В камере? Откуда бы ему там взяться? Я лично защиту ставил во всём подземелье.

— Уверена?

— Если честно, Ваша Светлость, нет. Видела что-то белое под кроватью. Может быть просто крыса.

Марианна Маслова.

Не знаю точно, сколько времени проходит с момента ухода Кейтлин, но точно более, чем достаточно. Она должна была сразу же направиться к Анхелю… Уверена, если бы он услышал то, что я передала, уже был бы тут. Конечно, кузен Винсента не поверил бы на слово, но точно захотел бы пообщаться. А раз его нет… Значит, что-то произошло, и служанка не смогла выполнить мою просьбу.

Я помню, что Гарольд Лаверн говорил об установленной защите на всей территории темницы. Но какие ещё у меня варианты? Прошу моего нового друга попытаться выбраться и передать сообщение бывшему распорядителю отбора. Кроха сразу же пропал, но очень быстро вернулся. Он сел передо мной на пол, положил передние лапки ко мне на колени и зажмурил глазки.

— Всё нормально, малыш, не переживай. Сможешь попробовать потом ещё раз? Потом… Когда меня выведут отсюда?

Львенок медленно открыл глазки, заурчал и стал вилять хвостом. Не знаю, понравится ли такое духу, но всё же решаюсь погладить его по голове. Легко провожу по гриве и шее рукой.

— Спасибо, малыш.

Беру львёнка на руки, прижимаю к себе и укрываю пледом. Не знаю, нужно ли ему это? Но точно нужно мне. Очень хочется, чтобы кто-то был сейчас рядом. Заснуть не получается, как бы я ни пыталась. Интересно, много утром народа соберётся? Наверное, не так часто удаётся побывать на подобном… На подобном увеселительном мероприятии. А ещё интересно: Винсент уже успел жениться? Моя казнь планируется как часть свадебной программы?

Второй раз за ночь слышу лязг засова и скрип двери. Видимо, пора. Смотрю на львёнка, и он сразу же пропадает. Пятеро слуг проходят внутрь. Неужели думают, попытаюсь сбежать? Интересно, как? Двое из них поднимают меня и тащат к выходу.

— Стоп, — доносится от одного из моих «провожатых».

Неужели дух вернулся? Или увидели фигурку в платье? Мне казалось, не должно быть заметно… Пояс, действительно ведь, очень толстый.

— Где кольцо?

Что? Кольцо… Я уже и забыла о нём. Анхель зачем-то его снимал, но почти сразу же вернул на место. Когда оказалась в этой камере, первое что сделала, так это сняла подарок Винсента с пальца и выбросила куда-то на пол.

— Вижу. Вот оно!.

Один из слуг опускается на колени, достает украшение. Ну, да, продать и всем пятерым на всю оставшуюся жизнь хватит. Наверное, ещё и внукам останется. Но вместо того, чтобы куда-нибудь спрятать кольцо, мужчина одевает его мне на палец.

— Зачем? — не удерживаюсь от вопроса.

— Приказ Его Светлости Гарольда Лаверна.

Лаверна? Даже предположить не могу, для чего это ему? Почему-то и в пыточной тогда украшение было единственной вещью, которую Гарольд на мне оставил, не считая ошейника… Удивляет и то, что кольцо отлично на мне сидит. Притом, как сильно я похудела, оно должно было спадать. Значит, подгоняется магически до нужного размера. А я то думала, Винсент позаботился о том, чтобы узнать, какое мне подойдёт… Сама иногда поражаюсь своей наивности. Он сейчас, наверное, без подсказки не вспомнит и мою фамилию.

Анхель Лаверн.

— Помнишь как выбирал Марианне кольцо в «Сокровищнице драконов»? Один из её владельцев мне и помог. Его работа, — киваю на украшение на полу. — Как и твой перстень для поиска истинной. И как, конечно же, кольцо твоей бывшей.

Отправляю сообщение о том, что уже можно выводить Марианну. А сам продолжаю.

— Тебя удивит, но помощь ювелира мне не стоила ничего. Более того, Ларс Морроу считает, что это я оказал ему неоценимую услугу. Он специально представился тебе настоящим именем, когда ты колечко выбирал. На твою реакцию посмотреть. Но, естественно, тебе оно ни о чём не сказало.

— Что ты несёшь? О чём мне имя какого-то ювелира сказать может? Я из-за этого круга не чувствую ничего сейчас?

— Круг тут не причём. Но, давай по порядку. Для начала, я освежу твою память. Арина Морроу. Дочь ювелира. 42 года назад ты её трахнул и сразу же бросил.

С помощью магии показываю портрет Арины. Как и предполагалось, ни узнавания, ни понимания в глазах Винсента нет.

— Анхель, ты издеваешься? 42 года назад? Да кого я только не трахнул за это время. Я что, каждую шлюху, по-твоему, помнить должен?

Руки непроизвольно сжимаются в кулаки. От ярости даже трясёт. Одному Огню известно, каких трудов мне сейчас стоит совладать с собой и продолжить спокойным тоном.

— Шлюху, говоришь… Девушка с самого детства была на тебе помешана. Её комната была забита твоими фотографиями. Арина постоянно приходила к замку на тебя посмотреть. Каталась даже по другим провинциям, если знала, что ты будешь там.

— Да какая разница? Сколько таких фанаток у меня за всю жизнь было? Зачем ты мне это вообще рассказываешь?

— Разница большая. Когда ты ею попользовался и выбросил, Арина сбросилась с башни. За день до своего совершеннолетия.

— Слушай… Жаль. Но я причём? Лечить надо было девушку, если она с головой не дружила. В любом случае, зачем об этом вспоминать через столько лет? Хватит уже. Убери эту хрень, — кивает на белый круг. — Мне пора выступить с заявлением. Как закончу, договоришь. Постараюсь даже вникнуть в то, что ты там несёшь про ювелира.

— Ты, видимо, ещё не понял? Ты больше не в том положении, чтобы командовать. Так вот. Знаешь ведь, что притяжение истинной пары оба начинают ощущать только после того, как достигают совершеннолетия? Не хватило всего одного дня, и Арина была бы жива.

Винсент всё также продолжает смотреть на меня совершенно не понимающим ничего взглядом. На удивление его безграничная тупость не раздражает. Было бы у этого идиота хоть немного мозгов, у нас ничего бы не вышло.

— Интеллектом ты, конечно, никогда не отличался. Арина была моей истинной.

А вот теперь я его явно заинтересовал. В глазах принца появилось настоящее удивление.

— В смысле истинной? Ты не говорил.

— Естественно, я не говорил. Если бы ты узнал, что убил мою истинную, вряд ли бы держал меня при себе. Я тогда ещё не знал, как заставить тебя ответить за всё, но понимал, что для этого должен быть как можно ближе к тебе.

А вот и страх. Глазки бегают от меня к Элине, которую я всё ещё продолжаю обнимать за талию. Всё-таки, идиот…

— Анхель… Прости. Если бы я знал, я бы никогда не тронул твою пару. Даже близко бы не подошел к ней! Но это было слишком давно. Ты ведь не станешь мстить через столько лет? Это же глупо. Элина ни в чём не виновата. Отпусти её. Прошу.

— Отпустить? Элину? Да без проблем.

Поднимаю руки, отхожу от девушки на два шага. Винсент от облегчения выдыхает.

— Дорогая моя, — обращаюсь к девушке. — В принципе, ты можешь быть свободна. Амалия на балконе с моим отцом. Думаю, тебе стоит присоединиться к ним.

— Пожалуй. Там отличный обзор, будет хорошо видно казнь, — говорит Элина, отправляясь к выходу из ложи, но сразу же возвращается, подходит ко мне.

— Какую казнь? — слышу нотки ужаса в голосе братца.

— Там чей-то дух упорно о внешний круг бьётся. Какая-то крупная белая кошка, — говорит девушка.

— Не знаю чей. Избавься, не надо чтобы кто-то привлекал к нам внимание.

Отдаю Элине свой нож. Она кивает и уходит. Винсент всё это время что-то пытается сделать со своим кругом, чтобы выбраться. Лишь бы не убился, придурок.

— Прости, Винс, отвлёкся. На чём мы остановились?

— Я тебе задал вопрос!

— А… Казнь? Так у нас на сегодня запланирована только одна.

