Бейн из Адвевета — самый страшный бессмертный воин за всю историю Великой Войны. Одержимый кровожадным зверем, он не остановится ни перед чем, чтобы победить. Затем встречает неотразимую Нолу Ли. Он ненавидит власть, которой она обладает над ним, но только Нола может отомстить убийце его жены.
Не подозревая о своем предназначении — стать королевой зверей, Нола борется с болезнью, зависимостью и уязвимостью. Однако с Бейном она впервые испытала удовольствие и хочет большего. Но за это приходится платить ужасную цену.
Ради выживания Бейн и Нола должны бороться с врагами, скрывающимися за каждым углом. Но время идет, и ни один из них не может устоять перед обжигающим притяжением, полыхающим между ними. Спасет ли их роман чудовище и его красавицу, или разрушит все, что любят?
1.0 — создание файла
Переведено специально для группы WonderlandBooK
Любое копирование без ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО!!!
Переводчики: Shottik, Skvopics
Редактор: Shottik
Русифицированная обложка: inventia
Когда-то давно короли и королевы со всех концов галактик искали новые миры, чтобы заселить их, и другие виды, чтобы ими править. Эти жадные королевские особы посылали в бой вооруженные легионы. Миллионы погибли, вновь открытые планеты были уничтожены. В то время как бессердечные монархи взволнованно наблюдали за этими кровожадными битвами, новые миры превращались в пустоши.
Желая продолжить свои игры и подчинить новые миры, они согласились на состязание — Великую Войну. Каждый правитель посылал одного воина на любую вновь открытую территорию. Лучшего воина. Эта территория становилась их игровой площадкой… и полем битвы. Один чемпион забирал все, а проигравшие умирали.
На протяжении веков один негласный указ оставался неизменным. «Не влюбляться в местных жителей».
— Бейн из Адвевета
— Нола Ли
Бейн из Адвевета проигнорировал свои инстинкты доминировать над женщиной… как и всегда… и перекатился на спину в ожидаемую позу для мужчины из Адвевета. Не просто ожидаемую, но и принуждаемую законом.
Будет ли удовольствие больше, если он окажется сверху? Бейн обсуждал это с Мередит однажды, всего один раз, но она не проявила к разговору интереса, поэтому он оставил эту тему. В большинстве случаев он говорил себе, что ему все равно. Иногда даже в это верил.
Купаясь в свете свечей, Мередит встала на колени, оседлала его и опустилась на его пульсирующую длину. Наслаждение!
Запрокинув голову и выгнув спину, Мередит застонала от восторга и начала объезжать его. Пот блестел на ее золотистой коже, а золотистые глаза светились от желания. «Такая красивая». Такая сильная и храбрая.
Мередит была любовью всей его жизни. Не так давно они произнесли клятвы перед членами королевской семьи и пэрами, навсегда связывая свое будущее. «Только смерть их разлучит».
Когда она уперлась руками в его икры и резко дернула бедрам, его разум затуманился… только чтобы очнуться с единственной мыслью. «Больше». Издав сдавленный стон, он обхватил ее за талию, чтобы контролировать ее движения. Вверх и вниз. Быстрее. Сильнее. Именно так, как ей нравилось.
— Бейн. До чего же хорошо. — Короткие светлые локоны танцевали вокруг ее великолепного лица.
Еще сильнее. Все быстрее и быстрее. Ей нравилась его свирепость. Но ведь его всегда тянуло к женщинам-воительницам. Тем, кто достаточно храбр, чтобы биться наравне с ним.
Мередит, однако, предлагала нечто большее, чем просто физическую устойчивость. Будучи сокровищем внутри и снаружи, она стала его единственным убежищем в жестокой, кровавой вечности.
Внезапно в его голове раздался пронзительный голос:
Бейн дернулся. Только один человек когда-либо общался с ним посредством телепатии. Королева Эвелин Великая, избранная судьбой и наделенная сверхъестественными силами. «Моя хозяйка и мучительница».
Как и все королевы и принцессы в правящем классе, Эвелин могла телепатически разговаривать со своим народом, быстро исцеляться и телепортироваться; у нее также была своя особая способность: высасывать жизненную силу одним прикосновением.
Мередит продолжала скакать на нем, не замечая, что он отвлекся.
Он ответил королеве: «Я занят. Это может подождать час?». Дурацкий вопрос. Он хорошо знал Эвелин. Они были влюблены друг в друга с детства, пока некогда добрая и внимательная принцесса не превратилась в жестокую и эгоистичную королеву. Теперь ее нетерпение не знало границ. «Или тридцать-двадцать-десять минут, всего десять».
Он не хотел оставлять жену неудовлетворенной.
Эвелин никогда не произносила пустых угроз.
За четыре столетия своей жизни Бейн видел, как к власти пришли шесть разных принцесс. Какой бы милой ни была женщина, что-то темное и коварное всегда заражало ее во время церемонии коронации, насильственного процесса, известного как кровавый ритуал. Кружащиеся золотые руны появлялись на коже, преобразуясь в вечное клеймо, которое каким-то образом сжигало все хорошее и правильное, создавая титулованное, потворствующее своим желаниям, невоздержанное существо без морального кодекса.
— Прости, любимая, — проскрежетал он, уже находясь… на грани. — Я должен идти. Королева приказала мне явиться.
— Что? — Мередит ударила его кулаками в грудь. — Ты не можешь оставить меня в таком состоянии.
— Я не оставлю. — Он протянул руку между их телами, прижал подушечку большого пальца к ее клитору и довел ее до быстрого оргазма. Когда ее внутренние стенки сжали его тело, он стиснул зубы, перевернул ее на бок и вышел из рая. То, что осталось от его удовольствия, переросло в агонию. — Прости, — повторил Бейн, спрыгивая с кровати, чтобы спрятать свой член за парой черных кожаных брюк.
Она села на матрас и усмехнулась.
— Мой бедный малыш. Ты никогда не поместишь эту штуку в свои штаны. — Ухмылка исчезла. Наклонив подбородок, она указала на его член. — Эвелин выбрала самый неподходящий момент.
— У Эвелин всегда все самое худшее.
Сквозь стены раздались приглушенные голоса, за ними последовал хор смеха. Сейчас Бейн и Мередит жили в армейских казармах по соседству с Хиветтом, королевским дворцом, где зубчатые хрустальные стены были выложены в виде сот.
За эти годы Хиветт стала бьющимся сердцем всего мира… и скорее тюрьмой, чем домом.
Несколько недель назад он купил землю за пределами города, где начал строить дом мечты Мередит. Место, где можно было бы растить своих детей, если на них когда-нибудь снизойдет благословение.
— Когда я вернусь, мы продолжим с того места, где остановились, и я подарю тебе еще один оргазм. — Он сел на край кровати, чтобы натянуть сапоги.
— Неприемлемо. — Мередит прижалась обнаженной грудью к его спине и положила подбородок ему на плечо. — Для начала ты подаришь мне два оргазма.
Он усмехнулся, хотя его веселье быстро угасло. Часы с обратным отсчетом начали звучать в его голове. Тик-так. Тик-так.
Она прикусила мочку его уха.
— Если бы я могла бросить вызов Эвелин от твоего имени и победить, я бы это сделала.
— Я знаю. — Но, если она осмелится попытаться, Бейн будет вынужден ей отомстить. Ничто не нарушит мистическую связь между Адвеветским воином и его королевой, даже любовь к другому.
Королева имела абсолютный контроль над своими людьми, а также над зверьми, которые жили внутри них. Чудовища презирали буквально все, кроме смерти. Печальный бич, с которым воины сражались физически, умственно и эмоционально каждую минуту каждого дня, помимо двух исключений. Секс и близость королевской особы.
Как по команде, в его голове раздался знакомый рев протеста. Зверю не нравилось, что скоро он покинет желанного партнера. Любого партнера. Звери не разборчивы и никогда не бывают довольны.
«Знакомое чувство». Всю свою жизнь Бейн чувствовал себя неполноценным. Он думал, надеялся, что брак исправит его, но…
Снова рев. Более громкий. Бейн глубоко вздохнул, стараясь сохранять спокойствие. Всякий раз, когда хозяин терял контроль над собой, зверь настигал и изменял его.
Он увеличится в ширину и высоту, из головы вырастут рога, из позвоночника выступят шипы, когти появятся на кончиках пальцев. Чешуя, твердая, как сталь, покроет его кожу, а зубы заострятся, превратившись в эмалированные кинжалы. Он будет убивать самозабвенно, испытывая при этом радость, вкус крови будут подобен амброзии, крики боли — музыке.
— Как ты думаешь, чего хочет от тебя Эвелин Ужасная? — спросила Мередит, отвлекая его от размышлений.
— Скорее всего, она прикажет мне убить того, кто ее обидел. — И Бейн сделает это без колебаний. Сделает все, что она прикажет; как бы это ни было подло, ее приказ был его долгом. Физически он не мог ослушаться.
При этом напоминании его охватила ярость.
— Мы должны найти способ разорвать власть королевы над тобой, — сказала Мередит.
— Как бы ужасно это ни было, как бы я ни презирал это, связь с королевской семьей необходима. — Факт, который трудно понять свободным от зверя. Они не могли постичь постоянного перетягивания каната между человеком и чудовищем, или равновесия, созданного королевскими особами.
Мередит тяжело вздохнула.
— Я помогу тебе, кого бы она ни приказала убить.
— Одна из бесчисленных причин, по которым я люблю тебя. — Он быстро поцеловал свою прелестную жену и выбежал из казармы, словно у него горели ноги.
На его пути появился воин, но он легко увернулся. Имея в запасе сорок девять секунд, он влетел в тронный зал и остановился перед помостом, где поднял подбородок, расправил плечи и расставил ноги.
Зверь затих.
Запах восковых свечей и жимолости наполнил его ноздри. Жимолость — аромат, источаемый каждой Адвеветской королевой и принцессой.
«Ненавижу жимолость!»
Свет исходил от люстры размером с его спальню, отражаясь от твердого золотого пола. На стенах висели портреты предыдущий королев. Сидя на троне из аметиста и хрусталя, Эвелин окинула его янтарным взглядом и холодно улыбнулась.
— Такой же восхитительный, как я помню, — промурлыкала она. — Одобряю.
«Просто кусок мяса для нее». Когда-то она смотрела на него с любовью и нежностью, даже обожанием. Держала его за руку, целовала костяшки пальцев и клала голову ему на плечо, довольная тем, что просто была с ним.
Как и все члены королевской семьи, она обладала обманчиво нежной внешностью с безупречной золотистой кожей, светлыми волосами, как лунный свет, и радужками, оттеняющими восход солнца, который его слишком чувствительные глаза видели только на картинках.
Слабые золотые руны украшали ее плоть кружащимися узорами. Прозрачное розовое платье подчеркивало каждый идеальный изгиб ее тела: полные груди, узкая талия и широкие бедра. Прорези в юбке позволяли разглядеть ноги, когда она двигалась.
Для тех, кто предпочитал, чтобы их женщины выглядели хрупкими, как стекло, Эвелин была воплощением красоты… снаружи. Однако внутри она была гнилой до мозга костей, жадной и испорченной, и Бейн презирал ее всеми фибрами своего существа. Честно говоря, так яростно он презирал всех членов королевской семьи Адвевета.
Когда Эвелин даже не попыталась начать разговор, на котором настаивала, он оборвал ее проклятием.
— Ты меня вызывала?
— Уйти от твоей новой жены было… трудно, как я вижу.
Вполне. Раскаленная добела похоть все еще текла по его венам.
— Почему я здесь, Эвелин?
Она взмахнула изящной рукой, отпуская охранников, стоявших позади нее. Маунт и Мика, братья, известные своей порочной натурой.
Мика послал ему воздушный поцелуй. Маунт подмигнул.
Как только двери за мужчинами закрылись, Эвелин сказала:
— Ты здесь, потому что у тебя есть то, чего нет у других моих элитных воинов. Повод для быстрой победы.
Подозрения заплясали в его мыслях, и он сжал пальцы, отчаянно пытаясь удержать оружие.
— Не говори…
— Альянс Великой Войны открыл еще один мир, — вставила она. — Огромный, известный как Терра, с климатом и ландшафтами на любой вкус. Есть океаны, горы, равнины, леса, пустыни и многое другое.
Подозрения подтвердились. Нахлынули страх и агрессия.
— Я уже выполнил свой долг перед Адвеветом, Хиветтом и даже тобой, завоевав два новых мира. — Взамен он получил шрамы, ночные кошмары и глубокое недоверие к другим. — Я заслужил свою отставку.
— Через неделю ты отправишься в этот новый мир, — безжалостно продолжала она. — Ты станешь моим представителем, сражаясь в следующей войне. Ты завоюешь Терру.
Во всех галактиках существовали тысячи иных миров, сфер и измерений. Дома для различных видов, бессмертных и созданий из легенд. По мере того как эти миры соперничали за господство, вспыхивали войны, лидеры стремились завоевать как можно больше территорий и рабов.
Чем больше территорий и рабов, тем больше вероятность победы в следующей войне, как и в последующих. Но в процессе этого многие из этих иных миров, сфер и измерений были уничтожены, стали непригодными для жизни. Стремясь спасти будущие миры, лидеры образовали Альянс Великой Войны и породили Великие Войны.
Каждый участвующий мир посылал своего представителя на вновь открытую землю, где они сражались не на жизнь, а на смерть. Вся планета превращалась в арену гладиаторов. Но были и проблемы.
По мере того как находилось все больше и больше планет, все больше и больше представителей отправлялось воевать. А поскольку писцы вели записи, будущие воины могли учиться на ошибках своих предшественников, и убивать их становилось все труднее. Каков результат? Одна-единственная война может длиться не дни, а десятилетия.
Вторая Великая Война Бейна длилась тридцать три года. К тому времени, как он вернулся домой, его невеста… принцесса Эвелин… вступила на трон и решила, что больше не хочет его.
Тогда он был опустошен. Он нежно любил ее, скучал по ней всеми фибрами души. Потом заметил перемены в ее характере и обрадовался, решив, что увернулся от пули.
Если Эвелин прикажет другому воину проявить интерес к Мередит во время отсутствия Бейна…
Гнев превратился в раскаленную добела ярость, разъедающую, как кислота, в то время как паника разрывала грудь. Еще одна проблема: Бейн использовал секс, чтобы контролировать своего зверя, спал с Мередит дважды в день. Как минимум! Если он отправится на Терру, ему придется провести недели, годы, десятилетия без любовницы. Он скорее умрет, чем предаст ее.
— В этой войне мой представитель окажется в ужасном невыгодном положении, — сказала Эвелин, не обращая внимания на жестокую бурю, бушевавшую внутри него. — Солнце на Терре достаточно яркое и светит в течение более длительных периодов времени. Учитывая нашу чувствительность к свету, необходимо принять меры.
— Почему бы тебе самой не сразиться в этой битве? — он сорвался, его кровь была как топливо, каждая клетка, словно пылающая спичка. — Ты слишком слаба? Слишком труслива?
— Осторожно, — сказала она ему ломающимся голосом. — Я могу заставить тебя отрезать себе язык.
— Через несколько дней я отращу новый.
— Верно подмечено. Вместо этого я вырежу язык Мередит.
Черт бы ее побрал. Цена была слишком высока.
— Судя по твоему потрясенному выражению лица, ты больше не протестуешь. — Она ухмыльнулась. — Мои ищейки обнаружили Терру год назад. Я телепортировала группу женщин с приказом соблазнить самых сильных и влиятельных представителей мужского пола. Большинство из них легко слились с обществом и многие уже беременны полукровками. Возможно, мой следующий отряд воинов сможет находиться на солнечном свете, не будучи ослабленным или ослепленным.
Он до боли сжал челюсти. Полукровка — унизительное название для Адвеветского гибрида.
— Не сообщить об открытии нового мира — это преступление, от которого можно откупиться, но тайком провести туда своих граждан… это преступление карается смертью. — И не только для королевы. Высший Совет пошлет армию Наблюдателей в Адвевет с единственной целью: убить всех.
Наблюдателей готовили как убийц, их количество было неисчислимо. Как мужчины, так и женщины, все они были отданы Высшему Совету детьми в качестве платы за участие в Великой Войне. Адвевет станет поучительным примером.
Эвелин проигнорировала его заявление, сказав:
— Я не знаю, какая женщина вынашивает королевскую особу.
Всякий раз, когда Адвеветийцы размножались с другой расой, они создавали новую колонию, производя на свет горстку принцесс, которые в один прекрасный день имели возможность стать королевой. Если переживут кровавый обряд. Если выживет больше одной принцессы, они будут сражаться насмерть.
Бейн знал, что последует дальше, и проглотил проклятие.
— Когда родится королева, — сказала Эвелин, — ты убьешь ее и сохранишь ее сердце.
Да. Вот оно. Проклятие слетело с губ вместе с дюжиной других. Когда королева съедала сердце своего врага, то становилась сильнее в геометрической прогрессии… на какое-то время.
— Ты хочешь, чтобы я убил младенца?
— Ай. Неужели у моего остроумного зверька проснулась совесть? — Она отбросила эту мысль еще одним взмахом руки, как будто его «чувствительность» не имела никакого отношения к ситуации. — Мы не можем позволить принцессе стать королевой. Как только она это сделает, полукровки пробудятся, и Высший Совет узнает, что мы сделали.
— То, что сделала ты и твоя ненасытная жадность. Ты поставила наших людей…
— Моих людей, — настаивала она.
— … в серьезную опасность. — Она подвергла Мередит смертельной опасности. Да, его жена может сама о себе позаботиться, но он не потерпит ненужного риска ее благополучию. Он и так потерял слишком много. Своих родителей, обоих братьев и единственную сестру.
Возможно, ему следует найти другую чистокровную Адвеветскую принцессу, готовую бросить вызов Эвелине, и помочь ей принять корону. Были ли другие? Эвелин убила так много людей.
Как только Бейн найдет ее, его связь с Эвелин ослабнет, и он сможет установить новую с другой королевой. Но о чем стоит беспокоиться? Он придется подчиняться капризам другой капризной сучки, такой же плохой, как Эвелин. Или еще хуже!
Когда же закончится этот ужасный замкнутый круг?
— Я не убью ребенка, — проскрежетал он. — Выбери кого-нибудь другого. — Красивые слова. Эта женщина могла заставить его сделать все, что угодно, и они оба это знали. Хотя принуждать его к чему-либо, особенно к войне, было бы неразумно. У вынужденных и немотивированных представителей более высока вероятность поражения.
Раздражение исказило ее черты.
— Ты отказываешься завоевать Терру?
— Отказываюсь.
Эвелин прицокнула.
— Никогда еще мужчина не был так неблагодарен за ту жизнь, которую я ему даровала. Я полагаю, тебе нужен стимул, чтобы уйти, и лучший стимул, чтобы быстро вернуться. Очень хорошо. Я с радостью предоставлю его тебе. Что бы ни случилось, ты не превратишься в своего зверя, Бейн. Это приказ.
Она щелкнула пальцами. Слева от помоста открылась пара двойных дверей. Вошел Мика, волоча за собой закованную в цепи пленницу. На ней была бледно-голубая ночная рубашка. Рубашка, которую он узнал.
Из него вырвался рев, эхом разнесшийся по комнате. Мередит! Их взгляды встретились, ярость потрескивала в ее золотистых радужках… ярость, окрашенная страхом, и это опустошило его.
Как и он, она выросла солдатом. Страх был выбит из нее. Тот факт, что она чувствовала его сейчас…
Отчаяние подтолкнуло его подняться вверх по ступенькам помоста.
Глаза Эвелин сузились.
— Остановись. Встань на колени.
Вот. Так. Просто. Всего в нескольких шагах от цели он остановился и упал на колени. От удара его коленные чашечки треснули. Ярость и страх пронзали его насквозь, каждый судорожный вдох сдирал кожу с его легких. Он боролся изо всех сил, но не мог подняться на ноги.
Мика улыбнулся, самодовольно и высокомерно, когда толкнул Мередит на колени, заставляя повторить позу Бейна. Этот ублюдок всегда наслаждался чужими страданиями.
— Мой дорогой Мика, — сказала Эвелин. — Будь добр, заставь девушку истекать кровью.
— Нет! — Закричал Бейн, желая, чтобы его зверь вышел, несмотря на приказ королевы. Увы, зверь отказался даже попробовать; он мог ненавидеть Эвелин, но и Мередит он не любил, а только терпел ради секса. Монстр верил, что секс можно найти где угодно и когда угодно, прибегая к честным и бесчестным методам.
Мика перевел взгляд на Бейна. Широко улыбнувшись, ублюдок нанес удар. Голова Мередит завалилась на бок, ее губы треснули. Алая река потекла к подбородку.
— Нет! — Бейн напрягся так сильно, что вывихнул оба плеча. Жгучая боль пронзила его, но ему было все равно, и он не остановился.
— Чего бы она не захотела… — Его жена выплюнула полный рот крови, затем высоко подняла голову. — Не смей давать ей это, Бейн.
Хотя его зрение затуманилось, он встретился взглядом с Эвелин.
— Не делай этого. Пожалуйста. — Он сказал себе, что она не посмеет. Правда, они больше не любили друг друга, но у них была своя история. В этом случае она капитулирует. Должна.
— Ты не оставляешь мне выбора, — ответила она так же безжалостно, как и всегда. — Я должна устранить твое желание остаться здесь.
— Если ты убьешь ее, у меня не будет стимула выиграть войну. — Хотя ему очень хотелось снова взглянуть на Мередит, он не сводил глаз с Эвелин. — Я с радостью отдам свою жизнь на Терре, и ты проиграешь Великую Войну.
Она улыбнулась, шестеренки явно вращались у нее в голове.
— Мой ответ… нет. Ты сделаешь все возможное, чтобы выиграть Великую Войну, лишь бы вернуться и отомстить мне.
Осознание: она на самом деле может… это сделать. Паника вернулась и удвоилась, вцепившись в него когтями.
— Я умоляю тебя, Эвелин. Не делай этого.
— Глупый Бейн. Все уже давно решено. — Она кивнула Мике.
Ублюдок скользнул Мередит за спину, затем потянул ее за волосы, чтобы обнажить уязвимую шею.
— Я пойду, — выпалил Бейн. — Я убью принцессу-полукровку и завоюю Терру. Даю тебе слово.
— Слишком поздно. — Эвелин встала плавным движением и скользнула ближе к Мередит. Она остановилась всего лишь на расстоянии шепота.
Он боролся, боролся отчаянно. По его щеке скатилась обжигающая слеза.
— Пожалуйста, Эвелин.
— Я люблю тебя, Бейн. — Мередит попыталась улыбнуться, но у нее вырвался всхлип. — Я надеюсь, что мы встретимся снова.
— Вы оплакиваете друг друга. Убогие. — Эвелин без всякой нежности погладила Мередит по щеке.
Бейн выкрикивал проклятие за проклятием. «Успокойся. Подумай!» Из него посыпались слова.
— Ты помнишь, когда мы были детьми, Эвелин? Ты хотела заполучить розу из личного сада королевы. Я прокрался и украл ее для тебя, заработав двадцать ударов плетью. И все же я перенес боль с гордостью, потому что заставил тебя улыбнуться. Ты сказала, что никогда не забудешь, что всегда будешь у меня в долгу.
— О, да. Насчет этого. Я солгала, — сказала она, даже не взглянув в его сторону.
Он разразился новыми проклятиями.
Мередит вздрогнула… сначала. Затем черные линии… линии смерти… разошлись по ее лицу от рук Эвелин, и она замерла, совершенно сломленная. Кровь полилась из ее глаз и ноздрей.
Новые слезы потекли по его щекам. Прикосновение смерти. Уникальная способность Эвелин в действии.
Пока его драгоценная жена судорожно хватала ртом воздух, ее рот то открывался, то закрывался, кровь окрашивала зубы и стекала по подбородку. И все же он боролся. «Доберись до нее! Надо только добраться до нее, и все будет в порядке». Он перельет ей свою кровь. Каждую каплю, если понадобится. Ее жизнь взамен его. Достойная жертва. Мышцы и сухожилия рвались, боль была невыносимой. В его глазах замигали звезды. И все же, желание оставаться на месте не ослабевало.
Затем голова Мередит наклонилась вперед, ее тело обмякло.
— Нет!
Она эм… ушла?
Эвелин кулаком разорвала грудную клетку его жены, вырвав у нее сердце. Мика отпустил ее тело, и Мередит рухнула на пол. Раздался треск ломающихся костей.
Она была. Она ушла. Умерла. Вина, горе и предательство пронзили Бейна, оставив его сердце в руинах. Мередит была мертва, и Эвелин сделала это. Женщина, которую он когда-то любил, на которой собирался жениться, убила женщину, которую он любил и на которой женился. Она отнеслась к их общему прошлому как к мусору. Посчитала его ничем. Даже меньше.
Королева встретила его взгляд, усмехнулась и впилась зубами в сердце жены. Когда она закрыла глаза, наслаждаясь приливом сил, он запрокинул голову и кричал до тех пор, пока его легкие не начали гореть.
— Замолчи, — рявкнула Эвелин.
Вынужденный повиноваться, тяжело дыша, он уронил руки по бокам и опустился на корточки. Он подвел свою драгоценную жену, и он не… он не смог…
Королева доела орган и подошла к нему так же грациозно, как и прежде. Взяв двумя пальцами его подбородок, она заставила его поднять глаза.
— Ты хочешь ударить меня, воин? — Кровь испачкала ее зубы.
— Хочу. — Ярость обожгла его, потребность наброситься на нее стала сильнее, чем когда-либо прежде, каждый ее вдох был непростительным оскорблением. Он отдал бы все, чтобы ее ударить. И если он не сможет покончить с ней сам, то найдет другой способ.
Или еще одну королеву.
«Забываем о токсическом замкнутом круге». Бейн будет служить кому угодно, только не Эвелин.
Даже принцессам на Терре, кем бы они ни были. Когда одна из них достигнет совершеннолетия, он сможет узнать ее из многотысячной толпы. Найдет и будет защищать, пока не выиграет Великую Войну. Как раз перед тем, как Эвелин прибудет за своей добычей, он совершит кровавый ритуал, пробуждая полукровок. Высший Совет предположит, что Бейн породил их во время своей многолетней борьбы, что было совершенно законно.
Новая королева могла бы сразиться и убить Эвелин.
Последствия? Да. Не он нанесет смертельный удар.
Разве это имеет значение? Так или иначе, Эвелин должна была умереть.
Надежда вспыхнула, как пламя, нуждающееся в топливе.
— Ты права, — сказал он, сверкая глазами. — Я отправлюсь на Терру и выиграю Великую Войну. Однажды мое улыбающееся лицо будет последним, что ты увидишь, прежде чем меч вонзится в твое черное сердце.
Она погладила его по щеке и довольно улыбнулась.
— Я с нетерпением жду твоей попытки.
— Нола Ли, Оклахома «Love Match Magazine»
«Убивать. Беспощадно».
По следу своей следующей цели Бейн пробирался сквозь земные джунгли. Пот заливал его, истощая силы, но прилив адреналина поддерживал его, питал голодные мышцы. Массивные деревья росли в изобилии, их переплетенные ветви образовывали лиственный навес, закрывая слишком резкие солнечные лучи. Благословение и проклятие. Эти скрюченные ветки образовывали на его пути непреодолимые стены, замедляя продвижение.
«Скорее!» Пока он обходил очередной клубок растительности, угроза сопровождала каждый его шаг. Он изо всех сил старался держаться в тени. Обезьяны наблюдали за ним с деревьев, настороженные и испуганные. Чувствовали ли они хищника, превосходящего их самих?
Неизменная ярость липла к нему, как вторая кожа, усугубленная изнуряющей жарой и плотной пеленой влажности. Под его яростью скрывалась непоколебимая жажда мести. Спасательный трос. Его единственный друг. «Сохраняй концентрацию. Не думай о Мередит».
«О восхитительной сильной Мередит».
Он прикусил язык, почувствовав вкус крови, и заставил себя сосредоточиться на предстоящей охоте.
У него не было оружия, в нем нет нужды. «Я и есть оружие». Его цель владела мистическим мечом, известным как Кровопийца, способным наносить неизлечимые раны. Нанести удар по Эвелин таким клинком… услышать ее крики… наблюдать, как она корчиться в агонии…
«Он должен быть у меня!» Согласно одному из трех правил Великой Войны, каждому воину разрешалось принести из дома только один предмет. Тридцать девять воинов означало тридцать девять видов оружия. Чтобы активировать оружие, нужно убить его владельца. Так как Бейн знал, что может столкнуться не только с воинами, но и местными жителями, известными как викинги, он взял с собой пару специальных очков, чтобы защитить свои глаза.
До сих пор он убил только одного воина, выиграв кинжал, способный превратить его владельца в туман. Но зверь вырвался из клетки и разорвал металл, как бумагу.
Сегодня он убьет мужчину по имени Вейлор, чтобы заполучить и активировать Кровопийцу.
Бейну придется либо отрубить голову, либо вырвать сердце Вейлора, либо сжечь его тело дотла. Единственный способ покончить с воином. Даже такого «огненного», как Бейн, можно сжечь. Одно пламя не всегда могло нивелировать другое.
Наткнувшись на стену из скрюченных веток деревьев, он провел кончиком пальца по рифтерам на левой руке. У каждого воина такие были, три хрустальных кольца, способных создать мгновенный портал в любой точке Терры. Когда кольца завибрировали, он махнул рукой в направлении веток. Два слоя воздуха разделились, создавая проход через препятствие.
Животные и насекомые создали идеальное музыкальное сопровождение для его перехода на другую сторону. Кричали птицы, квакали лягушки, жужжала саранча. Взревел лесной кот. Зверь издал ответный рев, и этот животный звук эхом отразился от деревьев. Остальная часть леса погрузилась в тишину, и он остановился, прислушиваясь к любым признакам приближения врага.
Ничего. «Вдох, выдох. Хорошо, это хорошо».
Отсеяв запахи земли и листвы, Бейн уловил характерный мускусный аромат своей цели. Так близко! Предвкушение гнало его вперед. Скоро взойдет утреннее солнце, поставив его в крайне невыгодное положение.
«Убить воина, вернуться в свое убежище в горах».
Он мечтал о том дне, когда сможет убить всех соперников и вернуться в Адвевет. Но сначала он должен найти принцессу с Терры, убедиться, что она достигла своего восемнадцатилетия, и научить ее сражаться. А это означало, что Великая Война должна продолжаться, даже если ему придется спасать воинов. Поэтому он будет сдерживать зверя, как бы это ни было необходимо. Даже если ему придется обзавестись любовницей.
Крик отрицания раздался в его голове. Он скорее умрет мучительной смертью, чем прикоснется к другой женщине. Но он предпочел бы жить с бесконечным чувством вины, чем дать Эвелин то, что она хотела.
«Я отомщу за тебя, милая Мередит. Ничто и никто меня не остановит».
«Довольно! Не обращай внимания на горе. Двигайся вперед».
Приглушенные голоса донеслись откуда-то издалека. Бейн замер, прислушиваясь более внимательно. Два участника разговора — его мишень и еще один мужчина с глубоким тенором. Еще один воин. Тот, кто привез с собой броню с выдвижными шипами, которые пронзали плоть и кости так же легко, как топленое масло.
В предвкушении чего-то нового он обошел дерево. Приблизился…
Позади него хрустнула ветка. Он нырнул вниз и развернулся, а над его головой со зловещим свистом пролетел металл — меч. Тот, что он отчаянно желал заполучить. «Здравствуй, Вейлор».
— Голосовая проекция, — сказал Бейн. — Хороший трюк. — Оставаясь на земле, он перекатился и пнул Вейлора по лодыжкам.
Воин упал, но быстро вскочил на ноги.
Движение слева. Еще один воин — мужчина по имени Малакай. Он спрыгнул с дерева, уцепился за лозу, раскачался и спикировал… Шипы в его броне полоснули Бейна от щеки до пупка, срезав куски мышц. Вызвав жгучую боль. Потоки крови полились из открытых ран.
Зверь зарычал и начал бить его по черепу, желая вырваться из клетки.
«Спокойно. Держись». Оба противника были высокими и сильными, но они не могли сравниться с Бейном, даже когда зверь был под замком.
— Ты думал, что мы облегчим тебе задачу, зверь? — Малакай приземлился на ноги, решетка его шлема была забрызгана кусочками кожи с лица Бейна.
Вейлор холодно усмехнулся.
— Ты убил моего брата во время Великой Войны. — Он поднял свой меч, металл сверкнул в луче солнечного света. — Сегодня я отомщу за него.
Наступало утро.
Оба мужчины говорили на своих родных языках. На тех, которые Бейн никогда не учил. Благодаря встроенному в мозг переводчику он понимал каждое слово. У них тоже были переводчики, и они понимали, когда он отвечал на адвеветском языке.
— Уверен, что твой брат был достойным противником, — сказал он. — Для остальных.
Мрачная гримаса сменила усмешку Вейлора, фраза настигла цель. Время для слов подошло к концу. С яростным боевым кличем мужчина сделал выпад и взмахнул мечом, целясь в горло Бейна.
Он увернулся, и начался дикий танец. Он бил, пинал, блокировал и царапал, поднимался высоко, опускался низко. Два союзника работали вместе, не останавливаясь ни на секунду. Когда один нападал, другой менял позицию, готовясь нанести следующий удар.
Бейн отразил особенно сильный удар, затем хлопнул ладонями по броне Малакая. Шипы вонзились в его руки, как он и надеялся. Несмотря на боль, он швырнул мужчину в дерево. Ствол раскололся, осколки коры полетели во все стороны. Листья посыпались дождем, лучи солнца осветили Бейна. Он зашипел.
Глаза обожгло, кожа покрылась волдырями, он рубил, бил и пинал, загоняя парочку в темный альков. Когда доспехи Малакая задели его живот, внутренности вывалились наружу. Вспышка боли. Головокружение. Зверь запротестовал, разрушая все больше его самообладания, когда он снова взял себя в руки.
Вейлор метнул меч в Бейна, но тот подпрыгнул и вцепился в висящую лозу. Он взмыл в воздух, приземлился прямо за спиной ублюдка и пинком отправил его прямо на Малакая. Они столкнулись, броня сделала свое дело, содрав кожу с одной стороны груди Вейлора.
Вейлор взвыл в агонии, и Малакай отшатнулся с искаженным от ужаса лицом.
Двумя быстрыми движениями Бейн повернулся к Вейлору во второй раз, обхватил его лоб и челюсть и провернул. Вейлор обмяк из-за сломанного позвоночника.
Вне игры, но еще не выбыл окончательно. «Нужно удалить голову или сердце, прежде чем он восстановится».
— Ты заплатишь за это, — прорычал Малакай, нападая на него.
Они завалились назад, металлические шипы задели несколько внутренних органов. Больше боли, больше крови. Когда они ударились о землю, шипы врезались глубже, вызвав еще больше протестов со стороны зверя.
«Осторожно». Если зверь разнесет в клочья меч и доспехи…
Но «осторожность» пригвоздила его к земле, когда колени Малакая впились ему в плечи. Воин поднял кулак в перчатке, готовясь ударить, но Бейн действовал быстро: пнул его коленями в спину и сбросил с себя, тем самым, отправив его лицом в грязь.
Мужчина попытался восстановить равновесие. Бейн выскользнул из-под него, повернулся и ударил ногой. Ошибка. Вейлор исцелился… и подкрался к нему сзади.
Боль пронзила плечо Бейна, лезвие вошло с одной стороны и вышло с другой. Его зрение затуманилось.
«Вейлор надеется убить меня, лишить права отомстить за жену. Сегодня он умрет. Сейчас же!»
Ярость охватила Бейна. Кровь стучала в ушах, сердце колотилось о ребра. Наконец зверь вырвался на свободу. Кости удлинились. Его десны обожгло, когда зубы удлинялись и заострялись. Плоть затвердела, из пор проступили темно-зеленые чешуйки. Темнота затмила его разум.
Вдалеке послышались мучительные вопли…
Мольбы о пощаде…
Хлопок. Свист. Стук. Затем наступила тишина.
Когда он моргнул в следующий раз, его окружала настоящая бойня. Океан крови пропитал землю, части тела были разбросаны здесь, там, повсюду. Ошметки кожи и мышц свисали с ветвей деревьев. Куски несокрушимой брони Малакая лежали на поросшей мхом траве. Черт возьми! Меч… где же меч Вейлора? Там! Рукоять была немного повреждена, но сам клинок остался цел.
Вздохнув с облегчением, Бейн с трудом поднялся на ноги. Острая боль привлекла его внимание к плечу, рядом с татуировкой древа жизни на груди. Татуировка, которой обладал каждый воин. Мистические чернила проникали в их кровь, позволяя Наблюдателю отслеживать каждое их движение.
Рана, нанесенная Кровопийцей, не зажила, порез был таким же красным и кровоточащим, как и раньше. Он помассировал затылок. Должен же быть способ устранить ущерб.
«Подумай!» Один из воинов обладал мечом с целебными свойствами. У другого была волшебная палочка, способная управлять энергией. Возможно, кто-то из них мог бы починить то, что не поддается восстановлению.
Очень хорошо. У Бейна намечены следующие цели. Как только он выполнит свои задачи, то наконец покончит с тиранией Эвелин…
«Затем я присоединюсь к тебе, моя дорогая Мередит. Мы снова будем вместе».
В течение последних трех месяцев Бейн был сосредоточен на своих целях, скрывая свое горе под слоями кипящей ненависти к Эвелин. Каким-то образом ему удалось сдержать зверя без помощи любовницы. Он больше никого не убивал и не уничтожал оружие. Конечно, это означало, что он не получил ни исцеляющего меча, ни волшебной палочки.
Еще одна ошибка со стороны Бейна.
Несколько минут назад началось собрание бойцов. Обязательная перекличка. Вскоре после этого, армия викингов массово напала на участников войны.
Теперь оставшиеся двадцать пять воинов работали вместе. Бессмертные против людей, бессмертные, запертые в ледяной горной долине, неспособные покинуть ее до окончания встречи. Однако нападавшие могли входить и выходить по своему желанию.
Металл ударялся о металл, запах крови пронизывал холодный ветер. Всхлипы, стоны и рев отдавались эхом, битва была такой же дикой, как и местность. Зеленоватые и пурпурные полосы освещали ночное небо.
Не обращая внимания на пульсирующую боль в зашитом плече, Бейн схватил брошенный меч и отрубил смертному голову. С момента сражения с Вейлором, рана в плече только углубилась. Потеря крови слишком легко выводила его из себя и замедляла рефлексы.
Раздались шаги. Противники приближались в ускоренном темпе. Зверь взревел, разъяренный, жаждущий крови и плоти. Как обычно.
«Успокойся. Держись». Если Бейн обратится, он убьет викингов, да, но также и воинов, выиграв войну до того, как найдет земную принцессу. Если это случится, он останется связанным с Эвелин.
Неприемлемо! Ее падение перевесило все. Прямо сейчас викинги были препятствием на его пути. Препятствия нужно уничтожать.
Бейн изогнулся и накренился. Он вырвал зубами горло одного из них и ударил другого в грудную клетку, вырвав сердце. Поступок, который ранил его собственное сердце, напоминая о худшем дне его существования.
«Встряхнись. Очисти свой разум». К нему подбежал еще один викинг с поднятым топором наготове. Но как раз перед тем, как они столкнулись, стрела пронзила ему глаз, и он упал.
— Спасибо, — проворчал он.
Эмберель из Лоандрии кивнула и развернулась, чтобы обрушить град стрел на смертных за пределами круга.
Обычно она сражалась с мечом против викингов. Должно быть, знала, что сегодня ей понадобится другой метод. Возможно. Из дома она принесла металлический обруч, который плотно прилегал ко лбу и позволял читать мысли окружающих. В самом начале она выиграла пару наручников, которые могли или не могли позволить владельцу путешествовать во времени. Оружие, которое мог использовать Бейн.
Он поставил ее на первое место в своем списке на уничтожение. «Найди принцессу, соверши убийства».
Когда сверкание звезд отразилось от льда, его глаза защипало, и они наполнились слезами. Бейн выругался. Он оставил очки в своем логове, зная, что в конце собрания будет битва; после собрания всегда была битва. В этом хаосе оружие часто терялось, кралось или уничтожалось.
«Надо было рискнуть».
Еще один смертный приблизился, размахивая топором, и зверь отчаянно боролся за освобождение, отчего его виски взорвались болью. Бейн блокировал удар человека, развернулся и вырвал ему трахею.
Позади него раздался боевой клич. Он снова развернулся и блокировал удар. Бейн вонзил когти в торс мужчины, разрывая ему кишки.
Нет давая ему отдохнут, прибыл следующий противник. В буквальном смысле слова Бейн оторвал ему руки и использовал их как дубинки.
Раздался звук горна, сотрясший горы. Викинги замерли, прежде чем ринуться назад, образовывая круг вокруг сражающихся, оставаясь вне зоны удара.
Мужчина в шлеме с рогами отделился от группы и подошел ближе. Его загорелая кожа была испачкана кровью, одну сторону лица покрывали шрамы, а на подбородке росла густая черная борода. Он был одет в кожу, мех и овчину, и держал длинный посох с выпуклым наконечником. Жезл Климы.
Бейн напрягся. Жезл принадлежал воину по имени Кэннон. Неужели викинг убил его? Если это так… Викинг вступил в Великую Войну.
Бессмертные собрались вместе, наблюдая, как двое солдат тащат обезглавленное тело вперед. Кто-то другой снес его голову. Она катилась, катилась… О, да. Кэннон был мертв.
Шипение ярости смешалось с выкриками угроз, воины бросались на невидимую стену, которая удерживала их внутри поляны, только чтобы отскочить назад.
— Когда я оторву тебе член, даже твои будущие дети закричат.
— Отрубить тебе голову, вырвать сердце или сжечь до тла? Кого я обманываю? Я сделаю все вышеперечисленное.
— Я с удовольствием разорву тебя на куски, сукин ты сын.
Бейн остался на месте, зверь был занят тем, что разрывал его череп. «Сделай глубокий вдох. Выдох. Сохрани контроль. Вдох, выдох».
Мужчина в шлеме поднял жезл и объявил:
— Вы вторглись на нашу землю и убили наших людей, потому что не боялись нас. Меня зовут Эрик Угрожающий Жизни, и я научу вас бояться нас. — Он ткнул кончиком жезла в лед.
Свирепый арктический ветер разразился воем и ревом, земля задрожала. В одно мгновение, лед покрыл ноги Бейна и начал распространяться вверх по его икрам. Выше, выше.
Лед покрывал всех воинов.
В ужасе, Бейн боролся за свободу… безрезультатно. «Захваченный. Беспомощный. Мой бой окончен?»
Нет! Он не использовал свое последнее оружие.
Бейн перестал бороться со зверем, и трансформация началась. Мышцы и кости…
Ничего. Зверь тоже оказался в ловушке, лед был непробиваем и, лишь завоевывал новые территории, покрывая талию и плечи. Паника уничтожила то, что осталось от его спокойствия. Никто из воинов не спасся. Затем лед покрыл его лицо.
«Я… повержен?»
«Я подвел Мередит?»
Нет. Нет! Бейн отказывался признать свое поражение. Он сбежит. Найдет принцессу с Терры, выиграет Великую Войну и проследит за кровавым ритуалом, окончательно разорвав связь с Эвелин. Эвелин прибудет на Терру, чтобы заявить права на планету, и тогда… О да, тогда он отомстит, умрет спокойно и вновь обретет любовь всей своей жизни.
Магнолия «Нола» Ли проглотила коктейль из лекарств, поправила груду одеял, наваленных на нее сверху, и устроилась поудобнее в постели. Ну, не более удобно. Не совсем. Все ее тело болело, пальцы напоминали сосиски, усталость скакала на ней, как на лошади, и каждое нервное окончание шипело, мини-молнии пронзали ее снова и снова. И снова.
Этому-нет-конца. Болезнь разрушила все. Романтические отношения. Дружеские контакты. Цели. Веселье. Она всегда хотела быть нормальной девушкой, с нормальной жизнью. Но нееееееет. В самом начале у нее обнаружили волчанку. После ремиссии, фибромиалгия решила прийти и поиграть.
В этот день было много сильных приступов и слишком много боли. Она чувствовала себя так, словно ее тыкали тысячью пропитанных кислотой игл. Усталость, помутнение рассудка и бессонница продолжали усиливаться. В общем, вечеринка никогда не прекращалась. Нола жалела, что у нее нет медицинского рецепта на марихуану, ее врач по обезболиванию посчитал это «ненужным», оставив ее на милость опиоидов.
«Мне же хуже». Опиоиды не знали пощады.
Она уже приняла максимальную дозу, но таблетки едва притупили боль. Если бы не предстоящий отпуск с приемной сестрой Валериной Лондон — Вейл — она бы укрылась одеялом с головой и рыдала в темноте. Теперь, по крайней мере, у нее была причина вставать по утрам.
— Какое из этих платьев ты хочешь взять с собой в путешествие? — Вейл вышла из гардеробной, высокая и стройная, с бледной светлой кожей и двухцветными волосами: половина окрашена в оттенок снега, половина — в оттенок полуночи. Густые темные ресницы обрамляли ее карие глаза; татуаж придавал ей перманентно-дымчатый взгляд и самое лучшее лицо «томной сучки» на свете.
В одной руке Вейл держала красное платье с большим количеством разрезов, чем материала. В другой руке — консервативное черное платье, которое обычно надевала на похороны.
— То, которое говорит, что мое тело — это страна чудес, и нужно заплатить за вход, — сказала она. — Или то, которое дает понять: «Подойди ко мне, и я удалю твои яички силой своего разума».
Нола усмехнулась:
— Ты ведь знаешь меня, верно? Страна чудес. Очевидно. — Когда-то давно она мечтала влюбиться и стать чьей-то страной чудес. Она влюблялась, флиртовала и ходила на свидания. По какой-то причине ее рвало каждый раз, когда она пыталась вступить в близость. В конце концов, она отказалась от любви, отношений и романтики, вместо этого сосредоточившись на том, чтобы быть здоровой и зарабатывать деньги на поездку.
Что ж, она практически отказалась от любви. Несколько лет назад Нола начала видеть сны о великолепном мужчине с золотыми волосами и огромными мускулами. Ни один другой мужчина не мог с ним сравниться.
С губ сорвался хриплый вздох. Ее золотой бог никогда не называл ее «азиаткой» или «живой корейской секс-куклой». Он никогда не лгал ей и не крал деньги из ее кошелька. Всегда обращался к ней только как к принцессе и просил, даже требовал, чтобы она нашла его в России.
В Хибинских горах, если быть точным. Его присутствие стало ежевечерним утешением, и, черт побери, если она уже почти не влюбилась в него. Может, потому, что он ненастоящий и никогда не умрет?
Ее родители — мертвы. Ее любимый доктор — мертв. Кэрри, величайшая в мире приемная мать в истории — мертва. Другие приемные мамы и папы, приемные братья и сестры, соцработники, друзья умерли метафорически, оставив ее опустошенной. До сих пор Вейл была единственным исключением.
— Великолепный выбор. — Вейл показала ей большой палец. — Кэрри не вырастила дуру.
Подмигнув и ухмыльнувшись, Нола сказала:
— Но если бы она это сделала, то это была бы ты.
Вейл фыркнула:
— Ты просто королева мемов. Просто не забудь взять с собой влажные салфетки в сумочке, на случай, если люди будут пускать слюни, когда увидят тебя в платье.
— На всякий случай? Пожалуйста, — парировала она, подыгрывая ей. — Это предрешено.
— Оххх. Мне нравится твоя уверенность в себе. Больна ты или нет, но ты — самый лучший приз.
Так ли это на самом деле? Что она может предложить? Дом, полный «сокровищ», которые она накопила — красивые стеклянные осколки, пуговицы и монеты, которые она нашла на улице; мусор для всех остальных. Гора медицинских счетов. Отказ когда-либо иметь детей и передать эту страшную болезнь. Неспособность покидать свою постель в течение длительного периода времени. Любой мужчина, которого она бы полюбила, в конце концов, стал бы ее опекуном и должен был купать и переодевать ее в постели. Нет уж, спасибо.
