Профессиональная сваха Селинда Ингрэм — пси-одаренная женщина, у которой есть проблема. Ей отчаянно нужен телохранитель, который мог бы стать ее парой на свадьбе ее сестры. Дэвис Оукс, член таинственной Гильдии охотников за привидениями, является экспертом по безопасности с самым необычным паранормальным талантом. Но Дэвис не доверяет свахам, а Селинда не доверяет никому, связанному с Гильдией. Надвигающаяся опасность быстро сближает их, и у этой пары нет другого выбора, кроме как действовать вместе, чтобы выжить.
1.0 — создание файла
Ей никогда не нравилась парковка, особенно ночью. Было темно и мрачно, и тревожное эхо каблуков ее классических туфель по бетону вызывало у нее беспокойство. Иногда она слышала и чужие шаги.
Но сегодня на парковке было жутко тихо. Как только двери лифта открылись, она быстро направилась к тому месту, где была припаркована ее машина. Она крепко сжимала свою сумочку и держалась как можно дальше от темных провалов между несколькими оставшимися машинами.
Не сообщалось ни о каких недавних инцидентах, напомнила она себе. Несколько месяцев назад из-за наезда автомобилей руководство на некоторое время усилило меры безопасности здания. Охранники быстро поймали нарушителей. К сожалению, через несколько недель новые сотрудники службы безопасности были уволены в связи с экономией.
Сегодня она слышала только собственные шаги.
Она шла быстро, все ее чувства, как нормальные, так и паранормальные, были полностью начеку.
Ее машина была в поле зрения. В руке она держала ключ.
Она почувствовала его, когда проходила мимо глубокой тени, отбрасываемой опорной колонной. Он был менее чем в трех шагах от нее, поджидал ее. Потоки его извращенной, нездоровой психической энергии хлынули на нее, нарастающая волна ярости, которую едва удавалось контролировать.
Началась паника. Она бросилась к машине. Всего несколько футов. Если бы она смогла просто забраться внутрь, запереть дверь…
Но он двигался быстро, прыгнул вперед, как огромный зверь, бросающийся на добычу. Не было нужды оглядываться через плечо. Она знала, кто он. Его тяжелые ботинки стучали по бетону, сбивая ее с ног.
Она бежала к машине, но знала, что не успеет. Он был слишком близко, прямо за ней.
Его рука вытянулась и схватила ее за горло, заставив ее остановиться. Он притянул ее к своему большому телу. Она попыталась закричать, но он усилил хватку, придушив ее. Она отчаянно сопротивлялась, пиналась.
Каблук ее ботинка коснулся его голени. Она придолжила пинаться.
«Сука.»
Он немного пошатнулся, но не упал. Он встряхнул ее, от чего у нее закружилась голова. Затем он сильно ударил ее лицом о крыло ее машины.
Он сорвал с нее жакет, обнажив под ней кофточку без рукавов.
— Тупая сука, — сказал он хриплым и рваным голосом. — «Ты действительно думала, что я приму отказ? Никто не говорит мне нет. Никто.»
Тогда она поняла, что борьба возбуждала его сексуально. Все внутри похолодело. Она попыталась закричать, но звук застыл в горле.
Краем глаза она увидела, как он поднял руку. Она поняла, что он держит небольшой предмет. Следующее, что она осознала, это то, что он прижал шприц к ее голой руке, чуть ниже плеча. Она почувствовала острую, жгучую боль.
Свежая волна ледяного ужаса захлестнула ее, но она не смогла даже пальцем пошевелить, чтобы защитить себя.
Он держал ее прижатой к крылу, пока наркотик не подействовал. Это не заняло много времени. Через несколько секунд ее охватило чувство летаргии, высасывающее всю ее физическую энергию. Ее тело расслабилось само по себе, оставив ее совершенно обмякшей, бескостной.
Но наркотик не вырубил ее, не до конца. Она оставалась ошеломленной, но в полудреме, пойманная в ужасающем похожем на сон состояние. Она осознавала, что происходит вокруг нее, но не могла ничего сделать.
Он поднял ее, перекинул через плечо и понес через парковку туда, где стояла большая черная машина. Она услышала, как открылся багажник.
Затем она оказалась внутри багажника, и крышка опустилась, оставив ее замороженной в самой темной ночи, которую она когда-либо знала.
Она думала, что хуже уже не может быть. Она ошибалась.
Обед не задался. Произошла неприятная сцена, вызвавшая множество неодобрительных взглядов и грубых замечаний со стороны других посетителей ресторана. Ее попросили оплатить счет и немедленно покинуть заведение. На ее просьбу сложить остатки салата в пакет, она получила ледяной отказ.
Селинда все еще злилась и все еще была голодна, когда открыла дверь офиса Promises, Inc. В основном она злилась на себя, потому что была так смущена, что вынуждена была оставить чаевые.
Лаура Гресли была на своем посту в приемной. Ее дежурная улыбка — вежливая, профессиональная и безупречная — казалась немного натянутой. Как будто она была вынужденной.
— Как хорошо, что ты вернулась, Селинда, — сказала она с явным облегчением. — Я собиралась звонить на твой личный номер. — Она понизила голос. — Пришли люди, которые хотят тебя видеть.
— «Несколько?» —
— У этих двоих не назначено, — зловеще сказала Лаура.
«Но у меня нет места, чтобы втиснуть кого-то. Сегодня днем я занята, ты же знаешь.»
Был свадебный сезон, самое популярное время года для официальных «Браков по Завету». Это означало, что Promises, Inc. и другие брачные агентства были завалены. Количество проводимых свадеб всегда приносило много новых клиентов. Это была простая физика: свадьбы побуждали семьи оказывать сильное давление на родственников определенного возраста, которые все еще были одиноки. В отчаянии многие из них обращались в агентства.
Кем бы ни были эти клиенты, им удалось вывести Лауру из себя. Это было нелегко сделать. Она занимала должность регистратора в Promises, Inc. именно потому, что была практически невозмутимой. Ей было за пятьдесят, она была уравновешенной и спокойной. Как и все остальные в штате, за исключением Селинды, она носила золотое кольцо на левой руке, означающее «Брак по Завету».
Лаура привыкла иметь дело с самой элитой Каденс-Сити, от богатых руководителей до политиков и знаменитостей. Селинда подумала, что если ее беспокоят люди, ожидающие ее, значит, возникла серьезная проблема.
Она посмотрела на кресла в маленьком вестибюле. Но там никого не было. Это не было неожиданностью, конечно. В маленьком, дорого обставленном помещении редко кто находился, потому что компания Promises, Inc. прикладывала все усилия, чтобы гарантировать, что клиенты никогда не будут вынуждены ждать. Конфиденциальность была основой, когда ты руководишь самым элитным брачным агентством в городе.
Promises, Inc. работала только по рекомендации. Не было рекламы. Ни на входной двери офиса, ни на визитных карточках Селинды и других консультантов не было ничего, что указывало бы на характер бизнеса, который велся за элегантными дверями компании.
Лаура проследила за взглядом Селиды в сторону пустых кресел в приемной. — Я проводила их в твой кабинет.
«Зачем? Почему ты не отдала их какому- то другому консультанту?
— Эти двое хотели именно тебя.
Селинда вздохнула. — «У меня плохое предчувствие. Ты, что-то не договариваешь, не так ли?»
— Очевидно, ты очень проницательная женщина, — сухо заметила Лаура. — «Ни один из этих двоих не сказал мне, почему они хотели поговорить с тобой, но у одной из них есть значок, на котором написано, что она из полицейского управления Каденса. Детектив Элис Мартинес.»
«Великий Боже.» — Селинда ошеломленно уставилась на нее. — Тогда, вероятно, это не потенциальный клиент. Маловероятно, что женщина, живущая на зарплату детектива, может позволить себе наши услуги.
«Я склона согласиться с тобой. Мужчина представился как Дэвис Оукс. Он не стал уточнять».
«Странно.» — Она не знала никого с таким именем. Если уж на то пошло, она не знала никаких полицейских детективов. — Очень странно.
«Я бы попросила госпожу Такахаши разобраться с ними, но она сегодня на благотворительном обеде. Она вернется не раньше трех».
Патрисия Такахаши была владелицей Promises, Inc. Тот факт, что Лаура сожалела о том, что не смогла привлечь ее к участию, красноречиво говорило о том, насколько посетители заставляли ее нервничать.
Селинда подняла свою большую черную сумку повыше на плечо. — Что ж, полагаю, мне лучше пойти узнать, чего они хотят.
Она обошла край стола и направилась в небольшой коридор с закрытыми дверями.
Лаура посмотрела на огромную сумку. — Где Араминта?
«Дремлет. У нее был плотный обед. К сожалению, не совсем ее».
«О, Боже.» — Улыбка Лауры была наполовину веселой, наполовину сочувствующей. — Еще одна сцена в ресторане?
«Боюсь, что да. Я объясняла ей, что если еда на чужой тарелке выглядит лучше, чем то, что я заказала, это не значит, что она может угоститься чужой едой».
— Насколько это было плохо?
«Очень плохо. Человек, чью еду стащила Араминта, назвал ее крысой. Я, конечно, обиделась на это. Вмешался официант. Очевидно, есть правило, запрещающее приводить в ресторан животных, если только они не являются животными-компаньонами».
— Я слышала это. — Губы Лауры слегка дернулись. — «Я полагаю, что это одно из тех скучных правил здравоохранения».
«Я объяснила, что Араминта — компаньонка, но к тому времени ситуация накалилась».
— Насколько?
«В общем шуме и замешательстве, которые последовали за упоминанием о крысе, Араминта также полакомилась с тарелок других посетителей. Из кухни вышел крупный мужчина, размахивающий пустым мешком для мусора и большой кастрюлей. Пошли разговоры о том, чтобы поймать Араминту в кастрюлю, пересадить ее в мешок и передать в отдел контроля за животными».
— О боже. — Глаза Лауры засветились. — «Похоже на цирк».
«Достаточно сказать, что в ближайшее время мы не вернемся в Quik-Bite Deli».
Она прошла по коридору к своему кабинету и открыла дверь.
Волны мощной, тонкой пси-силы прорвались сквозь ее прочную защиту, застигнув ее врасплох и взбудоражив все ее чувства. Волнение и предвкушение пульсировали в ней. Энергия была не похожа ни на что, с чем она когда-либо сталкивалась: темная, контролируемая, завораживающая.
Волосы поднялись на затылке. Под тканью ее аккуратно сшитого делового жакета мурашки побежали по ее плечам. Странное, незнакомое ощущение шевельнулось внутри нее. Ей казалось, что она вот-вот прыгнет с очень высокого трамплина в бездонный бассейн.
Соберись. Итак, один из посетителей был особенно сильным пси-талантом. Нет, второй человек. Эта энергия была бесспорно мужской.
Способность физически резонировать с янтарем и использовать его для фокусировки естественных пара-нормальных энергетических волн мозга начала проявляться у колонистов на Хармони вскоре после того, как они прошли через Занавес, чтобы заселить новый мир. Что-то в окружающей среде начало стимулировать скрытые способности людей.
Сначала талант казался не более чем интригующей диковинкой. Но когда таинственный энергетический Занавес, который сделал возможным межзвездное путешествие, закрылся без предупреждения, оставив колонистов в ловушке, способность посылать пси-импульсы через янтарь быстро стала критически важной для выживания.
Практически каждый на Хармони излучал некоторую долю психической энергии. Большинство людей генерировали низкий или средний уровень мощности, что позволяло им пользоваться тостером или запустить двигатель автомобиля. Но были некоторые люди — она была одной из них — которые могли генерировать необычайно высокую степень психической энергии.
Быть сильным пара-резонатором, так называли людей обладающих такой мощью, почти всегда было палкой о двух концах. Ее особым талантом была способность читать пара-нормальные энергетические ритмы и модели, испускаемые другими. Для нее человеческие пси-волны были такими же различными, как и лица.
Ее пара-резная способность была редкостью. Она никогда не встречала никого, кто мог бы делать то, что делала она. С другой стороны, любой, кто мог читать пси-волны других людей так же точно, как и она, без сомнения, умалчивал об этом по той же причине, что и она. Пара-нормальные способности были обычным явлением среди населения, если только вы не обладали мощными и необычными талантами, и очень немногие люди чувствовали себя комфортно рядом с другими, обладающими такими же способностями.
Она знала, что большинство людей сочтут ее способности особенно «тревожными». Конечно, это не было чтением мыслей. Не было такого таланта. Но ее способности позволяли ей проникнуть в одну из самых личных и интимных сфер личности человека. На самом деле, если вы могли читать пси-волны человека, вы могли бы многое сказать о его сильных сторонах и, что гораздо больше беспокоило человека, о его или ее слабостях. Никто не хотел показывать свои слабости даже родственникам или любимым.
О ее таланте знали только члены ее семьи и самые близкие, самые доверенные друзья. И даже они не знали ее самой сокровенной, самой темной тайны. С восемнадцатилетнего возраста, когда она невольно обнаружила, что именно она может делать своими пси способностями, она интуитивно поняла, что она никогда не должна никому доверять.
У ее способностей был еще один существенный недостаток. Она была вынуждена развивать ментальные щиты, чтобы справиться с безжалостным потоком пси-энергии, который плескался рядом с ней всякий раз, когда она была рядом с другими людьми. Если бы она не могла этого делать, она сошла бы с ума.
Но она научилась контролировать свой талант, и теперь он недвусмысленно сообщал ей, что человек, ожидающий ее, был не просто могущественным пара-резом; он собирался стать самым интригующим, самым захватывающим мужчиной, которого она когда-либо встречала, тем, кто сможет резануть все ее чувства.
Так что же делал мистер Совершенство в компании полицейского детектива?
Нацепив свою профессиональную улыбку, она толкнула дверь до упора и вошла в комнату.
Мужчина и женщина поднялись со своих стульев. Женщина укрепляла свой авторитет. Селинда почувствовала, что мужчина не чувствует необходимости делать то же самое. Он просто демонстрировал, что хорошо воспитан.
— Селинда Ингрэм? — Женщина вместо руки протянула удостоверение и значок в кожаном кошельке. — «Детектив Мартинес. Я из полицейского управления Каденс-Сити. Это Дэвис Оукс из службы безопасности Оукса».
СБ (Служба Безопасности). Это звучало не очень хорошо.
Селинда осторожно поставила сумку на пол позади своего стола, а затем не торопясь проверила удостоверение личности женщины. Она подняла глаза и кивнула. — «Детектив». — Она переключила свое внимание на Оукса. — «Мистер. Оукс».
«Мисс Ингрэм».
Его низкий голос прокатывался по ее чувствам, как ночная тропическая океанская волна, темная сила и бесконечно таинственная.
Она готовилась к этому. Она чувствовала, что это потрясет все ее чувства.
Так и было. Контакт кожа к коже производил сильный резонирующий эффект. Легкие покалывания пробежали вверх и вниз по ее позвоночнику. Да, действительно, гормоны на параде, как она и предполагала.
Она как можно быстрее освободила руку. Не время отвлекаться. Она заставила себя сосредоточиться на Элис Мартинес, которая снова села.
Детектив была привлекательной, лет тридцати, темноволосой и темноглазой. Ее костюм был строг, как мундир. Жакет немного бугрился с левой стороны. Выпуклость была сильным намеком на то, что там был пистолет в кобуре.
На Элис Мартинес не было видимого янтаря, но Селинда почувствовала характерный пси-Узор, указывающий на то, что она обладает каким-то довольно сильным талантом.
Мысленно Селинда отметила причины, по которым полицейский детектив и человек, работавший в сфере безопасности, могут захотеть поговорить с ней. Это был очень короткий список. Она вдруг похолодела. Призрак страха, ставший ее постоянным спутником в последние четыре месяца, внезапно выпрыгнул из тени и сжал ледяными пальцами ее сердце.
«Что-то случилось с кем-то из моей семьи?» — прошептала она, и ее пульс бешено забился.
«Нет.» — Элис Мартинес одарила ее быстрой, неожиданно ободряющей улыбкой. — Это не касается никого из ваших родственников.
«Слава небесам». — Облегчение было таким ошеломляющим, что она чуть не прислонилась к столу. — «На минуту я испугалась…»— Она замолчала.
Глаза Дэвиса чуть-чуть сузились в уголках. Она знала, что он обратил внимание на этот краткий момент паники.
— Детектив Мартинес и я сотрудничаем в расследовании, — сказал он тихо.
Она одарила его вежливой улыбкой, оценивая. В течение многих лет она точно знала, какими качествами должен обладать мужчина ее мечты. В конце концов, она была профессиональной свахой; она знала, что искать в партнере. Список был длинным и подробным: доброта, ум, верность, сильное чувство ответственности, способность брать на себя обязательства и придерживаться их, способность любить, правильное отношение к деньгам, детям, семейным обязательствам и т. д. и т. п.
Но до сих пор у нее никогда не было визуального образа мистера Совершенства.
У ее идеального мужчины, как оказалось, были волосы темные, как полночное небо, и глаза необычного серебристо-серого оттенка. Его лицо состояло из резких граней и опасно интересных плоскостей и углов. Он был среднего роста, но под пиджаком темного делового костюма было много гладких мускулов, особенно в плечах.
До нее дошло, что он не занял свое место. Вместо этого он спокойно стоял в той сосредоточенной, контролируемой манере, которая, казалось, характеризует все в нем.
— Как сказала детектив Мартинес, я из службы безопасности Оукса. — Он протянул ей карточку.
Она взглянула вниз и прочитала мелкий шрифт. — Здесь сказано, что вы не совсем из службы безопасности Оукса. Вы президент и главный исполнительный директор».
Его рот слегка изогнулся в одном уголке. — Да, и это тоже. Оукс — частная консалтинговая фирма. Мы специализируемся на корпоративной безопасности».
«Понятно.» — Она была более озадачена, чем когда-либо. Тем не менее она старалась казаться спокойной. — «Корпоративная безопасность. Это дорогая версия частного сыщика?
— Очень дорогая версия, — нейтрально согласился он. — «Точно так же, как консультант по вопросам брака — это очень дорогая версия того, что большинство людей называют свахой».
Ладно, ледяной сарказм в этом комментарии ни с чем не спутаешь.
Она холодно улыбнулась. — «И правда дорогая. Но мы заключаем только «Браки по Завету», в Promises, Inc. С нашей точки зрения, ставки высоки, поэтому и наши гонорары должны быть такими же».
Законы о браке были немного смягчены за последние два столетия, но они по-прежнему оставались чрезвычайно строгими. Было много разговоров о том, чтобы их ослабить, но все понимали, что, по правде говоря, в ближайшее время этого не произойдет.
Жесткие правила, регулирующие брак, имели смысл два столетия назад, когда колонисты оказались брошенными на Хармони. Выживание было первой и самой важной целью. Философы, социологи и политические лидеры, разработавшие новую Конституцию, знали, что ключом к сохранению хрупкого пламени цивилизации является семья. Таким образом, они закрепили святость брака как в законе, так и в традициях, гарантируя, что семьи останутся целыми, независимо от цены, которую придется заплатить.
Законы касались всех. Общество оказывало такое же сильное давление на геев, чтобы они формировали «Браки по Завету» со своими партнерами, как и на гетеросексуалов.
«Брак по Завету» был контрактом, который, за очень немногими исключениями, мог быть разорван только смертью. Выход из БЗ был юридическим и финансовым кошмаром, который очень немногие могли себе позволить.
Но Основатели также понимали необходимость предоставления альтернативы тем, кто не был готов взять на себя обязательство пожизненного брака. «Брак по расчету» был юридически признанной договоренностью, которую нужно было регулярно продлевать. Он мог быть расторгнут любым из супругов в любой момент, если только в браке не рождался ребенок, в этом случае «Брак по расчету» немедленно преобразовывался в «Брак по Завету».
Семьи часто поощряли своих отпрысков экспериментировать с «Браками по расчету», прежде чем вступить в гораздо более строгий «Брак по Завету». Большинство «Браков по расчету» на самом деле были краткосрочными. Однако традиция придавала таким союзам ауру респектабельности. БЗ был на несколько ступеней выше того, что часто называли халтурой.
Существовали агентства по подбору партнеров, которые работали с людьми, желающими вступить в «Брак по расчету», но Promises, Inc. не входило в их число.
«Вы возвращаете деньги, если не срастется/ партнер окажется неудачным?» — спросил Дэвис очень вежливо.
Слышалось, в этом что-то личное. Он почему-то бросал ей вызов.
Она подошла к своему столу, села и сложила руки на поверхности. Она подарила ему яркую, профессиональную улыбку.
«Вам платят независимо от того, раскрыли ли вы дело или нет?» — возразила она.
Он немного приподнял темные брови, признавая попадание.
Элис выглядела слегка удивленной. Удовлетворенная и даже немного воодушевленная своим успешным парированием, Селинда повернулась к ней.
— Для чего вы пришли, детектив?
«Мистер. Оукс ведет расследование от имени своего клиента, — сказала Элис уже по-деловому. «Сегодня утром в ходе расследования он наткнулся на мертвое тело. Мы в Каденсе заинтересованы в таких вещах».
Селинда тяжело сглотнула. Небольшое чувство триумфа, которое она только что испытала, испарилось в мгновение ока. Дэвис обнаружил мертвого человека, и теперь он и детектив сидели в ее кабинете. Ситуация быстро ухудшалась.
«То есть.» — Ее захлестнула новая волна тревоги. — Вы здесь, потому что думаете, что я знала жертву?
— Хороший вопрос, — сказала Элис. — «Его звали Элвис Шоу. Он был наркоманом и мелким вором. Что-то откликается?
— Боже мой, нет, — потрясенно сказала Селинда. — Уверяю вас, я не знакома ни с кем, кто подходит под это описание. Что привело вас сюда?
Серебристые глаза Дэвиса были непроницаемы, как солнечные очки в зеркале. — «Я нашел тело Шоу в переулке рядом с небольшим антикварным магазином, который специализируется на дешевых подделках колониального периода. Это место называлось «Находки Старого Света Джексона».
Вздрогнув, Селинда разжала руки. — Я была в том магазине вчера днем.
— Я знаю, — сказал Дэвис. — «Владелец магазина показал нам чек на предмет, который вы у него купили».
— Я не понимаю, — сказала она. — «Какое это имеет отношение к смерти мистера Шоу? Товар, который я купила, не имеет ценности. Хозяин даже не мог вспомнить, когда и где он его приобрел. Он сказал, что это, вероятно, было довеском к некоторым вещам, которые он купил на распродаже. Он взял с меня всего пять долларов за это».
«Возможно, смерть Шоу связана с купленным вами объектом, — сказал Дэвис.
«Что? Это невозможно.» — В ужасе Селинда вскочила со стула, схватила свою сумку и осторожно положила ее на стол. Она порылась внутри. — «Я вам покажу, это всего лишь кусок старого красного пластика. Вероятно, ручка или рукоятка какого-то прибора колониальной эпохи. Красивая, но я не понимаю, как это может быть ценным. Купила как игрушку для Араминты. Она очень обрадовалась».
— Кто такая Араминта? — спросила Элис.
Пушистый клубок невзрачного серого меха, усеянный двумя нежно-голубыми глазками, появился из сумки. Маленький зверек зацепился парой лап за край сумки и с большим интересом уставился на Дэвиса и Элис.
— Это Араминта, — сказала Селинда.
— Пыльный кролик, — сказала Элис тоном человека, смирившегося с неизбежным. — «Стоило это предполагать, с моей то удачей в последнее время».
— «В чем дело?» — обиженно спросила Селинда. — «У вас аллергия на комочки пыли?»
— Еще нет, — сказала Элис с многострадальным видом. — «Но думаю, что скоро появиться».
— «Почему?» — Селинда взяла Араминту на руки, вытащила ее из сумки и поставила на стол. — «Что вы имеете против такого милого, невинного комочка меха?»
Араминта пересекла стол и подошла к стеклянной чаше с конфетами в индивидуальной упаковке. Она словно парила, потому что ее шесть лап были скрыты пушистым серым мехом. Она запрыгнула на край чаши с конфетами и взяла одну.
Элис смотрела, как она использует свои острые маленькие зубки, чтобы развернуть конфету. — «В последнее время мне кажется, что в каждом странном деле, которое я получаю, замешан пыльный кролик. И из того, что я слышала, маленькие паразиты не такие уж милые и невинные. Говорят, что когда вы увидите зубы, будет слишком поздно».
— Только если их спровоцировать, — заверила ее Селинда.
Араминта моргнула голубыми глазками, глядя на Элис, а затем с энтузиазмом захрустела конфетой.
«Я не понимаю, как она все еще может быть голодной», — сказала Селинда. — Она только что пообедала, точнее, пару раз. Раньше она была гурманом, но в последнее время у нее развился аппетит борца сумо».
Араминта съела конфету и перевалилась через стол. Она остановилась на краю и наклонилась вперед, неуверенно балансируя на задних лапах. Она захихикала рядом с Дэвисом.
— У тебя случайно нет с собой перекуса/снэка? — смущенно спросила Селинда. — Я думаю, она чувствует запах еды.
«У меня остались крекеры с обеда, который я перехватил по пути сюда», — сказал Дэвис. Он полез в карман и достал небольшой пакет. Он снял пластиковую обертку и передал крекеры Араминте.
Все смотрели, как Араминта взяла подношение одной лапой и начала энергично жевать.
Селинда покачала головой. — «Можно подумать, что ее не кормили несколько дней, но она только что стащила, ах, я имею в виду, что она только что съела два бутерброда, несколько оливок и пакетик картофеля фри. И это после того, как она покормилась большей частью моего салата».
«Предмет, который вы вчера купили в магазине Джексона», — сказал Дэвис, глядя на сумку.
«О верно.» — Селинда полезла обратно в сумку и достала маленький антиквариат. Она подняла его так, чтобы Дэвис и Элис могли его видеть. — «Очевидно, что это просто кусок старого пластика от какого-то гаджета колониальной эпохи. Не похоже, что это действительно ценная инопланетная реликвия или что-то в этом роде. Она даже не из зеленого кварца».
Общеизвестно, что, за одним примечательным исключением — веществом, называемым грезалитом, — все реликвии и артефакты, оставленные таинственной инопланетной цивилизацией, впервые колонизировавшей Хармони, были сделаны из почти неразрушимого кислотно-зеленого кварца, который светился в темноте.
К тому времени, когда прибыли человеческие колонисты, инопланетян уже и след простыл, но они оставили после себя руины как минимум четырех больших, поразительно неземных городских пейзажей и неизвестное количество небольших аванпостов, разбросанных по всей планете. На Хармони было много чего, что нужно было исследовать. Никто не знал, сколько еще археологических памятников ждут своего открытия.
В дополнение к своим городам-крепостям и разнообразным отдаленным руинам они также построили лабиринт подземных туннелей, большинство из которых остались неисследованными и не нанесенными на карту. Катакомбы тоже были сделаны из зеленого кварца.
Селинда подбросила небольшой кусок пластика в воздух и поймала его. — «Это вряд ли может стоить много».
Она украдкой следила за лицами Дэвиса и Элис, пытаясь понять, понимает ли кто-нибудь из них, что она лжет.
По правде говоря, она была совершенно уверена, что красный объект не был ни Староземельным, ни колониальным по происхождению. Она была почти уверена, что это какая-то инопланетная реликвия. Никакой антиквариат Старого Света или Колониального периода не излучал слабую струйку пси-энергии так, как этот. Красный обломок, скорее всего, был редкой и потому чрезвычайно ценной находкой. Она намеревалась как можно скорее связаться с некоторыми высококлассными антикварными магазинами, чтобы узнать, сможет ли она получить за нее хорошую цену. Она не хотела отдавать это полиции, если только не будет другого выхода.
Артефакт был примерно три дюйма(7.6 см) в длину и дюйм (2.5 см) в ширину. Он был слегка изогнут, чтобы его было удобно держать в ладони. Хотя она чувствовала исходящую от него энергию, она понятия не имела, для чего она была предназначена.
Элис нахмурилась, слегка наклонив голову. — «Ты права. Выглядит как дешевый кусок пластиковой ручки для ящика. Ты уверена, что это единственная вещь, которую ты вчера купила у Джексона?
— Да, — сказала Селинда, немного расслабившись, потому что теперь она снова говорила правду. — «Абсолютно.»
Элис достала блокнот. — «Я хотела бы задать вам несколько вопросов. Просто рутина».
Селинда замерла. — Вы сказали, что расследуете смерть Элвиса Шоу как возможное убийство.
— «Да.» — Элис открыла блокнот.
— Значит, ваши вопросы не будут рутинными, не так ли? — Она крепче сжала реликвию. — По крайней мере, с моей точки зрения.
Элис проигнорировала это. — «Можете ли вы сказать мне, где вы были между полуночью и тремя часами утра сегодня?»
Ощущение надвигающейся катастрофы охватило Селинду.
— Вы думаете, я убила мистера Шоу?
Встревоженная звуком слишком тонкого, слишком напряженного голоса, Араминта пробежала по столу и, поднявшись по руке, уселась ей на плечо. Непроизвольно Селинда погладила ее, как всегда успокаиваясь от прикосновения.
— Как я уже сказала, это рутина. — Элис подняла ручку и приготовилась делать заметки.
— Я единственный человек, которого вы допросили в связи с этим убийством? — осторожно спросила Селинда.
«Да, на самом деле так», — сказала Элис.
— Мисс Ингрэм? — Голос Элис был резким.
Дэвис не двигался. Он просто стоял там, наблюдая за ней. Селинда заставила себя стряхнуть страх, грозивший деморализовать ее. Оставайся сфокусированной. Ты справишься с этим. И может быть, ее жизнь не отправиться в зеленый ад, снова.
— Извините, детектив, — вежливо сказала она. — «Какой был вопрос?»
— Ты собиралась рассказать мне, где ты была прошлой ночью между двенадцатью и тремя часами, — сказала Элис.
Селинда неопределенно махнула рукой. — «Там же, где я обычно бываю в это время ночи. В постели.»
Наступила короткая пауза.
— Был ли кто-нибудь с вами? — спросила Элис.
— Нет, — сказала она. — Только Араминта.
Элис оторвалась от своих записей. — Значит, никто не может поручиться за то, что ты была дома?
Селинда начала было говорить «нет», но остановилась, немного просияв. — Моя домовладелица, миссис Фернелл. Она живет внизу. Мне нужно пройти мимо ее двери, чтобы выйти из здания. Поверьте мне, когда я говорю вам, что она обязательно запомнила бы, если бы я пришла поздно ночью или если приду в неурочный час».
Элис не выглядела впечатленной, но сделала пометку. — Вы были частым покупателем у Джексона?
Селинда покачала головой. — «Вчера был первый раз. Я просто разглядывала вещи, но Араминта пошла прямо к этому виджету и начала играть с ним. Казалось, она хотела его, поэтому я купила его для нее».
Это была правда, насколько это было возможно. Селинда не сочла нужным добавить, что она вообще никогда не зашла бы в магазин, если бы Араминта не устроила шум, когда они проходили мимо витрины.
«Спасибо.» — Элис захлопнула блокнот и посмотрела на Дэвиса. — «У меня все. Ау тебя? Это та пропавшая реликвия, для поиска которой тебя наняли?
Дэвис изучал красный пластиковый предмет в руке Селинды. — «Это соответствует описанию, которое мне дали».
«Каким именно было описание пропавшего предмета, который вы ищете?» — спросила Селинда.
— У меня есть фотография. — Дэвис вернулся к своему стулу, протянул руку и открыл тонкий портфель, который он принес с собой. Он достал глянцевый рисунок.
Селинда посмотрела на фотографию. Реликвия в кадре действительно была идентична той, что была у нее в руке. На фото она лежала в металлическом ящике, вроде тех, что используют музеи и банки для хранения ценностей.
Элис поднялась со стула. — Я оставлю вас с мисс Ингрэм поговорить об этой красной херне. Хотите верьте, хотите нет, но у меня есть кое-какая полицейская работа».
— Спасибо, детектив, — сказал Дэвис. — «Вы очень помогли».
«И вам спасибо, мистер Оукс». — Элис не потрудилась скрыть сарказм в голосе. Она перекинула ремень своей черной кожаной сумки через плечо и направилась к двери. — «Обязательно назови мое имя Мерсеру Уайатту, когда в следующий раз увидишь его. Скажи ему, что мы в полиции Каденс-Сити просто живем, чтобы всячески помогать Гильдии.»
Селинда замерла. Мерсер Уайатт был генеральным директором Гильдии Каденса.
— О, черт, — прошептала она. — «Пожалуйста, не говорите мне, что это дело Гильдии».
Элис остановилась у двери. — Думаю, я забыла упомянуть, что клиент мистера Оукса — Мерсер Уайатт, глава Гильдии Каденса.
Селинда подавила тяжелый вздох. Вот вам и мистер Совершенство. В ее бизнесе была поговорка:
«Кажется, вы забыли упомянуть об этой маленькой детали», — сказала она Элис. Она выпрямилась и бросила на Дэвиса обвиняющий взгляд. — Я предположила, что вы, работаете на какого-нибудь крупного коллекционера.
«Гильдию Каденса, можно назвать — корпоративным коллекционером», — сказал он, не обращая внимания на ее взгляд. — Там очень хороший музей.
«Закрытый для публики». — Она одарила его стальной улыбкой. — «Как и все остальное, что делают Гильдии, их музеи работают в чрезвычайно секретной манере».
Элис снова начала улыбаться. — Я оставлю вас и мистера Оукса обсудить это наедине. — Она повернулась к Дэвису. — «Не забудь о нашем соглашении. Если обнаружишь что-нибудь в ходе своего расследования, о чем мне следует знать, я ожидаю немедленного оповещения.
Дэвис склонил голову. — Обязательно, детектив.
Элис посмотрела скептически, но больше ничего не сказала. Она вышла в холл, закрыв за собой дверь.
Дэвис изучал Селинду холодным и загадочным взглядом. — «Я прошу прощения за путаницу, которая произошла здесь».
— Это моя вина, — резко сказала она. — Очевидно, я задавала не те вопросы.
Почувствовав ее напряжение, Араминта заурчала ей в ухо.
«Я так понимаю, вы не фанат Гильдии Каденса?» — сказал Дэвис.
«Я не фанат ни какой Гильдии. Я считаю их устаревшими, старомодными институтами. Не говоря уже о высокомерных, деспотичных и коррумпированных». — Она одарила его еще одной ледяной улыбкой. — «Это мое личное мнение, конечно.»
«Конечно.» — Он одарил ее такой же ледяной улыбкой. — «Вы не единственный человек, у которого есть претензии по поводу того, как функционируют Гильдии».
«У них определенно были проблемы с общественностью в прошлом», — с готовностью согласилась она.
«Они усердно работают, чтобы это изменилось».
Она еще больше сузила свою улыбку. — Что-то незаметно.
Гильдии были созданы в Эпоху Раздора, когда колонии столкнулись с угрозой тирании со стороны страдающего манией величия Винсента Ли Вэнса. До этого поворотного момента четырем борющимся городам-государствам, выросшим вокруг первоначальных колоний, не было необходимости создавать ополчения. Обычные полицейские управления были всем, что было необходимо для поддержания закона и порядка в новом мире.
Когда Вэнс и его фанатичные приспешники начали терроризировать города-государства, они организовали свои нападения через сеть подземных инопланетных катакомб, пересекающих планету. Странная инопланетная пси-энергия, находящаяся в лабиринте туннелей, делала обычное оружие в лучшем случае ненадежным, а в худшем — чрезвычайно опасным для тех, кто его использовал.
Но лабиринт подземного мира предоставил свою собственную естественную артиллерию в виде очень нестабильных, потенциально смертоносных шаров огненной, кислотно-зеленой энергии, технически известных как НПДЭ. Аббревиатура расшифровывалась как неустойчивое проявление диссонансной энергии. Шары жуткого зеленого огня называли призраками, потому что они хаотично и непредсказуемо дрейфовали по туннелям, как множество заблудших призраков.
Некоторые люди с необычным парапсихическим профилем, обычно известные как охотники за привидениями, могли управлять призраками и манипулировать ими, превращая их в оружие. Подавляющее большинство охотников за привидениями были мужчинами, потому что пара-нормальная способность справляться с уникальными энергетическими бурями, создаваемыми НПДЭ, была связана с определенными мужскими гормонами.
Эту историю знал каждый школьник. Винсент Ли Вэнс завербовал охотников за привидениями в свою армию отступников. В ответ города-государства создали ополчения, известные как Гильдии охотников за привидениями. В конце концов, колонии смогли подавить восстание, благодаря, по общему признанию, героическим действиям Гильдий.
После Эры Раздора Гильдии не распускались. Вместо этого предприимчивые лица увидели прекрасную возможность захватить быстро развивающийся новый рынок. Исследование и раскопки инопланетных катакомб быстро стало прибыльным делом. Сотни академических, корпоративных и частных компаний стремились уйти в подземелье, чтобы соревноваться в поисках ценных инопланетных древностей и поисках давно утерянных секретов. И все они нуждались в командах охотников за привидениями, чтобы защитить группы от блуждающих шаров инопланетной энергии. Чтобы убить призрака, нужен был призрак, и только охотники за привидениями могли справиться с этой задачей.
Гильдии заключали контракты на услуги своих членов с теми, кто хотел их нанять. С годами организации, возглавляемые рядом проницательных и честолюбивых людей, превратились в могущественные, секретные учреждения, связанные таинственными традициями и законом Гильдии.
История повторилась еще раз с недавним открытием огромного подземного тропического леса. В течение последних нескольких месяцев Гильдии во главе с Купером Буном, Боссом Гильдии Аврора-Спрингс, быстро позиционировали себя как основной источник проводников и телохранителей для исследователей, пара-археологов, охотников за сокровищами и других, кто хотел исследовать джунгли.
Были и такие — Селинда причисляла к ним и себя, — которые считали Гильдии, чуть лучше чем криминальные организации.
«Я не думаю, что вы мне расскажите, почему Гильдия Каденса интересуется моей реликвией», — сказала она.
Дэвис улыбнулся своей слабой улыбкой. — «Одна из вещей, которые я гарантирую своим клиентам, — это конфиденциальность».
— Почему Гильдия наняла вас? — спросила она. Затем она подняла руку, останавливая его от ответа. — Подожди, дай угадаю. Гильдии обычно подбрасывает работенку людям, связанным с организацией. В Каденсе должно быть полудюжина частных детективных и охранных фирм, которыми владеют и управляют отставные охотники. Ваша фирма является одной из таких компаний?»
Он рассматривал ее с задумчивым выражением лица. — «Я из семьи охотников. Но я немного другой».
«Понятно.» — Еще плохие новости. Он происходил из семьи Гильдии. Традиционно члены Гильдии женились на других членах Гильдии. Это был один из многих обычаев, которые, по ее мнению, мешали организациям стать по-настоящему популярными.
Как она могла так ошибаться насчет него? Вот вам и ее пси способности.
К сожалению, все лекции в мире не смогли ослабить ее реакцию на Дэвиса Оукса. Что-то в нем приковывало ее чувства, приковывало ее. Вероятно, что-то вроде жука заключённого в янтарь.
Маленькая глупая букашка увлекается заманчивой светящейся смолой, отправляется на прогулку, застревает и — бац — материал вокруг нее затвердевает, и она навсегда оказывается в ловушке янтаря.
— Боюсь, мне придется попросить вас отдать мне этот артефакт. — Дэвис полез внутрь пиджака и достал чековую книжку. — Я возмещу вам расходы плюс еще тысячу за хлопоты.
— Лишняя тысяча? — Она была ошеломлена. — «Она так важна для Гильдии?»
«Скажем так, мой клиент очень хочет вернуть реликвию. Полторы тысячи?»
Высокомерное предложения раздражало ее.
«Что произойдет, если я откажусь отдать реликвию?» — она спросила.
Он вынул ручку, положил чековую книжку на стол и начал писать. — «Почему?»
— Черт возьми, я не знаю. — Она раскинула руки и развела ладони. — «Может быть, потому, что я купила ее легально. Даже расписку получила».
«Реликвия была украдена. Вы не являетесь законным владельцем».
«Может быть, мне просто не нравится, что Гильдия думает, что имеет право на то, чтобы частный сыщик ворвался в мой офис и забрал ее у меня без надлежащего объяснения».
Он не отрывался от выписки чека. — Это дело Гильдии, мисс Ингрэм.
— Кто бы сомневался, — сказала она, не пытаясь скрыть своего отвращения.
Он поднял глаза. — «В чем?»
— Ты думаешь, что «дело Гильдии» — адекватное объяснение. — Она с отвращением сморщила нос. — «Это так похоже на Гильдию».
Он выпрямился, сунул ручку обратно в карман, вырвал чек и протянул ей. — «Возможно, это компенсирует отсутствие объяснений».
Она взяла у него чек и внимательно его прочитала. Две тысячи долларов были четко прописаны жирным почерком. Она многое могла бы сделать с двумя тысячами. Заплатить за квартиру, купить столь необходимую новую одежду, побаловать себя посещением модного ресторана…
Она очень осторожно разорвала чек пополам, а затем соединила половинки и разорвала их на четвертинки.
Он посмотрел на нее с вежливым вопросом.
«Мало?» — он спросил.
«Нет такой суммы денег, которую мне было бы комфортно принять от Гильдии». — Она вздрогнула. — На самом деле мне ничего не нужно от организации.
— Ты собираешься все усложнить?
«Нисколько.» — Она натянуто улыбнулась ему. — «Вы можете забрать этот дурацкий артефакт, потому что последнее, чего я хочу, — это участвовать в делах Гильдии».
— Вы уверены, что не хотите денег?
«Абсолютно».
— Ты же понимаешь, что это означает, что теперь Гильдия Каденса должна тебе услугу, — нейтрально сказал Дэвис.
— Нет. — Она была потрясена. — «Гильдия мне ничего не должна».
«Знаешь, как говорят, Гильдия всегда платит по своим долгам».
«Звучит как сценарий кошмара для меня. Слушай, я заключу с тобой сделку. Я отдаю артефакт, а вы не называете моего имени вашему клиенту, и мы ничего никому не должны.
Он ненадолго подумал об этом, а затем кивнул с мрачным выражением лица. — «Если это то что ты хочешь. Я не понимаю, как замалчивание вашей роли в этом нарушит мои профессиональные обязательства перед моим клиентом».
«Потрясающе.» — Она подошла к двери, резко открыла ее и протянула ему реликвию. — «Всего хорошего, мистер Оукс. Не скажу, что это было приятно, но было интересно».
Он взял портфель и пошел к двери, остановившись прямо перед ней, он спросил. — Вы хорошая сваха, мисс Ингрэм?
«Лучшая.»
«Я заметил, что у тебя нет обручального кольца. Я так понимаю, это означает, что ты не смогла найти себе пару».
Она знала, что краснеет, но ей удалось сохранить самообладание. — Очень наблюдательно с твоей стороны.
Он кивнул. — «Наверное, такая же хорошая, как и та, к которой я обращался».
— По тону твоего голоса могу сказать, что ничего не вышло.
— Нет, — сказал он. — «К счастью для нас обоих, незадолго до свадьбы мы узнали, что брак был плохой идеей».
— Понятно, — холодно сказала она. — «Мне жаль, что у тебя был такой неудачный опыт. Все, что я могу тебе сказать, это то, что то, что случилось с тобой, было аномалией. По статистике, шансы найти хорошую пару значительно повышаются, когда вы нанимаете знающего и компетентного консультанта по вопросам брака».
«Может быть.» — Он пожал плечами. — «Лично я решил пропустить все это долго и счастливо».
Она уставилась на него, пораженная. Очень немногие заявляли, что планируют пропустить «долго и счастливо». Даже если кто-то был склонен избегать брака, давление семьи и общества оказывалось слишком сильным для большинства людей. Люди, которые не относились серьезно к браку после определенного момента в жизни, обнаруживали, что их карьера зашла в тупик, приглашения от сверстников, все из которых были женаты, прекращались, и люди начинали считать неженатых людей чрезвычайно странными.
Несмотря на ее раздражение, ее инстинкты консультанта сработали немедленно.
— Никогда не говори никогда, — бодро сказала она. — «Я уверена, что подходящий вам человек где-то рядом». — Она не могла поверить, что какое-то время она действительно думала, что ОН — ТОТ САМЫЙ.
«Да, конечно.» — Он не выглядел убежденным. — «А ты?»
«Я?» — Боже мой, это был ее голос? Слово прозвучало как писк.
— Вы сейчас с кем-нибудь встречаетесь? — спросил он с видом большого терпения.
Ситуация стала неловкой. Она откашлялась и попыталась казаться беззаботной. — «Сейчас, нет. В последнее время жизнь была очень насыщенной. Новая работа и все такое.
— Не хочешь пойти пообедать и обсудить что-нибудь помимо брака и реликвий?
— «Хм?»
Он слегка улыбнулся. Она видела сексуальный жар в его глазах. Энергия пси покалывала в атмосфере, как у нее, так и у него. Она была потрясена, осознав, что ее внутренности начали таять.
— У меня предчувствие, что свидание с тобой может быть интересным. — Он сделал паузу. — «Или я улавливаю неправильные сигналы? Если это так, мои извинения».
Он бросал ей вызов.
— Обычно я не встречаюсь… — начала она.
«Охотниками. Да, у меня сложилось такое впечатление. Позволь мне прояснить, что, хотя я и происхожу из семьи Гильдии, я не зарабатываю на жизнь охотником за привидениями».
«Я собиралась сказать, что обычно не встречаюсь с людьми, которых встречаю на работе».
«Я не клиент».
Она глубоко вздохнула. Несмотря на его невероятно соблазнительные пси-узоры, у них не было ничего общего. Даже если они преодолеют это монументальное препятствие, он очень ясно дал понять, что у них нет долгосрочного будущего вместе. Свидание с мужчиной при таких обстоятельствах нарушало все правила, но она никогда не чувствовала такого ни к одному мужчине за всю свою жизнь. Возможно, она больше никогда не встретит кого-то, кто так будет будоражить ее чувства. Почему бы ей не воспользоваться возможностью и завести интрижку?
Она снова потянулась, чтобы погладить Араминту.
Конечно, это должен быть ужасно осторожный роман. Профессиональные брачные консультанты должны были быть чрезвычайно осторожны в отношении своей репутации.
— Что ж, — сказала она, — я полагаю, что все в порядке.
«Ты свободна вечером?»
Она перестала гладить Араминту. Она могла это сделать.
«Да, свободна», — сказала она. С опозданием ее осенила мысль. — «Но завтра утром я уезжаю из города, и мне еще нужно собрать вещи. Но немного времени я смогу выделить».
Отлично. Она звучала так же, как Амберелла в сказке. После полуночи красивая янтарная карета снова превратилась в большую тыкву.
«Если ты дашь мне свой адрес, я заеду за тобой в семь. Я обещаю, что ты будешь дома до полуночи».
— Адрес, — повторила она. Легкий холодок неуверенности пронзил ее. Что она на самом деле знала о Дэвисе Оуксе? Она только что познакомилась с ним и, вероятно, не ясно соображала, потому что он стоял рядом и будоражил все ее чувства.
Он владел фирмой, напомнила она себе. Хорошо, у него была Гильдия в клиентах, а также, похоже, у него были рабочие отношения с полицейским детективом. Казалось бы, это указывает на то, что он не был серийным убийцей. Тем не менее, она была не совсем готова нарушить все правила. Безопасность прежде всего.
Она изобразила, как она надеялась, безупречную, уверенную улыбку. — «Почему бы нам не встретиться в ресторане? Я возьму такси».
В его глазах блестело веселье. — Осторожничаешь, да?
«Мы, брачные консультанты, склонны быть осторожными, когда дело доходит до такого рода вещей. Первое свидание — самое сложное. Если обе стороны берут на себя ответственность за то, чтобы добраться до назначенного места и обратно, давление снижается».
«Похоже, На правило из какого-то справочника по свиданиям».
«Так точно. Название: «Десять шагов к «Браку по Завету»: секреты профессиональной свахи».
«Поскольку мы говорим о свидании, а не о браке, мы можем забыть о своде правил», — сказал Дэвис. — «Хорошо, как насчет Вердигриса в Старом квартале? Я буду ждать тебя в холе».
— Звучит прекрасно.
Он протянул руку. — Если не возражаешь, я сейчас заберу реликвию. Чем раньше я верну ее клиенту, тем лучше».
С опозданием она поняла, что все еще держит артефакт.
«Верно.» — Она начала отдавать ее ему.
Араминта вдруг взбесилась. Она пронзительно завизжала Селинде в ухо и полностью перешла в хищный режим. Внезапно у нее появилась вторая пара глаз, янтарного цвета, которую она использовала для охоты, и множество зубов. Ее мех облепил ее, обнажая жесткое, извилистое маленькое тело и все шесть лап.
Она прыгнула прямо на вытянутую руку Селинды, схватила реликвию и спрыгнула на пол. Зажав приз двумя передними лапами, она выбежала в открытую дверь и исчезла.
— Араминта, вернись, — крикнула Селинда.
Она выскочила в коридор и увидела Араминту, заворачивающую за угол. Она помчалась за ней. Когда она завернула за угол, то как раз вовремя увидела, как пушок исчез через открытую дверь лестничной клетки.
Джен Пейс, консультант, у которой был офис по соседству с Селиндой, с визгом выбежала с лестницы.
«Крыса. Я только что видела крысу. Я позову дворника».
Джен побежала к своему кабинету и телефону.
Селинда остановилась наверху лестницы и посмотрела вниз. Не было никаких признаков Араминты.
Она услышала шаги Дэвиса позади себя. Он остановился и посмотрел через ее плечо на пустую лестничную клетку.
— Я так и думал, все шло слишком гладко, — без всякого выражения сказал он.
«Эй, это не моя вина, что Араминта сбежала с реликвией».
Его глаза сузились. — «Она твой пыльный кролик».
«Араминта не принадлежит мне. Она компаньонка. Она очень независима и явно считает этот артефакт своей игрушкой. Держу пари, она собирается его где-нибудь спрятать».
— В таком случае она, в конце концов, принесет его обратно.
Она знала его менее сорока минут, но уже достаточно знала о Дэвисе Оуксе, чтобы понять, что он не собирался так просто сдаваться. Это был человек, который, поставив перед собой цель, продолжал идти до тех пор, пока не достигал ее. Кроме того, в настоящее время он работал на Мерсера Уайатта, а это означало, что за ним стояла вся мощь Гильдии Каденса. Какие шансы были у одной маленькой пыльной зайки?
Ей нужно было найти способ снять жар с Араминты.
Она провела тыльной стороной ладони по глазам, и ее голос задрожал. — «Араминта, вероятно, сбежала навсегда. Я буду очень по ней скучать. Она была моей маленькой подругой».
«По моему опыту, как только пыльные комочки формируют связь с человеком, они становятся яростно преданными», — сказал он, не проявляя никаких признаков сочувствия. — Твоя маленькая подружка вернется. Она, вероятно, будет ждать тебя, когда ты вернешься домой сегодня вечером.
Тем не менее, она фыркнула и яростно заморгала, словно пытаясь сдержать поток слез. — У меня есть ваша визитка, мистер Оукс. — К своему голосу она добавила рыдания. — Я позвоню, если она когда-нибудь появится и принесет реликвию.
«Конечно.» — Он вернулся в холл. — Если вы меня извините, у меня есть еще кое-какая работа. Увидимся сегодня в семь вечера».
Это остановило ее. Она откашлялась. — «Я, э-э, как бы предполагала, что этот инцидент означает, что наша встреча, вероятно, отменяется».
Он остановился и оглянулся на нее. — Еще раз, мисс Ингрэм. Мы с вами будем проводить много времени в компании друг друга, пока эта чертова реликвия снова не появится.
Она понимала угрозу, когда слышала ее.
— Не обижайтесь, мистер Оукс, но в данных обстоятельствах я не думаю, что это будет приятный вечер для нас обоих. Что скажешь, если мы отложим этот поход, пока не увидим, вернется ли Араминта с артефактом?
«Без шансов», — сказал Дэвис. — «Кстати, в данных обстоятельствах о такси до ресторана можно забыть. Что-то мне подсказывает, что ты можешь не появиться».
«О, черт возьми, если я сказала, что буду там, я буду там».
«Я заеду за тобой.»
— У тебя нет моего адреса.
«Не проблема. Я частный сыщик, помнишь? Я нахожу вещи. Поверь, я найду тебя.
Она должна была ощутить энергию, пульсирующую между ними. Он не мог быть единственным, кто чувствовал, как этот разряд в высоком разрешении рикошетит туда-сюда в ее кабинете. Ведь так?
Дэвис вышел из лифта на парковку и направился через ряды машин туда, где оставил «Фантом». Он все еще был наполовину возбужден.
Макс ждал его, когда он подошел к машине. Пушок дремал на пассажирском сиденье в своей любимой позе, лежа на спине, подняв вверх все шесть лап. Когда Дэвис открыл дверь, он потянулся, открыл свои голубые глаза, перевернулся и издал тихое урчание.
— Эй, приятель.
Они провели краткий ритуал приветствия, который заключался в том, что он похлопал Макса по макушке его пушистой головы, а Макс немного подпрыгивал вверх и вниз.
— Я должен был взять тебя с собой, — сказал Дэвис. — «Возможно, ты спас бы положение. Я всегда говорю, что один пыльный кролик поймает другого пыльного кролика. А так у нас появилось много новых проблем».
Он поставил портфель на пол со стороны пассажира. Макс запрыгнул на спинку сиденья, откуда открывался прекрасный вид. Максу нравилось ездить в машине.
Вместо того, чтобы завести двигатель, Дэвис мгновение посидел, положив руки на руль, пытаясь подавить незнакомое чувство предвкушения и голодного возбуждения, переполнявшие его.
— Черт, это так ошеломило меня, Макс. Как будто мне снова девятнадцать. Вряд ли ее когда-нибудь наймут читать вечерние новости на рез-экране. Я имею в виду, она привлекательна, ясно? Но не обычным способом. Она, я не знаю, другая.
Макс издавал понимающие звуки.
Нет, Селинда Ингрэм не была идеальной. Она была, — подумал он, — очаровательной. Очарование всегда сопряжено с некоторым риском.
Он посмотрел через лобовое стекло на «Слайдер», припаркованный нос к носу с «Фантомом», и вызвал в памяти образ загадочной женщины в офисе четырьмя этажами выше.
Волосы насыщенного темно-янтарного цвета собраны в строгий узел на затылке, пара прядей свисает перед ее изящными маленькими ушками. Большие карие глаза, мягкий рот, напористый нос и подбородок. В ней была элегантность и достоинство. Ему нравилось это в женщинах, нравилось знать, что она достаточно уверена в себе, чтобы вести себя как королева.
Он также почувствовал шепот силы. На левом запястье она носила янтарный браслет. Он подумал, что это могло быть дань моде, но могло быть и нечто большее. Каждый мог генерировать немного пси-энергии, но сильные пара-резы, такие как он, часто носили с собой настроенный янтарь в той или иной форме, чтобы помочь им сконцентрировать и сфокусировать эту энергию.
Чего еще он ни ожидал, когда они с Мартинес выследили Селинду Ингрэм, это сильный прилив сексуального возбуждения, заставивший его страстно желать перекинуть ее через плечо и убежать с ней в тропический лес.
Как, черт возьми, она могла быть свахой? Он не доверял никому из них, не после того фиаско с его помолвкой с Джанет.
Но какого черта, он не искал долгосрочных отношений. Он мог забыть о свахе. Он недоумевал, почему она не замужем. А потом поблагодарил свой счастливый Янтарь за то, что это так.
— Во всяком случае, это будет действительно интересный вечер, Макс.
Эта мысль обрадовала его. У него не было по-настоящему интересного вечера дольше, чем он мог вспомнить. С тех пор, как его близкое столкновение с «Браком по Завету» потерпело фиаско, он посвятил себя своему бизнесу. Так жить было проще. По крайней мере, так было до сегодняшнего дня.
Он резанул двигатель «Фантома», и выехал с парковки и из гаража, направляясь к своему офису в Старом квартале.
Через некоторое время, с сидящим на плече Максом, он толкнул дверь офиса «Служба безопасности Оукса».
Триг МакЭндрюс, сидевший за стойкой администратора, поднял взгляд от своего компьютера. Его лысая, бритая голова блестела в верхнем свете. Как и золотое кольцо в ухе.
Триг был сложен как одно из зданий колониальной эпохи в Квартале: не слишком высокий, но прочный, как кирпич, вплоть до фундамента. Он выглядел так, как будто подрабатывал профессиональным рестлером. Замысловатые татуировки усиливали это впечатление.
— Удачно, босс? — Каждое слово звучало так, словно его протащили по гравию.
— " И да, и нет.»
— «Я ненавижу такие ответы».
— «Я тоже.»
Макс спрыгнул с плеча Дэвиса, приземлился на стол и поприветствовал Трига легким смешком.
— Как дела, здоровяк? — Триг похлопал Макса по макушке, а затем посмотрел на Дэвиса. — «Итак, что случилось?»
«У обозначенного лица, которого мы с Мартинес навестили, обнаружилась реликвия, — сказал Дэвис. — «Она, хотела передать ее мне. Но, что удивительно, ее пыльный комочек убежала с ней как раз в тот момент, когда я собирался забрать реликвию. Пушок и реликвия исчезли».
Выражение лица Трига не изменилось. — Пыльный кролик сбежал с артефактом нашего клиента? Каждое слово было очень тщательно расставлено.
— Мисс Ингрэм говорит, что пушок считает реликвию игрушкой, а это значит, что маленький паразит скоро принесет ее домой. Пыльные комочки не любят надолго расставаться со своими игрушками».
— Будет немного сложно объяснить это Мерсеру Уайатту, — заметил Триг.
«Я не собираюсь рассказывать Уайатту, что произошло. Нет, пока есть шанс вернуть эту реликвию.