— Я же сказал, что Марианна должна быть помилована.

— Если ты ещё не понял, то я поясню. Плевать я хотел на то, что ты сказал. Твоё слово больше не значит ничего.

— Либо ты сейчас же…

Не договаривает. На площади появляются слуги, которые тащат к помосту Марианну. Винсент зовёт стоящих возле ложи слуг, но те не реагируют. Несколько раз пытается призвать своего духа, но результата не добивается. Смотрю, наслаждаюсь, улыбаюсь.

— Не старайся. В круге дух тебя не услышит. А благодаря иллюзии, поддерживаемой Старшим жрецом, никто вокруг ничего не заметит.

У принца на руках появляются когти. Отличною Похоже, братец начинает осознавать серьёзность ситуации. Вот только ещё точно не до конца.

Посматриваю, как там Элина. Вроде, справилась. Никакой кошки, по крайней мере, больше не видно. Надеюсь, никто не успел обратить на неё внимание на бьющегося о воздух духа. В принципе, сейчас все взгляды прикованы к «гвоздю программы», так что…

— Итак. Ларс Морроу нашёл меня через год после смерти дочери. Я, как безвольная тряпка, целый год провёл взаперти, убиваясь из-за смерти Арины, а вот он это время потратил с пользой. В одном из миров Морроу нашел безумно редкий камень. Латебат. Само собой, ты о таком даже не слышал. Я до того момента тоже. А, между тем, этот камень имеет несколько удивительных свойств. Для начала, латебат помогает полностью скрыть истинность.

Винсент делает ещё одну попытку с помощью магии выбраться из круга. Да что ж ты будешь делать? Не хватало только, чтобы он сам себя взорвал.

— Я надеюсь, догадался, из чего был сделан твой перстень? Или пока не дошло?

Судя по выражению лица кузена, дошло. Или начинает доходить, трудно сказать с уверенностью, всё-таки это Винсент.

— Мало того, что скрывает, латебат ещё и вбирает в себя все эмоции, которые должен был бы испытать носитель при встрече с истинной парой. Морроу, на самом деле, великий мастер. Ему удалось добиться того, что все эти эмоции сразу же передавались мне. Именно так я моментально узнал, что в одном из миров, прямо перед началом отбора, ты встретил свою истинную. Но, конечно же, не узнал. Я даже не сразу поверил, что мне могло так повезти. Серьёзно. Это же просто подарок судьбы! Теперь я мог не только получить трон, но и забрать у тебя самое ценное, что может быть в твоей жизни.

— Я с тебя кожу сниму. Заживо.

Не сегодня, дорогой брат.

— Я уже собирался отправляться следом за тобой. Прикидывал, каким именно образом мне найти в другом мире твою истинную. Но и тут мне просто несказанно повезло! Да я глазам своим не поверил, когда на первом же испытании с аркой колечко передало, что девушку притянуло на отбор. Оставалось всего лишь вычислить, кто она. В принципе, я уже на втором этапе догадался. Никогда и никому раньше не являлся дух в форме дракона. Это показалось мне довольно интересным и я обратился к Старшему жрецу. В поднятых им записях о похоронах Императорской семьи, был указан любопытнейший факт. После смерти Дариана Макберна пламя, в котором было сожжено его тело, приняло форму… Угадай, кого?

Что-то Винсент не настроен на разговор… Продолжает пыхтеть над кругом…

— Ладно, ладно, скажу. Дракона. Были и другие странности, только подтвердившие мою догадку. Марианна с самого начала спокойно обходила иммунитет других существ к магии. Зато на неё саму, неожиданно, не подействовал даже венорим. Кинжал на последнем испытании у Амалии был пропитан им. Я уж даже было решил, что жрецы что-то напутали, когда давали девушкам оружие. Лично проверил на каком-то слуге кинжал Амалии, когда она вернулась на площадь. Не напутали. А был ещё и ты сам. Твоя сила рядом с истинной становилась больше в разы. Ты же даже с Неупокоенными смог играючи расправиться в лабиринте.

Ко мне подходит один из наших служителей Храма.

— Ваша Светлость, всё готово. Ожидаем только вас.

— Рано. Мы не закончили. Можете пока развлечь толпу. Ногти, к примеру, девушке там повыдирайте. В общем, придумайте что-нибудь, потяните немного время. Но сначала снимите с неё кольцо, уже можно.

Анхель Лаверн.

По периметру круга вокруг трона уже вижу натуральные трещины. А ведь это ещё кольцо на Марианне… Хорошо, что для перестраховки я всё же сделал ещё один, дополнительный, охватывающий всю ложу. Главное, если что, будет успеть выскочить за её пределы.

— На восьмом испытании, после превращения виверна, я, если честно, думал — всё, конец. Нет, я всегда знал, что умом и сообразительностью ты можешь потягаться с ослом. Но всё же, как так то? Ты всю жизнь искал истинную из-за пророчества… И не заметил, что оно начало исполняться?

Краем глаза наблюдаю, как жрец подходит к девушке и снимает с её руки украшение. Винсент этого не заметил, но явно хорошо прочувствовал. Он упал на колени и взвыл, словно раненный зверь. Медленно отхожу от кузена подальше, к границе второго круга.

— Вообще сначала я думал просто убить Марианну. Да и отец на этом настаивал, не хотел рисковать короной. Я честно пытался, интересы семьи важнее всего. Но сделать это я не смог. К счастью. Когда ты заявил, что влюбился и хочешь жениться на ней, я ушам своим не поверил. Клянусь, в жизни не слышал, чтобы к кому-то фортуна была так благосклонна!

Слежу внимательно за состоянием круга. Очень уж мне не нравится, как рьяно Винсент пытается его разрушить.

— Поскольку от Марианны избавиться не удалось, для нас с отцом основным стал мой план. С учетом твоего внезапно возникшего желания жениться, я его немного подкорректировал. Это было проще простого. Амалия ещё на седьмом испытании рассказала мне о сестре. Так что, о том, где искать девушку на роль твоей истинной, даже думать не пришлось. Проблем уговорить Элину не возникло совершенно. Наверняка, хватило бы и просто обещания спасти Амалию от наказания за выходку на последнем испытании. Но, для верности, я добавил кучу золота и пообещал отправить сестричек в любой мир, по их выбору.

Да, всё-таки круг не выдержал. Хорошо, что реакция у меня отменная. Отскакиваю за секунду до того, как мог бы превратиться в горстку пепла. Судя по всему, пора закругляться.

— Ювелир вытащил из твоего перстня все эмоции, которые тот в себя вобрал, и создал украшение для Элины. Ну, и, конечно же, сделал обручальное колечко для Марианны, блокирующее любую вашу связь. Без него никак нельзя было обойтись, свой перстень то ты снял. К тому же, кольцо было очень нужно ещё и потому, что я очень надеялся на беременность твоей истинной. Для этого ей специально дали, ещё перед последним испытанием, зелье. Оставалась только решить проблему с проверкой крови. Но с этим мой отец быстро решил вопрос. Кого нельзя купить — можно запугать. А у нового Главного лекаря, как оказалось, есть чудесные жена и дочурка…

Анхель Лаверн.

Никогда не думал, что место моего братца на троне. Как же я ошибался! Захожу в камеру, заботливо приготовленную специально для него. Похоже, отец решил схохмить. Винсент, который все ещё не пришёл в себя, сидит привязанный к импозантному трону, отделанному золотом. Надо было ещё корону надеть, очень бы подошла к ошейнику. Подхожу ближе, беру стоящее рядом ведро с водой и с огромным удовольствием выливаю Его Высочеству на голову.

— Как самочувствие? Ничего не болит? — спрашиваю, как только Винсент открывает глаза.

Принц с безжизненным выражением лица смотрит на меня, затем медленно окидывает взглядом помещение.

— Вообще тебе бы стоило сказать «спасибо». Мало того, что тебя не оставили подыхать на площади, так ещё и вылечили…

Молчит. Просто смотрит прямо на меня. Неужели совсем ничего не хочет сказать?

— Элина просила передать свои извинения. Она не смогла дождаться, пока ты очнёшься, и уже покинула Пандорию. Сказала, будет очень скучать по тебе и ежедневным спектаклям во дворце.

Отводит взгляд, смотрит в стену.

