Уставшая с дороги девочка сидела в центре поющего поля и читала книгу. Когда она только пришла сюда цветы пели звонкие и весёлые песни, стараясь поднять своей гостье настроение и та с радостью им подпевала. Сейчас же поле издавало тихую мелодичную трель, чтобы не отвлекать её от волшебной истории.

— Эй ты что здесь делаешь? — спросил внезапно у читающей голос.

Девочка так увлеклась своим занятием, что совершенно не заметила, как к ней подошёл мальчишка. Паренёк был, как и она совсем юных лет, с пепельными волосами и грустными серыми глазами. На исхудалом лице красовалась вымученная улыбка, да и сам он был тощим. Видимо не понаслышке знаком с голодомором. Драные чёрные брюки, перелатанная грязная рубашка, а один из башмаков просил еды. Мальчик выглядел на всём этом красочном фоне просто грязным пятном, хотя она сама выглядела немногим лучше.

— Читаю, — со всей простотой ответила она очевидное.

— Да это — то я вижу, — кисло усмехнулся собеседник. — Немного странно конечно читать книгу находясь в ней.

— Почему? — спросила девочка и загнув уголок страницы, закрыла предмет обсуждения.

— Ну… не знаю, — почесал он в затылке. — Не вежливо, что ли. Да и вообще я не про то, — махнул незнакомец рукой. — Что ты делаешь в этой волшебной стране?

— Иду к великому волшебнику, чтобы попросить его о помощи, — ответила собеседница и поднялась на ноги, чтобы не смотреть на парня снизу-вверх.

— А ясно, как главная героиня книжки, домой хочешь? — тут же задал он вопрос, обратив внимание на обложку.

— Нет, — решительно ответила Мирьям. — Я хочу остаться в волшебной стране навсегда. Дома… дома страшно.

— Понимаю, — кивнул мальчишка и протянул ей руку. — Я — Бенони1, тоже к нему направляюсь. Идём вместе?

— Мирьям2, — представилась собеседница и пожала ему руку. — Ну пойдём, вместе веселее должно быть.

— А то, — усмехнулся паренёк. — Только надо поторопиться, а то вон чего подбирается.

Мирьям обернулась и увидела на кромке поющего поля пожар. Высокая стена огня медленно продвигалась и пожирала всё чего касалась. Цветы на поле затянули скорбную мелодию.

— Ой, а такого не было в сюжете, — воскликнула девочка и принялась листать книгу в поисках нужной страницы.

— Так и нас подруга, тоже нет в сюжете, — подметил Бенони. — Пойдём.

Дети вместе быстрым шагом пересекли поющее поле и вышли на дорожку из жёлтого кирпича, которая должна была привести их к великому волшебнику этих чудесных земель. Они разговаривали о всякой ерунде, мальчик постоянно пытался пошутить, чтобы развеселить девочку и отвлечь, от следующего по пятам пожара. Выходило у него это плохо. Хотя его попытки всё же вызывали у неё искреннюю улыбку.

Когда же они дошли до золотистого поля ржи под бескрайним голубым небом, Мирьям остановилась и вновь принялась листать книгу.

— Тут вроде пугало должно быть, — она оторвалась от страниц и оглядела поле. — А нету.

— Ну может он погулять пошёл или ему надоело тут стоять, и он стал королём, — высказал свои мысли паренёк.

— Пугало королём? — улыбаясь спросила девчонка.

— Ну а что такого, он же умным стал в конце истории и вот.

Детишки звонко засмеялись и от этого звука из золотистых волн в небо взлетели чёрные кресты. Крылатые обезьянки клином сделали полукруг и истошно вопя, бросились к двум путешественникам. Подлетев достаточно близко, они достали трубки и принялись плеваться твёрдым горохом в них. Вскрикивая от болючих попаданий, юные путники сбежали с дороги и укрылись за небольшой дощатой оградой, что была выстроена вдоль дорожки.

— Ух! Паразиты, — воскликнул Бенони и погрозил им кулаком из своего укрытия.

— Угу, — кивнула Мирьям. — Пугала нет, вот и озорничают.

— Я сейчас им покажу, — решительно произнёс мальчишка, следя за противником. — Камнем как кину.

Он начал отковыривать жёлтый кирпич с края дорожки, но девочка его остановила.

— Зачем-камнем-то? — вопросила девочка, глядя на него. — Им же будет больно.

— А то, ещё как будет, — хвастливо как-то произнёс паренёк в ответ. — Они делают нам больно, значит нужно сделать им больнее, чтоб знали впредь с кем связываться.

— Не надо делать им больно, — жалобно произнесла спутница Бенони. — Их наверняка опять злая колдунья обманула, а так они добрые.

— Ну-ну… — скептически хмыкнул собеседник, пытаясь достать кирпич.

— Нужно жить дружно, — отдёрнула его снова Мирьям. — Если на злость отвечать злостью, то всем будет плохо.

Крылатые озорницы спустились на землю и принялись отламывать от ограды тонкие прутики, чтобы уже ими побить детей. При этом они махали руками и что-то резко выкрикивали на своём обезьяньем языке. Наверняка обидные слова и прозвища.

— Ну, что-то они не выглядят дружелюбно, — произнёс Бенони, выглянув из-за ограды и сразу же получил горохом в лоб. — Огонь уже подползает, что делать то?

Мирьям обратила внимание на то, что волна пожара ускорилась и неумолимо приближалась к ним.

— Видимо тогда мы не успеем к волшебнику, — с обидой ответила девочка парню. — Эх, а так хотелось.

— Тогда давай всё же камнем их? — воскликнул мальчишка и вырвал наконец желтый кирпич с края дорожки. — Или тоже палкой их. Во!

Он поднял лежащую рядом деревяшку и продемонстрировал спутнице своё оружие.

— Нет, дракой тут ничего не решить, — категорично заявила Мирьям.

— Ты вот так готова отказаться от своего желания, от волшебной страны из-за каких-то мартышек?

— Да, в добро верить надо до конца, — горько произнесла девочка, кивнув, но уже после добавила более твёрдым голосом. — Если сотворить зло, то волшебник на нас рассердиться и не позволит остаться здесь.

— Весьма мудрые слова, — кивнул Бенони и его голос показался более взрослым. — Ты достойна остаться в этой стране. Твоя доброта уже вписала тебя в эти страницы, поэтому не бойся огня. Он тебе не навредит.

— Ты волшебник? — громко спросила Мирьям у своего спутника, теряясь в догадках.

— Не совсем, но я могу оставить тебя здесь.

Волна огня резко пронеслась вперёд, но совсем не причинила девчонке вреда. В глазах на краткий миг побелело. Бенони исчез, а обезьянки перестали плеваться горохом и ломать ограду на прутики. Вместо этого они, радостно завывая и пританцовывая в воздухе поспешили познакомиться с новой обитательницей волшебной страны.

Смерть стоял в полуразрушенной библиотеке и смотрел, как догорают страницы детской книги про волшебника из изумрудного города. Маленькая ручка, что тянулась к ней из-под завала уже застыла. Жнец глянул в разбитое зеркало, на свой образ которым наделила его фантазия этой девочки. Обычно его представляли мрачным и в плаще, с косой, а тут простой паренёк. Его душу Смерть забрал несколькими минутами раньше, когда прогулялся по улицам ночной Варшавы под звуки артиллерийской канонады. Видимо Мирьям знала его.

Бенони — Сын моей печали (иврит)

Мирьям (Мириам) — древнееврейское женское имя, означающее «горькая».