«Что мне сказать, если помощник Уайатта снова позвонит?»
«Как всегда. Скажи ему, что мы работаем».
Триг кивнул. Ему не нужно было говорить что-то еще. Они оба знали, насколько важно вернуть реликвию для будущего «Oakes Security». Это было первое крупное дело у компании с тех пор, как шесть месяцев назад мир Дэвиса превратился в зеленый ад. Многие старые клиенты не захотели с ним сотрудничать после катастрофы. Он прекрасно понимал, что если он облажается, то они никогда больше не увидят никаких заказов от Гильдии или любой другой высококлассной корпорации.
Триг фыркнул. — «Похоже, тебе стоит присмотреть за свахой. Если она не знала, что реликвия очень важна для Гильдии, до того, как поговорила с тобой, то теперь она в курсе.»
— Не волнуйся, сегодня вечером я поставлю за ней наблюдение.
«Засада?»
«Свидание с ужином».
Тяжелые черные брови Трига несколько раз подпрыгнули вверх и вниз. — «Ты встречаешься с кем-то, кто замешан в этом деле? Ты никогда так не делал. Думал, это одно из твоих правил.»
— «Подпадает под правило работы под прикрытием. Есть сообщения?»
— Купер Бун звонил, пока тебя не было. Он хочет, чтобы ты перезвонил ему, когда представится возможность.
— «Проклятие. Я пытался отвертеться от этого. Он собирается добиться моего подтверждения, что я буду присутствовать на его свадьбе через пару недель».
— Хватит сопротивляться, босс. Он старый друг. Ты должен пойти. Сбежать не получится».
Триг был прав. Он дружил с Купером Буном более десяти лет. У них было кое-что общее, когда дело касалось странных талантов. Теперь Бун был главой Гильдии Аврора-Спрингс. Через пару недель он собирался жениться на Элли Сент-Клер, на дочери из известной семьи Гильдии Аврора-Спрингс. Свадьба, несомненно, должна была стать грандиозным событием со всеми вытекающими последствиями. Дэвис предпочел бы сходить к дантисту.
«Я слишком стар, чтобы ходить на свадьбы», — сказал он. — «Ты же знаешь, каково это, когда ты появляешься без пары в моем возрасте. Все тут же начинают пытаться свести тебя с троюродной сестрой подруги сестры.
— «Кому ты об этом рассказываешь. Море давления. Эй, я в той же лодке, помнишь? На этой неделе у меня три приглашения. Согласись, сейчас свадебный сезон. Что ты будешь делать?»
Дэвис мрачно кивнул. — «Что-нибудь придумаю?»
— Да, твой брат звонил. Хочет предупредить, что ваша мать замышляет познакомить тебя с еще одной кандидаткой.
Чувство мрака надвигалось на него. — «Прямо — самый лучший день».
— «Женщину зовут Нола Уолтерс. По словам твоего брата, ее семья из гильдии в третьем поколении из Кристал Сити. Твоя мама познакомилась с ней через их общего друга.»
— Есть почта? — он спросил.
«Не много. Пара счетов.»— Триг протянул ему хрустящий белый конверт. — «И это.»
Дэвис взял письмо и взглянул на обратный адрес. Он сразу узнал его. Это было третье письмо, которое он получил из Института Гленфилда за последние три недели.
— Я буду в своем кабинете. — Он протянул руку Максу. — Пошли, партнер.
Макс вскарабкался по руке и занял свое место на плече Дэвиса.
Дэвис прошел в дверь своего кабинета, бросил портфель рядом со столом и сел. Макс спрыгнул на стол и направился к своему любимому источнику развлечения, зеленой кварцевой вазе, в которой была груда скрепок. Он уселся на край вазы и начал рыться в блестящей куче.
Дэвис откинулся на спинку стула и положил ноги на угол стола. Он пару раз постучал конвертом по подлокотнику кресла, раздумывая, разорвать его, не читая, или сначала прочитать, а потом разорвать. Что же, что же.
В конце концов он дотянулся до ножа для вскрытия писем, разрезал конверт и вынул лист фирменного бланка. Сообщение было таким же, как и предыдущие два письма.
Подпись внизу была такой же: Гордон Р. Филлипс, ДПП. Инициалы означали доктора пара-психиатрии.
Он перегнулся через подлокотник кресла, сунул письмо и конверт в шредер и включил машину. Раздался пронзительный гул, когда устройство превратило бумагу в конфетти.
Он снова откинулся на спинку стула. Триг был прав. Встречаться с кем-то, кто замешан в деле, было против всех правил.
— Вероятно, это ошибка, Макс.
Макс выбрал блестящую канцелярскую скрепку, вынул ее из вазы и отнес Дэвису.
— Хороший выбор, — сказал Дэвис.
Он прикрепил скрепку к цепочке скрепок, свисавших с лампы для чтения. Довольный, Макс поспешил обратно к вазе и начал искать другую подходящую скрепку.
Дэвис ненадолго задумался. Затем он снял ноги со стола и включил компьютер. Сегодня утром не было возможности узнать о Селинде Ингрэм. Дела шли слишком быстро: нашли тело, связались с полицией и выследили нового владельца реликвии.
Пришло время поближе познакомится с объектом его свидания.
Через пару минут он обнаружил, что читает первый из ряда зловещих заголовков в таблоидах Фриквенси Сити.
Следующий был таким же по тону.
Было еще несколько в том же духе. Все они включали зернистые фотографии Селинды. На нескольких ее запечатлели выпрыгивающей из смятой кровати гостиничного номера. Фотографии были аккуратно обрезаны, но было видно, что на ней было только прозрачное неглиже. На заднем плане был мужчина. Его талия была обернута полотенцем. В двух других кадрах Селинда была показана в белом спа-халате, бегущая босиком по парковке.
Он проверил даты. Все непристойные новости были датированы четырьмя месяцами назад. Скандал длился около десяти дней. После этого о Селинде Ингрэм и ее фирме Ingram Connection больше не упоминалось.
Он нашел онлайн-справочник Фриквенси Сити, нашел номер и набрал его. Кто-то ответил почти сразу.
«Руин Вью Пицца.»
«Мне дали этот номер как Ingram Connection», — сказал Дэвис.
«Да, нам часто звонят. У Ingram Connection был этот номер до нас. Несколько месяцев назад он прекратил свою деятельность».
— Спасибо, — сказал Дэвис. Он повесил трубку.
Макс выбрал другую скрепку. Дэвис прикрепил ее к цепочке, а затем откинулся на спинку кресла, чтобы более подробно прочитать некоторые статьи из таблоидов. Сенсационная история о свахе, руководившей самым элитным брачным консалтинговым агентством в Фриквенси Сити, полоскалась всеми газетами. Что неудивительно. Секс всегда хорошо продавался. Добавьте влиятельных мужчину и женщину, чья репутация была одним из ее самых важных деловых активов, и вы получите ингредиенты для идеального скандала.
Он сделал быстрый поиск Ingram Connection и узнал, что агентство тихо закрыло свои двери менее чем через неделю после того, как были сделаны фотографии в Lakeside Resort & Spa.
Неудивительно, что Селинда так не хотела иметь дела с Гильдией. Она была сильно обожжена высокопоставленным членом Гильдии.
Он быстро поискал Бенсона Лэндри. Неудивительно, что Лэндри соответствовал профилю большинства охотников за привидениями на вершине Гильдии: сильный пара-рез талант энергии диссонанса, чрезвычайно амбициозный, намеки на безжалостность и достаточно пробелов в послужном списке, указывающие на некоторые секреты.
Дэвис посмотрел на Макса. — «Интересно, что она в нем нашла».
Он ненавидел этот зеленый ад, но он был идеальным тайником для оружия. Он затолкал его в небольшой грот и прикрыл несколькими листьями и пальмовыми ветвями. Листва была зеленой, но не такой, которую вы видите на поверхности. Все здесь, внизу, в подземных джунглях, было странного оттенка радужно-зеленого, как светящийся кварц, который использовался для строительства катакомб. Даже искусственный солнечный свет был жутковато-зеленым.
Странным был не только цвет джунглей. Большая часть флоры и фауны имела смутное сходство с растениями и дикой природой на поверхности Хармони, но здесь, внизу, эволюция, модифицированная подземной средой, инопланетной инженерией и постоянным присутствием большого количества окружающей пси-энергии, привела к нескольким поразительным поворотам.
Эксперты предположили, что инопланетяне создали подземную экосистему, потому что надземная была токсична для их вида. Было ясно, что инопланетяне никогда не чувствовали себя на поверхности Хармони хорошо. Они, очевидно, прожили большую часть своей жизни в огромном лабиринте туннелей и камер, которые они построили под землей. Когда они создавали города над землей, они окружали их массивными стенами из зеленого кварца. Считалось, что пси-энергия, испускаемая кварцем и чем-то здесь, в джунглях, была противоядием от того, что представляло опасность для них на поверхности.
Он осмотрел свою работу и остался доволен. Пистолет был хорошо спрятан, но его можно было легко достать, если он снова понадобится в будущем.
Он быстро прошел через заросли высоких папоротников. Он нервничал из-за того, что проход был скрыт из его поля зрения. У него был с собой янтарный рез-компас, но он не всегда срабатывал четко здесь, внизу, где огромные потоки пси-энергии, называемые призрачными реками, могли деформировать хрупкие устройства. Он очень боялся заблудиться в джунглях.
Жаркая и влажная атмосфера удушала. Скоро пойдет дождь.
Большая зеленая птица взлетела прямо перед ним, напугав его так сильно, что он вскрикнул. Существо бешено захлопало крыльями, выкрикивая раздражение, а затем исчезло в густом зеленом навесе над головой.
Постоянный шум птиц и таинственный шорох в подлеске действовали ему на нервы. Он боялся змей и насекомых. Хотя до сих пор таковые здесь не были идентифицированы как смертельные для человека, но это не значит, что их не существовало. Исследование джунглей едва началось. Гильдии все еще пытались найти особый вид пси-талантов, которые могли бы открыть врата в тропический лес. На сегодняшний день была обнаружена лишь горстка, таких людей.
Проход, который он использовал, не был открыт под эгидой Гильдии. Он не был указан ни в одном официальном списке. Отверстие шести футов (≈ 183 см) высотой было создано для него одним из пациентов его уличной клиники, который, как оказалось, обладал необычным типом пара-резного таланта, необходимого для доступа к тропическому лесу. Закончив работу, наркоман не пережил передозировки. Но чего можно было ожидать от наркомана?
Он поспешил через отверстие, дышать стало легче, как только он оказался снаружи в зеленом кварцевом коридоре. Его всегда поражало, что ничто из тропического леса не следует за ним через ворота. На сияющем зеленом полу туннеля не было ни единого случайного листочка, или веточки, или насекомого. Все врата, казалось, создавали невидимые и, для большинства людей, необнаружимые энергетические барьеры, удерживающие джунгли в узде.
Он быстро пошел к кварцевой лестнице, поправляя манжеты своей безукоризненно скроенной белой рубашки. Даже если полиции каким-то образом удастся связать его со стрельбой и даже если они догадаются, что он спрятал оружие в тропическом лесу, они никогда не смогут его найти. Они никогда не смогут использовать это в качестве доказательств против него в суде.
Конечно, есть еще Гильдия Каденса. Элвис Шоу предупредил его, что Мерсер Уайатт нанял ищейку для поиска реликвии. Не секрет, что Гильдии не всегда считали необходимым соблюдать юридические тонкости, когда дело доходило до выслеживания тех, кто воровал из их хранилищ.
Но он был в безопасности. Он был осторожен. И он был бесконечно умнее любого члена Гильдии.
Тем не менее, теперь у него была серьезная проблема. Вчера вечером все прошло ужасно неправильно. Он был блестящим пара-психиатром, специалистом по чтению людей, но по какой-то причине он просто не ожидал, что какой-то низкопробный вор-наркоман вроде Элвиса Шоу обманет его. Ублюдок фактически пригрозил устроить аукцион и продать реликвию тому, кто больше заплатит. У него не было выбора, кроме как убить Шоу. Не то чтобы он не собирался от него избавляться, как только завладеет реликвией.
Осознание того, что у него проблемы, пришло, когда он обыскивал умирающего. У Шоу не было реликвии.
Даже когда Шоу лежал при смерти, его кровь текла по кирпичам переулка, ублюдок смеялся.
— Я спрятал ее прошлой ночью в антикварном магазине. Казалось бы, идеальное место. Не думал, что кто-нибудь заметит ее, не со всем этим мусором, наваленным вокруг. Но ее нет. Ты облажался, чувак. Теперь ты никогда не найдешь ее».
Он разнес антикварный магазин, надеясь, что Шоу солгал ему, когда заявил, что реликвия пропала. Но в конце концов он был вынужден заключить, что вор сказал ему правду.
Теперь у него не было выбора. Вопреки собственному профессиональному суждению, ему придется использовать другого пациента из уличной поликлиники. Человек, которого он имел в виду, был бывшим охотником за привидениями, который сильно пострадал от пси-ожога и теперь находился под воздействием сильных лекарств. Пациент был чрезвычайно хрупок, но это состояние имело и преимущество, его было легче контролировать, чем Шоу.
Он поднялся по лестнице, осознавая, что все еще дрожит. Это была совершенно нормальная реакция на крайне стрессовую ситуацию, уверял он себя. Он был врачом. Он знал.
Араминта ждала Селинду, когда та вернулась в свою квартиру. Пыльный кролик сидел на перилах маленького балкона, выходящего на Старый квартал. Она была полностью распушена, виднелись только ее невинные голубые глаза. Не было никаких признаков красного артефакта.
Селинда рывком открыла раздвижную стеклянную дверь, подхватила ее и посмотрела ей в глаза.
— «Где ты была? С тобой все в порядке? Ты напугала меня. Ты никогда не вела себя так раньше».
Араминта весело улюлюкая запрыгнула ей на плечо. Селинда потянулась, чтобы погладить ее. — Никогда больше так не делай, ладно? Это очень действует на нервы».
Араминта успокаивающе что-то пророкотала.
— Ты где-то спрятала эту реликвию, не так ли? Надеюсь, ты понимаешь, что Дэвис Оукс не оставит нас в покое, пока не получит эту штуку.
Араминта проявила огромное равнодушие. Она издавала полные надежды звуки. Селинда сразу узнала их.
— Ты снова голодна, да? Что ж, на этот раз я не удивлена. Не скажешь, как долго ты бегаешь. Наверное, ты сожгла весь свой обед. Пойдем посмотрим, что есть в холодильнике».
Сумерки начали опускаться на Старый Квартал. Стена Мертвого Города начала слабо светиться. С наступлением темноты фоновое свечение наполняло окружающие кварталы бледно-изумрудным сиянием. Селинда думала об этом как о постоянном ночнике.
Она еще раз погладила Араминту. Вместе они вернулись в квартиру и в маленькую кухню. Большинство квартир в Старом квартале были маленькими, и эта не стала исключением. Все здания были построены в колониальную эпоху. Колонисты Первого поколения построили свои первоначальные постройки в тени древних стен, окружавших каждый из четырех обнаруженных Мертвых городов: Олд-Каденс, Олд-Резонанс, Олд-Фриквенси и Олд-Кристалл.
С годами, по мере того как новые человеческие города росли и распространялись на окружающие сельские районы, Старый квартал приходил в упадок. Многие районы с их узкими, тесными улицами и темными, вырисовывающимися зданиями стали пристанищем для изгоев, проституток и нищих.
Хотя в некоторых районах началась джентрификация (реконструкция пришедших в упадок городских кварталов путём благоустройства и последующего привлечения более состоятельных жителей), в Квартале еще можно было снять дешевую квартиру. Этот факт сильно повлиял на решение Селинды снять жилье здесь. У нее был очень ограниченный бюджет, когда она переехала в Каденс, чтобы начать все сначала. Но не только стоимость привела ее в Квартал. Как и у большинства сильных пара-резов, ее чувства приятно реагировали на нежный окружающий пси, который просачивался из древнего города.
Она открыла дверцу холодильника. Вместе они осмотрели содержимое. Там был большой кусок лазаньи, немного зелени, пакет молока и полупустая бутылка вина.
Араминта проявила большой интерес к лазанье.
«Ну, я собиралась съесть ее на ужин, но, похоже, сегодня вечером я обедаю вне дома, нравится мне это или нет, ты можешь съесть лазанью», — сказала Селинда.
Она положила лазанью в тарелку Араминты, стоявшую на полу, а затем пошла в спальню и открыла шкаф. После фиаско во Фриквенси ее общественная жизнь прекратилась. Она не собиралась покупать что-то более интересное, чем крайне консервативные деловые костюмы.
Сегодня ее выбор был ограничен двумя возможностями. То самое розовое платье, обтянутое прозрачным пластиком, не в счет. Она была совершенно уверена, что, надев его на свадьбу сестры, больше никогда не наденет. Розовый не ее цвет.
Вместо этого она созерцала классическое маленькое черное платье, висевшее сзади. Оно было с длинными рукавами и скромным вырезом. Последний раз его надевали на похороны. Она долго обдумывала это. Согласно «Десяти шагам к «Браку по Завету», черный всегда был в безопасности. Кроме того, девизом первого свидания было элегантность, а не провокация.
С другой стороны, существовала тонкая грань между элегантным и скучным, и, как ясно дал понять Дэвис, это не было началом ухаживаний в рамках «Брака по Завету».
Она отодвинула пару жакетов и изучила вариант номер два, гладкий, элегантный темно-фиолетовый с глубоким вырезом воротника-хомут и с открытыми плечами, который можно было назвать только провокационным.
Номер два, вероятно, не был хорошей идеей. Независимо от того, как все началось, это не было настоящим свиданием.
Но странное безрассудство, казалось, заменило ее обычный здравый смысл.
Она направилась в душ, сняв с себя одежду.
Через час она вдела вторую пару янтарных серег в уши и отошла, чтобы рассмотреть результаты в зеркале. Несмотря на суровую лекцию, которую она прочитала себе в душе, она не могла подавить легкий трепет предвкушения, охвативший ее.
«Думаешь, вырез слишком низкий?» — спросила она у Араминты.
Араминта сидела на комоде перед зеркалом и играла с блестящим тюбиком помады. Она подняла глаза на звук голоса Селинды и издала то, что Селинда приняла за одобрительный возглас.
— «Я не уверена.» — Селинда наклонилась вперед, изучая в зеркале драпировку струящейся ткани выреза. Было много тени и не много декольте, но в целом все выглядело прилично.
«Может быть, серьги — это слишком», — сказала она Араминте. — «Если есть тонкая грань между элегантным и скучным, то грань между сексуальным и распутным еще тоньше. Что ты думаешь?»
Раздался звонок в дверь. Араминта подпрыгнула вверх и вниз, уронила помаду и запрыгнула на голое плечо Селинды. Селинда чувствовала, как четыре из шести лап пыльного кролика вцепились в ее голую кожу.
— Следи за когтями, — сказала она. Предупреждение, вероятно, было излишним. Араминта никогда не царапала ее, даже случайно.
Ночь была теплой и влажной. В накидке не было необходимости. Она надела сандалии на высоком каблуке и прошла по короткому коридору, чтобы открыть дверь.
Араминта теперь бурно хихикала, едва сдерживая себя.
— Блин, — пробормотала Селинда. — Если тебе так нравится Оукс, почему ты сбежала с его реликвией?
Араминта, конечно же, проигнорировала вопрос. Но ее волнение было очевидным.
Селинда остановилась перед дверью, чтобы посмотреть в глазок.
Ее пульс сразу же участился при виде Дэвиса, стоящего с другой стороны. Он выглядел так, словно только что сошел с обложки журнала в черных брюках, элегантной черной куртке и черной рубашке с расстегнутым воротником. Единственными пятнами цвета были его янтарные запонки и янтарный циферблат часов.
Но по-настоящему поразительным аксессуаром был большой шар голубоглазого ворса, сидящий у него на плече. Это объясняло волнение Араминты. Она почувствовала другого пыльного кролика.
Пораженная, Селинда открыла дверь. — «Неудивительно, что ты так много знаешь о комочках пыли», — сказала она.
— Это Макс, — сказал Дэвис.
Макс и Араминта издали друг другу тихие приветственные звуки и моргнули ясными глазами.
Селинда отступила, пропуская Дэвиса и Макса в крошечный вестибюль. Ее удивление сменилось глубоким подозрением. — Ты привел Макса, потому что думаешь, что он сможет найти артефакт, спрятанный Араминтой?
— Нет, — сказал Дэвис. — Я не поэтому привел его сегодня вечером.
«Зачем тогда?» — спросила она, все еще настороженно.
Он слабо улыбнулся. — Подумал, что, поскольку мы с тобой будем заняты, он сможет скрасить вечер с Араминтой. Я сомневаюсь, что Вердигрис будет рад животным. Думаю, что мы можем оставить этих двоих в машине, пока будем есть.
Араминта издала более тихие писклявые звуки. Макс ответил взаимностью.
«Ну, похоже, они понравились друг другу», — сказала Селинда, все еще немного обеспокоенная ситуацией. — Как ты нашел Макса?
«Он нашел меня. Начал приходить к задней двери несколько месяцев назад, после того, как я вышел из… — Дэвис резко замолчал. — «Совершил ошибку, накормив его. Следующее, что я осознал, что он переехал ко мне».
«Точно также было и с Араминтой. У меня есть предчувствие, что пыльные кролики выбирают людей, к которым они хотят привязаться, по причинам, которые мы, вероятно, никогда не выясним».
«Таинственные пыльные кролики», — согласился он. Он осмотрел вырез с мужским одобрением. — «Отличное платье».
Она немного покраснела. — «Спасибо. Отличная куртка.»
— «Спасибо.»
Наступила короткая пауза. Селинда попыталась придумать, что сказать или сделать дальше. Теперь, когда правила, запрещающие носить провокационное платье и разрешающее на первом свидании забрать вас из дома, были нарушены, дела быстро становились мрачными. Она определенно была на скользкой дорожке, но должна была признать, что это было захватывающе.
«Готова?» — спросил Дэвис.
«Да.» — Она взяла маленький клатч со стола в холле и последовала за ним на площадку. Она остановилась, чтобы закрыть замок, а затем бросила ключ в сумочку.
Они спустились вниз, в крошечный холл. Входная дверь миссис Фернелл резко распахнулась. Бетти Фернелл выглянула. Она была одета в розовые спортивные штаны и топ в тон, ярко-розовые кроссовки и множество огромных украшений, которые она купила в магазине. Ее белые волосы были тщательно завиты в форме шлема, а круглое лицо светилось жадным любопытством.
Она бросила Дэвису не слишком осторожный взгляд, прежде чем приколоть Селинду с притворной невиновностью.
— О, привет, дорогая. — Она подняла маленький пластиковый мешок, который держала в руке. — Я как раз собиралась вынести мусор.
— Добрый вечер, миссис Фернелл. — Селинда поколебалась, а затем решила, что у нее нет другого выбора, кроме как представить Дэвиса. — Это мистер Оукс.
Дэвис протянул свою руку. — Очень приятно, миссис Фернелл.
Бетти энергично пожала ему руку. — Я вижу, у тебя тоже есть один из этих маленьких пыльных комочков. Милые маленькие дьяволята.
«Да, мэм.» — Он посмотрел на пластиковый пакет. — Хотите, я выброшу это в мусорный бак?
«Боже, нет, даже не мечтаю об этом, не тогда, когда вы все так роскошно одеты».
— Тогда, если вы извините нас, мы пойдем».
«Хорошо провести вечер/ Повеселитесь», — сказала Бетти.
— Обязательно, — заверил он ее.
Селинда была поражена тем, как безошибочно собственнически он взял ее за руку, открыл входную дверь и вывел ее на улицу.
— Полагаю, это твое алиби на прошлую ночь? — спросил он, звуча весело. — Хозяйка, которая может поручиться за то, что ты была дома одна между полуночью и тремя часами ночи?
«Миссис. Фернелл не упускает ничего из того, что здесь происходит.»
«Да, у меня сложилось такое же впечатление. Она так встречает все твои свидания?
«Не имею представления. Ты первое свидание, которое у меня было с тех пор, как я переехала сюда, в Каденс.»
«Сложно поверить.»
Она не знала, как это интерпретировать, поэтому отпустила.
— Как давно ты в городе? — спросил он, открывая дверцу гладкого черного Фантома 3000.
«Четыре месяца.» — Селинда села в машину. Так почему же ее интуиция подсказывала ей, что он уже знает ответ на этот вопрос? Может быть, это был тонкий пульс в его пси-волнах.
Пассажирское сиденье нежно обволакивало ее, как одетый в кожу любовник. Араминта перепрыгнула с плеча на спинку сиденья. Дэвис закрыл дверь и обошел машину.
Селинда исподтишка вдохнула безошибочно узнаваемый запах дорогой машины и постаралась не выглядеть впечатленной. Она решила, что консалтинговый бизнес, очевидно, хорошо оплачивается. Кем бы он ни был, Дэвис не был обычным детективом.
Однако, когда он сел рядом с ней, она внезапно осознала, насколько близким и интимным было внутреннее пространство «Фантома».
— Где ты жила до того, как приехала сюда? — спросил Дэвис, запуская двигатель.
Без сомнения, ее допрашивали. Ну, в конце концов, он был частным сыщиком. Она не должна об этом забывать.
— Фриквенси Сити, — сказала она, немного грубовато.
«Я просто общаюсь. Это то, что нужно делать на свидании, не так ли? — Он отвел «Фантом» от бордюра. — «Поправь меня, если я ошибаюсь, но у меня складывается впечатление, что ты предпочитаешь не говорить о своей жизни во Фриквенси».
«Извини. Не хотела быть грубой. Дело в том, что завтра мне нужно вернуться в Фриквенси, чтобы присутствовать на свадьбе, и я не жду этого с нетерпением».
— Чья свадьба?
— «Моей сестры. Брак по Завету. Думаю ты понимаешь».
— «Ах, да.»
Она заметила, что его челюсть стала очень жесткой.
— «Я подружка невесты», — сказала она.
— «Мне казалось, что профессиональной свахе понравятся свадьбы».
Это было первое свидание, и была вполне реальная вероятность того, что другого может и не быть. Нет нужды вмешиваться в дела, копаясь в ее грязном прошлом. Она улыбнулась ему своей самом лучезарной улыбкой.
— Ты бы понял, если бы увидел платье, — сказала она.
— Какое платье?
— То, в котором я должна быть.
Он бросил на нее быстрый любопытный взгляд. — «Что с этим не так?»
— «Оно розовое. Вся свадьба будет розовой. Это любимый цвет моей сестры».
— «Понятно. Если не считать того факта, что все будет розовым, у тебя нет проблем со свадьбой? Это ведь не один из тех кошмарных сценариев, когда твоя сестра выходит замуж за твоего бывшего парня или что-то в этом роде, не так ли?»
— «Точно нет. Моя сестра выходит замуж за замечательного человека. Я сама свела их. Просто мне немного неловко возвращаться во Фриквенси».
— «Почему?»
— Обычная история, — сказала она, стараясь говорить непринужденно. — «У меня нет пары. Ты знаешь, как это будет. Все начнут пытаться играть в свах. Особенно неловко, когда ты эксперт».
Это было правдой, насколько это было возможно, но это было далеко не полная история. Если повезет, может, он и не заметит.
— Поверь мне, я целиком и полностью сочувствую тебе, — мрачно сказал он. — «У меня есть несколько свадеб, которые я должен посетить этим летом».
«Не одна?» — рискнула она.
— Похоже на то.
«Ну, сейчас сезон. Не то чтобы у тебя было много вариантов. Существует не так много оправданий для уклонения от «Брака по Завету», если люди, которые женятся, являются друзьями или членами семьи».
Макс и Араминта сидели очень близко друг к другу на спинке сиденья и увлеченно болтали.
— Как ты думаешь, о чем они говорят? — сказал Дэвис, поворачивая за угол.
«Кто знает?» — Селинда повернула голову, чтобы посмотреть на пару. — «Я никогда не видела, как комочки пыли взаимодействуют друг с другом. На самом деле, пока Араминта не удочерила меня, я никогда не видела ни одного, только на фотографиях».
«То же самое. После того, как Макс перебрался ко мне, я поговорил со своим университетским другом-биологом. Он сказал мне, что очень мало известно о комочках пыли. Их никогда не считали опасными, поэтому никогда не выделялось финансирования для их изучения».
«Слава небесам». — Селинда вздрогнула. — «Я даже не хочу думать о том, что может случиться, если некоторые ученые решат, что комочки пыли следует изучить в лаборатории».
«Что-то мне подсказывает, что пушки достаточно умны, чтобы избежать такой участи».
«Кажется, они могут исчезать, когда захотят. Иногда Араминта ускользает ночью и возвращается только на рассвете. Я понятия не имею, куда она ходит и как вообще выходит из квартиры».
«Макс иногда делает то же самое». — Дэвис притормозил перед светофором. — «Просто еще одна загадка пыльного кролика».
Разговор прекратился. Селинда попыталась придумать безопасный способ перезапустить его.
— «Каково быть консультантом по безопасности?» — она спросила.
Он пожал плечами, глядя на светофор. — «Меня устраивает. Не могу придумать ничего другого, в чем бы я был хорош. Каково это быть свахой?»
Ее профессия была тем, о чем она не хотела говорить сегодня вечером. Когда ты сваха, специализирующаяся на «Браках по завету», ты всегда сосредоточена на долгосрочной перспективе. Это было свидание, нарушающее правила, с самым интересным мужчиной, которого она когда-либо встречала, и она была почти уверена, что отношения обречены. С другой стороны, сегодня вечером она уже закрыла одну тему для разговора и спросила его о работе.
«Очень приятно, когда все идет хорошо, — сказала она. — «Угнетает и расстраивает, когда это не так».
— «Ты имеешь в виду, когда ты не можешь найти пару для кого-то?»
— «Найти совпадение обычно не проблема». — Она колебалась, думая о катастрофе в Фриквенси Сити. — «Правда, бывают случаи, когда невозможно подобрать клиенту пару, но такие случаи, к счастью, редки. Настоящие проблемы начинаются, когда людям не нравятся варианты, которые я предлагаю, и они отказываются даже встречаться с потенциальным партнером».
Он бросил на нее быстрый взгляд, приподняв брови. — Так часто бывает?
«Чаще, чем хотелось бы. К сожалению, когда дело доходит до «Брака по завету», многие люди имеют очень фиксированное представление о том, чего они хотят от партнера. Во многих случаях эти представления совершенно неверны. Бывают случаи, когда я не могу убедить очень упрямого клиента попробовать отступить от своих представлений и последовать моему совету».
— Что ты делаешь в таких случаях?
«Расторгаю с клиентом агентский договор и возвращаю уплаченный гонорар. Консультанты по вопросам брака стараются любой ценой избежать ответственности за неудачные браки. Это не очень хорошо для бизнеса в сфере, где рефералы (участник программы, пришедший по рекомендации другого участника) — это все».
— «Понятно. До тех пор, пока законы о браке не будут смягчены, застрять в плохом БЗ равносильно тюремному заключению».
Он решил, что это может быть или не быть хорошей вещью. Если Селинда решила подразнить его, потому что он ей нравился, это было превосходно. Но, по всей вероятности, она дразнила его, чтобы отвлечь от пропавшей реликвии. В любом случае, как он и ожидал, вечер получился интригующим. Разочаровывает, одно. Он был наполовину возбужден с тех пор, как заехал за ней.
Им удалось выдержать пару бокалов вина и ужин, не обсуждая артефакт. На самом деле, три часа спустя, когда принесли чек, Дэвис был немного ошеломлен, осознав, как много они говорили, даже не затрагивая такие щекотливые темы, как реликвия и Гильдия.
Либо Селинда была экспертом в искусстве отвлечения внимания, либо она действительно чувствовала то же самое, что и он.
Она подняла глаза, когда официант вернулся с пластиковой коробкой, в которой была недоеденная часть ее жареной рыбы.
— Спасибо, — сказала она, беря коробку.
Дэвис поднялся на ноги. — Это тебе или Араминте?
«Араминте. Я же говорила, в последнее время она ест как очень большое животное. Я немного волнуюсь, если честно. Макс много ест?
Дэвис пожал плечами. — «Кажется, разумно для животного такого размера».
— Чем ты его кормишь?
«Кажется, он счастлив есть то, что ем я». — Он слегка улыбнулся. — «Или пью. Всякий раз, когда я открываю бутылку пива, он настаивает, чтобы я дал ему немного».
«Интересно, что они едят в дикой природе?»
— Наверное, лучше не знать.
Снаружи воздух был теплым, обволакивал шелковистым плащом. Ночь была освещена слабым зеленым свечением ближайшей стены Мертвого Города. Парковка вокруг ресторанов и ночных клубов всегда была в большом почете в Квартале. Ему пришлось оставить «Фантом» в полутора кварталах на узкой боковой дорожке.
— Почему бы тебе не подождать здесь, — сказал он Селинде. — Я подгоню машину.
— Все в порядке, — сказала она. — «Мне нравится энергия здесь, в Квартале, особенно ночью».
Она тоже это чувствовала, подумал он. Энергия ночи была вокруг них. К черту эту чертову реликвию. Он подумает об этом позже. В следующем году, может быть.
Он посмотрел на нее. — «Ты права. Потрясающее ощущение».
Она улыбнулась.
Он взял ее за руку, наслаждаясь ощущением мягкой обнаженной женской кожи под пальцами. В мгновение ока его чувства широко открылись для ночи и женщины рядом с ним. Не дави; ты не хочешь ее спугнуть. Но она не выглядела испуганной.
Ему удалось немного подождать, пока они не покинули главную улицу и не зашли глубже в темный переулок, где был припаркован «Фантом». Он остановился перед темным дверным проемом, повернул к себе Селинду и заключил ее в свои объятия. Она не сопротивлялась. Ее руки легли ему на плечи.
В слабом зеленом сиянии, исходившем от высокой кварцевой стены в дальнем конце переулка, он мог видеть, что ее глаза были глубокими и загадочными, а губы были слегка приоткрыты. Определенно не испугалась.
Он обнял ее и крепко поцеловал, позволив ей почувствовать прилив, разогревающий его кровь.
Она издала тихий, настойчивый звук. Ее руки соскользнули с его плеч, обвивая шею. Она чуть-чуть приоткрыла губы и дала ему вкус знойного жара, ожидавшего его.
Целовать ее было все равно, что спуститься в катакомбы и получить дозу инопланетного пси, только лучше. Этот кайф пронесся сквозь него с силой надвигающейся летней бури. Это было очень сексуально, но это было нечто большее, что застало его врасплох. В поцелуе было ощущение сногсшибательной правильности. Она была как раз тем, в чем он нуждался.
Она прошептала что-то, что он не совсем понял. Ее пальцы сжали его волосы. Он чувствовал, как ее мягкие груди прижимаются к его груди.
Он почувствовал, что его контроль начал ускользать. Этого не случалось… он даже не мог вспомнить когда. Вместо того, чтобы заставить его чувствовать себя неловко, он внезапно почувствовал себя свободным, чего не было уже много лет.
Голод внутри него усилился. Он затащил Селинду глубже в дверной проем и прижал ее к каменной стене, удерживая ее. Она прикусила ему мочку левого уха. Он почти кончил. Он не мог поверить, что она использует свои зубы на нем.
Он провел руками вниз по обеим сторонам ее тела, смакуя очертания груди, талии и бедер. Она не пыталась его остановить. На самом деле, он чувствовал, как одна из ее изящно изогнутых икр скользит вверх по его брюкам. Она немного вздрогнула в его руках.
Он нашел подол ее платья и задрал его до талии. Затем он схватил ее за ягодицы и начал поднимать, чтобы у нее не было выбора, кроме как обхватить его ногами и крепко сжать, просто чтобы удержаться.
Она ахнула и оторвала свой рот от его.
— Подожди, — выдавила она, затаив дыхание. — «Подожди минутку. Я думаю, что все немного вышло из-под контроля».
Он застонал. — Селинда…
— Нам обоим нужно немного остыть, — сказала она, сделав несколько глубоких вдохов. — «Я имею в виду, что это даже не настоящее свидание. Больше похоже на деловой ужин».
Он пришел в себя с дезориентирующим толчком.
Какого черта он делал? Они познакомились только сегодня днем и он собирался взять ее перед грязной стеной. Он никогда в жизни не ставил женщину к стене. Он поймал ее лицо ладонями и прижался лбом к ее лбу.
«Не знаю, как по-твоему, — сказал он, — но должен тебе сказать, что мои деловые ужины обычно так не заканчиваются».
Она одарила его улыбкой. — Мои тоже.
Он открыл рот, чтобы извиниться. Звук шагов заставил его похолодеть. На улицах Старого квартала было много людей, наслаждающихся теплой летней ночью, но до сих пор он и Селинда были одни в этом крошечном переулке. Он внимательно прислушался.
«В чем дело?» — прошептала Селинда, тихо.
— Наверное, ничего. — Он говорил прямо ей в ухо.
«О, боже. Это мое первое свидание за четыре месяца, и меня ограбят, верно?»
Очень нежно он закрыл ей рот рукой, чтобы она замолчала. Он слегка повернул ее, чтобы наблюдать за входом в переулок из-под прикрытия затененного проема.
Позади него на фоне ярких огней главной улицы вырисовывался силуэт. Он был высоким и худощавым, похожим на пугало. Были видны очертания свободной ветровки. На его глаза была низко надвинута кепка.
Фигура колебалась несколько секунд, словно ища свою добычу. Через некоторое время он осторожно двинулся вперед, направляясь к «Фантому».
Дэвис снова прижался ртом к уху Селинды.
— «Оставайся здесь.»
Это был приказ, а не предложение. Он мог сказать, что ей это не понравилось, но он был почти уверен, что она была слишком умна, чтобы саботировать его в этот критический момент, устроив сцену.
Он отпустил ее и тихо вышел из дверного проема.
Фигура в кепке достигла Фантома. Он наклонился, чтобы осмотреть через окно темный салон.
— " Что-то ищешь?» — спросил позади него Дэвис.
Пугало на мгновение замерло. Затем он рывком выпрямился и обернулся. Дэвис мельком увидел изможденное лицо с мертвыми глазами, а затем переулок взорвался бушующим пламенем зеленого призрачного света.
Не один, а два диких, кислотного цвета шара инопланетной пси-энергии вспыхнули и запульсировали по обе стороны от него, поймав его в ловушку.
Сдвоенный (Двойной) свет, подумал Дэвис. Было не так много охотников, которые могли бы создать допп (Доппельгангер (сдвоенный, двойник)), особенно за пределами туннелей. У него был некоторый иммунитет — он происходил из длинной линии охотников, а почти все охотники за привидениями могли выдержать контакт с призрачным светом, — но никто, охотник ты или нет, не мог пережить близкое столкновение с таким количеством сырой энергии.
Селинда наблюдала за разворачивающейся сценой из проема, в ужасе. Некоторые из друзей ее брата были охотниками за привидениями. Она видела, как они время от времени генерировали маленькие НПДЭ, но ничего такого размера и уж точно не два одновременно. В сияющей зеленой энергии, испускаемой призраками-близнецами, она увидела Дэвиса, прижатого к кирпичной стене.
Она всегда слышала, что призрака может остановить только другой призрак. Дэвис сказал ей, что он из семьи охотников. Почему он не дал отпор собственным призраком? Потом она вспомнила еще кое-что, что он ей сказал:
Может быть, он не мог создать призрака. В таком случае ему угрожала смертельная опасность. Она достаточно знала об охоте за привидениями, чтобы понимать, что человеку, создавшему НПДЭ, приходилось сильно концентрироваться, чтобы поддерживать его. Единственное, что она могла придумать, это попытаться отвлечь мужчину в кепке.
Она бросилась из проема, направляясь к огненному зрелищу. Но не успела она сделать и нескольких шагов, как призраки-близнецы вдруг начали хаотично кружиться. В следующую секунду они распались.
Человек в кепке, похоже, запаниковал. Он побежал в ее направлении. Дэвис рванул за ним.
Рядом взревел автомобильный двигатель. Через долю секунды из переулка вылетела темная машина, чуть не сбив ее. Она едва успела отскочить назад. Очень высокий каблук ее вечерних сандалий выскользнул из-под нее. Она упала, тяжело приземлившись на спину.
Машина резко остановилась менее чем в двух футах от того места, где она сидела на земле. Окно со стороны водителя было опущено. Она смогла разглядеть лишь темный профиль. Инстинктивно она открыла свои чувства. Она была достаточно близко, чтобы уловить сильно взволнованную пси-энергию, испускаемую человеком за рулем.
Она услышала, как открылась дверь со стороны пассажира. Человек в кепке нырнул головой на переднее сиденье. Водитель вдавил педаль газа в пол, целясь прямо в Дэвиса.
Пока Селинда смотрела, Дэвис отскочил в сторону. Автомобиль свернул в другой переулок и исчез, визжа шинами.
Высокие каблуки стучали по тротуару.
— «Дэвис. Дэвис, с тобой все в порядке?»
Он повернулся и увидел, что к нему спешит Селинда. Как женщины бегают на высоких каблуках? Одна из величайших загадок природы.
— «Я в порядке.»
Это была наглая ложь. Она чуть не погибла у него на глазах, ублюдки удрали, а он вытянул достаточно серебряного света, чтобы расплавить янтарь, а это означало, что его ждет обычное дожигание и сон. Он не был в порядке ни с чем из этого. Но учитывая, что ситуация могла быть гораздо хуже, он решил, что имеет право на небольшое уклонение.
«Слава небесам». — Она остановилась перед ним, с тревогой глядя на него. — Я боялась, что тебя по меньшей мере обожгло. Я никогда не видела столько призрачного света. Это было похоже на сцену из фильма ужасов».
«Их называют двойниками. Двойные призраки. Их могут добыть не многие охотники, тем более такие крупные, да еще и на земле. Парень хорош».
— Ты уверен, что с тобой все в порядке?
— Да, — сказал он сквозь стиснутые зубы. — «А ты?»
— «Я в порядке.» — Одной рукой она провела по своим стройным ягодицам. — Но это платье испорчено.
Она была в безопасности. Он вдруг сильно разозлился. — «О чем, черт возьми, ты думала? Этот сукин сын чуть не расплющил тебя. Я сказал тебе оставаться в дверях.»
Она моргнула, испугавшись его тона, а затем вздернула подбородок, явно раздраженная. — «С того места, где я стояла, казалось, что тебе нужна помощь. Я подумала, что, возможно, смогу отвлечь охотника. Я всегда слышала, что призраки распадаются, если человек, создавший их, теряет концентрацию».
— В следующий раз ты делаешь то, что я тебе скажу, поняла?
Наступила тишина.
Она очень деликатно откашлялась. — «Такого рода вещи часто случаются, когда ты ходишь на свидания?»
— «Знаешь, такой вопрос — ставит меня в тупик. Пойдем, я отвезу тебя домой».
— «Ты сердишься.»
Он начал возвращаться к машине. — «Ты напугала меня до чертиков, когда выбежала из дверного проема и тебя чуть не сбил водитель того парня».
— Думаешь, тот человек в кепке хотел нас ограбить или украсть твою машину?
— «Сомневаюсь, что вокруг много грабителей или угонщиков автомобилей, которые могут создать такую жару. Преступник с такой силой должен управлять целой чертовой преступной империей.
— «Дэвис? В чем дело? Ты злишься на меня не только за то, что я не осталась на месте. Здесь происходит что-то еще. Ты уверен, что тебе не больно? И вообще, что случилось с этими двумя призраками? Я не видела, чтобы ты генерировал контр-призраков. Парень просто испугался и убежал?»
— «Нет.» — Он подошел к машине и очень крепко сжал ручку двери со стороны пассажира. Он обдумывал, сколько ей рассказать, а затем решил озвучить отфильтрованную версию правды. — Я же говорил, что я из семьи охотников.
— «Да, я знаю.» — Она посмотрела ему в лицо. — Но ты сказал, что другой.
— «Да. Но я все еще охотник. Вроде, как бы, того.»
Она уставилась на него. — «Ты хочешь сказать, что эти призраки исчезли, потому что ты их обезвредил?»
— «Да.»
— «Чем? Я не видела никакого призрачного света».
— «Я работаю с призрачной энергией с другого конца спектра. Его почти не видно невооруженным глазом. Он называется — серебряным светом.»
— «Я не знала, что призрачная энергия может генерироваться более чем из одной точки спектра».
— «Это редкий талант, и Гильдии стараются держать его в секрете».
— «Почему?»
— Традиции, в основном, — сказал он намеренно расплывчато. Ему было уже не до объяснений. Он изучал салон «Фантома». — Похоже, Макса и Араминты нет.
— «Что?» — Отвлекшись, Селинда обернулась и вгляделась в затененное переднее сиденье автомобиля. — «Боже мой, они ушли. Но как?»
— Должно быть, вылезли через окно, которое я для них приоткрыл.
— «Может быть, они испугались, когда увидели призраков-близнецов, и убежали». — Она выпрямилась и с тревогой посмотрела в сторону ближайшего темного переулка.
— Араминта? — она позвала.
Ответа не последовало.
— У тебя есть фонарик? — сказала она Дэвису.
Он взглянул на темный, как полночь, вход в переулок. Слабое кислотно-зеленое свечение стены Мертвого города еще даже не начало проникать в его зловещие глубины.
— «Конечно, но мы не будем использовать его, чтобы обследовать тот переулок. У меня было достаточно волнений для одной ночи. Садись в машину, Селинда.»
— Но если Макс и Араминта сильно напуганы, они могут не выбраться сами.
— «Не знаю насчет Араминты, но могу сказать, что Макс не сбежал бы только из-за парочки призраков. Нет, если бы он знал, что я был поблизости. Я предполагаю, что они ушли по своим собственным делам, пока мы ужинали, задолго до того, как появился парень в кепке.»
Он взял ее за руку и мягко усадил на пассажирское сиденье. Она неохотно скользнула в машину. Он мельком увидел прекрасно округлившееся бедро. В качестве дополнительного бонуса в прорехе фиолетового платья виднелась полоска кружевных черных трусиков. Все внутри него напряглось. Он уже был возбужден после конфронтации в переулке. Ожог сильно ударил по нему.
Она подняла взгляд, слегка нахмурив брови. — Но почему они ушли? — Тревога расширила ее глаза. — Боже мой, ты думаешь, что Макс увел Араминту, потому что у него есть на нее планы? Может быть, он где-то там прямо сейчас соблазняет ее.
До него дошло, что с этого наблюдательного пункта ему открывается прекрасный вид на манящий вырез ее платья. Он вздохнул. Не то время и определенно не то место. Просто, гребанная удача.
— «Они пыльные кролики, Селинда, а не пара несчастных влюбленных. Они вернутся, когда будут готовы».
«Если твой пушок воспользуется Араминтой, я возложу на тебя всю ответственность».
Он ничего не сказал, только посмотрел на нее.
Она вздрогнула. — «Извини. Это прозвучало как-то глупо. Я имею в виду, что ни один из нас не знает, как думают пыльные комочки, не говоря уже о том, каковы их брачные привычки.»
— Не может быть хуже, чем у меня, — пробормотал Дэвис.
— «Что ты сказал?»
Он сделал вид, что не услышал вопроса, и очень осторожно закрыл дверь.
Когда он сел рядом с ней и завел двигатель, она повернулась на сиденье, обеспокоенно изучая его.
— Ты выглядишь как-то странно, — сказала она.
— «Спасибо за комплимент.»
— Ты же не собираешься упасть в обморок или что-то в этом роде?
— Или что-то в этом роде, — сказал он задумчиво. — Но пока нет.
— «Может быть, мне стоит сесть за руль».
Он очень крепко сжал руль и отъехал от бордюра. — «Я все еще в состоянии вести».
Она не выглядела полностью успокоенной, но еще раз повернулась, чтобы посмотреть на переулок.
— А как насчет Макса и Араминты?
— «Они знают дорогу домой. Квартал не такой уж и большой. Твоя квартира всего в полумиле отсюда. Моя квартира так же близко, но в противоположном направлении».
Она не ответила на это, но откинулась на спинку сиденья и пристегнула ремень безопасности. У него было тревожное ощущение, что она задумалась. Вероятно, это означало, что впереди ждут неприятности.
Он заставил себя сосредоточиться на дороге, пробираясь обратно в район Селинды через лабиринт узких улочек и переулков, пронизывающих Квартал.
— Насчет того, что ты, вроде бы, как, охотник, — спросила Селинда подозрительно равнодушным тоном.
Было слишком много надежд, что она пропустит его предыдущее объяснение, подумал он.
— Это не мое. — Он остановился на светофоре. — «Оукс Секьюрити — это мое. Я не член Гильдии.»
— «Но ты можешь обезвреживать призраков?».
— «Да. Но, как я уже говорил тебе, у меня способность работать с серебряным светом — это не обычный талант. Это одна из причин, по которой я никогда не вступал в Гильдию.»
— «Но ты диссонансно-энергетический пара-резонатор», — настаивала она, осторожно, но решительно.
— «Да.»
Она снова откашлялась. — «Могу ли я предположить, что ты сейчас находишься в той фазе, которую они называют дожиганием?»
Разговор быстро портился. Это было похоже на замедленную съемку крушения поезда.
— «Это один из терминов этого», — сказал он.
— «Это адреналин и тестостерон, верно?»
— «Я не подросток, Селинда. Я могу справиться со своими гормонами».
— Я слышала о дожигании, — продолжила она тем же вежливым, слишком нейтральным тоном. — «Большой прилив тестостерона».
— «Похоже, почти все слышали об этом синдроме».
— «Да, ну, мне очень не хочется тебе это говорить, но женщины многое рассказывают».
Верно, и он вполне мог догадаться, что женщины говорят об охотниках, находящихся во власти дожигания. Слухи были правдой, и они в значительной степени способствовали возникновению давнего негативного отношения общества к Гильдии.
Нельзя было обойти стороной тот факт, что нет ничего лучше, чем вытащить маленький призрачный свет, чтобы ввергнуть мужчину в состояние полномасштабного сексуального возбуждения. Чем больше призрак, тем сильнее физическая реакция. Это объясняло, почему матери предупреждали своих дочерей держаться подальше от охотников и почему бары и таверны в Старом квартале, которые обслуживали мужчин Гильдии, были популярны у женщин, студенток, ищущих приключений, и девичников.
— Не волнуйся, я не собираюсь прыгать на тебя, — сказал он.
— «А я так надеялась».
Вздрогнув, он бросил на нее быстрый испытующий взгляд. В янтарном свете приборной панели он мог видеть, что уголок ее рта изогнулся вверх, может быть, чуть-чуть дернулся.
— «Небольшой совет». — Свет изменился. Он включил чувствительный переключатель скоростей с двумя магнитами. — «Сейчас не лучшее время, чтобы дразнить меня».
— «Конечно.»
— Тебе не страшно? — он спросил.
«Нет. Ты полностью себя контролируешь».
Он ненадолго задумался. — Откуда ты знаешь, что я все контролирую?
Она слегка пожала плечами. — Я просто это знаю.
— Ты кажешься очень уверенной.
— «Да.»
Он хотел спросить ее, почему она была так чертовски уверена, что он не собирается набрасываться, но решил, что, вероятно, будет хорошей идеей перестать говорить о чем-либо, даже отдаленно имеющем отношение к сексу.
— Я расплавил янтарь, имея дело с этим доппом, — тихо сказал он. — «Знаешь, что это значит?»
— Что после тебе придется поспать несколько часов?
— «Верно. Мне нужно отвезти тебя домой, а потом вернуться к себе, пока я не отключился.
— «Я понимаю.»
Он свернул за угол и поехал по другой тесной улице. Всего три квартала. Он мог это сделать.
Казалось, прошла вечность, прежде чем он поставил «Фантом» на пустое парковочное место у обочины перед квартирой Селинды. Он заглушил двигатель, отстегнул ремень безопасности и открыл дверь.
— Не стоит, — быстро сказала Селинда. — Тебе не нужно провожать меня. Все будет хорошо.»
— Я провожу тебя до твоей двери.
— «Часики тикают. Тебе понадобится время, чтобы вернуться домой.»
Он стиснул задние зубы. — Я сказал, что провожу тебя до твоей двери.
Она вздохнула. — Хорошо, пусть будет так.
— «Как?»
— «Упрямый, твердолобый и неуживчивый».
— «Эй, отдай мне должное. Я хорош во всех этих вещах».
— «Я думаю, это правда, что говорят. У каждого свой талант».
Она уже вышла из машины, когда он добрался до ее стороны машины. Он взял ее за руку.
Он сразу понял свою ошибку. Он никогда не должен был прикасаться к ней. Физический контакт имел эффект, похожий на передачу энергии через настроенный янтарь, за исключением того, что в этом случае не только его пси-энергия была внезапно очень, очень сфокусирована. Казалось, что каждая клеточка его тела была прикована к женщине рядом с ним, требовала приблизиться, проникнуть в нее.
Он был опьянен ее неповторимым ароматом, смесью травяного шампуня и эссенции чистой Селинды. Он не хотел просто прикасаться к ней; он хотел погладить каждую частичку ее тела от пальцев ног до ушей. Он хотел повалить ее на тротуар и самым примитивным образом завладеть ею.
Сила его ответа застала его врасплох. Он не был в стандартном дожигание. Он знал это состояние, знал, как с ним справиться. Это было другое. Он не просто хотел переспать; он хотел Селинду. Ни одна другая женщина не подойдет сегодня вечером. Если он не может иметь ее, он не хотел никого другого.
Дверь Бетти Фернелл распахнулась, когда они вошли в холл первого этажа. Бетти вышла, сияя.
— О, привет, вы двое, — весело пропела она. — Хорошо провели время?
— Не скучно, — сказала Селинда.
— Милостивый, что случилось с твоим платьем, дорогая?
— Произошла небольшая авария, — сказала Селинда.
— «Оно порвано».
— Да, — согласилась Селинда, — боюсь, что да. Спокойной ночи, миссис Фернелл.
— «Спокойной ночи. Спи сладко.» — Бетти закрыла дверь с явной неохотой.
— Будь готов снова оказаться загнанным в угол, когда будешь спускаться вниз, — мягко предупредила Селинда.
— Я буду готов, — пообещал он.
Он проводил ее наверх к двери ее квартиры и подождал, пока она доставала свой ключ.
— Надеюсь, Араминта дома, — сказала она.
— Если нет, я уверен, что она вернется к рассвету. Когда Макс убегает, он всегда возвращается к завтраку».
Он взял у нее ключ, резанул замок и открыл дверь.
Селинда прошла в холл. И остановилась, напрягшись.
— «Меня ограбили».
Он посмотрел мимо нее в маленькое пространство. Два ящика в холле были выдвинуты, а содержимое выброшено на пол. С того места, где он стоял, он мог видеть часть гостиной. Диван и кресла были опрокинуты. Влажный ночной воздух проникал через открытую балконную дверь. Точка входа для злоумышленников, подумал Дэвис.
— Мои вещи, — взвыла Селинда. Она начала врываться в квартиру.
Дэвис схватил ее за руку. — «Погоди. Ты не войдешь, пока я не удостоверюсь, что внутри чисто».
«Но-"
— «Это то, чем я занимаюсь, помнишь? Я продолжаю говорить тебе, что я работаю в сфере безопасности». — Он перешел в зал. — «Жди здесь.»
— «Я не хочу мешать профессионалу делать его работу, но что именно ты будешь делать, если у парня окажется пистолет?»
— Я покажу ему свою. — Дэвис наклонился и вытащил маленький пистолет из кобуры на щиколотке.
Селинда посмотрела на оружие с загадочным выражением лица. — Похоже на мини-маг-рез.
— «Это. Новейшие и лучшие технологии».
— Частным лицам запрещено владеть маг-резами, — сказала она очень чопорно.
— Да, я слышал.
Он вошел в квартиру и провел быстрый, тщательный осмотр, а затем вернулся к входной двери.
— Все чисто, — сказал он. — «Похоже, они пришли и ушли через балконную дверь».
— О, боже, платье.
Он нахмурился. — Какое платье?
— Мое платье подружки невесты, — сказала она, проскользнув мимо него. — «Если грабители украли или уничтожили его, я пропала. Рэйчел никогда меня не простит, если я не появлюсь в этом платье».
«Причудливая розовая штука, покрытая пластиком? Я видел ее, когда проверял шкаф. Выглядело хорошо, с моей точки зрения.
— Я должна убедиться.
Она бросилась по коридору в спальню.
Заинтригованный, он посмотрел в зеркало над столом в холле. С этого угла он мог видеть, как она заходит в спальню. Она не подошла к шкафу. Вместо этого она опустилась на колени и заглянула под кровать.
Дэвис прошел в гостиную и начал поправлять мебель.
Вскоре Селинда вернулась заметно спокойнее.
— Как платье, нормально? — вежливо спросил он.
— Да, все в порядке, — сказала она. — Я должна позвонить в полицию. — Она подняла трубку.
— «Забудь про это.»
— «Что ты имеешь в виду?» — Она остановилась, развернувшись к нему лицом. — «Я знаю, что копы, вероятно, мало что смогут сделать. Я слышала, что когда дело доходит до краж со взломом, они мало что могут сделать. Но я должна хотя бы подать заявление».
— Селинда, — устало сказал он, — причина, по которой ты не вызовешь полицию, в том, что это дело Гильдии.
Очень медленно она опустила трубку.
— Черт, — прошептала она. — Я боялась, что ты это скажешь.
«Ладно, — сказала она, опускаясь на один из кухонных табуретов, — я согласна, этот взлом после той странной сцены в переулке с тем мужчиной в кепке, вероятно, не совпадение».
Дэвис снял куртку и методично приводил в порядок комнату.
— Нет, — сказал он. — «Кто-то ищет реликвию».
Мрачно она посмотрела на него справа от кресла. — «Я до сих пор не понимаю, почему мы не можем вызвать полицию».