— Отец тоже просил перед тобой извиниться. У него никак не получится пригласить тебя на коронацию… К сожалению, она состоится уже завтра, а ты в это время ещё будешь очень занят.

Совсем не реагирует. Делает вид, что ему всё равно?

— Кстати, не хочешь узнать, чем именно?

Даже не мигает. Мне это не нравится. Я слишком долго ждал, когда, наконец-то, смогу с дорогим кузеном поговорить открыто. А он молчит. Обидненько…

— Ладно, ладно, не проси. Считай уговорил. Скажу. Я специально для тебя заказал съёмки безумно интересного фильма. Ну, знаешь, у Марианны в мире такие очень популярны. Ты, кажется, даже пару раз там их смотрел?

Что, и при упоминании о ней никакой реакции?

— Но, Ивлис — мир не магический, так что снять настоящий шедевр там невозможно. А вот у нас… Впрочем, что это я рассказываю? Давай лучше покажу?

Включаю запись. Прямо напротив трона появляется Марианна и мой отец. Будущий Император ещё только собирается развлекаться. Надо было, наверное, показать сразу самое интересное? Хотя… Глазки у Винсента забегали, в них появилась ярость и, кажется, ненависть. Да неужели? А я уж было даже испугался.

— Очень рекомендую смотреть внимательно.

Вот Марианна уже висит под потолком.

— Хотя, нет. Может лучше будет наоборот… Проклятье! Прости, пожалуйста. Я не знаю, что тебе посоветовать, оба варианта такие заманчивые… Выбирай сам. Если ты закроешь глаза или просто отведешь взгляд от своей истинной, сразу же ощутишь всё, что она чувствовала в этот самый момент. В принципе, можешь попробовать и тот, и другой. По очереди. Кино слишком интересное, так что посмотришь ты его много раз.

Аурэлия Макберн.

Мне очень не нравилось, что Марианна всё ещё не очнулась. Уже должна была, ведь ей дали двойную порцию зелья. Да и внешний вид девушки очень пугал…

— С ней всё нормально?

— Боюсь, что нет, Ваше Величество, — отвечает лекарь. — Сильный стресс, физическое истощение организма должны были привести к выкидышу. Но, похоже, девушка очень хотела сохранить ребёнка. Это возможно. Встречались случаи, когда сильным магам удавалось отдать свой дар ради спасения плода. Но тут на матери был надет ошейник… Полагаю, из-за него процесс прошёл несколько иначе. Вместо магии девушка передала ребёнку практически всю свою жизненную силу.

— Так и что это значит? Ребёнка спасти можно?

— Только если матери удастся дожить до его рождения. Всё, что я могу предложить, это погрузить её в магический сон. В нём все процессы в организме девушки замедлятся, что должно дать время…

— Так, а ребёнок?

— На его развитии сон никак не отразится. Либо можно, наоборот, попытаться повернуть процесс вспять и вернуть жизненную силу матери. Но в этом случае ребёнка сохранить не удастся. Придётся выбирать.

— Выбирать? Нет. И речи быть не может! Ребёнок должен выжить!

— А может Марианну спросим? Это ей решать, — возражает Вардис, молча до этого слушавший лекаря.

Да, конечно, пусть какая-то девушка решает судьбу целой страны. Этого ещё не хватало! Я не ради неё рисковала своей головой, а ради внука.

— И что будет, если Марианна решит от ребёнка избавиться? Гарольду корону лично на голову наденешь? А о сыне моём ты подумал?

— Твоему сыну корона никогда…

— Вводите в сон, — наш спор прерывает голос Марианны. — Не знаю, кто кому собирается корону на голову напялить, но ребёнка тронуть я не позволю.

А я и не заметила, что она пришла в сознание. Судя по всему, давно. Что ж, отлично. По крайней мере спорить с Вардисом по этому поводу не придётся. Но остается вопрос с Советом.

— Это может подождать до завтра? — спрашиваю лекаря.

— Ваше Величество, лучше не затягивать…

— Ты что, хочешь чтобы она туда явилась? — с явным удивлением спрашивает Миллс.

— Само собой! Или есть варианты получше?

— Простите, куда я должна явиться? — слышу от девушки.

— Завтра состоится заседание Совета, которое экстренно созвал Лаверн, — поясняет Вардис. — Так уж удачно для Гарольда сложились обстоятельства… Элина обманула Винсента, заставив его думать, что она — его истинная. Действовала мошенница сама, её единственной целью было вытянуть из Винсента как можно больше денег и драгоценностей. И, так уж вышло, что свою настоящую истинную принц по ошибке казнил, лишив себя возможности завести за отведённое время наследника. Совет, конечно же, согласится, что ждать окончания траура смысла больше нет. Ну, и выберет Императором Гарольда.

— То есть, как это действовала сама? А Лаверны, значит, ни при чём?

— Во-первых, это не доказать. Во-вторых, на данный момент в Совете только те, кто хочет посадить на трон Гарольда, так что…

— За этим меня и спасти? Чтобы привести туда и показать, что наследник у Винсента есть?

— Нет. Нам важнее всего было сохранить вам с ребёнком жизнь, — отвечаю уже я. — Но, конечно же, и твоя помощь очень нужна…

— Даже речи быть не может, — прерывает меня Вардис. — Ни в коем случае, Марианне там показываться нельзя. На Совете будет слишком много тех, кто захочет убить ребёнка. Не хватало ещё так глупо рисковать после того, как с таким трудом забрали её с площади.

— А кстати… Скажите, как? Почему я не сгорела? Огонь был настоящий?

— Конечно, настоящий. К сожалению, вытащить тебя раньше не получилось бы. Удерживать настолько качественную иллюзию я могла только совсем недолго.

Беру фигурку дракона, которая была спрятана в одежде девушки. Со всей силы размахиваюсь и разбиваю её об пол.

— А не сгорела ты благодаря этому, — киваю на валяющуюся в осколках подвеску. — Этот рубин принадлежал Дариану Макберну. Он обладает… Обладал уникальными защитными свойствами. В случае любой смертельной опасности, грозящей его владельцу, камень мог использовать всю силу рода Макбернов для спасения жизни. Если честно, я даже не рассчитывала его заполучить для тебя… Подвеска всегда хранилась в Императорской сокровищнице, вход в которую был открыт всегда только для тех, в ком течёт кровь Макбернов. Повезло, что Винсент решил сделать Элине такой подарок.

— Вы что, украли её у сына ради того, чтобы отдать мне?

— Почему же украла? Он достал подвеску для своей истинной. Я просто передала её по назначению.

— Но зачем было прятать рубин в статуэтке?

— Лично передать возможности не было, меня бы не пропустили. А доверить служанке рубин… Слишком многое стоит на кону.

— Я… Даже не знаю, что сказать. Спасибо…

Да уж, спасибо. Я ведь тоже не поверила, что Винсент — отец ребёнка. Если бы Лаверны не решили подставить Вардиса… Нет, я определённо была против казни. Даже просила сына сохранить брак. Только вот я хотела, чтобы моего собственного внука убили.

— Поверь, не за что.

— А кольцо? Почему оно снова на мне? Во время казни его сняли…

— Мы не знаем, как именно кольцо работает, — говорит Вардис. — Но однозначно ясно, что украшение не даёт Винсенту вас почувствовать. Жрец, который снял кольцо, не забрал его с собой, а просто выбросил на помост. Вот я и подобрал. Вреда от этого украшения точно нет, а пригодится может. На случай, если Лавернам придёт в голову проверить, не выжили ли вы с помощью поискового кристалла и крови Винсента.

— Это всё хорошо, но что делать с Советом? — именно это меня волнует сейчас больше всего.

— Как я и сказал, идти туда Марианне нельзя. Но это и не нужно. Достаточно предоставить доказательства того, что она жива и беременна от Винсента. Это не проблема и займёт не так много времени. Нужно всего лишь принести запись новой проверки при трёх свидетелях. Сложнее будет вытащить Винсента… Если он не явится на заседание, доказательства просто некому будет показать Совету.

Как это некому? А сам Миллс? Его место ещё никто не занял.

— А ты сам? Эффектно воскреснешь из мёртвых.

— Меня, к сожалению, принц успел отстранить…

— Погодите, а что значит Винсента вытащить? Откуда? — удивляется Марианна.

— Он у Лавернов. Полагаю, в темнице.