Но она сжала губы, скрывая свою внутреннюю боль. Вейл и так уже несла слишком большое бремя, и ей не стоит беспокоиться о психическом здоровье Нолы.
— Знаешь, испытания раскрывают истинный характер человека, — сказала Вейл, возвращаясь в чулан. Настояв на том, чтобы Нола поберегла силы, она начала собирать вещи для них обоих. — Прежде чем ты вложила слишком много времени и энергии в отношения, ты обнаружила, насколько отстойный потенциальный любовный интерес. Это бесценная информация, детка.
Что ж, Вейл не ошиблась. Всякий раз, когда Нола решала проигнорировать начавшуюся тошноту и пойти дальше с парнем, он либо обращался с ней, как со стеклом, которое вот-вот разобьется, либо, что еще хуже, как с ипохондриком, который преувеличивал симптомы ради сочувствия.
Последний парень даже заставил ее усомниться в себе. И она не могла не рассказать мужчине о своих проблемах со здоровьем; он имел право знать, во что ввязывается.
— Ты думаешь, что все отстой, — напомнила она сестре.
— Ага. Потому что я, типа, очень умная.
Это действительно так.
— Ну, вперед и вверх для нас обоих. — Когда они вернутся из отпуска, то откроют магазин деликатесных пончиков в качестве равноправных партнеров. Вейл будет заниматься бумажной работой и взаимодействовать с поставщиками; Нола — печь и работать с клиентами.
Выпечка не была ее самой большой страстью… а что же тогда?.. но у нее обнаружился большой талант к этому, благодаря Кэрри. К тому же она с радостью сделает с Вейл все, что угодно.
Нола вздрогнула. Глубокий, хриплый голос принадлежал ее золотому богу и ощущался, как сексуальная ласка. Но как, черт возьми, человек из сна мог говорить в ее голове, пока она бодрствовала?
Может быть, он был галлюцинацией, вызванной обилием лекарств? Но от какого из них? И почему именно сейчас? К ее лечению не добавилось ничего нового.
Наверное, ей следует позвонить своему врачу. Ладно, она определенно должна позвонить и позвонит. После возвращения. Он скажет ей, чтобы она отменила поездку… снова.
«Ни за что. Никогда».
Сначала они с Вейл планировали посетить Юккасъярви в Швеции, чтобы осмотреть ледяные замки, покататься на собачьих упряжках и полюбоваться северным сиянием. Затем отправиться в Россию для того, чтобы продолжить свой поход.
У Нолы участилось сердцебиение. Она не знала, почему должна попасть в Россию, только из-за приказа мужчины из сна; но ощущала, что эта потребность нисколько не исчезала, а только росла.
Ей так хотелось обсудить золотого бога с Вейл. Но всякий раз, когда она пыталась, случалось что-то странное. Слова замирали у нее на языке. В буквальном смысле! И она испытала избирательную немоту.
Внутреннее предупреждение? Может быть. Или, может быть, это было какое-то не диагностированное психическое расстройство. Как бы то ни было, ночное существование золотого бога оставалось тайной и чувство срочности росло. «Скорее! Надо туда попасть».
Завтра, как бы ей ни было плохо, она сядет в самолет и скроет свою боль; Вейл ничего не узнает и, тем самым, не предложит отложить их планы до тех пор, пока ей не станет лучше.
Итог: ничто не остановит Нолу. Она экономила, скребла и копила каждый лишний пенни, отказываясь от колледжа, работая на двух работах, даже когда боль и усталость мучили ее.
На работе номер один она продавала хлебобулочные изделия служащим по всему городу. На работе номер два, она вела колонку «Как это сделать», раздавая романтические советы для журнала «Oklahoma Love Match». О, какая ирония судьбы.
Дерьмо!
— Я забыла написать статью на этой неделе.
— Бросай это чертово дело в ведро, — крикнула Вейл. — Время для работы прошло, и настало время развлечений.
Если бы только она могла.
— Я обещала своему боссу, что не оставлю его в беде, так что мне нужно что-то придумать. — Назовите ее старомодной, но Нола верила, что за слова надо отвечать. Когда она давала обещание, то всегда его выполняла.
— О чем статья?
— Как завоевать любого мужчину, которого пожелаешь. — Ее босс всегда выбирал тему, и Нола обычно получала удовольствие, находя ответ.
— Одно слово — разденься. Вот. Готово. — Вейл выглянула из дверного проема. — Означает ли это, что я получаю пятьдесят процентов прибыли?
У нее вырвался смешок.
— Извините, но электрическая компания получает сто процентов прибыли.
— Буу. Жаль.
— Готова к очередному мему от королевы? — спросила она у сестры. — Как вы заработали миллионы, печатая статьи? Начали будучи миллиардером.
Вейл взвыла от удовольствия.
Нола сглотнула. Дневное наваждение только что усилилось и увеличило громкость. А это означало, что необходимость добраться до России стала острее.
Она задавалась вопросом… что, если ее золотой бог действительно существует?
Что, если какой-то великолепный блондин обладает способностью телепатии? Нет. Это невозможно. Может быть, она все-таки отправится туда и будет искать его, просто на всякий случай? Да. Вот только новый страх пустил корни.
Останется ли у нее хоть что-то, ради чего стоит жить после возвращения?
* * *
Чудо из чудес, Нола окрепла, как только добралась до Швеции. Ее боли исчезли, чувство усталости ушло, и она начала как следует расслабляться, ее мозг освободился от тумана. В то время как она больше не видела сны о золотом боге, он продолжал говорить в ее сознании все более и более сердитым тоном. Она слышала:
Каждый день она переживала новое мысленное перетягивание каната. Он не мог быть настоящим, но он должен быть настоящим, но не мог, хотя должен. С другой стороны, его возбуждающий голос поддерживал ее тело в состоянии сексуального возбуждения без намека на болезнь, независимо от того, как часто он жаловался, и она любила и ненавидела эти чудесные, ужасные ощущения.
Нола попыталась ответить ему, но не смогла. Очевидно. Он ни разу не ответил на ее вопросы.
«Как тебя зовут?»
«Почему ты перестал появляться в моих снах?»
«Ты станцуешь для меня стриптиз?»
Она хотела наслаждаться каждым днем, часом, минутой в Швеции, но с каждым днем, часом, минутой желание добраться до России усиливалось, пока крайняя необходимость не овладела ее мыслями.
И вот наконец настал этот день, час, минута. Они с Вейл взяли напрокат машину и отправились в путь, Вейл за рулем, а Нола отвечала за навигацию.
Теперь ею управляло нетерпение. «Золотой бог — ЗБ — я иду!»
— У тебя прямо пена изо рта идет, — сказала Вейл с легким смешком. — Что происходит?
Избирательная немота не позволит ей выболтать правду, поэтому ей придется подойти к этому по-другому. Как говаривала Кэрри: «Если ты не можешь подняться, иди вниз. Если ты не можешь спуститься, обойди вокруг. Если ты не можешь обойти, прижми это дерьмо к земле».
— У меня странный вопрос. — В то время как Нола любила читать любовные романы в свободное время… да, она могла бы отказаться от любви, но, детка, она определенно любила читать о других влюбленных… Вейл же смотрела научно-фантастические фильмы и сходила с ума по всем сверхъестественным вещам.
— Выкладывай, — сказала Вейл. — Ты же знаешь, что можешь спросить меня о чем угодно, в любое время.
«Поехали».
— Ты веришь, что телепатия существует?
— О, конечно, — ответила Вейл, не колеблясь ни секунды. — Я верю, что в каждом мифе, легенде и суперспособности есть доля правды, и что мы можем делать все, что только можем вообразить.
— Почему у нас нет неопровержимых доказательств… я не знаю, инопланетян или что-то в этом роде? — Стоп. Что, если люди со сверхъестественными способностями не могут признать правду? Что, если они испытали, скажем, избирательную немоту? — Позволь мне перефразировать. Если суперспособности реальны, то почему мутанты не захватывают мир?
— Может, это уже так. — Вейл пошевелила бровями. — Я не хочу хвастаться, но у меня есть сила заставлять плакать взрослых мужчин.
Нола хихикнула.
— С чего это вдруг такой вопрос? — спросила ее сестра.
«Скажи ей. Открой рот, произнеси слова». Легко и просто. Она открыла рот… но не раздалось ни звука. Черт возьми! В конце концов, Нола пожала плечами и сказала:
— Насколько было бы потрясающе быстро выздоравливать, исцеляться и обладать хотя бы частью силы Халка?
— Подруга! Да!
Когда они погрузились в молчание, зловещее присутствие дало знать о себе в ее сознании и раздались слова: «Забудь об исцелении и силе. Пожелай способность убивать одним взглядом.»
Убивать одним взглядом? Что? Откуда это взялось?
По спине Нолы пробежали мурашки. На мгновение она почувствовала, что ее тело не принадлежит ей, и какая-то ранее неизвестная темная сторона овладела ею. Кого она обманывает? Она никогда не чувствовала, что ее тело принадлежит ей.
Испытывая головокружение, она глубже погрузилась в кресло и выглянула в окно. Скалистые горы, множество пышных деревьев и журчащий ручей. Она почти чувствовала запах свежей сосны и поцелованных росой полевых цветов. К сожалению, захватывающий дух вид не смог ее успокоить.
Ммм, его голос. Такой сексуальный! Но черт возьми! Он был плодом ее воображения и причиной ее затруднительного положения. Почему, при всем этом, он успокаивал ее?
Скоро они с Вейл доберутся до места назначения и отправятся в поход. Нола будет искать ЗБ. После того как она докажет, что он не существует, то сможет, наконец, оставить мыли о нем, чтобы отдохнуть и спокойно жить дальше.
И грустить.
* * *
Поход пошел не так, как планировалось.
Нола и Вейл стояли в живописной долине, фотографируя пейзаж. Их проводник оставался поблизости. До сих пор не было никаких признаков золотого бога. Конечно же.
Внезапно ее охватило ощущение невесомости, мир погрузился во тьму. Она моргнула, и свет вернулся. Только их маленькое трио больше не было в долине. Они оказались в пустоши, окруженные морем снега и свирепым воем ветра.
— Что только что произошло? — Ноле пришлось кричать, чтобы ее услышали.
— Я не знаю, — крикнула в ответ Вейл, ее голос был полон страха.
Их проводник метался вокруг, неистово крича по-русски.
Хотя Нола была одета во флисовую куртку, шапку, перчатки, походные штаны и походные ботинки, холодный воздух пробирал ее до костей.
— Смотрите! — Она указала на темные пятна впереди. — Следы. — Помощь может быть совсем рядом.
Они пошли по этим следам к маленькой хижине с уже зажженным очагом. Слава богу! Тепло!
Как только они вошли внутрь, проводник схватил чье-то пальто с ботинками и вышел, чтобы проверить периметр на наличие признаков жизни.
Когда ее окутало теплом, Нола с облегчением опустилась на колени. Но где же хозяин?
«Мне бы очень пригодилась твоя помощь, золотой бог».
— Мой телефон сдох. — Вейл плюхнулась рядом с ней. — А как насчет твоего?
— Мой тоже.
— Вот дерьмо! Мы забыли взять с собой зарядное устройство. Впрочем, не беспокойся. Проводник вернется с хозяином хижины, и все будет хорошо.
Но спустя четырнадцать тревожных дней, ни проводник, ни хозяин так и не вернулись.
По утрам Нола и Вейл совершали набег на кладовую. Они питались скудно, но ограниченные запасы пищи все равно быстро истощались. Как и ее лекарства.
Нола боялась предстоящего приступа. Все эти боли и мучения, липкий пот, постоянная дрожь. Мышечные спазмы. Слезы обо всем и ни о чем. Ощущение такое, будто она подхватила ужасный грипп. Рвота и понос были гарантированы. «Ура мне».
На пятнадцатый день Вейл сказала:
— Если мы останемся, то медленно умрем. Если уйдем, то найдем помощь или быструю смерть.
— Если я уж умирать, то с песней. — Нола ни за что не осталась бы здесь и не стала бы смотреть, как ее удивительно энергичная сестра умирает с голоду. А как насчет золотого бога? Поиск можно возобновить!
«Стоп! Просто остановись. Он ненастоящий, и ты это знаешь. Ты только настраиваешь себя на разочарование».
— Тогда все решено. — Вейл сжала ее руку, отвлекая от размышлений, и одарила печальной улыбкой. — Утром мы отправляемся в путь.
В ту ночь Нола ворочалась с боку на бок, отчаянно желая услышать голос золотого бога. Увы. Он прекратил всякое общение.
«Потому что я принимаю лекарств меньше обычного».
На глаза навернулись слезы. Итак, он был побочным эффектом от ее лекарств все это время, как она и боялась.
Когда наступило утро, она нацепила маску храбрости и надела спасательное снаряжение, которое нашлось в шкафу. Они упаковали два рюкзака с вещами первой необходимости и отправились в путь, но переохлаждение не заставило себя долго ждать. Ее зубы неудержимо стучали, словно землетрясение в челюсти. Несмотря на очки и маску, ее нос и легкие горели при каждом вдохе.
Но, несмотря на все это, инстинкт побуждал ее повернуть сюда, пойти туда. И тут произошло чудо. Когда солнце село, серебристый луч луны упал на местность, и Вейл обнаружила большую пещеру, спрятанную внутри ледяного холма. Им пришлось подняться на двадцать футов, чтобы попасть внутрь, но… оно стоило того. Даже когда колени Нолы подогнулись, инстинкт крикнул: «Да! Он уже близко.»
Э-э, что это было? Не может быть! Просто не может быть.
— Оставайся на месте. Я сейчас нас согрею. — Вейл достала из рюкзака поленья и спички и разожгла костер, а затем с помощью веревки для скалолазания сделала сушилку для их мокрой одежды.
— Спасибо, спасибо, тысячу раз спасибо. — Нола сняла шапку, очки и маску, даже перчатки. Восхитительное тепло коснулось каждого вновь открытого участка кожи.
Она осмотрела пещеру, обнаружив на дальней стене резные изображения рогатого монстра и обезглавленного трупа. «Мило».
— Это ледяные граффити?
— Давай выясним. — Вейл сняла снаряжение и перешла на другую сторону пещеры. От увиденного у нее отвисла челюсть. — Кто-то должен здесь жить или хотя бы иногда навещать. Мы можем быть недалеко от цивилизации. Я поищу еще какие-нибудь улики.
— Будь осторожна. — Тот, кто вырезал эти изображения, может совсем не хотеть, чтобы его беспокоили.
— Поэтому я предпочитаю быть вооруженной и готовой к бою. — Вейл подмигнула, взяла в руку альпинистский топор и исчезла за углом.
Этот голос! Она услышала его снова, и он был сексуальнее, чем когда-либо, излучая чувственность, согревая ее кровь. Ее живот задрожал. «Просто плод твоего воображения. Контролируй свои эмоции».
Она попыталась встать, но ноги отказывались держать ее вес. Расстроенная своей слабостью, она ударила кулаком по льду.
«Беспомощная? Я?» Нет! Она съест что-нибудь и восстановит немного потерянной энергии.
Она с дрожью извлекла из рюкзака маленький медный горшочек и последнюю банку забродившей сельди. «Не давись». Нищие не могут выбирать. Как выдающийся пекарь, Нола использовала единственный навык, которым обладала в подобных ситуациях: превращение несъедобного блюда во что-то такое, что не убьет ничьих вкусовых рецепторов.
Растопив кусок льда, она приготовила рыбу. Прошло еще пять… десять минут, но сестра так и не вернулась.
Нола с трудом проглотила пару кусочков и все-таки позвала сестру:
— Вейл?
Нет ответа. Ее уши дернулись, уловив другие звуки. Шепот… треск льда… Дурное предчувствие пробежало у нее по спине. Что-то случилось с Вейл?
Нола подчерпнула силы из скрытого источника и неуклюже поднялась на нетвердые ноги.
Ставить одну ногу перед другой требовало огромных усилий, но каким-то образом ей это удавалось. Шаг. Шаг. Шаг. Дрожь. Шаг. Шаг. Она свернула за угол и вошла в большую комнату с более высоким потолком и более чем двадцатью ледяными столбами, покрытыми трещинами. Вейл стояла в дальнем конце, уставившись на одну из колонн, словно та хранила тайны Вселенной.
Голосом, пропитанным облегчением, золотой бог сказал:
Подождите. Он здесь? Он не был плодом ее воображения? Надежда всколыхнулась в ней, такая же прекрасная, как теплый летний день. «Где ты?»
Казалось, невидимая веревка обвилась вокруг ее талии, затягивая ее все глубже в комнату. Еще дальше, заставляя обходить колонну за колонной.
Инстинкт снова заговорил, говоря: «Не этот. Не он. Нет. Опять нет. Да! Вот он».
Она остановилась и ахнула, прижав руку к сердцу. Колонна… в ней… Нола прищурилась и придвинулась ближе. Внутри был мужчина. Самый настоящий, потрясающе живой, смотрящий на нее сквозь лед. На нем была черная рубашка, черные кожаные штаны и армейские ботинки… совсем как золотой бог, которого она видела во сне. Но что еще важнее, у него было лицо золотого бога.
«Я не брежу». Ее сердце бешено колотилось, а кожа горела. Но, но… как такое возможно?
Разве это имеет значение? Она так долго чувствовала его присутствие, а теперь вот стоит в нескольких дюймах от него. Это было нереально. Шокирующе. Все, что Нола могла сделать, это удивляться. Он был настоящим и находился здесь, излучая примитивный животный магнетизм.
«Возможно, я слишком рано отказалась от романтики», — подумала она.
Он был большой, нет огромный, высокий и мускулистый. Самый сильный мужчина, которого она когда-либо видела, и самый красивый, золотистый с головы до ног. Хотя у него были длинные густые ресницы и мягкие губы, широкая челюсть и сильный подбородок придавали ему жесткость.
Ее осенило, она наконец-то сообразила, и ее сердце забилось быстрее. Он говорил с ней. Это означало, что он жив. Хотя, черт возьми, не мог быть живым. Он был заключен в лед.
— Вейл! — она пискнула. — Люди здесь в ловушке?
«Не может быть, не может быть. Должно быть, я ошибаюсь».
— Эти странные штуки? — спокойно ответила Вейл. — Нет. Это статуи. Какая-то достопримечательность, я думаю. Мужчины и женщины приедут со всего мира, чтобы посмотреть на эти замороженные сексуальные пироги.
— Статуи. Да, это имеет смысл. — Облегчение. Разочарование. Она… ошиблась? «Статуи» не объясняли золотого бога. Конечно, Нола не могла рассказать о своих переживаниях, поэтому заставила себя рассмеяться. Может быть, если она достаточно посмеется, ситуация покажется ей забавной. — Но сексуальные пирожки? Это не то слово, которое я бы использовала.
— Почему же, моя милая Нола Ли, ты предпочитаешь, чтобы я называла их мужественными статуэтками в натуральную величину? Ну, ты права, мне больше нравится это описание. Взгляни на эту. — Она ткнула большим пальцем в сторону брюнета с голубыми глазами. — Просто эталон мужественности.
Неужели все мужчины живы и преследуют людей во сне?
Она услышала в его голосе презрение? Да. Должно быть. Такое же презрение сверкнуло в его глазах.
Ее грудь сжалась.
Неужели он надеялся получить кого-то посимпатичнее? Кого-то сильнее? Неужели разочаровался в ней? Ну и что с того! Она была разочарована в нем за то, что он слишком глуп, чтобы признать ее удивительную уникальность… погребенную под слоями болезней, слабости и зависимости.
Она была восхитительна, черт возьми! Честная, добрая и отчаянно преданная. Редкие качества в этом мире горящего мусора. В ней было столько любви.
— Ну ладно. Сексуальные пироги — это абсолютно верно. Я только что посмотрела ему в глаза и почти уверена, что беременна. Двойней.
Вейл приблизилась, ее карие глаза были широко раскрыты, зрачки расширены. Что ж. Она не была такой умудренной опытом, как казалось.
Он… ревнует? Нола обрадовалась такой вероятности.
Она встретила его взгляд сквозь слой льда, собираясь улыбнуться. Затем ее охватило новое предчувствие, еще более сильное, чем прежде.
— Я не знаю, почему я чувствую это и реально оно или нет, — прошептала она, — но у меня есть подозрение, что что-то ужасное должно случиться с нами обеими.
Наконец-то! Тринадцать сотен лет заключения. Тринадцать сотен лет истерик зверя. Если зверь не вздыхал, он рычал; если не рычал, то ревел. Он всегда получал удовольствие, пиная и царапая череп Бейна, оставляя его полубезумным и истощая его терпение.
«Его голова вроде разбитой скорлупы, трещины которой заполнены горем и яростью».
«Стоило того». Прибыла королева с Терры. Женщина, которую Бейн планировал безжалостно использовать, чтобы отомстить за смерть Мередит и уничтожить Эвелин.
«Что-то ужасное должно случиться с нами обоими».
Нечто ужасное уже произошло. Один взгляд на нее и Бейну захотелось лечь с ней в постель.
«Я? Спать с королевой?» Он скорее умрет. И он скажет ей об этом, как только найдет в себе силы отвести взгляд. «Такая изысканная красота». Она украла его дыхание, высасывая воздух из легких.
«Я могу восхищаться объектом, не «желая» его сексуально, черт возьми». И да, он считал ее объектом. Средством для достижения цели. Кроме того, она была слишком изящной на его вкус. Слишком хрупкой. Малейший порыв ветра мог разбить ее вдребезги. Она когда-нибудь владела мечом? Скорее всего, нет. «Так же бесполезна, как и другие члены королевской семьи».
Во время своего бесконечного заточения Бейн научился видеть сквозь лед. Теперь он медленно изучал хрупкое тело Нолали, впитывая каждую деталь.
У нее была прекрасная кожа, бледная и безупречная, как фарфор, что было редкостью среди Адвеветийцев, даже среди гибридов. К другим редкостям относились темные глаза с искорками света, напоминающие звездное ночное небо, и волосы, такие черные и блестящие, что пряди казались кобальтовыми. Но венец ее физической красоты — кроваво-красные, как бутон розы, губы. Такие губы мужчина жаждал ощущать по всему телу.
Гибриды будут в полном восторге от своей королевы, добровольно… скорее глупо… рискуя своей жизнью, чтобы исполнить каждый ее нелепый каприз. Только не Бейн. Он знал то, чего не знали другие гибриды. Однажды, очень скоро, она превратится в чудовище, как и Эвелин. Такая перемена происходила с каждой королевой.
— Сколько здесь статуй? — спросила будущая королева. Тембр ее голоса… такой нежный, такой успокаивающий.
Зверь Бейна затих, впервые за много веков его голова принадлежала только ему. Волна облегчения захлестнула его, заглушив ответ другой женщины — той, которую звали Вейл.
Наслаждаясь тишиной, он прокручивал в голове ее имя. Нолали. Принцесса Нолали. Королева Нолали… скоро.
«Выбраться изо льда и отвезти земную принцессу в безопасное место. Убить воина по имени Зион и забрать его волшебную палочку. Использовать палочку, чтобы исцелить свое плечо. Явиться на следующее собрание воинов, чтобы убить всех. Совершить кровавый обряд Нолали. Убить Эвелин. Присоединиться к Мередит».
Зачем продолжать жить? Никогда больше он не позволит себе влюбиться. Жениться или завести семью. Не даст никому власти над собой. Не будет служить другой злобной королеве.
Очевидно, время не залечило внутренние раны Бейна. Каждый день желание отомстить подбрасывало очередное полено в огонь его гнева. «Заберу все у Эвелин, как она забрала все у меня». Он жил только ради этой цели.
Следующее собрание начнется через три недели. Всего три недели до того, как его планы и замыслы осуществятся.
Раздался треск.
Шум прозвучал слева от него, воины в пределах видимости проснулись и пришли в сознание, излучая дикую надежду, когда они наблюдали за вновь прибывшими.
В воздухе повис невысказанный вопрос. «Что будет дальше?»
Они все страдали, их кости и мышцы постоянно болели от усталости, их кровь напоминала грязь. В какой-то момент каждый из воинов умирал, только чтобы возродиться и начать страдать заново.
«Должен выбраться на свободу. Сейчас же!» Нолали и Вейл возродили желание всех сбежать из ледяной тюрьмы.
Что касается Бейна, то от свободы его отделяла лишь пятидюймовая полоска льда. Он часто позволял зверю изливать пламя себе в глотку, чтобы выплюнуть огонь и растопить лед перед лицом. Это действие привело к тому, что теплая вода капала, капала, капала вниз, частично освобождая его. Теперь он мог качнуться назад, врезавшись плечами в лед, затем оттолкнуться каблуками сапог и протаранить лед спереди.
Он поморщился, когда боль в теле усилилась. Как и его внутренние раны, рана на плече все еще не зажила, порез был саднящим и воспаленным, олицетворяя его эмоциональное состояние. Но остановился ли он? Нет. Толчок назад — толчок вперед. Назад, вперед. Бам, бам.
Одна из мириадов трещин удлинилась и расширилась, и он ухмыльнулся, чувствуя, как сердце колотится о ребра. Ближе, чем когда-либо!
Нолали порхала вокруг, переходя от колонны к колонне, прежде чем остановиться перед Зионом — тем, кто якобы оплодотворил ее взглядом. Она нарисовала сердце на колонне Зиона, и каждый мускул в теле Бейна напрягся.
Почему она сосредоточилась на этом мужчине? Враг. Если она испытывала к нему влечение…
Неприемлемо! Бейну нужно от нее сотрудничество и преданность.
— Мы выжили, — сказала она. Выжили? — Мы близки к цивилизации, у нас есть шанс на спасение.
Спасение?
Он знал, когда она родилась, почувствовал это глубоко в своих костях. Знал день, когда она достигла совершеннолетия, и они установили связь, ослабив его узы с Эвелин.
Сейчас он служил обеим женщинам. В тот момент, когда он окончательно объединится с Нолали, дав клятву крови защищать и повиноваться ей, его связь с Эвелин полностью исчезнет. Но Эвелин почувствует потерю. Так что он не мог дать никаких обещаний, пока эта сука не прибудет, чтобы заявить права собственности на Терру.
Бейн вложил свой голос в голову Нолали.
Требование. К его удивлению, она подчинилась, волоча ноги. Она оглядела его и прошептала:
— Я знаю, что ты настоящий. По крайней мере, я думаю, что ты настоящий. Может быть. Но не знаю, кто или что ты, и почему продолжаешь говорить в моей голове. Просто… расскажи мне, что происходит. Я хочу помочь.
Приказ. Королевский приказ. Как принцесса-гибрид, она была могущественна, да, но слишком слаба, чтобы полностью контролировать воина в его расцвете сил. Но после кровавого ритуала…
— Или не говори мне, — сказала она все еще шепотом. — Ты, вероятно, галлюцинация. Да, определенно галлюцинация.
От шока она растерялась. Принято к сведению. Он…
Кончики его пальцев начало покалывать, замороженные нервные окончания вернулись к жизни. Новая, более острая боль пронзила его руки, распространяясь по туловищу и вниз по ногам. Даже пальцы на ногах покалывало.
Надежда согрела его кровь и разморозила внутренности, адреналин приливал к мышцам.
«Нужно доставить принцессу в безопасное место». По мере того как Бейн продолжал раскачиваться и таранить своим телом лед с большей силой, ширина трещин увеличилась, и его надежда превратилась в предвкушение. Толчок. Треск.
Все воины вне предела видимости женщин тоже сражались со своими тюрьмами. Те, кто находился в пределах видимости, ждали, пока они отвернутся, не желая, чтобы люди узнали о войне, даже сейчас. Они понятия не имели, что Бейн общался с Нолали.
Первый, кто сбежит, решит ее судьбу.
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросила Вейл. — Праздничный ужин года!
Девушки обсуждали сложенные салфетки, средние пальцы, рыбу и рвоту, прежде чем исчезнуть за углом, оставив позади «мужественные статуэтки», казалось бы, уже забытые. Смех Нолали разнесся по пещере, сладкий, как колыбельная, и еще один рык зародился в груди Бейна. Прежде чем исчезнуть, она бросила последний взгляд в сторону Бейна.
«Очень скоро она потеряет эту сладость. Никогда не забывай об этом».
Треск.
И без того напряженные мышцы натянулись сильнее, когда Бейн осматривал один ледяной столб за другим. Те же трещины, никаких изменений. Те же трещины, никаких изменений. Те же… Нет.
Он снова перевел взгляд на воина, выигравшего за свою жизнь четыре войны. Нокс. Произошла перемена. Более толстые линии рассекали его лед.
Нокс был свирепым соперником, безжалостным, беспощадным, лишенным чувства сострадания. Если ублюдок получит свободу, Бейн станет главной мишенью, гарантированно. Неизвестно, что мужчина сделает с Нолали.
Опять треск.
На этот раз трещина расширилась на колонне, принадлежащей Зиону, трехкратному чемпиону, столь же решительно настроенному уничтожить Бейна.
Бам, бам, бам. Да! Появились новые трещины. «Так близко к свободе». Так близко он еще никогда не подходил. Ободренный, он отстранился и ударил лед спереди. Снова. И еще раз.
Внезапно с колонны Нокса посыпались большие куски льда, освобождая его голову и туловище. Когда мужчина щелкнул костями в шее и расправил плечи, пар поднялся изо рта, и восторг осветил его черты.
Зависть и страх охватили Бейна. «Скорее!» Он боролся сильнее, игнорируя каждый укол боли.
Женщины, должно быть, услышали шум. Они вернулись в спешке, их шок и ужас были ощутимы.
Нетерпение овладело Бейном. «Доберись до Нолали. Защити ее, защити свою месть».
Нокс указал на женщин и рявкнул:
— Ты останешься здесь. Не пытайся сбежать.
— Ты говоришь. Ты говоришь, и ты жив, — пробормотала Вейл. — Ты живой и настоящий.
Бейну показалось, что он уловил мысли Нолали.
Безумный блеск появился в ее лучистых глазах. Повысив голос на несколько октав, она сказала:
— Он не настоящий. Он просто… не может быть настоящим. — Она сжала руку Вейл, словно отчаянно нуждаясь в спасательном круге. — Верно? Гипотермия вызывает галлюцинации. Верно?
Почему она решила, что ей будет лучше без настоящего воина?
И снова Бейн проецировал свой голос в ее голову.
Она оставалась на месте, ее рот то открывался, то закрывался.
Ярость и страх завладели им. Он попробовал еще раз.
И снова она осталась на месте, продолжая шевелить губами. Неужели страх лишил ее рассудка?
Как эта девушка собирается победить Эвелин?
Нокс отшвырнул последний кусок льда и зашагал по пещере, держа в каждой руке по кинжалу. Цель воина: Жезл Климы.
Эрик Угрожающий Жизни оставил оружие близко, но за пределами границ собрания, чтобы оно оставалось активным, вызывая непрерывный снегопад. Даже сейчас, хотя последние несколько лет лед начал таять сам по себе. То ли температура снаружи повысилась, то ли сила оружия притупилась. Возможно, в этом виноваты женщины.
В любом случае, Эрик был единственным, кто мог активировать и деактивировать жезл, но все остальные могли сломать его, убрав из войны.
— Мы должны уходить. — Бледная Вейл потащила Нолу в сторону выхода. — Прямо сейчас!
Ее слова заставили Нокса изменить направление движения. Он подошел к женщинам и протянул руку. Бейн взревел от ярости, замолчав только тогда, когда ублюдок погладил блондинку по щеке, не обращая внимания на Нолали.
Выражение полного блаженства смягчило чересчур резкие черты лица Нокса. Глаза Вейл широко открылись, зрачки расширились. Нолали разинула рот, дрожь грозила сбить ее с ног.
И снова Бейн проецировал свой голос в ее голову.
Она дернулась, но не подчинилась. Он стиснул зубы, ярость придала его следующему толчку еще большую силу.
От тюрьмы Зиона начали отпадать куски льда, но не от его.
Торопясь как никогда прежде, Бейн перенес основную часть своего веса на пятки и толкнул вверх.
«Ненавижу жимолость!» Но под презираемым ароматом он различил нотки лаванды и жасмина, сочная смесь, которая превратила его кровь в пламя.
Он разрушил последнюю баррикаду, его ноги протестующе завопили. Сделав шаг, потом еще и еще, Бейн восхищался. Он шел. После того, как был неподвижен в течение многих столетий, он вновь ходит.
Окрыленный, он бросился за Нолали. Она побледнела, в ней нарастала паника, ее мерцающий взгляд дико метался.
Когда ее взгляд упал на Бейна, она одними губами произнесла:
— Помоги.
Да! Но как раз перед тем, как он добрался до нее, другие воины вырвались из плена и бросились в бой. Хаос разразился повсюду. Кровожадные воины встали между Бейном и его принцессой. Эмберель, Петра, Ронан, Слейд и Рейнджер.
Взмахи мечей, удары кинжалов. Сверкание хлыста. Полет стрелы. Брызги крови, хрипы и стоны.
Его ярость взлетела до небес. Воины угрожали принцессе!
Бейн подумал о том, чтобы схватить Нолали и перенести в свое убежище в горах. Просто унести ее было бы глупо. Слишком много воинов и слишком много оружия, способного ранить ее в процессе. Кроме того, портал оставался открытым в течение целой минуты, позволяя другим следовать за ними. И, учитывая, сколько времени прошло, кто-то мог найти убежище и расставить ловушки.
Выход был только один. Он должен покинуть пещеру через единственный выход. Чтобы выйти, ему придется бороться. Чтобы уменьшить шансы Нолали получить травму во время боя, необходимо сначала проредить стадо.
Очень хорошо. Миссия принята.
Он к ней обратился.
Она стояла, как вкопанная, обхватив себя руками за талию, и ее взгляд все еще метался. В поисках его?
Он ускорил шаг, пригибаясь, когда нужно было пригнуться, блокируя, когда нужно было блокировать, но всегда двигаясь вперед. На его пути возник враг. С боевым кличем Бейн схватил его за горло, сломал позвоночник и отбросил обмякшее тело в сторону, не отрывая ясный взгляд от Нокса, который только что толкнул Вейл в угол.
Светловолосая женщина закричала:
— Нола!
Просто Нола, а не Нолали? Очень хорошо.
Нокс подтолкнул Нолу в угол и поставил перед ними большую глыбу льда, чтобы создать барьер. Затем Нокс использовал свою сверхъестественную способность управлять тенями, заставив тени подняться из земли, словно призраки, и скрыть обеих женщин. Он защищал женщин? Шокирующее.
Бейн взревел. Ему нужно увидеть Нолу и убедиться, что она цела и невредима.
Он набирал скорость, врезаясь в любого, кто был достаточно глуп, чтобы встать у него на пути. Падали тела. Как только он достиг угла Нолы, вдыхая ее чудесный аромат, воинственный Орион врезался в него, сбив с ног. Пока они катились, Орион размахивал парой механических топоров.
Бейн вцепился в запястье мужчины и дернул, топор рассек его локоть, нижняя половина руки отвалилась. Свободной рукой Бейн вырвал его трахею, заглушив крик боли. Ему нужно двигаться дальше.
Орион упал, теплая кровь хлынула из новой дыры в его шее.
Желание убить оказалось сильным, но Бейн устоял перед искушением. В подобной ситуации многие воины могли и должны были погибнуть. Если война закончится сегодня ночью, до того, как он успеет подготовить Нолу…
Нет! Он будет придерживаться плана и продолжит войну еще три недели.
Бейн встал как раз в тот момент, когда Эмберель бросилась на него. Используя отрубленную руку Ориона как дубинку, он отбросил ее назад, а затем бросился в угол Нолы…
Черт возьми! Лед и тени оставались нетронутыми, но она уже давно ушла, ее запах исчез. И никаких признаков Вейл. Куда же они делись…
Там! Торн, воин, который держал в руках светящийся хлыст, схватил Нолу за лодыжку и потащил к выходу, не подозревая, что к ней приближается еще один воин, скользя по воздуху благодаря паре крылатых сапог, Рейнджер, с поднятым мечом, и целится в уязвимое горло Нолы.
— Нет! — Бейн пронесся через пещеру. «Давай, давай». Его охватила паника, кровь застыла в жилах. Он не успеет добраться до нее вовремя.
Зион поймал меч Рейнджера в воздухе, лезвие разлетелось вдребезги, не выдержав его металлической перчатки, спасая жизнь Нолы. Новая волна облегчения захлестнула Бейна, но тут же испарилась, когда Зион нокаутировал Рейнджера, прижал ее к себе и бросился бежать.
Она боролась с ним, как настоящая дикая кошка, но она не освободилась, пока Ронан не бросил вызов Зиону, требуя его полного внимания.
Но Нола не убежала, как ожидал Бейн. Она встала на месте и начала крутиться, широко раскрыв глаза, побледнев и крича:
— Вейл?
Держа ее в пределах прямой видимости, он нацеливался на любого воина, достаточно глупого, чтобы приблизиться к ней, ломая шеи и вырывая позвоночники. Заметила ли она это? Нет. Раздражение царапнуло его грудь до крови. Он…
Выкрикнув проклятие, воин по имени Петра пронеслась мимо него, вонзив острие своего меча ему в левую ногу. Мучительная боль взорвалась внутри него, но он знал, что худшее еще впереди. Ее меч обладал коварным умением, которое Бейн ненавидел. К чему бы ни прикасался клинок, он мог воссоздать башню на этом месте. Когда острие прошло сквозь мышцы и кости, ударившись о лед, ледяная башня выросла вокруг его ноги, над его ногой, быстро образуя стену высотой по пояс.
«Пригвожден к месту». Каждая косточка от пальцев ног до лодыжки была раздроблена в порошок.
А Петра еще не закончила. Она вернулась, снова взмахнув мечом, целясь ему в горло. Он пригнулся, металл застрял в ледяной стене. «Не обращай внимания на жгучую боль». Бейн перегнулся через выступ и ударил ее кулаком в грудную клетку. Ребра сломались, как он и надеялся, осколки кости врезались в ее сердце. Схватившись за грудь, она отшатнулась назад, поскользнулась на луже крови и споткнулась о лежащее без сознания тело.
«Не наноси смертельный удар. Уходи».
Нола, где же Нола? Бейн осмотрелся, быстро найдя ее. Воин Слейд потряс трезубцем перед ее лицом и крикнул:
— Где он?
Кто «он»? Эрик? Бейн бил и пинал ледяную стену изо всех сил. Звезды мерцали в его глазах, и свежие реки крови лились из его ран.
— Сделаешь ей больно, и я заставлю тебя пожалеть об этом, — прорычал он. «Добраться до нее. Надо добраться до нее».
Слейд не обратил на него внимания.
— Где он?
С воплем подбежала Вейл и прыгнула на спину Слейда, протянув руку, чтобы ударить его кулаком в глаз. Но ее удары не возымели никакого эффекта.
«Я не могу добраться до Нолы, пока не освобожусь. Думай, думай!»
Бейн наблюдал, как Нокс подошел ближе, взмахнул мечом и отрубил запястье Слейда. Рука и трезубец шлепнулись на землю. Нет времени радоваться. Кончилась одна битва и началась другая. По крайней мере, Нола осталась в безопасности, на данный момент.
Но слишком скоро мир начал постепенно исчезать. «Оставайся в сознании. Борись! Доберись до нее, черт бы тебя побрал».
— Ты пойдешь со мной. — Когда Нокс потащил Вейл прочь, она вырывалась из его объятий, отчаянно пытаясь вернуться к Ноле.
Зион подхватил принцессу, снова прижал ее к своей груди, затем рванул вперед, врезался в Нокса и попытался захватить Вейл. Этот кусок дерьма думает сбежать с обеими женщинами?
Ронан ворвался в центр схватки, Нола смогла освободиться от Зиона, а Вейл — нанести удар по Ноксу. Освободившись наконец, обе женщины выбежали из комнаты.
Бейн не видел никаких ран, но Нола хромала, ее лицо исказилось от невыносимой боли. «Надо идти за ней!»
Пещера сотрясалась от фундамента до крыши. В любой момент стены рухнут вниз. Прижатый к земле, Бейн будет раздавлен. Если случайный кусок льда отделил его голову от тела…
Его месть умрет вместе с ним.
Позволить Эвелин прожить долгую и счастливую жизнь? Нет!
Битва остановилась, когда воины разбежались. Бейн наклонился, потянулся и изогнулся, схватившись за брошенный меч. Тут уж ничего не поделаешь. Чтобы спасти свою жизнь и добраться до Нолы, он должен был покинуть это место. Чтобы сдвинуться с этого места, он должен был освободить ногу. Чтобы освободить ногу, ему пришлось разбить лед.
Он бил стену снова и снова и понял, что слишком слаб, чтобы нанести какой-либо реальный ущерб. Отлично. Он получит свободу другим путем.
«Сделай глубокий вдох». Бейн посмотрел на свою лодыжку. «Прощай, нога». Сделав еще один вдох, он поднял меч. Выдохнув, он замахнулся.
Прижавшись к груди какого-то великана и выглядывая из-за его широкого плеча, Нола с удивлением увидела, как рухнула пещера и как похитили Вейл. Свет от северного сияния освещал оба ужасных события. Другой гигант перекинул ее сестру через плечо, унося в противоположном направлении.
В пещере устрашающего вида дикарь, несший Вейл, представился Ноксом из Ивилэнда. У него были самые холодные голубые глаза, какие Нола когда-либо видела. У ее собственного похитителя…парня, который, как она утверждала, оплодотворил ее одним взглядом… были самые холодные темные глаза. Но что по-настоящему страшно? Ни один мужчина не пугал ее так сильно, как ее золотой бог.
Подобно ангелу смерти, он отрывал конечности, выцарапывал когтями органы, перегрызал глотки и вырывал позвоночники. И все это он проделывал, разбрызгивая кровь и собственнически глядя на Нолу, словно она принадлежала ему душой и телом.
Почему она вообще решила приехать в Россию? Серьезно, лучше бы у нее были галлюцинации.
И вообще, что случилось с золотым богом? И почему он призвал именно ее?
— Ос-становись. Пожалуйста, — сказала она темноволосому дикарю, уносящему ее прочь. У нее стучали зубы, когда она протянула руку, потянувшись к сестре. — Я н-не хочу идти с тобой.
Он еще крепче сжал ее и проревел:
— Успокойся, девочка. Ты выдашь наше местоположение.
Ух…
— Ты только что сам выдал наше местоположение.
Вдалеке Вейл бросилась на землю. Она всхлипнула и вскочила на ноги. Преследуя Нолу с рюкзаком в руке, она кричала на похитителя Нолы:
— Стой! Пожалуйста! Ты не понимаешь. Она больна. Ей нужны лекарства. Приходи за Ноксом. Я помогу тебе убить его, если ты этого хочешь. Честное слово! Или возьми меня вместо нее.
Горячие слезы потекли по щекам Нолы, но тут же замерзли. «Перестань плакать. Ты взрослая женщина, черт возьми». Мда, эта взрослая женщина, спеша покинуть пещеру, оставила второй рюкзак и все свое снаряжение для выживания. Без очков, маски, шапки или перчаток кровь в ее жилах скоро станет густой, как слякоть.
«Надо действовать немедленно!»
Собрав остатки энергии, Нола принялась колотить кулаками по лицу и груди своего похитителя. Он никак не отреагировал на ее удары.
Внутри разгоралась истерика. Куда он ее несет? Что собирается с ней сделать?
— Пожалуйста, отпусти меня. Позволь мне спасти мою сестру. — Если с Вейл что-нибудь случится… «Я лучше умру».
«Скорее всего так и случится».
— Почему я должен отпустить мать моих близнецов? — сухо спросил он.
Вот дерьмо. Он слышал ее глупый комментарий.
— Ты убьешь мать своих близнецов?
— Полагаю, это зависит от обстоятельств.
Ужас охватил ее, парализовав мышцы. Она потеряла способность двигаться, что только усилило страх. Ее желудок скрутило, как будто она проглотила лезвия от бритвы.
— Кажется, меня сейчас вырвет.
Он набрал скорость, говоря:
— Целься подальше от меня. — У него был низкий голос и сильный акцент, который она не могла определить. — Если мы остановимся, воин нападет на нас.
Воин?
«Сосредоточься». В прошлом году Нола и Вейл ходили на занятия по самообороне. Теперь же в ее голове прозвучало предупреждение. «Если кто-то попытается отвести вас в тайное место, деритесь. Любая боль, которую вы перенесете до перемещения, будет бледнеть по сравнению с тем, что вы перенесете, если окажетесь в ловушке и в одиночестве».
— Я иду за тобой, Нола, — крикнула Вейл из темноты. — Следом за… не позволю ничего… гм.
Что только что произошло? Ничего хорошего, насколько знала Нола.
Жгучая ярость помогла избавиться от паралича. Вместо того чтобы дико размахивать руками, она использовала свои уроки с пользой, ткнув своего похитителя пальцем в глаз. Когда он застонал от боли, она ударила его ладонью по носу. Хрустнул хрящ, и по подбородку потекла кровь. Он споткнулся, но, черт возьми, удержался.
— Я Зион из Тэйвери. — Он обежал вокруг покрытого льдом дерева. — Не волнуйся, маленькая дреки. Я буду защищать тебя.
Дреки? Прозвучало еще одно предупреждение ее инструктора. «Никогда не доверяй незнакомцу. Они все лгут, это универсальный язык убийц и насильников».
— П-почему ты хочешь защитить меня? — спросила она, стуча зубами с еще большей силой.
— До твоего прибытия, — сказал он, — я… видел тебя. В своих снах.
Так же как и ей снился золотой бог?
— Даже если бы этого не было, я бы хотел защитить тебя, — добавил он. — Там, откуда я родом, женщины встречаются редко и являются драгоценным сокровищем. Причинение вреда одной из вас — это преступление.
Он прижал Нолу к груди, высвободил одну руку, вытер кровь с лица и прижал пальцы к бриллиантам, инкрустированным в его плечо.
Что же он делает?
— Ч-что я делала в твоих снах?
— То, чего я тебе не расскажу.
Пройдя несколько шагов, они покинули пустошь и вошли в залитые солнцем джунгли. Когда она оглядела их новое местоположение, ее окутало тепло, уютное, как меховое одеяло. По поверхности кристально чистого пруда пробежала рябь.
Цветы наполняли воздух сладким ароматом, дразня ее ноздри. Повсюду жужжали пчелы, пели птицы. Фруктовые и ореховые деревья покачивались от легкого ветерка, и у нее потекли слюнки. Кокосы. Бананы. Пеканы. «Дайте мне!»
— Где мы находимся? — И как же она переместилась из одной климатической зоны в другую за считанные секунды?
— В моем доме. По крайней мере, пока я на Терре.
— Терра, — эхом отозвалась она.
Кивок.
— Каждый мир и реальность имеют множество измерений и плоскостей, скрытых участков земли, недоступных в традиционном восприятии. Я нашел и забрал его много веков назад.
— Несколько измерений? Плоскостей? Миры и реальности. — Была ли разница? Он употребил слово «веков»?
После всего, чему она была свидетелем, всего, что пережила… «Держи свой разум открытым».
— Плоскости наложены одна на другую, но они не пересекаются, — сказал Зион, ставя ее на ноги. — Измерения существуют внутри мира и доступны через своего рода дверной проем. Миры — это планеты в целом, а реальности — это царства внутри мира.
Ее колени подогнулись, не выдержав веса тела. Зион поймал ее прежде, чем она упала на землю. Он отнес ее на ложе из мха и осторожно положил на спину.
«Слишком уязвима!» Нола положила ладони ему на грудь и толкнула. Когда он отказался сдвинуться с места, она начала бить его кулаками. Костяшки ее пальцев коснулись рукояти кинжала, и она замерла. Третий совет ее инструктора? «Если вы найдете оружие, используйте его».
Но… ранить Зиона? Убить его?
Он схватил ее за подол рубашки, словно намереваясь сорвать одежду с ее тела, и Нола решилась: «Да. Убить его.» Дрожа всем телом, она выдернула кинжал из ножен и вонзила лезвие ему в живот.
Легкость, с которой металл разрезал плоть и мышцы, вызывала у нее тошноту. «Что же я наделала?»
Нахмурившись, он вытащил оружие из кишечника. На Зионе не было рубашки, поэтому она могла беспрепятственно наблюдать, как кровь хлещет из раны.