— «Потому что они не очень хорошо справляются с такими вещами». — Он поднял небольшой ящик и положил его обратно на край столика рядом со стулом. — «Они будут относиться к этому как к очередному обычному взлому, и это нас ни к чему не приведет. Кроме того, у них нет рабочей силы, чтобы обеспечить тебе круглосуточную охрану, а это то, что тебе необходимо.»
Шок прокатился по ней. — «О чем ты говоришь?»
— Я говорю о телохранителе.
Она смотрела на него, чувствуя себя так, как будто из нее выбили дух.
Ее карьера была обречена. Миссис Такахаши с большим пониманием отнеслась к фиаско в Фриквенси Сити, но она почти наверняка поставила бы крест на одном из ее брачных консультантов, появившимся для работы с телохранителем. Не говоря уже о свадьбе, подумала она. На нее накатила новая волна тревоги. Боже мой, ее семья была бы в ужасе, если бы узнала, что Гильдия Каденса сочла необходимым предоставить ей телохранителя.
— Это… это невозможно, — выдавила она.
Дэвис взмахнул рукой, указывая на разрушенную квартиру. — «Тот, кто это сделал, очевидно, знает, что ты последний человек, у которого была реликвия. Стоит предположить, что ты в опасности, пока мы не вернем вещь.»
— Но это может никогда не случиться. Неизвестно, что с реликвией сделала Араминта.
— Думаю, мы можем рассчитывать на то, что Араминта рано или поздно появится с этим чертовым артефактом.
Она очень крепко скрестила руки под грудью, обнимая себя. — «Достаточно долго, чтобы я потеряла работу».
— «Гильдия позаботится о том, чтобы тебя не уволили».
Она вздрогнула. — Даже не думай просить Мерсера Уайатта звонить миссис Такахаши. Последнее, чего я хочу, это чтобы она держала меня в платежной ведомости, потому что Уайатт угрожал ей. Это было бы крайне унизительно».
— Он не главарь мафии, Селинда.
«Хорошо, может быть, Гильдия Каденса не занимается традиционным бандитским бизнесом, таким как наркотики и проституция. Но она также не является солидной, респектабельной бизнес-корпорацией».
Он начинал раздражаться. — «Я смотрю, сильно тебе досадила Гильдия, не так ли?»
— «Да.» — Она раскинула руки и ухватилась за края стула по обе стороны от бедер. — «И еще кое-что. Завтра я уезжаю из города на пару дней. Я же говорила тебе, я должна быть на свадьбе сестры. Я возьму с собой Араминту, если она, конечно, появится.»
— Если повезет, к утру она принесет эту реликвию.
— «Но что, если она этого не сделает? Я не могу пойти на свадьбу сестры с телохранителем. Как я объясню это своей семье? Они запаникуют, если решат, что моя жизнь в опасности».
— Твой телохранитель будет мужчиной. — Дэвис достал свой личный телефон. — Можешь всем говорить, что он твой спутник на свадьбе.
— «Чего. Ты с ума сошел?»
— «Если твоя семья чем-то похожа на мою, они будут в восторге от того, что ты пришла не одна».
— Ты не понимаешь. — Она уже впадала в отчаяние. — «Моя жизнь в Фриквенси немного осложнилась, прежде чем я уехала из города. Я не могу просто так приехать с незнакомым мужчиной на буксире. Будут вопросы. Много. Все будут удивляться, почему я не говорила о нем в течение последних четырех месяцев».
«Новая работа здесь, в Каденсе. Новый парень. Ничего страшного.
— Это другое, — парировала она. — По крайней мере, для меня.
— Велика вероятность, что здесь ты в реальной опасности, Селинда, — тихо сказал он. — «Ты готова рискнуть своей шеей, чтобы избежать небольшой социальной неловкости на свадьбе?»
Она закусила губу зубами и вздохнула. — Ну, если ты так ставишь вопрос..…
— «Именно так. Я также держу пари, что ты слишком умна, чтобы спорить об этом сегодня».
Она нахмурилась. — А где вообще взять телохранителя?
— «В первоклассном агентстве вроде Оукс Секьюрити (Oakes Security)».
— «Ой.» — Она задумалась об этом. — «Телохранители, наверное, дорого стоят».
— Да, если они из Оукса. Но не беспокойся о стоимости. Гильдия оплатит счет».
— «Проклятие. Как раз то, что мне не нужно, еще одна связь с Гильдией».
Он набрал номер телефона. — «Знаешь, хорошо, что я такой спокойный и открытый парень. Иначе я мог бы обидеться на все эти выпады в адрес Гильдии.»
— Я думала, ты сказал, что ты не член Гильдии?
— «Я нет. Но я из семьи Гильдии в четвертом поколении. У меня есть свои привязанности». — Он прервался, чтобы сказать в трубку. — «Триг. Не разбудил. Мне нужна нянька, чтобы присмотреть за другом сегодня вечером, пока я отдыхаю».
Наступила короткая пауза.
— «Нет.» — Он отвернулся, чтобы тихо сказать в телефон. — «Я не сжег много серебра, но это был призрак допп. Я расплавил немного янтаря. Сейчас обычное состояние дожигания. Я расскажу тебе всю историю, когда ты будешь здесь, если не отрублюсь. Если же нет, то клиент объяснит».
Наступила еще одна короткая пауза. Дэвис оглянулся через плечо на Селинду с непроницаемым выражением лица. — «Верно. Она теперь клиент. Но мы выставим счет Гильдии за все расходы».
Он закончил разговор и бросил телефон в карман брюк.
— «Я полагаю, этот Триг будет моим телохранителем?» — осторожно спросила она.
— «Только на сегодня.» — Дэвис зевнул и потер затылок. — «Другой человек займет место завтра и останется с тобой, пока дело не будет закрыто».
— «Кто?»
— «Я.»
Она все еще переваривала это объявление, когда раздался звонок в дверь. Дэвис пошел открывать. Когда он открыл дверь, она увидела невысокого коренастого мужчину с бритой головой. Замысловатые татуировки украшали толстые руки, обнажённые чёрной футболкой. Он выглядел так, будто мог жонглировать большими машинами, не вспотев.
— Это Триг МакЭндрюс, — сказал Дэвис.
Триг вежливо кивнул. — «Мисс Ингрэм».
— «Мистер. МакЭндрюс».
Он ухмыльнулся. — Зови меня Триг.
— «Ладно.» — Она склонила голову
Он подарил ей улыбку, которая осветила комнату. — Звучит как действительно великолепная идея, мэм.
Это также дало ей возможность занять себя. Она соскользнула с табурета и обошла стойку в маленькой кухне.
Пока она готовила кофе, она слушала, как Дэвис вкратце рассказал Тригу о том, что произошло. Часть, от которой у нее по спине побежали мурашки, была о том, как Дэвис был вынужден расплавить янтарь, чтобы справиться с призраками-близнецами. Все знали, что янтарь на самом деле не плавится, когда кто-то пропускает через него слишком много пара-резонансной пси-энергии, но он теряет свою тонкую настройку, если его чрезмерно использовать. Дело в том, что подавляющее большинство людей не могли генерировать достаточно пара-нормальной энергии, чтобы расплавить янтарь. Это мог сделать только тот, кто обладал большой силой.
Кем бы он ни был, Дэвис был очень сильным пси-талантом. Но ведь она и так это знала, напомнила она себе.
— «Завтра я собираюсь сопроводить мисс Ингрэм в Фриквенси на свадьбу, — заключил Дэвис. — Пока нас нет, я хочу, чтобы ты посмотрел, что ты можешь узнать о пара-резе, который может вытащить доппа на поверхность. Не может быть, чтобы их было так много.
— Его нетрудно будет найти, — согласился Триг. — «У такого парня, вероятно, будет какая-то связь с Гильдией. Люди Уайатта помогут. Ты же знаешь, что говорят: Гильдия следит за своими.»
— «Ха». — сказала Селинда не отрывая глаза от кофе, который наливала.
— «Мисс Ингрэм не из тех, кого можно назвать сторонником Гильдии», — объяснил Дэвис.
— Да, у меня сложилось такое впечатление. — Триг ничуть не обиделся. — «Не похоже, что она единственная, кто сомневается в безупречных качествах организаций».
Селинда щелкнула кофеваркой и обернулась. — Но держу пари, что из Гильдий получаются отличные клиенты, верно?
— О, да, — весело сказал Триг. — «Они платят вовремя, и их чеки всегда активны. Мы в Оукс Секьюрити очень серьезно относимся к таким вещам».
— «Да, клиент есть клиент», — призналась она. — «Я не могу сказать, что в свое время у меня не было несколько таких же, главным достоинством которых было то, что их чеки были погашены». Она осмотрела свою крошечную гостиную. — Где все будут спать?
— Не знаю, как остальные, — сказал Дэвис, тяжело опускаясь на край дивана. — Но я сплю прямо здесь. — Он потянулся, чтобы снять обувь.
—
Порывисто она обошла прилавок и по короткому коридору направилась к бельевому шкафу. — Я принесу тебе подушку и одеяло.
Когда она вернулась в гостиную с подушкой и одеялом в руках, Дэвис казался слегка удивленным, но не неблагодарным.
— «Спасибо.» — Его голос был низким и сонным от приближающегося сна.
Он взял у нее подушку, повернулся на бок и закрыл глаза.
Селинда подождала пару секунд. Когда она поняла, что он уже крепко спит, она развернула одеяло и накрыла его им.
Она повернулась и увидела, что Триг наблюдает за ней с тщательно скрытым выражением лица. Комната вдруг показалась очень тихой.
— Такое часто происходит? — спросила она, не зная, что еще сказать.
— «Призрак-двойник и расплавленный янтарь? Нет, не могу сказать, что это обычное дело для босса». — Триг колебался. — «Но у него была своя доля необычных случаев. Думаю, можно сказать, что это наша специализация в Оукс Секьюрити».
— Необычные случаи?
Триг кивнул. — «Вот почему Мерсер Уайатт отдал нам это дело. Он думает, что есть что-то странное в исчезнувшей реликвии, и служба безопасности Оукса поступает странно».
Она увидела лазейку и ухватилась за нее.
— «Дэвис сказал, что он из семьи Гильдии и что он своего рода охотник». — Она сохраняла свой тон очень небрежным.
— «Верно.»
— «Он сказал мне, что извлекает призрачный свет из не обычной точки спектра».
— Он так много сказал? — Триг выглядел впечатленным. — «Это больше, чем он говорит большинству людей».
— «Я не знала, что существуют разные виды призрачного света».
Триг пожал массивными плечами. — «Очень немногие понимают, что из катакомб вытекает широкий спектр энергии диссонанса. Но большинство охотников могут работать только с зеленью».
— «Он также сказал мне, что никогда не работал обычным охотником за привидениями».
— «Охотники за привидениями, как правило, очень традиционны», — сказал Триг. — «Охотники, которые не используют стандартный призрачный свет, заставляют других охотников нервничать под землей».
— «Итак, вместо этого Дэвис занялся СБ».
— «Ага.»
У нее возникло ощущение, что толкание Трига не принесет ей больше информации, поэтому она неохотно бросила эту тему. — «У меня есть еще одно дополнительное одеяло и подушка, которые ты можешь использовать».
— Не беспокойтесь обо мне, мисс Ингрэм. Я не буду спать сегодня ночью». — Он поднял книгу. — «Принес с собой кое-что для чтения. С этим и кофе я буду в порядке».
— «Уверен?»
— «Точно.»
Она посмотрела на книгу. — «Что ты читаешь?»
— «История Эспиндозы Эпохи Раздора. Я на последнем томе. Практически закончил.»
Она старалась не показывать своего удивления. — «Понятно.»
Он благосклонно улыбнулся. — «Я знаю, тяжело поверить, что такой парень, как я, может прочитать эту книгу, но я справляюсь с этим».
Она ухмыльнулась. — «У тебя получается лучше, чем у меня. Я так и не прошла дальше первого тома». — Она посмотрела на Дэвиса. — Он будет в порядке?
— «Конечно. Просто обычное дожигание и отдых. Он проснется через несколько часов, и будет как новенький».
Спустя некоторое время она плюхнулась в постель и посмотрела в окно в ночь. Она плохо спала в эти четыре месяца, но сегодня ночью у нее появилось множество новых забот, которые не давали ей уснуть. Реликвия Гильдии пропала, и все причастные к этому более или менее ответственны за нее. В ее квартире ночевали не один, а двое мужчин. У нее была пара на свадьбе ее сестры, которую нужно еще объяснить, а Араминта где-то посреди ночи бегала с незнакомцем, которого только что встретила.
Сегодня ночью сон будет еще более неуловимым, чем обычно.
Араминта и Макс вернулись незадолго до рассвета. Дэвиса разбудил звук открываемой стеклянной двери. Он наблюдал, как Триг впускает комочки пыли в квартиру.
— Какие-нибудь следы реликвии? — он спросил.
— Боюсь, нет, — сказал Триг.
— «Проклятие. Думаю, это было бы слишком просто».
Макс пробежал, чтобы поприветствовать его. Араминта двинулась по коридору в сторону спальни Селинды.
Триг протянул. — Я тебе еще нужен, босс?
— Нет, я заступаю на смену. — Дэвис сел и обнаружил, что его укрывает одеяло.
— Мисс Ингрэм укрыла тебя после того, как ты отключился прошлой ночью, — сказал Триг.
— «Хм.» — Мысль о Селинде, склонившейся над ним, с заботой, чтобы он не простудился ночью, заставила его чувствовать себя намного лучше, чем минуту назад.
Он откинул одеяло и задумался о душе. Он нуждался в нем. Он потер челюсть. Он также нуждался в бритве.
Прежде чем он успел решить, что делать дальше, в холле послышались быстрые шаги.
Появилась Селинда. Ее волосы были спутанным облаком вокруг ее лица. На ней был темно-синий халат с поясом и пара тапочек в тон. Араминта сидела у нее на плече.
Дэвис посмотрел на нее и понял, что снова возбуждается. Он очень любил Трига, полностью доверял ему, но прямо сейчас ему хотелось, чтобы его друг был где-нибудь еще, а не здесь, в гостиной Селинды. Ему не нравилась мысль о том, что Триг или любой другой мужчина увидит ее такой, теплой, мягкой и раскрасневшейся ото сна. Волна собственничества застала его врасплох.
— Араминта вернулась, — взволнованно объявила Селинда.
— Ага, они оба появились пару минут назад, — сказал Триг, повернув голову к Максу.
Селинда повернулась к Дэвису. Казалось, она была странно поражена, увидев, как он сидит на ее диване. До него дошло, что в своей мятой черной рубашке, брюках и с утренней щетиной он, вероятно, выглядел так, как будто тоже провел ночь на коврике.
Выражение надежды на лице Селинды померкло. — «Никто не выглядит радостным. Могу ли я предположить, что это означает, что они пришли без реликвии?
— «Ее нет». — Дэвис поднялся на ноги. — Не возражаешь, если я воспользуюсь твоим душем?
Эта просьба, казалось, сразила ее наповал. Ее глаза расширились. — «Эм-м-м.» — Она быстро поправилась, покраснев ярко-розовым. — «Нет, нет, конечно, нет. Вперед. А я, ну, начну готовить завтрак. Или что-нибудь. Кажется, у меня есть яйца». — Она быстро повернулась к Тригу. — «Ты останешься?»
— «Благодарю за предложение, но если вы меня извините, я пойду», — сказал Триг. — «Мне нужно начать работать с нашими контактами на улице и внутри Гильдии, посмотреть, сможем ли мы найти парня, который прошлой ночью породил этих близнецов-призраков».
— «Ой. Да, конечно.» — Селинда помолчала, посмотрев сначала на Трига, а потом на Дэвиса. — А второй мужчина?
— Сбежавший водитель? — Дэвис кивнул. — Мы также будем искать его. Но там все глухо».
— «Ну, — сказала Селинда, — если это поможет, я могу сказать вам, что у него довольно искаженный пара-психический профиль. Я бы посоветовала проявлять крайнюю осторожность, если кто-то из вас снова столкнется с ним.
Они оба посмотрели на нее.
«Ты говоришь это потому, что он замешан в преступной деятельности, а по определению у большинства преступников искаженные профили?» — ровно спросил Дэвис.
— «Нет.» — Казалось, она колебалась, а потом приняла решение. Она погладила Араминту. — «Я говорю это, потому что могу читать пси-профили, если подойду достаточно близко к человеку. Прошлой ночью на несколько секунд я была очень близко к водителю».
Дэвис посмотрел на Трига, а затем снова повернулся к ней.
— «Ты хочешь сказать, что можешь ощущать энергетические пси-узоры других людей?» — он спросил.
— На близком расстоянии, да. — Она пожала плечами. — «Это одна из причин, почему я так хорошо делаю свою работу. Я могу сопоставлять людей психически, а также обычными способами».
Триг тихонько присвистнул. — «Вау. Нестандартный талант. Ты когда-нибудь проходила тестирование?»
— «Да. Мои родители подозревали, что я немного другая. Меня отвели в частную лабораторию. Способность читать пси-узоры встречается крайне редко, поэтому я не афиширую свой талант по понятным причинам. Но Дэвис сам сильный и, очевидно, редкий пара-рез, так что я полагаю, что никто из вас не будет нервничать из-за нестандартного таланта».
— «Насколько ты сильна?» — спросил Дэвис.
Она снова заколебалась. — «Очень.»
Он поднял брови. — Мы говорим о чем-то необычном / выходящим за рамки?
«Ну, да, — призналась она, — но я уверена, что это только потому, что талант настолько редок среди населения, что лаборатории не с чем сравнивать».
Дэвис снова потер челюсть.
Она посмотрела на него очень мрачно. — «Часто гораздо больше, чем я действительно хочу знать. Есть очень странные люди».
«Я всегда слышал, что пси-узоры уникальны у каждого человека, — сказал Триг.
Селинда кивнула. — «По моему опыту, это правда. Нет двух людей, даже близнецов, производящих абсолютно идентичные узоры пси-волн».
«Сможешь ли ты узнать водителя той машины, если снова приблизишься к нему?» — спросил Дэвис.
— Да, — ответила она. — «Но я должна быть довольно близко. Не дальше нескольких футов».
— О, чувак, — сказал Триг. Он жадно посмотрел на Дэвиса. — Такой талант наверняка пригодился бы в нашем деле, босс.
— Это как иметь одну из тех собак, которых используют для обнаружения наркотиков в чемоданах, — сухо сказала Селинда.
Триг покраснел. — Ни в коем случае, мэм. Я не имел в виду, что ты собака. — Он побагровел, явно пристыженный. — Или что-то в этом роде, — закончил он слабым голосом.
Селинда криво улыбнулась ему. — Все в порядке, я понимаю.
— «Твой талант, — сказал Дэвис, дипломатично подчеркивая слово «талант», — выявлять пси-узоры другого человека, безусловно, был бы полезен, когда дело дойдет до идентификации водителя, но он не поможет нам найти его. К сожалению, для этого потребуется старая детективная работа».
Триг поморщился. — А это значит, что мне пора двигаться. — Он посмотрел на Селинду. — Вы не будете возражать, если я одолжу книгу?
Она выглядела ошеломленная просьбой. — «Какую книгу?»
— «Вон ту.» — Триг указал на книгу на столе рядом со стулом. — «Я начал ее читать после того, как вчера вечером закончил «Историю» Эспиндозы. Нашел на вашей книжной полке. Надеюсь, ты не против».
Она посмотрела на книгу на столе. Так же поступил и Дэвис. С того места, где он сидел, он мог разобрать название. «Десять шагов к «Браку по завету»: секреты профессиональной свахи».
— А, эта. — Селинда неожиданно ослепительно улыбнулась Тригу. — «Конечно. Бери.»
— Спасибо, — сказал Триг. — «Я прочел пока только первую главу». — Он вернулся к столу, взял книгу, сунул ее под мышку и вернулся к двери. — Приятно было познакомиться, мисс Ингрэм. Хорошо погулять на свадьбе».
— Спасибо, — сказала Селинда. Ее улыбка померкла.
Триг вышел в холл и спустился вниз, почти не производя шума для такого крепко сложенного мужчины. Дэвис внимательно слушал, но не услышал, как открылась дверь Бетти Фернелл.
Он поднялся на ноги. — Та книга, которую Триг взял с собой.
Селинда подняла брови. — «Что с ней?»
— Я полагаю, ты ее читала?
— «Нет. Я ее написала.»
Он ждал, пока не услышал, как включился душ, прежде чем войти в ее спальню. Он постоял там пару секунд, вдыхая аромат ее пространства и думая о том, как она устроила большую суету, проверяя, не повреждено ли платье подружки невесты. Но она даже не заглянула в шкаф. Она заглянула под кровать.
Он присел возле кровати. Не было контрольных линий, указывающих на спрятанный в полу сейф под ковром от стены до стены. Он провел кончиками пальцев по плинтусу. Почувствовал зазор и осторожно потянул.
Десятидюймовая (≈25,5 см) часть плинтуса выскочила. За ней было темное отверстие в стене.
Он залез внутрь и вытащил серый мешок. Предмет, который он содержал, казался тяжелым в его руке. Он также оказался знакомым.
Он развязал мешок. Пропавшей реликвии не было внутри. Было кое-что другое.
Он снова завязал мешок, засунул его в стену и вернул плинтус.
Он вернулся в холл, недоумевая, зачем профессиональной свахе прятать под кроватью незаконный маг-рез-пистолет.
Женщина, которая жила одна и беспокоилась о незваных гостях, вероятно, держала бы пистолет в таком месте, где она могла бы быстро его достать, например, в ящике прикроватной тумбочки. Но Селинда прятала свой в очень труднодоступном месте.
Маг-рез был спрятан с какой-то серьезной целью. Доказательство преступления, совершенного в прошлом? Или свидетельство того, что планировалось?
На следующее утро, когда он вошел в свой кабинет, он все еще чувствовал себя не в своей тарелке. Прошлой ночью все снова пошло не так. Сначала им не удалось найти реликвию в квартире женщины, а затем Бринкера чуть не поймали, когда он пытался обыскать машину Оукса. Это был очень тревожный звоночек.
Элла Аллонби, сидевшая за стойкой администратора, подняла глаза от каких-то бумаг.
— Доброе утро, доктор Кеннингтон, — сказала она в своей четкой, уверенной, деловой манере.
Все в ней было четким, хорошо смоделированным и деловым. Ей было сорок три года, и она удивительно хорошо справлялась со своей работой. Но он нанял ее не из-за ее навыков управления офисом. Он выбрал ее, потому что она была тайно влюблена в него. Из-за этого ею было чрезвычайно легко манипулировать.
Он остановился перед ее столом и тепло улыбнулся. — «Как выглядит мое расписание на сегодня, мисс Аллонби?»
Воздействие этой улыбки окрасило ее щеки, как он и предполагал. Как всегда, обладание властью над другим человеческим существом, даже в такой незначительной степени, доставляло ему приятное легкое возбуждение.
— Как обычно, расписана каждая минута, сэр, — сказала она. — «У вас три пациента сегодня утром и два днем».
— «Отлично. Спасибо, мисс Аллонби».
Он вошел в кабинет, закрыл за собой дверь и поставил портфель на стол. Он повесил сшитый на заказ серый шелковый жакет на вешалку и сел за письменный стол.
Он оглядел офис и почувствовал, как внутри поднимается старый гнев. Как это произошло? К настоящему времени он должен был быть президентом Общества пара-психиатров, имея при этом прибыльную частную практику. Он должен публиковаться в самых уважаемых журналах. Он должен читать лекции в университете.
Вместо этого ему пришлось изменить свое имя и начать все заново в качестве так называемого терапевта сновидений. Это было унизительно для человека его власти и ума. С таким же успехом он мог бы вывесить табличку, рекламирующую его как гуру медитации или предлагающую читать астрологические карты и гадать на чае.
Год назад его жизнь и карьера шли своим чередом. Он шел прямо к самой вершине своей профессии. Но узколобые дураки в институте не поняли его гениальности. Вместо этого они уволили его. УВОЛИЛИ ЕГО. Его рука сжалась в кулак. Мало того, директор ясно дал понять, что он никогда не получит достойной рекомендации. Во всех смыслах и целях этот ублюдок разрушил его карьеру.
По общему признанию, среди испытуемых были некоторые неудовлетворительные результаты, но такова была природа экспериментального процесса. Это не причина увольнять его. Правда заключалась в том, что к его увольнению привела профессиональная зависть.
Ну, ничего, скоро они все заплатят.
Но сначала он должен был найти другую реликвию. К счастью, Гильдия не подозревала, что рубиново-янтарных устройств было два. Обожженный пси охотник, который нашел их в катакомбах, передал Гильдии только один артефакт. Почувствовав, что реликвии имеют большую ценность, он спрятал другую.
К счастью, полученная охотником пара-травма привела его в госпиталь, где работал Кеннингтон. Он раскрыл тайну этого человека в ходе эксперимента. Вытащить из пациента местонахождение спрятанной реликвии не составило никакого труда. Мужчина, конечно же, вскоре после этого умер. Согласно документам, это было самоубийство. Это правда, что охотник был в глубокой депрессии. Кеннингтон убедился в этом с помощью тщательно отмеренной дозы пси-препаратов.
Потребовались месяцы, чтобы найти вора, способного украсть второй артефакт из хранилища Гильдии.
Другая хорошая новость заключалась в том, что было очевидно, что Гильдия понятия не имела о природе той силы, которую артефакты могли генерировать, когда ими управлял человек, обладающий подходящим пси-талантом, его типа. Те, у кого были его пси-способности, по статистике были довольно редки. Вероятность того, что никто не догадается, что реликвия была чем-то иным, чем инопланетной диковинкой, была велика. Тем не менее, он хотел, чтобы она оказалась в его распоряжении как можно быстрее.
Теперь было ясно одно: Дэвис Оукс был проблемой. К любому охотнику за привидениями, способному уничтожить доппа, не вытягивая зеленый огонь, нужно относиться серьезно. Что еще более важно, Оукс, похоже, опекал Селинду Ингрэм. Это означало, что она была ключом к пропавшей реликвии.
Он перезагрузил компьютер и поискал все, что смог найти о Селинде Ингрэм, профессиональном консультанте по вопросам брака. У каждого была слабость.
Он обнаружил ее менее чем за пять минут.
Миссис Фернелл ждала у подножия лестницы, Селинда готовилась запереть дверь, посмотрела вниз и почувствовала тошноту внизу живота. Удача сопутствовала ей раньше, когда Триг ушел. Миссис Фернелл явно не слышала, как он спускался по лестнице. Но она подстерегала Дэвиса. Слишком уж было надеяться, что она не узнает, что он провел ночь у нее.
Дэвис был на полпути вниз по лестнице, в каждой руке по чемодану, Макс сидел у него на плече. Он любезно кивнул Бетти, когда добрался до холла.
— Доброе утро, миссис Фернелл, — сказал он.
— Мне показалось, что я услышала, как кто-то спускается по лестнице. — Она усмехнулась. — Я хотела сказать вам обоим, что мне приснился очень странный сон… — Она замолчала, морщась от боли. Она коснулась висков кончиками пальцев. — «О, дорогой, у меня, кажется, начинается головная боль. Наверное, это из-за той новой подушки.
«Не в духе Бетти жаловаться на боли, — подумала Селинда. Обеспокоенная, она начала спускаться по лестнице, перекинув через руку обтянутое пластиком розовое платье.
— С вами все в порядке, миссис Фернелл? — она спросила.
— «Что?» — Бетти моргнула. Ее лицо чудесным образом прояснилось. — «Да, дорогая, я в порядке. Просто немного болит голова. Но уже полегчало. Я выпью что-нибудь через минуту. Я просто хотела пожелать вам счастливой поездки в Фриквенси Сити.
— Спасибо, — сказала Селинда.
Араминта высунула голову из огромной сумки Селинды и радостно заулюлюкала, глядя на Бетти.
Бетти легко рассмеялась, полезла в карман своих пурпурных брюк спортивного костюма и достала маленькую обернутую бумагой конфету. — Вот, Араминта.
Араминта приняла подарок с вежливой жадностью и проглотила его, два или три раза эффективно хрустнув своими острыми зубками.
Бетти просияла. — Передай привет сестре.
— Обязательно, — пообещала Селинда. Она попыталась незаметно пробраться к входной двери. К сожалению, Дэвис стоял на пути и не двигался.
Бетти лукаво улыбнулась Дэвису. — Я вижу, ты собираешься присутствовать на свадьбе с Селиндой.
— «Очевидно, — заверил ее Дэвис.
— «Знаешь, что за четыре месяца, пока она здесь живет, у Селинды не было ночных посетителей, за исключением ее сестры, которая приехала навестить ее в прошлом месяце».
Дэвис злобно ухмыльнулся. — Вы не представляете, как я рад это слышать, миссис Фернелл.
Бетти рассмеялась. — Ну, езжайте. У вас впереди долгая дорога».
Селинда распахнула входную дверь и поспешила к «Фантому». Дэвис последовал за ней в более спокойном темпе. Он открыл небольшой багажник и положил чемоданы внутрь. Она очень осторожно разложила розовое платье поверх чемоданов, а затем отступила и смотрела, как он закрывает багажник.
«Ты же понимаешь, что будет чудом, если моя репутация переживет неделю», — сказала она.
Он пожал плечами. — «Что такого страшного в том, что мужчина провел у тебя ночь?»
— «Репутация брачного консультанта — ее самый важный актив. На самом деле, подавляющее большинство успешных консультантов работают в «Заветных браках». Видишь ли, это посылает тонкий сигнал клиентам.»
— Что сваха знает, что делает?
«Точно. Миссис Такахаши сильно рисковала, когда нанимала меня. Если станет известно, что я позволяю мужчинам, которых едва знаю, ночевать у себя, она, вероятно, попросит меня уйти».
По какой-то причине это, казалось, раздражало Дэвиса. — Я провел ночь на диване, помнишь?
— «Да.» — Селинда направилась к пассажирской двери. — Но репутация — это все в моем деле.
Он подошел к водительской стороне и посмотрел на нее поверх низкой крыши «Фантома». — «Не волнуйся, если твоя репутация пострадает из-за этого, Гильдия позаботится об этом».
Она не знала, то ли смеяться, то ли плакать. — «У меня для тебя новости; есть вещи, которые не может исправить даже Гильдия».
Дорога до Фриквенси Сити обычно занимала чуть больше трех часов, но у Селинды было ощущение, что с Дэвисом за рулем они доберутся куда быстрее. Дело было не только в том, что Фантом был быстрой машиной, но и в том, как Дэвис управлял им, эффективно и с превосходным контролем.
Араминта, которая сидела на спинке сиденья вместе с Максом с самого начала поездки, запрыгнула Селинде на плечо и издала немного ободряющих звуков. Селинда дала ей еще одно печенье из пакета с закусками, который она прихватила с собой.
С печенькой в лапе, Араминта вернулась на спинку сиденья и прижалась к Максу. Она отломила кусочек своего угощения и предложила ему. Он принял его так, как будто это было редкое и ценное подношение.
— «Кажется, Араминте и Максу ужасно уютно вместе», — заметила Селинда, скорее для того, чтобы нарушить тишину, чем для чего-либо еще. До сих пор Дэвис говорил очень мало. После быстрой остановки у своей квартиры, чтобы забрать сумку и смокинг, он, казалось, был доволен, сосредоточившись на вождении.
Его рот немного изогнулся в уголке. — Ты думаешь, это любовь?
— «Что бы это ни было, я сомневаюсь, что это можно обозначить словом «любовь», — ответила она. Она немного вздрогнула, почувствовав чопорность в своем голосе. — «Они только вчера встретились, а прошлую ночь провели вместе. Мы, специалисты, называем это сексом на одну ночь».
— «У меня такое ощущение, что это, вероятно, противоречит одному из правил в той книге, которую ты написала».
— «Конечно, — сказала она.
— «Они все еще вместе этим утром. Разве это не предвещает настоящую любовь?»
Она смотрела, как Араминта и Макс придвинулись ближе друг к другу на спинке сиденья.
— Возможно, короткая интрижка, — сказала Селинда. — «Не любовь.»
— Разреши спросить, откуда у тебя все эти правила, которые ты изложила в своей книге?
— Я их выдумала. — Он бросил на нее быстрый косой взгляд. — Шутишь, да?
— «Конечно.» — Она стала серьезной. — «Правила в моей книге основаны на моем собственном опыте работы брачным консультантом и объединенном опыте нескольких моих коллег, у которых я брала интервью. Со временем понятно, что работает, а что нет».
— Связи на одну ночь не работают, я так понимаю?
— «Неа.»
— Хорошо, что мы остановились там, где остановились прошлой ночью, а? Значит, у нас еще есть надежда».
Она напряглась и украдкой взглянула на него, задаваясь вопросом, не дразнит ли он ее. Но Дэвис выглядел спокойным, даже задумчивым.
Она, с другой стороны, была почти уверена, что, вероятно, покраснела до кончиков пальцев на ногах. Впервые всплыла тема того обжигающего поцелуя в переулке. Она начала верить, что они оба будут продолжать делать вид, что ничего не произошло, что, может быть, так будет лучше, учитывая, что отношения были такой сумасшедшей смесью бизнеса и личного.
— Прошлая ночь была немного странной, — очень осторожно сказала она. — «Я не уверена, что мы должны делать какие-либо выводы из этого».
— Ты называешь этот поцелуй странным? — Он казался заинтересованным, а не обиженным.
— «Ну да.»
— «В каком смысле?»
— Не знаю, как ты, а я никогда раньше не оказывалась полуголой в переулке. — Она внезапно разозлилась по совершенно непонятной причине. — Я имею в виду, что любой мог пройти мимо.
— «Кто-то и прошел мимо. Парень, способный вызывать призрака-доппа. И еще один парень проезжал мимо, насколько я помню. И чуть не расплющил тебя.»
— «Ближе к делу», — подумала Селинда. Так лучше. Не позволяй этому снова стать личным.
Оба на мгновение замолчали. Через некоторое время Селинда накормила Араминту еще одним печеньем и подумала о поспешной переупаковке вещей, которую она сделала сегодня утром, прежде чем позволить Дэвису отнести ее чемоданы к машине. По безумной, необъяснимой прихоти она вытащила простую хлопчатобумажную ночную рубашку и заменила ее новым сексуальным зеленым атласным пеньюаром, который она купила на распродаже месяц назад. Она еще даже не одевала его. О чем она думала?
Через двадцать миль она зашевелилась на своем сиденье. — Знаешь, — сказала она, — я не уверена, что твоя теория о том, что Араминта не захочет надолго расставаться с реликвией, актуальна. Мы почти в сотне миль от Каденса, и она не проявляет никаких признаков волнения по поводу того, что находится в машине, которая очень быстро увозит ее от того места, где она спрятала эту реликвию.
— «Кто знает, как работает чувство времени и расстояния у пыльных кроликов?» — он сказал. — «Она может не знать, как далеко мы находимся от твоей квартиры».
— «Хм.» — Селинда повернулась на своем месте, чтобы поближе рассмотреть Араминту. — «Ты можешь быть прав. Я думаю, что она немного отвлеклась».
— На Макса?
— «Да. Если она не вернет реликвию в ближайшее время, вини свой комочек меха.
— «Макс не такой». — Дэвис казался искренне оскорбленным. — Поверь мне, Араминта — первая женщина, к которой он проявил хоть какой-то интерес с тех пор, как я встретил его шесть месяцев назад. Кроме того, Макс не единственный, у кого был долгий период засухи».
— Ты хочешь сказать, что у тебя не было свиданий шесть месяцев? Мне трудно в это поверить».
— Моя помолвка была расторгнута примерно полгода назад, — тихо сказал он. — «И в бизнесе произошел спад примерно в то же время. Я сосредоточился на деле».
— «Понятно.» — Невольно она почувствовала острый укол сочувствия. Если бы помолвка закончилась «Браком по Завету» в то же время, когда бизнес столкнулся с некоторыми трудностями, это было бы тяжело для всех. — Судя по машине и твоей одежде, я могу предположить, что у «Службы безопасности Оукса» дела пошли в гору.
— «Машина и одежда остались с того времени, до того как все пошло по наклонной».
— «Поверь мне, я знаю, каково это, когда все, над чем ты работал, внезапно идет наперекосяк», — тихо сказала она.
— «Фантом» съел еще несколько миль почти пустого шоссе.
— «А ты?» — спросил он через некоторое время. — Прошлой ночью ты сказала что-то о том, что у тебя не было свиданий четыре месяца?
— «Я тоже была занята. Найти новую работу было нелегко, и после того, как я ее получила, я посвятила себя тому, чтобы доказать своей новой начальнице, что она не совершила огромной ошибки, наняв меня».
— «Оставила кого-то особенного в Фриквенси?»
Она подумала о Гранте Блэре, очень милом адвокате, с которым тайно встречалась в то время.
— «Кое кто был. Какое-то время это казалось многообещающим, но закончилось плохо».
— «Мистер Совершенство?»
— Нет, — сказала она. — «Он не был мистером Совершенством».
— «Что случилось?»
— Я же сказала, это закончилось плохо. — Она взглянула на него. — Слушай, ты уверен, что хочешь углубиться в этот разговор? Я думала, мужчины не любят говорить о старых отношениях».
Дэвис пожал плечами. — «Мне нравится знать, с кем я имею дело. Тот парень, с которым ты встречалась, случайно не Бенсон Лэндри, охотник, член Совета Гильдии Фриквенси?
Она была потрясена, потеряла дар речи. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы снова заговорить. — Ты знаешь о Лэндри?
— Я детектив, помнишь?
Она взяла себя в руки усилием воли. — «Бенсон Лэндри — не тот мужчина, с которым я встречалась в Фриквенси. Лэндри — ублюдок-манипулятор. У него также очень страшный парапсихический профиль».
Глаза Дэвиса сузились. — Как у водителя машины, скрывшейся прошлой ночью?
Селинда моргнула, а затем сокрушенно покачала головой. Вот так они снова вернулись к делу. — Нет, — сказала она, подумав об этом. — «Оба мужчины излучают нездоровые вибрации, но это разные вибрации. Водитель-беглец — мощный пси-талант с полосой навязчивых идей шириной в милю, но он в здравом уме.
— Лэндри не в своем уме?
— «В последний раз, когда я его видела, он балансировал на грани безумия. Но самое пугающее то, что он походит на нормального».
— Значит, нет никаких шансов, что Лэндри был водителем?
Она вздрогнула. — «Абсолютно никаких».
— «А как насчет другого человека, того в кепке, который создал призраков-близнецов?»
Она покачала головой. — «Определенно не Лэндри. Я не подходила достаточно близко, чтобы прочитать его пси, но я видела достаточно, чтобы быть в этом уверенной. Этот человек был высоким и худым. Ландри сложен совсем по-другому».
— «Хорошо, достаточно для первого раза».
Она посмотрела на него. — Что заставило тебя спросить, не был ли это Бенсон Лэндри?
— «Мне только что пришло в голову, что если бы одним из них был Лэндри, у нас была бы очевидная связь».
— «Очевидная связь со мной?»
— «Да.»
Она заставила себя медленно и ровно выдохнуть.
— «Не принимай это на свой счет», — повторил он.
— «Слишком поздно. Думаю, я принимаю это на свой счет».
— «Посмотри на это с другой стороны; это облегчило бы задачу».
— Ты имеешь в виду с точки зрения расследования?
— «Верно.» — Он сделал паузу. — «Хорошо, я вижу, где ты, возможно, не хочешь быть связующим звеном в этом случае».
Она вздрогнула. — «Особенно, если это означает связь с Бенсоном Лэндри. Послушай, пока мы снова говорим о деле, я хочу обсудить детали нашего прикрытия».
— «Какие?»
— «Я понимаю, что должна представить тебя как своего парня на свадьбе, — сказала она, — но я не думаю, что ты понимаешь, насколько любопытной будет моя семья».
— «Я не большой поклонник фальшивых подробностей», — сказал Дэвис, сосредоточившись на шоссе. — «Они имеют тенденцию сбивать с толку. Будь проще — мой девиз».
— «Насколько проще?» — осторожно спросила она.
Он легонько и небрежно провел рукой по рулю. — «Мы недавно встретились, поладили, и теперь узнаем друг друга поближе».
— Я полагаю, у тебя есть родители? — терпеливо спросила она. — «Братья и сестры?»
— «Ах, да.» — Это прозвучало так, как будто у него есть заклятый враг.
— «Если бы ты появился на семейном мероприятии с загадочной девушкой, о которой никогда не упоминал, разве все не захотели бы узнать о ней больше?» — спросила она многозначительно.
— «Не должно быть никаких проблем, если мы просто будем придерживаться правды, насколько это возможно», — сказал он спокойно. — «Они захотят знать, чем я зарабатываю на жизнь? Скажи им, что я работаю в сфере безопасности.
— Как мы познакомились?
— «В ходе расследования. Я пришел к тебе в офис, чтобы задать несколько вопросов относительно дела, над которым я работал. Возникло мгновенное влечение. Мы оба почувствовали волнующее дрожание энергии, резонирующей между нами. Я пригласил тебя на свидание, и ты сказала «да. Все просто».
Она посмотрела на него с недоверием. — «Волнующее дрожание энергии?»
— «Я думаю, что это романтично».
Она сделала еще один глубокий вдох и попыталась еще раз. — «Послушай, моя сестра организовала для всех ночевку в отеле в Старом квартале. Сегодня вечером там состоится репетиция ужина, а завтра, после свадьбы, в бальном зале отеля состоится прием».
— «И?»
— Значит, ты понимаешь, что не можешь спать со мной в одной комнате, не так ли? Мой отец сойдет с ума. Мать будет плакать, а сестра волноваться. Не знаю, что может сделать мой брат.
— Твоя семья считает, что ты все еще девственница?
— «Нет, конечно.» — Она колебалась. — Это из-за того, что случилось с Бенсоном Лэндри.
— Фотографии из гостиничного номера?
— «Проклятие. Я должна была догадаться. Ты их тоже нашел?»
Его рот изогнулся в кривом извинении. — «Говорю же, я зарабатываю на жизнь расследованием. Выяснение вещей — это то, чем я занимаюсь».
Она сморщила нос. — «Я сомневаюсь, что тебе пришлось копать слишком глубоко, чтобы найти эти ужасные фотографии. Они были во всех таблоидах Фриквенси Сити. Бенсон Лэндри очень влиятельный человек в этом городе. Известие о том, что у него был роман со мной, было в заголовках почти две недели. Это разрушило мою репутацию брачного консультанта».
— «Другими словами, твоя семья чувствует, что тебя нужно защищать после того, что произошло».
— «Да.»
— Не беспокойся о гостиничном номере, — легко сказал Дэвис. — «Я позабочусь об этом.»
— «Как?» — спросила она.
— «Именно для таких ситуаций гостиницы изобрели концепцию смежных номеров».
Она расслабилась. — «Замечательно.»
Ландшафт резко изменился. Богатый сельскохозяйственный район вокруг Каденс-Сити, питаемый могучей рекой Каденса, уступил место более чем сотне миль суровой пустыни, отделявшей Каденс от Фриквенси. Долгий путь прерывался случайными остановками для грузовиков, где водители могли перезарядить двигатели своих автомобилей и перекусить действительно плохой едой.
Кое-где вдоль шоссе грунтовые дороги уходили в пустыню. Большинство из них были без опознавательных знаков. Селинда предположила, что они ведут к заброшенным ранчо или усадьбам. Кое-что можно было опознать по выцветшим знакам, обозначающим придорожные достопримечательности.
Ее любимой достопримечательностью была та, что находилась на полпути между двумя городами. Каждые двадцать-тридцать миль об этом возвещали рекламные щиты, которые когда-то светились в темноте, но давно выцвели до тускло-зеленого цвета. Первый появился недалеко от Каденса: всего сто пятьдесят миль до призрачных инопланетных руин. Тот, мимо которого они проезжали, теперь говорил: «Тридцать миль до призрачных инопланетных руин».
— Не возражаешь, если я задам личный вопрос? — сказал Дэвис через некоторое время.
— Да, — сказала она, понимая, что это, вероятно, не остановит его.
— Что заставило тебя, профессиональную сваху, думать, что Бенсон Лэндри стоит того, чтобы рискнуть репутацией? — Вопрос ошеломил ее.
Она колебалась, готовясь дать свой обычный ответ.
Но по какой-то причине ей захотелось рассказать ему, что произошло на самом деле. После четырех долгих месяцев хранения секрета, размышлений о том, что она может и будет хранить его всю жизнь, ее вдруг охватило желание довериться человеку, которого она только что встретила.
Тем не менее, было опасно раскрывать ее секрет.
— Вчера ты сказал мне, что одной из вещей, которую ты гарантируешь своим клиентам — конфиденциальность, — осторожно сказала она.
— «Да.»
— Распространяется ли это на других людей, причастных к делу, которое ты расследуешь?
— «Зависит от…. Моя политика заключается в защите конфиденциальности всех участников, если это не противоречит моему приоритету номер один».
— Раскрыть дело?
— Это то, чем я занимаюсь, Селинда.
Она повернулась на сиденье, чтобы посмотреть на него. — «А ты можешь гарантировать, что сохранишь мои секреты?»
— «Да. Если только это не помешает мне выполнять свою работу.»
— «То, что случилось со мной в Фриквенси Сити, не имеет ничего общего с реликвией».
— Тогда я сохраню твои секреты, Селинда.
Она еще некоторое время смотрела на него, а затем откинулась на сиденье. Она верила ему. Но что, если он не поверит ей? По крайней мере, она предстанет сумасшедшей. В худшем случае он может решить, что она патологическая лгунья.
Лед стекал по ее позвоночнику. Она очень крепко обхватила себя руками. Араминта внезапно спрыгнула ей на плечо и издала тихий успокаивающий звук. Селинда разжала руки, потянулась и нежно погладила ее.
«Я ни на мгновение не поверила, что Бенсон Лэндри стоит того, чтобы рискнуть моей репутацией», — наконец сказала она. — «Как раз наоборот. Я думаю о нем как о человеке из кошмара».
Дэвис бросил на нее еще один загадочный взгляд. — Так как же ты оказалась с ним в постели?
«Легко. Он накачал меня наркотиками».
Девису показалось, что он получил удар под дых. — «Какого черта?»
— Я поняла, что он опасен, как только он вошел в мой кабинет, — продолжила Селинда тем же чересчур ровным тоном.
— Он был клиентом?
— «Нет. Я никогда не рассматривала его как такового. Никогда не подписывала договор. Никогда не брала от него денег».
— Он хотел, чтобы ты подобрала ему кого-то, а ты отказалась?
— «Лэндри готовится возглавить Гильдию Фриквенси, когда текущий Босс уйдет на пенсию. Идет обычная борьба за власть. Я уверена, ты знаешь, что очень немногие Главы Гильдий уходят в отставку добровольно. Большинство из них должны быть изгнаны / отстранены Советом. Гарольд Тейлор некоторое время болел. Он либо умрет, либо ему придется уйти в отставку. Он не может больше удерживать власть».
— «И Бенсон Лэндри ждет, чтобы сделать свой ход», — сказал Дэвис.
— «Он не просто ждет, он активно готовится. Частью этой подготовки является поиск подходящей жены. Боссы Гильдий почти всегда женаты».
— Старая традиция, — согласился Дэвис. — «На то есть причины».
— «Лэндри хотел, чтобы я нашла ему пару для «Брака по Завету». Конечно, будучи высокомерным сукиным сыном, у него был длинный список требований».
— Позволь мне рискнуть и предположить, — сказал Дэвис. — «Он хотел, чтобы она была красивой, богатой и происходила из богатой семьи Гильдии с хорошими связями».
— «Если бы это было все, что он хотел, я уверена, что он бы сам организовал брак. Всем известно, что члены могущественных семей Гильдии обычно женятся на людях, которые также принадлежат к другим высокопоставленным семьям Гильдии. В этих браках не учитываются совместимость и любовь. Они больше похожи на старомодные политические альянсы, призванные укрепить власть. Для этого не нужна профессиональная сваха. Здесь уместны юристы, бухгалтера и личные связи».
— «Ты права.» — Дэвис на мгновение задумался. — «Как человек, рассчитывающий возглавить Гильдию Фриквенси Сити, Бенсон Лэндри мог выбрать себе невесту из числа самых могущественных семей Гильдии».
— «К сожалению, Лэндри хочет больше, чем просто возглавить Гильдию Фриквенси. Он хочет уйти в политику. Я думаю, что он планирует использовать ресурсы Гильдии как основу для финансирования и управления своей предвыборной кампании. Он хочет стать сенатором».
— «Ты серьезно?»
— «Абсолютно.»
— «Ни один Босс Гильдии не взбирался так высоко. Я не думаю, что кто-либо из руководителей Гильдии когда-либо продвигался дальше, чем должность в городском совете».
Улыбка Селинды была очень холодной. — «Вероятно, потому, что к тому времени, когда человек достигает власти в Гильдии, он приобретает такой послужной список, который не выдержит пристального внимания средств массовой информации. Это было бы похоже на то, как если бы босс мафии решил баллотироваться на государственную должность. Слишком много мертвых тел похоронено по всему городу. Руководителям Гильдий обычно приходится довольствоваться тем, что они манипулируют влиятельными людьми из-за кулис».
Дэвис сказал себе, что не обязан защищать Гильдии. Но, черт возьми, его предки сражались в Последней битве при Каденсе, когда охотники за привидениями из Гильдии были единственным, кто стоял между страдающим манией величия Винсентом Ли Вэнсом и его ордами обезумевших последователей. Люди склонны забывать, что отчаявшиеся, борющиеся за существование колонии попали бы под тираническое правление безумного деспота, если бы не Гильдии. Гордость была сильной в его крови.
— «Я не буду отрицать, что в Гильдиях происходит определенное посредничество», — сказал он. — «Но это верно и для остального общества. Люди, обладающие властью, склонны ее использовать. И требуется определенная степень безжалостности, чтобы добраться до вершины любой организации. Ты же не веришь, что кто-то из сенаторов-городов или других членов Совета Федерации, не говоря уже о президенте и вице-президенте, чист, как ненастроенный янтарь?»
— «Конечно, нет, но обычно они не приходят на пост со всем багажом, который принес бы с собой Босс Гильдии. Даже если бы высокопоставленный руководитель Гильдии был образцом респектабельности, ему все равно пришлось бы преодолевать публичный имидж генеральных директоров гильдии. Давай будем честны. У них есть давние проблемы с пиаром».
— «Не могу с этим поспорить, — признал Дэвис. — «Хорошо, значит, Бенсон Лэндри хочет стать сенатором».
— «Да. И поэтому он пришел ко мне. Для достижения своих целей ему нужно жениться на ком-то вне Гильдии, предпочтительно на дочери богатой деловой семьи или на ком-то из элитной политической семьи. Ему нужен альянс, который поможет ему построить прочные связи за пределами Гильдии».
— «Он хотел, чтобы ты нашла ему идеальную жену», — заключил Дэвис.
— «Да.»
— Ты сказала ему «нет».
Она снова слегка коснулась Араминты. Он начал узнавать это маленькое действие.
— «Я старалась сделать это осторожно, — сказала Селинда. — " Я знала, что Лэндри опасен. Я ясно дала понять, что работаю только над браками, полагаясь на здравый парапсихологический принцип личной совместимости и так далее, и тому подобное. Я сказала ему, что не верю, что браки, основанные на политических связях и финансовых вопросах, имеют много шансов на достижение долгосрочного счастья для любой из сторон».
— «Что он сказал?»
— «Он сказал, что его не интересует вся эта, кавычки, фигня, без кавычек, счастье, и что я могу игнорировать аспекты совместимости. Я должна была сосредоточиться на том, чтобы найти ему жену из хорошей семьи с социальными связями, а он позаботится обо всем остальном. У него даже было несколько имен, с которых я могла начать».
— «Почему в таком случае он сам не начал ухаживания?»
— Он вполне справедливо предположил, что большинство семей, не входящих в Гильдию, будут препятствовать тому, чтобы их дочери вышли замуж за члена Гильдии, даже если он должен был стать Главой организации.
— «Мне кажется, я понимаю, к чему все идет», — сказал он. — «Лэндри полагал, что если самая эксклюзивная сваха в Фриквенси Сити порекомендует брак между ним и одной из женщин из его списка, женщина и ее семья хотя бы задумаются о таком браке. Так?»
— «Да. Я подозреваю, что он также планировал применить другие виды давления, как только он сделал бы свой выбор. Маленький грязный секрет большинства социально значимых семей Фриквенси или любого другого города заключается в том, что, скорее всего, у них были взаимовыгодные отношения с Гильдией в прошлом. Многие из них в долгу перед Гильдией. И поскольку Гильдия всегда платит по своим долгам, я так полагаю, что она их и собирает.»
— «Давай не будем вдаваться в это снова». — Он согнул руки на руле, усилием воли держась за терпение. — «Хорошо, у меня есть картинка. Ты отказалась сотрудничать с Бенсоном. Что произошло дальше?»
— «Он плохо воспринял отказ». — Кончики пальцев Селинды запутались в неряшливой шерсти Араминты. — «Я знала, что он был в ярости, но я надеялась, что, учитывая его огромные амбиции, он сосредоточится на поиске другого способа достичь своей цели».
— Но это было не так?
— «Некоторое время я думала, что я в безопасности. Он так и не вернулся в мой офис. Затем однажды вечером у меня была назначена встреча, которая закончилась довольно поздно. После того, как клиент ушел, я задержалась еще на час, занимаясь бумажной работой. Когда я наконец спустилась вниз, парковка была почти пуста».
Она перестала говорить. Дэвис взглянул на нее. Она смотрела прямо перед собой на шоссе, выражение ее лица было суровым и застывшим. Ее рука все еще была на Араминте. Комочек пыли прижался к ее плечу очень близко.
— Продолжай, — сказал он тихо.
— «Я прошла мимо колоны». — Теперь в ее голосе не было никаких эмоций. — «Лэндри выскочил и схватил меня сзади. Он вонзил иглу мне в руку».
Холодный огонь горел в жилах Дэвиса. Он сжал руль так сильно, что удивился, как он не рассыпался в его руках.
— Ублюдок, — сказал он очень тихо.
— «Я пыталась позвать на помощь, но все произошло слишком быстро. Через несколько секунд я вся онемела. Я даже не могла стоять. Но мое сознание не померкло. Позже я поняла, что он не хотел, чтобы я потеряла сознание, ему нужно было чтобы, я просто не могла двигаться или говорить. Он засунул меня в багажник своей машины. У меня клаустрофобия. Это был… кошмар».
Он думал о неделях, проведенных в Гленфилдском институте. Он чувствовал тоже самое. Он ничего не сказал. Он знал, что ничто не сотрет эту травму.
Араминта издала тихий тревожный звук.
Дэвис молча боролся с ледяной яростью.
— Он отнес меня в тот гостиничный номер, — продолжила Селинда, все еще говоря без тени эмоций в голосе. — «Он позволил всем думать, что я была пьяна. Когда мы остались одни, он снял с меня одежду и одел пеньюар».
Он должен был задать этот вопрос, должен знать, — Он тебя изнасиловал?
— «Нет.»
Но странная нотка прокралась в ее голос.
— «Он оставил меня в постели в отеле. Позже я узнала, что в тот вечер он должен был принять участие в общественном мероприятии. Он должен был там появиться».
— А фотографы?
— «Наркотик, который вколол мне Лэндри, только начал терять свои свойства, когда он вернулся в комнату. Первым делом он взял трубку и позвонил кому-то. Я слышала, как он сказал: «Принесите шампанское».
Он снова уловил любопытную сглаженность в ее голосе. Он не был пси-читателем, но слышал по голосу, когда люди лгут. Сейчас она не совсем лгала, решил он. Но он был уверен, что она что-то не договаривает. Возможно, Лэндри изнасиловал ее, и она не хотела об этом говорить. Он мог понять и уважал это.
— «После того, как он сделал телефонный звонок, Лэндри переоделся в халат, — продолжила она. — «К тому времени я могла уже немного двигаться, но оставалась неподвижной, надеясь, что он подумает, что я все еще под наркотиком. Я знала, что мой единственный шанс — позвать на помощь, когда прибудет обслуживание номеров».
— «Что случилось?»
— «Обслуживание номеров было очень быстрым», — сказала она. — «Проблема заключалась в том, что человек, толкавший тележку, был не один. Также были фотографы».
— Бульварные папарацци?
— «Да. Я вскочила на ноги и закричала, но никто не обратил внимания. Очевидно,
— «Сомневаюсь, что это было обслуживание номеров. Скорее всего, Лэндри кому-то заплатил за эту постановку».
Она взглянула на него с удивлением. — «Я даже не подумала об этом, но это имеет смысл».
— «Что ты сделала?»
— «Моей единственной мыслью было выбраться из комнаты до того, как дверь закроется за парнем с тележкой. У меня кружилась голова. У меня ужасно болела голова, и я думала, что меня вырвет. Но, по крайней мере, я снова могла двигаться. Я выбралась за дверь. Лэндри даже не пытался меня остановить. Он рассмеялся и сказал что-то о том, что это только начало. Одна из последних вещей, которые он сказал мне, когда я уходила, была: «Я уничтожу тебя».
— Ублюдок, — повторил он, на этот раз мягче.
— «Больной ублюдок. Я же говорила, у человека не в порядке с головой. Он опасный сумасшедший, потому что умеет скрывать свое безумие от других».
— «Я верю тебе. Что ты сделала дальше?
— «Я спустилась по черной лестнице и нашла бельевой шкаф. Внутри было несколько запасных спа-халатов. Я взяла один и вышла через заднюю дверь. Но фотографы поджидали на стоянке».
— «Фотографии в халате».
— «Да.»
Она замолчала. Он знал, что она задается вопросом, не совершила ли она большую ошибку, доверившись ему.
