— Докладывай! — приказным тоном обратился я к вошедшему Гереку.

— Ярар, как ты и просил, мы проверили остатки одежды твоего отца. На ней мы нашли следы метеоритного железа, пороха, белого фосфора и крови.

— И всё? — спросил я. — Больше ничего не смогли рассмотреть даже в микроскоп?

Герек немного смутился от такой постановкой вопроса, ответил.

— Я думаю больше ничего и не было.

Я кивнул.

— Герек, ты сможешь проверить этот состав на деле?

— Я так и подумал, что вы решите это сделать. Поэтому я уже отдал соответствующие распоряжения, — ответил он. — Нам нужно пару дней, чтобы всё подготовить.

— Почему так долго? У нас что, чего-то на данный момент нет?

— Ярар, но ведь завтра… — не стал оканчивать он предложение.

— Я понял!

Ночью меня разбудил звук, похожий на взрыв. Я быстро оделся и побежал в сторону шума. И пока я бежал по коридору мне встречались слуги, которые только начали показываться из своих комнат.

Когда я выглянул в окно и стал вглядываться в ту сторону, откуда, как я думал, прогремел взрыв, то ничего кроме темноты не смог разобрать. Но активировав зрение увидел три человеческие фигуры. Вернее сказать, ауры. К ним со стороны казарм уже бежали стражники, поднятые по тревоге.

— Что ты видишь? — спросила напряженным голосом Эмери. Она подошла так тихо, что я её не заметил.

— Троих людей, — ответил я. — Стоят недалеко от крепостной стены. Они что-то собирают на земле.

Она кивнула и выпрыгнула в окно. «Хорошо быть магом воздуха» — подумал я. Ведь они умеют летать!

С помощью зрения я наблюдал как Эмери очень быстро долетела до людей. Стражники уже окружили то место, но вскоре опустили руки. Как я понял, Эмери отдала приказ опустить мечи. И по тому как они двигались догадался, что они сейчас просто разговаривают.

Через пятнадцать минут мама вместе с тремя людьми, которых я уже узнал, вернулись назад.

— Ну что, горе экспериментаторы, разве нельзя было отложить до завтра проведение взрывных работ? — спросил я с легкой улыбкой на лице.

Вперед вышел барон Корф и с фанатичным блеском в глазах ответил.

— Милорд, Ваше приказание выполнено!

Я посмотрел на Герека, ожидая подтверждения слов Корфа. Тот кивнул мне. При этом я заметил, как Герек прячет за своей спиной Лилю Кузнецову. Я тогда задался вопросом «почему он боится?», но совсем скоро я получил ответ на этот вопрос.

Также я был удивлен тем, что их троицу возглавил Корф, а не Герек. За последнее время инициативы от барона я так и не смог дождаться. Но, судя по тому, что я видел, именно Корф возглавил это исследование.

— Герек? — вопросительным тоном обратился я к нему. — Почему ты молчишь?

— Милорд, — склонил голову он, — всё так, как говорит этот больной на голову придурок. Ваше приказание выполнено!

Всё-таки я оказался прав. Кажется, я только что понял какими исследованиями будет заниматься Корф!

И с окончанием слов Герека я почувствовал за спиной дуновения ветра.

— Вы что глухие? Мой сын вас спрашивает почему вы не дождались завтрашнего утра? — повысила голос мама.

— Госпожа, — ответил Корф, — у нас никак не получалось понять, как заряд приводится в действие. Заклинание, при котором взрывается порох, на артефакт не действовало. К тому же Вы должны сами понимать, как опасно носить артефакт, способный взорваться в любую секунду. А Щеглов носил его на шее! И когда…

Пока Корф говорил, в холл, в котором мы находились, вошли все старшие Тьер. Также недалеко от них стояли Зес и Ронак, полностью экипированные и готовые к бою.

— Ты хочешь сказать, — перебил его Серек, который сразу понял суть разговора, — ты нашёл ответ как погиб Талий?

— Да. — ответил он, и выдержав паузу, продолжил: — Он сам себя убил! — увидев, как взгляд Эмери наполняется злостью, направленной в его сторону, Корф поспешил дополнить: — Вернее его огненный щит!

— Изъясняйся яснее! Что ты хочешь сказать? — шипящим голосом задала вопрос Эмери.

— После того как мы получили задание от вашего сына на проверку взаимодействия веществ, обнаруженных на одежде Вашего мужа, то не могли понять при каких условиях он взрывается! — отвечал Корф, — поэтому мы воссоздали картину того поединка. Нам стало известно, что Меньшиков уже сражался с князем Щегловым. И мы не понимали, почему Щеглов ещё тогда не использовал тот артефакт? Ведь смерть архимага в начале боевых действий это всё равно что поражение в войне. Моральный дух бойцов имперских войск упал бы, а вражеских наоборот…

— Короче! Что ты выяснил? — перебила его Эмери.

— Меньшиков маг стихии земли. А артефакт срабатывает на огонь, — закончил свою мысль Корф.

— В каком плане? — внимательно слушая слова Корфа, спросила Эмери. — Талий сражался на клинках с Щегловым. Расстояние между ними было небольшим! Огненные заклинания ни один раз проходили рядом с Щегловым.

— Мы думаем, что когда Щеглов сорвал артефакт с шеи, в нём появилась щель, открывая доступ к пороху. И…

— Он хочет сказать, что метеоритное железо экранировало порох от детонирования, — перебил Корфа Герек. — При соприкосновении с огненным щитом артефакт взорвался.

— А как же кровь? — спросил я.

— Кровь послужила проводником между порохом и энергией, вложенной энергией в метеоритное железо. И хоть порох портится при соприкосновении с любой жидкостью, но мы поняли, как Щеглов обошёл это действие. Мы думаем, что кровь находилась в специально отведенном отверстии, изолированная до взаимодействия огня с порохом.

— А фосфор? — спросил я.

— Мы его перемешали с порохом, — ответил Герек. — Для понимания всех процессов мы брали несколько сотых грамма каждого ингредиента после чего поджигали их. В итоге нам удалось установить, что фосфор и метеоритное железо многократно увеличивают взрывную силу, а также мы заметили, что температура в радиусе десяти метров становится смертельно опасной.

— Кхах-ха, — привлекла к себе внимание Эмери. — Утром посмотрите, что эти деятели сделали с крепостной стеной.

Но, разумеется, всем стало интересно о чём говорит Эмери, и мы тут же пошли в то место, откуда недавно прогремел взрыв. Пока мы шли я придержал Герека.

— Завтра утром проведем испытания. И мне нужно, чтобы внутрь этих артефактов вы добавили соду.

— Соду? — переспросил меня Герек.

— Да, пищевую соду! И не спрашивай меня зачем. Сам пока не помню с чем это связано. Думаю, мы поймём всё завтра! — ответил я ему. Он кивнул.

Когда мы догнали остальных, Серек и Михаил стояли около стены, от которой в радиусе около семи метров была полностью выжжена трава. А на стене остались характерные следы от сажи, у которой уже стоял Григорий и своим клинком ковырялся в ней.

— Что ты там делаешь? — спросил у сводного брата Михаил.

— А ты сам посмотри, — ответил Григорий, загоняя клинок в стену словно горячим ножом по маслу. В том месте, куда был погружён клинок, стена стала осыпаться словно песок.

— Раньше я думал камень плавится, — внимательно смотря на стену сказал я.

На что мне ответил Герек.

— Так и было, но вот эта девушка, — показал он на Кузнецову, — оказывается, хоть и слабый, но маг воды, и когда от стены повалил дым, она стала его тушить. Из-за этого произошёл резкий перепад температуры, от чего камень не выдержал. Да и эти стены возводились, вероятно, очень давно, — попытался выгородить свою ученицу Герек.

Я посмотрел на Кузнецову немного удивившись тому, что не знал про её способности к стихии. Но магическим зрением подтвердил их наличие. Теперь понятно почему Герек старался выгородить свою ученицу. Он боялся, что мы накажем её за разрушение крепостной стены. Ведь если бы она не облила раскалённую стену водой, та осталась бы относительно цела.

Не став задерживать на этом внимание, я подумал, что Герек не понимал, о том, что своими действиями они подсказали простейший способ разрушения крепостных стен.

— Какие пропорции вы использовали? — спросил я.

— В том то и дело, что небольшие, — ответил Корф. Он достал блокнот и начал читать. — 37 граммов заряженного метеоритного железа, 107 граммов пороха, 51 граммов фосфора и 5 кубиков крови.

— А чью кровь вы использовали? — спросил я.

— Мою, — ответил Корф.

Я кивнул и показал Сереку, что нам нужно поговорить без лишних ушей.

— Дед, нужно брать магическую расписку о неразглашении. Они, — указал я на медиков, — ещё не поняли, что они создали!

— Согласен! Я не думаю, что кроме нас и Щегловых кто-то ещё о таком знает. И когда узнают, все захотят узнать наш секрет.

— Герек, — позвал я его подойти к нам, — к обеду я хочу, чтобы вы сделали несколько таких артефактов. Главное вы должны соблюдать при их изготовлении одинаковые пропорции. Также не забудь наш разговор про соду. Она должна быть в каждом артефакте. И ещё, попробуйте использовать кровь не только Корфа! К примеру, Серека и Михаила. Можете съездить в школу магии, там возьмите кровь магов земли и воды. Но обязательно укажите где чья. Суть в том, что мы должны понять меняются ли «свойства» от способностей и силы мага. Дальше, — сделал я короткую паузу, — всё то же самое, но с метеоритным железом. Нужно понять, имеет ли значение какой направленности стихия в накопителях.

— Боюсь мы не успеем, — ответил Герек.

— Сделайте сколько сможете, — ответил я, и дав понять, что разговор окончен, продолжил разговор с дедом, который внимательно слушал меня.

— Что именно тебя заинтересовало в соде?

Недолго думая, я ответил.

— Когда я был в Египте мне попалась книга, в которой говорилось, что сода как-то взаимодействует с огнём. Нужно у кузнецов спросить, по-моему, с её помощью достигают более высоких плавильных свойств.

— Странно, — задумчиво сказал Серек, — а я читал, что она наоборот понижает температуру в печи. Ты уверен в том, что говоришь?

Я постарался вспомнить, что там говорилось.

— Её применяли при плавлении песка в стекло. Если я не ошибаюсь, с её помощью песок плавился быстрее.

Дед посмотрел на меня скептичным взглядом. Но ничего не стал говорить. Ещё немного пообсуждав новое изобретение, все разошлись по своим комнатам.

Хоть ночью нормально поспать не удалось, я поднялся с первыми лучами солнца. И когда я шёл по коридору в сторону кухни, мне на глаза попалась Светлана Ва Меньшикова. К моей большой радости, в последнее время это случалось редко. И это мне начинало не нравиться.

Мне ещё хорошо помнятся её слова о том, какой она видит жизнь рядом со мной:

«Нет уж, муженёк. Теперь я стану твоей женой. Но ты никогда не сможешь овладеть мной, как женщиной. Ты ведь знаешь какие перспективы в магии мне светят? Тем более-то с отцом архимагом! — намекала она на свой далеко не детский резерв. — Ты будешь сидеть в подземельях и лечить людей. А я буду в это время блистать в обществе. Мой тебе совет — убейся САМ»!

Если не брать в расчёт самих экспериментаторов, то на полигон мы пришли самыми первыми. Я заметил учеников Герека, которых он задействовал в качестве помощников.

Мы перебросились с Гереком парой фраз, и он поспешил раздавать дальнейшие указания. Но ни вчера, ни сегодня от меня не укрылось того факта, что он этим занимается только потому, что я поручил. Я видел, что Гереку по нраву лечить людей, а не создавать способы для их убийства.

Поэтому я решил, что этим направлением будет заниматься Корф. Опыт прошлой жизни мне подсказывал, что это будет верное решение. Мне уже встречались люди, которых возбуждают взрывы от сбрасываемых на планеты бомб и запуска ракет. И после сегодняшней ночи я был уверен, что Корф принадлежит именно к этой категории людей. Даже сейчас он почти не обращает на нас внимание, с какой-то потаённой любовью смотрит на артефакты. И чтобы огранить этот, так называемый, «алмаз» придётся ему поступать со мной на факультет артефакторов.

Я был уверен, что он способен создать более разрушительные артефакты, которые понадобятся в грядущей войне.

— Ярар, Тимофей, Григорий, — услышали мы голос Серека.

Когда я обернулся на окрик, увидел, что в нашу сторону вместе с дедом идут остальные Тьер. К моему удивлению рядом с мамой шёл Светлар. До этого момента я думал, что он давно покинул замок.

Светлар выглядел лет на пятьдесят. Но я уже не обманывал себя, ведь в Совете находились сильнейшие люди рода. Это означало, что он одарён способностью к стихии. А чем сильнее дар мага, тем дольше он может прожить. И поэтому его возраст мог быть как пятьдесят лет, так и двести пятьдесят. В остальном он очень был похож на Серека, правда до его омоложения. Сейчас дед выглядел как мужчина в рассвете сил, что-то около тридцати лет.

После взаимных приветствий я позвал Корфа, который как раз находился поблизости. И услышав мой голос, он только тогда понял, что все уже здесь.

— У вас всё готово? — спросил я, когда он подбежал к нам.

— Да. Пять минут и начинаем, — ответил он.

Я кивнул и начал наблюдать за тем, как идут последние приготовления к показу.

В итоге первый взрыв прогремел через десять минут. Яркая вспышка ослепила нас. И почти сразу я выставил перед собой щит, в который, как мне показалось, прилетали куски земли.

Когда я открыл глаза, то на месте, где прогремел взрыв, образовалась небольшая воронка. Все подошли к эпицентру и я постарался определить на глаз радиус взрыва, который примерно составлял семь-восемь метров. «Не так уж и много» — подумал я. Но от земли ещё исходил жар. А вся органика была полностью выжжена. И у меня не возникало сомнений, что только что мы создали страшное оружие.

— Барон Корф, после ночного взрыва находил ли кто-нибудь осколки метеоритного железа? — поинтересовался я.

— Нет, милорд. Мы думаем, что оно расщепляется во время взрыва. Скорее всего это происходит из-за взаимодействия пороха с фосфором, — ответил он.

— Покажите, как выглядят Ваши артефакты, — попросил я. Мне быстро подали предмет схематично похожий на первые доисторические гранаты из моей прошлой жизни. Единственное, что вместо чеки у неё был шнурок, который при рывке, скорее всего, выдергивал деревянный чепик.

Рассматривая этот предмет у себя в руках, я подумал, что этот чепик в будущем нужно заменить простейшим детонатором, который позволит не подвергать риску жизнь человека в момент броска. Эх, если бы мы знали про такие бомбы раньше, то отец остался бы жив! Ведь стоило ему послать в тот момент в Щеглова огненное заклинание, как тот вспыхнул бы сам. Но, к сожалению, прошлого не вернуть и не переиграть…

— А чем обработана веревка? — спросил я.

— Мы пропитали веревку в оксиде метеоритного железа, — ответил Корф.

Я кивнул и услышал голос Светлара.

— Сколько метеоритного железа вы использовали на такой артефакт? — спросил он.

— Почти сорок граммов, — ответил Корф.

Светлар ненадолго задумался, что-то шепча себе под нос.

— Очень дорогое ОДНОРАЗОВОЕ оружие, — наконец сказал он. — Один такой снаряд нам будет обходиться чуть меньше двухсот тридцати золотых. Да и к тому же у нас не хватит железа для этого.

— Да, дороговатая игрушка выходит, — огорченно согласился Серек. — За такие деньги можно три деревни обеспечить припасами. А заменить железо никак не получится? — спросил он.

— Нет, никакой известный мне металл на настоящий момент не способен экранировать порох, — ответил Корф.

— Но ведь про эту особенность вообще никто не знал! — сказал я. — Метеоритное железо не блокирует энергию стихий и не может использоваться в качестве физического щита. Ведь оно даже не ослабляет магию! Я думаю, что в данном случае метеоритное железо блокирует конкретное заклинание на детонацию пороха. Можно провести эксперимент и раскалить артефакт, и я уверен оно взорвётся. Или ещё проще оставить артефакт с выдернутым шнурком, и запустить по нему заклинанием.

— Хорошее предложение, — поддержал меня Михаил. По его виду мне показалось, что ему совершенно не нравится, чем мы сейчас занимаемся. Он хотел ещё что-то сказать, но его опередил Серек.

— То есть, — начал подводить итог дед, — ты думаешь, что возможно существует металл, которым мы сможем заблокировать воздействие взрывного заклинания, направленного на порох?

— Если мы чего-то не знаем, то это не значит, что этого не существует, — ответил я. — Предлагаю продолжить наше мероприятие. Нам нужно оценить с какой «начинкой» эти артефакты будут приносить больше разрушений. А потом выдернем в одном из артефактов шнурок, и вы попробуете послать заклинание для возгорания пороха.

Все согласились. И пока шли приготовления, меня отвела в сторону Эмери.

— Только не говори, что собираешься создать искусственные накопители для этих артефактов? — спросила она.

— Нет, — ответил я, заметив, как напряжение пропадает с её лица. — По искусственным накопителям у меня есть планы. И они не включают в себя массовые жертвоприношение разумных. — Она приподняла вопросительно бровь. — Потом. Вначале закончим с Щегловым.

— Ты хочешь отомстить ему тем же оружием, которым он убил Талия? — спросила Эмери. Я кивнул. — Ярар, мы не сможем выделить большое количество метеоритного железа. Наши запасы почти на нуле. Всё что у нас было, мы перевели на оружие и броню, оставив немного для поддержания коммуникаций. К тому же у меня есть подозрение, что Щеглов носит защиту от таких артефактов.

— Мам, — поднял я на неё глаза, — вы ведь планировали после окончания войны использовать ритуал для создания накопителей?

Эмери дернулась от такого вопроса.

— Да, — тихим голосом ответила она, — но мы оставляли это на самый крайний вариант. Талий уже вёл переговоры с подгорным царством о закупке накопителей.

— Но если бы вы не смогли договориться, то вам пришлось бы начать проводить эти ритуалы. — Я сделал глубокий вдох и продолжил: — Почему тебя так волнует собирался я делать накопители или нет? Ты и отец этими знаниями не чурались, так чем я плох?

Она взяла меня за плечо и смотря мне в глаза сказала.

— До последнего времени мы воспринимали тебя за ребенка. Сейчас, со смертью Талия, — сказала она и на её глазах появились слезы, — мне придётся перестраивать своё поведение. Я тебя только об одном прошу, если ты решишься проводить этот ритуал, то ты должен обязательно сообщить об этом мне.

Вдруг нашу беседу прервал ещё более сильный взрыв. Даже то, что мы стояли спиной, не спасло нас от временной потери зрения. Такой яркой была вспышка от взрыва. И в этот раз я даже не успел поставить щит, в отличии от Эмери, которая выставила щит и прижала меня к себе. Когда мы проморгались, она сердито спросила.

— Корф, только не говори, что у тебя взорвались все твои артефакты разом?

— Нет, госпожа. — с удивлением на лице сказал он. — Всего один.

— Что вы в нём использовали? — тут же спросил я.

— Кровь Серека и накопитель, заряженный магией воздуха леди Тьер, — поклонившись ответил он.

— Огонь и воздух многократно усиливаются при взаимодействии, — сказала Эмери. — Думаю ты нашёл самый убойный состав.

После этого мы проверили артефакт без пропитанного в жидком метеоритном железе шнурка-чеки. Но только уже с кровью Корфа и его же энергией. И заклинание сработало, оглушив нас ещё одним взрывом.

— Думаю, мы на сегодня здесь всё, что нужно было, увидели, — подвел я итог. — Предлагаю пройти в кабинет и посовещаться, что мы будем с этим знанием делать.

Перед уходом я дал указание Корфу, чтобы они проверили гранату, как мы её стали называть, но с кровью и энергией учеников из школы. Мне стало интересно, а зависит ли сила взрыва от магического ранга человека, чья кровь и энергия используется. Серек и Эмери сейчас были самыми сильными среди нас. А если взять кровь и энергию у детей, ещё не достигших ранга подмастерья?

— Ярар, хоть корабль и принадлежит тебе, я считаю, что его взрывать никак нельзя, — попытался возразить мне Серек.

— Дед, нами найдено оружие, которое сбережет наших воинов и, главное, поможет отомстить убийце отца! С этим вы все согласны! — обвёл я присутствующих взглядом. — Но железа вы мне выделить не можете! Так почему вы не хотите использовать моё железо?

— Ярар, мы хотели просить тебя потом разукомплектовать корабль. — начал говорить Серек, — Железа становится всё меньше и меньше. И хоть император выделил тебе целых шесть килограммов из личных закромов для строительства города, но только потому, что он понимает полезность этого! Когда закончится строительство города и крепостей рядом с ним, то нападения со стороны Каспийского моря и горного хребта можно не бояться. Я хочу сказать, что если бы ты строил город в центральной части Империи, то тебе бы железа никто не продал!

— А я думаю Ярар прав, — поддержала меня Эмери. — Если мы победим Щеглова, то покажем всем остальным родам, что Тьер даже после смерти Талия сильны.

— А если мы провалимся? — спросил Светлар.

— А какие у нас ещё есть варианты? — спросил я, и сам стал отвечать на свой вопрос. — Через несколько дней мы должны вернуться на фронт. Наших людей по-любому будут отправлять в бой. Также никто не даст магистру отсиживаться в тылу, — посмотрел я на мать. — И заметьте, никто не знает, что выкинет император дальше. Мы можем и плыть по течению, показав нашу слабость, или показать всем что мы сильны, что СИЛЁН НАШ РОД!

Ненадолго наступила тишина, которую нарушил Серек.

— Ярар, какой ресурс выработки железа на корабле?

— Ещё пару десятилетий он пролетает легко, — ответил честно я.

Он поджал губы, но я уже видел, что только при поддержке Эмери я смог продвинуть это решение.

В итоге мой план был принят. И нам осталось дождаться результатов эксперимента Корфа с остальными бомбами. Также мы решили использовать корабль в качестве брандера*. Оставался вопрос, как долететь до Кемерово незамеченными, с полными трюмами пороха!

На выходе из кабинета меня остановил Тимофей.

— Брат, раньше я видел, что ты дистанцируешься. Даже свой город решил строить, чтобы побыстрее свалить от нас. Что изменилось?

Я немного удивился от такого вопроса.

— Тим, отец умер, — ответил я. — Неужели ты думал, что я смогу просто оставить вас?

Я обнял брата, после чего услышал от него.

— Спасибо, я рад, что ты рядом.

* БРАНДЕР(нем. Brander, от brannen жечь) — военное судно, наполненное горючими веществами, предназначенными для поджигания неприятельских кораблей; ныне судно, служащее для сжигания и затопления входа в порт

Странно, что мы начинаем ценить людей только тогда, когда происходит что-то плохое. Я понимал, что моё место сейчас именно здесь. Сейчас моей семье угрожает опасность, которую нужно как можно быстрее устранить. И тогда я смогу вернуться в Балакина. Место, которое я уже считал своим домом. Город, который строится таким, как я вижу сам.

Если война затянется, то я всё равно покину фронтовую зону, потому что этим летом мне предстояло поступать в Академию магии. А учитывая какое большое расстояние от столицы до Балакино, то потеря летающего корабля меня совершенно не устраивала. Мне очень понравилось преодолевать большие расстояния на летающем корабле. А не трястись на лошади по грунтовым дорогам. Поэтому я в тот же день написал Анри, чтобы он занялся поиском тканей, которые обладают высокой прочностью, плотностью и не пропускают воздух.

Если он таких не найдёт, придётся думать, как получить синтетическую нить из нефти. Кроме того, что это возможно, я больше ничего не знал. Но меня радовало, что нефть существовала в этом мире! И её даже использовали в дешевых светильных лампах, в которых не было метеоритного железа.

Но это снова планы на будущее…

Близ города Кемерово. Императорский шатёр.

— Через сколько возвращаются Тьер? — спросил император у своего секретаря.

— Ваше Величество, Вы разрешили им покинуть лагерь на десять дней. Из расчёта, три дня на дорогу и семь для поведения церемонии прощания. И от этого срока им осталось три дня.

— Три дня значит… — задумчиво проговорил император. — Хорошо, можешь быть свободен! — И когда секретарь выходил, крикнул: — Пригласи ко мне Меньшикова!

После смерти Талия главы великих родов прижали хвосты и перестали оспаривать решения или чинить препятствия. До всех наконец-то дошло, что они могут стать следующими! И Тьер стал примером того, что станет с неугодными. «Жаль ли было мне Талия? Или его родственников?» — задавал сам себе вопрос Александр V. — И он отвечал себе, что НЕТ. Талий был магистром, и уже был значимой фигурой на шахматной доске, но что настораживало императора, тот вскоре мог стать игроком. А власть монарха, должна быть неоспоримой. Так будет лучше для страны и живущих в ней людей. Последний бой Щеглова с Талием укрепил его в верности своего решения. Ведь сам Меньшиков, чью силу Александр признавал и уважал, не смог победить Щеглова. А тут какой-то магистр смог ранить мятежного князя. «Но хорошо, хоть помер.» — улыбнулся Александр V. С другой стороны, смерть Тьера привела к тому, что взаимоотношения с верным соратником охладели. Меньшиков, хоть и согласился остаться в лагере, но сделал это только из-за того, что видел к чему может привести его отъезд. Старый друг отца, который всегда помогал ему в принятии сложных решений, не обладал острым умом политика.

Нет, разумеется он был умён. Но в его характере не было дипломатичного духа. Он не умел идти на компромиссы и это сказывалось на их взаимоотношениях. Тем не менее, даже обладая большой магической силой, Александр V верил, что Меньшиков никогда не ударит в спину и уж тем более не предаст.

— Вызывали государь? — не склоняя голову, спросил Меньшиков.

— Всё ещё сердишься? — спросил император, «надев» на лицо маску безразличия.

— Саша, у людей было горе. Зачем ты издевался над ними?

— Согласен, здесь я перегнул. Но оглянись, не ужели ты до сих пор не понял, чего я добивался?

— Всё можно было решить, не подставляя Талия. В скором времени он бы породнился и с твоим, и с моим родом.

— А рожа у него не лопнет? — воскликнул император, после чего рассмеялся, — Нет, уже не лопнет. Данила, — обратился он к посмурневшему другу, — он был слишком самостоятельным!

— А ты хочешь управлять безынициативным стадом баранов? — спросил Меньшиков. — Раз кто-то начал дотягиваться до уровня твоей силы, то значит нужно работать над собой, а не избавляться от всех неугодных!

— По-моему, ты лезешь из крайности в крайность! Ответь себе, чем тебе так понравился Талий? Он один из многих! Если выбирать между жизнями миллионов и им, я не задумываясь выберу первый вариант. И даже буду готов поменяться с ним местами. НО его смерть стала для всех примером! Я ещё раз тебя прошу, оглянись! Вспомни как проходил Совет глав великих родов до и после!

— Он был хорошим человеком, — сказал Меньшиков.

— Он был магистром и вышел против магистра. Шансы были у обоих! И ты сам видел, что бой он мог выиграть, если бы Щеглов не применил новое оружие. Что касается остальных из рода Тьер, то больше с моей стороны нападок в их сторону не последует, даю тебе своё слово! Также подумаем над тем, как их род наградить. Но только уже после войны. — Александр поймал взгляд Меньшикова, который выглядел уже не таким обиженным, и спросил, протягивая ему руку: — Мир?

И недолго думая Меньшиков её пожал.

— Мир. Но брак Наталии и Тимофея Де Тьер должен состояться.

— Хорошо, — тяжело вздохнув кивнул Александр V. — И хотел тебе сказать, спасибо Данила, что ты рядом! Иногда у меня голова кругом идёт. Быстрее бы закончилась эта война…

— Так ты в наступление сам ходи почаще.

— Думаю завтра вместе и сходим, — улыбнувшись ответил император.

Меньшиков, заметно повеселев, сказал.

— Отлично! Это как нельзя лучше подымит дух наших солдат. А то мы уже засиделись у этого города.

— Ага, только в этом городе сконцентрированы все войска мятежников. А что ещё хуже, мне недавно доложили, что Империя Тан собирается помочь в борьбе за независимость нашим врагам.

Выдержав небольшую паузу, Меньшиков спросил.

— Разведка может ошибаться?

— Не думаю, — ответил Александр V, — но я на всякий случай отдал приказ, чтобы из столицы начали подвоз артефактного орудия и накопителей энергии.

— Про второе я знаю. Всё-таки по моему ведомству проходит запрос. А уж за твоей подписью я лично сам все документы просматриваю. — Ненадолго задумавшись Меньшиков предложил: — Сегодня на Совете глав я обращусь к ним, и расскажу, как может обернуться эта война.

— Хочешь, чтобы они вытащили всё оружие из закромов?

— А у тебя есть предложение получше? Мы оказались не готовы к этой войне, раз до сих пор топчемся на месте.

Ближе к вечеру я встретился с Цветкиной. По большому счёту она ничего нового мне не сообщила. Меньшиков в кругу семьи обсуждал возможность вернуть молодость с моей помощью, чем вызвал большое негодование у своей супруги. Она уже считала дни, когда тот откинет копыта. И иначе как ослом она его уже не называла. Хотя Цветкина сообщила, что и мать Светланы рассчитывает тоже омолодиться, но быть в браке с нынешним мужем в её планы не входит.

Эта новость дала мне пищу для размышлений, но при этом исцелять Цветкину я не стал. Информация хоть и была интересной, но я не мог назвать её ценной. А значит пусть трудится лучше и дальше! В отношении Клары я решил, что исцелю её лишь тогда, когда она сольёт мне информацию очень ценную. Та, которая её «привяжет» ко мне навсегда!

Я дал ей сорок золотых монет за информацию и наблюдал с какой алчной улыбкой она их взяла. Всё-таки правильно говорит Анри, хочешь, чтобы агент приносил тебе информацию, плати ему, и обещай ещё больше! Что в принципе я и делал в общении с ней.

Перед отлётом к нам подошёл Тимофей, который имел очень напряженный вид.

— Мама, — потянул он к ней руки, словно ребенок, и очень тихо прошептал: — здесь МОРФ.

Для меня услышать это было всё равно что обухом по голове получить. Я заметил, что у мамы буквально на секунду треснула маска, но она быстро взяла себя в руки и тоже обняла Тимофея, поднимая его на руки словно он ничего не весил.

— Где? — спросила Эмери.

— Возле корабля. Оно одето в одежду раба. Сейчас начнёт подыматься по трапу.

Мы аккуратно стали смотреть в сторону корабля, чтобы не привлечь внимание ВРАГА. И я на несколько долей секунды активировал зрение.

— Мама, нападать нельзя, — предостерег я. — Оно маг огня. А на корабле уже до хрена пороха в бочках. Если он взорвётся, думаю, здесь на несколько километров никого в живых не останется.

Юлизея

После того как Аяна Хрущева не вышла на связь, Юлизея сразу поняла, что задание она провалила. А ещё как не кстати остальные ликвидаторы находились на задании. Это значило только одно, нужно собираться самой исполнять контракт. Ведь, как говорится, «хочешь сделать хорошо, сделай это сам!»

Но Юлизея уже чувствовала проблемы с кланом сибирских энергетиков. И хоть она сразу оговорила кто является целью, но старейшин энергетиков это будет мало волновать. В следующий раз выкатят большую виру. И её придется платить. Ведь энергетики были лучшими убийцами магов. А чтобы расправиться с магом ранга магистра нужен либо другой магистр, либо энергетик!

Перед отъездом Юлизее пришёл ещё один заказ. Де Валишь писала, что необходимо срочно воспользоваться ситуацией и устранит князя Орлова, который проявил чрезмерное усердие по получению информации от их сородича. «Что ж, всё равно еду в ту сторону, так что почему бы и нет». — подумала она.

Путь морфу предстоял не близкий — из Москвы нужно было проехать больше трёх тысяч километров до Кемерово. И как всегда это было не вовремя. Ведь троюродная племянница императора только-только стала обращать внимание на её персону. И сейчас нужно было ковать железо пока горячо, но и не исполнить приказ вышестоящего руководства она не могла. Ибо она понимала цель! Захватив власть в мире, они смогут обезопасить свой вид от уничтожения. К этому должен стремиться каждый морф!

Когда Юлизея проезжала мимо земель Тьер, она узнала, что Талий Де Тьер мертв. Но она не стала строить иллюзий. В то, что это сделал нанятый ей энергетик, она не верила. К тому же подробности поединка Щеглова и Тьера ей рассказали в красках. Как и то, что все Тьер вернулись с фронта, чтобы отвезти тело главы рода домой.

Тогда ей в голову пришёл план. Она собралась убрать «видящего», хоть ей и не ставили задачу по его ликвидации. Но закон гласил «немедленно уничтожить в случае обнаружения». Незаметно пробраться к видящему может быть проблемой, куда легче кому-то не привлекающему внимание устранить его. По прибытию в Орск она отдала приказание боевой звезде, занимающейся её охранением, после отлёта корабля ликвидировать пацана.

Юлизея собиралась с относительным комфортом долететь до Кемерово, где станет ждать нужного момента для нападения на Орлова. А если её люди нападут на наследника Тьер раньше, то добираться до Кемерово придётся снова по грунтовой дороге, по которой нещадно трясла вонючая лошадь.

Пару дней наблюдения и она смогла принять облик одного убитого раба, грузящего тяжелые мешки с какими-то камнями, похожими на кристаллы. Единственной её недоработкой было то, что тяжеленые мешки ей придётся перетаскивать самой.

«Нет чтобы убить его после того как он завершит работу! — скрепя зубами несла мешок Юлизея. — Нет же, сначала сделала, потом подумала».

Уже в замке Тьер ей снова пришлось занять место раба, но уже работавшего на летающем судне.

Издалека до неё доходили звуки взрывов, будто бы конные стальные лавины сходились в сражении. Но выяснить она ничего не смогла, в противном случае была высока вероятность провалить своё прикрытие раба.

Когда она уже была на корабле и заносила снова эти ненавистные мешки, то любопытство её пересилило, и она заглянула посмотреть, что же там внутри. Но ничего, кроме каких-то странных камней, она не увидела. Зато в глубине трюма она увидела огромное количество бочек и пока никто не видит она открыла и увидела, что там порох. Уж характерный запах этого вещества она знала. Его использовали для строительства в Колониальной империи Бриттов, для быстрой добычи полезных ископаемых в карьерах или при строительстве туннелей в Гальской империи. Мысли насчёт пороха долго не покидали её голову. Ведь его перевозка на воздушном судне очень опасна. То количество не оставит шансов ни одному живому существу, находящемуся в воздухе.

Когда она поднималась с новым мешком по трапу, почувствовала на себе изучающий взгляд. Возвращаясь к телеге за новым мешком, её интуиция начала вопить об опасности. Она боялась себе признаться, что потеряла бдительность. И когда увидела, что на приличном расстоянии от неё стоит темноволосый ребенок, одетый в богатые одежды, то сразу поняла, что её обнаружил «видящий».

Как бы не старалась Эмери не привлекать внимание морфа, но ни у неё, ни у детей это не получилось. Ещё когда морф подымался по трапу в первый раз после обнаружения, Эмери заметила, как мужчина дернулся и еле остановил себя, чтобы не повернуть голову в их направлении. Сразу же после того как морф скрылся в трюме она отдала распоряжение, чтобы сюда поспешили маги и воины рода.

Долгие минуты ожидания и Эмери увидела, как морф спустился с корабля идя в сторону телеги с мешками. Но он уже смотрел прямо в их сторону. И скрываться больше не было смысла.

— Морф, — вышла вперёд Эмери, — сдавайся!

Расстояние между кораблём и морфом было смехотворным. Но на это и был наш расчёт. Если он активирует заклинание детонации, то сам погибнет.

— Людишки, — прошипел морф женским голосом. После этого она приняла свой истинный облик. При чём одежда на ней тоже изменилась. На морфичке была надета женская броня, на поясе висела рапира, которую она тут же вытащила из ножен. — Вы думаете, что я попалась? Но я видела, что находится на корабле! Стоит мне только захотеть и будет большой взрыв.

— Ты умрёшь первой! — громка сказала Эмери. — Погибнешь только ты, и своих целей, какими бы они ни были, не достигнешь! Мне поставить щит и сдержать взрыв не составит большого труда. Сдавайся! И я оставлю тебе жизнь!

— Ахах-ха, — рассмеялась морфичка. — Ты ещё скажи, что отпустишь меня! Я предпочту проверить выдержит ли твой щит, нежели сдамся вам!

— Но ты же сама умрёшь! — воскликнула Эмери. — А так у тебя останется возможность сохранить себе жизнь.

— Да? — хищно улыбнулась она. — И что ты потребуешь взамен за мою свободу?

Я думал, как выйти из этой ситуации. Такие же мысли были отражены у всех стоящих рядом с кораблём. Рядом с нами уже стояли Серек, Григорий и Михаил. А по периметру стояли воины Тьер.

— Брат, — прошептал я, — беги домой и найди сестёр. Спрячьтесь с ними в винном погребе.

— Я останусь с вами, — возразил он, но Эмери быстро поняла к чему я клоню.

— БЫСТРО, — сквозь зубы прошипела она и посмотрела на него сердитым взглядом. И он, не став ей перечить, побежал выполнять указание.

— Решили отослать мальчишку? — улыбнулась морф.

И когда она закончила эту фразу я услышал вскрик. Обернувшись увидел, что к шее Тимофея плотно прижат нож. Пятеро людей в серых плащах взяли в заложники брата. Они находились буквально в двадцати метрах от нас. Наверное, они собирались напасть на нас со спины, чтобы дать своей хозяйке возможность бежать.

— Дрянь, прикажи своим людям отпустить моего сына! — закричала Эмери.

— Как быстро меняется ситуация, неправда ли? — словно издеваясь произнесла Морф. — Только что ТЫ, — зеленокожая указала кончиком клинка на Эмери, — думала, что я в безвыходном положении. А сейчас всё перевернулось с ног на голову. Думаю, ты выполнишь всё, что я прошу, лишь бы мои люди оставили жизнь твоему сыну. Не так ли?

— Что ты хочешь? — спросил Серек.

— Думаю ты и так знаешь, — ответила она.

— Корабль? Тебе нужен корабль? — попытался угадать он.

— Раньше да, он мне был нужен. Но когда вы его заполнили порохом, то я не стану больше близко к нему подходить. А ждать пока вы его разгрузите ни у меня, ни у вас не хватит терпения.

— Ты его и так испытываешь! — громко сказал я. — Не играй с нами. Ответь, что ты хочешь за жизнь Тимофея?

— Ааа, — снисходительно улыбнулась она, — уникум нынешнего тысячелетия! Я же не ошиблась, тебя зовут Ярар?

— Приятно знать, что моё имя вашей расе уже знакомо. Юлизея, верно? — попробовал я угадать её имя. Да и других имён морфов я попросту не знал.

Ненадолго на её лице появилось удивление.

— Надо же! Вы смогли разговорить энергетического вампира! Если бы могла, я бы вам даже поаплодировала! — и видя, что её представление нас ни капли не забавляет, ответила. — Всё верно. Меня зовут Юлизея.

— У нас есть возможность договориться? — спросил я.

— Вы подымаете корабль, отлетаете на нём на безопасное расстояние, после чего взрываете. А я вместе с Тимошей покидаю вас.

— Как нам знать, что мой брат останется жив? — спросил я.

— Никак, — ответила она.

— Значит такое развитие событий нам не подходит, — сказал я. — Предлагаю магический договор. И мы делаем вид, что ничего этого не было.

— Этого мало, — не согласилась Юлизея.

В разговор включился Серек.

— Как насчёт переговоров с твоим руководством? Наше правительство в курсе, что ваша раса выжила. А также мы знаем о ваших подменышах. Но, думаю, мы найдём, что обсудить без вмешательства государственных органов.

Было видно, что Юлизея обдумывает это предложение.

— Касательно переговоров, — начала она, — у меня нет полномочий, чтобы дать ответ сейчас. Но я передам ваши слова. Однако, о чём вы хотите говорить? Ведь вы убили двоих морфов!

Я вначале забыл, что рядом с этим местом благодаря маме ушел в вечность морф, который напал на нас во время набора магов из крестьян. Второго морфа убил Ля Фисто при отражении нападения пиратов.

— Вы похитили Ярара, убили воинов его охранявших, покушались на жизнь Тимофея и ещё вы послали убийцу за Талием, — парировал Серек.

— Верно. Поэтому вопрос остаётся тем же. О чём вы хотите говорить с моим куратором? — спросила Юлизея.

— Мир заключали с куда большей кровью на руках. Главное, чтобы стороны могли договориться. Мы, как минимум, можем поговорить о нейтралитете! — сказал Серек.

— Говорить о нейтралитете, когда вы знаете, что скоро будет война? Вы меня что, за дуру держите? К тому же после смерти главы, ваш род ослабел.

— Разве? — улыбнувшись спросил Серек. Над ним образовалось семь пентаграмм и в небе появился большой огненный дракон. — Талий без сомнения был сильным магом, — продолжил Серек, — но он был не единственным магистром огня в роду!

— Ваш род без сомнения умеет удивлять! — с изумлением произнесла Юлизея, внимательно смотря на летающего дракона. — Так получается до недавнего времени у вас было три магистра?

— Кто знает! — с загадочным видом произнёс Серек.

Вероятно, так он намекал, что это не все тайны. И, возможно, магистров в роду Тьер больше.

— Хорошо, магический договор. Составляйте пункты, включающие, что мы в течение часа покинем ваши земли. Что никто нас не будет преследовать в течение следующих семи дней. Мы же пообещаем не активировать заклинание возгорания пороха, и не убьём больше никого в ваших землях.

— Не убьём больше никого? — напрягшись спросил Серек.

— Двух рабов я убила чтобы пробраться на корабль.

— Не скажешь зачем тебе понадобилось на него пробираться? — спросил я.

— Много будешь знать, плохо будешь спать.

Через час Серек от лица всех Тьер подписал договор, в который было включено более двух десятков пунктов. И когда Юлизея поставила свою подпись, её люди отпустили Тимофея. Эмери очень быстро подбежала к нему. Мне показалось, что она хочет атаковать людей, которые только что держали её сына в заложниках, но те даже не пошевелились. Мама остановилась перед ними и внимательно смотрела в лицо каждого, вероятно, запоминая их. Я подумал, что эти пятеро не захотят ещё раз встретиться с Эмери Де Тьер, магистром магии воздуха!

— При таких обстоятельствах я даже представить не могла, что разойдусь с вами миром. — прервала тишину Юлизея.

— Может нужно прекращать стремится к мировому господству? — спросил я.

— Что ты знаешь о нашей расе, ребенок? — с гневом спросила меня Юлизея.

— Только не надо слёз! — стараясь играть на её эмоциях ответил я. — Что вас отличает от большинства рас? Ничего. Тоже побыли немного в рабстве. Потом вас посчитали опасными и постарались уничтожить. Как и остальных пришельцев. Гномы, вампиры и эльфы решили сражаться. Вы же решили скрываться.

— Вы решили уничтожить всю нашу расу! — возразила Юлизея.

— Нет, — произнёс я, — те, кто хотел уничтожить вашу расу, уже давно мертвы. А в тебе и в твоих сородичах затаилась злоба, которую вы не можете обуздать.

— Такой наивный! — рассмеялась она. — Скажи, убей я твоего брата, ты бы стал мстить только мне? Или всем морфам?

— Всем морфам. — Юлизея хотела что-то сказать, но я, не дав себя перебить, продолжил: — Потому что вы не государство, в котором живут люди не причастные к политике и государственному устройству. Среди вас нет не причастных. Вы скорее организация с общими целями и без права выбора.

Я старался больнее её ударить. Но морфиня на это не повелась.

— Ух, как ты заговорил! — оскалилась Юлизея. — Так бы и вырвала твоё сердце.

После чего её облик стал меняться и моё сердце отозвалось тоской. И прежде, чем я успел что-то сказать, услышал.

— ТВАРЬ! — воскликнула Эмери. — Немедленно сними личину моего мужа, или я поклянусь, что по истечении недели я отправлюсь на твои поиски и, поверь, рано или поздно я найду тебя!

— Любимая, как ты можешь так говорить⁈ — продолжала играть на нервах Юлизея. Но почти сразу же её облик сменился на девушку на вид не старше двадцати лет. Внешность её можно было назвать обычной. Не красавица, не уродина. Просто обычная. Такую в толпе будет сложно найти.

— Уходи, — прошипела Эмери.

Морфиня подняла в примирительном жесте руки.

— Ладно-ладно. Шутка не удалась. Я же тоже должна была снять стресс. — И придав своему лицу серьёзное выражение: — Я передам ваши слова куратору. Если они захотят о чём-то с вами договориться, то сообщат об этом. Если же нет…

— Мы, как и раньше, враги, — продолжил я за неё фразу.

К этому времени рядом с нами стояли наши воины, которые привели шесть лошадей, на которых морфиня и её люди должны будут покинуть наши земли.

— На прощание я хочу сказать вам лишь одно. Мы не всех людей считаем врагами!

— Проваливай уже, — с гневом сказал Серек.

Когда всадники скрылись с территории замка, ко мне подошёл Серек.

— Не думал я, что мы вот так просто её отпустим.

— Без потерь точно бы не разошлись, — подумав, сказал я.

— Тут я вынужден с тобой согласиться. И мне не нравится её осведомлённость. Я могу понять почему ей известно твоё имя. Но зачем ей интересоваться Тимофеем.

— Может это как-то связано с тем, что он может отличать морфа от человека?

Дед ненадолго задумался.

— Кстати, а как он их отличает? — спросил он.

Я пожал плечами.

— У нас есть ещё пара часов до отбытия, пойдём у него и узнаем, — предложил я. — И кстати, у меня есть предложение кого ещё привлечь на этот разговор в качестве консультанта.

— Да? — с удивлением спросил дед. — Ну что ж, помощь нам точно не помешает.

Через сорок минут мы сидели в комнате Аяны Хрущевой. Помимо меня, брата и Серека, в ней были мама и Михаил.

— Зачем мы здесь собрались? — спросила Эмери. — И зачем этот обрубок находится здесь?

— Мам, подожди, ты на все вопросы получишь ответы. — После чего я обратился к Аяне: — Скажи, ты можешь отличить морфов от иных разумных.

— Разумеется. А ты разве нет? — спросила она.

Я отрицательно покачал головой.

— Но вот мой брат, — указал я на Тимофея, — наоборот может их видеть. А вот магию он не видит.

Теперь уже озадаченно на нас смотрела Аяна.

— Значит он тоже может развить магическое зрение, — сказала она. — Можно тренировать глаза и вы станете всё это видеть.

Со стула поднялась Эмери.

— Ты так говоришь, будто уже занималась подобным.

Хрущёва не выдержала взгляда, направленного на неё, и отвернулась.

— Я могу показать тренировки, которые проходят энергетики, если их дар развился примерно так, как у Ваших детей, — ответила Аяна.

— Дааа? — снисходительно сказала Эмери. — И что же ты хочешь взамен?

— Он знает, — указала она в мою сторону. На меня сосредоточились взгляды остальных, на что я сказал, что расскажу позже.

— То есть, если я начну заниматься по твоей методике, я тоже смогу отличать морфа от человека? — спросил я.

— Думаю, что да, — ответила она. После чего её глаза окрасились в алый цвет. — С тобой, — показала она на меня, — почти не должно быть проблем, — потом она посмотрела на Тимофея, — с тобой, в принципе, тоже, но у Ярара этот дар будет развит сильнее. Как я уже говорила, его тело больше похоже на наше, чем на ваше.

— Что ты имеешь ввиду? — напряженно спросила Эмери.

— Только то, что сказала. Спросите у него сами.

Мама выразительно посмотрела на меня и согласно кивнула. Обсуждать мои тайны с кем либо, даже с родственниками, она не стала.

— Аяна, я не потерплю ультиматумов! — сказал я. — Ты живешь в этой комнате и хорошо питаешься только потому, что за тебя попросили мои друзья. И я согласился на это потому, что ты показалась мне полезной. Ты перескажешь всю методику человеку, которого мы к тебе пришлём. Кстати, сегодня твоя нанимательница почтила нас своим присутствием. Может быть расскажешь зачем?

— Я простой исполнитель. Со мной такой информацией не делились. Да и времени прошло очень много. Я могу сказать только то, что она скорее всего была здесь из-за него! — показала она в сторону Тимофея. — Раз он видящий, то автоматически становится целью на ликвидацию.

— Почему? — спросил я.

— Потому что только они могут опознать морфов, — ответила она.

— А как же вы? Вы же их тоже различаете?

— Всё верно. Но обе наши расы пытались уничтожить остальные. Мы для них что-то вроде братьев по несчастью. Только младшие…

— То есть не равными? — спросил я. Аяна кивнула. — Но вы-то такими их не считаете?

— Нет, — ответила она. — Морфы погрязли в своих интригах. Понятия чести, морали и добра у них отсутствуют в понимании. Только выгода. Только власть. Но сами по пути развития личной силы не идут.

— Очень интересно слышать слова про мораль и доброту от наёмного убийцы, — с сарказмом сказала мать. Морф хотела что-то возразить, но мама послала в неё заклинание немоты, и та не смогла говорить.

— Думаю, нам нужно приступать к сборам. Григорий, на тебе остаётся управление замком в наше отсутствие. Если посчитаешь нужным, подымешь наших вассалов. Если будут проблемы просишь помощи у Светлара. Остальным я предлагаю идти собирать вещи и грузиться на корабль. Кемерово мы должны прибыть, когда уже стемнеет. Или наш план, как и имперские войска, могут перестать существовать, если корабль взорвётся рядом с лагерем.

— Ох, и затеяли мы авантюру с этим порохом… — проворчал Серек.

— Никто не думает, что мы на такое решимся. Порох в битвах не использовали уже больше полутысячи лет. Поэтому будем уповать на эффект неожиданности.

— Ладно, менять всё равно уже что-то поздно, — сказал Серек. — Через час встречаемся на корабле.

Империя Тан.

Сень Де Ло сидел на лошади и смотрел за горизонт. Под его командованием находилась армия в двадцать тысяч штыков при семи магистрах. Три дня назад они ступили в Славянскую империю через восточную границу. Путь для них не представлял опасности, ведь местные правители, или главы родов, как их тут называли, знали, что его армия идёт им на помощь.

Де Ло поднял к небу лицо и подумал.

Глупые варвары и такой же глупый правитель. Режут, проливают кровь друг друга, когда вокруг столько врагов. Хотя, чего он ждёт от глупых варваров, это его страна насчитывает более пяти тысячелетий. А этой всего чуть больше тысячи. Откуда им знать, как нужно жить? Но ничего, скоро война, и люди с красивейшим разрезом глаз покажут этим вонючкам как жить правильно! Сень Ло считал, что только люди азиатского происхождения могут понять красоту жизни.

Но за такие мысли он был не раз осмеян своими же собратьями. Но где сейчас они, а где он. Он — генерал армии, а насмешники либо не смогли подняться по вертикальной лестнице, либо вовсе мертвы.

— Генерал Ло, — вывел его из раздумий голос подчиненного.

— Что случилось? — спросил он, и потерев виски, добавил: — И зачем ты так кричишь?

— Господин, — ниже склонил голову подчиненный, — впереди небольшое село, а у нас заканчиваются припасы. Ваше приказание остаётся в силе?

— Да. Но никаких свидетелей быть не должно. Ты меня понял?

— Да, генерал Ло.

— Хорошо, но помни, отвечаешь за эту операцию головой. И берите как можно больше. Нам больше не стоит брать селения под нож. Скоро мы будем рядом с союзными войсками, и боюсь они не оценят, что мы грабим и убиваем их подданных.

— Доброе утро, внук, — произнёс Серек, увидев меня сидящим на полу палубы.

Я тоже поздоровался и посчитав, что разговор окончен, снова склонился над листами пергамента. Дед присел рядом, спросил меня, что я делаю.

Вначале я не хотел ему отвечать, но потом подумал, что возможно он что-нибудь мне подскажет. Передо мной лежали простейшие заклинания стихии воды. Именно она была ближе всех к магии исцеления. По крайней мере руны использовались почти одни и те же. Я же хотел разобраться почему у меня не получается использовать заклинания на большом расстоянии.

Ведь я мог бы воздействуя на своего противника погружать того в сон, замедлять кровоснабжение, закупоривать сосуды, в конце концов останавливать сердце!

У меня уже получалось погружать в сон своего противника. Во время нападения наёмников «Звездного дракона». Тогда я смог прикоснуться к магу, после чего погрузил его в сон. Но тогда мне повезло, ведь никто не рассматривает целителей за большую угрозу.

— Я хочу понять почему энергия целителей рассеивается в пространстве быстрее, чем у магов стихий, — ответил я.

— Хм, интересный вопрос. И что тебе удалось узнать?

— Пока я смог понять общие принципы. Не хватает словарей, — ответил я.

— Когда будешь дома, попробуй подойти к Светлару, — посоветовал дед. — В молодости он занимался созданием собственных заклинаний. И у него даже что-то выходило. Но потом он забросил это занятие. — посмурнев на последней фразе, закончил дед.

Когда дед заговорил про нашего родственника, я себя обругал нецензурными словами. Я снова забыл подойти к нему со свитком!

— Хорошо, дед, — ответил я. Но своё занятие не прекратил. Хорошо, что у меня появилось к кому обратиться за консультацией. Но я и сам уже много сил и времени потратил, чтобы разобраться в этом вопросе.

Дед постоял ещё немного, и видя, что я продолжил заниматься расчётами, пошёл дальше. Тем временем я активировал зрение и представил конструкт стихии воды, желая создать стрелу. И хоть использовал я конструкт магии воды, но надеялся, что, перенаправив привязку стихии на руну света, у меня получится создать аналог этого заклинания. И передо мной стали появляться символы, напитанные энергией исцеления, и я уже подумал, что вот ОНО! Но когда линии сомкнулись, заклинание просто рассыпалось.

После этого я ещё несколько раз попробовал провести то же самое действие, но результат был один и тот же.

Кончено же я расстроился. Хотя с другой стороны я сам не верил, что решение я найду так быстро. Остаётся надеяться, что после поступления в академию магии у меня будет время продолжать свои изыскания.

После того как Серек посмотрел, чем занимается его внук, направился к Эмери. Со дня гибели Талия они стали друг для друга якорем. Просто им обоим становилось легче, когда они находились в компании друг друга. Серек потерял всё равно что сына, Эмери — любимого мужа. Оба старались как могли не показывать на людях свою боль. Но когда оставались одни могли не скрывать своих истинных чувств.

Особенно тяжело было Эмери, которой очень часто приходилось успокаивать своих младших детей. И ей в такие минуты еле-еле хватало самообладания не расплакаться самой.

— Доброе утро, Серек! Что привело тебя в столь ранний час? — спросила Эмери.

— Кому ранний, а кто-то всю ночь провёл на палубе.

— Всё в порядке? Никто не заметил нашего приземления? — с беспокойством спросила Эмери.

— Да, всё в порядке, — ответил Серек. — Я сверился с картой. До ближайших селений порядка сорока километров. Так что всё прошло так, как мы и планировали. На наше счастье посреди этого леса был небольшой пятачок, в который мы идеально приземлись.

— Хоть это излишняя предосторожность, — начала говорить Эмери, — но учитывая сколько пороха в трюмах, то, наверное, так будет лучше.

— Безусловно, — согласился с ней Серек. — Ещё одна остановка и мы будем уже в окрестностях Кемерово. Эмери, ты уверенна в том, что мы собираемся делать?

— Да, — не задумываясь ответила она. — Разве у тебя возникли сомнения?

— Я боюсь, что когда мы продемонстрируем разрушительную силу этого изобретения, то больше личная сила мага не будет иметь никакого значения, — ответил Серек.

— Я тоже об этом думала, как и о том, что император захочет получить эти знания. И нам нужно будет продемонстрировать твою силу. Ночью мы взорвём крепость Кемерово.

— Да, это, кстати, интересная тема для разговора. Кто поведёт корабль на таран крепости? — спросил Серек.

— Ярар взял для этих целей трёх покорных, — ответила Эмери.

Ненадолго в каюте наступила тишина.

— Тебя не беспокоит тот факт, что он так легко распоряжается людскими жизнями? — спросил Серек.

— Раньше беспокоил. Но потом я стала понимать, что он просто принимает решения быстрее нас. Ведь рано или поздно мы сами пришли бы к этой идее.

— Когда ты так говоришь, то я сам начинаю задумываться, что другого более простого решения не нашёл бы.

— Кстати, чем он там занимается? — спросила Эмери.

Серек рассказал, что он успел увидеть, вызвав неподдельное удивление у Эмери. После чего он пошёл спать, оставив на «хозяйстве» леди Тьер.

Крепость Щеглова. Город Кемерово.

Щеглов стоял на самой высокой башне и смотрел вниз. Повсюду находились солдаты союзных войск.