Нола напряглась, ожидая быстрого и жестокого возмездия.
Он просто вложил клинок в ножны и сказал:
— Я только хотел проверить, нет ли у тебя ран на теле, маленькая дреки. С тобой все в порядке?
Была ли «маленькая дреки» своего рода лаской или проклятием? И действительно ли он принял на себя вину за ее поступки, а потом спросил о ее самочувствии?
— Прости, что причинила тебе боль. Я не столько сожалею о поступке, сколько беспокоюсь о твоей реакции.
— Я в порядке. Рана уже заживает.
Неужели? Пока она смотрела, широко раскрыв глаза, его разрезанная плоть восстановилась, а рана стала невидимой. Но, но…
— Как такое возможно? — Смятение спровоцировало прилив головокружения, мир вращался все быстрее и быстрее.
— А как же иначе? Я не человек, — сказал он, пожимая плечами. — Теперь надо осмотреть свою территорию на предмет ловушек. Я вернусь с едой.
Оставить ее в незнакомой местности? Нет! Принести ей еды? Да!
— А ты не боишься, что я расставлю ловушки?
Уголки его рта приподнялись в покровительственной полуулыбке.
— Если кому-то вроде тебя удастся заманить меня в ловушку, я заслужу свою судьбу.
Оу, а это обидно!
— Кто-то вроде меня?
— Крошечный. Хрупкий. Болезненный. — Он без колебаний дал ей описание, радуясь, что может помочь ей обнаружить недостатки. И он не стал дожидаться ответа, а просто ушел, растворившись в листве.
«Вставай. Беги! Ищи Вейл». Да, да. Но даже если бы она могла ходить, у нее был нулевой шанс сделать для сестры что-нибудь хорошее. Она была слишком слаба и слишком медлительна. А что, если она наткнется на «воина»? Ее шансы погибнуть возрастут до ста процентов.
«Надо что-то делать. Думай!» Что ей известно? Ну, для начала, отказ от опиоидов скоро свалит ее с ног.
У Нолы было две таблетки в кармане; она всегда носила две таблетки в кармане. Запас на случай возникновения «чрезвычайной ситуации». Если она примет одну сейчас, половину своей обычной четырехчасовой дозы, то остановит любые серьезные симптомы отмены примерно на шесть часов. Тогда сможет принять вторую таблетку и купить себе еще шесть часов. После этого…
Ладно, потом. Она установила в уме внутренний таймер. Двенадцать часов, чтобы составить и привести в действие план. Часы тикают.
Нола неуклюже опустилась на четвереньки, и головокружение усилилось. Когда она попыталась встать, то упала. Черт возьми! Она ударила кулаком по грязи.
«Успокойся. Не бесись, действуй». Она снова неуклюже опустилась на четвереньки. Она подползла к пруду и проглотила таблетку. Хотя знала, как опасно употреблять неочищенную воду, но пила ее из рук. «До дна». Если ее пищеварительная система взбунтуется, значит, так тому и быть.
Бонус: если у нее случился бешеный понос, Зион вряд ли к ней прикоснется. Ура.
Когда головокружение прошло, она воспользовалась веткой дерева, чтобы подняться на ноги. Ее ноги дрожали, колени снова угрожали подогнуться, но она изо всех сил пыталась собраться с мыслями.
Возникла идея и она пошатнулась. Что, если она убедит Зиона спасти Вейл?
Можно ли ему доверять? До сих пор он вел себя вполне прилично. Нола не пострадала. По крайней мере, у него есть ответы на ее вопросы.
Кто такой Нокс и куда он увез Вейл? Кем были остальные, те, что застыли рядом с ним? Если уж на то пошло, как они выжили, будучи замороженными? Неужели все исцеляются так же быстро, как Зион? Сможет ли Нола принять участие в этом? Почему все эти сексуальные кексы пытались убить друг друга, когда получили свободу? И кто такой золотой бог и почему ее тянет к нему?
Когда солнечный свет просочился сквозь лиственный полог, поглаживая и согревая ее еще больше, хрустнула ветка и послышались шаги. Зион прошел мимо густо переплетенных сучковатых ветвей дерева, держа в руках небольшую сумку.
Без битвы, бушевавшей вокруг них, она смогла каталогизировать ранее пропущенные детали. Четыре татуировки покрывали его мускулистую грудь, каждое изображение было помещено в круг. В одном — птицы. В другом — пламя. Еще в одном — облака. В последнем — древо жизни.
Бриллианты, инкрустированные в его широкие плечи, были расположены в виде какого-то звездного узора. «Так блестят!» Он был шести с половиной футов ростом, того же роста, что и золотой бог, и исключительно красив, с густой гривой темных волос, темными глазами и кожей прекрасного коричневого оттенка.
В то время как золотой бог кипел от ярости и жестокости, каждое его движение было приглашением к плахе, Зион излучал спокойствие и решимость.
— Я принес перекусить, — сказал он.
«Двенадцать часов». По какой-то причине она услышала тиканье в глубине своего сознания.
— Другая девушка, — выпалила она, ныряя в омут с головой. — Вейл. Она моя сестра, мой лучший друг и деловой партнер, и единственная семья, которая у меня осталась. Смертоносный воин унес ее прочь. Он может причинить ей боль.
Черты его лица смягчились.
— Я пытался спасти и ее.
— Ты пытался и потерпел неудачу, так что ты теперь просто сдаешься? Я должна найти ее, Зион. Ради нее я дышу. — Истина. Несколько раз за последний год Нола была близка к тому, чтобы отказаться от жизни, будущее казалось слишком мрачным, чтобы думать о нем. Что ее еще ждет? Приступы. Боль. Лекарства. Но ради еще одного дня с Вейл она готова была вынести все. — Ты мне поможешь?
— Нет. — Он сел напротив нее и поставил сумку между ними. Ткань распахнулась, раскрыв бананы, орех пекан и морковь. — С того момента, как Нокс вырвался на свободу, он делал все возможное, чтобы защитить ее. Сомневаюсь, что он причинит ей боль.
Ком встал у нее в горле, хотя он был прав. Нокс сосредоточился на Вейл точно так же, как золотой бог на Ноле.
Где он сейчас? С ним все в порядке? Он не использовал телепатию с тех пор, как она вышла из пещеры. Хотя излучал жестокость и презрение, она не хотела причинять ему боль. Или еще хуже! В конце концов, он был ее чертовым мужчиной мечты.
Зион расколол связку орехов и очистил банан, затем предложил ей и то и другое. Она откусила кусочек фрукта и застонала от блаженства. Какая сладость! Гораздо лучше, чем рыбные консервы и чили. Она практически запихнула в рот остатки банана, а потом принялась за орехи. Как только она проглотила последний, ее охватило чувство вины. Она здесь наслаждается вкусной закуской. А тем временем, понятия не имеет, в опасности ли ее сестра.
— Твои выводы могут быть ошибочны, — наконец сказала она.
— Ну, пока это работало. Я участник сто третьей Великой Войны. Бессмертный воин, сражающийся, чтобы править вашим миром.
Бессмертный. Великая Война. Править всем чертовым миром. Надо забыть о том, что у нее открытый разум. Забыть о диких вещах, которые она видела. Он лжет. Должно быть, так оно и есть.
«Но… Я ему вроде как верю».
— Что такое Великая Война?
— Бой до смерти.
И?
— Пожалуйста, разъясни.
Он на мгновение задумался и вздохнул.
— В Альянсе Великой Войны тридцать девять миров. Поправка. Было тридцать девять миров, до того, как викинг заморозил нас в Арктике. Я не уверен, сколько новых было найдено за эти столетия. В любом случае. Чтобы предотвратить вторжение армий других миров и уничтожение вновь открытых территорий, один представитель от каждого мира отправляется сражаться с другими представителями — насмерть.
Еда, которую она съела ранее, превратилась в свинец в ее желудке. Значит, Зион считал себя инопланетным пришельцем? То есть золотой бог был инопланетным пришельцем. «Ни за что, не может быть». Но…
Возможно? Нола сомневалась, что любое другое объяснение будет иметь смысл. Если Зион сказал правду, если Великая Война была реальной и группа воинов действительно надеялась завоевать контроль над землей, будущее обещало быть мрачным для всех людей, а не только для нее… и…
Она не могла справиться с этим прямо сейчас. Истерика подступала к ее сознанию.
— Ты не знаешь, куда Нокс отвез Вейл? — спросила она, обхватив себя руками за талию.
— В его убежище, без сомнения. К сожалению, я никогда не видел его, поэтому не могу сопроводить тебя туда.
— Я не понимаю. — Какая разница, что он его не видел?
Зион постучал по трем хрустальным кольцам, которые носил.
— Это рифтеры. Они открывают разлом в любое место, в котором я побывал или видел на фотографиях.
Рифтеры. Разломы. Все, что он говорил, рисовало очень нереалистичную картину.
— Тогда проводи меня туда, где я смогу достать снаряжение для выживания. Может быть, и аптеку тоже. Определенно нужна аптека. Верни меня в Арктику.
Он быстро заморгал.
— Ты же знаешь, что не сможешь ее найти, да? Ты слишком слаба, и тебе не хватает надлежащей подготовки и навыков. — Жестокие слова… истинные слова… произнесенные мягким тоном. — Что у тебя за болезнь?
— Не твое дело. — Она не была физически сильной, но что с того? У нее было стальное сердце! — Твоя планета развита в медицинском направлении? Можете ли вы вылечить некоторые болезни?
— Развита, да. Вылечить, нет. — Он наклонил голову на плечо — Как ты нашла ледяную пещеру?
— Пошла в поход и заблудилась. — Зачем вообще пытаться объяснить ее связь с золотым богом и инстинктивное желание связаться с ним? Выборочная немота наверняка остановит ее. — Как долго вы были заморожены?
— Тысяча триста лет.
Нола растерялась. Заявление настолько дикое, что разве может быть правдой?
— Ты случайно не знаешь, как зовут золотого воина?
— Знаю. — Глаза Зиона заблестели, как будто он знал тайну, которой не владела она. — Он Бейн из Адвевета.
Бейн. «Проклятие моего существования».
— Адвеветийские воины — опасные оборотни, питающие отвращение к свету.
— Оборотни, — выдохнула она.
— Давным-давно я слышал, что твой народ называет зверя Бейна дреки. Или дракон, — уточнил он.
Что? Еще более дикое заявление. Тем не менее, она легко могла представить себе Бейна, трансформирующего в стиле «Я — Дракон». Но… почему Зион назвал Нолу «маленьким драконом»? Если только он не знал, что между Бейном и Нолой существует ментальная связь.
Так почему же у Бейна и Нолы была общая связь?
«Перестань фокусироваться на некритичных деталях. Часики тикают». Настало время заручиться поддержкой Зиона и сделать ему предложение, от которого он не сможет отказаться.
— Помоги мне найти и спасти Вейл, — объявила она, — и я… — Что? Что она может предложить, и чего он хочет? — Я знаю современный мир, а ты нет. Я могу помочь тебе выиграть войну. Итак. Что ты на это скажешь?
Зион покинул ее. Не давая никаких обещаний и не объясняя, куда он идет, что будет делать и когда вернется. Перед уходом он сказал:
— Мне нужно выиграть войну. Оставайся здесь, и ты будешь в безопасности. — Затем он воспользовался своими рифтерами, чтобы открыть портал, и исчез, оставив Нолу с разинутым ртом.
Деревья росли повсюду, цветы выглядели огромными, а лишайники покрывали все возможные поверхности. Птицы щебетали, лягушки квакали и фоном жужжали пчелы, обеспечивая супер веселую фоновую музыку. Но, в каком бы направлении она ни шла, всегда оказывалась у пруда. Это измерение представляет собой петлю?
Все это время обратный отсчет времени тикал у нее в голове, каждая потерянная минута лишала ее спокойствия. Отчаянно желая отвлечься, она мысленно проговорила список дел, которые должна сделать.
«Перестань надеяться, что Бейн пошлет еще одно телепатическое сообщение. Соверши побег. Спаси Вейл до того, как закончится действие лекарств. Вернись домой. Забудь о войне и ее «бойцах». Забудь о потенциальном инопланетном статусе своего золотого бога».
Она начала подозревать… и бояться… что портал был единственным путем в измерение и из него. Если она продолжит искать выход, то только потеряет еще больше своего ограниченного времени и драгоценной энергии. Лучше сделать что-то хотя бы с небольшим шансом на успех.
Может, ей стоит устроить Зиону какую-нибудь ловушку? Он отбросил эту мысль. Если она захватит его в плен, то сможет заставить отвезти ее к Вейл. Или, может быть, к Бейну.
Нравится ей это или нет, но она была связана с этим парнем очень тесными узами. С тех пор как ей исполнилось восемнадцать, он играл главную роль в ее любимых снах. Когда попросил о помощи, Нола объехала полмира, чтобы помочь ему. Теперь он в долгу перед ней. Без особых усилий с его стороны он мог бы помочь ей спасти Вейл.
Ее охватило предвкушение. Окей. Новый список. «Расставь ловушку для Зиона, заставь его открыть портал. Найди Бейна. Убеди Бейна спасти Вейл до того, как кончится действие лекарств. Вернись домой. Забудь о войне и ее «бойцах». Забудь о потенциальном инопланетном статусе своего золотого бога».
Ее усталый мозг смог придумать только одну ловушку. Старый трюк «выкопай яму, накрой сверху и наблюдай за падением».
Где было хорошее место, чтобы… там! Место, где они ели. Она присела на корточки и принялась копать при помощи камня. Прошло совсем немного времени, прежде чем от усталости и дрожи ее движения начали замедляться.
Пот тонким бисером покрыл ее кожу, сердце молотом билось о ребра. Прошло всего три часа, но действие опиоида уже начало ослабевать. Затем наступит адская боль.
Черт возьми!
Глубокий вдох, выдох. Дерьмо! Накатило головокружение. Неглубокий вдох, выдох. Лучше. Вдох-выдох. Отлично. «Сосредоточься. Неизвестно, когда вернется Зион».
Пока она продолжала копать, слезы разочарования хлынули из ее глаз. Чем бы она не пожертвовала, чтобы обрести силу, подобную силе Бейна?
Когда у нее не было волчанки или приступа фибромиалгии, Нола заставляла себя проходить по пять миль в день. По предписанию врача избегала продуктов с глютеном, молочных продуктов и шоколада. Несмотря на то, что капуста по вкусу напоминала мусор, Нола употребляла ее дважды в неделю. В конце концов! Она выпила тысячу овощных коктейлей, наполненных витаминами и минералами. И все же ее глупое тело решило предать ее сейчас, когда сестра нуждалась в ней больше всего.
Ее подбородок задрожал. Одинокая слеза обожгла щеку, и она поспешила вытереть ее тыльной стороной ладони. Сдаться? Нет! Она должна это преодолеть. И преодолеет.
Наклонившись вперед, Нола воткнула камень в землю и принялась соскребать кучу за кучей грязи к коленям. Мышцы горели от напряжения. Еще одна слеза упала, когда одна сторона дыры рухнула, разрушая всю ее тяжелую работу.
— Ну же! — она зарычала. Прихлопнуть. Соскрести. Опять полились слезы. — Я могу это сделать. Я могу… — Ее зрение затуманилось. Рыдание вырвалось из самой глубины души, высвобождая ядовитый поток разочарования, страха и всего остального, что она похоронила, пока была заперта в горах с Вейл. Вся эта паника. Истерия. Неопределенность. И сожаления.
Опустив голову и тряся плечами, Нола позволила новым рыданиям овладеть собой. Если бы она была сильнее, если бы боролась ожесточённее, то уже могла бы спасти Вейл. Он она была совсем другой. «Беспомощная. Ничтожная. Ни на что не годная». Оскорбления приемных родителей и братьев и сестер обрушивались на нее на протяжении многих лет.
Что ж, они ошибались, и она докажет это! «Поймай Зиона и доберись до Бейна. Просто доберись до Бейна».
Ее охватило удивительное ощущение, как будто она употребила сильнодействующие опиоиды. Ноющая боль исчезла. Пот высох, и ее сердцебиение замедлилось. Нола наслаждалась. Именно так она и должна себя чувствовать всегда, не так ли? Так «нормальные» люди чувствуют себя ежедневно.
Ей хотелось танцевать и петь, смеяться и играть… до тех пор, пока джунгли не исчезли, а вокруг появились стены из камня и хрусталя теперь, различные запахи насыщали воздух. Старые стены, известняк, экзотические специи и мужской мускус.
Нола схватилась за живот. «Только бы не стошнило». Что только что произошло? И почему четыре мертвых тела заняли дальний угол пещеры? Это были свежие жертвы, их кровь только начала сворачиваться».
Каким-то образом она в мгновение ока переместилась в другое место, не прибегая к помощи рифтеров. Как это возможно?
Она была пекарем и писателем, и с ней постоянно происходили невероятные вещи. Без сомнения, паника была неизбежна. Но не здесь и не сейчас. Несмотря на ужас, Нола встала на удивительно устойчивые ноги, скользя на них с грацией, которую никогда раньше не демонстрировала.
Низкий рык заставил ее посмотреть влево. Бейн!
«Серьезно. Как такое возможно?»
Он уже проснулся и лежал на спине… и совершенно, абсолютно голый. Кровь и грязь покрывали его обнаженную кожу, а в золотистых глазах сверкали ярость, боль и презрение.
Грязь застряла в его волосах и покрыла коркой зловещую, сочащуюся рану на плече. Ряды мышц украшали его великолепную грудь, создавая настоящую рисунок из восьми кубиков пресса. «У меня что, слюнки текут?» Как и у Зиона, у него были круглые татуировки на торсе. Древо жизни, скопление звезд и океанская волна.
Ее щеки вспыхнули, когда она скользнула взглядом к его достоинству. Его очень большому достоинству.
«О, привет». Не может быть, чтобы его пенис был таким большим. Так ведь? Она предположила, что ей нужно еще раз взглянуть, просто чтобы убедиться.
Ее взгляд вернулся назад. «Боже милостивый! Посмотри на эту штуку. Огромный, с…»
«Нет! Плохая Нола!»
Мурашки побежали по ее позвоночнику, кровь закипела, как если бы… не может быть. Как будто она испытывала сексуальное возбуждение без расстройства желудка. Еще одна невозможность, верно?
Она обмахнула свои щеки и снова посмотрела на его бедра, колени. Он вытянул перед собой ноги и…
— Ох, Бейн. — Она поднесла руки к своему рту. Всего несколько часов назад он сражался с огромными воинами с непревзойденным мастерством и свирепостью. Теперь у него не хватало ноги. Его нога заканчивалась окровавленным обрубком. — Бедный малыш, — прохрипела она с сочувствием. Муки, которые он переживает. Если она даст ему последнюю таблетку из своего кармана… У него может быть плохая реакция. «Не человек, помнишь?»
Правильно. Таблетка может его убить. Неважно. Тот факт, что она даже подумывала поделиться своей последней драгоценной пилюлей, доказывал, как много он значил для нее, несмотря на все произошедшее.
— Дай угадаю, — проскрежетал он, его голос был таким же глубоким и хриплым, как всегда. Несмотря на свои раны, он оглядел ее с ног до головы с медленной, сексуально заряженной точностью, как будто она была девственницей на аукционе, и он планировал сделать выигрышную ставку. — Зион назвал тебе мое имя.
Затаив дыхание, она ответила:
— Да, назвал. — Этот взгляд должен пугать ее, да? Так почему же теперь Нола считает его еще сексуальнее? — Почему я себя так хорошо чувствую? Как я сюда попала?
— А ты не знаешь?
— А ты? —
Он поджал губы — жест, порожденный гневом. Но даже сейчас он казался печальным и уязвимым, и это ощущение было ей хорошо знакомо. Тлеющий уголек родства загорелся внутри.
— Я даже не могу найти жгут, — сказал он.
— Я могу! Я позабочусь о жгуте, а ты о Вейл. Договорились? — Она не стала дожидаться его ответа и оглядела пещеру. Пыль… грязь… кристаллы. Тела погибших. У парня посередине был ремень. Придется это сделать. Она бросилась к нему со словами:
— Ты, э-э, убил этих парней?
— Да. С удовольствием. Это часть моего стиля декорирования, — сухо сказал он.
Конечно, теперь ей будет страшно. Подождите…
Неа. Она чувствовала себя возбужденной. «Наконец-то прогресс!»
— Бедный Бейн. Никто не сказал тебе, что «жуткий шик» вышел из моды. — Притворяясь, что трупы получили по заслугам… черт, может, и заслужили… она напрягалась и маневрировала, пока не достала кожаный ремень, а затем бросилась обратно к Бейну. Пряности и мускус дразнили ее нос, туманили голову и нагревали кровь еще сильнее. Отлично! Теперь ее сотрясала дрожь. Вздохнув, она присела к нему и как можно мягче просунула ремень под его бедро.
— Что с тобой случилось? — спросила она.
Он зашипел от боли и рявкнул:
— Ты случилась.
— Я? — Она посмотрела налево и направо, надеясь, что он использовал этот резкий тон для кого-то другого.
По какой-то причине он успокоился, когда его взгляд остановился на ее волосах. Он выглядел… зачарованным. Бейн протянул руку, чтобы зарыться пальцами в волосы. Черные как смоль пряди дополняли золотистый оттенок его кожи.
— Красивые, — сказал он, затем нахмурился и опустил руку с раздражением. — У тебя много работы.
Оооокей. Потеря конечности делает его раздражительным. Принято к сведению. И черт возьми, если бы кто-нибудь сказал ей, что однажды она спокойно и небрежно отнесется к ампутации ноги бессмертного воина, она бы рассмеялась им в лицо.
Чтобы отвлечь его от надвигающейся боли, она сказала:
— Как я заставила тебя потерять ногу? — Говоря это, она затянула пояс и натянула кожу до середины икры, затем затянула его как можно туже.
Он проревел проклятие с такой яростью, что она пригнулась, ожидая удара.
Это только разозлило его еще больше. Но он смягчил свой тон, сказав:
— Я не причиню тебе вреда, Нола.
Глубокий вдох, выдох.
— Приятно слышать. — Если только он сказал правду.
Выражение убийственной ярости промелькнуло на его лице, и он проревел:
— Кто-то причинил тебе боль в прошлом?
Отлично! Его голос снова звучал раздраженно.
— Давай, э-э, сосредоточимся на тебе и ноге. Ладно?
— Я боролся, чтобы защитить тебя, и был наказан за свои усилия. Чтобы выбраться из разрушающейся пещеры, мне пришлось отрубить эту ногу. И я мог бы тебя выследить. Только Зион очень хорошо умеет прятаться. Твой след быстро потерялся.
«Эту ногу», сказал он, а не «мою ногу». Это различие имело значение и вызвало ее сочувствие. Нола знала, что он чувствовал себя отделенным от своего тела, с этим феноменом она тоже часто боролась.
— Ты не знаешь, где Нокс? Он сбежал с моей сестрой.
— Сестра? — Его брови нахмурились. — Я не почувствовал в другой девушке Адвеветийской крови.
— Но ты почувствовал во мне кровь Адвеветийцев? — Вот дерьмо. Была ли она инопланетянкой? Потусторонняя родословная могла бы объяснить некоторые из ее странных особенностей.
Под глазом у него дрогнул мускул.
— Да, это так. И нет, я не знаю, где Нокс. Никто из нас не знает.
Двойное дерьмо!
— Я прожила на Земле, точнее на Терре, всю свою жизнь. Как я могу быть из вашего мира? — Они вернутся к его неспособности найти Нокса и Вейл после того, как она немного разогреет его… в разговорном смысле.
— А какие есть варианты? В твоем генеалогическом древе есть Адвеветийский предок.
Как беспечно он сделал заявление, способное изменить весь ход ее жизни. Если это правда, конечно.
— Так вот почему ты заговорил в моей голове и потребовал, чтобы я нашла тебя?
Проигнорировав вопрос, он протянул руку и обхватил ее затылок так сильно, что вполне мог оставить синяки. Шок и ярость омрачили его лицо.
— Ты настоящая. Ты настоящая, и ты здесь. Здесь, со мной.
Внутри у нее все начало смягчаться.
— Да, я настоящая. И чтобы ты знал, если ты сломаешь меня, тебе придется меня купить.
Одним рывком он притянул ее лицо ближе к своему, их губы разделял лишь шепот. У нее перехватило дыхание. Бейн пристально смотрел, взглядом исследуя ее.
Вблизи его глаза напоминали жидкое золото, расплавленное и тлеющее, а обрамление длинных черных ресниц напоминало сон. В буквальном смысле! Нола никогда не думала, что будет находится на расстоянии вытянутой руки от своего золотого бога, и теперь она… была в шоке.
— Я настоящая, а ты настоящий инопланетянин, как и Зион. И я, по-видимому. — «Верить или не верить?»
Он, казалось, не слышал ее.
— Зион причинил тебе вред?
А ему не все равно?
— Нет. Он был добр ко мне.
— Насколько добр? — Веки Бейна сузились, эти великолепные янтарные радужки скрылись. — Он тебе нравится.
— Вроде того. И очень сильно, — сказала она.
Он зарычал. Зарычал! Как большое, красивое, ревнивое животное.
Такой мужчина, как Бейн, ревнует, потому что другой мужчина провел больше времени с Нолой? Не может быть. Должно быть, она неправильно поняла ситуацию.
— Я его плохо знаю, но он не смотрит на меня так, словно я грязь на подошвах его ботинок… — сказала она, пожав плечами.
— Грязь. Да. — Хотя его глаза закрылись, а голова склонилась набок, он не отпустил ее. Через мгновение он действительно вытянулся по стойке «смирно» и прорычал:
— Ненавижу тебя.
Она вздрогнула, признание ранило ее, словно пощечина. Чем она заслужила такую злобу?
Зачем доставлять ему удовольствие, спрашивая?
Если бы он проявил немного доброты, она отдала бы ему всю свою заботу, всю свою помощь. А теперь? Ему повезет, если он получит хотя бы половину из этого.
— Куда тебя забрал Зион? — потребовал он.
— Даже если бы я знала, я бы тебе не сказала.
— Тогда ты просто дура. Он использует тебя, чтобы добраться до меня.
— Верно, потому что мужчина не захотел бы меня ни по какой другой причине? — подколола она его.
Он провел языком по ровным белым зубам.
— Останься со мной, и я защищу тебя от него. От всех.
— Довериться человеку, который меня ненавидит? Нет, спасибо. Кроме того, ты даже не можешь защитить себя, умник. — Чувство вины вспыхнуло. Никогда прежде Нола не говорила таким язвительным тоном с другими живыми существами, но кроме шуток! Всего за несколько минут он уничтожил то немногое, что она с таким трудом взрастила в себе. — Кстати, почему ты хочешь защитить меня?
Он отвел взгляд, его поведение изменилось. От свирепого до решительного.
— Мне вовсе не обязательно любить тебя, чтобы помогать. Мы нуждаемся друг в друге.
Этот могучий золотой бог нуждался в ней?
— Я знаю, зачем ты мне нужен… из-за Вейл. Зачем же я тебе понадобилась?
— Скажи, что ты будешь держаться подальше от Зиона, — настаивал он, игнорируя очередной вопрос.
Черт с ним!
— Если ты не поможешь мне спасти Вейл, это сделает Зион. — Возможно. Но ей придется надавить. Так почему бы вместо этого не подтолкнуть Бейна?
Надеясь снова возбудить его ревность, она сказала:
— Зион горяч и очень хорошо работает своими руками. — Скорее всего. Она наклонилась ближе, прижавшись грудью к его груди, и прошептала прямо ему в ухо:
— Я девушка его мечты. — Буквально!
Бейн усилил хватку.
— Мечты… да. Ты сон и кошмар, как и сам Адвевет. Ты мое спасение и мое проклятие, в одном красивом флаконе.
«Он считает меня красивой?»
Эх! Вот на чем она сосредоточилась?
— Как я могу быть твоим спасением и твоим проклятием? Реально, как я могу быть и тем, и другим? — спросила Нола, и, черт возьми, при каждом его выдохе, она делала вдох, втягивая все эти специи и мускус. Ее живот задрожал, а между ног растеклось тепло.
«Я испытываю возбуждение без расстройства желудка». Как чудесно! Но почему здесь, почему сейчас? Почему с ним?
Бейн тоже чувствовал возбуждение? Должен был. Пока они смотрели друг на друга, осознание наполнило воздух.
И снова он сделал вид, что она ничего не спрашивала, и предпочел задать свой собственный.
— Как ты добралась до меня без рифтеров?
— Честно говоря, не знаю. В один миг я подумала, не поможешь ли ты мне, а в следующий — уже была здесь.
По какой-то причине ее ответ снова привел его в ярость.
— Вижу, ты уже оценила наши способности. Типичная королевская особа, — пробормотал он с отвращением.
Королевская особа? Способности?
— Скажи мне, чтобы я исцелился, — приказал он. — Скажи мне, чтобы я отрастил новую ногу как можно быстрее.
— Ты хочешь сказать, что я должна отвезти тебя в больницу, используя сверхъестественные способности, которыми могу обладать, а могу и не обладать, и определенно не знаю, как ими пользоваться? Конечно. Почему бы тебе не посмотреть, как я вытаскиваю кролика из своей невидимой шляпы?
Его золотистые брови сошлись вместе, в середине образовалась складка.
— Больница… медицинское учреждение. Нет. Ты поможешь мне здесь.
— Каким образом? Мой телефон разрядился, и я никак не смогу тебя поднять.
— Скажи мне, чтобы я исцелился, Нола. Именно так, как я попросил.
— Ты ничего не просил, — раздраженно сказала она. — Ты потребовал.
Он сжимал ее затылок, пока она не застонала, скорее от удивления, чем от боли. Но даже сейчас она не боялась его.
— Скажи мне. Сейчас же.
— Это так ты меня защищаешь? — огрызнулась она.
Он тут же ослабил хватку.
— Пожалуйста, — прохрипел он.
Почему бы не помочь ему?
— Выздоравливай, — сказала она. — Отрасти новую ногу как можно быстрее. — На краткий миг она почувствовала тепло, жар, но это чувство внезапно прекратилось.
Как только последнее слово слетело с ее губ, он запрокинул голову и заревел от боли, все его тело сжалось. Теперь ее охватил страх. Она вырвалась из его объятий, повторяя нараспев:
— Прости, прости.
Что она такого сделала?
— Не уходи, — крикнул он. — Нола, не смей уходить.
Слишком поздно. Пещера, как и сам Бейн, исчезли. Джунгли появились снова. Она вздрогнула. И снова перенеслась на новое место в мгновение ока, не имея ни малейшего представления о том, как ей это удалось.
Перенеслась… или телепортировалась?
— Зион, — позвала она.
Птицы взлетели, но ответа не последовало. Так. Ни Бейна, ни Зиона. Отлично!
Нола рылась в своих мысленных файлах в поисках любой информации, которую могла прочитать об этой способности, но ее мысли были так же беспорядочны, как бочка с пластиковыми обезьянами. Симптом отмены. Другие симптомы вернулись с удвоенной силой, ее сердце бешено колотилось, пот бисеринками выступил на коже. Снова начались боли, и она с трудом перевела дыхание.
Каким-то образом Бейн предотвратил ее приступ. Теперь, когда они были врозь…
Должна ли она попытаться вернуться к нему, несмотря на его истерику?
Не нужно об этом думать. Да, так и должно быть.
Однако один факт прояснился. Бейн навсегда изменил ход ее жизни. Только время покажет, были ли эти изменения к лучшему… или к худшему.
— Нола! — взревел Бейн. Он резко выпрямился, холодный воздух с запахом известняка щипал его обнаженную кожу.
Он мысленно потянулся к Ноле, желая, чтобы она была рядом, но какая-то преграда помешала этому соединению. Почему?
Тяжело дыша, обливаясь потом, он осмотрел свое тело. Его одежда исчезла. Плечо так и не зажило. Ноги восстановились. Наконец-то с ним случилось что-то хорошее. Но как это случилось так быстро?
Его внутренние часы показывали, что с момента побега из ледяной тюрьмы прошла одна ночь. Ногам обычно требовалось два дня, чтобы отрасти… если королева отдавала приказ. Когда его давала принцесса, нужно было подождать еще пару дней. Так что же ускорило этот процесс для Нолы?
При дыхании перед лицом образовывалось облачко пара, пока он осматривал окрестности. Скалистая пещера. Не его логово. В этой пещере не было ни оружия, ни сокровищ. Здесь с потолка сыпались блестящие кристаллы. Вода постоянно капала со скалистых стен, падая на груду мертвых смертных. Старые убийства. Их кровь свернулась и потемнела.
Зверь, должно быть, захватил четверку из соседней деревни и спрятался… где? Бейн ломал голову в поисках ответа. Каждая мысль, кроме одной, опускалась на дно ментального зыбучего песка так же быстро, как и формировалась. Может быть, кто-то поджидал его поблизости, надеясь устроить засаду?
Он закрыл глаза и внимательно прислушался. Ни голосов, ни шагов, только порыв ветра. Он глубоко вдохнул и перебрал различные ароматы. Известняк, разложение и грязь. Жимолость и жасмин.
Его тело дернулось от ударной волны похоти. Жимолость. Как долго Нола отсутствовала? Где же она была? «Хочу, чтобы она вернулась!»
Остынь. Похоть… к ней? Неприемлемо! Он никогда не ляжет в постель с королевской особой и не предаст память Мередит. Он никогда не ляжет в королевскую постель, и точка. Он выучил свой урок с Эвелин. Нола может казаться сладким, вкусным маленьким лакомством… «а я могу быть голодным, жаждущим»… но через три недели она изменится. Он совершит кровавый ритуал, и она восстанет как истинная королева, холодная, бессердечная и полная зла.
Нола… зло…
У него были столетия, чтобы думать о ней. Кем она станет, чего надеется достичь. Ни разу он не испытывал любопытства по поводу ее внешности и характера.
Теперь он поймал себя на том, что неотрывно вспоминает ее густую копну иссиня-черных волос, ее сочные губы в форме сердечка, мерцающие глаза, которые то искрились счастьем, то темнели от боли.
Когда он держал ее за затылок, то представлял, как накручивает на кулак длинную прядь ее волос и наклоняет ее лицо к своему. Он хотел услышать ее прерывистое дыхание, хотел видеть, как лихорадка страсти усиливает румянец на ее щеках, а пульс у основания шеи учащается.
Его член стал твердым, как сталь. Но не из-за Нолы. Его тело жаждало секса, вот и все. Он прожил более тысячи трехсот лет без любовницы. Это обстоятельство он мог бы легко исправить, если бы захотел.
Отсюда напрашивался вопрос, так ли сильно он желал этого? В тот момент, когда он войдет в женщину, его драгоценная жена уже не будет последней, кого он целовал или касался. Даже эта мысль наполняла его грызущим чувством вины.
«Довольно! Война сейчас, секс потом. Включи голову».
Ошеломляюще яркое воспоминание заполнило его сознание. Когда Нола появилась в пещере, она выказала такую неподдельную радость, что у него заныло в груди. Потому что он знал, что никогда больше не увидит этого чувства.
Прокрутив тот момент, когда она присела рядом с ним. Ее мерцающие глаза расширились, и он заметил признаки сильной истерики. Опухшие, покрасневшие веки. Следы слез на ее перепачканных грязью щеках. Розовые пятна на коже. Запекшаяся грязь на пальцах.
Прежде чем прийти к нему, кто-то вызвал у нее слезы. Зион?
Следующий вдох Бейна обжег жаром, который, казалось, выковывал кинжалы из воздуха и резал его легкие. Зион заплатит за это.
Куда, черт возьми, подевалась Нола? Ее нет поблизости, насколько он знал. Присутствие королевской особы успокаивало зверя. Здесь и сейчас зверь рычал и царапал его разум, выражая ненависть и негодование, более изменчивые, чем у Бейна.
«Надо найти Нолу». С ней зверь будет вести себя тихо.
По мере того как он напрягал свой мозг все сильнее, новые воспоминания выплывали из зыбучих песков разума. Он вспомнил, как выполз из развалин ледяной пещеры, оставляя за собой кровавый след… вспомнил глубокие трещины, расползающиеся по земле, почти поглотившие его целиком. Когда он откатился в сторону, один из воинов ударил его ножом в спину. Именно тогда зверь захватил его, унося в ближайшую деревню.
Тот факт, что Бейн вообще трансформировался, означал, что Зион унес Нолу куда-то за пределы его досягаемости.
Напряжение охватило Бейна. До своего заключения он безуспешно охотился за Зионом.
«Если я не смогу найти Нолу, возможно, она найдет меня». Как и Эвелин, она могла телепортироваться. И исцелить его с помощью команды. Его глаза расширились. «Вот оно». Она приказала ему исцелиться, и он исцелился. Он исцелился быстрее, чем когда-либо прежде, как будто ее власть была сильнее власти Эвелин, полнокровной королевы. Невозможно!
Для таких созданий, как Бейн, королевское слово было равносильно закону. Его тело всегда будет подчиняться ее требованиям… если только что-то не было достаточно сильным, чтобы подавить ее волю. Как меч Вейлора. Пока она не станет королевой, у нее не хватит сил вылечить его плечо. Доказательство — она сказала: «Выздоравливай». Значит, он должен был исцелиться полностью. И все же эта рана оставалась такой же глубокой и болезненной, как и прежде.
Меч! Если кто-то украл оружие во время плена Бейна…
Его кулаки сжались. Он подумал было открыть портал в свое убежище, чтобы проверить меч и очки, но тут же отбросил эту мысль. Кто-то мог прятаться поблизости, ожидая увидеть его убежище.
Он обыщет пещеру. Если никого не найдет, то отправится в свое убежище, а затем обратит свой взор на Нолу.
«Хочу ее сейчас же!» Вожделение вспыхнуло вновь, охватывая его в горячем порыве. «Не ее. Просто близости».
С проклятием Бейн вскочил на ноги. Его новая лодыжка держалась твердо. Хорошо. Он стащил пару штанов и ботинок с самой крупной жертвы зверя. Слишком маленькая и тесная.
Должно быть, он выглядел нелепо, но, по крайней мере, одежда не стесняла движения, так что пойдет. Сапоги были слишком велики для трупа, но идеально подходили Бейну, словно сшитые специально для него. Простое совпадение? Казалось маловероятным, но случались и более странные вещи.
Он сделал всего один шаг, прежде чем знакомая вибрация сотрясла его руку. Он нахмурился. Его кольцо связи. Только один человек имел к нему доступ. Эвелин Великая и Ужасная, которая не могла говорить в его голове, пока они были в разных мирах.
Он до боли сжал зубы. Приглушенный свет вырвался из центра кольца, и появилось голографическое изображение Эвелин.
Ярость обожгла его грудь, каждый мускул в его теле напрягся. Вожделение, которое он испытал всего несколько мгновений назад? Исчезло. У его тела были определенные стандарты.
— Ты жив, — сказала она ровным голосом.
Королева Адвевета мало изменилась. Все еще золотая с головы до ног. Все еще обманчиво хрупкая. Все еще дьявольски злая.
Зверь успокоился, но не умолк. Доказательство того, что связь между королевой и воином уже ослабла. «Не ухмыляйся».
«Контролируй свой тон. Действуй осторожно». Несмотря ни на что, он должен был убедиться, что Эвелин ничего не знает о Ноле.
— Где же твоя радость? — спросил он с усмешкой. Видимо, не собираясь контролировать свой тон. — Твой воин выжил.
«Не ее, никогда не будет ее воином».
— Ты увидишь мою радость, когда выиграешь войну, — парировала она. — С тех пор как тебя заморозили, много чего произошло.
— Например?
— Альянс Великой Войны позволил еще одной группе воинов отправиться на Терру. Когда и вторая партия исчезла, начался третий раунд. Но и следующие воины исчезли.
Правила запрещали Высшему Совету вмешиваться в войну. Конечно, ни одно столкновение никогда не заканчивалось тупиком.
— Кого ты отправила?
— Кайдена и Маунта. Кайден выжил, Маунт умер.
Агрессия скребла его изнутри, желание ударить что-нибудь, что угодно, было почти непреодолимым. Кайден был безжалостен до глубины души, как с противниками, так и с любовниками. По крайней мере, она не послала Мику, самого жестокого бойца на ее службе, мужчину, который помог ей убить Мередит.
— Ты отдала им такие же приказы, как и мне? — спросил он.
— Да, конечно. Кайден думал, что нашел принцессу Терры как раз перед тем, как исчезнуть.
Ногтевые пластины Бейна горели, когти удлинялись, готовясь нанести удар. Другой воин Адвевета сделает смерть Нолы своим приоритетом… если его найдут до окончания Великой Войны.
Время для заговоров закончилось, и пришло время действий. Он выполнит свой план, завоюет оружие, которое пожелает, и положит конец войне на собрании воинов. Наконец-то! Осталось всего три недели. Двадцать один день. В нем бурлило предвкушение.
После кровавого ритуала Нолы она будет страстно желать уничтожить любую угрозу своему правлению. Имея в своем распоряжении целую армию гибридов, она могла… и должна была… добиться успеха.
Сколько гибридов живет сейчас на Терре, их звери находятся в вечной спячке?
Поскольку целых три чистокровных зверя бродили по планете — Бейн, Кайден и Маунт… Высший Совет никогда не узнает о преступлениях Эвелин.
По их мнению, каждый воин мог переспать и оплодотворить сотни женщин, таким образом объясняя все гибриды. Никто не знал, что Эвелин использовала мистический токсин, чтобы стерилизовать своих воинов перед отправкой на войну. В обмен на победу они получали противоядие.
— Есть еще кое-что, что ты должен знать, — сказала Эвелин. — Чуть больше двадцати лет назад я тайно отправила Мику на Терру с приказом убивать каждую встречную представительницу королевского рода, а также разыскивать тебя и Кайдена.
Бейн пришел в ярость. «Спокойно. Держи себя в руках». Если Мика выжил, Бейн найдет и убьет его. Еще одна задача, которую нужно добавить к его постоянно растущему списку. Этой задачей он насладиться.
— Ты рисковала…
— Тихо, — рявкнула Эвелин. — Ты солдат, не более того. Да, у нас общее прошлое, но здесь, в настоящем, оно ничего не значит. Ты не можешь наказывать меня или подвергать сомнению мои решения.
Разъяренный, он выпятил челюсть, но все же повиновался, чтобы она не заподозрила его в связи с Нолой.
Королева самодовольно улыбнулась. Голосом мягким, как шелк, она сказала:
— Скажи мне, мой питомец. Неужели желание убить меня исчезло?
Врать не было смысла, ответ, вероятно, отпечатался на его лице.
— Ни. Капельки.
— Отлично. — Еще одна медленная улыбка. — Тогда принимайся за работу и выиграй войну. Быстро! Твои шансы на успех уменьшатся, как только будут найдены другие воины.
Больше участников войны, больше препятствий, требующих устранения.
— Я выиграю. Даю тебе слово.
Когда ее изображение исчезло из поля зрения, зверь зарычал и с большей силой ударил его в голове, освобождая единственную мысль. «Доберись до Нолы». Когда-нибудь она станет его врагом, его величайшим врагом, но не сегодня. Сегодня она была ответом на его проблемы, и он защитит ее любой ценой.
Воодушевившись, Бейн побежал по длинному коридору. Радужный флюорит сверкал на стенах, когда яркие лучи света просачивались через широкое отверстие. Без очков чуть не ослеп. Как только Бейн выйдет на улицу, то сразу же еретсанет видеть. Но ему было все равно. «Доберись до уединенного места, открой портал в убежище. Свяжись с Нолой».
Он увеличил скорость, быстрее, быстрее, желание говорить с ней, видеть и касаться ее, слышать ее голос, становилось все сильнее. Ничто его не остановит.
Он врезался в невидимую стену и отскочил назад, свалившись на камень.
«Заперт в другой тюрьме?» Нет! Ничто и никто не удержит его от встречи с земной принцессой.
Рычание зародилось в его груди, когда он вскочил на ноги. Первое, что он заметил? Стена не была невидимой. С его потерянным зрением, он пропустил металлические прутья.
Его рычание становилось все громче, когда он царапался и дергался. Черт возьми! Они не сдвинулись с места.
Его уши дернулись, и он нахмурился. Что это за звук? Скрипящие петли? Скорее всего. Справа часть скалы поднялась, открыв большой черный экран с изображением улыбающегося Эрика Угрожающий Жизни.
— Привет, Бейн. Уверен, вы меня помнишь. Плохая новость. Сейчас ты заточен в моей горе, и у тебя нет выхода. Я бы извинился, но мне не жаль. С тех пор как ты попал в тюрьму, я узнал о Великой Войне. Тысячу раз я испытывал искушение убить тебя, но, к счастью для тебя, я осознаю большую угрозу. Высший Совет и их Наблюдатели. Их надо остановить. Вместе мы сможем их нейтрализовать. Подумай об этом, и мы скоро снова поговорим.
Экран погас.
Глубокий вдох, выдох. Помочь Эрику, который заморозил его? Даже при том, что он был согласен с мужчиной, нет, просто нет. Высший Совет и Наблюдатели были угрозой, да, но поражение Эвелин перевесило все.
Решив открыть портал сразу за решеткой, Бейн провел большим пальцем по своим рифтерам. Он подождал минуту, другую, но ничего не произошло. Так. Эрик каким-то образом сумел отключить кольца. Как?
«Подумаешь потом, а сейчас ищи выход». Бейн повернулся, осматривая пространство… Другого выхода не было. Неважно. Он размял кисти рук и уставился на скалистую стену с шипастыми хрустальными выступами, потребность добраться до Нолы терзала его. «Я сделаю новый выход».
Часы обратного отсчета обнулились, и двенадцатичасовое окно Нолы осталось лишь приятным воспоминанием. Это был второй день без таблеток, симптомы отмены ухудшались с каждой минутой. Что по-настоящему ужасно? Она чувствовала себя так, словно часы обнулились, и ее швырнуло к чему-то другому… или к кому-то. Когда придет время, она разобьется.
В то же время боль была мучительной и всепоглощающей, и ей не было конца. Нола извивалась, обливаясь потом, отчаянно пытаясь успокоить ноющие суставы. Ее кровяное давление взлетело до небес, сердце бешено колотилось о ребра. Тысячу раз ее рвало… среди прочего.
Только что она умирала от холода, а в следующую секунду задыхалась от жара. Ее тело постоянно тряслось. Слезы стали обычным явлением, слишком велики были физические, умственные и эмоциональные потери.
Она готова была на все ради передышки, даже на контакт с Бейном через их ментальную связь. Но, хотя она тянулась к нему снова и снова, этот придурок замолчал. Она пыталась телепортироваться в его пещеру… потом в больницу, потом куда угодно, только не сюда. Не получилось.
И вообще, как можно повторить случайность? В прошлый раз она думала о Бейне и бум, оказалась рядом. Чтобы вернуться домой, запаниковала и убежала от него. Два разных метода действий.
Если только она не телепортировалась к Бейну изначально? Может быть, после похищения Зиона, ее разум сломался, и она вообразила себе встречу с Бейном. Может быть, у нее наконец-то появилась законная причина обвинять долбанную галлюцинацию.
Не в силах стоять, Нола осталась лежать у пруда. Ее новый вечный дом и будущий гроб — два по цене одного. Ура. Зион навещал ее время от времени, но в основном держался в стороне, как профессионал. Сколько бы она ни настаивала, он отказывался ей что-либо говорить.
Где Вейл? Как там Вейл? И что случилось с Бейном, мужчиной, который ненавидел ее без всякой причины? Неужели он действительно потерял ногу? Он… умер от потери крови?
Нола подавила рыдание. Бейн был единственным человеком, от которого она из первых уст узнала об Адвеветийцах и драконах-оборотнях. Может быть, правда, может быть, ложь. Нет, после всего, что случилось, всего, чему она стала свидетелем, Нола поверила. Ее разум не был сломлен. Она просто не знала, как ко всему относиться. С волнением? Испугом? Надеждой? Страхом?
Может ли она превратиться? Была ли она на той планете до или после своего рождения? Неужели ее родители тоже из другого мира? Она ничего о них не помнила.
