Из полупустого отеля вышла девушка в вельветовой куртке горчичного цвета. Длинными пальцами она вынула из кармана новую пачку сигарет с цитрусовым ароматом. Волнистые и темно-русые волосы, едва достающие до плеч, пахли свежестью с привкусом сладкого миндаля. По неухоженной парковке к ней подъехал старенький, но безупречный шевроле.

— Юкка, ты собралась? — прикрываясь рукой от яркого, но не греющего солнца, спросил ее трескучим голосом мужчина из автомобиля. — Погнали, я довезу тебя до аэропорта! — кивнул головой он на сидение рядом.

— Я задержусь ещё на четыре дня, — ответила гнусаво девушка. — Босс попросил перепроверить все замеры и подсчёты на месте, — она закатила свои большие карие глаза, отвесив челюсть.

— Опять сверхурочно работаешь?! Я точно сейчас угадаю, если скажу, что тебе вновь не доплатят за это! — на лбу водителя выступили длинные морщины, а на маслянистом подбородке углубилась впадина.

Собеседник уныло взглянул на девушку и харкнул на землю. После чего, подняв стекло, развернулся, чтобы умчаться вдаль на своей рычащей красавице.

Юкка зубами подцепила сигарету и закурила, выдыхая клубы дыма через орлиный нос, с явно заметной горбинкой. Девушка наблюдала за белокурыми облаками, плывущими по небесной синеве. К ней подступило чуткое осознание того, что весь человеческий род проклят.

Она думала о том, сколько лет ей пришлось проработать в крупной строительной компании так и не получив повышения. Бесчисленные дополнительные нагрузки, а зарплата всё та же. Постоянное возвращение уставшей в маленькую и убогую квартиру.

Перед Юккой всплыли воспоминания навевающие только печаль. В памяти по-прежнему стояли дни разочарований. Вот она в детстве просит на день рождения велосипед у родителей, хоть и знает, что семья у них совсем бедная. Веселый и вечно пахнущий крепким алкоголем отец, всё же достаёт ей велосипед, преподнося его с высоко поднятой головой. А через пару дней долгожданный подарок крадут и девочке снова приходится играть в одиночестве, глядя из окна на то, как по лужам гоняют остальные ребята. Затем школа и агрессивные учителя, любящие переносить свои проблемы на отстающих учеников. Юкка бежала к знаниям, но ей никогда не везло добиться тех успехов, которых от неё ожидали педагоги. А вот и первая любовь, закончившаяся полнейшим провалом. Всегда на последнем месте, не имеющая ничего и совершенно не уверенная в себе. Расстроенная Юкка, пальцем метнула сигарету на асфальт.

К ней на деревянное крыльцо спустилась коллега и близкая подруга Рута. Вместе они каждые выходные ходили в небольшой ресторан-бар, где заказывали стейки из свинины и выпивали по три пинты пива, за которыми обсуждали бредовые вопросы: почему сопли липкие; почему говорят только выключатель света, ведь он же ещё и включает свет; что нашёл Андрей Болконский в Наташе Ростовой и тому подобное.

— Я с тобой останусь, чтобы помочь, — легко и быстро вылетали слова у Руты, — Жалко на тебя смотреть! — девушка устремила на подругу свои светло-зелёные глаза, — Юкка, сколько ты ещё будешь ждать чуда?! Не надоело ещё впахивать за спасибо?! Я бы на твоём месте начистила морду Агапу.

— Хватит, — проворчала Юкка, — поехали лучше метки проверим на самом дальнем участке.

— Меня просто пугает то, что ты никогда не можешь сказать никому «Нет», — Рута спрыгнула со ступеньки вниз и её огненные пышные кудри легли на область груди. — Все только и видят в тебе тихоню на которой можно спокойно ездить. А я то знаю, что ты очень гордая и мужественная внутри. Не понимаю, почему ты боишься быть собой?