«Мятежники, — горько про себя подумал Щеглов, — не согласившиеся преклонить колени перед истинным императором…». Князь ловил себя на мысли, что поверни он время вспять, то сейчас он и его люди находились бы по ту сторону реки Томь.

Прибывшие главы родов почти все до одного были молодыми людьми. Встречались и те, кому было больше ста лет, но они были скорее исключением. Но опять же, они не участвовали в прошлой войне. Юные идиоты, так он называл их. И сейчас Щеглов задумался, что очень странно это. Многие были достаточно сильными магами, чтобы их жизненный путь закончился раньше его.

Но его мысли оборвали события, происходившие где-то в городе, недалеко от его башни.

Снизу раздался женский крик, за которым сразу последовал мужской смех. «Снова какую-то несчастную будут насиловать.» — подумал он. Была мысль вмешаться, но он её быстро отмёл. «Надоело, как же мне всё это надоело. Не воины, а бандиты!» Днём его войска ещё могли навести порядок в городе. Но с наступлением ночи пьяные воины союзников, превращались в быдло. Потому он в первую неделю отдал приказ о выводе горожан из города. Благо, что здесь жило чуть больше пяти тысяч. Будь их больше, он не смог бы их прокормить. А пока было лето, он приказал организовать в десяти километрах от города палаточный городок. А дальше он надеялся, что они или смогут договориться о мире, или отодвинут войска императора от своих границ.

Щеглов ещё до начала военных действий был согласен отдать девяносто процентов всего накопленного железа императору. Он прекрасно понимал, что оно пойдёт на благо страны. Но отдавать бесплатно⁈ И плюс ко всему отдавать секреты артефактов, разработанных в его лабораториях, просто так? За обычное спасибо⁈ Щеглов предложил брак между императорским родом и его, но Александр V, ответил категорическим отказом. Сообщив, что его дочь почти что помолвлена.

Вот что мог предложить приграничный род Тьер императору, а империи? Заново стать молодым? Так Александр ещё не старый, чтобы думать об этом. Сильная армия? И где она с их лидером? Ведь в основном именно его войска почти месяц сдерживают имперские войска. А Талий Де Тьер мёртв. Но после сражения с ним Щеглов признался себе, что не будь у него алхимической бомбы, то, скорее всего, не он вышел бы победителем. С другой стороны, на войне все средства хороши. А победителей не судят!

Щеглов повернул голову в сторону входа на башню.

— Лена? — удивился Артём, когда его супруга вышла к нему.

— Тебя долго не было, я стала волноваться! — ответила его супруга.

— Скоро приду. Просто нужно было побыть одному. Лен, может тебе стоит вместе с детьми уехать к деду? — спросил Щеглов.

Она прищурила глаза.

— Нет, — твёрдо сказала она. — И не начинай подымать эту тему вновь. Мы уже всё решили. К тому же, нам нечего бояться. Войска Тан пришли, с ними семь магистров. Они уже показали свою силу при отражении атаки Меньшикова и Рюриковича.

— Теперь мы так называем венценосных особ? — попытался поддеть Щеглов жену.

— Я называла его императором, пока он не лез к нам в карман. И уж тем более с войной.

— Всё, что он потребовал, он потребовал на правах сильного.

— Мир меняется! — возразила она. — Ты на равных сражался с Меньшиковым! Ещё немного и с нашими изобретениями нам никто не сможет представлять угрозу.

— За то чуть не проиграл магистру! — со скепсисом ответил Щеглов. — Ты права, мир меняется. Но рано или поздно наши изобретения смогут скопировать или создать лучше. Однако самое страшное, что метеоритное железо заканчивается, и тогда вновь на первое место встанет личная сила.

— И что ты предлагаешь? — спросила Елена.

— Война рано или поздно закончится. Нужно вынудить императора первому запросить переговоров. И даже если другие рода откажутся, мы должны перейти на его сторону. Тогда мы сможем выторговать больше остальных.

— Просто так Александр V не простит нас, — с сомнением сказала Елена.

— Я думаю мы найдём, что ему предложить.

Императорский шатёр.

Меньшиков посмотрел на свою раненную руку, которую перевязали так, что только пальцы торчали.

— И что мы будем делать дальше? — спросил он императора.

Император тяжело вздохнул.

— Завтра Орлов отправится по окрестным землям собирать ополчение. У нас много убитых, после которых остались броня и оружие. Раздадим его. Таким образом восполним потери.

— Если их не обучить, то ополчение будет просто мясом, — возразил Меньшиков.

— У тебя есть другие варианты? — с потаённой надеждой в голосе спросил Александр V. Но Меньшиков отрицательно покачал головой. — Данила, тогда зачем ты мне задаешь этот вопрос? Может тебе напомнить, что крестьянам нужно заняться заготовками к зиме, чтобы не помереть с голоду? Или то, что многие из них не вернутся домой, оставив свои семьи без кормильца?

С каждым словом император все больше повышал голос. Но в какой-то момент он услышал стальной лязг, словно по дороге идёт колонна солдат.

Император удивился. Кому на ночь глядя не спится, что решил солдат погонять в шагистике. Он вышел из своего шатра, к которому уже подбегал вестовой, и не дав тому проронить ни слова, спросил.

— Чьи это войска?

— Государь, это воины Тьер, — поклонившись ответил воин. — Их старший ведёт воинов к мосту.

— Кто дал им приказ? — сердясь спросил император.

— Эмери Де Тьер, — ответил воин.

— Срочно вызвать её сюда! — приказал Александр V.

— Простите, государь, — ещё ниже склонился воин. — Леди Тьер улетела сразу после того, как отдала приказ на выдвижение.

— Тогда старшего войска! — закричал император. — Сюда! Немедленно!

Когда начало темнеть мы преодолели последние десятки километров и приземлились недалеко от лагеря войск Тьер. Серек и Эмери сразу же отдали приказ на сбор, а после выдвижение войск к Кузнецкому мосту. После чего поднялись на корабле в воздух.

Я отправил Корфа и Герека с учениками в госпиталь, чтобы они начали готовиться к приёму раненных. Михаил, я и Зес пошли к «безрукому» Антону, чтобы более подробно узнать о событиях, произошедших в лагере в наше отсутствие.

В итоге, пока он облачался, мы узнали, что атаку хвалённых архимагов мятежники отбили. Но хуже было то, что империя Тан ввела свои войска. В тот же день Александр V провел переговоры с генералом восточных войск в ходе которых он узнал, что их войско ни в коем случае не принадлежит империи Тан. Они частная военная компания. И когда он озвучил их название я и Зес с удивлением посмотрели друг на друга. Ведь они называли себя воинами «Звездного дракона».

Конечно государь им не поверил, но сделать по факту он ничего не мог. Слово было сказано. Все документы были предъявлены и перепроверены на несколько раз. А раз так, то никто не может запрещать наёмникам заключать контракт. То же самое касалось и императора, и его людей. Любой из них мог нанять воинов на стороне.

Когда колонна была построена, мы сели на лошадей и выдвинулась в сторону моста. Несколько раз к нам прибегали вестовые, и когда мы проходили мимо союзного лагеря нам поступил вызов к императору.

— Кто пойдёт? — спросил я.

Михаил ответил.

— По-хорошему нам лучше подождать Серека и Эмери.

К этому времени Серек и Эмери должны были уже закончить последние приготовления на корабле, и мама должна была спустить их на землю.

— Что мне ответить императору? — спросил вестовой.

Я посмотрел на Михаила, рассчитывая получить ответ.

— Ярар, я бастард. Это будет на грани оскорбления явиться к нему. — Я хотел было возразить, но он продолжил: — Мы пойдём вместе. А Эмери и Сереку передадут где мы находимся, после чего они присоединятся к нам.

— Хорошо, — ответил я. Посмотрев в сторону Зеса обратил внимание как напряженно он сжимает рукоять клинка. — Всё в порядке? — спросил я у него.

— Лучше бы нам дождаться твоего деда, — сказал Зес. — Рано тебе ещё объясняться перед архимагом.

— Друг мой, — произнёс я, — скоро будет такой грохот, что никому в лагере до меня не будет дела.

И мы отправились за вестовым в императорский шатер.

— Ярар Де Тьер? — удивленно произнёс Меньшиков, увидев меня. От него не укрылось, что у меня под плащом была надета стальная кираса, а в руках держу шлем.

— Моё почтение, Ваше Величество, — склонил я голову перед императором.

— Ооо, а ты тот самый уникальный ребенок, что творит чудеса? — изобразил улыбку на лице император. И хоть на его лице запечатлелась сильная усталость, глаза выдавали, что он внимательно следит за мной.

— Чудеса это дело рук Господа. Я придерживаюсь точки зрения, что это талант или способность человека и никого более.

— То есть Вы не верите в Бога, молодой человек? — спросил меня император. Я кинул. — А для чего тогда Вы вели переговоры с церковью?

— Это дела рода и никак не относятся к тому, что я здесь делаю. По таким вопросам Вам лучше ответил бы мой дед, Серек Де Тьер.

— Серек? — удивился император. — Не Эмери?

— Мой дед стал регентом Тимофея Де Тьера, сына Талия, — смотря прямо в глаза сказал я, — пока тот не сможет сам встать во главе рода.

Император уловил мой взгляд, но не придал этому значения.

— Скажи, Ярар Де Тьер, твой дед решил угробить воинов в самоубийственной атаке? Потому что по-другому я не могу охарактеризовать действия Вашего рода.

— Мы решили выплатить кровную виру убийце главы рода, — в тот момент я еле сдержался, чтобы не добавить слова «и его заказчику».

— Ха-ха! — по слогам произнёс император. — Мальчишка! — показал он на меня пальцем. — Перед тобой стоят два самых сильных мага Империи! На днях мы вместе атаковали эту крепость и нам пришлось вернуться на свои позиции! А вы решили одним своим войском победить армию, состоящую из тринадцати магистров и семидесяти тысяч обученных бойцов, вооруженных артефактным оружием⁈

— Да, Ваше Величество. — ответил я.

— Бред! Данила, пожалуйста, разберись! Нужно вернуть воинов в лагерь. После того, как старшие Тьер найдутся, сразу же их ко мне!

Сзади послышался шум и в шатёр вошли Серек и Эмери.

— Ваше Величество, — одновременно поприветствовали они императора. Я посмотрел на них и увидел, что оба смотрят на императора с презрением.

— Что вы устроили? — без предисловий спросил Александр V. — Не успели явиться как навели шороха на всё войско. Немедленно верните людей в казармы. Ни о каком наступлении не может быть и речи!

— Нет, — твердо ответил Серек, — никто не имеет власти лишать нас права кровной мести.

— Ты с ума сошёл? — заорал на него император. — Этот закон — пережиток прошлого!

— Да? — удивился дед. — Может Вы мне напомните, когда Вы или Ваши предки его отменили?

— Но у вас нет шансов на победу! С потерей воинов Тьер наши войска станут слабее, — попытался воззвать к разуму Меньшиков. — Мы и так стоим на грани поражения.

— Нужно было раньше думать, прежде чем отправлять Талия Де Тьера на тот поединок, — сказала Эмери.

В шатре резко похолодало. Никто не ожидал таких резких слов. Тем более, что они будут сказаны императору в лицо.

— Леди Тьер, — приблизился к ней император, заставляя всех напрячься. Даже Зес положил руку на клинок. — Вы смеете оспаривать мои действия?

Они стояли друг напротив друга не отводя взгляда. Казалось, что вот-вот начнётся самое эпохальное и, к сожалению, последнее сражение рода Тьер.

Но мама всё-таки смогла взять эмоции под контроль.

— Кто я такая, чтобы оспаривать решения императора, — после чего она склонила голову.

Александр V ненадолго остановился на фигуре матери, но потом перевёл взгляд на Серека.

— Вы отведёте воинов в свой лагерь?

— Нет, — ответил Серек, — сегодня ночью город падёт.

Император вновь задумался.

— Хорошо. Я не стану спорить с вами. Хотите погибнуть, и чтобы Вас запомнили глупцами, дело ваше. Но ни один воин союзников не подымет меч вместе с вами. И знайте, если вы проиграете, то брачный союз между твоим сыном, — посмотрел он на Эмери, — и моей дочерью будет разорван. Вы отдадите мне всю документацию с упоминанием об искусственных накопителях и подпишете договор, по которому никогда не станете использовать этот ритуал. Ты, — указал он в мою сторону, — будешь возвращать молодость по моему прямому указанию.

Со стороны казалось, что нас сейчас конкретно нагибают. Но если мы проиграем сражение, то только император сможет гарантировать нашу безопасность и продолжение существование рода Тьер. И разумеется бесплатно он этого делать не собирался.

— А что если мы победим? — спросил я.

Александр V сначала не понял кто его спросил об этом. И когда он взглянул на меня, засмеялся.

— По-побе-победите⁈ Ой, рассмешил. Поступим по-другому. Что ты хочешь взамен?

Серек хотел что-то сказать.

— Молчать, — приказал император, — пусть он говорит какую награду хочет за победу.

— Вы подпишете договор, что навсегда откажетесь от претензий о наличии у нашего рода ритуала исцеления и искусственного накопителя. И не станете препятствовать, когда мы будем использовать ритуалы в своих нуждах. Также Вы не станете изымать документацию по изобретениям, созданным в нашем роду. — С каждым следующим пунктом улыбка с лица императора спадала всё больше. — И Вы отдадите мне в жены Вашу племянницу.

— Кхм, — перебил меня Меньшиков. — А как же моя дочь?

— Я не думаю, что хочу моногамного брака, — тут же ответил я, вызвав у Меньшикова улыбку.

— Ты озвучил слишком серьёзные условия, — подумав сказал император.

— Так Вы всё равно не верите в то, что мы победим. Так что Вы теряете? — спросил я.

— Ребенок, я согласен со всем, что ты сказал. Но представительниц моего рода в жены ты не получишь. И не забывай с кем говоришь! — он посмотрел на Серека и спросил: — Ты согласен на выдвинутые условия?

— Да, Ваше Величество. — После чего он посмотрел на Эмери, показав на запястье.

Это значило, что у нас остаётся не так много времени.

— Вы торопитесь? — заметил это действие император.

— Думаю у нас как раз есть время подписать договор, — с хитрой улыбкой сказала Эмери.

Я заметил, как император напрягся. Наверняка он рассчитывал, что мы отступимся.

Серек и Эмери остались, чтобы быстро прописать пункты на зачарованном пергаменте. А мы тем временем поскакали к нашим войскам. Воины скорее всего не понимают, что происходит, и отсутствие представителей рода усиливали чувство беспокойства.

Я скакал на белом коне, а позади меня были Михаил и Зес. Лагерь уже не спал, разбуженный шумом, исходящим от наших воинов.

— Сколько у нас времени? — спросил я Михаила.

Он взглянул на артефактные часы и ответил.

— Семь минут.

— Как раз хватит.

Я проскакал всё войско, встав на верхушке склона, за которым скрывалось наше войско.

— Воины! Пришёл час, который должен решить судьбу Отечества. Помните, что вы сражаетесь за род Тьер, и взамен мы позаботимся о вас и о ваших близких! Уже утром, когда стервятники будут летать над полем, устланным нашими врагами, мы войдём в историю! Но это история не о нашей смерти! — Вызвав смех воинов воскликнул я. — Все страны мира, каждый разумный в самой дремучей глубинке совсем скоро узнает, как пятитысячное войско разгромило войско в пятнадцать раз превосходящее их.

Сейчас вы задаётесь вопросом «как»? КАК мы победим? Следуйте за мной! Прикрывайте друг друга! И мы победим!

После чего я слез с коня и встал в первую шеренгу с остальными воинами. Рядом со мной встал Зес.

— Ты думаешь, что творишь? — сквозь зубы процедил Михаил, подъехав ко мне на коне.

— Дядя, неужели ты сомневаешься в наших воинах? Я уверен, что они не дадут меня в обиду, — ответил я, вызвав одобрительные возгласы солдат.

Я не собирался произносить речь. Не собирался вставать в строй. Но когда я приехал к войску, то увидел страх в их глазах. Воинов подняли посреди ночи и отправили на передовую. Им никто толком ничего не успел объяснить. И только присяга роду заставляла их идти, не задавая вопросов. И эти люди боялись идти в атаку. Они видели, что никто из союзного лагеря не собирается выступать вместе с ними. Поэтому я сделал так, как почитал нужным.

У Серека и Эмери ещё было более пяти минут до тех пор как корабль на полном ходу влетит в крепость Щеглова. И они успеют прибыть к войску, но до этого времени я буду с ними.

— Юный господин, — спросил солдат, стоящий позади меня, — а сил у вас хватит, чтобы нас потом вылечить?

— Хватит! — И уже как можно громче добавил: — Вы главное крови старайтесь как можно больше в себе удержать. А я уж вас подлатаю! Ещё лучше прежнего будете!

— А чего мы ждём? — спросил меня второй боец.

— А как только стихия даст нам знамение, что наше дело правое, так сразу и выступим.

Наконец-то к нам прибыли Эмери и Серек. К ним сразу подбежал Михаил, который указал на меня. Они синхронно посмотрели в мою строну. Но почти в ту же секунду раздался громкий взрыв. И хоть мы находились за высоким холмом, но вспышка была очень яркой. Все воины резко стали прикрывать глаза руками.

Когда глаза стаи видеть вновь, я прокричал.

— А вот и знамение! Вперед! Покажем, как Тьер выигрывает битвы!

Поднявшись одним из первых на склон, я увидел, как пылает крепость и город вокруг неё. Рядом с нами проскакали лошади, на которых сидели Серек и Эмери. В небе появились воздушный и огненный драконы, которые полетели в сторону врага. Тем самым они сообщали противнику, что мы идём в атаку!

До моста мы добрались очень быстро. При свете от драконов, созданных Эмери и Сереком, я видел, что они добрались до другого берега, где уже вступили в сражение. Вспышки магии сверкали повсюду. И хоть это было опасно для них, но таким действием они выигрывали нам время на то, чтобы мы преодолели мост без больших потерь.

Зес, бегущий рядом со мной, прокричал.

— По левую сторону из лагеря выдвинулась армия «Звездного дракона».

— Так быстро? — удивился я.

Он лишь кивнул. Зес видел в разы лучше обычного человека.

«Семь магистров магии и десять тысяч солдат, — подумал я. — Главное, чтобы наш план удался».

Наша разведка доложила нам, что в среднем мост охраняют не более полутора тысяч воинов. Такого количества защитников противник считал будет достаточно для сдерживания Имперских войск до прибытия подкрепления из города. И в принципе, так и было бы, но теперь подмоги из города им ждать не следовало. Ведь крепость Щеглова разрушена, а город пылал огнём.

Когда я вместе с основными силами добежал до другого берега раздался первый звон клинков и сразу же последовал крик умирающих людей. Ни о каком построении речи не шло. Наше войско клином разбило небольшую оборону противника и расселялось по лагерю.

В схватке боя я разминулся с Зесом, но рядом со мной по вражескому лагерю бежали воины моего рода. И повернув голову в сторону шума я увидел, что нам дорогу преградил человек в оранжевой мантии, а рядом с ним было не меньше двух десятков воинов.

На лице мага отразился хищный оскал, и подняв руку в нашу сторону, он произнёс слова активаторы.

— Копье — дождь— первое заклинание пробило насквозь человека рядом со мной и ранило воина за ним. Их кровь неудачно залила мне глаза, мешая смотреть на противника.

— Щит — выставил я руки в защитном жесте. И наконец-то стерев кровь с лица смог увидеть, что образовавшийся купол уберег воинов рядом со мной от смертоносных огненных капель. Те, кто не попали под мой купол, уже лежали мертвыми, и на их телах при попадании ярких искорок кожа плавилась словно от магмы.

Я быстро взглянул *зрением* на вражеского мага. По силе он не был магистром, да он даже мастером не был! Но его заклинания были очень сильными. И объяснение ТАКОЙ сильной магии у него находилось на запястье — в виде наруча, выполненного из метеоритного железа.

Я понял это потому, что следующее заклинание было активировано через этот артефакт. И в мой щит ударило ещё большее по размеру копьё, после чего щит пошёл трещинами.

Все эти мысли пронеслись у меня в голове за какие-то мгновения. И я быстро достал из кармана заготовленный артефакт и, выдернув нить, кинул его в сторону вражеского мага.

— Прикрыть глаза! — прокричал я, сам отворачиваясь в обратную сторону.

Почти сразу раздался взрыв, который сопровождался яркой вспышкой. Во время моего броска у противника был активирован огненный щит. И я рассчитывал именно на то, что взрывной артефакт попадёт в него, помня, что таким образом он приведёт к детонации.

Когда я открыл глаза, то маг уже лежал на земле вместе с несколькими воинами, от которых исходил характерный запах горелого мяса. Но не всем повезло умереть сразу, некоторые были просто оглушены, другие всё-таки получили ранения.

Со мной стояло пять воинов Тьер, которые немного растерялись от произошедшего.

— Быстро добиваем всех. Никого не оставлять у нас за спиной, — приказал я, и первым подбежал солдату, к корчившемуся от боли, и нанёс удар в грудь.

Воины, получив приказ сразу приступили к его выполнению. Горячка боя не отпускала меня, а руки тряслись от нахлынувшего адреналина. Но тем не менее я, как и все остальные, занимался добиванием противников.

За моей спиной раздался крик, и когда я обернулся увидел, что моего воина ранил лежащий на земле вражеский солдат. Он уже стал подыматься и заносил удар саблей, но я удачно метнул свой клинок, который попал ему точно в подмышку. Лезвие наполовину вошло в тело врага, и он свалился, больше не подавая признаков жизни.

— Митя, Митя, — опустился на колени солдат перед раненным воином Тьер. — Брат, ну как же так⁈

— Он спиной лежал, и когда я подошёл, то резко рубанул по ногам, — истекая кровью ответил воин. Ноги я успел сберечь, а вот удар в брюхо… — кривившись от боли, не смог продолжить предложение раненный боец.

Я спокойно подошёл к лежащему на земле и сняв перчатки приказал.

— Охраняйте периметр. Хоть сражение ушло дальше, но никто не гарантирует, что здесь не могли остаться враги. — И посмотрев на рыдающего воина, добавил: — Успокойся, сейчас поставлю я твоего Митю на ноги.

После чего он помог мне снять броню и разрезать одежду на раненном. Когда я осмотрел воина подумал, что тот очень неудачно словил ранение. Не будь меня здесь, он истёк бы кровью и через пару минут уже умер. Удар пришёлся точно в печень.

Я сразу же активировал изумрудное свечение, направив его на рану. Мне повезло, что крови набежало не много и при использовании магии омоложения воин уже через пару минут сможет продолжить бой.

Когда я закончил, заметил перед собой Зеса, который с напряжением смотрел на меня.

— Всё нормально, — ответил я, видя, что он смотрит с беспокойством на моё лицо, которое было всё испачкано. — Кровь не моя.

В это момент к нам подбежал наш воин.

— Юный господин, — обратился он, и указал пальцем в сторону воинов, которые попали под атаку огненного мага, — есть ещё двое живых.

Я кивнул и быстрым шагом направился в указанную сторону, по пути к ним активируя зрение. И как оказалось сделал это очень вовремя. В одном из шатров я увидел ауру живого человека. Немного замедлившись я показал жестом, что вижу противника. И учитывая, что у меня светились глаза голубым свечением, то вопросов ни у Зеса, ни у следовавших рядом с ним воинов не возникло.

Зес словно вихрь влетел внутрь шатра, откуда я услышал только короткий вскрик, после чего *зрением* наблюдал как аура противника начала тускнеть, а тело заваливаться на землю.

В итоге, пока я дошёл до раненных в живых оставался только один. Но и ему я помочь не смог. У него было несколько ранений в области головного мозга, после которых он только чудом был ещё жив.

Я сообщил об этом присутствующим. Воины переглянулись, и один из них достал мизеркорд, или как его ещё называли — орудие милосердия, и нанёс удар в область сердца.

— Нужно двигаться дальше, — произнёс Зес. — Когда я отправился на твои поиски, войско «Звездного дракона», уже было на подступах к лагерю.

И стоило Зесу договорить как в небо устремились два смерча огненной и воздушной стихии.

— Кажись сражение уже началось, — с напряжением произнёс я.

Александр V и Меньшиков смотрели на пылающий город. По их лицам было сложно сказать какие эмоции их одолевают.

— А мальчишка хорош, — усмехнулся Меньшиков. — Смог тебя провести! Теперь ты не сможешь заполучить оружие, способное совершать такое, — указал он взглядом на Кемерово.

— Надеюсь они проявят благоразумие и сами всё расскажут.

— А не то что? — спросил Меньшиков.

— Данила, не делай мне мозг! — воскликнул император. — С таким оружием они в любой момент могут убить меня и захватить власть в стране!

— Здесь я с тобой соглашусь. И помогу тебе получить это секрет. Но отнять его ты у них уже не сможешь. Помни о договоре!

— Спасибо, — ответил император. — Думаю стоит подымать войска.

— Решил помочь им? Но если они проиграют, то ты и так заполучишь всё? — сказал Меньшиков, внимательно смотря на Александра V.

— Они уже победили! Даже отсюда видно, что крепость пылает в жутком огне. Если там остался кто-нибудь с мозгами, они занимаются тушением города. И это объясняет то, что из города до сих пор не выходят войска. — И сделав паузу, дополнил: — Тьер осталось победить только узкоглазых и всё.

— Так в чём проблема? Ты же занимался ослаблением рода Тьер!

— Данила, у меня такое ощущение, что ты у меня экзамен принимаешь. Если тебе так угодно, то если мы не поучаствуем в этом сражении и победу одержат Тьер, то и всю славу заберут тоже они.

Меньшиков кивнул и, сделав которую паузу сказал.

— Пойду подымать войска. Думаю, через полчаса сможем переправить первое подкрепление.

— А сам ты куда? — спросил император.

— Раз ты собираешься поучаствовать в этой заварушке, то и мне стоит отметиться. Схожу посмотрю может нужна моя помощь моим будущим родственникам. Да и хочется посмотреть научились ли чему азиаты за двести лет мира!

— Хорошо. — И чуть помедлив добавил: — Береги себя, Данила.

Император ещё хотел спросить почему его друг такой радостный, но потом понял, что сегодня ночью война перешла в завершающий этап, осталось только додавить врага и можно возвращаться домой! И эта мысль тоже подняла ему настроение.

Перед тем как бежать в сторону буйства стихий, я снял с вражеского мага его артефакт и положил к себе в карман. Позже я обязательно разберусь как он устроен.

— Ярар, сейчас не время собирать трофеи, — проворчал Зес.

— Слишком занятная игрушка, чтобы оставлять её здесь.

Зес ничего не сказал в ответ. Он дождался меня, и мы побежали за остальными воинами.

Когда мы выбежали из лагеря противника, то увидели, что наше войско было уже полностью построено. Я вместе с Зесом вышел вперед, где нашёл взглядом Михаила.

Дядя заметил моё приближение, после чего осмотрел меня с ног до головы.

— Цел, — успокоившись констатировал он. Потом Михаил показал в сторону родных. — Уже пятнадцать минут общаются. — Я посмотрел ту сторону, куда он указал, и увидел, что в трехстах метрах от нас стояли Серек и Эмери, а напротив них стояли семеро людей в разноцветных мантиях.

— Думаешь договорятся? — спросил я.

— Нет. Они видят перед собой вдвое меньшего противника, к тому же мы сильно уступаем им в магической силе. Вначале они уже пошли в атаку, но Серек и Эмери создали по стихийному смерчу посреди поля. И те решили провести переговоры. Думаю, они тянут время для чего-то!

— Тогда чего мы ждём? — спросил я. — Мы же обговаривали этот вариант!

— Не знаю.

Вдруг я увидел, в той стороне где стояли родные, как какой-то мужчина в военной форме присел после чего ударил по земле. Минуту ничего не происходило. И в рядах наших воинов стал раздаваться смех. Но я видел, как сильнейший магический импульс ушёл под землю. И сейчас там что-то происходило.

Земля задрожала. Многие из наших воинов не смогли удержаться на ногах и попадали на землю. Но я смотрел не на это! Посреди поля из земли стало что-то вылезать. Первой появилась огромная каменная рука, потом появилась голова, а следом вторая рука.

— Каменный великан, — со страхом в голосе произнёс Михаил. Стало понятно, почему тянули время азиаты. Наверняка такое заклинание требовало времени для его активации.

Когда великан вылез полностью, то перед нами предстал гигант пятнадцатиметровой высоты. Своим видом он внушал неподдельный страх.

Все смотрели только на него. И кто-то из солдат спросил.

— Почему он не нападает?

Но никто ему не ответил. Я хотел сказать, что пока идут переговоры, нападать считается бесчестным, но промолчал. Потому что надеялся, что дед и мама воспользуются возможностью, которая сейчас у них появилась.

Расстояние было очень большим, я слышал, как Серек кричит, но слов не мог разобрать. Это навело меня мысль, что совсем скоро начнётся очень серьёзная битва.

И как только я подумал об этом увидел, как Серек и Эмери что-то кинули в сторону противника. Активировав *зрение*, я заметил, как дед тут же послал заклинание возгорания пороха, и я сразу же прикрыл глаза.

Когда я повернулся, то увидел, что Серек и Эмери уже сражаются, но всего с тремя магами. Присмотревшись я увидел четыре тела на земле, которые не подавали признаков жизни. Но самое главное — голем разрушался. И я наблюдал, как энергия покидает его!

Рядом со мной раздался голос Михаила.

— ВПЕРЁЁД! ЗА ТЬЕР! ЗА СЛАВОЙ!

И воины кинулись вперед, не думая от том, что армия их противника в два раза больше.

Я тоже побежал, но не успел пробежать пары метров, как кто-то остановил меня за плечо. Оглянувшись я увидел Зеса, который с осуждением посмотрел на меня.

— Почему? — удивленно спросил я.

— Не сразу! Не первым! В строю ты не приучен сражаться, — спокойно произнёс он. — Когда начнётся свалка, только тогда мы вступим в бой. И в этот раз тебе лучше быть всегда у меня на глазах! — сверкнул он глазами в мою сторону.

— Хорошо, — согласился я. Ведь я понимал, что он сейчас прав.

Сзади нас я снова почувствовал вибрацию, и повернувшись назад увидел Меньшикова, который вместо транспорта использовал земляную волну, чтобы добраться сюда. Он промчался мимо нас, и сразу же вступил в сражение с азиатами.

— Видимо у нас хотят украсть победу, — сказал я.

В этот момент Зес, воскликнул.

— Началась свалка! Всегда держись рядом со мной.

После чего мы побежали к нашим воинам. Внезапно я услышал, как кричит Зес.

— С нами сражается Ярар Де Тьер! Покажем ему как выигрывают бой его славные воины!

— Оугхуу! — раздался звук сотен глоток.

Очень быстро мы оказались перед противником. И я впервые скрестил клинки с настоящим врагом. К моему удивлению я очень быстро с ним разобрался, и быстрым движением остриё моей рапиры прошлось по его шее. Краем глаза я заметил, что Зес внимательно следит за мной. И думаю в любую минуту он был готов меня подстраховать.

Следующий противник тоже был легко мной повержен. Вообще мне казалось, что многие двигаются медленнее меня. Эхом у меня отозвались слова энергетика, которая сказала, что я больше похож на них, чем на обычных людей.

Не помню сколько я так махал клинком, отражая и нанося удары в ответ. Пару раз я активировал магический щит, не успевая защититься обычным щитом. И почти сразу появлялся Зес, который быстро расправлялся с большинством противников вокруг меня.

В какой-то момент раздался громкий голос, который приказал армии «Звездного дракона» сдаваться, потому что все их маги погибли или сдались. И дальнейшее сражение бессмысленно. Почти сразу же враг начал бросать оружие на землю, и подымать руки вверх.

— ПОБЕДА! — прогремел усиленный магией голос Серека. — Да здравствует РОД ТЬЕР!

— УРА-УРА-УРААА, — раздались крики радости наших воинов, рядом с которыми кричал и я.

Приведя дыхание в порядок, я направился в сторону, откуда раздавался голос Серека. Когда я подходил к нему у мамы, стоящей рядом, увеличились глаза.

— Ярар, — быстрым шагом направилась она ко мне, — ты цел?

— Да, мама, — ответил я.

Она сердито посмотрела на меня, потом в сторону Зеса. Этот взгляд не предвещал ничего хорошего. Но на людях разборок она устраивать не стала.

— Бой окончен! Император с войсками переправились на этот берег. Мятежники запросили переговоров.

— А что будем делать с этими? — спросил я.

— Это пленные нашего рода. Если их не выкупят, то казним или обратим рабство. А что? — с не понимаем в голосе спросила она.

— Мама, их броня и оружие — у большинства из них артефакты! Нужно срочно разукомплектовать их и спрятать от чужих глаз.

Она кивнула, и посмотрела в сторону стоящего рядом Серека. Он быстро подозвал старших воинов, и начал раздавать указания, не забыв упомянуть, чтоб всех раненных срочно несли ко мне.

Увы, но отдых после боя мне ещё долго не светил. Раненым был чуть ли не каждый четвертый. Но и мои силы были не бесконечны. Я сразу вылечил только первых пятерых, которых мне успели принести, после чего отдал приказ, чтобы всех остальных отправляли в наш госпиталь.

Но даже лечение пятерых, прямо посреди поля, сильно воодушевило наших воинов. Ведь только что их товарищи истекали кровью, но проходит совсем немного времени, как они стоят рядом и смеются вместе со всеми.

Забираясь на коня, я заметил с каким почтением мне помогли сесть в седло наши воины. Врать не буду, мне очень понравилось такое отношение. Поблагодарив их, я подъехал к Сереку. Я напомнил ему, что нужно узнать где находилась лаборатория Щеглова. Ведь будет обидно, если она окажется не уничтоженной и их исследования попадут к кому-то другому.

— Государь, — поклонившись произнёс Орлов, — мы захватили командира армии «Звездного дракона». — Сказав это князь сделал жест рукой, чтобы пленника заводили в шатёр.

— Да вы что⁈ — обрадовался Александр V. — Какой замечательный у меня сегодня день! — и пока пленник не видел, подмигнул Орлову. — А почему Вы, князь, его до сих пор не повесили?

После этих слов азиат дернулся и что-то промычал, ведь кляп во рту не дал ему сказать ни одного внятного слова.

— Государь, он стал утверждать, что является генералом империи Тан. И настаивает, чтобы к нему обращались как к военнопленному.

— Да? — изобразил удивление Александр V. — Князь, напомните мне, разве не этот человек совсем недавно говорил мне, что он командир отряда «Звездного дракона» и никакого отношения к дружественной стране не имеет.

— Всё верно, государь. — Орлов поддержал игру императора. — Я тоже думаю, что этот человек сейчас врёт, чтобы мы его не казнили позорной смертью!

— Ну раз так, то я не вижу причин для изменения своего решения. Отдай его палачам. Пускай его вешают, — отдал приказ император.

Пленник заголосил словно его прямо здесь начинают резать.

— Государь, может он нам что-то хочет сказать? Разрешите я вытащу кляп?

— Хорошо, — согласился Александр V, — но если он начнёт умолять пощадить его, и рассказывать, что он отец тринадцати детей, то сразу вставляй кляп на место.

Орлов вытащил тряпку изо рта пленника.

— Хватит ломать комедию. Информацию за жизнь.

— Хм, — задумчиво произнёс император, — то есть тебя пытать даже не придётся? А как же я пойму, что ты говоришь правду?

— Думаю, у Вас, — посмотрел Де Ло на императора, — есть люди, умеющие отличать правду от лжи. К тому же я готов говорить при артефакте и заключить договор.

Император ненадолго задумался.

— Хорошо, я согласен. Но знай, если твоя информация мне покажется не интересной, то я всё-таки велю повесить тебя.

Когда Орлов и Александр V остались в шатре одни, Николай спросил.

— В их культуре этот поступок считается позором. Думаете он нам расскажет что-то важное?

— Ты плохо знаешь наших соседей! Слово, данное варвару, ничего не стоит! К тому же он мало что сможет нам поведать, другого бы в нашу страну не послали. Мелкая сошка, которой дали полномочия только для этой операции.

— Тогда зачем всё это?

— Затем, что он расскажет историю о том, как пятитысячное войско уничтожило армию в пятнадцать раз больше! О том, что моя армия хоть и простояла долгое в осаде под Кемерово, но одним ударом уничтожила всех мятежников!

Когда император закончил, он подошёл к бару и налил себе в бокал виски.

— Что стоишь? — спросил Александр V. — Хочешь, чтобы твой государь за тобой поухаживал? — показал он ему на пустой бокал.

Орлов улыбнулся. Не часто ему приходилось выпивать со своим императором. Потом он вспомнил, что вот так один на один — это будет как раз впервые.

— За что мы пьём? — спросил Орлов.

— Как за что? Конечно ЗА ПОБЕДУ!

Через полчаса в госпиталь привезли первых раненных. Первым ко мне на стол попал воин, у которого кишки выпирали наружу. Осмотрев его, я пришёл к выводу, что он собирал их по земле, а затем впихнул назад. Иначе я не мог объяснить то количество грязи в его ране. Сам солдат находился без сознания. И чтобы он не умер раньше, чем я излечил бы его рану, я влил в него энергию.

— Герек, — позвал я главного врача, — мне понадобится твоя помощь. — Пока он подходил я отправил слуг за соленой водой.

Когда он посмотрел на моего пациента, сказал.

— Ярар, ты потратишь очень много сил на него. Конечно решать только тебе! Но вспомни о нашем разговоре. Тратя время и силы на его спасение, ты можешь не успеть спасти жизни другим.

Я задумался, ведь Герек был прав. Ещё раз посмотрев на воина, который всё также находился без сознания, я решил, что не стану его лечить. И попросил слуг унести солдата с операционного стола.

Но в этот момент к воину подбежала Лилия Кузнецова, и сама стала обрабатывать его рану.

— Что ж вы за люди такие⁈ Он же человек. У него есть как минимум мать и отец! — с гневом воскликнула она. — Если бы это был кто-то из ваших родных, вы бы так никогда не поступили! — посмотрев на нас с Гереком со злобой прокричала она.

Мы переглянулись. Я знал, что он неровно дышит к своей ученице. И сейчас своими словами он мог потерять авторитет, который зарабатывал всё это время. Поэтому я пожал плечами, давая понять, чтобы он решал сам.

Он тяжело вздохнул.

— Хорошо, несите сюда мой инструмент. Ты, — указал он на Кузнецову, — будешь мне ассистировать.

Я встал рядом с Гереком. Он увеличил рану и достал кишечник наружу. Мы работали очень быстро. Герек промывал кишечник передавая его мне, а я исцелял его убирая мелкие раны. Один раз мне пришлось использовать свой дар омоложения. Это произошло, когда кишка порвалась на две части. Но с этим мы справились быстро. В процессе меня посетила мысль, что также мог бы приделывать отрезанные конечности назад. Главное, чтобы ткани не омертвели.

Потом мы убрали все инородные предметы из тела воина и промыли внутренности. Ещё пару раз мне приходилось использовать энергию омоложения. У воина останавливалось сердце, и я таким образом возвращал его назад в мир живых. Наконец-то я увидел, как ставится дренаж. Перед тем как Герек погрузил кишечник назад он установил его, поясняя каждое своё действие. И как оказалось в этом не было ничего сложного.

Потом я пропустил целительскую энергию в рану, и на этом наша с Гереком работа была окончена. Кузнецовой дали зашить пациента, а мы сами пошли к следующему раненному.

Примерно через два часа мне попался боец, у которого рука держалась только на коже. Вначале я хотел сразу ампутировать её, но любопытство было сильнее меня. Я позвал к себе на помощь ученика Герека, с которым выставил кость под правильным углом. После чего направил целительскую энергию. Весь процесс я контролировал с помощью своего зрения. И благодаря нему быстро понял, что с таким расходом энергии я не смогу вылечить даже его. Тогда же я активировал изумрудное свечение. И дело пошло на лад! Через двадцать минут только запекшаяся кровь свидетельствовала, что раньше в этом месте была рана.

— Воин, ты меня слышишь? — спросил я, направив в него энергию пробуждения.

Он открыл глаза, и в них отразилось недоумение. Но почти сразу его взгляд стал затухать, и он спросил.

— Как же я теперь без руки?

— Рано печалишься, — ответил я. — Руку я тебе сохранил.

Он, не веря услышанному, поднял её перед собой, и истерично засмеялся.

— Спасибо! Спасибо! — упав на колени и обнимая меня за ноги кричал он.

Пару минут воин не мог успокоиться, и не отпускал меня. В итоге я позвал воинов, которые стояли на входе в госпиталь, чтобы те оттащили его.

Через час я услышал, как около госпиталя раздаётся чей-то крик. Я как раз закончил ещё с одним пациентом, у которого наконечник застрял под лопаткой. Если бы не мой дар, думаю, этот воин тоже не выжил бы.

Когда я выглянул из шатра, то увидел, как ругается граф Долгоруков Дмитрий Евгеньевич, мой дед по материнской линии. Я подошёл к нему и услышал:

— Мой внук не будет лечить Суворова! Мне плевать, что ранен благородный. Я его благородство вот на чём вертел, — воскликнул дед, показав кукиш.

Рядом с Долгоруковым стоял Меньшиков, который с осуждением смотрел на него. Увидев меня архимаг обратился ко мне.

— Ярар Де Тьер, рад Вас видеть! Мой вассал ранен! Я прошу ему помочь!

Это была сложная ситуация, в которой я не знал, что делать. С одной стороны моя родня, с другой — один из сильнейших людей в Империи обращается ко мне с просьбой.

— Род Тьер, отказывает! — услышал я позади себя голос матери, ответившей вместо меня. Она встала рядом со своим отцом, и с вызовом посмотрела на Меньшикова.

— Леди Тьер, мы скоро станем родственниками, неужели Вы хотите, чтобы между нами возникло недопонимание в столь простом вопросе?

— Если Вы так ставите вопрос, светлейший князь, то мне ничего не остаётся как смириться с этим, — ответила она, и я видел, как Меньшиков уже начал улыбаться, но Эмери продолжила. — Если Вы захотите разорвать помолвку между нашими детьми, я всё пойму.

— Кхм, — произнёс архимаг. Он ненадолго замолчал. — Думаю, мы не станем принимать поспешных решений. Спишем этот разговор на эмоции, связанные со столь великолепной победой! — после чего Меньшиков развернулся и, дав команду своим людям, унёс раненного Суворова. Когда его подымали я заметил очень знакомый кинжал, торчащий у него в области сердца. Таким же клинком был убит морф, скрывающийся под личиной Долгоруковой.

Я повернулся к матери, которая напряглась, поняв, что я о чём-то догадался.

— Зес? — спросил я.

Она кивнула, но предостерегающе показала на деда. Я понял, что глава Долгоруковых не знает про то, кто избавился от человека, лишившего чести его дочь. А то, что Суворов не жилец, было понятно по характеру раны. В его ауре было характерное коричневое свечение, словно оружие, которым его ранили, было отравлено.

— Он в порядке, — ответила Эмери, чтобы не вызывать подозрений у отца. Мало ли почему я спросил про своего вассала. Самым простым объяснением было беспокойство за него.

Но дед не повелся.

— Значит это твоих рук дело? — спросил он, внимательно смотря на дочь.

Она отвела взгляд.

— Прости, — произнесла она. — Но я не хочу терять ещё и тебя.

— Ты настолько не веришь в своего ОТЦА?

— Верю, но рисковать не собираюсь, — ответила Эмери.

Некоторое время он смотрел на неё с осуждением, но потом на его лице появилась улыбка, после чего он обнял дочь.

— Всё-таки ты Долгорукова до мозга костей! — с гордостью произнёс он.

От них я узнал, что в Кемерово после входа наших войск начались уличные бои. Противник, оставшись без командования, которое сгинуло в крепости Щеглова, приступило к излюбленной части. К мародёрке! Но они никак не ожидали, что войска славянского императора окружат город и те не успеют покинуть его.

Этой ситуацией решила воспользоваться Эмери. Когда мимо них по мосту проезжал очередной отряд она увидела графа Суворова, скачущего в сторону Кемерово. Она тут же отдала приказ Зесу на его устранение. Правда, как он это сделал она не знала. Зес просто вернулся через пару часов сообщив, что всё выполнил.

Перед тем как Долгоруков нас покинул он пообещал, что вознаградит Зеса за его помощь в столь деликатном вопросе. Также напомнил Эмери, что она всегда может рассчитывать на его помощь.

— А где сейчас Зес? — спросил я, когда мы остались вдвоём.

— Он с Сереком занимается поиском лаборатории, — ответила Эмери. — Мы решили, что либо Серек, либо я должны находиться рядом с тобой. Так сказать, во избежание спорных вопросов.

Я поблагодарил её, после чего отправился снова в госпиталь.

С наступлением темноты в госпиталь зашла Эмери. Она сообщила, что нас вызывает к себе император.

— Кого это нас? — спросил я, смывая с рук чужую кровь.

— Тебя, Серека и, разумеется, меня. Вестовой передал, что он хочет просить, чтобы ты принял раненных из других родов. Хотяяя, — протянула она, — я думаю, что он хочет выведать у нас секрет нового оружия.

— А почему они сами не приходили? — спросил я.

Она ответила мне, что никого ко мне не пропускала. Ей даже пришлось пару раз применить силу, чтобы вразумить самых наглых.

— Неужели местные врачи не справляются? — спросил я. — Ведь раненых не должно быть много!

— В окруженном горящем городе мятежники поняли, что им некуда деваться и пощады им ждать не следует, поэтому сражались до последнего. Уж лучше погибнуть в бою, чем с петлёй на шее, — ответила она. — К тому же не преуменьшай свои способности. И не забывай, что, скорее всего, вопрос о раненых, это всего лишь повод…

Дождавшись Серека, мы пошли в центр лагеря, где располагался императорский шатёр.

Проходя мимо веселящихся солдат, я заметил воина, которому недавно прирастил руку. Воины не замечали нас, находясь навеселе.

— Я уже думал, что останусь калекой, — вещал он, стоя ко мне спиной, — но юный Де Тьер исцелил меня! Смотрите, — показал он на руку, — у меня даже шрама не осталось. А помните Грошку? Когда нас вместе везли в госпиталь, то он руками запихивал свои внутренности назад, а час назад его отпустили в лагерь! Ему сказали, чтобы он приходил каждое утро на перевязки, а через неделю пообещали, что разрешат даже выпить за нашу победу!

— Да ну тебя! Брешешь ты всё! — воскликнул солдат. — Не бывает такого! Да и к тому же, не верю я, что настоящий князь обычных солдат целил!

— Вот те КРЕСТ! — воскликнул солдат.

Я с удивлением смотрел на это. Редко мне приходилось слышать, как воины, обращались к Богу. Но в землях Славянской империи не было массового гонения церкви. Да и закрывали на это глаза, ведь какое дело, кто во что верит. Главное не навязывай своей веры другим, и уж тем более через силу, и никто на тебя внимание обращать не станет.

Мой задумчивый вид заметил идущий рядом со мной Серек.

— Это Михаил постарался! Завтра о тебе будут говорить во всём войске. А когда они вернутся домой, о тебе будут говорить во всей Империи.

— Много воинов пожелало пойти под нашу руку?

— Пока рано говорить об этом. Всех брать мы точно не будем. Но этим вопросом пусть забивает себе голову Михаил. Коли начал, то пусть доводит это дело до конца.

— Государь, — поклонились мы, когда предстали перед императором.

— Проходите, присаживайтесь, — указал он рукой на стол, на котором стояли различные деликатесы.

Пока он говорил я заметил, что в шатре, помимо Александра V, находятся Меньшиков и Орлов.

— Спасибо, Ваше Величество, мы неголодны, — сказал Серек.

— Смеешь отказывать своему императору? — изобразил гнев Александр V.

— Вы позволите говорить прямо, Ваше Величество? — спросил серьёзным тоном дед.

— Дозволяю! — высокомерно ответил он.

— Наш род остаётся верен Вам. Сегодня мы принесли победу нашей Империи и Вам лично. Но это не значит, что мы забудем обиду! Преломить с Вами кусок хлеба, всё равно что осквернить память Талия Де Тьера, — ответил Серек, посмотрев в глаза императору.

В шатре повисла тишина. На лице императора отразилась злость. Никто не смел с ним так разговаривать. Тем более теперь, когда его власть оспаривать было уже некому. Меньшиков поспешил к Александру V, но был остановлен жестом руки.

— Раз вы отказываетесь от моего гостеприимства, перейдём сразу к делу. — сердитым тоном сказал император. — Я хочу знать, чем была уничтожена крепость Щегловых. Заметьте, я говорю «знать», и не требую у вас выдачи документации по этому оружию.

— А есть ли разница? — спросил я.

Император перевёл на меня взгляд.

— Не рано ли тебе, отрок, говорить при старших?

— Не рано Ваше Величество! — ответила за меня Эмери. — Сегодня он вместе с нашими воинами сражался с врагом! К тому же это Ваш приказ явиться сюда в таком составе.

— Допустим, — произнёс Александр V. — Я так понимаю вы чего-то хотите взамен? Назовите свою цену. Но сразу говорю, метеоритным железом я расплачиваться не собираюсь.

— Ранее мы заключили договор, — сказал Серек, — И Вы отказались от одного условия.

— Напомните какого? — задумчиво спросил император.

— Отдать Ярару в жены деву из вашего рода! — ответил Серек.

От императора пошли волны энергии. И меня стало прижимать к земле. Но почти сразу рядом со мной встала Эмери и давление пропало.

— Это не приемлемо! — воскликнул Александр V.

— Думать нужно было прежде чем отправлять моего мужа на поединок с Щегловым! — прошипела Эмери.

— Ты думаешь с кем говоришь? — перешёл на крик император.

И в этот момент между нами встал Меньшиков.

— Думаю, всем следует немного поостыть. Всё-таки совсем недавно все здесь присутствующие вернулись из боя! — выделил он это слово, глядя на Александра V.

Они недолго смотрели друг на друга, после чего император отвёл взгляд и, налив себе в бокал вина, сел за рабочий стол.

— Вы хотя бы понимаете, что я могу уничтожить вас и ваш род? — спросил Александр V.

Мы промолчали, не став отвечать на этот вопрос. Клятва сюзерена не даст ему так поступить с нами. Война окончена, осталось только привести к покорности соседние земли. Но учитывая, что основные силы находились под Кемерово, то это будет выглядеть как простая прогулка. Конечно император мог придумать другие комбинации, но мы не слабый род и нам не пристало изображать из себя трусов.

И мы будем готовы если Александр V решит подставить нас, как сделал это с Талием.

— Я хочу, чтобы ты исцелил Суворова! — посмотрел на меня Александр V.

— Моя цена — рука Вашей родственницы моего возраста, — ответил я.

— Этому не бывать! — резко ответил он.

— Значит я его лечить не стану, — произнёс я.

— Ты смеешь мне перечить? — спросил император.

— Я назвал свою цену! — твердым голосом ответил я. — Вы её отказываетесь платить. А бесплатно работать я не собираюсь!

Немного помолчав, император сказал.

— Я услышал вас! И более не задерживаю. — Сделав небольшую паузу, продолжил: — Также я благодарю вас за вклад в нашу победу! В благодарность я отпускаю вас в домой. Дальнейший поход продолжится без вас.

Мы кивнули, после чего вышли.

Не став задерживаться у императорского шатра, мы пошли в свой лагерь. Уже было темно и Серек зажёг светляк над нами. Дойдя до своего лагеря, мы прошли в штабную палатку, где нас ждали Михаил и Зес. Оба имели уставший вид и, судя по стоящим на столе двум бокалам и початой бутылке вина, они уже начали праздник без нас.

— Что празднуем? — доставая ещё три бокала спросил Серек.

— Всего двести семь погибших! — радостно сказал Михаил, и отсалютовал бокалом в мою сторону. — Если все раненые выживут, то это будет окончательная цифра.

— Прекрасные новости, — согласился дед. — У нас тоже есть прекрасные новости. — И не став томить, сообщил: — Император, за вклад в сегодняшнюю победу, отпускает нас домой.

— Отлично! — обрадованно воскликнул Михаил, но видя, что никто, кроме него и Зеса, не веселится, спросил: — В чём подвох?

— Помимо того, что я вызвал гнев императора, — начал говорить Серек, потом посмотрел на меня и Эмери, — вернее будет сказать, что мы трое это сделали, то никаких больше наград нам ждать не стоит.

— А разве нам что-то ещё нужно? — спросил я.

— Должности, внук. Сейчас, когда император вернул власть в свои руки, вся политика страны будет происходить при его дворе. Ему нужно будет строить систему государственного управления почти что с нуля и распространить его по всей Империи. И все главы родов будут пропихивать на глав министерств своих людей.

— Чем нам это может грозить? — напрягшись спросил я.

— В открытую палки в колеса побоятся ставить. Уж точно не после сегодняшней демонстрации силы, — усмехнувшись сказал он. — Но вот тендер на государственные заказы нам вряд ли отдадут. Также могут начать финансово душить наших поставщиков и скупщиков. Для того, чтобы такого не происходило, должен быть соразмерный противовес. Так сказать, «не трогай моё, я не стану трогать твоё». Но, скорее всего, у нас такого противовеса не будет.

— Ясно, — сказал я. — Думаете совсем обойдут стороной?

— Нет конечно. Но дадут что-то незначительное.

— Медицина? — спросил я.

— Возможно и её, — не разобрав моего энтузиазма по данному вопросу, ответил дед.

— Ну вот и отлично! — воодушевленно сказал я. — Пока у нас есть это, — осветил я палатку изумрудным светом, — мы сможем многим диктовать свои условия. И продвигать свои интересы, не взирая на то, кто и где сидит.

— Но ты же уезжаешь через два месяца в столицу, — сказал Серек. — Или ты решил отложить своё поступление на год?

— Нет, я намерен начать обучение в академии с этого года! Но я постараюсь решить вопрос с транспортом, — ответил я.

— Ярар, — обратилась ко мне мама, — император не обрадуется если ты используешь метеоритное железо, проданное для нужд города, на новый летающий корабль. Думаю, ему также не понравится если ты создашь искусственные накопители для этих целей.

— Не волнуйтесь, — попытался успокоить родных, — я собираюсь сделать транспорт на основе воздушного шара. Если у меня всё получится, то проблема быстрого сообщения между нами будет решена. Как и по доставке больших грузов.

После этого я схематично нарисовал конструкцию дирижабля.

Следующим утром, после разминочного комплекса упражнений, я вместе с Зесом отправился в госпиталь. Нужно было проверить раненых, которых мы решили оставить на ночь под наблюдением, а также посмотреть на всех бойцов, пришедших на перевязку, аурным зрением. Может кому-то понадобится моя помощь и мне придётся заняться исцелением.

Идя по лагерю союзников, обратил внимание, что они начинают сборы, и первые телеги уже перешли мост в сторону Кемерово. Наверное, император не стал тратить время и решил завершить военную кампанию как можно скорее.

Вчера вечером я не заметил, что в центре лагеря стоит эшафот, на котором уже болтались пятеро людей с мешками на голове и табличкой с надписью: «Предатели Родины».

— Зес, — позвал я друга, — пока я буду в госпитале узнай кто были эти пятеро. — Вешать обычных солдат точно бы не стали. Значит это были благородные. А смерть, через повешение считалась одной из самых позорных для аристократа.

Он кивнул, и проводив меня до госпиталя ушёл выполнять поручение. Ближе к полудню, когда я уже собирался возвращаться в лагерь, ко мне пришла Эмери. Она сообщила то, что я и так видел с утра. Войска снимаются с места. Император разделил армию на пять групп, которые должны будут пройтись по землям мятежных аристократов и привести их к покорности. Командирами были назначены: Меньшиков, Орлов, Броф, Макаров и сам император.

Император выдал им верительные грамоты, в которых прописывались полномочия, которыми они будут обладать до особого императорского разрешения. Из слов Эмери я понял, что они сами будут решать кого пощадить, а кого казнить, и если из рода никого не осталось в живых, то назначать губернатора. И ДА! Эти земли переходили в собственность империи. Это было беспрецедентно. Даже до смутных времен, Рюриковичи никогда не захватывали земли угасшего рода. Назначался преемник из близкородственного рода или возвышали одного из вассалов прервавшегося рода. Но этому решению императора никто не перечил. Все запомнили, как поступает государь с неугодными людьми.

— И ещё, сын, — обратилась ко мне мама, — раз войска императора уходят, нас озадачили позаботиться о раненых солдатах, которых они не смогут взять с собой.

— Сколько? — тут же спросил я.

— Почти две тысячи, — ответила она.

— Всё-таки придумал как навязать нам своих солдат, — проворчал я. — А что Суворов?

— Ещё жив, — ответила Эмери. — Хотя яд давно должен был отправить его на перерождение.