Нет, неправда. Хотя она была совсем малышкой, когда они погибли в трагической автокатастрофе, иногда ей снилось, как машина переворачивается, она слышала крики и скрежет металла, чувствовала, как теплая кровь капает на нее, когда она пыталась выбраться из автокресла. Нола напряглась, эхо воспоминаний разрывало ей сердце.
«Где ты, Бейн?» Тишина.
«Пожалуйста, поговори со мной». И снова тишина.
Она закрыла глаза, представляя своего золотого бога. Высокий и мускулистый, сильный и мужественный. Агрессивный и дикий. Таинственный и властный. Она ждала, надеялась, молилась, но не перемещалась к нему. Черт возьми!
«Бейн! — крикнула она. — Поговори со мной. Сейчас же!»
Нола ощутила появление связи и подумала, понадеялась, что на этот раз добралась до него. Потом услышала:
Это сработало? Сладостное подтверждение! Голос оборотня проник в ее сознание, своего рода возвращая домой. Если только это не было…
Стоп! «Я не брежу». Несмотря на ее страх перед Бейном, несмотря на его ужасное обращение, она вроде как… скучала по нему. Он оставался частью ее жизни в течение многих лет. И хотя его тон был полон презрения, она испытала цунами облегчения. Он выжил!
Но почему он ее ненавидит?
Несколько раз он смотрел на нее не с презрением. Нет. Он смотрел на нее с голодом. Вспомнив, она вздрогнула.
Точно. «Я больна… мне очень больно. В пещере ты заставил меня почувствовать себя лучше. Ты можешь сделать это снова?» Умолять парня, который считает ее мусором? Ну, почему бы и нет? Боль лишила ее гордости.
«Как?» Она перепробовала все, что можно.
Вот и подтверждение: она телепортировалась.
Она сказала ему: «В прошлый раз я думала о тебе. Чтобы вернуться домой, я думала о побеге. Сейчас я очень много думаю о тебе, но не телепортируюсь».
Он издал крик ярости и разочарования.
Значит, он не мог это сделать без приказа?
Пригласить воина в убежище Зиона было бы настоящим предательством. Но он бросил ее и утаил информацию. Или он… умер и больше никогда не вернется. Ее желудок скрутило, и она еле вздохнула.
Боль… Она скорее умрет, чем выдержит еще одну минуту этого.
Прежде чем Нола начала рыдать или уговорить себя отступить, она выпалила: «Я приказываю тебе прийти ко мне прямо сейчас».
При следующем вдохе запах экзотических специй и мускуса заполнил ее нос. Тепло разлилось по венам, желудок успокоился, и боль в теле исчезла. Слезы блаженства покатились по ее щекам. Затем появился Бейн, прямо в сердце джунглей, и Нола ахнула от удивления и восторга. Она сделала это. Она действительно телепортировала его. «Как?»
— Бейн, — прошептала она, глядя на него с удивлением. — Ты услышал меня и ответил. Как? Я должна знать! И почему ты так долго игнорировал меня?
— Я не мог говорить с тобой. Ты заблокировала меня.
Неужели?
— Каким образом? — снова спросила она.
— Не знаю. — Он изучал местность, сжимая в руках кинжалы.
Без сомнения, он изучил каждую деталь.
Что ж, она осмотрела его. Пряди светлых волос торчали во все стороны. Презрение сверкало в его янтарных глазах еще сильнее, чем прежде. «Ничего страшного. Мне все равно». Грязь, покрывавшая его кожу, запеклась под ногтями и по краям раны на плече. Разумеется, он переместился без рубашки, и единственной одеждой были рваные камуфляжные штаны. На ногах — потертые армейские ботинки.
Подождите. Он был в ботинках. Множественное число.
— Твоя нога, — сказала она, принимая вертикальное положение. Его нога снова выросла, как она и приказала: «Выздоравливай. Отрасти новую ногу как можно быстрее.»
Первый приказ… «выздоравливай«…должен был охватывать все повреждения, даже травму плеча. Но нет. Он отрастил чертову ногу и телепортировался! Потому что она отдала приказ. Последствия этого были ошеломляющими. Ее охватило удивление.
— Твое плечо, — сказала она.
— Мистический меч нанес мне рану, которую невозможно залечить.
— Вот отстой!
— Я найду способ.
И она тоже!
Но сначала она подумала, если он подчиняется всем ее приказам, несмотря ни на что, возможно, и другие смогут?
Нола крепко зажмурилась и прошептала:
— Появись передо мной, Вейл.
Мгновения прошли в напряженном ожидании. Она приоткрыла веки и… Нет. Никакой Вейл.
Ее охватило разочарование. Возможно, эта способность… или чем бы это ни было… работала только с Бейном.
— С нашей последней встречи нога снова выросла, и я смог вырыть ход из горы. Я также видел твою сестру, — сказал Бейн, окидывая ее пристальным взглядом. — Три часа назад она была жива и здорова.
— Слава Богу! — Тяжелейший камень упал с ее души. — И тысяча благодарностей тебе за то, что все мне рассказал.
— Не благодари. Лучше поведай где же Зион? — Еще до того, как она ответила, он демонстративно убрал оружие в ножны. Не сводя глаз с Нолы, он опустил подбородок и подошел ближе с грацией настоящего хищника. Присев перед ней на корточки, он с несвойственной ему нежностью убрал прядь волос ей за ухо. — Скажи мне, Нола.
— Я не знаю, где он, — призналась она, вытянув руки над головой. Когда ее спина выгнулась дугой, грудь выпятилась вперед. Она откинула голову назад, и сильное напряжение ушло из ее мышц. На ее лице медленно расцвела улыбка. Так хорошо!
Бейн тихо зарычал.
— Перестань двигаться. Сотри это восторженное выражение со своего лица.
Почему он… Разве что… Неужели Бейн находит ее привлекательной? Должно быть так и есть. Он просто не хотел хотеть ее.
— У меня есть идея получше, — промурлыкала она. — Я продолжаю двигаться, как захочу, с тем выражением лица, которое выберу, и ты миришься с этим. А теперь, если позволишь, у меня пересохло во рту. До дна. — Она подняла тост за него с помощью фляги Зиона, а затем осушила ее содержимое.
Утолив жажду, она окунула тряпку в пруд и вытерла лицо. Затем почистила зубы и собрала волосы в небрежный пучок.
— Собираешься притвориться, что меня здесь нет? Замечательно. — Бейн схватил ее за подбородок и начал поворачивать ее лицо. Ярость омрачила его черты, пугая своей силой, но прикосновение оставалось нежным. — Ты похудела. Зион морил тебя голодом?
— Я же говорила. Я была больна, — сказала она, и на этот раз признание ее смутило. Бейн был воином до мозга костей, который восхищался силой других. Поэтому он никогда не станет восхищаться ею. «Мне все равно. Все равно». Будь то человек или инопланетянин, все люди были изначально ущербны, включая Бейна. Почему его мнение должно иметь большее значение, чем ее собственное? — Как ни странно, я чувствую себя лучше, здоровее, когда ты рядом. — И она голодна. Где найти шоколад? Нет, конфеты. Нет, ириски.
— Ты черпаешь силу из своих воинов, так же как и мы черпаем силу из тебя.
Подождите, подождите, подождите.
— Мои воины?
На его челюсти дрогнул мускул.
— Я все объясню, но только когда ты будешь в безопасности в моем убежище. Здесь нас могут подслушать. Поверь мне, когда я говорю, что Зион покинет тебя, если когда-нибудь узнает о твоем происхождении. Другие воины захотят тебя убить.
Она покачала головой. Зион уже заподозрил неладное, но все же помог ей.
— Ты ошибаешься. Я пырнула Зиона ножом, а он так не сделал ничего в ответ.
Бейн выгнул бровь, не веря, что маленькая смертная сделала большому, плохому воину бо-бо? Как мило.
— Воин спасает человека по одной единственной причине. Человека можно использовать для победы в войне.
Может быть, да, может быть, нет.
— Так вот почему ты интересуешься мной? — В любом случае, Бейн и Зион будут сражаться насмерть, когда Зион вернется, и это ее промах.
Чувство вины сожгло ее спокойствие, заставляя дрожать.
— Отчасти, — ответил он. — Но опять же, ты не получишь никаких объяснений за пределами убежища.
— Тогда хорошо, что нам уже пора уходить. — И да, она отплатила Зиону большой миской дымящегося дерьмового пирога, хотя он заслуживал лучшего. Возможно, он и не был лучшим хозяином… не проводил с ней много времени, не отвечал на ее вопросы, не помогал Вейл… но и не был худшим хозяином. Он оберегал Нолу. Но с Бейном ей не больно, что не шло в никакое сравнение
Он просиял.
— Но… — добавила она, и свет померк. — Позволь мне посвятить тебя в один не очень тайный секрет. Я останусь с мужчиной, который поможет мне найти и спасти Вейл. Ничто не имеет большего значения, даже мое здоровье.
— Твоя сестра, — сказал он с тревогой в голосе. Бейн словно постарел на двадцать лет и провел рукой по лицу.
Ее желудок сжался.
— Что не так? Что случилось?
— Вейл убила воина и вступила в войну.
Ужас пополз по ее спине, разрывая нервные окончания. Вейл… вынуждена сразиться с другими до смерти… вынуждена сразиться с Бейном и Зионом…
— Нет!
— Мне очень жаль, Нола, но ее судьба предрешена.
Холодея и дрожа с каждой секундой сильнее, она покачала головой.
— Теперь за тобой придут воины, — продолжал он, — надеясь использовать как приманку против нее.
— Мне плевать на себя. — Она схватила его за руку и вцепилась изо всех сил. — Вейл для меня все, Бейн. Моя причина продолжать бороться, продолжать жить. Мы познакомились в приемной семье для трудных девочек. Она была первой, кто меня полюбил. Пожалуйста, — взмолилась она. — Обещай мне, что не причинишь ей вреда.
При слове «пожалуйста» он вздрогнул.
— Я не могу дать такого обещания, — проворчал он. — И Зион тоже.
Но этого недостаточно. Может быть, если она прикажет ему защищать Вейл, ему придется подчиниться? Был только один способ выяснить это, но мысль о том, чтобы заставить его сделать что-то… что угодно… против его воли, заставляла ее чувствовать себя неловко.
Сколько раз приемные родители заставляли ее есть то, что она ненавидела, или доедать до конца, чтобы предотвратить отходы? С другой стороны, ей нужно знать, что она может и чего не может сделать.
— Бейн, — сказала она с легкой дрожью в голосе.
Он сделал глубокий вдох.
— Не отдавай приказ, принцесса. Я буду ненавидеть тебя за это.
— Я не отвечаю за твои эмоции. Кроме того, ты уже меня ненавидишь. И меня это не волнует!
— А следовало бы. Я хочу, чтобы Вейл была в безопасности, пока мы не станем финалистами.
Недостаточно хорошо. Но, может быть, пока этого хватит?
Прежде чем она успела вынести вердикт, он выпрямился и поднял ее на ноги.
— Давай. Мы уходим.
Учитывая, что вся еда, которую она ела в течение этих двух дней, не задерживалась в желудке, ее ноги оказались удивительно устойчивыми.
Вместо того, чтобы открыть портал, золотой бог посмотрел на нее, как на последний кусок пирога в витрине пекарни, и неторопливо обошел. Когда ее плечо коснулось его груди, Нолу пронзил электрический разряд. Должно быть, он тоже это почувствовал. Бейн вздрогнул и остановился прямо перед ней.
Их взгляды встретились, ее чувства обострились. Ощущение его близости сводило с ума. Его восхитительный жар охватил ее, усиливая его дразнящий аромат, заставляя ее живот сжаться. Тепло его дыхания овевало ее лицо, дразня кожу и губы.
«Прикоснись…»
Желание разлилось по ее венам. Соски сжались, и она задрожала. Но чем больше она возбуждалась, тем сильнее он злился.
Бейн молчал. Она молчала, речь выходила за рамки ее навыков. Потребность в контакте затмевала необходимость защитить себя от очередного отказа. Он отвергнет ее. Это презрение…
Дав ему возможность отказать ей, Нола медленно подняла руки. Его неглубокое дыхание участилось, но он продолжал молчать. Наконец, она прижала ладони к его грудным мышцам, кожа к раскаленной добела коже. Мышцы дрогнули, его сердце бешено забилось под ее ладонью.
— Какая сила, — пробормотала она зачарованно.
— Какая красота. — Он обхватил пальцами ее запястья, удерживая на месте, как будто не мог позволить ей уйти?
Тысячи желаний обрушились на нее одновременно. «Поцелуй его. Ласкай каждый дюйм его тела. Сорви с него одежду. Повали на землю. Объезди его массивный член».
О, нет, нет, нет. Переспать с Бейном, с (почти) незнакомцем и убийцей? Нет! Да! Может быть? Если бы она смогла быть с ним без тошноты…
«Что ты делаешь?» Сначала спасение Вейл, а потом уже мысли о сексе.
Тяжело дыша, Нола отступила назад и вырвалась из рук Бейна.
Он шагнул ближе. Вулкан насилия грозил извергнуться в этих золотых глазах.
— Ты спала с Зионом, принцесса?
Она вздернула подбородок, отказываясь съеживаться, и подалась вперед.
— А что? Ревнуешь?
Его ноздри раздулись.
— Я никогда не ревновал. — Он сделал еще один шаг вперед, вторгаясь в ее личное пространство. — Никогда не буду ревновать. Это ребяческая эмоция для капризных людей.
— Я приму это как «да». — Наблюдая за выражением его лица в поисках намека на эмоции, она сказала: — Что касается Зиона, то нет. Я с ним не спала.
Напряжение Бейна немного спало.
Потом она добавила:
— Пока.
И он нахмурился.
«Не ухмыляйся». Никто не ревновал Нолу прежде.
Он провел кончиками пальцев вниз по ее грудной клетке… вокруг ее пупка. Тонкая хлопчатобумажная футболка почти не защищала от его обжигающего жара.
— Такая хрупкая, — сказал он, когда она вздрогнула. — Так просто сломать. Тебе не мешало бы слушаться меня.
«Хрупкая. Болезненная».
— Это никогда не изменится, — проворчала она. — А это не ты должен слушаться меня? Я говорю, а ты повинуешься приказам.
— Итак, трансформация начинается, — пробормотал он и оскалил зубы. Его зубы стали острее, чем в прошлый раз, когда она испытывала его терпение?
— Что это значит? — Трансформация… в королеву? По крайней мере, он не отрицал ее способностей. Бинго! — Так вот почему ты меня ненавидишь? Потому что у меня есть странная способность контролировать тебя — способность, которую я даже не понимаю? Ну, знаешь, что? Ты просто лицемер! Осуждаешь меня, хотя упиваешься своей властью надо мной.
Он наклонился, готовясь к драке.
«Почему мне не страшно?»
Но он не ударил ее. А сменил тему, сказав:
— Твоя болезнь. Расскажи мне об этом.
Ее щеки окрасил румянец.
— Я страдаю от трех недугов. Один вызывает гиперактивность нервов. Другой — воспаление. Каждый из них влечет за собой огромную боль, поэтому я принимаю таблетки, которые помогают мне функционировать, но они, к сожалению, вызывают привыкание. Без них мне становится в миллион раз хуже.
Он задумчиво потер подбородок двумя пальцами.
— Если я куплю эти таблетки, ты будешь чувствовать себя лучше даже далеко от меня?
— Да. Но ты попросишь что-то взамен, да? Например, я должна согласиться на твое предложение по поводу Вейл?
— Нола? — Зион позвал ее по имени, и его голос эхом разнесся по джунглям.
Бейн напрягся и потянулся за кинжалом.
Дерьмо!
— Ты прав. Я согласна. Пошли, — поспешно сказала она. — Быстрей, быстрей, быстрей.
Он медленно с предвкушением улыбнулся.
— Мы пойдем. Но после того, как я разберусь с Зионом. Его война подошла к концу.
— Просто оставь его в покое. Он хороший парень.
— Он препятствие на пути моей мести. Препятствия устраняют, — огрызнулся он мягко и яростно.
Ах! Наконец, ключ к разгадке тайны Бейна из Адвевета.
— Какая месть?
Он снова нахмурился.
— У него есть деревянная палочка, и она мне нужна. Я не покину это место без нее.
Сталкивалась ли она когда-нибудь с такой агрессией?
— Ты хочешь ее. Ну и что? Это еще не означает, что ты ее получишь. Забирай меня из этого измерения без всяких споров.
У него на лбу вздулась вена, а в глазах был готов взорваться вулкан. Тем не менее он схватил ее за талию одной рукой, а другой открыл портал.
О боже, она действительно имела над ним власть. Смех да и только.
Бейн прошел через портал в пустой дом с заколоченными окнами. Он отпустил ее и мягко подтолкнул в темный угол, оставаясь у портала и сжимая в руке два кинжала. Единственная лампочка над головой давала свет, который отражался от лопастей вентилятора.
Во рту у нее пересохло.
— Где мы находимся?
— Мы здесь не останемся. Портал останется открытым в течение шестидесяти секунд. Я знаю, что Зион не отпустит тебя так просто. Если он достаточно быстр, то…
Зион нырнул в портал, врезавшись в Бейна. Нола ахнула, когда двое мужчин покатились по бетонному полу и яростно, жестоко сцепились в битве за превосходство.
Когда они поднялись на ноги, Зион нанес удар. Бейн пригнулся, кулак прошел сквозь стену, штукатурка посыпалась вниз.
Пригнувшись, Бейн ударил Зиона сзади по колену. Одновременно он протаранил головой Зиона стену. Посыпалось еще больше штукатурки.
Со следующим вдохом в дыхательные пути Нолы попали частицы, и она закашлялась.
Шум отвлек Бейна. Он резко обернулся и взволнованно посмотрел.
С боевым кличем Зион ударил его по раненому плечу… нет, он пробил плечо Бейна, окровавленный кулак вышел с другой стороны. Нола едва не задохнулась от вида брызнувшей крови.
Бейн запрокинул голову и издал агонизирующй звериный рык.
Испугавшись за его жизнь, она закричала:
— Уходи, Бейн. Уходи сейчас же, исцелись и держись подальше от другого измерения.
Он снова повернулся к ней. На этот раз он рычал, явно показывая свою ненависть к ее предательству. Через секунду Бейн исчез.
Боль вернулась в мгновение ока, и Нола захныкала. В животе у нее поднялась тошнота. Ощущение усиливалось, пока она не согнулась пополам, и ее не вырвало желчью.
Тьфу. Она должна была пойти с Бейном. Она хотела пойти с Бейном. Но, оставшись с Зионом, она могла удержать его от битвы, давая Бейну время исцелиться.
— Бейн повиновался тебе, — сказал Зион, присев рядом с ней. — Почему?
— Не знаю, — ответила она, и это была абсолютная правда.
К ее удивлению, он не обратил на это внимания.
— Он причинил тебе боль?
Последовав примеру Бейна, она проигнорировала вопрос и сказала:
— Принеси мои таблетки. — Хриплый стон. — Пожалуйста, Зион.
«Добро пожаловать в жизнь с зависимостью».
Он на мгновение задумался.
— Я ничего не знаю о человеческой медицине. Ты должна сказать мне, где купить таблетки, и сопроводить меня. Ты достаточно здорова для путешествия?
— Я недостаточно здорова, чтобы дышать. — Несмотря на прилив боли, она с трудом приняла вертикальное положение. Мир закружился, и тошнота усилилась. — Сможешь понести меня? — спросила она, отказываясь смущаться из-за своей потребности в помощи.
Зион подхватил ее на руки и встал. Чего он не сделал? Не открыл портал. Он стоял как вкопанный, покачивая ее взад и вперед, погруженный в свои мысли. Затем кивнул, как будто только что принял важное решение.
— Ты знаешь, маленькая дреки. Ты как-то спросила о моем вещем сне. Все еще хочешь узнать, что ты делала в нем?
Ооо. Сказка на ночь.
— Да, пожалуйста.
Он поджал губы.
— Ты схватила кинжал и шагнул к воину. Потом ты улыбнулась… и вонзила кинжал ему в сердце, убив его. Подвиг, который никому другому не под силу.
Она убила кого-то и радовалась этому?
— Кого я убила? — Зион уже дал ей две подсказки. «Подвиг, который никому другому не под силу…» как, скажем, убить дракона-оборотня? И «его сердце…» жертва — мужчина.
— А ты как думаешь?
Она судорожно сглотнула. Факт в том, что он хотел, чтобы она совершила убийство… что же, жертвой должен быть Бейн, который (вероятно) захочет ее смерти, если когда-нибудь услышит о сне Зиона.
Ее темная сторона зашевелилась, пробуждаясь.
— Бей первым, умри последним, — прошептала она.
По-видимому, Темная Нола была настоящей сукой, которая любила впадать в спячку, выходя играть только в самое неподходящее время. И она еще не закончила разговор.
«Он говорит правду. Ты убьешь Бейна, и тебе это понравится. Его смерть — ключ к обретению всего желаемого — здоровья, счастья и несравненной силы».
Убийство Бейна равносильно быстрому исцелению? Ох, какое искушение.
В конце концов она яростно замотала головой. Как будто она когда-нибудь прислушается к своей темной стороне. Ни смерть Бейна, ни чья-либо еще не была ключом ни к чему.
— Тогда иди к нему и посмотри, что произойдет, — сказал Зион. — Он умрет рано или поздно. Я буду счастлив в любом случае. Но если ты останешься со мной, я защищу тебя от него и спасу твою сестру. Выбор за тобой.
Он нашел ее! Это заняло всего один день.
Когда Нола осмелилась прогнать Бейна, он подумал, что она надеется спасти Зиона от его гнева. Потом понял, что она боится за жизнь Бейна… что гораздо хуже. Болезненной королеве недоставало уверенности в его мастерстве. Какое унижение! Он переубедит ее в этом. Скоро.
Бейн использовал их связь и ее невероятный запах, чтобы выследить Нолу в горной местности, известной как Америка.
Он закипел от злости. Использовать слово «невероятный», чтобы описать жимолость? «Презренный» подходит гораздо лучше. Конечно. Хотя когда-то, в течение нескольких столетий, он ассоциировал жимолость с домом. Как же он скучал по Адвевету. Там он встретил Мередит, тренировался с другими солдатами и планировал будущее.
Всякий раз, когда он рисовал в своем воображении будущее, то никогда не представлял темноволосую королеву, которая заставляла бы его чувствовать себя двумя разными мужчинами. Умным, который презирал ее, и похотливым, который хотел ее отчаянно, безумно, который чувствовал, что вдыхает секс каждый раз, когда она приближалась.
Снова и снова похотливая сторона Бейна прокручивала момент, когда Нола прижала свои маленькие, нежные руки с шелковистой кожей к его груди. Как расширились ее зрачки, эти мерцающие радужки, которые завораживали больше, чем туманность галактики.
Как она покраснела, заставляя его отчаянно хотеть прикоснуться к ней, хотя бы для того, чтобы почувствовать огонь… он желал сгореть. Как ее женственные изгибы прижимались к твердости его тела.
Как только Нола снова окажется в его распоряжении, он надежно укроет ее и выберет другую женщину, чтобы удовлетворить потребности своего тела. Больше никакого воздержания. Боль, да. Точно будет больно. Прощаться с Мередит… Но необходимость победила сентиментальность, так что не будет больше воздержания. Он должен подавить любое желание, которое питает к принцессе с Терры.
Поскольку Нола уже выяснила правду, она знала, что имеет над ним мистическую власть. Он не мог заставить ее остаться с ним, как выяснилось ранее. Теперь ему необходимо ее сотрудничество.
Бейн решительно зашагал по тротуару. Зверь издал душераздирающий рев, протестуя против преследования королевы. «Сохраняй спокойствие. Не превращайся в зверя».
Он держался в тени, но множество людей останавливались, чтобы посмотреть на него. Почему? Он смыл кровь и грязь со своей кожи. Даже украл приличную одежду — черную футболку и какие-то «камуфляжные» штаны с множеством карманов. Его кинжалы были спрятаны в ботинках.
«Встанете у меня на пути, и я вас уничтожу».
Здания уходили в небо. Убывающий солнечный свет отражался от странных коробок на колесах с сидящими внутри людьми. Глаза Бейна горели и слезились. Он надел очки, и долгожданная темнота заменила свет. Прошлой ночью он посетил свое логово, радуясь, что его сокровища остались не тронуты временем.
Бейн свернул за угол и потерял аромат Нолы. Зверь издал еще один рев.
«Тихо». Бейн остановился, чтобы принюхаться. Ужасный поток ароматов заполнил воздух. Какое-то масло, пот, духи, древесина и… там. Жимолость, жасмин и лаванда. Его кровь закипела, а внутренности сжались. Его член мгновенно возбудился, болезненно пульсируя. Для секса. Подойдет любой партнер.
Стиснув зубы, он пересек улицу и повернул за угол. Ее сладкий аромат усилился. Так близко! Нетерпение накрыло его, и он боялся, что у него пойдет пена изо рта.
«Оставайся начеку». Бейн учуял в округе шестерых воинов, среди которых были Эрик Угрожающий Жизни, Нокс и Вейл. Как и все остальные, сестра Нолы должна была умереть. Но Бейн не хотел… не мог… застрелить Вейл, иначе Нола его накажет.
В следующий раз, когда они будут вместе, она сможет приказать ему умереть за Вейл, и он будет вынужден подчиниться. Она могла потребовать, чтобы он никогда не мстил Эвелин.
Даже после того, как Бейн предложил дойти до финала с Вейл, Нола предпочла остаться с Зионом. Потому что не доверяла Бейну. Он начал изменяться, но сдержался. «Я единственный, кому она должна доверять».
Как Зиону удалось убедить довериться ему? Ответы были выше его понимания, в голове царил хаос, зверь продолжал протестовать против его действий.
Бейн ударил себя кулаками по вискам и свернул за еще один угол. Наконец-то! Зверь затих.
Нола была уже близко.
Его взгляд метнулся вперед. Вот она, его принцесса, выходит из дома напротив. Он резко остановился, разум покинул его, разные части его тела испытывали разные реакции. Его разум — облегчение и безумное желание схватить ее в объятия. Его сердце — боль. Его член — возбуждение которое не ощущал никогда в жизни, став тверже стали.
Бледная и дрожащая, она прислонилась к кирпичной стене. Над ней висела табличка. Аптека.
Его переводчик дал определение. «Место, где продаются лекарства».
Ярость пробилась сквозь слой спокойствия Бейна. Другой мужчина ухаживал за ней, доставая лекарство.
Мог ли он действительно винить Зиона за эту победу? Нола еще больше потеряла в весе, что уже было критично для нее. Синяки в форме полумесяца залегли под глазами, щеки были пепельно-серыми. Одной рукой она схватилась за живот. Другой потерла висок, чтобы отогнать боль.
Но таблетки вредили ей не меньше, чем помогали. Так что да. Он мог винить Зиона. Нола нуждалась в Бейне.
Его грудь раздувалась от гордости. Он заставлял ее чувствовать себя лучше. Он, и только он один. Но, черт возьми, почему она заболела? За эти годы было много гибридных монархов, но ни один из них никогда не боролся с болезнью.
В таком состоянии Нола не переживет кровавый ритуал, возрождение в крови и пламени. Хотя, он подозревал, что она, возможно, может быть, вероятно… сильнее, чем казалась. В конце концов, она могла телепортировать его, а не только себя, уникальное качество среди членов королевской семьи, которое требовало огромного количества энергии.
Бейн сделал шаг вперед, намереваясь схватить Нолу и убежать. Затем притормозил. Как он это провернет?
Нужно осторожно ее усыпить, чтобы она не могла приказать ему отпустить ее, а потом утащить в свое убежище, где он заклеит ей рот скотчем? Когда она проснется, ему придется постараться как можно быстрее завоевать ее расположение.
Сможет ли он завоевать ее? Он никогда не ухаживал за женщиной, даже за Мередит. В Адвевете самки выбирали самцов, а не наоборот.
Неважно. Он не допустит, чтобы рука его мести влюбилась в Зиона, даруя ему верность, и усложняя все для Бейна.
Воздух наполнил предательский гул электричества, сигнализируя о приближении воина. Зион, без сомнения.
«Скорее!» И снова Бейн пришел в движение. Он пересек еще одну улицу, и металлическая карета с колесами… своего рода металлическая лошадь со множеством названий: автомобиль, повозка, седан, грузовик и внедорожник… с визгом остановилась, издавая пронзительный гудок.
Он оскалил зубы на людей внутри машины, но продолжил двигаться вперед. Время было не на его стороне. Секунды, минуты, часы продолжали ускользать. Теперь до следующего собрания оставалось всего две с половиной недели.
Зион выскочил из лавки с мрачной смесью гнева и беспокойства на лице.
— Я же сказал тебе оставаться рядом со мной, несмотря ни на что.
Бейн спрятался в тенях, совсем рядом. Продолжая быстро приближаться…
— Я не хотела блевать на плитку, — сказала Нола.
— И тебе показалось, что ты заметила Вейл, — съязвил мужчина.
— Возможно. — Она вздернула подбородок, как и в случае с Бейном. — Тебе прекрасно известны мои приоритеты.
— Ты могла пострадать. — Зион протянул ей маленькую белую бутылку. — Это то лекарство, которое тебе нужно?
— Да, спасибо. — Бутылка затряслась, когда она открыла крышку. — Не хочу знать, как ты получил запрещенное вещество без рецепта. Я уверена, что ответ будет в утренних новостях. — Дрожа, она бросила в рот две белые таблетки.
Воин напрягся и огляделся вокруг.
— Пойдем. Я чувствую еще одного воина. — Он обнял ее за талию и повел по тротуару. — Давай найдем для тебя безопасное место.
Он засек местоположение Бэйна, прежде чем выйти из магазина, не так ли?
— Знаешь, — сказала Нола, тяжело дыша, — если бы мы снимались в эпизоде «Охотников за домами», у их безработного сценариста/пекаря появился бы бюджет в шесть миллионов долларов.
— Понятия не имею, что это значит, — ответил Зион.
Как и Бейн, но ему понравился радостный блеск в ее глазах.
Он обдумал свой следующий шаг. Не было никаких правил, запрещающих драться при людях, но одна единственная стычка могла вызвать серьезные проблемы. Чем больше смертных узнают о Великой Войне, тем выше вероятность того, что другие люди станут ее участниками.
«Тогда я убью и их тоже». Так или иначе, Нола окажется во власти Бейна еще до захода солнца. Он начал преследование, попутно корректируя свой план. Уйти тихо и незаметно уже не получится. Если он убьет Зиона, то сможет получить и активировать волшебную палочку, если найдет ее. Ноле больше не к кому будет обратиться, ей придется выбрать Бейна.
Звучит подло? Да. Все ли ему равно? Нет. «Я просто не буду обращать внимание на покалывание в груди».
Когда парочка скрылась за углом, Бейн ускорил шаг. Он последовал за ними. Уже на середине улицы Зион поднял Нолу и прижал ее к своей груди.
Рычание эхом отдавалось в горле Бейна, и оно исходило не от зверя. «Моя принцесса. Моя!»
Она оглянулась через плечо мужчины, явно в поисках чего-то. Или кого-то.
«Она меня чувствует?»
Ее взгляд скользнул мимо Бейна, затем вернулся назад и расширился.
Возбуждение охватило его, жар обжигал кожу, сводя с ума его… и зверя.
Она покачала головой и одними губами произнесла:
— Нет.
Еще один слой спокойствия был стерт. Нет, не дать ей уйти? Нет, не убивать Зиона? Нет, больше не сопротивляться ее привлекательности?
Мышцы верхней части спины Зиона напряглись, когда он нес Нолу в другой переулок. О, да. Мужчина определенно знал, что Бейн наступал ему на пятки.
Очень хорошо. Нет нужды соблюдать секретность.
Когда когти выросли из его ногтевых пластин, Бейн увеличил скорость. Завернув за угол…
Тонкие волоски на его затылке встали дыбом. Зион принял бы меры предосторожности. Скорее всего, он опустит Нолу. Возможно, он уже сейчас каким-то образом манипулирует энергией. Его способность, ставшая возможной благодаря алмазоподобным предметам, инкрустированным в его кожу. Тип энергии не имел значения. Электроны, мюоны, таурин, кварки, глюоны, время, пространство.
Оттолкнувшись от здания, Бейн выбросил вперед ноги…
Удар! Его сапоги врезались в живот Зиона, и воин отшатнулся назад.
Бейн моментально поднялся на ноги. Он оценил обстановку. Повсюду стояли застывшие земляне. Если бы не мистические защитные заклятия, вытатуированные на затылке Бейна, он тоже был бы вынужден остановиться.
Где же Нола? Она должна быть рядом. Зверь погрузился в молчание. Где… Там! Она сидела на тротуаре, прислонившись к стене дома. Ее голова склонилась вперед, и изо рта вырвался болезненный стон.
Почему она не окрепла от близости Бейна? Если только блок, чтобы держать его подальше от ее головы, также не повлиял на ее тело?
Его челюсть напряглась.
— Отдай мне девчонку, и я оставлю тебя в живых. Во всяком случае, сегодня.
— Что тебе от нее нужно? — Зион сжимал и разжимал кулаки, его металлические перчатки блестели в том скудном свете, который еще оставался. Он отошел назад, и теперь их разделяла машина.
Сказать правду врагу? Никогда. Бейн усмехнулся, говоря:
— Чего хочет любой мужчина от любой женщины?
Он ожидал от Зиона отвращения, даже ярости, но в темных глазах мужчины вспыхнуло подозрение.
Даже те, кто изучал культуру Адвевета, понятия не имели, что королевские особы обладают абсолютной властью над своими воинами. Инстинкт не позволял Адвеветийцам говорить о делах королевства с чужаками, даже когда их пытали.
Любой, кто специально изучал Бейна, знал бы только то, что он выиграл две войны подряд и потерял жену прямо перед началом этой.
— Что тебе нужно от этой смертной? — потребовал он. Что же приснилось этому воину?
Зион сверкнул жестокой улыбкой.
— Ты можешь получить то, что хочет любой мужчина от любой женщины здесь. — Он махнул рукой, указывая на толпу замороженных смертных. — И все же ты следуешь за этой. Возможно, она нужна тебе для чего-то большего, а?
Бейн услышал скрытую угрозу. «Она нужна тебе… так что я буду удерживать ее просто назло».
— Вместо того чтобы сражаться, давай работать вместе, — объявил Зион. — Эрик Угрожающий Жизни потратил столетия, планируя наш побег. Он вступил в союз с горсткой воинов. Юнион идет по твоему следу, а Эрик — по моему. Они полны решимости уничтожить самых сильных воинов и всегда на несколько шагов впереди, их число растет с каждым днем. При таких темпах они победят в течение нескольких недель.
У Юниона был пояс, который удваивал его силу. С точки зрения способностей, он мог создавать иллюзии. Ничего такого, с чем Бейн не мог бы справиться.
— Мой ответ — нет. — Он протянул руку и помахал пальцами. — Иди ко мне, Нола.
Она встретилась с ним взглядом, и на мгновение они оказались единственными людьми на планете, между ними пробежали потоки желания. Затем она покачала головой и сказала ему:
— Я остаюсь с Зионом. Пожалуйста, доверься мне. Это к лучшему.
Еще один отказ. Его ярость переросла в агрессию. С ревом он поднял машину, стоявшую между ним и Зионом, и швырнул ее, еще больше разбередив рану на плече. «Стоило того». Машина врезалась в здание на другой стороне улицы, протаранив кирпичную стену и разбив стекло, что дало Бейну прямой доступ к цели.
— Тогда я буду придерживаться плана Б. — Зион тоже рванулся вперед, выставил локоть и нанес удар.
Бейн поднял руку, чтобы блокировать удар. Металлическая перчатка раздробила все кости в его руке, от боли весь воздух из легких вылетел. Избыток адреналина удержал его на ногах. Здоровой рукой он вцепился Зиону в живот и воткнул один из кинжалов. Кровь и внутренности хлынули из раны.
Зион снова отшатнулся, и Бейн метнул кинжал, попав между глаз. Мужчина упал, и Бейн подбежал, чтобы ударить его по лицу.
Он повернулся к Ноле. Затем подошел ближе, и она покачала головой.
— Мы не можем оставаться вместе, Бейн.
— Можем. И будем. — Нуждаясь в свободной руке, на всякий случай, он взвалил ее на плечо. Затем бросился вниз по улице, ее груди подпрыгивали на его спине.
— Ты не понимаешь, — сказала она, колотя его по спине.
— Тогда заставь меня понять. — За его спиной послышались шаги. Черт возьми! Зион уже исцелился и теперь бросился в погоню. — Объяснишь мне через минуту. — Он поставил Нолу на землю и повернулся. Черт! Ублюдок оказался ближе, чем он думал.
Они столкнулись, и Зион нанес удар. Его кулак раздробил Бейну грудину.
Дыхание? Несбыточная мечта. Через несколько секунд уровень его боли достиг новых высот.
Когда мужчина нанес еще один удар, Бейн был готов. Он пригнулся, а затем ударил коленом по яйцам Зиона. Удар ниже пояса, как в прямом, так и в переносном смысле. Никаких сожалений.
Зион быстро нанес ответный удар, пригнувшись, чтобы сбить его с ног, ударив по лодыжкам. Бейн упал на землю, откатился назад и вскочил, полоснув когтями по бедру Зиона. Кожаные штаны и плоть порвались, его противник захрипел.
Затем они сошлись в смертоносном танце: удары кулаками, наклоны, пинки. Они перешли с дороги на тротуар, натыкаясь на замороженных смертных и кирпичные стены. Имея только одну работающую руку и одно пригодное для использования легкое, Бейн сражался слишком медленно. Самое разумное, что можно сделать? Отступить и исцелиться. «Скорее умру, чем добровольно покину Нолу».
Кулак Зиона врезался ему в висок. Перед глазами замигали звезды, и он потерял представление о мире. Всего на секунду. По крайней мере, он так думал. Когда моргнул, его противник и принцесса были уже на полпути дальше по дороге.
И снова Бейн пустился в погоню. Он успел сделать три шага, когда раздался громкий гудок и машина врезалась ему в бок. Он взлетел и ударился о землю, новые волны боли пронзили его тело.
К тому времени, как он поднялся на ноги, Зион и Нола исчезли, смертные пришли в движение. По дороге мчались машины.
Зверь взревел, и яростное проклятие вырвалось из груди Бейна.
Он должен был заставить Нолу передумать. Как-то. Ничто не остановит стремление Бейна отомстить. «Ничто».
Неужели Нола приняла правильное решение? Взгляд, которым наградил ее Бейн… был полон предательства.
С золотым богом на ее стороне она могла вытерпеть опиоидную ломку, фактически не проходя через опиоидную ломку. Для нее Бейн равнялся чистым, совершенным источником силы. С Зионом она просто поддерживала статус-кво, заглатывая таблетки, чтобы выжить. Зависимость равнялась слабости, а она так устала быть слабой. Тем более сейчас.
Инопланетяне существовали, и они воевали за право править Землей.
Но остаться с Бейном означало подвергнуть его опасности. Что, если сон Зиона сбудется? Когда-то Нола посмеялась бы над этой идеей. Она? Убить кого-нибудь? Конечно, нет! Но если она когда-нибудь потеряет контроль над своей темной стороной…
«Кто-то пострадает».
— Должно быть, волшебные пилюли подействовали, — сказал Зион, взбегая на темный холм с Нолой, прижатой к его груди. — Тебя все еще не вырвало на меня… снова.
Ее щеки вспыхнули. Сегодня утром ее вырвало на его ботинки, когда он перенес ее в самое сердце Денвера, штат Колорадо.
— Ты жалуешься? Уверена, что смогу вылить еще больше желчи, если это скрасит твой день.
— Нет, спасибо. — С внушающей благоговейный трепет выносливостью Зион поддерживал быстрый, устойчивый темп, не пыхтя и не задыхаясь. Он увернулся от высоких деревьев, кусочки хлопка кружились на легком ветерке.
Словно шел снег. Это напомнило ей о России. Россия напомнила ей о Бейне. Прекрасный Бейн, который утверждал, что хочет только использовать ее. Знающий Бейн, у которого были ответы о ее прошлом, настоящем и будущем. Раненый Бейн, которого она снова бросила. Уязвимый Бейн, воин, по которому она вроде как уже… скучает.
Кроны деревьев загораживала лучи лунного света. Лягушки, саранча и сверчки пели полуночную колыбельную. Квакали. Жужжали. Чирикали.
— Я уверен, что у тебя есть вопросы, — сказал Зион.
С чего начать?
— Ты можешь заморозить время, не так ли? — Люди, толпившиеся вокруг них, остановились, казалось, даже не дыша. Затем, когда Зион унес ее, они снова возобновили путь, не подозревая, что прошло несколько минут.
— Нет. Я управляю энергией, это гораздо лучший навык. — Он посмотрел налево, направо, потом через плечо, высматривая золотую тень. Затем свободной рукой открыл портал. Перед тем как шагнуть внутрь, он напрягся и пробормотал:
— Кто-то еще, кроме Бейна, вторгся в мое измерение.
— Откуда ты знаешь? — Ничто не выглядело неуместным.
Он указал на место за группой деревьев, и Нола окинула взглядом пышные, залитые солнцем джунгли… и у нее перехватило дыхание. Оторванная нога свисала с кривой ветки, кровь капала, собираясь в лужу на земле.
Ее желудок сделал серию сальто назад. Может быть, Бейн открыл портал для кого-то другого, поскольку сам не смог посетить измерение по ее приказу?
Она внимательно за ним наблюдала. Его дикость… Этот человек выпотрошил Зиона и ударил его ножом между глаз… и она была одновременно напугана и взволнована этим шокирующим сочетанием.
Может быть, у нее было несколько личностей? Светлая Нола и темная Нола.
— Это дело рук Эрика, — прорычал Зион.
— Откуда ты знаешь? — повторила она.
— Это он расставил камеры в горах. Должно быть, увидел, как я входил или выходил из измерения. Без моего ведома. — В его голосе звучало недоверие.
Портал закрылся, ветер свистел, пряди волос коснулись ее щеки.
Он поплелся вниз по другой стороне холма, говоря:
— Мы останемся в этом измерении, но покинем Колорадо.
— Я найду, где нам остановиться. — Там, где она могла бы отдохнуть и набраться сил. Завтра она возобновит охоту на Вейл.
— Куда мы можем пойти, чтобы Бейн не нашел тебя?
— Сомневаюсь, что он снова станет меня искать. — Его прощальный взгляд обещал невыразимую боль.
— О, он непременно станет, — сказал Зион с удовлетворением в голосе. Он жаждал еще одной битвы, не так ли?
Ее усталый ум не мог придумать разумного ответа, поэтому она прижала указательный палец к его губам, говоря:
— Сейчас мирное время.
Всего несколько дней назад этот парень приводил ее в ужас. Теперь у нее появились стальные яичники, и она на него шикнула?
Ну, да. Он был хорошим парнем. У него была масса возможностей причинить ей вред, но он этого не делал. Что касается Бейна, она не знала, хороший он или плохой, или и то и другое вместе. Она все еще не понимала, что побудило его преследовать ее.
У подножия холма Зион опустил ее на землю. Чтобы помочь ей удержаться в вертикальном положении, он обнял ее за талию.
— Я веду уже две войны, — сказал он. — Одну, чтобы спасти себя, и одну, чтобы спасти тебя.
— Я не бесполезна, — выплюнула она, защищаясь. — Я вношу свой вклад в твой успех.
— Я никогда не говорил, что ты бесполезна.
Но разве он так не подумал?
— Отвези меня обратно в город, и я найду врача, который зашьет твои раны.
— Мне не нужен врач, — вмешался он. — Я уже исцелился.
Повезло! Неужели и Бейн исцелился? Куда он ушел, когда они расстались? Почему он не попытался заговорить с ней мысленно? Может быть, она снова невольно заблокировала его, или он ненавидит ее еще больше, чем прежде?
Ого! Почему ее это волнует?
— Пойдем по магазинам. Мы купим новую одежду, туалетные принадлежности, сотовый телефон для тебя и зарядное устройство для меня. И тампоны!
— Тампоны? — Его темные брови сошлись на переносице. — Какой-то тип оружия? Мой переводчик показывает мне окровавленный…
Новый жар разлился по ее щекам.
— Просто отведи меня по магазинам. Пожалуйста.
— Хорошо. — Он перенес их в темный переулок между двумя зданиями складского типа.
Не было никаких признаков, указывающих на то, где они находятся. Полная луна сияла рядом с миллионом звезд, драгоценностей неба. Теплый ветерок принес запах гниющей пищи, мочи и отходов, и она с отвращением сморщила нос.
Зион нажал на бриллианты, прежде чем вывести ее из переулка к зданию справа… супермаркету. Покупатели уже застыли.
— Даю тебе пять минут, — сказал Зион. — Не больше.
— А как насчет камер слежения?
— Я отключил их от питания. — Напряжение создало тонкие морщинки вокруг его глаз и рта.
Нола неслась по проходам, бросая вещи в тележку. Позже она подсчитает сумму, которую задолжала, и отправит магазину чек. О! Блинчики и желе из кленового сиропа. «Дайте мне!» К черту здоровый образ жизни. Она могла умереть сегодня. Почему бы не наслаждаться вкусностями время от времени?
Когда она закончила, в темных глазах Зиона вспыхнуло облегчение. Он открыл портал в маленький домик с двумя спальнями, обставленный дорогой, но шикарной мебелью. Кофейный столик и оба боковых столика были задрапированы кружевной салфеткой. В фарфоровом шкафчике были выставлены жуткие фарфоровые куклы, а на настенных полках — чучела животных, одетые в выпускные платья. Витражные окна имели тот же цветочный узор, что и выцветший ковер с потертыми краями.
— Мы останемся здесь на ночь и отдохнем, — сказал он. — Завтра я возобновляю войну.
А Бейн? Что он будет делать?
— Чей это дом? — спросила она. — И где именно мы находимся?
— Дом принадлежит нам. На сегодня. Здесь нет ни соседей, ни жильцов. Что касается нашего местоположения, я думаю, что для нас обоих будет лучше, если ты не будешь знать. — Он направился к входной двери, сказав ей: — Оставайся здесь. Я должен проверить ловушки, расставленные по периметру.
Нола выбрала хозяйскую спальню, единственную комнату с собственной ванной комнатой, включила сотовый телефон в розетку и спрятала таблетки в карманы своих новых штанов. Старые привычки умирают с трудом, но воскресают довольно легко. Она приняла душ, тысячу раз почистила зубы, потом переоделась в футболку с надписью «Официальный Сборщик Объятий», спортивные штаны и домашние тапочки с пушистыми собачками.
Последняя доза обезболивающего прошла, боль вернулась, чтобы мучить ее. Она откинулась на кровать, проглотила пакетик мармеладок и отправила Вейл несколько сообщений, на всякий случай.
Нола:
Нола:
Нола:
Имея доступ к интернету, Нола искала «Аддуэйвит», «Адваевет», «оборотни-драконы», «Великая война» и «наблюдение НЛО», но ничего не получалось найти.
Черт возьми! Она хотела, нуждалась в дополнительной информации о Бейне. Знание — это сила.
В спальню вошел Зион без рубашки, его бронзовая кожа блестела от пота. Почему, почему, почему ее не влечет к нему?
— Ты в безопасности, — сказал он, присаживаясь на край кровати. — Во всяком случае, на данный момент.
— Но ты нет?
Он пожал плечами.
— Я воин. Воины не будут в безопасности, пока война не закончится.
Это значит, что Вейл не будет в безопасности. Нола потерла свой бурлящий живот.
— У меня есть для тебя мобильный телефон. Теперь мы можем общаться, когда мы не вместе. — Она научила его писать эсэмэски, звонить и гуглить изображения определенных мест, чтобы он мог создавать портал в места, которые никогда не посещал.
В его глазах зажглась заинтересованность.
— Удивительно.
В течение часа он играл с телефоном, задавал вопросы о различных сайтах, оружии и «земных военных». Она отвечала как могла, желая также помочь в этом Бейну. Может быть, он наконец увидит ее в лучшем свете.
Зазвонил ее сотовый, и она резко дернулась. На экране высветился незнакомый номер, и она взволнованно запищала. Может быть, Вейл, может быть, провокация. «Пожалуйста, будь Вейл, пожалуйста, будь Вейл».