— Есть еще один вопрос, — сказал он.
Она слегка покачала головой, не говоря «нет», скорее, словно вытаскивая себя из прошлого и возвращаясь в настоящее. Она все еще гладила Араминту.
— «Могу ли я предположить, что ты не пошла к копам, потому что думала, что они поверят не тебе, а члену Совета Гильдии?» — он спросил.
— Нет, — сказала она, явно обретая силу духа и железную волю. — «Я молчала, потому что его угроза уничтожить меня была не последним, что он сказал».
Внутри он похолодел еще больше. — Он угрожал убить тебя?
Она снова покачала головой, на этот раз явно отрицательно. — «О, нет. Последнее, чего бы он хотел, так это расследования убийства, тем более, что я являюсь жертвой. Было слишком много улик, которые могли привести к нему. Он ясно дал понять прессе, что я его любовница. Была запись о встречи, которую он назначил, в моем офисе. Я оставила заметки о своем решении не брать его в клиенты и так далее. Нет, он не угрожал убить меня».
— Чем он угрожал?
— «Он сказал, что если я пойду в полицию, он уничтожит мою семью».
— Он так сказал?
— «Он был очень конкретным. Он сказал, что позаботится о том, чтобы мой отец потерял работу в компании, где он проработал более тридцати лет, а мою мать уволят из библиотеки. Он сказал, что позаботится о том, чтобы моего брата никогда не приняли бы ни в какую команду по исследованию тропических лесов. Он даже дошел до того, что пообещал, что позаботится о том, чтобы брак моей сестры был расторгнут».
— Твоя семья знает правду о том, что произошло?
— Нет, нет, нет, — сказала она, немного опускаясь на сиденье. — «Я не осмелилась сказать им правду. Они бы настояли, чтобы я обратилась в полицию и плевать на последствия. Я просто не могла рисковать».
— «Они думают так же, как и все остальные в Фриквенси? Что ты увлеклась Лэндри, и когда об этом романе стало известно в прессе, у тебя не было другого выбора, кроме как закрыть свое агентство и покинуть город?»
— «Да.» Она слегка пожала плечами. — «Отчасти это было правдой. У меня не было другого выбора, кроме как уехать из Фриквенси. Я решила, что так будет безопаснее для всех. Кроме того, после того, как разразился скандал, мой бизнес был обречен».
— Ты действительно веришь, что Лэндри мог осуществить свои угрозы?
— «Для справки: я не думаю, что он мог помешать Джошу Сантане жениться на моей сестре. Я не думаю, что на планете есть такая сила, которая могла бы разлучить этих двоих. Но у Лэндри более чем достаточно сил, чтобы превратить жизнь обоих в ад, пока они живут в Фриквенси Сити».
— «Гильдии не всемогущи, вопреки тому, что ты думаешь».
— «Давай подумаем. Если в Каденсе, Мерсер Уайатт вознамерится уволить библиотекаря и руководителя среднего звена, не думаешь ли ты, что он мог бы вернуть долги и добиться своего?»
Он медленно выдохнул. Она была права, подумал он. Мерсер Уайатт провел годы, собирая и раздавая одолжения в Каденсе. Он мог бы причинить много вреда, если бы захотел.»
— Да, наверное, — признал он.
— «И он, безусловно, смог бы удержать молодого новоиспеченного ученого-исследователя, такого как мой брат, от исследовательской группы. Гильдии имеют огромный контроль над тем, кто отправляется в тропический лес».
— «Хорошо, ты права. Но разница в том, что Уайатт не действует так грубо».
— Ты имеешь в виду, что он не стал бы жертвовать долгами перед Гильдией только для того, чтобы осуществить личную вендетту.
— «Пустая трата активов», — сказал Дэвис. — «Уайатт слишком умен, чтобы заниматься такими мелкими манипуляциями».
— Ты имеешь в виду, что он не сумасшедший.
— Нет, — согласился он. — «Уайатт не сумасшедший».
— «А, Бенсон Лэндри, да. Поверь мне».
В середине репетиционного ужина Октавия, двоюродная бабушка Селинды, допившая свой третий зеленый мартини, наклонилась и прошептала ей на ухо. — Мне нравится твой новый парень. — Октавия подмигнула. — «Он горяч. Случайно не охотник за привидениями?»
Селинда почувствовала, как ее щеки запылали. Единственным ее утешением было то, что маловероятно, что кто-то еще услышит этот комментарий. Большой обеденный зал отеля был битком набит членами семей Ингрэм и Сантана, а также подружками невесты и жениха. Два длинных стола, украшенные морем розовых цветов, розовыми салфетками, розовыми скатертями и розовыми сувенирами, были накрыты, чтобы вместить толпу. Весь вечер лилось рекой розовое шампанское и коктейли.
— Не совсем так, — прошептала в ответ Селинда.
— «Ты уверена?» — спросила Октавия. Она выглядела скептически.
Октавия была маленькой, подвижной бабулькой, которая, выпив несколько мартини, становилась непредсказуемой и возмутительной. Сегодня вечером она надела один из светлых париков с длинными волосами из своей обширной коллекции и сверкала под тяжестью, должно быть, пары фунтов блестящей бижутерии.
Конечно, в клане Инграм были те, кто считал, что юбки тети Октавии слишком коротки, а каблуки слишком высоки для женщины ее возраста, но Селинда не принадлежала к их числу. Обычно она находила свою тетю очень интересной. Но сегодня вечером она начала немного волноваться.
Сегодня все были вежливы и дружелюбны, но, как она и предупреждала Дэвиса, ее прибытие в отель с незнакомым мужчиной потрясло всю семью. К счастью, то, что при нормальных обстоятельствах могло бы быть подавляющим потоком острых вопросов, было резко смягчено тем фактом, что в центре внимания была пара молодоженов.
Селинда пришла к выводу, что они с Дэвисом могли бы провернуть обман, если бы им удалось сбежать с приема пораньше завтра вечером.
Но теперь Октавия, подпитываемая мартини, начала становиться опасной.
Октавия откинулась на спинку стула и немного прищурилась, чтобы получше разглядеть Дэвиса, сидевшего по другую сторону от Селинды. В тот момент Дэвис был увлечен разговором с братом Селинды, Уокером. Они говорили об экспедиции в тропический лес, к которой Уокер планировал присоединиться в следующем месяце.
Октавия усмехнулась. — «Твой Дэвис напоминает мне охотника, которого я знала, когда была в твоем возрасте». — Она театрально обмахнулась салфеткой. — «Поговорим о горячем. Ох-ха. Я никогда не забуду ту ночь, когда мы спустились в катакомбы вдвоем со спальным мешком. Он поработал с призрачным светом, и я говорю тебе, о поджоге простыней». — Она задумалась. — «На самом деле, он поджег спальный мешок. Это был несчастный случай, конечно. Призрак, которого он притянул, подобрался слишком близко и…»
— Тетя Октавия, пожалуйста, — перебила Селинда, немного отчаявшись. — «Я же говорила, Дэвис не охотник за привидениями. Он в охранном бизнесе».
— «Неважно, в каком он бизнесе, я уверена, что этот человек должен быть кем-то вроде охотника». — Октавия снова посмотрела на Дэвиса. — Но не обычный тип. Кем бы он ни был, он сильный. Да, действительно, я чувствую там колоссальную пси-энергию.
Проблема была в том, что Октавия, вероятно, чувствовала энергию Дэвиса. В семье не было секретом, что Селинда унаследовала от нее по крайней мере некоторые элементы своих особых пси-талантов.
Разница между ними заключалась в том, что, хотя Октавия могла ощущать энергию в других, она не могла читать волны и узоры так, как это умела Селинда. Она никогда бы не смогла отличить чистые, сильные потоки, исходящие от Дэвиса, от искривленных, пугающих узоров, испускаемых таким человеком, как Бенсон Лэндри. Однако она распознала грубую силу, когда уловила вибрации.
— Буду признательна, если ты никому не расскажешь о своей теории, тетя Октавия, — очень тихо сказала Селинда.
— «Дэвис нестандартен. Как ты и я. Он пытается преуменьшить свой талант. Ты знаешь, что бывает; если выяснится, что он немного другой, это может навредить его бизнесу».
— «Конечно.» — Октавия приняла мудрый вид и сделала еще один глоток мартини. — «Вполне понятно. Мамой клянусь.»
— «Спасибо.» — Селинда взяла свой бокал и сделала глоток. Предстояла очень длинная ночь.
В дальнем конце стола ее отец, Ньюэлл, и отец жениха, Энтони Сантана, встали, чтобы выпить за молодоженов.
Ньюэлл Ингрэм был среднего роста, жилистый и компактный. Его зеленые глаза светились умом и хорошим настроением. Он взял ложку и улыбнулся матери Селинды. Такой улыбкой могли обменяться только два человека, давно знающих друг друга.
Глория Ингрэм протянула руку и на мгновение коснулась его руки. Селинда посмотрела на свою прекрасную, жизнерадостную мать и подумала, как она сияет сегодня вечером.
Ньюэлл легонько ударил ложкой по стакану с водой. В комнате стало тихо.
Он гордо улыбнулся Рэйчел и начал короткую отеческую речь, от которой каждая женщина в комнате потянулась за салфетками.
— С тех пор, как ты родилась, я знал, что этот день придет, — сказал он тихо, как будто разговаривая с ней наедине. — «Раньше я не спал по ночам, беспокоясь об этом, страшась этого. И все же больше всего на свете я хотел, чтобы ты обрела такое же счастье, какое испытали мы с твоей матерью».
Селинда смотрела на сестру сквозь пелену счастливых слез. Рэйчел светилась. Ее светлые волосы были изящно подстрижены, обрамляя тонкие черты лица и прекрасные глаза. Завтра в своем свадебном платье она будет похожа на принцессу из сказки, подумала Селинда.
Рядом с ней Джош Сантана, темноволосый и темноглазый, держал ее за руку. Он выглядел красивым и очень гордым.
Селинда слегка улыбнулась про себя. Идеальное совпадение.
— «…Итак, Джош, я приветствую тебя в нашей семье», — заключил Ньюэлл. — «Я знаю, что ты сделаешь мою маленькую девочку очень счастливой. Это все, о чем я прошу».
Все поднялись, чтобы поддержать тост. Настроение приподнялось.
Дэвис наклонился ближе к Селинде. — «У тебя хорошая семья.»
— «Да, я знаю.» Она промокнула глаза розовой салфеткой. — Я так волновалась, что уехать из Фриквенси может быть недостаточно… — Она резко оборвала себя, не желая портить момент.
— Ты боялась, что отъезда может быть недостаточно, чтобы защитить их от Лэндри?
Она молча кивнула.
Все снова сели. Мистер Сантана начал произносить свой тост.
— «Джошуа, я также знал, что этот день наступит с момента твоего рождения. Твоя мать и я беспокоились об этом больше, чем ты когда-либо представлял. Но когда ты познакомил нас со своей прекрасной Рэйчел, мы поняли, что можем расслабиться и радоваться. Ты сделал правильный выбор, сын мой».
Селинда и другие женщины схватили больше салфеток.
В конце речи отца Джош удивил всех, поднявшись на ноги и подняв свой стакан. Он улыбнулся Селинде.
— «Сегодня вечером нужно произнести еще один тост. Селинда, Рэйчел и я хотим от всего сердца поблагодарить тебя за то, что подарила нам идеальную пару. Нам нравится думать, что судьба каким-то образом свела бы нас вместе. Но правда в том, что это большой город. Мы могли бы никогда не найти друг друга, если бы не твой талант свахи. Завтра мы вступим в «Брак по Завету», зная, что приняли лучшее решение в своей жизни. Мы всегда будем тебе благодарны».
Все снова вскочили на ноги. Раздались аплодисменты.
Сквозь слезы Селинда едва могла разглядеть улыбающееся лицо сестры. Она схватила другую салфетку.
Ужин закончился. Спустя некоторое время, гости разошлись, кто в бар отеля, кто поднялся наверх в свои номера. Дэвис обнял Селинду за талию и повел ее к двери. Он чувствовал напряжение, охватившее все ее тело. Она проделала большую работу во время ужина, даже ухитрилась выглядеть так, как будто ей это нравилось. Но он мог сказать, что вся свадебная сцена была для нее тяжелым испытанием, а не счастливым праздником, которым она должна была быть. Все из-за ублюдка по имени Бенсон Лэндри.
— У меня был интересный разговор с твоим братом, — сказал он, пытаясь разрядить ее хрупкое настроение. — «Он очень рад присоединиться к одной из команд джунглей».
Прежде чем она успела ответить, на их пути встали Ньюэлл и Глория Ингрэм. Оба улыбались, но он видел в их глазах непримиримую решимость.
— Я предупреждала тебя, что это будет непросто, — прошептала Селинда. — «Приготовься сейчас будет жарко.»
— Успокойся, — мягко сказал он. — Просто следуй моему примеру.
— Извини, что у нас не было возможности поболтать, Дэвис, — тепло сказала Глория. — «Все были так заняты. Однако мы рады, что ты здесь. Так приятно знать, что Селинда завела новых друзей в Каденсе».
— «Составьте нам компанию в баре?» — сказал Ньюэлл тоном, не оставляющим места для отказа.
Селинда выглядела более беспокойной, чем когда-либо. «Паника» — это слишком мягко сказано, подумал Дэвис.
— Уже поздно, — сказала она с ложным сожалением. — «Завтра трудный день».
Дэвис улыбнулся Ньюэллу и Глории. — Звучит отлично.
Они заняли место в задней части тускло освещенного бара. Когда маленькие стаканчики с напитками были поданы, Глория посмотрела прямо на Дэвиса.
— Как вы познакомились?
— Удача, — сказал он. — «Я расследовал дело, связанное с украденным артефактом. След привел меня в офис Селинды.»
Пальцы Селинды замерли на стакане.
Ньюэлл сузил глаза. — Селинда — подозреваемая?
— Нет, — спокойно сказал Дэвис. — «Пропавший артефакт оказался в антикварном магазине. Селинда случайно купила его. Она, конечно, не знала, что его украли. Я предложил выкупить его у нее и вернуть моему клиенту. Мы заключили сделку». — Он сделал паузу, чтобы улыбнуться Селинде. — «Следующее, что я понял, это то, что я пригласил ее на ужин. Одно привело к другому, и вот мы здесь».
Ньюэлл казался удовлетворенным этим. — Тогда это просто одна из тех случайных встреч.
— Верно, — сказал Дэвис.
Глория посмотрела на Селинду. — Другими словами, вы познакомились не через сваху.
— Боже мой, нет, мама. — Селинда ободряюще улыбнулась. — «Никто из нас не ищет постоянного партнера в данный момент. Я имею в виду, мы оба так заняты своей работой. Мы просто наслаждаемся обществом друг друга. Ничего серьезного.»
Ей не обязательно было говорить это так небрежно, раздраженно подумал Дэвис.
— Понятно, — сказала Глория.
— Реликвия была ценной? — спросил Ньюэлл с искренним любопытством.
— Владелец магазина взял с меня всего пять долларов, — быстро сказала Селинда.
Ньюэлл нахмурился. — «Кто-то нанял частного детектива, чтобы найти артефакт стоимостью всего пять баксов?»
— «Он имел большую сентиментальную ценность для моего клиента», — мягко сказал Дэвис.
Селинда чуть не подавилась глотком своего напитка. Она опустила стакан и взяла салфетку. Дэвис решил, что ей, вероятно, трудно представить себе сентиментального Босса Гильдии. Он должен был признать, что это было немного натянуто.
— Как давно вы знаете друг друга? — спросила Глория.
— Некоторое время, — сказал Дэвис, прежде чем Селинда успела ответить.
— И у вас ничего серьезного, — холодно сказала Глория, — и все же она привела тебя на семейное торжество.
— Это Селинда сказала, что ничего серьезного. — Дэвис отхлебнул свой напиток и опустил стакан. — Я надеюсь изменить ее мнение.
С другой стороны стола глаза Селинды расширились от шока. — Нет, правда, — слабо выдавила она. — «Мы просто друзья.»
— Да, действительно, — сказал он. Он повернулся к Глории. — Но не волнуйся, она изменит свое мнение, когда узнает меня по- лучше.
Глория многозначительно откашлялась. — «Если вы двое решитесь на серьезные отношения, я уверена, что вы, конечно же, проконсультируетесь с консультантом по вопросам брака».
Это не было предложением, подумал Дэвис. Больше похоже на родительское требование.
— Определенно, — сказала Селинда, очень быстро качая головой вверх и вниз. — «Не волнуйся, мама. Ты меня знаешь; Мне и в голову не пришло бы совершить такую глупость, как выйти замуж, без совета эксперта. Боже мой, никто лучше брачного консультанта не знает, насколько важно получить профессиональную помощь. Я уверена, что Дэвис думает также. Не так ли, Дэвис?
— Верно, — нейтрально сказал Дэвис, — профессиональная помощь. Это сработало так хорошо для меня в прошлый раз. Почему бы мне не повторить этот опыт?»
Селинда уставилась на него.
Ньюэлл нахмурил брови. Он выглядел сбитым с толку.
— «Извини-те?» — сказала Глория, с внезапным подозрением повернувшись к Дэвису. — Вы женаты, мистер Оукс?
— Нет, миссис Ингрэм. — Он наблюдал за Селиндой поверх края стакана. — Однако некоторое время назад у меня были предпосылки к этому.
— «У Дэвиса был несколько негативный опыт общения с консультантом по вопросам брака, — объяснила Селинда. — «Он нанял сваху, которая, очевидно, не знала, что делает. К счастью, он и его невеста обнаружили, что они не подходят друг другу, еще до того, как состоялась Свадьба, так что ничего страшного не случилось».
— Ничего страшного, — задумчиво повторил Дэвис. — «Интересный способ взглянуть на это. Я, однако, придерживаюсь несколько иной точки зрения».
Взгляд Селинды стал более суровым. — «Что ты имеешь в виду?»
— «Насколько я понимаю, мой опыт работы с брачным консультантом можно охарактеризовать как невозвратный», — сказал он.
Селинда и Глория теперь выглядели озадаченными, но на лице Ньюэлла появилось выражение глубокого сочувствия.
— «Невозвратный.» — Ньюэлл серьезно покачал головой. — «Не хорошо. Совсем не хорошо.»
Селинда и ее мать переключили свое внимание на него, а затем снова на Дэвиса.
— О чем вы двое говорите? — спросила Глория.
— «Невозвратные билеты на круиз для новобрачных», — сказал Дэвис. — «Невозвратные депозиты по счетам официантам и аренде бального зала в отеле и цветы на несколько тысяч баксов. А вы знали, что цветы возврату не подлежат? А еще шампанское. Я не открыл ни одной проклятой бутылки, но с меня все равно удержали деньги за большую часть».
— Подожди секунду, — сказала Селинда, — билеты на круиз я понимаю. Но ты хочешь сказать, что взял все расходы на себя?
Он одарил ее стальной улыбкой. — «Моя невеста всегда мечтала о пышной свадьбе, но у ее семьи не было достаточно денег, чтобы заплатить за это. Поэтому, думая, что я делаю долгосрочную инвестицию, я взял все расходы на себя». Селинда вздрогнула. — «О, Боже.»
Ньюэлл вздрогнул. — «Когда я думаю о том, что бы со мной было, если бы Рэйчел и Джош отменили свой брак в последнюю минуту, у меня по спине побежали мурашки».
— Тем не менее, — сказала Глория, излучая женскую мудрость, — гораздо лучше узнать, что ничего не получится, до того, как состоится «Брак по Завету», чем после.
— «Я не буду спорить с этим», — сказал Дэвис. — «Я просто говорю, что мне дорого обошлась ошибка профессиональной свахи».
Селинда посмотрела на него с мрачным вызовом. — «Конечно, ты же не имеешь в виду, что ты скорее доверишься своему собственному суждению, чем обратишься к профессиональному консультанту?». Он пожал плечами. — «Вряд ли я сделаю хуже».
«О, ради Бога, — парировала она, — это все равно, что сказать, что я предпочитаю заниматься собственной детективной работой, чем нанимать профессионального следователя».
— «Это совсем не одно и то же».
— Это тоже. Существуют убедительные статистические данные и ряд пара-психологических исследований, доказывающих, что люди, которые следуют советам должным образом обученной свахи, гораздо чаще заключают счастливые и полноценные браки, чем те, кто не пользуется услугами профессионала».
— Похоже, ты снова цитируешь свою книгу.
— Может быть, тебе стоит прочитать ее. — Она сложила руки на столе и сузила глаза. — «Статистика и цитирование исследований приведены в приложении».
— Вау, — сказал он невозмутимо. — «Там есть еще и приложение? Знаешь, мне действительно нужно взглянуть на эту книжонку».
— «Если ты когда-нибудь соберешься купить ее, — сказала она уже сладко, — я буду счастлива подписать ее для тебя».
Краем глаза Дэвис заметил, как Ньюэлл и Глория обменялись странными взглядами. Ньюэлл выскользнул из кабинки и потянулся, чтобы помочь Глории подняться на ноги.
— Если вы двое не возражаете, мы оставим вас, — добродушно сказал Ньюэлл. — «Это был долгий день, и завтра он будет еще длиннее и суматошнее».
Дэвис встал и пожал руку Ньюэллу. — Спасибо за выпивку, сэр.
Глория наклонилась и поцеловала Селинду в щеку. — «Спокойной ночи, дорогая. Увидимся утром.» Она выпрямилась и посмотрела на Дэвиса. В ее глазах блестело веселье. — «Я так рада, что мы немного поболтали, Дэвис. Я чувствую, что теперь знаю тебя намного лучше. Увидимся завтра».
— Спокойной ночи, миссис Ингрэм.
Ньюэлл и Глория исчезли в вестибюле отеля, направляясь к лифтам.
Дэвис сел и посмотрел на Селинду.
Наступила тишина. Он прочистил горло. — Я думаю, все прошло хорошо, а ты?
Селинда была слишком потрясена, чтобы ответить. Абсурдность ситуации поразила ее, как вспышка призрачного света.
Она опустила голову на скрещенные руки и начала смеяться.
— Черт, ты плачешь? — Дэвис обогнул стол и неловко похлопал ее по плечу. — «Все нормально. Я знаю, что притворяться, что я твой парень, нелегко, но ты справилась, все отлично».
Она не смела поднять голову. Она слишком сильно смеялась. Возможно, у нее истерика.
— «Твои родители не выглядели расстроенными, когда уходили», — сказал Дэвис, видимо, решив подбодрить ее. — «Посмотри на это с другой стороны. Что бы они сейчас ни думали, могу поспорить, что они понятия не имеют, что я твой телохранитель. В этом весь смысл, помнишь?»
Ей удалось взять себя в руки усилием воли. Она подняла голову, понимая, что глаза у нее влажные, а лицо, вероятно, раскраснелось.
— Прости, — пробормотала она. Она использовала салфетку, чтобы вытереть глаза. — «Я не знаю, что на меня нашло. Наверно это стресс».
— Ты смеялась, — сказал он с глубоким облегчением. — Я думал… — неважно.
— «Не могу поверить, что мы ввязались в этот дурацкий спор на глазах у моих родителей». — Она почувствовала, как смех снова начал подниматься внутри, и с трудом сглотнула, чтобы подавить его. — «Наверное, это все из-за шампанского. О чем мы думали?»
— Не знаю, как ты, а мне чертовски надоело слушать, как ты говоришь всем, что я всего лишь друг.
Она замерла в изумлении. — Что ж, не так уж много терминов для описания человека твоего положения. Я делала все возможное, чтобы наши отношения звучали нормально».
— Но это же ненормально?
— «Послушай, это ты сказал, что эта маленькая шарада будет простой, помнишь?
В его глазах мелькнул подозрительный блеск. — Мы опять спорим?
Она откинулась назад, —
— «Нет. Я думаю, что с меня достаточно споров для одного вечера, — сказала она очень вежливо. — «Пора спать. Завтра я буду в розовом. Мне нужно с этим переспать».
Дэвис открыл дверь в ее комнату ее же ключом. Она включила свет. Макс и Араминта сидели рядышком на столе и смотрели в ночь через раздвижное стеклянное окно.
— Мы вернулись, — объявила Селинда.
Араминта и Макс спрыгнули со стола, пробормотав приветствия. Селинда наклонилась, подхватила Араминту и посадила ее себе на плечо. Араминта тут же начала ворковать ей на ухо.
— Думаю, она хочет еще перекусить, — сказала Селинда. Она мрачно посмотрела на пустые тарелки на столе. — «Похоже, они с Максом схомячили все, что я заказала для них в номер, прежде чем мы ушли. Мне придется взломать мини-бар. Ты знаешь, сколько они берут за содержимое мини-бара?
Дэвис подобрал Макса. — «Бери, что нужно. Я все включу в счет Гильдии. Уайатт может позволить себе несколько закусок из мини-бара, уж поверь мне.»
— «Не сомневаюсь. Проблема в том, будет ли он рад оплатить счет за такие вещи, как закуски в мини-баре, если не получит обратно свою реликвию?»
— «Ну, он не будет в восторге», — сказал Дэвис.
Она застонала. — «Знаешь, раздраженный Глава Гильдии Каденса не входит в мои планы. Мне придется снова сменить город. Снова. Было достаточно тяжело прижиться здесь, после Фриквенси, потому что я разозлила пара-психопата, члена местной Гильдии.
Выражение его лица стало жестче. — «Независимо от исхода этого дела, тебя не заставят покинуть Каденс».
— «Ха. Тебе легко говорить. — Она присела перед мини-баром и сорвала маленькую печать. — «Ты не представляешь, каково это жить в городе после того, как ты разозлила высокопоставленного члена Гильдии, поверьте мне».
— Я тебе верю, — сказал он тихо. — Но я думаю, пришло время тебе попробовать довериться мне.
Что-то в его словах заморозило ее на месте. Она посмотрела на него. Это был долгий путь, учитывая, что она сидела. Когда она, наконец, добралась до его лица, то увидела, что его черты лица были мрачными и неумолимыми.
— Отлично, — ровно сказала она. — Теперь я и тебя разозлила.
— «Да.»
Она поднялась на ноги, огорченная. — «Извини. В последнее время я была немного напряженна. Мне действительно нужно хорошо выспаться».
Он склонил голову, холодно вежливо. — В таком случае: спокойной ночи.
Он подошел к смежной двери. — Я открою ее снова, когда ты ляжешь в постель.
Он вошел в свою комнату с Максом на плече и очень тихо закрыл дверь.
Она долго стояла, глядя на закрытую дверь. Очевидно, это один из минусов нахождения телохранителя рядом. У них была привычка отдавать много приказов.
Араминта ободряюще заурчала ей на ухо.
— «Точно.» — сказала Селинда. Она снова опустилась на колени перед мини-баром. — «Будем решать проблемы по мере их поступления. Мою девочку нужно накормить».
Некоторое время спустя она перевернулась в кровати в тысячный раз, наконец, перестала пытаться уснуть. Она приподнялась на локтях и мрачно посмотрела на дверь, которая соединяла ее комнату с комнатой Дэвиса. Она была приоткрыта, но не больше, чем на пару дюймов.
В другую комнату было невозможно заглянуть, но она уже довольно давно прислушивалась, и по ту сторону было ужасно тихо. Очевидно, у Дэвиса не было проблем со сном.
В изножье кровати в лунном свете заблестели голубые глаза Араминты. Она не спала.
— Только не говори мне, что ты снова голодна, — прошептала Селинда.
Араминта забегала по одеялу, захлопала голубыми глазками и издала полные надежды звуки.
— Ладно, ладно, я не хочу, чтобы ты умерла с голоду. — Селинда встала с кровати, накинула халат и прошла через комнату, чтобы снова открыть мини-бар. Зеленого света было достаточно, чтобы осветить содержимое. — «Что на этот раз? Печенье или орешки?»
Араминта немного помедлила, а затем сосредоточила свое внимание на орешках.
Селинда вытащила орешки, выпрямилась и разорвала упаковку. Она высыпала содержимое в тарелку на столе. Араминта запрыгнула на стол и начала изящно жевать.
— По крайней мере, ты не бегаешь в ночи с Максом по чужому городу, — тихо сказала Селинда. — Что ты сделала с этой дурацкой реликвией?
Араминта съела орешек.
— Ты хоть представляешь, сколько у нас неприятностей?
Араминта не выказала никаких признаков беспокойства. Она выбрала другой орешек.
Селинда подошла к окну и посмотрела на ночной город. Гостиница располагалась в самом сердце Квартала, залитого бледным сиянием Олд-Фриквенси.
Она открыла раздвижную стеклянную дверь и вышла на балкон. Воздух был теплым и ароматным. Упираясь локтями в железные перила, она смаковала нежный поток инопланетного пси и созерцала ночь.
Рядом запульсировала интригующая аура какой-то очень знакомой энергии.
Вздрогнув, она отступила назад и быстро повернулась, плотнее закутываясь в халат.
Дэвис прислонился к перилам своего балкона. На нем были только брюки. Его ноги были босы, как и все остальное выше пояса. Лунный свет и слабый отблеск сияния зеленой стены отражались на его плечах. Он смотрел на нее загадочными, как ночь, глазами. Макс сел рядом с ним на перила.
— Не спиться? — спросил Дэвис.
— «Араминта снова проголодалась».
— «Хорошо. Прошло не менее полутора часов с тех пор, как ты в последний раз кормила ее. Чего ты ожидала?»
— Клянусь, в нее будто вселился дух подростка. — Она сделала паузу. — Что ты здесь делаешь?
— «Размышляю».
— О деле? — осторожно спросила она.
— «В том числе.» — Он сделал паузу. — В основном о других вещах.
Она хотела спросить его, о чем еще он думает, но напомнила себе, что недостаточно хорошо его знает, чтобы влезать в его личное пространство.
Макс выбрал этот момент, чтобы перепрыгнуть трехфутовый пролет, разделявший два балкона, не показывая страха падения с третьего этажа на землю, и приземлился на перила рядом с Селиндой. Он вежливо усмехнулся ей, а затем спрыгнул на пол. И исчез в комнате, присоединившись к Араминте на столе. Селинда снова услышала хруст.
— «Спорим, что я мог бы сделать также», сказал Дэвис, изучая расстояние между двумя балконами.
— «Что сделать? Перепрыгнуть с твоего балкона на мой? — Она вздрогнула. — Даже не думай об этом.
— «Почему?»
— «Потому что это глупо, вот почему. Боже мой, ты можешь не допрыгнуть, и тогда мне придется объяснять Мерсеру Уайатту, почему он никогда не вернет свою реликвию».
Зубы Дэвиса блеснули в короткой злобной ухмылке. — Приятно знать, что тебе не все равно.
— Да, ну, у меня есть к тебе шкурный интерес. С моей точки зрения, ты — все, что стоит между Араминтой, мной и Боссом Гильдии Каденса. Я хочу, чтобы ты был жив и здоров. Понятно?»
— «Понятно. Подожди секунду.»
Он исчез в своей комнате. Она ждала, когда он снова появится, недоумевая, что происходит.
Через мгновение он вышел на ее балкон.
— Та дам, — сказал он. — «Никаких экстремальных рисков не предусматривалось».
Она вздрогнула, но не от прохладного ночного воздуха. Он стоял очень близко к ней, так близко, что она могла ощутить гораздо больше, чем его пси-силу. Ее пульс уже бешено стучал, и она могла чувствовать уже знакомое трепетание в низу живота.
— Приятно знать, — прошептала она. — Потому что я действительно не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
Он медленно улыбнулся. — «Я ценю это, даже если единственная причина, по которой ты хочешь, чтобы я был рядом, это то, что я твой щит против Гильдии Каденса».
Близость ночи и уникальная неотразимая аура Дэвиса окутывали ее, воздействуя на все ее чувства. Чувственное возбуждение растекалось по ее венам. Мистер Почти Совершенство.
Она вдруг поняла, что он может не только прыгать с одного балкона на другой, но и отбивать чечетку вдоль перил. Кого волновал риск?
— Это не единственная причина, по которой я хочу, чтобы ты был рядом, — сказала она.
Она была поражена звуком собственного голоса. Был откровенный шепот. Она была уверена, что никогда раньше не звучала так знойно, за всю свою жизнь.
Дэвис ухватился за лацканы ее халата обеими руками и притянул ее ближе. — «Ты уверена?»
Теперь у нее были проблемы с дыханием. Но в хорошем смысле. Захватывающе.
— Уверена, — выдавила она.
Он крепче сжал ее халат и поцеловал.
Каким бы невозможным это казалось, но она была уверена, что энергия Дэвиса и ее собственная каким-то образом объединились в резонирующем узоре, который поджег ночь. Внезапно она была охвачена безумным каскадом невидимого пси.
Но с этим мужчиной ей уже было наплевать на правила. Она не хотела тратить время на планирование будущего, потому что, учитывая отношение Дэвиса к «Браку по Завету», у них, вероятно, его не было. Сегодняшний вечер мог быть всем, что у них было вместе, и она намеревалась воспользоваться моментом.
Одного этого осознания было достаточно, чтобы склонить чашу весов здравого смысла.
Она яростно сомкнула руки на его плечах, наслаждаясь ощущением гладких мускулов и теплой мужской кожи. Он ответил тяжелым стоном и углубил поцелуй.
Когда она немного вздохнула и приоткрыла губы, он переместил руки, сжимая их вокруг ее талии. Он был сильно возбужден. Она чувствовала это и знала, что он хочет, чтобы она знала о влиянии, которое она на него оказывает.
Волнение охватило ее. Она вдруг почувствовала себя невероятно сексуальной и дико женственной.
Она смело прервала поцелуй и прижалась губами к его горлу. Его пронзила дрожь. Без предупреждения он подхватил ее на руки, прижав к груди, и понес в темную спальню.
Она думала, что он собирается положить ее на кровать. Вместо этого он прошел через смежную дверь в свою комнату и поставил ее на ноги. Она увидела, что одеяло было сброшено с его кровати. Очевидно, у Дэвиса были такие же проблемы со сном, как и у нее.
Она была так опьянена пьянящим, буйным изумлением происходящего, что чуть не потеряла равновесие.
Дэвис поймал ее одной рукой, расстегнул пояс ее халата и стянул его с ее плеч. Он упал вокруг ее босых ног, оставляя ее в бледно-зеленой атласной ночной рубашке.
Дэвис медленно улыбнулся при виде пеньюара. Он провел пальцами по краям крошечных бретелей, едва касаясь ее кожи.
— Мило, — сказал он. — «Очень мило.»
— «Я купила его в прошлом месяце», — призналась она, прежде чем задуматься. — Я берегла его для особого случая.
Он выглядел довольным. — Для сегодняшней ночи?
Она улыбнулась. — «Определенно».
Его смех был сексуальным и невероятно интимным. — «Похоже, это моя счастливая ночь».
Он поднял ее и положил на смятую кровать. Выпрямившись, он снял штаны и отбросил их в сторону. Под ними ничего не было.
Ее пронзила дрожь беспокойства. Но прежде чем она успела осознать то, что должно было случиться, Дэвис опустился рядом с ней на кровать. Он наклонился над ней, зажав ее между своими локтями, и начал жадно целовать.
Поцелуи лились дождем, увлажняя ее рот, горло, согревая кровь. Горячая энергия пульсировала, Дэвиса и ее собственная, снова резонируя в узоре, который возносил их обоих на более высокий уровень возбуждения.
Она забыла о своих опасениях. Она жадно исследовала его, смакуя мускулистые очертания его спины и бедер. Когда ее пальцы сомкнулись вокруг него, он глубоко и судорожно вздохнул.
— Я долго не протяну, если ты будешь продолжать в том же духе, — предупредил он низким и хриплым голосом.
Взволнованная, она немного сжала пальцы, бросая ему вызов. На этот раз от его низкого смеха у нее по спине пробежали волнующие мурашки.
Он стянул с ее плеч атласные бретельки и спустил ночнушку вниз по ее телу до самых щиколоток. Он бросил ее на пол рядом с кроватью.
Он нашел ее грудь своим ртом, и она забыла о том, что дразнила его. Она ахнула и вонзила ногти ему в спину. Все ее тело болело от желания. Каждый дюйм ее кожи был невероятно чувствительным.
Большая теплая рука Дэвиса скользнула вниз по ее талии, по животу. Он зарылся пальцами в волосы на стыке ее бедер.
Она поцеловала его в плечо, лизнула, а затем импульсивно попробовала зубами его кожу. Он издал тихий, хриплый звук, а затем очень нежно поймал ее сосок своими зубами. Его пальцы скользнули ниже, ища ее секреты.
Она перестала дышать. Внутри все сжалось до невыносимой степени. Она чувствовала свою собственную гладкость и знала, что его рука должна быть покрыта влагой.
Когда вскоре он чуть-чуть отстранился от нее, она дрожала от предвкушения и желания.
Он занял позицию, а затем начал постепенно проникать в нее.
— Ты такая тугая, — сказал он хриплым голосом. — «Расслабься, впусти меня».
— Я пытаюсь, — выдохнула она. — Ты слишком большой.
— «Нет. Тебе просто нужно расслабиться».
Она сделала несколько глубоких вдохов. — «Хорошо. Я расслабилась.»
— «Ты уверена?»
— «Я уверена.»
Вместо того, чтобы податься вперед, он отступил. Она притянула его ближе, запаниковав, что он передумал.
— Нет, — сказала она, цепляясь за него. — «Не оставляй меня».
— «Я никуда не собирался. Поверь мне.»
Он нашел маленький бугорок, спрятанный между защитными складками плоти, и снова погладил его. Почти сразу же она почувствовала, что начинает расслабляться и открываться.
— Да, — сказала она. — О, да, пожалуйста.
Он продолжал гладить ее, пока ее мольбы не превратились в требования. Затем он перевернулся на спину, увлекая ее за собой.
Она растянулась на нем, колени по обе стороны от его бедер. Он снова нашел ее своей рукой, используя большой и указательный пальцы, чтобы свести ее с ума.
Кульминация наступила из ниоткуда. Она не была к этому готова, потому что никогда в жизни не чувствовала ничего подобного. Пульсирующие волны изысканной энергии захлестнули ее, вызвав прилив чистой эйфории.
Она услышала чей-то тихий крик. С опозданием она поняла, что кричала она.
Дэвис схватил ее за ягодицы и вошел в нее одним плавным, безжалостным движением. Он толкнулся два, три раза, а потом весь стал как кварц. Она открыла глаза, чтобы посмотреть на него сверху вниз, и увидела, как его рот открылся в гримасе, которая могла быть либо сильной болью, либо невероятным удовольствием.
Он взревел.
Другого слова для этого не нашлось. Это был крик ликующего самца, претендующего на свою пару.
Она успела отблагодарить свой счастливый янтарь за то, что никого из ее родственников не было в соседней комнате, прежде чем она рухнула на него.
Спустя некоторое время он очнулся, откатился от нее и снова плюхнулся на подушки. Сквозь раздвижную стеклянную дверь проникало достаточно изумрудного света, чтобы показать ей, что он улыбается с мужским удовлетворением.
— Ты всегда так делаешь? — он спросил.
— «Что делаю?»
— «Кричишь.»
Она покраснела. Ну, по крайней мере, в этой темноте он не мог видеть, как она становится ярко-розовой.
— Не знаю, — пробормотала она.
Он приподнялся на локте и посмотрел на нее сверху вниз. — Почему ты не знаешь?
— «Я никогда не делала этого раньше».
— Не кричала?
— «Не испытывала оргазм».
Он приподнял бровь. — «Ты уверена?»
— Это ведь не то, в чем можно ошибаться, не так ли?
— «Нет, не так.»
— «Поверь мне, я никогда в жизни не чувствовала ничего похожего. Я бы запомнила».
— «Извини, что тебе пришлось так долго ждать, но я должен сказать тебе, что я очень рад, что был рядом, когда это наконец произошло».
— «Я тоже.» — Она обвила руками его шею. — Думаешь, мы могли бы повторить? Убедиться, что это не было галлюцинацией?
— «Непременно.»
Он наклонил голову и накрыл ее рот своим. Энергия снова вспыхнула в затененной комнате.
Долгое время спустя она очнулась, почувствовав, что ее несут на руках. Страх пронзил ее, принеся с собой воспоминания об ужасной ночи, когда Бенсон Лэндри занес ее в номер отеля, притворившись перед персоналом, что она была пьяна.
— «Нет.» — Инстинктивно она начала сопротивляться.
Руки, обнимавшие ее, сжались, прижимая ее к твердой мужской груди.
— Успокойся, — мягко сказал Дэвис. — «Все в порядке. Это я».
Обнадеживающий звук его голоса и знакомый пульс его пси-волн прогнали краткую панику. Она открыла глаза и посмотрела на него.
— «Что ты делаешь?» — спросила она, все еще дезориентированная.
— «Отношу тебя обратно в твою постель».
Это не звучало многообещающе.
— «Почему?» — спросила она, сбитая с толку.
— Я люблю спать один, — тихо сказал он. Он положил ее на кровать и выпрямился. — «Не принимайте это на свой счет».
Она была унижена. Он мог быть идеальным для нее, но, несмотря на то, что они только что разделили, это чувство не было взаимным. Не то чтобы он не предупредил ее, что не заинтересован в долгосрочных отношениях, напомнила она себе. И дело было не в том, что существовали правила, запрещающие секс на одну ночь по очень веским причинам. Тем не менее, вышвырнуть ее из постели до того, как ночь закончилась, казалось несколько экстремальным.
Она чувствовала себя униженной. Она даже была в ярости.
— У меня для тебя новости, — сказала она. — «Я принимаю это на свой счет».
Она натянула одеяло до подбородка, перевернулась на бок и отвернулась от него.
Он ушел не сразу. Она чувствовала, как он стоит там и смотрит на нее сверху вниз. Она затаила дыхание, гадая, не передумает ли он.
— Спокойной ночи, — сказал он очень тихо.
Он вернулся в свою комнату. Она долго лежала без сна, глядя в окно на сияющие зеленью шпили и башни Мертвого города. Араминта запрыгнула на кровать, прижалась к ней и издала тихие звуки.
Он Мистер Почти Совершенство, напомнила себе Селинда, а не Мистер Совершенство. Привыкайте к этому.
Наконец она заснула.
Телефон Бенсона Лэндри громко зазвонил. Он только что закончил с соблазнительной, энергичной, чрезвычайно изобретательной блондинкой и наслаждался приятной негой. Он был не в настроении отвечать на звонки. Но было не так много людей, у которых был его личный номер. Когда кто-то использовал его, всегда была причина.
Он откатился от блондинки, сел на край кровати и потянулся к телефону.
— Лэндри, — сказал он. — Лучше бы это было важно.
— Если вы уделите мне пять минут вашего драгоценного времени, я думаю, вы найдете то, что я хочу сказать, очень интересным, мистер Лэндри.
Голос был культурный, звонкий, авторитетный. И незнакомый. Этого было достаточно, чтобы раздались тревожные звоночки.
— «Кто это?» — резко спросил он.
— «Меня зовут доктор Титус Г. Кеннингтон. Полагаю, у нас с вами есть общий знакомый. Женщина по имени Селинда Ингрэм».
Его внутренности сжались. Он потянулся и сильно толкнул блондинку.
Она получила сообщение. Это был не первый раз, когда он отсылал ее сразу же после того, как покончил с ней. Без всякого возражения она встала с кровати, собрала свои вещи и пошла в ванную, чтобы одеться.
— Что там с Селиндой Ингрэм? — сказал он в трубку, подавляя настойчивость, которая внезапно поглотила его. Он думал, что проблема была решена четыре месяца назад.
— «Мы подойдем к ней через минуту. Во-первых, давайте обсудим наше партнерство».
— «Почему, черт возьми, я должен брать тебя в партнеры?»
— Потому что я готов дать тебе взамен то, чего ты очень хочешь.
— «И что это?»
— «Для начала я могу гарантировать, что ты станешь новым Боссом Гильдии Фриквенси. Я также готов пойти дальше. Я помогу тебе достичь других твоих целей: невеста из богатой, высокопоставленной семьи, не входящей в Гильдию, и шанс занять место в сенате.»
— Звучит многообещающе, — сказал он. — Из любопытства, как ты собираешься выполнить свою часть сделки?
Блондинка вышла из ванной, полностью одетая. Она молча подошла к двери и вышла в холл. Бенсон проигнорировал ее. Его сотрудники службы безопасности выведут ее из поместья.
— «Скоро увидишь», — сказал Кеннингтон. — «Теперь, как член Совета Гильдии Фриквенси, я полагаю, ты слышал слухи о некой инопланетной реликвии, пропавшей из хранилища Гильдии Каденса?»
С каждой секундой становилось все интереснее. Может быть, парень все-таки не был полным безумцем.
— Ходят слухи, что артефакт был украден, — осторожно сказал он. — «Уайатт замалчивает информацию, но говорят, что он усердно ищет. Он хочет это вернуть».
— «Он хочет вернуть ее, потому что она очень необычная», — сказал Кеннингтон. — «Она сделана из янтаря, с которым никто раньше не сталкивался. Но даже Уайатт не знает об уникальных свойствах реликвии».
— «Каких свойствах?»
— «Ты не поверишь мне, если я скажу, поэтому вместо этого я предлагаю демонстрацию».
— Если выяснится, что я зря трачу время…
— «Уверяю вас, мистер Лэндри, как только вы увидите, на что способно рубиново-янтарное устройство, вы ОЧЕНЬ захотите сотрудничать со мной».
— «Как ты собираешься демонстрировать работу этой чертовой штуки, если она пропала?»
— Открою вам маленький секрет, сэр, то, чего больше никто не знает. Существуют два артефакта из рубинового янтаря. У меня есть еще один».
— В таком случае, зачем тебе второй?
— «Он просто слишком мощный и слишком ценный, чтобы оставлять его в руках людей, которые понятия не имеют, на что он способен».
— Зачем заключать со мной сделку? — спросил Бенсон.
— «Я думаю, учитывая последние события, ваши шансы найти вторую реликвию намного выше, чем мои», — сказал Кеннингтон.
— «Почему?»
— «Во-первых, человек, который знает местонахождение другой реликвии, в настоящее время находится в Фриквенси Сити. А это твой город. Как член Совета Гильдии ты можешь действовать свободно, не вызывая нежелательного внимания. И последнее, но не менее важное: ты близко знаком с……. Селиндой Ингрэм.»
Старая ярость выплеснулась из темной ямы внутри Бенсона.
— Как эта сука в этом замешана?
— «Я не верю, что в настоящее время она владеет реликвией, потому что, если бы это было правдой, Гильдия Каденса заставила бы ее вернуть ее. Но, похоже, она знает, где она».
— «Допустим, я согласен вернуть тебе вторую реликвию», — сказал он. — «Зачем мне отдавать ее тебе? Если у нее есть такие ценные свойства, как ты утверждаешь, я оставлю ее себе».
— Ты, конечно, можешь это сделать, — сказал Кеннингтон тем же ровным, раздражающе учтивым тоном. — Но это не принесет тебе никакой пользы. Даже если предположить, что ты поймешь его уникальные свойства, ты не сможешь ими воспользоваться.
— «Почему нет?»
— «Это требует особого типа пси-таланта: моего типа. Но в обмен на возвращение артефакта я соглашусь использовать устройство во благо тебе».
— Ты действительно думаешь, что сможешь использовать его, и гарантировать, что я стану следующим Боссом Гильдии Фриквенси?
— И все остальное, что вы только захотите, мистер Лэндри. — Кеннингтон практически мурлыкал. — «Все. Я надеюсь, что вы сочтете это соглашение взаимовыгодным. С вашим положением, властью и влиянием вы можете помочь мне. Я, в свою очередь, воспользуюсь этим устройством, чтобы поднять вас так высоко, как вы пожелаете. Договорились?»
— «Сначала мне нужно посмотреть, на что способна реликвия».
— «Конечно. Я предлагаю немедленно провести демонстрацию. Вы можете выбрать место проведения. Есть только одно условие».
— «Какое?»
— «Как и призрачный свет, сила реликвии довольно слаба, если к ней не получить доступ под землей или рядом с источником инопланетного пси».
— «Мой офис находится в Старом квартале, — сказал он. Он весь напрягся. Инстинкты подсказывали ему, что он наткнулся на что-то важное. — «Он расположен прямо над дырой в стене».
— «Это должно сработать. Кроме того, для этой демонстрации нам понадобится подопытный».
— «Кто?»
— «Это не имеет значения для меня. Может быть, кто-то из ваших людей или кто-нибудь из вашей прислуги».
— «Подожди.» — Бенсон включил интерком системы безопасности у кровати.
Охранник у ворот ответил немедленно.
— Да, мистер Лэндри?
— Женщина еще не ушла?
— Мисс Стоу? Она сейчас здесь. Один из охранников готовится отвезти ее.
— «Верните ее в дом. Я еще не закончил с ней.
Он не хотел спать один. Он хотел провести остаток ночи с ней, прижавшейся к нему. Он хотел проснуться утром и найти ее в своих объятиях.
Но он не осмелился пойти на такой риск.
Прошло много времени, прежде чем он уснул. Когда он это сделал, он увидел сон.
Он крепко держал ребенка на руках. Похитители не отставали. Они все еще были невидимы в лабиринте катакомб, но скоро они встретятся. Они знали частоту янтаря, которую он носил в своих часах.
Он только что бросил часы в ближайшем туннеле. У него был резервный янтарь, настроенный на другую частоту, но он пока не мог рисковать им. У преследователей не ушло бы много времени, чтобы уловить второй сигнал и понять, что он переключился на резерв.
Оставался только один выход.
— Закрой глаза и не двигайся, Мэри Бет. Я обещаю тебе, что если мы оба будем стоять неподвижно в течение следующих нескольких минут, плохие люди даже не увидят нас.
— Хорошо, — прошептала Мэри Бет.
Она прильнула к нему, обвив одной рукой его шею, и смотрела на него с торжественным доверием, которое мог дать только шестилетний ребенок. Это было чудо, что она вообще доверяла ему после того, через что прошла. Она никогда раньше не встречала его в своей жизни. Но сорок пять минут назад он спас ее от похитителей, и она поверила ему, когда он сказал ей, что пришел забрать ее домой.
Звуки приближающихся мужчин теперь были ближе. Они использовали сани. Мужчина с шестилетним ребенком никак не мог убежать от них.
Скоро, подумал он. Может быть, тридцать секунд. Он должен был выбрать правильное время, иначе он и Мэри Бет никогда не выберутся из этой комнаты.
Мэри Бет закрыла глаза и прижалась лицом к его груди, как ребенок, пытающийся спрятаться от монстров под кроватью.
Сани были уже совсем близко. Он мог слышать звук двигателя. Под землей работали только самые примитивные виды двигателей.
— Он близко, — взволнованно сказал один из мужчин. — «Он наш. Не больше сотни футов (≈30,5 м).
— Хватаем его», — сказал другой. — Если он выберется отсюда с девчонкой, нам всем конец.
— Стой очень, очень тихо, Мэри Бет, — прошептал он. Она замерла в его объятиях.
Он вытащил серебряный свет. Много.
Сани громко загудели. Они выкатились из одного из десяти сводчатых входов в подземную камеру. И тут водитель остановил чертову штуковину прямо посреди комнаты.
«Проверь частоту», — рявкнул водитель.
Он затаил дыхание и сосредоточился, считая секунды.
Одна минута.
Второй человек на санях изучал рез-локатор. — «Прямо.»
Две минуты.
«Ты уверен?» — спросил водитель, глядя на девять других дверных проемов.
— «Абсолютно. У меня точные координаты».
— Мне это не нравится, — с тревогой сказал третий. — «Что-то не так».
Три минуты.
Мужчины продолжали спорить. Мэри-Бет не шевельнулась, хотя он чувствовал, как ее тельце дрожит от страха.
Четыре минуты.
«Хорошо, поехали», — сказал водитель, принимая решение.
Этот ублюдок наконец-то сдвинул сани. Маленький автомобиль пронесся через комнату. Он направился прямо к сводчатому дверному проему, настроившись на частоту янтарных часов, которые лежали на кварцевом полу внутри.
Сани проехали в ярде от того места, где он стоял с Мэри-Бет, крепко прижатой к его груди.
Пять минут. Вечность.
— «Призрачное дерьмо, — взвыл водитель. — Это его чертовы часы. Он обманул нас».
Но было слишком поздно. Водитель не смог вовремя остановить сани. Он прорвался прямо сквозь слабые тени, закрывавшие сводчатый вход в туннель, активировав ловушку иллюзии пришельцев.
Мужчины закричали, когда их погрузили в ловушку психически созданных инопланетных кошмаров, но ненадолго. В таких условиях ни один человек не мог оставаться в сознании дольше нескольких секунд. Мэри Бет вздрогнула от этих звуков.
Перестал работать серебристый свет. Он тяжело дышал и его уже начало трясти. Ему не нужно было проверять свой янтарь, чтобы знать, что он расплавил его. К счастью, теперь у него был запасной.
— Все в порядке, Мэри Бет, — сказал он. — «Плохие люди не смогут причинить тебе вред».
Она подняла голову и посмотрела на него большими изумленными глазами. — «Они прошли мимо нас, но даже не увидели нас».
— Нет, — сказал он. — «Не увидели».
Он должен был двигаться быстро. Часы тикали. У него было самое большее пятнадцать минут, чтобы вернуться к месту встречи и передать Мэри-Бет команде. По крайней мере, теперь у них были сани. Когда ловушка иллюзий сработала, можно было безопасно пройти через дверной проем, чтобы забрать их.
— «Мы были словно невидимы», — прошептала Мэри-Бет, наблюдая, как он сбрасывает с саней троих мужчин без сознания.
— «Ага.» — Он проверил рез-локатор. Он функционировал. — Как будто мы невидимы.
Он вбил координаты встречи. Последнее, что он помнил, было лицо охотника, вырвавшего девочку у него из рук. Затем его охватил холодный озноб, и все почернело.
Пять дней спустя он очнулся и обнаружил, что оказался в ловушке живого ада под названием Институт Гленфилда, смутно осознавая, что происходит вокруг него, но совершенно не в состоянии говорить. Он чувствовал запах кофе, который пили врачи, и слышал их мрачные диагнозы.
— «Пси-кома. Он может никогда не выйти из нее. Даже если и выйдет, он будет полностью выгоревшим. Он проведет остаток своей жизни в парапсихологическом отделении».
Титус Кеннингтон с насмешливым пренебрежением оглядел кабинет Бенсона Лэндри
Решение перенести штаб-квартиру Гильдии Каденса в центр города было пиар-предложением, призванным сделать организацию более популярной. Однако здесь, во Фриквенси, местные власти, по-видимому, не слишком беспокоились об общественном мнении. Сам факт того, что такой человек, как Бенсон Лэндри, поднялся до такого высокого положения в Гильдии, был доказательством того, что местная организация не была так уж настроена на модернизацию.
Лэндри был нестабилен и очень опасен. Исходящая от него темная энергия была похожа на энергию других пара-социопатов, с которыми Титус сталкивался в ходе своей профессиональной карьеры. Кроме того, мужчина явно кончиками пальцев цеплялся за здравомыслие. Когда все это закончится, с ним придется разобраться. Но прямо сейчас он был единственным доступным инструментом для достижения цели.
Офис Лэндри был построен в период после Эры Раздора, когда статус и могущество Гильдий были на пике своего развития. Комната была обшита панелями из спектрального дерева и искусно инкрустирована желтым янтарем. По комнате было расставлено множество инопланетных древностей, в том числе множество необычных на вид ваз из зеленого кварца. Стол Лэндри представлял собой гладкую плиту из кварца. Стены Мертвого города вздымались прямо за окном. Ночью офис был залит сияющим зеленым светом.
Сила резонировала по всей комнате, не просто символическая сила, связанная со статусом и властью, с которой можно было столкнуться во владениях члена Совета Гильдии, но вполне реальная пара-нормальная сила, которая исходила из катакомб внизу.
Лэндри посмотрел на него. — «Я привел мисс Стоу, потому что подумал, что ей это будет интересно».
— «Да, конечно.» — Титус одарил блондинку своей успокаивающей, поверь мне, я доктор улыбкой. — Рад познакомиться с вами, мисс Стоу.
Она улыбнулась в ответ, выглядя озадаченной, но не испуганной. Она явно старалась проявить вежливый интерес, профессиональная девушка по вызову, привыкшая удовлетворять прихоти своих клиентов.
— Бенсон сказал мне, что вы хотите продемонстрировать ему инопланетный артефакт, — сказала она.
— «Верно.» — Титус посмотрел на Лэндри. — «Есть ли шанс, что мы сможем сделать это в катакомбах? Здесь довольно много окружающего пси, но чем больше, тем лучше для нашей цели.
Лэндри пожал плечами. Он пересек комнату и открыл потайной замок. Участок стены приоткрылся, обнажив крутые каменные ступени, ведущие вниз во тьму.
Невидимые волны энергии хлынули вверх по ступеням в комнату. Они были, как знал Титус, верным признаком того, что где-то внизу есть вход в катакомбы.
— Сюда, — сказал Лэндри, беря фонарик. — «Береги голову».
Он включил фонарик и пошел вниз по лестнице. Блондинка пошла следом. Титус последовал за ними.
Лестница заканчивалась в сыром обитом деревом подвале, построенном еще в колониальную эпоху. Лэндри направил луч фонарика на одну из стен, осветив современную дверь из магнитной стали, запертую на крепкий замок.
Титус смотрел, как он снимает замок, гадая, сколько тел исчезло за дверьми и в лабиринте катакомб за эти годы. Слухи о подобных вещах ходили всегда, особенно в старые времена. Титус не сомневался в рассказах и легендах, связанных с ними. Он был уверен, что в разное время все Гильдии находили бесконечные, почти неизведанные туннели пришельцев удобными свалками. Как только тело исчезало в неисследованной части древнего подземного лабиринта, его вряд ли когда-нибудь найдут.