— Этому может быть только одно объяснение, — подумав сказал я. Мама всем своим видом показала, что слушает меня. — На Суворове надет медицинский артефакт.

Ненадолго задумавшись, она произнесла.

— Думаю, это единственное разумное объяснение.

Когда я возвращался назад в лагерь, то меня догнал Зес. Он сообщил, что повешенными были вассалы Щеглова, которые отказались преклонить колени перед императором. Но, что странно, их семьи не лишись дворянских титулов. И их даже не стали выгонять из их замков.

— А Щегловы? Что будет с их родом? — спросил я.

— У погибшего главы остались дети. Их увезли в столицу. Зачем, и что их ждёт, мне неизвестно, — ответил Зес.

Прошло три дня с тех пор как последний солдат императора скрылся за горизонтом. С нами оставались только тяжело раненные, которым я всё-таки решил оказать профессиональную помощь. За это время мы с Гереком и Корфом подняли почти всех на ноги. И тут встал вопрос: а что нам делать с ними дальше? Никто никаких указаний на их счёт не давал. Ведь среди бойцов остались инвалиды без рук и без ног. Те, кто уже не сможет нести воинскую службу.

На очередном собрании Серек предложил желающих забрать к себе. А кто хочет пусть возвращается к себе домой своим ходом или идёт догонять императорское войско. Только никто не знал, в какой из армий находится тот или иной глава рода.

— Зачем они нам? — спросила Эмери.

— Это воины! — ответил дед. — И хоть они остались инвалидами, от них родятся сильные дети.

— Но они не смогут себя прокормить! Ты же не собираешься им платить зарплату только за то, что они спят с бабами? — спросила Эмери.

— Разумеется нет! Но даже безногого можно пристроить к работе. Было бы у него желание трудиться.

— Не знаю, — задумчиво протянула Эмери, — мне эта идея совсем не нравится.

— Антон тоже остался без руки, — влез в разговор Михаил. — Но ему сделали специальные застёжки к щиту, и он прошёл с нами всю военную кампанию.

— Он один на миллион, — возразила Эмери, которая была очень хорошего мнения о безруком воине. — Кстати, о нём. Я давно его не видела. Где он сейчас?

Серек ответил.

— На том берегу из леса вышли крестьяне, которые сообщили, что в лесу находятся гномы. Вот он поехал проверять.

— Гномы? — удивился я.

— Не обращай внимания. Им наверняка это привиделось. Наверное, в лесу скрывается много крестьян, и они приняли какого-то ребенка за гнома. Сам посуди, в такой глуши откуда им знать, как выглядят гномы. — закончив свою мысль, Серек повернулся к Эмери, спросил. — А почему ты вспомнила об Антоне?

— Талий хотел дать ему баронский титул, — ответила Эмери.

— Только не говори мне…

— Да, — перебила его Эмери, — он ещё один из бастардов его отца. Просто его дар не проявился. Но вы же понимаете, что существует большая вероятность того, что дар проявится у его детей.

— Император не пойдёт на это, — подумав сказал Серек. — Ему незачем плодить верных нашему роду благородных.

— У нас осталась пара грамот ещё с тех времен, когда он вернулся с похода на Артуил. Вот одну из них мы и используем. Подпись Александра V там уже стоит. Осталось вписать его фамилию.

— Я ничего не имею против, — сказал Серек. — Но прежде его надо женить. У тебя есть кандидатки? Или ты приготовила для него кого-то из благородных?

— Нет, она из мещанок, — ответила Эмери. — И в этом году заканчивает школу магии. У неё неплохие задатки к магии огня, которые помогут проявить кровь Тьер в наследниках Антона.

— Хорошо. По этому вопросу ничего не имею против. Что касается воинов, — посмотрел на меня дед, — тебе они нужны?

— Не знаю даже, — ответил я. — Слишком сомнительно, что затраты, вложенные в них, окупятся. Мне нужно время подумать. Хотя бы до вечера, — попросил я.

К вечеру вернулся Антон. Внимательно осмотрев вернувшийся отряд, я сделал вывод, что они недавно побывали в бою. У большинства доспехи и лошади были грязные, со следами запёкшейся крови.

— Раненые есть? — прокричал я, быстрым шагом направляясь в их сторону.

— Есть! Один легкораненый. Стрела вскользь по руке прошла, — ответил Антон, указывая взглядом на воина.

— Господин, — произнёс молодой солдат, — это всего лишь маленькая царапина. К тому же на мне всё заживает, как на собаке.

Я посмотрел на него и мне показалось, что я его уже где-то видел.

— Постой! — чуть ли не смеясь сказал я. — Это не тебе я на днях руку на место приделал? — он кивнул. — Так что ты голову морочишь? Ещё скажи, что в прошлую нашу встречу рука сама назад приросла!

От воинов послушался смех. Я же тем временем разбинтовал его руку и увидел, что рана и впрямь несерьёзная. Активировав целительную энергию, я быстро вылечил солдата и на руке не осталось и следа.

— Спасибо, господин, — поблагодарил меня солдат.

— Как тебя хоть зовут? — спросил я. — Как никак уже второй раз тебя лечу.

— Стас Михайлов, — ответил он.

— Где тебя так зацепило Стас? — спросил я.

Но вместо воина ответил Антон.

— Юный господин, в лесу на нас напали. Слава Стихии, обошлось без потерь.

— Разбойники? — спросил я.

— Да. Но это ещё не всё. Я хотел бы рассказать всё при регенте и леди Тьер. Они в палатке? — указал он на штабной шатёр.

Антон рассказал, что в лесу на них напали люди, которым отдавали команды гномы.

— Они не ожидали нашего появления, — говорил Антон. — На нападавших даже не было надето брони…

— А у них они были? — перебив Антона спросил Михаил.

— Да. После боя мы осмотрели лагерь. У них была оборудована землянка, где хранилось оружие и амуниция. Можно смело сказать, что нам повезло! Только из-за этого удалось обойтись без потерь. Мы посчитали спальные места, судя по всему, в этом лагере жило тридцать разумных. Мы сократили это количество на десять человек и двух гномов. Также я приказал все тела везти сюда, чтобы внимательно осмотреть их. Когда сражение закончилось, мы не стали преследовать сбежавших. Потому что в лесу те могли загнать нас в ловушку.

— Ты всё сделал правильно, — сказал Михаил. — Удалось понять, что гномы там делали?

— Не знаю. Но такого я раньше не видел, — задумчивым тоном сказал Антон. — В общем, мы нашли больше сорока столитровых бочек, которые почти все были наполнены кровью.

— Кровью? Все? — спросил я. — Вы нашли там человеческие останки? — спросил я, подозревая, что гномы создавали искусственные накопители.

— Нет, — ответил Антон. — Но мы нашли какой-то артефакт. Когда мы начали его грузить, из леса послышался голос, предостерегающий нас, что если мы заберем артефакт с собой, то из леса мы не выйдем.

— И что? Вы оставили его на месте? — спросил Серек.

— Нет, конечно, мы его сразу же начали грузить. В нас прилетели пара болтов, одним из которых и ранило Михайлова. Но мы закинули в ту сторону пару бомб, и они прекратили атаку.

— Ясно, — произнёс Серек.

В палатку вошёл воин.

— Прошу прощения, что прерываю, но господин Безруков просил, чтобы ему сообщили, когда приедет телега с прибором.

— Ну что же, пойдём посмотрим, что там соорудили гномы, — поднимаясь со своего места произнёс я. Ведь мне было очень интересно увидеть, что привезли из леса.

Ещё на подходе я активировал *зрение* и увидел, что в коробке лежит магический артефакт. Такой вывод я сделал, потому что энергетический фон был ярко-красного цвета.

Когда мы заглянули вовнутрь, то увидели красный прямоугольный предмет, к которому крепились две амфоры неправильной формы. От них шли две небольшие трубки, на концах которых виднелась запекшаяся кровь. Открыв крышку прямоугольного короба, я впервые увидел искусственный накопитель. Эту мысль я озвучил вслух.

— Ты уверен? — спросила меня Эмери.

— Другого объяснения, исходящего от этого прибора энергетического излучения, у меня нет. — указал я на трубки с рунами.

Она кивнула, после чего приказала перенести этот прибор к нам в палатку.

— Ярар, ты сможешь разобраться для чего он предназначен? — спросил Серек.

— А в живых точно никого не осталось? — спросил я у Антона.

— Точно. Разбойники, перед тем как отступить, добили своих раненых. И тех, кого не смогли поразить клинком, расстреляли из арбалетов.

— Плохо, — ответил я. — Тогда предлагаю включить его. Так мы быстрее поймём, его свойства.

Я внимательно осмотрел артефакт и нашёл на нём кнопку. Учитывая, что больше никаких рычажков я не увидел, то решил, что именно так этот артефакт и включается. Когда я уже собирался нажать, меня схватила за руку Эмери и попросила, чтобы я ничего не нажимал.

— А кто тогда его включит? — спросил я.

— У нас что рабов мало? — вопросом на вопрос ответила она.

Спорить было бессмысленно. Поэтому озадачив первого попавшегося покорного и отойдя на безопасное расстояние, мы приказали рабу включить артефакт.

— Ты нажал? — крикнул я, потому что не заметил никаких изменений.

— Да, господин, — ответил раб.

Тогда я активировал зрение, но снова ничего не заметил, только увеличившийся магический фон говорил о том, что прибор работает.

— Ты что-нибудь видишь? — спросил меня Серек, заметив свечение вокруг моих глаз.

— Нет, — ответил я. — Предлагаю подойти поближе.

Но когда мы стали приближаться к повозке, то пространство вокруг нас стало тускло-алого свет.

— Что происходит? — спросила Эмери, активируя щит вокруг нас.

Но ответ на этот вопрос мы получили от покорного.

— Господин, — прокричал он, — из трубок стала капать жидкость красного цвета.

— Как кровь? — спросил я.

— Да, господин, похожа на кровь.

Когда мы подошли, то и впрямь обнаружили, что на дно ящика, в котором находился артефакт, стекают капельки крови.

— Думаю, мы нашли ответ на вопрос что делает этот артефакт, — сказал я. — Но для чего им понадобилась кровь?

— Думаю, что у нас у всех вертится одна и та же мысль! — задумчивым голосом произнесла Эмери.

— Искусственный накопитель? — спросил Серек.

Она кивнула.

— Осталось понять, — продолжила говорить Эмери, — как они используют кровь для этого.

— Думаю, пока мы не попробуем создать собственный накопитель, не получим ответа на этот вопрос, — сказал я.

— Может стоит попробовать пойти по следу сбежавших? — внёс предложение Михаил.

— Опасно, — ответил Серек. — Ходить по сибирской тайге это не одно и то же, что по нашим лесам. Здесь и на зверя магического нарваться можно.

— Кстати о зверях, — подал голос Антон, — в лагере нашли три клетки с животными, их вместе с бочками должны были привезти. — И видя, как все на него смотрят, ответил на наш немой вопрос: — В двух по зайцу, а в третьей рысь.

— Магические? — спросил Серек.

— Не знаю, — пожал плечами Антон, — они находятся в кованых клетках, на которых нанесены какие-то руны. Думаю, никто бы не стал предпринимать такие меры для обычных животных. К тому же они больше раза в полтора обычного.

— Интересно будет взглянуть, — сказал я.

— А я думаю будет не лишним мне самой посмотреть на лагерь разбойников, — сказала Эмери.

— Мы же определились, что это опасно! — возразил ей Серек.

— Противника в лесу победили обычные люди, так что нечего переживать за меня. Быстренько слетаю, подожду когда кто-нибудь подойдёт поближе к лагерю и схвачу его.

Серек что-то проворчал, но спорить не стал.

Я же не став дожидаться маминого отбытия, пошёл осматривать мертвые тела. Зес, взглянув на их ладони сказал, что погибшие точно не землепашцы, а профессиональные воины. Но больше мы ничего узнать не смогли, никаких отметин, фамильных колец и украшений на них не было.

Бочки с кровью меня заставили задуматься. На всех крышках был артефакт стазиса.

К вечеру вернулась мама. И к моему удивлению прибыла она не одна. Она бросила на землю перед собой тело гнома. Когда я подошёл ближе удивленно воскликнул.

— Бибо⁈ Я начинаю думать, что тебе понравилось у нас в гостях!

Когда подоспевшие слуги сняли пленника с лошади и вытащили кляп, из его рта посыпалась отборная брань.

— Ты ведь узнала меня! — кричал третий наследник подгорного царства. — Для чего было унижать меня ещё больше, и везти словно какого-то простолюдина???

— Траин, твои люди сегодня днём напали на моих! — смеясь ответила Эмери. — Мне этого достаточно, чтобы посадить тебя на кол! И никто, не сможет предъявить мне обвинение за твою смерть.

— Я принц! Сильным мира сего закон не писан! Тебе ли этого не знать? — спросил высокомерным тоном гном. — Ведь случись что со мной, мои люди доложат и тебя просто-напросто кто-нибудь оскорбит из наших должников, и вызовет на дуэль, на которой ты сгинешь вслед за своим мужем!

Стоило Траину сказать эти слова, как он взмыл в воздух, и от него послышались характерные звуки удушения.

— Эмери! — воскликнул дед, но она никак не отреагировала. — ЭМЕРИ!!! — ещё громче крикнул он. И когда гном уже почти прекратил борьбу и его руки, она опустила гнома на землю.

— Не смей оскорблять память моего мужа и произносить его имя в подобном тоне. Ты даже мизинца на его ноге не стоишь! — нависла над ним Эмери, держа воздушный клинок в руке.

— Ладно-ладно, — поднял в примирительном жесте руки гном. — Был не прав, осознал и готов извиниться.

Когда Эмери отошла, я вместе с Сереком подошёл к гному.

— Дед, а все гномы мазохисты или только нам попадаются такие? — спросил я.

— Не знаю. На войне мы друг друга совершенно не жалели. И пленных не брала ни одна из сторон.

— Почему? — спросил я.

Но вместо Серека ответил Траин.

— Потому что от воинов родится сильное потомство. Незачем оставлять живых врагов, ведь от них родятся такие же сильные дети.

— Вот поэтому мы перестали брать пленных, — подтвердил слова гнома Серек. — Даже с эльфами люди так не резались, как с этой расой.

— Скажи ещё, что я не прав? — спросил Серека Траин.

Дед посмотрел на гнома с презрением.

— Знаешь, Траин, а мне и впрямь не хочется, чтобы рождались такие противные разумные, вроде тебя. Помнится несколько месяцев назад ты посмотреть в нашу сторону боялся. А тут уже поотвык! Так я тебе не друг, не брат и не сват. А ты не у меня в гостях. Ты мой пленник. И твоя судьба вновь в руках рода Тьер! Напомнить, как носки хозяина пахнут? Проведу суд по законам военного времени и лично запихаю в тебя камень покорного и всю оставшуюся жизнь будешь мне служить!

Взгляд гнома стал менее высокомерным.

— Я слышал, что Талий Де Тьер погиб. Хоть я успел наговорить много лишнего, но он был сильным и, что главное, умным врагом. Поэтому примите мои соболезнования. — И сделав небольшую паузу, продолжил: — Между нами не пролилась кровь, поэтому предлагаю разойтись по-хорошему и сделать вид, что вы не видели нас, а мы не видели вас.

— Во как завернул, — цокнул языком Михаил.

— И не говори! — поддержал беседу Серек. — Траин! Ты находишься в нашей Империи, нападаешь на воинов, состоящих на службе рода Тьер, который является вассалом Его Величества Александра V. Ты понимаешь, что нам без разницы видел ты нас или нет?

— Да знаю я, — огрызнулся гном. — Не думаю, что мне удастся скрыть от отца моё пленение. Поэтому давайте обсудим, что вы хотите за мою свободу.

— Так просто? — удивился Серек.

— А что тянуть? Раз она, — указал гном на Эмери, — не убила меня сразу, и даже после моих провокаций этого не сделала, то я делаю вывод, что вам нужна информация. Но я не смогу ничего рассказать, потому что на мне висят магические клятвы.

— Но тогда ты нам не нужен, Бибо, — обозвал я старой кличкой гнома, выводя его на эмоции. — Если ты не имеешь ценности, то нам проще тебя повесить.

Гном развёл руками, но ничего не произнёс.

— Связать и вставить кляп, — приказал Серек воинам. — Глаз с него не спускать.

Ночь прошла спокойно. И я на удивление смог выспаться и проснуться с хорошим настроением. Ведь сегодня мы должны выдвинуться в сторону дома. Единственное, что меня огорчало, это езда на лошадях. Домой нам придётся добираться около двух недель. И это в лучшем случае! А я очень отвык передвигаться на таком виде транспорта.

Когда я поднялся, обратил внимание, что койка Зеса уже пустует. «Наверное, — подумал я, — он уже приступил к разминке». И когда я оделся и вышел из палатки, убедился, что мыслил я в верном направлении. Но только он уже был не один. Рядом с ним стояли Эмери и Серек.

— Леди, руку выше! — строгим голосом сказал Зес.

— А Вы резче бейте! — повернулся он к Сереку.

Подойдя к ним я, разумеется, спросил, что здесь происходит.

— А на что это похоже? Мы тренируемся.

— С чего это вдруг такой порыв?

Серек опустил клинок и ответил.

— Раньше за род отвечал Талий. Теперь это предстоит делать нам. А как ты видел, маги, примерно равные по силе, сражаются с использованием стихийных клинков.

— Потому что клинок наполнен концентрированной энергией, — продолжил я его мысль, — и он легко проходит магический щит.

— Верно, — согласно кивнула Эмери. — Поэтому нам нужно подтянуть наши навыки.

Я кинул и приступил к разминке. После этого я провёл серию ката*, которым меня учил Зес. А в конце мы преступили к спаррингу.

*Ка́та — формализованная последовательность движений, связанных принципами ведения поединка с воображаемым противником или группой противников.

— Быстрее шаг! Клинок проходит не под тем углом. Так ты можешь подставить его под удар, и если он не сломается, то тебе сильно повезёт, — комментировал мои атаки Зес, полностью закрывшись в защиту. — Шире шаг! — Так он меня гонял минут двадцать.

Увидев, что я начал уставать, он прекратил наш спарринг. Следом за мной с Зесом скрестил клинки Серек. И во время этого поединка Зес не стеснялся в выражениях.

— Дааа, Ваш внук двигается быстрее! — подначивал его барон.

— Он моложе, так что не мудрено! — оправдывался дед, переходя к атаке.

Разумеется, Серек сражался стальным клинком. Ведь мало какой меч сможет выдержать удар стихийного клинка. Несколько десятков таких ударов, и клинок можно выбрасывать на свалку.

Когда я собирался идти умываться, услышал голос Эмери.

— Ярар, через час встречаемся в штабной палатке.

Я кивнул.

Закончив со своими делами, понял, что у меня оставалось ещё сорок минут, которые я решил потратить на разговор с Траином.

— Здравствуй, Бибо.

— Кхах, — скривился гном, — не называй меня так. Ибо нет смелости показывать силу над связанным противником.

— Странный ты! — удивленно произнёс я.

— И в чём заключается моя странность?

— Вначале ты показываешь какой ты храбрый, смелый, но стоит на тебя чуток надавить, ты очень быстро сдуваешься, — ответил я.

— Я бы посмотрел на тебя, как бы ты стоял один посреди воинов подгорного царства. Уверен, твоё поведение не раз поменялось бы с начала разговора и к его концу, — сказал Траин.

Немного задумавшись, я был готов согласится с ним. Но спросил другое.

— Зачем тебе кровь, Траин?

Гном взглянул на меня скептичным взглядом.

— Ты серьёзно рассчитываешь, что я тебе вот так просто всё выдам?

— В прошлый раз, так и вышло, — ответил я.

— Вы отравили моего брата, и заставили смотреть как он корчится в муках! Вы держали нас в холодных темницах и отказывались даже нормально покормить.

— Мы не посадили вас на кол! — воскликнув возразил я. — Не притворяйся белой овечкой! Ты и твой брат хотели похитить меня! Напали на нас и убили моих людей! Поэтому я предлагаю тебе самому пойти на сотрудничество и всё рассказать.

— Не имеет смысла, — тише сказал он.

— Повтори что ты сказал? — не разобрав его бубнёшь спросил я.

— Для меня всё это не имеет смысла, — сказал он. — Ведь я второй раз попал в плен! Это был мой шанс на реабилитацию за прошлый провал. Но я снова проиграл! — истерично произнёс гном.

— Может тебе следует попытать удачу в другой стране? — подначивая спросил я.

— Ха-ха-ха, — без смеха произнёс он.

— Не, ну серьёзно, что вам понадобилось в нашей Империи? — и я сам догадался, и тише продолжил. — Потому что у нас идёт война, а война — это кровь, которую вы так тщательно собирали. Скажи, как вам удалось создать артефакт собирающий кровь? Я осмотрел его, но не смог разобраться как он работает. Он что собирает пролитую кровь из пространства?

— Всё верно! — не стал отрицать гном. — Принцип работы я тебе не смогу объяснить. Сам его не понимаю.

— И какой радиус работы у накопителя? Почему вас никто не замечал?

— В радиусе полукилометра он способен вытягивать свежепролитую кровь. Но что интересно, из живых созданий кровь он не вытягивает! Представляешь⁈ Тот, кто его создал, гений! Ты ведь знаешь такое понятие как молекула? — спросил он. И я кивнул. — Так этот прибор на молекулярном уровне притягивает её к себе. Ночью мы спокойно пробирались к местам сражения. Особенно плодотворной была ночь, когда Кемерово пылал огнём. Превосходное зрелище! — облизываясь сказал гном.

— Вы нашли как заменить рабов? — спросил я.

— Да. После того, как ваш род рассказал императору для чего мы скупаем рабов, то на ваших рынках перестали продавать нам рабов. И хоть в вашей стране небольшой рынок сбыта покорных рабов, но всё же это потери.

— Ты не ответил зачем гномам кровь? — спросил я.

— Если бы и захотел, я бы не смог сказать, — ответил он. — Я подписал множество магических пергаментов. Но, думаю, твои родственники, да и ты сам, не такие тупые, как большинство остальных людей. Поэтому вы сами всё поймёте и без моей помощи. Скажи, вы уже создали магический накопитель? — спросил он.

— Нет. Мы не так легко относимся к человеческому жертвоприношению, как вы.

— О, какая сладкая песня для моих ушей! Какие благородные! — с сарказмом продолжал говорить он. — Посмотрим, как ты запоёшь, когда метеоритное железо начнёт заканчиваться в твоём роду, а купить вы его почти нигде не сможете. Как уровень жизни скатится к первобытному обществу. Как начнутся вылазки соседей, чтобы отобрать всё, что у вас осталось. Именно тогда я посмотрю, что вы предпримете!

— Ты хочешь сказать, что у вас уже давно закончилось метеоритное железо?

— Нет, — возразил он. — Но примеры государств, оставшихся без накопителей, нам хорошо показали, что нас ждёт если мы не начнём действовать.

— Ясно. И много вы смогли сделать искусственных накопителей? — спросил я.

Гном хищно улыбнулся, словно говоря: «Я что, на идиота похож говорить об этом?»

— А где твой брат Артак? — спросил я.

— Ооо, он уже должен быть дома. Не думаешь же ты, что мы собрали столь малое количество крови? Он отбыл с первой партией домой.

Меня долго мучила мысль как они собирались доставлять бочки до дома. И я озвучил свою догадку.

— Вы использовали воздушный корабль, чтобы пробраться сюда незаметно?

— Ахах-ха, — засмеялся гном. — Корабль? Один? Нееет! Мы использовали сразу три судна, чтобы перевести всю собранную кровь. И только из-за того, что не хватило места, я был вынужден остаться здесь!

Я очень серьёзно задумался.

Летающие корабли, скорее всего, пересекли границу Империи через земли мятежников. А так близко подлетели они под покровом ночи, как сделали это и мы. Но не это меня смущало. Совсем скоро корабли должны будут прилететь вновь!

— Я знаю о чём ты думаешь! — заговорил гном. — Но даже не думай, что вам удастся захватить наши корабли! Мало того, что они не приземлятся пока им не будет подан специальный сигнал. А если это всё-таки произойдёт, то в структуру корабля встроена система самоуничтожения!

— А мне кажется твой брат с удовольствием обменяет тебя на один из кораблей…

Траин высокомерно посмотрел на меня.

— Не считай себя самым умным. Это и многое другое наши аналитики предусмотрели. И мы скрепили наши договоры и клятвы собственной кровью!

— Жаль, тогда мне ничего не остаётся, кроме как сказать своим родным, что ты нам не нужен. Думаю, когда твой брат прилетит за тобой, ты ещё не успеешь разложиться до такой степени, что твоя голова оторвётся под тяжестью тела, — намекая, что его повесят, сказал я.

— Ты ещё совсем ребенок! — произнёс Траин. — Никто меня не казнит. Это, как минимум, не благоразумно. За меня куда легче получать выкуп, чем устраивать войну. — И видя скептичное выражение на моём лице, продолжил: — А ты что думаешь, если вы меня казните, то мой отец это просто так спустит вам?

— Думаю, да. Зачем ему сын неудачник, неспособный справиться со столь простыми задачами, и который уже второй раз позорит царский род Каменных! К тому же ты говорил мне про клятвы и договоры! А сам всё выдал как на духу. Ты, когда смотришь в зеркало и видишь своё отражение, тебе самому не противно?

Он со злостью посмотрел на меня, после чего отвернулся, дав понять, что разговаривать он со мной не намерен.

В штабную палатку я зашёл самым последним.

— Ты опоздал! — с укором сказал Михаил.

— Я разговаривал с гномом. — На мне сосредоточились взгляды родных. — Существует вероятность, что здесь скоро могут появиться гномы на летающих кораблях. И мне показалось, что Траин очень рассчитывает на то, что они его освободят. А учитывая, что он знает силу Эмери, то среди гномов будут маги как минимум равные ей по силе.

— Что ты предлагаешь?

— Гном проговорился, кровь используется в ритуале. Но не сказал каким образом. Также он спросил про то создавали мы сами артефакт или нет. Сообщив, что после его проведения нам станет всё понятно и без его подсказок. — Сделав небольшую паузу, продолжил: — Из самого простого, что мне приходит в голову, то, что кровь это и есть накопитель. Ведь если вспомнить слова гномов, когда они были у нас в первый раз, то они говорили, что после ритуала на месте жертвы остались высушенные остатки. То есть их лишили крови. В общем, я предлагаю самим провести ритуал!

— Нет! — отрезала Эмери.

— У нас есть магические животные! — предложил выход из ситуации я.

Эта идея не так сильно не понравилась Эмери.

— Допустим, — произнесла она. — Где ты хочешь его проводить?

— Здесь! Если всё получится, то нам не придётся тащить заполненные бочки с кровью с собой. А это лишние повозки под весь наш скарб и трофеи.

— Хм, — послышалось от Серека, — если ты не против, — он посмотрел на Эмери, — то я «ЗА» эту идею.

Эмери, немного подумав, тоже согласилась. Посовещавшись мы решили, что оттягивать некуда. Путь домой и так займёт много времени, поэтому было решено, что ритуал проведём сегодня же.

— Госпожа Валишь, — склонила голову Юлизея.

— Встань, — сказала Долорес. — Ты слишком много привычек переняла у людской расы. С каких пор морфы должны кланяться друг другу?

Юлизея улыбнулась. Раз начальница начала разговор не с крика, то её не сильно накажут за провал в Славянской империи.

— Вы правы, Долорес, — произнесла Юлизея, смотря в глаза своему непосредственному руководителю. — Моя последняя миссия в Москве требовала от меня полностью войти в роль. Эта императорская снобка и близко к себе не подпускала если замечала, что кто-то отходит от этикета.

— Да! — соглашаясь кивнула Валишь. — Аристократы в столице и аристократы на периферии абсолютно отличаются по складу характера. Все равно, что сравнивать песчаник и гранит. Один ломается, стоит на него надавить, а на втором даже следа не останется.

— Ну это как надавить! — лукаво улыбнулась Юлизея.

— Верно подметила. Но мы отошли от темы, — принимая более собранный вид, сказала Долорес. — Я успела прочитать твой отчёт по инциденту в замке Тьер. И знаешь, ты правильно сделала, что не ликвидировала Орлова. Если бы тебя раскрыли, то никто не знает, как бы себя повели после того Тьер.

— Вы рассматриваете вариант переговоров с ними? — спросила Юлизея.

— Да. Будет глупо не использовать эту возможность. Ты ознакомилась с отчётом по гибели главы их рода? — Юлизея кивнула. — Я, как и Совет, уверена, что род Тьер затаил большую обиду на императора. И то, что они предложили нам встретиться, говорит о том, что они готовы действовать.

— Вы так считаете? — удивилась Юлизея. Ведь она специально написала краткие выжимки, характеризующие представителей рода.

— Нет, конечно, — ответила Долорес. — Но я как-то должна была аргументировать твой и, что главное, свой провал. И у меня это вышло. Главное, что они дали мне полномочия провести переговоры с их родом. А тааам, — протяжно произнесла она, — я уверена мы найдём чем друг друга заинтересовать!

Немного помолчав Юлизея спросила.

— Какие будут дальнейшие приказания?

— Ты возвращаешься в Москву. Твоей задачей так и остаётся сближение с троюродной племянницей императора. Недавно к нам поступила информация, что к ней приедет Владимир, наследник славянского престола.

— Цель его прибытия уже удалось установить? — спросила Юлизея.

— Нет. Но если он появится, то сразу же присылай мне голубя. Скорее всего я выдвинусь к тебе, чтобы на месте быстро разобраться что к чему, и как нам по максимуму использовать эту ситуацию.

На третий раз я проверил все символы и линии, после чего дал знак маме, что мы готовы. Открытые бочки с кровью уже стояли недалеко от пентаграмм. Крышки от бочек мы решили убрать подальше, ведь именно на них располагались артефакты стазиса. И как они поведут себя во время ритуала мы не знали, а рисковать побоялись. Бочки были включены в общий рисунок, но разместить их внутри пентаграммы никак не получалось. Поэтому я слегка изменил расположение энергетических линий, которыми соединяли круг с жертвой и круг с кровью.

В качестве жертвы мы решили использовать одного из зайцев. Перед этим мне пришлось усыпить его. И только после этого я смог рассмотреть его магическим зрением. До этого мне мешали решетки, которые блокировали моё *зрение.

Его каналы были коричневатого цвета, что свидетельствовало о том, что у зайца была предрасположенность к магии земли. Правда очень маленькая. Мне бы очень хотелось изучить его, прежде чем вот так просто пускать под нож. Но я себя успокаивал тем, что у меня остались ещё один заяц и рысь. Последняя оказалась самкой, которая скоро должно была родить.

— Тебя там долго ждать? — вывела меня из задумчивости мама.

Я кивнул и артефактным кинжалом перезал зайцу горло. Положив в центр круга жертву, я вышел из пентаграммы, где меня спрятала под щитом мама. Но перед этим я послал энергетический импульс, активируя ритуал.

В небо ударил высокий красный луч, который прошёл сквозь облака. Он исчез также быстро, как и появился. У меня возникла ассоциация, что из-под земли только что ударил квантовый лазер, как из космического корабля.

После этого появилась яркая вспышка алого цвета, которая заставила зажмуриться, но свет был не настолько резким, чтобы закрыть их полностью. В центре пентаграммы поднялся алый ураган небольшой высоты, и он с каждой секундой крутился всё быстрее и быстрее, но вихрь ветра до нас не доходил. Он словно был от нас ограждён границами пентаграммы.

Спустя пару минут всё закончилось, и в самом центре пентаграммы мы увидели большой булыжник алого цвета.

— Уже всё? — удивлённо произнёс Серек. — Я думал, что, как минимум, будут взрывы и раскаты грома! А тут всего одним красным пульсаром обошлось.

— Пульсар? — переспросил я, услышав новое для себя слово.

— Оно больше всего подходит под описание, — сказал Серек, поднимая руку и произнося: — Pulsar уffecto, — и в небо ударил похожий луч, только оранжевого цвета.

— И насколько оно мощное? — спросил я.

— Хм, оно не так работает. Его сила зависит от силы, вложенной в него при его создании, и от того насколько близко от тебя находится враг, — ответил Серек.

Мы подошли к центру пентаграммы, от которой мало что осталось. Каждый символ был словно выжжен. Наверное, это произошло из-за того, что символы пропускали через себя всю силу, и просто выгорали от этого.

Первой подошла к образовавшемуся накопителю Эмери. Она аккуратно потрогала его, боясь сразу брать на руки. И хоть гномы под магической клятвой поклялись, что накопители, созданные таким способом, не представляют опасности, но перестраховаться стоило.

— На вскидку чуть больше пяти килограммов, — взяв алый камень в руки сказала она. — Ярар, посмотри в бочки. Они все пустые?

Я кивнул и быстро проследовал к ним. Быстрый осмотр показал, что всё пусто. О чём сообщил остальным.

— Получается на один килограмм железа, в среднем, нужно восемьсот литров крови, — подытожила Эмери.

— Это не всё, — сказал я. Все повернулись, и увидели, что я смотрю на камень магическим зрением. — Накопитель полностью заряжен энергией!

Замок Тьер

Когда Мария зашла в свою комнату, то немного удивилась, обнаружив в своей комнате своего брата-близнеца.

— Тимофей? Чем обязана? — официальным тоном спросила она.

Её брат сидел в кресле перед ней. И только человек, знающий близнецов, мог заметить, как сестра дорожит своим братом. Хоть её голос был строгим, но в глазах читалась доброта к самому родному на свете человеку.

— Они возвращаются, — ответил Тимофей. И сразу ответил на её немой вопрос. — Все живы!

— Слава Стихии! — с облегчением произнесла Мария, садясь на край кровати. — Но почему ты рассказываешь это в моей комнате?

— А все и так уже знают. Тебя одной не было на обеде. Так что… — ответил Тимофей, разводя руками.

— Ясно, — с улыбкой произнесла она. — Поэтому ты решил, сообщить мне лично?

— Да, — ответил Тимофей. — А ещё я хочу узнать, где тебя последнее время носит?

— Ничего особенного, — отводя взгляд ответила Мария. — Мне просто иногда хочется побыть одной. Вдали от слуг и всё этого…

— Хм, — послышалось от брата. — Маш, мы почти не говорили после смерти отца. И у меня возникает чувство, что ты отдаляешься от меня. Ты можешь рассказать, что тебя гложет?

Мария внимательно посмотрела на брата, словно раздумывая говорить ему или нет.

— Я не знаю поймёшь ли ты… — неуверенно произнесла она.

— Не попробуешь не узнаешь. Но ты же меня знаешь, я никому ничего не расскажу и внимательно выслушаю тебя. Вместе мы найдём решение твоей проблемы.

Мария ненадолго задумалась.

— Ещё в начале этого года, — начала она говорить, — я думала, что нам ничего не может угрожать, но теперь я в этом сильно сомневаюсь. Отец погиб! А я считала его одним из сильнейших людей на планете. И мне страшно! Кто теперь нас защитит? Мама хоть и старается казаться сильной, но она сломлена. Из неё словно выбили стержень. Пока они не вернулись на фронт, я постоянно слышала, как она плачет.

— Ты зря волнуешься, — улыбнулся Тимофей. — Наши родные нашли какой-то способ усилить магическую силу Серека. Насколько я понял, он теперь вышел на уровень магистра.

— Про это я уже знаю! Спасибо, что сообщил мне раньше, чем я узнала сама! — с сарказмом сказала Мария. — Но ты не задумывался, что дед может назначить наследником рода Ярара? Если сопоставить твои достижения и его, то ты, уж извини, проигрываешь ему.

— Никто не станет так делать. К тому же Ярар не хочет возглавлять род.

— И поэтому он строит город. Заботится о черни, строит больницы, организует обучение магии для них. Уезжает со взрослыми на войну, где зарабатывает очки популярности для себя.

— Не для себя, а для РОДА! — выделил слово Тимофей. — Он всё это делает для рода! — Он пристально посмотрел на сестру: — Маш, скажи, ты переживаешь, что брат решит возглавить род? Или что?

— Да. И тогда он меня выдаст замуж за какого-нибудь старика! — воскликнула Мария.

Тимофей аж поперхнулся, когда услышал, чего боится Мария. Он уже успел себе надумать, что она подозревает Ярара в подготовке переворота. Братоубийственной войны. НО ЭТО!

— Ахах-хах-ха, — засмеялся он. — Какой же ты ещё ребенок! — и видя, как сестра надулась, продолжил: — Тебе и Ярине в любом случае когда-то придётся выйти замуж. И, разумеется, твой брак будет, скорее всего, политическим.

— Вот именно! — подняла палец вверх Мария. — Другого способа усилить наш род я просто не вижу. Остаётся только брак с сильными родами.

— И ты боишься, что покинешь нас? — наконец-то понимая о чём пыталась сказать сестра, спросил он.

— Да, — ответила она. — Я не хочу отсюда никуда уезжать.

Брат сел рядом с сестрой на её кровать.

— Не переживай. Я не дам тебя никому забрать!

Окрестности Кемерово.

— Вы ещё об этом пожалеете! — воскликнул Траин, которому тут же всунули кляп, после чего посадили в телегу.

— Думаешь император оценит «прогиб»? — спросил Михаил у Серека.

— Император получит за него большой выкуп. К тому же я написал отчёт при каких обстоятельствах был задержан принц.

— Я так понимаю ни слова правды в нём нет? — вновь задал вопрос Михаил.

— Ну почему же, — ответил Серек. — Я написал правду, что они шпионили за нами, и когда наш отряд их заметил, то напали на нас.

— А про кровь?

— Тоже написал, — нахмурившись произнёс Серек. — Траин молчать не станет. И, как ты сказал ранее, я рассчитываю, что Александр оценит наш подарок.

Серек подозвал воина, которому передал отчёт. После чего солдаты вместе с пленником выехали на дорогу, по которой меньше недели назад уходили императорские войска.

В лагере никто не знал по какому маршруту двигались войска императора. Но после лечения личные воины императора решили, что им нужно идти нагонять своих. Мы снабдили отряд в сто человек лошадьми и повозками, после чего те отправились в путь. Сколько им понадобится времени, чтобы отыскать своих, мы не знали. Свою задачу Тьер выполнили!

— Пора и нам отправляться, — сказал Серек, наблюдая как солдаты разбирают последние палатки.

— А где Ярар? — спросил Михаил.

— Ааа, — махнул рукой Серек. — Вчера торговцы рассказали, что тут неподалеку, на берегу реки Томь, обнаружены рисунки первобытных людей. Не знаю почему, но они его очень заинтересовали.

— И когда он вернётся?

— Обещал к полудню.

— Ярар, ты можешь объяснить, что ты рисуешь? — спросил Антон.

Я указал ему рукой на изображение змеи.

— Видишь? — он кивнул. — Точь-в-точь такой же символ изображен на очень древнем свитке.

— Ты уверен в этом? Может просто совпадение? — спросил Антон, рассматривая изображение змеи, ползущей вверх по предмету, похожему на копьё.

— Конечно может! Но будет обидно, если я окажусь прав и придётся возвращаться обратно. Я очень надеюсь, что эти символы, — указал я пальцем на изображения ниже, — совпадут! И возможно, это поможет мне перевести написанное в свитке.

— Я уже не в первый раз слышу от тебя про свиток. Но почему ты так зацепился за него?

Немного подумав, я отложил письменные принадлежности, и начал рассказ.

— Когда я был в Египте, то мне очень часто попадались разноцветные свитки. Оранжевый или красный — это огонь, синий, голубой — вода, коричневый — земля, и серый — воздух. И при этом мне никогда не попадались старые свитки других цветов! И так было пока Анри мне не подарил зеленый! — Я поднял руку вверх, и пустил через неё энергию. — А ведь моя энергия зеленого цвета! — наглядно показал ему. — Возможно в нём описаны заклинания светлой магии. По крайней мере я на это очень надеюсь.

— Но ты же умеешь колдовать! — попытался возразить мне Антон.

— Вот именно, что нет! — воскликнул я. — Я просто направляю энергию на рану. Никаких конструктов и заклинаний я использовать не могу. И это не потому, что у меня не хватает сил. А элементарно у меня не хватает знаний! Сейчас же я просто голой силой тупо исцеляю и омолаживаю людей!

— Ясно. Тогда я не буду тебе мешать. — покряхтел Антон, не став забивать себе голову.

Ближе к полудню недалеко от нас мы услышали, как воют волки. К этому моменту я уже закончил перерисовать сохранившиеся до наших дней рисунки, и отправился в сторону Зеса и Антона.

Зес подал мне тарелку с похлёбкой и прошептал.

— Нас окружили!

— Насколько всё плохо? — тут же спросил я.

— Я насчитал больше десяти человек. Но скорее всего их больше. — ответил Зес.

— Дезертиры? — спросил я.

— Наверняка, — ответил Антон, спокойно поглощая пищу. — Ты сможешь накрыть нас своим щитом, когда всё начнётся?

— Да, — ответил я.

— Тогда приступай. Дадим им знать, что мы заметили их и готовы к нападению, — сказал Антон.

Я прикрыл глаза воображая, как нас окружает сфера. И почти сразу пространство вокруг нас окрасилось зеленым светом. Не прошло и минуты как в мой купол врезалось с десяток болтов, которые не нанесли никакого урона.

Вероятно, напавшие поняли, что их атака не возымела эффекта, после чего показались из леса. Осмотрев их, я пришёл к выводу, что оказался прав. Нас окружили бежавшие из Кемерово солдаты мятежных родов.

— Сдавайтесь! — крикнул мужчина с проседью в бороде. — И, если за вас заплатят выкуп, останетесь живы!

— Это я тебе советую скрыться с глаз в той норе, из которой вылез! — выкрикнул я.

— Ты думаешь артефакт вам поможет? Сколько хватит его заряда, когда мы постоянно будем по вам стрелять?

— А стрел то хватит? — с сарказмом спросил я.

Откуда воину было знать, что щит поставил я. Наверное, он подумал так, потому что щитов с зеленого цвета ему не приходилось видеть.

— Ты хочешь проверить? — оскалившись спросил он.

— А мы никуда не торопимся! — ответил вместо меня Антон.

— Мальчишку брать живьём. Остальных как получится! — крикнул вожак своим людям, после чего на нас двинулось порядка двадцати человек.

Зес положил мне руку на плечо, и показал в сторону скал. Проследив за его взглядом, я увидел небольшое ущелье.

— Отступайте в ту строну, — сказал Зес. — Я пока избавлюсь от стрелков, спрятавшихся в лесу. После чего нападу на этих.

— Думаешь справишься? — с сомнением спросил Антон.

— Да, — ответил Зес. — Они долгое время находятся в лесу, и сильно устали.

— Ну раз ты так говоришь, — не стал спорить Антон, — то действуй.

И по сигналу я на несколько секунд снял щит, выпустив Зеса, в которого почти сразу полетели стрелы из леса. Он очень быстро сблизился с несколькими противниками, которые прикрыли обзор для стрельбы лучникам, и выждав момент двумя быстрыми режущими движениями поразил противников. После чего скрылся за стволами деревьев.

— Вы думаете он сможет далеко уйти? — со злостью проговорил бородач. — Мои лучники сделают из него ёжика. Сдавайтесь! Это моё последнее предложение.

Мы не стали ничего отвечать, и пока Зес пробивал себе дорогу к лесу, отошли к ущелью. Вход был расположен под резким углом, благодаря чему в нас не смогут попасть лучники, скрывающиеся в лесу. В этот момент я очень пожалел, что не взял с собой арбалет. Кроме рапир, из оружия мы ничего не брали, понадеявшись, что на этом берегу Томи врага не должно быть.

Первый же воин выронил меч, ударив по моему щиту. Даже в такой ситуации я отметил про себя, что напавший взял слишком большой угол для рубящего удара, поэтому не смог удержать оружие, и наверняка схватился за кисть, которая должна порядочно болеть.

— Ай-йа-йай, — закричал этот солдат.

— Что случилось? — остановились рядом с ним остальные. — Тебя ранили? — спросил кто-то из его товарищей.

— Не знаю. Я ударил по этому дьявольскому щиту и у меня выпал меч.

Воспользовавшись заминкой, я на доли секунды снял щит, и Антон нанес удар по зазевавшееся воину, который мало того, что стоял спиной к нам, так его оружие было опущенным. Быстрый колющий удар по почке, и нас снова скрывает щит.

Воин сначала не понял, что произошло. Он с удивлением обернулся в нашу сторону, после чего силы стали покидать его, и он стал заваливаться на землю.

— Уроды! Убью! Теперь вам точно конец! — закричали нам дезертиры.

Ещё живого воина оттащили с дороги, и к нам подошли два закованных в стальную броню воина, держащие по копью и щиту в руках. Они начали наносить удары по щиту, стараясь, как я подумал, разрядить мнимый ими артефакт.

— Что вы там возитесь? Щит давно уже должен был спасть, — кричал вожак. — Больше силы вкладывайте в уда-ар-арх, — прохрипел он последнее слово, после чего упал на спину, и я увидел торчащую стрелу в его шее.

Среди дезертиров началась паника.

— Кто? Кто стрелял? — успел прокричать воин, и почти сразу же в груди появилось оперение стрелы.

— Сдавайтесь, — сказал вышедший из леса Зес. — Ваши товарищи в лесу мертвы. По законам Империи вас обратят в рабство. Но вы останетесь живы!

— Покорными нас хочешь сделать? — закричал один из дезертиров.

Отвечать Зес не стал. Ещё когда он начал говорить я заметил, что он отвёл ногу для сильного толчка, после которого он начнёт атаку. И почти одновременно с окончанием слов дезертира, Зес напал.

Возможно у противника и был бы шанс, постройся они в две шеренги и не подпускай к себе ликвидатора магов. Но такого шанса им Зес не дал.

— Снимай щит! — сказал Антон. — Я помогу ему.

Я так и поступил. Но только я вместе с Антоном выбежал из ущелья. Враги развернулись в сторону Зеса, и не видели нашего выдвижения. Почти одновременно мы нанесли своими клинками по удару в область подмышек закованных в броню воинов.

— Зачем ты пошёл со мной? Ты должен был остаться в ущелье под щитом! — прокричал Антон, парируя выпад клинка от быстро сориентировавшегося противника.

— Аааа, — закричал воин, напавший на Антона. Противник не успел среагировать на моё появление, чем уже я не преминул воспользоваться. Он упал с распоротым горлом, заливаясь собственной кровью.

Через пару минут всё было кончено! Зес и Антон ходили между лежащими телами и добивали выживших. Заметив шевеление около ущелья, увидел воина, который в начале боя выронил клинок, столкнувшись с моим щитом.

И почти сразу рядом с ним оказался Зес. Реакция друга меня всегда поражала. Он уже занёс клинок для удара, когда я прокричал.

— Не убивай его.

Клинок Зеса успел только поцарапать кожу на шее противника.

— Это неблагоразумно! — критикуя меня произнёс Зес.

— Давай узнаем кто они и что тут делали. Всё-таки они каким-то образом переправились через Томь. А убить его мы всегда успеем.

— Не убивайте меня, прошу, не убивайте! — закричал пленник. — У меня есть дети и жена! Я не хочу умирать! Пожалуйста, пощадите!

— Прекрати орать или ты не проживешь и этой минуты, — сказал я, приблизившись к нему.

Он кивнул поскуливая, после чего Зес связал его и подвёл поближе к костру, на котором он недавно готовил похлёбку. В моём животе сразу заурчало, ведь я, в отличие от Зеса и Антона, не успел покушать.

Не обращая внимание на пленника и на то, как добивают, а после осматривают погибших дезертиров мои люди, я наложил себе покушать.

— Отпустите меня, — подал снова голос пленник.

— Замолкни! — проворчал я, отправляя ложку с едой в рот. — Вдруг ещё кто-нибудь решит помешать мне нормально поесть.

— Но здесь никого больше нет. Только мы знали где находится брод через Томь.

Я порадовался своим мыслям.

— И давно вы перебрались на этот берег? — спросил я.

— После пожара, господин, — ответил он.

— Я не твой господин. А ты не мой слуга. Ты враг и за свои преступления предстанешь перед судом!

— Пожалуйста, не губите! — заныл он. — Я могу показать дорогу в хранилище Щегловых! — и видя, что я прекратил жевать и внимательно слушаю его, продолжил. — Мы не просто так перешли на этот берег. Мы шли как раз в его сторону. Оно здесь совсем неподалеку.

— А что ж вы так долго шли сюда? — спросил я, сомневаясь в правдивости слов.

— Мы ждали, когда императорские войска уйдут. Вчера мы заметили, что и Ваша армия тоже собирается выдвигаться. Тогда мы решили, что ваших воинов уже нигде не встретим и можно идти к хранилищу.

— Ты знаешь кто я такой? — спросил я.

— Да, — нервничая ответил он. — Ваше имя Ярар, княжич из рода Тьер. Поверьте, я не хотел нападать на Вас. Это всё Репов!

— Кто это такой? — тут же спросил я.

— Вон его тело лежит, — указал он на воина со стрелой в шее. — Он увидел возможность обогатиться. И большинство людей поддержало его, и вот к чему это привело, — опустив голову сказал он.

— А тебя как звать?

— Богдан. Богом данный, — ответил пленник. — Пожалуйста, Ваше сиятельство, отпустите. Меня дома ждёт семья. Дети.

— Замолкни! — приказал я. — Если доведёшь меня до хранилища Щегловых, то так тому и быть. Я отпущу тебя. Но предупреждаю сразу, с ними, — указал я на Зеса и Антона, — будешь договариваться сам. Сможешь убедить их, я буду не против.

— Но как же это? Как! — заморосил пленник. — Это же Ваши воины. Отдайте им приказ и всё.

— Они вассалы моего погибшего отца. Теперь они подчиняются регенту рода. Я не имею права им приказывать.

Воин задумался, после чего посмотрев на Зеса и Антона, которые закончив с делами внимательно слушали наш разговор, сказал.

— Посмотрите внимательнее на меч в руке Репова. Он хоть и выглядит как обычный клинок, но прежде его хозяином был князь Щеглов. Не знаю, как тот у него оказался, но каждый вечер Репов с него чуть ли не пылинки стирал. Он деревья им валил с одного удара, и на клинке ни одной зазубрины не оставалось.

Зес дошёл до тела со стрелой в шее и поднял клинок. Он взмахнул им пару раз, и посмотрев на меня неопределённо пожал плечами. Когда он подошёл ближе и передал меч мне, я посмотрел на него магическим зрением.

От него исходило голубое сияние и, что было очень интересно, с помощью *зрения* видел свечение символов, которых обычным зрением видно не было.

— На деревьях мы его проверять не будем. — сказал я, передав клинок Зесу. — Думаю, мы договоримся, — после чего мы начали собираться в обратную дорогу, которая как раз пролегала через скрытое хранилище Щегловых.

Богдан шёл впереди. Что бы он не предпринял попытки сбежать ему связали руки и срезали пуговицы на штанах. И ему приходилось постоянно придерживать их, чтобы не запнуться.

— Откуда ты знаешь про хранилище? — спросил я Богдана.

— Брат Репова работал в нём. У него была карта, которую он оставил без присмотра. Я же очень хорошо умею их читать, и сразу понял, где расположено хранилище.

И только он закончил говорить, как резко остановился, присматриваясь к извилистой вытоптанной тропинке.

— Ты хочешь сказать, что к хранилищу ведёт тропинка? — с сомнением спросил я.

— Думаю где-то должна быть дорога. Но если я правильно запомнил расположение хранилище на карте, то нам нужно идти как раз в ту сторону.

На первый взгляд это была всего лишь простая тропинка. И ступив на неё, я понял, что уже стою на каменной брусчатке. Я присел, чтобы на ощупь потрогать камень. Ведь всё это казалось неправдоподобным.

Оглянувшись назад я также видел Зеса и Антона стоящий рядом с пленником.

— Что тебя так напрягло? — спросил Зес.

— Иллюзия, — ответил я. Увидев, что они не поняли о чём я, попросил: — Идите сюда, вы сами всё поймёте!

— Что за…⁈- выругался Антон, увидев изменения в пространстве.

Я посмотрел на Зеса, он имел невозмутимый вид.

— Ты уже что-то подобное видел? — спросил я.

Он кивнул.

— В Египте, во время сражения у пирамиды Хеопса жрец показал нам небольшую нишу, в которой мы спрятались, чтобы устроить засаду. Для всех эта комната выглядела как стена. Мы всё видели, но нас не мог увидеть никто.

Пока мы шли, у меня возникло странное чувство, что за нами кто-то следит. С каждой минутой тревога начала возрастать. Я сообщил об этом Зесу и Антону, которые тоже выглядели напряженными.

Несмотря на неприятное ощущение мы продолжали идти вперед. И через несколько минут ходьбы мы увидели большой дуб. Взглянув на него *зрением*, я показал остальным на место, откуда исходит магическое излучение.

— Хорошо замаскировали, — сказал Зес, толкая дубовые доски, выглядящие, как кора дерева. И перед нами показалась лестница, ведущая под землю.

— Ну что, идём? — спросил меня Зес, беря клинок в руку.

— Да, — ответил я.

Я медленно спускался по лестнице стараясь наступать в то место, где ранее стояла нога Зеса. Следом за нами шёл Богдан, а за ним спускался по лестнице Антон.

— Зес, — шёпотом позвал его Антон, — возьми светляк. А то в такой темноте мы ничего сами не увидим, — с этими словами он предал Зесу небольшой артефакт.

— Где-то здесь должен включаться свет, — предположил я.

— Это место выглядит заброшенным, но всё равно старайтесь идти как можно тише, — тихо сказал Зес.

Вдруг сзади послышал грохот, и я не успев среагировать оказался под навалившимися на меня Антоном с Богданом и больно ударился ногой.

— Что у вас там происходит? — прошипел я, прикладывая руки к месту ушиба и пропуская через него целительскую энергию.

— Простите, — жалобно подал голос Богдан, — я запнулся.

— Ещё раз так сделаешь и ты навсегда останешься гнить на этой лестнице! — громко сказал Зес.

— А как же маскировка? — спросил я.

— Если бы здесь кто-то был, то нас бы давно уже обнаружили. С таким багажом, — указал он на Богдана, — в разведку не ходят. К тому же, — выставил он перед собой светляк, — я ничего подозрительного здесь не вижу.

Когда я спустился к Зесу, то увидел, что он уже стоит на полу. Зес переводил луч артефакта с одной стеклянной колбы на другую, показывая что здесь находится.

— Зес, посвети сюда, — попросил его Антон.

Как только свет указал в направлении, указанном Антоном, мы увидели небольшой рычаг, который, по всей видимости, был включателем. Антон опустил рычаг вниз и сразу же всё помещение осветилось артефактными светляками.

— Что это? — с удивлением спросил Зес.

— Похоже на лабораторию, — ответил я. — Но я ожидал увидеть что-то большее по размаху.

Обнаруженная лаборатория была небольшой по размеру, на вскидку где-то десять на десять метров. Никаких подсобных помещений, кроме уборной, в ней не было. Самый большой стол находился в центре, а у стен стояли высокие стеллажи. На них было множество различных колб и пробирок. Я медленно обходил каждый стол стараясь понять, что в них находится.

Подойдя к стеллажу поближе, я увидел человеческие органы в стеклянных емкостях, которые плавали в какой-то жидкости.

— Человеческие? — спросил меня Антон.

После его слов я ещё раз внимательно осмотрел ближайшую ёмкость и ответил.

— Да. Это человеческое сердце.

Антон кивнул. И пошёл дальше осматривать помещение.

«Нужно всё отсюда забирать, — подумал я. — Быстро я с этим разобраться не смогу.» Я как раз стоял перед столом, на котором было множество книг и журналов. И посмотрев под стол увидел, что ещё и под ним находится ничуть не меньше исписанного пергамента.

— Антон, — обратился я к нему, — скачи в наш лагерь. Сообщи остальным, где мы находимся, после чего бери с собой людей и не менее чем с пятью повозками возвращайся сюда.

— Пять повозок? — удивился Антон. — Ты хочешь всё отсюда забрать?

— Да. — ответил я. — И проследи за тем, чтобы в повозки погрузили деревянные ящики с соломой. Нужно как можно больше сохранить в целостности стеклянных приборов.

— Но зачем? — с не понимаем спросил Антон.

— Вот это, — поднял я стеклянную колбу, — стоит денег! И стекло такого качества в свободной продаже найти очень сложно. В общем я не хочу, чтобы это добро пропадало почём зря.

Антон кивнул, и потянув за собой Богдана пошёл наверх. Проводив их, я посмотрел на Зеса, который что-то усердно рассматривал на одном столе.

— Что это? — спросил он, заметив моё приближение.

Я присмотрелся, но не сразу понял, что передо мной находится. Аккуратно взяв в руки, я покрутил этот предмет в руках, чтобы убедиться в своих выводах.

— Зес, это очень похоже на оружие, которое использовал я в прошлой жизни, — внимательно разглядывая артефакт, сказал я.