— Я такая, какая есть! Чего ты от меня хочешь? — начала повышать голос Юкка, — Люди не меняются по взмаху волшебной палочки. Ты вот наоборот думаешь, что всё в этом мире легко и достаточно лишь одного незначительного поступка, чтобы осуществить любой план. С чего ты взяла, что можешь учить меня, как мне быть?!

Рута поджала губы, отчего на её веснушчатых и слегка пухлых щеках, образовались ямочки.

— Зачем я только начала это, — выпалила она, — Ведь ты не умеешь отличать дружеские советы от нравоучений. К чёрту всё это, пошли садиться в машину, а то опять поссоримся!

Юкка обиженно посмотрела на Руту и прошагала прямиком в ржавеющий синий пикап.

— Напрокат могла бы и получше тачку взять, — скрестив руки на груди, решила хоть что-то сказать Юкка, чтобы снять образовавшееся напряжение.

— Лучше? — громко воскликнула Рута своими тонкими губами, над которыми выглядывали два маленьких родимых пятнышка, — Оглянись вокруг! Здесь же настоящая дыра. Жителей по пальцам можно пересчитать, а кроме одной закусочной больше ничего нет. Только представь, что все эти безлюдные пустоши застроятся яркими и модными центрами. Сюда ринутся приезжать тысячи людей, чтобы изменить свою судьбу и найти работу. Почти везде будут видеться плантации по выращиванию овощей. Отстроим и оборудуем новые фермы. Это место превратится в райский уголок. Вот ради этого я и поступила на инженерный факультет.

— Ты чокнутая!

— С чего бы это?

— Потому что только чокнутые люди могут быть такими позитивными! — улыбнулась Юкка, — Кстати, а Максим несильно соскучится? Может ещё обидится, что ты решила задержаться в командировке из-за меня.

— Если честно, то мне самой не очень-то хочется возвращаться домой. Не то чтобы я не хотела к мужу, а просто рядом с ним я иногда чувствую себя так, словно я на работе. Знаю, странно звучит, — втянула плечи Рута, — Я думаю, что люди должны почаще отдыхать друг от друга. Мне его не хватает, но иногда хочется побыть наедине, чтобы поразмышлять и помечтать. Понимаешь о чем я? — Рута управляя машиной, быстро взглянула на подругу.

— Понимаю, но в то же время не понимаю, — Юкка тяжело вздохнула, — Эх, как же всё-таки тяжело быть женщиной. Интересно, а у мужчин тоже есть такие трудности в голове?

— Мне кажется, что да, — отпив остывший кофе из бумажного стаканчика, ответила Рута. — Только не думаю, что мужчины зацикливают внимание на таких вопросах. Их тоже терзают сомнения и непонимание, но они как бы долго над этим не размышляют. Мужчины более решительные, чем мы.

— Да брось, — удобно развалившись на сиденье и широко раздвинув ноги, произнесла Юкка, — Есть же нерешительные мужчины, ты чего!? Они похожи на нас, только не показывают своих беспокойств.

— Так я ведь тоже их мужу не показываю!

— Возможно в этом и есть проблема того, почему ты не очень торопишься домой. Ты всегда такая сильная и позитивная, поэтому твой Максим считает, что всё в порядке и не догадывается о том, что у тебя не всё так радужно. Сама создала из себя робота, а теперь не знаешь, как рассказать мужу о своих проблемах. Чего ты боишься? Думаешь спугнешь его? Вы же уже немало лет вместе.

— Вот именно, — возвела одну руку вверх Рута, растопырив пальцы, — Максим никогда не видел меня плачущей. Я не хочу его беспокоить, потому что в глубине души боюсь, что он не сможет понять меня.

— Так поговори с ним! Учишь меня жизни, а сама с собственным мужем поговорить боишься, надо же!?

— Отвали! — Рута слегка толкнула Юкку рукой.