— Это как это? Если Гарольд ещё не стал Императором, какое право они имеют…

— Никакого. Официально Винсента Лаверны спасают. Дракон принца погиб сразу же, как ты сгорела. Его и забрали с площади, чтобы подлечить…

— А как забрали? В смысле, как Винсент дал себя забрать?

— Ему и правда стало плохо, когда твоё кольцо сняли… Возможно, дракон действительно погиб. Все видели, как Винсент сначала попытался остановить казнь, а потом потерял сознание. Ну, а Анхель сразу же бросился на помощь.

— Анхель… Скажите, а есть возможность как-то показать другому человеку то, что я видела?

— Разве что записать на кристалл мысли и образы из своей головы.

Марианну этот вариант устраивает. Когда запись готова, Вардис просит разрешение посмотреть, что на ней. Если бы только увидеть это хотя бы пару месяцев назад…

— Здесь всё правда? Вы ничего от себя не добавили?

— Ничего. Я уже пыталась рассказать Анхелю, отправляла перед казнью к нему духа с сообщением… Но почему-то не вышло. Может потому, что хранитель не мой, а ребёнка.

— Маленький львёнок? Белого цвета? — уточняет Миллс.

— Да.

— Я его видел, на площади. К Анхелю дух не пробрался. К сожалению, Элина ударила его ножом, освящённым в пламени Озера. Скорее всего, оружие готовили для тигра Винсента, на всякий случай.

— Вы хотите сказать, что львёнок не сможет поправиться?

— Мне жаль.

— Пожалуй, на этот раз я лично передам запись Лаверну, — заявляю я. — Хочу присутствовать при просмотре.

Выходим с Вардисом из комнаты, оставляя Марианну наедине с лекарем.

— Точно сама хочешь передать?

— Ещё бы.

— Тогда я займусь свидетелями.

Собирается уходить. Останавливаю.

— Помнишь, что дал слово Аластару позаботиться о Винсенте?

— Я, вроде как, этим и занимаюсь.

— Тебе ведь прекрасно известно о ритуале разделения времени жизни. И, уверена, известно, что будет, если провести его с уже умирающим партнером.

— Допустим…

— Ты же не собираешься рассказать об этом Винсенту?

— Думаешь, он не в курсе? Твой сын, конечно, далеко не ходячая энциклопедия, но…

— А вот потому ты вообще не скажешь ему о состоянии Марианны.

Анхель Лаверн.

Впускаю довольно неожиданную гостью в свой кабинет.

— Ваше Величество, рад вас видеть. Как понимаю, вы пришли насчёт Винсента…

— Не правильно понимаешь.

— Тогда, что же вас привело?

— Тебе просили передать.

Протягивает кристалл с какой-то записью. Брать не спешу.

— Решили попробовать себя в качестве курьера, раз уж Императрицей больше не быть?

— Можно и так сказать. Это от Марианны. И да, она жива. Сейчас в охотничьем домике Вардиса. Можешь проверить, если захочешь.

Даже если допустить, что это возможно, я — точно последний, кому об этом бы сообщила Аурэлия Макберн. Теперь уж точно в руки я этот кристалл не возьму.

— Очень за неё рад. Передавайте привет. И, уж простите, но вам пора. Запись с собой заберите.

— Боишься? Правильно делаешь. Но нет, с кристаллом всё нормально, он тебе не навредит.

— Так может сами и запустите запись?

— С удовольствием.

Совсем ещё молодой отец находит очень талантливого ювелира, которой соглашается помочь в очень не простой задаче. Нужно создать украшение, которое заставит испытывать носителя сильные чувства к другому человеку. Ларс Морроу впервые делает подобную работу и очень дорого за неё просит. Чтобы расплатиться, Гарольду приходится продать буквально всё, что у него было. Но Лаверн делает это не сомневаясь ни секунды, он готов отдать всё на свете, лишь бы только получилось.

Отцу приходится устроиться в Службу безопасности Императора. Это, конечно, противно работать на того, чье место ты так хочешь занять, но что поделать? Получив доступ во дворец, Лаверн отправляет полученный от ювелира перстень принцессе. Естественно, сестра Императора не приняла бы такой подарок от самого Гарольда, она ведь собиралась замуж за другого. Приходится сделать вид, что украшение Алексии Макберн присылает её жених.

Само собой, свадьба срывается, а уже через полгода к Артефакту принцесса приходит вместе с моим отцом. Благословение Лаверн получает без какого-либо обмана, он действительно всегда был очень сильным магом. Сразу же после свадьбы любящая жена соглашается разделить свою жизнь с мужем. Так Гарольд получил долгие годы жизни и место рядом с Императором.

Вот только отцу этого недостаточно. Что такое должность Начальника безопасности, если можно править всей страной? Но как этого добиться Гарольд пока не представлял. Просто ждал своего шанса и старался максимально сблизиться с Императором.

Через год у Аластара Макберна родился второй сын. Только этого моему отцу и не хватало! Мало того, что появился ещё один наследник, от которого нужно избавиться, так ещё и Старший жрец выдал пророчество о том, что именно этот ребенок следующим займёт трон. И ладно бы только трон! Младший сын Императора в добавок должен встретить истинную, которая увеличит его силу в разы.

Зависть, ненависть и осознание собственного бессилия — вот что испытал Гарольд, узнав будущее. Чтобы предначертанное не исполнилось, нужно было срочно начинать действовать. Для начала Лаверн избавился от Старшего жреца и уговорил Аластара поставить на эту должность своего человека, Амадея Майера.

Через неделю после назначения нового жреца у Гарольда и Алексии родился первенец. Уже на следующий день отец понял, как во время он подсуетился. Ещё одно пророчество, о котором никто не должен был узнать. В нём говорилось о том, что мне, только что родившемуся сыну принцессы, тоже суждено встретить истинную пару. Более того, ею окажется дочь будущего Императора.

Тут уже Гарольд просто распсиховался! Это всё его и лишь его заслуга, а корону получил сын? Не бывать такому. Трон займёт только сам старший Лаверн. А сын… Ничего страшного, сын тоже станет Императором. После Гарольда.

Так прошли годы. Гарольд терпеливо ждал, когда же появится возможность действовать. За это время у Лавернов родилось ещё трое детей. Когда родился последний из них, Алексия пообещала акушерке, принимавшей роды, всё, что та захочет в качестве благодарности. Как на зло, захотела акушерка то самое кольцо, которое постоянно носила на пальце принцесса. Что поделать? Выбора у Гарольда не было, от жены пришлось избавиться.

Полоса невезения, наконец, закончилась. Отцу повезло. Как Начальнику безопасности, Гарольду стало известно, что одна слишком настойчивая поклонница Винсента пыталась пробраться во дворец, чтобы увидеться с принцем. Узнав фамилию девушки, Лаверн понял, что вот он, его шанс.

Гарольду не составило никакого труда пригласить Арину Морроу от имени Его Высочества на романтический ужин. С помощью Старшего жреца её легко удалось заманить на крышу высокого дома. Благодаря этому теперь не нужно было уговаривать Ларса Морроу помочь, и искать, чем можно расплатиться за его услуги. Безутешный отец готов был бесплатно сделать всё, что угодно, лишь бы виновник в смерти дочери был наказан.

Сложнее было сделать так, чтобы несчастная девушка превратилась в мою истинную. Для этого Амадей за несколько дней до её смерти подсуетился с липовым пророчеством, согласно которому я узнал дату, когда моей истинной паре должно будет исполниться 18 лет. Гарольд прекрасно понимал, что в этот день я сразу же воспользуюсь поисковым кристаллом, который хранился во дворце. Начальнику безопасности ничего не стоило временно подменить артефакт на подделку, которая и «подсказала», что с поиском я опоздал.

Аурэлия Макберн

Внимательно наблюдала за Анхелем пока он смотрел запись. Внешне он не проявлял совершенно никаких эмоций, казался абсолютно безразличным ко всему, что видел. Но вот по глазам было очень хорошо видно, что это не так.

— Ну, что могу сказать? Фантазия у вашей бывшей невестки богатая.

— Считаешь, это подделка?

— Считаю? Уверен. На записи исключительно мысли и воспоминания, взятые из головы. Не самый, скажу я вам, достоверный источник информации.

Да, к сожалению, сделать запись иначе было невозможно. Как доказательство её, конечно, не использовать… Но так запись и нужна не для Совета, а только для Анхеля.