— Оно оттуда? — спросил Зес, показывая глазами вверх.

— Не думаю, — ответил я. — Судя по корпусу, оно изготовлено на этой планете. Это кованое железо, — показал я ему на следы от ударов молотка. — Там, — повторил я за Зесом движение глаз вверх, — такого архаизма не делали.

Он кинул.

Положив пистолет на место, я пошёл изучать рукописи на столе. Через пятнадцать минут мне повезло, и я наткнулся на дневник ученого, работавшего здесь.

Когда до Орска оставалось не больше пары километров вдали показалась группа всадников. Зес уже положил руку на клинок, но быстро её вернул на поводья. И только я хотел спросить кого он узнал, услышал.

— Эмери, Ярар! — радостно голосом прокричал Григорий, которого я сразу же узнал. — Наконец-то Вы вернулись!

Мы слезли с лошадей после чего были обняты дядей.

— Как ты узнал, что мы скоро будем здесь? — спросила Эмери.

— Аааа, — махнул рукой Григорий, — Ля Фисто чудит! Он на границах наших земель организовал голубиную почту. И если появляются какие-то подозрительные люди, то из первого же попавшегося села отправляются голуби к нему и в замок Тьер.

— Хорошая идея, — внимательно выслушав ответил я. — Дядя, почему тебе она не понравилась?

— Да, неее. Всё нравится. Просто непривычно, — улыбаясь ответил Григорий. — Ладно, давайте продолжим путь домой. Вас очень ждут в замке. Они даже хотели выехать вместе со мной навстречу. Но, слава Стихии, баронесса Балакина смогла уговорить детей остаться дома аргументируя это необходимостью приготовления ужина и спален для отдыха. Так что готовьтесь, сегодня будет праздничный ужин.

— Дядя, мы очень устали в дороге. Нам бы помыться и поспать, — сказал я.

Он посмотрел в мою сторону, и я заметил, что он жует губу, как бы раздумывая говорить мне что-то или нет.

— Ярар, я не обучен вести высокие политесы, поэтому скажу прямо. После смерти Талия дети замкнулись в себе. Я, Ронак и даже Светлана Меньшикова старались их хоть как-то развеселить, но это помогало ненадолго. И если сегодня ужин отменится, это очень сильно их расстроит.

Эмери произнесла.

— Значит мы все сегодня будем праздновать наше возвращение. Хорошо? — посмотрел она на меня и на Зеса. Мы оба кивнули. После чего она спросила: — Что нового произошло в наше отсутствие?

— Эмери, — начал отвечать он, — я обо всём докладывал вам голубиной почтой. И больше мне добавить нечего. Разве, что Ронак ежедневно тренировал Тимофея владению клинком. Недавно я решил тряхнуть стариной и скрестил с ним клинок, — перевел он взгляд на Зеса, — твой сын очень хорошо им владеет. Я смог его одолеть только за счёт хитрости. — Зес, услышав слова Григория, посмурнел, что не укрылось ни от кого. — Барон, я Вас чем-то обидел? — спросил Григорий.

Прекрасно зная, что на уме у Зеса, я рассмеялся.

— Дядя, Вы только что очень сильно подставили Ронака. Теперь он не покинет тренировочное поле, по крайней мере на своих двоих.

Григорий не ожидавший такой реакции и поняв в чем дело, воскликнул.

— Но он же почти меня победил! Я старше и сильнее семнадцатилетнего юнца! Не понимаю…

— Григорий, — наконец-то обратился к нему Зес, смотря прямо в глаза. — Мой сын не мог проиграть! Я видел уровень Михаила, и помня Ваши слова, что он более искусен с клинком, Ронак обязан был победить. Скорее всего он снова отнесся к поединку несерьёзно! Именно по этой причине я отказался брать его с собой. И пока я не выбью из него эту дурь, в битве ему делать нечего!

— Но ты же брал Ярара в бой. Хочешь сказать он подготовлен лучше? — спросила Эмери.

— Леди, Ваш сын — гордость для учителя, — поклонившись ответил Зес. — Совсем скоро я смогу полностью доверять ему свою спину. Думаю, к тридцати годам у него есть все шансы обойти меня в мастерстве владения клинком.

— Так долго? — возмущенно спросил я, чем вызвал улыбки на лицах у остальных.

— Кхм, — поперхнулся Зес. — Может я и преувеличил, но ненамного. Если бы ты уделял больше времени клинку, то достиг бы мастерства гораздо быстрее. К тому же, Ярар, не забывай, что я измененный. Мои физические возможности выше, чем у обычного человека. Ты хоть и маг, но твоя способность к целительству в бою мало чем тебе поможет. Я не смогу научить тебя использовать магию и клинок одновременно. Пока всё, что я видел это твой щит и то как ты можешь погружать в сон противника. И то последнее ты можешь использовать только при телесном контакте, но я бы на твоём месте лучше использовал артефактный клинок. Ведь им не надо искать где дотронуться до кожи.

— А то, что говорила Хрущева? — вспомнил я слова энергетического вампира. — Ведь получается моё тело меняется под воздействием моей силы.

— Согласен. И именно поэтому я учу тебя быстрым связкам. Твоя скорость в сражении многим будет не по зубам, — сказал Зес.

Ненадолго между нами установилась тишина, которую прервала мама.

— Ты хочешь сказать, что в бою на клинках моему сыну большинство сверстников не противники?

Зес недолго подумав ответил.

— Госпожа, я не знаю уровень подготовки этих сверстников. Но Ярар сражается на равных с Ронаком. И при этом он не думает, как не навредить противнику во время сражения. Из это следует, что Ярар куда сильнее взрослого мага. Но, разумеется, ему есть куда расти.

Она кивнула и задумалась.

— Мама, к чему был задан твой вопрос?

Она внимательно посмотрел на меня.

— Как ты знаешь, в Академии учатся в большинстве своём благородные. Во времена основания Академии из-за большой смертности студентов, которые выясняли отношения на дуэлях, руководство этого учреждения постановило, что выяснять взаимоотношения студенты могут только без использования магии. Максимум что разрешается — использование стихийного клинка.

— И сильно это снизило смертность? — спросил я, понимая к чему завела этот разговор Эмери.

— С нашего курса никто не погиб. А за всё время моего обучение погибло всего трое. Двое простолюдинов со слабым даром решили показать, что они ничем не хуже благородных, за что их показательно убили на дуэлях. А третьим был барон, который неудачно упал с лестницы.

— Помогли? — спросил я.

— Возможно, — ответила Эмери. — На тот момент я готовилась к сдаче выпускных экзаменов. И эта история обошла меня стороной. Но я не поэтому завела этот разговор. Ты должен понимать, что твоё положение в обществе выше и вызвать тебя на дуэль абы кто не может. Разве что тебя поставят в такие условия, при которых тебе придётся самому делать вызов, чтобы не уронить своё достоинство. Ты понимаешь о чём я? — спросила Эмери.

— Да, — ответил я. — Пока ты ничего нового для меня не рассказала. Талмуды по традициям, негласным правилам, этикету и дуэльному кодексу я, наверное, выучил вплоть до каждой запятой.

— На время обучения я отдам тебе артефактный клинок. Если тебе придётся выйти на дуэль против мага, способного создавать стихийный клинок, то у тебя не должно быть проблем его победить. — После чего она повернулась к Зесу и сказала: — А Вас, барон, я прошу научить его пользоваться этим клином.

Он кивнул.

— Я имею представление о таких клинках. Но использовать во время тренировок настоящий артефакт будет неправильно. Предлагаю по возвращении дать приказ кузнецам, чтобы они сделали точную копию клинка. И Вас, госпожа, я попрошу показать какие виды стихийных клинков Вы видели во время обучения в Академии. Это поможет визуально подготовить Ярара к противодействию им.

— Дельная мысль, — согласилась мама. — Тогда завтра с утра и начнём.

Возвращение в крепость было шумным! Когда мы проехали ворота у дверей в дом нас уже ждали. Близнецы с Яриной бросились обнимать маму, потом меня. От этого шума котенок, путешествовавший в моей походной сумке, высунул голову. Заметив рысёнка, Мария и Ярина забрали его, начав наглаживать как обычное домашнее животное. Разумеется, последнему это не понравилось, и он принялся на них шипеть.

Забрав котенка, я сказал.

— Ему ещё нет и месяца, и он очень устал трястись в дороге. Дайте ему отдохнуть, потом я вас нормально с ним познакомлю.

Девочки не сильно хотели прощаться с новым мохнатым другом, но спорить не стали. Я обратил внимание что Зес уже был рядом со своей семьей и обнимая Ерби шёл внутрь замка.

Тем временем я достал из сумки меч.

— Этот клинок принадлежал князю Щеглову. Он и его род горько поплатились за смерть нашего отца. Он будет символизировать нашу силу, чтобы враг помнил: расплата непременно его настигнет! НА ЗАВИСТЬ ВРАГАМ, ВО СЛАВУ РОДА! — громко произнес я ритуальную фразу и поклонившись протянул его брату.

Вначале я собирался отдать меч Щеглова Сереку. Но он посоветовал, чтобы я отдал его брату. Тогда он объяснил подоплеку произнесенных сейчас слов. Если кратко, то я признавал его главенство над собой. И солдаты, стоящие в почетном карауле, видели это и в дальнейшем расскажут об этом остальным.

Над ухом послышался голос Григория, который подсказывал ответную фразу.

— Во славу рода и в память потомкам, — не сильно уверенным тоном ответил Тимофей. После чего взял клинок из моих рук, и подняв его над собой прокричал. — РОД ТЬЕР ПОБЕДИЛ!

Ото всех воинов, со всех стен, где находился караул, послышались крики: ПОБЕДА!

После этого мы наконец-то вошли. Там, поговорив ещё немного и условившись встретится за столом через три часа, разошлись. В спальне меня уже ждала большая ванная наполненная водой. Потрогав воду, я обрадовался, что она ещё довольно горячая.

— Господин, с возвращением, — произнесла появившаяся сзади меня Джу Ли. Когда я обернулся, то увидел на ней льняную сорочку. Думаю, мой взгляд был очень красноречивым, и она сразу поняла о чём я думаю. — Если вы позволите я помогу Вам провести омовение после долгой дороги, а потом разомну Ваше тело и проведу акупунктуру, разгоняя застоявшуюся кровь.

— А может сразу тело? — спросил я.

— На всё Ваша воля, — склонив голову ответила она. — Но я всё-таки рекомендую вначале поступить так, как я советую. — И не став дожидаться ответа, она помогла мне раздеться. Разумеется, это возбудило меня ещё больше. После чего она подошла к столу и достала оттуда две иглы. — Это поможет нам не отвлекаться от приведения Вашего внешнего вида в порядок.

Я скептично посмотрел на иглы в руке Джу Ли, и не хотя кивнул. Отказаться от «сладенького» было очень сложно. Но и девушку я понять мог. От меня мягко говоря не хило попахивало. В итоге разум победил…

Девушка воткнула мне две иглы в область поясницы и моя готовность сразу опала.

После этого я вместе с Джу Ли погрузился в воду, в которой она начала меня намывать.

— Как прошло путешествие? — спросил она.

— Нормально. — И тут я вспомнил о том, что у меня в сумке сидит меленький котенок, о котором я забыл почти сразу как увидел девушку. Быстро выскочив из ванной и наскоро обсушившись полотенцем, я достал спящего котенка и положил его на кровать. После чего снова вернулся в ванную. — Нужно чтобы ему принесли немного мелко нарезанного мяса и козьего молока.

— Как только выйдем, я распоряжусь, — произнесла Джу Ли. — Он магический? — спросила она.

— Как ты догадалась? — задал в ответ я вопрос.

— Просто спросила, но теперь знаю, — чуть улыбнувшись ответила она.

Джу Ли достала какой-то пузырек, из которого пахнуло лавандой. И капнув себе на руки его содержимое начала разминать мне шею и плечи.

— Ты хочешь, чтобы я прям в ванной уснул? — спросил я.

— Нет конечно. — И приблизившись к моему уху, соблазнительно прошептала: — Поверь, даже если ты уснёшь, я смогу расслабить твоё тело и там, — с этими словами она опустила руку под воду.

Я кивнул. Что-то говорить в ответ я просто не мог. Девушка снова отстранилась от меня и, словно сейчас ничего не говорила, продолжила дальше разминать мне шею плавно переходя к вискам. И когда мои глаза и впрямь стали закрываться, она ощутимо нажала мне под оба уха.

— Ай, — воскликнул я, оборачиваясь.

— Вставай, — не обращая внимание на мой возглас спокойно сказала она. — Сейчас ополоснёмся и можно переходить на кровать.

Джу Ли нажала на артефакт и в ванную полилась теплая вода. Она с некоторым трудом сняла с себя прилипшую мокрую сорочку, под которой ничего не было, и стала ополаскивать меня и себя.

Мой взгляд устремился вниз, что не укрылось от девушки.

— Это временный эффект. Через сорок минут твоя реакция на голое женское тело вернётся в норму. Так что можешь не переживать. За это время я успею сделать тебе все положенные процедуры и твой «друг», — провела ладонью по бедру, — нам не будет доставлять неудобства. И позволит полностью расслабится. Иначе полезного эффекта не получится достигнуть.

Когда я лёг на кровать, Джу Ли накрыла на меня простынёй, после чего позвала служанок, которым передала всё ещё спящего котенка и дала распоряжение в отношении него.

Когда я услышал, что дверь закрылась, то почувствовал, как мои ноги начали наминать.

— Стихия, какое же это блаженство.

— Не сочти за грубость, помолчи и постарайся расслабиться, — произнесла Джу Ли. — Не обесценивай мой труд! Во время массажа ты должен думать о том, как твоя кровь расходится в каждый сосудик, к каждому органу. Потому что потом, когда я расставлю иголки, вся застоявшаяся энергия начнёт выходить, наполняя твой организм новой.

— Не совсем понял о чём ты. Но продолжай… — мурча от удовольствия сказал я.

— Так мне объясняла моя наставница. — После чего, не сильно ударив меня по пятой точке, сказала: — Всё, молчи, дай сосредоточиться.

Когда прошли отпущенные три часа, я спускался в столовую словно и не было почти недельных скачек по грунтовой дороге. Моё тело было полно энергии, и я почти бегом забежал в комнату, в которой, помимо слуг, находились Ярина и близнецы, которые о чём-то говорили с Меньшиковой.

— Ооо, а я думал, что ты спустишься одним из последних, — поднявшись со стула сказал Тимофей, направляясь в мой сторону. Он обнял меня, после чего спросил. — Ярар, как всё прошло? Григорий рассказал, что вы, считай, только силами нашей армии разгромили мятежников.

Я попытался незаметно показать взглядом на сестер, но этого не вышло. Первой из девушек заговорила Мария.

— Не косись на нас! Нам тоже очень интересно.

— Да, брат, — поддержала её Ярина, — не будь букой.

Я, немного поразмыслив, решил, что ничего страшного в этом нет, и начал свой рассказ. Не рассказывая подробностей и последствий наших решений. На днях будет Совет рода, и Тимофей всё узнает оттуда. А сестрам, как мне кажется, ещё рано знать ВСЁ.

— А где всё это время был ты? — спросил Тимофей, когда я закончил рассказ о последнем сражении с армией Империи Тан.

— Я тоже принимал участие в сражении, — и видя, как брат хотел что-то сказать, дополнил, — но всё это время со мной рядом был Зес. Так что мне ничего не угрожало.

По выражению лица брата я понял, что он не это хотел сказать, но оглянувшись на Марию не стал продолжать эту тему.

Дальше мне задали вопрос Мария и Ярина про то где я достал котенка, и пока я рассказывал им историю про него, двери открылись и в комнату вошли все Балакины. А ещё через пару минут вошла Эмери, за которой следом шёл Григорий.

Мама села между мной и Тимофеем. Посмотрев на неё, я понял, что она совсем недавно проснулась. Но трёх часов отдыха ей было катастрофически мало. Я положил ей на руку свою ладонь и активировал целительскую энергию, наполняя её. И через пару секунд, она стала выглядеть будто и не было долго пути до дома.

Правда я знал, что это продлится не долго, и примерно через четыре часа, если она не ляжет спать, мне придётся повторить процедуру. По крайней мере это помогало нам держать такой высокий темп при возвращении домой.

Она посмотрела на меня с благодарностью, после чего сузив глаза, прошептала.

— Не дай Стихия я узнаю, что твоя Джу Ли греет постель твоему брату, — и сделав короткую паузу, добавила: — И даже не думай делать брату таких подарков! Ты меня понял?

Я кивнул. И заметив взгляд Тимофея, направленный на нас, сказал.

— Хорошо, мама, я велю Джу Ли прийти к тебе и провести процедуру акупунктуры перед сном. Именно из-за неё я выгляжу таким бодрым.

С другого конца стола подал голос Ронак, который по простоте своей душевной, услышав нас, выдал перл.

— Может Джу Ли поможет и моему отцу? Думаю, после дороги ему не помешает эта процедура.

— Кхах, — закашлялся Зес. Он перевёл взгляд с супруги на сына, и так красноречиво посмотрел на него, что я понял, Ронак пожалеет об этом предложении.

Ерби тем временем с натянутой улыбкой посмотрела на Ронака, сжимая в руках вилку, которая прям в руках сгибалась, но мне кажется она этого даже не замечала.

— Спасибо, но о твоём отце вполне могу позаботится я сама. Верно, дорогой? — повернувшись в сторону мужа спросила она.

— Конечно же, дорогая! — сразу же ответил он, видя состояние супруги. — Поверь, мой сын ещё юн, глуп и не видал… — не стал продолжать он крестьянскую фразу.

В это время из-за стола поднялся Григорий, который подняв бокал перед собой, сказал.

— Сегодня мы должны праздновать победу, и первый тост должен быть посвящен только ей. Но, как мне кажется, будет правильным вспомнить о Талии Де Тьере. Его гибель оставила неизгладимый след на наших сердцах. Я до сих пор не могу поверить в то, что его больше нет с нами. — Эмери молча поднялась и за ней поднялись все остальные. — Однако, я очень рад, что убийца поплатился за его смерть. И вы, — посмотрел на меня, потом на Эмери, — дома. Давайте же почтим его память минутой молчания и вспомним всё прекрасное, что связывало нас.

По истечению времени из-за стола встала Эмери с бокалом в руке.

— Вечная память главе рода Тьер! Стихия да смилостивится над ним!

— ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ! — одновременно подняли мы бокалы, и не звеня хрусталём выпили содержимое.

Когда выпивал, немного удивился, что в мой бокал налито вино. Посмотрев на брата и сестер заметил, что у них налит светлый сок. И, наверное, заметив мой недоуменный взгляд, Эмери прошептала мне на ухо.

— Сильно не налегай. Ты хоть и маг, но старайся не использовать магию для быстрого отрезвления. Организм должен сам научиться справляться с похмельем.

Наш разговор услышал Тимофей, который посмотрел на бокал в моей руке и поняв что я выпил, спросил.

— А почему Ярару налили вино, а мне и сестрам сок? — и не успев получить ответ, воскликнул, потирая ногу: — Ай! — Его взгляд устремился на Григория, который показал ему, чтобы он помалкивал.

Брат попыхтел немного, потом посмотрел на меня с нескрываемой завистью, после чего отвернулся. Но обижался он не долго. Я же, чтоб не провоцировать его, попросил слугу, когда тот подошёл обновить мне бокал, чтобы налил в него сока.

Дальнейший вечер шёл в семейной обстановке. Мы шутили, делились историями. Ближе к полуночи младших отправили спать и, когда я собирался последовать их примеру, Эмери мягко придержала меня за плечо. Мне вновь подлили вина, как я успел заметить, по указанию Григория, из чего сделал вывод, что сейчас со мной будет проведена серьёзная беседа.

И дождавшись, когда я сделаю глоток, дядя спросил.

— Ярар, есть несколько вопросов, которые нужно обсудить как можно быстрее.

— Что за спешка такая, что мы не можем обсудить это завтра?

— К нам прибыло несколько делегаций. От эльфов и, к моему удивлению, от морфов.

— О, как! — не сдержавшись произнёс я с удивлением. — И что они хотят?

— Прибывшие эльфы являются представителями двух великих родов. Они входят в Совет нынешнего императора. И, наверное, ты уже понял, что они весьма преклонного возраста.

— Чем они хотят оплатить мои услуги? — спросил я.

— Метеоритным железом. По килограмму за каждого.

Я кивнул для вида обдумывая предложение.

— Это помимо накопителей, которые я потрачу на их омоложение? — спросил я.

— Да. И я хочу попросить тебя отдать половину железа нам. Сам понимаешь…

Я перебил дядю.

— Я согласен. Даже более того, заберу всего лишь полкилограмма. Я так понимаю, остальное вы собираетесь использовать для изготовления артефактного оружия?

— Спасибо, — сказал дядя, отсалютовав мне. — Правильно в народе говорят, что общее горе объединяет людей крепче, чем счастье. Да, и ты прав. Наши запасы после этой войны почти исчерпаны. — И переведя взгляд на Эмери, он продолжил: — Тогда предлагаю перейти ко второму вопросу. На днях у меня состоялась встреча с Долорес Де Валишь. И да, она морф! В этом я смог убедиться, когда она сменила свой облик.

— Что она хотела? — спросил я.

— Она хочет поговорить с главой нашего рода и с тобой, — ответила вместо Григория Эмери.

— А ты когда успела поговорить с дядей об этом? — удивленно спросил я у мамы.

— В отличие от некоторых, — сузив глаза, начала говорить Эмери, — я пошла работать, а не… — не стала продолжать предложение мама, намекая на мою близость с Джу Ли. Увидев на моём лице понимание, она продолжила. — Но я тебя ПОЧТИ не осуждаю.

— Леди, — влез в разговор Григорий, — давайте продолжим наш основной разговор. Де Валишь хочет, чтобы вместе с тобой в Академию отправился их сородич.

— А нам то это зачем? — спросил я.

— Они собираются устроить покушение на императора! — ответил Григорий.

«Мятеж! — подумал я. — И они так свободно говорят об этом в помещении, в котором находятся слуги?» Видать мои мысли смогла понять Эмери, видя, как я оглядываюсь в сторону прислуги.

— Они не слышат и не видят, что мы говорим. Но ты правильно насторожился, хоть наши слуги прошли многочисленные проверки, в таких вещах верить не стоит никому.

— Скажу честно, — после недолгих размышлений начал говорить я, — я очень желаю отомстить Александру, но если наше участие вскроется, то нас уничтожат. А так и будет! У морфов появится возможность шантажировать нас. А это неприемлемо.

Эмери удовлетворенно кивнула, выслушав мой ответ.

— Мы тоже пришли к такому выводу, — сказала она. — Поэтому мы хотим предложить им омоложение взамен на железо, а также клятву о том, что они отступятся от попытки убийства Тимофея.

— В принципе, я не против. Но для начала я очень хочу встретиться с Де Валишь. Предлагаю провести ознакомительные переговоры перед прибытием Серека. Нужно узнать, что они могут предложить нам, а что можем предложить мы.

— Думаю, это приемлемо. Она оставила нам голубя, чтобы мы могли пригласить её на встречу, когда будем готовы.

Мы проговорили ещё минут пятнадцать после чего разошлись по своим спальням. Всем требовался отдых после столь насыщенного дня.

Зайдя в спальню, я заметил, что Джу Ли до сих пор спит на кровати, на которой она осталось после совместного времяпрепровождения. Я постарался как можно тише раздеться и лечь рядом, но вдруг услышал её шёпот.

— Ты же не думаешь, что я позволю тебе уснуть?

Дорогие читатели! Прошу вас, оставляйте свои комментарии, ставьте лайки. Это всё очень сильно помогает мне привлекать большую аудиторию читателей.

К тому же я на все вопросы стараюсь отвечать, и у вас не возникнет ощущения, что вы написали мне просто так.

С благодарностью, автор!)

— Господин, — обратился ко мне кузнец, — судя по всему Вам нужен не боевой, а тренировочный клинок. Я прав? — Я кивнул. — Это совсем другое дело. Тогда мне хватит пары дней, чтобы сделать копию этого клинка.

Ответ кузнеца меня вполне устроил. Но стоявший рядом со мной Зес, сказал.

— Вначале сделай тренировочный клинок, а потом боевой. Причем последний должен быть точной копией этого, — указал он на артефактную рапиру. — Возьмёшься?

Кузнец ещё раз поднял артефактный клинок и что-то проворчав, ответил.

— Я готов взяться за такой заказ. Но с драгоценными камнями вам к ювелиру. Это просто не мой профиль! И чтобы его сложнее было отличить от настоящего, мне понадобится сотая грамма небесного железа, и тогда цвет стали будет совпадать с оригиналом. — сказал кузнец.

После его слов я осмотрел кузницу, в которой увидел в одном из углов небольшую иконку с изображенным на ней Христом и горящей свечкой. И на шее этого большого бородатого мужика висел небольшой деревянный крест. И на всё это я стал обращать внимание только из-за того, что кузнец назвал железо небесным.

— Хорошо, тебе доставят всё необходимое, — сказал я, передавая мешочек с деньгами. — Здесь аванс в три золотых. После исполнения заказа получишь столько же.

В глазах мужика появился алчный взгляд. Я предлагал большие деньги за два клинка. Но прежде чем он успел кивнуть, я продолжил.

— Однако, если мне не понравится качество рапир, я прикажу взыскать с тебя эти деньги, а тебя высечь! Ты меня понял?

Кузнец со страхом кивнул, и я поспешил покинуть его мастерскую. В ней было очень жарко и это в совокупности с аномально жаркой погодой.

— Зачем ты с ним так строго? — спросил Зес.

— Всё как учил Анри. Показываю пряник и кнут.

— Очень буквально у тебя выходит.

— Зес, ты считаешь, что я не прав? Так скажи в чём? — немного резко спросил я.

Египтянин неопределенно пожал плечами, и мы продолжили свой путь молча.

У обоих утро выдалось не сильно добрым. На тренировке Зес пережал Ронака за проигрыш Григорию, тот психанул и, бросив клинок на землю, ушёл без разрешения отца.

Всё это происходило на моих глазах. И я чувствовал себя не по себе наблюдая за этой сценой. Но мне хватило ума не влезать в чужие разборки. На окрики Зеса Ронак не стал никак реагировать и не оборачиваясь ушёл в сторону дома.

Я же, вернувшись в свои комнаты, застал там Меньшикову и Джу Ли.

И не поздоровавшись Светлана наехала на меня.

— Скажи мне, будущий супруг, — смотря на меня с гневом, прошипела она, — что делает эта девка в твоей кровати?

— Ты сейчас серьёзно или решила устроить представление? — вопросом на вопрос ответил я. — К тому же с каких пор у тебя появилось право заходить в мои комнаты без моего разрешения?

Светлана, сузив глаза, ответила.

— Ты ещё и меня виноватой хочешь выставить? — закричала она. — Я смотрю слава очень сильно застелила тебе глаза! Но ничего, как только мы доберёмся до Академии я покажу тебе где твоё место! — закончив говорить, Светлана прикрыла глаза, и в туже секунду в её правой руке появился оранжевого цвета клинок. Она направила его в мою сторону и произнесла: — Это послужит тебе уроком! — После чего двинулась в сторону Джу Ли.

— СТОЙ! — раздался сердитый голос и, обернувшись в сторону выхода, я увидел мать. — Ещё один твой шаг в сторону собственности рода Тьер, — указала она на мою рабыню, — и я приму твои действия за нападение.

— Вы сейчас серьёзно? Если со мной что-то случится, мой отец разрушит здесь всё до основания.

— Возможно, — с холодным выражением лица произнесла мама, — но ты уже этого не увидишь! — и почти сразу в руке мамы появился стихийный клинок, а вокруг неё стала подниматься в воздух пыль.

Некоторое время Светлана не моргая смотрел на мою маму, но в какой-то момент отвела взгляд, и хмыкнув покинула мою спальню.

Эмери проводила её взглядом и когда та скрылась из поля видимости, обратилась ко мне.

— Мне докладывали про ваши «высокие взаимоотношения», — показав пальцами кавычки сказала она, — но угрожать жизни рабыни, это даже для меня слишком.

— И что, вы отмените помолвку? — скрестив руки спросил я. Мама прикусила губу. — Вот именно! — произнёс я, не давая ей ничего сказать. Я и сам знал ответ на этот вопрос. После гибели Талия разрыв помолвки с сильнейшим родом Империи со стороны будет выглядеть как будто не мы разорвали помолвку, а наоборот. И многие сделают вывод, что мы находимся в опале.

— Ярар, после Академии мы вернёмся к этой теме. Ну а пока ты сам должен понимать… — не стала оканчивать она предложение. Мама перевела взгляд на Джу Ли и хищно улыбнулась. — Я понимаю почему Меньшикова так среагировала, — внимательно разглядывая рабыню сказала она. — Она диковинная для наших мест. И если сравнивать их внешность, то Света заметно проигрывает. Мне кажется, что она банально ревнует.

— Я оооочень сомневаюсь, — пробурчал себе под нос я.

Тем временем я заметил, что мама до сих пор рассматривает мою рабыню.

— Ты, — обратилась к ней мама, — надеюсь стоишь потраченных нервов!

Джу Ли медленно кивнула, после чего изобразила поклон.

Потом мама напомнила мне, что сегодня нужно съездить в Орск к кузнецу, а перед этим нужно успеть посетить родовое оружейное хранилище и сказав, чтобы я не задерживался, покинула нас.

После ухода матери, девушка, стоявшая всё это время не шелохнувшись, упала на пол и зарыдала. Мне было некогда её успокаивать.

— Ты знала на что шла, когда подписывала контракт. Теперь не стоит жалеть себя, — сказал я, направляясь в сторону ванной комнаты.

— Тебе меня не понять! — рыдая ответила она.

— Конечно! Куда уж мне! — усмехнувшись ответил я. — Ты сделала свой выбор осознано. А меня такой роскоши лишили! Ой, не делай такое удивленное лицо! — воскликнул я, когда заметил её взгляд на себе, — Ни за что не поверю, что ты не общалась с прислугой и не собрала обо мне слухи. Так что быстро умывайся и пока я в душе подготовь мне одежду. Мама ждать очень не любит.

Когда я помылся и вышел из ванной, одежда уже была разложена на кровати. Рядом стояла моя рабыня с опущенным в пол взглядом.

— Скажи мне, пока меня не было Светлана тебе угрожала?

— Нет, господин, — ответила она обиженным голосом. — Даже когда мы пересекались в коридоре, она никак не выказывала своего плохого отношения ко мне.

Я кивнул. Эту ситуацию стоило ещё обдумать. С трудом верилось, что Меньшикова специально выбрала это время для того, чтобы я лично видел расправу над моей рабыней.

Немного подумав, я сказал.

— Вызови сюда прислугу и наведите порядок в этой комнате. Всё, что покажется тебе странным, откладывай отдельно. Тебе ясно?

— Думаете, что она что-то подкинула? — спросила Джу Ли.

Я усмехнулся.

— Знаешь в чём твоё отличие от рабов с камнем? — спросил я, не отвечая на её вопрос.

Она отрицательно покачала головой.

— Ты можешь задавать вопросы, и высказывать свои эмоции, когда ты захочешь, а не когда тебя спросят.

Посчитав разговор оконченным, я пошёл искать маму.

Орск

— Зес, извини, что говорю это, но тебе не кажется, что ты перегибаешь палку с Ронаком? — спросил я.

— Что ты имеешь ввиду? — с не понимаем в голосе задал вопрос Зес.

— Нууу, как бы тебе сказать, — садясь на коня, сказал я. — Мне кажется, что он ревнует тебя ко мне. Да, именно ревнует! — заметив удивление в его взгляде, добавил я. — Постарайся посмотреть на ситуацию со стороны. Ты всё время со мной. Уже водил меня в битву, а ведь я младше твоего сына. И тут не играет роди вассалитет. Просто вспомни как усердно он тренируется, и как радуется, когда ты хвалишь его за успехи.

— Ты хочешь сказать, что я слишком много от него прошу?

— Я бы не смог лучше выразить свою мысль, — сказал я, услышав вопрос Зеса. — Он почти всё детство провёл вдали от тебя. И очень сложно не заметить, как он тянется к тебе. Прошу, подумай над моими словами.

Я замолчал, давая другу время обдумать мои слова. И спустя десять минут Зес, сказал.

— Ерби, примерно то же самое говорит. Ярар, — обратился он, посмотрев мне в глаза, — а сколько было твоим детям, когда произошла та катастрофа?

Я не ожидал услышать этот вопрос. В голове всплыли воспоминания моих детях: их первые шаги, их мягкие ладошки в моей руке. То, как они бежали встречать меня после долгого отсутствия. На мгновение мне показалось, что я слышу их смех. Я ощутил те эмоции радости, которые они вызывали. И следом я почувствовал боль от их потери.

— Извини, — сказал Зес, заметив, как изменилось выражение моего лица. — Мы никогда не говорили об этом. И я не подумав спросил у тебя это.

— Они были младше Ронака. Были совсем ещё детьми, — хриплым голосом произнёс я.

На моих глазах навернулись слезы, и чтобы Зес меня не видел я пришпорил коня, ускоряя ход лошади. Мне не хотелось сейчас продолжать этот разговор. Но нахлынувшие воспоминания не отпускали меня.

С таким настроением мы вернулись домой. Не став задерживаться, я ушёл в свою спальню.

— Господин, — склонив голову, поздоровалась Джу Ли, — Ваше приказание выполнено.

Не сразу сообразив о чём, она говорит, посмотрел на коробку, стоящую у её ног. В ней лежали старые пуговицы, один платок и небольшое кольцо серебристого цвета. Активировав магическое зрение, я тоже ничего не нашёл.

Было бы очень странно, если бы я нашёл ответ так просто.

— Ты кушала? — спросил я у рабыни.

И будто по сигналу у Джу Ли заурчал живот.

— Нет, господин, — ответила она.

Я видел, что девушка до сих пор не в духе после утренних событий. Но мне вообще не хотелось забивать себе голову этим. Ведь она моя рабыня. И то, что она смогла себе что-то навыдумывать, совершенно не мои заботы.

— На сегодня ты свободна. Можешь идти. Завтра я хочу начать изучение акупунктуры.

— Мне приходить к Вам вечером? — спросила она впервые за этот разговор подняв глаза.

Подумав, я сказал ей приходить. Джу Ли с нечитаемым выражением лица поклонилась, после чего удалилась из моей комнаты.

Через пару часов я, выспавшийся и отдохнувший, пошёл к матери. Нужно было решить вопрос с моим отбытием обратно в Балакина. Мне удалось её найти в беседке с горячим чаем в руках.

— Как твоя поездка, — спросила она.

— Послезавтра тренировочный клинок будет готов. После того как я его заберу, собираюсь отправиться к себе, — сказал я, обратив внимание, что на секунду лицо матери скривилось от услышанного.

— Я думала, что ты останешься здесь до прибытия Серека с нашими воинами. Не стоит забывать, что многие из выживших обязаны тебе жизнью.

— Согласен, — произнёс я. — и как только мы получим новости о том, что войско пересекло наши границы, я вернусь.

— Тогда, — медленно стала отвечать Эмери, словно определяясь как ей поступить, — я не вижу причин тебе отказывать. Я так понимаю, после этого ты собираешься выезжать в столицу?

— Скорее всего так и будет. По моим подсчётам у меня будет месяц для подготовки к поступлению. — Заметив, что Эмери меня не поняла, я пояснил: — Я собираюсь нанять репетиторов.

— Latino vi prego è urgente? (Ты считаешь твоя латынь хромает?) — спросила у меня Эмери.

— Нет, я так не думаю, — ответил я.

— Тогда в чём дело? Или ты думаешь, что экзаменаторы попробуют завалить кого-то из Де Тьер?

— Что ты имеешь ввиду? — спросил я.

— То, что вступительный экзамен — фикция! — ответила она. — Никто не посмеет завалить тебя уже только потому, что ты Тьер. А также не забывай, что твоим тестем должен стать ректор этой самой Академии. Поэтому я и не понимаю, зачем тебе так рано ехать в столицу.

Я не знал о таких нюансах относительно вступительных экзаменов. И на самом деле планировал как можно больше времени посвятить учебе. Но были ещё и другие причины для моего отъезда.

— Я собираюсь купить дом, как можно ближе к Академии. Да и просто столицу охота посмотреть. Съездить на недавно построенную дамбу и может успею завести полезные знакомства.

— Ярар, так и скажи, что хочешь поскорее свалить отсюда, — слегка улыбнувшись сказала мама. — Но скажи, по-твоему будет честно все тяготы строительства города взваливать на Ля Фисто. Ведь, насколько я знаю, он наконец-то начал заниматься своей непосредственной работой.

Я был согласен с мамиными словами. Анри начал создание агентурной сети. Голубиная почта — это только ширма. На самом деле он долгое время проводил работу с крестьянами, которые во время зимы нашли спасение от голода в Балакина. И его постоянный контроль был попросту необходим.

— Он справится, — сказал я, отведя взгляд.

— Всё-таки не простил его за Инессу? — смеясь спросила мама.

— Можно я не буду отвечать на этот вопрос?

— Конечно. Мне и так всё понятно, — ответила она и её улыбка стала ещё шире. Сделав небольшую паузу, мама спросила: — Тебе уже сообщили о том, что к вечеру прибудут эльфы?

— Нет, — немного удивившись ответил я. — Сразу оба?

— Да. Не переживай, они предупреждены, что ты не сможешь омолодить сразу обоих.

— Почему они решили расплатиться железом? — спросил я. — Или в Элинской империи не наблюдается дефицит этого ресурса?

— Не мы это предложили, — ответила мама. — Насколько я поняла, они боялись, что ты откажешься из-за инцидента, произошедшего с тобой в Элинской империи.

— Ааа, ну в принципе логично, — сказал я. — Если бы не Эдвард Ка Дель, моё возвращение было бы сильно осложнено. Что известно по этим эльфам? Сильно старые? — спросил я, думая сколько энергии мне может понадобиться при их омоложении.

— Больше полутысячи. Оба ветераны тысячелетней войны. Один возглавлял флот в Черном море. Второй командовал сухопутными восками на границе с Халифатом. Какой силы и каких политических взглядов они придерживаются я не знаю, но учитывая, что, по всем прогнозам, скоро может начаться война, эльфы решили вернуть в строй двух опытных командиров.

— А разве разумно помогать эльфам? — спросил я.

— Александр V не скрывал, что перед тем как наши войска выступили на подавление мятежа, он заключил союз с остроухими. Поэтому я не вижу никаких проблем.

— Хорошо, я приму их, — подумав ответил я. — А когда прибудет Светлар? — спросил я пока вспомнил о нём.

— А зачем тебе он понадобился? — удивилась Эмери.

Когда я рассказал ей о зеленом свитке, она ответила.

— Да, я помню, что ты довольно часто сидел за ним. Но ты и впрямь считаешь, что найдёшь в нём ответы?

— Надеюсь, что да. Иначе я не могу понять для чего в свитке нарисовано несколько пентаграмм.

— Да⁈ — с удивлением произнесла мама. — Я не знала об том. А ты пробовал их воспроизвести?

— Разумеется, но в них используются неизвестные руны. Также я вычертил их на базальтовом камне и стал наполнять энергией. Но символы не приняли мою энергию.

— И целительскую, и омолаживающую? — спросила мама.

— Да. Ничего. Я просил об этом даже Ля Фисто, но и у него ничего не вышло. Думаю, что разгадка находится в письменах. И чтобы разобраться что там написано, мне нужен Светлар.

Мама, недолго подумав, ответила.

— На днях соберётся Совет рода, на котором, я рассчитывала, будешь и ты, — посмотрела она на меня. — Тем не менее ты можешь передать свиток мне. Я попрошу его взглянуть.

— Спасибо, мама, — поблагодарил я её, после чего пошёл к Зесу, который во время моего разговора с Эмери, проходил мимо нас в сторону тренировочного зала.

Вечером прибыла делегация от Эльфов. Первой через ворота проехала богато украшенная карета, а следом с десяток всадников.

Их визит не был официальным мероприятием. Поэтому ни о каком почётном карауле или праздничном столе речи не шло. Их встречать вышли я, Зес и Григорий.

Из кареты вышли два седовласых мужчины. У обоих были длинные волосы, достающих им до поясницы. Под глазами были старческие морщины, но при этом от меня не укрылся их острый оценивающий взгляд. Подойдя к нам, они с поклоном представились.

— Здравствуйте, меня зовут Умар, князь Константинопольский. А это мой друг, — указал говоривший эльф на второго старца, — Феран Де Босфорский.

— Рады приветствовать, — произнёс я. — Меня зовут Ярар Де Тьер. И сегодня одного из вас я буду приводить в порядок. Кстати, вы уже определились кто будет первым?

— Нет. — ответил Феран. — А у Вас не получится, юный княжич, омолодить нас обоих сразу.

— Не могу этого обещать. Ведь чем старше разумный, тем сложнее и дольше проходит процедура. Вы привезли накопители с заряженной вами энергией? — спросил я.

— Да, — снова ответил Феран. Он бросил взгляд на одного из сопровождающих их эльфов и тот побежал в карету, чтобы достать оттуда два сундучка.

Тем временем я активировал *зрение*, чтобы посмотреть на ауры эльфов, стоящих передо мной. И как я и думал, Босфорский оказался магом воды. Скорее всего, он и был адмиралом. А Умар был магом огня, чья магия больше всего подходила для сражений на земле.

Голубое свечение заметили эльфы и, когда мои глаза стали прежними, Феран спросил.

— Так у Вас получится омолодить нас обоих?

— Скорее всего нет, — ответил я. — У вас много перенесенных травм, из-за чего моя энергия не сможет сразу приступить к омоложению. Могу я поинтересоваться с чем связано ваше желание омолодиться обоим и в один день? — спросил я.

Старички поджали губы.

— Сложно объяснить, — начал говорить князь Босфорский. — Мы подружились с ним, — указал он на второго эльфа, — ещё до поступления в Военную академию. И по достижении почтенного возраста почти одновременно ушли на заслуженный отдых…

— Я ушёл первым, — перебил князь Константинопольский.

Феран тяжело вздохнув, продолжил.

— И так у нас во всём! Его мозг, — указал он на друга, — уже стар, и не помнит, что первым был я. И это касается всего. Но самое главное, этот эльф думает, что сухопутные крысы лучше морских сил!

— Да как ты… — с шипением в голосе произнёс Умар.

— Я понял, — громко произнёс я, не дав старикам разругаться. — И готов вам помочь. Я погружу обоих в сон и, когда закончу с обоими, разбужу. Тогда только я буду знать кто был первым. Такой вариант приемлем? — сдерживая улыбку, как можно более серьёзно сказал я.

Эльфы переглянулись и одновременно кинули. После этого Григорий проводил эльфов до комнаты, в которой я собирался проводить омоложение.

— Отнесите, пожалуйста, накопители к ним, — обратился я к воину, стоящему с сундучками.

Я уже повернулся, чтобы пойти в свою комнату переодеться в более удобную одежду, когда ко мне обратился один из эльфов.

— Ярар Де Тьер, у меня к Вам письмо от Элин Ка Дель. Вам что-нибудь говорит это имя?

На моём лице появилась улыбка, которая не укрылась от присутствующих.

— Разумеется, да. Элин Ка Дель всегда может рассчитывать на мою помощь. И в этих землях она всегда сможет чувствовать себя в безопасности.

Эльф улыбнулся, после чего немного сместился. И прежде чем я узнал кто передо мной стоит, услышал.

— Я очень рада это слышать, Ярар!

— ЭЛИИИН, — побежал я к ней чуть ли не сбив её с ног. — Как же я рад тебя видеть! — Крепко сжимая её в объятьях, воскликнул я.

— Яр… Ярар, ты меня сейчас задушишь, — тяжело сказала она.

Я немного разжал хватку и почти сразу нас двоих обнял Зес.

— Рад тебя видеть, госпожа, — лукаво произнёс он.

На лице Элин появилось удивление, ведь раньше хмурый телохранитель не выказывал к ней теплых эмоций.

— Я тоже рада тебя видеть, — немного смутившись сказала она.

Я подумал, что она не совсем верно истолковала поведение Зеса.

— Элин, я очень рад тебя видеть, — ещё раз повторил я. — Скажи, ты к нам надолго?

— Нууу, — чуть задумалась она, — я могу как вернуться вместе с помолодевшими князями, так и остаться настолько насколько захочу, — с улыбкой сказала Элин.

— Здесь тебе рады всегда! — радостным голосом сказал я. После чего повернулся к Зесу. — Барон, отведи Элин к своей супруге, — незаметно подмигнув, сказал я. — После этого передай прислуге моё распоряжение подготовить покои для баронессы Дель.

— Ты женат? — удивилась Элин.

— А что в этом такого, Элин? — спросил Зес у неё как у равной. Их титулы были равны и такое обращение позволялось.

— Да нет. Просто удивилась.

— Пойдём, — подставив локоть сказал Зес, — познакомлю с моей женой и двумя сыновьями.

— Идите, — сказал я ей тяжело вздохнув. — Мне нужно заняться стариками. Ведь чем раньше я начну, тем быстрее смогу к вам присоединиться.

С заряженными накопителями процедура прошла на удивление легко. Я даже не почувствовал какого-то особого сопротивления, как при лечении старшего поколения Ка Дель. Если вспомнить, то тогда я подумал, что это связано с тем, что мне пришлось омолаживать представителей эльфийской расы. Но скорее всего я просто становлюсь сильнее.

Когда я отошёл от второго уже молодо выглядящего эльфа, то посмотрел в окно и был приятно удивлен. Солнце ещё было достаточно высоко, и это значило, что я закончил достаточно быстро.

Перед тем как покинуть спящих эльфов, я посмотрел в оба сундучка, на дне которых лежало ещё по одному заряженному накопителю. Немного подумав, я забрал их себе. Это решение далось мне нелегко. Ведь лежащие на кроватях эльфы заплатили и так большую цену за вторую молодость. Однако, я посчитал что будет лучше, если все будут думать, что для омоложения мне требуется очень много накопителей. «Пусть у других убывает, а у моего рода только прибывает», — про себя сказал я.

Когда я закрыл дверь в покои, ко мне обратился закованный в броню эльф.

— Юный Де Тьер, как всё прошло?

— Не о чём переживать. Первый уже выглядит моложе Вас, — с улыбкой сказал я.

У эльфа на секунду расширились глаза.

— Могу я поинтересоваться кто был первым и когда Вы завершите процедуры со вторым?

— Извините, но я обещал этим почтенным эльфам, — указал я на дверь из-за которой вышел, — что это останется только моей тайной. Поэтому не сочтите за грубость, но я отдам страже приказ, чтобы они никого сюда не пропускали. К тому же я знаю, что такие же распоряжения Вы получили от обоих князей.

Он кивнул.

— Тогда что по второму вопросу? — спросил эльф.

— Завтра в первой половине дня Вы увидите своих командиров, — ответил я.

Больше вопросов не последовало, и я поспешил на встречу в спальни Ка Балакиных, где я рассчитывал найти Элин.

Находясь перед дверью, я услышал женский смех. Не успев постучать дверь открылась.

— Зес, как ты меня услышал?

— Со временем и ты научишься, — с улыбкой ответил он.

Я зашёл в комнату, где увидел сидящую на кровати Ерби и её сына, с которым играла Элин.

Заметив меня, Элин передала ребенка Ерби и направилась в мою сторону.

— Как же я скучал, — обнимая её, сказал я.

— Если бы скучал, то сам бы приехал в гости вместо того, чтобы отправляться на войну! — по-доброму сказала Элин.

Ерби тоже высказалась на этот счёт.

— Мальчишки! Лишь бы оружием помахать!

После чего обе засмеялись.

— Вы ещё не ужинали? — спросил я.

— Нет, — ответил за всех Зес. — Мы сразу пошли к нам, и всё это время эти, — указал он на женщин, — не замолкали.

— Ерби, что ты сделала с вечно угрюмым Зесом? — шутливым голосом спросила Элин. — Он же стал совершенно другим человеком.

— И месяца не прошло как она соблазнила его на корабле, — ответил вместо Ерби я. Та, услышав мои слова, покраснела и под расширившиеся глаза Элин сделала вид, что рассматривает свой маникюр.

— Я определенно хочу услышать подробности, — рассмеявшись сказала Элин.

— О каких это подробностях ты хочешь узнать? — спросил Зес, с искрящимися весельем глазами.

— Стихия! — воскликнула Элин. — Ты точно Зес? Где тот воин, которого я знала? Настоящий Зес никогда такой пошлости бы не сказал.

— Не я первый начал, — поднимая руки сказал Зес.

Пикировку прекратила Ерби.

— Зес, Ярар, перед ужином нам нужно переодеться. Так что, если вы не хотите рассматривать наши голые тела, рекомендую вам выйти. — И если в начале предложения Элин смотрела с солидарностью на подругу, то дослушав её до конца, покраснела до кончиков ушей. Она схватила Ерби за плечи и уронила на кровать, начав щекотать её.

Зес забрал сына с кровати, чтобы тот не мешал прихорашиваться женщинам, после чего мы пошли в сторону выхода, оставляя женщин разбираться самих. Закрывая за собой дверь, я услышал восклицание Элин.

— Ах ты, старая извращенка!

— Я не старая…

С улыбкой на лице я пошёл вместе с Зесом в сторону столовой. По пути мы нашли нянечку Игоря и передали его ей.

— С утра я начал думать о том, что ничто не может улучшить моё настроение, — сказал я.

— Как и я, — произнёс Зес. — Ерби, когда увидела Элин, чуть с ног её не снесла. Но самым забавным было наблюдать как Элин переваривала информацию, что мы женаты.

— Жаль, что я этого не увидел, — слегка улыбнувшись произнёс я.

В столовой, кроме нас, уже все собрались. Заметив наше прибытие, ко мне обратилась мама.

— Как всё прошло?

— Нормально. Думаю, за ночь мои силы восстановятся и после я омоложу второго Эльфа.

На миг у мамы сузились глаза.

«Неужели она знает, что я уже омолодил обоих эльфов?» — подумал я. И её ответ подтвердил мою догадку.

— А где ты был? — спросила она. — Я собиралась узнать будешь ли ты ужинать с нами, поэтому заходила в покои, в которых разместили эльфов, но тебя там не застала. Тогда я решила, что ты уже здесь, но ты пришёл позже меня…

И только тогда я понял, что Эмери, скорее всего, никто не доложил о гостье.

— Мама, вместе с эльфами к нам прибыла Элин Ка Дель.

Глаза матери на мгновение расширились.

— Если я правильно помню, именно ей ты обязан своим освобождением? — спросила мама.

— Ты всё верно помнишь. Сейчас она в покоях у Ерби, переодевается, после чего я пригласил её к столу, — ответил я.

Мама сердито просмотрела на меня, после чего перевела взгляд на Зеса.

— Очень плохо, что у вас обоих не возникло мысли предупредить меня заранее. Наш род многим обязан Элин Ка Дель, и это, — указала она на стол, — в светском обществе можно воспринять как неуважение к почётному гостю. — Мама повернулась к слугам, приказным тоном сказала. — Быстро накрыть на веранде стол. Сервируйте серебром, — строго сказала она, — и достаньте несколько бутылок вина девяносто шестого года. — После чего она назвала несколько названий блюд, которые нужно срочно приготовить, встала из-за стола и пошла на выход.

— Ты куда? — спросил я.

— Скоро приду, — не оборачиваясь ответила она.

Когда она вышла я спросил у Григория.

— И что сейчас было?

— Думаю, в отличие от некоторых, — указал он на меня, — твоя мама прекрасно понимает, что ты не сидел бы здесь, не повстречай на своём пути баронессу Дель. И Эмери, как благодарная мать, не может вести себя как-то по-другому.

Через десять минут мы прошли на веранду, где слуги уже успели накрыть на стол. Правда горячих блюд всё ещё не было. Но учитывая, что печи в замке сплошь артефактные, ждать нам придётся недолго.

Когда я сел слуги налили мне вина, на что искоса смотрел Тимофей.

— Брат, это не справедливо, что тебе уже можно пить вино, а мне нет!

— Тебе так хочется его попробовать? — спросил Григорий, после чего дополнил. — Ярар всё-таки старше тебя.

Со своего места подала голос Светлана.

— На самом деле я бы тоже не отказалась пригубить немного элитного вина.

Григорий, услышав слова моей невесты, кивнул слуге, и тот наполнили её бокал. Но насчёт Тимофея таких указаний не последовало.

— Держи, — протянул я ему свой бокал. — Чтоб ты понимал, я в твоём возврате и капли спиртного во рту не держал.

— Ярар, — с возмущением произнёс Григорий, — когда узнает Эмери, она будет недовольна.

— Это мои проблемы. К тому же если он сделает маленький глоток, то я не вижу в этом какой-либо проблемы.

Тем временем брат с сомнением посмотрел на вино. И прежде чем его попробовать, он понюхал его. Скривившееся лицо брата, заставило меня улыбнуться. Я уже думал, что он откажется от своей затеи, но выдохнув он сделал глоток.

— Подержи во рту, — посоветовал я. — Попробуй почувствовать вкус.

Но видать напиток ему совершенно не понравился, и он, быстро сглотнув, схватил стоящий рядом бокал с соком.

— Как вы можете это пить? — воскликнул он. — Оно же не вкусное!

— Что не вкусное? — спросила не вовремя зашедшая мама. Она довольно быстро поняла в чём дело, посмотрела на Григория, который не стал разыгрывать из себя героя и показал в мою сторону.

— Ярар, объяснись! — сердитым голосом воскликнула она.

— Накрой нас пологом, — попросил я, чтобы никто не слышал моих слов. Эмери почти сразу взмахнула рукой и нас накрыл воздушный барьер.

— Можешь говорить, — сказала Эмери.

— Мам, мне было проще дать ему попробовать, чтобы он отстал. И я не хотел, чтобы он завидовал. Разрешив ему попробовать вино, я рассчитывал, что Тима подсознательно будет благодарен мне. Заметь, на ужине в честь нашего возвращения, я специально отказался от второго бокала и это не потому что я не хотел. Нееет, я так поступил, потому что заметил зависть в его глазах. Брат начинает ревновать тебя ко мне. И хоть я скоро уеду, но я не хотел, чтобы это чувство в нём оставалось.

Сказав это, я стал ждать слов матери.

— Знаешь, я не стану тебя наказывать. Хотя очень хочется! Однако, я не могу сказать, что ты совсем уж не прав. Но, прошу тебя, сын, впредь так не поступай.

Я кивнул, после чего мама сняла «полог», и я, сделав виноватое лицо, сел за стол.

Через пару минут двери открылись, и слуга провозгласил.

— Элин, баронесса из рода Дель, со своей подругой, баронессой Балакиной.

Первой поднялась из-за стола мама, тем самым подав пример нам. Я посмотрел в сторону входа, где, застыв, стояла Элин. По-видимому, она никак не ожидала такого приёма. Застывшую подругу подхватила Ерби, и они наконец-то вошли.

— Рада приветствовать в своём доме, — начала говорить Эмери, — дочь из рода Дель. Пусть ветви вашего рода никогда не увядают и всегда стремятся к свету.

Ерби пришлось немного растормошить подругу, которая совсем растерялась.

— Да прольётся свет на наши рода, — словно механическим голосом, окончила церемониальную фразу Элин.

Почти сразу Зес и Григорий подхватили дам, после чего помогли им занять места за столом.

Элин посадили прямо напротив меня и матери. Было видно, что она немного нервничает. Как только все сели, начали подходить слуги, подавая горячую еду, от которой пахло очень аппетитно.

— Элин, простите, могу я к Вам так обращаться?

— Разумеется можете, княжна, — ответила она.

— Тогда и я настаиваю, чтобы ты ко мне обращалась — Эмери, и никак иначе.

Мама хотела что-то ещё сказать, но я её перебил.

— Может подымем уже бокалы за встречу? — спросил я у присутствующих.

Зес и Григорий проявили солидарность со мной и прокричали: «За встречу!». Когда бокалы отзвенели, я внёс предложение.

— Давайте забудем между нами об этикете. Он, право слово, к нашему мероприятию совершено не подходит.

— Полностью согласна, — улыбаясь произнесла Элин.

— Я только за, — сказала Эмери. И посмотрев на гостью, продолжила: — Элин ты даже не представляешь, как я хотела с тобой познакомиться. Мне очень много рассказывали о тебе. И я уверена мы сможем поладить.

— Я тоже рассчитываю на это.

Когда на улице стало темно, мы перебрались внутрь дома. За вечер мне редко удавалось перемолвиться хоть словом с Элин, внимание которой заняла Эмери. Они довольно быстро нашли общий язык, и постоянно о чём-то говорили. На их сторону стола пересели брат и сестры, которым было интересно послушать истории про меня. Также недалеко от них сидела Светлана, которая можно сказать «подслушивала» их разговор. Никак иначе её интерес к моей персоне я объяснить не мог.