Подруги надрывисто рассмеялись, а автомобиль продолжал свой путь по пустующему краю. На обочине в быстром танце кружили мрачные деревья, а в земле ковырялись и отгоняли друг друга толстые чёрные вороны. Весенняя трава лежала сухой и измученной копной. Дорога петляла сквозь широкие и тускло-желтые поля. Только ветер радостно скакал по этим местам, подбадривая всё живое и заставляя поверить в грядущие перемены.

Впереди виднелся густой и тёмный лес, тянущийся на многие километры. Через него протекала быстрая река, преодолевающая множество скалистых и опасных порогов.

— Вот и добрались до нашего лакомого кусочка. Какая красота! — воодушевленно произнесла Рута, в глазах её сияли восторженные чувства, — Павел Сергеевич будет здесь делать огромную частную плантацию по выращиванию грибов для одного из заказчиков. А мы неподалёку организуем оздоровительный центр. Крутой будет видок из окна. Всё здесь имеется для созерцания, пациенты смогут отдыхать и поправлять здоровье. Сплошной релакс, вот тебе и объединение с природой.

— Доставай лучше тахеометр, а то мы здесь до вечера поторчим, — умоляюще произнесла Юкка, нахмурив лицо, — Я уже хочу есть.

— Тебе никто не запрещал завтракать, сама виновата, — чуть не нараспев протянула Рута, заканчивающая парковаться.

Девушки взяли оборудование и выдвинулись по узкой тропинке в лес. В тени, бросаемой хвойными ветвями деревьев, Юкка воткнула в землю ножки прибора.

— Я готова сверять, говори, — уставившись в планшет, обратилась Рута к подруге.

— Нечего пока сверять, я не вижу полных данных, — засунув руки в карманы своей куртки, истерично и недовольно ответила Юкка, — Один из чертовых датчиков сбился.

— Хватит ворчать, — взмахнула руками Рута, — отойди, я запишу то, что есть, а потом пойдём к сломанному датчику и в ручную проведем замер.

— Ты хоть знаешь сколько нам до него пилить?! — вскрикнула Юкка.

— Да, я знаю, в записях всё есть: ровно три километра, — торжественно парировала Рута. — Это вообще-то твоя работа, Юкка, поэтому прекрати орать. Скажи спасибо, что я решила тебе помочь. Сейчас бы ходила по лесу одна, а тут между прочим обитают хищники.

— Во-первых, я тебя ни о чем не просила. Во-вторых, ты мне никак не поможешь, если на нас нападут какие-нибудь волки или голодный, проснувшийся медведь. В-третьих, я всегда ворчу, пора бы уже привыкнуть к этому, — чётко проговорила Юкка, отгибая на руках пальцы.

— Всегда удивляюсь тому, как у тебя получается быть настолько противной.

— Слушай, Рута, а может ну его нафиг?! Не пойдём проверять, оставим всё как есть. Данные и так точные, — просияла вдруг Юкка.

— Ага, а потом тебе же влетит, когда приедут проектировщики. Помнишь, как в прошлый раз ты просчиталась в одном сантиметре и они из-за этого устроили вселенский скандал.

— Этим проектировщикам явно жёны дома не дают, вот они и сходят с ума на работе. Всегда я отдуваюсь за ошибки всей нашей команды, — пнула по комку грязи со злости Юкка.

— Слушай, раз ты назвалась грибом, то уж будь готова полезать в кузовок. Что с тобой такое? — поставив руки на пояс, обеспокоенно спросила Рута, — Я тебя что-то не узнаю сейчас. Ведь ты всегда из кожи вон лезла, чтобы всё было идеально, а сейчас не хочешь пройтись каких-то шесть километров.

— Идём! — нехотя сказала Юкка.

— Так что не так? — не унималась подруга.

— Всё! — шла и смотрела себе под ноги Юкка, — Кажется, что если меня спросить о том, чего бы мне хотелось, то я бы не смогла ответить на это. В этом гнилом мире мне опротивело всё одинаково.

— А мне наоборот нравится, когда человек не знает того, чего он хочет. Звучит так, как будто бы человек уже счастлив и ему больше ничего не нужно.