— Такое количество точно известных фактов о твоей семье Марианна, по-твоему, придумала?

— Большинство из них было известно вам, Ваше Величество. А что-то и мой отец рассказал. У них, как знаете, было время близко пообщаться.

— Хорошо. Что тебе мешает сейчас побывать в охотничьем домике и лично убедиться?

— Дайте-ка подумать… Возможно то, что я не идиот?

— Боишься ловушки? А зачем ты мне нужен? Гарольд и без тебя прекрасно дальше обойдётся, так что шантажировать его не получится.

— Зато вы можете попытаться заставить меня помочь вам попасть к сыну.

Раздражение, недоверие, гнев… Не совсем то, на что я рассчитывала. Но, надеюсь, ему всего лишь нужно время осознать увиденное. Лишь бы, не слишком много. Без помощи Лаверна к Винсенту, действительно, добраться будет сложно.

— Ты можешь прийти не один. И обвешаться любыми артефактами для защиты.

— Не вижу смысла. Вы бы хоть придумали что-то более достоверное. Марианна же ждёт первенца Винсента. И вы на полном серьёзе решили заявить, что этот ребёнок может быть девочкой?

— Девочкой. Более того, драконихой.

— Не понимаю, Ваше Величество. Вы не только курьером поработать решили, но ещё и шутом? Или забыли, что я, как бы, тоже дракон?

— Я ничего не забыла. А шутом сейчас выглядишь ты. Мог бы уже давно понять, что если речь идёт об истинных парах, все эти ограничения ничего не значат. В любом случае, ты получил информацию. Можешь её проверить, а можешь и дальше слепо продолжать верить Гарольду. Он ведь совершенно не одержим желанием править. И, конечно же, не готов пойти на всё ради своей мечты.

— А вы хотите, чтобы я поверил вам? Вы ведь совсем не готовы пойти на всё ради своего сына.

Встаю с кресла и выхожу из комнаты. Спорить смысла нет. Остаётся только надеяться, что Анхель действительно — не идиот.

Марианна Маслова.

С трудом открываю глаза. Жутко звенит в ушах и кружится голова. Всё вокруг сливается в одно большое пятно.

— Знаю, должно быть не самые приятные ощущения после волшебного сна. Но, извини, разбудить тебя пришлось.

Так. Ну, то, что рядом Анхель — не удивительно. Он не мог не прийти, чтобы проверить мою кровь. Но почему я лежу не в кровати, а на холодной земле?

— А больше ты ни за что не хочешь извиниться?

Отрицательно мотает головой. Действительно. За что, о чём это я? С большим трудом наконец удается сфокусировать взгляд. Теперь понятно, почему я не в кровати. Я лежу на берегу Озера Огня, кажется, в том самом месте, где не так давно на отборе вызывали духов. Анхель стоит на коленях, спиной ко мне. Поворачивается и подходит, держа в руках два кубка. Ставит их на землю рядом со мной.

— Осторожно, не переверни.

Достает из-за пояса кинжал, берет мою руку, делает надрез и кровь попадает в один из сосудов.

— А как ты себе вообще представляешь такие извинения? Сказать: прости за то, что сильно порезал, а заодно и за то, что чудом не превратил в горстку пепла? Даже звучит смешно. Не просят за такое прощение, потому что не прощают.

Тут поспорить сложно. Себе Анхель тоже пускает кровь, но выливает её в другой кубок. Интересно. Один раз меня уже проверяли на истинность. Тогда кровь собирали в одну чашу. Да и на дне тогда был виден какой-то кристалл. Сейчас же в обоих кубках огненная вода из Озера.

— Почему чаши две?

— Одна для тебя, вторая для меня. Пей. Пары глотков хватит.

Протягивает мне кубок, в котором его кровь. В руки беру, но пить не спешу.

— Для чего? Это не очень-то похоже на проверку.

— Я не собираюсь проверять ни тебя, ни твою дочь. Не переживай, с Винсентом уже всё нормально. Относительно, конечно.

— Относительно?

— Ну, летать он теперь сможет, разве что, на чём-то типа ваших самолетов. А так… Ничего, жить будет. В данный момент, думаю, его уже объявили Императором.

— А твой отец?

— Понятия не имею, что с ним. Но, не сомневаюсь, твой бывший муж о Гарольде очень хорошо позаботится.

— Винсента ты выпустил?

Кивает. Интересно…

— Я так понимаю, в обмен на то, что он тебя не тронет?

— Нет конечно. Удивлена, что Винсент меня живым отпустил? Это просто кузену не до меня было. Думаю, уже жалеет, что не выполнил ничего из своих угроз на площади.

— Тогда зачем помог? Если ты не проверил мою кровь… Неужели просто взял и поверил тому, что увидел?

— Нет. Мне Амадей ещё давно дал доступ к архиву в Храме, где хранятся все записи жрецов. Их там, конечно, за все годы набралось столько, что за всю драконью жизнь не прочитать. Но, если знать, что искать, можно быстро управиться. Мне всего-то надо было проверить, существовало ли ещё одно пророчество.

А неплохой вариант. Я бы тоже выбрала его, а не отправилась в дом, где меня может ждать ловушка.

— Пей уже давай, сколько ещё ждать? — спрашивает, кивая на кубок у меня в руках.

— Пока не расскажешь, для чего это. Мне, конечно, не привыкать пить неизвестно что, но не в этот раз. Я теперь не только за себя отвечаю.

— Древний ритуал, который тебе поможет. Тот самый, который мой отец уговорил провести мою мать.

— Слушай… Это, конечно, спасибо… Но замуж я за тебя точно не собираюсь.

— Что, так противен, что лучше сдохнуть?

— Я не это хотела сказать…

Смеется, отмахиваясь от меня.

— Да ясно. Боишься, за Винсента снова выйти не сможешь?

— За него как-то тоже не планирую, уже была. Хватило.

— Ты знаешь… Винсент ведь не мог от той, так называемой, истинной отказаться. Он чувствовал к Элине то, что на самом деле испытывал к тебе. Скажем так, я просто поменял вас для него местами.

— Примерно так я и думала. А всё остальное? Гипноз, наркотики, какие-то зелья, чтобы подчинить сознание? Ничего ведь этого не было, я права? И к твоему отцу он ведь сам меня отправил?

— Не было. Всё сам… Но, по крайней мере, казнь отменить Винсент хотел ещё до того, как узнал правду о тебе.

— А что ж не отменил?

— Передумал только тем же утром. Поздно было. Но он пытался.

— Значит, плохо пытался.

— Не сказал бы… Не хило так пытался… Ладно, твоё дело. А насчёт ритуала не переживай. Его чаще всего, конечно, проводят именно после свадьбы. Дракон живёт куда дольше человека, а смотреть, как угасает твоя половинка никому не хочется. Но, на самом деле, в браке никакой необходимости нет. Да и сам ритуал возможен даже между двумя людьми.

— Уверен, что не пожалеешь?

— Не пожалею. Я тебе сильно задолжал.

Отказываться глупо. В конце концов, Лаверн прав, все, что со мной произошло, произошло не без его «помощи». Делаю несколько глотков. Анхель тут же выпивает жидкость из второго кубка, с моей кровью. Оба сосуда загораются и пламя быстро перекидывается на нас. Нечто похожее было во время моей свадьбы с Винсентом, только тогда огонь затронул лишь мои запястья и немного обжигал. Сейчас же пламя охватывает полностью всё тело, но я совершенно ничего не чувствую.

С каждой секундой огонь вокруг меня становится всё более слабым, а вокруг Анхеля наоборот, разгорается только сильнее. Анхель отодвигается от меня. Теперь он полыхает настолько ярко, что хочется зажмуриться. Возможно, все нормально, но что-то мне подсказывает…

— С ритуалом что-то не так?

— Всё так. Просто в нашем случае он немного иначе действует.

— А конкретнее?

— Ты умирала, так что моя жизнь не разделится, а просто перейдёт к тебе.

Просто перейдёт? Несколько секунд тупо смотрю, пытаясь осознать.

— Это значит, что ты умрёшь вместо меня?

— Как я уже говорил, я тебе сильно задолжал. Да и кузену тоже. Не сомневаюсь, он сделал бы тоже самое для тебя. Если бы знал. Винсент уверен, что ты вернулась домой.