Зион нахмурился и огляделся.
— Что происходит?
— Кто-то пользуется своим телефоном, чтобы позвонить мне. — Она провела пальцем по экрану и приложила устройство к уху. — А-алло?
— Ты жива. — Раздался тихий голос ее сестры в равной степени с радостью и облегчением.
Слезы счастья хлынули из глаз. Не желая беспокоить Вейл, она попыталась бодро поздороваться.
— Вейл, моя великолепная крутая чувиха! Ты жива. — Вырвалось рыдание, разрушившее все ее усилия. — Я так волновалась.
— Нола, — сказал серьезно Зион. Он убрал слезинку, словно это было хрупкое крылышко бабочки. — Звонящий тебя расстраивает?
— Нет, нет, я счастлива. — Ее сестра была жива и здорова.
— Где ты? — спросила Вейл, все еще шепотом. — Как твои дела? Он хорошо с тобой обращается?
— Да, хорошо. Зион сказал мне, что будет лучше, если я не узнаю, и я согласна. Он защищает меня от одного из воинов, блондина, который пытается похитить меня по неизвестным причинам. — «Пытался», а не «пытается». Прошедшее время. Она хотела сказать больше, так сильно, хотела признаться во всем. Но, конечно, слова замерли у нее на языке. — И я тоже… выживаю каждую минуту, и некоторые из них жестче, чем другие.
Зион снова нахмурился, сдвинув брови с едва заметным намеком на раздражение. Без сомнения, он хотел получить больше информации о Бейне. Но что поделаешь.
— Скажи Зиону, чтобы он украл для тебя таблетки, — сказала Вейл. — Я не хочу, чтобы тебе было больно.
— Он так и сделал. Мне досталось полное ведро. Я приняла одну или две таблетки. — Или четыре. — Хотя и был соблазн взять больше, но я полна решимости очиститься. — Желание усилилось. Да! Она станет чистой. Больше никаких таблеток, точка. Она больше не торговалась сама с собой, как делала каждый раз, когда пыталась уйти от приема лекарств. Больше никаких обещаний самой себе.
Бесчисленное количество раз она пыталась уменьшить дозу, чтобы облегчить свою ломку, сокращая еще пять миллиграммов каждую неделю, но всегда терпела неудачу, заключая сделки с собой. «Если я приму больше сейчас, то возьму меньше позже».
Но она никогда не принимала меньше, так что сделки никогда не складывались в ее пользу.
— Хватит обо мне, — сказала она. — Как твои дела?
— Не меняй тему, сестренка. Ты же знаешь, что не можешь сразу слезть с таблеток. — сказала Вейл. — Напряжение в твоем сердце…
— Кто-то приближается, — прервал ее Зион.
Сердце Нолы подпрыгнуло. Может быть Бейн…
— Несколько человек, — добавил он, и она поникла. Бейн был одиноким волком. — Мы должны идти, Нола.
Они с Вейл в унисон признались друг другу в любви. Нола попыталась еще что-то сказать, чтобы убедить сестру, что не попадет в больницу, как в прошлый раз. И у нее была тысяча вопросов о времени, проведенном Вейл с Ноксом, и о ее новом статусе воина, но Зион вырвал телефон из ее рук, закончив разговор.
Смятение покалывало ее затылок.
— Откуда ты знаешь, что здесь кто-то есть?
— Пока воин находится один, то может чувствовать приближение остальных, воздух внезапно электризуется. — Он заменил ее домашние туфли теннисными, как будто она была инвалидом. — Я расставил приборы по всему дому. Они мешают кому-либо переноситься внутрь, а нам — наружу. Мне придется бороться, чтобы вытащить нас отсюда.
Ее ладони вспотели.
— Почему бы тебе не заморозить наших незваных гостей? Тогда мы сможем улизнуть.
— Я бы так и сделал, если бы мог. Мне нужно подзарядиться.
Таким образом, способность Зиона управлять энергией требовала какой-то внутренней батареи. Принято к сведению.
— Я убью всех, а потом вытащу тебя отсюда. Идет?
— Эм…
Он поднял ее, отнес в гардеробную и запер в маленьком темном помещении, крикнув:
— Не выходи, пока я не вернусь. — Прозвучали его шаги, но затем затихли.
Ее сердце билось все быстрее и быстрее, а желудок скрутило. Нола покачнулась на пятках. Если он пострадает, пока она будет прятаться в шкафу, как трусиха, она возненавидит себя навсегда.
Если бы только Бейн согласился на союз. Они могли бы прикрывать спину друг друга. Конечно, если сон Зиона был подлинным предсказанием, союз подвергнет Бейна еще большей опасности.
Или нет? Раньше, когда она решила остаться с Зионом, чтобы защитить Бейна, она была больна, измучена, в тумане и боялась своей темной стороны. Теперь, когда ее разум прояснился, она удивилась, почему так испугалась. Темная Нола никогда раньше не поглощала ее. Почему она решила, что темная Нола настигнет ее на этот раз?
Этого не случится. Она будет продолжать контролировать себя, и все тут.
И почему она должна верить Зиону, а не себе?
И вновь этого не будет. «Я не позволю себе причинить вред Бейну». Ни сейчас, ни когда-либо. А это значит, что они могут проводить время вместе!
Не тратя времени на размышления, она закрыла глаза и представила своего золотого бога. Метод, который одновременно и сработал, и потерпел неудачу. Возможно, ей, как и Зиону, просто нужно было подзарядиться. Она…
…ахнула она, волна тепла захлестнула ее. На мгновение Нола почувствовала себя невесомой. Затем шкаф исчез, и прохладный воздух поцеловал ее лицо, пока она осматривала свое новое окружение. Ночной темный лес. Поток лунного света озарил Бейна, посылая мурашки по ее спине.
Он сражался с пятью… десятью… шестнадцатью мужчинами. Людьми? Большинство держали оружие, кряхтя и постанывая, в то время как Бейн наносил удар, и их кости издавали громкий треск.
С животным ревом Бейн отшвырнул двух здоровенных мужчин в сторону. Пара врезалась в разные деревья и соскользнула на землю, где и осталась, свесив головы под странными углами. Они были мертвы, и Бейн убил их жестоко, без угрызений совести.
Две стороны Нолы спорили о правильной реакции. Ужас или возбуждение?
Бейн сделал выпад и схватил другого человека за горло. Человек с двумя ножами изо всех сил пытался нанести смертельный удар.
Нола отвела взгляд, когда Бейн использовал свои когти, чтобы отрезать руки противника. Вой боли пронзил ночь, за ним последовал глухой удар, оружие и конечности шлепнулись на землю.
«Мне уйти или остаться?»
Уйти, конечно. Не похоже, чтобы она могла ему помочь. О! Если только ей не удастся перенести сюда Зиона и убедить двух парней работать вместе. Но Бейн, должно быть, почувствовал ее присутствие. Даже когда он потрошил солдата, он направил свой взгляд в ее сторону. Их глаза встретились. Удивление потрясло его, и он замер. Ошибка. Один из солдат вонзил клинок ему в грудь.
Взревев, Бейн отбросил оружие прочь.
От ужаса Нола закричала.
— Нет!
Оставшиеся солдаты сосредоточились на ней. Кровь застыла в ее жилах. Волна паники захлестнула, угрожая утопить.
Она отступила на шаг, потом еще и еще, остановившись только тогда, когда наткнулась на дерево. Проблема: дерево воняло потом. И оно дышало. И двигалось.
Вот дерьмо. Дерево было человеком.
Он обвил рукой ее шею и приставил пистолет к виску.
— Веди себя тихо, и ты останешься цела.
Человек угрожал будущей королеве Бейна. Человек погибнет с криком.
Пот выступил у него на лбу, паника терзала разум, пожирая здравый смысл. Он продолжал думать. «Не могу потерять ее. Только не ее. Кого угодно, только не ее».
Кого угодно, только не ее? Вряд ли! Если понадобится, он найдет другую королевскую особу.
Он проглотил резкое отрицание. Он хотел эту принцессу. Чтобы сэкономить время и энергию.
«Экономия времени и энергии, вот причина, по которой я чувствую себя таким… безумным, когда она рядом? Или далеко от меня».
Глаза Нолы расширились от ужаса, щеки побледнели. Это зрелище разрушило остатки его самообладания.
Бейн вспомнил последний раз, когда вооруженный мужчина стоял за спиной женщины, которую он хотел защитить… вспомнил, как Мередит задыхалась, не в силах сделать вдох, как смерть неудержимо распространялась по ее телу.
Он крался, нет, бежал по ее следам. Адреналин струился по его венам с огромной скоростью. Мышцы увеличились в размерах, а кости превратились в сталь. Боль в плече притупилась. Его разум отошел на второй план, мысли раздробились, но обострились. Заострились, как кинжалы.
«Спаси ее. Убей. Их. Всех».
Несмотря на близость Нолы, зверь взревел от ярости, в тысячи раз усилив его собственную.
Бейн приближался, все быстрее и быстрее…
Он был рад, что Нола не рыдала, не умоляла и не кричала в истерике. На самом деле, он был впечатлен. Да, у нее слабое тело, но такой острый ум и…
Громадные крылья выскочили из его спины, и он прошипел проклятие. Быстро посмотрел. Никаких перьев, только перепончатая паутина, по краям которой лукообразная субстанция, с костяным крюком, торчащим из каждого сустава — крылья зверя.
Он никогда прежде не трансформировался частично. Никогда не сохранял сознания, пока зверь сражался за него, даже в присутствии принцессы.
Как это произошло, он не знал. Почему это произошло, мог только догадываться. Возможно, как гибрид, она могла контролировать зверя только наполовину так же хорошо, как чистокровная королева. Возможно, так он лучше ее защитит. Да, монстр ненавидел Нолу с той же силой, что и Бейн, но никто — никто! — не имел право вредить тому, что им принадлежало.
Бейн усмехнулся. Два воина по цене одного.
«Давай сделаем это». Он задал жару, используя острые, как бритва, кончики крыльев, чтобы порезать шею каждого солдата, мимо которого пробегал.
Воздух пропитал запах крови. На заднем плане звучали крики агонии.
— Не подходи! — закричал похититель Нолы, приставив ствол пистолета к ее виску. Его палец дернулся на спусковом крючке.
Он был человеческим наемником на службе у Эрика. Его любовь к деньгам станет причиной его погибели.
Нола заскулила, и этот звук царапнул Бейна по ушам. Его клетки превратились в тлеющие угли. Органы воспламенились. Внутри поднялось инферно.
«Осторожно». Если он полностью превратиться в зверя, то может навредить своей принцессе безвозвратно. Она не знала, что могла приказать зверю отступить; или что без словесной или телепатической команды зверь может сделать все, что захочет, в любое время, с кем угодно. «Успокойся. Найди равновесие».
Позади него раздались выстрелы, пули пронзили его крылья. «Не обращай внимания на боль». Они хотели его замедлить, но он набрал скорость. «Надо спасти Нолу, чего бы это ни стоило».
Золотистый лунный свет озарил ее и похитителя… и группу людей, чьи силуэты маячили позади.
— Я же сказал тебе не подходить! Я застрелю ее, клянусь. — Наемник, державший Нолу, взвел курок, заставив ее вздрогнуть и ахнуть. — Стой!
Когда Бейн решил, что терпение солдата на пределе, то подчинился — остановился и поднял руки в невинном жесте.
— Мне так жаль, — одними губами произнесла Нола.
Он сжал кулаки. Ранее он наткнулся на Эрика, который шел по следу Нокса и Вейл. Бейн думал захватить Вейл и использовать ее, чтобы добиться сотрудничества с Нолой. Как раз перед тем, как он сделал свой ход, Эрик и два других воина, Адонис и Раш, устроили совместную засаду, в конечном счете ускользнув вместе с Вейл.
Не потребовалось много времени, чтобы понять, что викинг и его союзники не собирались причинять вред девушке. Затем Бейн обратил свое внимание на армию людей Эрика. Идеальный выход для его гнева. Он планировал уничтожить армию… препятствие на пути к добыче… найти Вейл и привести ее в свое убежище, а затем связаться с Нолой. Вместо этого Нола снова телепортировалась к нему. Почему?
Если она уже осознала свою ошибку — никогда не телепортироваться, предварительно не поговорив с ним, или может оказаться посреди поля боя — он подумает о возможности простить ее… за определённую плату.
Теперь, когда ее жизнь была в опасности, он изменил свои планы. «Убей ее похитителя самым быстрым и жестоким способом, захвати Нолу, найди Вейл и открой портал в свое логово».
— Я решил уйти, — солгал Бейн смертным. — Думаю, ты позволишь мне это.
— Что? — пискнула Нола. — Ты меня бросаешь?
Никогда. Но ему нужно, чтобы так подумали мужчины. Нуждаясь в искренней реакции с ее стороны, он использовал свою самую мрачную, самую подлую усмешку и вложил в свой тон неподдельную ярость.
— Так же, как и ты бросила меня?
Она вздрогнула, и его грудь сжалась.
— Я причинила тебе боль, и мне очень жаль, но я сделала это, чтобы защитить тебя, — сказала она. — И да, я и здесь собиралась тебя бросить, но только чтобы защитить. Разве меня не следует хвалить за самопожертвование и самоотверженность?
Она решила остаться с Зионом, чтобы защитить Бейна? Он… не знал, что и думать об этом. Только ощутил, как горячее пламя его ярости набрало новую силу. Она пыталась защитить его, а теперь какой-то человек решил выстрелить ей в голову?
Человек самодовольно ухмылялся, думая, что напугал зверя.
— Ты никуда не пойдешь.
Пока остальные солдаты не подключились к битве, Бейн вскочил на ноги и бросился под прикрытие деревьев, делая вид, что отступает. На самом деле он незаметно обошел армию, планируя подойти сзади к Ноле и ее похитителю. Огибая деревья, он слышал разные голоса.
— Куда он делся?
— Следуй за ним!
— Иди, иди, иди! Я позабочусь о девчонке.
Его контроль? Почти полностью разрушен. В одном пистолете закончились патроны. Он бросил его и сжал в руке кинжал. В другом пистолете осталась одна пуля.
Отлично. Он бросился в толпу, орудуя кинжалом, чтобы быстро и тихо убить всех на своем пути. Попадали тела. Вскоре уже никто не стоял между ним и объектом его гнева.
Мужчина почувствовал его и обернулся. Слишком поздно. Бейн подошел к нему, выбил из рук пистолет, направленный на Нолу, и вонзил кинжал ему в висок. Никаких колебаний. Ублюдок вздрогнул и выстрелил, оглушив взрывом. К счастью, и пуля, и человек упали на землю.
Бейн прицелился и сделал последний выстрел в лицо мужчины. Брызнули мозги и кровь.
Нола обхватила себя руками и уставилась на мертвое тело. Ее сотрясала дрожь.
Он и раньше думал, что она напугана. Здесь, сейчас, она выглядела сломленной, и от этого зрелища что-то творилось у него в груди. Он чувствовал себя так, словно кто-то сломал ему ребра и обвязал сердце колючей проволокой. «Может быть, она не станет такой, как другие королевы, в конце концов».
В нескольких футах от него послышался звук взведенного курка. Выругавшись, Бейн обнял Нолу, притянул ее к себе и резко развернул.
Пуля пробила ему спину с одной стороны и вышла с другой. Боль оказалась сильной, но терпимой. Хотя ему очень хотелось наказать стрелявшего, он не стал рисковать жизнью Нолы.
Подняв ее на руки, он бросился в чащу деревьев. Пока бежал, его переполняло удовлетворение. Наконец-то! Принцесса у него в руках. Как только он оторвется от армии, то откроет портал в свое логово. Скоро она будет в безопасности и окружена его вещами…
«На один шаг ближе к своей цели». После того как он убедит Нолу сотрудничать с ним, то вернется в Колорадо один и спасет Вейл. Все будет хорошо.
За спиной раздались шаги. Быстрее.
— Спасибо, — прошептала она, обнимая его. Дрожь все еще терзала ее. — За все.
Колючая проволока натянулась, и он поморщился. Веками он мечтал, чтобы Эвелин испытывала муки. Он должен наслаждаться страданиями Нолы, так как она тоже принадлежала к королевскому роду. Однажды, очень скоро, она заслужит эти страдания. Но…
Бейн не испытывал никакого удовольствия. Он хотел разрушить этот мир и положить останки к ее ногам, хотел поклясться, что всегда будет защищать ее от подобных чувств. «Смешно!»
Бейн огибал деревья и валуны, перепрыгивал через кривые корни. Острые ветки хлестали его по верхней части тела, глубоко впиваясь в бицепсы.
Нола зашипела, и он выругался. «Уже не справляюсь со своей задачей». Он позволил веткам навредить и ей тоже.
Он ждал залпа жалоб…
Странно. Эвелин жаловалась еще до того, как изменилась.
Приятно удивившись, он крепче обнял Нолу, придавив ее лицо к своей шее. Ее мягкие изгибы прижались к его мускулистому телу, простое действие каким-то образом пробило его броню, оставив его незащищенным.
Он возбудился, до боли. «Неудовлетворенное тело, вот и все». Скрипя зубами он спросил:
— Лучше? — Неужели ее близость всегда так сильно на него действовала?
— Да, спасибо, — прошептала она, оставаясь расслабленной. — Бейн? Быстро исцелись.
Два слова, и все же он услышал в ее голосе абсолютный и беспрекословный приказ. В одно мгновение боль поглотила его, пули выскочили наружу, плоть срослась, и осталась только рана на плече, такая же кровоточащая и воспаленная, как всегда.
Все это время мысли Бейна метались в разные стороны. Нола беспокоилась о его благополучии. Беспокойство часто предвещало заботу. Если она станет заботиться о нем, то захочет остаться с ним. А еще лучше, она сделает так, как он хочет.
Но было ясно, что она осознавала свои худшие способности, что создавало для него серьезные трудности. Он не мог сказать лишнего о своем прошлом, целях или мотивах, опасаясь, что Нола прикажет ему отказаться от своей вендетты и проиграть войну. Ему придется завоевать ее другим способом.
— Зачем ты пришла ко мне, принцесса? Всего несколько часов назад ты решила остаться с Зионом.
Она вздохнула, тепло ее дыхания щекотало основание его шеи.
— Мы попали в засаду. Я подумала, если вы с Зионом будете сотрудничать…
— Нет. Этого не случится. Ни сейчас, ни когда-либо. — Напряжение скрутило его мышцы. — Почему ты продолжаешь помогать ему?
— Почему ты меня ненавидишь? — задала она встречный вопрос.
Ему нужна была ее помощь, и он не хотел ее отпугнуть, но не мог сказать правду.
— В своем стремлении спасти Вейл ты разрушишь мою жизнь.
— Возможно, но ты ненавидел меня еще до того, как Вейл вступила в войну.
Пауза. Затем:
— Знаешь ли ты, чем являешься, Нола?
— Да. — Она прижала свою изящную маленькую ручку к его груди и вонзила ногти ему в кожу. Это было прикосновение любовницы… или женщины, которая ожидала страшного эмоционального удара и нуждалась в щите. — Я девушка, пекарь, писатель, обеспокоенная сестра и я… из другого мира?
— Ты гораздо больше, чем просто пришелец из другого мира.
— Значит, это правда. — У нее перехватило дыхание. — Я подозревала это, так что не должна была волноваться. Но внутри у меня полный разгром, Бейн.
Почему ему вдруг захотелось улыбнуться?
Чувствуя, что наконец-то оторвался от армии, Бейн представил свое убежище и провел большим пальцем по рифтерам. Примерно в сотне ярдов впереди открылся портал, слои воздуха разделились, открыв темный проход в пространстве.
Он бросился через него и развернулся лицом к лесу на случай, если кто-нибудь попытается последовать за ним. Порталы нельзя было закрыть вручную, поэтому ему пришлось подождать, пока этот не схлопнется сам.
Как только они с Нолой оказались запертыми в пещере, к нему вернулось удовлетворение. Давным-давно он построил это однокомнатное убежище в самом сердце горы и укрепил его стены каменными колоннами. Теперь известняк создавал запах прохладного, затхлого воздуха.
— Так темно, — воскликнула Нола.
Бейн отлично приспособился к темноте. Нола тоже должна. Тот факт, что она этого не могла… «Неужели она больше человек, чем Адвеветийка?»
Может ли человек пережить кровавый ритуал?
Колючая проволока снова натянулась, острая, стреляющая боль поразила легкие, убивая его следующий вдох. Он поставил Нолу перед каменной стеной и надавил ей на плечи, призывая сесть. Сам остался стоять на ногах.
Глубоко в горле зверя появились тлеющие угольки. Когда образовалось достаточно углей, он наклонил голову и выпустил струю огня, пламя лизнуло факелы, которые он прикрепил к стенам. Янтарный свет прогнал тьму и осветил Нолу, еще больше украшая ее тонкие черты лица.
«Не обращай внимания на ее привлекательность. Не возбуждайся снова. Не…»
Слишком поздно. Он снова ощутил желание, охваченный ненасытным голодом.
— Ты изрыгнул огонь, — сказала она, и ее глаза расширились, как блюдца. — Ты выпустил огонь изо рта.
— Да, это так. — Он присел перед ней на корточки и расправил крылья, заслоняя собой остальную часть пещеры. В этом разговоре Бейн намеревался быть ее единственным объектом внимания. — А ты. Знаешь. Кто ты?
Она встретилась с ним взглядом. Ее зрачки были расширены, а мерцающие радужки остекленели. Пульс у основания ее шеи бился в такт его ударам, когда она сцепила пальцы.
— Я из другого мира, — сказала она, едва дыша.
— Так и есть. И ты никогда не сможешь рассказать об этом никому, кроме других Адвеветийцев. Мы наделены врожденным инстинктом, который не позволяет нам обсуждать наши секреты с посторонними.
Она нетерпеливо кивнула.
— Я уже испытала это на себе.
«Сконцентрируйся. Перестань пялиться на ее рот. С более полной верхней губой и сердцевидным изгибом в центре».
— Много веков назад моя королева открыла ваш мир и послала отряд женщин для спаривания с его обитателями. Это преступление карается смертью для каждого жителя Адвевета. Включая тебя. Но Эвелин все равно это сделала. — Он не мог скрыть свою ярость, ненависть или горечь, поэтому даже не пытался. — Она послала меня сюда с двумя целями. Выиграть Великую Войну и уничтожить доказательства ее злодеяний.
Нола прикусила свои губы. Черт возьми! Он не мог отвести от нее взгляд.
— Убить мужчин или их детей? — Она сглотнула. — Или всех?
— Только горстку детей. Среди них может оказаться королева всех гибридов.
Понимание осенило ее черты, вместе с тревогой.
— Значит, ты убивал младенцев?
— Нет. — Он выдержал ее взгляд, не смея моргнуть. — Прежде чем я нашел хоть одну королевскую особу, я был заморожен в Арктике. Проходили века, рождалось все больше и больше гибридов, кровь разбавлялась. Но я никогда не терял надежды. Часто ощущал рождение и смерть королевских особ, но никогда не ощущал истинной связи. До одного рокового дня. Я почувствовал ее, и она чувствовала меня. Я знал, что она найдет меня.
У нее отвисла челюсть. Она посмотрела ему в глаза.
— И она это сделала? Я имею в виду, нашла тебя?
Он обхватил ее изящное лицо своими большими мозолистыми руками, контраст оттенков их кожи завораживал. Золото на фоне белизны.
— Да, нашла.
Мышцы ее шеи напряглись, когда Нола сглотнула.
— Через связь, которую вы оба разделяете?
Он кивнул, и блеск в ее потрясающих карих глазах потускнел. Она поднесла руку ко рту и покачала головой.
— Мне нужно прояснить один факт, — сказала она дрожащим голосом, но в то же время полным силы, которой он невольно восхищался. — Тебе приказали ее убить?
Он снова кивнул.
Их взгляды встретились.
— Ты здесь, чтобы убить меня?
В голове у Нолы раскинулось минное поле. Каждая новая мысль вызывала взрыв, запускала цепную реакцию эмоций. Шок, страх и недоверие. Неверие и неуверенность. Волнение, надежда и счастье, даже страх. Королева. Королева Нола. Королева Магнолия Ли. Ставшая сиротой в детстве. Болезненная и нежеланная другими семьями.
Бесконечные переходы из одной приемной семьи в другую, порой в хорошую, а порой и в плохую. Порой в слишком плохую. Странная девушка со странными порывами, которые она не могла обсуждать ни с кем, кроме золотого бога, которого только что встретила, но знала в своих снах в течение многих лет. Взрослая женщина, которая не может наслаждаться близостью мужчины без рвоты. Наркоманка. Начинающий телепортер. Повелительница Драконов. Инопланетянка.
— Я не причиню вреда земной королеве, — сказал Бейн. — Я буду защищать ее ценой своей жизни, хотя да, я ненавижу власть, которую она имеет надо мной.
Он уклонился от ответа на ее вопрос. Не так ли?
— Эта власть. Ты связь с ней… — «со мной?» — …заставляет делать все, что она прикажет?
— Да, — прошипел он.
— У-у этой будущей королевы есть имя?
«Это не могу быть я. Но могу быть и я».
Произнесет ли он ее имя?
— Есть. — Затем он отпустил ее. Никакой связи, никакого тепла тела. Леденящий холод проник в ее кости. — Ее зовут Нола ли, — наконец произнес он, вглядываясь в ее сияющие глаза.
Нола сглотнула.
— Я не могу быть королевой. Я не могу править никем, тем более целой расой воинов и зверей. Я даже собой не могу управлять! Моя жизнь сплошная неразбериха. — За исключением того, что перспективная работа действительно взволновала ее. Неужели она наконец нашла свое призвание? Свою страсть?
Правитель этого долбаного мира, детка!
Слишком много недостатков. Или, может быть, просто необходимое количество?
Тьфу! Это метание было невыносимым.
— Ты совершенно права. Ты не королева. Пока, — ответил Бейн. — До твоей… коронации ты носишь титул принцессы, твои способности ограничены.
Что? Если она может телепортироваться с ограниченными способностями, то что сможет сделать с безграничными способностями? Одна эта перспектива заставляла ее дрожать.
Бейн добавил:
— Я твой воин, вынужденный подчиняться каждому твоему приказу.
Ее воин. Ее, и только ее. Бейн, который убивал с такой легкостью. Который возбуждал и пугал ее по причинам, которых она еще не понимала. Который сейчас смотрел на нее так, словно хотел раздеть догола и съесть на ужин… или сцапать ее и повесить на стену в качестве трофея. Наконец-то она поняла причину его переменчивого обращения.
Слишком частые приступы волчанки, фибромиалгии или опиоиды полностью управляли ей, заставляя оставаться в постели, хотя она предпочла бы быть где-нибудь еще, делать что-нибудь еще.
— Когда-то ты почти умолял меня приказать тебе. Скажи мне, чтобы я быстро исцелился и отрастил ногу. Танцуй обезьяний танец, — передразнила она. — Помнишь? Я повиновалась тебе, и ты повиновался мне, и посмотри на великолепный результат. — Глубокий вдох, выдох. — Я не просила быть твоей королевой, Бейн. Так зачем же винить меня в нашей ситуации?
Он прищурился.
— Я служил многим королевским особам. Однажды ты превратишься в худшую версию самой себя. Ты будешь равнодушной. Жестокой. Смертоносной. Ты будешь властвовать надо мной, заставляя совершать предосудительные поступки. Королевы всегда так поступают.
Ненависть в его голосе прозвучала как похоронный звон. Он действительно ненавидел Адвеветийский королевских особ. Но не это было причиной того, что она поникла внутри. То, что он описал… она уже встретила худшую версию самой себя. Темную Нолу.
И ее настигло осознание: «Я не схожу с ума… Я превращаюсь».
Ее охватил инстинкт бей или беги, подступил страх и нарастало отрицание. Этого не произойдет.
Нет, она не могла этого допустить. Она будет сражаться. Темная Нола не выиграет.
— Вероятно, ты встречался с принцессой, которая стала королевой?
Казалось, под ненавистью Нола уловила страдание. Зачем мучиться из-за чего-то, если не был влюблен?
— Да, — натянуто признал он.
— И она изменилась? — настойчиво продолжала Нола.
Он опустил взгляд на ее губы.
— Да.
Ее сердцебиение ускорилось, и она сказала:
— Пока ты не трогаешь Вейл, я не собираюсь причинять тебе вред или приказывать. Кроме того, я совсем не похожа на твою другую королеву.
Он горько рассмеялся, отчего у нее встали дыбом волосы.
— Думаешь, ты сильнее Эвелин и сможешь сделать то, что не под силу ей, остаться доброй и заботливой? Извини, что вынужден говорить тебе правду, Нола, но все члены королевской семьи изменялись. И ты тоже изменишься. Ничего не сможешь поделать.
Устав от того, что ее называют слабой, она вздернула подбородок.
— Вызов принят.
Он долго пристально ее рассматривал, и она ответила тем же. Ошибка. Свет от факелов украшал его мужественные, грубые черты чувственными мазками. Его льняная грива сияла словно нимб.
— Не вызов. Это факт.
— Меня отвергали всю мою жизнь, Бейн, считая ущербной во многих отношениях. У меня не было преимущества: ни денег, ни специального образования. А что я имела? Кучу пропусков, из-за которых едва не вылетела из средней школы. Постоянная болезнь и боль. Медицинские счета, которые не в состоянии оплатить. Месяцы, проведенные в постели, в мечтах о превращении в кого-то другого. Приемные семьи, которые морили меня голодом, давали ужасные прозвища или били. Так что, да. Физически твоя Эвелин без сомнения меня одолеет. Ура ей. Хотя это под силу даже порыву ветра. Но психически? Эмоционально? Мне нет равных.
Чем дольше она говорила, тем выше становился ее тон.
Почему одним людям при рождении дается благословение, а другим — проклятье?
Бейн взорвался от гнева, его дыхание участилось, цвет лица стал ярче.
— Кто тебя бил?
Зачем ему это? Чтобы пойти и убить их?
— Не имеет значения.
Он схватил ее за предплечья и встряхнул.
— Скажи мне.
Немного самодовольно… ну ладно, сильно… она ухмыльнулась.
— Почему бы тебе не заставить меня? О, точно, ты не можешь. В этом ты слаб, моя воля сильнее.
Он прищурился, пыхтя и отдуваясь, как большой, злой волк.
— Ты права. В этом я слабее вас. Но я знаю будущее, в отличие от тебя. Хочешь знать, что делают королевы сразу после коронации? Убивают своих близких, чтобы никто не мог использовать против них. Меня пощадили, потому что я слишком ценен в качестве воина и тренера. Годы спустя Эвелин приказала мне стоять, пока на моих глазах убивала женщину, которую я любил.
Его признание разорвало ее клочья, а его горе стало солью на ее ранах. Боль, которую он, должно быть, носит внутри… больше, чем мог вынести любой другой. И, его настигла такая потеря, с которой она был знакома.
Захочет ли она когда-нибудь убить Вейл?
Нет. Ни в коем случае.
Пока она с Бейном сверлили друг друга взглядом, произошло кое-что чудесное… ужасное. Защита растаяла, внутри нее вспыхнуло обжигающее желание, стирая прошлую боль. Кожа Нолы горела в местах их соприкосновения.
— Бейн, — прохрипела она.
— Нола.
Он ослабил хватку и провел вверх и вниз по ее рукам. С каждым движением вверх становясь все нежнее, и все же усиливая боль усиливалась. С каждым движением вниз теряя по крупице спокойствия, на место которому приходил голод.
— Ты ненавидишь меня, — напомнила она, пока его невероятный жар просачивался сквозь одежду. — За то, кем, по твоему мнению, я стану.
— Да.
— Но… но ты также хочешь меня?
— Да, — повторил он заторможено. Вверх и вниз. Вверх и вниз. — Я хочу, чтобы это прекратилось. Почему это не прекращается?
Мучительно медленно Бейн провел пальцами по ее вырезу, затем скользнул вниз к ее груди.
Она ахнула, выгибаясь навстречу его порочному прикосновению, шокируя его, но в то же время восхищая. Пока он гладил и сжимал ее, Нола наблюдала за его лицом в поисках какой-то реакции. Его зрачки расширились, и от этого по ее телу пробежали мурашки, которые не были признаком болезни.
Сколько раз она добиралась до второй базы с парнем, пока ее разум был непоколебим, а тело мучила сильнейшая тошнота? Перед каждым инцидентом она убеждала себя, что сейчас все будет по-другому. Увы. С Бейном ее желудок оставался спокойным, а остальное тело бунтовало. Мурашки побежали по ее груди и рукам, делая кожу чувствительной. Ее соски затвердели. Каждый раз, когда она вдыхала, возникало трение. Ммм. Трение. Между ее ног разлилась приятная боль, так непохожая на то, что она испытывала ранее. Восхитительное возбуждение, без признаков болезни.
Что произойдет, если она притянет Бейна ближе и…
«Нет! Не надо. Не с ним».
Подушечками больших пальцев он обвел ее соски.
— Прикажи мне уйти, принцесса.
«Ах. Пожалуйста, не уходи».
Но, но… он должен уйти, прежде чем она начнет унижаться и просить… молить… о большем.
— Будь достаточно сильным, чтобы уйти самому, сладкий.
Он вздрогнул, затем нахмурился, его руки упали, оставив ее безутешной и гораздо более холодной, чем раньше.
Подтянув колени, чтобы образовать между ними преграду, Нола спросила:
— Что именно делают королевы?
Вернемся к старой теме.
— Что пожелают. — Он сжимал и разжимал кулаки, медленно вдыхая и тяжело выдыхая, часть его напряжения ушла. — Большинство королев балуют с рождения, прячут до их кровавого ритуала.
Ее охватило дурное предчувствие.
— Что за кровавый ритуал?
— Время, когда потенциальная королева убивает врага и купается в его крови. Воин выдыхает огнем на ее тело. Она сгорает заживо и восстает из пепла.
Нола не сильно разбиралась в мифологии, только подчерпнула лакомые кусочки у одержимой научной фантастикой Вейл, но Адвеветийцы больше напоминали фениксов, чем драконов. Сгореть заживо, стать сильнее.
— Совершить убийство, раскрасить себя кровью… позволить себе сгореть заживо? Ты этого от меня ждешь?
Он, наверное, шутит.
— Да, да и да. Ты восстанешь другой. Злой. Твоя человечность испарится.
Он только что описал ее темную сторону на букву Т. Но они имела в виду то, что сказала. Психически и эмоционально она сильная и победит любые извращенные порывы.
— Зачем ты мне все это говоришь? Чтобы испугать и заставить отступить?
— Я говорю тебе это, чтобы подготовить. Хочу, чтобы ты приняла участие в кровавом ритуале. И ты этого захочешь. Перед увеличением силы невозможно устоять.
Получить больше силы было бы замечательно, да. За гранью возможного. Означало бы лучшую защиту для Вейл, избавление от зависимости Нолы и лечение ее болезней. Большая сила значит… все.
— Вот она, — сказал он. Его тон и глаза излучали злобу. — Королевская особа, которая понимает, что ее способности и власть — это жизнь.
Как он так легко ее прочитал?
— Королева когда-нибудь не восставала из пепла?
Он коротко кивнул.
— Да. Много раз.
Отлично! Замечательно! Понимание способностей и власти могут означать жизнь, но работа над достижением понимания может привести к смерти.
— Что случится, если я откажусь?
Бейн вздрогнул, словно его ударили по лицу.
— Я найду другую принцессу. Она завладеет короной и заберет то, что принадлежит тебе.
— Дай мне минутку, чтобы справиться со своим разочарованием. Иии готово. Нельзя скучать по тому, чего у тебя никогда не было.
За исключением… нет, нет, никаких исключений. «Слишком поздно». Темная сторона Нолы вскипела от ярости от мысли, что кто-то… кто угодно… пытается забрать принадлежащее ей.
Тяжелый взгляд Бейна чуть не вдавил ее в грязь.
— Ты не единственный Адвеветийский гибрид на планете. Другие… мужчины… носят в себе спящего зверя. Как только ты завершишь кровавый ритуал, звери пробудятся. Хотя они и презирают тебя, но будут защищать ценой своей жизни из-за связи. А теперь представь, что их пробудит другая женщина. После этого она и ее новая армия выследят тебя и убьют… как и всех, кого ты когда-то любила.
Тактика запугивания или правда? Поистине ужасающая мысль? Вероятно, это и то, и другое
— Во мне тоже пробудится зверь?
— Нет. Они есть только у мужчин и не могут передаваться. Ты получишь кое-что получше. Способность исцелять себя и своих людей. Регенерация моей ноги всего лишь малая толика твоего потенциала к регенерации.
На мгновение ей захотелось танцевать и петь в стиле принцессы «Диснея». Больше никакой отмены! Никаких мучительных ночей и наполненных болью дней! Никакой слабости! О, какое искушение. Но должен быть подвох. Всегда есть какой-то подвох.
Как Кэрри говорила: «Дьявол не появляется с вилами. Он появляется с ложью о твоей заветной мечте».
Не имело значения, как отчаянно Нола хотела излечиться, ради этого она никого не убьет, даже врага.
— Меня смущает твоя связь с Эвелин. Она твоя королева, и в то же время не твоя королева, и вы оба должны и не должны подчиняться ее приказам?
Мышца под его глазом дернулась. Он сухо кивнул.
— Ситуация… сложная.
— Не волнуйся, я быстро схватываю и не отстаю. Итак, эта королевская особа, которой вы оба можете и не можете ослушаться, приказала тебе убить всех гибридов, включая меня?
Бейн вновь сухо кивнул.
— Ну, — сказала она, взмахнув руками. — Как ты посмеешь предать ее и помочь мне?
Бейн склонил голову набок, черты его лица засветились от неожиданного любопытства. Он ожидал, что она будет тупой, как пробка?
Черт, возможно, так и было. Его запах не давал ей сосредоточиться. И Нола продолжала теряться в его янтарных глазах, обрамленных длинными темными ресницами. Ее пульс ускорился, желание прикоснуться к нему стало почти непреодолимым.
Боже! Она стала выпрямлять свои ноги — свой щит — непроизвольно. Начала тянуться. Когда поняла, что делает, то попыталась остановиться. Слишком поздно. Нола провела кончиками пальцев по его золотистой щетине на его подбородке.
Обжигающий разряд электричества пронзил ее, терзая его нервные окончания. Мгновение принцесса и ее воин не двигались, даже не дышали. Затем он крепко сжал ее запястье.
Она ожидала, что он оттолкнет ее хотя бы для того, чтобы продемонстрировать свою силу. Она хотела, что он ее оттолкнул.
Тяжело дыша, Бейн прижал ее раскрытую ладонь к своей щеке и подался навстречу прикосновению.
— Всякий раз, когда принцесса доживает до совершеннолетия, связь воина с королевой постепенно ослабевает. Когда я почувствовал тебя, Эвелин потеряла часть контроля надо мной, что позволило мне говорить в твоей голове, а тебе — в моей. После твоего кровавого ритуала я смогу официально создать связь с тобой, разорвав все ниточки с Эвелин.
«Изворотливый».
— Почему ты выбрал меня, а не ее? Она причинила вред твоему любимому человеку, да, но ты даже не знаешь меня. — «Не уверена, что сама себя знаю». — Есть поговорка на Земле — Терре… без разницы. Чёрт знакомый лучше чёрта незнакомого.
— Я знаю, что ты не черт. Пока. — Он провел языком по белым зубам и отпустил ее руку. — Почему ты предпочла Зиона мне?
Правда только взбесит его и подтвердит теорию о ее предполагаемом изменении личности.
— Я подумаю сказать ли тебе, если ты ответишь на мой вопрос.
Бейн рассвирепел и огрызнулся:
— Эвелин может убивать других одним прикосновением. Женщина, которую она убила? Мередит была моей женой. Ничто из того, что ты можешь сказать или сделать, не причинит мне большей боли.
Ее грудь наполнилась сочувствием. Бедный Бейн. Он потерял любимую женщину из-за эгоизма и жадности другой женщины, что оставило дыру в его сердце. Дыру незаживающую также, как рана на плече, поскольку Эвелин помогла наполнить ее ненавистью. Теперь она гноилась и истекала ядом.
Если бы только Нола могла проникнуть в его разум и успокоить каждое мучительное воспоминание. С другой стороны, без них он был бы другим человеком. Его опыт сформировал его, и Ноле нравился конечный результат.
Ее глаза расширились. Да. Он ей нравился. Его рвение и напор. Его решительность и сила. Мужчина никогда не сдавался. Когда его сбивали с ног, он вновь поднимался.
— Мне так жаль, Бейн, — сказала она.
— Ты не убивала Мередит. Это сделала Эвелин, и с твоей помощью она за это заплатит. Моя цена — кровь и боль, — сказал он с почти осязаемым удовлетворением. Затем поднял подбородок. — В обмен на твою помощь я выиграю эту Великую Войну от имени Эвелин, поскольку она меня сюда послала и зарегистрировала как своего представителя. Но, как только мы ее свергнем, ты получишь все ее территории. Будешь управлять этой планетой и множеством других.
И вечно сражаться с другими королевскими особами? Тройное ура и тройное фу. Настоящий подстрекатель? Он вновь небрежно предложил хладнокровное убийство.
Нола может и не была королевой… пока… но он уже считал ее лишенной морали. Ну, это не важно. Со временем она докажет свою храбрость.
Заметка для себя: «Наберись храбрости».
— Чтобы выиграть Великую Войну, тебе придется убить Вейл. А я никогда не подвергну опасности сестру.
Он внимательно на нее посмотрел.
— Твоя верность впечатляет, но не имеет смысла. Вейл умерла в тот момент, когда вступила в Войну. Сценарий не важен, спасти ее не удастся. Лучше тебе смириться с ее потерей.
Хотя Нола яростно покачала головой, он продолжил говорить:
— Чтобы выиграть, Вейл должна меня убить. Но без меня ты не сможешь одолеть Эвелин и ее зверей. Если другой воин выиграет Великую Войну, Вейл умрет. Если победит кто-то кроме Адвеветийца, Эвелин пошлет зверей убить тебя и твоих близких.
Нет. Нет!
— Должен же быть способ держать ее подальше от моей планету и спасти Вейл. И тебя. И Зиона. И Нокса. — Он защищал сестру, пока она была наиболее уязвима, поэтому Нола тоже защитит его. — И вообще, я приказываю тебе выиграть войну и выжить, не убивая Вейл, Нокса и Зиона.
Вот! Проблема решена.
Он быстро заморгал, словно был сбит с толку, затем покачал головой.
— У тебя недостаточно сил, чтобы давать невозможные приказы.
С дрожью она провела пальцем по его незаживающей ране.
— Поэтому ты не исцелился полностью?
— Да, — ответил он, стиснув челюсти.
— Должен быть способ получить все сразу для нас обоих, и я его найду.
И снова он выглядел удивленным.
— Разве не ты сказала, что люди не всегда получают, что хотят?
— Я не такая, как большинство людей.
— Хочешь сказать, ты отказываешься бороться за освобождение нашего народа от деспотичного правления Эвелин?
«Нашего народа».
— Я не… Я не могу…
Тьфу!
— Ты утверждаешь, что не желаешь никого убивать, и все же твой приказ спасти Вейл равносильно смертному приговору для меня. Ты же понимаешь это? Тебя это просто не волнует?
Нола сглотнула. Он определенно владел искусством манипуляции. Впечатляющий и приводящий в бешенство навык. Желая выиграть больше времени на раздумья, она сменила темы.
— Ранее ты спрашивал, почему я выбрала Зиона. Я скажу тебе… когда пойму, что могу доверить тебе информацию.
Это должно дать ей… вечность.
С рычание он убрал крылья.
— Возможно, я могу купить ответ.
Когда они полностью исчезли, в поле зрения появилась пещера. Просторный коридор доверху наполненный золотом, драгоценными камнями, ювелирными украшениями и оружием. Он отошел в сторону, наблюдая, как она встает.
Его непоколебимый взгляд обжигал и дразнил. Она с дрожью и болью выбирала понравившиеся безделушки. Бриллиантовый браслет. Рубиновое колье. Сапфировые серьги. Изумрудная диадема. Ох! Там лежали слитки золота и куски серебра. И перчатки, инкрустированные камнями. Большая диадема с черными бриллиантами.
Ладно. Возможно, все дело в драгоценностях. Возможно, в мужчине. Возможно, в сочетании того и другого. Причина не имела значения, возбуждение бурлило внутри, заставляя клетки покалывать.
— Откуда ты все это взял? — спросила Нола, поглаживая свою добычу.
Бейн прислонился к стене, сложил руки на груди и застыл со странным выражением на лице… и теплом в золотых глазах. Эти глаза заставили бы драгоценности устыдиться.
— Я украл их у смертных тиранов до заморозки, планируя обменять на оружие.
От хрипотцы в его голосе по ее спине пробежали мурашки.
Ленивым, чувственным движением он подошел ближе, словно не мог оставаться в стороне. Он остановился прямо перед ней, источая аромат экзотических специй.
— Драгоценности тебе идут.
Его взгляд задержался, когда он провел кончиком пальца по колье.
Он выглядел одновременно более напряженным и более расслабленным, сочетая странное и невозможное, но таков Бейн. Ее горячий и холодный воин. И тяжесть его взгляда приковала ее к месту. Она не могла пошевелиться, да и не хотела. Он был близко, так близко, но Нола желала оказаться еще ближе. Ее грудь болела все сильнее, а живот дрожал.
— Спасибо, — сказала она, борясь с желанием умолять.
«Поцелуй меня».
— Тебе стоит прекратить смотреть так на меня, Нола. — Прошипел он. — Ты не представляешь, что произойдет, если я дам то, что, как тебе кажется, ты хочешь.
— Или тебе это слишком понравится? — съязвила она. Если Бейн поцелует ее, возненавидит ли еще больше? Начнет ее винить?
— Если на вкус ты хотя на половину так же хороша, как пахнешь, то мне это очень понравится.
От грубого признания ее кости расплавились.
— Адвеветийцев тошнит, когда они близки с кем-то? — спросила она, делая шаг вперед и прижимаясь своей грудью к его. Нола облизнула губы, втайне радуясь, когда он проследил за действием пристальным взглядом. Который он поднял и встретился с ней взглядом.
Любопытство отразилось на его лице.
— Тебя тошнит? — Он провел пальцами по ее волосам и жестко обхватил затылок. Блеск в его глазах… порочная дикость, с которой она ранее не сталкивалась. — И не говори мне, я должен ответить на твой вопрос, чтобы получить ответ на свой. Я выучил урок.
— Ладно. Да, меня тошнит всякий раз, когда я пытаюсь с кем-то сблизиться.
Бейн крепче сжал ее в объятиях.
— Я встречался с Эвелин до ее кровавого ритуала. Мы были близки бесчисленное количество раз, и никого из нас не тошнило.
— Ох. Понятно.
Проблема в Ноле. В болеющей, несчастной Ноле.
— Но, — сказал он, и что-то темное наполнило его голос… что-то собственническое. — Я могу догадываться, почему тебя тошнит…
Ее охватили дрожь и жар.
— Скажи.
— Сначала, — начал он, — я должен знать, плохо ли тебе рядом со мной.
Ее пульс подскочил.
— Я ожидала этого, но… нет. Я никогда не заходила так далеко. И хочу… хочу получить удовольствие. — Слова вырвались из ее рта. — Я так жажду этого, что даже ты подходишь.
— Даже я? — Он выглядел недоумевающим мгновение, затем его мышцы увеличились прямо у нее на глазах. — Я вижу, что не дал полного представления о своем мастерстве. Пришло время, это изменить.
Наклонившись, он прижался губами к ее губам, лишив воздуха.
Никогда за всю свою жизнь Бейн не был настолько тверд или так сильно страдал. После всех его мук, длящихся столетия, он заслужил сексуальную разрядку с самой прекрасной женщиной, какую когда-либо видел. С женщиной, которая сводила его с ума.
Быть так близко к Ноле… вдыхать ее аромат жимолости и жасмина, аромат дома… прикасаться к шелковистой коже… наблюдать, как приоткрываются ее рубиновые губы и ускоряется пульс у основания шеи… Бейн устремился от реальности к фантазии, желаю получить все, что она могла дать.