— Это я-то счастлива?! — в шоке воскликнула Юкка, — Я уже давно перестала мечтать о том, что этот мир мне улыбнётся. И даже не думай сказать мне, чтобы я сама улыбнулась миру, потому что, когда я улыбалась, то этот мир выбил мне все зубы.

Под ногами хрустела трава, а по стволам деревьев до самых их крон, бегали суетливые и юркие белки. Тут и там раздавалось пение птиц, пытающихся пометить свою территорию и привлечь внимание самок.

— Юкка, а если сейчас на нас нападёт медведь? Что мы будем делать? — почесав подбородок, спросила Рута.

— Скорее всего мы умрём! Поэтому предлагаю не злить медведей и надеяться, что мы не станем закуской для местной живности.

— Почему мы такие непродуманные?!

— А почему бы тебе не помолчать, Рута? Хватит меня пугать! — злобно высказалась Юкка, — Что предлагаешь нам с ружьём ездить метки проверять? До нас здесь были рабочие, они с собой тоже никакого оружия не брали. А вообще, если уж нам суждено быть съеденными в этом лесу, то так нам и надо, нечего соваться в звериный дом со своими постройками!

— Ты опять со своим максимализмом и радикальной чушью?! — помотала головой Рута, — Это общая планета, как для людей, так и для животных. И ружьё я не предлагала брать, медведь не должен умирать из-за нас. А просто взять какой-нибудь отпугивающий цветной дым. Ты делаешь из меня ненавистницу природы и животных, а это между прочим обидно.

— Ладно, извини! — пробурчала, шедшая впереди Юкка, — Я просто не в духе.

— Ты всегда не в духе! — отреагировала Рута.

Девушки замерли, так как им показалось, что кто-то находится в кустах. Они пристально начали присматриваться и в ужасе вздрогнули, когда из кустов выпрыгнул заяц.

— Я чуть не наложила в штаны, — сказала с облегчением Юкка.

Вдруг девушка услышала непонятный вопль, издаваемый подругой и обернулась. Она увидела как белоснежную кожу Руты заволакивает кровь, льющаяся большими струями из её перерезанного горла. Светло-зелёные ещё некогда живые глаза приобретали стеклянный вид, становясь чужими и далёкими для этого мира. Тело Руты рухнуло на землю, когда мужская рука, испещренная толстыми венами, выпустила его из своей хватки. У убийцы был плоский лоб и жирные каштановые волосы до плеч. Его плотоядный взгляд приводил в оцепенение. Юкка заметила рукоятку пистолета, выступающую над ремнем его грязных брюк. Мозг девушки завопил, отдавая ей команду бежать. Она ринулась сама не зная куда, а жуткое дыхание преследователя неслось за ней по пятам.

Ноги Юкки становились ватными, но девушка продолжала изо всех сил перепрыгивать через поваленные деревья. Сердце в её груди так бешено колотилось, что казалось будто оно вот-вот выпрыгнет и побежит впереди неё. Дыхание Юкки становилось тяжелее с каждым рывком. Она не могла больше расслышать звуков, доносящихся от убийцы, так как безумная пульсация сердца отдавалась в голове. Лицо наполнялось жаром от усиленной циркуляции крови.

Юкка не оглядывалась назад даже тогда, когда рядом с ней начал разноситься сотрясающий душу свист пуль. Страх вёл её вперед и она инстинктивно пригибалась от каждого нового выстрела, стараясь при этом вилять между деревьями. Кожа рук и лица покрывалась ссадинами от столкновения с мощными и острыми ветвями, но она совершенно этого не замечала.

К маленькому бревенчатому отелю подъехали две полицейских машины с мигалками. Со стороны водительского сидения поднялся высокий и лысый мужчина в синей рубашке, поверх которой был накинут бежевый плащ. Он прошёл внутрь через расшатанные на петлях двери, громко стуча каблуками от своих кожаных дерби.

— Оперативник по уголовному розыску Фёдор Клементьев, — представился мужчина, показывая свои корочки, управляющему отеля.