Когда уже совсем стемнело, брат с сёстрами начали зевать и их отправили по своим комнатам. Элин тоже начала уставать, но я помог ей, взбодрив целительской энергией.

Но через несколько часов и я решил покинуть их общество. И судя по часто бросаемым взглядам, они только и ждали, когда смогут посплетничать обо мне без лишних ушей.

Зайдя в свою комнату, я увидел, что на кровати лежит Джу Ли. Вероятно, она уже спала, но услышав, что я пришёл быстро поднялась.

— Могла бы не вставать, — сказал я.

Она кивнула. Даже в темноте я заметил, что у неё покрасневшие глаза. Тем не менее она помогла мне раздеться, после чего выжидающе посмотрела на меня.

— Так и будешь обижаться? — не выдержав её молчания, спросил я.

— Мой господин не задавал мне вопросов, поэтому я не смею говорить.

— Обижаешься… — констатировал я факт. — Джу, — посмотрел ей в глаза, — я не стану просить прощения. Если ты хочешь изменить к себе отношение с моей стороны или со стороны людей, которые меня окружают, то должна измениться сама. Сейчас твоя позиция мне кажется смешной и походит на действия ребенка! Ты продалась за деньги! И я не вижу здесь чести. Из всего, что я слышал от тебя, сделал вывод, что ты никогда не стремилась изменить свою жизнь. И винить в том, что ты находишься в таком положении можешь только себя, а не окружающих.

По сути, ей всего семнадцать. Джу ещё девчонка, которой, я не стану отрицать, пришлось хлебнуть д…ма. Но её проблема, что она ещё верит в принца на белом коне, который вытащит её на вершину «пищевой цепочки».

Поэтому каждая моя фраза била по её самолюбию.

— Я поняла, господин, — произнесла Джу Ли.

Тяжело вздохнув я сказал.

— Нет. Ты ничего ещё не поняла. — И не дав ей проронить ни слова, продолжил. — Сделай мне расслабляющий массаж, а после иди спать в свою комнату.

Она поклонилась и дождавшись, когда я лягу, приступила к делу. Мне показалось, что она ещё не закончила, когда я погрузился в сон.

Утром меня разбудил стук в дверь.

— Войдите, — прокричал я.

Когда дверь открылась на пороге стоял Зес.

— Григорию пришло письмо. В обед к нам прибудет зеленая гостья.

— Де Валишь? — спросонья решил уточнить я.

Он кивнул.

— Леди Тьер уже сообщили. Она послала за тобой. На встрече, кроме вас, также будем я и Григорий.

— А Тимофей? — спросил я.

Зес отрицательно покачал головой.

Это было правильное решение. Не стоило махать красной тряпкой перед ними. Ведь морфы уже дважды пытались убить его.

Перед тем как найти старших Тьер, я зашёл вместе с Зесом в комнату, в которой до сих пор спали эльфы.

— Зачем мы сюда зашли? — спросил Зес.

— Не хочу, чтобы кто-то знал, что я могу омолаживать большее количество людей, — ответил я. — Я и так нарушил своё правило омолаживать одного разумного в три дня, — указал я на эльфов.

— И что ты будешь делать? — спросил Зес.

В это время я подошёл к небольшому зеркалу и представил, что моё лицо становится бледным, а под глазами образовались круги.

— Скажу, что за эту глупость мне пришлось поплатится своим здоровьем, — поворачиваясь к другу, ответил я.

— Да уж, — удивленно протянул Зес, — если бы я не понимал, что ты сделал это специально, то подумал бы, что ты помираешь.

— На то и расчёт, — ответил я.

— Рада приветствовать славный и гордый род Тьер! — произнесла девушка. — Меня, как вы поняли, зовут Долорес Де Валишь. — сказав это её лицо стало меняться, окрасившись в зеленый цвет, и на голове появился змеиный капюшон, который с одной стороны был прикрыт ярко-зелеными волосами. Если бы спросили моё мнение, я бы однозначно сказал, что стоящая передо мной женщина, не смотря на цвет кожи, потрясающе выглядит!

— Не сказать, что мы рады Вам, но моё СЛОВО, — выделила его голосом Эмери, — мы не нападём на Вас первыми. Прошу, — указала взглядом Эмери на стул.

Переговоры мы решили провести за стенами замка, чтобы как можно меньше народа могли увидеть нашу гостью. Запускать врага домой никто не собирался.

— Вы хотели встретиться с представителями нашего народа. Коли наша встреча неофициальная, то можете называть меня Дора.

— Согласна, не будем терять время. Думаю, нам представляться не имеет никакого смысла? — спросила Эмери и заметив, что морфа кивнула, продолжила: — Присаживайся.

Когда мы заняли свои места, Валишь спросила.

— И так, я хотела бы знать зачем вы предложили встречу? Что ваш род может предложите нашей расе?

— Мне не нравится, как Вы ставите вопрос, — начал отвечать Григорий — Тьер не находятся в роли просителя, чтобы морфы могли с нас что-то требовать. Смею напомнить, что ваша раса предприняла несколько неудачных нападений на детей нашего рода. Поэтому в данном случае речь может идти только о том, чтобы между нами не началась война!

— Вот как? — постаралась изобразить удивление морфа. — Но, насколько я знаю, оба ребенка не пострадали, в отличии от моих собратьев. — И видя, что её собираются перебить, она подняла руку: — Но я признаю, что вы были в своём праве. Однако, я бы хотела услышать ответ на вопрос, который задала Вам, — посмотрела Валишь на Григория, — в первую встречу.

— Мы не видим предпосылок для такого тесного сотрудничества между нами, — дипломатично ответил дядя.

— Иными словами, вы отказываетесь участвовать в убийстве вашего императора? — Немного помолчав, она продолжила. — В принципе я и так знала, что вы откажетесь. Но, чтобы вы понимали, надо мной тоже стоят разумные, которые мнят себя умнее всех. Так чего же вы хотите от нас?

— Ненападения, — ответил я. — Взаимного ненападения.

Валишь посмотрела на меня.

— А что мы получим взамен?

— Мне нужно повторять? Взаимного ненападения! Это значит, что мы не станем разыскивать вас и уничтожать при каждой встрече.

Она хищно улыбнулась.

— А ты забавный, Ярар Де Тьер. Сильная личность, но, к сожалению, с целительским даром. Если бы тебя не обошла стороной стихийная магия, то я бы с удовольствием убила твою Светлану и поменялась с ней местами.

— Это можно обсудить! — быстро парировал я.

— Ахах-хах, ой рассмешил! Ты думаешь, что я лучше Меньшиковой?

— Нет, просто с твоей способностью я смогу каждую ночь быть с новой девушкой! — решил пошутить я.

Она снова рассмеялась.

— Ладно, — успокоившись сказала она, — давайте объективно смотреть на вещи. Всё, что ваш род может предложить расе морфов, это омоложение. По большому счёту больше нас ничего не интересует.

— Я не против, но оплачивать будете метеоритным железом, — ответил я.

Она ненадолго задумалась.

— Это приемлемо. Я знаю, что эльфы отдали по килограмму за разумного.

Я кивнул.

— Это без учета накопителей с собственной энергией, — дополнил я.

— А если это будет неодаренный? — тут же спросила она.

Я сделал «отметку», ведь теперь нам известно, что их раса не полностью магическая.

— А какой возраст может быть у такого разумного? — спросил я. Было видно, что она не хочет говорить.

— Триста двадцать один год, — ответила она.

Я постарался сделал вид, что совсем не удивлен.

— Конечно мне легче работать с пациентом, у которого накопители заполнены родной энергией, но могу справиться с любой стихийной энергией.

— Хорошо, — произнесла она. — Тогда я не вижу смысла в повторной встрече. Думаю, Серек Де Тьер согласится со всем, что было сегодня сказано. Однако, я хочу сказать, чтобы вы не обманывались. Вам одним нас не уничтожить. Даже если о нас станет известно всему миру, мы всё равно выживем и отомстим! Насколько я знаю, у вас недавно был представитель католической церкви? — Я кивнул. — Спросите у него как они поступили с моим народом и что впоследствии стало с родами, принимавшими то решение. Ваша угроза уничтожить нас, выглядит смешно. С одним зрящим, у вас нет шансов! И это не пустые угрозы. Мой вам совет: цените то, что сегодня получили. Нейтралитет на моей памяти получали всего семь родов. Вы стали восьмыми! Также если Тимофей Де Тьер когда-нибудь раскроет личность морфа, то мы не убьём его. Но он лишится своих глаз. А ты, — указала она на меня, — ни за что не сможешь ему помочь. Или думаешь ты первый такой одаренный?

— Что ты имеешь ввиду? — подавшись вперед спросил я.

— Ой, да ладно! — воскликнула она. И видя, что я не понимаю, она загадочно улыбнулась, но ничего не ответила. Она приняла человеческий вид, развернулась и пошла в сторону своих людей.

— Встреча окончена, — произнёс Григорий. — Но скажите, только у меня сложилось впечатление, что мы заключили сделку с бездной?

— Не у одного, — ответила Эмери. — Но меня больше заинтересовали её последние слова. — Она посмотрела на меня. — На что она нам толсто намекнула про тебя?

Я пожал плечами. Мне было самому интересно, что Валишь имела ввиду.

На следующий день, забрав тренировочный клинок у кузнеца, мы начали собираться в дорогу. Качеством клинка я остался доволен. В руке рапира лежала также, как и оригинал. Что касалось боевой копии артефактного клинка, кузнец должен будет доставить его в крепость Тьер, после чего мама переправит в Балакина.

Пару раз я получал объёмные письма от Анри, в которых, помимо своих отчётов о проделанной работе, он очень интересовался, когда же я приеду домой. Он сообщил, что порт уже начал строиться, и к осени его успеют запустить. Артель Грани Жукова очень скрупулёзно отнеслась к своим обязанностям и, используя моих рабов-магов, они смогли очень сильно ускорить темп строительства.

Анри советовался со мной о том, чем загрузить их артель по завершении работ. Отпускать таких работников было с моей стороны совершенно неправильным. И я был с ним солидарен. И кроме как начать строительство дамбы мне в голову больше ничего не приходило.

Тогда Ля Фисто сообщил, что справился с моей просьбой насчёт прочной не пропускающей воздуха ткани. А это значило, что пришло время учиться строить дирижабли.

Ближе к вечеру мы остановились на ночлег. Если погода не испортится, то завтра к обеду мы должны будем доехать до Балакина.

— Ярар, почему ты ехал отдельно от нас? — спросила подошедшая ко мне Элин.

— Я думал, что вам с Ерби будет комфортнее путешествовать вдвоём, — ответил я.

— Ты не прав! К тому же мы очень мало общались пока были в замке Тьер. И вообще, я хочу услышать от тебя, как так получилось, что Инесса вышла замуж за Ля Фисто.

— А что тебя смущает? — напрягшись из-за всё ещё больной темы, спросил я.

— Ну, я до последнего была уверена, что она добьётся своего!

— Элин, я тебя очень люблю, но давай мы не будем это обсуждать.

Она внимательно посмотрела на меня, наверное, пытаясь прочитать эмоции на моём лице. У меня даже появилось ощущение, что на меня смотрит её отец, Эдвард Ка Дель.

— Хорошо, — не стала она настаивать на продолжении этой темы. — Так что насчёт завтра? Ты поедешь с нами?

— Я подумаю, — ответил я.

— Знаешь, я прекрасно помню, что означает услышать от тебя такой ответ. Но я не понимаю в чём причина. Неужели твои бумаги, — указала она на открытую дверь в телеге, — интереснее, чем я?

Немного подумав я ответил.

— Эль, пойми, в Элинской империи более свободные нравы, чем здесь. У нас считается моветоном ехать незамужней девушке в одной карете вместе с молодым человеком.

— Что ты такое говоришь? — спросила она. — Я вдова! У меня уже есть дети.

— И ты будешь объяснять это каждому встречному? Ты на себя в зеркало давно смотрела? Тебе на вид не больше двадцати, а то и меньше! К тому же ты вернула девичью фамилию. Мне продолжать или сама поймёшь, что я забочусь не о своей, а о твоей репутации⁈

— Но я видела, как твою карету покидала девушка! — возразила Элин.

— Она моя рабыня, — ответил я, вспомнив, что около часа провёл в обществе Джу Ли.

— И что же она у тебя делала? — спросила Элин.

— Ммм, — я всем своим видом постарался показать возмущение от такого вопроса. — Элин, я не думаю, что должен отвечать на этот вопрос. Я ещё раз повторю, она моя рабыня.

На миг у Элин расширились глаза, и она виноватым голосом ответила.

— Прости, этот вопрос и впрямь неуместен. Думаю, со стороны могло показаться, что я ревную, — усмехнулась она. — Просто ты так вырос! И…

— Иии, приехав сюда, ты ожидала, что мы будем проводить вместе больше времени, чем сейчас? — спросил я.

— Да, — ответила Элин.

— Обещаю, — взял её за руку и посмотрел ей в глаза, — я постараюсь исправиться и, как только немного разберусь с накопившимися делами, постараюсь реабилитироваться.

— Договорились, — ответила она, после чего вернулась к своей карете, у которой её ждала Ерби.

Повернувшись я увидел, что рядом со мной стоит Зес.

— Думаю, если бы ты немного проехался с Ерби и Элин в карете, то никто посторонний об этом не узнал бы.

— А что ж ты сам не сел к ним в карету? — усмехнувшись спросил я.

— Тоже верно, — поразмыслив ответил Зес.

После этого я пошёл вместе с Зесом ставить палатку для женщин. Хотя его смело можно было назвать полноценным шатром. Вообще путешествовать вместе с женщинами и с детьми, крайне утомительно. При сборах нам пришлось загрузить две дополнительные тележки с вещами, игрушками и палатками. И ещё пришлось взять нянечку, у которой была тоже семья!

Я ещё раз подумал о том, что нужно как можно скорее решить вопрос с транспортом. От тряски в дороге я был крайне недоволен.

Тем временем слуги и воины занимались обустройством лагеря. Кто-то занимался лошадьми, распрягая их и уводя на водопой. Кто-то пошёл в лес за дровами, остальные, как и мы, ставили палатки.

— Почему ты снова оставил Ронака? — спросил я у Зеса.

Зес нахмурился.

— Он сам вызвался остаться с Тимофеем. Но когда мы отправимся в столицу он обязательно поедет с нами.

— Хорошо, — сказал я, не продолжая, как я понял, больную тему для друга.

Когда мы закончили я пошёл в сторону карет, в которых ехала прислуга.

— Ты куда? — спросил Зес, заметив куда я направляюсь.

— Хочу посмотреть, как там прошло путешествие Джу Ли с нашей пленницей.

— Зачем ты забрал вампира с собой? — сразу же спросил Зес.

— Потому что собираюсь исследовать её организм! Перед выездом я отправил письмо деду, чтобы Корф и Герек вместе с учениками ускорились и как можно скорее возвращались в Балакина.

— Знаешь, мне кажется тебе срочно нужно нанимать как можно больше людей для твоих исследований, — сказал Зес.

— Знаааю, — ответил я. — Надеюсь, что Ясул смог найти египетских жрецов, желающих перебраться сюда. Нужно растить свои кадры, а для этого нужно их где-то взять. Замкнутый круг какой-то! — проворчал я.

Подходя к крытой непромокаемой тканью телеге, я услышал смех. По голосу я узнал Джу Ли и Аяну Хрущёву.

— Ты своей иголкой решила меня насквозь проткнуть? — веселым голосом произнесла Хрущева.

— Извини, — послышался виноватый голос Джу. — Сильно больно? Я ставлю иглы так же, как и обычному человеку. Неужели у тебя другое строение организма? — с удивлением спросила она.

— Не глупи! Мне больно, потому что большинство мышц не ощущает прежней нагрузки, а не из-за того, что ты поставила иглу неправильно. Мои мышцы, мягко говоря, атрофируются, — ответила Аяна. — Если хочешь знать, то строение у энергетиков ничем не отличается от человеческого. Разве что у нас более крепкие и эластичные связки и мышцы. Ну и кости прочнее и тверже.

— Смотрю тебе это не сильно помогло, — с иронией сказала Джу Ли.

— Я ещё жива, а значит ещё ничего не кончено. Кончено пришлось нелегко, и в какой-то момент я почти сдалась. Но потом я встретила твоего господина.

— И что же изменилось? — с интересом спросила рабыня.

— Не знаю. Называй это интуицией. Когда смотришь на него ощущаешь что-то противоестественное. Что-то темное. Я такое чувствовала, когда меня представили нашему главе.

— А где сейчас тот глава? — спросила Джу.

— Умер. Он был стар. По крайней мере так сообщили остальные старейшины.

— А ты думаешь иначе?

— Не важно, что я думаю. Это было давно. И от старейшин я за всю жизнь не видела и не слышала ничего плохого. Даже если они и убили главу, то значит так было нужно.

— Суровая у вас жизнь.

— Не говори о том, чего не знаешь, — произнесла Хрущева. После чего она достаточно громко спросила. — Монстр, ты ещё долго будешь нас подслушивать?

Поняв, что нас заметили, я откинул занавеску.

— Ещё раз назовёшь меня монстром, и я прикажу разместить тебя в рабских бараках, — в телеге было довольно темно, и я не сразу понял, что Хрущёва сидит без верхней одежды. Но поняв это, я отвернулся. Её обнаженное тело у меня не вызвало интерес. Скорее наоборот. Ведь неприятно смотреть на человека, у которого нет ни рук, ни ног. К тому же из её тела торчало большое количество иголок.

— Что, не нравлюсь? — с горечью сказала Хрущева.

— Завтра ты поедешь со мной. Расскажешь, как тренировать моё *зрение*.

— А что я получу взамен? — спросила она.

— Вампир, знай своё место! — громко сказал я. — Моё отношение к тебе может резко ухудшится. И это может быть для тебя фатально!

Сказав это, я развернулся и пошёл обратно в сторону своей палатки. Костры ещё только начали разводить, и об ужине ещё минимум час можно и не мечтать.

На обратном пути я достал рысенка из облюбованной им сумки и отпустил побегать по травке. Наша связь стала крепче, и находясь рядом с ним я стал ощущать его чувства. Мне уже не нужно было встречаться с ним взглядом, чтобы понять, когда котенок хочет кушать или в туалет.

— Как ты его назовёшь? — спросил Зес.

— Я не думал об этом, — ответил я. И увидев недовольное выражение лица друга, пояснил: — Зачем ему имя, если он его не услышит?

— А ваши мыслеобразы? Как в них ты к нему обращаешься?

— Зес, представь себе, что ты хочешь кушать. Он присылает мне образ чего-нибудь съедобного. И всё это настолько примитивно, что не может идти и речи о именах.

— Я тебя прошу, дай ему имя. Для меня коты священные животные. А жрецы богини Бастет, даже несмотря на веру во Всевышнего, очень почитаемы.

— Хорошо, — подумав сказал я. — Нареку его именем того, по чему я очень скучаю. Теперь твоё имя — Космос!

Когда я это договорил, то увидел, что рысенок внимательно смотрит на меня. На миг мне показалось, что он понимает о чём я говорю, но почти сразу понял, что ошибся. В голове появилась картинка тарелки, в которую слуги накладывали ему кушать.

Вздохнув я вспомнил его отца, который понимал, что детёныш не выживет в лесу. С его слухом он скорее сам станет чьей-то добычей, чем наоборот. К тому же он слишком быстро привык к тому, что еду не нужно добывать.

Рано утром я проснулся от того, что меня будил Зес.

— Вставай, а то потренироваться не успеем, — достаточно бодрым голосом сказал он.

Пропустив по телу энергию, я спросил.

— Как у тебя получается быть настолько бодрым по утрам?

— Не знаю, — улыбаясь ответил он. — Меня с раннего детства приучили рано вставать. Думаю, что если ты не будешь лениться, то со временем сам привыкнешь.

— Ерби, проснись! ЕРБИ! — воскликнула Элин.

— А? Что? Что случилось? — сонным голосом спросила её подруга.

— Ты разве не слышишь? Кто-то сражается?

— Хмммм, — плюхнулась на подушку Ерби. — Спи. Это Ярар с Зесом слишком близко решили провести свою тренировку.

— Какую тренировку? — ничего не поняв, спросила Элин.

— Зес делает из Ярара мастера клинка, — ответила Ерби, и накрывая подушкой голову продолжила: — Спи, Элин. А если решила вставать, не дай тебе Стихия разбудишь Игоря! Я, в отличие от некоторых, полночи с ним проскакала.

— Хах, я тебя предупреждала, что не стоит давать ребенку столько спать днём, — сказав это, Элин успела увернуться от подушки, запущенной подругой.

— Нужно было не жалеть прислугу и отдать его им, — проворчала Ерби. — Ладно, всё равно уже не усну. Пошли посмотришь, чему успел научиться Ярар за это время.

Укол, разворот, удар. И когда я повернул голову место, где только что находился Зес, оказалось пустым.

— Работай ногами, — указал на очередную ошибку Зес. — В настоящем бою я бы выбил клинок из твоих рук. Смотри, — сказал Зес, отходя подальше и показывая, как правильно нужно перемещаться, используя эту связку. — Раз ты правша, то нужно левой ногой одновременно с атакующей рукой делать скользящий подскок к противнику. А ты, вместо этого, вес переваливаешь на правую ногу, и из-за этого можешь не успеть отступить. Понял? — спросил он.

— Понял, — сказал я, смахивая пот со лба.

— Хорошо, работаем. Переходи на максимум своих возможностей, — вдруг сказал Зес.

— Зес, нам ещё предстоит дорога до дома, а там, я уверен, Анри не даст мне нормально отдохнуть.

Но вместо ответа Зес резко перешёл в атаку. И вновь в наших руках зазвенела сталь. От первой атаки я быстро ушёл, Зес довольно часто начинал бой с горизонтального удара, при котором самым лучшим решением было отступить назад. Но в этот раз я решил наоборот сделать быстрый шаг вперед и отразив его клинок, постарался ударить в ответ.

Зес не ожидал смены тактики, это я понял по расширившимся у него глазам. Он перекатом ушёл от моего удара, и когда я подскочил, чтобы не дать ему подняться, он очень быстро ударил по мне ногой. Это действие я смог предугадать и, уклоняясь от подсечки, постарался вновь достать Зеса. Снова зазвенела сталь. Я выкладывался на полную, постоянно подпитывая тело магической энергией, и мне казалось, что я двигаюсь с каждым ударом всё быстрее и быстрее.

— Ты молодец, — сказал Зес, остановив лезвие сабли у моей шеи.

— Я снова проиграл, — расстроенным голосом произнёс я.

— Ты хочешь, чтобы я поддавался тебе? — спокойно спросил Зес.

— Разумеется, нет. И не разговаривай со мной, как с ребенком. Просто скажи, зачем ты решил провести полноценную тренировку?

— спросил я.

Зес указал взглядом в сторону лагеря, где стояли Элин с Ерби.

— У нас были зрители. И судя по лицам дам, они никак не ожидали, увидеть такое представление.

И да, всмотревшись в лица подруг, я увидел, что те очень сильно удивлены.

— Снимаю свой вопрос, — и уже улыбнувшись, добавил, — спасибо.

— Не за что, — шутя поклонился Зес.

Позавтракав мы снова погрузились в кареты и поехали в сторону Балакина. Вместе со мной ехала Хрущёва, которая объясняла мне какие нужно делать упражнения для усиления моего *зрения*.

Началась тренировка с того, что я сел в позу лотоса.

— Теперь закрой глаза и представь, что твоя кровь стремится к твоим глазам. Как она течет по сосудам, как размывает преграды и увеличивает в объеме.

— Это что, самовнушение? — спросил я.

— Возможно, — ответила Аяна. — Но меня учили именно так. Ведь ты родился с этим даром. Возможно тебе стоит поверить в свои силы самому, и ты сможешь развить своё видение. Хотя, знаешь, — подумав сказала она, — попробуй направить энергию в свои глаза.

— Это не поможет, — ответил я. — Я уже пробовал и никакой разницы не заметил.

— Жаль, но согласись, стоило попробовать.

Примерно час я старался представлять, как моя кровь приливает к глазам, но постоянная тряска не способствовала моей концентрации. Пока я медитировал Аяна объясняла Джу Ли какие картинки ей нужно нарисовать.

Когда она сказала мне открывать глаза, никакой разницы я почти не заметил. Единственное что было, это пелена, словно я только открыл глаза после глубокого сна.

Рассказав про свои ощущения, Аяна сказала, что у неё было почти также. После чего она попросила Джу Ли поднять первую картинку, на которой был изображен лабиринт, и я должен был найти проход в центр. Джу Ли очень ответственно подошла к этому рисунку, и я минут пятнадцать потратил на это задание. Но следующее мне абсолютно не понравилось. На листе было нарисовано множество плюсиков и минусиков, которые мне приходилось считать. При постоянной тряске меня начало мутить, и я попросил закончить на сегодня.

— В принципе для первого раза не плохо, — сказала Хрущёва. — Я думала, что ты устанешь быстрее.

— Скажи, — обратился я к ней, — почему ты надиктовала слуге совершенно другие задания для тренировки. Там ни слова не было про медитации и про выполнение заданий с этими рисунками.

— Те задания рабочие, но они рассчитаны на начальный уровень. Пока ты медитировал, я контролировала процесс с помощью *зрения*. Мне нужно было самой всё увидеть, чтобы понять с чего начинать. А когда я диктовала вашему слуге упражнения, думала, что ты будешь заниматься этим сам.

— Ясно, — сказал я.

Мне хотелось поспать, но посмотрев в окно я увидел, что мы уже подъезжаем к Балакина.

И минут через пятнадцать я услышал знакомый голос.

— Ну наконец-то вы приехали!

Когда карета остановилась и я увидел, Зеса стоящего в обнимку с Ля Фисто. Анри почти сразу увидел меня и в его глазах я увидел нетерпение и злорадство. Из-за этого у меня мурашки по спине пошли.

— Ссююзззеерррррен, — с хищной улыбкой произнёс он, — как же я рад, что ты наконец-то вернулся! — он стал смотреть не на меня, а куда-то за мою спину. — Элин⁈ — не веря в то, что видит, спросил он.

— Здравствуй, Анри! — улыбнувшись произнесла она. Он приблизился к ней, и встав на колено поцеловал ей руку. — С каждой новой встречей я понимаю, как же повезло Саиду жить с тобой!

Элин кивнула, и с грустной улыбкой прошептала.

— А ещё ему повезло, что у него был такой прекрасный друг как ты, Оливье.

Дальше мы снова расселись по каретам и поехали уже к нашим домам. Анри сел вместе со мной и сходу начал рассказывать в подробностях, что он сделал в наше отсутствие.

А сделано было немало. Проезжая по улицам, которые, к слову, были сделаны из ровной каменной брусчатки, на которой карета почти не тряслась, я внимательно смотрел на здания.

— На днях мы запустили канализацию в центральном районе. Разумеется, без прорывов не обошлось, но в течение суток, используя рабов-магов, мы всё исправили. Уже началась разводка труб в промышленном районе. Думаю, на следующей неделе водоснабжение будет и там.

— Это хорошие новости. Ты много успел сделать, — оценил я проделанную работу, и почти сразу от него услышал.

— Ярар, не заговаривай мне зубы. Я не строитель. Чтобы всё это получилось я совершал непростительно много ошибок.

— Ага, а думаешь у меня бы обошлось без них? — спросил я.

— Нет, я понимаю, — поднял он руки в примирительном жесте. — Просто пойми, что заниматься развитием агентурной сети и контролировать строительство города для меня одного очень сложно. И боюсь с таким подходом я запорю оба направления. Ведь, я правильно понимаю, что не еду с тобой в столицу, а остаюсь здесь? — Я кивнул. — Тогда я предлагаю вводить должность мэра. И все организационные вопросы по городу спрашивать с него.

— Я так понимаю, что ты уже кого-то подобрал и даже успел проверить? — раскусив игру друга спросил я.

— Да, — ответил Анри. — Это Виктор Смирнов, старший из наших архитекторов. Я приставил его к себе пока руководил стройкой в центральном районе. А сейчас отправил его в свободный полёт, отдав контроль за промышленным районом.

— Не проворуется? — с сомнением спросил я.

— Ярар, все рано или поздно начинают воровать. Для этого и должна создаваться служба контроля, которая будет вовремя выявлять нарушителя и наглядно для всех наказывать.

— Хорошо, что ты узнал по Смирнову? Почему выбор пал на него? — спросил я. Если честно я не смог понять о ком говорит Анри.

— Он умеет организовывать людей, разбирается в ценах на стройматериал. Прекрасно понимает, что это его шанс подняться.

— Ладно, приведи его завтра утром ко мне. Посмотрим так ли он хорош или ты просто решил скинуть работу на другого.

— Если у тебя есть кандидаты лучше, то я весь внимание.

Таких не было и, тяжело вздохнув, я отрицательно покачал головой.

Александр V изучал карту, переставляя фигурки воинов, олицетворяющих продвижение его войск. Недавно он дошёл до Иркутского острога и впервые за всё это время ворота в крепость ему не открыли.

По информации разведки в крепости находился граф Ангарский, который был сильным магистром воды. И император был взбешён тем фактом, что он лишится ещё одного магистра!

— Государь, — зашёл в шатер один из его командиров, — к нам прибыло посольство от гномов. Требует, чтобы отпустили третьего наследника Подгорного царства.

— Прям таки требуют? — прошипел император. Слова командира ещё сильнее вывели его из равновесия.

Командир, заметив настроение своего правителя, с усилием сглотнув, ответил.

— Именно так.

Александр V в тот момент подумал: «Ох и правы были Тьер, когда сбрасывали спесь с коротышек, не задумываясь отправляя их в полёт в реку, или подвешивая на некоторое время в петле». Жаль, что он не может так поступить с будущими союзниками.

— Как они так быстро добрались до нас? — спросил император. — Не прошло и недели как пленного гнома привезли наши воины.

— Не могу знать, — ответил командир.

«Конечно не можешь, — про себя выругался император, — тебя не было, когда я разговаривал с Траином о том, как они забрались так далеко в мою Империю и что тут делали.»

— Зови их сюда.

— Ваше императорское величество, — поклонился зашедший гном. Александр V сразу заметил сходство с пленным принцем. И дальнейшие слова гостя это подтвердили. — Я, Артак Каменный, четвертый наследник Подгорного царства, прибыл забрать своего брата.

— Выкупить, — поправил гнома Александр V.

— Что простите? — с непониманием спросил Артак.

— Я не намерен просто так отдавать вам Траина. Он нарушил ряд законов моей страны. И, что хуже всего, он подозревается в шпионаже!

— Думаю это какое-то недоразумение, — начал было Артак, но поймав сердитый взгляд архимага, понял, что спорить не имеет смысла. — Что Вы хотите? — спросил гном.

И увидев хищную улыбку императора, Артак понял, что сейчас его будут «грабить».

Через три часа Артак вместе с Траином погрузились на корабль.

— Как ты мог попасться? — спросил Артак, когда они остались в каюте одни.

— Не знаю. Насколько я понял, наш лагерь заметили крестьяне, скрывающиеся в лесу. Они доложили о нас Тьер.

— Больше крестьяне никому ничего не расскажут, — кровожадно сказал Артак. Брат вопросительно посмотрел на него. — Всех, кого мы нашли, погрузили в трюм. Я им сделал предложение погостить у нас.

— От которого они не смогли отказаться? — усмехнулся Траин.

— Разумеется. От них я узнал, что ты попал в плен. Но ты так и не сказал, как ты попался? Ведь остальной отряд смог спрятаться в лесу.

— Это всё Эмери Де Тьер, которая заметила меня с воздуха. Только я решил выйти осмотреть лагерь, как на меня приземлилась эта дылда!

— Мда, если и существует закон подлости, то это именно тот самый случай. Ладно, — похлопал Артак своего брата по плечу, — даже то, что твоя свобода стоила мне одного корабля, не идёт ни в какое сравнение с тем, сколько мы смогли заработать!

— Думаешь отец не будет сердиться? — спросил Траин.

— Будет. Но если мы расскажем другую историю твоего пленения, то в глазах Совета ты ещё и выиграешь. Да и сам вспомни сколько животных и крови нам удалось перевезти.

— Какую историю? — с непониманием спросил Траин.

— Ту, в которой ты храбро сражался и единственный выжил после устроенной на вас засады, — с улыбкой ответил Артак.

— Но на мне нет и царапины! — возразил Траин.

Артак показал взглядом на кинжал, после чего произнёс.

— Вот это как раз самая малая из проблем.

Не успел я опомниться, как прошло три недели. И когда Анри сообщил, что дед вместе с войском пересек нашу границу, я схватился за голову поняв, что ничего толком не успел сделать.

— Что пишет дед? — спросил я у графа, когда он прочитал записку до конца.

— Всё нормально. Ждёт, что мы прибудем к параду победы, — ответил он. — Тем не менее у нас есть ещё два дня перед отъездом в крепость Тьер.

— Хм, — задумчиво произнёс я. — Наверное, он хочет заслушать отчёты от нас. Думаю, когда я уеду в столицу ты будешь очень часто общаться с ним.

— Извини, что я так говорю, но лучше твой дед, чем Талий. Твой отец был жёсток при принятии решений. И существовало только два мнения: его и неправильное.

Напоминание об отце мне не сильно понравилось. Но я не мог отметить, что Анри сказал правду.

— Не забывай, что Серек воспитывал отца с малых лет. Думаешь откуда в его характере эти черты появились?

— Жизнь покажет, — ответил Анри.

Ля Фисто подошёл к моему столу начав разглядывать, что я там делаю. Секрета никакого не было, поэтому я подвинул ему чертёж, на котором была изображена схема жесткого дирижабля.

Ля Фисто скривился, что не укрылось от меня.

— Анри, я не понимаю, что тебе не нравится? Мы ведь уже убедились, что этот аппарат может летать.

— Ярар, я всё понимаю. Но он, — ткнул он в изображение, — слабо управляем. При увеличении веса, он проседает и выглядит, как сломавшаяся колбаса. И это я не говорю о том, что он никак не защищён от магии.

— Вот поэтому я и просчитываю сам каждый элемент, — показал я ему на математические расчёты, — чтобы конструкция была надёжной. Мы будем использовать стальной каркас, который обтянем вампирской тканью. Тогда сломанной колбасы у нас не получится. Также Ясул привёз нам схему артефактного движителя.

— Лучше бы построили летающий корабль, чем делали это.

— Это слишком дорого! — возразил я. — В отличие от корабля дирижабль поднимается в воздух без использования артефактов. Нам нужен только движитель. И если ты посмотришь сюда, то увидишь, что я уже придумал как сделать так, чтобы он выдавал больше скорости.

— Труба с вентилями? — бросив быстрый взгляд на схему, спросил Анри.

— Сам ты труба! А это ТУР-БИ-НА, — сказал я по слогам.

Услышав незнакомое слово, Ля Фисто задал новый вопрос.

— Эти знания оттуда? — Я кивнул. — И на много может увеличиться скорость?

— Ощутимо, — ответил я. — Без испытаний сложно сказать. К тому же нужно не забывать о том, что сам дирижабль на высокой скорости может стать трудно управляемым.

— Я правильно понимаю, ты переживаешь из-за ветра? — спросил Анри, и я подтвердил его мысли. — А может нам использовать артефакты сферы, которые использовались на воздушных судах?

— Сколько они могут стоить? — подхватив идею друга, спросил я.

— Не знаю. Но не сильно дорого. После того как воздушные суда прекратили строить артефакты стали продаваться за бесценок.

— Почему?

— А они больше ни для чего не пригодны, — ответил он.

Я перевёл взгляд на схему. Тяжело вздохнув я взял в руки стирательную резинку, ведь придётся заново производить расчёты.

Как уже рассказывал Анри, в наше отсутствие была проведена большая работа. Самое главное, что в ещё не до конца построенном порту уже разгружались корабли, правда причалить к пирсу мог пока только один корабль. Остальным приходилось ждать в очереди или переправлять груз в шлюпках.

К сожалению, Ясула и Акакия я не застал в городе. У меня появились к ним вопросы. Ведь почти весь товар привезён ими. А где, спрашивается, другие торговцы? Я был уверен, что во всём мире уже знают, что на берегу реки Волга строится город. Так почему везут товары в основном только эти двое. Напрашивался вопрос, как они смогли монополизировать рынок!

В связи с этим, я дал задание Смирнову Виктору, которого Анри прочил на должность мэра. Ему нужно было изучить бухгалтерию и предоставить мне отчёт насколько сильно Ясул и Акакий завышают цены при продаже товара мне. И через пару дней Смирнов сообщил, что те накручивают всего три процента. И это уже с учетом затрат на дорогу.

— Ты сравнивал с ценами, которые установлены в Империи? — спросил я.

— Да, господин, — ответил Смирнов.

— Значит твои расчёты не верны, — и увидев его удивленное лицо, я пояснил: — Сейчас в Империи разве что природные ресурсы выгодно скупать. Этим и пользуются промышленники из других стран. Мы же импортируем от них изделия, созданные из наших же ресурсов.

— Так получается торговцы нас обманывают? — спросил Смирнов.

— Нууу, тут с какой стороны посмотреть. Они думают в первую очередь о своей наживе. Было бы странным если бы они торговали себе в убыток! — улыбнулся я. — Но поэтому я и хочу, чтобы к нам начали поступать товары не только от этих двоих. Имея конкуренцию среди торговцев, ты сможешь сбивать цену.

— Я? — удивленно спросил Смирнов.

— Да. Тебе нужно пообщаться с капитанами кораблей, и узнать из каких стран привезён тот или иной товар. После чего отправь сообщение через Гильдию торговцев о размещении заказа в той стране. По идее тебе должен прийти ответ с предложенной ценой.

— А что мне делать, когда об этом узнают Ясул и Акакий? — спросил Смирнов.

— Так и скажешь, что их цены неоправданно высоки. Думаю, они поймут, что больше они не смогут сами назначать цены. И начнут их снижать.

— Хорошо. Я понял, что нужно привлечь торговые дома в наш город.

Я кивнул. Анри был прав, Смирнов смекалистый парень, главное, что он хочет работать. А от ошибок никто не застрахован…

Также мы обсудили с ним строительство рыночной площади. Сейчас в городе, не считая рабов, проживало больше трёх тысяч людей. И уже нужно было думать о том, где люди будут покупать, еду, одежду и другие необходимые им вещи. А ещё нужно было решить проблему сильного перекоса в сторону мужского населения. И это не считая, что среди рабов почти девяносто процентов были мужчины!

— Может закупиться рабынями? — спросил меня Смирнов.

Идея была неплохой, но, откровенно говоря, больше покупать рабов я был не намерен. Всё дело было в том, что когда я огласил свободу тремстам рабам, то через неделю мне сообщили, что большая часть совершила суицид. Кто-то повесился, кто-то утопился, но не в этом суть. Когда я стал разбираться в чём дело, то понял, что большинство из них было сломлено. Насилие, пытки, постоянные избиения и унижения лишили их воли к жизни.

Смирнов предложил, как можно решить демографическую проблему. А именно создать рабочие места для женщин. И это могло сработать, но была проблема менталитета. Парикмахеры, ткачи, швеи и другие профессии были сплошь мужскими. Женщинам полагалось следить за скотиной, уютом в доме и воспитанием детей. И было страшно если кормилец погибал. Если не брать частности, то единственным решением, чтобы выжить, было добровольное рабство. Хотя были и те, кто старались торговать своим телом, чтобы хоть как-то прокормить себя и родных, но это всё временные полумеры. Да и касалось это городских, ведь в деревне попробуй заняться таким бизнесом, соседние бабы быстро придушат, чтобы неповадно было чужих мужичков отбивать.

— И где у тебя будут работать женщины? — спросил я, не сильно представляя реализацию это плана.

— Ммм, господин, я слышал от крестьян, что в этом году в полях и огородах очень быстро растёт картофель. И если опять же верить этим слухам, то урожай будет очень богатым.

— Виктор, давай ближе к делу, — попросил я.

— Когда я работал в городе Саратов, то я разговорился с крестьянином по поводу его одежды. В общем его вещи были сделаны из конопли.

— Но она же грубая, — удивился я, вспоминая каково на ощупь волокно из конопли. В основном из неё делали канаты на морских судах, потому что она устойчива к воздействию морской воды.

— Всё верно, — ответил Смирнов. — Но тот крестьянин работал кожеделом и смог придумать состав, при котором волокно становилось очень мягким.

— И ты предлагаешь, чтобы мы выращивали коноплю и делали из неё ткань? — спросил я.

— В общем-то да. И если вы сможете ускорить выращивание конопли, это сильно поможет для начала процесса превращения стеблей в ткань, которую будут прясть женщины.

Не сильно веря в его затею, я не стал её отвергать. «Пусть пробует,» — подумал я. Всё равно других вариантов у меня не было.

Ещё я наконец-то узнал причину прибытия Элин ко мне в гости. Конечно я был рад что она приехала, но всё равно выглядело странным, что она без предупреждения появилась в замке Тьер. И ей ещё очень повезло, что она почти сразу застала меня там.

Всё оказалось банальным. Её мать решила, что три года — это большой срок для скорби по мужу. Но пора задуматься о будущем и выйти замуж. К тому же к ним в дом стал очень часто наведываться принц Исаврийский. Благо отец не торопил её. Но Элин хорошо знала свою мать и была уверена, что Эдвард очень скоро сдастся и тогда уже оба родителя будут обрабатывать её насчёт замужества. Поэтому, пока не поздно, она переговорила с отцом и отправилась погостить ко мне. Что тоже в глазах главы рода Дель выглядело нужным делом. Всё-таки моя популярность среди знати росла с каждым вылеченным разумным.

Как и обещал Элин, всё свободное время я проводил в её обществе. Нам было что вспомнить и о чём поговорить. Да и мне было очень комфортно находиться рядом с ней. Кстати, Элин напросилась поехать с нами в столицу. Возвращаться домой она ещё не хотела, так как была уверена, что стоит переступить порог дома, как её поведут под венец.

Я договорился с Анри, что после того как я куплю дом, он отправит мои вещи ко мне в столицу. Отправляться в путь большой колонной не хотелось. Я и так, чтобы облегчить свой путь до столицы, установил под каретами простейшие рессоры.

Казалось бы, что может проще сложить несколько отрезов стали и загнуть их дугой. После чего взять две таких дуги и скрепить их шарнирами с обеих сторон для упругости. Но, насколько я понял, до такого никто не додумался. А если и догадался, то в массовое производство не запустил. Своим изобретением я немало порадовал Ерби, Элин и Инессу, которые сразу оценили комфорт передвижения по городу вместе с этим изобретением.

Кстати, именно рессоры я решил запатентовать. И, как выяснилось, патентованием авторского права занимались в Гильдии торговцев. Если разработка была перспективной, те старалась выкупить патент, а если не получалось, то покупали лицензию. Но тем не менее, они тщательно пресекали любые попытки нарушения авторского права!

Разумеется, патент на моё изобретение Гильдия захотела выкупить, но я отказал. И торговцам пришлось довольствоваться лицензией, которую они приобрели на два года за триста тысяч золотых. По сравнению с тем, сколько я зарабатывал, омолаживая людей, это были копейки. Но я же продал им не эксклюзивную лицензию, поэтому я надеялся, что разрешение на производство у меня купит не только Гильдия торговцев, но и промышленники.

Я рассчитывал, что в столице смогу заниматься исследованиями своего дара. А дел на этом поприще у меня накопилось не мало. Я помнил про артефакт-наруч, изучением которого я пока что не успевал заняться. А также документацией, привезенной из лаборатории Щеглова. Причём в будущем я предвидел серьёзный разговор Сереком. Уверен, он и Эмери, тоже хотели бы более детально узнать, чем занимались Щегловы в той лаборатории. Но мне очень повезло, что Герек привёз почти все ящики с документами в Балакина. Так что, если они не вспомнят о них пока я нахожусь в крепости Тьер, то потом можно состроить дурачка…

— Ты снова витаешь в облаках, — сердито сказал Зес, ударив плашмя своей саблей по моей заднице.

— Ммм, — застонал я. — Зес… тебе обязательно бить меня так больно? — спросил я.

— Так лучше всего запоминается, — без тени улыбки ответил он. — Так, в чём дело? Что тебя волнует?

— Мне кажется, что было бы правильным отправиться в Академию на следующий год.

— Ясно, — с понимаем в голосе сказал друг. — Ты думаешь, что без тебя никто не справится. Работа встанет. Город разрушится. А люди разбегутся?

— Когда ты так говоришь, это выглядит не совсем так, — ответил я.

— Ты уже решил ехать, выбрось вон эти мысли. Анри справится. К тому же твой воздушный шар…

— Дирижабль, — поправил я Зеса.

— Да какая разница? — возразил он. — Когда твой транспорт будет готов, то до дома мы будем путешествовать во много раз быстрее. А это значит, что мы сможем приехать в зимние каникулы. Четыре учебных месяца, и мы дома.

— Согласен.

— Тогда выкинь все мыли вон и соберись.

Я кивнул и подняв клинок перешёл в атаку.

Закончив поединок с Зесом, я отправился в душ, после которого ко мне должна прийти Джу Ли. Она начала учить меня акупунктуре, объясняя за что отвечает та или иная точка на человеческом организме. На занятиях мы оставались в одном нижнем белье. И хоть мы занимались делом, мне всегда хотелось продолжения. Джу Ли же реакция моего организма на неё, как мне казалось, только веселила.

— Вот здесь чувствуешь? — спросила она, нажимая на мою поясницу. — Именно сюда я ставила иглу после твоего возвращения с войны.

— А как эта точка воздействует на девушек? — спросил я.

— Никак. По крайней мере визуально. Как понимаешь, эта точка не воздействует на твоё эмоциональное желание. Она просто снижает кровяное давление в мужском органе.

— Ясно, — сказал я. — А есть точки, которые воздействую наоборот?

— Разумеется, — ответила она.

Джу Ли достала листок бумаги, на котором стала рисовать человеческий организм. И пока она это делала, я невольно засмотрелся на неё. У девушки была очень яркая внешность. А сегодня она ничем не прикрыла свою грудь. И это сводило меня с ума. Ведь я уже знал, чем закончится наше занятие.

— Смотри, — сказала она, указывая на рисунок. Ты должен понимать, моя техника заключается в том, что иглами я ускоряю или замедляю давление в теле. Можно конечно воздействовать на внутренние органы, но это мы будем проходить не скоро. Так вот. В теле разумного два круга, по которым поступает кровь. Малый круг отвечает за движение крови по твоим органам. А точки, расположенные у большого круга, отвечают за состояние мышц, суставов, костей и кожи.

— Ты так и не ответила на мой вопрос, — сказал я, внимательно следя за ней.

— Сейчас я твой учитель, а не рабыня. Таков был уговор, — с улыбкой сказала она, проводя по моему бедру.

— Поэтому каждое занятие ты издеваешься надо мной, надевая всё более откровенные наряды или извиваясь передо мной так, что слушать о иглах уже нет никакого желания? — я стал приближаться к ней, но был остановлен её рукой, которая упёрлась мне в грудь.

— Подожди! — с напряжением в голосе сказала она. — Я покажу тебе эти точки, и ты поставишь в них иглы.

— Оооо, — с удивлением произнёс я.

Джу Ли смутилась, но продолжила.

— Мне было пятнадцать, когда учительница воздействовала на точки, как она их называла, безудержного желания.

— И как ты справилась с возбуждением? — заинтересованно спросил я.

— Учительница меня многому научила. И она научила меня доставлять удовольствие не только мужчинам. — Я удивленно присвистнул. Такой откровенной истории я не ожидал услышать.

Справившись со смущением, Джу Ли показала мне на пять точек, расположенных на животе и внутренней стороне бёдер.

Когда я их установил, то несколько минут Джу Ли лежала с закрытыми глазами, не подавая ни звука. Я уже стал думать, что поставил иглы неправильно. Но постепенно я стал замечать, что она стала тяжелее дышать.

И пока она не сказала, чтобы я убирал иглы, стал её нежно гладить. Оказалось, что наблюдать за ней со стороны тоже приятно.

Так она пролежала не больше минуты, после чего простонала сказав, чтобы я убирал иглы.

Через пару часов я вошёл в комнату Хрущёвой. В это время обычно я занимался с ней развитием магического зрения. Но в этот раз в комнате, помимо Аяны, находились ещё Элин и Ерби.

Когда я сел напротив вампира, она сделала вид, что принюхивается ко мне.

— Снова спал со своей рабыней! Совесть бы поимел, у меня не было мужика почти полгода. Такими темпами я сама попрошусь в барак к рабам!

Я заметил, как покраснела Элин и её руки сжались в кулачки. «Интересная реакция,» — подумал я. Ведь раньше я не замечал, чтобы она смотрела на меня иначе чем как на ребенка. Себя я не обманывал. Элин выглядела превосходно, но вот каких-то чувств, кроме дружеских, к ней я не испытывал.

— Сегодня распоряжусь перевести твои вещи в барак, — постарался с непроницаемым лицом сказать я.

— Снова ты надел маску монстра, — уже по-другому выразила мысль Хрущева. — Но если серьёзно, то тебе не следует приходить сюда сразу после секса.

— Ты думаешь мне есть дело до твоих чувств? — сердитым голосом спросил я.

— Конечно, нет. И я это знаю, ты же мон… — увидев, как я на неё смотрю, Аяна не стала продолжать слово, которым постоянно меня называла. — Просто от тренировки в таком состоянии не будет толка. — Её глаза осветились алым светом. — К тому же вы занимались акупунктурой перед этим. Твоя аура насыщена необработанной энергией. Для духовного начала это хорошо, она стимулирует развитие твоей магии. Но структура глаз слишком хрупка, чтобы воздействовать на них чуждой им энергией.

— Хорошо, — постарался как можно холоднее сказать я. — Но, чтобы ты не развлекалась за мой счёт, я прикажу слугам оставить тебя без еды сегодня. Знаешь, Аяна, я не могу тебя понять. Это что, вид такого мазохизма ходить по краю и разговаривать так с человеком, от которого зависит твоё существование?

Хрущёва не сразу ответила мне.

— Зато так я чувствую себя живой! — ответила она. И переведя взгляд с меня на Элин и Ерби, спросила. — Может вы его сами уже выпроводите? Я устала искать варианты, чтобы нам посекретничать.

На мне скрестились взгляды трёх женщин и я, не совсем понимая почему пошёл им навстречу, покинул их комнату.

Сегодняшний день навёл меня на мысль, что сам отношусь к Хрущёвой не как к пленнице. Всё было гораздо сложнее. Но я перестал чувствовать от неё угрозу. Хотя я не забывал про её дар эмпатии, который помогал ей располагать к себе людей.

Со дня проведения переговоров с гномами, прошло много событий. Иркутский острог пал. И как бы не хотелось Александру лишаться ещё одного магистра, но князь Ангарский оказался очень упертым, и его пришлось казнить, также, как и его наследника. Но пресекать благородную ветвь Ангарских император не решился. Младший сын князя вместе с матерью будет до совершеннолетия жить в столице. И пока наследник будет набираться ума-разума, губернатором он назначил одного из своих генералов.

Заполучив от гномов летающий корабль, император облетел своих доверенных лиц. И был очень доволен результатами. Ещё месяц и он наконец-то сможет вернуться назад. Всё-таки после победы под Кемерово, где основные войска были уничтожены, сопротивление организовать некому.

Но больше всех его удивили князья Броф и Макаров. И если последний хотел быстрее освободить свои земли и покарать предателей, то Брофом двигала месть. Не та, которая застилает разум. Нееет, наоборот, холодная, расчётливая и крайне жестокая. Из четырёх великих родов, он обезглавил три.

И ответ на вопрос почему он оставил боярина Сусанина в живых, пришёлся по душе императору.

— Потому что иначе мы останемся без магистров в следующей войне. А те, кого казнили не занимались ничем, кроме набивания своего пуза и пользования девок.

Император также был согласен со следующим высказыванием Брофа о том, что чем дальше род находится от границы, тем сильнее он заплывает жирком.

От Брофа император полетел к Меньшикову. У них накопилось много тем для разговора. Также Император собирался уговорить Меньшикова остаться за старшего. А самому быстрее лететь в столицу. Ведь теперь ему нужно было закрепить за собой власть, которая была утеряна его предками.

— Хороший у тебя кораблик, — вместо приветствия сказал Меньшиков.

— А это я… — безэмоционально постарался произнести император, — выменял у гномов.

Разумеется, Меньшиков попросил рассказать при каких обстоятельствах это произошло.

— Тьер, Тьер и снова Тьер, — ворчал Меньшиков. — Саша, я хоть к ним и хорошо отношусь, но корабль ты получил только благодаря им. И меня начинает раздражать их везение.

— Так и скажи, что тебя раздражает то, что происходит и во всех других армиях, — с грустной улыбкой сказал император. Меньшиков вопросительно изогнул бровь. — Воины говорят, что это Тьер принесли мне победу! При каждом удобном случае слышатся фразы: «Не гневи императора, а то закончишь как Тьер!», «Что? Решил начисть броню, чтобы враг подумал, что ты Тьер?». Их род популярен, как никогда!

— Да, есть такое, — согласился Меньшиков. — Но ты должен признать, мальчишка хорош. Мой оболтус в тринадцать лет только девок на сеновалах научился портить, а этот с клинком на вражеских солдат.

— Хах, прошло триста лет, а ты до сих пор это помнишь! Как он, кстати? — спросил император.

— Последнее сообщение мне пришло за месяц до начала военных действий.

— Дааа. Надо отзывать его от вампиров. Не сможем мы заключить союз с ними, — задумчиво произнес император. — Я же прав?

— Он давно об этом говорил, государь. Не могу сказать, что ты быстро это понял, но уж лучше поздно, чем никогда, — ответил Меньшиков.

— Просто мне совершенно не хотелось воевать ещё и с кровососами. И ведь теперь придётся защищать, как восток, так и запад.

— Хорошо хоть азиаты решились подписать с нами союз.

— Всё равно много. За нас будут гномы, эльфы и азиаты. А остальные? Кто решит первым покуситься на наши земли?

— А разве мы не хотим сами откусить у кого-нибудь кусок?

Император прищурился.

— Кто проболтался?

— Я просто предположил, — отведя взгляд сказал Меньшиков.

— Ага, предположил он. Так я тебе и поверил. Но коли ты знаешь, ответь, что думаешь?

— Думаю, что наши потомки скажут нам за это спасибо! — улыбнувшись ответил Меньшиков. — Осталось разобраться, что за оружие придумали Тьер.

— Я так понимаю, твою люди не разобрались что вызывает взрыв такой силы?

— Нет. Единственное, мы установили, что одним из элементов была сода. Но как бл… она приводит к взрыву⁈

В одном из непримечательных домов столицы у камина сидела Долорес Де Валишь. Ей наконец-то пришёл ответ от Совета. Если читать между строк, то Совет выражал ей благодарность за заботу о их преклонных годах. Однако, им не понравилась скорость завершения конфликта в Славянской империи. Теперь же ей надлежит узнать какое оружие было применено родом Тьер. И им не важно, как эта информация попадёт к ней в руки. Важен только результат!

Долорес посмотрела на кровать, на которой недавно получала удовольствие от человеческой особи. Мужчина ещё спал. Подойдя к нему, она провела пальцем по его губам.

— Мальчик мой, — начала будить она мужчину, — пора вставать.

— Долорес? Только не говори, что ты хочешь ещё!

— Какой же ты слабый! — усмехнувшись произнесла она. — Так уж и быть, не стану с тобой играть. Ведь завтра ты отправишься на задание.

— Всё, что захочет моя госпожа!

Долорес ещё раз посмотрела на спящего мужчину и подумала: правильно было завести романтические отношения с руководителем отдела ГРУ. Теперь информацию о значимых событиях в стране она узнавала одной из первых. А то, что приходится спать с человеком, не так уж и плохо.

Дорогие читатели! Прошу вас, оставляйте свои комментарии, ставьте лайки. Это всё очень сильно помогает мне привлекать большую аудиторию читателей.

К тому же я на все вопросы стараюсь отвечать, и у вас не возникнет ощущения, что вы написали мне просто так.

С благодарностью, автор!)

По приезду в замок Тьер началась подготовка к встрече наших войск. Ни для кого не было секретом, что я, Эмери и Зес вернулись домой раньше, и многим было интересно как нам удалось уничтожить замок Щеглова. Разумеется, их вопросы оставались без ответа.

— Когда вы собираетесь даровать Антону баронский титул? — спросил я.

— Сегодня, — ответила Эмери.

— И много у меня ещё есть дядей и тетей, о которых я не знаю? — вновь спросил я.

Она пожала плечами.

— Я не стояла со свечкой, поэтому не могу сказать. Но я уверена, что в магической школе для простолюдинов учится больше половины незаконнорожденных детей благородных.