Поверить не могу. Это даже в голове не укладывается. Человек, который столько раз хотел меня убить, отдал ради меня жизнь?

— Кольцо, кстати, можешь выбросить. Винсент теперь обычный человек, он тебя не почувствует. Только вот твой бывший муж полюбил тебя без всех этих заморочек с истинностью. Не только дракон, но и он сам не смог бы жить, если бы ты и правда сгорела. Я бы не разбрасывался теми, кому ты действительно нужна.

Лаверна уже практически не видно, на его месте только стена из огня.

— Но, как я и говорил, дело твоё. Тем более, что в твоём мире вам с ребёнком точно будет куда безопаснее и спокойнее.

Слёзы катятся по щекам. А ведь после смерти матери, у Анхеля не было никого рядом… Все эти годы ничего, кроме боли и ненависти он просто не знал.

— Кстати, уже решила как назовешь?

Теперь, кажется, решила.

— Алексия.

— Хотел бы тебя попросить… Не рассказывай ей обо мне.

Ответить мне уже некому. Пламя на какой-то миг принимает форму волка и рассеивается в воздухе. Не рассказывать дочке… Да мне даже страшно представить, что я могу ей рассказать? Не должна она знать обо всём том, что произошло. И тем более, не должна жить в мире, где жизнь так легко отнять. Пожалуй, так сильно домой я хотела вернуться только в самом начале отбора… Просто снова оказаться в своей комнате, забраться под одеяло и сделать вид, что мне всё просто приснилось… Только успеваю подумать об этом, как прямо передо мной открывается портал. Похоже, Алексия тоже не горит желанием здесь оставаться. Зову Дрима, прошу его передать сообщение Вардису, чтобы знали: я действительно дома.

Винсент Макберн.

Стою в комнате в ожидании начала церемонии. Смотрю в окно, но на самом деле ничего не вижу. Сегодня — великий день. Он должен был стать одним из самых счастливых в моей жизни. Наконец, на моей голове появится Императорский венец. Но какой ценой? Сколько крови пролилось, чтобы он достался именно мне? Как много судеб было сломано, чтобы трон остался у моего рода?

Но паршивее всего на душе не от этого. Я ведь всегда был эгоистом, и вряд ли это когда-то изменится. Во время каждой коронации рядом с Императором была его жена. А со мной… Мне нужна её улыбка, а не эта корона. Только думать об этом надо было до того, как я своими руками уничтожил всё, что имел. Даже в собственной голове не могу представить образ Марианны без презрения и ненависти в её глазах.

Почувствовал лёгкое касание руки на моём плече и резко обернулся.

— Всё нормально? Я стучала.

— Да, мама. Просто не услышал. Как понимаю, пора?

— Ждут только тебя.

Направляюсь в зал, где вокруг царит атмосфера торжества и триумфа. Как только захожу, гости одновременно, как по команде, кланяются и затихают. Прохожу по ковровой дорожке прямо к платформе, на которой установлен трон. Только один… Пока новый, буквально час назад назначенный, Старший жрец произносит длинную речь, пытаюсь собраться и прийти в себя. В конце концов, Пандории нужен сильный лидер, а не идиот, жалеющий сам себя.

Приходит моя очередь говорить. Дать клятву. Практически все Императоры произносили одно и тоже, внося лишь незначительные правки. Я должен был дать слово делать всё возможное для сохранения единства Пандории и добавить обещание нещадно карать тех, кто посмеет мне в этом мешать. Не планировал ничего менять, считая это простой формальностью. Но как можно относиться к правителю, слово которого ничего не стоит?

— Клянусь взять на себя ответственность за безопасность и процветание Пандории. Клянусь работать на благо всех подданных, чтобы улучшить качество их жизни. Клянусь, что жизнь и безопасность каждого дракона или человека в государстве всегда будет на первом месте. Клянусь, что буду придерживаться закона и справедливости во всех своих решениях и действиях. Клянусь сделать всё, чтобы мне не было стыдно когда-нибудь посмотреть моей дочери в глаза.

Как только я закончил, надо мной появился обруч из огня. Он медленно опустился на голову и превратился в настоящую корону. Вновь, как по команде, гости встали на колени и прокричали «Да здравствует Император!». Репетировали что ли? Делаю знак рукой, разрешая всем подняться.

Торжественная часть окончена, самое время перейти к празднованию. Но раз уж здесь собрана вся драконья знать…

— Первым делом хочу сообщить, что 4 из 6 членов Совета совершили преступления против Пандории.

Хотя, какое тут сообщить? Не сомневаюсь, об этом в курсе каждый присутствующий. А многие не только в курсе, но и надеются занять вакантные места.

— В связи с этим я пользуюсь правом распустить Совет.

По залу пронесся изумлённый шёпот. Не обращаю внимание и просто продолжаю.

— Советник у Императора теперь будет только один. В моё отсутствие он будет действовать от моего имени. Советник будет обладать неограниченными полномочиями и подчиняться только мне. На эту должность я назначаю бывшего Советника по законам Вардиса Миллса.

Становится слишком громко. Окидываю взглядом гостей и они, наконец, замолкают.

— Теперь же вернёмся к бывшим членам Совета…

Открываю портал, из которого слуги выводят всех четверых. Заключённых выстраивают в одну линию, лицом ко мне.

— Вина этих преступников уже доказана, остался вопрос с наказанием…

Подхожу к Лаверну.

— Гарольд Лаверн. Вы виновны в попытке захватить трон, в убийстве Императора, его наследника, а также множества других драконов и людей. Включая даже вашу собственную жену, Алексию Лаверн. Наказание за подобное может быть только одно. Сожжение в пламени Озера Огня. Однако… Я пользуюсь своим правом заменить смертную казнь на другое наказание. Для начала, вы будете полностью лишены магии и возможности обращаться в дракона, которого, собственно говоря, заполучили обманом.

Подзываю из толпы специально ради этого приглашенного гостя.

— Прошу, знакомьтесь. Константин Беккер, директор одной из детских школ в нашей самой отдалённой провинции. С этого момента Константин будет полностью вас контролировать с помощью вашего любимого средства, перстня. Он не позволит вам даже попытаться ослушаться вашего нового знакомого.

Взмах рукой и на пальце Лаверна оказывается украшение, которое тот никогда не сможет снять.

— Я принял во внимание ваше желание обладать властью. Поздравляю, Гарольд. Она у вас будет. Абсолютная власть над мётлами, вёдрами и прочим хозяйственным инвентарем школы. На должность уборщика вы назначаетесь пожизненно. На всю вашу долгую украденную жизнь.

Перехожу бывшему Старшему жрецу. Ему я тоже заменяю наказание. Амадей столько лет помогал Гарольду… Как можно разлучать таких товарищей? К тому же, школа очень большая. Убирать её каждый день без использования магии Лаверн один физически не успеет.

Казначей тоже виновен в смерти моего отца и брата… Места уборщиков уже заняты, но кому-то же нужно мыть посуду в школьной столовой?

А вот лекарь…

— Николас Лаведан. Вы виновны в пособничестве Лаверну в его попытке захватить трон, а также в подмене результатов проверки крови моей наследницы. Однако, принимая во внимание то, что действовали вы исключительно из-за опасение за жизнь вашей семьи… Вы лишаетесь должности при дворце и отправляетесь работать рядовым лекарем в любую больницу, по вашему выбору.

Слуги отпускают Николаса. Он благодарит, кланяется и сам покидает зал. А я открываю портал для Константина, куда он уводит своих новых работников.

Следующим слуги приводят Ларса Морроу. Всё это время он находился в зале, под присмотром. Подхожу к нему ближе и склоняю голову.

— Ларс Морроу. Я прошу у вас прощения. Я искренне сожалею о том, что Арина Морроу пострадала из-за чужой жажды власти. Наша семья виновна в её гибели. Конечно, дочь вам это не вернёт, но вы вправе требовать любую компенсацию за ваши страдания.

Морроу открывает и закрывает рот. Смотрит с удивлением и недоверием. А за что я должен его наказать? За то, что ни мой отец, ни я не смогли разглядеть рядом предателя за столько лет? Или за то, что из-за наших дворцовых интриг погибла ещё одна ни в чём не повинная девушка?

— Я могу идти?

— Как пожелаете, — развожу руками. — Вас никто не смеет задерживать.