Теперь он тонул в ощущениях, и Нола была его единственным источником кислорода. Он поцеловал ее как мужчина, который не мог прожить без своей женщины. На данный момент он и не мог.
В его объятиях она была живым проводом страсти, не скрывая отклика. Нола с дрожью ответила на его поцелуй с полной самоотдачей, их языки переплелись в диком и сексуальном танце. Ее тихие вздохи подтолкнули его ближе к краю здравомыслия. Бейна, и зверя.
Зверь любил секс, нуждался в нем… «наконец, прошу!»… но все еще ненавидел королевских особо с жаром тысячи солнц: он выкрикивал возражения и противоречивые приказы.
«Остановись. Продолжай. Остановись, черт возьми. Действуй».
В окружении этого хаоса желания Бейна должны были остыть. Но инферно потребности, пылающего в его венах, только росло и крепло, сжигая его контроль. Когда пожирал ее рот, он представлял эту прекрасную женщину только в драгоценностях и больше ни в чем.
«Я раздену ее, обхвачу грудь ладонями и оближу соски. Затем погружу глубоко в нее палец… потом еще и еще… она намокнет для меня».
В тот момент, когда Бейн узнал, что Нолу тошнит в интимные моменты, в нем вспыхнули два в равной степени непреодолимых желания. Узнать, станет ли он исключением, и доказать, что Нола для него лишь средство для достижения цели. Тогда он перестанет смягчаться каждый раз при взгляде на нее, перестанет страдать, услышав очередной рассказ из ее прошлого, перестанет хотеть того, чего не должен желать сильнее следующего вдоха. Но, как только их губы встретились, здравый рассудок улетучился — причины, побудившие его начать поцелуй, перестали иметь значение.
«Вкус этой женщины…»
Ему требовалось больше. Необходимо, как вода.
Не прерывая поцелуя, Бейн пошел вперед, заставляя Нолу отступить. Когда она уперлась в стену пещеры, он раздвинул ее ноги шире, сжал в кулаке прядь волос, чтобы заставить наклонить голову и наброситься на ее рот сильнее.
Им управляла нужда, не давая стоять на месте. Бейн прижал свою пульсирующую длину между ее ног. Такой интимный контакт поразил их обоих. Она застонала, тая в его объятиях. Его обделенное вниманием тело кричало о большем, обо всем.
— Бейн, я… Это…
Его имя, произнесенное одурманенным от страсти голосом, только углубило его потребность.
— Знаю, — прорычал он ей в губы. Спустя секунду темп поцелуя изменился. От исследующего к ядерному, превращаясь в бешеное совокупление языков и зубов.
Женщина, одержимая первобытным желанием, поцеловало его в ответ дико, жадно. Словно умрет, если не испытает полного удовлетворения. Удовольствия! Нола вцепилась в его плоть, потерлась об его член, замерла, затем вновь потерлась.
Каждая точка соприкосновения шипела.
О, она обладал такими соблазнительными изгибами. Они навсегда отпечатаются в его мозгу. Им невозможно устоять.
«Отказать». Да. Он должен сопротивляться ей… и этому невероятному возбуждению. И он так сделает. Скоро. Как только удовлетворит свои потребности: проникнуть, кончить внутри нее, клеймить своей сутью. Другие мужчины почуют его запах… мускус летающего хищника… и будут охвачены ужасом.
— Больше, — выдохнула она, и он с радостью дал ее еще. — Моя грудь.
Бейн зарычал, когда обхватил и сжал ее шикарных красавиц, ее набухшие соски дразнили его ладони.
И снова она качнула бедрами и подалась вперед, потерявшись в муках. Качнула, подалась. Трение…
Какая-нибудь другая женщина подходила ему настолько идеально?
Его желания продолжали возрастать.
«Хочу, чтобы она отчаянно нуждалась во мне. Хочу насладиться каждым дюймом ее великолепного маленького тела. Хочу опуститься на колени, расстегнуть ее брюки, отодвинуть ее трусики в сторону и всосать небольшой комочек нервов между ее бедрами».
Крики удовольствия Нолы эхом разносились бы по пещере. Она зарылась бы пальцами ему в волосы, сжала бы голову сильнее и подарила бы каждую каплю своего женского меда. Она бы потребовала оргазма, или пяти, и он даст ей их. К кои-то веки Бейн с радостью готов исполнить прихоть королевской особы.
Возможно, Нола оплатит ему тем же и возьмет в рот его член…
Действие, запрещенное в Адвевете. Давным-давно, до рождения Бейна, королева решила, что ни одна женщина не может «унижать» себя таким образом, и женский пол всегда должен превосходить мужской.
Он всегда презирал этот закон, а Мередит его уважала. Он никогда не просил главенства, а она не предлагала.
Теперь ему стало стыдно за свои желания. Как бы сильно он ни ненавидел Нолу… он все еще ее ненавидел?.. но не желал ее унижать. И учитывая его огромные размеры, и ее хрупкость, Бейн мог ей непоправимо навредить. В конце концов, он не просто крупнее этой женщины, а безгранично сильнее, учитывая горячее вожделение после столетий, проведенных во льдах. Когда он кончит, то сойдет с ума.
Но, черт возьми, желание не проходило, и Бейн хотел не только ее губ вокруг его ствола. Он жаждал утвердить свое господство, прижать так, как никогда ни с кем другим не делал, и доказать свое мастерство. Чтобы доминировать над ней, прежде чем она начнет доминировать над ним. Чтобы отдать столько, сколько взял, испытав истинное удовлетворение после веков страданий.
Испытает ли он удовлетворение? Его желание к Ноле настолько сильно… Поправка: его желание секса было настолько сильным, что Бейн не знал точно, сможет ли когда утолить свой голод.
Нола откликалась на каждое его посасывание, покусывание и прикосновение, заняв место самой чувствительной женщиной, какой он когда-либо наслаждался.
— Ты… — Все. Необходимость. — Сводишь меня с ума.
— Как и ты. Только сильнее! — сказала она между вдохами. — Это ощущается так хорошо. Ты ощущаешься так хорошо.
В ее голосе появился хрипотца, которая делала Нолу воплощением соблазна. Его член стал тверже, толще и длиннее, угрожая порвать ширинку.
— Хочешь меня? Нуждаешься во мне?
— Да! Прошу! Я умираю без тебя.
Ммм, такая восхитительная просьба. Такая же восхитительная, как и ее сладкая кожа. Как кто-то может быть настолько восхитительным? Как можно ее настолько хотеть, несмотря на свое прошлое и протесты зверя?
Стоп. Зверь больше не возражал? Почему он замолчал?
Бейн знал, что нужно прервать поцелуй и подумать. Здесь замешано не только желание. Но он не мог даже замедлиться, просто не хватало сил. Ему пришлось задрать голову вверх.
Нола застонала от разочарования, обхватила его затылок и притянула его лицо к своему.
Он не мог не ответить на ее поцелуй. И начав, не нашел сил остановиться, не снова. Бейн прикусил ее линию подбородка, провел зубами по мочке уха и поцелуями выложил дорожку по шее вниз. Она восхитительно замурлыкала, издав неотразимую песню сирены.
В месте, где неистово бился пульс, он сильно пососал, и она застонала, сдаваясь.
Сдаваясь…
Этого он не испытывал ранее, но хотел, нуждался. Темп поцелуя снова изменился. Стал быстрее, жестче. Горячее, грубее. Он поднял голову и завладел ее ртом. Нола вцепилась в него ногтями. Она обхватила его ногами за талию и стала скользить по длине.
На его лбу выступили капельки пота, ее отчаяние не уступало его. Ее богатый аромат усилился, превратившись в опьяняющий наркотик, от которого, как он боялся, будет зависеть вечно.
— Твоя футболка, — напомнил он.
Без промедления она стянула ткань через голову, показав черный кружевной лифчик. Ее безупречная кожа манила его язык. Когда он прикусил мышцу плеча Нолы, по ее коже побежали мурашки… со скоростью лесного пожара. Он проследил их ртом и задел зубами ключицу. Бейн потерся членом у нее между ног, его мысли спутались.
«Теряю контроль…»
— Бейн. — Застонав, она запрокинула голову, наблюдая за ним из-под полуоткрытых век. — Думаю, я близко.
Ее губы были влажными и слегка припухлыми от поцелуев. Румянец окрасил кожу, пульс забился сильнее. Она вонзила ногти еще глубже, удерживая свою добычу на месте.
Ее добыча. Ее домашний питомец.
Ее раб.
«Дурак!» Она принцесса, особа королевских кровей, королева в процессе становления, и это предательство по отношению к Мередит. Он может быть с женщиной, да, но только не с этой.
С рычанием Бейн отпустил Нолу и отошел. На шаг. Два. Десять. Он тяжело дышал, каждый вздох опалял его легкие, словно кинжал, а по венам текла обжигающая кровь.
Он вспомнил тот день, когда Эвелин вызвала в Хиветт, чтобы обсудить Великую Войну за Терру. Он ненавидел уходить от жены, не кончив, но сделал это… легко. Здесь и сейчас он мог также легко уйти от Нолы для сохранения своего здравомыслия. Мог. И уйдет.
— Поцелуй меня, Бейн. Очень, очень прошу.
Она облокотилась на каменную стену, воплощая чувственность, и сжала свою дерзкую, обтянутую кружевом грудь.
«Олицетворение обольщения…» Бейн хотел свести ее с ума. Миссия выполнена. И, хотя потребность в ней возросла до небес, он бы ушел. В любой момент…
В. Любой. Чертов. Момент.
Она скользнула кончиками пальцев по своему плоскому животу и нащупала пуговицу на брюках.
Зарычав, Бейн подался вперед. Вероятно, чтобы ее остановить. А может и нет. Она тоже шагнула навстречу, чтобы встретить его посередине, почти прижалась к нему всем телом, усиливая его шок и восторг. Нола прижалась своей грудью к его… как же он по ним скучал. Когда она подскочила, чтобы обхватить его ногами за талию, он повалил ее на землю. Их губы встретились, языки сплелись. Он почувствовал…
Безумный прилив желания… восторг… возвращение домой?
— Я хочу тебя на спине, — прохрипел он, признание обожгло его горло.
— Да! Пожалуйста!
Хотя он знал, что это неправильно, но перекатился и навалился своим весом. Бейн ждал от нее сожаления, но она, казалось, наслаждалась его доминированием, гладя ладонями его тело.
«Великолепная женщина». Он целовал ее до тех пор, пока у нее не кончился воздух. Когда Бейн сжал в кулаке волосы на ее затылке и заставил наклонить голову для углубления поцелуя, она в благодарность всосала его язык.
Когда он сжал ее бедра и приподнял, чтобы ее сердцевина терлась об его член, она одобрительно захныкала, и Бейн понял неоспоримую истину. Он в нескольких секундах от того, чтобы полностью раздеть Нолу и погрузить в нее. Лишить ее девственности. Охотно лечь в постель с королевской особой.
А что потом? Нола захочет вернуться к Зиону?
Бейн поглотил рев отрицания. Она могла быть орудием его мести или презираемой бывшей любовницей, но не могла быть и той, и другой. Королевы эгоистичны, жадны и ревностны к свей собственности сильнее, чем звери. Ему нужна сконцентрированная Нола. И невредимая.
Хотя его член пульсировал, и Бейн отчаянно нуждался в освобождении, поскольку ее страсть сжигала его заживо, он нашел в себе силы разорвать контакт и отойти в другую часть пещеры, увеличивая расстояние между ними. По пути он заметил пару латных перчаток. Женских, изящных. Напоминающих о Ноле. Он засунул их в карман. «Глупо». Но вернул ли он их на место? Нет.
— Бейн? — Она встала и, спотыкаясь, направилась к нему. Ее взгляд говорил, что он воплощал все ее тайные желания, и это на него подействовало. Заставило хотеть глупостей. Нового начала. Долгосрочных отношений. Удовольствие вместо мести.
Очевидно, страсть лишает мужчину мозгов.
Нола удивила его сегодня? Да. Она не давала приказов своему новому питомцу выполнять смешные трюки, встретила его гнев лицом к лицу, отказалась сдаваться и раскрыла душещипательное прошлое. Ее непоколебимая верность Вейл впечатляет, а необузданная страсть будет преследовать его остаток никчемной жизни. Но Бейн сказал ей правду… однажды она перестанет быть этой удивительной женщиной и превратиться в оживший ночной кошмар.
Оживший ночной кошмар, который держал его судьбу в своих изящных руках.
Хотя, после всего пережитого, она может стать первой и единственной королевой, сохранившей человечность. Он сомневался в этом, но сама возможность заставила его вспотеть. Если бы Нола осталась милой и страстной…
Бейн провел рукой по лицу. Если противопоставить ее Эвелин… «как лепесток цветка может бороться с шипом?»
Нет, нет. Она измениться. Безусловно.
— Ты поцеловал меня, и у меня не было тошноты, — сказала она с благоговением. — Я…
— Этот поцелуй был ошибкой. — Он вытер рот тыльной стороной ладони, надеясь избавить от ее сладкого вкуса. «Мне он нужен. Слишком хорош».
Нола вздрогнула, выглядя удивленной и уязвимой.
Что-то в его груди сжалось.
Зверь кричал закончить начатое. Бейн ударил себя кулаками по вискам. «Тихо!»
— Больше никаких поцелуев, — проскрипел он. — Никаких прикосновений.
Нельзя так рисковать. Его контроль и так трещал по швам. В любом случае, он не должен хотеть ее так сильно. И чертовски точно, что он не позволит симпатии к ней перерасти во что-то большее.
— Но почему?
Между ее нахмуренными бровями появилась морщинка.
Если бы он мог одной фразой высказать все свои мысли и опасения…
— Я не хочу этого, не хочу тебя, только не так.
На нее снизошло понимание, погасив звезды в глазах.
— Тогда ты меня не получишь.
Бледная и дрожащая, она наклонилась, чтобы подхватить свою футболку. Надев ее, Нола обхватила себя за талию — инстинктивный жест, подразумевающий защиту жизненно важных органов от повреждений. Его опалило чувство вины.
— Кстати. Покорно благодарю, — сказала она, — мне стало плохо не во время поцелуя, а сразу после.
Ах. Оборонительный удар. Бейн причинил ей боль, и теперь она дает сдачи. Его чувство вины усилилось.
— Ты не выглядишь больной. Скорее возбужденной.
Она пожала плечами. Пожала плечами! Поступок равнодушной королевы, которая не считала Бейна своей исключительной собственностью.
— Ты мне не нравишься, поэтому я испытываю отвращение к себе за то, что целуюсь с тобой. Но я переживу это и найду замену. Очевидно, моя тошнота при поцелуях исчезла.
Ярость подтолкнула его сделать шаг вперед.
— Ты принадлежишь мне. Любой мужчина, который осмелиться насладиться тобой, умрет от моей руки.
Он убьет жестоко и без капли милосердия.
Ее рот открылся и закрылся.
— Если я принадлежу тебе, то ты принадлежишь мне.
Он принадлежал своей мести.
— Прости, но ты не в моем вкусе. — Правда. Добро должно быть с кулаками. — Я всегда предпочитал воинственных женщин.
Хотя тень набежала на ее лицо, она холодно улыбнулась.
— Однажды, — сказала она, мило хлопая ресницами, — я заставлю тебя подавиться этими словами. А до тех пор, я вижу, что мы попали в ситуацию с монстром под кроватью. Да, это ты монстр, и я не хочу иметь ничего общего с тобой. Теперь будь зайкой и объясни тошноту во время поцелуев.
Ее быстрое дистанцирование раздражало его. Ранее она назвала себя сильной эмоционально и психически. Теперь Бейн был склонен согласиться. Она хотела его, но, получив отказ, пошла дальше, вот так просто.
Изо всех сил стараясь сохранить самообладание, она сжал и разжал кулаки.
— Однажды жила одна королева. Джейн Пылающая, более жестокая и дикая чем Эвелин. После смерти ее вычеркнули из наших учебников истории.
В то время он был маленьким мальчиком, и она правила недолго, но он никогда не забывал ее харизму и уверенность. Она внушала ему благоговение.
— Хотя она еще не встретила свою пару, но почувствовала его и образовала связь. Которая мешала ей быть с кем-то еще. Ему тоже. Они нашли друг друга, и их союз стал самым сильным из всех союзов королевы и воина.
Тот факт, что Нолу с ним не тошнило…
Она связана с ним?
Она недолго молчала.
— Ты хочешь сказать, что какая-то часть меня хочет тебя, и только тебя, и никто другой не подойдет? Никогда?
— Да, но мы оба понимает, что я не твоя пара. Должно быть другое объяснение. Хотя… Ты почувствовала меня, когда достигла совершеннолетия.
— Откуда ты узнал?
— А как иначе? Я тоже тебя почувствовал.
— Ох.
Нола отвела взгляд, доказывая, что он все правильно понял. Он…
Странный шум привлек его внимание. Что это? Когда Нола открыла рот, чтобы сказать что-то еще, Бейн поднял указательный палец, требуя замолчать. Как ни удивительно, она послушалась.
Его уши дернулись. Этот шум…
Его охватил ужас, и он не слышал больше ничего кроме тиканья.
«Слишком слабая, слишком хрупкая». Неудивительно, что он всегда ненавидел эти качества. Но сейчас он ненавидел их еще больше. «Могу потерять Нолу, хотя только ее нашел».
Повинуясь рефлексам, он открыл портал на остров, который обнаружил на третьем месяце войны, пока следил за Зионом.
В пещеру ворвались ароматы кокоса и соли, экзотические для кого-то вроде Бейна. Раздался плеск волн, щебет птиц и жужжание насекомых. Быстрый осмотр — ослепительное солнце, чистая вода, сверкающий песок. За пляжем виднелись разросшиеся джунгли. Никто не притаился поблизости… в пределах видимости.
Быстрее молнии, Бейн взял свои очки, меч Вейлора и детали доспеха Малакая. Возможно, их можно будет использовать как наконечники для копий. Затем подхватил Нолу на руки.
— Что… — начала она.
Прижав ее ближе, Бейн прошел через проход. Хотя он сохранил свою гуманоидную форму, но частично трансформировался, расправив крылья за спиной, которые порвали мышцы и кожу. Болезненный процесс, но очень эффективный. Он обернул их вокруг Нолы, чтобы они служили щитом и подушкой.
Бомба взорвалась. Сильный порыв огненного воздуха прошел через разлом, подхватил их и отбросил на большое расстояние. В него полетела шрапнель, и на них обоих посыпались обломки.
Только что Нола купалась в удовольствии, а сейчас утонула в гневе и горечи, когда Бейн обвинил ее в том, что она бессознательно выбрала его в качестве первого любовника и вечного партнера… и страхе, что это может быть правдой. А еще через минуту она пошатнулась, когда он поднял ее и бросился через портал, прикрывая ее своими крыльями, когда бомба разрушила его дом.
Нола приземлилась первой, удар сотряс ее. Затем сто тринадцать килограмм воина обрушилось на ее возбужденное, нуждающееся тело. Перед глазами заплясали звезды, а из легких вылетел весь воздух.
Бейн застонал, когда языки пламени лизнули его спину.
Портал закрылся, пламя исчезло. Крепко сжимая окровавленный меч, он перекатился на бок.
Она неуклюже приняла вертикальное положение, поморщившись при осмотре тела Бейна. Повсюду были порезы и кровь. Кожа измазана сажей, крыло сломано, нижняя половина разорвана в клочья. Эти травмы он получил, спасая ей жизнь.
Одурманивающее тепло распространилось по телу, только чтобы остыть, когда пришло осознание. Они были близки к смерти. Один взрыв… и их нет.
Никогда больше не узнала бы вкус его поцелуя или мягкость его прикосновений. Никогда больше не услышала бы его хриплый, сексуальный голос во время их словесной перепалки. Никогда больше не увидела бы его улыбки. «Что бы я только не отдала, чтобы увидеть его улыбку». Заблестят ли его глаза?
«Прекрати о нем мечтать!» Он не имел значения. Не мог иметь значения. Для Бейна Нола была просто мечом. Продолжением его ненависти.
— Спасибо, что перенес меня в безопасное место, — сказала она между тяжелыми вздохами.
— Ты ранена?
— Поразительно, но я в порядке. — А он нет. В то время, как солнечный свет просто нагревал ее кожу, его обжигал. — А ты?
— В порядке, — повторил он сдавленно. Бейн встал, не переставая ругаться, и похромал к затемненному месту, защищенным большим черным брезентом. Оказавшись в тени, он вздохнул с облегчением.
«Сказать ему, чтобы исцелился, или нет?»
«Нет. Определенно. Никаких приказов».
С колотящимся сердцем и бегущим по венам адреналином, они осмотрела свое новое место пребывания. За брезентом…
— Остров!
Прозрачные волны набегали на белый песок, оставляя после себя морскую пену. С одной стороны, выступали валуны и скалы. С другой — пышные джунгли изобиловали деревьями и листвой. Аромат соли, кокоса и орхидеи пропитал чересчур теплый воздух. Звук журчащей воды и щебет птиц успокоили ее измотанные нервы.
Подождите. Нола нахмурилась. Что это? Блеск… металла? Ничего себе. Да, металл. Часть самолета.
— Где мы? — спросила она Бейна.
— Другое измерение, иногда доступное людям. — Он надел очки, пряча глаза… и эмоции… за черными линзами. — У Зиона талант находить потерянные измерения в любом мире. Когда-то я последовал за ним сюда.
Пока он говорил, из его ран потекли реки крови.
Ребро распороло кожу и накренилось под странным углом. Она вздрогнула от сочувствия, ее желудок скрутило.
Он осмотрел себя и сказал:
— Скажи мне быстро исцелиться, Нола.
— Извини, но нет. Ты не можешь усидеть на двух стульях, Бейн. Не можешь ненавидеть меня за власть над собой, а затем требовать, чтобы я ее использовала для помощи тебе. Не беспокойся. Девушкам нравятся шрамы. Не благодари.
— Прикажи мне исцелиться, — настаивал он.
Черт!
— Если я это сделаю, ты должен поклясться никогда больше не жаловаться на мою королевскую власть.
Мышца под его глазом дернулась.
— Залатай меня старомодным способом.
Упрямый дурак!
— Здесь где-то есть аптечка скорой помощи?
— Есть. Она в ящике, спрятанном под этим брезентом. Выкопай его, пока я буду искать бомбы и другие ловушки. Кто-то нашел мое убежище. Они могли найти и этот остров.
Нола хотела ответить, но странная сцена возникла у нее перед глазами. Маленький фильм, который она не могла выключить.
В нем пара ехала на обычном седане по заброшенной дороге, а малыш был пристегнут в автокресле сзади. У водителя были темные коротко подстриженные волосы, темные глаза и бледная кожа. Пассажиркой оказалась темно-русая блондинка с карими глазами и загорелой кожей. Оттенка золота. Адвеветийского золота.
Такие красивые… такие знакомые. «Мои родители», — со вздохом поняла она. Единственное фото, пережившее ее хаотичное детство, изображало более юную версию их двоих.
Значит, это воспоминание? Но Ноле не больше года. Такая маленькая. Слишком маленькая, чтобы помнить это.
Пара спорила вполголоса, и Нола улавливала отдельные фразы. «Монстр». «Должны спрятать». «Остальные». «Сколько».
Монстр… они столкнулись с монстром? Спрятать… малышку Нолу?
Внезапно снаружи появился высокий, мускулистый мужчина со светлыми волосами и круговой татуировкой, похожую на татуировку Бейна. Он использовал какой-то невидимый портал или переместился? За каждым плечом виднелось по рукояти меча, кожаные ножны крест-накрест пересекали его торс. Адвеветиец и воин, но как?
Отец Нолы вывернул руль, и машина вильнула, едва не задев инопланетянина. Взвизгнули шины, повалил дым. Машина перевернулась раз, другой, третий, снова и снова. Скрежет металла резал уши.
Наконец, автомобиль замер вверх ногами, ремни безопасности удерживали всех на месте. У малышки Нолы не было ни единой царапины, но металлический шип пронзил шею отца. Его головы накренилась под странным углом, а глаза смотрели в никуда.
Рыдая и стремясь освободиться, ее мать то и дело поглядывала на разбитое лобовое стекло. Нет, не на лобовое стекло, а на потертые кожаные ботинки, приближающиеся к автомобилю. Ботинки, принадлежащие мужчине, которые появился на дороге.
Это не правда. Этого не могло случиться. Они не могли так умереть.
Мужчина присел на корточки рядом с пассажирским сиденьем, просунул руку в окно и схватил ее кричащую мать за руку.
— Нет! — закричала Нола в реальности. — Оставь ее. Не смей…
— Нола?
Обеспокоенный голос Бейна вырвал ее из темной трясины детства. Тяжело дыша, не в силах отдышаться, Нола моргнула, чтобы сфокусироваться. Образы в ее голове исчезли, являя Бейна. Он сидел перед ней на корточках, положив руки на ее щеки. Пока она терялась в воспоминаниях, которые просто не могли ей принадлежать, он отважился выйти на солнечный свет, чтобы отнести ее под брезент.
В ее глазах стояли слезы. «Не в силах смириться. Еще нет». Слишком много всего произошло сегодня. Бейн спас ее от наемника, поцеловал, не вызвав боли, отверг, оскорбил и снова спас. И она ничего из этого не переверила!
Теперь она этого не хотела. Нола воздвигла блоки вокруг своего разума. Возможно, они реальные, возможно, вымышленные, но она разберется с этим позже. Вероятно, в следующий раз, когда будет одна. Или никогда. Да, никогда уже лучше. В груди появилось ощущение, словно кто-то заменил ее органы камнями. И еще ей нужно перестать радоваться прикосновениям Бейна, нужно перестать искать утешение у мужчины, который считал ее отбросом.
— Что случилось, принцесса? — Он прижал два пальца к ее шее, проверяя пульс. — На несколько минут ты превратилась в туман. Ты была здесь и где-то еще одновременно.
— В туман? Я?
— Королевская способность, уверен, присущая только тебе.
Значит, он не знал, что с ней случилось или случиться ли снова.
«Разберешься в этим позже, помнишь?»
— Забудь о тумане. Ты должен осмотреть остров, а я собираюсь найти аптечку скорой помощи.
Казалось, осознав интимность их позы, он отпустил ее и, пошатываясь, встал.
— Крикни, если я тебе понадоблюсь.
Бейн зашагал прочь, его хромота ухудшилась.
Он держался в тени. Прежде чем исчезнуть в джунглях, Бейн бросил на нее быстрый взгляд. Дрожь побежала по ее спине, и ее охватили противоречивые желания одно за другим. Она хотела, чтобы он вернулся обратно. Хотела, чтобы он ушел и никогда не возвращался. Она хотела всего. И ничего.
«Почему я так противоречиво отношусь к этому мужчине?» Нола вспомнила, что он сказал ей сразу после их поцелуя: «Я предпочитаю воинственных женщин».
Перевод: «Ты, Нола Ли, не подходишь даже на роль боксерской груши».
Боль, которую она испытала… Когда он считал ее слабой, она находила его неотразимым. Когда поцеловались, она потеряла контроль. Болезнь не проявилась. На мгновение Бейн стал причиной ее дыхания. Но она никогда не станет для него тем же. Эта честь всегда будет принадлежать его ненаглядной жене.
«Ревнуешь к мертвой женщине?»
Серьезно, один поцелуй и легкое прикосновение, и Нола превратилась в изголодавшуюся по сексу поклонницу рокового влечения?
Эта мысль воскресила в ней злость… на Бейна. Как смел он заставлять ее желать его подобным образом!
Раздраженно вздохнув, Нола отправилась на поиски аптечки первой помощи. Она нашла ее частично закопанной рядом с упавшим стволом вместе с повязками, бинтами, различными мазями и чистой одеждой. Также обнаружила набор кинжалов. Нола прикрепила кинжал к икре.
Приложив все усилия, она закатила большой камень под брезент, чтобы Бейн использовал его в качестве стула, пока она лечила… и допрашивала… его. Этот упрямый мужчина будет с ней разговаривать, хочет он того или нет.
Когда он наконец вернулся, Нола не могла на него насмотреться. «Такой великолепный». Ее тело ожило, нагрелось, начало покалывать и испытывать нужду, он пробудил в ней сексуального зверя. Может быть, потому что выглядел обезумевшим от похоти, пока не спускал с нее взгляд, подходя ближе, как хищник, намеревающийся загнать свою жертву.
Он окунался в воду. Его волосы были мокрыми, а кровь и грязь исчезли.
— Никаких бомб или ловушек, — сказал он резко, словно ударил плетью. Некоторые раны уже зажили, в том числе сломанное ребро. Но из плеча текла свежая кровь. — Никаких следов других недавних посетителей.
— Хорошо. Теперь сядь. — Она махнула в сторону огромного валуна, затем удивленно моргнула, когда Бейн повиновался. «Не забывай, что твои слова должны звучать как предложение, а не приказ». — Я подлатаю тебя, и мы узнаем друг друга получше. Если собираешься думать обо мне худшее, то сначала получше узнай, так что я начну.
Он кивнул, но промолчал. Его безумная ярость поутихла, словно ее близость успокаивала. «Между ними что-то менялось».
С чего же начать?
— Хочешь узнать что-то конкретное?
— Расскажи мне что угодно, все. — От него исходило напряжение. — Я обнаружил, что мне… любопытно узнать о тебе.
О, да. Что-то определенно менялось. Когда Нола использовала салфетку, чтобы стереть кровь и грязь с ран Бейна, пытаясь не пускать слюни на его мышцы, то сказала:
— Мне двадцать два. Я пеку лучшие пончики, которые ты когда-либо пробовал. Пою так, что кошки готовы покончить жизнь самоубийством. Танцую, словно ангел… на крэке.
Едва заметный намек на почти улыбку тронул его губы, очаровывая Нолу.
Она так хотела увидеть его настоящую улыбку. Ошибка. Лишь слегка изогнув губы, он украл ее разум и напомнил ее телу обо всех удовольствиях, которых ей не хватало на протяжении всей жизни… об удовольствиях, которые она могла бы получить с ним.
«Я предпочитаю воинственных женщин».
У него есть свой типаж, и Нола совершенно не подходила. Все ясно. Или у него поменялись вкусы?
Он задрожала, но продолжила:
— Я закончила среднюю школу только потому, что добрая приемная мама обучала меня на дому, когда я была слишком больна, чтобы посещать занятия. — Ее сердце сжалось в груди. — Ладно. Расскажи что-нибудь о себе.
— Мне было двадцать два года больше двадцати двух веков назад.
— Да, мы уже выяснили, что ты стар как само время и тебе следует носить подгузники. Что еще?
Он задумался на мгновение.
— В Адвевете мужчин забирают из их домов в раннем детстве, чтобы начать подготовку к войне. В шестнадцать наши звери пробуждаются, и мы еще десять лет учимся их контролировать.
Такая печальная жизнь. Его воспитывали для войны, никогда не спрашивая, каким он видит свое будущее. Она испытывала сочувствие. Волчанка и фиброз тоже лишили ее выбора.
— Послушай. У нас есть кое-что общее. Мы оба выросли без родителей, наша жизнь была заранее спланирована.
— Подозреваю, что твоя жизнь могла быть… тяжелее моей.
Что? Мистер Ненавижу Слабость и Хрупкость только что признал ее испытания и невзгоды, таким образом как бы признавая существование разных видов силы?
— Расскажи мне о своей жене. — Стоя на коленях между его ног, она смазывала мазью его раны на торсе и плече. — Как вы познакомились?
Взгляд Бейна устремился вдаль.
— Каждый Адвеветиеец принадлежит одной из пяти фракций. Члены королевской семьи, воины, скотоводы, ученые и рабочие. Мередит и я состояли во фракции воинов, в части одного подразделения. В течение многих лет мы сражались бок о бок. Позже, мы поняли, что любим друг друга.
— Как вы это осознали? — спросила она.
Еще один небольшой заскок.
— Во время тренировки солдат сбил Мередит с ног и наступил ей на лодыжку. Она встала и продолжила сражаться. Он снова сбил ее с ног, и она вновь поднялась. Я не мог отвести взгляд. Такой неукротимый дух и несгибаемая сила повергли меня к ее ногам. Когда я предложил помощь, она ударила меня по лицу.
Его слова задели Нолу за живое. И свалили с ног. И вонзили кинжал.
— Звучит свирепо, словно в романе.
Нола любила читать. Альфа-самцы и обжигающий секс — то, чего ей так не хватало в собственной жизни.
Ее глаза расширились. Прямо сейчас она словно стала героиней романа, в котором Бейн играл главную роль.
— Если бы кто-нибудь сломал мне лодыжку, я бы разрыдалась. И, если бы ты предложил помощь, я бы обняла тебя.
— Я не смог бы предложить помощь, поскольку был бы занят убийством виновного.
«Успокойся, мое колотящееся сердце».
Он наклонил голову. По-видимому, очарованно протянул руку и пропустил пряди ее волос сквозь пальцы.
— Расскажи мне о себе побольше.
Его любопытство придало ей смелости, и она решила раскрыться больше. Признаться в том, что повлияло на ее становление.
— Большую часть жизни мне так или иначе чего-то не хватало. Бесчисленные приемные родители, братья и сестры жаловались на мои болезни, обвиняя в притворстве. Учителя считали меня досадной помехой, а одноклассники высмеивали меня за все от наследственности до бедности.
Она погладила его руки, ища утешения и защиты.
Он напрягся, его мышцы стали твердыми как камень.
— Я сожалею, что тебе пришлось так страдать, Нола. — Ей показалось, что он добавил: — И что упустил эту силу.
Но Бейн понизил голос, так что уверенности не было.
— Ты прощен, — ответила она, пошатнувшись.
— Ты когда-нибудь влюблялась, принцесса?
Он взял ее запястье и поднес к своей груди, затем повторил то же самое с другой рукой. Его сердце бешено стучало под ладонью, каждый удар посылал волну тепла через ее тело.
— Никто не мог сравниться с мужчиной мечты, — сказала она в шутку. Тем не менее, эти слова были слишком близки к истине, попав прямо в яблочко ее души.
— И кто же он?
Нола изобразила, будто запирает рот на замок и выбрасывает ключ.
Он прищурился и вернул ее руки обратно на свою грудь.
— Держи руки там, где они есть, — сказал Бейн, затем отпустил, чтобы вытащить из кармана пару украшенных драгоценностями перчаток.
Он закрепил нижний край на запястьях и прикрепил тонкие звенья цепей к пальцам. Кончики оказались заостренными, словно когти.
«Великолепные». Она с восхищением любовалась сверкающими камнями в центре и сказала:
— Не понимаю. Ты одалживаешь мне пару перчаток, потому что?..
Их взгляды встретились, а воздух вокруг закипел. Как и всегда. Бейн выглядел очарованным и крайне изумленным. Игра света?
Он ответил хриплым голосом:
— Я дарю тебе пару перчаток в благодарность за оказанную мне медицинскую помощь.
Но он спас драгоценности до того, как она его подлечила. Даже до взрыва.
— Я… благодарю тебя. Я буду хранить их.
Вечно.
— Теперь расскажи мне о нем.
В его тоне скрывался приказ.
— О мужчине мечты? — спросила Нола, и он быстро кивнул. Сказать ему, что это он являлся ей во снах? Нет уж. Итак, она решила описать мужчину, с которым надеялась в конечном итоге встретиться. — Он не милый мальчик, который не знал боли. Он прошел через многое, и поэтому ценит опыт других. Высокий и красивый. Добрый и нежный. Все как обычно. Но, что самое главное, он обладает огромным…
Заинтригованно подняв бровь, Бейн склонился ближе и сказал:
— Набором мускулов? Списком убийств? Банковским счетом?
— Огромным членом, конечно.
Поскольку, он, похоже, проглотил язык, Нола боролась с усмешкой и проиграла. Приятно знать, что она могла шокировать этого закаленного брутала.
Бейн резко замер и остановился взглядом на ее губах.
— Твоя улыбка, — прохрипел он.
Она сглотнула, дрожь пробежала по ее позвоночнику.
— Да? Что с ней?
Он облизнул губы.
— Я хочу ее попробовать.
Бейн боролся с неистовым возбуждением. Снова. Опять же, неистовое возбуждение стало полупостоянным его состоянием рядом с Нолой. У нее была такая яркая улыбка, что могла бы служить маяком в самую темную ночь, сердце, ослепительнее любого бриллианта, и прошлое, трагичнее его собственного.
Он сильно недооценил эту женщину, и его грубое обращение с ней будет преследовать всегда. Чувство вины будет вечно грызть его… но ничего из этого не погасило его желания. Нет, беспокойство поселилось внутри.
Всю свою жизнь он сам лечил свои раны. Они с Мередит пришли к соглашению: только слабые нуждаются в таком «баловстве». Нола хлопотала над ним и… ему понравилось. Понравилось настолько, что Бейн с нетерпением ждал следующей раны.
Абсолютно безумная ситуация повергла его в панику.
Он так сильно хотел Нолу. Зверь так сильно ее хотел. Но она мечтала о добром и нежном мужчине, каким Бейн никогда не будет. Неважно, что когда-то он был таким с Мередит и с любовницами, которыми наслаждался до встречи с женой.
Поступки Эвелин изменили и ожесточили его. И все же Нола вызвала в нем желание попытаться. Особенно когда ее ангельские губы произносили слово «член».
Ее веки, казалось потяжелели и почти полностью опустились, когда она сказала:
— Хочешь попробовать мою улыбку на вкус? Какая жалость.
— Отказываешь? Если я засуну руку в твои трусики, то обнаружу, что ты влажная. Насквозь.
Румянец залил ее щеки.
— И что?
— То. Мы должны выяснить, прав ли я.
Прежде чем понял, что двигается, Бейн одной рукой подтянул Нолу ближе, а другой завел обе ее руки за спину. Она оказалась стоящей на коленях и прижимающейся грудью к его груди. Как ему нравится. Ощущая ее тело рядом, всю мягкость и тепло, аромат ее кожи, сладость и порочный восторг… он сбросил все щиты.
Свободной рукой Бейн нежно смахнул прядь ее волос со щеки. Чернильный цвет волос… так непохожий на обычный для жителей Адвевета… гипнотизировал.
Нола подалась навстречу ласке, поймав его взгляд. Ее губы приоткрылись, выпустив стон.
Зверь отошел на задний план, когда Нолу пронзили его чувства, ее уязвимость напоминала брачный зов. За исключением того, что у песни была резонансная частота, способная разбивать стекла… и любые преграды, которые он возводил. Сильнейшая потребность уложить ее в постель затмила все его мысли.
— Твой нос обгорел.
Но не покрылся волдырями. Возможно, Эвелин наконец удалось создать суперзверей, способных оставаться на солнце.
Бейн наклонился к шее Нолы и вдохнул запах, и с трудом подавил стон. От ее кожи и волос исходил благоухание солнца, тело источало тепло.
Его член стал еще тверже.
— Ты не чувствительна к солнечному свету.
— Нет, хотя легко сгораю.
О, да. Эвелин заполучила своих суперзверей. Как жаль, что она их потеряет из-за новой королевы.
— Это черта Адвеветийцев.
— Приму к сведению. Но, думаю, нам есть что еще обсудить?
«Она ищет удовольствия? Сопротивляйся!»
Черт возьми! Нола воплощала собой искушение, запретный плод, а он никогда прежде не ощущал такого голода.
— Я хочу засунуть руку тебе в трусики, но не буду, — сказал Бейн, молясь, чтобы ему хватило сил довести дело до конца. Его желания шли вразрез с их стремлениями. Вместо этого, они сосредоточатся и приступят к выполнению поставленных задач.
«Убить Зиона, выиграть палочку. Научить Нолу самообороне. Спасти Вейл. Совершить кровавый ритуал. Выиграть Великую Войну».
Он разработал план, как спасти сестру, но ему нужно ее сотрудничество.
Разочарование исказило черты Нолы. Затем она собралась с силами, наклонилась к нему и вжала когти в его грудь.
Желание внутри него обострилось. Нола прижалась ртом к его уху и прошептала:
— Кто-то весь горит и ничего не делает, да? — Затем она отстранилась, перед этим прикусив мочку его уха. Скользнула взглядом по его животу и задержалась на бугре, который выпирал в брюках. На щеках опять вспыхнул румянец. — Или ты хочешь услышать, как я умоляю?
«Сопротивляйся ее обаянию. Игнорируй вызов в ее словах». Бейн вытащил металлические когти из своей кожи, встал и сделал шаг назад.
— Мы не должны этого делать.
Разочарование вернулось, звезды в ее глазах потускнели.
— И кто теперь слаб? — поддразнила она и встала на ноги.
«Сопротивляйся! Игнорируй!» Но черт бы ее побрал, она играла с огнем.
— Я не хочу спать с кем-то, кого знаю. С кем увижусь снова. Мне нужно кто-то, кого можно использовать, и меня будут использовать в ответ. Легко получить, легко забыть. Отношения не для меня. Если бы я заботился о тебе и потерял… нет. Я не перенесу еще одной потери. Мы останемся вместе как… временные друзья. Ты будешь успокаивать моего зверя, а я уберегу тебя от болезней. Ничего больше.
Румянец исчез.
— Сообщение получено. Никакого секса. Принято. Итак. Расскажи мне о Великой Войне. Пожалуйста, — добавила Нола, собирая медикаменты и возвращая все в ящик, который он здесь вчера оставил. — Неужели бойцы проводят свои дни охотясь и убивая друг друга?
— Или расставляя ловушки. Раз в месяц мы посещаем собрание бойцов.
— В обязательном порядке, как я полагаю.
— Да. Это заставляет скрывающихся выходить из укрытий и ускоряет войну. Говоря о собрании, следующее состоится через две с половиной недели.
Время шло без остановки и пощады, его добровольно установленный срок быстро подходил к концу. Конец войны, конец Эвелин.
Конец его жизни.
«Не готов умереть. Там много осталось сделать… с Нолой».
Бейн сжал кулаки. «Сосредоточься». Ее сестра будет готова к собранию?
Мышцы на ее плечах напряглись, и он понял, что Нола задавалась тем же вопросом. Без посторонней помощи Вейл наверняка убьют каким-нибудь ужасным способом. Это Бейн может использовать для выполнения своих планов.
Ужасно с его стороны? Да. Его это волнует? Нисколько.
— У меня есть идея, — сказал он. — Если Вейл примет знак Позора, то сможет выйти из войны живой.
— Знак Позора?
— На ее лбу будет вырезан символ, говорящий другим соперникам оставить ее в покое. Обычно дезертиров возвращают их королям для наказания. Она же просто останется здесь.
Плечи Нолы расправились.
— Я хорошо ее знаю. Она откажется. Захочет выиграть войну, чтобы защитить наш мир от захватчиков.
— Тогда ты можешь приказать мне охранять ее на собрании. На каждом собрании, — сказал он, готовясь торговаться. — Однако, вскоре Эвелин поймет разницу между воином, действующим добровольно, и воином, выполняющим приказы. Один позволит твоей сестре пострадать, но не даст умереть. Другой гарантирует, что он выберется оттуда невредимой. Угадай, что есть что.
Она облизнула губы, и, черт возьми, Бейн не смог сдержаться, чтобы не опустить на них пристальный взгляд.
— Что ты хочешь в обмен на сотрудничество?
— Я буду защищать Вейл от вреда и смерти на каждом собрании, кроме последнего. До тех пор, пока мы не станем двумя последними бойцами, я не нанесу ей удар, даже если она ударит меня. — Однако, зверь… — Взамен ты согласишься пройти кровавый ритуал, когда я сочту это необходимым.
* * *
Нола открывала и закрывала рот, не в силах произнести ничего кроме сдавленных звуков. Ей нужно согласиться прямо сейчас, не давая ему шанс передумать? Или отказаться и попытаться дождаться предложения получше? А будет ли лучше? Стоит ли дать ему пощечину за то, что он такой упрямый, сексуальный и раздражающий одновременно?
Третий вариант показался наиболее привлекательным.
Он перестал на нее смотреть так, словно планировал съесть при первой возможности, заявил, что больше никогда не поцелует и не будет ласкать так, будто она величайшая драгоценность в его жизни. В один миг он вызвал сладчайшую боль между ее ног, а в следующий — разочарование и гнев.
Гнев длился недолго. Мужчина сопротивлялся ее попытке соблазнить ее по вполне обоснованным причинам, и Нола не могла его винить. Он не искал отношений, в отличие от нее. За свою жизнь он перенес достаточно потерь, Нола тоже, и когда-то разделяла его взгляды. Теперь же она не согласна. Отказ от чего-то, чтобы предотвратить боль, на самом деле никогда не помогал. Просто ты становился несчастным до того, как испытать боль.
Нола даже отказалась от романтики… не знаю, что во льдах ее ждет мужчина. Если бы она не выбралась больной из постели и не села в тот самолет, они, возможно, никогда бы не встретились.
Жизнь идет своим чередом, неважно, приложил ли ты все свои усилия или только половину. Хотя они с Вейл столько всего планировали во время отпуска, но потерялись и чуть не умерли. Нола готова жить!
— Ну, принцесса? — Бейн растянул губы в великолепной улыбке и знал, что задел ее за живое. — По крайней мере, сделка дает нам время, чтобы придумать план получше.
Наконец! Полноценная улыбка! От которой й нее подкосились колени.
«Сосредоточься». Если Вейл каким-то образом выиграет Великую Войну, Эвелин может явится на Землю, чтобы ее убить. Что случится с гибридами, если их звери никогда не проснутся? Они осознают, насколько сильно отличаются от других людей? чувствовали, что с ними что-то не так? Они больны, как и она?
— Ладно. Я соглашусь на твои условия, если Вейл тоже согласится, — сказала она и ощутила знакомое энергетическое покалывание. Нола нахмурилась и прошептала: — Ты это чувствуешь?
В его золотых глазах вспыхнуло настоящее пламя. Он вскочил на ноги и обнажил меч, сухожилия на его шее вздулись от напряжения. Которое стекло вниз по его рукам и сосредоточилось в кулаках. Его ногти почернели, удлинились и превратились в когти, более длинные и острые чем у нее. Его мышцы налились от адреналина.
Линии расплавленного золота растеклись по его коже… нет, не расплавленного золота, а настоящей лавы. От него исходил жар, а тело напоминало печь. К тому же, она сама видела, как Бейн изрыгал огонь изо рта, и эта картинка запечатлелась в ее сознании.
Нола восхищалась им. Настоящий супергерой.
До своей поездки в Россию она бы съежилась перед таким мужчиной. Таким яростным! Здесь и сейчас свирепый воин ее очаровал. «Он мой, и я могу им командовать».
Нет, нет, нет. Глупая темная сторона! «Я никому не хозяин. Он мой, чтобы им восхищаться».
— На остров только что прибыл воин. — Он оглядел пляж. — Оставайся здесь и спрячься. Я разберусь с угрозой.
Ее кровь мгновенно застыла. А если это Зион ее ищет, чтобы спасти?
— Все воины посещали один и тот же «как поставить маленькую женщину на место» семинар? Не бери в голову. — Слова вылетели в спешке. — Я согласна на твои условия. Но есть одно… два исключения. Ты должен подтвердить, что мы сможем вернуться к нашим переговорам в любой момент, и пообещаешь не убивать Зиона или Нокса до конца.
Медленно, с убийственной методичностью, Бейн повернулся к ней лицом. Его горящие глаза обещали боль и смерть, а тело вибрировало от ярости.
— Ты вызываешь во мне желание убить Зиона как можно быстрее.
Все сомнения исчезли. Он ревнует. Улыбнувшись, она накрутила прядь волос и качнулась. Бейн может не хотеть испытывать к ней влечение, но уже испытывал.
— Что? — потребовал он, пронзая ее взглядом. Затем раздался всплеск, и его внимание привлекла вода. Бейн оскалился. — Нас посетил Юнион. Он создает иллюзии, поэтому ты не можешь доверять ничему, что увидишь. Он носит пояс, который удваивает его силы, позволяя сломать несколько костей в твоем теле одним ударом. Тебе не стоит к нему приближаться. — Слегка подтолкнув ее в сторону джунглей, он сказал: — У тебя нет достаточно весомой причины, чтобы ослушаться.
Нола уперлась пятками и произнесла:
— Если он создает иллюзии, как ты поймешь, что реально, а что нет?