— Алексей Остров, — проговорил пожилой мужчина в свитере, — Чем могу быть полезен?

— Мы разыскиваем серийного маньяка, который по нашим сведениям мог направиться в ваш городок. Сейчас мои люди начнут прочесывать местность, поэтому постояльцам отеля нужно передать, чтобы не было никаких поздних прогулок в одиночестве, а желательно, чтобы отель вообще никто не покидал пока мы не закончим.

Опер сильной рукой припечатал на стол разыскную ориентировку. На ней был изображён сероглазый мужчина с волнистыми каштановыми волосами и с тонкими губами.

— Если вы или постояльцы отеля, узнаете что-нибудь о нём, то обязательно сообщите нам по указанному номеру, — серьёзно и стуча пальцем по распечатке, произнёс Фёдор.

— О Боже, так у меня же сейчас две сотрудницы находятся в лесу, — взволнованно произнёс Агап, являющийся директором строительного холдинга.

Он стоял рядом у стойки с бордовым чемоданом в руках и слышал весь разговор.

— А вы кто такой будете? — обратился к нему Федор, нахмурив лоб.

Агап вкратце объяснил ситуацию представителю закона.

— Хороший вы директор! — с сарказмом вырвалось у Фёдора, — сотрудники значит ваши задерживаются в командировке, а вы уже летите домой отдыхать.

— Это кажется вас не касается и никак не относится к делу, — грозно ощетинился Агап, — Я вообще-то не отдыхать возвращаюсь, а тоже работать.

— Вы правы, к делу это не относится, — спокойно начал извлекать слова оперативник, — Так вы до них не можете дозвониться, чтобы предупредить?

— Нет, связь там мало где ловит.

— Что ж, — задумался Фёдор, прикусив нижнюю губу своими белоснежными и крепкими зубами, — По-вашему мнению сколько у них может уйти времени на выполнение работы?

— Они уже должны вернуться, — Агап потер один висок ладонью, — Правда бывает так, что какой-нибудь из датчиков барахлит и тогда приходится проверять его, а это может занять гораздо больше времени.

— Ладно, прокатимся и заберём ваших сотрудниц, а то у меня плохое предчувствие, которое кстати говоря, редко меня подводит, — Федор посмотрел на невысокого директора, — Вы поедете с нами и покажете место где проводятся работы.

— Но у меня скоро вылет, — взвизгнул Агап.

— Хм, странно, — иронично протягивал слова Федор, засунув руки в карманы темно-синих брюк и откинув пальто назад. — Меня почему-то это совсем не волнует, а вас я вижу, что не особо беспокоит жизнь коллег.

— Да причём здесь это?! — возразил, бросивший чемодан Агап, — Ладно, поехали! С ними всё в порядке! Не будет же бегать ваш маньяк по лесу, поджидая жертв. Бред какой-то!

— Жизнь очень забавная штука, — провёл пальцами по подбородку Федор, — Может быть девушки уже едут назад и тогда мы их встретим по пути. А может быть Акула уже сделал из них стейки. Мы так называем его между собой потому, что он словно акула: когда видит кровь, возбуждается. Ни одна из его жертв ещё не выживала. Если он наткнулся на них в лесу, то его не остановит даже страх перед розыском. Такие психопаты как он ничего не боятся.

Лицо Агапа побледнело от того, что рассказал про маньяка опер. Директор передал свой чемодан Острову и направился с Федором к полицейскому автомобилю.

Маньяк истратил все патроны, а Юкка ощущала, как её левая рука пылает словно в огне, заливаясь тёплой и липкой кровью. Пуля пробила ей мышцы плечевой кости и не задев её, прошла на вылет. Девушка не ощущала боли, находясь в шоковом состоянии. Она продолжала бежать, стараясь прикрыть рану другой рукой. К ней подступала тошнота вкупе с отчаянием.