Тяжелая дверь распахнулась на почти бесшумных петлях, открывая сцену, освещенную кислотно-зеленым свечением чужой энергии. Титус обнаружил, что смотрит сквозь неровное отверстие в зеленой кварцевой стене. Дальше была еще одна лестница. Ступени, как и бесконечный лабиринт туннелей и камер за ними, были построены из зеленого кварца. Они были созданы для ног, которые были не совсем человеческими.
Зеленый кварц, который инопланетяне использовали для создания всего, от урн и ваз до самых неземных надземных шпилей и башен, был практически неразрушим. Конечно, ни один инструмент, созданный людьми, не смог бы проделать в этом материале трещину.
Эксперты не знали, какие силы оказались достаточно мощными, чтобы создать трещины и разрывы в стенах туннеля, но под всеми руинами Мертвого Города в них не было недостатка. Некоторые исследователи предположили, что сильные землетрясения на протяжении многих лет создавали отверстия. Другие подозревали, что дыры в стенах были проделаны самими инопланетянами — возможно, преступниками, повстанцами или другими людьми, которые сочли отверстия полезными и имели доступ к мощным инструментам, которые использовались для строительства катакомб.
На протяжении многих лет главные входы в обширное подземное царство раскапывались лицензированными, авторизованными исследователями и археологами. Гильдии контролировали доступ, потому что они были единственными, кто мог обеспечить защиту от энергетических призраков, беспорядочно дрейфующих по туннелям.
Но с момента прибытия людей-колонистов неизведанные дыры в стенах использовались широким кругом людей, у которых по тем или иным причинам были причины уйти под землю без профессиональной защиты. Имеющие лицензию и не имеющие лицензии мелкие коллекционеры древностей, предприниматели, занимающиеся производством и распространением незаконных веществ, преступники, скрывающиеся от закона, и любители риска, привлеченные к авантюре несанкционированного исследования, — все они использовали открывающиеся возможности.
Пройдя небольшое расстояние по светящемуся зеленому туннелю, Лэндри остановился и оглянулся на Титуса.
— «Достаточно?» — он спросил.
— Да, — сказал Титус. — «Подойдет». — Он достал из кармана рубиново-янтарный артефакт и улыбнулся мисс Стоу. — «Это то, что я намерен продемонстрировать».
Она посмотрела на него без особого интереса. — «Он сделан не из зеленого кварца и похож на красный пластик».
— «Поверь мне, это не искусственный пластик».
Он сосредоточился на ее пси-узорах, пропуская энергию через рубиновый янтарь. Он обладал большим природным талантом, достаточным для того, чтобы читать ее пси-волны и даже оказывать на них ограниченное и очень временное влияние. Однако с помощью рубинового янтаря его собственная сила была увеличена до поразительной степени.
Быстро, он пропустил через устройство пси-пульс, ослабив и нейтрализовав пара-нормальный волновой узор женщины. Ее глаза слегка расширились от шока. Она покачала головой и начала пятиться назад, словно собираясь бежать.
Затем она замерла, и на ее красивых чертах появилось полное безразличие. Она стояла неподвижно, слепо глядя куда-то вдаль.
Лэндри нахмурился. — Что, черт возьми, ты с ней сделал?
— «Я ввел ее в мгновенный транс, временно нейтрализовав ее пси-ритмы».
— «Хм.»
Лэндри медленно обошел блондинку. Он остановился позади нее и внезапно хлопнул в ладоши. Женщина не дрогнула. Он продолжал идти, пока не оказался перед ней. Он махнул рукой перед ее глазами. Она не моргнула. Не было никаких признаков того, что она знала о нем.
— «Хорошо, значит, ты можешь ввести ее в транс», — сказал он. — «Что в этом хорошего?»
— Это не просто какой-то транс, — сказал Титус лекционным тоном. — «С помощью этой реликвии я поместил ее в то, что по сути является пустым сном».
— Она спит?
— «Еще нет. Однако она готова погрузиться в сон».
— Объясни, — приказал Лэндри.
— «Как вы можете знать, а можете и не знать, научные исследования подтвердили, что состояние сна — это единственное состояние, в котором наши пси-чувства свободно взаимодействуют с остальными пятью чувствами без каких-либо различий. Когда мы спим, наша естественная способность различать нормальное и пара-нормальное исчезает».
— «И?»
— «Большинство людей сталкивались с тем, что ложились спать с какой-то проблемой, а просыпались на следующее утро с решением или, по крайней мере, с новым подходом к проблеме. Они скажут вам, что ответ пришел к ним во сне. И они будут правы. Во время сна разум свободен работать над проблемой, как с помощью пси, так и обычных чувств уникальным и чрезвычайно творческим способом, который невозможно воспроизвести в бодрствующем состоянии».
— «Пропусти это академическое дерьмо. Ближе к делу».
Титус подавил вздох. Было крайне неприятно работать с человеком с таким ограниченным интеллектом и образованием, но у него не было выбора.
— «Как я уже сказал, — продолжал он, набравшись терпения, — состояние сна обеспечивает очень творческую среду, но есть и обратная сторона».
— «Какая?»
— «Есть причина, по которой в состоянии бодрствования наши нормальные и пара-нормальные чувства различны и разделены настолько, что многие люди неосознанно полностью подавляют свою психическую сторону». — Теперь он торопился. Было очевидно, что Лэндри теряет терпение. — «Это потому, что состояние сна чрезвычайно опасно с прагматической точки зрения».
— «Понятно.» — Лэндри щелкнул пальцами. — «Если бы мы все время ходили в состоянии сна, мы бы не знали, была ли машина, приближающаяся к нам на перекрестке, реальной или всего лишь конструкцией / проекцией из сна».
— «Точно.»
Лэндри посмотрел на блондинку. — «Хорошо, она в состоянии сна наяву. Что теперь?»
— «Как я уже сказал, в таком состоянии она не может отличить сон от реальности. С помощью этой реликвии я могу гарантировать, что, когда я выведу ее из транса, она поверит, что все, что произошло за последние несколько минут, было не чем иным, как сном».
— Ты имеешь в виду, что она не вспомнит наш разговор?
— Не больше, чем в любом другом сне. — Титус широко раскинул руки. — А то, что она вспомнит, она забудет как сон.
— «Это становится интересным, — сказал Лэндри. — «Но я не уверен, что мне будет много пользы от этого устройства».
Титус прочистил горло. — «Возможно, мне следует упомянуть еще кое о чем».
— «О чем?»
— «Во сне многие из естественных защитных механизмов не работают».
— «И что это значит?»
— Это означает, что если вы зададите ей вопрос, она даст вам абсолютно честный ответ. Ей все это снится. В состоянии сна никто не лжет. Давай, спроси ее о чем-нибудь, что, по твоему мнению, она могла бы скрыть, если бы не спала».
Лэндри резко рассмеялся. — «Сколько тебе лет?»
— Тридцать шесть, — сказала мисс Стоу. Она говорила монотонно.
Лэндри нахмурился. — «Она сказала мне, что ей двадцать восемь. Она выглядит на двадцать восемь. Должно быть, делала пластику».
— Почему бы тебе не попробовать что-нибудь посложнее? — сухо предложил Тит.
— Какое-то время она была любовницей сенатора Ратмортена, — сказал Лэндри. — «Интересно, знает ли она, что на самом деле случилось с его женой. Ходили слухи, что он ее убил, но они быстро испарились. Доказательств не было, а он был сенатором, так что мог замять дело».
— Почему бы не спросить у мисс Стоу, что она знает?
Лэндри посмотрел на нее. — Ты знаешь, как умерла Элизабет Ратмортен?
— Рат убил ее, — сказала мисс Стоу.
— Дерьмо, — прошептал Лэндри, очарованно. — «Откуда ты это знаешь?»
— Я была там той ночью, — ответила мисс Стоу тем же бесстрастным голосом. — «Его жена пришла раньше. Мы с сенатором занимались сексом в его кабинете. Я вышла из особняка, но через несколько минут вернулась через боковой вход, потому что забыла серьги. Когда я вернулась в его кабинет, я услышала голос его жены. Она вернулась домой раньше, чем ожидалось. Была ссора. Я боялась, что меня услышат и увидят, поэтому спряталась в чулане в прихожей».
Лэндри оглянулся через плечо на Титуса. — «Это чертовски потрясающе».
— Я рад, что ты так думаешь, — пробормотал Титус. Держать фокус с рубиновым янтарем так долго было утомительно, но он не осмеливался показать Лэндри свою слабость.
Мисс Стоу продолжила говорить. — «Я слышала звуки борьбы. А потом ничего, кроме тишины. Когда Рат вышел из своего кабинета, на руках у него была жена. Я видела, что ее голова была в крови. Он вынес ее из дома и уехал».
Мисс Стоу остановилась.
— «Они нашли тело Элизабет Ратмортен в переулке за многоквартирным домом, — сказал Лэндри Титусу. — «Как будто, она прыгнула. Черт, с такой информацией я буду держать Ратмортена за яйца».
— Ты видел достаточно? — спросил Титус.
— Да, конечно, пойдем отсюда.
— «Еще кое-что.» — Титус сосредоточился на мисс Стоу. — «Тебе приснился неприятный сон, но это всего лишь сон. Ты не хочешь вспоминать об этом, потому что каждый раз, когда ты будешь пытаться, у тебя будет раскалываться голова. Ты плохо себя чувствуешь. Ты хочешь пойти домой и лечь спать».
Он перестал посылать пси-импульс через реликвию. Мисс Стоу несколько раз моргнула, выглядя сбитой с толку. Затем она взяла себя в руки и повернулась к Лэндри.
«Извините, — сказала она, положив руку на живот, — но мне нехорошо. Думаю, мне пора домой».
— Конечно, — сказал Лэндри. — Я сам отвезу тебя в твою квартиру.
Бенсон наблюдал, как Кеннингтон использовал реликвию, как раз перед тем, как женщина вышла из машины, гарантируя, что события прошедшего часа будут для нее не чем иным, как сном.
Он сел за руль большого Осилатор (Oscillator) 600 и подождал, пока она исчезнет за дверью ее многоквартирного дома. Потом посмотрел в зеркало заднего вида.
Титус Кеннингтон, сидевший на заднем сиденье, выглядел немного усталым, но самодовольным.
Этот сукин сын думает, что переиграл меня.
— «Я впечатлен», — сказал Бенсон. — Я в деле.
— «Отлично.» — Кеннингтон улыбнулся своей покровительственной улыбкой. — Рад это слышать, мистер Лэндри. Это будет выгодно для нас обоих.
Какой бы ни была форма пси-таланта Кеннингтона, можно с уверенностью сказать, что он не был уникальным. Будут другие, кто сможет управлять реликвией, другие, которых, в свою очередь, сможет контролировать он. Имея за спиной ресурсы Гильдии, он мог найти талант, который ему требовался, чтобы воспользоваться преимуществами рубиновых реликвий.
— «Я предлагаю обсудить мисс Ингрэм и ее нового телохранителя, — сказал Кеннингтон.
Селинда стерла пар с зеркала в ванной полотенцем и осмотрела свое изображение. Она не выглядит иначе, решила она. Ладно, может быть, она немного покраснела, но это можно отнести к недавнему душе. Наверняка никто в ее семье не догадался бы сегодня утром, что она провела добрую часть ночи, занимаясь горячим сексом со своим телохранителем.
Она посмотрела на Араминту, которая сидела на прилавке и приводила себя в порядок.
— Это день невесты, — сказала Селинда. — «Все будут сосредоточены на Рэйчел. Я всего лишь подружка невесты. Никто не посмотрит на меня дважды».
Араминта перестала возиться со своим серым мехом и моргнула голубыми глазами.
— Ну, дорогая, ты тоже провела ночь не одна.
Она взяла Араминту и вернулась в главную комнату, чтобы закончить одеваться. Дверь в комнату Дэвиса была все еще приоткрыта. Она слышала, как шумит душ. Она остановилась на мгновение, вспоминая ночь со смешанными чувствами.
— Как еще женщина могла воспринять такой комментарий? — спросила она.
Она надела черные брюки и темно-зеленый топ с рукавами в три четверти, которые взяла с собой, чтобы надеть на завтрак. Она услышала, как отключился душ Дэвиса, когда она красила губы помадой.
В дверь ее комнаты постучали.
— «Это должно быть доставили яйца и тосты, которые я заказала для Араминты и Макса», — крикнула она через смежную дверь. — «Я открою».
Она пересекла комнату с Араминтой на плече и открыла дверь.
Волны темной искривленной пси-энергии обрушились на ее чувства, заставив ее отшатнуться назад так быстро, что она споткнулась и чуть не упала.
Бенсон Лэндри, одетый в традиционную для охотников за привидениями одежду цвета хаки и кожи, с ножом на бедре, появился в проеме.
— Привет, Селинда, — сказал он, одарив ее своей фирменной охотничьей улыбкой, которую он считал невероятно сексуальной. — Слышал, ты приехала в город на семейное торжество. Решил зайти и посмотреть, как у тебя дела. Прошло немало времени.
Она услышала тихое шуршание над ухом. Араминта рычала. Однако были видны только ее дневные глаза. Она не перешла в режим полного хищника, но явно была на грани.
— «Что тебе надо?» — спросила Селинда, пораженная тем, что ей удалось сохранить ровный тон. Сердце бешено колотилось в груди, а адреналин бурлил в ней.
— Я же говорил тебе, — сказал Лэндри, сверкая глазами. — Просто хотел узнать, как у тебя дела.
— Ты здесь по какой-то причине. Что надо?»
— Почему бы тебе не пригласить меня, и мы поговорим?
— «Нам нечего сказать друг другу. Я выполнила свою часть сделки. Оставь меня в покое.»
— Да, но я намерен изменить условия нашей сделки. — Он поднял брови при виде Араминты на ее плече. — Что это такое? Похоже, на что-то, что выкашляла кошка. — Он усмехнулся.
Рядом с Селиндой материализовался Дэвис. Он надел штаны, но все еще был голым по пояс. Макс сидел у него на плече.
— Убирайся отсюда, Лэндри, — сказал он тихим замогильным голосом.
Лэндри сузил глаза. — Кто ты, черт возьми?
«Дэвис Оукс. Возможно, ты захочешь записать. Скоро мы снова встретимся. Сейчас не лучшее время. У меня свадьба.»
Прилив мужских гормонов был ощутим. Уровень беспокойства Селинды поднялся еще на несколько ступеней. Последнее, что им было нужно, это сцена с влиятельным членом местной Гильдии.
— Дэвис — мой друг, — быстро сказала она. — «Мы прибыли только на свадьбу моей сестры. Сегодня вечером мы возвращаемся в Каденс».
— Похоже больше чем друг, — сказал Лэндри, забавляясь. — Он знает о нас, дорогая?
— Я все знаю о вас с Селиндой, — заверил его Дэвис тем же пугающе мягким тоном. — «Не волнуйся; на днях я загляну к тебе по этому поводу. Но, как я уже сказал, сейчас не время и не место».
Лэндри на мгновение потерял дар речи. Селинда знала, что он не привык к неповиновению любого рода. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы переварить слова Дэвиса.
— «Какого черта ты несешь?» — он наконец заговорил. — Ты угрожаешь мне, Оукс?
— «Нет, — сказал Дэвис, — я не угрожаю. Это обещание. Я всегда держу слово».
Селинда теперь едва могла дышать. Будет драка. Она видела, как она приближается, как грузовой поезд, несущийся на нее. Это была бы ужасная сцена. Будет вызвана охрана отеля. Ее семье будет стыдно. Рэйчел расстроится. Неизвестно, как отреагируют Сантаны, но то, что один из гостей на свадьбе вступит в драку с ведущим членом местной Гильдии, не принесет ничего хорошего, это уж точно. Никто здесь, в Фриквенси, не хотел оказаться не на той стороне.
— Перестаньте, — выдохнула она. — «Вы оба. В этом нет необходимости».
Как и ожидалось, Лэндри не обратил на нее внимания. — По моей информации, Ты дешевый сыщик, которого наняли, чтобы присматривать за Селиндой, потому что у нее есть кое-что, принадлежащее гильдии Каденса.
— «Твоя информация неверна в одном важном моменте, — сказал Дэвис.
— «Да? Где?»
— «Я не дешев».
Лэндри фыркнул. — Судя по всему, ты также не очень хороший частный детектив. Нет, если тебе пришлось трахнуть Селинду, чтобы выведать у нее местонахождение реликвии. Скучно, не так ли? Мне одной ночи было более чем достаточно».
В глазах Дэвиса появилось что-то очень опасное. Смертоносная пси-энергия пульсировала.
Селинда приблизилась к откровенной панике. Ей пришлось отвлечь обоих мужчин.
— Ты знаешь о реликвии? — сказала она Лэндри.
— «Слухи в моих кругах распространяются быстро». — Он пожал плечами. — Но представь мое удивление, когда я услышал, что она у тебя. Как тесен мир, да?»
— Но я не знаю, где она, — сказала она. — «Это правда. Поверь мне, если бы она у меня была, я бы передала ее Гильдии Каденса».
— «Дорогуша, ты сейчас в Фриквенси. Это значит, что ты передашь ее мне».
— «Я только что сказала, что у меня ее нет», — сказала она.
— Ты слышал ее, — сказал Дэвис.
Лэндри сузил свои змеиные глаза. — Тот, кто нанял тебя, черт возьми, уверен, что знает, где она. Этого достаточно для меня».
— «Мерсер Уайатт нанял меня, — сказал Дэвис. — И он разозлится, если ты встанешь у меня на пути.
— «К черту Уайатта. Он не удел. Он может отдавать приказы в Каденсе, но не здесь. Это мой город. Это значит, что я отдаю приказы».
— «Я попрошу Уайатта поговорить об этом с Гарольдом Тейлором», — сказал Дэвис. Он взял Селинду за локоть, потянул ее назад и начал закрывать дверь. — А пока у нас свадьба, на которую нам нужно успеть. Проваливай, Лэндри.
Селинда ощутила изменение вибраций, это была пси-энергия Бенсона Лэндри. Она сразу поняла, что где-то в его сознании только что сработала растяжка. Из бездны выползал чудовищный паук.
— Осторожно, — сказала она, инстинктивно отступая назад.
Но опасность пришла сзади. Кислотно-зеленый свет вспыхнул в комнате. Она обернулась, потрясенная, и увидела, как материализовался неприятный энергетический призрак. Ядро огненного шара было яростным и нестабильным, как и человек, который его создал.
— Я преподам тебе урок, Оукс, — сказал Лэндри. — «Ты не попадешь сегодня на свадьбу, а отправишься в больницу».
Разочарование и ярость вспыхнули в Селинде. Желание прыгнуть на Лэндри и выцарапать ему глаза своими ногтями было почти непреодолимым. Как он посмел угрожать людям, которых она любила?
Люди, которых она любила? Она только что включила Дэвиса в этот список.
Но не было времени обдумывать последствия этой импульсивной мысли. Грохот в ее ушах становился все громче. Раздалось еще одно рычание Макса.
С потрясением Селинда поняла, что оба комочка пыли теперь в полной боевой готовности. Их обычно пушистый мех прилипал к их маленьким телам, обнажая все шесть ног и множество очень острых зубов. Еще более обескураживающим было появление вторых пар глаз. Янтарные, которые они использовали для охоты, были широко распахнуты и светились хищным светом.
До нее дошло, что если они нападут на Лэндри, неизвестно, что он может сделать, чтобы отомстить. Макс и Араминта, конечно, могли нанести несколько болезненных ран, но они были слишком малы, чтобы сделать что-то большее, чем пустить кровь. Это только еще больше разозлит Лэндри.
Она вцепилась в Араминту.
— Нет, — прошептала она. — «Пожалуйста, не надо».
— Держи ее, — тихо сказал Дэвис. Он снял Макса с плеча и схватил его одной рукой. — «Мы не хотим, чтобы их подпалили».
Селинда надежно прижала Араминту к сгибу руки. Араминта сопротивлялась, пытаясь освободиться.
Зеленый призрак двигался, приближаясь к Дэвису, когда Лэндри использовал свою пси-энергию, чтобы манипулировать им.
Не было никаких сомнений в том, что Лэндри был мощным пара-резом. Селинда знала, что даже легкого прикосновения к вспыхивающему излучению на внешних краях шара чужой энергии будет достаточно, чтобы на несколько часов лишить человека сознания. Продолжительный контакт более чем на несколько секунд оставит сильный психический ожог.
— «Вот что случается с дешевыми частными детективами, которые не знают, когда нужно отступить», — сказал Лэндри, и злобные глаза загорелись нездоровым возбуждением. — «Время понять, что я здесь Босс, во Фриквенси».
Нужно его отвлечь, подумала Селинда. И единственная под рукой была Араминта. Она начала опускать пыльный комочек на пол. Араминта жадно извивалась, желая освободиться. Селинда была уверена, что она направится прямо к лодыжке Лэндри.
Дэвис изучал призрака так, как будто это был особенно плохой образец искусства. — Знаешь, Лэндри, у меня сегодня действительно нет на это времени. Я повторяю тебе, у меня свадьба».
Все, что увидела Селинда, — это слабое серебристое мерцание в воздухе. Как будто она вдруг увидела энергетического призрака Лэндри через старинное зеркало.
НПДЭ снова дико вспыхнул, а затем исчез.
Она поспешно сжала Араминту, снова удерживая ее.
— Как-нибудь в другой раз, — успокаивающе прошептала Селинда.
Она посмотрела туда, где был призрак. Не осталось никаких следов оного. Она стала свидетельницей необычного таланта Дэвиса позапрошлой ночью, когда он уничтожил призраков-близнецов. Тем не менее, она была немного напугана тем, что он только что сделал. Никто не мог избавиться от призрака Бенсона Лэндри.
Ее реакция была ничто по сравнению с реакцией Лэндри. По выражению его лица было видно, что он был ошеломлен. И он был в ярости.
Исходящая от него темная паутина пси опасно дрожала, но паук остановился. В этот момент кристаллического напряжения она поняла, что единственное, что мешает Лэндри физически напасть на Дэвиса, — это страх. Это была единственная сила, достаточно сильная, чтобы помешать истинному пара-социопату делать все, что ему заблагорассудится. У Лэндри оставалось достаточно контроля, чтобы понять, что он может не пережить исход решающего поединка.
Неестественную тишину нарушил ее брат Уокер. Он подошел сзади Лэндри, гнев пылал на его лице.
«Что, черт возьми, здесь происходит?» — спросил он. — Что ты делаешь в комнате моей сестры, Лэндри?
— Его нет в моей комнате, — тихо сказала Селинда. — Если ты заметил, он стоит в холле.
Лэндри обернулся, черты его лица выражали дикую ярость. Не говоря ни слова, он быстро зашагал прочь, направляясь к лифтам.
Уокер переводил взгляд с Селиды на Дэвиса и обратно. — Что этот ублюдок здесь забыл?
Селинда взяла себя в руки. — «Ничего. Он узнал, что я в городе, вот и все. Пришел поздороваться».
— «Черт возьми, — мягко перебил Дэвис. — Он пришел сюда, чтобы угрожать твоей сестре.
— «Дэвис». — Селинда в ужасе посмотрела на него. — «Пожалуйста, заткнись. Это не твое дело.»
— Мое, — сказал он.
— Я доверяла тебе, — причитала она.
— «Я знаю.» — Выражение его лица немного смягчилось. — И тебе снова придется мне довериться.
Уокер нахмурился. — Кто-то хочет рассказать мне, что происходит?
— Конечно, — сказал Дэвис. — «Заходи.»
Уокер осторожно шагнул в дверной проем, все еще неуверенный.
— «О нет, ты не понимаешь», — сказала Селинда Дэвису. — «Он мой брат. Вся моя семья в опасности. Ты не имеешь права вмешиваться».
— Ты сделала все, что могла, — сказал Дэвис. Он закрыл дверь за Уокером. — «Но суть в том, что ты не можешь защитить свою семью от таких, как Бенсон Лэндри. Единственный способ остановить такого парня — убить его».
«Я собираюсь, черт возьми», — кричала она. — «А ты пришел и все испортил».
Дэвис наблюдал за выражением лица, когда она осознала, что только что сказала. Внезапно он понял. Смесь восхищения её безрассудной отвагой столкнулась с сногсшибательным страхом перед тем, что могло бы быть в результате.
— «Надо было это предвидеть», — сказал он. — Это объясняет несколько вещей.
— Селинда? — Уокер был сбит с толку. — Ты хочешь сказать, что собиралась убить Бенсона Лэндри? Твою ж мать. Ты что, там, в Каденсе, сошла с ума?
— «Черт черт черт.» — Она подошла к кровати и опустилась на нее.
Араминта, снова взъерошенная, озабоченно курлыкала. Селинда освободила ее. Пыльный комочек залез ей на плечо.
— У меня был план. — Селинда уставилась на закрытую дверь, сжав кулаки на коленях. — Видишь ли, я знаю его слабость. Я собиралась использовать ее против него».
— Кто-нибудь из вас, пожалуйста, объясните мне, что, черт возьми, здесь происходит? — спросил Уокер.
— Сейчас, — сказал Дэвис. Он подошел к окну и остановился, глядя на Квартал. Он все еще пытался снизить частоту пульса до уровня, близкого к нормальному. Она планировала убить Лэндри. — «Четыре месяца назад Бенсон Лэндри накачал твою сестру наркотиками и подставил ее в таблоидах, чтобы разрушить ее бизнес после того, как она отказалась сотрудничать с ним».
— Сукин сын, — сказал Уокер.
Дэвис обернулся. — «Но этого ему было мало. Он также угрожал разорить всю ее семью, если она обратится в полицию. Селинда пыталась защитить вас, храня молчание и уехала из Фриквенси.
— «Я так и знал.» — Уокер повернулся к Селинде. — Я знал, что ты не могла увлечься этим ублюдком. Мы все это знали. Зачем он явился сегодня утром? Чтобы снова угрожать тебе?
— Это сложно, — сказала Селинда. Ее челюсть была сжата.
Дэвис скрестил руки и прислонился плечом к стене. — «Твоя сестра случайно купила инопланетную реликвию, украденную из хранилища Гильдии Каденса. Я разыскал ее и предложил выкупить. Но Араминта убежала с ней и спрятала прежде, чем я успел ее забрать. Кто-то еще в Каденсе тоже ищет артефакт. Каким-то образом об этом узнал и Бенсон Лэндри. Вот почему он пришел сюда сегодня утром.»
— «Какой беспорядок». — Уокер провел пальцами по волосам. Он внимательно посмотрел на Дэвиса. — Значит, ты на самом деле не спутник Селинды на свадьбе, не так ли?
— Нет, — устало сказала Селинда. — Он мой телохранитель.
Дэвис посмотрел на Уокера. — «Она отчасти права. Я также ее спутник на свадьбе. Это называется многозадачностью».
— «Мама сказала мне сегодня утром, что они с папой думают, что между вами что-то серьезное, — сказал Уокер.
При этих словах Селинда подняла голову. — «Боже, что заставило ее прийти к такому выводу?»
Уокер развел руками. — Что-то во вчерашнем разговоре, когда они пригласили вас двоих выпить с ними, я думаю.
Селинда моргнула. — «Но мы спорили перед ними. Это было неловко».
Уокер кивнул. — «Верно. Мама сказала, что мало кто мог бы втянуть тебя в неловкую ссору в общественном месте. Она сказала, что это означает, что между вами все серьезно».
— «Я не верю в это». — Селинда была явно сбита с толку. — «У нас была глупая ссора в баре, и они решили, что у нас серьезные отношения? Это смешно.»
— Смешно то, — ровным голосом сказал Уокер, — что ты, очевидно, планируешь избавиться от Бенсона Лэндри в одиночку.
Селинда потянулась, чтобы коснуться Араминты. — «Дэвис прав. Нет другого способа остановить такого человека. Лэндри не в себе. Я думаю, правильный термин он — пара-социопат. Без тормозов, совести. Он видит во всех остальных добычу. Ему нравится контролировать и манипулировать страхами других. В каком-то смысле он питается им».
Уокер вздрогнул. — Неудивительно, что ты не хотела, чтобы он был твоим клиентом. Оглядываясь назад, мы, чертовски счастливы, что он не причинил тебе физического вреда и даже не убил в отместку. — Он остановился, новая тревога заставила его напрячься. — Он ничего тебе не сделал, когда накачал тебя наркотиками, не так ли? Клянусь, если он это сделал, я сам убью его. "
— Нет, — быстро сказала Селинда. — Он не прикасался ко мне, не так, как ты имеешь в виду.
Уокер немного расслабился. — «Ты последние четыре месяца, пыталась понять, как избавиться от него? Даже не обсудив проблему с семьей?»
— Она пыталась защитить тебя, — сказал Дэвис. — «Она хотела сделать все сама на случай, если что-то пойдет не так. Она не хотела, чтобы вас обвинили в убийстве высокопоставленного члена Гильдии.
— Все и так достаточно рискованно, — объяснила Селинда.
— Что это за грандиозный план? — спросил Дэвис.
Она глубоко выдохнула. — «Он был основан на предположении, что такой человек, как Лэндри, должен был нажить себе врагов на пути к вершине. Я придумала себе довольно хорошее алиби. После всего этого времени я не думаю, что полиция Фриквенси или Совет Гильдии Фриквенси будут дважды проверять сваху, у которой был короткий роман с Лэндри, и которая переехала в Каденс Сити.
— Продолжай, — сказал он, болезненно очарованный.
— «Два месяца назад мне удалось приобрести магрез-пушку».
— Ту, которую я нашел под твоей кроватью.
Ее глаза расширились. — Ты знаешь о моем пистолете?
Ему не нужно было отвечать, потому что Уокер смотрел на нее с шоком, который мог понять только старший брат.
— Черт, Селинда, — сказал Уокер. — «Все знают, что всем, кроме копов, запрещено иметь магрезы».
Она сделала неопределенный жест рукой. — «Оказывается, купить его на улицах Каденса не так уж и сложно. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, как это делается, но, в конце концов, все, что мне было нужно, это много денег. Маленький человек, который продал мне его, показал, как стрелять из него, и приложил к сделке пару запасных обойм».
— «Не могу поверить в это, — сказал Уокер. — «Моя милая, наивная сестренка-сваха купила горячий маг-рез».
— «В свободное время я ездила в пригород, чтобы попрактиковаться», — сказала Селинда. — «У меня получается».
— О боже. — Уокер помассировал затылок, как будто у него заболела голова. — Ты просто собирались подойти к Бенсону Лэндри и застрелить его?
— «Не совсем.» — Селинда выглядела оскорбленной. — «Я планировала обставить все так, будто его убил один из его многочисленных врагов. Я изучала его последние четыре месяца, отмечая его движения. Я поняла, что попасть на территорию его поместья будет невозможно. Слишком много охраны».
Дэвис поднял глаза к потолку. — Слава богу, наконец-то появился здравый смысл.
— «То же самое с его офисом в комплексе Гильдии», — продолжила она, игнорируя его. — «Но он вовлечен во многие гражданские и политические дела. Он посещает приемы и сборы пожертвований каждую неделю и проводит много времени в своем клубе. Он не окружает себя охраной, когда ходит в такие места. Это плохо для его имиджа».
— «Ты имеешь в виду, что он не использует никакой очевидной защиты», — сказал Дэвис.
Она посмотрела на него, нахмурившись. — Ты видел его несколько минут назад. С ним не было телохранителей».
— У меня есть подозрение, что они ждали его внизу, в вестибюле. — Дэвис еще немного подумал. — «Я предполагаю, что он не взял их сюда, потому что рассчитывал поговорить с тобой наедине о реликвии. Очевидно, он не хотел, чтобы кто-либо, даже сотрудники службы безопасности, услышали этот разговор. Интересно.»
Уокер начал расхаживать по небольшому пространству. — «Хреновая ситуация. Одно можно сказать точно, сегодня мы не можем рассказать об этом маме и папе. Они будут в бешенстве. И свадьба Рэйчел будет испорчена, если она узнает, что произошло».
— Думаешь, я этого не знаю? — Селинда встала на ноги и расправила плечи. — Именно поэтому вы оба будете молчать обо всем этом. Поняли? Если кто-то из вас расстроит кого-то в семье, я никогда вас не прощу».
— Хорошо, — сказал Уокер, поднимая руку ладонью наружу. — «Я согласен, что хранить молчание об этом — к лучшему. По крайней мере, сегодня».
Селинда перевела свой стальной взгляд на Дэвиса. — Даешь мне слово, что больше ничего не скажешь об этом сегодня?
Он обдумал возможности, а затем склонил голову. — «Если предположить, что другие факторы в уравнении не изменятся, я промолчу. В любом случае, я думаю, что у нас больше шансов справиться с этим из Каденса».
Селинда посмотрела на него с глубоким подозрением. — «Факторы?»
— Что ты имеешь в виду, когда говоришь из Каденса? — спросил Уокер, внимательно наблюдая за ним.
— «Бенсон Лэндри считает, что Мерсер Уайатт потерял хватку», — сказал Дэвис. — «Он ошибается». Он думал о том, как отреагирует Уайатт, когда узнает, что Лэндри пытается украсть пропавшую реликвию. — «Он глубоко заблуждается».
«Это самый счастливый день в моей жизни», — сказала Рэйчел.
Селинда улыбнулась ей в зеркале. — «Ты выглядишь прекрасно. Когда ты шла по проходу, Джош не мог поверить своим глазам».
Они были одни в гримерке. Рэйчел все еще была в свадебном платье. Вокруг нее вздымались и дрейфовали ярды белого атласа. Она сияла.
Официальная церемония бракосочетания в соответствии со всеми древними клятвами и обычаями, которые колонисты первого поколения принесли с собой с Земли, длилась почти час. Прием в зале отеля был в самом разгаре. Селинда слышала приглушенные звуки музыки.
— «Благодаря тебе, все это стало возможным». — Рэйчел повернулась и крепко обняла ее. — Я не знаю, как тебя отблагодарить.
— Я уверена, что вы с Джошем нашли бы друг друга и без меня. — Селинда обняла ее в ответ. — Я немного ускорила процесс, вот и все.
— «Ни на секунду в это не поверю. Ты сделала это возможным, и мы всегда будем благодарны». Рэйчел отступила. — Мы оба так многим тебе обязаны. Теперь твоя очередь. Мама говорит, что между тобой и Дэвисом Оуксом все серьезно. Я так рада, что ты наконец нашел кого-то».
— Боюсь, вышло небольшое недопонимание. — Селинда скривилась. — «Вчера вечером в баре мы с Дэвисом поссорились, а мама решила, что мы созданы друг для друга».
— «Не сбрасывай со счетов ее интуицию. Ты же знаешь, что она намного выше средней».
— «Поверь мне, Дэвис и я не собираемся рассылать свадебные приглашения в ближайшем будущем». — Она колебалась. — «Дэвис не в восторге от института «Брака по завету».
— «Ну есть еще «Брак по Расчету». Пусть попривыкнет к этой мысли».
— «Ты знаешь, как я отношусь к этому. Меня это не интересует.»
— Я знаю, — сказала Рэйчел. — «БР против твоих правил. Но если Дэвис не готов к полноценному «Браку по Завету», ты, возможно, захочешь рассмотреть такой вариант».
— «Почему мы говорим о Дэвисе и обо мне?» — Селинда ослепительно улыбнулась. — «Это твой день. Мы должны переодеть тебя в дорогу. У меня такое чувство, что Джош устал от формальностей. Он готов начать медовый месяц».
Она положила руки на плечи Рэйчел и решительно повернула ее лицом к зеркалу. Затем она потянулась и осторожно расстегнула свадебную фату.
— Ты любишь его, не так ли? — сказала Рэйчел, глядя на нее в зеркало.
Рэйчел унаследовала острую интуицию матери. Все в семье это знали.
Селинда замерла, держа в руках усыпанную жемчугом вуаль. Она встретилась глазами с сестрой. — Я знаю его всего пару дней.
Рейчел улыбнулась. — «Я знала, что хочу Джоша, как только встретила его. Он говорит, что чувствовал ко мне то же самое».
— «Хотеть и любить не одно и тоже».
Рэйчел сморщила нос. — «Ты снова цитируешь собственные правила. Знаешь, что я думаю?
— «Что?»
— Я думаю, тебе следует сжечь свою книжечку. Одно дело проявлять здравый смысл и осмотрительность. Другое дело, когда у тебя так много правил, что ты упускаешь жизнь».
Селинда ничего не сказала. Только посмотрел на нее в зеркало.
Глаза Рэйчел расширились, сначала от понимания, а затем от восторга.
Она начала ухмыляться. — «Ты уже отринула несколько из этих глупых правил, не так ли? Какие?»
Селинда вздохнула. — «Я начала с правила «Никаких связей на одну ночь».
— «Хм. Была ли вторая ночь?»
— Нет, — сказала Селинда. — «Нет. Еще нет.»
Рэйчел усмехнулась. — Что-то мне подсказывает, что будет.
Полчаса спустя Селинда стояла с Дэвисом, ее семьей и остальными гостями у главного входа в отель. Все они смотрели, как Джош пронес Рэйчел через град розовых лепестков и усадил ее на переднее сиденье сверкающего серого Коастера. Он сел за руль, включил передачу и уехал.
Было много маханий и аплодисментов. Селинда поняла, что ее глаза снова наполнились слезами. Она была не одна. Обе матери, двоюродная бабушка Октавия и большинство других женщин вытирали глаза платочками.
— «Не могу поверить, что моя младшая сестра на самом деле замужем», — прошептала Селинда Дэвису. — «Это кажется почти нереальным».
Он улыбнулся. — «Ты та, кто сделала это».
— «Я знаю. Но мы говорим о моей сестре. Я имею в виду, я помню, когда она пошла на свое первое свидание, ради всего святого. Я говорила ей, что он не для нее, и чтобы она зря не тратила время».
— «Что она ответила?»
— «Она сказала, что знает, что он не тот парень, за которого она выйдет замуж, но хотела попрактиковаться, чтобы быть готовой, когда появится подходящий мужчина». — Селинда нежно улыбнулась, думая о прошлом. — «Рэйчел всегда была более предприимчивой из нас двоих».
— Ты меня разыгрываешь. — Дэвис взял ее за руку и потащил обратно в вестибюль. — «Продумывание хладнокровного убийства следующего Босса Гильдии мне кажется довольно авантюрным».
Она быстро огляделась. — Боже мой, Дэвис, говори тише.
— Все в порядке, — сказал он, слегка изогнув рот. — «Мне нравится это в женщине».
Ей казалось, что он поднял ее и бросил в бассейн с ледниковой водой. Реальность вернулась с неприятным толчком. Сказочная свадьба Рэйчел подошла к концу. Теперь им предстояло вернуться в Каденс, чтобы столкнуться с проблемами пропавшей реликвии и социопата из Гильдии.
— «Знаешь, я не считаю это чем-то авантюрным», — сказала она.
— «Да? А как это называется?»
Она внимательно рассмотрела вопрос. — «Скорее необходимость. Просто то, что нужно сделать, чтобы обезопасить мою семью».
— Понятно, — тихо сказал Дэвис. В его глазах было понимание и одобрение.
В фойе гости смешались, прощаясь и снова поздравляя родителей жениха и невесты. Те, кто не оставался на ночевку в гостинице, собирались ехать домой.
Дэвис посмотрел на часы. — «Восемь часов. Нам пора в путь. Если мы выедим сейчас, то в Каденсе будем к полуночи.»
Селинда увидела, как к ним приближается ее мать. Очевидно, она подслушала комментарий Дэвиса.
— Ты уверена, что хочешь поехать сегодня вечером? — она спросила. — «Вы можете переночевать у нас дома. Или ты можешь остаться здесь, в отеле, а завтра вернешься домой».
— Мама, завтра утром мне нужно быть на работе, — быстро сказала Селинда. — «Знаешь, я все еще новый человек в агентстве. Я не хочу, чтобы мой босс считал меня ненадежной».
— «Я поняла, дорогая. Ну, по крайней мере, возьми с собой остатки закусок, чтобы поесть в дороге».
— Хорошая идея, — сказал Ньюэлл, подходя к ним. — «Я думаю, что видел много тех маленьких бутербродов с сыром и огурцом, оставленных на фуршетном столе. Печенья тоже много. Не хочу думать, что их выбросят, учитывая, сколько я за них заплатил».
Уокер неторопливо подошел. — Еще остались крекеры и чипсы. — Он посмотрел на розовое платье Селинды и усмехнулся. — Держу пари, ты больше никогда не наденешь это платье. Ты выглядишь как большой кусок свадебного торта.
Селинда подняла брови. — «Ты выглядел бы стильно, если бы не розовый пояс».
— «Ни чего ты не понимаешь в моде», — сказал Уокер. — «Розовый — топовый цвет для мужчин в этом сезоне».
Дэвис улыбнулся и крепче сжал руку Селинды. — «Пойдем посмотрим, что осталось на фуршетном столе».
— Я пойду с вами, — сказал Уокер. — «Я хочу еще немного тех маленьких сырных штучек».
— «Угощайся, сколько хочешь», — сказал Ньюэлл. — «Все это невозвратно».
Они прошли через вестибюль и по широкому, обшитому панелями коридору. Блестящий зал был почти пуст. Единственными людьми внутри были два сотрудника отеля в форме, мужчина и женщина, которые собирали серебряные подносы. Начался процесс уборки.
— Нам лучше поторопиться, — сказал Уокер. — «Они отбирают нашу еду».
Раздался крик, такой высокий и пронзительный, что Селинда поразилась, как не разбились стекла в люстрах. Он исходил от сотрудницы отеля.
— «Что это?»— женщина взвизгнула. Она уронила поднос и отскочила от стола. — «Один в торте. Боже мой, в фонтане с шампанским есть еще один».
Другой сотрудник посмотрел сначала на торт, а затем на фонтан. — «Какого черта? Они похожи на комочки пыли».
— Я позову управляющего, — взвизгнула женщина. — «Мне не доплачивают, чтобы иметь дело с такими вещами».
Она бросилась бежать, направляясь к дверям в дальнем конце комнаты.
Селинда ощутила тяжесть внизу живота. Она посмотрела на фуршет. — «Ой-ой».
— Подожди, — сказал Уокер, вытаскивая маленькую камеру со вспышкой. — «Я хочу заснять это. Жаль, что Рэйчел и Джош пропустили такое зрелище».
На фуршетном столе Араминта погрузилась в то, что осталось от четырехъярусного розово-белого свадебного торта. Она грызла розовую глазурь. На ее меху было еще больше розовой и белой глазури.
Макс сидел на краю многоуровневого стеклянного фонтана, который использовался для демонстрации и подачи розового шампанского. Казалось, он немного шатается. Пока Селинда в ужасе наблюдала, он раскачивался взад-вперед, а затем рухнул головой в чашу фонтана, разбрызгивая шампанское во все стороны. И стал там плавать.
— «У малыша проблемы с выпивкой, — объяснил Дэвис.
«Думаю, у Араминты кончилась еда в номере», — сказала Селинда. — «Я должна была проверить ее пару часов назад, чтобы узнать, не нужно ли ей еще».
— «Посмотри на светлую сторону, — сказал Дэвис. Он не сводил глаз с окутанного ночью шоссе. — «Они не наносили точечный удар по фуршету до тех пор, пока жених и невеста не ушли. Великой розовой свадьбе не было нанесено никакого вреда. Через некоторое время вы будете смеяться над этим».
— «Араминта испортила этот прекрасный торт».
— «Он уже выполнил свою задачу».
— «Но Рэйчел хотела оставить верхний ярус на память. Персонал отеля должен был упаковать его и заморозить. С него Араминта и на начала».
— «Послушай, если тебя это так беспокоит, заплати, чтобы испекли еще один торт», — сказал он успокаивающе. — «Только один уровень. Пекарь может упаковать его и заморозить, и он будет ждать твою сестру, когда они с Джошем вернутся из медового месяца.»
Селинда выглядела сомневающейся. — «Это дорого».
— «Ну и что? Мы поместим это в счет Гильдии».
Краем глаза он заметил, как ее рот слегка дернулся.
— «Счет, который ты планируешь отправить Мерсеру Уайатту, когда все закончится, будет очень интересным», — сказала она. — Я полагаю, ты все перечислишь?
— «Конечно.»
— «Так и вижу. Один ярус свадебного торта, украшенный розовыми розами, и, кстати, пара-социопат, член Совета Гильдии Фриквенси, охотится за твоей реликвией.»
— «Уайатт спокойно относится к таким вещам».
— Ты достаточно хорошо его знаешь, чтобы быть уверенным в этом?
— «Я работал на него раньше. Он не будет жаловаться, если я передам реликвию вместе со счетом.»
Ее улыбка исчезла. Она откинула голову на спинку сиденья и, казалось, погрузилась в состояние еще более глубокого уныния. — «Интересно, каковы шансы, что это произойдет?»
— «Мы вернем артефакт».
Она повернула голову, чтобы посмотреть на него, ее лицо озарилось бледно-золотым янтарным светом приборной панели. — Ты действительно думаешь, что Уайатт позаботится о Лэндри?
— «Лэндри — наживка. Он просто еще этого не знает».
Казалось, она немного посветлела.
Ночь опустилась на обширную полосу одинокой пустыни между Фриквенси и Каденсом. Серебряный лунный свет придавал пейзажу жуткое свечение, такое же загадочное и экзотическое, как свечение инопланетного кварца. В зеркало заднего вида он видел еще одну машину. Время от времени они обгоняли машины, идущие со встречного направления. Но в основном они были одни.
Ему нравится быть здесь, в пустыне ночью, подумал он; ему нравилось быть наедине с Селиндой. И комочками, конечно.
Отъезд из отеля несколько задержался из-за того, что Селинда настояла на том, чтобы отнести обоих пушков наверх, чтобы вымыть их в раковине в ванной. К тому времени, когда Араминта и Макс были вымыты и высушены, а сумки вместе с печально известным розовым платьем подружки невесты были упакованы в багажник «Фантома», было около девяти часов. Но он полагал, что если немного подтолкнуть события, они все равно вернутся в Каденс к полуночи.
Два дьяволенка дремали. Араминта, начиненная свадебным тортом, растянулась на коленях у Селинды с закрытыми глазами. Макс лежал на спине на узкой палубе под задним ветровым стеклом. Он крепко спал, все шесть ног торчали прямо из его меха. Всякий раз, когда Дэвис смотрел в зеркало заднего вида, он мог разглядеть очертания шести маленьких лап, силуэты которых вырисовывались на фоне фар машины позади «Фантома».
Селинда взволнованно посмотрела на Макса. — Как ты думаешь, он не пострадал от шампанского?
— «Нет. Это не первый раз, когда он пьянеет. Он будет в порядке. Метаболизм пыльных кроликов, кажется, довольно быстрый».
Селинда скривилась. — «Я думаю, это было довольно забавно, если подумать».
Он посмеялся. — Рад, что твой брат заснял это. Через двадцать лет эти свадебные кадры станут всеми любимыми».
Фары «Фантома» высветили выцветший рекламный щит, рекламирующий одну из старых придорожных достопримечательностей, мимо которых они проезжали во время поездки Фриквенси: «Всего десять миль до призрачных инопланетных руин».
— «Папа иногда останавливался там, когда мы были детьми, — сказала Селинда. — «Это прерывало долгую поездку. Ты когда-нибудь видел их?
— «Нет. Однако я исследовал некоторые руины возле Кристалл Сити».
— «Этот даже нельзя назвать аванпостом. Вероятно, это было больше похоже на остановку туалета для инопланетян. Какие бы артефакты там ни находились, много лет назад они были украдены руинными крысами. Но посетить это место было интересно».
Она замолчала. Дэвис снова посмотрел в зеркало заднего вида. Огни следующей машины были уже ближе. Он мог различить характерную решетку мощного Oscillator 600.
Более традиционные члены Гильдии предпочитали Oscillator.
Пока он смотрел, за Oscillator появилось еще одно транспортное средство.
Ледяное покалывание нарушило близость, которой он наслаждался последние сто сорок миль. Экспериментально увеличил скорость.
Две машины позади «Фантома» отстали на несколько секунд. Но через мгновение они вернули утраченные позиции, а затем еще приблизились.
Он дал немного больше мощности тонко настроенному двигателю «Фантома». Машина набрала еще большую скорость. Два набора огней в зеркале заднего вида не отставали.
— Похоже, у нас проблемы, — тихо сказал он.
— «В чем дело?» — сказала Селинда. Она увидела, что он смотрит в зеркало заднего вида, и повернулась на своем сиденье, чтобы оглянуться. — Тебя беспокоит та машина позади нас?
— «Она преследует нас с тех пор, как мы покинули Фриквенси. Теперь их две».
— «Что в этом странного? Это главная дорога в Каденс.»
— «Я заметил Осилатор в нескольких милях от Фриквенси, когда движение поредело. Но он не сокращал расстояние между нами до нескольких минут назад. Теперь вторая машина и движется быстро».
Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. — Ты думаешь, это может быть Лэндри, не так ли?
— Скорее всего, кто-то из его людей. Сомневаюсь, что он захотел бы рискнуть и принять непосредственное участие».
— «В чем?»
— Избавиться от меня и захватить тебя.
— Я боялась, что ты это скажешь. — Она повернулась на своем сиденье и очень пристально смотрела на шоссе через ветровое стекло. — Но твоя шикарная тачка может обогнать их, верно?
— «Конечно. Проблема в том, что я думаю, что это, вероятно, будет клещевой маневр. Именно так я бы поступил, если бы был Лэндри.»
— «Извини?»
— Видишь две машины, приближающиеся к нам?
— «Да.»
— «Они появились всего несколько минут назад. У меня есть подозрение, что они сидели здесь, в пустыне, и ждали нас.
Она посмотрела на приближающиеся фары. — Ты имеешь в виду, что они пытаются устроить нам засаду прямо здесь, на дороге общего пользования?
— «Я думаю, что таков план. Неплохо. Надо отдать должное Лэндри за стратегию.»
— «Ненавижу об этом спрашивать, но у нас есть свой?»
— «План?» — Он смотрел, как в свете фар появляется еще один выцветший рекламный щит: «Последний шанс увидеть призрачные руины инопланетян». — Только, что появился.
— «Что мы будем делать?»
— «То, что все делают в долгом путешествии. Мы собираемся посетить придорожную достопримечательность. Держись.»
Он нажал на тормоза, повернул руль и отправил «Фантом» в визжащий, дымящийся поворот. Они сбили изрытую грунтовую дорогу к месту развалин. Фантом сильно подпрыгнул и затрясся. Селинда схватила Араминту одной рукой, а другой уперлась в приборную панель.
Макс проснулся, когда его сбросило с задней палубы. Он исчез из поля зрения на несколько секунд. Следующее, что Дэвис осознал, это то, что он вскарабкался на спинку водительского сиденья, чтобы принять участие в погоне.
Араминта вырвалась из сдерживающей руки Селинды и вспорхнула позади нее. Оба пыльных комочка внезапно выглядели очень взволнованными. Прирожденные охотники, подумал он.
— «С нами парочка маленьких адреналиновых наркоманов», — сказала Селинда, взглянув на пушков.
— «Если разобраться, они хищники». — Дэвис маневрировал, чтобы избежать особенно глубокой трещины в асфальте.
Дорога была плохой. «Фантом» немного подышал воздухом на вершине какой-то из высоких колей. У него не было выбора, кроме как немного снизить скорость.
Впереди, может быть, в паре миль или больше, он мог разглядеть слабое зеленое свечение в ночи.
— «Похоже, кто-то оставил для нас свет», — сказал он.
Селинда повернулась на своем сиденье, чтобы снова посмотреть назад. — «Четыре машины остановились на шоссе. Может быть, они не будут преследовать нас. Нет, подожди, одна из них поворачивает. Черт, они все идут за нами».
— «Эти машины намного тяжелее «Фантома». Если повезет, им придется снизить скорость больше, чем нам, чтобы проехать здесь».
— Мы направляемся к старым руинам?
— «Да. У меня такое чувство, что люди позади нас вооружены этими нелегальными маг-резами, которые, очевидно, любой, у кого есть достаточно денег, может купить на улицах в наши дни. А у нас только один. Расклад не в нашу пользу».
— Я должна была захватить свой.
— «Оглядываясь назад, это было бы хорошей идеей, да. В следующий раз, когда мы поедем на свадьбу, мы должны не забыть упаковать его».
Она проигнорировала это. — «Мы направляемся к руинам, чтобы использовать кварцевую стену в качестве баррикады, верно?»
— «Нет.» — Вынужденный еще немного притормозить, он неохотно переключил «Фантом» на более низкую передачу. — «Мы направляемся к руинам, потому что нам нужно спуститься под землю до начала стрельбы».
— Зачем?
— «Маг-резы, как и большинство высокотехнологичных устройств, использующих технологию магнитного резонанса, не очень хорошо работают под землей. Тяжелый пси внизу приводит в негодность их механизмы. Это делает оружие столь же опасным для того, кто нажимает на спусковой крючок, как и для цели. Вот почему охотники за привидениями их не носят».
— О, точно, — сказала она. — «Если подумать, я помню, что маленький парень, который продал мне мой пистолет, говорил что-то о том, чтобы я не пыталась использовать его под землей. Он сказал мне, что он может взорваться у меня в руке».
— Есть ли шанс, что, как только мы попадем внутрь стены на площадке, ты вспомнишь, где находится вход в катакомбы?
— «Да.» — Она сосредоточила свое внимание на смертоносном параде фар позади «Фантома». — «Он внутри башни. Там есть лестница, которая, кажется, бесконечно уходит вниз, и в ней много изгибов и поворотов. Когда стоишь наверху, даже не видно дна. Действительно жутко. Я думаю, именно поэтому аттракцион никогда не приносил много денег двум мужчинам, которые им управляли».
— Слишком жутко?
— «Нет. Слишком много ступеней. Клиенты понимали, что как только они спустятся вниз, придется подниматься вверх, чтобы выбраться. Это очень долгий подъем. Я помню, как многие люди бросали один взгляд на эту лестницу, а затем требовали свои деньги обратно».
— «Возможно, нам повезет, и именно так и поступят те ребята», — сказал он, пытаясь мыслить немного позитивно.
— Наверное, не стоит на это рассчитывать.
— Нет, — согласился он, — наверное, не стоит. Я предполагаю, что, поскольку когда-то это была туристическая достопримечательность, лестничная клетка и прилегающие к ней туннели свободны от ловушек иллюзий?
— «Конечно, когда это был аттракцион», — сказала она. — «Я не вижу причин, по которым кто-то мог бы сбросить ловушку».
Он думал об этом. Только тот, кто обладал особым пси-талантом — пара-резонатора эфемерной энергии, также известным как наладчик, — мог обезвредить или сбросить ловушку. Ни он, ни Селинда не могли с этим справиться.
— «Мы должны рискнуть», — сказал он. — Не то чтобы у нас большой выбор.
— «Я не могу разобрать ловушку», — сказала она. — «Но я могу обнаружить их, а это значит, что мы должны быть в состоянии избежать любого, с чем мы столкнемся».
Он подумал о той ночи, когда забрал Мэри Бет у похитителей. — «У меня тоже есть способность чувствовать их. Мы вдвоем можем сделать это».
Сияние кварцевой стены, окружавшей древний аванпост, становилось все ярче по мере их приближения. Дэвис осознавал, что сейчас из руин вытекает пси-энергия. Он знал, что Селинда тоже ее почувствовала.
— «Твой талант похож на талант других охотников?» — она спросила. — «Он становится сильнее, когда усиливается инопланетным пси?»
— «Да.»
Стена теперь быстро приближалась. Он мог видеть остатки старой рукотворной автостоянки. Безрассудно он снова увеличил скорость Фантома.
— Они немного отстают, — заверила его Селинда. — Ты прав, они не могут ехать по этой дороге так быстро, как мы.
Он сосредоточился, пытаясь предвидеть проблемы.
— «Люди, которые управляли руинами, ставили какие-либо ворота?» — он спросил.
— «Я помню импровизированные деревянные ворота, которые открывали после того, как был куплен билет».
— «Если повезет, они не будут заперты».
— «Я сомневаюсь в этом. Место давно заброшено».
«Фантом» резко остановился на стоянке. Над входом висел сильно обветренный знак: «Добро пожаловать в призрачные инопланетные руины». Под вывеской большие деревянные ворота безвольно висели на петлях.
— Ворота открыты, — сказал Дэвис. — «Одной проблемой меньше». — Он выключил двигатель и фары. — «Все вон. Сейчас же.»
Селинда уже расстегнула ремень безопасности. Одной рукой она схватила Араминту, а другой открыла пассажирскую дверь.
Дэвис вышел с другой стороны и протянул руку внутрь машины. Макс тут же спрыгнул на предложенную и вскочил на плечо Дэвиса.
Четыре машины все еще находились на некотором расстоянии, но они быстро приближались. Фары прыгали и подскакивали в ночи.
Дэвис выдернул маг-рез из кобуры на щиколотке.
— Иди, — приказал он.
Селинда уже бежала ко входу. Внезапно она остановилась.
— «Что?» — отрезал Дэвис.
— «Я не знаю. Что-то не так. Араминта нервничает».
— «Сейчас не время беспокоиться о ее чувствах. Двигайся.»
Селинда снова побежала. Дэвис увидел, как тень на ее плече упала на землю.
— О, черт, — взвыла Селинда. — «Она возвращается к машине. Я не могу оставить ее».
— «С ней все будет хорошо. Она может позаботиться о себе».
— Нет, Дэвис, я думаю, ей что-то нужно в машине.
Селинда бросилась за Араминтой.
Дэвис посмотрел на быстро приближающиеся машины. — «Проклятие.»
Но было слишком поздно, чтобы остановить Селинду. Она добралась до Фантома. Араминта лежала на земле рядом с пассажирской дверью, прыгала вверх-вниз и дико визжала.