Он постучал по очкам на своей голове.
— С ними я могу видеть сквозь что угодно. Теперь иди. Прячься. И Нола? Если я превращусь в зверя, ты телепортируешься с острова. Я найду тебя, обещаю.
Если бы она была такой же сильной, как его жена, он мог попросить ее сражаться вместе с ним. Они могли защищать друг друга! Но Нола не такая воинственная и не бросится сломя голову вникуда, особенно в опасность.
Этих парней учили убивать. Черт возьми, они жили ради убийств. Ее навыки основывались на трехнедельном курсе самообороны. Она была помехой, даже отвлекающим маневром, подвергая Бейна еще большей опасности. С другой стороны, если она спрячется, он вновь сочтет ее слабой.
Это имеет значение? Попытка сразиться с обученным убийцей сродни глупости.
«Знай, когда настоять, а когда отступить. Выживи, чтобы сразиться в другой раз».
— Пожалуйста, будь осторожен, Бейн. Если кто-то и может причинить тебе боль, то я.
Нола отказывалась смотреть в его сторону, не хотела знать, какие эмоции отражаются на его лице. Также не хотела услышать ответ.
Она побежала так быстро, как только могли нести ее ноги, присела за кустом с искривленными ветками, и сжала кинжал в ножнах на лодыжке. Каждый раз, когда ее охватывала дрожь, листья и ветки вокруг тряслись.
Менее часа назад все тело Бейна было покрыто порезами. Он потерял много крови. Если его ранят…
Во рту все пересохло. Почему она не приказала ему исцелиться? Почему использовали его травмы для доказательства своей правоты?
Все мысли улетучились, когда мужчина… Юнион… вышел из воды и направился к берегу, где встряхнул своей ярко-красной гривой. Он был без рубашки, капли воды стекали по его бледной, мраморной коже. Его мускулы огром… чууувак.
Он напоминал бодибилдера, который принимает радиоактивные стероиды. Парень расправил плечи. На нем были кожаные штаны и армейские ботинки. Толстая металлическая цепь обвивала его талию. Пояс, удваивающий силу? Кожаные браслеты с шипами охватывали запястья, за плечами возвышались мечи.
Мужчина приготовился к битве.
Бейн подошел к краю навеса и надвинул очки на глаза. Насколько его ослабит чувствительность к свету?
— Ты совершил ошибку, придя сюда, — отозвался он.
Юнион заметил его и ухмыльнулся. Затем развел руки в стороны.
— Ты можешь сдаться и позволить мне отрубить себе голову. Чем дольше будешь бороться, тем больше причиню боли. — Пока говорил, он шевелил пальцами. Грациозные движения. Странные движения. Затем из песка вылезли скорпионы размером с кошку, каждый из которых нацелился на Бейна.
Нола подавила крик ужаса. «Это просто иллюзия, просто иллюзия. Правда?»
Ее золотой бог зевнул, словно от скуки.
— Надеюсь, ты насладился этим днем, Юнион, поскольку он станет твоим последним.
Издав оглушительный боевой клич, Бейн бросился через пляж. По пути он обнажил свой меч. Благодаря очкам, знал, что Юнион создал иллюзию кровожадных насекомых-грызунов. Жутковатых, но безобидных. Пока что. Нужно было сосредоточиться, выкинуть Нолу из головы, но эта задача оказалась невыполнимой.
«Убить Юниона, вернуть Нолу. Защитить ее любой ценой».
Любой ценой, да. Безумная потребность встать между миром и его женщиной… нет, нет, его принцессой…накрыла волной. Ярость нахлынула с новой силой, выплескиваясь наружу, пот выступил на коже. Если что-то случится с «занозой» в его жизни, он не успокоится, пока не отомстит всем.
Всего несколько минут назад он признался Ноле, что хотел бы секса без отношений. Но в то же время солгал. Каждый раз, когда они разговаривали, его симпатия и восхищение к ней росли, желание разгоралось сильнее. Часть его уже… заботилась о ней.
«Не могу ее потерять. Не сегодня. Вырву сердце Юниона, и все будет хорошо».
Изучив бойцов, Бейн знал, что конкретно этому мужчине нравилось бить и ломать кости представительницам слабого пола. С таким проступком Бенй не мог мириться.
«Нола под прицелом этого ублюдка. Моя будущая королева в опасности…»
Очередной прилив адреналина придал силы. Одновременно солнечные лучи обжигали его, истощая. Хотя он мог дышать огнем и проходить буквально сквозь пламя, он навсегда расплавился бы при дневном свете, эти безжалостные солнечные лучи вызывали какую-то химическую реакцию внутрь. Хотя неважно. Он для этого тренировался.
Юнион тоже побежал по песку, и они встретились на середине, врезавшись друг в друга. Одновременно взмахнули мечами. Раздался лязг и свист. Металл ударился о металл с сокрушительной мощью, от таких вибраций в костях образовывались трещины, превращая их в камертоны, который стонали от ярости. Рана на плече Бейна открылась и увеличилась, разрывая плоть и мышцы.
Рев эхом пронесся в его голове, громкий и протяжный. Зверь хотел крови, хотел выпить каждую каплю и полакомиться останками Юниона. «Скоро…»
«Никогда!» Но чем дальше он удалялся от Нолы, тем больше сил прикладывал, чтобы сохранять контроль. Если он выпустит зверя на свободу, пояс расплавится.
«Нужно заполучить этот пояс!» Выиграв войну, он сможет передать Ноле любое оружие, которое заполучит. Она наденет пояс и удвоит свою силу в тот день, когда встретится с Эвелин.
По пляжу разносился лязг и скрежет. Бейн сделал выпад, замахнулся, нанес удар и заблокировал, затем вновь заблокировал. Прерывистое ворчание, стоны и рычание пронзали тишину. Никогда прежде он не сражался с Юнионом один на один. Теперь мог с уверенностью сказать, что пояс делал свое дело. Каждый раз, когда их мечи скрещивались, в теле Бейна появлялось множество повреждений. Мышцы рвались, а кости трещали все сильнее.
Все это время иллюзии насекомых-грызунов приближались. Он подумал, не глупо ли было отмахнуться от этих тварей. Вдруг они могут причинить реальный вред?
О способностях Юниона известно немного, его народ не так давно присоединился к Альянсу.
В вихре насилия Бейн попеременно размахивал мечом и наносил удары когтями. Юнион успел заблокировать, провернул клинок и отсек кончики трех пальцев, перерезав артерию в процессе. Кровь полилась непрерывным потоком, поднимая зверя на новый уровень гнева.
«Боль — просто слабость, покидающая мое тело. Боль просто…»
«К черту все. Боль та еще сука».
Учитывая, что он еще не полностью оправился от взрыва, ему следовало схватить Нолу и бежать, оставив Юниона глотать пыль. Но решил завоевать пояс с сейчас, а не позже. Ожидание рискованно, другой мог его забрать. И да, был шанс, что он надеялся показать Ноле свое боевое мастерство и несравненное мастерство, доказав, что может защитить ее лучше Зиона. Или любого другого мужчины.
Тяжело дыша, Бейн стал уводить Юниона к деревьям. Тени окутали его, принося облегчение. Насекомые-грызуны по-прежнему следовали за ними, подбираясь ближе.
Юнион увернулся от следующего удара и оглядел остров.
— Я чувствую женщину. Причем очень вкусную. Ту, что пришла к нам в ледяной тюрьме. — От него исходили волны мрачного предвкушения смешанного с любопытством. — Как только я закончу с тобой…
«Не реагируй. В бою от эмоций глупеют».
— Сейчас ты мучительно умрешь, — сказал Бейн грубым голосом. Он сделал выпад, выставив меч вперед.
Юнион ожидал этого и заблокировал, но остановился с открытым ртом, когда из-за спины Бейна показались крылья.
После мощного взмаха его тело поднялось с земли. Он выбросил ногу, ударив Юниона в подбородок. При соприкосновении клинок, прикрепленный к носку ботинка, выдвинулся и рассек кожу, мышцы и язык.
Из уголков рта Юниона потекли реки крови. Широко раскрыв глаза, он отшатнулся. Как и Бейн, как и каждый воин, он учился сражаться, независимо от степени травмы, поэтому не сбежал. Он даже заблокировал следующий удар Бейна.
Насекомые-грызуны… насекуны… наконец подползли к его ногам. Укусили. Легкая боль, сильные толчки.
Он выругался, когда зрение затуманилось. Черт их возьми! Иллюзия причиняла реальный вред. Слабость охватила конечности, и Бейн пошатнулся.
Если они причинили ему настолько серьезный вред, что сделают с Нолой?
Юнион рассмеялся. Когда Бейн с щелчком отбросил насекунов с тела, ублюдок вонзил меч в рану в плече. Тело охватила жгучая агония. Черные точки заплясали перед глазами. Зверь взревел громче, рассеивая мысли. Все, кроме одной. «Не обращайся, не смей обращаться».
Появилась еще одна мысль. Нола не перенеслась. Ее запах не исчез. Почему он всегда поощрял ее оставаться на месте, пока все не станет слишком плохо? Дела всегда шли плохо.
— Беги! — закричал он ей, понимая, что обратится в момент, когда она послушается. — Сейчас же!
Черт! он не услышал никаких звуков, говорящих об ее уходе. Ни свиста воздуха, ни шороха одежды. Ярость вышла на новый уровень, прорвавшись сквозь его внешнее спокойствие.
Как любой хороший солдат, Юнион воспользовался рассеянным вниманием Бейна, поставив ногу ему на бедро, подпрыгивая и обхватывая другой ногой его шею. Намеревался оторвать ему голову? Большая ошибка. Огромная.
Даже когда соперник ударил его по лицу, Бейн ничего не сделал для защиты. Продолжая крепко удерживать Юниона за ноги, Бейн упал на спину и перекатился, перевернув своего соперника. Мужчина ожидал подобного и молниеносно набросился на него, ударив лезвием в бок… такой ответный удар Бейн и ожидал.
Он спокойно перенес новую вспышку боли и потерю крови, только чтобы нанести следующий удар. Поднявшись на ноги, Бейн поднял меч и провел острием от паха до грудины Юниона. Разрез не задел ни одного органа или кости, как и хотел, он нанес порез толщиной с лист бумаги.
Ухмылка Бейна стала шире. Рана не закроется. И с каждым действием воина будет становиться глубже. «Добро пожаловать в ад».
Юнион взревел и вскочил, из пореза текла кровь. Должно быть он потерял возможность управлять своей иллюзией — насекуны исчезли.
Чтобы заставить мужчину двигаться, Бейн взмахнул мечом. Юнион бросился на песок и…
Нет, нет, не Юнион, а его иллюзия. Настоящий Юнион стал невидимым… для всех кроме Бейна и его защитных очков… и теперь мчался к океану, надеясь уплыть.
«Он думает сбежать от меня? Чтобы вновь сразиться в другой день? Чтобы угрожать Ноле в следующий раз?»
Когда контроль Бейна ослабел, зверь взревел и стал царапаться, твердо решив вырваться на свободу. Вскоре ему это удастся.
Бейн бросил меч и очки в сторону. Как раз вовремя. Обращение началось…
* * *
Нола наблюдала за жестокой битвой, переживая внутри свою собственную. Ее враг? Страх.
Она боялась за жизнь Бейна также сильно, как за его будущее. «Признавал он это или нет, но она ему не безразлична… хотя у нее был огромный секрет… Темная Нола».
Как только он узнает о Темной Ноле, сразу снова начнет ее ненавидеть, уверенный, что она превратится в хладнокровного монстра. Сочтет ее слишком рискованным вложением.
«Для него я — плохая ставка».
Ее желудок перевернулся, когда Бейн обратился. Кости удлинились, а плоть покрылась зеленой чешуей. Его зубы…
О, мамочки. Он превратился в кошмарное существо типа Годзиллы с крыльями, и ее сознание угрожало отключиться. В инопланетян она могла поверить. В сверхъестественные способности тоже. Но это…
Знать, что он может обращаться — одно. А быть свидетелем этого — совсем другое.
Конечно, она видела его крылья раньше, но никогда всего монстра, и не знала восхищаться им или ужасаться.
Дым пошел из его ноздрей. Он отвернулся от Юниона, который стоял на месте, ожидая его атаки, и сосредоточился на воде. Почему подставил спину врагу? Это так глупо!
Зверь испустил огонь над поверхностью океана. Мужской крик пронзил пропитанный солью и кровью воздух. Нола нахмурилась. Зверь подался вперед, схватив…
Настоящего Юниона.
Юнион на берегу оказался иллюзией, как те гигантские скорпионы. Настоящий Юнион весь извивался, пытаясь вырваться из пасти зверя. Встряхнув самца с достаточной силой, чтобы сломать ему шею, зверь выронил свою добычу и вздрогнул от очевидной боли. У него с Бейном одни и те же раны или есть свои собственные? Или и то, и другое?
Юнион отползал, прилагая столько усилий, что у него на лбу вздулась вена. Несмотря на гигантские размеры зверя, он был удивительно быстрым. В мгновение ока он растерзал торс Юниона, вырвав ему грудную клетку.
Когда она выглянула из-за листвы, которая защищала ее от бойцов, то испуганна ахнула. Едва слышно. И все же зверь резко повернул голову, а его большие черные глаза уставились на место, где она сидела. Бездонные, бесконечные, ужасающие глаза без намека на страсть Бейна, с них горела только ярость. Лицо существа было забрызгано кровью, а с острых, как бритва, зубов свисали внутренности.
Удерживая ее взгляд, он выпустил еще одну струю огня, поджигая Юниона. Крик застрял в глубине горла. Юнион был мертв, полностью выпотрошен. «Очевидно я следующая в меню».
«Переносись. Переносись сейчас же!»
Существо повернулась в ее сторону всем телом, готовясь к нападению. Нола попятилась назад и споткнулась о корень дерева. С бешено колотящимся сердцем она упала на задницу. Обезумев, вскочила и побежала. Быстро. Быстрее. Трусливый поступок? Возможно. Но ни один здравомыслящий человек не остался бы здесь, чтобы провоцировать эту… эту тварь.
Она ломала голову, куда бы перенестись. Обратно к Зиону? Ни за что. Кто-то уже нашел их убежище. Попытаться телепортироваться к Вейл?
Черт, нет. Если зверь последует за ней.
А если вернуться домой?
Домой! Да! На бегу она представила себе маленький дом с двумя спальнями, который они с Вейл сняли в Строберри Велли, Оклахома, мировой столицй торнадо и наводнений. Она обожала убранство дома в стиле потертого шика, хотя оно было больше потертым, чем шиком. Они потратили все свои отложенные деньги со счета на диплом Вейл по бизнесу и поездку в Россию, поэтому дизайн интерьера отошел на второй план.
Прошло несколько секунд. Нола осталась на острове. Дерьмо! Наверное, ее глупая паника не дает проявиться глупым способностям.
Зверь бросился в погоню, сотрясаю остров. Позади нее падали деревья. Желчь бурлила у Нолы в животе, паника грозила смениться истерикой.
Ускорившись, она осмелилась оглянуться через плечо. Так близко. Настолько близко, что можно увидеть жажду убийства в бесконечной бездне его глаз.
Когда она вновь посмотрела вперед, зверь оказался уже рядом, пар из его ноздрей сжег рубашку и покрыл кожу волдырями. Когда Нола заскулила, он ударил ее в центр спины, отправив в полет.
Ствол дерева встал у нее на пути, его кора, как бритва, сняла слой ее кожи, когда Нола соскользнула на землю.
Боль отозвалась в нервных окончаниях, мир погрузился во тьму. Несколько раз моргнув, она вернула себе зрение и поняла, что зверь нависал над ней. Он опустил свое лицо и прижал одну из огромных ног к ее бедру, не давая двигаться. Его когти разрезали ее брюки, кожу и пронзили мышцы. Горячая кровь сочилась из ран, скапливаясь в грязи.
В ее горле появился новый комок, в этот раз колючий.
Пыхтя и отдуваясь, зверь уставился на нее со злобой и агрессией, которые она привыкла видеть в глазах Бейна. Но, поскольку нос монстра завис всего в дюйме от ее носа, его огненное дыхание опаляли подбородок.
Плоть забрызгала его лицо и падала с зубов… зубов, которые он продемонстрировал во всей их ужасающей красе, когда раскрыл рот. На его плече, между чешуйками, виднелась кровоточащая рана, такого же размера, как и у Бейна.
«Нельзя делать резких движений».
Каждой клеточкой своего существа она хотела приказать ему отойти, сбежать, что угодно! Последует ли зверь ее приказам, как и Бейн? Возможно. Ее золотой бог, конечно, верил в это. Но в глубине души Нола подозревала, что так еще сильнее навредит, чем принесет пользу. Если конечно переживет эту встречу. «Я выживу, я должна». Приказывая зверю, она доказывает, что ничем не лучше той королевы, которую презирала.
Итак, что же Нола сказала?
— Х-хороший дракон. Меня зовут Нола Ли, и я пришла с миром. — Тьфу. Какая банальность. Она попробовала еще раз. — Я ищу друзей, и с радостью узнала бы тебя получше. Что думаешь?
Из его ноздрей повалили пар, и она сглотнула.
— Тебя тоже зовут Бейн, или у тебя есть собственное имя? — решительно спросила она. — Ты его часть или полностью самостоятельное существо?
Его веки на мгновение закрылись. По крайней мере, одна пара век. Вторая же пара моргнула, и результат получился странным. Но зверь не издал ни звука.
Поскольку он все еще не спалил и не набросился на нее, Нола решила, что выбрала правильную манеру поведения. Поэтому вновь попыталась поговорить:
— Я могу называть тебя Бейн младший, коротко просто младший. Или Дымок. О! Я знаю. Что думаешь об имени Дрого?
Из всех фильмов и телешоу, которые она смотрела с Вейл, один персонаж заинтриговал ее больше остальных — Кхал Дрого из «Игры Престолов».
Довольно уместно, что любовным интересом Дрого была Матерь Драконов… и в конце сериала она сошла с ума, став Безумной Королевой.
Время морали.
Не то чтобы Нола хотела стать девушкой зверя или кем-то подобным. Однако стать девушкой Бейна…
«Возможно, я смогу, ну не знаю, исцелить его сердце, как исцеляю его тело?»
— К-как ты относишься к тому, чтобы тебя погладили?
Изо всех сил стараясь не напугать его, Нола протянула руку. Чем ближе становилась рука, тем сильнее она дрожала. Наконец, произошел контакт.
Он дернулся, но не ударил и не отодвинулся.
Нола вознаградила его, погладив по морде. Удивительно Его черно-зеленые чешуйки были гладкими, как стекло, твердыми, как сталь, и горячими, как солнце.
— Дрого, — прошептала она. — Не хочу жаловаться, но ты причиняешь боль моей ноге. — Честно говоря, боль, вызванная его когтями и внушительным весом, не шла ни в какое сравнение с агонией, которую она испытывала снова и снова во время принятия и отмены опиоидов. — Если хочешь, чтобы я осталась рядом, я так и сделаю. Можешь отпустить мою ногу. Ладно? — попросила она, постоянно поглаживая и надеясь усмирить монстра. — Дай мне шанс доказать, что я не убегу. Пожалуйста.
Когда его взгляд скользнул к ее ноге, она поняла, что зверь понимает смысл слов. Если ей удастся расположить Дрого к себе, тогда сможет сделать что угодно. Спасти Вейл? Несомненно! Спасти Адвеветийских гибридов? Конечно! Осуществить месть Бейна? Именно.
— Ранее ты морщился. У тебя что-то болит? — прошептала она, не сводя с него глаз. — Может, я смогу помочь тебе так, как помогаю Бейну, приказав исцелиться.
Он оскалился. Вместо того чтобы отпустить ее ногу, зверь надавил сильнее, наблюдая, как она тяжело дышит, извивается и хрипит. И снова мир начал темнеть.
Хорошо. Дружба закончилась, и приказ исцелиться повлечет за собой верную смерть. Понятно.
Точно так же, как она инстинктивно знала, что он возненавидит ее за приказ исцелиться, еще она чувствовала, что он никогда не будет уважать ее, если услышит ее мольбы о пощаде. Слишком слабая, слишком хрупкая? Никогда больше!
— Ну, — пискнула Нола. — Если это мой конец, то должна сказать тебе одну вещь. Поздравляю! Официально ты так же плох, как и королевы, которым тебе приходится служить. Они причиняют боль другим, как и ты.
Прежде чем она потеряла сознание, зверь сделал это. Он убрал когти с ее бедра и отступил назад. Давление ослабло, но боль усилилась, когда кровь прилила к конечности.
К ее шоку выражение его лица говорило: «Иди, пока я не передумал и не съел твою голову, как леденец».
— Спасибо, — выдохнула она. Хотя всего несколько минут назад ей не удалось переместиться, Нола закрыла глаза и представила свой дом в Строберри Велли. Иии да! Без накатывающей паники… и, возможно, благодаря сильной связи с Дрого?.. ее способности заработали.
Она ощутила невесомость. Прохладный ночной воздух стал теплым и затхлым. Когда Нола открыла глаза, то обнаружила себя в гостиной, на ковер в которой капала кровь.
Сбежать от Бейна оказалось намного легче, чем добраться до Бейна. Возможно потому что ее не рвало несколько часов? Нола осмотрела гостиную, в которой не была уже месяц.
«Дом, милый дом».
Все было так, как она и оставила. Та же мебель в стиле потертый шик: диван с цветочным принтом, журнальный столик в облупившейся белой краской, стены, обклеенные обоями с разными видами птиц, и ковер с потертыми краями.
Рождественские гирлянды свисали с потолка круглый год. Фотографии в рамках, где Вейл и Нола корчили смешные рожицы, стояли вперемешку с вазами с засушенными цветами и лампой в форме пары дождевых сапог.
Нола и ее сестра создали необычную, красивую обстановку за ограниченные средства, и она гордилась достигнутым. Однажды она надеялась купить дизайнерские шторы и…
— Нет!
Без присутствия Бейна синдром отмены вернулся в полную силу. Мгновенные боли, обильный пот и дрожь настолько сильная, что, вероятно, выглядело как судорога. Вдобавок ко всему прочему ей пришлось иметь дело с прощальным подарком зверя.
Со слезами на глазах и болью в животе она поплелась в спальню… в свою личную ванную. Каждое движение вызывало новый вид агонии, пока она доставала аптечку. С трудом Нода нашла в себе силы снять разорванную, окровавленную одежду, накинуть полотенце на крышку унитаза и плюхнуться на него. Вид ее ноги…
Вызывал ассоциацию с фаршем для гамбургера. Желчь подступила к горлу, и она подавилась. Раз она королевских кровей, то ее слово закон для Адвеветийцев… раз она частично адвивитийка…
— Я приказываю тебе исцелиться, — приказала Нола ноге.
Прошла одна минута, две. Ничего не произошло.
Черт возьми! Когда она промывала и перевязывала каждый прокол, тьма проникала в разум и грозила отправить в сладкое забвение. Ей нужно свидание со скорой помощью и наложение швов.
Проблема № 1: нет денег, чтобы оплатить счет. Проблема № 2: она была наркоманкой, в ее личном деле значилось употребление опиоидов, врачи наверняка предположат, что она поранилась из-за большей дозы таблеток. Ты было раньше. Проблема № 3: парамедики зададут вопросы, на которые она не сможет ответить.
Как ей объяснить про оборотня дракона/феникса? Заявить, что на нее напало дикое животное? Власти могут начать отлов. Вдруг они убьют невинное животное? Одна только мысль об этом повысила уровень стресса. Более того, ее «врожденный инстинкт» сотрет все слова о Бейне. Хотя она и не хотела рассказывать о нем незнакомцам.
«Мой воин, мой секрет».
Что, если кто-то сообщил об ее и Вейл исчезновении? Люди захотят доказательств, что Вейл все еще жива. И Эрик может наблюдать за близлежащими медицинскими учреждениями. Тогда отследит ее, чтобы использовать против Вейл, Бейна и Зиона. Три по цене одного.
Она так сильно желала вернуться к Бейну. Желала ощутить его объятия. Его дыхание, овевающее кожу, и запах, сводящий с ума. Страстно желала дразнить и доставлять ему удовольствие, и получать то же самое в ответ.
Нола сомневалась, что у нее хватит сил снова телепортироваться. А, если он все еще в облике зверя?
Ее сердцебиение ускорилось. Прямо перед трансформацией, он приказал ей бежать, желая уберечь. Она не подчинилась, осталась поблизости на случай, если понадобится, и теперь страдала от последствий. Ее вина, не его.
Кроме того, несмотря на состояние бедра, Нола не жалела о встречи с Дрого. Лучше знать, с чем имеешь дело, чем вечно задавать вопросы. По крайней мере, она не описалась во время действия. «Награду мне».
Как только проколы были очищены и заклеены лейкопластырями-бабочками, она сняла и убрала украшения, которые взяла из пещеры Бейна, и обмотала ногу пластиковым пакетом, чтобы смыть с себя грязь и кровь.
Ее боль усилилась, и Нола поспешила обдумать план дальнейших действий. «Отдохни, если сможешь. Переживи худшее из ломки. Обдумай следующий шаг».
Она вышла из душа и сняла пакет. Измученная, почистила зубы и надела футболку с надписью «Осторожно, я кусаюсь», пару коротких шорт и пушистые тапочки с кроликами.
Сжимая ведро, как спасательный плот, она доковыляла до кровати и забралась под одеяло. «Я прошла полный круг». Поездка в Россию началась и закончилась в этой комнате. Здесь они с Вейл лежали и продумывали каждую деталь. Они разговаривали, смеялись и мечтали, не подозревая о предстоящих испытаниях.
Слезы катились по ее щекам, смачивая простыни. К сожалению, заснуть оказалось невозможно из-за слишком сильной боли. Лихорадка опустошала ее внутренности, используя органы как растопку.
Она то потела, то дрожала, лесной пожар и ледяная буря мучали ее по очереди. Стон сорвался с ее губ. Сердце забилось быстрее и сильнее, затем затрепетало и замерло. Ее грудь сжалась, расплющивая легкие.
Пытаясь отвлечься, она зарядила свой телефон и проверила почту. Обнаружила множество писем от боссов, спрашивающего, где она. Она извинилась за отсутствие связи и попросила о продлении отпуска.
Владелец пекарни и редактор журнала отреагировали в считанные минуты — уволили ее. Домовладелец также связался с ней и сообщил, что оплата просрочена, и у нее есть одна неделя, чтобы заплатить или съехать.
Он отправил сообщение три дня назад. Значит, у нее осталось четыре дня. Если только он не имел в виду рабочую неделю, тогда у нее осталось вдвое меньше времени.
Потерять свой дом? Она оглядела спальню и попыталась увидеть ее глазами Бейна Стены были бледно-розовыми и увешаны фотографиями Вейл и Керри. Воспоминания о последней вызвали острую боль. Поверхность туалетного столика уставлена косметикой, а на прикроватной тумбочке лежали любовные романы. Над кроватью свисал белый кружевной балдахин.
Слишком вычурно и женственно на вкус Бейна?
Трагичный и сексуальный Бейн, которого она хотела сильнее с каждым днем. Раньше она подумывала над тем, чтобы как-то залечить его разбитое сердце. Теперь не была уверена, что сможет защититься себя в процессе.
Глухие шаги сотрясли весь дом. Жалея, что не прихватила кинжала, когда бежала от Дрого, или не догадалась взять нож с кухни, Нола напряглась. Неужели Эрик нашел ее? Или Бейн и его зверь? Зион? Вейл? Ей следует телепортироваться или спрятаться?
Менее часа назад она столкнулась с драконом и выжила. Зачем убегать сейчас? Зачем бояться человека, инопланетянина или даже самой смерти?
— Нола? — Вооруженный Зион вошел в спальню длинными уверенными шагами. Заметив ее, свернувшуюся калачиком в постели, он вложил кинжал в ножны и облегченно вздохнул.
— Рада тебя видеть, — сказала она от чистого сердца. Тем не менее, часть ее хотела, чтобы Бейн вошел через эту дверь. — Очень рада, что ты пережил нападение.
— Как ты сбежала, не отключив дверной замок? — спросил он, приступая сразу к делу.
— Я тоже рад тебя видеть, Нола, — проговорила она, пародируя его. В какой-то момент она откинула одеяло, давая ему видеть малиновые пятна на ее повязке.
Зион замер, в его глазах вспыхнула ярость.
— Кто причинил тебе боль?
Она ни за что не позволит ему мстить Бейну. Так что же она могла… должна… сказать ему? «Думай!» Но ее затуманенный вялый мозг отказывался работать.
Почему бы не сказать правду?
— Я не могу объяснить. Буквально, не могу. Меня всегда что-то останавливает. Но я буду в порядке, — сказала Нола и поспешила сменить тему. — Как ты меня нашел?
Он прищурился, молча пообещав вернуться к изначальной теме… скоро.
— Я нашел хижину в горах, ту, в которой вы с сестрой жили, когда заблудились. Порылся внутри и обнаружил маленькую бумажку с фотографией и адресом.
Ах. Ее водительские права. Она и Вейл оставили свои удостоверения личности на кухонном столе рядом с запиской с просьбой о помощи.
Зион осторожно пристроился рядом с ней.
— У меня новости. Пока мы расставались, Эрик похитил твою сестру. Но Нокс пришел на помощь и организовал побег.
Сердце Нолы упало, затем воспарило.
— Это великолепно…
— В процессе было убито сотни людей, и земные силовики взяли Вейл в плен.
— …и ужасно. — Так много жертв войны, о которой они ничего не знали. Обращались ли полицейские с Вейл как с преступником или как с жертвой? — Ее… ее арестовали?
— Да, но ей не причинят вреда. Ее освободят. Скоро. Когда она убила Селесту, то каким-то образом поглотила ее способность очаровывать окружающих людей.
Серьезно?
— Все воины могут впитывать способности своих жертв?
— Нет. Только она. Все остальные получают доступ к оружию побежденного, ни больше, ни меньше.
Так почему у Вейл было иначе? И могла ли Нола ей помочь?
— Кто устроил засаду на наше убежище?
— Эрик и его соратники, — сказал Зион. — Они преследуют тебя и в настоящий момент разместились снаружи этого дома. Или размещались. Я расправился с ними.
А она понятия не имела!
— Эрик заметил особое отношение к тебе Адвеветийца, — добавил он. — Он планирует использовать это против Бейна. И меня, поскольку я о тебе заботился. На следующем собрании бойцов, я должен убедить его… и всех остальных… что ты мертва. Включая твою сестру. Ее реакция на новость должна быть искренней.
— Ни в коем случае. — Она покачала головой. — Я не причиню ей боль, даже спасая себя от небольших неприятностей.
— Небольших? — спросил Зион, подняв бровь. — Тогда как ты предлагаешь поступить?
Она задумалась на минуту, и в голове возникла идея.
— У тебя остался сотовый, который я тебе дала?
— Да. Я ввел твой адрес, как ты меня научила, и получил потрясающие подробные фото твоего дома, позволяющие создать сюда проход.
— Давай отдадим телефон Вейл. Я отправлю со своего сообщение, в котором попрошу не верить тебе. Таким образом, она поймет правду после печальной реакции на твою смертельную бомбу.
Прежде чем он согласился, она начала набирать сообщение на номер, который уже был забит в адресной книге.
«Извини, что наш разговор прервался. Делай все, что необходимо для выживания и не волнуйся обо мне, хорошо? Я хороша, как никогда и собираюсь остаться такой же. Девочки леди Кэрри навсегда! О, и не верь З. Я повторяю. Не верь».
«Леди Кэрри» — так они собрались… или уже нет… назвать свою кондитерскую для гурманов. Это доказательство ее личности.
Нола нажала отправить.
Решив использовать свою «хрупкость» на полную… девушка должна применять оружие из своего арсенала, верно?.. Нола захлопала ресницами и сказала:
— Пожалуйста, сделай это для меня. Ты такой большой и сильный, и я буду перед тобой в долгу.
Он поджал губы, но кивнул.
— Ладно, но с тебя должок. В качестве оплаты ты поможешь мне завербовать Бейна, чтобы остановить Эрика. Викинг выяснил расположение убежищ и установил ловушки. Когда мы сбежали из ледяной тюрьмы, он наблюдал, куда мы построим порталы. Он и его люди разместили камеры в горах. Так он вышел на меня.
От беспокойства у нее закололо в шее и скрутило живот.
— Он может наблюдать и подслушивать за нами даже сейчас.
— Я навещал твой дом каждые несколько часов с момента нашего расставания и уже обыскал комнаты, — сказал Зион. — Не нашел никаких доказательств вмешательства.
Отлично.
— Теперь, — сказал он жестким тоном. Зион сделал глубокий вдох, задержал дыхание, потом медленно выдохнул. — Я был терпим к твоим секретам. Даже снисходителен. Но должен принять меры, чтобы защитить себя и свой мир. Мне жаль, Нола, но мужчины, которые доверяют другим, умирают первыми.
Дурное предчувствие смешалось с беспокойством.
— К чему ты клонишь?
Он достал один из кинжалов.
— Мне нужно знать правду о твоей связи с Бейном, и есть только один способ ее получить. Мне жаль, — повторил Зион, — но будет больно.
* * *
«Должен добраться до Нолы».
Находясь на грани отчаяния, Бейн повесил очки на шею, привязал меч Вейлора к спине и закрепил части пояса Юниона вокруг каждого из бицепсов. Зверь разрезал его пополам. К удивлению Бейна обе части работали! Сила гудела в его костях и перетекала в мышцы. Такой силой он еще обладал.
«Должен добраться до Нолы. Должен защитить ее».
«Не должен причинять боль».
Зверь запротестовал, но тут же затих, словно не понимая, как лучше поступить. Такое с ним впервые.
Убежище оказалось разрушено. Солнечный остров был последним местом, где кому-то придет в голову его искать. Так как же Юнион его выследил?
Но одно Бейн знал наверняка — если один воин нашел его, то и другие смогут. И скоро. Но ему больше некуда идти. Где Нола? Насколько сильный вред он ей причинил? Как сильно она его ненавидит?
Когда Бейн обратился, произошло нечто шокирующее. Он все понимал, пока главенствовал зверь. Такое тоже впервые. Возможно, потому что он сопротивлялся упорнее, чем раньше, полный решимости спасти свою принцессу.
Он узнал, что рана на плече беспокоила и зверя — такую уязвимость он не мог себе позволить.
Что шокировало еще больше? Безрассудная храбрость Нолы.
Она встретилась со зверем лицом к лицу и не дрогнула. И, хотя ее терзала боль, Нола не отдала ни одного приказа. Вместо этого погладила морду монстра и предложила дружбу.
Зверь… которого теперь очевидно зовут Дрого… еще не составил о ней своего мнения. Он был сбит с толку и раздражен этим.
Бейн сильно недооценил эту великолепную женщину с ее добрым сердцем и решительностью. Ее уверенность сразила его наповал. У нее было то, чему он завидовал: способность сохранять спокойствие, когда мир вокруг рушится… или когда дракон обдумывает способы твоего убийства.
Нахмурившись, Бейн спрятался под брезент, продолжая думать о Ноле. Если Дрого не решил бы ее отпустить, она бы умерла. Умерла ужасной смертью, и Бейн не смог бы ее спасти.
«Не могу ее потерять. Только не ее».
Он мысленно запнулся. «Я беспокоюсь о женщине, которая держит в руках мое будущее? Не исключено».
Черт возьми! С этого момента он должен эмоционально отстраниться.
Поскольку из-за обращения вся его одежда превратилась в лохмотья, Бейн подошел к сундуку и достал пару кожаных штанов и берцы. Спрятав член под ширинкой, он мысленно потянулся к Ноле.
«Где ты, голубка? — Голубка? Нежность проявилась в нем внезапно, и все же прозвище ей подходило: небольшая, хрупкая и грациозная. — Зверь в клетке. Тебе нечего бояться, клянусь».
Последовала продолжительная пауза. Затем:
Ее хриплый голос заполнил его голову, разжигая сильную, бурлящую похоть. Он сказал себе: «Должен оставаться начеку».
Затем он послал ей очередное сообщение.
«Я больше не причиню тебе боли, даю слово. Скажи мне прийти к тебе. Прошу. — Сделает ли она это? — Позволь мне научить тебя сражаться, руководить своими солдатами и помочь победить Эвелин. Можешь накричать на меня за действия Дрого».
Тогда Бейн уговорил бы ее не ссориться. Или поцеловал бы.
Нет! Больше никаких поцелуев с Нолой. И никаких прикосновений.
И вновь ее голос раздался в его голове.
Рычание зародилось в груди Бейна. Зион что-то делает с Нолой, и поэтому заплатит.
«Дай мне увидеть твоими глазами. Дай увидеть, что он делает».
Объяснение вырвалось из него, подталкиваемое чувством срочности.
«Чтобы общаться телепатически, королева и ее воин должны быть связаны. Ты можешь углубить нашу связь».
Когда он ощутил булавочный укол в своем мозгу, то сказал:
«Да, голубка. Именно так».
Внезапно мир вокруг него почернел. Бейн моргнул, и перед ним появилась другая картинка. Он увидел маленькую спальню с большим количеством розового и кружевного и потертой мебелью, недостойной королевы.
Это сработало! Его охватило удовлетворение.
«Посмотри на Зиона», — приказал он.
Она подчинилась, склонив голову на бок. Зион сидел на кровати слишком близко, по мнению Бейна. Мужчина пальцами сжимал окровавленный бриллиант… бриллиант, который вырезал из своего торса, судя по оставшейся кровоточащей дыре. Он прижал драгоценный камень ко лбу Нолы, и Бейн все понял. Воин пытался прочитать ее мысли с помощью манипуляций энергией.
С рычанием Бейн провел большим пальцем по рифтерам, чтобы открыть портал. Увидев комнату, он теперь может переместится туда в любой момент.
На другом конце брезента два слоя воздуха сместились, открывая проход в спальню. До его ноздрей донесся запах жимолости и жасмина, смешанный с металлическим привкусом крови.
Ярость взорвалась в нем, все мышцы напряглись. Готовый убивать, Бейн ринулся вперед…
В одну секунду Нола разговаривала с Бейном, а в следующую услышала какофонию звуков. Звон разбитого стекла. Страдальческое мычание. Свист метала, глухой удар и громкий треск. Животная ярость пропитала воздух. Что за…
Потом она поняла: Зион прекратил мучить ее разум и теперь вступил в бой. С Бейном, который замолчал?
О, да. Определенно с Бейном. Его аромат окутал и успокоил ее. Он бросился на ее защиту, ее безопасность стояла в приоритете, как и утверждал, и ей это понравилось.
«Так глупо». Он спасал не Нолу, он спасал королевскую особу с Терры, которая осуществит его месть. Захочет ли Бейн ее когда-нибудь не только из-за мести?
К тому времени, как мир вновь обрел четкость, боли утихли. «Бейн, моя болезнь и лекарство». Ее спальня лежала в руинах, мебель перевернута, повсюду валялись куски штукатурки и стекла. Изодранное одеяло было испачкано кровью.
На полу лежали сорванный занавески, чтобы солнечный свет заливал комнату. Вау. Ночь прошла. Зион занят светлую сторону, Бейн же оставался в тени. Они застыли в нескольких дюймах друг от друга, тяжело дышащие и окровавленные, в разгар эпического противостояния.
Оторвать взгляд от Бейна казалось невозможным, его вид согревал душу. И волновал. Незаживающая рана на его плече стала хуже выглядеть, распространившись на ключицу. Если он и Зион снова начнут драться…
Кого она обманывает? Они точно снова подерутся. Бейн излучал огненную ярость, его запал заставлял ее сердце трепетать, а в это время Зион демонстрировал ледяную решимость. Вскоре они взорвутся. И в этот раз не остановятся, пока кто-то не умрет.
— Хватит, — крикнула она, вскакивая на ноги. Чудо из чудес, ее ноги ровно стояли, колотые раны зажили. Дело рук Зиона или ее собственных? Раньше всегда ее порезы и синяки заживали с нормальной скоростью.
«Я становлюсь бессмертной, а мое тело готовится к кровавому ритуалу? Как я должна на это реагировать?»
«Разберусь с этим позже».
Нервы были на пределе, сердце билось со скоростью мили в минуту, Нола встала между воинами, расставив руки в стороны, чтобы не дать двум бешеным хищникам схлестнуться.
— Хватит, — повторила она, смотря на каждого мужчину по очереди. — Разойдитесь. И даже не думайте спорить со мной.
Каждый раз, когда концентрировалась на Бейне, сгорал очередной его слой внешней вспыльчивости. Вскоре останется только голая чувственность.
Ее мысли мгновенно прояснились. Что еще она хотела сказать? О, да.
— Вы должны мне. Оба. Бейн, помнишь, как ты оскорбил меня, разорвал мою самооценку в клочья и повредил ногу? Зион, помнишь, когда ты пытался влезть мне в голову?
Бейн слегка поморщился, а Зион вздернул подбородок, не выражая раскаяния.
— Она моя, а я никогда не делюсь.
Со слишком огромной скоростью, чтобы человеческий глаз мог отследить, Бейн схватил ее запястье, дернул и развернул так, что она грудью прижалась к его спине. Он обхватил ее сильной, мускулистой рукой, удерживая на месте.
Эти удивительные слова… эта непоколебимая решимость… дрожь прокатилась по ее спине. Какая перемена в нем! Его сердце уже начало исцеляться. Это было… это… «Я точно могу его заполучить».
Зион поднял руки в жесте капитуляции и отошел, его ледяная ярость сменилась легким раздражением.
— Я не жалею, что принял меры для обеспечения собственной безопасности, Нола. Но мне жаль, что я предал твое доверие.
— Извинения не приняты, — сказала она ему, отодвигаясь от Бейна и вставая сбоку. — Какие секреты ты раскопал в моем сознании?
Узнал ли Зион о ее инопланетном происхождении и о ее связи с Адвеветийцами?
— Никакие. У тебя стоит какой-то блок, — признался Зион.
Правда? Отлично! Бейн когда-то сказал то же самое.
Когда она встретилась с ним взглядом, то попала в ловушку. Не могла отвести глаз, остальной мир исчез. Обжигающее понимание потрескивало между ними. В ее животе затрепетали бабочки, острая потребность, которая возникла еще в пещере, требовала своего.
— Принцесса? — спросил Бейн более напряженным и хриплым голосом, чем обычно. Он тоже это чувствовал?
«Сконцентрируйся». Глубокий вдох, выдох. Дерьмо! Его запах усилился и теперь заполнил каждую ее клетку. Она могла чувствовать его внутри себя.
— Мое предложение остается в силе, — сказал Зион Бейну. — Давай действовать сообща, чтобы убить Эрика и его приспешников.
Бейн перевел взгляд с нее на Зиона и прищурился.
— Знаешь, кто всегда проигрывал в Великой Войне? Бойцы достаточно глупые, чтобы довериться конкурентам.
— Все равно сделай это, — сказала Нола, сложив ладони в умоляющей позе. — Прошу. — Что может убедить кого-то вроде Бейна? — Мы сможем уничтожить больше врагов, выиграть больше оружия и достичь нашей цели. Если не заметил, мы сейчас проигрываем.
Подождите. А, если Зион планировать обмануть Бейна?
Нет, нет, нет. Конечно, у Зиона были секреты, но в глубине души он хороший человек.
Бейн уставился на нее с нарастающим гневом. Но затем сказал:
— Хорошо. Я согласен на временное перемирие. — Он обратил свое внимание на Зиона и добавил: — Но ты не причинишь вреда Ноле. Не попытаешься прочесть ее мысли. Не прикоснешься к ней. Если нарушишь, я закончу перемирие с твоим сердцем на ладони.
И вновь он предъявил на нее права. Вновь, приятная дрожь побежала по ее позвоночнику. Ее кровь прекратилась в шампанское, разум затуманился, а от удовольствия закружилась голова.
Зион зарычал, словно говоря: «Я такой свирепый, и делаю только то, что хочу».
Но как и Бейн рявкнул:
— Отлично. У нас временное перемирие. — Он скользнул взглядом по Ноле. — Я сделаю, как обещал, и передам телефон Вейл. Я даже попытаюсь привлечь ее и Нокса к нашему делу… снова.
— Спасибо, — сказала Нола.
— Без сомнения Нокс попытается убить меня снова.
— С вами обоими будет все в порядке, уверяю. — Отчаянно желая увидеть сестру, она сказала: — Я пойду с тобой и…
— Ты никуда не пойдешь, — рявкнул Бейн, когда одновременно с ним Зион заявил: — Я не смогу убедить других бойцов в твоей смерти, если тебя увидят живой. Ты должна остаться с Бейном.
— А. Фальшивая смерть. Умно. — Бейн наклонил голову. — Я спрячу ее до того, как другой воин нас найдет. Будь осторожен, когда войдешь в портал. Или нет. Я расставлю ловушки.
Нола раздраженно огрызнулась:
— У меня есть право голоса по поводу чего-нибудь?
— Нет, — ответили они в унисон.
Вместо того, чтобы парить по поводу их тактики пещерного человека, она широко улыбнулась.
— Посмотрите на этих двоих. Уже работают вместе. Я неплохо сосватала вас для мужской дружбы, да?
Бейн закатил глаза, но его расширенные зрачки говорили, что ее смелость удивила… и восхитила… его. Она засветилась от счастья.
Зион послал ей воздушный поцелуй, затем сказал Бейну:
— Покажи, как хорошо ты умеешь прятаться и устанавливать ловушки, и я покажу, как отлично умею выслеживать и избегать неприятностей.
Слова прозвучали наполовину как вызов, наполовину как угроза.
— Идет, — бросил Бейн.
Зион улыбнулся и провел большим пальцем по рифтерами, открывая портал прямо в ее спальне. Судя по горному фону с клочьями хлопка, летающими в воздухе, проход шел обратно в Колорадо.
Порыв ветра ворвался в ее комнату, достаточно сильный, чтобы стекло на полу задребезжало.
Он прошел через него и повернулся к ним лицом. Зион внимательно переводил взгляд с Нола на Бенйа, когда портал закрылся.
«Наедине с Бейном». Его притягательный аромат заполнил ее нос, а жар его тела опалил кожу. Его ошеломляющая энергия осветила ее изнутри. Поцелует ли он ее? Позволит ли она ему?
Он придвинулся ближе к ней, неторопливое томно-чувственное действие. Его великолепные глаза блестели от голода.
— То, что зверь сделал с тобой… — Бейн поднял подбородок и расправил плечи. — Мне жаль, голубка.
Голубка. Это, вероятно, третий раз, когда он называл ее таким ласковым прозвищем, она не знала, как к этому относиться.
— Ты был в сознании в звериной форме?
— Да. — Он потер заднюю часть шеи. — Он ненавидит тебя, но также заинтригован. Ты могла бы отдать приказ. Он хотел этого. Когда ты не приказала, то удивила и сбила его с толку.
Неужели она удивила и смутила Бейна? Может, даже… впечатлила его? Она хотела спросить, но не стала. «Я предпочитаю воинственных женщин». Ладно, необходимость в этом вопросе отпала. Один маленький поступок не доказал бы ее мужества. Хотя был шанс, что это поможет проскользнуть мимо его щитов.
— Я, может, и принцесса, — сказала она, — но не королева. Я бы никогда не причинила вреда тебе или Дрого, и устала слушать упреки за преступления других членов королевской семьи. Если ты снова нападешь на меня, я сделаю все необходимое для спасения, точно также как ты бы сделал все возможное для своего спасения.
Он продолжил свое наступление, подкрадываясь все ближе, заставляя ее отступать… пока спиной не уперлась в стену. Он расположил руки по обе от стороны от ее головы, заключая в клетку. Благодаря своему высокому росту и широким плечам он почти поглотил ее. Нола сглотнула и задрожала, но не от страха.
— Почему ты не сделала все необходимое на острове? Вместо того чтобы приказать Дрого отступить, ты приласкала его.
Она дернула его за воротник рубашки и сказала:
— Я не хотела подавлять твою… его… свободу воли, как это делали другие королевы.
Прошла секунда, затем другая, тишина стала почти невыносимой. Его лицо снова выражало потрясение. Бейн тихо спросил:
— Что мне с тобой делать, Нола Ли?