На ходу она вынула телефон и заметив отсутствие связи, попыталась нажать на экстренный вызов, но в этот момент ощутила сильный удар ноги в спину. Юкка упала на землю, ударившись подбородком. Голова начала раскалываться от страшной боли. Кровь не останавливалась и силы покидали её. Девушка попыталась подняться, но убийца схватил её одной рукой за волосы, а другой впился в раненую руку. Юкка чуть не потеряла сознание и громко закричала, из глаз хлынули слезы. Эта резкая боль, пронзившая всё тело, наполнила её диким бешенством. Она ударила локтем ему в под дых, отчего тот ослабил хватку. Юкка бросилась бежать, крича во всё горло, хоть и осознавала, что её вряд ли кто-то услышит.

Впереди раздавались звуки быстрого течения. Девушка замерла, перед ней внизу среди скользких булыжников, искрилась от солнца вода. Голова уже не соображала, а времени не было. Ещё момент и её исполосуют, словно ткань для вышивки. Юкка кинулась в реку.

Полиция обнаружила труп Руты. Директор молчаливо сидел в автомобиле, пребывая в прострации. На место преступления прибывали другие полицейские машины и скорая помощь.

— Вторая девушка может быть ещё жива, — спокойно и уверенно проговорил Федор. — Берём всех служебных собак и сейчас же выдвигаемся на поиски, — отдал он указание своему помощнику, — Пусть все наденут бронежилеты и будут в полной боевой готовности. На всякий случай вызовите сюда переговорщика. Одного парамедика тоже возьмите с собой и нацепите ему броник.

Помощник кивнул старшему оперативнику и побежал исполнять указания. Клементьев вынул пачку Мальборо и закурил. «Мда, а я как чувствовал». — подумал он про себя.

Юкка захлебывалась в холодной воде, сильное течение несло её словно щепку, а ноги постоянно за что-то цеплялись. Сейчас ей было страшно от мыслей о том, что она может застрять ногой в какой-нибудь расщелине и утонуть. Каждый булыжник ей казался последним, что она увидит в своей жизни. Она старалась зажмуриться и прикрывала голову рукой, чтобы хоть как-то спрятаться от пугающего и возможного столкновения с камнями. Вода вокруг нее сначала окрашивалась в цвет томатного сока, а затем становясь розовой, быстро теряла оттенок.

В мыслях у неё почему-то всплыл момент из чёрно-белого фильма про Чапаева: где тот под обстрелами переплывал через реку с раненой рукой. Она никогда не цеплялась за своё не примечательное существование, но и уходить при таких обстоятельствах ей совсем не хотелось. Преследуемая, испуганная и одинокая. Только не так она уйдёт из этого жестокого мира. Страх начал отступать от неё и Юкка смогла с многочисленной попытки ухватиться за корягу, торчавшую с берега.

Насквозь промокшая и тяжёлая одежда сковывала движения. Юкка оглянулась по сторонам и никого не увидела. Отдышавшись несколько минут, она сняла ремень и как смогла, перевязала область выше раны. Рука болталась, как увядший цветок, который давно не поливали. Пальцы онемели, но кровотечение остановилось. Девушка прижала руку к телу, стараясь её не тревожить. Она пошла вниз по течению в надежде выйти к людям. Юкка то и дело оборачивалась назад, высматривая жуткий взгляд убийцы и прислушивалась к каждому шороху.

Откуда-то начал доноситься жженый и едкий запах. Стволы деревьев заволакивал дым, который нёсся прямо на неё по обеим сторонам реки. Пламя бежало по лесу и сухая трава вспыхивала моментально. Глаза Юкки начали сильно слезиться и горло хотелось расчесать изнутри.

Впереди огонь, сзади маньяк. Она бросилась в направлении от берега, параллельно линии огня, чтобы спастись от пламени и удушья. Девушка шла закрывая рот мокрым рукавом куртки. Она потеряла счёт времени, а сонная мгла всё чаще забиралась к ней в голову. Всё вокруг кружилось и сильный кашель одолевал её. Мимо кто-то проносился из зверей, с широко раскрытыми от испуга глазами, то ли олени или косули, Юкка не могла уже ничего разобрать.