— С чего ты так решила? — поинтересовался я.

— Сила… Она не берется из ниоткуда. Когда ты поступишь в Академию, на первом курсе у тебя должен быть предмет «Теория магии». Существует множество гипотез как возникла магия и откуда она появляется у ребенка, если оба родителя были неодаренными.

— А наш род занимался такими исследованиями? — спросил я.

— Конечно, — не задумываясь ответила она. — После падения Римской империи, когда наши предки вывезли огромное количество магических трудов, они начали изучать магию. Это позволило роду Тьер довольно быстро набрать силу и власть.

— Мама, я долго думал после разговора про ритуал передачи силы. И у меня есть множество вопросов.

— После того, как тебе исполнится восемнадцать, я постараюсь ответить на них. Мы же вроде бы это обсуждали? — спросила Эмери.

— Да, хорошо. Но насколько я понимаю, наш род до сих пор занимается исследованиями?

На миг у Эмери расширились глаза, но, ухмыльнувшись, она кинула, будто что-то поняла.

— Смотрю Ля Фисто не научился держать язык за зубами? — я кивнул.

— Не сердись. Вы отдали приказ о молчании позже, чем он рассказал мне, — улыбнулся я.

До появления Ля Фисто за информационную сеть отвечал мой дядя Михаил. Но это был не его профиль, хотя структуру он выстроил довольно-таки неплохую. В каждом трактире, борделе работали завербованные им люди.

Но без проблем, конечно же, не обошлось. Михаил, передавая дела новому руководителю, забыл, или сознательно не упомянул, про несколько ячеек. В итоге, наши люди пролили кровь друг друга. Когда в пыточной люди Анри узнали, что они захватили своих же, Ля Фисто пришёл в бешенство.

При захвате он лишился человека, чьей подготовкой занимался лично. А он не привык ТАК БЕЗДАРНО терять людей. В общем, я не сомневался, что Анри и Михаил ещё будут выяснять взаимоотношения между собой. Но мама и Серек были осведомлены о произошедшем, поэтому я был уверен, что этих двоих очень быстро примирят. Чему я сам собирался поспособствовать.

— Да. Если бы вы сразу рассказали о трёх лабораториях, то наши люди не поубивали бы друг друга.

— Четырёх, — сказала Эмери.

Я не сразу понял о чём она.

— Четырех? — переспросил я.

— Лабораторий четыре. После того случая я сообщила о них Ля Фисто. И Михаил не виноват в той ситуации. Он выполнял приказ Талия, — печальным голосом ответила мама.

— Ясно, — произнёс я.

Пока я говорил с мамой, смог узнать, что за научное направление отвечает Светлар. Именно поэтому она решила передать мой древний свиток ему. Помимо того, что он сам интересуется древними рунами, так ещё на него работает больше полутысячи человек. После моего отбытия она отправила с гонцом свиток Светлару. Сегодня Светлар должен был вернуться с ним и заодно рассказать, что они в нём смогли разобрать.

Также Эмери рассказала какими исследованиями занимается наш род. Первая лаборатория занималась разработкой новых артефактов. Но насколько я понял, за последнее время ничего нового изобрести у них не получилось. В основном там выковывали броню и оружие, обладающие сверхпрочностью. Вторая была ритуальной. Именно там был создан ритуал передачи силы. Больше Эмери о нём ничего не стала говорить. В третьей лаборатории занимались изучением неизвестных артефактов. Самый маленький отдел, состоящий из пяти человек. И со слов матери, самый бесперспективный, ввиду отсутствия квалифицированных кадров. Именно им и был передан свиток. И последняя была инженерной. Её задачей была разработка и улучшение фортификаций и вооружений.

— Мам, скажи честно, они ведь там просто протирают штаны? — и видя, что она собирается спросить почему я так решил, пояснил: — Просто я не заметил, кроме лучшего обмундирования, отличий от войск других великих родов.

— Тут смотря с какой стороны посмотреть, — уклончиво ответила Эмери. — У ритуалистов очень сложное направление. Сам знаешь, как может измениться процесс, если поменять местами руну. А остальным нужно много метеоритного железа, чтобы проводить эксперименты. И как ты понимаешь, его мы выделяем крайне редко. Поэтому большинство их наработок остаются непроверенными.

— А инженерный? — спросил я.

— Не знаю, — ответила Эмери. — Будет время, поговори со Светларом.

Ближе к полудню я услышал, как заиграли трубачи. И почти сразу послышались крики с крепостной стены. Они едут! ЕДУТ!

Оглянувшись я увидел, как ко мне подошли Анри и Зес с супругами.

— А где Светлана? — спросил я.

— Она вместе с Элин спустится через пару минут, — ответила мне Инесса.

Многие уже знали, что Светлана моя будущая жена и согласно принятых норм, она должна стоять рядом со мной, встречая воинов, проливавших кровь за величие нашего рода.

Конечно это всё было показухой, но для простого народа это было важно. Этим представлением мы показывали каждому, что мы ценим, что они для нас сделали.

Осматриваясь я увидел брата с сестрами, которые стояли рядом с Эмери. Григорий, на правах родственника, стоял рядом с Эмери. А Ронаку досталась Элин. И глядя на него мне захотелось накормить его лимоном. Слишком уж счастливым он выглядел.

И только я подумал о том где же запропастилась моя благоверная, как чья-то рука легла на мой локоть.

— Ты всё приготовила? — спросил я у Светланы. — Завтра в полдень мы выезжаем в столицу.

— Да, — ответила она, после чего повернулась в сторону ворот.

Пока я был в Балакина, матери пришло письмо от Меньшикова с просьбой о том, чтобы мы помогли Светлане добраться до столицы к началу учебного года. Сам этого сделать не мог по вполне понятным причинам. Но Меньшиков помнил, что в этом году собирался поступать и я. На этот счёт он сообщил, что никаких сомнений относительно моего зачисления в Академию быть не может.

— А что решили насчёт меча? — спросил я у Эмери про меч Щеглова, который я вручил Тимофею в день нашего возвращения.

Мать услышав мой вопрос, ответила.

— Серек вручит Тимофею меч и доспехи генерала Империи Тан. Те выглядят в разы богаче, чем меч Щеглова.

Я кивнул.

А дальше началось представление для собравшихся. В ворота въезжают три всадника, облаченные в натертые до блеска, сверкающие доспехи, а за ними следуют пешие воины. Играет победный марш, люди бросают цветы под ноги победителям. Серек, Михаил и Антон, подъехав к нам спустились с коней.

Навстречу деду вышел Тимофей. Ведь юридически он новый глава рода. И люди должны видеть кому принадлежит власть в нашем роду!

— Серек Де Тьер, ВОИНЫ, — посмотрев за спину деду, громко кричал Тимофей, — поздравляю вас с победой!

— УРА-УРА-УРА! — слитно прокричали воины.

— Глава рода Тьер, примите в дар вражеский меч генерала Империи Тан, — и вытянув вперёд руки Серек передал Тимофею меч, богато инкрустированный драгоценными камнями. Тимофей вытащил клинок из ножен и осмотрев его, поднял над собой. И вновь послышался радостный крик собравшихся.

Когда голоса утихли, вперед вышла Эмери, рядом с которой встал Серек.

— Подойди сюда, Антон Безруков, — сказала Эмери.

По его лицу я заметил, что он ждал этого момента. Он волновался. Медленно подойдя к нам, Антон сразу встал на колено.

Напротив него встал Тимофей и, положив только что врученный ему клинок на плечо Антона, произнёс.

— За доблесть и отвагу. За верность роду Тьер, Антон Безруков отныне и вовек становится бароном Безруковым! И с этого дня именно он назначается командующим наших войск.

— УРА-УРА-УРА! — закричали воины и, как мне показалось, ещё громче, чем прежде. И, наверное, я мог их понять, сегодня они вновь стали свидетелями, как один из них стал благородным.

После чего Эмери подошла к нему, и подав руку, ввела его в наши ряды.

— Здравствуй, дядя, — по-доброму улыбнувшись сказал я.

— Не начинай, — так же с улыбкой произнёс он.

На этом торжественная часть была окончена. Воинам и их родным были накрыты столы рядом с Орском. На этот праздник пришлось выделить большую сумму. Но мы точно не обеднеем. По последним подсчётам, которые нам сообщил Михаил, выходило, что только за счёт брони и оружия снятых с азиатов, мы окупили полностью все затраты. Но, правда, это без учёта потраченной энергии в артефактах и моего летающего корабля. Но это меркло на фоне пяти килограмм искусственного железа, полученного в ходе ритуала.

Дождавшись ухода воинов, мы остались праздновать в семейном кругу. Кстати, только к вечеру я узнал, что всю торжественную церемонию запечатлел художник, использующий какой-то очень редкий артефакт. Он вручил нам большую картину, на которой были изображены все мои родные и близкие.

Насколько я понял, этого художника выписала Эмери сразу по возвращении домой. И за несколько дней до возвращения Серека он прибыл к нам.

Пока сидели за столом я узнал от Антона, что для него было неожиданностью, когда Серек сообщил ему, что он по крови Тьер. Антон прекрасно помнил своих родителей, и не мог поверить в то, что они могли оказаться ему не родными. Но ещё больше он не верил, что его мать, которую он очень любил, могла нагулять его с отцом Талия. Но, к сожалению, как было на самом деле он уже ни у кого не мог спросить.

Его родители погибли ещё до того как он записался в армию. На самом деле это и стало основной причиной того, что он пошёл в армию.

— Ярар, — обратился он ко мне, — скажи, а во мне точно нет никакой способности к магии?

Я не стал откладывать и активировав магическое зрение посмотрел на дядю.

— Прости, Антон, но я ничего такого не вижу. А почему ты меня спросил об этом?

— Да не обращай внимание. Просто в молодости мне казалось, что огонь от свечей тянулся ко мне. Но ближе к двадцати я перестал это замечать. Наверное, это просто мне привиделось.

— Антон, не расстраивайся. Уверен, твоим детям способность к магии вернётся. Ты ведь знаешь, что тебя собираются вскоре женить?

— Да, — прикусив губу, ответил он. — Не так я себе представлял жизнь благородного. Только я подумал, что заживу на широкую ногу, как меня сразу же женить придумали. Завтра поеду знакомиться, — улыбнувшись сказал Антон.

— Антон, а почему ты выбрал фамилию Безруков? — спросил Тимофей, незаметно подойдя к нам.

Антон показал свою культю и ответил.

— Чтобы все предки помнили кто стал первым бароном из нашего рода, — ответил дядя. — И что даже у калеки есть все шансы стать дворянином.

Ответ Антона мне понравился. Тем временем брат стал расспрашивать Антона про поход на крепость Артуил. Мне показалось Тимофей задаёт вопросы таким образом, чтобы узнать, как можно больше информации об отце.

Я же, оглянув всех присутствующих, решил, что на сегодня для меня впечатлений достаточно и, пожелав всем спокойной ночи, покинул торжество. Нужно было как следует выспаться перед долгой дорогой.

Идя по коридору, погруженный в свои мысли, я не сразу заметил, что мне преградила дорогу Ярина.

— Сестра⁈ — удивился я, встретив её в столь поздний час. — И почему ты ещё не в кровати?

— Ты завтра уезжаешь, но за всё это время ты со мной почти не разговаривал. Ты что, на меня обиделся?

— С чего ты взяла? — в ответ задал вопрос я. Но почти сразу у меня появилась догадка. — Ярина, чего ты хочешь?

— Как с тобой сложно! Даже дядя Гриша ведётся, когда я говорю с ним как ребенок. А тебе хоть бы хны.

— Я всё ещё жду, — скрестив руки на груди, сказал я.

— Найди мне учителя стихии воды, — и не успел я проронить и слова, как в её руке появилась ледяная роза. Она подала её мне, и я не мог не восхититься ей. Она была словно живая.

— Потрясающий контроль, — восхищенно сказал я. — Ты сама придумала это заклинание?

— Нет конечно! — ответила она. — Ты не ответил на вопрос. Ты сможешь найти мне учителя?

— Почему ты обратилась с этим вопросом ко мне?

— А ты не знаешь? — удивилась она.

— Не знаю чего?

— После того, как наш род уничтожил Щеглова, который, между прочим, был магистром воды и очень авторитетным магом продвигающим магическую науку, нам пришёл отказ от всех известных магов.

— А тот который у тебя сейчас?

— Он слабак. Лёд ему не поддаётся. Григорий попытался найти учителя среди наших вассалов, но они тоже силой не блещут.

— Подожди, а как же Долгоруковы? — спросил я.

— Они согласились, но только если я выйду замуж за представителя их рода.

— Но мы же родственники!

— Род Долгоруковых большой. И там есть довольно-таки дальние родственники! Но для меня лучше остаться неучем, чем ограничить свободу, — сказала Ярина. Она заметила, как я скривился, ведь меня права выбора уже лишили.

— Извини. Ты не виновата. — После небольшой паузы я все таки ответил на ее просьбу: — Я постараюсь решить твою проблему, но не могу обещать, что это будет слишком быстро.

— Спасибо, — обняв меня сказала Ярина.

— А почему ты раньше не подошла с этим вопросом?

— Мне только сегодня сообщили о том, что с учителем возникли проблемы. А ты сейчас куда? — спросила меня сестра.

— Спать, — ответил я. — Завтра долгий путь.

— Ты в курсе, что Светлана затаила нешуточную обиду на тебя за твою рабыню?

Я кивнул. Моя завербованная шпионка Клара Цветкина каждую «встречу» пересказывала о планах мести, которые она свершит, как только мы переступим порог Академии.

— Справлюсь! — ответил я.

— Я её предупредила, что если с тобой что-то случится, то я вырву ей сердце. Но думаю она мне не поверила.

Я погладил её по голове, сказал.

— Хорошая девочка! — после чего с улыбкой на лице пошёл дальше.

В моей комнате спала Джу Ли, а рядом с ней мило посапывал мой рысенок. Я как можно тише разделся и лёг с краю, быстро провалившись в сон.

Ночью я проснулся от того, что услышал шипение рысенка.

Не открывая глаз, я стал гладить его, подумав, что тому приснился страшный сон. Но он выпустил когти и цапнул меня за руку.

— Ты что делаешь? — спросил я, зная, что Космос мне ничего не ответит. Сбоку от себя я увидел тень и почувствовал боль в плече.

— Аааа, — закричал я.

От моего крика проснулась Джу Ли, которая, не понимая, что происходит, подскочила с кровати. Она спала голой, и я отчетливо видел, как её грудь начала наполняться воздухом, после чего она закричала.

— На помощь! Убивают! Спа… хра… — с перерезанным горлом девушка стала заваливаться на кровать. А за её телом я увидел вторую тень.

Время для меня замедлилось. Я видел с каким удивлением Джу Ли смотрела на меня.

Собрав всю свою волю, я активировал щит, который накрыл меня и умирающую девушку. И воспользовавшись заминкой, которая произошла скорее всего из-за активации зеленой сферы, я дотянулся до плеча.

Лиц, напавших я не видел. На их головах были маски, в которых я видел только блеск глаз.

— Суки! — прокричал я, вынимая клинок из своего плеча. И как только я собирался исцелить себя, посчитав что опасность мне больше не грозит…

— Привет тебе от Траина! — услышал я женский голос и в меня полетели металлические иглы. В тот момент я ощутил, как всё стало двигаться слишком медленно. Но это чувство отличалось от того, что я испытывал во время тренировок с Зесом. Иглы прошли сквозь щит, и не будь у меня клинка я бы не смог отбить две иглы, а от третьей просто увернуться.

— Да, когда же ты подохнешь⁈ — воскликнул второй мужским голосом, тоже запуская в меня иглы.

Чтоб уйти от этой атаки я спрыгнул с кровати, напрягая все мышцы и связки. После чего перекатом приблизился к напавшей противнице и нанёс удар. Но она с легкостью увернулась и даже ударила в ответ своим коротким мечом, но на моё счастье щит выдержал удар.

«Не артефакт» — подумал я, радуясь своей удаче.

— Уходим, — сказал второй.

— А как же он? — указала женщина.

— Он от нас никуда не уйдёт. — ответил первый. И спустя несколько мгновений они выпрыгнули в окно.

Я быстро подбежал к окну и посмотрел вниз. До земли было не меньше пятнадцати метров, но я отчётливо видел, как две тени бегут в сторону крепостной стены.

Я набрал в легкие воздух и что есть мочи закричал.

— Северная стена нападение! — и тут же я услышал, звон клинков. Активировав *зрение*, я увидел, как два силуэта исчезают за стеной. А третий силуэт лежит на полу.

И только я повернулся в сторону кровати, чтобы оказать помощь Джу, как в комнату ворвалась Эмери, на которой была надета одна ночная рубашка. От неё я почувствовал давящую на меня силу.

— Что случилось?

Но вместо ответа, я подбежал к Джу Ли. Перевернув её, я заметил, что всё постельное бельё в крови. Рана на её шее была огромной, и если бы я не смотрел на неё *зрением*, то подумал бы что она погибла. Не тратя время, я активировал энергию, наблюдая как её рана начала затягиваться.

— Почему нет света? — спросил я через пару минут, когда полностью исцелил девушку. Она находилась без сознания. Джу Ли потеряла много крови, но я видел, что её аура начинает зеленеть и опасности для её жизни больше нет. Тогда-то я увидел, что из её груди у сердца торчит акупунктурная игла. «Вот почему она не сразу истекла кровью», — догадался я. Она замедлила кровоток в своём теле!

И как только я вытащил её, девушка открыла глаза. Было видно, что она не понимает, что происходит, но спустя несколько мгновений она начала вспоминать пережитое ей.

Когда она зарыдала, Эмери скривилась, и приказала слугам помочь ей одеться и увести девушку, которая была вся в крови и к тому же обнаженная.

В комнате уже находились почти все взрослые. Найдя в толпе Зеса, я подошёл к изголовью, откуда достал иглу.

— Ты видел такое раньше? — спросил я, протягивая осторожно иглу.

Он кивнул.

— Аяна Хрущева использовала похожие иглы.

— Где она? — спросила Эмери, поняв к чему клонит Зес.

— Я провожу, — ответил Зес.

Через пять минут мы стояли в комнате Хрущёвой. Эмери была в бешенстве, и выпустив заклинание в Аяну, отлевитировала её в кресло.

— Узнаешь? — прошипела Эмери.

Взгляд Хрущёвой сосредоточился на игле, вокруг глаз появилось алое свечение.

— А им-то вы чем успели насолить? — удивленно спросила Хрущёва.

«Щёлк» — раздался звук от пощёчины.

— Отвечай на вопрросссы, — с рычащими звуками произнесла Эмери, потирая руку после удара. — Запомни, здесь задаём вопросы мы. Ты всё поняла?

— Дааа, — облизывая губу, на которой проступила кровь, ответила Аяна. — Но ваша злость направлена на меня понапрасну. Эти иглы очень похожи на те, что использует моя раса. Но от этих несёт мертвечиной! Именно поэтому я и удивилась! Чем же вы заинтересовали кровососов?

— На меня напали вампиры? — удивленно спросил я.

Хрущева повернула ко мне голову.

— Всё-таки ты и впрямь монстр! Эти иглы носят вампиры ликвидаторы. И мало кто на планете может похвастаться, что после встречи с ними смог выжить. Я прям вся сгораю от любопытства, как ты выжил?

В принципе никто ещё не слышал полной истории о нападении на меня. И я начал рассказывать.

— Хереют кровососы, — выслушав меня, сказала Аяна. — Не провели должной разведки. Ничего не узнали про твои магические способности, хотя здесь я их не виню. Это же нонсенс — целитель с магическим щитом. Но не узнать про рысь! Это ж каким идиотом надо быть!

— Что ты имеешь ввиду? — спросил я.

Но вместо Хрущёвой ответил Зес.

— Все животные семейства кошачьих реагируют на вампиров.

— Вот именно, — продолжила Аяна. И уже с нескрываемым любопытством посмотрела на меня, светя алым взглядом. — Ещё немного и твой организм станет неотличим от энергетических вампиров!

— Не понимаю твоей радости! — сказал я.

— А зря! Если мои сородичи узнают о тебе, хотя вернее сказать, когда узнают, — многозначительно посмотрела она на меня, — то за твоим семенем будут гоняться все наши женщины.

— Почему ты так решила? — всё ещё не понимая спросил я.

— Ты маг! И ты энергетик!

— Но я не поглощаю энергию, как вы.

— Вот именно! В тебе есть магическое сосредоточие! И это делает тебя уникальным!

— Аяна, скажи, а это правда, что твоя раса может отбирать жизненную силу и энергию? — спросил я, вспоминая что говорил мне Анри, когда мы сидели в его особняке в Кейптауне.

— Ты можешь немного состарить меня? — спросил граф.

— Нет, я не умею, — честно ответил я.

— Жаль. Хотя это и к лучшему. Я бы неприятно удивился, если б ты был энергетическим вампиром, — с облегчением сказал Ля Фер. Мне стало интересно узнать кто это такие, о чём спросил у него. — О них мало что известно. Мы знаем, что они прибыли вместе с остальными пришельцами. Выглядят, как обычные люди, но их способности другие. Мы используем магию и выпускаем её в пространство, создавая чары или проводя ритуалы. А они наоборот её поглощают. У них повышенная скорость и реакция, и магия напрямую на них не действует.

— Да, — ответила она.

— Ты прекрасно поняла к чему я клоню, — встав рядом с ней сказал я.

— Юный Тьер, это знание опасно! Именно из-за того, что мои предки стали использовать это умение, на нас начались гонения. Ваши церковники за сотни километров чувствуют, если мы высасываем жизнь из разумных. К тому же без разрешения старейшин я не смогу обучить тебя этому.

— А для этого тебе нужны руки и ноги, — понимая к чему она клонит произнёс я, ставя себе зарубку в памяти про церковников. — Но почему я должен тебе верить? Вдруг твои сородичи решат напасть на нас?

— Не глупи! — резко ответила она. — Если мы нападём на вас, то нас снова начнут разыскивать по всей планете. Нам проще договориться! И я уже говорила, что захочет взамен мой народ.

Семейный совет продлился до самого утра. Главным подозреваемым, после того как мы узнали про вампиров, стал Элентар Фолиан, мой бывший учитель артефакторики. Именно его мы подозревали в том, что в теле Тимофея находился паразит, который образуется после введения личинки, служащей усилителем магии.

Но оставался главный вопрос: как быть и что делать? Ведь получалось, что меня собирались убить. И раз это у них не получилось в первый раз, то обязательно последует второй. Только какой был смысл в моей ликвидации? Однозначного ответа на этот вопрос мы не нашли.

Я повернулся к матери и спросил.

— Может мы проведём ритуал исцеления с Хрущёвой?

— Что, одной рабыни тебе мало, решил ещё и представительницу самых опасных существ на планете к себе в постель затащить? — вскипела мать.

— Эмери, — обратился к ней Серек. — Я тоже обдумываю этот вариант. Мы ведь можем в обмен на его семя получить отличных союзников!

— Дед, не торопись. Как я уже говорил, я не собираюсь плодить кучу бастардов. Но я готов исцелить Хрущёву, к примеру, в обмен на десять лет службы.

— Хочешь сделать из неё телохранителя? — подхватила идею Эмери.

— Да, — ответил я.

Дорогие читатели! Прошу вас, оставляйте свои комментарии, ставьте лайки. Это всё очень сильно помогает мне привлекать большую аудиторию читателей.

К тому же я на все вопросы стараюсь отвечать, и у вас не возникнет ощущения, что вы написали мне просто так.

С благодарностью, автор!)

После ночных событий я так и не смогу уснуть. Замок выглядел словно разворошённый муравейник. Гарнизон крепости был поднят по тревоге и на улице от света факелов и артефактных светильников было очень светло.

К сожалению, один солдат был найден мертвым. Насколько я понял, в том месте, где он нёс вахту, и проникли вампиры. Но тот, что был на северной стене, выжил. По моему приказу его доставили в ближайшую спальню, где я быстро исцелил его. Я не стал будить его и приказал до утра не беспокоить.

И причина была в том, что я увидел у него дар к исцелению! Именно он не дал умереть ему!

После этого мне пришлось пройтись по комнатам брата и сестер. Их не выпускали из спален пока не убедились, что в замке врагов больше нет, и слуги мне передали, что они хотят меня видеть.

Вместе со мной пошла мама, которая помогала мне успокаивать их. Но перед этим мне пришлось переодеться. Чтобы мой внешний вид, не напугал родных. В итоге, спальню Эмери, в которую перебрались все остальные дети я покинул с первыми лучами солнца, дождавшись, когда они уснут.

Зайдя в свою спальню, я увидел, что кровать до сих пор не убрали и на ней остались бурые следы крови. Недолго думая я ушёл спать в сторону гостевых комнат, где в одном из коридоров меня перехватила Элин.

— Ты почему не спишь? — спросил я, увидев её.

Прежде чем ответить, она молча оглядела меня со всех сторон, и убедившись, что я цел, сказала.

— А сам-то как думаешь? Ночью меня разбудили слоняющиеся слуги и воины, которые толком ничего не могли объяснить. Из комнаты не выпускают! Краем глаза я увидела твою рабыню, залитую кровью! — кричала Элин, по-видимому пережившая сильный стресс. — Хорошо хоть Зес догадался отправить ко мне Ронака, чтобы сообщить о том, что произошло и что ты жив и здоров.

— Ясно, — сказал я. Тогда я понял, что даже не подумал о том, чтобы сообщить, что со мной всё в порядке. — Извини…

Я хотел ещё что-то сказать, но в этот момент Элин крепко обняла меня и расплакалась.

— Каак, можно быть таким черствым? — плача спросила она.

Я не знал, как ответить на этот вопрос. Но через пару минут я смог уговорить её вернуться в спальню, на пороге которой мы стояли. И когда она села на кровать, я погрузил её в сон.

Откладывать отъезд в столицу я не собирался, но прежде необходимо было хоть немного отдохнуть. Когда я начал укрывать Элин одеялом, почувствовал дикую слабость. В итоге, я лёг с другого края её кровати и погрузился в сон.

Проснулся я от того, что услышал чьё-то шебуршание. Как оказалось, первой проснулась Элин, и сейчас она старалась тихо вылезти из моих объятий.

— Доброе утро, — сонно произнес я.

Она повернулась в мою сторону.

— Доброе, — пожелала в ответ Элин. Её лицо было ярко-пунцового цвета, и мне показалось, что она специально отвела от меня взгляд.

— Элин, только не говори, что теперь я, как честный человек, должен жениться на тебе! — сказал я и начал очень громко смеяться.

И вместе со смехом напряжение стало меня отпускать. Элин же схватив подушку начала ей лупить меня.

— Даа, как ты вообще мог такое сказать⁈ — рассмеялась она, но подушкой бить не переставала. — Я старше тебя!

— Если хочешь я могу попробовать сделать так, чтобы ты выглядела моей ровесницей!

— Нет! — воскликнула она. И видя, что я смеюсь над ней, уже спокойней ответила. — Мне нравится дружить с тобой. Так что давай не будем всё портить.

— Хорошо, — я согласно кивнул. — Тогда давай выбираться отсюда. А то слуги или, не дай Стихия, кто-то из родственников зайдёт и застанет нас в одной кровати.

— Согласна, и вообще, я не понимаю, как ты оказался в ней? Последнее, что я помню, это как мы вошли в спальню, а потом всё, занавес.

— Элин, я погрузил тебя в сон. И воспользовался тем, что ты беззащитна… — снова начал я её провоцировать, и видя, что она вновь начинает краснеть, дополнил: — И захватил половину твоей кровати!

— Вот же ж несносный мальчишка! То тебе ехать нельзя со мной и Ерби в одной карете, то ты спишь со мной. Ярар, ты уж, будь добр, определись!

Немного подумав, я с совершенно серьезным лицом ответил.

— Ты права. Извини. Просто ночное покушение истощило мою нервную систему. И я, не имея больше сил, упал рядом. А то, что я во время сна стал обнимать тебя, то тут я снова приношу извинения. Почти каждую ночь со мной рядом засыпает Джу Ли, и я привык спать в обнимку.

— То есть ты принял меня за свою рабыню? — с возмущением спросила она.

Её вопрос ввёл меня в ступор, но в её глазах я рассмотрел искорки смеха. И теперь уже я запустил в неё подушкой.

В итоге, я вышел из её комнаты примерно через пять минут. Подушками мы дрались до тех пор, пока одна из подушек не порвалась и по всей комнате не полетел пух.

Выходя из крыла, я натолкнулся на Ерби и Инессу, которые шли мне навстречу. Они обе словно хищницы смотрели на меня.

— Господин Тьер, — нежным голосом пропела Ерби, — рада, что с Вами всё хорошо. Но не сочтите за наглость с нашей стороны задать вопрос, — и не дав мне сказать ни слова, спросила: — что Вы делали в крыле, в котором располагаются покои Элин Ка Дель⁇

У меня до сих пор было веселое настроение, поэтому я ответил правду.

— Спал! — и насвистывая себе под нос незамысловатый мотив пошёл дальше, заметив, как у Инессы пальцы сжались в кулаки, а тем временем Ерби хватала ртом воздух.

После ухода Ярара Элин сидела на краю своей кровати, задумавшись над тем, что сейчас произошло.

Она вспомнила о чём подумала, когда увидела залитую кровью Джу Ли, которая, как она знала, спала в покоях Ярара. На то, что её друг спит с рабыней, Элин никак не реагировала. По крайней мере она не замечала за собой, что чувствует какую-то ревность. Ведь пока она была замужем за Саидом, она смогла смириться с тем, что её муж спит с другими женщинами.

Элин сильно испугалась. Ей было страшно потерять Ярара, ставшего таким родным для неё человеком. Но родным насколько? — вот вопрос на который она старалась себе ответить.

За этими мыслями Элин не сразу заметила, что дверь в её комнату открылась.

— Подруга, — начала говорить Ерби, — а ты нам ничего не хочешь рассказать?

Элин сразу поняла, что Ерби и Инесса встретили Ярара, и успели уже сделать какие-то выводы. «Хотя почему „какие-то“?» — усмехнувшись подумала она.

Инесса, держа руки на уже округлившимся животе, и имея крайне возмущенный вид, воскликнула.

— Мне тоже интересно, как тебе удалось затащить его в кровать⁇

Вероятно, Ерби не ожидала таких слов, потому что она поперхнулась, косясь в сторону новоиспеченной леди Фисто.

Спустя три минуты Элин уже завершила свой рассказ о произошедшем.

— Ну вот! А я ожидала погреть уши и узнать чего я лишилась.

— Инесса, ты же замужем! Как тебе не стыдно? — возмутилась Ерби.

— Ой, ладно вам! Нашли из-за чего меня порицать. Будто вы, когда были замужем за одним и тем же человеком, не сплетничали об этом? — с лукавой улыбкой спросила Инесса.

Ерби и Элин покраснели и отвели взгляд от подстрекательницы.

— Это совсем другое, — попыталась оправдаться Ерби. И заметив, что Инесса собирается возразить, предложила: — Спроси у его рабыни, раз такая любопытная!

Немного помолчав Инесса ответила.

— Нет. Это я просто для того, чтобы с вами посплетничать. И, если говорить серьёзно, я не хочу, чтобы моя жизнь менялась.

— Что ты имеешь ввиду? — спросила Элин.

— У меня уже всё есть. Анри меня любит. Я жду от него ребенка. И я знаю, что у меня есть будущее с ним. — И тяжело вздохнув, она продолжила. — С Яраром же у меня не было бы такого будущего. Максимум могла бы стать его любовницей, которую он бы рано или поздно вышвырнул. А я всегда мечтала о нормальной семье. И теперь, хоть и с другим, у меня всё это есть.

— Ты любишь Анри? — спросила её Элин.

— Не знаю. Но он добрый и очень старается, чтобы наши отношения не стояли на месте. Однако, сложно быть с человеком, который имеет большой жизненный опыт. Он же меня раз в десять старше, если не больше.

Немного посидев молча, Ерби слегка толкнула Инессу в бок.

— Смею предположить, что Анри показывает свой опыт не только делая красивые комплементы.

Инесса не сразу поняла на что намекнула подруга, но осознав воскликнула:

— ЕРБИИИ!

Пока я завтракал, слуги сообщили, что меня искал Зес. И узнав где его видели в последний раз, я пошёл в сторону тренировочной площадки. Я даже про себя подумал, что было глупым спрашивать о том, где он может находиться.

На площадке, помимо Зеса, были Ронак и Тимофей. Когда я подходил, то увидел, что они убирают тренировочный инвентарь на место.

— Вы уже всё? — спросил я.

— Да, — ответил Зес. — Слуги уже начали грузить наши вещи и у нас как раз осталось время, чтобы отдохнуть перед дальней поездкой. Кстати, я заходил к тебе, но тебя там не оказалось. Ты спал в другом месте? — спросил он, убирая пух с моего плеча.

Я кивнул, после чего рассказал, что спал в гостевых комнатах, потому что мои покои после нападения не привели в порядок.

Зес, выслушав меня, отправил Ронака проверять всё ли он собрал в дорогу, и вместе с ним пошёл Тимофей.

— Эмери спрашивала меня с утра насчёт ритуала.

— Тебя? — удивленно спросил я.

— Не только я тебя искал, — начал отвечать Зес. — Когда мы не нашли тебя, она предположила, что ты решил провести ритуал. Но Хрущева была в своей комнате одна, поэтому… — нет стал продолжать предложение Зес.

— Я ещё окончательно не решил, что с ней делать, — сказал я. — Думаю перед отъездом нам следует поговорить с Анри, Сереком и Эмери. Мне интересно узнать, что они думают.

— Мне кажется они взвалят это решение на тебя, — подумав сказал Зес.

— Почему?

— Потому что Хрущева четко обозначила свои цели. И никто не может тебя вынуждать спать с представительницами прекрасного пола энергетических вампиров.

— А как же Светлана? — усмехнувшись спросил я.

— Это другое. Ваш брак политический. Как говорится, всё во благо рода, — ответил Зес.

— Хорошо, я понял. Но всё же я хочу посоветоваться, прежде чем что-то предпринимать.

Зес оказался не прав. Мнения о судьбе Хрущёвой разделились. Эмери и Анри настаивали на том, чтобы её по-тихому придушить. Светлар, затесавшийся в их компанию, недалеко ушёл. Он предлагал отдать энергетика ему в лабораторию для изучения. И он брал на себя ответственность за то, чтобы та никогда не покинула его владений. Мама и Анри, услышав предложение родственника, согласились, что это будет даже лучше, ведь послужит на пользу рода.

И только я и Серек видели перспективу от дальнейшего сотрудничества с их расой. В итоге, ни до чего не договорившись, я решил повременить с проведением ритуала. По крайней мере, чтобы что-то решить, мне надо лучше понять менталитет энергетиков.

Пока я решил забрать Хрущёву с собой в столицу. Оставлять её с родней я посчитал опасным для её жизни.

Прощание вышло недолгим. Нас вышла провожать вся родня. Женщины немного всплакнув, а мужчины взгрустнув, попрощались и отправились в путь. Я пообещал Эмери, что сразу по прибытию отправлю сообщение через Торговую гильдию.

С нами в столицу также отправились слуги и воины. Последних лично отбирал Зес. Все были молодыми, не связанными семейными узами и, что главное, Зес назвал их перспективными.

Как по мне, они были обычными. Поэтому я спросил об этом Зеса.

— Для меня важно, что они САМИ хотят развиваться! Все они недавно были на войне. — И чуть задумавшись, добавил: — Почти все. Твой целитель, которого ты настоял, чтобы я взял, ещё не проливал вражеской крови. Так вот, многих из них я видел по утрам занимающимися улучшением своих навыков.

— И ты будешь заниматься их подготовкой? — с сомнением спросил я.

— Разумеется, ведь они согласились уйти под мою руку. Это мой будущий костяк воинов, преданных лично мне.

Я присвистнул. Таких слов я не ожидал услышать от Зеса.

— И когда ты собирался об этом сообщить мне?

— Сейчас, — спокойно ответил Зес. — Серек, Михаил и даже Анри в курсе. Только я не пойму, что тебя смущает?

— Да нет, всё нормально. Просто неожиданно, — ответил я. — Ты не перестаешь меня удивлять. Я даже не задумывался о том, чтобы начать строить себе крепость, а ты уже задумался о людях.

— Пять лет обучения на артефактора пролетят очень быстро. И за это время, я уверен, Балакина изменится до неузнаваемости.

— А когда ты собираешься начать строительство крепости? — немного подумав спросил я.

— Думаю, в следующем году, — ответил Зес. — Пока ты и Анри занимались разбором накопившихся дел, я успел поговорить со Смирновым о том, чтобы он отправил часть пленных азиатов на строительство дорог к местам, где будут строиться наши с Анри крепости. Когда дороги будут проведены, то по ним начнут свозить стройматериалы.

— Всё-таки я не понимаю, зачем строить две крепости друг напротив друга? Ведь вас будет разделять только река.

— И именно эта река ведёт через горы к Вольным баронствам. И хоть она не судоходная, однако на плотах по ней с трудом, но можно сплавиться. Поэтому я думал в будущем поставить мост между крепостями Ля Фисто и моей, чтобы в случае нападения, мы могли выслать подмогу друг другу. И если подойдут войска неприятеля, то брать в осаду сразу две крепости, расположенные на двух берегах, гораздо сложнее.

— Хорошо, — подумав согласился я. — Как и договаривались, я полностью оплачу строительство крепостей. Но поиск строительных артелей и контроль за строительством полностью на тебе. Составь смету всего, что тебе понадобится с указанием стоимости, и я выпишу чек.

— Спасибо! — поблагодарил Зес.

— Кстати, ты уже думал, чем ты будешь зарабатывать себе на жизнь?

— Пока нет. Расположение наших крепостей не самое удачное. Ведь к нам будут вести тупиковые дороги. До Орска можно сплавиться по реке, но обратно возвращаться придётся на лошадях.

— Но вы же сами выбрали это место! — сказал я. — Может пока не поздно…

— Нет. Эти дороги нужно обезопасить! — резко возразил Зес.

— Хорошо, — не стал спорить я. — По крайней мере, пока у меня есть это, — указал я на изумрудный свет, — в деньгах мы не будем нуждаться.

— Ярар, но ты ведь не просто так задал вопрос про доход? И я прекрасно понимаю, что мы не можем сидеть на твоих плечах вечно. Но пока что, кроме своих сабель, мне нечем тебе отплатить.

Я ни секунды не сомневаясь, поправил его.

— Есть. Отплати мне верностью. И я говорю не как твой сюзерен, а как твой друг, и тогда я отплачу тебе тем же! А насчёт источников дохода у нас ещё будет время подумать. Также, как и подумать, что делать с вашей горной рекой, — задумчиво сказал я.

— Я понял тебя. И очень рад, что не ошибся в тебе.

Каждое утро я замечал, как Элин наблюдает за нашими тренировками. И судя по вечно лыбящемуся Ронаку, он воспринимал это на свой счёт. Зес же старался не лезть и не мешать сыну набивать свои шишки. Он, как и я, видел, что Элин не отвечает на его ухаживания, и каждый раз старалась дать ему это понять. Но Ронак словно этого не замечал.

Также я не забывал про воина с целительским даром. Его, кстати, звали, как и нашего императора, Александр, но только с фамилией Щуков. Санёчку исполнился двадцать один год, и был он из потомственных воинов, которые служат нашему роду более четырёх поколений. Этим фактом он очень гордился.

Однако, на магической стезе он меня не радовал. Пока мы ехали он всего лишь один раз смог на пару секунд активировать целительскую энергию. И то, я бы этого не заметил, если бы не контролировал его медитацию магическим зрением. Слишком мало силы он выпустил в пространство. Его каналы были совершенно не разработаны! И ему понадобится очень много времени, чтобы развить их до приемлемого уровня. Но я не собирался отказываться от того, чтобы получить ещё одного целителя в мою будущую больницу. И потраченные на него нервы и силы, я уверен, со временем окупятся.

В остальное свободное время я занимался изучением книг, которые передал мне Светлар. За то время, что свиток был у него, он не смог не то что перевести его, но и узнать какому народу принадлежала эта письменность. В книгах, что он мне передал, рассказывались основные принципы расшифровки. Но они срабатывали если хотя бы пятая часть символов была установлена. Поэтому, помимо книг по дешифровке, Светлар передал мне словари где, как он говорил, встречались похожие символы. Но попробовав их применить, он не добился никакого результата. Получалась тарабарщина из простых гласных и согласных звуков. Но тем не менее я не отчаивался. Со слов того же Светлара, в Академии находилось множество древних рукописей и, возможно, там я смогу найти разгадку кому принадлежит этот язык и что написано в свитке.

Наконец-то перед нами появился указатель, на котором было написано «Санкт-Петербург — одиннадцать километров». Все вышли из карет немного передохнуть от тряски, которая, хоть и была компенсирована с помощью рессор, но полностью никуда не исчезла.

— Ну и что будем делать? — задал вопрос я, и сразу предложил варианты: — Продолжаем путь или останавливаемся на ночлег и завтра въезжаем в столицу.

— Сегодня, — почти одновременно сказали Элин с Ерби.

— Охота поскорее лечь в нормальную кровать? — улыбнувшись спросил я.

— Да. Я уже просто мечтаю лечь в нормальную кровать и принять горячую ванну! — сказала Ерби.

Я и Зес переглянулись и, кивнув друг другу, пошли в сторону карет. Вперед мы послали десяток наших воинов, чтобы они нашли свободный и хороший гостиный двор, в котором мы все сможем разместиться. Если честно, я уже сам мечтал быстрее лечь на удобный мягкий матрас и смыть с себя дорожную пыль.

Уже когда стемнело, я почувствовал, что мы едем по более гладкой дороге, и выглянув в окно увидел, что мы подъезжаем к городу, который издалека казалось, что светится изнутри.

— Это ж сколько метеоритного железа нужно для поддержания такого освещения по ночам⁈ — затаив дыхание сказал я. Ведь, когда мы были в столице в прошлый раз, такого освещения не было!

— Наверное, очень много, — послышался ответ Зеса, который, как и я, смотрел в окно.

Стоило нам подъехать ближе к городу, нам навстречу выехали наши воины.

— Вы нашли место где мы сможем остановиться?

— Да, — ответил воин, — но там одна ночь стоит двадцать серебряных монет. Но это место лучшее в столице! — сразу попытался оправдаться он.

— Показывай путь! — не став вдаваться в подробности, приказал я.

— Страшно подумать во сколько нам обойдётся покупка дома… — задумчиво сказал Зес.

— Нам не нужен дом в центре столицы. Вот поближе к Академии, это да. К тому же уж в чём-чём, а в деньгах мы не ограничены.

Немного помолчав Зес, сказал.

— Ты слишком легко относишься к деньгам. Это неправильно.

— Отчего же? — удивлено спросил я. И не дав ему ответить, — Деньги лишь средство к достижению наших целей. Я бы мог сказать, что деньгами мы не можем купить здоровье или молодость, но опять же… — осветив карету изумрудным светом, — для меня и это не проблема. Зачем мне задумываться над тем сколько я трачу, если я могу заработать столько, сколько сам пожелаю? Ведь ты сам понимаешь, что разумные никогда не перестанут стареть. И тогда вопрос: зачем мне себя в чём-то ограничивать?

Было видно, что Зесу не понравился мой ответ. Но он не стал мне что-либо говорить в ответ. И дальнейший путь мы провели не разговаривая.

Когда мы остановились, и наконец-то покинули опостылевшую для меня карету, услышал мужской голос.

— Добро пожаловать в Талион Империал!

В эту ночь я наконец-то выспался. Для Джу Ли и Хрущёвой я снял номер для с двумя кроватями. За время, проведенное в дороге, эти двое сдружились. Так что я наслаждался одиночеством и тишиной. Меня приятно удивил сервис. До комнаты меня провожала управляющая, которая вместе со мной зашла в мой номер. Она осведомилась о том нужно ли мне что-то ещё. И её тон недвусмысленно намекал на интимную близость. Однако, я отказался от такого вида услуг, но заказал всем небольшой перекус.

Пока я мылся, мне в номер занесли легкие закуски и бутылочку вина. При чем на тарелке было несколько видов сыров, креветки, которые я ел лишь однажды, живя в доме Эль Салу. И по вкусу они были приготовлены в разы вкуснее! Разумеется, пока всё не съел и не выпил пару бокалов, спать я не лег.

Утром я очень долго не мог проснуться. То ли кровать здесь была удобнее, то ли я так сильно устал с дороги, но глаза я открыл с трудом. Посмотрев на часы удивился, что стрелка показывает на одиннадцать. И то, что Зес меня не разбудил в половине седьмого на тренировку, меня немало удивило. «Вероятно он сам очень устал», — подумал я.

Спускаясь в столовую, я услышал, как меня зовёт бегущая за мной Элин.

— Доброе утро, Ярар.

— Доброе, — улыбнувшись произнёс я. — Как спалось?

— Нормально, — быстро ответила она. — Скажи мы будем кушать здесь? — и видя, что я не понимаю, — Абсолютно все?

— Ну, да. А что? — удивленно спросил я.

— Воины и слуги не смогли найти Зеса, поэтому обратились ко мне. Многие очень давно проснулись и хотели отправиться кушать. Но узнав цены, поспешили удалиться.

Пока Элин говорила, я заметил в верхнем пролете плащ с гербом рода Тьер.

— Воин, спустись немедленно сюда! — громко крикнул я. И почти не удивился, что мне попался Александр Щуков. Дойдя до меня, он стал отводить взгляд. — Саша, в чём проблема?

— Милорд, — произнёс он, — когда мы разместились в таких дорогих спальнях, нам в номера принесли еду и выпивку. Многие из нас побоялись кушать, потому что за это наверняка нужно было платить. В общем, — начал подбираться слова Щуков, — с прибытия большинство из нас ничего не ели!

— О, Стихия! — расстроено сказал я. — Передай воинам, чтобы все спускались вниз и шли кушать. Алкоголь я запрещаю пить, но вечером вы сможете пропустить пару бокалов. А то, что вы вчера не выпили и не съели уже оплачено. Попросите слуг погрузить это в стазис, и вечером принести назад.

При упоминании алкоголя, глаза целителя загорелись, но спросил он совершенно другое.

— А как же Ваша безопасность?

— В отеле нам ничего не грозит. Его охраняет маг в ранге мастера.

— Да? — удивился воин. — Так значит охранять Вас не нужно?

— Пока мы в отеле, нет. Но у меня много дел в городе, и пока я езжу, меня должны сопровождать минимум десять воинов.

— Хорошо, господин, — поклонившись произнёс Щуков. После чего я отпустил его пересказать наш разговор остальным.

— Ты то хоть не отказалась от вчерашнего перекуса? — спросил я Элин.

— Съела всё! — ответила она. — Я так давно не ела креветок, что, увидев их, не сразу заметила бутылочку вина. Кстати, Ярар, ты понимаешь, что это всё очень дорого?

— Очень! Но мне пришлось так себя вести.

— Почему? О чём ты? — спросила Элин.

— Ты вчера заметила, что нас не сразу начали обслуживать? — Элин кивнула. — Моя будущая супруга была очень недовольна таким сервисом, поэтому быстро сообщила кто к ним прибыл. И не прошло и пары секунд, как перед нами стали лебезить все сотрудники этого заведения.

— Я до сих пор не могу понять зачем ты начал сорить деньгами?

— Элин, мы в столице! Уже сегодня все будут знать, что приехала Светлана Ва Меньшикова со своим будущим мужем. Я не могу позволить, чтобы кто-то сказал, что Де Тьер бедны. Учитывая мои долгоиграющие планы, всё должно быть в точности наоборот.

— Как же ты вырос! — восторженно сказала Элин.

— Я надеялся, что тебя посетит такая мысль после совместно проведённой ночи! — шутливо произнес я.

Элин пристально посмотрела на меня.

— Будь ты постарше, я бы подумала, что ты подбиваешь ко мне клинья! — улыбнулась она.

— Ну вот! — разочарованно произнес я. — Ты должна была смутиться и, как минимум, обозвать хамом и невежей! — наиграно-печальным голосом произнёс я.

— Паяц! — обозвала меня Элин. — Лучше скажи, чем ты будешь кормить свою подругу?

Не успел я ответить, как увидел Светлану, которая о чём-то разговаривала с управляющей, которая вчера провожала меня до номера. Она заметила меня, и я сразу направился к ней.

— Доброе утро, — сказал я, подходя к Светлане и целуя её руку. — Могу я поинтересоваться как Вам спалось?

По лицу Светланы было видно, что она приняла мою вежливость, как должное. Во-первых, дело было в том, что её титул выше моего. Во-вторых, я был уверен, что главе рода Меньшиковых поступало множество предложений породниться. И все знают за кого в итоге она выйдет замуж.

— Доброе утро, Де Тьер, — холодным тоном сказала она, после чего перевела взгляд на Элин, — баронесса Дель, рада Вас видеть. Как Вы смотрите, на то, чтобы поговорить наедине?

— Даже не знаю… — неуверенно стала отвечать Элин оглядываясь в мою сторону.

— Ооо, — улыбнулась ей Светлана, — я думаю мой будущий муж поймёт меня и простит. Ведь мы успели сдружиться пока путешествовали с вами в одной карете. А сегодня я планирую отъехать в свой дом. Вы же не будете против, Де Тьер? — снова посмотрела на меня Светлана.

— Разумеется, — с притворной улыбкой сказал я.

Не дожидаясь, когда ко мне подойдёт официант я занял столик рядом с окном. Поведение Светланы резко изменилось. Пока мы были в замке Тьер, да даже совместное путешествие, примирило меня с мыслью, что она скоро станет моей женой. Но, видимо, её слова, сказанные вначале нашего знакомства, не стоит забывать.

— Нет уж, муженёк. Теперь я стану твоей женой. Но ты никогда не сможешь овладеть мной, как женщиной. Ты ведь знаешь какие перспективы в магии мне светят? Тем более-то с отцом архимагом! — намекала она на свой далеко не детский резерв. — Ты будешь сидеть в подземельях и лечить людей. А я буду в это время блистать в обществе. Мой тебе совет — убейся САМ!

Сделав заказ, я стал наблюдать за тем, как начали спускаться мои люди.

— Простите. — подошёл ко мне мужчина, приятной внешности. — У администрации Талион Империал возникло несколько вопросов.

— Спрашивайте, — дал разрешение я.

— Благодарю Вас, князь, — поклонившись произнёс мужчина. — Наш отель славится своим сервисом. В нашем заведении останавливаются послы и венценосные особы. — И видя, что я пока не понимаю к чему он ведёт, сказал. — Вашим слугам и воинам не обязательно обедать в этом ресторане. У нас есть столовая попроще. И простите меня за наглость, дело даже не в деньгах, а в том, что они не знают элементарных манер.

Я посмотрел на столы, за которыми сидели мои воины, и понял о чём он говорит. Многие люди брали еду и ели её руками, а также разговаривали с набитым ртом.

— Как к Вам можно обращаться? — спросил я у мужчины.

— Анатолий Столяров, — ответил он. — Можно просто по имени. Я не из благородных.

— Я отдам необходимые распоряжения, — сказал я.

— Спасибо большое за понимание, — ответил Столяров. — Могу я чем-то ещё быть Вам полезен?

Немного подумав я ответил.

— Анатолий, наверняка Вы уже поняли, что я прибыл в столицу для поступления в Имперскую магическую академию. — Он кивнул. — И я решил, что жизнь в студенческом общежитии не для меня. Поэтому не могли бы Вы помочь свести меня с человеком или конторой, занимающейся посреднической деятельностью в сфере недвижимости.

— Такие услуги предоставляет наш отель. Как я говорил ранее, у нас останавливаются разумные со всего мира, — сказал он. — В каком районе Вас интересует недвижимость? И какова должна быть площадь дома?

— Мне нужен хороший дом для проживания людей, которые прибыли вместе со мной. Соответственно дом должен быть огорожен высокой каменной стеной, если она будет магически укреплена, то это только приветствуется. Что касается земли, то чем больше, тем лучше. Мне не нравится, когда я слышу шум от соседей или расположенных рядом торговых точек. И, разумеется, я хочу купить недвижимость как можно ближе к Академии.

Я говорил не спеша, потому что Столяров записывал за мной.

— Хм, — послышалось от него. — Конечно это не моё дело, но я должен Вас предупредить, что это выльется в огромные деньги.

Я сделал вид, что не услышал его слов.

— Когда мне ждать людей? — спросил я.

— Я приглашу нескольких людей к 16:00. Вас это время устраивает? — спросил Столяров.

— Да. Полностью. — И когда мужчина стал подниматься, я спросил. — Скажите, а в каких спальнях Вы разместили мужчину и женщину с ребенком?

— Дайте мне пару минут, я уточню, — ответил Анатолий.

Я кивнул, и как только Столяров удалился, на стол стали ставить блюда с едой. И через пару минут ко мне пересела Элин. Оглянувшись я заметил уходящую из ресторана фигуру Светланы.

— Что она от тебя хотела? — спросил я.

— Ничего особенного, — ответила Элин. — В карете мы много разговаривали. Света задавала очень много вопрос о жизни в Элинской империи, о порядках и традициях.

— Она разве ничего не спрашивала обо мне?

— Пыталась. В особенности о том, как я познакомилась с тобой. Но эту тему я пресекала. О том, что ты был в рабстве, она и так знала. Но когда она хотела узнать пикантные подробности о твоей жизни в Египте, то я говорила, что ей лучше узнать это от тебя.

— Уверена?

— Ярар, она ещё слишком молода, чтобы меня провести. Я же видела Ваши взаимоотношения. Да и Ерби меня ввела в курс дела. Думаю, твоя семейная жизнь будет красочной. Света неплохая девочка, к тому же довольно симпатичная.

— Это не её естественная красота, — перебил я Элин. Она подняла на меня глаза, ожидая продолжения. — Несколько лет назад я убирал шрамы с её тела. И уже тогда знал, что она станет моей женой. В общем, я не сдержался и незаметно изменил некоторые черты её лица.

— И никто не заметил? — спросила Элин.

— Она ещё была ребенком! На её лице были оспины. Из-за этого мало кто всматривался в её лицо. Да и изменения я постарался сделать незаметные.

— Ясно, — произнесла Элин.

— Ты не ответила, о чём вы сейчас говорили? — спросил я.

— Приглашала в гости. Насколько я смогла понять, она хочет через меня выйти на моего отца, чтобы наладить взаимоотношения между нашими родами. Даже в шутку предложила мне выйти за тебя замуж. Правда второй женой.

— И что ты ответила? — спросил я.

— Что ты слишком юн для меня. И что я всё ещё скорблю по погибшему мужу, — ответила Элин. — Услышав мой ответ, она посмеялась, и после этого мы закончили разговор. Напомнила, что её предложение в силе, после чего, не дожидаясь, когда нам принесут еду, покинула меня.

— Какое предложение в силе, насчёт женитьбы или приглашение в гости?

— Честно признаться, я не поняла. Но думаю, она специально так сказала, имея ввиду обе темы.

Я кивнул, после чего мы стали наслаждаться кулинарными деликатесами лучшего ресторана в Империи. Когда я выходил из ресторана, ко мне подошёл Столяров, который сообщил мне номер, в котором остановились Ка Балакины.

— Они просили не беспокоить их. Завтрак принесли им в номер и, насколько я понял, ребенка они передали нянечке.

— Хорошо, — сказал я. — Как только они выйдут из номера, передайте им, что я просил барона подойти ко мне.

Столяров кивнул, а я отправился к своей спальне, по пути отдав распоряжение своим слугам, чтобы они передали Джу Ли, что я жду её у себя.

И пока я её ждал, стал обдумывать слова Элин. Что творится в голове у Светланы мне было сложно понять. Меньшикова не раз давала мне понять, что наши взаимоотношения никогда не будут построены на взаимоуважении. И о любви между нами точно не стоит даже думать. Но слова о второй жене, и в данном случае Элин, меня заставили задуматься.

Слуга Светланы, Цветкина, постоянно твердила о том, что Меньшикова презирает меня. Все её слова без исключения были сказаны в негативном ключе. А именно, она хотела, чтобы я омолаживал только тех людей, которые будут интересны ей. А также она хотела знать каким именно оружием род Тьер уничтожил крепость Щеглова! После глубоких размышлений у меня возникло лишь одно предположение, объясняющее её поведение. Светлана, знала, что Элин перескажет этот разговор. И он изначально был спланирован, чтобы усыпить мою бдительность.

Нужно больше информации. И я знал где её получить. Пора бы Кларе решить хочет она иметь детей или нет! Дам ей месяц и, если она не предоставит мне нужную информацию, я сдам её. По крайней мере такую угрозу я собирался озвучить Цветкиной.

Ближе к обеду ко мне в номер постучался Зес. В это время моя рабыня плескалась в ванной. Занятие по акупунктуре закончилось вполне привычно. Мне даже показалось, что Джу Ли сама уже сильно хотела закончить занятие и перейти к «сладкому».