Селинда открыла дверь. Араминта исчезла внутри. Селинда потянулась за ней.
— Пошли, Селинда. — Впервые Дэвис почувствовал приступ настоящей паники. Если Селинда не подчинится, они обречены. Он повернулся к ней. — «Иди сюда. Сейчас же.»
Она уже выбралась из машины, развернулась и побежала к нему. Он увидел, что в одной руке она держит огромную сумку. Араминта сидела у нее на плече, по-видимому, довольная.
Они побежали, изо всех сил, ко входу.
— «Она бы не ушла без сумки», — объяснила Селинда, затаив дыхание.
Они промчались через проем, образованный просевшими воротами. Внутренняя часть окруженного стеной комплекса была освещена окружавшим его светящимся кварцем. Вырисовывалась горстка древних шпилей и куполообразных сооружений, вечно чуждых и загадочных в своем фантастическом, эфирном замысле.
Старые, нарисованные вручную вывески, сделанные руками человека, возвышались над полуразрушенными прилавками.
Это был последний знак, который привлек его внимание. Он был вывешен перед входом в воздушный, сияющий зеленый кварцевый шпиль.
— Лестница здесь, — сказала Селинда.
Завизжали тормоза и шины. Он оглянулся через плечо. Первая из четырех машин как раз подъезжала к стоянке. Остальные три были прямо за ней.
Селинда бросилась через сводчатый вход в руины. Он последовал за ней.
Один взгляд на светящуюся кварцевую лестницу, и он понял, почему старая достопримечательность потеряла потенциальных клиентов. Ступени устремлялись вниз, извиваясь и поворачиваясь в кошмарной версии винтовой лестницы, которая смутно дезориентировала человеческие чувства.
Перил не было. Ни одна из лестниц в катакомбах не была оборудована ими. Очевидно, давно исчезнувшие инопланетяне не беспокоились о нарушениях безопасности или проблемах со страхованием.
К счастью, в этом случае стороны лестничной клетки были достаточно близко, чтобы их можно было коснуться. Селинда прижала ладонь к кварцевой стене справа от себя и, набравшись сил, бросилась вниз по странно искривленным ступеням. Он сделал то же самое.
Интенсивная пара-нормальная энергия, которая всегда присутствовала в катакомбах, мгновенно поразила его чувства. Энергия оказывала слегка возбуждающее действие на любого, кто обладал даже средним уровнем пси-способностей. Для таких, как Селинда и он сам, с сильным пара-психическим профилем, эффект был еще более опьяняющим.
Он увидел, как Селинда посмотрела через плечо на вход на лестничную клетку. Он сделал то же самое. Теперь не было шума сверху. Это неудивительно. Энергия кварцевых стен глушила звук.
— Я пока не вижу, чтобы нас кто-нибудь преследовал, — сказала Селинда.
— Продолжай двигаться, — приказал он.
Она нырнула вниз и исчезла из виду.
Он сделал паузу на мгновение, прежде чем последовать за ней, и снова взглянул на вход. В проеме замаячила фигура. Пока он смотрел, к первому присоединился еще один мужчина. Они начали спускаться.
Он свернул за следующий поворот лестницы. Когда он оглянулся, то больше не мог видеть ни входа, ни мужчин, следующих за ними. Перед ним Селинда была почти у подножия лестницы.
Он видел, как она споткнулась примерно в трех шагах от пола. Ей удалось удержать равновесие, потянувшись к обеим сторонам лестничной клетки, но из-за этого действия она потеряла контроль над сумкой.
Она полетела к подножию лестницы впереди нее, рассыпая содержимое. На кварцевый пол вывалились две прозрачные пластиковые коробки с остатками свадебного торта и крекерами с розовым сливочным сыром. За едой последовал кожаный кошелек, упаковка салфеток, различные женские принадлежности, в том числе расческа и помада, небольшой блокнот, ручка и солнцезащитные очки.
— О, черт, — сказала Селинда.
Она наклонилась и начала лихорадочно собирать упавшие предметы.
— Брось, — сказал Дэвис, дойдя до последней ступеньки. — «У нас нет времени».
— Но Араминта…
— Она либо остается с сумкой, либо идет с нами. Это не подлежит обсуждению, Селинда.
К счастью, на этот раз она не стала спорить. Она начала выпрямляться. Затем она замерла.
— «Дэвис».
— «Что?»
Она подобрала один из предметов, выпавший из сумки. Это был знакомый кусок малинового пластика.
— Твою ж мать, — сказал он. — «Реликвия».
«Не удивительно, что Араминта не волновалась покидая Каденс», — сказала Селинда. — «Должно быть, она спрятала ее в моей сумке перед тем, как мы отправились в Фриквенси. Вот почему несколько минут назад она не позволила мне оставить сумку в машине.
— Дай мне это. — Дэвис потянулся за ней.
Араминта взбесилась, как и в прошлый раз, подпрыгивая на плече Селинды и яростно рыча.
— «Думаю, лучше подождать», — сказала Селинда. — «Мы не хотим, чтобы Араминта снова убежала с этой штукой. Одного раза было достаточно».
Дэвис изучал Араминту, которая выглядела непреклонной. — «Я думаю ты права. Ладно, двигаемся».
Селинда огляделась. Семь светящихся туннелей, каждый из которых отмечен высоким сводчатым входом, украшенный загадочными гравюрами, расходились лучами от круглой комнаты внизу лестницы.
— «Куда?» — она сказала.
Дэвис указал на туннель, который находился за лестницей. — «Вон туда. Эти ребята сойдут с лестницы лицом в этом направлении. Я буду позади них. Это даст мне небольшой элемент неожиданности.»
Она повернулась к нему, встревоженная. — Я думала, план состоит в том, чтобы спрятаться в туннелях, пока они не уйдут.
— «Они охотники за привидениями, — сказал Дэвис. — «Полагаю, что у них есть новое поколение рез-локаторов, которые могут улавливать любые сигналы от настроенного янтаря, независимо от того, есть ли у них частота. Мы с тобой оба носим янтарь, и мы не можем рискнуть и выбросить его. Если мы отойдем от этой лестницы далеко, мы можем никогда ее больше не найти.
Она не спорила. Легенды о людях, потерявших свой настроенный янтарь и бродивших в зеленом лабиринте до тех пор, пока не умерли от жажды или не сошли с ума, были знакомы каждому. Катастрофа — оказаться под землей без настроенного янтаря.
Схватив реликвию, она быстро двинулась в указанный им туннель.
— Что ты будешь делать с ними? — она спросила.
— «Что-нибудь придумаю.»
— «Один против, один Бог знает скольких, мне кажется, что у тебя мало шансов. Тебе нужна помощь, Дэвис.»
— У меня есть Макс.
— У тебя также есть я и Араминта.
Он задумчиво посмотрел на Араминту. — Она может быть полезна, особенно если будет считать, что защищает тебя.
— Эй, я тоже могу быть полезной, — натянуто сказала она.
— Ты будешь полезна, если останешься вне поля зрения, пока это не закончится.
Она вдруг разозлилась и рассердилась. Он был прав. Что она знала о борьбе с бандой головорезов?
Он приблизился очень близко к ее уху. — «Времени не осталось. Я слышу как они спускаются по лестнице. Оставайся здесь и поклянись мне, что не будешь паниковать, что бы ты не увидела.
Он не стал ждать, пока она отреагирует на этот странный приказ. Отпустив ее, он направился к сводчатому входу с Максом на плече. Там он остановился, прижавшись к стене.
Она поняла, что он все еще держал маг-рез-пистолет, но он был перевернут в его руке.
Она слышала голоса и шаги на лестнице.
— Убери маг-рез, чертов идиот, — сердито сказал один из охотников. — «Сейчас мы под землей. У тебя больше шансов убить себя или одного из нас, чем прихлопнуть Оукса.»
— Помните, что бы ни случилось, женщина нужна нам живой, — прорычал второй мужчина. — «Если она пострадает, Лэндри будет в ярости».
— Она не будет проблемой, — сказал первый мужчина. — Оукс — единственный, о ком нам нужно беспокоиться. Ты же слышал, Лэндри, он не обычный охотник, а какой-то нестандартный урод, который может де-резировать призрака без использования призрачного света.
— Может, он и урод, — хладнокровно заметил третий, — но нас пятеро. Он ни за что не сможет убить пять призраков. Никто не может сделать это, не расплавив янтарь. Как только это случится, он станет приманкой для привидений».
— «У меня сигнал», — сказал один из охотников. — «Настроенный янтарь. Менее двадцати футов. Они прячутся в одном из этих туннелей.»
Второй выкрикнул. — Все кончено, Оукс. Мы все это знаем. Отдай нам женщину, и ты свободен. Нам на тебя плевать. Просто убирайся от сюда. Лэндри не причинит ей вреда. Ему просто нужна информация от нее. Это тебя не касается. Это дело Гильдии.
Ярость пронзила Селинду. Дело Гильдии. Универсальное оправдание для всех, кто связан с Гильдиями.
Она посмотрела на Дэвиса, который все еще стоял распластавшись на светящейся зеленой стене, сжимая ствол магрез-пушки
Она ощутила внезапный всплеск его пси-энергии.
Мгновение — Дэвис и Макс исчезли.
Она смотрела на вход в туннель, не веря своим глазам. Они исчезли. Буквально. Они оба просто исчезли.
Вот только Дэвис никуда не делся. Она все еще чувствовала его пси-узор, резонирующий так же сильно, как и прежде.
Она поняла, что ей трудно сосредоточиться на том месте, где он стоял с Максом на плече всего секунду назад. Воздух, казалось, колебался и слегка мерцал.
Участок воздуха, который был не совсем в фокусе, внезапно двинулся, перемещаясь в помещение лестничной клетки. Если бы она не смотрела прямо на небольшое искажение у входа в туннель, она никогда бы его не увидела.
Тут-то ее и осенило. Дэвис только что сделал себя и Макса невидимыми. Невозможно.
Прежде чем она успела обдумать смешанные сообщения, полученные ее органами чувств, Араминта издала низкий рокочущий рык и спрыгнула с плеча на пол туннеля.
Пыльный комочек мчался за серебристым мерцающим пятном воздуха. Пока она бежала, она вошла в полный охотничий режим, со всеми глазами и зубами.
Селинда поспешила за ней.
Во внешней комнате раздались крики гнева и удивления.
— Какого хрена?
— Что случилось с Рейнольдсом?
Селинда достигла входа в туннель как раз вовремя, чтобы увидеть, как один из охотников в хаки и коже рухнул на пол. Он растянулся там, не шевелясь. Остальные четверо ошеломленно уставились на него.
Она была в нескольких футах от них; тем не менее, она вполне отчетливо могла ощущать их яростно пульсирующую пси-энергию. Ее чувства, естественно, были намного сильнее под землей.
— Может быть, у него сердечный приступ или что-то в этом роде, — с тревогой сказал один из охотников. — Что, черт возьми, нам теперь делать?
— Мы пришли сюда за женщиной, — прорычал другой охотник. — Мы не уйдем без нее.
Человек, который говорил, яростно дернулся и со стоном упал на колени. Его голова дернулась, словно от удара. На этот раз он рухнул лицом вниз. Его пси- энергия все еще пульсировала, но все было так, как будто все вдруг стало нейтральным. Он был жив, поняла она, но без сознания.
— «Что происходит?» — крикнул один из охотников. — «Что тут происходит?»
Она вздрогнула.
Впервые ей пришло в голову, что Дэвис, Макс и Араминта действительно могут справиться со всеми пятью охотниками в одиночку.
Трое мужчин, все еще стоявших на ногах, беспокойно оглядывались по сторонам. Один из них проверял устройство в руке.
Она отступила на шаг, прижавшись спиной к стене.
— У меня два показателя, — сказал охотник. — «Дерьмо. Один прямо здесь, в зале.»
— Здесь нет никого, кроме нас, идиот, — рявкнул один. — «Ты, наверное, считываешь мой янтарь или Грега».
Пронзительный крик разорвал напряженную атмосферу в зале. Он исходил от охотника, который пытался разобраться в показаниях своего локационного устройства.
Селинда выглянула из-за угла как раз вовремя, чтобы увидеть, как Макс снова материализовался. Пока она смотрела, он прыгнул на штанину одного из охотников. Араминта последовала прямо за ним, берясь за другую ногу.
Мужчина снова закричал и начал безумно бить себя по штанам.
— «Сними их с меня! Убери их от меня!»
Макс достиг талии мужчины, направляясь к горлу.
Испуганный охотник яростно замахнулся на Макса и сумел сбить его. Макс полетел, но не раньше, чем цапнул до крови.
Охотник снова закричал и ударил Араминту. Она отпрыгнула от его ноги, но Селинда увидела, что ткань влажная и быстро темнеет.
— «Что-то укусило меня!»— Охотник отшатнулся, прижав окровавленную руку к боку. Выглядя затравленным, он достал нож, выбросил энергетического призрака в качестве щита и начал отступать к лестнице.
Воздух позади него замерцал. Он дернулся, но не упал. Он развернулся, чтобы противостоять невидимой угрозе позади него, дико рассекая воздух ножом.
Затем он рухнул набок и с глухим стуком приземлился на пол. Кровь из его раненой ноги потекла на зеленый кварц. Призрак, которого он вызвал, мигнул.
Селинда с тревогой посмотрела на Макса. Он ловко приземлился и уже снова встал на ноги, очевидно, невредимый.
Вспыхнуло больше призрачного света. Двум охотникам, которые все еще стояли на ногах, удалось достаточно перегруппироваться, чтобы прижаться спиной друг к другу. Они создали два больших, сильно пульсирующих шара энергии, чтобы защитить себя, и отступали к подножию лестницы. Оба вытащили ножи.
Темная, тревожная энергия лилась от них тошнотворными волнами. Страх, подумала Селинда. Энергия была настолько сильный, что угрожала заглушить ее собственные чувства.
Ее первым импульсом было попытаться ослабить основанную на пси-энергии энергию, пока она не захлестнула ее. Ее пальцы судорожно сжались вокруг рубиново-янтарной реликвии в руке. Сила стала покалывать в ее ладони.
Внезапно она поняла то, что не могла объяснить, у нее есть выбор. Она действительно могла подавить страх мужчин, а могла усилить его. Если бы она выбрала последнее, она была уверена, что сможет блокировать интенсивность волн, чтобы они не захлестнули ее.
Повинуясь инстинкту, она протолкнула свою собственную пара-рез-силу сквозь рубиновый янтарь. Работая сначала осторожно, но с растущей уверенностью, она посылала импульсы резонирующей энергии, предназначенные для увеличения частоты волн, которые генерировали мужчины.
Страх охотников превратился в нечестивый ужас. Они оба начали кричать. Призраки, которыми они пытались манипулировать, гасли и вспыхивали по схеме, которая даже для ее неопытного глаза выглядела все более слабой и неорганизованной.
Ей едва удалось направить через рубиновый янтарь достаточно дополнительных пси, чтобы защитить свои чувства от натиска. Но ее ментальные баррикады устояли, приглушив воздействие чрезмерно резкого ответа охотников.
На полу кожаный жилет, который носил один из упавших мужчин, казалось, распахнулся сам по себе, обнажив кусок янтаря, висящий на металлическом ожерелье. Пока она смотрела, янтарь растворился в воздухе.
Она поняла, что Дэвис, вероятно, был близок к тому, чтобы расплавить собственный янтарь. Он только что конфисковал резервную копию.
Араминта и Макс осторожно кружили вокруг шатающихся энергетических призраков, выискивая лазейки.
Воздух перед одним из НПДЭ замерцал. Быстро слабеющий призрак мигнул. Секундой позже исчез и второй призрак.
— «Что происходит?» — крикнул один из мужчин.
— «Откуда мне, черт возьми, знать? Возможно, это место действительно населено привидениями. Давай выбираться отсюда.»
— А что насчет Лэндри? — настаивал первый мужчина.
— «К черту Лэндри. Мы не можем бороться с тем, чего не видим».
С ножами в руках мужчины побежали к лестнице.
Первый охотник споткнулся о какой-то невидимый предмет и упал. Его голова дернулась в сторону. Он лежал неподвижно.
Второй закричал и продолжал кричать. Макс и Араминта вскарабкались ему на штанину. Он ударил их ножом, пританцовывая на одной ноге.
Его ноги ушли из-под него. Он упал на колени и растянулся на полу.
Гробовая тишина заполнила комнату. Селинда посмотрела на фигуры павших мужчин. Она почувствовала пси-энергию от всех пяти. Они были живы, но все были без сознания.
Воздух снова замерцал, яркий и серебристый.
Появился Дэвис, стоявший среди распростертых охотников. Он тяжело дышал. Пот струился ручьями по его лицу и пропитал рубашку.
Он все еще держал маг-рез в одной руке. Тогда она поняла, что во время боя он использовал приклад как дубинку.
Он посмотрел на нее глазами, серебристыми, как зеркало, освещенное солнечным светом.
— Нам нужно выбираться отсюда, — сказал он. — «Быстро.»
— «С тобой все в порядке?» — спросила она, слишком потрясенная, чтобы требовать объяснений.
— Да, но ненадолго. Я только один раз заходил так далеко. Дожигание не будет длиться долго. Я уже чувствую, как оно угасает. Отходняк будет отстой».
— Ты расплавил янтарь?
— «Три, но не в этом проблема. Двигайся.»
Он был смертельно серьезен. Она схватила свою сумку, побросала бумажник, пластиковые контейнеры с едой и реликвию внутрь и протянула руку Араминте.
Они последовали за Дэвисом и Максом вверх по винтовой лестнице.
— Тебе придется сесть за руль, — сказал Дэвис.
— Я так и поняла.
— «Ты когда-нибудь ездила на двойном магните?»
— «Да. Я училась на «Фантоме» Уокера».
Дэвис медленно, но неуклонно поднимался. Не требовалось экстрасенсорных способностей, чтобы понять, что он двигался вперед только благодаря силе воли.
Паника пронзила ее. Если он отрубится на лестнице, она не сможет вытащить его сама. Личные телефоны здесь, посреди пустыни, не работают, поэтому позвать на помощь она не сможет. Они будут в ловушке, пока Дэвис не очнется. Это может занять несколько часов.
Она подошла к Дэвису сзади, уперла руки ему в спину и начала толкать. Он ничего не сказал, но с дополнительной поддержкой он смог двигаться немного быстрее.
По мере того как они поднимались по лестнице, его вес становился все тяжелее. В какой-то момент она почти отчаялась. Макс выглядел взволнованным настолько, насколько это возможно. Он ободряюще фыркнул Дэвису на ухо.
Наконец в поле зрения появился вход в башню.
Дэвис остановился, тяжело дыша. Он передал ей маг-рез.
— «На всякий случай, если им хватило ума оставить снаружи кого-нибудь», — сказал он. — Если нам это понадобится, ты будешь тем, кто этим воспользуется. В таком состоянии я не могу ничего сделать, даже у стен Мертвого Города».
— «Все в порядке.» — Она взяла у него пистолет. Он был легче, чем ее собственная старая модель, но она видела, что механизм тот же.
— «Ты в порядке?» — хрипло спросил он.
— «Не волнуйся. Я приберегла паническую атаку для другого раза».
— «Я рад это слышать, потому что ты единственная, кто может вытащить нас отсюда до того, как кто-нибудь из этих ублюдков придет в себя или кто-то придет их искать».
Она вздрогнула. — «Будь уверен, я понимаю общую картину».
Через мгновение они вышли из лестничной клетки. Пульс Селинды бешено колотился не только от физического усилия, которое она прилагала, что бы толкать Дэвиса вверх по лестнице, но и от страха, что кто-то еще выпрыгнет на них. Она очень крепко сжимала маг-рез в правой руке и молилась.
Никто не кинулся на них, когда они покидали башню.
— Идиоты, — пробормотал Дэвис. — Надо было оставить здесь человека на страже.
— «Просто будь благодарен, что они этого не сделали. Как Я».
— Я тоже не сказано благодарен.
Он начал невнятно произносить слова, что было признаком физического истощения, охватившего его. Но больше всего ее беспокоила психическая усталость, притупляющая его чувства. Дожигание не подействовало на него так сильно в тот вечер, когда он разряжал призраков-двойников в Старом квартале Каденса. Что бы он ни сделал, чтобы стать невидимым, он истощил каждую унцию пси-силы, которой обладал.
Ей удалось втиснуть его на пассажирское сиденье «Фантома» и пристегнуть ремнем.
Макс и Араминта свалились следом за ним. Дэвис откинул голову на спинку сиденья и закрыл глаза. Макс издавал тревожные звуки.
— Не волнуйся, Макс, — сказала Селинда. — «Он будет в порядке. Ему просто нужно поспать».
Макс не выглядел успокоенным. Араминта прижалась к нему, предлагая безмолвное утешение.
Селинда села за руль, завела мощный двигатель и выехала со старой стоянки, объезжая тяжелые Осилаторы, которыми пользовались люди Лэндри.
Она осторожно двинулась обратно к шоссе, боясь растрясти Дэвиса больше, чем нужно. Когда она наткнулась на особенно высокую кочку, она быстро взглянула на него. Он не открыл глаз, но в янтарном свете ламп на приборной панели она была уверена, что увидела, как он поморщился.
— Извини, — сказала она.
— Я не о себе беспокоюсь.
— «Ой. Верно. Машина. Ну, посмотри на светлую сторону. Если тебе понадобится новая, когда все это закончится, ты можешь просто включить ее в счет Гильдии».
— «И то верно. Селинда, я хочу, чтобы ты внимательно выслушала то, что я скажу тебе».
Она не сводила глаз с разбитой старой дороги. — «Хорошо.»
— «Я отрублюсь до того, как мы доберемся до Каденса».
— «Дожигание и отключка. Да, я понимаю.»
— Не то, что прошлой ночью. Это будет масштабно. Например, я могу не вернуться из этого».
— «Что?» — В ужасе она оторвала взгляд от дороги на достаточно долгое время, чтобы бросить на него быстрый испытующий взгляд. — «О чем ты говоришь?»
— «В прошлый раз, когда это случилось, я оказался в пара-психологической больнице почти на два месяца».
— Ты начинаешь меня пугать.
— «Что бы ты ни делала, обещай мне, что не отвезешь меня в отделение неотложной помощи. Позвони Тригу, как только сможешь. Он знает, что делать».
Она едва могла дышать. Мелкая дрожь пронзила ее. Она напомнила себе, что отложила приступ паники. Ей нужно было сохранять спокойствие и держать себя в руках.
— Хорошо, — тихо сказала она.
— Расскажи Тригу все. Убедитесь, что он знает, что реликвия у нас. Он заберет ее. Я хочу вернуть эту чертову штуку сегодня вечером Мерсеру Уайатту.
Последние несколько слов были так неразборчивы, что она едва могла их понять.
— С тобой все будет в порядке, Дэвис, — твердо сказала она.
Он не ответил. Когда она бросила на него еще один мимолетный взгляд, то увидела, что его глаза закрыты. Это нормально, сказала она себе. Но что-то в его энергетических структурах казалось не совсем нормальным. Макс придвинулся ближе к нему.
Дорога до шоссе заняла целую вечность. Добравшись до него, она направила Фантома в сторону Каденс Сити и вдавила педаль газа. Отражающие белые линии на тротуаре расплылись.
Через десять миль она заметила, что Дэвис сильно дрожит. Она убрала одну руку с руля и коснулась его лба. Он был пугающе холоден.
Волны его пси-энергии опустились почти до нуля. Он не спал, поняла она. Он погружался во что-то гораздо более глубокое и темное: в кому.
Что бы ни происходило с Дэвисом, ее интуиция подсказывала ей, что это не подпадает под заведомо гибкую категорию, называемую «нормальной», даже для охотника.
Она уже прилично проехала, но все еще находилась в добром часе от Каденса. Все ее инстинкты кричали, что она должна сделать что-то сейчас, чтобы остановить скатывание Дэвиса в психическое забвение.
Макс выглядел ужасно. Он одиноко скорчился на плече Дэвиса и что-то порыкивал. Араминта сидела на спинке сиденья. За последний час она ничего не съела.
— Дэвис? — сказала Селинда, глядя на него. — «Ты слышишь меня?»
Ответа не последовало. Его голова свесилась вперед. Единственным, что удерживало его в вертикальном положении, был ремень безопасности.
— Дэвис, очнись, — сказала она, придав своему голосу резкий командный тон. — «Поговори со мной.»
Тишина. Пси-волны Дэвиса пульсировали слабее.
Она подумала о реликвии в сумке, а потом подумала о том, что ей удалось сделать с ней во время боя в подземной камере. Одно было ясно: она не могла проводить какие-либо экстрасенсорные эксперименты, мчась по шоссе с превышением установленной скорости.
В свете фар появился еще один сильно выцветший рекламный щит. Он обещал холодные напитки и закуски на следующем повороте.
Она ударила по тормозам, резко замедлив «Фантом», и свернула с шоссе на проселочную дорогу. Ее фары уловили вырисовывающуюся форму обветшалого неосвещенного здания. Старая придорожная закусочная давно закрылась.
Она объехала заброшенный киоск и выключила фары. Если бы кому-то из людей Лэндри удалось выбраться из руин и броситься в погоню, они не смогли бы увидеть «Фантом», припаркованный за ветхим киоском с закусками.
Она схватила сумку, залезла внутрь и нашла реликвию. Энергия, исходящая от нее, снова превратилась в струйку. Мощное ощущение, которое она испытала, держа ее под землей, исчезло.
Но энергия есть энергия, и теперь, благодаря своему опыту в туннелях пришельцев, она поняла, как ее использовать.
Она расстегнула ремень, перелезла через рычаг переключения передач и обвилась вокруг Дэвиса, стараясь добиться как можно большего физического контакта. Макс отступил к спинке сиденья, уступая ей место. Казалось, он понял, что она пытается помочь.
Дэвис сильно дрожал. Он слегка пошевелился, когда она положила ногу на его бедра и просунула руку ему за шею. Она чувствовала, что на каком-то уровне он знал о ее присутствии.
Она схватила рубиново-янтарную реликвию и крепко обняла его, чтобы согреть физически, в то время как она сосредоточилась на его ускользающей пси-энергии.
Узоры мгновенно сфокусировались, не так ярко и отчетливо, как когда она была под землей, но гораздо четче, чем когда она считывала пси-волны только с помощью своего врожденного таланта.
Она увидела, что ритмы Дэвиса не только быстро ослабевают, но и волны теряют свой элегантно контролируемый рисунок. Обычно сильные, устойчивые импульсы становились все более неустойчивыми. Горячий и холодный свет вспыхнул по всему спектру.
В отчаянии она выбрала самую сильную полосу пульсирующей энергии, которую могла воспринять, а затем послала свою собственную пси через рубиновый янтарный артефакт.
На несколько душераздирающих секунд она испугалась, что ничего не происходит. Затем рваная полоса энергии начала резонировать с ее пси-волнами в ритме, усиливавшем нормальный поток Дэвиса. Волны стали сильнее и регулярнее.
Она призвала немного больше энергии через рубиновый янтарь, выбрав другую точку на спектре. Эти длины волн также начали стабилизироваться. Она перешла к новой точке и повторила процесс.
Стабильность одной или двух полос, по-видимому, оказывала восстанавливающее воздействие на остальные. Остальные волны, исходящие со всего психического спектра, быстро усилились и стали регулярными.
Дэвис стал теплее на ощупь.
Макс возбужденно застрекотал.
Дэвис застонал, чуть приподнял ресницы и посмотрел на нее глазами, которые больше не горели, как пережаренный флеш-рок.
— «Мы уже на месте?» — он спросил.
Он все еще звучал очень, очень усталым, но теперь это было похоже на обычное истощение.
Она так обрадовалась, что чуть не заплакала. — «Не совсем. Еще час или около того.»
— «У меня такое чувство, будто я только что упал со скалы в глубокий океан и выплыл обратно на поверхность», — пробормотал он.
— Вероятно, это довольно точное описание.
Он очень пристально смотрел на нее сквозь полуопущенные веки. — «Я не сам вернулся. Ты была там. Я чувствовал тебя.»
— Мы можем поговорить об этом позже. Я думаю, тебе пора хорошенько выспаться. Тебе это нужно.»
Он закрыл глаза. Она подождала минуту или две, боясь, что он может снова начать ускользать от нее. Но его пси-ритмы, хотя и были замедлены и смягчены глубоким сном, оставались устойчивыми и сильными по всему спектру.
Она села обратно за руль, положила реликвию на приборную панель и завела двигатель. Доехав до шоссе, она во второй раз за ночь повернула на Каденс. Она позвонила Тригу, как только смогла поймать сигнал. Он ответил после первого гудка.
— «Как прошла свадьба?» — он спросил.
— «Розово.» — Она взглянула на часы на приборной панели. — «Но потом все стало очень сложно. Я буду у себя примерно через час, может меньше, в зависимости от пробок».
— Ты за рулем?
— «Да.»
— «Фантома?»
— «Ага.»
Он усмехнулся. — «Я впечатлен. Я не думаю, что Дэвис когда-либо позволял кому-либо, кроме своего брата и меня, садиться за руль, и нам нужно было проехать на нем только квартал».
— «Сегодня у него не было особого выбора. Можешь встретиться со мной в моей квартире? Мне понадобится небольшая помощь, чтобы поднять твоего босса наверх.»
— «Почему?» — Хриплый голос Трига обострился от беспокойства. — «Что случилось?»
— «Многое. Я расскажу тебе подробности, когда встретимся». — Она взглянула на рубиново-янтарный артефакт на приборной панели. — «Самое главное, что реликвия у нас».
— «Это замечательные новости.»
— Триг?
— «Да?»
— «Ты уже добрался до четвертой главы моей книги? Та часть, которая говорит о том, как важно для двух людей общение?»
— Да, и я абсолютно согласен, — сказал Триг уже очень серьезно. — «Я подчеркнул несколько абзацев в этой главе».
— «Возможно, тебе следует посоветовать своему боссу прочитать эту главу».
Триг тяжело вздохнул. — «Я знаю, что он не всегда первоклассный коммуникатор. Но он мужчина. Ты должна дать ему некоторую поблажку».
— «Я не думаю, что это можно назвать небольшой поблажкой».
— Как он облажался на этот раз?
Учитывая то, что она наблюдала в отношениях между двумя мужчинами, она была почти уверена, что Триг знал о странном таланте Дэвиса.
— «Было бы полезно, если бы он упомянул о некоторых своих маленьких личных особенностях», — сказала она.
— «Особенностях?»
— «Оказывается, мой спутник — Человек-невидимка».
Наступила короткая потрясенная пауза.
— Зеленый ад, — прошептал Триг. — Он стал невидимым?
— «Да.» — Она вкратце рассказала ему о событиях в подземелье.
— Как долго он был невидим? — Голос Трига был напряженным и настойчивым.
— «Недолго. Может быть, четыре или пять минут».
— «Пять минут?»
— «Это приблизительно. Я не смотрела на часы».
— Ты уверена, что это было не пару минут?
— «Нет, это определенно было дольше. Видишь ли, их было пятеро. И у них были ножи. Все они, конечно, создали призраков. Мы были под землей, так что они были большими».
— Это плохо, — мрачно сказал Триг.
— «Я думаю, что с Дэвисом все в порядке. Он сказал мне, что с ним все в порядке, и я чувствую его энергетические волны. Они снова функционируют нормально».
— «Он не в порядке. Нет, если он горел серебряным светом больше пары минут. В последний раз, когда он превысил этот предел, он оказался в странной коме. Они накачали его всевозможными наркотиками, чтобы попытаться вывести его из этого состояния. Почти два месяца он провел в больнице. После этого все говорили, что ему повезло, что он остался жив, не говоря уже о том, что сохранил способность нормально функционировать».
— «Он в порядке, Триг. Я слежу за ним».
— «Я не понимаю. Как он в этот раз избежал комы?
— Я использовала реликвию на нем.
— «Эта рубиново-янтарная штучка? Как ты это сделала?»
— «Это трудно объяснить.» — Она сделала паузу. — Триг?
— «Да?»
— «Я думаю, именно это и делает реликвия. Она позволяет человеку манипулировать чужими психоэнергетическими волнами. Возможно, это было какое-то инопланетное медицинское оборудование».
— «Странно.»
— «Не так уж и странно, если подумать. Инопланетяне, очевидно, сильно увлекались пси-энергией. Они считали, что им нужны какие-то терапевтические технологии для борьбы с различными психическими травмами. Посмотри, сколько медицинских исследований мы проводим в этой области из-за того, как быстро развиваются экстрасенсорные способности у людей».
— «Ты понимаешь, что говоришь? Если бы эту реликвию действительно можно было использовать для лечения пара-психических травм человека, это было бы настоящим медицинским чудом».
— «Проблема в том, — тихо сказала она, — у меня неприятное предчувствие, что это одна из тех хороших и плохих новостей».
— «Что ты имеешь в виду?»
— Реликвия впечатляет, Триг. Я думаю, это дает большие надежды на лечение целого ряда пси-травм».
— «Я слышу здесь «но».
— «Но у меня есть сильное предчувствие, что в чужих руках это может быть использовано как форма контроля над разумом».
— «Хм. Ладно, звучит не очень».
— «Нет, это не так. Триг, Дэвис хочет, чтобы сегодня ночью реликвия вернулась к Мерсеру Уайатту.
— «Он прав. Чем раньше реликвия вернется в хранилище Гильдии, тем в большей безопасности будут все. Уайатт справится с Лэндри.»
— «Я понимаю, но у меня было время подумать об этом, и я пришла к выводу. Дэвису и Мерсеру Уайатту это, вероятно, не понравится».
Триг застонал. — «Пожалуйста, не говори мне, что ты выбросила эту проклятую реликвию в пустыне, исходя из теории, что устройство слишком опасно для использования простыми людьми».
— «Нет. Она опасна, как и многие медицинские технологии. Но я склоняюсь к тому, что возможная польза слишком велика, чтобы ее игнорировать. Кроме того, что, если когда-нибудь появится еще одна такая же реликвия? Ее нужно изучить».
— Абсолютно согласен, — быстро ответил Триг. — «Тем более важно держать устройство под замком в надежном месте, например, в хранилище Гильдии».
Она почти улыбнулась. — «Я согласна. Вот почему я решила передать ее авторитетной медицинской исследовательской лаборатории».
— «Проклятие. Ты не доверяешь Гильдии, не так ли?
— Одним словом, нет.
Наступила еще одна долгая пауза.
— Дэвис знает об этом?
— Еще нет, — сказала она. — «Он все еще спит. Я намерена поговорить с ним о моем плане, как только он оправится от дожигания.»
— Ты ничего не сделаешь, не обсудив это с ним сначала, не так ли? — Триг казался очень обеспокоенным.
— «Нет.»
— «Тогда все хорошо. Я буду ждать в твоей квартире, когда ты приедешь. В любом случае, сегодня ночью вам понадобится охрана. Я очень сомневаюсь, что Лэндри стал бы что-то предпринимать в Каденсе. В конце концов, это город Мерсера Уайатта. Но тот, кто прошлой ночью обыскивал твою квартиру, а затем поднял этих призраков-близнецов, все еще где-то рядом.»
— Удачное замечание, что-то нашел?
— У меня есть одна хорошая зацепка, — сказал Триг. — «Однако я ждал, когда Дэвис вернется, прежде чем проверить ее. Может он захочет сам все проверить. Слушай, насчет твоего плана передать реликвию в исследовательскую лабораторию.»
«Да?»
— Думаешь, пыльный кролик согласится с этим?
Она посмотрела на Араминту, которая жевала крекер с розовым сливочным сыром. — «Не имею представления.»
Ее крики разбудили его. Он резко выпрямился в постели, ища источник опасности. Он увидел Джанет в пятне лунного света. Она вскочила на ноги и с испуганным выражением лица попятилась от кровати. Она протянула обе руки, словно отгоняя демона.
— «Что такое?» — спросил он. — «В чем дело?»
— «Ты.» — Она задохнулась от очередного крика. — «Я знаю, ты говорил мне, на что это будет похоже, но я до конца не осознавала… никогда не думала, что проснусь посреди ночи и… прости, я просто не могу с этим справиться».
Она развернулась и выбежала из спальни, ее ночная рубашка бешено развевалась у ее ног.
Он посмотрел вниз и увидел, что в какой-то момент ночью сбросил одеяло. Верхняя половина его ноги от колена до бедра отсутствовала.
Он открыл глаза и позволил остаткам сна исчезнуть. Сквозь раздвижную стеклянную дверь он мог видеть, как слабое зеленое свечение ночи Мертвого Города сменяется облачным рассветом. На несколько секунд он потерял ориентацию. Не та кровать, не та квартира, не тот вид.
Потом воспоминания нахлынули на него. Он вытащил серебряный свет, достаточный, чтобы стать невидимым на несколько минут. Его сердце резко ускорилось. Реакция «бей или беги» сработала, выбросив в кровь адреналин и кучу других биохимических веществ. В последний раз, когда это случилось, он впал в кому и очутился в Гленфилдском институте.
Он перекинул ноги через край кровати и вскочил на ноги, намереваясь сбежать.
Макс тихо заурчал где-то рядом. Дэвис похолодел от знакомого звука и обернулся. Он увидел Макса у изножья кровати, уютно устроившегося на пухлом одеяле. Только его голубые глаза были открыты, и он был все еще полностью распушен: обеспокоен, но не в боевом режиме.
Наконец до него дошло, что в комнате не пахло психбольницей. Вместо стерильного, антисептического запаха, который он ассоциировал с этой прихожей ада, был другой запах.
Он подобрал подушку и глубоко вдохнул. Все внутри него пришло в полное осознание. Он знал аромат. Он запомнил его на всю оставшуюся жизнь. Его сердечный ритм замедлился. Он не был заперт в Институте Гленфилда; он был в спальне Селинды.
Он вспомнил, как она обвивалась вокруг него, как жар ее тела прогонял ледяную послеожоговую лихорадку.
— Как дела, босс? — спросил Триг с порога. В одной большой руке у него была чашка кофе.
Дэвис понял, что на нем были только трусы. — «Я в порядке. Однако все немного туманно, что произошло?».
— «Ты провернул свой трюк с человеком-невидимкой, когда взялся за людей Лэндри. Насколько Селинда могла понять, ты исчез минут на пять. К тому же ты избавился от многих призраков.»
Он сел на край кровати. — «Какое сегодня число? Как долго я был в отключке?»
— «Не долго. Не как в прошлый раз. Драка с головорезами, которых Лэндри послал за тобой, произошла прошлой ночью. Ты проспал несколько часов, вот и все. На этот раз обычное дожигание и сон».
— «Это невозможно.»
Триг отхлебнул кофе и опустил кружку. — «Ну ты же сам все видишь, не так ли? Ты хорошо выглядишь для меня. Конечно, тебе нужно побриться и принять душ, но помимо этого…
— «Что случилось?»
— Селинда позаботилась о твоей маленькой проблеме с комой прошлой ночью.
Дэвис замер, вспомнив ощущение ее тепла и чувство спокойствия, охватившее его.
— «Как?» он спросил.
— «Она думает, что это было сочетание ее таланта и реликвии».
— «Объясни.»
— «Она сказала мне, что смогла резонировать с реликвией и восстановить нормальные потоки пси-волн. Она считает, что артефакт может быть каким-то инопланетным медицинским устройством, предназначенным для лечения психических травм».
— «Хм.»
— Но есть и оборотная сторона, — сказал Триг.
— «Какая?»
— Лучше приготовься, босс. Селинда убеждена, что в чужих руках устройство может быть очень опасным».
Мрачное предчувствие надвигающейся беды охватило его. — «Дай угадаю. Она не думает, что Мерсер Уайатт и Гильдия — правильные руки, не так ли?
— «Неа. Она хочет, чтобы устройство отправилось в медицинскую исследовательскую лабораторию, где его можно будет изучить».
— О, дерьмо, — сказал он очень тихо.
— «Ага.» — Триг звучал сочувственно.
— «Если устройство действительно такое ценное или такое опасное, Уайатт не согласится отказаться от него. Где оно сейчас?»
— «В банке с печеньем Араминты. Селинда сказала мне, что, по ее мнению, это последнее место, где головорезы из Гильдии Уайатта додумаются искать его».
— Бандиты?
— «Я полагаю, что это был термин, который она использовала», — сказал Триг.
— «Твою ж…. Самый потенциально значимый инопланетный артефакт, когда-либо обнаруженный, спрятан в банке с печеньем пыльного кролика».
— Не то чтобы он был незащищен, — быстро сказал Триг. — «У меня такое чувство, что любому, кто попытается вытащить его из этой банки с печеньем, придется иметь дело с одним действительно разозленным пыльным кроликом».
Дэвис задумался о своем ужасно запутанном деле. — Есть еще какие-нибудь радостные новости?
— «Несколько. Во-первых, прошлой ночью я позвонил Уайатту и сказал ему, что Бенсон Лэндри ищет реликвию. Я также проинформировал его о том, что произошло там, в пустыне, в руинах.
— «Что он сказал?»
— «Почти то, что ожидаешь услышать от парня с его положением. Он сказал мне больше не беспокоиться о Лэндри. Он позаботится о нем. САМ.».
— «Одним поводом для беспокойства меньше. Ты сказал ему, что реликвия нашлась?»
Триг тяжело выдохнул. — «Нет. Я оставил это тебе. Уайатт, все еще считает, что реликвия не найдена».
— «Что-нибудь еще?»
— До меня дошло несколько довольно веских слухов о парне, который, возможно, был тем охотником, которого вы встретили в переулке прошлой ночью. Он бывший член Гильдии по имени Бринкер, который несколько лет назад превратился в руинную крысу. Очевидно, он способен генерировать допп-призрака.
— Есть что-нибудь еще на него?
— «Некоторое время ему удавалось зарабатывать на жизнь, работая на изнанке антикварного бизнеса. Но пару лет назад он попал в ловушку иллюзии. Этот опыт оставил у него тяжелый случай парапсихической травмы. Гильдия позаботилась о его медицинских расходах, но он так и не выздоровел. По моим сведениям, он живет в ночлежке в Старом квартале».
— Есть адрес?
— Конечно, — сказал Триг.
— «Похоже, нужно поговорить с этим Бринкером».
— Но кое-что не сходится, — предупредил Триг.
— «Что?»
— «Как я уже сказал, по моим сведениям, Бринкер — Выгорел. Не может даже удержаться на работе. Откровенно говоря, он не похож на человека, способного собраться настолько, чтобы организовать сложный поиск украденной реликвии.
Дэвис подумал об этом. — «Я понимаю что ты имеешь ввиду.»
Триг посмотрел на часы. — Четыре тридцать. Хочешь, я еще побуду здесь?»
— «Нет. Теперь я могу справиться сам. Иди домой и поспи немного».
— «Верно.» — Триг начал отворачиваться. — Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится.
— «Обязательно. Где Селинда?»
— «Крепко спит на диване. Наконец.»
Дэвис нахмурился. — Что ты имеешь в виду, наконец?
— «Долго не могла заснуть. Ворочалась примерно до трех часов ночи. Неудивительно, учитывая, через что она прошла».
— «Она была потрясающей», — сказал Дэвис.
— Да, у меня сложилось такое впечатление. — Триг остановился. — И подумать только, ты не верил, что какая-нибудь женщина сможет справиться с невидимостью.
— Я сказал, что Селинда потрясающая. — Он сделал свой тон нейтральным. — Это не значит, что она хочет иметь долгосрочные отношения с членом Гильдии, который устраивает карнавальные представления.
— Не будь таким негативным, босс. Учти, что она знает твой большой секрет, и она не сошла с ума.
— Повторяю, это не значит, что она хочет связываться со мной.
— «Похоже, вы двое уже связаны, если спросишь меня. Кстати, вчера вечером я заехал к тебе по пути сюда и прихватил для тебя свежую одежду. — Триг кивнул в сторону небольшого чемодана на полу. — Не знал, что у тебя осталось после свадебной поездки.
— «Спасибо.»
Триг пошел по коридору. Через мгновение входная дверь открылась и очень тихо закрылась.
Дэвис поднялся на ноги и остановился, не в силах решить, что делать дальше. Он не мог выкинуть из головы образ Селинды, спящей на диване в другой комнате. Желание пройти по коридору и посмотреть на нее было почти непреодолимым.
Но теперь она знала, что он урод.
— Наверное, плохая идея, — сказал он Максу.
Макс зевнул и удовлетворенно потянулся. Затем он перевернулся на спину, закрыл глаза и снова заснул.
— «Почему твоя личная жизнь намного проще, чем моя?» — спросил Дэвис.
Ответа не последовало.
Через некоторое время Дэвису пришло в голову, что ему, крайне необходим душ.
Когда он вышел из ванной некоторое время спустя, он очень внимательно прислушивался. Из гостиной не доносилось ни звука. Очевидно, Селинда все еще спала. Макс исчез с кровати. Тусклый, серебристо-серый свет заливал небо.
Он открыл чемодан, который собрал Триг, и нашел несколько вещей, включая черную футболку с круглым вырезом и пару черных брюк. Он надел футболку и брюки и снова остановился, чтобы послушать.
Из гостиной по-прежнему не доносилось ни звука. Он рассмотрел свои варианты. Он мог либо остаться здесь, в спальне, пока не проснется Селинда, либо пойти на кухню и посмотреть, не оставил ли Триг кофе.
Это было легко.
Он прошел босиком по коридору. Шторы были открыты, позволяя бледному свету освещать гостиную. Он сказал себе, что пойдет прямо на кухню и даже не взглянет на диван. Он сразу же обнаружил, что его обычно неисчерпаемый колодец силы воли иссяк.
Селинда крепко спала среди путаницы простыней и одеял. Ее лицо было отвернуто от него. Он остановился, не в силах оторвать глаз от вида ее лежащей в лучах утреннего света. Воспоминания об их совместной ночи в Фриквенси нахлынули на него, воспламенив его чувства.
Как будто ее разбудили его мысли, она пошевелилась, открыла глаза и повернула голову, чтобы посмотреть на него.
— Привет, — сказала она мягким ото сна голосом.
— Привет, — сказал он. Он не мог придумать другого разумного разговора.
— «Как ты себя чувствуешь?» — она сказала.
— «Нормально. Благодаря тебе.» — Снова в его мыслях пронесся невысказанный вопрос:
Она оглядела смятую постель. — «Где Макс и Араминта? Только не говори мне, что они снова убежали?»
— «Нет.» — Он склонил голову в сторону маленького балкона. — Сейчас они завтракают на свежем воздухе.
Она проследила за его взглядом. Раздвижная стеклянная дверь была приоткрыта на несколько дюймов. Араминта и Макс сидели на перилах, жевали печенье и смотрели, как над Мертвым городом восходит солнце.
— Они оба были довольно круты прошлой ночью, не так ли? — гордо сказала Селинда. — «Я не могу поверить, в то, что они накинулись на этих бандитов».
— Ты сама была довольно крута.
— «М-м-м. Ну, ты сделал большую часть работы. Все, что мне нужно было сделать, это доставить нас всех домой».
Он нащупал слова. — «Извини, у меня не было возможности рассказать тебе о том, что я могу делать с серебряным светом».
— Триг объяснил. — Она долго рассматривала его. — «Немного смущает наблюдать, как кто-то исчезает, особенно когда ты не знаешь, что этому есть рациональное объяснение».
— «Это больше, чем сбивает с толку». — Он вспомнил сон о Джанет. — «Даже когда люди знают объяснение, они плохо с этим справляются».
Она вгляделась в его лицо с внезапным осознанием. — «Вот что случилось с твоей помолвкой, не так ли? Твоя невеста узнала, что ты можешь становиться невидимым, и не смогла с этим справиться.»
— «Я сказал Джанет правду. Однажды я даже стал невидимым перед ней, чтобы она увидела, на что это похоже. Я могу сказать, что это беспокоило ее, но она настаивала на том, что справится с этим. Я делаю это нечасто, потому что это огромная утечка пси. Но время от времени это необходимо делать в ходе моей работы. Пока я не исчезаю дольше пары минут, я в порядке». — Он сделал паузу. — «Еще несколько месяцев назад я всегда полностью контролировал ситуацию».
— «Что случилось?»
— «Я думаю, что все те лекарства, которые мне давали, пока я был в коме, имели какие-то побочные эффекты. Иногда, когда я сплю, я вытягиваю немного серебряного света, не осознавая этого».
— Без янтаря?
Он кивнул. — «Джанет и я спали вместе однажды ночью, когда это случилось. Я проснулся от ее криков. Посмотрел вниз и увидел, что часть моей ноги отсутствует».
Она посмотрела на него понимающим взглядом. — «Неловкий момент».
— Да, — сказал он. — Определенно.
— И тогда вы двое решили, что не подходите друг другу?
— «Некоторое время дела шли не очень хорошо, — признался он. — «Мы обручились еще до того, как я оказался в больнице. После того, как я вышел, мы оба сделали вид, что все вернулось в норму. Но это не так. У нас начались проблемы».
— «Какие?»
— «Я потерял большую часть своих клиентов. Никто не хотел нанимать известного специалиста, который в любой момент мог выгореть. Бизнес пошел на спад. Ходили слухи, что я никогда не оправлюсь от пси-травмы. Некоторые из наших друзей начали избегать нас».
— «Я понимаю.»
— «В любом случае, та ночь, когда я случайно вытащила серебро в постели, стала последней каплей. Джанет схватила ключи, выбежала из квартиры в ночной рубашке и уехала к родителям. На следующий день позвонил ее отец и сказал, что им всем очень жаль, и я должен понять, что в их семье не нужны такие гены».
— Что ж, — сказала она оживленно, — это объясняет, почему ты любишь спать один.
— «Это лучше, чем проснуться посреди ночи от крика женщины».
Она изогнула брови. — «Я просто хочу заметить, что ты не можешь винить сваху в том, что произошло. Бьюсь об заклад, ты никогда не упоминал о своем необычном таланте, когда заполнял анкету, не так ли?
— «Нет. Я же говорил тебе, это не то, что стоит афишировать».
— «И как консультант по вопросам брака, по-твоему, найдет тебе подходящую пару, если ты не предоставил свой полный парапсихологический профиль?»
— «Что, черт возьми, я должен был делать? Перечислить «невидимость» в разделе «Описание экстрасенсорных способностей»? Да она бы приняла меня за психа. А если бы доказал, что могу это сделать, она бы сказала мне, что я невероятен. Сразу после того, как перестала бы кричать.
— «Вот так всегда». — Селинда издала цокающий звук. — «Клиент утаивает информацию, а сваха у них виновата: Не нашла им идеал».
Она дразнила его? Он не мог в это поверить.
— Черт возьми, Селинда.
Она подтянула колени под одеялом и обхватила их руками. — Я кое о чем подумала по дороге домой прошлой ночью, пока ты спал. Не то чтобы не существовало давних мифов и легенд о людях, которые могут становиться невидимыми или казаться таковыми. Некоторые истории восходят к сказкам Старой Земли».
— «Я знаю. Поверь мне, я провел исследования. Многие сказки связаны с военными или боевыми традициями».
— «Воины ниндзя?»
— «Среди прочих. Я нашел пару легенд о невидимости, когда изучал записи организации с Земли под названием «Тайное общество».
Она нахмурилась. — «Помню, я наткнулась на упоминание об Обществе на курсе истории пара-нормальных явлений, который посещала в колледже. Это была организация, занимающаяся психическими исследованиями, не так ли?
— «Да. Есть также много историй о волшебниках Старого Света, которые могли становиться невидимыми».
Она смотрела на него очень пристально. — " И что ты думаешь?»
Он пожал плечами. — «Мы люди. Что-то здесь, на Хармони, подталкивает развитие экстрасенсорных способностей у населения, но этого, вероятно, не произошло бы, если бы у нас уже не было врожденной генетической способности, доступа к пара-нормальному плану. Я думаю, возможно, что на Земле могло быть несколько человек, которые могли делать то же, что и я».
Она думала об этом. — «Талант явно редкий. Скорее всего, также останется редкостью. Судя по тому, что я видела прошлой ночью, это требует огромной цены с точки зрения физической и пара-нормальной энергии.
— «Да.»
Она посмотрела ему в глаза. — «Триг рассказал мне, что ты провел много времени в больнице после того, как спас маленькую девочку, которую похитили. Чтобы сбежать от похитителей, ты должен был держать себя и ребенка невидимыми более пяти минут. Он сказал, что возникшая в результате кома длилась несколько недель».
— «Настоящая проблема, — сказал он тихо, — заключалась в том, что я не был без сознания все это время».
Она уставилась на него, глаза расширились от ужаса. — «Дорогое небо. Ты имеешь в виду, что знал, что происходит вокруг, но не мог сказать?»
— «Первые три дня или около того после того, как я отрубился, я был полностью подавлен. Но после того, как они доставили меня в больницу, они начали экспериментировать со своими проклятыми препаратами, пытаясь вывести меня из комы. Им это удалось, но только отчасти. Я мог бы ходить, если бы кто-то вел меня. Я мог бы есть, если бы кто-нибудь кормил меня. Но я не мог инициировать никаких действий. Я не мог говорить».
Она крепче обхватила руками колени, обняв себя. — «Я была в таком же подвешенном состоянии после того, как Лэндри накачал меня этим сильнодействующим транквилизатором. Но, по крайней мере, я была в ловушке всего несколько часов. Я даже не могу представить, какими тяжелыми были бы дни и недели в таком состоянии».
— «Санитары выносили меня на улицу, чтобы я посидел на веранде». — Он поморщился. — «Вероятно, они решили, что вид на сад успокаивает. Но я ненавидел этот сад. Каждый раз, когда меня усаживали на эту чертову веранду, я мог думать только о том, как сильно мне хотелось уйти».
— «Я понимаю.»
— «Честно говоря, это не вина врачей. Ничего похожего на мой случай они не видели. У них не было протокола моего лечения, поэтому они выбрали экспериментальный подход. На их месте я поступил бы так же».
— «Что случилось?» — она спросила. — Как они, наконец, привели тебя в чувство?
— «Они этого не делали. По большей части все, что делали наркотики, это подавляли мои пси-чувства и приводили меня в ступор. В конце концов они попробовали лекарство, которое оказалось не очень эффективным. И я смог сказать несколько слов».
— «Каких?»
— «Прекратите давать, чертовы, наркотики».
— «Хороший выбор. Сколько времени тебе понадобилось, чтобы восстановиться?»
— «Потребовалось около трех дней, чтобы действие лекарств прекратилось настолько, что я смог передвигаться самостоятельно, не падая. Первым делом я выписался из больницы». — Он очень тонко улыбнулся. — «Директор был против».
— Как долго длилась бы пси-кома, если бы тебе не давали лекарства?
— «Кто знает?» — Он пожал плечами. — «По понятным причинам у меня больше нет желания экспериментировать. Стать невидимым более чем на минуту или две просто требует слишком много энергии. Поверь мне, не очень приятно впадать даже в кратковременную кому». — Он провел рукой по волосам. — «Сны не сладки».
— Ты видишь сны, пока ты в таком состоянии?
— «Да.» — Он почувствовал, как его челюсть напряглась. — «После того, что произошло прошлой ночью, я должен был отсутствовать как минимум три или четыре дня, а может, и дольше. Я никогда раньше не сжигал столько пси. Насколько я знаю, я мог вообще не выйти из этого. Но то, что я испытал, было обычным охотничьим дожиганием, которое я получаю после работы с нормальным уровнем серебра. Триг сказал, что ты использовала реликвию на мне?»
— «Она не только усилила мою природную способность читать пси-энергию, но и позволила мне манипулировать твоими волнами. Во время боя под землей я смогла использовать ее, чтобы усилить страх двух охотников». — Она посмотрела на него очень трезвым, серьезным взглядом. — «Это очень мощный инструмент, Дэвис».
— Понятно, — нейтрально сказал он.
— «Еще кое-что.»
— «Что?»
Она остановила его решительным взглядом. — Спорим на десять баксов, что я бы не закричала. По крайней мере, не потому, что я проснулась и обнаружила, что часть тебя невидима.
— «Селинда». — Он остановился. Он понятия не имел, что сказать дальше.
— «Конечно, я могла кричать по другой причине», — добавила она. Теперь ее глаза были очень зелеными. — По той же причине, по которой я кричала прошлой ночью в гостиничном номере в Фриквенси
— Я урод, Селинда.
— Нет, не смей так говорить. Это неправда.
Она поднялась с дивана-кровати, как маленький вихрь. Он успел заметить тот факт, что она была одета в очень скромную белую ночную рубашку, закрывавшую ее с головы до пят, прежде чем она встала прямо перед ним, глаза ее сверкали от возмущения.
— «Послушай меня, Дэвис Оукс, ты не урод. Бенсон Лэндри — вот он урод. Поверь мне, с моим талантом я знаю разницу. Ты хороший человек, прекрасный. Ты смелый, благородный. Ты все то, чем Лэндри не является.»
— Эй, — сказал он, ошеломленный ее свирепостью. — «Я ценю ободряющие разговоры, но я не герой».
Она схватила его за плечи обеими руками, попыталась немного встряхнуть. — «Да. Ты мой герой.»
Она обвила руками его шею и крепко поцеловала.
Его реакция была немедленной. Ему вдруг стало горячо и он отчаянно нуждался в ней. Он прижал ее к своей груди, ощущая ее нежное податливое тело сквозь тонкую ткань скромной ночной рубашки. Он понял, что ее соски были твердыми.
Она не пыталась отступить. Насколько он мог судить, она жаждала его так же, как и он ее. Он подхватил ее на руки и понес обратно по коридору в спальню.
Он избавился от ночной рубашки и легко опустил ее на смятую кровать. Через несколько секунд он был без своей одежды и опустился на нее сверху. Она была мягкой и влажной, и от запаха ее тела у него закружилась голова.