Наконец в полуобморочном состоянии она выбралась на поляну, а ветер относил смертельный и мучительный дым в другую сторону от неё. Девушку села на землю, чтобы отдохнуть хотя бы пару минут, потому что ноги уже не слушались. Кругом стоял жуткий треск, издаваемый горящими деревьями.

Юкка ощутила спиной леденящий душу взгляд. Волосы на руках встали дыбом и она быстро вскочила с места. Маньяк самоуверенно стоял с ножом в руке, на котором пятнами запеклась кровь Руты. Сердце её замерло, а в груди раздалась щемящая боль.

В голове у нее хаотически начали проноситься мысли. Это заставило вспомнить Юкку один прием самообороны, на который она совсем не рассчитывала. Она чувствовала приближающуюся смерть. Ждущие чего-то и застывшие в глазах слезы, щекотали ей веки.

— Пожалуйста, не убивайте меня! — испуганным и молящим голосом начала играть Юкка, — Я заплачу вам деньги! Большие деньги! Клянусь, что я никому ничего не скажу о том, что здесь произошло.

Убийца наслаждался мольбами и в нетерпении направился к ней. Юкка специально изображала сильную дрожь тела и слегка пятилась назад, жалобно повторяя одну и ту же фразу.

— Пожалуйста, не надо!

Когда маньяк приблизился и занёс нож, Юкка выкинула от себя тыльной стороной в вверх правую руку. Пальцы её все были плотно прижаты друг к другу. Удар пришёлся прямо в щитовидный хрящ и маньяк замешкался. Юкка не замедлилась ни на секунду, а сразу же повторно ударила в шею, но уже кулаком. Пока преследователь приходил в себя, девушка подняла с земли нож и не задумываясь, набросилась на психопата. Она со всей силы всадила клинок ему в грудь, изо рта маньяка полилась кровь. Скалясь и хрипя, тот пытался скинуть с себя Юкку, но она вонзила лезвие по самую рукоятку. Убийца издал свой предсмертный вздох и когда всё уже было кончено, девушка повалилась на землю.

Вдали слышался лай собак, а солнце пробивалось сквозь облака и она возвела в небо речь, предназначенную мёртвой подруге.

— Мне будет хреново без тебя, Рута! Как я объясню твоему мужу произошедшее? Максим точно набросится на меня в ярости. Он ведь любил тебя. Ставлю сотку на то, что он будем винить меня в твоей смерти. Я и сама не понимаю того, почему прирезали тебя, а не меня. Видимо у жизни своя логика. Тот кто любит жизнь уходит рано, а те кто её терпеть не могут, продолжают жить.

Лай приближался и Юкка приподнялась. Перед ней простиралась гарь, чёрные и обугленные деревья стояли, словно колья. Всё здесь сейчас казалось покинутым, но когда-нибудь на выжженной земле зародится новая и более крепкая жизнь.

Спустя полгода в двери полицейского колледжа вошла девушка с орлиным носом и с явной на нём горбинкой. Юкка бросила курить и на отлично сдала физическую подготовку.

Это была всё та же Юкка, но уже более крепкая и уверенная в себе. Взгляд её карих глаз больше не избегал собеседников, а смотрел прямо и непробиваемо. Она не пыталась спрятаться от страха, а шла в самый его центр и лишь там могла испытать спокойствие, словно в глазе бури, где самым безопасным местом является его эпицентр.

После всего пережитого, Юкка вспоминала разговоры со своей подругой и улыбалась. Она наконец поняла, почему Болконский всё же влюбился в Наташу. Хоть Ростова и не блистала умом, но ведь она была очень добрым персонажем. Если уж кого-то любить, то именно такого человека и плевать на интеллект, и успехи. Главное ведь душа, а не всё остальное.

Юкка до конца своих дней играла на стороне добра, защищая слабых и умерла в глубокой старости в кругу любящих её внуков.