Зайдя ко мне Зес услышал, что я не один. Он только хмыкнул, но ничего не сказал.

— Вызывал? — спросил Зес.

— Да. Хоть я вчера и говорил, что сегодня отдыхаем после дороги, но я попрошу тебя поприсутствовать рядом, когда прибудут торговцы недвижимостью, — ответил я.

— Поедем сегодня смотреть? — тяжело вздохнув задал вопрос Зес.

— Завтра. Сегодня я сам не готов куда-либо ехать. Просто в столице сильно обращают внимание на традиции. И будет правильно, чтобы на встрече рядом со мной была моя свита.

— Хорошо, — ответил Зес. — Кстати, спасибо тебе за вечерний ужин в наш номер. Креветки я очень давно не ел. Ерби вообще была в восторге.

— Рад, что вам понравилось. Только я заказал это во все наши номера.

Зеса принял задумчивый вид. И он, проговорив, что будет готов к 16:00, вышел из моего номера.

Утром нам запрягли два экипажа. В первом ехал я с Зесом и Ронаком. Во втором Ерби с Элин. Сегодня мы собирались осмотреть четыре особняка. Вчера пришли пять торговцев недвижимостью. У каждого были карточки и схемы домов.

Первый дом мне не понравился тем, что рядом с ним были размещены пекарни. Запах бесспорно был бы приятным. Но я не хотел, чтобы от этого запаха я всегда хотел кушать. Когда я сообщил об этом продавцу, он сильно расстроился. Правда он попытался предложить хорошую скидку, которая не повлияла на моё решение. И мы поехали ко второму дому. Вот этот дом мне понравился больше. И узнав цену, был сильно удивлен. Он стоил в полтора раза дешевле, хотя внешне выглядел больше и ухоженнее первого дома.

— Господин, я уверен, что прежде чем оформлять сделку Вы должны знать…

— О чём? — перебил я его.

— В этом доме убили Графа Столыпина. Его родственники не смогли жить в доме, в котором всё напоминает о нём, и они решили продать дом.

— А как граф погиб? — спросил Зес.

— Застрелен из арбалета. И его убийцу так и не нашли. Хотя, по слухам, поиском убийцы занималось ГРУ. По личному приказу императора. Но никто так и не нашёл убийцу.

— А чем занимался этот Столыпин? — спросил я.

— Его род занимается кораблестроительством. И понять кому он перешёл дорогу сложно. В этой отрасли он, можно сказать, монополист.

— А что говорят в народе? — спросил я.

— Прошу простить, но я бы не хотел повторять глупые слухи, надуманные недалекими людьми, — ответил торговец недвижимостью.

В моей руке появился золотой, который очень быстро сменил своего хозяина.

— Говорят, что его мог заказать его брат. Тот большой игрок, и по слухам, накануне он проиграл большую сумму. Но я в это не верю по трём причинам. Столыпины очень богаты. И мне сложно представить сколько надо проиграть, чтобы для их рода сумма была неподъемная. Второе, его брата забирали сотрудники тайной полиции и уже вечером тот вернулся домой. И последнее, я видел, как брат убитого рыдал на похоронах. Опять же, если верить слухам, погибший заменил тому отца после смерти их родителей.

— А как умерли их родители? — вновь спросил я. Эта история мне уже совсем не нравилась.

— Кораблекрушение. Никто не выжил.

— Ну что скажете? — спросил я у Элин и Ерби.

— Ну, не считая истории о убийстве, дом выглядит потрясающе, — ответила Ерби. — На заднем дворе даже детская площадка есть.

Я кивнул, услышав её пояснение.

— Зес?

— Подходит. Места хватит, чтобы построить тренировочную площадку. Я уже нашёл где можно установить «секреты», в которых воины будут сторожить дом.

— Мне тоже понравился. Под домом будто бы специально для меня построено большое помещение. Даже вытяжка установлена! — Я повернулся к продавцу и спросил. — А что раньше было под домом?

— Столыпины сказали, что там был винный погреб. Но Вы же сами заметили, что помещение служило под что-то другое.

Я кивнул. Еще раз оглядев довольно-таки большой земельный участок, я решил, что больше ехать никуда не следует. До Академии верхом на коне можно было добраться за полчаса. Дорога была ровная, что опять же мне очень понравилось. Второй дом выигрывал в разы. А то, что в доме был убит разумный, так меня это нисколько не пугало.

В итоге, мы проехали в ближайшее отделение банка, куда вызвали нотариуса, и через час я стал обладателем столичной недвижимости. И сумма оказалась не настолько астрономической. Сто восемьдесят тысяч золотых, это всего лишь одна пятая суммы, которую я беру за омоложение.

К обеду мы вернулись в Талион Империал, где с улыбкой на лице нас встретил Столяров.

— Поздравляю Вас с удачной покупкой! — вместо приветствия сказал Анатолий. — Могу я ещё чем-нибудь Вам помочь?

Этот вопрос он задал как раз вовремя. Хоть дом нам достался относительно новый и во многих спальнях от старых хозяев осталась мебель, но всё равно многого в нём не было.

— Да, — ответил я. — Мне понадобятся строители, мебельщики… — начал перечислять я, но заметил скептичный взгляд Столярова. — Что не так? — спросил я.

— Вы хотите, чтобы Вам сделали дом под ключ?

— Поясни свою мысль, — попросил я.

— Есть конторы, в которых вам подберут дизайн в помещениях. Достроят, отмоют, переделают и перестроят. В общем, когда вы заедете, то, кроме продуктов питания, вам ничего не понадобится.

— Хорошо. Сведи меня с ними, — попросил я.

Анатолий поклонился и спросил.

— Простите за мой вопрос, но Вы сами будете заниматься вопросами планировки? — и он выразительно показал в сторону женщин.

— Неужели вы хотите этим заняться? — спросил я.

— Да, — ответила Элин. — Я с удовольствием занялась бы этим.

— И я тоже! — сказала Ерби. — Но в вопросах защиты я бы хотела, чтобы нам помогали, — посмотрела она на Зеса.

Было видно, что это занятие ему не по нраву. Но под взглядом любимой он сдался.

— Хорошо, — ответил Зес.

Мне же лучше подумал я.

— Вы всё слышали, — сказал я Столярову, после чего он поклонился и покинул нас. Я же посмотрел на друзей сказал.

— В деньгах вы не стеснены от слова совсем. Покупайте лучшее и надежное. Если в чём-то не разбираетесь, не бойтесь привлекать сторонних специалистов.

Прошла неделя с нашего прибытия в столицу. Мы всё также жили в Империале. В нём было всё, что только можно пожелать: от тренировочного зала до массажного салона, а также бассейна с баней. Разумеется, каждый вечер я купался и парился в бане. Этот вид отдыха мне особенно понравился. За небольшую плату меня парили профессиональные парильщики, а после девушки натирали эфирными маслами. Массажистки здесь были искусны, но, правда, до Джу Ли не дотягивали. Однако, такой отдых очень понравился Ронаку и, что ещё удивительнее, Зесу.

В первый раз, когда он пошёл с нами, я спросил его.

— А тебе Ерби ничего за это не предъявит?

— Я же не налево пошёл, — ответил Зес. — К тому же Ерби с Элин тоже сейчас на процедурах.

— И не ревнуешь? — спросил я.

Он улыбнулся.

— В их крыле работают одни девушки. К тому же Ерби мне сама призналась, что, если бы там работали мужчины, она бы туда не пошла. В отличии от свободолюбивой Элин, Ерби родилась в Египте, и для неё грешно оголяться перед посторонним мужчиной, даже если это простые процедуры.

На этой ноте мы перестали обсуждать этот вопрос. За эту неделю в нашем доме, который располагался на Репинской улице, уже начался ремонт. Зес с женщинами несколько раз ездили туда для того, чтобы решить все вопросы на месте. Чтобы они себя свободнее чувствовали я открыл на их имена счета в банке, где каждому положил по сотне тысяч золотых.

И пока они занимались вопросом благоустройства нашего дома, я съездил в магическую академию. Она мне однозначно понравилась. Огромная земельная площадь на берегу Финского залива. Дорожки между корпусами были идеально ровными, как и газон с деревьями. Всё было настолько ровным и аккуратным, что я уже подумал, что вся зелень искусственная. Но сорвав листок убедился в обратном.

Хоть сейчас было лето, но я заметил студентов, на которых была надета академическая форма. Пока я гулял на меня почти что не обращали внимание. Мой плащ с гербом дракона символизировал, что я принадлежу княжескому роду Тьер, но даже для людей, не разбирающихся в геральдике, это был знак что я, как минимум, благородный. А для высшего общества не знать герб великого рода просто непозволительно.

Я заглянул в библиотеку и немного поговорил со старичком-библиотекарем, от которого узнал, что мне нужно подать документы для участия во вступительных экзаменах. Конечно это можно сделать в день проверки магических способностей, но тогда мне придётся простоять в огромной очереди. И каким бы я не был благородным, профессора не позволят выскочкам пройти вне очереди.

Я поблагодарил его серебряной монетой, после чего пошёл в сторону главного административного корпуса. Ещё на подходе я увидел длинный шпиль, который, как мне казалось, достаёт до самых облаков. На площади перед Академией стоял круглый камень, которым обычно проверяли магические способности мага. Я не раз проверял себя магическим зрением и ничего, кроме зеленого света, не видел.

Не знаю почему я подошёл к нему и приложил руку к камню. В последний раз мои способности проверяли, когда мне не было и двух лет. Хотя после того, как я спас Ярину, никто не подумал вновь проверить их. Ведь у меня появился несвойственный целителям магический щит! Да, даже когда я вернулся домой, никто не подумал об этом.

Мои руки сами потянулись к шару. И дотронувшись до него, я замер в предвкушении, ожидая яркой вспышки света, которым он должен был озариться.

Но ничего не произошло. Вообще ничего! Шар даже зеленым не засветился!

Позади себя я услышал женский смех. Обернувшись я увидел перед собой невысокую стройную девушку с ярко-желтыми волосами. И она была очень красива. Длинные распущенные волосы свисали с её плеч, голубые глаза… Да, всё в ней было идеально!

— Прости, — произнесла она милым голосом. — Но этот камень не настоящий.

— Ддаааа? — заторможено спросил я, еле найдя в себе силы отвести от неё взгляд.

— Да, — с улыбкой ответила она. — Артефакт выносят только когда проводится проверка способностей у абитуриентов. А в остальное время сюда ставят подделку. — Я заметил, как взгляд девушки задержался на моём плаще. — Ты из рода Тьер?

— Да, — ответил я. — Меня зовут Ярар Де Тьер.

— Очень приятно, — сказала она.

Меня немного выбило из колеи, что на моё приветствие девушка не представилась. И, в отличии от меня, у неё не было нигде вышито или изображено герба.

— Ммм, — обдумывая как дальше себя вести, — а как я могу обращаться к столь красивой девушке?

— Ну, что за глупости⁈ Вот моя младшая сестра красива, я же на её фоне выгляжу куда скромнее.

— Боюсь представить, — улыбнувшись сказал я.

— Почему же? — удивил ленно спросила она.

— Моё сердце может не выдержать, если увижу красоту превосходящую Вашу!

Девушка рассмеялась.

— Вы мне понравились, Де Тьер. Надеюсь встретить Вас вновь на вступительных экзаменах.

— Но как же Вас зовут?

Она с недоверием посмотрела на меня. И, вероятно, прочитав во взгляде, что я искренен, рассмеялась.

— Пусть это будет секрет! — после чего она развернулась и пошла в сторону выхода с территории Академии.

Находясь под впечатлением, я простоял ещё пару минут на том же месте. И когда ветер напомнил мне, что я до сих пор стою рядом с камнем, я зашёл в главный корпус. На входе стояло несколько студентов, у которых я спросил в каком кабинете нужно подавать документы для поступления.

Прежде чем отвечать, трое парней меня внимательно осмотрели. Насколько я понял, они думали не зазорным ли будет общаться со мной.

— Род Тьер? — спросил меня один из этой троицы.

Окинув его взглядом, я тоже заметил герб.

— Рад приветствовать представителя рода Долгоруковых, — вместо приветствия сказал я.

После этих фраз остальные стали себя вести свободнее.

— Поступать? — спросил один из них.

Я кивнул.

— Да, меня зовут Ярар Де Тьер. Как я могу к Вам обращаться?

Оба были вассалами Ля Долгорукова и их имена я даже не стал запоминать.

— Меня зовут Ставр, — представился Долгоруков. — Я племянник Эмери, а значит твой двоюродный брат, — пожав мне руку, сказал он. — Дед предупреждал, что ты можешь поступать в этом году. Если тебе понадобится помощь или возникнут с кем-то проблемы, то можешь смело рассчитывать на мою помощь.

— Приказ деда? — спросил я.

Ставр сузил глаза.

— Да! — ответил он. — Но это не имеет значения. Насколько я знаю, дед предложил тебе перейти в наш род. А для меня это многое значит. В особенности, что ты сделал для моей тети Наташи.

— Ты тоже можешь рассчитывать на мою помощь, — сказал я. — Кстати, как поживает наша ЛЮБИМАЯ тётя? — спросил я.

Двоюродный брат усмехнулся.

— Знаешь, я думаю мы подружимся. Дед пообещал ей, что как только он вернётся с войны, та выйдет замуж.

— Ясно, — ответил я. — Так что насчёт кабинета? Может поможешь по-родственному?

— Пойдём, родственничек, — улыбнулся Ставр, — покажу. Всё равно нужно как-то время проводить.

— Кстати, почему ты здесь, а не дома? — спросил я.

— Из-за войны. Всех женщин, детей и стариков отправили в загородный дом. А это очень много людей на квадратный метр.

— И ты сбежал в Академию, — быстро сообразил о чём говорит Долгоруков.

— Да. Все стараются поучить уму разуму. Женщины, из-за отсутствия мужского внимания и невозможности попилить мозг своим любимым, срывались на каждом. В итоге, я позорно сбежал, — смеясь сказал Ставр.

— Я тебя ни капли не осуждаю, — сказал я. — Когда я разговаривал с дедом под Кемерово, он пожалел, что не взял молодое поколение Долгоруковых.

Мне показалось, что Ставр споткнулся. Но он повернулся ко мне, и с расширившимися глазами спросил.

— Ты был на войне?

— Да, — ответил я.

— Расскажешь? — Спросил он. И только в этот момент маска аристократа со Ставра наконец-то спала. В тот момент передо мной стоял подросток, который думал, что война это когда героически сражаются с врагом. Когда погибают воины, то это происходит с улыбкой на лицах и с криком «Во славу Империи!». Хотя, может я и ошибался, но блеск в его глазах мне говорил об обратном.

— Хорошо. Но только после подачи документов.

Он кивнул и пройдя ещё один коридор указал на дверь.

— Тебе сюда.

Я кивнул, после чего вошёл внутрь.

В кабинете сидела женщина средних лет. Она оглядела меня с ног до головы и спросила.

— По какому вопросу?

— Хочу подать документы на артефактный факультет, — ответил я.

— Благородный? — спросила она меня. Я кивнул. — Ты в курсе, что после обучения тебе придётся служить Императору, чтобы оплатить обучение?

— У меня достаточно средств, чтобы сразу внести всю сумму за все пять лет обучения, — ответил я, чем вызывал немалое удивление у секретарши.

— К какому роду ты принадлежишь? — спросила она.

Мне уже начинало раздражать, как со мной обращаются.

— Меня зовут Ярар Де Тьер! А как Вас звать-величать?

— Ой, какой обидчивый ребенок! Ты пришёл учиться в Академию. И здесь всё твоё благородство ничего не стоит.

Я услышал, как за моей спиной открылась дверь. И, прежде чем я повернулся, услышал голос Ставра.

— Ты, простолюдинка, как смеешь так разговаривать с князем? — в его руке появился стихийный клинок, и он двинулся в сторону женщины. — Готовься умирать!

— Прекратить! — прогремел усиленный магией голос.

Когда я повернулся в сторону голоса увидел, что с другой стороны стоит ещё одна женщина.

— Граф Долгоруков, будьте добры объяснить, по какому праву Вы собирались лишить жизни мою секретаршу.

— По праву силы. Она не студентка. Закон на моей стороне. За оскорбление аристократа….

— Мальчик, ты хочешь заиметь себе во врагах род Меньшиковых? — с хищной улыбкой спросила она. — И вообще, оскорбила она не тебя, а вот этого молодого человека. Он что, сам не может постоять за свою честь?

Пока эта женщина говорила, я внимательно её разглядывал. И некоторые черты её лица мне показались до боли знакомыми.

— Вы мама Светланы Ва Меньшиковой? — спросил я.

— Догадливый юноша. Так мне тебя и характеризовали.

— Тогда зачем Вы натравили на меня эту шавку? — указал я на её секретаря. Та попыталась что-то сказать, но Долгоруков всё также стоял со стихийным клинком в руке, и когда она начала открыть рот, он направил прямо на неё. Это действие заставило её задуматься.

— Выбирай, — начала говорить мне Меньшикова, — ты сейчас извиняешься, и я отпускаю тебя, или ты никогда не поступишь в Академию.

— Ты говоришь от лица рода или за себя? — спросил я, не отводя взгляда.

Она ещё сильнее сузила глаза.

— Это не имеет значения!

— Хорошо, — ответил я. — Пока ты не принесёшь мне извинения, ноги моей не будет в Академии. И объясняй сама своему мужу почему я отказался обучаться в Имперской академии магии. Также, как и не мечтай попасть на процедуру.

— Я принесу извинения только когда рак на горе свистнет! — сказала Меньшикова.

Я, повернувшись к секретарю, спросил.

— Свистеть умеешь?

— Нет, — ответила она, побледнев ещё сильнее.

— Мой тебе совет: начинай учиться, — я повернулся, чтобы покинуть помещение, когда секретарь задала мне вопрос.

— Зачем?

— Кому-то придётся учить раков.

— Ты понимаешь, что сейчас произошло? — спросил меня Ставр.

— Да, — ответил я и, улыбнувшись продолжил, — я только что познакомился с будущей тёщей.

Несколько секунд ему понадобилось, чтобы понять о чём я говорю.

— Ахах-хах, — засмеялся он. — Дааа, не повезло тебе. И что ты собираешься делать?

— Она извинится. Ей просто не оставят выбора, — ответил я.

— С чего ты так решил?

— Ставр, ты что-нибудь слышал об этом? — после чего поднял руку, которая загорелась изумрудным светом.

— Ярар, мне кажется о твоей способности знают все благородные рода.

— Вот именно. Ректору этой Академии шестьсот три года. Жена моложе, но ты сам видел, что годы взяли своё. — Он кивнул. — Я им нужен. И теперь Меньшиковым придётся заплатить гораздо больше, чтобы получить второй шанс на стать молодыми.

— Ты слишком спокоен, — с упрёком сказал Ставр.

— Если бы ты видел свою тетю в гневе, то больше не стал бы боятся Меньшикову.

— Ты про свою мать? — спросил он.

— Да, — ответил я.

— Самый молодой магистр воздуха за последнее тысячелетие… — задумчиво сказал он. — Знаешь, после смерти Талия, мы думали, что она вернётся обратно в наш род.

— А как же мы? Её дети? — спросил я.

— Дед сразу сказал, чтобы мы и думать забыли об этом. Но слухи ходили. Тогда мы думали, что Серек заберёт вас на воспитание.

— Ага, а магистра выпнет из рода⁈ — усмехнувшись над нелепостью сказанного произнёс я.

— Тогда мне это казалось возможным. Но сейчас я сам понимаю, что это выглядело наивным, — сказал он.

Еще немного поговорив, я сообщил Ставру, что скоро буду праздновать новоселье и, узнав где его найти, отправился на выход из Академии. Проходя мимо камня, я пожалел, что камень был не настоящим. Будь у меня стихийная магия, это многое бы изменило.

Прежде чем ехать домой, я заехал в Торговую гильдию.

Дорогая мама!

Сегодня я прогулялся по территории Имперской академии магии. Там мне очень понравилось. Я даже встретил твоего племянника, Ставра Ля Долгорукова. От него тебе большой привет. А также он выразил желание с тобой познакомиться. Он тоже воздушник и просил меня походатайствовать перед тобой, чтобы получить пару уроков.

К сожалению, я имел неудовольствие познакомиться со своей будущей тещей. В итоге, мы сильно поругались, и я решил, что академия в Элинской империи меня примет гораздо лучше.

Столица мне понравилась, думаю, что недельки мне хватит, чтобы обойти все достопримечательности.

Замок Тьер

Поздно вечером в рабочий кабинет Серека зашла Эмери. Она протянула ему листок с сообщением от сына.

— Не меняй ничего и переправь это сообщение Меньшикову, — посоветовал Серек. — Торговая гильдия наверняка знает где сейчас он находится.

— Ты думаешь Ярар серьёзно уедет в Элинскую империю?

— Александр V не допустит этого, — ответил Серек. — Уверен, что о случившейся размолвке уже доложили императору.

— Значит он сам сообщит об этом Меньшикову.

— Эмери! Этим жестом мы показываем своё неудовольствие поведением его жены! Уверен, не Ярар устроил конфликт. Он и так написал слишком много в этом сообщении. Но хоть ума хватило, не вдаваться в подробности. Твой сын знал, что мы сообщим о ссоре Меньшикову. Он никуда уезжать не собирается. Однако он хочет, чтобы поползновения на его счёт закончились.

Когда я выходил из экипажа, то ко мне почти сразу подбежал Столяров.

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, но внутри стоят трое молодых людей…

Быстро поняв, что Анатолий неспроста ко мне подошёл, я спросил у него.

— Что тебе в них не понравилось?

— Один из них известный бретёр. И его появление здесь вместе со своими дружками говорит только об одном…

— Хотят вызвать меня на дуэль? — Он кивнул. — Титул этого бретёра тебе известен?

— Баронский. Его зовут Максим Барсуков.

— Толя, — с интересом посмотрел я на Столярова, — а что ты можешь рассказать об этом роде?

— Обнищавший род. У них есть пара деревень недалеко от Самары. Младший учится в Военной академии. Одарён стихией земли. Ранг не знаю.

— Очень интересно, чем я так не понравился Де Брофам? — задумчиво задал я сам себе вопрос, на который ответил Столяров.

— Он продаёт свой клинок за звонкую монету. Поэтому не обязательно, что это были Ваши соседи.

— Знаешь, Толя, для простого управляющего, ты слишком хорошо осведомлен, — внимательно следя за его мимикой, сказал я.

— Я жил и родился в столице. Информация и связи приносят мне хороший заработок.

— Тебе платили торговцы недвижимостью и дизайнерские компании за то, что ты свёл их со мной? — спросил я.

— Осуждаете?

— Напротив. Ладно, пойду узнаю, познакомлюсь. Всё-таки барон не может вызвать на дуэль князя.

— Всё верно, — сказал Столяров. — Поэтому в холле сидят журналисты, которые завтра раструбят о том, что Вы вызвали на дуэль Барсукова или же о том, что Вы не имеете чести.

— Хах, — зло улыбнулся я. — Толя, позови сюда моего друга Барона Балакина.

— Думаете Вы один такой умный? Журналисты куплены. Единственный вариант, я могу Вас провести через черный вход. Но Барсукову заплатили, и он будет искать встречи с Вами на каждом шагу.

Внезапно в холе раздался чей-то крик, а после я увидел, как двери отеля распахнулись и оттуда кубарем вылетел какой-то мужчина. И почти сразу я увидел выходящего злого Зеса.

— За оскорбление моей жены, я, барон Балакин, вызываю тебя на дуэль, отрепье! — после чего в руках Зеса откуда-то появилась перчатка, которой он ударил молодого человека.

И только тот успел встать, как от звонкого удара он снова упал на землю. К упавшему парню подбежали двое человек, которые помогли ему подняться.

— Я, барон Барсуков, принимаю Ваш вызов. Мой секундант барон Степняков.

Зес посмотрел в мою сторону и заметив едва заметный кивок понял, что я согласен.

— Моим секундантом будет Ярар Де Тьер.

В глазах Барсукова появился блеск. Он усмехнулся, и чуть тише прошептал.

— Что, щенок, выиграл себе отсрочку? Я нашинкую мелкими дольками твоего друга, а после займусь тобой.

— Сходи к нотариусу и закончи со всеми своими делами. День, когда ты скрестишь клинки с моим другом, будет для тебя последним, — сказал я.

— Барон Степняков! — обратился я к секунданту Барсукова. — Жду Вас завтра в 13:00.

Он поклонился мне.

— Завтра в 13:00 я прибуду сюда, — ответил он. Холодный взгляд, которым он меня смерил, почему-то показался мне куда опаснее, чем у Барсукова.

И пока они садились на лошадей я понял, что меня так напрягло. Сила Барсукова была не выше подмастерья. Это говорило о том, что он, кроме как на поднятие булыжников и рытьё ям, ни на что не был способен. А вот Степняков, будучи магом огня, уже был в ранге мастера. А это уже серьёзный показатель как магических, так и умственных способностей.

Когда я зашёл в Талион Империал, сразу заметил плачущую Ерби, которую успокаивала Элин.

— Зес, что здесь произошло? — спросил я.

Его лицо стало сердитым.

— Когда я спустился на первый этаж, чтобы вместе с Ерби и Элин пойти в ресторан, то увидел молодого человека, орущего на мою жену. Он замахнулся на неё, но я не позволил её ударить. А дальше ты всё видел сам.

— Элин? — надеясь, что она что-нибудь сможет объяснить, спросил я.

— Мы возвращались с прогулки, когда к нам подошли двое молодых людей. Мы представились им и попросили оставить нас в покое. Но вместо этого один из них назвал нас продажными девками. И в этот момент и появился Зес.

— Их же было трое? — спросил я.

— Да, — ответила Элин. — По крайней мере мне так показалось. Они разговаривали втроём, но подошло к нам всего два человека. А третий встал при входе у окна, — кивком головы она показала где именно он стоял.

Когда я встал на место, где стоял третий, передо мной открылся обзор на площадку, на которой я общался со Столяровым. «Наверное, — подумал я, — когда я приехал третий дал знак Барсукову действовать». Но не вовремя появившийся Зес нарушил их планы.

Из задумчивости меня вывело несколько голосов, которые обращались ко мне. Взглянув на них, я никого не узнал.

— Ярар Де Тьер, как Вы прокомментируете то, что Ваших людей оскорбили?

— Вы готовы, сами защищать честь своих вассалов?

«Журналисты решили отработать заработанные деньги,» — подумал я. И что бы я сейчас не ответил, мои слова будут перевернуты. Поэтому я поступил иначе. Ускорив восприятие, я погрузил в сон стоящих передо мной мужчин. И когда я оглянулся, первый ещё только начал заваливаться на пол. Не прошло и пары секунд, как на пол упали остальные.

И почти сразу я услышал крики людей.

— Простите, — словно из ниоткуда рядом со мной оказался Столяров, — они живы?

— Да. Но будут спать пару часиков, — ответил я. — Вы сами позаботитесь о них или мне пригласить слуг?

— Сами, — сердито ответил Анатолий. — Однако, я попрошу Вас впредь не использовать силу в нашем заведении.

Мы отошли подальше, чтобы нас никто не слышал.

— Толя, не делай из меня дурака! Я уверен, что ты получил деньги от Барсукова! У вас работает маг в ранге мастера. Так почему вы не выгнали этих людей прежде, чем ЭТО началось? Или откуда они узнали про то, как выглядят мои люди? Ты сможешь мне ответить на все эти вопросы?

По лицу Столярова я понял, что попал в яблочко.

— Простите меня, — не стал отрицать вину Столяров. — Как я ранее говорил, Барсуков в любом случае спровоцировал бы Вас на дуэль. К тому же кто я такой, чтобы перечить благородному? Я простой служащий. И если быть уж совсем откровенным, то Вы для меня просто очередной гость. Не возьми деньги я, их взял бы любой другой. Ведь ничего нарушающего закон в наших действиях нет.

— Я услышал тебя, — продолжать разговор с ним у меня не было ни малейшего желания, и я вернулся к своим друзьям.

Три дня назад мы наконец-то переехали в свой дом. Правда, оставались незавершёнными несколько построек вокруг дома, где будут нести караул воины. Но нас это не остановило, ведь за неделю строители обещали всё закончить.

— Ярар, — позвала меня Ерби, — дуэль ведь завтра?

Было видно, что она нервничает. В последнее время Зес проводил очень много времени упражняясь с клинком. Все солдаты были задействованы в его тренировках. Несколько раз он проводил поединки, выходя сразу против меня, Ронака и ещё десятерых солдат. И я хочу сказать, что из десяти схваток нам удалось его одолеть целых два раза. Однако, ещё чаще мне приходилось исцелять травмы, полученные затупленными клинками.

На следующий день после инцидента я встретился с бароном Степняковым в ресторане гостиницы Империал. Согласно дуэльного кодекса, как вызываемая сторона, они решали каким оружием будут драться дуэлянты. И я не был удивлён, что Барсуков решил сражаться сталью и магией и, что ещё хуже, кроме артефактных клинков, магические предметы использовать запрещалось. За нами же оставался выбор времени и места.

— Да, — ответил я. — Но тебе не стоит переживать. Зес одолел энергетика. У Барсукова нет шансов и дуэль окончится очень быстро. К тому же по условиям дуэли бой можно прекратить после первой крови. И в крайнем случае я всегда смогу помочь.

— Я просто очень переживаю. Если бы не я…

— Прекрати, — перебил её я, — твоей вины в этом нет. Ты же уже знаешь к кому приходил Барсуков? — она кивнула. — Тогда прекращай хандрить. Своими слезами ты своему мужу никак не помогаешь.

— Я постараюсь, — тяжело вздохнув ответила она.

На этом наш разговор был окончен. После чего я снова вернулся в свою спальню и сел за изучение книг, переданных мне Светларом.

За попытками осмыслить что в них написано пролетело несколько часов, и я даже не заметил, как ко мне зашла Джу Ли.

— Господин, — позвала она меня, — Аяна Хрущёва просила передать, что Вы опаздываете на занятие с ней.

Ещё раз оглядев свиток, я ответил.

— Передай слугам, чтобы перенесли Хрущёву сюда.

Джу кивнула, после чего удалилась. Я же снова погрузился в изучение символов.

— Откуда он у тебя? — удивленно произнесла Хрущева.

— Что откуда? — не сразу поняв о чём она, задал вопрос я. Она указала мне взглядом на свиток. — Ты знаешь, что это такое? — спросил я.

— Нет. Но я видела эти письма раньше. Поэтому я спрашиваю, откуда он у тебя?

— Мне его подарили, — ответил я. — Расскажи, где ты видела такие символы?

— Ты слышал, когда я рассказывала о главе энергетический вампиров? — спросил она.

— Да. Ты рассказывала о нём Джу Ли, и сказала, что я вызываю в тебе такие же ощущения, как и он…

— Да. И когда я была в его доме, я видела на стене ковер, на котором были изображены очень похожие символы. По крайней мере символ со змеёй в точь-в-точь такой же.

— А что ещё было изображено на ковре? — спросил я.

— Битва магов. — Я попросил поподробнее описать картину. — Хорошо, — ответила она. — На ковре была изображена высокая башня, над которой горел зелёный свет. Башню окружало множество людей в необычных доспехах. Думаю, войска осадили башню. И там изобразили последний бой тринадцати волшебников, защищавших её.

— А символы? Ты не знаешь, может кто-то смог их перевести? — спросил я.

— Этого мне не известно. Но… — посмотрела она на меня с хитрым прищуром: — я смогу узнать, когда ты выполнишь своё обещание.

— Это произойдёт сразу же после того, как ты подпишешь договор о неразглашении любой информации, касающейся меня.

— Для этого мне нужны руки, — сообщила очевидную вещь Аяна.

— Можешь поставить подпись ртом, — не сдавался я. — Мне просто интересно, когда ты поймёшь, что я не выпущу тебя живой без твоей добровольно данной подписи.

— Хорошо. Я поняла, что ты не собираешься уступать в этом вопросе. Но объясни, почему? Если бы я не знала про твою рабыню, то могла бы подумать, что ты «сделан из другого теста». Но нет же, ты нормальный подросток!

— А тебе не кажется, что ты наглеешь, говоря со мной о подобных вещах?

— Но я не понимаю! Посмотри на моё лицо! Разве я страшная?

— Тебе честно?

— Ладно, не отвечай. Согласна, что из-за перераспределения энергии в организме, моё лицо слегка осунулось. Но поверь, большинство наших девушек не уступают своей красотой и грацией эльфийкам!

— Думай, что хочешь. Своё условие я назвал. А теперь предлагаю закрыть эту тему и приступить к тому, для чего ты здесь.

Я видел, что Аяна не хотела закрывать тему, но посверлив меня немного взглядом сдалась.

— Хорошо. Начнём, как всегда, с медитации… — сказала она, начиная занятие.

Особняк Меньшиковых.

«Щёлк» — и Светлана хватается за лицо, по которому только что получила пощёчину.

— Ты дура! — услышала она слова матери. — Ты сказала, что этот ублюдок сломлен! Что он до сих пор переживает травму после рабства, которая усугубилась потерей отца.

— Мама, я…

— Заткнись! — закричала Креола Меньшикова. Она подняла письмо со стола и бросила его в лицо Светланы. — Здесь ты сказала, что его подвергали физическому насилию! Скажи, хоть слово правды в твоих словах имеется?

Светлана не смогла ничего ответить, просто разрыдавшись. Креола перевела взгляд на Цветкину и спросила.

— А ты, почему не контролировала её письма?

— Госпожа, — поклонилась Клара, — мне не поступало таких приказаний. И сейчас я впервые слышу о том, что написано в письмах Вашей дочери. Ведь наблюдая за этим мальчиком, я наоборот заметила, что он по силе духа в разы сильнее своих сверстников.

— Я не хочу слушать оправданий! Ты была приставлена к моей дочери, чтобы следить за каждым её шагом. И что теперь? Из-за этой дуры, я выстроила такую стратегию разговора, чтобы сразу задавить его, напугать и после подчинить! Прекрати рыдать! — заорала Креола на Светлану. — Теперь скажи мне, как ты будешь исправлять эту ситуацию?

— Уже ничего не надо исправлять! Ярара Де Тьера скоро не станет.

— ЧТООООО?

— Я сказала, что он скоро умрёт. На дуэли, — ответила Светлана.

— Идиотка! Ты чем думала? Да если император узнает, что ты убила единственного целителя, способного омолаживать, то он нас просто четвертует и живыми свиньям выбросит!

Взгляд у Светланы стал испуганным.

— Быстро говори, что ты успела наделать!

Через пару минут Светлана рассказала о том, что её подруга из рода Суворовых подсказала адрес одного дворянина, который за звонкую монету, готов наказать наглеца. И Креола выдохнула узнав, что сражаться будет не сам Де Тьер, а его вассал.

— Кто передавал деньги? — напряженно смотря на дочь спорила Креола.

— Суворова! — ответила Светлана. — Барсуков меня даже не видел.

— Ну хоть здесь тебе мозгов хватило использовать вассалов. И это меняет дело, — с улыбкой сказала Креола. Она знала, что именно этот Тьер отказался лечить находящегося при смерти представителя рода Суворовых. И хоть Суворовы были их вассалами, но уж лучше они, чем МЫ.

— Мама, что произошло?

— Что произошло? Ты ещё спрашиваешь? — вновь перешла на повышенный тон Креола. — Твой отец прислал сообщение. Мне приказано передать все дела его заместителю и, что ещё хуже, принести извинения этому мальчишке! И до его прибытия мне запрещается покидать территорию особняка.

— И это всё из-за Ярара?

— Нет, дорогая моя, это всё из-за тебя! И теперь всё время до начала учебного года мы проведём вместе! Если бы хоть слово о его психическом состоянии соответствовало твоему описанию, я бы в такой ситуации не оказалась!

— Знаешь, что, мама? — резко заговорила Светлана. — Если бы ты посвятила меня в свои планы насчёт Ярара, то этой ситуации не было бы! Возможно, я приукрасила свои выводы о нём, но именно ты, не изучив его, решила сразу напугать, а потом пригреть! Я прекрасно помню схему кнута и пряника!

— Но зачем ты написала заведомую ложь о нём?

— Да потому что он мне противен! Уже вся столица знает, что МЕНЯ, Светлану Меньшикову, отдали в жёны бывшему рабу! И я хотела, чтобы ты настояла на том, чтобы моя свадьба с ним не состоялась!

— Тебе нужно всего лишь родить от него. После ты вольна делать всё, что угодно. Я тебе уже об этом говорила!

— Кому я потом буду нужна? — закричала Светлана на мать.

— Света, я тебе уже говорила, что за всё нужно платить. Ты родилась в благородном и сильном роду. Ты всегда была сыта и одета в самые модные вещи. У тебя были лучшие учителя! И всё это тебе дала Я, — она посмотрела в глаза дочери. — Или ты хочешь сказать, что о тебе заботился твой отец?

— Нет, мама, — опустив голову ответила Светлана.

— Тогда вбей в свою голову, что тебе рано интриговать за моей спиной, тем более так топорно. За это, — показала она на письма дочери, — нам ещё придётся расплачиваться. — После этого она, переведя взгляд на Цветкову, велела: — Узнай где будет происходить дуэль и проследи, чтобы Де Тьера оставили в покое. Даже если он сам бросит вызов, ему должны будут отказать в сатисфакции.

— Но почему? — удивленно спросила Светлана.

— Я лучше извинюсь, но буду вновь молодой, — на её лице появилась улыбка, которая постепенно перетекала в хищный оскал. — А вот потом он ответит за моё унижение!

— Ярар, зачем ты настоял на том, чтобы с нами поехал Ронак? — спросил меня Зес.

— Потому что я не сомневаюсь в твоей победе. К тому же ему будет полезно увидеть схватку мага с хорошо подготовленным мечником, — ответил я.

— Я ликвидатор! Магически усиленный человек. У меня опыта на десятерых хватит!

— А ещё ты очень скромный.

— Да я очень скр… — запнулся Зес на полуслове, быстро поняв, что я его подначиваю.

— Честно, я надеюсь, что твой сын наконец-то будет усерднее заниматься на тренировках. Он старше меня на пять лет и, как ты говорил, его тренировали с самого детства. Но он уже для меня не является соперником!

— Во-первых, ты забываешь о словах Хрущёвой. А во-вторых, ты не думал, что я могу погибнуть на этой дуэли?

— Помню, — ответил я. — И это ничего не меняет. Что касается второго вопроса, то клинки артефактные. И может не с первого раза, но у тебя получится пробить его щит.

Через полчаса мы были на месте. Когда мы вышли из кареты к нам подошёл Ронак. Его лицо было бледным, и по тому каким тоном он начал говорить, я понял, что он сильно нервничает.

— Они уже прибыли, — указал он на стоящих метрах в пятидесяти от нас людей.

— Ронак, пожалуйста, возьми из кареты коробку с клинками и амулет и отнеси их на проверку, — попросил я.

Он кивнул. И как только он отошёл от нас, Зес обратился ко мне с просьбой.

— Ярар, если со мной что-то случиться, то, обещай мне, что вырубишь моего сына. Он не должен бросить вызов!

— Хорошо, — не раздумывая ответил я.

И дождавшись Ронака, я вместе с ним пошёл на середину поляны. В нашем направлении выдвинулись также двое. Степняков и ещё один мужчина, которой, как и Ронак, нес футляр с оружием.

— Прежде чем начинать проверку, я обязан предложить сторонам примирится, — произнёс я достаточно громко, чтобы меня слышал не только Зес, но и Барсуков, и его люди.

Мне ответил Степняков.

— Барон Барсуков не видит варианта для мирного урегулирования конфликта.

— Барон Балакин считает также. Тогда приступим к проверке, — предложил я.

Вначале мы по очереди осмотрели оружие. Степняков внимательно осмотрев его, сообщил что нарушений нет. После чего мы пошли к Барсукову.

Именно сейчас я смог рассмотреть его лучше, чем в первое наше знакомство. Молодой человек, на вид не старше двадцати двух — двадцати трёх лет, коренастый, спортивного телосложения. Даже пока я проверял его, он переносил вес с ноги на ногу, постоянно напрягая мышцы, приводя их в готовность перед сражением. В мою сторону он даже не смотрел, как я понял, полностью сконцентрировавшись на предстоящей схватке. «Опасный, расчётливый противник» — подумал я, когда отходил от него.

Дальше была проверка Зеса, которая, как и у Барсукова, никаких артефактов не выявила.

— Моё последнее предложение! Стороны готовы примириться? — прокричал я. Не услышав ответа, я продолжил: — Тогда начинаю обратный отсчёт. После того, как я произнесу цифру десять, поединок чести начинается. Один, два… девять, десять!

Зес сразу на высокой скорости кинулся в сторону Барсукова. Ему понадобилось не больше секунды, чтобы преодолеть расстояние в пятьдесят метров.

«Дзинг» — раздался звон металла, ударившегося о магический щит, светло коричневого цвета. В отличие от клинков Зеса, рапира Барсукова могла проникать через щит, не нарушая его целостности. Зес, не ожидавший удара, успел уклониться, но всё же клинок Барсукова достал до плеча Зеса, оставив на нём небольшую рану, которая сразу окрасила рукав его рубашки в красный цвет.

Ронак, стоявший рядом со мной, чуть было не рванул к отцу, но я прошипел.

— Только дернись и я усыплю тебя. — Он сердито посмотрел на меня. Но вернулся назад. — Ты хоть понимаешь, что если бы ты вмешался в поединок, то обесчестил бы и себя, и своего отца. А мне, как сюзерену, пришлось бы платить постыдную виру!

И пока я говорил это Ронаку, услышал от Степнякова.

— Первая кровь пролита. Дуэлянты готовы прекратить сражение?

Зес сделал отрицательный жест головой.

— Нет, — прокричал я. — Дуэль продолжается.

За мной повторил Степняков.

— Дуэль продолжается.

И сразу от Барсукова летит каменное копье в направлении Зеса, которое он отбивает клинком, после чего вновь приближается к Барсукову и проводит серию ударов, кружа вокруг него.

Я активировал магическое зрение, наблюдая за сражением. Барсуков проводил редкие атаки клинком. Его рапира заинтересовала меня больше всего. Артефакт в его руках имел родство со стихией земли. Мне только приходилось слышать, что такие клинки существуют. Но они должны были стоить бешеных денег. Откуда у обнищавшего рода были деньги на такой клинок?

Тем временем Барсуков выстрелил ещё несколькими копьями. И на этом его магический резерв показал дно. Но, тем не менее, его щит держался.

— Почему он не сражается клинком? — спросил Ронак.

— Всё дело в скорости. Это мы привыкли к тому, как двигается твой отец. Но для них, — указал я в сторону противников, — это стало неприятным сюрпризом.

Бой длился только вторую минуту, а на лице Барсукова уже появилась испарина. Ещё немного и щит треснет.

И прошло не больше десяти секунд, как щит распался, оставив Барсукова без защиты. И Зес сразу же атаковал его. Два удара клинков, после чего округу огласил крик Барсукова.

— Сдаешься? — прорычал Зес.

— Да! Пощады! — рыдая ответил Барсуков, стараясь поставить на место отрубленную правую руку, даже не обращая внимания на то, что к его шее прислонена сабля Зеса.

— Дуэль окончена, — проговорил я.

И после того как Степняков проговорил те же самые слова, мы спокойным шагом подошли к Зесу. Рядом с Барсуковым уже сидел неизвестный молодой человек, который накладывал жгут на оставшуюся от руки культю.

— У проигравшей стороны, есть замечания по поводу состоявшейся дуэли?

— Да! — с гневом ответил Степняков. — Он, — ткнул пальцем в Зеса, — использовал зелья скорости перед дуэлью.

В его сторону попытался ринуться Зес, но я преградил ему путь.

— Артефакт ничего подобного не показал! — возразил я. — К тому же это не воспрещено дуэльным кодексом, если в дуэли сражаются магически одаренный человек и простец! Я ещё раз спрашиваю, у проигравшей стороны есть замечания? И прежде чем отвечать, я настоятельно рекомендую подумать над ответом. Ведь тогда я буду обязан обратиться в дворянский суд чести! Готовы ли Вы предавать огласке за что барон Барсуков был вызван на дуэль?

Мои слова сильно не понравились Степнякову, и он с шипением в голосе ответил.

— Замечччаанниий неет! — после чего склонился над скулящим Барсуковым и помог ему встать на ноги. Дуэль была окончена.

После того, как я залечил плечо Зеса, он переоделся в чистое и мы направились в сторону дома. Вперед мы отправили Ронака, который должен был сообщить Ерби, что всё хорошо и её муж возвращается домой живой и здоровый.

— Он тебя ранил! — нарушил я тишину.

— Я был неосторожен, — признал свою ошибку Зес. — Ранее я не встречал клинков, которые могут преодолеть магический щит не разрушая его. Мои ноги в момент удара провалились по щиколотку в землю, из-за этого я не успел отскочить.

— Ясно. Ты знал, что ему не хватит сил на создание стихийного клинка, и поэтому ты сократил расстояние до минимума, — утвердительно произнес я.

— Верно. И что теперь? Ты ведь говорил, что после поединка последует повторный вызов на дуэль.

— Да! И когда заговорил Степняков, я уже готовился к этому, но он отступил. — И немного помолчав, добавил: — Странно всё это. Ведь они не отработали деньги.

— Думаешь они задумали что-то другое?

— Не знаю, — ответил я. И посмотрев в окно я заметил знакомые дома. — Мы подъезжаем…

Дома я почти сразу направился в свою спальню. На часах ещё не было и восьми часов утра, и я хотел ещё немного отдохнуть. Открыв дверь, я едва успел подхватить прыгнувшего на меня рысенка.

— Космос, что за дела? — воскликнул я, понимая, что он меня не слышит.

В голове возникли образы о том, как я выхожу из комнаты, не взяв его с собой, и как он скребётся об дверь, чтобы догнать меня. И посмотрев на дверь я увидел следы от когтей. Не зная, как объяснить ему, что у меня не было возможности взять его с собой, я транслировал ему образы варенного мяса и полянки, по которой он гуляет, пока готовится для него еда.

Вместо ответа Космос показал мне на дверь и я, тяжело вздохнув, пошёл в сторону кухни, отдавать распоряжения касательно еды. И им же поручил проследить за котенком пока тот гуляет.

Прошел почти месяц и Космос подрос. Конечно он был ещё не больше обычной домашней кошки, но, как раньше, в моей сумке он уже не помещался. И когда я уходил, Космос всегда старался в неё залезть, вероятно, ленясь ходить на своих лапах.

Я проснулся ближе к полудню. И когда я спустился, воины передали мне запечатанное письмо. На обратной стороне я увидел герб рода Меньшиковых.

— От кого это? — спросила меня Элин.

— Меньшиковы, — сообщил я. И взяв со стола ножик со всей осторожностью открыл конверт, проверяя его *зрением* на всякий случай, и не притрагиваясь к бумаге, что лежала внутри.

— Ты настолько им не доверяешь? — серьёзно спросила меня Элин.

— Скорее я опасаюсь, — ответил я, после чего прочитал короткое сообщение.

— Что пишут? — не дожидавшись, когда я сам решу рассказать, спросила Элин.

— Креола Меньшикова приносит свои извинения. И просит впредь не выносить ссоры на обозрение. Как она выразилась, «между будущими родственниками не должно быть конфликтов».

— Хитрая лиса. Я так понимаю, ей уже наступили на хвост и указали на своё место?

— Наверняка, — предположил я.

После сытного обеда, я отправился на подземный этаж, где уже находились аккуратно разложенные журналы и книги из лаборатории Щегловых. Развернув аккуратно свиток я, в который раз, начал переносить пентаграмму на каменный пол. Сегодня внутрь круга я собирался поместить курицу в клетке, после чего направить в него энергию.

— Ваш чай, — начала ставить рядом со мной кружку Джу Ли. И когда она поднималась на ноги оступилась, уронив листы бумаги со стола. — Ой, извините, — начала собирать она их.

— Замри! — приказал я.

Два листка, на которые я ранее перерисовал изображения, легли под разными углами, образуя новые символы, которые мне показались очень знакомыми. Я быстро положил книгу рядом с ними и обрадованно воскликнул.

— Я НАШЁЛ! — и, поцеловав Джу Ли, принялся записывать первый расшифрованный символ, обозначающий «равенство».

— Я получил сообщение от леди Тьер, — произнёс Зес. — Она вместе со Светларом, Гереком и Корфом уже выехала. В своём письме она настоятельно просит всех нас проконтролировать, чтобы никто не узнал про состояние Ярара. Вообще никто!

— Но почему? — удивленно спросила Элин. — Разве в столице мы не сможем найти людей, которые смогут нам помочь?

— Потому что мы не знаем с чем столкнулись! Ты же видела разгром в подвале? — Она кивнула. — Я не представляю, что за буйство стихии там было! Под нами сейчас находится туннель, уходящий на несколько десятков метров в глубину.

Ерби посмотрела на мужа.

— Ты нырял в него?

— Пытался! — признался Зес. — Но, когда я не смог достать до дна, я привязал камень к веревке. Так мы узнали, что глубина туннеля около двадцати метров.

— Да, бездна с этой ямой! — выругалась Элин. — Мы можем ничего о ней не говорить! Главное же помочь Ярару!

— И как ты собираешься объяснить, — спокойным голосом начал задавать вопрос Зес, — что, находясь в бессознательном состоянии, Ярар создаёт вокруг себя магический щит? Но ведь и это не главное! Ответь, ты хоть раз слышала или видела, чтобы у мага была энергия бирюзового цвета?

— Нет, но…

— Элин, без НО! — перебил её Зес. — Главное, он жив! Ты же видела, что он дышит грудью. Дождёмся Эмери и тогда будем вместе думать, что делать дальше. — Немного помолчав, Зес продолжил. — Также леди Тьер просила собрать все документы, над которыми работал Ярар.

— Но он же никого не подпускал! — с недовольством сказал Ронак. — Всё, о чём я знаю, он работал с этим долбанным зеленым свитком. Как я понимаю, вы тоже? — дождавшись подтверждения, он продолжил: — Но он же уничтожен! Я и клочка зеленого пергамента не нашёл в том помещении.

— Джу Ли могла видеть над чем работал Ярар, — вспомнила Элин. — Может если ей покажут черновые записи из свитка, то она сможет вспомнить какие-то символы, которые помогут Светлару расшифровать эти иероглифы.

— Возможно, — согласился Зес. — Насколько я знаю, Светлар снял копию со свитка, прежде чем вернул. По крайней мере, мне так говорил Ярар.

Немного помолчав, Элин спросила у Зеса.

— Это всё, что написала леди Тьер?

— Ты имеешь ввиду если убрать все ругательные слова? — усмехнувшись спросил Зес.

— Да, — ответила Элин.

— Тогда больше ничего.

Этот разговор произошёл на третий день после прогремевшего по всему дому взрыва. На короткий миг дом осветила яркая белая вспышка, и всем жителям особняка показалось, что земля начала уходить из-под ног. Но тряска быстро закончилось.

Первым в подвале оказался Зес, следом за которым спешил Ронак. В подвале отсутствовало освещение, но из центра помещения исходил свет и, приблизившись к нему, они увидели окутанного энергетическим щитом Ярара.

Зес протянул руку и мышцы в ней сильно скрутило. Ему понадобилось не меньше минуты, чтобы пальцы на руке начали снова двигаться.

После этого он попросил Ронака сбегать за копьями, с помощью которых они перенесли Ярара в его комнату. Весь день и следовавшую за ним ночь, Зес просидел рядом с Яраром, ожидая, когда щит спадёт.

Когда утром Ярар не пришёл в себя, Зес отправился в Торговую гильдию откуда отправил сообщение в замок Тьер. Именно тогда Зес понял для чего Ля Фисто учил его простейшему шифру, который без кодового слова, никогда не расшифровать. Благодаря этому Зес смог рассказать всё, что знал, не боясь о том, что эта информация уйдёт на сторону.

И часа не прошло как он получил сообщение в ответ. Правда ему понадобилось около трёх часов, чтобы самостоятельно расшифровать, а потом снова подготовить зашифрованный ответ на заданные ему вопросы.

Подождав ещё пару часов, он получил сообщение с инструкциями и информацией, что к ним выезжает помощь.

Дома Зес, немного успокоившись, вспомнил каким глазами на него смотрел гильдейский представитель, когда он передавал ему листок с набором букв и цифр. Ведь надо быть совсем дураком, чтобы не догадаться, что это зашифрованное послание. И это вызвало улыбку на его лице.

Так прошло ещё два дня. Состояние Ярара не изменялось. Зес пытался привести его в чувства. Но ничего не помогало.

Он приносил Хрущёву в комнату Ярару, но она сообщила, что тоже сталкивается с подобным впервые. И она не видит, что происходит внутри купола.

Изредка к ним заглядывали Ерби и Элин, но он быстро отправлял их к себе. Слушать постоянные вздыхания и всхлипы, когда его нервная система и так расшатана, он был не готов.

На пятый день Зес заметил, что тело Ярара ни капли не похудело! Это одновременно обрадовало и расстроило его. Обрадовало потому что означало, что он не умрёт от истощения. Но это же свидетельствовало о том, что в этом коконе Ярар может пробыть сколько угодно. Ведь Зес рассчитывал, что, когда Ярар обессилит, купол спадёт и он сможет помочь другу.

На шестой день Зес получил почтового голубя. В записке говорилось, что Леди Тьер с остальными находятся в одиннадцати километрах от столицы и просят их встретить на въезде в город.

Не прошло и пяти минут, как Зес вместе с десятью воинами скакал по городским улицам. И когда они выехали из города он сразу же увидел родовое знамя рода Тьер.

— Леди Тьер, — спрыгнув с лошади, поклонился Зес.

Она с прищуром посмотрела на вассала своего покойного мужа и злость резко отступила. По уставшему виду Зеса она видела, что последние дни для него выдались не самыми легкими.

— Здравствуй, Зес. Как он? — спросила она.

— Без изменений. Мы подготовили всю документацию, что смогли найти. Но много записей было уничтожено. Однако, его рабыня смогла найти несколько символов, с которых и началась расшифровка записей в свитке.

— Отлично, — услышал голос Светлара, Зес. — Слава Стихии, я снял копию! И разгадав принцип шифра, понять, что в нём написано, будет в разы проще.

После этого большой конный отряд выдвинулся в сторону дома. Элин много расспрашивала Зеса о состоянии сына. Распекала воина за то, что оставили ребенка без присмотра, и много ещё чего.

— Мы правильно перевели твоё сообщение? — спросил Корф. — Щит и впрямь бирюзового цвета?

— Да, — ответил Зес. — Скоро вы сами убедитесь в этом. — После чего показал рукой дом, в котором они живут.

— Смотрю мой сын не мелочится, покупая такие дома, — произнесла Эмери.

— Если дословно его слова звучали так: «Мы княжеский род Тьер, нам не положено ютиться в маленьком домике».

— Ясно, — нахмурившись сказала Эмери.

Насчёт того, что её сын привык жить на широкую ногу, она считала, что это из-за перенесенной психической травмы, связанной с его рабством. Такое не может остаться без последствий. Именно поэтому она не читала Ярару нотаций, когда он тратил колоссальные деньги.

Эмери пробыла в комнате сына около часа, после чего пошла в гостиную, где её ждал Зес. С Яраром остались Герек, Корф и Светлар. Эмери понимала, что сейчас она не могла им ничем помочь. И чтобы немного отвлечься, она решила узнать подробности жизни её сына в столице.

Выслушав все подробности, она сказала.

— Первое, что нужно сделать, это найти управляющего в дом. Вы в столице новые люди. Вам понадобится человек, который знает где что находится и к кому следует обращаться, а к кому нет.

Зес немного продумав сказал.

— Помните я рассказывал Вам про Анатолия Столярова? Его ориентирование в столице нас здорово выручило, но он нас продал, и это вызывает сомнения в его кандидатуре.

— За гербовую нашивку княжеского рода многие удавиться готовы! Хоть мне и не нравится, что он продал информацию о вас, но, если посмотреть с другой стороны, у него просто не было выбора. Пригласи его на завтра, я посмотрю на него и приму решение.

— Как Вам будет угодно, — слегка склонил голову Зес.

Через час к ним в комнату спустились Герек и Светлар.

— А где Корф? — спросила Эмери.

— Он остался наблюдать за состоянием Вашего сына, — ответил Герек. — Через несколько часов я его сменю.

Она кивнула и, дождавшись, когда все рассядутся, с напряжением в голосе спросила.

— Что с ним?

Первым начал отвечать Герек.

— Он без сознания. Если судить по частоте дыхания, то он в норме. Как правильно заметил Зес, у него отсутствуют признаки истощения. Мы не смогли притронуться к нему. Поэтому сказать наверняка, что с ним, я не могу. Здесь нужно разбираться именно с ритуалом, который он проводил или чем он там занимался.