Сначала очень медленно пятится назад, потом разворачивается и практически бегом направляется на выход. Дожидаюсь пока Морроу исчезает в дверях и обращаюсь к гостям.

— Все остальные преступники либо уже найдены, либо будут найдены в ближайшее время. Они тоже обязательно получат достойное наказание. Но тратить ваше время на них я не стану. Думаю, пора забыть на время о плохом и отпраздновать сегодняшний день.

Марианна Маслова.

Алексия спокойно спала, а у меня было время заняться документами. Повезло всё-таки устроиться на удалёнку внештатным переводчиком. Зарабатывать на жизнь и дальше официанткой с ребёнком я бы точно больше не смогла. Спокойно поработать мне не дал волчонок.

Сначала он просто бегал вокруг, пытаясь привлечь моё внимание. Затем начал рычать, запрыгнул ко мне на колени. Хорошо знаю, насколько духи могут быть упёртыми и надоедливыми, но всё-таки скидываю его на пол и пытаюсь сделать вид, что очень занята. Собственно, так и есть, мне нужно закончить как можно быстрее. Волчонок начинает легко кусаться и тянуть меня за одежду, указывая мордочкой на входную дверь. Ясно. Не отстанет.

Прошу Дрима присмотреть за малышкой и, если она проснётся, сразу же мне сообщить. Тут духам надо отдать должное, они, хоть и безумно настырные, но очень помогают мне с Алексией.

Хватаю сумку с телефоном и выхожу из дома, следуя за волчонком. Поспеваю за ним с трудом. Чтобы не отстать, приходиться практически перейти на бег. Наконец дух останавливается прямо напротив входа в кафе, где я раньше работала. Последний раз я тут была почти год назад, когда вернулась из Пандории. Хотела повидаться с бывшими коллегами. Помнится, тогда эта бесстыжая морда увязалась за мной, забралась в холодильник на кухне и сожрала всё, что там было. Дверь в «Культе Эклера» открывается и дух проскальзывает в помещение. Вот же… Поймаю, коврик для ванны сделаю!

Захожу внутрь и меня просто окатывает целая буря эмоций. Удивление, любовь, радость, надежда… Ничего не понимаю. Таких перепадов настроения и во время беременности-то не было. Оглядываюсь по сторонам и замираю на месте. За столиком почти у самого входа вижу Винсента. Смотрим друг на друга без слов. Странные ощущения, которые я испытала на входе, становятся только сильнее. К ним добавляются новые. Страх, испуг, паника… Это не моё? Тогда что происходит?

Очень хочется развернуться и уйти. Но, наверное, это глупо? Не съест он меня, в конце концов. Сажусь к бывшему мужу за столик. Да, это точно не мои чувства. Но, если раньше я не ощущала ничего, не должна и сейчас.

— Потянуло на экзотику? Решил тут отпраздновать?

Непонимание, растерянность…

— Что отпраздновать?

— День Рождения. У тебя ведь сегодня.

Чувствую какое-то опустошение внутри. Мне это не нравится. Совсем.

— Было бы что праздновать.

На меня принц не смотрит, уставился в стол. Хотя, уже, должно быть, Император. Смешно даже. Кто бы мог подумать, что в обычном кафе можно встретить такую титулованную особу?

— Ну, прошлый раз ты, говорят, приём ты устроил грандиозный. Хотя тогда и повод не один был.

Испытываю напряжение, тревогу, безысходность и очень сильное сожаление. Да какого чёрта? Винсент что-то сделал со мной?

— Ты меня никогда не простишь…

Мне становится очень больно. Твою мать! Надо было сразу уходить!

— Прекрати. Немедленно убери это!

Полное непонимание и во взгляде, и в ощущениях внутри. Издевается? Резко встаю со стула, практически бегу к выходу. Винсент останавливает меня на улице, взяв за руку.

— Постой. Пожалуйста. Объясни, что случилось?

Теперь, когда он совсем близко, чужие эмоции захлестывают настолько, что из глаз льются слёзы, а я не могу ни сказать ничего, ни пошевелиться. Винсент обхватывает моё лицо ладонями, очень внимательно смотрит в глаза. Снимает с моего пальца кольцо, надевает его себе. Всё резко пропадает.

— Ты что со мной сделал?

— Ничего. Ты прошла ритуал разделения жизни?

Киваю. Думала, ему сказали. Хотя, при чём тут это?

— С кем?

— С Анхелем…

Не чувствую ничего, но вижу по выражению лица, что Император, мягко говоря, ошарашен.

— Я Лаверна почти год искал… Всех нашёл, кроме него.

— Почти год как его нет в живых. Он меня спас, когда узнал, что я умру.

— Что значит умрёшь?

— Да не важно это.

— Что значит не важно?

Орёт так, что на нас оборачиваются прохожие. Видимо, обиделся, что ему не доложили. Выбора особо нет, приходится рассказать, иначе бы Винсент точно не успокоился.

— Анхель не только годы жизни тебе передал. Теперь ты можешь обратиться.

— Куда обратиться?

— Ты дракон.

От неожиданности теряю равновесие. От падения на асфальт останавливает только во время подхвативший меня бывший муж.

— Ты сейчас неудачно пошутил.

— Дракон всегда чувствует то, что испытывает его истинная пара. Это то, что с тобой произошло в кафе. Раньше ничего необычного ты за собой не замечала?

— Необычное — это когти, хвост и огонь из пасти?

— Не без этого. Если хочешь, я мог бы помочь тебе обратиться… Привыкнуть…

Сплю и вижу. Судя по всему, моё выражение лица об этом ясно говорит.

— Марианна, это ведь не плохо. Ты могла бы летать. Сама. В любое время. Тебе же понравилось, когда ты была в воздухе со мной? Свобода, лёгкость…

— Извини. Мне жаль, что так вышло и ты…

Смеётся.

— Что я больше не дракон? Это — последнее, о чём я жалею. Вернее даже не так. Я жалею, что вообще когда-то им был. Мне очень повезло, что истинность не мешала мне, когда я встретил тебя. Иначе… Иначе вряд ли бы я понял, что значит просто любить кого-то.

— Любить — значит верить.

Молчит. Ну, да, а что тут скажешь?

— Мне пора.

Действительно пора, слишком долго меня нет дома. Разворачиваюсь, чтобы уйти. Как из ниоткуда появляется волчонок, хватает мою сумку и со всех ног мчится в другую сторону. Винсент сразу же реагирует, притягивает этого мелкого поганца к себе. Сумку отдаёт мне, а духа держит за шкирку и очень внимательно осматривает.

— Дух? Еще один?

— Это не мой.

Очень удивлённо Император смотрит то на меня, то на волчонка, покорно сложившего лапки.

— Ребёнок ведь не может так рано призвать хранителя…

— Он у неё появился ещё до рождения. Причём, это не первый. Сначала был лев… Элина на площади убила. Твоего ждали, а попался он.

Отпускает духа, и волчонок сразу же садится возле меня.

— Как же всё-таки трудно держать себя в руках, когда хочется кого-то размазать по стенке…

— Полагаю, ты это и так сделал.

— Что?

— Ну, ты сказал, что нашёл всех. Значит, Элину тоже.

— Конечно. Нашёл. Ты решила, что я их убил?

— Разве нет?

— Конечно нет. Элину, как и её сестру, просто вернул домой. Вспомнил твоё предложение.

— А Гарольд?

— Гарольд… Гарольд занят общественно полезным трудом. Он теперь до конца своих дней будет работать в школе уборщиком. Жить со своими бывшими коллегами в одной каморке и выходить только для того, чтобы вылизать всё здание. Без магии.

— Ты серьёзно?

— Вполне.

— Так ведь… Сбежит?

— Об этом точно можно не переживать. Не сбежит и будет очень усердно трудиться.

Улыбаюсь, представив Лаверна со шваброй и ёршиком в руках. Это для меня никогда не было проблемой убрать в кафе после закрытия. Обычная работа. Если только ты — не дракон с непомерными амбициями и жаждой власти.

— Почему не убил?

— Ну, во-первых, тогда он бы легко отделался. А, во-вторых… Слишком много смертей видела Пандория. Хватит.

— Неожиданно от тебя такое слышать. Помню, на крыше ты говорил…

— И я помню. Я помню всё. Как радовался, что очередная невеста сломала шею, упав с грифона. Как отказался от собственного ребёнка. Да что там отказался? Я убил собственного ребёнка.