Она обвилась вокруг него, как прошлой ночью, но это было не так, как прошлой ночью. Прошлая ночь была посвящена теплу и связи, тому, как вы держитесь за спасательный круг. Это утро было наполнено безудержным желанием, жаждой и безрассудством.
Они боролись друг с другом за объятия. В борьбе не было никаких запретов. Когда ее рука обвилась вокруг его эрекции, он втянул воздух. Когда он посмотрел на нее сверху вниз, то увидел чувственный вызов в ее глазах. Она приоткрыла рот, давая ему призрачный взгляд на кончик своего языка.
В отместку он схватил ее за запястья и закрепил их одной рукой над ее головой. Она насмехалась над ним с сексуальной, соблазнительной улыбкой, которая давала ему понять яснее, чем слова, что, по ее мнению, она выиграла маленькое сражение.
Он поцеловал ее улыбку, заставив ее хватать ртом воздух и извиваться, чтобы освободиться. Он провел рукой вдоль ее тела, по ее груди, мимо ее мягкого живота. Он нашел источник ее влажного тепла и исследовал распухшую плоть, пока она не сошла с ума.
Он мог бы поклясться, что между ними вспыхнула невидимая энергия. Каким-то образом он не мог объяснить, он резонировал с ней как на психическом, так и на физическом плане.
Ее освобождение принесло ему больше удовлетворения, чем все, что он когда-либо испытывал в своей жизни. Ему пришлось закрыть ее рот своим, чтобы заглушить ее тихий крик удовольствия, чтобы он не отразился эхом внизу и не пробудил любопытство Бетти Фернелл.
Когда последняя дрожь внутри нее закончилась, он отпустил ее запястья. Она тут же перевернула его на спину и приняла внутрь себя.
— «Моя очередь быть сверху», — прошептала она, ее глаза светились вызовом.
Она была мокрой, тугой и гостеприимной. Ничто никогда не было так хорошо.
Его оргазм ударил по нему бушующими волнами, ослепившими его чувства в тысячу раз сильнее, чем любая доза инопланетной пси-энергии.
Идеально.
Через час она стояла на кухне и готовила завтрак. Она приняла душ и оделась в облегающие темно-коричневые брюки и накрахмаленную белую рубашку. Коричневая повязка на голове удерживала ее вымытые волосы.
Араминта и Макс наблюдали за приготовлением завтрака с верхней части холодильника. Оба жевали ломтики свежей сладкой дыни.
Дэвис вышел из коридора спальни, снова одетый в черную футболку и черные брюки. Мужское удовлетворение в его глазах заставило Селинду снова возбудиться.
Он смотрел, как она сняла кастрюлю с огня. — Триг сказал, что ты считаешь, что реликвию можно использовать как своего рода устройство контроля над разумом.
Вот вам и уютная болтовня. Она приготовилась к битве.
— «Я думаю, что это возможно, особенно когда она накачана инопланетным пси под землей». Она разделила яичницу на две тарелки. — «У меня есть предчувствие, что для этого нужен кто-то с моим типом таланта или чем-то подобным, чтобы резонировать с ней. Вот почему все эти месяцы она оставалась незамеченной в хранилище Гильдии.»
— Триг также сказал, что ты хочешь, чтобы ее передали в медицинскую исследовательскую лабораторию. Но если это действительно потенциальное оружие, лучше держать его под замком в хранилище Гильдии.
Она поставила кастрюлю и посмотрела на него. — «Мы на опасной территории, и нет никаких гарантий. Но если устройство будет передано в авторитетную лабораторию с большой помпой и вниманием средств массовой информации, а не будет тайно передано Гильдии, гораздо более вероятно, что оно будет изучено с точки зрения его терапевтических свойств.
— «Откуда ты знаешь?»
— «Медицинский мир имеет долгую историю работы с лекарствами и оборудованием, которые могут не только лечить, но и убивать. Гильдия будет думать только с точки зрения использования его в качестве оружия».
Дэвис некоторое время молчал.
— Возможно, ты права, — наконец сказал он.
— «Я знаю, что права. Это единственный путь, Дэвис. Ты должен довериться мне».
— «Я позвоню Уайатту, как только мы закончим завтракать, но не могу обещать, что он будет смотреть на это также».
— Думаю, он будет благоразумен, если ты напомнишь ему пару мелких нюансов, — тихо сказала она.
— Каких?
— «Во-первых, если он попытается забрать эту реликвию без моего разрешения, я обращусь в СМИ и сообщу, что Гильдия Каденса обнаружила инопланетное устройство управления разумом и проводит тайные исследования».
Дэвис не был впечатлен. — «Уайатт опровергнет эту информацию в СМИ. Как ты думаешь, кому поверят журналисты? Опальной свахе из Фриквенси Сити или главе местной Гильдии?»
Она вздрогнула. — Было жестко, но ты прав. Хорошо, это подводит нас ко второй маленькой детали.
— «Какой?»
— «Как я только что сказала, не думаю, что есть много людей, которые могут понять, как работать с этим устройством. Наверное, поэтому Араминта и хотела, чтобы оно было у меня. Она, должно быть, почувствовала, что я могу резонировать с ним. Я не удивлюсь, если она решит, что это будет хорошая игрушка для меня».
Они оба посмотрели на Араминту, которую такое внимание ничуть не смутило.
Селинда глубоко вздохнула и приготовилась разыграть козырь. — «Ты можешь сообщить Мерсеру Уайатту, что я буду сотрудничать в исследовании реликвии только в том случае, если это исследование будет проводиться в респектабельной медицинской лаборатории и если результаты этого исследования будут обнародованы».
— Вот, черт, — сказал Дэвис с каменным лицом. — «Не лучшее решение начинать день с шантажа моего единственного клиента».
Часть напряжения, которое она чувствовала, отступила.
— Спасибо, — тихо сказала она.
— «Не благодари. Это долгий путь. И даже если Уайатт согласится организовать медицинскую лабораторию для изучения устройства, тебе все равно придется придумать, как убедить Араминту согласиться с планом.»
Они оба снова посмотрели на Араминту.
Араминта что-то пробормотала. Макс быстро спрыгнул на стойку и сорвал крышку с банки с печеньем. Он вынул печенье и вернулся на свое место. Араминта взяла у него печенье и начала изящно откусывать.
— Мы оба знаем, что у комочков пыли есть экстрасенсорные способности, — тихо сказала Селинда. — «Я надеюсь, что если она почувствует, что мне действительно не нужна эта реликвия, она потеряет к ней интерес».
— Уверена?
— Нет, — призналась она.
Дэвис сел за прилавок и взял кружку с кофе. — «Может быть, ты сможешь отвлечь ее большим свадебным тортом. У нее не было возможности прикончить последний».
— Это мысль.
— «Мы должны обсудить еще кое-что», — сказал он.
— «Что?»
— «Ты не можешь пойти на работу сегодня и в ближайшие дни, пока эта ситуация не будет взята под контроль».
— «Дэвис, моя работа очень важна для меня».
— «Я понимаю. Но твоя безопасность — мой главный приоритет. Я не могу защищать тебя и одновременно работать над этим делом, если ты захочешь пойти в свой офис в Promises, Inc».
— Но миссис Такахаши не поймет.
— «Она поймет, когда я позвоню ей и объясню, что это дело Гильдии».
Он был прав. Она угрюмо осмотрела яйца и тосты. — «Мой самый страшный кошмар. Я стала делом Гильдии».
Он вздернул бровь. — «Твой худший кошмар?»
Она вздохнула. — Ладно, это не мой худший кошмар. Но, тем не менее, кошмар».
Она села рядом с ним. Они ели яйца и тосты в, как ей показалось, удивительно дружеской тишине, учитывая, что три минуты назад они были вовлечены в состязание воли. Возможно, это из-за утреннего секса.
— «Наверное, утренний секс», — сказал Дэвис. — Кажется, он поднял мне настроение.
Она сморщила нос. — Не говори мне, что ты умеешь читать мысли. Невидимость- я еще могу пережить. Чтение мыслей — это нарушение условий сделки».
— «Я не умею читать мысли, но иногда я действительно их угадываю. Вот что делает меня таким крутым частным сыщиком».
— «Без сомнения.»
Кто-то постучал в дверь.
— Я открою, — сказал Дэвис.
Он слез с табурета и прошел в маленькую прихожую. Селинда слушала, как он приветствует гостя.
— Доброе утро, миссис Фернелл, — сказал он. — Ты выглядишь сегодня очень бодро и весело.
— «Спасибо.» — Бетти казалась довольной. — «Все говорят, что оранжевый — мой цвет».
— «И они правы, — сказал Дэвис.
— «Я хочу одолжить немного молока для хлопьев. Я сбегала в магазин, а он еще закрыт, рано».
Селинда подавила вздох. — Входите, миссис Фернелл. Я дам молока».
Появилась сияющая Бетти. — «Спасибо, дорогая.» — Она действительно выглядела очень яркой и жизнерадостной в оранжевом спортивном костюме с фиолетовыми полосками и в неоново-оранжевых кроссовках.
— «Как свадьба?» — она спросила.
— «Она была очень розовой и очень милой». — Селинда соскользнула с табурета и обошла стойку. — «Моя сестра выглядела прекрасно».
— Ты должна показать мне фотографии.
Селинда пыталась и не смогла сопротивляться импульсу хороших манер. — Хочешь чашечку кофе?
— Я бы выпила одну, дорогая. Спасибо.» — Бетти благосклонно улыбнулась Дэвису. — Вы двое вернулись довольно поздно прошлой ночью. Мне показалось, что я слышала еще кого-то».
— Моего помощника, — сказал Дэвис. — «У него было важное сообщение для меня».
— «О-о, понятно.» — Она нахмурила брови. — «Должна сказать, это странное время для доставки сообщений. Он остался надолго, не так ли? Я уверена, что слышала, как он ушел около четырех».
Что-то щелкнуло в голове Селинды. Она оторвала взгляд от кружки, которую наполняла.
— Ты никогда ничего не упускаешь / ты все слышишь, не так ли, миссис Фернелл?
Бетти подмигнула. — «Я мало, что пропускаю, дорогая, и это факт. Это очень тихое место. Звук разносится хорошо».
Селинда взглянула на Дэвиса, который ответил, приподняв брови в немом вопросе.
Она повернулась к Бетти.
— «Миссис. Фернелл, вы случайно не слышали какие-нибудь необычные звуки из этой квартиры три ночи назад?
Краем глаза Селинда заметила, что Дэвис замер.
Но именно реакция Бетти поразила Селинду. Во-первых, она совершенно остолбенела, словно совершенно сбитая с толку вопросом. Затем она напряглась. Ее пальцы нервно дрожали.
— Нет, — быстро сказала она. — Нет, я ничего не слышала.
Селинда уловила внезапную вспышку возбужденной пси-энергии. Бетти испытала внезапный стресс.
— «Ты уверена?» — Селинда мягко надавила.
— «Абсолютно. Я ничего не слышала». — Бетти нахмурилась. — «Я не оставляю без внимания громкие звуки из этой квартиры. Сказала тебе это, когда ты въехала. Я также ничего не видела».
Селинда обменялась взглядами с Дэвисом.
— Она не спрашивала вас, видели ли вы что-нибудь, миссис Фернелл, — сказал Дэвис. — Селинда просто поинтересовалась, слышали ли вы что-нибудь.
— Ничего не видела и ничего не слышала. — Бетти становилась все более беспокойной с каждой секундой. Она приложила кончики пальцев к вискам. — «У меня болит голова. Я не хочу больше говорить об этом».
Селинда взяла ее за руку. Яростно возмущенная пси-энергия Бетти затопила ее чувства. Сидя на холодильнике, Араминта и Макс перестали шептать друг другу сладкие глупости и посмотрели на Бетти с настороженными, внимательными лицами.
— Все в порядке, миссис Фернелл, — тихо сказала Селинда. — «Я понимаю, что вы ничего не слышали и не видели той ночью. Нет проблем. Расслабься.»
Бетти посмотрела на нее мрачным, затравленным взглядом. — Я ничего не слышала и не видела, — повторила она, отчаянно желая, чтобы ей поверили.
— Я верю, — сказала Селинда.
Бетти, казалось, немного успокоилась, но она не вернулась в свое прежнее веселое и любознательное состояние.
— Мне нужно спуститься вниз, — сказала она голосом, приглушенным от боли. — Мне нужно что-то от головы.
— «Миссис. Фернелл, я могла бы помочь с этой головной болью, если вы мне позволите.»
— «Большое спасибо, дорогая. Я была бы очень признательна за это. У меня редко болит голова. Но последние пару дней она меня беспокоит. Каждый раз, когда я думаю о…» — Она замолчала, моргая в замешательстве.
— «Думаете о чем?» — осторожно спросила Селинда.
— «Я не уверена.» — Бетти покачала головой, сбитая с толку и испуганная. — «Она появляется, когда я думаю о чем-то. Но я не могу вспомнить, что это, если ты понимаешь, что я имею в виду.
— Это что-то случилось вчера вечером? — спросила Селинда.
— Нет, прошлой ночью ничего не происходило. Это был просто сон.» — Пси-энергия Бетти снова резко возросла. — Ты сказала, что у тебя есть таблетки, дорогая?
— «У меня есть кое-что более эффективное». — Селинда ободряюще улыбнулась. — Вы позволите мне им воспользоваться?
— «Да что угодно. Я не могу выносить эту боль. Это хуже, чем головная боль. По правде говоря, я боюсь, что могу сойти с ума».
Селинда отпустила руку. Она подняла пластиковую крышку банки с печеньем, полезла внутрь и достала рубиново-янтарную реликвию.
— «Что это такое?» — спросила Бетти, нахмурившись.
— «Одна из игрушек Араминты».
Она снова коснулась руки Бетти и выпустила немного энергии через реликвию.
Мгновенно она смогла четко обнаружить вспыхивающие психические волновые узоры Бетти. Было относительно легко определить наиболее нарушенные ритмы и проследить их до определенного места на спектре.
Она осторожно приступила к работе, успокаивая и усиливая хаотические импульсы, пока они не вернулись к нормальному ритму.
Бетти заметно успокоилась. Ее обезумевшее выражение лица чудесным образом прояснилось.
— «Как ты себя чувствуешь?» — спросила Селинда.
— «Намного лучше.» — Бетти моргнула, а затем улыбнулась. — «Кажется, моя головная боль прошла. Это восхитительно. Что ты сделала, дорогая?
— «Это форма психической медитации, которую я изучаю в последнее время», — сказала Селинда, — «Она должна была расслабить тебя».
— «Ага, понятно. Ну, я понимаю, почему это может сработать на тебе, раз уж ты изучаешь технику, но почему это сработало на мне?
— Я не уверена, — призналась Селинда. — «Инструктор сказал, что это влияет на окружающих практикующего».
— Думаю, это имеет смысл, — сказала Бетти. — «Пси-энергия распространяется, не так ли? Всем известно, что некоторые люди, такие как я, обладающие высокой интуицией, часто замечают, когда другие расстроены или подавлены».
— Вот именно, — сказала Селинда. — «А теперь, ты не вспомнишь, слышала ли ты или видела что-нибудь необычное из этой квартиры три ночи назад?»
— О нет, дорогая, я уверена, что ничего необычного… — Бетти резко осеклась. Ее глаза расширились от негодования. — «Боже мой, грабители. Как я могла забыть об этих двух ужасных мужчинах? Я собиралась позвонить в полицию, но… — Она снова остановилась, выглядя сбитой с толку. — Но я этого не сделала.
Дэвис слегка повернулся на табурете и положил руку на стойку. — Почему вы не вызвали полицию, миссис Фернелл?
— Да потому что все это было сном. — Гнев отразился на ее лице. — «Нет, это неправильно. Я не стала звонить в полицию, потому что этот ужасный человек сказал мне, что это был сон. И я поверила ему. Он сказал, что если я попытаюсь вспомнить сон в деталях, у меня будет ужасная головная боль».
— Вы можете точно сказать нам, что произошло? — спросил Дэвис.
— «Я услышала звуки. Я подумала, что это вы вернулись домой пораньше и, ну, вы знаете. — Бетти махнула рукой. — «Делали то, что делают пары. Но через некоторое время я поняла, что что-то не так. Я пришла сюда с ключом и открыла дверь. Здесь было двое мужчин. Я знала, что это грабители, и пыталась уйти, но они услышали ключ в замке».
— «Что они сделали?» — спросила Селинда.
— «Высокий, худой схватил меня. Другой сказал: «Держи ее неподвижно». Потом он… он прикоснулся ко мне».
Селинда была в ужасе. — «О Боже»
Бетти выглядела пораженной. Потом быстро покачала головой. — О нет, дорогая. Он просто положил руку мне на плечо и начал говорить, что все, что я слышала и видела, было сном, и что у меня заболит голова, если я буду стараться вспомнить это».
— Где была его вторая рука? — спросила Селинда. — Он что-нибудь держал в ней?
Бетти немного нахмурилась. — «Нет, я так не думаю. Подожди. Помню, другую руку он держал в кармане плаща».
— Но прошлой ночью дождя не было, — тихо сказал Дэвис.
— Нет, не было. — Губы Бетти сжались. — «Помню, я подумала, что странно, что на нем вообще пальто. Ночь была довольно теплой».
— «Можешь ли ты описать мужчин, которых видела?» — спросил Дэвис.
— «Ну, я не уверена, что смогу дать вам очень полезное описание», — с тревогой сказала Бетти. — «В тот момент я немного отвлеклась на оружие».
Селинда сочувственно улыбнулась. — По очень веской причине.
— «Конечно, свет был выключен, поэтому я не могла четко видеть их лица, — объяснила Бетти. — «Тот, кто держал меня, был в кепке, надвинутой очень низко на глаза. Он был довольно нервным. Я помню, как боялась, что он случайно нажмет на курок».
— А как насчет другого мужчины? — спросил Дэвис.
Бетти поджала губы. — «Высокий, но не такой высокий, как этот дерганый парень. Насколько я могу судить, он был хорошо сложен. Очень подтянутый и поджарый. Отличные плечи. Я помню, как задалась вопросом, не работает ли грабитель в фитнес-клубе».
— Ты хоть что-нибудь помнишь о его чертах лица? — спросила Селинда.
Бетти покачала головой. — «Боюсь, что нет. Как я уже сказала, здесь было довольно темно.
— Что-нибудь еще в нем показалось тебе не таким? — сказал Дэвис.
Бетти колебалась. — Ну, его голос.
— «Что насчет него?» — спросила Селинда.
Лоб Бетти нахмурился. — «У него был голос не грабителя, хотя, должна признаться, я никогда раньше не разговаривала с грабителем».
Селинда немного наклонилась вперед. — Какой у него был голос?
— «Культурный. Воспитанный. Мощный». — Бетти задумалась на несколько секунд. — «Может быть, авторитетный — правильное слово. Как у врача или профессора. Очевидно, он был хорошо образованным человеком. Он просто не был похож на грабителя.
— Понятно, — сказала Селинда.
Бетти разочарованно покачала головой. — «Я не знаю, почему я думала, что весь этот инцидент был сном, и почему я не вызвала полицию. Это… тревожно.»
Селинда бросила реликвию обратно в банку с печеньем и закрыла крышку. Последствия того, что Бетти увидела и услышала, заставили адреналин вскипеть в ее венах. Она знала, что Дэвис, должно быть, думал о том же.
— Не беспокойтесь, миссис Фернелл, — сказала она. — «Ты не впадаешь в маразм. Я думаю, что этот грабитель с хорошо образованным профессорским голосом применил к тебе форму психического гипноза, чтобы заставить думать, что все, что ты видела и слышала, было сном.»
— «Гипноз.» — Глаза Бетти расширились. — «Боже мой.»
— «Он усилил гипнотическое внушение, воздействуя на твои пси-чувства, вызывая головную боль каждый раз, когда ты пыталась вспомнить, что же произошло на самом деле».
— Полагаю, это многое объясняет, — медленно сказала Бетти. — «Но как он мог так быстро загипнотизировать меня в темноте?»
— «Очевидно, что у него есть какой-то чрезвычайно мощный пси-талант», — сказала Селинда.
Бетти в недоумении посмотрела на Дэвиса. — «Теперь я понимаю, почему я не позвонила в полицию. Но почему ты не позвонила им, когда вернулась домой?»
Дэвис принял мрачно-таинственный вид. — Потому что это дело Гильдии, миссис Фернелл.
— «О, Боже мой.» — Бетти выглядела взволнованной. — «Как здорово. Значит, ты из Гильдии?»
— «Я работаю на Мерсера Уайатта», — сказал Дэвис.
Теперь Бетти была довольна. — «Думаю, что Гильдия справится с парочкой грабителей».
— Да, мэм, — сказал Дэвис.
— В таком случае мне пора. — Бетти поднялась на ноги. — Уверена, у тебя много дел. — Она улыбнулась Селинде. — «Большое спасибо за эту медитацию. Теперь я чувствую себя намного лучше».
— А молоко? — спросила Селинда.
— О, все в порядке, дорогая. Я куплю в магазине сегодня днем.
У Дэвиса был телефон в руке, когда вернулась Селинда, проводившая Бетти за дверь.
— Ты понимаешь, что это значит? — спросил он ее, набирая номер.
— Да, — сказала она. — «Есть вторая рубиново-янтарная реликвия, и у человека с профессорским голосом она не только есть, он обладает талантом, необходимым для ее активации».
«Талант вроде твоего».
В дверь позвонили час спустя. Араминта и Макс вдруг встрепенулись. Они оба подпрыгнули пару раз, а затем быстро спрыгнули с холодильника.
— Я открою, — сказал Дэвис. Он поднялся со стула у стойки и прошел в прихожую.
Араминта и Макс с энтузиазмом прыгали за ним по пятам.
Селинда налила себе еще чашку кофе и приготовилась к схватке с Мерсером Уайаттом. Она достаточно услышала из телефонного разговора Девиса, чтобы понять, что босс Гильдии не был счастлив.
Она слушала, как Дэвис приветствует пришедшего. К ее изумлению, он говорил так, словно приветствовал старого друга.
— «Итак, Уайатт послал тебя сделать грязную работу», — сказал Дэвис. — «Заходи.»
Очевидно, не Уайатт пришел изложить закон Гильдии. По данным прессы, у него и его жены был особняк на Руин Вью Драйв. Может быть, трущобы в этой части города были ниже достоинства человека его высокого положения.
Затем она услышала женский голос, теплый и живой.
— «Здравствуйте, Дэвис. Приятно видеть вас снова. Как дела, Макс? А это кто?»
— Это Араминта, — сказал Дэвис. — Она живет здесь.
— «Я слышал, у тебя проблемы, — сказал мужчина, и это звучало немного удивленно.
— Ты в порядке, Дэвис? — Женщина была обеспокоена.
— Я в порядке, — заверил ее Дэвис. — «Но дело было близко к зеленому аду».
— Могу представить, — сказал мужчина. — «Что происходит? Когда Уайатт звонил, он сказал, что это должна быть простая операция по поиску».
— «Все усложнилось, — сказал Дэвис. — Пойдем на кухню, выпьем кофе. Тебе нужно кое с кем познакомиться.
Селинда ждала их за прилавком, инстинктивно ища баррикаду между собой и явно устрашающими представителями Гильдии.
Темноволосый мужчина с глазами призрачной кошки и сопровождавшая его рыжеволосая женщина оказались совсем не такими, какими она ожидала. Вибрации обоих были сильными. Мужчина мог быть безжалостным, подумала она, но никогда не был жестоким. Он не был похож на типичного охотника. Его волосы были коротко подстрижены, и он не был одет в одежду цвета хаки и кожу. Вместо этого он был одет в стильные, дорого сшитые брюки, пиджак и рубашку с открытым воротом. Циферблат его часов был янтарным. Он мог сойти за дорогого бизнес-консультанта.
У женщины были умные, проницательные глаза. На ней был консервативный костюм с юбкой и каблуки. В ней было что-то такое, что заставило Селинду подумать, что у нее может быть академическое образование.
Самым обнадеживающим был пыльный кролик, которого пара привезла с собой. На голове у него был маленький желтый бантик. Макс и Араминта уже взяли его под контроль и привели прямо к банке с печеньем на прилавке.
— Селинда, это Лидия и Эммет Лондон, — сказал Дэвис. — «Эммет — мой старинный друг. Лидия, Эммет, Селинда Ингрэм. Пушок с желтым бантиком на голове — это Мохнатик».
Раздались вежливые приветствия. Селинда налила Лидии и Эммету кофе, и они сели в гостиной.
— «Хорошо, — сказал Эммет, глядя на Дэвиса, — у меня есть версия событий Уайатта. Расскажи мне свою часть истории».
Дэвис рассказал им все короткими скупыми предложениями. Когда он закончил, Эмметт созерцал банку с печеньем.
— Ты определенно выбрала новаторское укрытие, — нейтрально сказал он.
— «Моя теория состоит в том, что если кто-нибудь попытается достать реликвию из этой банки с печеньем, Араминта узнает об этом», — объяснила Селинда. — «По какой-то причине она хочет, чтобы это было у меня».
Лидия задумчиво кивнула. — «Пыльные кролики явно обладают некоторыми экстрасенсорными способностями. Я предполагаю, что она чувствует, что вы можете резонировать с реликвией, и, следовательно, она должна принадлежать вам. Наверное, думает, что это какая-то игрушка.
— «Я тоже так считаю», — согласилась Селинда.
Лидия подняла свою кофейную чашку и посмотрела на Селинду поверх края. В ее выражении было много понимания. — Я ничуть не виню тебя за то, что ты не захотела передать эту реликвию Гильдии.
Дэвис и Эммет обменялись мрачными взглядами. Селинда и Лидия проигнорировали их.
— «Дело в том, — сказала Селинда, с облегчением заполучив сторонника, — я думаю, реликвия имеет огромный потенциал в качестве медицинского устройства для лечения пси-травм и, возможно, других видов психических и психологических расстройств. Гильдия не занимается высокотехнологичными медицинскими исследованиями.
— «Нет, точно нет», — согласилась Лидия. — «Я с тобой полностью согласна, на сто процентов. Реликвию следует отправить в авторитетную лабораторию.
Эммет посмотрел на Дэвиса. — «Уайатт не откажется от реликвии. Нет, если она так сильна, как ты думаешь.»
— «Мы немного подумали над этой проблемой, — сказал Дэвис. — «У нас есть что предложить Уайатту».
— «Слушаю.»
— «Насколько мы можем судить, реликвия бесполезна, если только ее не активирует кто-то, кто обладает пси-талантом, подобным таланту Селинды», — сказал Дэвис. — «Вероятно, очень сильная версия такого таланта».
— «Не так много людей с похожими на мои способностями», — быстро добавила Селинда. — «В лаборатории, где меня тестировали, когда я была подростком, сказали, что они видели похожий случай только один за десятилетие, и этот человек был далеко не таким сильным».
— Могу я попробовать эту штуку? — спросил Эммет.
Селинда помедлила, а потом встала и пошла на кухню. Араминта снова сидела на холодильнике вместе с Максом и Мохнатиком и смотрела, как она достает реликвию из банки с печеньем, но не пыталась ее остановить.
Она вернулась в гостиную и вложила реликвию в руку Эммета. — Араминта зловеще рыкнула, но с холодильника не спрыгнула.
Эммет крепко сжал реликвию. Селинда почувствовала сильный пульс его пси-энергии. Она знала, что он пытался перезагрузить устройство. Ничего не произошло.
Он пожал плечами и передал артефакт Лидии. Снова Селинда почувствовала мощный прилив пси-энергии.
— Я наладчик иллюзий, — сказала Лидия, вертя реликвию в пальцах. — «Я чувствую, что от этой штуки исходит какая-то энергия, но я ничего не могу с ней сделать».
— «Возможно, Гильдия сможет найти кого-то еще, кто сможет работать с устройством», — сказала Селинда, забирая реликвию. — «Но я думаю, что шансы на то, что это будет нелегко, велики. Тем временем тому, кто захочет поэкспериментировать с этой штукой, понадобится мое сотрудничество».
Эммет посмотрел на Селинду с задумчивым выражением лица. — «Похоже, что это дает тебе возможность торговаться».
— Ого, — сказала Лидия, переполненная энтузиазмом. — «Мы заставим Мерсера Уайатта поступить правильно. Это будет весело.»
— Да, не могу дождаться, — мрачно сказал Дэвис. — «Возможно, это последнее дело, которое я получу от Гильдии. Между тем, есть еще одна вещь, которую должен знать Уайатт.
— «Какую?» — спросил Эммет.
— «Мы думаем, что есть вторая реликвия, и она в руках того, кто знает, как ею пользоваться».
— Звучит не очень хорошо, — сказал Эммет.
— Это так, — согласился Дэвис. — «Но у меня есть зацепки и должны быть ответы сегодня утром.
— Когда получишь их, позвони мне, — сказал Эммет. — Я устрою встречу с Уайаттом.
— Еще одно, — сказал Дэвис. — Что насчет Бенсона Лэндри?
Медленная улыбка Эммета была ледяной. — Я не думаю, что тебе нужно беспокоиться о нем. Уайатт сказал мне сегодня утром, что его заверили, что Бенсон Лэндри больше не будет вмешиваться в дела Гильдии Каденса. Похоже, Гарольд Тейлор, босс Гильдии Фриквенси, не такой слабый и беззубый, как думает Лэндри.
Селинда нахмурилась. — «Что именно это значит?»
Эммет пожал плечами. — «Это означает, что Лэндри не создаст проблем в будущем».
Она повернулась к Дэвису, у которого было такое же холодное выражение лица. Он выпил кофе и ничего не сказал.
Озадаченная, она посмотрела на Лидию в поисках разъяснений.
— Не спрашивай меня. — Лидия махнула рукой. — «Когда члены Гильдии становятся такими каменными и скрытными, с ними ничего не поделаешь».
Селинда услышала, как с банки с печеньем сняли крышку. Она оглянулась через плечо и увидела, что Араминта берет еще одно печенье.
— Она снова ест, — сказала она Лидии. — «У меня нет большого опыта с пыльными кроликами, но в последнее время аппетит Араминты неестественно сильный. Ты знаешь что-нибудь об их привычках в еде?»
— «Я не думаю, что тебе стоит беспокоиться о ее привычках в еде», — сухо сказала Лидия. — «Скорее всего, это ее брачные привычки».
— О-о, — сказала Селинда. — Я боялась этого.
— «Мохнатик стал отцом несколько месяцев назад. Его девушка появилась за некоторое время до этого. Она чуть не съела нас вместе с домом».
— «А в одно прекрасное утро подарила пару маленьких кроликов», — сказал Эммет.
— «У меня есть фотографии». — Лидия полезла в сумочку, достала бумажник и открыла его. — «Разве они не прекрасны?»
Селинда посмотрела на фотографию. На ней были изображены Мохнатик, которого можно было легко узнать по желтому банту на меху, и еще один взрослый пыльный кролик. Между ними были два крошечных комочка серого пуха.
— «Они очаровательны, — сказала Селинда. Она подняла глаза от фотографии. — Итак, теперь у вас целая семья пыльных кроликов?
— Да, но я не думаю, что они с нами надолго. Малыши быстро растут/ взрослеют. Почти каждый день Мохнатик и его подружка водят их в тропический лес, чтобы научить охотиться. Есть подозрение, что дети на днях будут отправлены в свободное плавание.
— «Они не проявляют никаких признаков связи с вами?» — спросила Селинда.
Лидия покачала головой. — Нет, и их мать тоже. Они терпят нас, но, похоже, не хотят привязываться к нам. Когда малыши отправятся во взрослую жизнь, я думаю, их мама тоже убежит. Пыльные кролики довольно общительны друг с другом, но у меня сложилось впечатление, что они объединяются в пары только тогда, когда самка готова к спариванию».
Все посмотрели на Араминту, которая сидела с Максом и Мохнатиком.
— Какая замечательная жизнь, — сухо сказала Селинда. — «Нет необходимости в консультантах по вопросам брака. Да и в браке тоже нет необходимости».
— «Мы, люди, склонны все усложнять, это точно», — согласилась Лидия.
Дэвис изучал вход в захудалую ночлежку через лобовое стекло «Фантома».
— «Мне это не нравится», — сказал он.
— «Мы обсуждали это дюжину раз». — Селинда расстегнула ремень безопасности. — «Я участвую в этом деле. Это значит, что я имею право пойти с тобой. Кроме того, после того, как я прочитаю его пси-волны, я смогу дать кое-какую полезную информацию.»
Он вышел из машины. Селинда открыла дверь и присоединилась к нему на потрескавшемся тротуаре. Триг последовал за ними на своей машине. Он поставил свой потрепанный маленький Флоат на свободное место, выбрался наружу и пошел по узкой улочке им навстречу.
— Его комната на втором этаже, сзади, — сказал Триг. — «Я пойду в переулок. Таким образом, если он выскользнет из окна или спустится по пожарной лестнице, я смогу его схватить.»
— Верно, — сказал Дэвис.
Он взял Селинду за руку и повел к входу в многоквартирный дом. Район находился глубоко в Старом квартале, всего в квартале от массивной зеленой стены. Здания колониальной эпохи темнели, закрывая большую часть солнечного света. Было утро, поэтому из Мертвого Города не исходило никакого видимого свечения, но можно было почувствовать, как пси-энергия просачивается из-под земли.
По обоюдному согласию они оставили Макса и Араминту в квартире вместе с реликвией. Дэвис был совершенно уверен, что с ними артефакт в безопасности. Ни один незваный гость не мог двигаться так быстро, как пушки. Если Араминта почувствует угрозу, она, скорее всего, схватит устройство и убежит с ним.
Триг скрылся в узком проходе, отделявшем жилой дом от соседнего здания.
Замок на входной двери здания выглядел так, как будто был сломан давным-давно. Он открыл дверь и вошел в подъезд, Селинда следовала за ним. Запах представлял собой смесь гнилого коврового покрытия, мусора и плесени.
— «Фу». — Селинда сморщила нос. — «Трудно поверить, что кто-то действительно платит арендную плату за то, чтобы жить здесь».
— «Это, лучше, чем спать в переулке».
— «Ненамного».
Они поднялись по провисшей скрипучей лестнице и оказались в узком темном коридоре. Номер шесть находился в конце коридора.
Дэвис постучал пару раз. Ответа не последовало.
Он попробовал ручку. Дверь была заперта.
— Бринкер, — позвал он. — «Открывай. Мы хотим поговорить с тобой. Это дело Гильдии.»
— О, это наверняка заставит его прибежать, — пробормотала Селинда.
— «Ты будешь удивлена, как часто это срабатывает».
— «Ну, на этот раз, похоже, не сработало», — заметила Селинда. — Держу пари, он уже наполовину вылез из окна.
— Если так, то Триг его примет.
Он полез в карман и достал инструмент, который принес с собой. Он вставил его в замок и аккуратно защелкнул. Он коротко загудел у него в руке, пробуя разные частоты.
Раздался отчетливый щелчок.
— Готово, — мягко сказал он.
Селинда посмотрела на инструмент. — Это законно?
— «Это если вы лицензированный или обученный слесарь».
— Это не совсем ответ на мой вопрос.
— «Я знаю.»
Он открыл дверь. — Бринкер?
Ответа не было. Но он был и не нужен. Безошибочно узнаваемые миазмы смерти донеслись до коридора.
Селинда сделала шаг назад. Она посмотрела на него потрясенно.
Он вошел в ветхую квартиру. Тело лежало на койке среди грязных простыней. Не было никаких признаков телесных повреждений, только бледно-серый цвет кожи. На столике вместе со шприцем стояло несколько бутылочек с лекарствами, отпускаемых по рецепту. Две бутылочки были пусты.
Дэвис взял одну и посмотрел на этикетку. Лед сжал его внутренности.
— Лекарства от пси-травм, — сказал он. — «Они давали мне его, пока я был в больнице».
— «Похоже, у него передозировка», — сказала Селинда, медленно следуя за ним в комнату. — «Это плохо. Интересно, это была случайность или самоубийство».
— Есть и третий вариант, — тихо сказал он.
Она бросила на него острый, испытующий взгляд. — Убийство?
— «Если это он обыскивал твою квартиру. Миссис Фернелл сказала, что второй мужчина говорил как профессор или доктор, помнишь? Кажется, он главный».
Селинда вздрогнула. — «Кто-то с медицинским образованием знал бы, как убить наркотиками. Это то, о чем ты думаешь?»
— «Такое приходило мне в голову.»
— Как зовут врача, выписавшего лекарства?
Он снова проверил бутылку. — Похоже, Бринкера лечили в местной уличной клинике.
— Зачем кому-то его убивать?
— «Не знаю точно, но навскидку могу придумать пару вариантов. Может, он слишком много знал. Его лечили от пси-травмы. Возможно, он стал слишком неуравновешенным. Или, может быть, его работодатель больше не нуждался в нем.»— Дэвис коснулся руки мертвеца. — «Я не судмедэксперт, но не думаю, что он давно умер. Может быть, несколько часов.»
Он поставил бутылку и пересек небольшое пространство, чтобы поднять окно. Триг стоял в переулке, глядя вверх. Дэвис махнул ему рукой.
На обыск студии ушло всего несколько минут. К тому времени, когда Триг вошел в дверь, Дэвис проверил шкаф и просмотрел ящики комода.
— Черт, — сказал Триг, мрачно глядя на тело. — «Похоже, нам придется снова позвонить детективу Мартинес. У меня такое чувство, что она будет немного расстроена из-за этого».
Дэвис закрыл кухонный ящик и повернулся, чтобы осмотреть комнату. — «Как только она вмешается, все станет еще сложнее. Нам нужно найти работодателя Бринкера до того, как полиция Каденса возбудит новое расследование убийства.»
Селинда подняла глаза от стопки почты, которую просматривала. В одной руке она держала хрустящий на вид белый конверт. — «Не знаю, важно ли это, но это единственное письмо здесь, которое адресовано нынешнему жителю».
Дэвис взял у нее конверт. Еще один холодок прошел по нему, когда он увидел обратный адрес.
— Что такое, босс? — спросил Триг, нахмурившись.
— Письмо из Института Гленфилда, — сказал Дэвис без интонации.
— «Хм.» — Триг больше не комментировал.
Брови Селинды сошлись вместе. — «Почему вы оба выглядите так, будто это письмо — записка из налоговой службы города-государства?»
— «Институт Гленфилда — это место, где я оказался, когда впал в длительную кому, о которой я рассказывал, — сказал Дэвис. — Это частная парапсихологическая больница, куда Гильдия Каденса отправляет обожженных охотников».
— «Понятно.» — Понимание зажгло ее глаза. — Не самые лучшие воспоминания.
— Нет, — сказал он. Он разорвал конверт, вытащил аккуратно сложенный лист бланка и прочитал вслух.
Подпись принадлежала Гарольду Дж. Филлипсу, ДПП.
— «Филлипс — глава Института Гленфилда», — сказал Дэвис. — «За последние несколько месяцев я получил пару писем от него. Ему не понравилось, что я выписался из института. И он просит о дополнительной встрече, как и Бринкера.»
Дэвис посмотрел на Трига. — «Позвони Мартинес. Расскажи ей, что здесь произошло. Напомни ей, что это все еще дело Гильдии.»
— Конечно, — сказал Триг. — Но ей это не понравится.
— «Я знаю. После этого найди врача уличной поликлиники, выписавшего эти лекарства. Скажи ему, что пациент умер и что Гильдия хочет поговорить с доктором, который лечил Бринкера.»
— Понятно, — сказал Триг. — Что ты собираешься делать дальше?
— «Похоже, у меня больше нет выбора, — сказал Дэвис. — «Пора записаться на прием в Гленфилдский институт».
Дэвис выглядел как всегда спокойным и как всегда сконцентрированным, но Селинда остро ощущала туго натянутое напряжение под каменистой поверхностью. Его энергетические узоры были четкими и яркими, как и прошлой ночью, когда он готовился к битве с людьми Лэндри.
Она стояла с ним перед массивными железными воротами, охранявшими Гленфилдский институт. Большое каменное здание было спроектировано так, чтобы выглядеть как изящный особняк. Он был окружен как минимум парой акров ухоженных садов, прудов и фонтанов.
Она посмотрела на Дэвиса. — «Ты в порядке?»
— У меня не будет истерики, если ты это имеешь в виду.
Она улыбнулась. — «Я знаю. Ты все контролируешь».
Он вздернул бровь. — Ты можешь это видеть?
— «Конечно. Я тебя уверяю. Ты определенно все контролируешь».
— «Спасибо, что сообщила мне об этом. Не могу передать, насколько лучше я от этого себя чувствую».
Садовник подошел к воротам.
— Охрана, — сказал Дэвис Селинде. — «Задумка в том, что если они одеты как садовники, пациенты этого не заметят».
— Очевидно, ты заметил.
— «Охранники всегда выглядят как охранники, как не переодевай».
— «Чем могу помочь?» — спросил садовник, настороженно глядя на него.
Дэвис протянул ему визитную карточку. — «Мы здесь, чтобы увидеть доктора Филлипса. Дело Гильдии.»
Охранник нахмурился, глядя на карточку, а затем быстро заговорил по рации. Наступила короткая пауза, пока он слушал ответ. Он уважительно кивнул Дэвису.
— Я провожу вас в кабинет доктора Филлипса, — сказал он.
Он провел их через ворота, а затем повел их по белой гравийной дорожке к входу с колоннадой.
В вестибюле их ждала женщина в деловом костюме. Селинда быстро проверила. Все вибрации были здоровыми.
Женщина тепло улыбнулась Дэвису.
— Рада снова вас видеть, мистер Оукс. Мы очень рады, что вы решили вернуться. Доктор Филлипс очень хотел поговорить с вами.
— Это мисс Ингрэм, — холодно сказал Дэвис. — Селинда, это доктор Уэст.
Селинда улыбнулась. — «Доктор.»
Доктор Уэст склонила голову. — Может быть, вы подождете здесь, пока мистер Оукс поговорит с доктором Филлипсом?
— Она со мной, — сказал Дэвис, беря Селинду за руку. — «И это не консультация. Это дело Гильдии. Мы хотели бы немедленно увидеть Филлипса».
Улыбка доктора Уэст сменилась выражением глубокой озабоченности. — Конечно, — сказала она, теперь звуча немного встревожено. — «Идите за мной.»
Она провела их в обшитый дорогими панелями кабинет с ковровым покрытием. Секретарша улыбнулась им, но прежде чем она успела что-то сказать, дверь кабинета открылась. Оттуда выскочил невысокий взъерошенный человечек с копной редеющих седых волос. Он схватил руку Дэвиса и энергично пожал ее.
— Рад тебя видеть, Дэвис, — сказал он, сияя. — «Как ты себя чувствуешь?»
— «Нормально, спасибо». — Дэвис освободился. — «Это Селинда Ингрэм. Она друг. Селинда, доктор Филлипс.
— «Доктор. Филипс», — сказала она.
Филипс повернулся к ней, все еще широко улыбаясь. — Очень приятно, мисс Ингрэм. Что скажешь, если мы все пройдем на веранду? Сегодня прекрасный день».
Она открылась пси-энергии, исходящей от маленького человека. Его теплота и улыбка были искренними.
Через несколько минут все они уже сидели на широкой тенистой веранде с видом на пышные сады и бассейн. Обстановка была очень спокойной, подумала Селинда. Может быть, слишком спокойно для частного сыщика. Без сомнения, это место, вероятно, свело бы Дэвиса с ума, даже если бы он не принимал лекарства.
— «Мы очень волновались за вас, и я уверен, что вы это знаете», — серьезно сказал Филлипс, обращаясь к Дэвису. — «Но, увидев вас сегодня, я успокоился. Похоже, у тебя все отлично».
— «Я ценю вашу заботу». — Тон Дэвиса мог бы заморозить горячую лаву. — «Но я пришел сюда не для того, чтобы говорить о своем здоровье. Я хочу спросить вас об одном из ваших пациентов, человеке по имени Роберт С. Бринкер.»
— «Э-Э, понятно.» — Разочарование мелькнуло на лице Филлипса. — «Я подумал, может быть, вы, наконец, решили ответить на мои письма. Я знаю, что ваше пребывание здесь было крайне неприятным. Пожалуйста, поверьте мне, когда я говорю, что мы сделали все возможное в данных обстоятельствах. Такого случая, как ваш, мы еще не видели. Какое-то время мы думали, что потеряем тебя или что ты останешься в коме на всю оставшуюся жизнь. Мы были в отчаянии».
— Насчет Бринкера, — категорично сказал Дэвис.
Филлипс поколебался, а затем, очевидно, решил сдаться неизбежному. — «Вы знаете, что я связан врачебной тайной».
— Это дело Гильдии, — сказал Дэвис. — «В любом случае пациент скончался».
— «Мертв?» — Филипс был явно потрясен. — «Как он умер?»
— «Причина все еще расследуется, но есть большая вероятность, что это было убийство».
— «О Боже.» — Потрясенный, Филлипс откинулся на спинку стула. — «Это ужасно.»
— «Бринкер был членом Гильдии, — сказал Дэвис. — «Его смерть произошла в ходе расследования, которое я веду от имени Мерсера Уайатта».
Филипс несколько секунд внимательно обдумывал это, а затем кивнул. — Что ж, при таких обстоятельствах, я полагаю, что могу рассказать о мистере Бринкере. Но я не уверен, что смогу предоставить вам какую-либо полезную информацию».
— «Я хотел бы увидеть досье».
— «Минутку.» — Филлипс поднялся на ноги. — «Я скоро вернусь.»
Он исчез за стеклянными дверями своего кабинета. Когда он вернулся, в одной руке у него была синяя папка. Он передал ее Дэвису.
— Бринкера привезли сюда после того, как он получил очень серьезный пси-ожог в катакомбах, — сказал Филлипс, снова садясь. — «Травма была достаточно серьезной, но ее усугубляло то, что у него была давняя наркотическая зависимость, из-за которой его парапсихический профиль был чрезвычайно хрупким и нестабильным».
Дэвис открыл папку и пролистал записи, время от времени делая паузы, чтобы прочитать их более внимательно. — «Здесь говорится, что когда он пришел в сознание, у него были как зрительные, так и слуховые галлюцинации. Другими словами, он слышал голоса?»
— «Да.» — Филлипс вздохнул. — «Это была очень грустная ситуация, и, как я уже говорил, осложненная его зависимостью».
Дэвис вернулся к папке. — «Его лечили несколько врачей. Я узнаю большинство имен.»
— «Без сомнения.»
— Они все еще работают, в клинике?
Филипс выглядел обеспокоенный вопросом. — «Все кроме одного. Сетон Холлингс был в штате в то время, когда Бринкер был пациентом. Он уволился незадолго до того, как ты поступил сюда.»
Дэвис посмотрел очень сосредоточенно. Возможно, он нечувствителен к пси-волнам, подумала Селинда, но есть и другие способы читать людей, способы, которыми, несомненно, инстинктивно пользуется хороший частный сыщик.
— Почему Холлингс уволился? — он спросил.
Филлипс колебался. Несколько секунд Селинда боялась, что он может вообще не ответить. Она не была уверена, что Дэвис сделает, если это произойдет. Он хотел ответов.
— Я не уверен, относятся ли причины увольнения Холлингса к делам Гильдии, — тихо сказал Филлипс.
Дэвис пристально посмотрел на него. — Если его уволили в связи с делом Бринкера, значит, относится.
Филипс еще мгновение боролся со своей профессиональной этикой, а затем тяжело выдохнул. — «Очень хорошо. Не то чтобы я заинтересован в защите этого ублюдка.»
Возмущение в этих словах заставило Селинду немного выпрямиться в кресле.
— Вам не понравился доктор Холлингс? — она спросила.
— «Он опозорил профессию». — Филлипс встал и начал ходить по веранде, сцепив руки за спиной. — «Вначале мы были рады видеть его в штате. Он пришел к нам с положительными рекомендациями. Но позже мы узнали, что большинство его публикаций и упоминаний были мошенническими. Более того, он был уволен со своего предыдущего поста».
— Разве вы не проверяете данные работников? — спросил Дэвис.
— «Конечно. Но они носят довольно поверхностный характер. Мы не проводим глубоких исследований. Холлингс был очень умен. Он приложил немало усилий, чтобы хорошо выглядеть на бумаге, и, к сожалению, ему это удалось».
— Когда вы узнали, что он стал проблемой? — спросил Дэвис.
Филлипс остановился с мрачным выражением лица. — «Когда я понял, что он проводит несанкционированные эксперименты на небольшом количестве наиболее тяжело травмированных пациентов».
— Пациенты вроде Бринкера? — сказала Селинда.
— «Да.» — Уголки рта Филлипса сжались. — «Природа парапсихического заболевания Бринкера делала его чрезвычайно уязвимым».
— Какие эксперименты ставил над ним Холлингс? — спросил Дэвис.
— «Холлингс был ведущей фигурой в исследованиях сновидений. Как вы, возможно, знаете, новое исследование подтвердило, что состояние сна — это единственное состояние, в котором барьеры между нормальным и паранормальным уровнями четко не определены».
— Нет, — сказал Дэвис. — Не могу сказать, что знал это.
— «Изучение состояния сна — это новая и довольно эзотерическая область, — объяснил Филлипс. — «Холлингс был очарован этой темой. Он также был экспертом по пси-препаратам. Боюсь, он объединил эти два навыка для проведения экспериментов, которые можно описать только как контроль над разумом.»
Дэвис внимательно наблюдал за ним. — Как он пытался контролировать Бринкера?
— «Честно говоря, у меня нет возможности узнать, какой ущерб он причинил бедняге Бринкеру, потому что вскоре после того, как Холлингс был уволен, Бринкер исчез. За последние девять месяцев я отправил несколько писем на адрес, который у нас был, но он так и не ответил». Филлипс возбужденно потер лоб. — Теперь ты говоришь мне, что он мертв.
— «Я хочу поговорить с Холлингсом. Куда он делся после увольнения?»
— «Понятия не имею, но в респектабельную больницу или клинику здесь, в Каденсе, его не приняли бы. Я бы никогда не дал ему рекомендации, и он это знал. Фактически, я подал жалобу в Совет по пересмотру лицензий Ассоциации пара-психиатров. Но к тому времени, когда они взялись за него, Холлингс исчез».
— «Что ты имеешь в виду?» — спросила Селинда.
— «Честно говоря, — сказал Филлипс, — я подозреваю, что он взял новое имя. Все, что я могу вам сказать, это то, что в последний раз, когда я проверял, в городе не было ни одного врача, практикующего под таким именем».
Дэвис задумался. — У Бринкера была квартира здесь, в городе. Это означает, что если Холлингс замешан в этом деле, он, вероятно, тоже все еще в городе.
Филлипс поднял брови. — Что заставляет вас думать, что Холлингс связан с Бринкером?
— «Я узнаю совпадения, когда вижу их, а их здесь много. Тот факт, что и Бринкер, и Холлингс связаны с этим местом, является одним из них.»
— «Я понимаю.» — Филлипс склонил голову. — Желаю вам удачи в его поисках.
— «Спасибо.» — Дэвис закрыл папку и встал. — «Гильдия ценит ваше сотрудничество».
— Позвольте мне кое-что уточнить, — сказал Филлипс на удивление резко. — «Я сотрудничал не для того, чтобы угодить Гильдии».
Дэвис смотрел на него, ожидая.
— «Я предложил свою помощь, потому что доверяю тебе и доверяю твоим мотивам». — Глаза Филлипса сузились. — «И потому, что я не хочу, чтобы Сетон Холлингс причинил еще больше вреда своим талантом».
Дэвис молчал несколько секунд. Потом он как будто немного расслабился.
— Я ценю это, — сказал он.
Филлипс встретился с ним взглядом. — «Я также сделал это, потому что я надеюсь убедить вас вернуться в институт, чтобы мои сотрудники и я могли учиться на ошибках, которые мы допустили. До сих пор ваше дело относится к разряду уникальных. Но за последние несколько лет среди населения начал появляться ряд новых типов экстрасенсорных способностей. Наряду с этими талантами появляются новые формы пси-травм».
— Забудь, — сказал Дэвис. В его голосе снова появился лед. — «Я не заинтересован в том, чтобы снова стать объектом исследования».
— «Быть врачом очень похоже на работу полицейского, Дэвис. Как только мы понимаем одно заболевание или состояние, всплывает другое. Мы всегда ведем войну. Нам нужны союзники, шпионы и разведданные. Ты можешь многому нас научить. Я прошу помочь нам в этой нескончаемой битве».
Дэвис покачал головой. — «Больше никаких наркотиков».
— «Никаких наркотиков», — пообещал Филлипс. — Даю слово.
Дэвис посмотрел на Селиду. Она ободряюще улыбнулась ему, молча давая понять, что одобряет Филлипса.
— Я подумаю об этом, — сказал Дэвис.
Незадолго до полуночи Дэвис закрыл справочник «Каденс Сити» и бросил его на пол рядом с диваном. Он откинулся назад, вытянул ноги и посмотрел на Селинду.
— «Кто бы, черт возьми, мог подумать, что вокруг столько людей, утверждающих, что они являются экспертами в различных формах пси-терапии?» — он сказал.
Она отложила блокнот, который использовала для заметок. Задача сортировки списка практикующих в каталоге в попытке найти таинственного доктора Холлингса не увенчалась успехом.
Балконная дверь была частично открыта. Макс и Араминта находились снаружи на перилах. Они сидели очень близко друг к другу, любуясь ночью. Несколько минут назад Макс зашел внутрь, чтобы принести еще одно печенье для Араминты.
Мрачно она посмотрела на то, что она написала.
— «Судя по всему, большинство из них самопровозглашенные терапевты и консультанты», — сказала она. — «Число с подлинными парапсихическими степенями того или иного рода после их имен — это лишь небольшое подмножество».
— «Проблема в том, что в городах-государствах нет законов, диктующих, кто может, называть себя терапевтом или консультантом». — Он взял ее список. — «У нас есть все, от сомнительных гуру до полноценных докторов парапсихиатрии». — Он нахмурился, глядя на одно из написанных ею имен. — «Что, черт возьми, такое экстрасенс-консультант по образу жизни?»
— «Я не уверена, но приятно знать, что есть такие на случай, если они мне когда-нибудь понадобятся».
Он откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза, размышляя. — «Никто из людей в этом списке не бросается в глаза. У меня такое чувство, что наш человек не рекламируется в телефонной книге».
Она обдумала это. — «Это было бы неудивительно, если бы он охотился за высококлассной клиентурой. Promises, Inc. также не дает рекламу. Работаем строго по рекомендации.»
— Направление, — повторил Дэвис. Он наполовину приподнял ресницы, в глазах хищный блеск. — «Держу пари, твои конкуренты знают, кто ты, не так ли?»
— «Определенно.» Она была не в силах подавить укол гордости. — «Все, кто занимается сводничеством здесь, в Каденсе, хорошо знают о Promises, Inc.»
— «Возможно, Холлингса можно найти, поговорив с кем-нибудь из его конкурентов».
Пси-энергия охотника сильно пульсировала в нем. Она думала, что он работает на адреналине. Сознавал он это или нет, но он еще не полностью оправился от тяжелого пси-ожога в руинах.
— «Сегодня вечером ты больше ничего не можешь сделать», — сказала она. — Тебе нужно поспать, Дэвис.
— «Я слишком взвинчен, чтобы спать. Я приближаюсь к нему; Я чувствую это.»
— Тем больше причин, по которым тебе следует отдохнуть. — Она поднялась и протянула руку. — Давай, давай уложим тебя в постель.
Вместо того, чтобы подняться с дивана, он схватил ее за запястье и потянул к себе на колени.
— Есть идея получше, — сказал он.
Он поцеловал ее прежде, чем она успела возразить. Ей не требовались пси-чувства, чтобы понять, что он был больше, чем просто беспокойным и раздражительным; он был тверд, как кварц. Биококтейль с адреналином и тестостероном, пробудивший все чувства охотника, имел некоторые предсказуемые побочные эффекты.
Она обняла его за шею и ответила на поцелуй. Зажав ее в объятиях, он протянул руку и выключил лампу на столике рядом с диваном. Гостиная погрузилась во тьму.
Повернувшись, он растянул ее на диване под собой, быстрыми, настойчивыми движениями стягивая с нее одежду. Чувственный пси горячо вспыхнул во тьме. Ее собственные чувства оживились в ответ. Она чувствовала прилив сексуального голода, согревающего его кровь. Это прожигало и ее, вызывая сильную боль глубоко внутри. Минуту назад она была намерена только затащить его в постель. Теперь все, о чем она могла думать, это как заставить его войти в нее.
Между ними вспыхивала и вибрировала невидимая энергия. Он расстегнул ее блузку и принялся за пояс ее брюк. Ей удалось расстегнуть его рубашку, обнять его и погладить теплую, натянутую кожу его мускулистой спины. Он расстегнул ремень и избавился от брюк и трусов еще парой быстрых и эффективных движений.
Она протянула руку между ними и обвила пальцами его напряженную длину. Он издал звук, наполовину стон, наполовину голодный рык.
Следующее, что она осознала, это то, что он приподнял ее колени и скользнул по ее телу. Когда она почувствовала его рот на себе, она ахнула, наполовину потрясенная и полностью взволнованная. Она запустила пальцы в его волосы.
Великолепное, сверкающее, пульсирующее высвобождение поразило ее, как взрыв мощного инопланетного пси, потрясшего все ее чувства. Она схватила одну из подушек и прижала ее ко рту, чтобы заглушить тонкий, пронзительный крик.
Дэвис поднялся вверх по ее телу и погрузился в нее. Это был акт одержимости и отчаянной нужды. Он сдернул подушку с ее лица и поцеловал ее в шею. Его толчки были тяжелыми, мощными и быстрыми.
Через мгновение он поднял голову. Каждый мускул в его теле был напряжен, словно он был огромным диким зверем, готовым сразить добычу смертельным ударом.