— Светлар? — перевела на него взгляд Эмери.

— Пока мне нечего добавить. Мне нужна пару часов, чтобы отдохнуть с дороги, и я приступлю к изучению документации. И мне понадобится эта ваша Джу Ли. Хоть и мельком, но она видела, чем занимался Ярар.

Обсудив варианты дальнейших действий, все разошлись по своим спальням.

Особняк Меньшиковых

— Мне сообщили, что твой будущий муж не явился на вступительные экзамены! Ты понимаешь, чем мне это может грозить? — вспылила на дочь Креола.

— Ты думаешь он уже отбыл к эльфам? — не поднимая взгляда на мать задала вопрос Светлана.

— Нет, — ответила она, — он до сих пор в столице.

— Тогда почему он не пришёл на экзамен? — спросила Светлана.

— Это ты меня спрашиваешь? — воскликнула Креола.

И потом она начала вспоминать слова этого засранца. Тогда она наговорила много лишнего. «Может нужно было самой приехать и принести извинения?» — подумала она.

Через открытое окно она услышала лай собак и крики слуг.

— Срочно передайте госпоже Меньшиковой, что наследник возвращается в столицу!

«Поздно» — подумала она. Вероятно, её мужу уже доложили, что Ярар Де Тьер не появился в Академии, и он отправил своего сына разбираться.

— Мама, — отрывая её от раздумий, произнесла Светлана, — почему Витя едет сюда, а не в родовые земли?

Креола посмотрела на свою дочь и подумала, что очень мало занималась её воспитанием. Ведь ответ был очевиден! Сына Данилы от первой жены отправили «прибираться» за ней.

Имперская академия магии. Вступительный экзамен.

«Интересно почему я не вижу, того забавного молодого человека?» — подумала девушка.

Она жестом головы подозвала к себе воина, приказала.

— В этой толпе должен находиться Ярар Де Тьер. Как найдёшь, сообщи мне.

Воин кивнул и поспешил исполнять приказание.

«Наверное, он никого не найдёт», — подумала она. Проверка способностей уже закончилась, а она внимательно следила за её проведением. И дело было даже не в том, что она хотела увидеть молодого человека заинтересовавшего её. Она ещё и наблюдала за тем, кто в этом году поступает и какие магические способности у поступающих. Некоторых она знала, про некоторых ей предоставили краткую характеристику. И в этом году появился неучтенный фактор. Ведь в Академию поступил простолюдин, обласканный Стихией. Сразу три дара! Огонь, земля и воздух. Одаренные люди с тремя стихиями встречались только в древности. И многие о них до сих пор помнят. Мирдин, Кощеев, Ван И Ли, Рамзес I и другие.

И сейчас она прекрасно понимала, что за этим, как она про себя его назвала «пастухом», благородные начнут нешуточную гонку. И отец её не поймёт если она упустит его!

Открыв глаза, я обнаружил себя внутри какого-то кокона. Он был прозрачным, и я не сразу понял, что это энергетический щит. Вокруг меня стояло множество людей, которых здесь просто не могло быть.

— Ты слышишь меня? — спросила меня мать. Наверное, мои расширившиеся глаза были самым красноречивым ответом, и она продолжила. — Убери щит, и мы тебе всё расскажем.

Я попытался сказать «хорошо», но вместо этого я услышал своё сипение. В горле было сухо, словно я неделю не пил! Прикрыв глаза, я представил, что щит пропадает. И когда я открыл глаза, то его уже не было. А спустя ещё одно мгновения я оказался зажат в руках матери.

— Никогда, ты слышишь, никогда больше меня так не пугай!!!

— Ввооодыыы, — произнёс я. И ещё через секунду Эмери сама подала мне бокал с водой, который я выхватил у неё, осушил за несколько мгновений и попросил ещё.

Потом мне рассказали, что я пролежал без сознания почти две недели. И всё это время до меня никак не могли дотронуться. Эмери даже призналась, что пробовала с помощью своей магии воздуха проломить мой щит. Но использовала простые заклинания, боясь навредить мне.

— И как вы меня добудились? — спросил я. — Или я проснулся сам?

Эмери взглядом показала на Элин.

— Она облила тебя водой из туннеля, образованного твоим взрывом!

— Водой? — спросил я, первое что зацепило мой слух. Но тут же добавил: — ВЗРЫВОМ⁈

— Мы тебе всё расскажем. Но прежде тебя осмотрят Герек и Корф. И я не приму возражений. Пока ты был без сознания, мы почти не смыкали глаз, так что потерпишь, — тоном, не терпящим возражений, сказала Эмери.

После осмотра Герек и Корф сообщили, что никаких травм или ушибов у меня нет. Мои магические способности были в норме. И вызванный щит был, как и прежде, зеленого цвета.

Как-то незаметно в комнату пробрался Космос, который с ревом бросился мне на руки. По нашей связи я почувствовал, что он скучал и был сильно испуган. Немного погладив и успокоив его, я наконец-то услышал, что могу выходить из комнаты.

Когда я спустился вниз, услышал вопрос матери.

— Элин, почему ты решила влить воду на Ярара? Откуда ты знала, что она поможет?

— Хрущёва перед отъездом сообщила, что вода в нашем подвале непростая. Она не смогла объяснить свои слова, но, когда сегодня я вспомнила о них, то решила попробовать.

— А куда и, главное, как смогла уехать Аяна? — сразу же спросил я, заходя в гостиную.

Спустя пять минут я узнал, что мама вместе со Светларом провели ритуал исцеления, используя покорного раба, купленного на рынке. Моё состояние не улучшалось, и они решили привлечь все силы для того, чтобы понять, что со мной происходит.

Каким-то образом Эмери узнала о том, что Хрущёва уже видела символы из свитка и, чтобы узнать больше, она помогла энергетику восстановить её конечности.

Дослушав до конца, я схватился за голову.

— Ты хотя бы договор с ней заключила?

— Да, — порадовала меня мать, — иначе она бы не покинула этот дом живой.

— Ладно, что сделано, то сделано, — сказал я, после чего я пересказал слова своих медикусов.

— Ярар, — обратилась ко мне мама, — думаю пора бы тебе рассказать, что с тобой произошло.

Я ожидал такого вопроса, поэтому начал рассказ. Пару раз я услышал едкие комментарии о том, что касалось техники безопасности. Ну а когда я рассказал, что решил проверить на себе неизвестное заклинание, узнал, что мама умеет выражать мысли в очень «красноречивой» форме.

Когда она немного успокоилась, продолжила.

— Ладно, с этим разобрались! А теперь я хочу услышать подробности твоего разговора с Креолой Ва Меньшиковой.

— А что тебя конкретно интересует?

— Уже третий день нам приходят сообщения от их рода. Один от их главы, и два от наследника. Последний хочет с тобой встретиться и что-то обсудить. Насколько я смогла разобраться, скорее всего это связано с твоей ссорой с Креолой.

Я задумался, после чего засмеялся.

— А нам раков случайно не присылали? — и рассказав всем дословно разговор, ещё раз спросил. — Присылали или нет?

Эмери отрицательно покачала головой. Насколько я понял, она не оценила мой юмор.

— Я, судя по всему, пропустил экзамены? — Эмери кивнула, и я продолжил. — Скорее всего это и есть причина. Возможно Меньшиковы решили, что я и впрямь не собираюсь поступать в Академию, и слова про раков восприняли буквально.

— Да будь я там, узнала бы эта Креола, где раки зимуют! — прорычала Эмери. — Слабачка! Она совсем недавно достигла ранга мастера! — было видно, что мама ещё напряжена. Но громко выдохнув она взяла себя в руки и продолжила. — Хотя, это сейчас не так важно. Нужно встретиться с наследником рода Меньшиковых и обсудить твоё зачисление в Академию.

— А что вы отвечали им до этого? — спросил я.

— Мы говорили, что ты приболел, — с улыбкой ответила мать.

Я понял на что мне намекнула Эмери. Магически одаренные разумные болеют очень редко и на языке дипломатов эта фраза значила, что у нас нет намерений встречаться или разговаривать.

В тот же день я послал гонца с сообщением Виктору Ва Меньшикову, в котором говорилось, что я готов принять его завтра после обеда.

После чего под наблюдением Зеса и Герека, пошёл в свою лабораторию. Спустившись я увидел полный разгром. От стеллажей, на которых когда-то были разложены книги и журналы, остались одни обломки.

— Зес, хоть что-то из моих записей уцелело? — спросил я.

— Немногое, — ответил он. — Большую часть книг уничтожила вода. Чернила в них потекли и там почти ничего нельзя разобрать. Мы всё аккуратно вынесли отсюда и перенесли в пустую комнату, где слуги высушивали все сохранившиеся листы. Тебе лучше спросить об этом у Светлара.

— Почему у него?

— Со дня их прибытия он почти всё время просидел в той комнате, стараясь понять, что ты с собой сделал. И как я понял, он смог продвинуться в этом.

Я кивнул после чего подошёл к яме диаметром не меньше трёх метров. От Зеса я уже знал, что её глубина не менее двадцати метров. Активировав магическое зрение, я понял о чём говорила Аяна. От воды исходило свечение. В тот момент я подумал, что смотрю на концентрированную энергию. И она была белого цвета. Мне никогда не приходилось видеть столь чистую магическую энергию.

Подойдя к краю туннеля, я опустился на колени, и увидел, что края окаменели. Вначале я подумал, что это фундамент дома, однако опустив руку под воду понял, что и там стена по ощущениям напоминала камень.

— Зес, ты что-нибудь видел внизу? — спросил я.

— Нет. Я не смог доплыть до конца. И более того, туннель идёт под наклоном, и возможно, когда мы опускали камень на веревке, мы не смогли достигнуть дна, а лишь уперлись в стену.

— Интересно, — произнёс я вслух.

После чего обратился к обоим.

— Герек, Зес, вы когда-нибудь слышали про артефакты, которые позволяют погружаться под воду?

Зес же посмотрел на меня и произнёс одну знакомую мне фамилию.

— Ка Фец.

И точно, гномы говорили, что после использования какого-то ритуала в их роду стали появляться пси-одаренные! И некоторые из них могли плавать под водой очень долгое время. Но, со слов тех же коротышек, эта способность была утеряна, в отличии от телепатии, с помощью которой Фец собирали информацию о нас.

— Больше ничего? — с надеждой спросил я у Зеса

Он отрицательно покачал головой.

Немного походив по кругу подумал, что как только разберусь с наследником Меньшиковых, займусь созданием простейшего подводного колокола, в котором смогу погрузиться под воду.

Поднимаясь наверх, я отдал приказ Гереку, чтобы он сегодня же купил самый сильный микроскоп, который можно найти в столице. Я хотел знать, какими свойствами обладает эта вода.

— Виктор Ва Меньшиков, приветствую Вас, — первой произнесла Эмери, нейтральную фразу.

— И я рад наконец-то встретиться с Вами, леди Эмери! Примите мои глубочайшие соболезнования по поводу гибели Вашего мужа. Хоть я лично не был с ним знаком, но про его героизм и доблесть слышали даже на вампирских материках.

— Спасибо, — ответила Эмери с холодным выражением лица.

— А Вы, наверное, Ярар Де Тьер?

— Приветствую Вас, наследник рода Меньшиковых, — ответил я. — Предлагаю продолжить наш разговор за столом.

— С превеликим удовольствием! — произнес Виктор.

Когда мы расселились, слуги подали на стол множество блюд. Но в центре стола стояла большая тарелка с раками. Когда подняли клош и Меньшиков увидел, что стоит в качестве главного блюда, мне показалось, что он аж поперхнулся. Но к его чести, он быстро взял себя в руки и с доброй улыбкой посмотрев на меня, произнёс.

— Я и забыл, как давно не ел раков.

— Очень рад, что смог угодить Вам. Наши слуги в этот раз перестарались и приготовили их слишком много, так что, если вы не против, то мы соберём их Вам в дорогу. Может леди Меньшикова и моя будущая супруга также обрадуются, вкусив это блюдо.

— Засвистят от счастья! — сказал Виктор.

Теперь я был уверен, что ему полностью доложили о произошедшем конфликте. Посмотрев внимательно на Меньшикова, я подумал, что не чувствую к нему негативных эмоций. И поэтому я решил изменить своё манеру поведения относительно него. Когда я заметил, что Меньшиков отложил столовые приборы, то спросил у него.

— Могу я поинтересоваться, как прошли переговоры вампирами?

Он посмотрел на меня с задумчивым видом.

— Мы не смогли заключить союз между нашими странами. Слишком много пунктов, по которым пересекаются наши интересы в мире. — И сделав небольшую паузу, он зада вопрос. — Скажите, Ярар, Вы собираетесь учиться в Имперской академии магии?

— Решили сразу перейти к делам? — спросил я, на что Меньшиков кивнул. — Да. Думаю, ни для кого не секрет цель моего появления здесь. Мой отец сильно недоволен поведением своей супруги. И, как только он вернётся из похода, Креола отправится к нему в крепость Меньшиковых.

— А как же Академия? — спросила Эмери, ранее не принимавшая участия в разговоре.

— С разрешения императора в этом году пост ректора буду занимать я, — ответил Виктор.

— Поздравляю Вас! — произнёс я, и переглянувшись с Эмери, и заметив, как она слегка кивнула мне головой, продолжил: — Думаю, раз мы во всём разобрались, то у меня нет нужды получать образование в другой стране.

— Отлично, — произнёс он.

— Когда мне надлежит сдавать экзамены? — спросил я.

— Не стоит из-за этого переживать, — ответил он на латинском языке. — Уверен, что ваши родители дали Вам достойное образование и учителей.

— Nonne recte intellexi quod omnino probationes accipere non oportet?* — решил уточнить я. (*Я правильно понял, что мне вообще не нужно сдавать экзамены?)

— Вы все верно поняли. Разве что перед зачислением на артефактный факультет нужно будет проверить Ваши магические способности. Меня же не обманули сказав, что Вы самый одаренный целитель на Теллусе?

— Грубая лесть, — ответил я. — Но Вы правы, я одарен целительским даром. Из-за отсутствия факультета по данному направлению мне остаётся только артефактный факультет.

— К сожалению, не все наверху понимают, как важно развивать магию всесторонне. Если бы не приближающаяся война, то я бы смог уговорить учителей на вампирском материке преподавать по данному направлению.

— Вампиры учат целителей? — удивившись спросил я.

— Да. И этот факультет очень популярен. В него зачисляют всех на бюджетной основе. Главное, чтобы у тебя была хоть кроха этой силы!

— Поразительно! — сказал я, и добавил: — Жаль, что скоро война. Я бы с удовольствием учился именно этой дисциплине.

— Война не будет длиться вечно. Надеюсь, что людям в этот раз понадобится во много раз меньше времени, чтобы заключить перемирие.

— Полностью Вас поддерживаю, — сказала Эмери. — Предлагаю за это выпить! — подняла она бокал с вином.

Мы общались ещё около двух часов. Виктор оказался интересным собеседником. А ещё я заметил, что он очень оценивающе смотрит на Эмери. Впрочем, она делала вид, что не замечает этого. В конечном итоге мы согласились, что конфликт между нашими родами улажен и полностью забыт. Правда перед отъездом он попросил всё-таки положить ему в сумку нескольких рачков. Думаю, он решил поиздеваться над своими родственницами.

Проводив Меньшикова, я собрался идти к Светлару, чтобы узнать, что ему удалось узнать. Мы с ним вчера закончили работать уже ближе к полуночи. Наши переводы почти что не отличались. Светлар согласился со мной, что в свитке описывалось заклинание исцеления. По крайней мере оно имело такое название. Но почему оно сработало не так, как надо, он не понимал.

— Добрый день, — поздоровался я со Светларом. — Есть успехи?

— Да я закончил с переводом, — ответил он, после чего передал стопку исписанных пергаментов. — Постарайся сегодня всё прочесть, а завтра мы с тобой попробуем снова составить пентаграмму, но заклинание будем тестировать на рабах или, в крайнем случае, на животных.

— Давай уж лучше на животных, — сказал я. — Коли есть такая возможность, то незачем убивать разумных.

— Порой животное в разы чище людского племени, — философски произнес Светлар. — Поверь, людей делают покорными не за мелкие правонарушения. А тем покорным, что мы купили на столичном рынке, только туда и дорога.

— Ты их знал? — спросил я.

— Только слышал. Эти рабы бывшие члены банды Соловья. Они вырезали несколько деревень, а женщин и детей переправили в Польскую шляхту. Их поимкой занимался магистр воздуха барон Ефимов. К сожалению, самого главаря, он найти не смог.

— Откуда ты узнал это? — спросил я.

— Так из газет, — ответил он. — В столице на каждом углу можно купить информацию о событиях, происходящих в мире. — Он подошёл к столу и подал мне несколько листов тонкой бумаги.

Моё внимание привлекло то, что все буквы были печатными, а на одной из страниц я увидел изображения людей из банды Соловья, а под ними описывались совершенные ими преступления.

Я попросил у Светлара разрешение забрать себе эту газету и, получив от него согласие, уже собрался уходить, когда он меня притормозил.

— Ярар, я хочу провести ритуал на определение способностей, — сказал Светлар.

— Зачем? — спросил я с удивлением.

— Твой щит. Когда ты был без сознания и тебя окружал щит, то он был явно не зеленого цвета. И если раскинуть мозгами то, чтобы получить бирюзовый, нужно смешать голубой с зеленым. А скажи мне, какая стихия тождественна голубому цвету?

— Во-да… — заторможено ответил я. — Светлар, уж не думаешь ты, что я получил с помощью ритуала стихийную магию?

— Нет конечно! — сразу ответил он. — Но ты безответственно применил на себе заклинение исцеления! Мне кажется, что ты изначально родился со стихией воды. Всё-таки Эмери из довольно-таки сильного ВОДНОГО рода, — выделил он это слово. То, что у неё в роду был целитель, конечно, здорово, но он не развивал этот дар. В общем, я хочу сказать, что ты не мог родиться у таких сильных родителей с таким никчёмным даром.

Я задумался.

— Светлар, возможно ты прав, но почему тогда стихийная магия сразу не проявилась у меня.

Мне показалось, что он хотел что-то ответить, но передумал и вместо это он сказал.

— Я не знаю.

— Но у тебя есть предположение! Ведь так? — не успокаивался я.

— Ярар, не пытай меня! Просто я не вправе обсуждать с тобой эти темы…

Я не стал вслушиваться в его лепет.

— Это ведь связано с тем, что мои родители стали магистрами в столь раннем возрасте?

И по его глазам я понял, что попал в точку. Но он ответил совершенно другое.

— Что ты такое говоришь⁈ Они стали магистрами за пару десятилетий до твоего рождения. Это бы… — поперхнулся Светлар, чуть было не выдавший тайну.

Я кивнул, после чего покинул кабинет Светлара. Мне нужно было всё обдумать. По-хорошему я очень хотел пойти к матери и как следует её расспросить. Но она не Светлар, и её так просто не прочитаешь! Поэтому я решил не подымать эту тему, и сделать вид, что этого разговора не было. Ведь прежде я хотел провести ритуал на проверку способностей. Однако для этого мне нужен был Светлар. Самого себя на способности я проверить не смогу. А к Эмери я пока идти не хотел. У меня не было уверенности, что я промолчу.

— Господин, — обратился ко мне Щуков, — к вам пришёл Анатолий Столяров. Говорит, что Вы вызвали его.

«Не совсем то время он выбрал для найма», — подумал я. Но Эмери была права, этому дому нужен нормальный управлявший, с которого можно спрашивать за всё!

— Проводи его в мой кабинет, — попросил я. — Побеседую с ним там.

Щуков поклонился после чего пошёл в сторону выхода из дома.

— Анатолий, моя мама очень хорошо отзывалась о тебе. Но ты должен понимать, что нанимает тебя не моя мама, а я. И теперь ответить мне на простой вопрос, почему я должен это сделать?

— Де Тьер, — обратился он, — не скрою, я хочу эту работу. Одно дело работать в гостинице, а другое служить княжескому роду. Я не женат и тем более у меня нет детей. Поэтому всё свободное время я могу посвящать службе роду. Я хорошо ориентируюсь в столичных веяниях и у меня везде есть свои люди.

— Так уж и везде? — скептично спросил я.

— Если у меня нет, то есть у моих знакомых.

— С этим всё понятно. Но мне не нравится тот факт, что ты продал информацию обо мне.

— Господин, как я уже говорил ранее, если бы не я, то это сделал бы любой другой служащий Империала. Тем не менее я предупредил Вас об угрозе. И даже если бы не барон Балакин, то всё равно у Вас было время всё обдумать и действовать с холодной головой.

— Ты прав! И только поэтому я говорю с тобой, — сказал я. — Расскажи о себе. С кем живёшь? Из какой ты семьи? Мне интересно понять, что ты за человек, поэтому рассказывай всё, не стесняйся.

Потратив на Столярова целый час, я нанял его. Завтра он подпишет магический договор после чего приступит к своим новым обязанностям в качестве моего управляющего. Помимо этого, я настоял, чтобы он перевёз в особняк свих сестру и мать. Отец погиб на рыболовном судне, когда Анатолию исполнилось двадцать лет. За четыре года от обычного уборщика номеров он поднялся до управляющего отеля. И это был для меня очень весомый показатель его трудоспособности и ума. Ведь без последнего никак не добиться такого карьерного роста. Его мать подрабатывает репетитором для мещанских и купеческих детей, преподавая им математику и этикет. Странные предметы, но Столяров сам не знал откуда его мать их знает на педагогическом уровне. Сестре же недавно исполнилось шестнадцать лет, и Анатолий, по её просьбе, устроил к себе. Но, кроме посудомойки, никакой работы он найти для неё не смог.

У Столяровых был в собственности небольшой домик находящийся на окраине города. И они считались не бедной семьей, но их переезд был обязательным для того чтобы они были всегда у меня на виду. Если кто-то решит добраться через Анатолия до меня, то я могу пропустить удар. Ведь большинство разумных пойдёт НА ВСЁ, чтобы спасти своих родных.

Этот и многие другие уроки, которым обучал меня Анри, ни раз помогали мне. Жаль, что я забыл про безопасность во время проведения ритуала. Хотя существует вероятность, что взрыв произошёл не из-за заклинания, а из-за спонтанной инициации стихийной магии.

На следующий день я сидел в кабинете, когда ко мне зашла Эмери.

— Что читаешь? — спросила меня мама.

— Анри прислал отчет. Пишет, что порт наконец-то запущен и теперь они могут принимать корабли без простоя. Осталось достроить склады и весной можно открывать ярмарку.

— Зачем тебе связываться с этим?

— Мама, именно торговля развивает городскую инфраструктуру. Люди начнут продавать излишки и покупать необходимые им вещи по ценам ниже чем в целом в Империи.

— Ты думаешь сильно выиграешь от этого? Не забывай, что торговцы платят пошлину…

— И всё равно, — перебил я её, — цена будет ниже, чем в Империи. Торговцы из других стран не привозят товар в глубины нашей Империи. Этим то и пользуются наши купцы. Они скупают товар по низким ценам и перепродают его с большой накруткой! Но если мы откроем рынок у нас, то цены упадут и в большинстве своём станут доступны для крестьян. Таким образом я рассчитываю улучшить их быт. К тому же я разрешил в этом году охоту в своих угодьях.

— И много они наловят зимой? Скорее твоих крестьян, сунувшихся в лес, волки съедят.

— Я раздал более тысячи луков. И в каждой деревне провели курсы правильной охоты, и разбор ошибок, из-за которых охотники чаще всего гибнут. Им разрешено бить волков, рысей, кабанов, птиц, лис и зайцев. И круглогодично открыл охоту на медведей. Но остальных зверей им бить запретил.

— Ты забываешь про магических зверей, — с укором сказала мать. — Им не страшны выстрелы из твоих луков.

— Я и не говорю, что охота будет проходить без потерь. Но я рассчитываю, что крестьяне сократят поголовье хищников. За полгода я потерял более двухсот голов рогатого скота! И в большинстве случаев это работа хищников, которые охренели до такой степени, что могут заявиться в деревню и загрызть домашних животных чуть ли не среди бела дня, — проговорил я, и отложив очередной отчёт, дополнил: — Сообщений о магических зверях не приходило очень давно, и тем не менее Анри занимается подготовкой элитного отряда, который будет заниматься, помимо отлова разбойного люда, ещё и отловом или, в крайнем случае, отстрелом магических зверей.

— У тебя есть маги высокого ранга? — с удивлением спросила Эмери.

— Кроме Анри, никого нет, — ответил я. — Маги-рабы ещё слабы. Для этих целей я рассчитывал задействовать выпускников из нашей магической школы. А также мы закупили артефакты-защиты. Ими мы собираемся увешать этот отряд с ног до головы.

— Не дорого ли выходит?

— Если честно, то дороже выходит подготовить воина высокого уровня. Этот отряд будет служить ещё и пропагандой красивой жизни. Я рассчитываю, что заложенный образ будет стимулировать остальных воинов для развития воинской выучки. И раз в год будет объявляться конкурс на вступление в ряды этого отряда, численность которого постепенно будет увеличиваться.

— Ясно, — сказала мама. — Но ты не подумал, что соседские крестьяне и воины, увидев, как живут у нас, начнут массово переселяться к нам. А это вызовет недовольство со стороны дворян.

— Это их проблемы. Крестьяне не рабы, и вольны сами выбирать где и под чьим знаменем им жить.

Эмери ненадолго задумалась.

— Напиши Анри, чтобы вопрос по зачистке земель от хищников он обсудил с Сереком. Уверена, что он поддержит это начинание. Остальное будем решать по мере поступления проблем.

Я кивнул, и вопросительно посмотрел на неё. Она не уходила, значит разговор ещё не окончен.

— Со мной утром говорил Светлар, — сказала она, внимательно следя за моей реакцией.

— Это правда? — спросил я.

— Нет! — ответила она.

— Ты уверена?

— Я и Талий всё перепроверили на несколько раз. То, что мы сделали, никак не должно было отразиться на тебе.

— Когда? — спросил я.

Мама поняла о чём я спрашиваю. Меня интересовало, когда я смогу ознакомиться с ритуалом, в результате которого они получили такой быстрый магический рост.

— После совершеннолетия.

— Ты думаешь, что я не пойму?

— Наоборот, — ответила она, — ты всё поймёшь, просто ещё рано.

Я откинулся на стуле и немного подумав задал вопрос, который тоже меня интересовал.

— Ты поможешь с ритуалом проверки способностей?

— Да. И если ты готов, то можно приступать. За домом Светлар уже начертил пентаграмму.

Посмотрев на скопившиеся отчёты, я встал из-за стола и направился вместе с мамой на выход. Всё это может подождать. Сейчас для меня было важнее получить ответ на вопрос: стал ли я стихийным магом или нет?

Когда я вышел во двор, увидел нарисованную восьмиконечную звезду, по бокам которой были нарисованы символы силы.

— Вставай в центр, — сказал мне Светлар.

— А вы не боитесь, что нас кто-то увидит? — спросил я.

— Эмери поставит непроницаемый щит, и даже если кто-то поймёт, чем мы занимаемся, то ничего противозаконного мы не совершаем, — ответил Светлар.

Я кивнул и направлялся в центр пентаграммы. Я активировал *зрение*, желая посмотреть, что именно делает этот ритуал и разобраться как он работает.

Вначале всё начиналось также, как я помнил, когда Талий проводил проверку на способности. Вокруг Светлара появился огонь, который он направил линии силы, ведущие к пентаграмме. И с помощью *зрения* я увидел, как энергия расходится по линиям, при этом символы начинали загораться. Потом я увидел, как несколько раз пентаграмма в магическом плане стала подыматься и опускаться, крутясь вокруг меня. На секунду я отключил *зрение* и понял, что такое действие ритуала вижу только я.

Потом к груди потянулись жгуты от линий, которые начали проникать внутрь меня, но при этом я ничего не чувствовал. Ни боли, ни раздражения или удовольствия. Наверное, со стороны казалось, что ничего не происходит. В конце ритуала была не сильная вспышка, свет которой стремился в артефакт находящийся в руках Светлара.

— Ну и? — сразу спросил я.

— Ты СТИХИЙНИК! — ответил он, и на его лице отразилась радость.

Когда закончилась проверка, и меня прекратили поздравлять Светлар с Эмери, я ушёл в свой кабинет прихватив артефакт, в котором были указаны данные проверки.

Мне первый раз приходилось смотреть на то, как отображается информация после этого ритуала. И этот способ изложения мне показался достаточно современным, хотя и не полным.

Раса: Человек.

Пол: Мужчина.

Биологический возраст: 13 лет.

Стихия: Вода (лёд), Свет.

Ранг: Младший мастер.

Способность: Целитель (ошибка, неизвестный параметр).

Здоровье: Отлично (зеленый)

Уровень физический силы: Средний.

Уровень физический силы в сопряжении с возвратом: Высокий.

Читая отчёт мой взгляд задержался на пункте «способность». Я предположил, что неизвестный параметр — это моя способность. Другого объяснения у меня не было.

— «Ну что ж, — подумал я, — теперь я стихийный маг». Для меня было странным, что целительство артефакт отражает как способность. Однако, в категории «стихии», помимо воды, есть свет. Но свет — это более широкое понятие. Как мне казалось, в него не может входить только магия исцеления.

К сожалению, Светлар не смог ответить на эти вопросы. Он сказал, что возможно есть люди, которые занимались этими вопросами, но они ему не известны.

Дверь в мой кабинет открылась, и в неё заглянула Элин. Снова отложив отчёт Анри, я посмотрел на гостью.

— Привет! — поздоровался первым я.

— Тебя можно поздравить? — с улыбкой сказала Элин. — Ты стал стихийным магом! Жаль, что ты не слышал с какой гордостью твоя мама говорила об этом.

— Могу себе представить. Ты не видела, как она меня обнимала, когда прочла вот это, — подав сведения проверки, сказал я.

— И что теперь? Ты станешь главой рода? — спросила она с радостью.

Когда она закончила предложение, я случайно сломал карандаш от неожиданности.

— Кто тебе это сказал? — спросил я. — Эмери?

— Ннееет, — произнесла Элин, не ожидавшая такой реакции. — Это просто моё предположение.

— Элин, как друга тебя прошу, не подымай эту тему. Пусть Тимофей тянет эту лямку. Я же хочу нормально пожить!

— Странно это слышать! Многие ухватились бы за эту возможность.

— Даже ты? — спросил я.

— Имей я магические способности, то скорее всего да! — ответила она. — Удивлен?

— Да, — не стал отрицать я. — Мне казалось, что ты наслаждаешься свободой. Тебе ведь многое позволено, и почти ни за что не спрашивают и ни к чему не принуждают. — И сделав которую паузу, дополнил: — Помолвка, которую тебе навязывают, не в счёт. Если бы родители сильно захотели, тебя бы ко мне не отпустили.

— Наверное ты прав, — сказала Элин. — Но если бы у меня были магические способности, то моя жизнь сложилась бы иначе. Поверь, я знаю о чём говорю. Я не стал спорить.

— Раньше я думал о том, что стану главой рода. Но потом как-то перегорел. Скорее всего старейшины, узнав о том, что во мне проявилась стихийная магия, подымут этот вопрос. Но я откажусь. Благо у меня есть возможность такого выбора.

— Ясно, — ответила Элин. — Скажи, а сегодня ты собираешься ещё что-то колдовать?

— С чего ты взяла?

— Твоя мама и Светлар спорили насчёт заклинания, из-за которого ты находился без сознания две недели.

— Да, ты правильно поняла, — ответил я. — То заклинание, над которым я работал, называется — исцеление. Название само за себя говорит для чего оно должно служить. Так вот, Светлар думает, что благодаря нему у меня началась спонтанная инициация. Он считает, что при рождении я мог получить травму, которая блокировала стихийную магию. А после применения заклинания, началась перестройка организма, которая повлекла те последствия что ты видела.

— Я мало что поняла, но у меня другой вопрос. Я могу понаблюдать за этим?

Я ответил согласием и пообещал, что позову её с нами.

Наконец-то оставшись один я вновь взял отчёт от Анри. С портом разобрались. Его запустили на полную мощность. По урожаю тоже более-менее понятно. Уменьшив количество грызунов, урожая должно хватить на зиму. Даже экономить не придётся.

— Так, а это что у нас такое? — проговорил в слух я. — Прибыла делегация из Империи Тан… — вчитался я внимательнее в отчёт, который чуть не пропустил. «Нужно будет попросить Анри, чтобы распределял отчёты по степени важности. А не присылал их одной стопкой», — подумал я.

Из краткого отчёта я понял, что азиаты выкупили около трехсот своих граждан. Остальных выкупать они не собирались или не хватило денег. Также они очень сильно давили на то, что между нашими империями заключен союзный договор, и так себя вести не порядочно. Анри, с разрешения Серека, послал тех в далекое путешествие.

Деньги с продажи азиатов, были розданы семьям, у которых погиб кормилец на прошедшей гражданской войне.

Немного подумав, я согласился, что это было правильным решением. Денег у нас и так хватает, а вот любовь своих граждан надо всегда стимулировать. Хоть это и будет кратковременной мерой.

И только я подумал о деньгах, как я взял в руки отчёт, в котором говорилось, что на счету у нас осталось менее пятисот тысяч! Ниже подробно расписывалось куда были вложены и на что потрачены деньги, и в конце резолюция Ля Фисто: Ярар, прекращай дурью маяться! Нужны деньги!!!

В стопке оставался последний отчёт. Каркас дирижабля почти закончили. После этого они собираются приступить к обшивке, и обтягиванию сверхпрочной вампирской тканью. Из этой же ткани уже сшили и воздушные подушки, в которые в будущем будет накачан гелий. По предварительным подсчётам до завершения строительства оставалось два месяца. Снизу была приписка от Виктора Смирнова: Патентовать будем?

'Однозначно ДА! — подумал я. — Но этот проект могут счесть судном военного назначения, и тогда другие государства начнут клепать дирижабли направо и налево. Если же не патентовать, то другим странам понадобится не меньше пары лет, чтобы собрать дирижабль. Хотя я рассчитывал, что дольше. Ведь для проектирования нагрузки я проводил математические расчёты с условием вычисления тяжести участка на каждый модуль. Если на металлургическом заводе каркас собрали в соответствии с моими расчётами, то управляемость, надежность и скорость не будет уступать моему бывшему воздушному судну, а может и будут превосходить.

Ещё раз взглянув на отчёт, я решил, что патентовать нужно. Но только схему, и без моих расчётов.

— Значит ты хочешь заняться омоложением в столице? — спросила меня Эмери.

— Да, — ответил я, — Анри прислал отчёт. И денег осталось очень мало.

— А Ля Фисто не сказал куда он потратил? — спросила Эмери.

— Он предоставил подробный отчёт. И теперь уже у меня вопрос, зачем вы сняли со счёта десять миллионов за раз? У вас что у самих денег не осталось? — недовольным тоном спросил я.

Конечно, ведь когда мы разговаривали о помощи, я согласился. Однако есть одно НО! Я не рассчитывал на такие суммы, тем более за один раз!

— Мы решили изменить русла рек, — ответила она.

— Что вы решили делать?

— Мы хотим перенаправить реки, чтобы земли стали судоходны. И как можно больше селений соединялись водным сообщением.

— Ты это серьёзно? — не веря в услышанное спросил я.

— Да. Серек встречался с Грином Жуковым. Не знаю, как у них зашёл разговор об этом, но Жуков предложил сделать водный путь.

— Но это ведь не легкое дело… — задумчиво произнёс я.

— Серек уже ведёт переговоры о найме магов земли и воды. Они поменяют русла мелких рек, которые будут соединяться в одну.

— Но начнуться затопления! Вы многие селения оставите без воды. Начнутся засухи в тех местах, где была плодородная почва.

— Не думай, что ты один такой умный! Нам непросто так понадобилось ТАК много денег. Мы уже начали закупку продовольствия, и заготовку строительных материалов. Селения будут отстроены на новых местах.

— Скажи, у нас после этого вообще останутся деньги? — спросил я.

— Не так много, — ответила мама. — Но лучше мы останемся без денег, чем наш род падёт в будущей войне.

— Не боитесь, что потом эти реки будут использованы против нас? — подумав спросил я.

— Вначале, для того чтобы течение рек шло так, как мы хотим, мы будем использовать искусственные накопители. И года через три эти изменения станут необратимы.

— Мам, строить не рушить. Последнее всегда проще. Но я не могу не согласиться, что идея стоящая. Просто я не понимаю почему я узнаю об этом только сейчас.

— Про деньги, я признаю, мы не правы. А вот насчёт водного пути: план был утверждён, в то же время, когда ты решил изобразить из себя великого мага! — поддела меня Эмери.

Вечером я попробовал ещё раз заклинание — исцеления. В качестве подопытного мы купили козла. Зес один раз ударил его в по шее, после чего я, дождавшись, когда он отойдёт на безопасное расстояние послал заклинание на животное. Вспышка света и о ране на шее козла, напоминали только кровавые следы. Посмотрев на него *зрением*, никаких изменений я тоже не заметил. Козел не стал магическим животным.

— Значит это из-за инициации! — тихо произнес я. После чего я поднял глаза на Эмери. Она услышала мои слова, и поняла к чему я клоню. Ведь если бы я был здоров, то заклинание не должно было так сработать на мне. И таких последствий не произошло бы. Следовательно, имела место быть травма или происшествие, из-за которого моя магия претерпела изменения!

— Мы не будем подымать этот вопрос, — голосом нетерпящим возражения сказала она.

Мне хотелось возразить, но в этот раз я отступил.

Здравствуй, дорогой дед! — с этих слов начиналось письмо графу Долгорукову. — Спешу тебе сообщить радостную весть: твой внук одарён стихией воды!!! И в связи с этим я решил поступать не на артефактный факультет, как собирался ранее, а на водный факультет.

Наверняка ты слышал, что моя сестра тоже одарена этой стихией. И из её слов я понял, что за её обучение Долгоруковы возьмутся, если она согласится на брак с представителем твоего рода. Я хочу сказать, что будь это не моя родная сестра, я бы даже не обратил на это внимание. И скорее всего поступил бы точно так же. Однако, Ярина моя ЛЮБИМАЯ сестренка, и я не желаю, чтобы её лишали права выбора.

Поэтому прошу, назначь приемлемую цену за двух учителей. Мой ранг магической силы: младший мастер. У Ярины тоже. У неё, насколько я знаю, уже получается создавать ледяные копья!

В свою очередь я предлагаю омолодить одного мага в обмен на двух ХОРОШИХ учителей, которые заключат учительский контракт не менее чем на семь лет!

С уважением, твой внук, Ярар Де Тьер.

— Как тебе? — спросил я Эмери, которой дал прочитать письмо перед отправкой.

— Он любит такой стиль, — с улыбкой сказала она. — Заискивающий и деловой одновременно. Долго пришлось сочинять?

— Да не особо… Элин помогла. Она получила хорошее образование на родине.

— Кстати об этом. Сын, скажи, какие мысли ты вынашиваешь в отношении неё⁈

Я сразу понял о чём речь.

— Пока чутье обманывает тебя, — ответил я. — Хотя не скрою, она мне симпатична, но ни о каких чувствах не идёт и речи.

Мама кивнула, после чего спросила.

— Ты узнал кто нанял Барсукова? — Я не понял с чего был задан этот вопрос, и она пояснила. — Я знаю, что ты вчера встречался со служанкой Светланы. И какие взаимоотношения вас связывают я тоже знаю.

— Анри очень щедро делится информацией, — с укором произнёс я. — Ты думаешь в верном направлении. За этим стоит Светлана! Креола же об этой интриге узнала в день, когда состоялась дуэль.

— Иии? — в ожидании продолжения, произнесла мама.

— Она наказала дочь за то, что та предоставила неверные сведения касательно моего психологического портрета. И за то, что не рассказала про дуэль раньше. В общем она обвинила в провале Свету.

— А что она хотела от тебя? — спросила мама.

Я поднял руку и в комнате появился изумрудный свет.

— Молодости! — ответил я на очевидный вопрос.

Немного посидев в тишине, мама заговорила.

— Ярар, мы не можем расторгнуть помолвку со Светланой. Но ты можешь попробовать сделать так, чтобы Меньшиковы сами её расторгли.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил я.

— Если не рассматривать очевидные ответы, то что по-твоему может послужить основанием для расторжения помолвки? — задала вопрос Эмери.

Мне понадобилось время подумать, чтобы ответить ей.

— Первое, что мне приходит в голову, если Светлану публично застукают в постели с другим, — ответил я.

— Верно, но ты сам представляешь, что никто так просто к Светлане в спальню не зайдёт. Нужно совсем «берега попутать», чтобы за этим занятием смогли застать. Что ещё?

— Беременность, — ответил я.

— Верно. Это самый лучший вариант. Если она сделает аборт, то самое меньшее наказание — это исключение из бархатной книги. Но и здесь свои нюансы, — продолжила она. — Хоть в этом тебе никто не признается, но всех благородных девушек учат заклинанию контрацепции. А те, кто не имеют дара, тех знают множество народных способов.

— Тогда я не понимаю, что ещё может послужить расторжением помолвки, — сказал я.

— Кровная месть, бесплодность, бесчестие, государственная измена и смерть. Прибавь сюда то, что перечислил ты и это будет основа.

— Тогда я не понимаю, как я должен провернуть это, — сказал я.

Эмери улыбнулась.

— А никто и не говорил, что это будет легко. Однако, — сделав небольшую паузу, она достала небольшой флакон, — существуют зелья, на которые не действуют чары контрацепции. И выпив его девушка со стопроцентной гарантией забеременеет.

Немного подумав, я спросил.

— Мам, после расторжения помолвки мы не проиграем в политическом плане? — и не давая ей ответить: — Ведь этот союз изначально планировался для того, чтобы усилить позиции рода на мировой арене. А сейчас ты мне прямо говоришь, что я волен действовать со Светланой так, как сам пожелаю. Что изменилось?

— Ты все правильно говоришь. Союз с Меньшиковыми до сих пор для нас очень выгоден. Однако, Света перешла черту дозволенного. Она заказала твоё убийство! А это никому нельзя прощать!

— Мне кажется или ты говоришь на эмоциях? — спросил я.

— С чего ты взял?

— Твоё решение не кажется мне взвешенным. Хотя, признаюсь честно, мне оно нравится. И я не стану отказываться от идеи расторжения брака. Но тогда у меня другой вопрос. Кого ты хочешь видеть в качестве моей невесты?

— Об этом ещё рано говорить. Ты ещё не решил проблему с Меньшиковой. Но помни, ты ни в коем случае не должен быть пойман!

— Могла бы и не говорить, — с хищной улыбкой ответил я.

Пол часа спустя.

— Эмери, я могу к тебе зайти? — спросила Элин, стоя на пороге кабинета, дверь в который была открыта.

— Конечно. Что за глупый вопрос? — последовал ответ Эмери.

— Благодарю, — произнесла она, и сразу перешла к теме разговора, из-за которого пришла. — Так уж получилось, что я подслушала разговор, касающийся Светланы Меньшиковой… — после чего Элин замолчала.

— Продолжай, не стесняйся. К тому же я знала, что ты нас слышишь.

Элин сильно удивилась, но быстро вспомнила, что перед ней сидит магистр магии воздуха. И то, что она находится буквально за дверью, та могла с легкостью почувствовать.

— Кого вы собираетесь вырастить из Ярара? — вдруг спросила Элин.

Этот вопрос её сильно волновал. Она много разговаривала с Ерби. И не все действия родителей её друга она могла понять и принять. И от того, как Эмери переменилась в лице, она поняла, что такого вопроса та никак не ожидала.

— При всём моём уважении к тебе Элин, но это не твоё дело.

— Я готова согласиться, что мой вопрос выглядит неуместным. Но я задаю его не из праздного любопытства.

— Так от чего же?

— Я боюсь за него, — ответила она. — Уже сейчас он довольно-таки циничен и в его поведении всё чаще проявляется жестокость. При принятии решений он не задумывается о людских жизнях. А ему только тринадцать! Вы дали ему карт-бланш «на устранение» Светланы со своего пути. Но она не плохая девочка. Я общалась с ней. Она себя так ведёт из-за своего воспитания.

— Элин по-твоему я должна закрыть глаза на то, что она хотела убить моего сына? Не будь там Зеса, я не уверенна, что Ярар, каким бы превосходным фехтовальщиком он не был, смог бы расправиться с Барсуковым!

— Когда она узнает, что Ярар стихийный маг, её поведение изменится. Должно измениться… — неуверенно повторила она.

— Тогда у Светланы появится шанс войти в род Тьер. У неё будет время на исправление ошибок. Учиться им долго и Ярар всё равно не сможет быстро придумать и реализовать план по разрыву помолвки.

— Думаю, если он приложит все силы, то это может произойти гораздо раньше, — с сомнением сказала Элин.

Три дня понадобилось, чтобы привести в порядок подвальное помещение. Пришлось нанимать бригаду строителей для установки дополнительной вытяжки, потому что имеющаяся не справлялась со скапливающейся влагой.

Что же касается источника, то сегодня утром Герек привёз несколько микроскопов, и вместе со Светларом и Корфом приступил к изучению воды в нём.

— Ну? Чем порадуете? — спросил я.

— Пока нечем. На вид это простая вода, — первым стал отвечать Светлар. — И мы пока не увидели компонент, из-за которого в нём, как ты говоришь, высокая концентрация энергии. Нужны микроскопы большей мощности. В моих лабораториях есть такие. А пока я не знаю, что смотреть.

— Герек, — обратился я к лекарю, — а как дела у твоей ученицы Лилии Кузнецовой? Она смогла разобраться почему при переливании крови у людей происходит отторжение?

— Да, — ответил Герек. — Она смогла выделить белые кровяные тельца, про которые вы говорили. Жаль, что вы не помните в чьём трактате подчерпнули эти знания, тогда работа пошла бы в разы быстрее. Но когда я вернусь, мы собираемся провести эксперимент на покорных.

— Это хорошая новость, — сказал я. — А кровь у магов вы тоже брали? — он отрицательно покачал головой. — Займитесь этим. Нужно понять, что будет если кровь обычного человека перелить одаренному и наоборот. А также я хочу, чтобы вы постарались найти какая из клеток крови отвечает за магическую энергию.

— Вы думаете, что ответ кроется в крови? — спросил Светлар, внимательно слушавший наш разговор.

— Да, — ответил я. — Я видел, как Зес нанес руны на арбалетный болт, после чего смазал их своей кровью. Так вот, каким-то образом, этим оружием он может пробивать магический щит.

— Я читал об этом, — сказал Светлар. — Мои люди пробовали проверить этот эксперимент, но у них ничего не вышло. Думаю, это связано с тем, что Зес не обычный человек. Но в любом случае мы продолжим эти исследования.

Я посмотрел на Герека и Светлара, и меня посетила идея. Я предложил им объединить усилия. Пусть набирают сколько угодно воды и едут домой, и там в спокойной обстановке занимаются своими исследованиями. К тому же здесь их помощь более не нужна.

— Мы уже обсуждали, что нам пора наладить обмен информацией, — сказал Герек. — Но Вы правы, дома работать будет в разы продуктивнее.

Когда я поднялся на первый этаж, услышал, что меня зовёт барон Корф.

— Владимир, ты хотел о чём-то поговорить? — спросил я.

— Да, — ответил он. — Это касается наших с вами экспериментов с шафраном.

— А что с ним не так?

— Помните я говорил, что под воздействием Вашей энергии, увеличивается только его стебель? — Я кивнул. — Больше такой проблемы нет. Специя стала набирать рост. С одного крокуса вышло целых 15 граммов!

Новость, мягко говоря, меня удивила. Ведь я уже забыл про этот проект. И сейчас стал больше думать про картофель, развивая сельское хозяйство.

— Сколько удалось собрать урожая? — спросил я.

— Триста двадцать семь грамм. Многие крокусы не прижились после пересадки. Но в следующем году я рассчитываю получить куда больший урожай.

— Неужели ты привез с собой клубни крокуса?

— Нет, конечно, — ответил Владимир, — просто те, что у нас есть, дали по три-четыре клубня. Посадив их, я рассчитываю собрать более богатый урожай.

— Хорошо, — порадовался я. — Но, Владимир, я хочу, чтобы это занятие было для тебя второстепенным. А на первом месте у тебя создание взрывных артефактов большой мощности. А также не забывай про пороховое оружие.

— Я понимаю. И уже набрал трёх ассистентов. С ними работа пошла куда веселее, — произнёс он. — А что мне делать с урожаем шафрана?

Немного подумав я велел сто пятьдесят граммов распределить между старейшинами рода Тьер. Остальное разделить между Ля Фисто, Гереком и им самим, ну и, разумеется, прислать немного специи мне. Всё равно мне почти каждую неделю приезжает гонец от Анри. Для него несколько граммов лишнего веса не вызовет проблем.

Вот и настало первое сентября. На днях уехала Эмери, вместе с остальной «командой спасения». Она хотела остаться, но ей пришло сообщение от Серека, в котором он просил возвращаться назад. Много дел накопилось, и требовалось её участие.

Сегодня был ознакомительный день и, после торжественной речи ректора, нас должны будут проводить по своим классам, где познакомят с куратором группы, и расскажут о правилах Академии. Занятия же должны будут начаться на следующий день.

Когда я подошёл к площади, на которой располагался монумент с артефактом проверки магический способностей, увидел, что студены уже были распределены по своим факультетам. Это было легко понять по надетым на них мантиям, ведь каждый цвет символизировал свою стихию. Факультетов было пять. Пятым был артефактный, на который я планировал поступать до того, как у меня открылся дар к стихии воды. И мантии у артефакторов были черного цвета. Когда я об этом узнал, то спросил у Эмери с чем это связано, и ответ был до банального простым. Артефакторы постоянно работают руками, пилят, режут, плавят… А мантии черного цвета просто-напросто мараются меньше.

— Ярар Де Тьер? — услышал я мужской голос. — Это Вы?

— Да, — ответил я. На мужчине была белая мантия, говорящая о том, что передо мной один из преподавателей Академии. — Чем могу Вам помочь?

— Меня послал ректор, Виктор Ва Меньшиков. Он просил передать, что Вам нужно подойти к артефакту проверки магический способностей.

— Прям сейчас? У всех на виду? — спросил я.

— Да. А разве с этим могут быть какие-то проблемы?

Пожав плечами, я пошёл в сторону монумента.

Сзади меня стал слышен шепот.

— Кто это? Он что собирается проходить проверку? Почему только сейчас?

Подойдя к монументу, преподаватель попросил меня остановиться.

— Чего мы ждём? — спросил я.

— Уже ничего, — ответил он, и показал взглядом куда мне стоит посмотреть.

Из дверей административного задания Академии выходил Виктор Ва Меньшиков, вместе с педагогами, облаченными в белые мантии. Но, на что ещё я обратил внимание, рядом с ректором шла девушка в голубой мантии, та самая с которой я познакомился, когда гулял по Академии. Хоть на ней был надет капюшон, но мне удалось рассмотреть её лицо.

Ректор подошёл к монументу, у которого я стоял.

— Ваше светлость, — слегка поклонившись произнёс я, — Вы хотели меня видеть?

— Добрые день, Де Тьер! Специально для тебя сюда вынесли артефакт. Ты знаешь, как он работает? — Я кивнул. — Что ж, тогда действуй.

Я положил руки на круглый шар и он, как я и предполагал, осветился вначале голубым светом, потом зелёным, а перед тем как потухнуть его цвет изменился на изумрудный. Последний цвет меня удивил! Он смог идентифицировать мою магию омоложения. И в тот момент я подумал, что создатель артефакта знал про эту способность!

Пока я всё это обдумывал, не сразу заметил, что педагоги начали шептаться между собой и внимательно смотреть на меня.

— И давно ты являешься стихийным магом? — спросил меня Меньшиков. И в его тоне я почувствовал удивление с нотками гнева.

— А разве это проблема? — спросил я.

Меньшиков не сразу ответил.

— У меня есть вопросы. Но, думаю, это может подождать. И жаль, — показывая на черную мантию в руках одного из преподавателей, — ведь тебе это, похоже, не понадобится.

Я улыбнулся.

— Благодарю за заботу, ректор. Вы абсолютно правы, я буду носить мантию голубого цвета.

— Ваш род, — раздался женский голос из-под капюшона, — в последнее время постоянно на слуху. Ярар Де Тьер, скажите, Вам просто нравится эпатировать публику?

Она сняла капюшон, и в волосах я заметил заколку в форме дракона при мече и щите. Я сразу понял к какому великому роду принадлежит стоявшая передо мной девушка.

— Прошу меня простить, Ваша светлость! — поклонился я. — Я никогда не думал об этом. К тому же я не знал, что моя персона настолько известна.

— Ярар, — перебил нас ректор, — с этой минуты ты являешься студентом Имперской академии магии. И зачислен на факультет водной стихии. Поздравляю тебя!

Поблагодарив его, я направился в сторону, где находился мой факультет. У меня конечно был вопрос почему эта девушка осталась стоять вместе с ректором и другими педагогами, но, как только я дошёл до своего факультета, услышал усиленный магией голос ректора.

— Меня зовут Виктор Ва Меньшиков, в этом учебном году по воле нашего императора я назначен ректором в Имперскую академию магии. И я поздравляю вас с зачислением в неё. Сегодня, первого сентября, вы все стали студентами этого учебного заведения. Длительность обучения будет завесить от факультета и вашего магического резерва. Однако есть ряд правил, которые вы все должны знать! Дуэли разрешены на арене и только под наблюдением преподавателя! За нарушение, не взирая на титул и статус ваших родителей, студент будет исключен. Что касается не благородного сословия. Пока вы учитесь в этих стенах, вы все равны. НО ЭТО НЕ ПРАДА. Так говорится только в Кодексе! Равенства никакого нет и не будет! Специально для вас более ста лет назад был создан факультатив, на котором обучают традициям и этикету. У вас будет три месяца, после чего вы будете сдавать экзамен и те, кто его не сдаст, будут отчислены! Однако, это не значит, что вы будете получать знания меньше, чем остальные! Всем, кто хочет учиться, чтобы получить больше силы, стены библиотеки всегда открыты! И это касается ВСЕХ! В стенах Академии действует балловая система. И накопив определенное количество, вы сможете потратить их на получение индивидуального практического занятия. Сегодня вам всем раздадут устав Академии. Мой вам совет, внимательно ознакомьтесь с тем, что в нем написано. А теперь предоставляется слово студентке, сдавшей лучше всех вступительные экзамены.

Рядом с ректором встала девушка.

— Сокурсники! — тоже усилив голос магией, произнесла она. — Меня зовут Анастасия Ва Романова. Я рада всех вас видеть на этой церемонии посвящения нас в студенты. Сегодня знаменательный день, когда мы ступили на путь изучения магии. И если мы хотим достичь вершин на этом пути, то нужно работать с полной самоотдачей. Сила не берется из ниоткуда! Как ранее сказал наш много уважаемый ректор, в Академии процветает социальное неравенство. И тому, кто находится в самом низу, придётся приложить в разы больше сил для того, чтобы возвыситься! А тем, кто уже имеет высокий статус, нужно приложить максимум усилий, чтобы его предки гордились им. Надеюсь, многие из вас найдут здесь друзей и союзников. Ещё раз поздравляю всех вас!

После этой речи со всех сторон раздались аплодисменты. Был один умник в коричневой мантии, который выкрикнул, что «не против и подружиться, и заключить союз именно с тобой». Но почти сразу последовал вскрик, после чего студент упал на колени. Из-за криков я не слышал, что там происходило дальше. Да и неинтересно мне было как будут учить манерам простолюдина.

Романова тем временем подошла к нашему факультету и мне показалось, что она кого-то ищет. А когда её глаза встретились с моими, она улыбнулась и пошла в мою сторону. Остальные студенты перед ней расступались, и когда она дошла до меня, встала рядом.

— Вы позволите присоединиться к Вам?

— Буду рад сопровождать Вас, — ответил я.

После речи Романовой, Меньшиков представил нам деканов и преподавателей. Дальше шло распределение на классы. На водном факультете получилось три группы по четырнадцать человек. И куратор нам сказал, что теперь всё время обучения мы будем находиться вместе.

— Интересное деление, — произнесла Романова.

— Чем же? — поддержал я беседу.

— Мы с тобой студенты первой группы. И, по сути, единственные княжеские дети. Остальные это восемь графских и четверо баронских. Во второй группе тринадцать баронских и один простолюдин. В последней группе все простолюдины.

— И что тебе не нравится? — спросил я. — Разве таким образом между нами не будет происходить меньше конфликтов?

— Напротив, такой подход мне кажется оптимальным. Просто жалко паренька из второй группы. Его спокойно могли отправить в третью группу, но куратор осознано сделал его парией*. И теперь он не станет своим среди чужих, но уже стал чужим среди своих.

Задумавшись над словами Романовой, я подумал, что этому есть объяснение.