— Так ведь она…

— Жива. Но только благодаря тебе. И Анхелю.

— Спорить тут не с чем.

— Знаешь, я ведь весь этот год боялся тебя встретить. Мне было страшно увидеть в твоих глазах ненависть…

— А в кафе ты как оказался?

— Я туда каждый день приходил… Первый раз появился под пологом невидимости. Думал, смогу увидеть тебя издали. Узнал, что ты больше не работаешь… Стал появляться каждое утро. Я не знаю зачем. Смешно, да?

— Нет… Прости, мне действительно нужно идти.

— Спасибо, что не ушла сразу.

Беру на руки хвостатое недоразумение. Смотрит оно на меня так, будто очень хочет цапнуть. Отхожу на несколько шагов и останавливаюсь. Я, возможно, потом пожалею…

— Думаю, мне нужно тебя кое с кем познакомить…

В глазах Винсента вижу шок. Ну, в конце концов, не навредит же он дочери. В квартиру первым, конечно же, залетает волчонок. Винсент останавливется в дверях.

— Ты идёшь?

— А я… Я ведь не знаю, как её зовут.

И правда. Я же не сказала… Хотя вообще-то он и не спрашивал.

— Алексия.

Проходим в комнату. Винсент очень медленно подходит к кроватке, как будто там мина, а не ребёнок. Останавливается рядом, несколько минут смотрит на дочку, а она, на удивление, совершенно спокойно смотрит на него.

— Можно? Можно её подержать?

— Конечно.

Очень осторожно берёт малышку на руки, прижимает к груди. Вижу, как из его глаз текут слёзы и что-то мне подсказывает, второй раз от Алексии он не откажется.

Марианна Маслова.

Пытаюсь уложить Алексию спать, но сегодня эта задача кажется невыполнимой. И ведь я сама виновата. Как можно было не уследить за лохматой заразой, которая где-то достала и принесла дочке мороженное? Теперь малышка хныкает и отказывается спать. Как и всегда, когда съест слишком много сладкого.

Иду на кухню, чтобы принести Алексии молока. Только открываю бутылку, как слышу страшный грохот и звон стекла. Лечу обратно в комнату и столбенею от ужаса. У кровати дочери сломались ножки и провалился каркас, а в стене на месте окна зияет огромная дыра.

Зову по имени, пытаюсь найти дочь, но её нигде нет. Выбегаю из дома, осматриваю все вокруг. Тоже безрезультатно. При этом замечаю нечто, что меня удивляет. Повреждения в стене должны быть хорошо видны, но снаружи все кажется нормальным, окно будто стоит на своем месте.

Возвращаюсь в квартиру. Только собираюсь позвать Дрима, как тот как раз появляется вместе с Винсентом. Бывший муж быстро оценивает обстановку и просит не паниковать. Легко сказать! Как не паниковать, если Алексию кто-то забрал? Винсент уходит через портал, но тут же возвращается. Почему? Он же должен был переместиться прямо к дочери? Или с ней что-то случилось?

— Не нашёл?

Но не похоже, чтобы Винсент переживал. Улыбается. Кажется сдерживается, чтобы не засмеяться.

— Нашёл. Всё нормально. Я же говорил, не переживай.

Протягивает руку и я захожу вместе с ним в портал. Оказываемся мы в магазине, который находится прямо напротив моего дома. В отделе с заморозкой. Холодильник с мороженным открыт, все его содержимое вывалено наружу. Обертки, баночки, креманки валялись по всему полу. В самом центре этого безобразия лежал довольно крупный белый дракончик. Он мирно спала, положив мордочку на свой хвост. А рядом, заснув нос в одно из ведер с мороженным, сидит волчонок. Доедает, не обращая на меня и Винсента никакого внимания.

— Это… Винс, это…

— Это Алексии, кажется, захотелось поужинать.

Но дочке же и трёх ещё не исполнилось? Она не может просто так взять и…

— Ты говорил, она только лет через 10 попробует…

Пожимает плечами.

— Просто до этого никто не обращался так рано. Но Алексия и портал тебе открыла ещё до того, как родилась. Так что, что-то мне подсказывает, удивлять она нас не перестанет.

Подходит к драконице, гладит её по голове. Его ладонь светится и уже через миг Винсент держит на руках Алексию. Дочка прижалась к его груди, так и не проснувшись. Одним взмахом бывший муж исправляет беспорядок в магазине и мы возвращаемся в квартиру, где уборка проходит также быстро.

— На улице темно, но её ведь могли видеть.

— Никто ничего не заметил. На всякий случай я ещё 2 года назад об этом позаботился. Я, конечно, не дракона прятать от людей собирался… Но подозревал, что Алексия может с помощью магии что-то натворить.

Винсент сам укладывает дочку в кровать, а я иду на кухню. Всё, конечно, хорошо, но вот мне совсем не хорошо! Я действительно успела подумать о самом худшем. Пытаюсь заварить чай, а руки не слушаются. Одна из чашек выскакивает из рук и падает на пол, разбиваясь на куски.

— Сильно испугалась?

Винсент тут же оказывается рядом, видимо услышал.

— Наверное… Алексия…

— Спит. Всё с ней нормально. Но, думаю, стоит, сделать так, чтобы Алексия больше случайно не обратилась.

Это, конечно, очень было бы кстати. Только…

— Не знаю. Мне так стало бы проще, безусловно. Но Алексия — дракон, как можно у неё это забрать?

— Нет. Ты что? Конечно, не забрать. Просто ограничить такую возможность на время. Её ещё рано учить себя контролировать.

— А потом?

— А потом наша дочь уже будет понимать, когда и где можно становится драконихой.

Берёт чайник, разливает напиток по чашкам, добавляет сахар. На глазах выступают слёзы, прижимаюсь к Винсенту. Он осторожно обнимает меня.

— Спасибо…

— Да не за что. Здесь нет ничего сложного. И, если что, я не только чай, но и кофе сварить могу.

Улыбку сдержать не могу. Но всё равно… Что сегодня я делала бы сама? Как бы я искала дочку?

— Не знаю, как могла не уследить… Я очень боюсь её потерять.

— Не потеряешь. Ни за что.

— Мне бы твою уверенность! Я даже не знала, что делать.

— Ну, если помнишь, я давно тебе предлагал научиться обращаться самой. Сможешь, если что, с Алексией за компанию за ужином слетать.

Очень смешно. Но, он прав, придётся. Раз уж у меня дочка — дракониха.

— А потом, у Алексии ещё и отец есть. Надо будет, не только из магазина, я её из-под земли достану и верну.

Смотрю Винсенту в глаза. Он абсолютно серьёзно. Вернёт. И я в это верю. Винсент поправляет выбившуюся у меня прядь волос и медленно целует в губы. Слышу, как стучит его сердце, также как и моё. Оттолкнуть не могу, сама углубляю поцелуй, наслаждаясь каждым мгновением.

Винсент очень резко отстраняется, хватается за стол. На несчастном предмете мебели тут же появляются отметины от рук, и его постигает участь кровати. Ножки ломаются, а столешница трескается пополам. Винсент не удерживается на ногах, вместе с обломками стола падает лицом вниз на пол. Опускаюсь на колени, дотрагиваюсь до него. Когда бывший муж поворачивает голову, на меня смотрят два вертикально вытянутых зрачка. Прикасаюсь к лицу, на котором выступили черные чешуйки. Винсент перехватывает мою руку, закрывает глаза, старается глубоко дышать. Хватает пары минут, чтобы все внешние изменения пропали.

— Я думала, дракон… Умер?

— Умер.

— Тогда как?

— Не знаю. Знаю только, что ты — моя жизнь. И моя, и его.

Тянусь, чтобы ещё раз поцеловать его, но слышу, что мы уже не одни. Похоже, пошумели мы не слабо. Алекса с волчонком на руках стоит в дверях.

— Хочу молозенку и летать!

Винсент ещё крепче сжимает мою руку и отвечает.

— Мороженки тебе на сегодня точно хватит. А вот полетаем мы, похоже, все вместе.

— Плавда?

— Правда.

Не соврал. Уже через час в небе можно было разглядеть одного чёрного и двух белых драконов, играющих с бурными потоками воздуха.