Его кульминация ударила сильно. Она обвила руками его шею, притянула его лицо к себе и поцеловала, проглотив его рев удовлетворения.
Когда все закончилось, он рухнул на нее, вдавив ее в диванные подушки.
— Не могу насладиться тобой, — прошептал он ей на грудь. — Я мог бы кончить, просто взглянув на тебя.
Она улыбнулась в тени, проводя кончиками пальцев по его влажной коже. — Но так веселее.
— «Ах, да.» — Он не открыл глаза.
Она выбралась из-под его сокрушительного веса и потянула его за руку.
— Пойдем, Дэвис. Пора ложиться спать.
— Я просто посплю здесь, — пробормотал он в подушку.
— «Нет. Тебе нужен полноценный сон. Здесь, на диване, его не получишь. Он слишком мал для тебя».
— «А ты? Где ты будешь спать?
Томное удовлетворение, которое она испытывала, по большей части исчезло.
— «Сегодня вечером я снова воспользуюсь диваном», — сказала она. — «Я отлично помещаюсь на нем.»
Ворча, он скатился с подушек и позволил ей вести себя по коридору в затемненную спальню. Она откинула одеяло. Он упал в постель, закрыл глаза и мгновенно уснул.
Она натянула на него простыню и одеяло и вернулась в гостиную к открытой балконной двери. Она тихо обратилась к Максу и Араминте.
— Вы двое остаетесь или уходите сегодня? — она спросила.
Они спрыгнули с балкона и ввалились в квартиру. Она закрыла дверь и очень тщательно заперла ее. Она в последний раз проверила банку с печеньем, чтобы убедиться, что реликвия все еще надежно спрятана внутри, а затем подошла к шкафу в прихожей, достала подушку и одеяло и разложила их на диване.
Она долго лежала, глядя в потолок, рядом с ней лежал тяжелый комок пуха — Араминта.
— «Дело в том, что я принимаю это на свой счет, — сказала она Араминте.
Араминта открыла свои нежно-голубые глаза и пару раз моргнула.
Селинда выждала еще десять минут, прежде чем откинула одеяло, встала с дивана и пошла по коридору в спальню. Дэвис так крепко спал, когда она легла рядом с ним в постель, что даже не пошевелился.
Он проснулся от ощущения руки на плече.
— Просыпайся, — сказала Селинда.
Он открыл глаза и увидел, что закат сменяется зеленым свечением ночи за окном.
Он посмотрел на Селинду. — «Что ты здесь делаешь?»
— Это моя кровать, помнишь?
— Ты спишь на диване.
— «Я передумала. Кстати, ты заметил, что я не кричу.»
— «Какого черта?» — Все еще ошеломленный сном, он приподнялся на локтях.
Она посмотрела вниз. Он проследил за ее взглядом. Его предплечье от локтя до запястья было невидимо. Пальцы его, казалось бы, свободной руки вцепились в смятую простыню.
Она протянула свою руку ладонью вверх. — Ты должен мне десять баксов.
— «Похоже вы говорите о Титусе Кеннингтоне». — Мартин Скидмор поглубже развалился в своем мягком кожаном кресле, скрестил руки на широком животе и посмотрел на Дэвиса с выражением, в котором смешались недовольство соперничеством и невольное восхищение. — «Что я могу сказать? Мужчина хорош. Ему удалось привлечь пару высококлассных клиентов сразу после того, как он открыл свой кабинет.»
Офис Скидмора располагался в сияющей башне недалеко от штаб-квартиры гильдии Каденса. Скромная вывеска на двери гласила, что он консультант по экстрасенсорному образу жизни. Он был третьим терапевтом в списке, составленном Дэвисом. Он ограничил список тех, с кем хотел поговорить, консультантами, которые явно обслуживали элитную клиентуру, полагая, что Холлингс пойдет на тот же рынок. Любой, кто мог позволить себе консультанта по образу жизни, должен был быть довольно состоятельным. Если бы они действительно наткнулись на Холлингса, работающего под вымышленным именем, Селинда узнала бы его пси-энергию.
— «Какого рода консультации дает Кеннингтон?» — спросил Дэвис.
Выражение лица Скидмора исказилось презрением. — «Я слышал, что он называет это терапией сновидениями. Куча гуру-болтовни, если вы спросите меня. Но нельзя отрицать, что он наткнулся на янтарную жилу. Я слышал, что у него в клиентах даже есть жена сенатора Падбери.
— Вы знаете, где находится его кабинет?
— «На Беруэлл-стрит в Старом квартале. Не знаю, почему он открыл его там. Это точно не самый модный адрес в городе. Может быть, ему нравится атмосфера.»
— «Может быть.» — Дэвис поднялся на ноги. — «Вы очень помогли. Гильдия ценит ваше сотрудничество».
— «В любой момент. Всегда рад сделать одолжение Гильдии».
— Я скажу об этом в штаб-квартире. — Дэвис повернулся, чтобы уйти. Он ненадолго остановился у двери. — «Чем занимается психолог-консультант по образу жизни?»
— «Я могу помочь вам раскрыть ваш уникальный потенциал пара-реза и направить вас к действительно полноценной и удовлетворяющей жизни, как в нормальном, так и в пара-нормальном плане».
— И дорого это стоит?
Скидмор добродушно улыбнулся. — «Конечно.»
Дэвис вышел в приемную офиса. Селинда ждала его.
— «Удачно?» — спросила она, быстро вставая.
Дэвис наслаждался предвкушением, которое он всегда испытывал в такие моменты. — «Очень. Я сейчас иду к нему в кабинет. Если повезет, я удивлю его и, возможно, получу ответы или доказательства.»
— «Я иду с тобой».
— Черт возьми, Селинда…
— «Я единственная, кто может сказать наверняка, тот ли это человек, чьи пси-волны я уловила той ночью в переулке».
Она была права. Времени было мало, и ему нужно было удостовериться как можно быстрее. Больше всего его сейчас беспокоило то, что Кеннингтон уже занервничал и сбежал.
— Хорошо, — сказал он. — «Но я должен кое о чем упомянуть».
— «О чем?»
— «Если у тебя когда-нибудь закончатся идеи, что подарить на день рождения?»
— «Да?»
— «Не покупай мне сеансы психического консультирования по образу жизни».
— «Хорошо, я остановлюсь на запонках».
Они спустились на парковку и сели в «Фантом». Он завел двигатель и позвонил Тригу.
— «Мы идем в кабинет доктора Титуса Г. Кеннингтона», — сказал Дэвис. — «Я думаю, что это наш человек. Адрес в квартале. Беруэлл-стрит.»
— Хочешь, я встречу тебя там?
— «Да. Парковка в основном на улице в этой части города, но вход будет через переулок. Следи за ним. Если увидишь, что кто-то выходит из здания Кеннингтона через черный ход, следуй за ним».
— «Понял.»
Дэвис закончил разговор и выехал с парковки. Расстояние между офисами в центре города и Старым кварталом было невелико в милях, но если говорить об атмосфере, разница в пару сотен лет.
За очень короткий промежуток времени они снова оказались на узких извилистых улочках и переулках самых старых кварталов города. Он припарковался в квартале от адреса, который ему дали, и вышел из «Фантома». Селинда присоединилась к нему. Некоторое время она молча стояла, глядя на улицу. Ему не нравилось беспокойство на ее лице.
— «Что?» — он спросил.
— «Если Кеннингтон — тот человек, которого мы ищем, ты должен быть готов к тому, что он очень похож на меня», — тихо сказала она.
— «Бред сивой кобылы. Он совсем не такой, как ты.»
Она посмотрела на него, ее глаза были такими же темными и мрачными, как и окрестности вокруг них. — Я же говорила тебе, что той ночью я ощутила его пси-энергию. Он сильный, Дэвис. И он, кажется, обладает тем же талантом, что и я».
— «И что?»
— «Есть кое-что, о чем я не рассказала касательно моего таланта. Я не просто читаю узоры других людей; при определенных условиях я могу… немного на них влиять.»
Это остановило его. — «Какого черта ты несешь?»
— Для этого нужен физический контакт, — сказала она, все еще тревожно серьезно. — «По крайней мере, для меня. Я никогда никому не рассказывала об этом, потому что к тому времени, когда я поняла, что я могу сделать, я была достаточно взрослой, чтобы понять, что люди будут бояться приближаться ко мне, если они узнают, что я могу манипулировать их пси-волнами».
— «Может быть, поговорим об этом позже», — предложил он.
— Нет, тебе нужно знать, с чем ты столкнешься. Послушай меня, Дэвис. Однажды ты спросил, изнасиловал ли меня Лэндри после того, как накачал наркотиками. Я ответила, что нет.
Он очень нежно коснулся ее лица. — «Все в порядке. Не надо об этом говорить».
— «Это правда, — продолжила она. — «Он не сделал ничего. Но он намеревался. Причина, по которой он этого не сделал, заключалась в том, что препарат только подавлял мою способность двигаться. Мои пси-чувства не пострадали. На сексуальное возбуждение сильно влияют пси-узоры. Когда он нес меня на руках, я смогла смягчить его возбуждение настолько, что он потерял интерес. Это имело тот же эффект, что и холодный душ».
Он посмотрел на нее. — «Ты хочешь сказать, что Лэндри не изнасиловал тебя потому, что у него не встало?»
— «Да. Он, конечно, не понял, что это сделала я. Что касается его, то он просто не мог возбудиться. Он сказал что-то о том, что не хочет тратить время на такую уродливую сучку, как я, дал пару пощечин, а потом позвонил в службу доставки еды и напитков в номер».
— Сукин сын, — сказал он мягко.
Ее челюсть напряглась, а подбородок поднялся.
— «Теперь ты знаешь, почему я так и не нашла себе подходящую пару», — сказала она. — «Не так много мужчин, которые рискнули бы влюбиться в женщину, если бы узнали, что она может сделать их импотентами».
Он медленно улыбнулся. — У меня для тебя новости, милая. Ничто из того, что ты можешь сделать с моими пси-волнами, не может заставить меня потерять к тебе интерес.
Она моргнула. Ее глаза расширились. — «Я понимаю, что ты очень сильный. Это одна из причин, почему я с самого начала знала, что мы… — Она резко замолчала, слегка нахмурившись. — «Тебя не беспокоит, что я могу сделать с мужчиной?»
— Ты однажды манипулировала моими пси-волнами, помнишь? После боя с людьми Лэндри.
— Да, но тогда я применила к тебе реликвию и с другой целью. Я пытаюсь сказать тебе, что могу влиять на твои пси-волны даже без артефакта.
— «Меня это не беспокоит.» — Он одарил ее быстрой злой ухмылкой, обнажив зубы. — «Но я предупреждаю тебя, если ты попробуешь на мне свой маленький трюк с холодным душем, я отомщу, и стану невидимым в местах, которые заставят тебя дважды подумать, прежде чем сделать это снова».
Она покраснела и продолжила. — «Дело в том, что если Холлингс попытается контролировать тебя с помощью своего врожденного таланта, я уверена, что ты достаточно силен, чтобы блокировать его, если ты поймешь, что он делает, и будешь действовать достаточно быстро. Но если он использует реликвию на тебе, это будет совсем другая история.»
— «Ты так думаешь?»
Он не выглядел обеспокоенным. Она хотела встряхнуть его.
— Я знаю, — ровно сказала она. — Послушай меня, Дэвис, если он воспользуется реликвией, у тебя будет всего две-три секунды, чтобы защитить себя. Именно столько времени потребуется ему, чтобы идентифицировать твои пси-волны и выяснить, какими из них манипулировать. Тебе придется действовать немедленно, иначе ты будешь выведен из строя».
— Есть какие-нибудь предложения?
— «У меня ушли годы, чтобы научиться отключаться от пси других людей. Но тебе никогда не приходилось этого делать. Возведение ментальной баррикады не будет для тебя инстинктивным. Я не знаю, как тебя подготовить».
— «Опиши эту ментальную баррикаду».
— «Разум может производить только определенное количество энергии, и эта энергия может быть сфокусирована только ограниченным числом способов одновременно», — сказала она. — «Мы все можем в какой-то степени работать в режиме многозадачности, но есть пределы. Если ты почувствуешь, что Холлингс использует реликвию против тебя, тебе нужно сосредоточиться, как никогда раньше в твоей жизни. Попробуй сконцентрировать всю свою пси-силу на чем-то, связанном с твоим инстинктом выживания. Это самый примитивный и самый сильный инстинкт, которым обладает любой человек».
— «Думаешь, это, поможет?» — он спросил.
— Не знаю, — призналась она. — Я использовала реликвию только один раз, и ты был не в том состоянии, чтобы сопротивляться. Я понятия не имею, что произойдет, если такой могущественный талант, как ты, будет активно бороться с этим. Здесь я в пролете».
Он подумал об этом несколько секунд, а затем продолжил свой путь к кабинету Холлингса. — Хорошо, а теперь послушай меня. Не вставай между мной и Холлингсом, что бы ни случилось. Если в этом офисе произойдет что-то, что заставит тебя думать, что у нас проблемы, ты бежишь, а не идешь, к ближайшему выходу и зовешь Трига. Он будет рядом на улице.
Она осмотрелась. — Я его не вижу.
— Попрошайка вон там, в дверях. — Он не смотрел на Трига. — «Он использует более традиционные методы, но по-своему Триг почти так же хорош в невидимости, как и я».
Некоторая крупная сумма денег была вложена в реконструкцию двухсотлетнего здания, в котором располагался офис Холлингса. Небольшая табличка гласила, что посетители должны объявить о себе, подняв трубку рядом с запертой входной дверью.
Дэвис остановился в нескольких футах от двери и осмотрел пространство вокруг телефона. Над устройством была установлена камера. Он старался держаться подальше.
— «Ты звонишь», — сказал он Селинде. — «Скажите тому, кто ответит, что тебя порекомендовал друг и что ты хочешь записаться на прием. При необходимости используй имя жены сенатора.»
— «Если Холлингс посмотрит на монитор, он узнает меня».
— «Скорее всего, у него есть секретарь. Даже если он тебя увидит, ему будет чертовски любопытно узнать, почему ты здесь.
— «А ты?»
Дэвис пожал плечами. — «Вот ты меня видишь………»
— А теперь нет? — Она не выглядела успокоенной. Она выглядела обеспокоенной.
— Чтобы пройти через дверь, потребуется всего несколько секунд. Я же говорил тебе, что у меня не будет проблем, если я стану невидимым на несколько минут.
Она не была полностью удовлетворена, но взяла трубку. Она прислушалась на мгновение, а затем заговорила бойко.
— «Я хотела бы записаться на консультацию… Как я узнала о докторе Кеннингтоне? Мне о нем рассказала близкая подруга. Она сказала, что он творит чудеса. Ее имя? Дженнифер. Дженнифер Падбери. Да, жена сенатора.»— Была еще одна пауза. — «Спасибо.»
Раздался резкий щелчок. Дверь открылась. Селинда толкнула ее и вошла в тускло освещенный холл. Дэвис пропустил пси-силу через янтарь своих часов, резонируя с волнами энергии диссонанса на серебряном конце спектра.
Селинда была права, он не полностью оправился от долгого периода невидимости в старых руинах, но у него было достаточно сил, чтобы управлять серебряным призрачным светом достаточно долго, чтобы проскользнуть мимо камеры и дверь в вестибюль.
Он стал невидимым и последовал за ней.
Дэвис исчез. Она чувствовала его сильную пульсацию пси-энергии и знала, что он был рядом с ней, но все, что она могла видеть, было слабым мерцанием в воздухе. Это сбивало с толку, но не пугало. Пока ее другие чувства уверяли ее, что он рядом, она могла справиться с этой невидимостью. Если бы я была слепа, я бы даже не знала, что он исчез.
Она закрыла дверь вестибюля. Рядом с ней материализовался Дэвис. В уголках его глаз она заметила признаки напряжения.
— Ты уверен, что с тобой все в порядке? — спросила она шепотом.
— «Я в порядке. Перестань беспокоиться.» — Голодное предвкушение охотника пронизывало слова.
Она осмотрела небольшой вестибюль. Он был богато обшит панелями и покрыт толстым ковром. У одной из стен стоял длинный низкий деревянный стол, выглядевший как настоящий колониальный антиквариат. На столе стояла инопланетная древность, ваза из зеленого кварца, в которой был букет изящных изумрудных роз.
Там было две двери; одна— без опознавательных знаков. На другой — небольшая табличка, приглашающая клиентов войти.
— Это кабинет администратора, — очень тихо сказал Дэвис. — Иди внутрь и займи ее на несколько минут.
— «Чем ты планируешь заняться?»
Он посмотрел на вторую дверь. — Вероятно, это дверь в кабинет Холлингса. — Он достал из кармана крайне незаконную отмычку. — Я собираюсь осмотреться.
— А если он там?
— «Тем лучше.»
Она хотела сказать ему, чтобы он был осторожен, но была уверена, что он не послушает. Дэвис был на охоте.
Она открыла дверь кабинета администратора и вошла внутрь. За столом сидела очень элегантная женщина профессионального вида. Она была одета в консервативный деловой костюм. Табличка на ее столе гласила, что ее зовут мисс Аллонби.
— «Пожалуйста присаживайтесь.» — Тон мисс Аллонби был таким же изысканным, как и ее внешний вид. — Кажется, я не расслышала ваше имя?
— «Сьюзен Бейкер». — Селинда села. — Как я уже говорила, мне порекомендовала вас жена сенатора Падбери.
— «Да, конечно. Но доктор Кеннингтон очень занят. Сейчас он редко берет новых клиентов.»
— Надеюсь, он сделает для меня исключение.
Мисс Аллонби включила компьютер на своем столе и повернулась к экрану. — Боюсь, Я могу записать вас только на конец следующего месяца.
— Отлично, — сказала Селинда.
Отмычка подобрала частоту. Тихий щелчок. Дэвис открыл дверь и вошел в комнату. Тяжелая доза инопланетного пси парализовала все его чувства. Ему не нужно было осматривать комнату, чтобы понять, что где-то рядом есть лаз в катакомбы.
Представительный мужчина, сидевший за большим письменным столом у окна, испуганно поднял голову.
— Вы ошиблись дверью, — сказал он, черты потемнели в раздраженной хмурости.
— Я так не думаю, доктор Холлингс.
На лице человека, называвшегося Кеннингтоном, промелькнуло узнавание. Тревога и что-то близкое к панике последовало почти сразу. Он вскочил на ноги, уставившись на Дэвиса так, словно не мог поверить своим глазам. — «Что ты здесь делаешь?»
— «Дело Гильдии. Помимо всего прочего, я пришел за другой рубиново-янтарной реликвией».
— Я не знаю, о чем ты говоришь. — Теперь Холлингс частично восстановил самообладание. Очень небрежно он начал тянуться к верхнему ящику стола.
Дэвис достал из кармана маг-рез. — Руки вверх, Холлингс.
Челюсти Холлингса сжались, но он поднял руки. Дэвис пересек комнату, прошел за стол и открыл ящик. Внутри тускло поблескивал маг-рез-пистолет. Он вытащил его и выбросил обойму.
— Я полагаю, раньше он принадлежал Бринкеру? — он сказал.
— Я не знаю, о чем ты говоришь.
— «Не ужели не знал, что вредно держать такое близко к катакомбам», — сказал Дэвис. — «В этой комнате много инопланетного пси. Неизвестно, что может случиться, если ты нажмешь на курок».
Ярость отразилась на лице Холлингса. — Послушай, сукин ты сын, я не знаю, о чем ты говоришь…
Дверь приемной открылась прямо за спиной Холлингса. Дэвис увидел темноволосую женщину в строгом костюме. Она смотрела с открытым ртом на сцену внутри кабинета. Селинда была прямо за ней.
— «Что, черт возьми, здесь происходит?» — выдохнул секретарь. — «Доктор? Все в порядке? Мне вызвать полицию?»
Холлингс не ответил. Он бросился на Дэвиса с дикими глазами. Казалось, он не обращал внимания на пистолет в руке Дэвиса. —
Мисс Аллонби закричала.
Он не осмелился выстрелить из маг-реза. Если он промахнется или если инопланетный пси исказит выстрел, он легко может попасть в одну из женщин.
Он сдвинулся, пытаясь уйти с траектории Холлингса, но наткнулся на стул, который отлетел под его весом.
Холлингс врезался в него. Он уже потерял равновесие благодаря столкновению со стулом. Сила удара заставила его растянуться.
Холлингс, похоже, не был заинтересован в рукопашном бою. Он подбежал к двери в дальнем конце комнаты, распахнул ее и исчез в неосвещенном пространстве за ней.
Дэвис вскочил на ноги и побежал за ним. Последнее, что он услышал перед тем, как последовать за Холлингсом в темноту, была секретарша. Она все еще кричала.
Мисс Аллонби наконец-то перестала верещать. Селинда усадила ее в кресло для клиентов.
— Успокойтесь, — мягко сказала она. — «Может быть стакан воды?»
Мисс Аллонби посмотрела на нее в замешательстве и страхе. — «Что происходит?»
— «Доктор. Настоящее имя Кеннингтона — Холлингс, и мне жаль сообщать вам, что он связан с украденными древностями. Гильдия наняла мистера Оукса, чтобы вернуть реликвию, взятую из хранилища Гильдии.»
— «Доктор. Кеннингтон? — Мисс Аллонби была поражена. — «Торговля украденными древностями? Но, это невозможно. В список его клиентов входят одни из самых важных людей в Каденсе».
— «Послушайте, мисс Аллонби, я никогда не думала, что это скажу, но это дело Гильдии. Кое-кто снаружи наблюдает за входной дверью этого офиса. Он знает, что делать. Я пойду за ним.»
— Все в порядке, — сказала мисс Аллонби. Она смотрела куда-то вдаль и чудесным образом обрела самообладание. — «Я знаю, что делать. У меня есть инструкции.»
Не было времени расшифровывать этот странный комментарий. Селинда в последний раз ободряюще похлопала ее по плечу, а затем вышла через вторую дверь в вестибюль.
Слишком знакомые волны искривленной энергии затопили ее чувства, как только она потянулась, чтобы открыть входную дверь.
— «Если ты ищешь нищего, который следил за этим местом, не теряй времени зря», — сказал Бенсон Лэндри позади нее. — Я избавился от него несколько минут назад.
Старые стертые ступени вели прямо вниз к зубчатой выемке в стене катакомб. Дэвис мог видеть кусочек жуткого зеленого света, ожидающего внизу. Холлингс был перед ним, темная фигура бежала вниз по двухсотлетней лестнице.
Несколько секунд спустя Холлингс на мгновение вырисовался на фоне изумрудного сияния. Затем он исчез в туннелях. Дэвис перепрыгнул последние несколько ступенек и бросился через отверстие. Он должен держать Холлингса в поле зрения. У него не было его янтарной частоты. Без нее и без одного из новых локаторов он не смог бы отследить Холлингса, если бы тот пропал из виду.
Но когда он пробрался через рваную дыру в стене, он без труда заметил свою добычу. Холлингс не пытался сбежать глубоко в катакомбы. Вместо этого он прошел через другое отверстие размером с человека в зеленой кварцевой стене.
Влажный зной, хаотичные запахи и звуки тропического леса выплескивались в туннель. Больше ничего не было. Густая листва росла вплотную к отверстию, но ни один листик или лиана не выходили в туннель. Никакие существа не пересекали барьер. Невидимые пси-барьеры, которые инопланетяне установили, чтобы удержать джунгли от вторжения в катакомбы, держались крепко.
Стена не действовала на людей. Холлингс сбежал через ворота в тропический лес. Он выглядел как человек, который знал, куда идет, человек с планом.
Дэвис последовал за ним, одним махом переместившись из стерильного зеленого кварцевого туннеля в зеленый тропический лес. Когда дело доходило до погони, джунгли были не лучше катакомб. В туннелях человек мог исчезнуть, зайдя за угол. Здесь, в этом подземном мире зелени, он мог исчезнуть, спрятавшись за одним из увитых лианами деревьев.
Однако Холлингс не пытался спрятаться. Он лихорадочно пробирался через лес высоких папоротников. Дэвис последовал за ним, открывая свои охотничьи чувства. Он нащупал предательский шепот энергии диссонанса, который был бы единственным предупреждением, которое он получит, прежде чем наткнется на призрачную реку или пси-шторм.
Холлингс не колебался. Он явно проходил этот путь и раньше и был уверен, что путь свободен от призрачной энергии и других опасностей.
Дэвис был менее чем в десяти футах (≈3 м) от него, когда Холлингс остановился и обернулся.
— «Так достаточно далеко», — сказал Холлингс. Он поднял руку, нацелив рубиново-янтарную реликвию, словно это был пистолет. — Ты покойник, Оукс.
Не угроза заставила Дэвиса остановиться; это была режущая волна пси-энергии, которая обрушилась на его чувства, притупив их.
— Ты дурак, — закричал Холлингс. — Ты не представляешь, какой силой я обладаю здесь, внизу.
Еще одно пси-цунами обрушилось на его онемевшие чувства. Все начало темнеть вокруг него.
Он ухватился за имя, как за спасательный круг. Он сиял, как драгоценный камень в сгущающейся темноте.
Еще одна яростная волна энергии пронзила его. На этот раз все потемнело, кроме имени Селинды.
Имена обладают пси-силой. Он не знал, откуда он это узнал, но он был абсолютно уверен в этом знании. Имя Селинды обладало силой, необходимой ему для борьбы с надвигающейся волной. Он сосредоточился на нем.
Сначала это было только имя, но после нескольких ударов сердца появилось нечто большее. К имени привязались эмоции, сначала слабые, а потом постепенно усиливающиеся. Голод, тоска, желание уберечь ее.
Безопасность. Ему нужно дать отпор. Если Холлингс выиграет эту битву, Селинде грозит смертельная опасность.
Безмолвные кричащие волны энергии продолжали обрушиваться на его чувства, но они начали раскалываться и разваливаться, когда натыкались на имя Селинда. Обеспечить ее безопасность было важнее, чем его собственная жизнь.
Прилив энергии прекратился так же внезапно, как и начался.
— Нет, — закричал Холлингс. — «Это невозможно.»
Дэвис снова смог вздохнуть. Его пси-чувства восстановились.
Он увидел, что Холлингс снова двигается, наклоняясь, чтобы добраться до небольшой пещеры. Когда он выпрямился, Дэвис увидел в его руке маг-рез-пистолет.
— Ты сумасшедший, — сказал Дэвис. — «Ты не можешь использовать эту штуку здесь внизу».
Холлингс сошел с ума. Он нацелил маг-рез на Дэвиса.
Дэвис среагировал инстинктивно. Он вытащил серебро, стал невидимым и упал на землю.
Глаза Холлингса расширились от ужаса. — «Где ты? Куда ты исчез? Тебе не спрятаться от меня».
Он начал стрелять. Первые два выстрела пошли вразнос. Когда он в третий раз нажал на спусковой крючок, маг-рез взорвался у него в руке.
К тому времени, когда Дэвис добрался до него, он был мертв.
— Я должен выразить тебе благодарность, Селинда, — сказал Лэндри. Его улыбка была хищной. — «Если бы не ты, Холлингс никогда бы не обратился ко мне за помощью в поиске второй реликвии. Я бы даже не знал, что эти чертовы штуки существуют».
— Он сказал тебе свое настоящее имя?
— «Конечно. Холлингс и я — партнеры». — Лэндри ухмыльнулся. — Временно.
Неустойчивый, вспыхивающий пси пульсировал и нарастал. Тот небольшой контроль, который Лэндри все еще имел над своим безумием, утекал.
Из кабинета не доносилось ни звука. Селинда молилась, чтобы это означало, что мисс Аллонби ушла в свой кабинет, чтобы позвать на помощь.
— Ты охотник, — сказала Селинда. Она дрожала, но ей удавалось сохранять спокойный и ровный тон. Она должна была дать мисс Аллонби время. — «И, очень сильный охотник, но у тебя нет такого экстрасенсорного таланта, который нужен, чтобы управлять реликвией».
— «Не проблема. Холлингс будет работать на меня, пока я не найду других, которые смогут делать то же, что и он. Это не должно быть сложно. У меня за спиной ресурсы Гильдии. Как только я заменю Холлингса, я избавлюсь от него. Не доверяю этому скользкому ублюдку.»
— «Этот план звучит немного шатко, если спросишь меня».
— «Мне не нужно твое мнение». — Его глаза сверкнули яростью. — Все, что мне от тебя нужно, — это вторая реликвия.
— Зачем мне отдавать ее тебе?
— Потому что, если ты этого не сделаешь, я тебя убью.
— Ты все равно убьешь меня, как только получишь реликвию.
— «Верно.» — Он медленно улыбнулся. — «Но умереть можно по-разному. Быстро и медленно. Ты счастливчик. У тебя есть выбор».
— Думаешь, местная Гильдия не заметит, что я исчезла?
— «Никаких доказательств не будет. Ты покончишь жизнь самоубийством, просто уйдешь в тропический лес без настроенного янтаря. Если кто-нибудь когда-нибудь найдет твое тело, от него не останется ничего, кроме голых костей. Видишь ли, джунгли похожи на Гильдию. Он решают сами свои проблемы».
— «Ты забываешь об одном очень важном факторе. Дэвис Оукс».
— «Оукс — покойник. Холлингс с реликвией позаботится о нем».
— Не рассчитывай на это, — твердо сказала она.
— «Реликвия очень мощная, когда используется под землей. У Холлингса не возникнет проблем с Оуксом.»
В дверном проеме шевельнулась фигура. Селинда увидела мисс Аллонби, стоявшую там с пустым выражением лица. Казалось, она не замечает пистолет в руке Лэндри.
— Боюсь, вам обоим придется вернуться в другой раз, — строго вежливо сказала она. — Мне нужно сжечь бумаги доктора Кеннингтона. Он оставил строгие инструкции.
Лэндри нахмурился. — «Какого черта ты несешь?»
— «Доктор Кеннингтон выразился очень ясно», — чопорно сказала она. — «Он сказал мне, что если кто-нибудь попытается причинить ему вред или украсть его, я должна немедленно сжечь его документы».
— Призрачное дерьмо, — сказал Лэндри, внезапно поняв. — «Его исследование. Ты не можешь уничтожить эти бумаги, глупая ты женщина. Они мне понадобятся после того, как я избавлюсь от него.»
Мисс Аллонби остановилась, чтобы сурово взглянуть на него. — «Я просто делаю свою работу».
— Еще один шаг, и я убью тебя.
Мисс Аллонби гордо выпрямилась. — «Я хочу, чтобы вы знали, что я профессионал. И я не могу не выполнить свои обязанности».
— Стой, тупая сука, — проревел Лэндри.
Мисс Аллонби цокнула. — «Язык, сэр. Следите за своим языком.»
Лэндри начал целиться в нее из маг-рез-пушки. Селинда приготовилась броситься на него. Она подумала, что кинется на его руку с оружием. Шансов было немного, но, похоже, это был единственный шанс, который у нее был.
Словно прочитав ее мысли, Лэндри заколебался. Затем он сделал два шага вперед, обхватил рукой ее горло и сильно прижал к своему телу.
Она хватала ртом воздух. Он наполовину душил ее, но у нее был физический контакт. Изо всех сил пытаясь дышать, она открыла свои чувства болезненному потоку пси-энергии, которая обрушилась на нее, и начала осторожно исследовать.
Уверенный, что держит ее под контролем, Лэндри сосредоточился на мисс Аллонби.
— Не двигайся, — приказал он.
— Вы не мой начальник, сэр, — сообщила ему мисс Аллонби. Она повернулась к нему спиной и направилась в кабинет.
Прижатая к нему, открытая для его пси-волн, Селинда отчетливо ощутила легкий скачок напряжения, когда Лэндри приготовился нажать на курок. Он не торопился, немного колебался.
Ревущие импульсы холодной, безумной ярости были сокрушительно четкими на паранормальном плане. Проблема заключалась в том, что узор был настолько пугающе ненормальным. В отчаянии она пыталась установить ритм контрапункта, способный заглушить самые сильные пси-волны.
Она поняла, что добилась определенного успеха, когда открыла глаза и увидела, что мисс Аллонби исчезла в кабинете. Лэндри не нажал на курок.
— «Что происходит?» — Его рука сжала ее горло. — «Что ты делаешь со мной? Я не могу нажать на спусковой крючок.»
Она даже не пыталась ответить. Все ее внимание было сосредоточено на нарушении его энергетических ритмов.
Его начало трясти. Все еще прижатая к нему, она чувствовала, как дрожь проходит по его телу, как в ту ночь, когда он пытался ее изнасиловать. На психическом плане все было в хаосе. Она услышала стук пистолета по полу.
Лэндри что-то крикнул. Он звучал испуганно. Внезапно он отпустил ее, отворачиваясь от нее. Его дыхание стало тяжелым, он глотал воздух.
— Не прикасайся ко мне, — крикнул он. — «Да отвали от меня. Ты что-то делаешь со мной. Я чувствую это.»
Пригнувшись, она подобрала маг-рез-пистолет, сжимая его обеими руками.
Лэндри уставился на нее, потрясенный и разъяренный. Теперь, когда они больше не соприкасались, он приходил в себя.
Он посмотрел на пистолет в ее руке и издал насмешливый смешок. — И что ты с ним будешь делать?
— Стрелять в тебя, — сказала она.
— «А получится. Тебе не хватит решимости. Кроме того, такая тупая сучка, как ты, не знает, как пользоваться маг-резом.»
Она опустила ствол пистолета, целясь ему под ноги, и нажала на курок.
Выстрел прогремел, как гром, в маленькой комнате. Лэндри отпрыгнул назад и ошеломленно уставился на дыру в полу, где пуля вошла в двухсотлетнее дерево.
Селинда подняла дуло пистолета так, чтобы оно снова было направлено ему в живот. — «Как видишь, я тренировалась. Я долго ждала этого момента, Лэндри.»
Он, должно быть, прочитал ее намерение в ее глазах, потому что его лицо осунулось от страха.
— Нет, подожди, — прошептал он. — Ты не можешь……
Из офиса позади нее послышался звук.
— Я думаю, теперь мы можем позволить Гильдии разобраться с ним, — тихо сказал Дэвис.
— «Я не уверена, что они смогут», — сказала она. Она не отводила ни взгляда, ни пистолета от Лэндри.
— На этот раз разберутся, — сказал Дэвис, подходя и вставая рядом с ней. Он протянул руку. — Даю слово.
Она бросила на него неуверенный взгляд.
— Ты не хочешь этого делать, — сказал он. — «Поверь мне, как только ты это сделаешь, ты никогда не сможешь этого забыть. Лэндри не стоит этого».
— Но я должна быть уверена. Я не могу позволить этому ублюдку снова угрожать моей семье».
— «Я знаю, что ты не веришь старой поговорке, но Гильдия действительно решает свои проблемы/ подчищает за собой». — сказал Дэвис.
Триг смотрел на них с больничной койки. Напряжение, которое грызло Дэвиса изнутри с тех пор, как он нашел его в переулке, оглушенного и истекающего кровью, ослабло. Вокруг головы Трига была большая белая повязка, а в глазах боль, но доктор заверил всех, что удар не причинил непоправимого вреда.
— «Они сказали, что ты легко отделался, потому что кепка, которая была на тебе, смягчила удар», — сказал Дэвис.
Триг поморщился. — «Я услышал, как ублюдок подошел ко мне сзади в последнюю секунду, и попытался повернуться. Слишком медленно, слишком поздно. Извини, босс. Наверное, я слишком беспокоился о докторе и недостаточно о Лэндри.
— Это не твоя вина, — сказала Селинда. Она посмотрела на Дэвиса через кровать, сузив глаза. — «Нас заверили, что Гильдия позаботится о Лэндри».
К счастью, Элис Мартинес ответила до того, как Дэвису пришлось придумывать ответ.
— «Гильдия Каденса добилась определенного прогресса в сотрудничестве с нами, — холодно сказала она. — «Но до полного взаимопонимания еще далеко. Кто-то должен был взять трубку и позвонить мне гораздо раньше».
— «Да?» — Триг покосился на нее. — А что вы могли сделать с крупным авторитетом из Гильдии Фриквенси? Тем более, что против него не было веских улик».
— Я могла бы дать ему понять, что он под подозрением, — неустрашимо парировала Элис. — «Если бы Лэндри знал, что и копы, и местная гильдия следят за ним, можно поспорить, что он отправился бы обратно в Фриквенси Сити».
— Вы очень наивны, Мартинес. — Триг осторожно коснулся повязки на голове. — «Парень был чокнутым. Ничто бы не остановило его».
Элис откашлялась, а затем очень вежливо сказала: «Этот парень был сумасшедшим? Прошедшее время? Ты хочешь сказать, что мы зря тратим время на его поиски?»
Триг моргнул пару раз. — «Эм-м-м-"
Он беспомощно повернулся к Дэвису.
Дэвис понял, что Селинда и Элис тоже смотрят на него.
— «Возникла проблема, после того, как Гильдия забрала Лэндри из офиса Холлингса», — сказал он. — «Согласно моим источникам, Лэндри обезумел, вырвался и попытался сбежать в тропический лес. В туннелях под кабинетом доктора Холлингса есть дыра».
— Понятно, — сказала Элис, явно раздраженная. — Я полагаю, охранники Гильдии бросились в погоню?
— «Конечно.» — Дэвис пожал плечами. — «Но Лэндри был в панике. Он наткнулся на сильный призрачный шторм. Никто ничего не мог сделать, пока буря не утихла. К тому времени было слишком поздно. Его тело планируют отправить обратно в штаб-квартиру гильдии Фриквенси Сити сегодня вечером.»
— «Я не думаю, что кому-то в Гильдии пришло в голову, что полицейский Каденса может потребовать, чтобы судмедэксперт осмотрел тело, прежде чем оно будет возвращено в Фриквенси?» — спросила Элис, похолодев еще больше.
— Может быть, тебе следует поговорить с Мерсером Уайаттом, — услужливо предложил Триг. — «Он очень хорошо сотрудничает с полицией».
— Да, мы это заметили, — сказала Элис, глядя на него.
— Эй, не смотрите на меня, детектив, — быстро сказал Триг. — «Я всего лишь невинная жертва».
— «Конечно.» — Элис переключила свое внимание на Дэвиса. — «Знаете, я все время слышу, что, старые добрые времена, когда все в Гильдии делалось по правилу трех З, прошли. Но почему-то мне кажется, что есть много исключений. В следующий раз, когда вы увидитесь с Уайаттом, скажите ему, что он должен мне услугу за то, что я на это закрыла глаза. Понятно?»
— Я передам сообщение, детектив, — сказал он.
Элис кивнула, захлопнула блокнот и вышла из палаты.
Триг подождал, пока она уйдет, прежде чем тихонько присвистнуть. — Думаешь, она берет пистолет в постель?
Селинда сердито посмотрела на него.
— Извини, — сказал Триг. — «Я понимаю, что такой грубый сексуальный намек не является положительной чертой мужчины, который готов к преданным, приносящим удовлетворение отношениям. Это больше не повторится».
— Я вижу, ты добрался до восьмой главы моей книги, — одобрительно сказала Селинда. Она повернулась к Дэвису. — «Что это за правило трех З, которые Гильдия использует для решения проблем?»
— «Это означает «застрели, закопай, заткнись.», — объяснил Дэвис.
— «Хм.» — Она переварила это. — «Ну, это единственный раз, когда я не собираюсь жаловаться на методы Гильдии. Не могу передать, какое облегчение я испытала, узнав, что Лэндри исчез навсегда».
— Мы еще сделаем из тебя сторонника Гильдии, — ухмыльнулся Триг.
— Не рассчитывай на это, — ответила она. — «Кстати, раз уж ты взялся за чтение моей книги, в отличие от некоторых людей, не будем показывать пальцем, я дам тебе бесплатную консультацию от свахи. Помни, при нормальных обстоятельствах это стоило бы тебе кучу денег.
— Я понимаю, что никогда не смогу позволить себе тебя, — нетерпеливо сказал Триг. — И….?
— Ты и детектив Мартинес созданы друг для друга. Я предлагаю тебе позвонить ей, как только выйдешь отсюда.
— «Да!» — Глаза Трига заблестели.
Она подняла руку ладонью наружу. — «Независимо от того, что произойдет, я определенно не хочу знать, берет ли она пистолет в постель или нет. Это ясно?»
— Абсолютно, — пообещал Триг.
У него впервые появилась возможность пригласить ее к себе. К счастью, сегодня была смена домработницы, так что квартира была в относительно хорошем состоянии. По дороге домой он взял бутылку шампанского и сделал заказ. Ночь была теплой и ясной, поэтому он подал пиццу и салат на балконе с видом на Мертвый город.
Последние три часа они говорили обо всем, кроме них. Им обоим нужно было время, чтобы расслабиться после событий дня.
Где-то после ужина он зашел в дом за бутылкой ликера Изумрудного Сияния (Emerald Glow), которую купил вместе с шампанским. Вернувшись, он увидел, что Селинда встала с шезлонга и теперь прислонилась к перилам балкона. Рядом с ней сидели Араминта и Макс.
Мгновение он просто смотрел на нее, чувствуя, как внутри нарастает глубокая, голодная тоска. Она была частично отвернута от него, положив одну руку на перила, и задумчиво смотрела на руины, окутанные звездной ночью. Он видел изгибы ее плеча, груди и бедра.
Он взял себя в руки, подошел к столу и наполнил два маленьких стакана. Ее пальцы коснулись его, когда он протянул ей один.
— Спасибо, — сказала она, повернувшись к нему, чтобы улыбнуться. — «Мне это нужно. Я вымотана, но думаю, что сегодня вечером у меня будут проблемы со сном».
— «Это адреналин». — Он проглотил немного Изумрудного Сияния, наслаждаясь жаром. — «Это поднимает настроение и утомляет одновременно. Требуется время, чтобы отменить рез. Ты через многое прошла за последние несколько дней».
— Не мой обычный распорядок, это точно. — Она посмотрела в его лицо. — Я не думаю, что для тебя это было обычным делом. Ты так и не сказал, что случилось, когда ты последовал за Холлингсом в тропический лес.
Он оперся локтями на перила, держа в одной руке маленький стакан, и посмотрел на светящиеся руины. — «Он использовал реликвию на мне. Мне казалось, что я стою перед огромной плотиной, которую только что прорвало. Стена пси обрушилась на меня, уничтожив все, мои нормальные и паранормальные чувства. Это был хаос». — Он остановился на мгновение. — Я думал, что умираю.
— «Дэвис». — Она поставила стакан и подошла ближе, обвивая рукой его талию. Она наклонилась к нему, позволив ему впитать ее тепло, как в ту ночь, когда она привезла его в Каденс после встречи с людьми Лэндри. Больше она ничего не сказала.
Он отставил свой стакан в сторону и крепко прижал ее к себе, вдыхая ее запах.
— Ты была права насчет стратегии борьбы с эффектами реликвии, — сказал он ей в волосы. — «Я сосредоточился на чем-то действительно важном для меня, на чем-то даже более важном, чем мое собственное выживание. Я цеплялся за это, как человек держится за спасательный круг, когда корабль идет ко дну».
Она прижалась лбом к его плечу. — «Слава богу, это сработало. Я не была уверена, что получится».
Очень осторожно он откинулся назад и одним пальцем поднял ее подбородок так, чтобы она встретилась с ним взглядом.
— Это твое имя я использовал, чтобы заякорить себя во время шторма, Селинда.
— «Мое имя?» — Она казалась сбитой с толку.
— «Я не хотел умирать, я не мог умереть, потому что это оставило бы тебя в смертельной опасности. Я знаю, что согласно этой твоей книге, наверное, слишком рано говорить об этом, но я люблю тебя».
— О, Дэвис. — Она резко прижалась к нему. — «Я тоже тебя люблю. Я влюбилась в тебя в тот момент, как вошла в свой офис в Promises, Inc. и почувствовала твою пси-энергию. В тот день я поняла, что ты Мистер Идеал.»
— «Я правильно тебя понял». — Он немного рассмеялся, когда его охватила эйфория. — «Ты влюбилась в мои модели пси-волн?»
Она подняла голову. — «Я всегда знала, что узнаю мужчину своей мечты, когда встречу его».
— «Подожди секунду. Разве эта теория не противоречит правилам в твоей книге? Триг сказал, что в первой главе очень четко сказано, что не бывает любви с первого взгляда.»
— «Если когда-нибудь выйдет второе издание, я обязательно исправлю это явно неточное утверждение».
Из кабинета в Башне, в котором размещалась штаб-квартира Гильдии Каденса, открывался прекрасный вид на Мертвый Город. Внутреннее убранство личного кабинета Мерсера Уайатта было таким же элегантным и изысканным, как и у любого другого серьезного успешного генерального директора в городе. — «Мейнстрим», — подумала Селинда. Если бы вы мало знали об истории Гильдии, вы бы даже не догадались, что имеете дело с организацией, погруженной в секреты, устаревшие традиции и архаичные правила.
— Я обдумал ваше предложение относительно того, как поступить с реликвиями, мисс Ингрэм, — сказал Мерсер Уайатт.
Он стоял перед окнами, выглядя еще более грозным, чем на фотографиях или когда давал интервью репортеру на рез-экране. От его ястребиных черт лица, серебристых волос и глаз призрачной кошки до тяжелых янтарных колец, которые он носил на руках, все в нем излучало власть.
Именно его глаза привлекли ее внимание, когда они были представлены недавно друг другу. У Эммета Лондона были такие же глаза. Были определенные сходства и в их пси-узорах. Она знала, хотя ей и не говорили, что слухи были правдой. Эммет был сыном Уайатта.
Селинда была рада, что сегодня они с Дэвисом не остались один на один с Боссом Гильдии. Они привезли подкрепление. Эммет и Лидия Лондон. Как и Макс, который сидел на спинке стула Дэвиса, и Араминта, которая смотрела из сумки у ног Селинды.
Но у Уайатта была собственная поддержка, а именно его элегантная, привлекательная, гораздо более молодая жена Тамара. Дэвис объяснил, что Уайатт считал ее своим самым доверенным лицом. Тамара была охотницей, одной из статистически немногочисленных женщин, обладавших диссонансно-энергетическим пара-резным талантом. Ходили слухи о том, что Уайатт готовил ее к тому, чтобы она заняла пост главы Гильдии. Никто ни на мгновение не засомневался, что он сможет сделать невозможное и назначить женщину следующим Боссом Гильдии Каденса. У Уайатта была репутация человека, который добивался того, чего хотел.
Именно эта репутация беспокоила Селинду.
— Это не предложение, — сказала она, сохраняя очень вежливый и уважительный тон. Нет смысла злить Босса Гильдии больше, чем это необходимо. — «Я буду настаивать на том, чтобы обе реликвии были переданы в авторитетную медицинскую исследовательскую лабораторию. Если вам нужно предложение, я дам вам одно. Назначьте доктора Филлипса из Гленфилдского института ответственным за изучение терапевтических аспектов реликвий».
Уайатт нахмурился. — «Я понимаю, что вы обеспокоены намерениями Гильдии в отношении реликвий. Я понимаю, что ваш неудачный опыт общения с членом Гильдии Фриквенси Сити оставил у вас плохое впечатление. Однако уверяю вас, что Гильдия Каденса придерживается самых строгих стандартов.»
— Ты прав, — сказала она. — «Я не доверяю Гильдии. На мой взгляд, в организациях отсутствует соответствующая система сдержек и противовесов. Однако я признаю, что они играют определенную роль в обществе».
Серебряные брови Уайатта поднялись. В его опасных глазах мелькнуло что-то похожее на веселье. — Правда? Это очень открыто с твоей стороны.
— «Однако Гильдии представляют собой своеобразную смесь бизнес-корпораций и ополченцев по чрезвычайным ситуациям», — продолжила она. — «Я убеждена, что если какая-либо Гильдия, включая Гильдию Каденса, получит в свои руки реликвии, они будут рассматривать их как возможное оружие. Хотя я считаю, что в этом отношении у них очень ограниченный потенциал, меня раздражает мысль, что возможные терапевтические качества будут игнорироваться».
Тамара, сидевшая в черном кожаном кресле, скрестила колени и вдруг очень заинтересовалась. — «Почему вы считаете, что реликвии имеют лишь ограниченный потенциал в качестве оружия?»
Селинда посмотрела на нее. — «Основываясь на моем, по общему признанию, ограниченном опыте, я убеждена, что только тот, кто обладает такими же пси-талантами, как у меня и доктора Холлингса, может их активировать. Более того, это должна быть очень сильная форма этого таланта. Это означает, что круг людей, которые могут резонировать с реликвиями, вероятно, будет крайне ограничен». — Она сделала паузу для выразительности. — И я держу пари, что в этом бассейне не будет охотников за привидениями.
— «Почему нет?» — резко спросил Уайатт.
Лидия ответила торжествующей улыбкой. — «Она права. Известно, что когда в человеке присутствует особенно сильный талант, он не распространяется на весь психический спектр. Он всегда принимает определенную форму, такую как способность резонировать с эфемерной или диссонансной энергией. Нет ни одного зарегистрированного случая, когда человек обладал бы двумя одинаково мощными формами пси-таланта. Это, безусловно, означает, что никакие сильные охотники за привидениями не смогут запустить реликвию.»
— Вам придется полностью полагаться на таланты, не входящие в Гильдию, для проведения своих исследований, — деловым тоном заметил Эммет. — «Это означает, что у вас не будет полного контроля».
Рот Уайатта сжался. Селинда знала, что ему не нравится это слышать.
— «Селинда и Лидия правы, — сказал Дэвис. — «Так или иначе, вам придется передать исследование в стороннюю лабораторию. Почему бы не сделать из него медицинскую лабораторию?
Наступила долгая пауза, прежде чем Тамара задумчиво сказала: — Они правы, Мерсер.
Уайатт посмотрел на нее, нахмурившись, но спорить не стал.
— «Есть еще один фактор, о котором вам следует помнить», — быстро добавила Селинда. — «Хотя я уверена, что вокруг есть люди, которые могут зажечь эту реликвию для вас, факт в том, что Холлингс мертв, и вы осознаете, что я единственная, кто может это сделать».
Уайатт выглядел внезапно очарованным. — Вы пытаетесь шантажировать меня, мисс Ингрэм?
— «Нет, конечно нет.» — Она глубоко вздохнула. — «Я говорю вам, что если вы хотите, чтобы я сотрудничала в тестировании реликвий, исследование должно быть проведено на моих условиях».
Уайатт кивнул. — «Определенно, звучит как шантаж для меня».
Лидия откашлялась. — «Есть еще один аспект, который вы, возможно, захотите рассмотреть. Если вы передадите реликвии медицинской исследовательской лаборатории, вы получите очень хорошую рекламу для Гильдии».
Тамара склонила голову. — «Верно. Мерсер, нет особого смысла сохранять контроль над реликвиями, если мы не можем их использовать, но если они окажутся терапевтическими медицинскими устройствами, мы можем получить хорошую рекламу. Мы обеспечиваем безопасность Института Гленфилда, потому что именно туда мы отправляем наших людей, когда они получают травмы при исполнении служебных обязанностей. Там мы сможем защитить артефакты. Кроме того, мы знаем доктора Филлипса и доверяем ему».
Уайатт перестал рыскать и остановился. Было очевидно, что он принял решение. Он был генеральным директором, который знал, как сократить свои убытки.
— Очень хорошо, мисс Ингрэм, — сказал он. — «Реликвии будут переданы доктору Филлипсу и его сотрудникам для дальнейшего исследования. Вы удовлетворены?»
— «Да.» — Она посмотрела на Араминту, которая жевала печенье. — «Осталась только одна маленькая проблема».
Полтора часа спустя Селинда и Дэвис сидели на веранде Гленфилдского института. Араминта, взгромоздившись на подлокотник кресла Селинды, ела лимонную дольку, которую ей дал доктор Филлипс. На тарелке на соседнем столе лежало еще несколько. Макс помчался исследовать сады.
— «Вы говорите, что эти рубиновые янтарные реликвии действительно могут нейтрализовать последствия серьезной пси-травмы?» — Доктор Филипс изучал ту, которую держал в руках.
Араминта не возражала, когда реликвия, принадлежавшая Холлингсу, была передана Филлипсу. Селинда все еще не знала, как она отреагирует, когда ему вручит свою.
— «Честно говоря, я понятия не имею, насколько они будут эффективны, — сказала Селинда. — «Все, что я знаю, это то, что прошлой ночью мне удалось усилить пси-волны Дэвиса, чтобы он не впал в кому после того, как вытащил призрачное серебро. Я также смогла манипулировать волнами двух мужчин, с которыми он сражался под землей».
— «Я рассказал вам, что Холлингс сделал с этой штукой, когда мы с ним столкнулись под землей, — сказал Дэвис.
— Палка о двух концах, — тихо сказал Филлипс. — «Исторически так было со многими наиболее значительными достижениями в медицине. Антибиотики и лекарства, хирургические процедуры, инструменты, машины и все остальное. К ним нужно относиться с величайшим уважением, потому что они могут как убить, так и вылечить».
— «Именно поэтому мы отдаем вам реликвии», — сказала Селинда. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь вам найти правильное применение этих устройств, но я думаю, что в долгосрочной перспективе вам будет лучше, если вы найдете среди медиков людей, обладающих моими пси-талантами. "
Филипс продолжал рассматривать реликвию. — «Мы немедленно начнем поиски. Я не могу передать вам, насколько я взволнован возможностями. У нас было так мало эффективных методов лечения пси-травм. В конечном счете, как и в случае с Дэвисом, все сводится к тому, есть ли у пациента сила, чтобы бороться за свое возвращение и выздоровление. К сожалению, слишком многие этого не делают. Эти реликвии вселяют большую надежду».
— Вот, — сказала Селинда.
Она полезла в карман и достала реликвию, которую Араминта настояла купить. Араминта замерла на подлокотнике кресла, внимательно наблюдая за происходящим.
Селинда положила реликвию и подняла ее. Она держала ее обеими руками и смотрела прямо в ее голубые глаза. — «Я знаю, что ты не понимаешь, о чем я говорю, но я надеюсь, ты поймешь, что я действительно хочу, чтобы реликвия была у доктора Филлипса. Это очень важно для меня, Араминта. Он хороший человек, прекрасный врач. Он найдет ей полезное применение. Хорошо?»
Араминта пару раз моргнул. Селинда откинулась на подлокотник кресла. Затем она взяла реликвию и медленно передала ее доктору Филлипсу.
Араминта внимательно следила за происходящим. Затем она пожала плечами, в вариации пыльного комочка, и вскочила на стол, чтобы угоститься третьей долькой лимона.
— Вот, — сказал Дэвис. — «Еще один великий момент в истории медицины стал возможен благодаря пыльному кролику и тарелке лимонных долек».
— Еще одна неделя и очередная свадьба, — пролаял Девис.
— «А что ты хотел?» — Селинда рассмеялась. — «Сейчас сезон. Кроме того, ты не должен жаловаться. Ты потрясающе выглядишь в смокинге.»
Они стояли вместе с другими гостями и смотрели, как жених и невеста готовятся к первому вальсу как супруги. Новая миссис Бун выглядела эффектно в винтажном свадебном платье и фате до пят. Ее муж, Купер Бун, выглядел до мозга костей могущественным Боссом Гильдии, каким он и являлся.
Бальный зал был заполнен высокопоставленными членами Гильдии и семьями Гильдии из всех четырех городов-государств и множества маленьких городков между ними. Все на свадьбе было традиционным для Гильдии, включая кварцево-зеленые и янтарно-желтые цветочные композиции и большой свадебный торт, украшенный янтарными и зелеными розами. Зеленое шампанское лилось рекой из полудюжины фонтанов, разбросанных по ярко освещенному залу.
Элли и Купер Бун кружили по полу, явно потерявшись друг в друге.
— «Идеальная пара», — подумала Селинда. Она вытерла глаза. Теперь к ним присоединились и другие пары, в том числе Лидия и Эммет, Тамара и Мерсер Уайатт.
— «Ты только познакомилась с Купером и Элли», — сказал Дэвис, забавляясь. — Ты их почти не знаешь. Какого черта ты плачешь?»
— «Я ничего не могу с собой поделать». — Она сморгнула слезы. — «Я сваха. Это связано с профессией».
— Ты собираешься плакать и на нашей свадьбе? — спросил он с интересом.
Она приложила салфетку к глазам и выбросила в ближайший контейнер. — «Нет, конечно нет. Невесты никогда не плачут на собственной свадьбе. Они слишком заняты тем, чтобы убедиться, что все под контролем».
— «Отлично.» — Он поймал ее руку, крепко сжав ее. — Я бы не хотел, чтобы кто-нибудь подумал, что ты сожалеешь в последнюю минуту.
— «Никогда.» — Удовлетворение вспыхнуло внутри. — «Ты мистер Совершенство, человек, которого я ждала всю свою жизнь».
Он рассмеялся и вытащил ее на танцпол. — Я далек от совершенства, — сказал он, обнимая ее. — Но то, что я чувствую к тебе, абсолютно прекрасно. Я люблю тебя, Селинда.
Она светилась сладкой уверенностью в его любви.
— Я люблю тебя, Дэвис, — прошептала она.
Небольшая группка непрошенных гостей наблюдала за радостной сценой с фуршета, задрапированного янтарем и зеленью. Каждый был одет по случаю. Мохнатик носил янтарно-желтую ленту. Подруга невесты, Роуз, блистала в сверкающем браслете на шее. Макс и Араминта были украшены блестящими канцелярскими скрепками, которые лихо закрепили маленькие пучки меха на макушке.
С точки зрения кучки голодных пыльных кроликов великолепный свадебный торт вырисовывался на милю в высоту, а фонтаны с шампанским лились реками.
Если люди предпочитают танцевать, а не есть, это их проблема. Пушки знали, что делать с полностью заполненным фуршетом.
КОНЕЦ