— Довериться мне? — «Влюбиться в меня?» — Я никогда не поддамся своей… темной стороне, как другие королевские особы.
Она скользнула ладонями вверх и обхватила его совершенное лицо. С любовью. Щетина щекотала ее кожу, пузырьки желания танцевали под ней.
— Я не изменюсь, — сказал он грубым голосом. — Я прошел через слишком многое, моя воля подобна железу.
Когда он обхватил своими восхитительно мозолистыми руками ее запястья, она ожидала легкого толчка, разделяющего их тела. Вместо этого Бейн притянул ее ближе, сцепив ее руки на своем затылке. Ее грудь потерлась об его твердый торс, и соски сморщились.
— Куда мы направляемся? — спросила она.
Он провел языком по зубам.
— Эрик нацелился уничтожить меня и Зиона. Нам нельзя оставаться на одном месте долго.
Бейн планировал притвориться, что его член не твердеет между ее ног? Ладно.
— Я соберу сумку, как только ты меня отпустишь.
* * *
Отпустить Нолу Ли, когда он хотел держать ее вечно? Нет! Но Бейн все равно это сделал. Выпустил ее запястья, разорвал контакт и отступил. Обеспечение ее безопасности оставалось главным приоритетом, ее аромат жимолости и жасмина будоражил зверя. Все остальное волновало Бейна. Ее тепло. Ее мягкость. Звездные глаза. Розовые губы. Хриплый голос. Шокирующая чувственность.
Он хотел Нолу. Его взгляд упал на кровать. Он хотел Нолу сейчас. Сгорал от желания, его клетки больше напоминали тлеющие угли, дым от которых заполнял внутренности, и кожа натягивалась, готовая разорваться по швам. Его сердце бешено колотилось, а член болезненно пульсировал.
Ясное мышление стало недостижимой мечтой. Именно поэтому он согласился на союз с Зионом. Точно! Не потому что хотел защитить Нолу любой ценой, а уж два воина с этим бы справились лучше одного.
И конечно не потому что Бейн отчаянно нуждался в друге, в ком-то, кто прикроет спину, хотя бы ненадолго. Заводя друзей и доверяя другим, он только привлечет к себе проблемы.
— Отведи меня в ванную, — сказал он.
Нола облизнула губы, заставив его зарычать, затем повернулась и пошла вперед. Аптечка первой помощи ждала на раковине уже открытая. Окровавленные тряпки валялись на дне мусорного ведра. Кровь Нолы из-за травм, нанесенных Дрого.
Бейн прижал язык к небу.
— Иди и собери сумку, пока я приведу себя в порядок.
Переступив с ноги на ногу, она молча наблюдала за ним, погруженная в свои мысли. Затем кивнула и вышла из ванной, оставив его одного. Он закрыл дверь. После того как промыл и перевязал плечо… рана стала глубже от ударов Зиона… то ухватился за край раковины и уставился на себя в зеркало.
Золотистые волосы растрепаны и измазаны кровью. Взгляд суровый, но глаза блестят от… возбуждения? Нет, совсем нет. Вероятно, от раздражения. Золотистая щетина украшала подбородок. Порезы и синяки покрывали грудь.
— Возьми себя в руки, — тихо потребовал он. Но черт возьми! Нола будила в нем запретные желания. Семья. Будущее. Вещи, которые он не мог себе позволить.
«Нужно избавиться от этого жгучего желания. Не могу потерять кого-то еще. Просто… не могу».
Высоко подняв голову и расправив плечи, он вышел из ванной.
— Почти готово, — сказала она, расхаживая по спальне и собирая вещи, которые хотела взять.
Любопытство привело его в коридор, где стены оказались увешаны фотографиями Нолы и Вейл. Одна фото привлекла его внимание сильнее других. Крупный план лица Нолы. Солнце ярко светило у нее за спиной, создавая ореол над иссиня-черными волосами. Ее глаза блестели, а щеки украшал румянец. Она излучала чистую радость. Такого рода радость он познал, пока Мередит была жива. Такого рода радость он никогда не рассчитывал испытать снова.
Его грудь сжалась. «Не делай того, о чем думаешь. Не делай…» Бейн сорвал фото со стены, бросил рамку на пол и положил сложенное изображение в карман. «Ладно, ты сделал это».
Смущенный своим поступком, но все еще переполненный любопытством к женщине с «железной волей», Бейн осмотрел остальную часть дома. Маленький, но ухоженный, с бесчисленным количеством женских штучек. Кружево здесь, розовый цвет там.
На кофейном столике стояли эмалированные горшки с засушенными цветами. на кухонном столе он нашел стопку журналов Oklahoma Love Match. Ни один номер не повторялся, и все же имя Нолы занимало крошечное место на каждой обложке.
«Как из врагов стать любовниками».
«Пять обязательных вещей для любой одинокой женщины, ищущей любви».
«Итак, вы переспали. Что теперь?»
Нола как-то упоминала, что она пекарь и автор. Она написала эти статьи?
«Не смей». Он оглянулся через плечо. Никаких признаков Нолы. Как можно тише он вырвал статью про переход от врагов к любовникам, сложил пополам и сунул в карман с фотографией.
Что говорила его принцесса о способах соблазнения? Возможно, если узнает, то сможет лучше защититься свое сердце от ее обаяния. Потому что он проделал дерьмовую работу по подавлению своих желаний — они вырвались на свободу.
Зачем сопротивляться ее сексуальности? Ему не хватало воли. В этом отношении она сломила его выбранным оружием — неукротимым духом, который никто и ничто не в состоянии сломить.
«Я хочу ее, и я ее получу».
Приняв решение, Бейн испытал облегчение. Наконец, у него будет та, которую он так жаждал.
Его уши дернулись, уловив ее тихие шаги. Он старался не смотреть, как Нола вошла в гостиную, воплощая красоту в розовом топе, джинсах и теннисных туфлях с темными волосами, ниспадающими до талии. И от одного взгляда на нее его тело запылало. «Должен заполучить ее как можно скорее».
— Куда мы отправимся? — спросила она, останавливаясь прямо перед ним и бросая сумку к его ногам. — Потому что у меня есть идея.
Ее близость… подействовала на него. Кровь закипела, внутренности скрутило. Он постучал себя по виску и втолкнул следующие слова в ее сознание. «У Эрика тут могут быть спрятаны камеры».
Он облизнула губы и понимающе кивнула.
Интересно. Некоторые другие миры использовали космические корабли. На самом деле Бейн мог думать только об одном. Форет. Мог ли правитель Форета нарушить правила, как и Эвелин, и послать сюда воинов?
Бейн порылся в своих мысленных файлах. В Великой Войне Терры из Форета прибыл Хало и принес с собой пару съемных металлических крыльев. Шедевр технологии. Пока Хало боролся с воином, крылья прикрывали его фланг.
Он сказал Ноле: «Тогда в Розуэлл. У тебя есть фото этого места?»
«Почему?»
Он посмотрел на нее сверху вниз, только тогда осознав, что пальцами перебирает ее волосы. Теперь он сжал пряди в кулаке, наклонил ее голову для поцелуя, но не стал целовать.
«Есть что-то, чего ты не можешь сделать, маленькая голубка? До этого т ы освобождала людей изо льда, заткнула за пояс зверя и водила за нос нескольких воинов. Теперь перехитрила викинга. Да. Мы поедем на машине».
Нола и Бейн загрузились в ее ржавую машину и поехали в город, где она заложила драгоценности, взятые ею из пещеры. Все, кроме перчаток. «Мое! Я никогда не поделюсь!» Она серьезно имела это в виду. Она собиралась сберечь их. На самом деле, Нола собиралась взять их с собой в путешествие.
Нуждаясь в нескольких других вещах, она отвела своего золотого бога в универсальный магазин для охотников. Хотя ей не давало покоя ощущение срочности, Нола решила вести себя так, словно это обычный день, и они с Бейном обычные люди на первом свидании. Почему бы не повеселиться? Да, они боролись за свои жизни, но умирать, не познав настоящей радости, казалось ей неправильным.
По пути в магазин она обогнала Бейна, чтобы первой пройти через автоматические двери. В честь своего решения насладиться проведенным вместе временем, она притворилась, что открывает двери с помощью магии, махнув рукой и сказав:
— Фокус-покус.
Он изумленно уставился на нее.
— Что это за странная сила?
Она разразилась приступом смеха. Темная похоть затмила изумление в его глазах, и Нола затихла.
— Твой смех, — сказал он мягким, но хриплым голосом. Пылким. — Сводит. Меня. С. Ума.
«О-ля-ля». Он снова возбужден.
Пока он ходила за покупками, Бейн оставался рядом, молчаливый и стойкий, напрягаясь при чьем-либо приближении. Люди смотрели на него: некоторые с восхищением, большинство со страхом.
Кто-то его сфотографировал. Скорее всего, для публикации в интернете. Нола могла представить подпись. «Горячие булочки. #СделайМнеРебенка».
Ладно, ей лучше побыстрее все купить. Если Эрик наблюдает за соцсетями, то вычислит местоположение Бейна. Ускорившись, она бросала в корзину разные вещи. Рюкзаки, футболки размера XL, еще одну аптечку скорой помощи, камуфляжные штаны, походные принадлежности, закуски, ножи, даже пистолет с ящиком патронов.
Когда она подошла к проходу, переполненному костюмами к Хэллоуину, то замерла. Праздник начнется через несколько дней. Это же идеальная маскировка! На одну ночь они могли пойти куда угодно и делать что угодно, и никто их не вычислит. Она схватила три костюма и отправилась пробивать покупки.
Заметив одного из своих бывших кавалеров — Джеймса — она застыла. Он стоял в очереди, выкладывая свои товары на ленту у кассы. Черт! Каковы были шансы? Почему он здесь? Почему именно сейчас?
Ранее в этом году она позволила одному из коллег свести ее с двоюродным братом. Они сходили на ужин и в кино, у нее появились надежды. Джеймс держал ее за руку, и она не ощущала никаких приступов тошноты. Итак, когда он проводил ее до двери и наклонился поцеловать, она не стала отказываться… и закончилось все тем, что ее вырвало на клумбу. После этого она была слишком смущена, чтобы отвечать на звонки и на сообщения.
— Нола, — позвал Джеймс, когда ее заметил. Он улыбнулся и наклонился, собираясь обнять.
Бейн встал между ними, сказав Джеймсу:
— Ты не прикоснешься к девушке.
Золотой бог возвышался над человеком.
Джемс сразу же побледнел и отступил назад с поднятыми руками.
— Прости. Моя вина.
— Ты не сделал ничего плохого, — заверила его Нола, бросив на Бейна быстрый взгляд. — Приятно было снова тебя увидеть, Джеймс.
Желая быстрее ретироваться, она перешла на другую кассу.
Бейн медленно последовал за ней, его агрессия усилилась. Если он потеряет контроль, то станет Дрого. Люди разместят фото и видео по всему интернету, и потом не только воины начнут их преследовать.
Чтобы успокоить своего воина, Нола погладила его по спине, как ранее зверя. Но у нее ничего не вышло, все его мышцы напряглись.
— Твоя ревность милая и все такое, — сказала она дразнящим тоном, — но обещаю, что не планирую падать на его член… в ближайшее время.
Он сжал губы.
— Расскажи мне о нем.
— Тут нечего рассказывать. Мы сходили всего на одно свидание.
— Я должен был убить его, — прошипел Бейн.
— Шшш. — Мягким, но яростным тоном сказала она. — Ты не можешь ходить повсюду и угрожать невинным. Или убивать невинных!
— На самом деле, могу. Это ты предпочитаешь, чтобы я так не делал. — Он толкнул тележку, и они продвинулись вперед в очереди. — Он относится к тому типу мужчин, которых ты обычно находишь привлекательными?
Когда-то давно, да. Но, если оставаться честной до конца, то следовало бы признаться, что все изменилось. Она жаждала энергии и тепла. Огня. Боже помоги ей!
— Почему тебя это волнует?
Докопается ли он до правды?
Он скрипнул зубами. Вместо того чтобы ответить на ее вопрос, он снова сменил тему.
— Ты когда-то упомянула, что пишешь. Ты пишешь правду или выдумываешь?
Э, почему он хотел обсудить ее работу?
— Я писала все, что приказывал мой босс. Или я сама находила тему. Он уволил меня. Так что неважно. Я писала вещи, которые, как люди надеются, являются правдой, но может оказаться вымыслом. Как-то так.
Бейн замер.
— Он сжег тебя[1]?
Нола вздохнула.
— Я имела в виду, что он сказал уходить с работы.
Он немного расслабился.
— Ты пишешь то, что считаешь правдой?
На щеках вспыхнул румянец, когда она призналась:
— Я никогда не проверяла свои теории.
— Но ты этого хочешь?
После того как она потеряла веру в любовь? Нет. Но здесь и сейчас?
— Да. — «Очень сильно». — А что?
Он больше ничего не сказал. Она больше ничего не сказала, напряжение возросло.
Они оплатили свои покупки, загрузили их в двухдверную развалюху и сели на свои места, Нола была за рулем. Несмотря на позднее утро, солнце оставалось скрытым за густыми серыми облаками, надвигалась гроза. Холодный ветер нес в себе электрический заряд и проносил запах надвигающегося дождя. Черные дрозды слетелись к столбам и оккупировали провода. За ними, насколько могли увидеть ее глаза, на многие мили шли равнины.
Им предстояла десятичасовая поездка. Достаточно времени, чтобы спланировать свой путь в Розуэлл?
Заставив Бейна пристегнуться, Нола выехала на шоссе.
— Ты ведешь себя тихо. Мне это не нравится.
— Просто думаю, — ответил он.
Ох. Его грубый тон вернулся.
Он разложил их покупки вокруг себя и положил в рюкзаки одежду, походное снаряжение и ее перчатки. Каким бы рассеянным он ни казался, у нее возникло ощущение, что Бейн все равно осознает все происходящее и даже следит за ее действиями.
Когда он не поделился с ней ни одной мыслью, она спросила:
— О чем думаешь?
Он пожал плечами, затем открыл аптечку первой помощи, чтобы перевязать рану.
Тьфу! Раздражающий мужчина! Нола вздохнула. Ожидание чего-то… история ее жизни.
Несколько часов спустя, после безуспешных попыток поговорить с Бейном, она заметила знак и решила поддразнить его.
— Смотри, Бейн! — Она притворно взвизгнула. — Фаллологический музей. Они показывают ненастоящие фаллосы. Пойдем? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Только мужчина с очень маленьким членом скажет нет.
Он открыл рот, затем закрыл, не сказав ни слова, и Нола попыталась не улыбнуться.
— Без комментариев? — спросила она.
— Это твой вид мести, да? Что же, отличная работа. Хитро и эффективно. Я должен оставаться на страже, чтобы мое эго не получило еще один удар.
Она постучала себя по носу и указала на его грудь.
— Динь, динь, динь. Прекрати игнорировать меня, и я не заеду в кювет.
— Я никогда не игнорировал тебя, Нола. С самого начала я хотел тебя. Каждый день… каждый час… каждую минуту, я изо всех сил старался держать свои руки подальше от твоего маленького аппетитного тела. Я борюсь за контроль даже сейчас.
Она втянула воздух. «Не останавливай автомобиль на обочине. Не садись к нему на колени».
— Знаешь, я тоже тебя хочу, — сказала Нола хриплым голосом.
— Я знал, что тебя влечет ко мне, но не понимал, что ты хочешь меня… так отчаянно.
— Что! Я? Отчаянно?
Он откинулся на спинку сиденья, излучая самодовольство.
— В этот раз я поддразнил тебя.
Она бы показала ему средний палец, но он бы посчитал ее своей преданной поклонницей.
— Что сподвигло тебя согласиться пойти с ним на свидание? — спросил Бейн. — Чем он тебя завоевал?
— Джеймс? — спросила она, оттягивая время. Сделала глубокий вдох, выдох. Если ей придется рассказать детали, чтобы двигаться дальше, она готова. — Он кузен моего коллеги. Однажды пришел ее навестить. Никто из нас не знал, что она пригласила его для знакомства со мной. Мы говорили, смеялись, и он предложил что-нибудь перекусить. Я согласилась.
— И?
— Что и?
— Что еще он сделал?
— Ничего, — сказала она, нахмурившись.
— Но ты королевских кровей. Красивая, умная, смелая и веселая. Ты сокровище. Разве он не дарил тебе подарков, не ухаживал должным образом?
Его похвала эхом отразилась в ее голове, сладость опьяняла. Прежде чем Нола успела ответить, посреди дороги открылся портал, ведущий в тенистый лес. Ее охватил ужас. Сворачивать слишком поздно!
Должно быть, ужас охватил и Бейна. Он закричал ее имя. Она позвала его, когда машина въехала в портал…
И врезалась в дерево.
Металл заскрипел, стекло разлетелось вдребезги, кривые ветки прорвались внутрь салона. Удар отбросил ее вперед, но ремень безопасности не дал вылететь. Сработала подушка, не дав ей удариться лицом об руль.
Хотя адреналин хлынул в кровь, притупляя последствия от удара и боль… на данный момент… одна сторона ее лица покрылась волдырями, словно Нола приложилась щекой к горячей плите. Без сомнения, это химический ожог от срабатывания подушки безопасности. Громкий звенящий звук стоял в ушах, ее зрение затуманилось.
— Нола! — голос Бейна звучал издалека, но ясно слышалось беспокойство.
Она открыла рот, чтобы сообщить, что жива, на данный момент, но кровь хлынула ей в горло, не давая сделать вдох. Тьма вторглась в мысли…
Моргнув, она внезапно оказалась на заднем сиденье седана, здоровая, невредимая и в здравом уме. Ее родители сидели впереди и разговаривали приглушенными голосами. Рядом с ней было детское кресло, в котором расположилась малышка Нола. Она очутилась в другой аварии? Черт возьми, нет! Ей нужно вернуться в Бейну. Вдруг ему плохо?
— Она чудовище, — прошептал ее отец. — Мы должны спрятаться от нее, а не с ней.
Она кто? Не малышка Нола. Ни за что, никоим образом… верно?
— Она играла с огнем и не обжигалась, — ответила ее мама, оглядываясь на Нолу с обеспокоенным выражением на лице. — Это не делает ее чудовищем.
Подождите. Они говорили о ней, верно? Чудовище… Ее желудок сжался.
Ее отец так крепко сжал руль, что костяшки пальцев побелели. Дрожащим голосом он прошептал:
— Она любит наносить травмы до крови другим. Любит вид крови. Она зло, дорогая, и ты это знаешь.
«Не плачь. Не смей плакать».
— Она мой ребенок, — сказала ее мать.
Защищает, несмотря на недостатки Нолы. «Вот и еще одна частичка моего сердца».
Как и раньше, высокий мускулистый мужчина стоял посреди дороги, и отец Нолы свернул, чтобы не сбить его. Затем она запомнила сильное головокружение, когда машина перевернулась.
Потертые кожаные ботинки приблизились к покорёженной машине… их владелец наклонился, сначала показалась его золотая кожа, затем золотые волосы и глаза.
Пока ее мать молила о пощаде и просила сохранить жизнь Ноле, он окинул взглядом машину, излучающим удовлетворение, когда заметил малышку.
Настоящая Нола рассвирепела, помня, как он залез внутрь и вытащил ее мать.
Ее мать на мгновение встретилась взглядом с маленькой Нолой, затем полностью сконцентрировалась на мужчине.
— В машине нет ребенка. Ты ее не слышишь. Ты ее не видишь.
В прошлый раз этого не было. Конечно, тогда она запомнила только основные моменты. Но изменились и другие мелкие детали. Нола повлияла на прошлое и на порядок событий?
— Спасай себя, мамочка, — взмолилась Нола. И рявкнула на мужчину. — Не смей к ней прикасаться!
Он не подал виду, что услышал ее, когда потер одно из своих колец. Яркий свет внезапно отразился от осколков битого стекла на дороге.
Крик Нолы заглушил обрывки разговора, который мужчина вел с… кем-то.
Она заставила себя замолчать и прислушалась.
— Это она? — спросил он кого-то, кого Нола не могла видеть.
— Да, — прошипела женщина. Голос незнакомый.
Нола нахмурилась. Никто не стоял рядом с Адвеветийцем или у машины, но громкость голоса наводила на мысль, что она поблизости.
— Вынь ее сердце и отруби голову, затем убей ребенка, — приказала женщина, почти ликуя.
— Здесь нет ребенка, — ответил он.
Нола ахнула. Он под влиянием приказа ее матери. Оказывается, ее мать тоже королевских кровей, способная приказывать зверям. Она могла не знать, но инстинкты вели ее в этот день. Если бы только она сказала этому мужчине уйти.
Борясь со слезами, Нола нырнула в переднюю часть автомобиля. Воин протянул руку сквозь Нолу, чтобы схватить ее мать за шею и вытащить на улицу через разбитое оконное стекло.
С визгом Нола выбралась тем же путем.
— Отпусти ее!
— Успокойся, голубка. — Глубокий баритон Бейна проник в ее сознание. — Пожалуйста, успокойся. Метания плохо сказываются на твоих ранах.
Раны? Она чувствовала себя хорошо… в каком-то роде. Когда моргнула, прошлое исчезло, и перед глазами появился ее золотой бог. Он бежал по лесу, лавируя между деревьями и крепко прижимая ее к своей груди. На каждом плече висело по рюкзаку, даже на раненом, и они колотили его по спине при каждом шаге.
О, черт. Она била кулаками и царапала когтями его, а не убийцу, и ее лицо приняло на себя основную тяжесть ударов. У него был подбит глаз, разбит нос и губа.
Хотя Нола замерла, ее сердце продолжало бешено биться. Она ощутила укол боли. Вестник того, что вскоре должно произойти. Мгновение спустя агония охватила все тело.
— Ч-что произошло?
— Мы разбились. Как только я вытащил тебя из машины, твое тело превратилось в туман, как тогда на острове.
Когда же закончится насилие?
— Ты пострадал?
— Я в порядке, но тебе нужно оставаться неподвижной, — сказал он, продолжая бежать. — Кусок металла застрял рядом с твоим сердцем.
Что! Она протянула руку. Когда обхватила пальцами небольшую металлическую трубу, то всхлипнула.
— Я доставлю тебя в безопасное место, и ты исцелишься, — выпалил он с отчаянием и беспокойством в голосе. — Поняла? Ты исцелишься. Скажи это.
— Я исцелюсь, — прошептала Нола невнятно. Выздоровеет ли? С каждой секундой становилось все холоднее. Дрожь сотрясала ее тело, мышцы сжимались вокруг трубы. — Где мы?
— Не знаю. Но знаю, где будем.
— Нас кто-то преследует? — Портал на дороге… она не помнила, чтобы кто-то стоял внутри него или рядом, кто-то же его открыл.
— Да. Ронан и Петра — бойцы, вступившие в союз. Возможно встречаются. У Ронана есть светящийся меч, способный временно ослеплять противника, а меч Петры может создавать стены мгновенно из любого материала, к которому прикасается. Металл. Лед. Кость.
Она помнила оба меча из их битвы в пещере, особенно оружие Петры. Прекрасная женщина замахнулась на Бейна, и стена льда выросла из пола.
Ее темная сторона прошептала: «Я хочу убить эту парочку своей рукой. Хочу вырвать их сердца и попировать. Хочу забрать их оружие и уничтожить мужчину, который убил моих родителей. Хочу держать их сердца в своих руках и радоваться, пока орган совершает последний удар».
Нола… согласилась. Ее конечности даже завибрировали от возбуждения. «Дай мне.
Именно тогда она поняла желание Бейна отомстить, как не понимала раньше.
— Бейн, — промурлыкала она. Покушение на его жизнь было еще одним грехом, который лежал на совести пары. Ее темная сторона использовала грех как топливо, который завоёвывал новые позиции в ее разуме… и сердце?
— Да, голубка?
— Будь добр, убей из обоих, но прибереги их сердца для меня.
«Я бы не отказалась перекусить».
Зверь таранил череп Бейна, стремясь вырваться на волю, пока он бежал через густой, лунный лес. Ветви деревьев хлестали его по лицу и рукам. Его кожу покрыл пот, и он с трудом дышал, внутренние повреждения, вызванные аварией, доставляли боль.
Одной рукой он крепко прижимал Ноэль к себе. Другой постоянно резал ладонь о кинжал и разбрызгивал кровь для преследователей, оставляя заметный след. У него был план.
Его самые жестокие инстинкты требовали остановиться и сразиться. «Заставь Ронана и Петру заплатить!» Увы. Благополучие принцессы важнее.
Понимала ли Нола, что попросила его убить парочку и сохранить их сердца? Неужели королевская кровь требовала, чтобы она съедала органы, забирая силу врагов? Каждая королева в какой-то момент испытывала такое желание.
Он убедил себя, что Нола будет другой, что железная воля спасет ее от таких больных желаний, что она не станет так страстно желать секса, как Эвелин и другие королевы. Теперь…
Бейн стиснул зубами. Если он проведет кровавый ритуал, то потеряют милую, великодушную и страстную Нолу.
«Не могу ее потерять. Не ее».
Черт возьми! Эта женщина оказалась опаснее, чем он мог предположить. Она сделала то, что никто другой не смог: пробралась сквозь его оборону, через колючую проволоку и попала в тюрьму строго режима, известную как его сердце.
Он влюбился в нее? Нет. Не влюбился. Не влюбился! Он не станет, не может. Любовь без силы была страданием. Но он действительно волновался о ней.
«Не могу потерять ее, — подумал Бейн снова. — Но и от мести отказаться не могу». Даже мысль об этом заставляла его чувствовать, будто ему вскрыли грудную клетку и вынули органы. Как бы сильно он не жаждал Нолу… отчаянно, исступленно… не мог позволить Эвелин жить. Она продолжит мучить его братьев. Нельзя позволять ей наслаждаться жизнью, пока жертвы гнили в своих могилах.
«Отведи Нолу в безопасное место. Продумай следующий шаг».
Принцесса застонала и пробормотала:
— Больно.
Сколько крови она потеряла? Желтоватый оттенок ее кожи и синие губы говорили, что много.
Он просипел:
— Знаю, голубка, — затем поцеловал ее в лоб. — Отдохни если сможешь. Я помогу тебе, как только разберусь с нашими преследователями.
Если его план провалится…
«Не дай ему провалиться».
Если она снова превратится в туман?
Зачем вообще превращаться в туман? Должно быть это ее уникальная сверхъестественная способность. Но какова цель?
Когда почувствовал, что находится на идеальном расстоянии от их охотника… время поджимало… то открыл портал на лавандовое поле за океаном… к базовому лагерю, который принадлежал Рейнджеру, свирепому воину, способному пускать огонь из кончиков пальцев.
Если Рейнджер вернулся в лагерь, то может расправиться с Ронаном и Петрой. Или хотя бы занять парочку, пока Бейн занимается Нолой.
Надеясь убедить Ронана и Петру, что прошел туда, он брызнул кровью на стебли лаванды. «Должно сработать, должно сработать». Затем спрятался неподалеку.
Он положил Нолу на землю как можно нежнее, стараясь не задеть кусок металла, торчащий из ее плеча, и взял в руки по кинжалу. Она полностью пришла в себя, черты ее лица осунулись, кожа еще побледнела, при каждом затрудненном вдохе вырывались легкие хрипы.
Тихим, но грубым голосом Бейн сказал:
— Будь как можно тише, голубка.
Портал останется открытым в течение шестидесяти… уже пятидесяти секунд.
Нетерпение терзало его нервы, пока он ждал появления Ронана и Перты. Сорок… тридцать.
Двадцать.
Нола не ответила и не сдвинулась ни на дюйм. Страх и нетерпение переросли во всепоглощающую панику.
— Еще немного, голубка, — прошептал он, ощущая себя так, словно проглотил охапку ржавых гвоздей. — Держись.
Пятнадцать. Четырнадцать. Тринадцать.
Зверь продолжал биться о его череп, взбудораженный вне всякой меры, и Бейн не знал, хотел ли его сосед убить Ронана и Петру или ударить Нолу, пока был еще шанс. Или все вместе.
«Она не доступна, сейчас и всегда».
Десять. Девять.
Наконец, пара попала в поле его зрения. Он надеялся, что они пришли по кровавому следу.
Семь. Шесть.
Успеют ли они вовремя?
Да! Имея в запасе всего две секунды, дураки бросились в портал. Проход закрылся.
Понимая, что они могут вернуться в любой момент, Бейн подавил все эмоции и сел на талию Нолы. Луч лунного света озарил его прекрасное личико, позволяя наблюдать за выражением его лица, когда он обхватил одной рукой трубу. Другой сжал в комок новую футболку.
Ее радужки остекленели от боли.
— Я… я знаю, что ты планируешь, и н-не хочу, чтобы ты это делал.
Даже перед лицом мучительной боли, Нола отказалась отдавать приказ. Неудивительно, что он неравнодушен к этой удивительной женщине. Она была редким и чудесным единорогом. «А я заставляю ее истекать кровью».
— Мне жаль, голубка, но ты не начнешь исцеляться, пока не вытащу трубу.
— Пожалуйста, отнеси меня в больницу. Они дадут мне наркоз и…
Одним яростным движением он вырвал трубу и прижал к открытой ране скомканную футболку. Когда она выгнула спину и закричала в ночь, птицы разлетелись. По крайней мере, материал впитывал струи артериальной крови.
Бейна сотрясала дрожь, его грудь сжималась.
— Прости, голубка, но я вынужден пойти дальше.
— Что ты имеешь… нет, — закричала Нола, когда все поняла. — Прошу, нет. Умоляю. Разве это не начнет кровавый риутал?
— Я буду осторожен.
— Бейн…
— Мне жаль, но я должен прижечь твою рану, иначе ты истечешь кровью. Умоляю, когда накроет боль, не борись с желанием потерять сознание.
Она затихла, слезы текли по ее щекам.
Ненавидя себя, Бейн сорвал с нее разорванный топ. Его желудок взбунтовался при виде ее бледной кожи с малиновыми полосами.
Это его вина. Она доверила ему свою жизнь, а он не смог ее защитить. ей следовало его возненавидеть. К моменту, как он закончит ее латать, возможно, это и случится.
«Я бы предпочел, чтобы она жила с ненавистью ко мне, чем умерла с благодарностью».
— Мне жаль, — повторил он. Не имея выбора, он наклонил голову, позволив зверю зародить огонь в его горле.
— Пожалуйста. — Нола уперлась ногами в землю и попыталась отползти от Бейна. Но из-за слабости смогла отодвинуться только на дюйм, явно испытывая боль. — Не надо…
Собравшись с духом, он наклонился и подул на рану. Потрескивающие угли вывалились из его рта, рассыпаясь по разорванным мышцам и плоти. Одна из бретелек ее лифчика обуглилась. Нола выгнулась и издала еще один мучительный крик. Способный разбивать зеркала.
Ее голос сорвался. Она застонала и осела на землю. Даже сейчас она оставалась в сознании, воплощая силу и мужество.
Он поправил рюкзаки и открыл портал на дорогу, с которой они ранее ушли, затем прижал Нолу к себе. Надвигалась гроза, воздух был влажным. Вдалеке прогремел гром, молния расколола черное небо.
Пронзительным тоном она спросила:
— Как бойцы определили наше расположение?
— Не знаю, но выясню, после того как найду новый транспорт.
Он остановил автомобиль и силой вытащил владельца. Используя навыки, которым научился у Нолы, сел за руль. Вел плохо, да, но этого достаточно, чтобы уехать от текущего местоположения.
Бейн бросил на нее взгляд и с облегчением понял, что ее раны начали исцеляться. Самое время. Небо разверзлось и обрушило на землю проливной дождь.
Он проехал приличное расстояние, болтая без умолку, чтобы отвлечь принцессу от ее боли.
— Держу пари, тебе интересно узнать об Адвевете. Все королевство состоит из шести миров. Я выиграл два из них в Великой Войне. На пяти планетах население живет под магическим куполом. Шестой — черный, как ночь, и в нем не нуждается. Каждым миром правят принцессы, подвластные Эвелин. Моя мать была заводчиком, и она выбрала отца в качестве пары. У них было трое мальчиков, включая меня, и одна девочка. Но по истечении двадцати лет он оскорбил Эвелин, и она… съела его сердце. Моя мать отказалась брать новую пару, поэтому Эвелин съела ее сердце через пару месяцев. Оба моих брата умерли на Великой Войне, а сестра умерла при родах вместе с ребенком. Прошло еще сто лет, и я отказался сражаться в третьей Великой Войне, поэтому Эвелин убила Мередит.
Мередит была его ярким лучиком света.
— Столько трагедий, — пробормотала Нола с заднего сиденья.
— Трагедия за трагедией, потеря за потерей.
«Не уверен, сколько еще я смогу выдержать».
— Неудивительно, что ты предпочитаешь воинственных женщин.
Она с трудом приняла вертикальное положение.
— Полегче, — сказал он, беспокойство затмило облегчение. — Что ты имеешь в виду?
Опустив плечи, Нола сказала печальным тоном:
— Ты признался, что не переживешь еще одну потерю. Поэтому сейчас ты выбираешь тех, кто с большей долей вероятности переживет будущие трудности.
Ее наблюдение… имело смысл. Тот факт, что она разглядела его… начала понимать…
— Посмотри на все, что ты пережила. Что еще переживешь.
Яркая вспышка молнии на мгновение осветила весь автомобиль и ее саму. Он взглянул на Нолу в зеркало заднего вида. Боль исказила каждый дюйм ее прекрасного лица, вместе с удивлением.
Удивление? «Так неуместно». Что вызвало эту эмоцию?
Когда шторм утих, он бросил машину. Человеческие стражи порядка, вероятно, уже охотятся за ним. Он отнес Нолу на ближайшую стоянку для грузовиков. В какой-то момент она заснула, и стук капель дождя создал идеальную обстановку.
Он достал футболку из рюкзака и накинул ей на лицо и грудь. Затем на деньги, вырученные Нолой от продажи драгоценностей, он купил старый фургон. Должно быть, он переплатил, потому что владелец, заметив пачку банкнот, взвизгнул.
После положил Нолу в постель, снял с нее туфли и штаны, но оставил нижнее белье на месте. Слишком взвинченный, чтобы отдыхать, Бейн обыскал фургон… дом на колесах. Маленький, но функциональный. Там был диван с цветочным принтом и большой черный экран. В крохотной кухне были плита и раковина, кухонный прилавок, складной стол и стулья. В задней части дома оказалась самая маленькая в мире ванная комната и единственная спальня.
Нола так и лежала, свернувшись калачиком, под одеялом, шелковые волосы разметались по подушке. Капли дождя собрались на ресницах. Или это… слезы? Его грудь сжалась. К счастью, ее раны полностью затянулись. Обуглившиеся участки полностью исцелились. Она полностью выздоровела. Так почему же его защита трещала по швам? Почему не мог смириться с тем, что чуть ее не потерял?
Он решил, что время для ожидания прошло. Он хотел ее, хотел всего, что Нола может дать, поэтому будет бороться за нее любым оружием из своего арсенала. Если сможет забрать ее у Вейл в процессе… даже лучше.
Бейн поплелся к дивану и вывернул карманы. Он провел кончиком пальца по фотографии юной Нолы, его грудь сжалась еще больше. Сильнее. Нола излучала радость. Радость, к которой он прикоснется… заполучит, хотя бы ненадолго.
Когда он прочел статью, которую она написала, на его лице появилась полуулыбка. Три главных совета Нолы, как превратиться из врагов с возлюбленных?
1. Сосредоточьтесь на позитивном, но не уклоняйтесь от обсуждения негативного.
2. Замените оскорбления на похвалу.
3. Заканчивайте каждый спор поцелуем.
«Спасибо за совет, маленькая голубка. Я последую каждому слову».
Бейн устал сопротивляться своим желаниям.
* * *
Нола вытянула руки над головой, выгнула спину, выпрямила ноги и моргнула. Легкая боль в плече заставила ее поморщиться… и вызвала множество воспоминаний. Авария. Бейн, играющий роль медсестры Рэтчед. Несущий ее под дождем. Ведущий машину. Стоянка фургонов.
С колотящимся сердцем она резко села и огляделась. Спальня с кроватью и двумя тумбочками. Больше ничего. Сквозь щель в занавесках на единственном окне пробивались вспышки молний. Шторм не утихал, воздух наполнил электричество.
— Бейн? — Дверь в спальню оказалась открыта, позволив ей осмотреть остальной дом на колесах. В нем было немного пространства, но все чистое. И ни следа ее воина.
Затем Нола оглядела себя. На ней оказался черный лифчик с порванной бретелькой, подходящие трусики и засохшая кровь. Ее раны затянулись, даже корочки исчезли, благодаря помощи Бейна и сверхъестественной скорости регенерации.
Наслаждался ли он болью будущей королевы? Конечно, он без колебаний вытащил металл и плюнул огнем на рану. Но…
«Мне так жаль, голубка». Его голос наполнило страдание. Нет, он не наслаждался ее болью. Эта мысль поразила ее в самое сердце. Но… если всего частичка его огня причинила такую пытку… насколько мучительней кровавый ритуал?
Пошатываясь, Нола встала с кровати. Ее колени задрожали, но не подогнулись. Она порылась в сумке, нашла энергетический батончик и съела. Топливо приравнивалось к энергии. Она проверила телефон, надеясь увидеть сообщение от Вейл или Зиона. И от Бейна, хотя его она еще не научила пользоваться техническими достижениями.
Фу. Ни одного письма.
Нола собрала туалетные принадлежности и чистую одежду, приняла душ, почистила зубы и надела топ с шортами. По-прежнему ни следа Бейна. Он гонялся за Ронаном и Петрой?
«Убей их обоих, но прибереги их сердца для меня».
Всплыло еще одно воспоминание, и Нола втянула воздух. Она действительно сказала такое Бейну, планирую… надеясь… съесть их органы?
Пошатнувшись, она плюхнулась на край кровати. Королевы Адвеветийцев часто ели сердца других людей?
«Королева сердец, йоу».
Ну, Ноле придется подключить свою железную волю, чтобы никогда не поддаться этому желанию. Потому что гадость. «Если я задумываю что-то, я этого добиваюсь».
Петли скрипнули, когда дверь передвижного распахнулась.
Предвкушение заставило ее вскочить на ноги, сердце бешено колотилось в груди.
Бейн шагнул внутрь, и внутри фургона резко стало тесно, казалось, стены сомкнулись. Он заметил ее и остановился.
Пряди мокрых волос прилипли к его лбу и щекам. На нем были футболка и кожаные брюки, которые намокли насквозь и прилипли к его мужественному телу. Запах дождя смешался с его естественным ароматом мускуса и экзотических специй. «Никогда не насытится». Кожаный ремень пересекал его грудь, за спиной находился меч, а его рукоятка виднелась за плечом.
За его спиной сверкнула молния, подарив ему ареол на время. В животе у нее затрепетало. Его движения… текучие, словно вода, грациозные, словно у кошки из джунглей, каждый дюйм его тела излучал голод ночного хищника. Его глаза горели желанием. И решимостью.
Нола вздрогнула и обхватила себя за талию.
Грубоватым тоном он спросил:
— С тобой все хорошо?
— Спасибо, да. — Она переминалась с одной ноги на другую. — А ты как? Где был?
Отвратительно! Словно плаксивая, придирчивая подружка.
Подождите. Она вспомнила свою собственную статью. Исследование, которое провела. Когда у вас отношения, совершенно нормально желать знать, где был твой бойфренд, и в этом нет ничего плаксивого и придирчивого.
— Я проверил нашу оборону. — Он медленно скользнул по ней своим страстно-сексуальным взглядом. — Ты волновалась обо мне?
Она заметила восторг на его лице?
Возбуждение заструилось по ее венам, заставляя остальной мир исчезнуть. Волна новых мурашек пробежала по ее спине. Как она могла хотеть его настолько сильно? Как она могла хотеть кого-то настолько сильно?
Когда Бейн сделал шаг вперед, дверь за ним захлопнулась, заперев их внутри фургона. Одних. Он сделал еще один шаг, сжал и разжал кулаки, говоря:
— Мне нравится твой разум… когда он решает подчиниться каждой моей команде.
На этот раз тон был хриплым и дразнящим. По крайней мере, ей так показалось. Но по большей части в нем чувствовался голод.
Прогремел гром, сотрясаю их фургон. ее пульс учащенно забился.
— Спасибо, кажется.
— Мне всегда нравилось твоей тело, — продолжил Бейн. Он сделал еще шаг ближе, снял и отбросил футболку, обнажив великолепные мускулы. — Но мне не нравится, что на тебе так много одежды. — Еще шаг. — Мне не нравится, что ты так далеко. — Еще шаг. — Не нравится, что твои ноги не обхватывают меня. — Последний шаг.
Каждое новое слово было грубее предыдущего. Признак его растущего возбуждения?
Наконец, он встал прямо перед ней, воплощая мужскую красоту. Когда Бейн протянул руку, ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Что он планировал сделать? Чего она хотела?
«Легко… я хочу всего».
Костяшки его пальцев коснулись ее пупка, и ее живот затрепетал. Когда он начал играть с ее молнией, у Нолы перехватило дыхание.
— Теперь, — сказал он. — Скажи мне, что тебе не нравится во мне. И быстрее. Как только ты закончишь, мы сможем закончить наш спор должным образом… поцелуем.
Возбуждение охватило Нолу, шокировав ее ранее не востребованные гормоны. Ее дыхание участилось и стало поверхностным, отчего начался небольшой приступ головокружения. Что бы ни вызвало эту перемену в Бейне…
«Мне нравится!»
Пока ее разум не понимал, что происходит, тело говорила: «Я знаю. Он безумно меня хочет! Почти также сильно, как я его». Страсть, примитивная и дикая, затуманила его взгляд. Его жар и аромат действовали как розжиг. Мурашки побежали по конечностям, делая кожу чувствительной.
Одно интимное прикосновение, и она взлетит как ракета.
— Мне не нравится… мне… — Чтобы сказать ему, что именно ей не нравится, нужно мыслить терзво. «Он разрушил мой мозг».
Новые вспышки молний осветили фургон мягким янтарным сиянием. Рана на его плече была перевязана, а металл обхватывал бицепсы. Капли воды стекали по его прессу, похожему на стиральную доску. Золотистая дорожка указывала путь вниз, где его возбужденный член натягивал ткань. «Как дорожная карта к совершенству».
Он выглядел как ожившая картина.
— Нечего сказать? — спросил он, и одна из его грудных мышц дернулась. — Считаешь меня идеальным, какой я есть?
— Нет, конечно нет. — Так флиртовали на Адвевете? — У тебя множество недостатков. Бесчисленно!
— Ошибаешься. У меня только один недостаток — отсутствие недостатков.
Нола на мгновение растерялась, но тут же расхохоталась.
Он напрягся и пристально посмотрел в ее глаза, словно желая прочитать в них все ее тайны. От него исходила агрессия.
Ее веселье угасло.
Не отрывая взгляда, он медленно наклонился, пока его губы не нависли в миллиметре от ее рта.
— Позволь сказать, что еще мне не нравится.
— Лааадно.
— Мне не нравится, что ты не лежишь на кровати с раздвинутыми ногам, пока я погружаюсь в тебя дюйм за дюймом.
Жар. Еще больше дрожи. Самая удивительная боль. Она испытала все это и даже больше.
Секс с Бейном, мужчиной, которой она желала сильнее воды. Были сложности, и будут последствия. Прямо сейчас ее это не волновало — потребность слишком велика.
— Да, — прошептала она. Нола всю жизнь ждала этого момента, этого мужчину, и ничто не помешает ему насладиться этим.
— Тогда спор окончен, — рявкнул он, в его глазах плескалось желание. — Теперь мы целуемся и миримся.
Положив одну руку ей на затылок, а вторую на талию, Бейн рывком подтянул ее к своему твердому телу и прижался губами к ее губам.
Спор? Ее мысли спутались, и она растаяла в его объятиях, нетерпеливо открывая рот и встречая его язык посасыванием. На вкус он был словно дождь и возбуждение, и Нола не могла насытится — ее накрыло ужасное, чудесное безумие.
Его дразнящий стон разжег огонь глубоко в ее животе, и жар стал быстро распространяться. Сколько ночей она пролежала в постели, окутанная тьмой, мечтая о прикосновении мужчины?
Бейн утолили ее голод… и сделал хуже.
Потянув ее за волосы, он стал целовать глубже. Сильнее, быстрее. Каждое нереализованное желание нахлынуло на нее, требуя удовлетворения здесь и сейчас. Ее сердце бешено колотилось в груди, а соски набухли. Между ног запульсировало.
Он приподнял голову и прижался лбом к ее лбу. Задыхаясь, Бейн сказал:
— Хочу видеть тебя.
Огонь в его глазах… она пьянела только от одного такого взгляда. Сладким голосом она ответила:
— А я хочу показать себя.
Не нуждаясь больше в одобрении, он снял ее топ через голову и отбросил в сторону. Его зрачки расширились, когда волосы легли на место. Затем он обратил внимание на лифчик, проделав с ним то же самое, что и с топом. Снял. Бросил.
Прохладный воздух коснулся ее разгоряченной плоти, вызвав толпу мурашек. Когда ее соски напряглись, Бейн процедил проклятье сквозь зубы.
Огонь усилился. Женская сила пьянила и струилась в ней. Нола расправила плечи, чтобы приподнять груди.
Он издал еще один рык.
— Идеальные маленький красавицы.
Благоговейно он обхватил их и сжал, проводя большими пальцами по вершинкам.
— Бейн!
Когда он вновь ее поцеловал, их обоих охватило безумие. Возможно, потому что ее обнаженная грудь прижималась к его груди, разгоряченная кожа терлась о разгоряченную кожу. С каждым вдохом ее соски поднимались, затем опускались, и вновь поднимались, вызывая потрясающие ощущения. Экстаз и агония захлестнули ее, и она не смогла сформировать законченную мысль, только фрагменты.
«Хочу. Нуждаюсь. В большем. Пожалуйста. Да, да, да».
— Бейн!
Он оторвался от ее губ, чем вызвал протестующий стон. Бейн тяжело дышал, страдание остужало огонь в его глазах.
— Не должно быть так хорошо. Ни с кем. Никогда.
Думает о том, чтобы все прекратить? «Давайте посмотрим, смогу ли я его переубедить». Она приподнялась на цыпочки, вцепилась в его волосы и оскалилась.
— Мне нужно кончить, — сказала Нола ему мягко. — Заставь меня кончить. Это не требование, а отчаянная просьба.
— Да. Сделаю.
С рычанием он развернул ее и оборвал пуговицу на ее шортах, затем расстегнул молнию. Бейн засунул руку в ее трусики.
Она выгнула спину и протянула руку вверх и назад, чтобы провести ногтями по его шелковистым волосам. Раз, другой, его стержень прижался к ее попке, пока средний палец скользил по влажным складкам. Дразнил клитор. Сжимал грудь. Дразнил, сжимал.
Его руки представляли собой клеймо, которое опаляло тело и душу. По мере того как наслаждение захлестывало Нолу все сильнее, его теплое дыхание овевало шею. Она чувствовала этого невероятного мужчину каждой клеточкой, до мозга костей.
Бейн прикусил мочку ее уха, ущипнул сосок и прошептал.
— Ты отвечаешь мне, как никто другой, как будто проводник моего удовольствия. Я даю, а ты берешь, затем сразу возвращая мне. И даешь еще больше.
Красивые слова. Пьянящие. Большой, злой зверь становился податливым в руках девственницы, и это знание изменило жизнь. Но…
— Меньше разговоров, больше прикосновений.
Оборвав беседу, она обхватила его запястье и приподняла бедра, пытаясь засунуть его средний палец внутрь.
Его порочный смешок достиг ее ушей, посылая дрожь по всему телу.
— Моя голубка желает наполненности? — спросил он, кружа вокруг клитора с возрастающим давлением.
— Да! — Кружа, но не соприкасаясь полностью. Нола захныкала. Когда повернула голову, чтобы укусить его за подбородок, он наклонился и снова ее поцеловал. Каждое движение его языка требовало полной капитуляции… которую она дала.
Наконец, Бейн прижал палец к сосредоточию ее нужды.
— Бейн! — Восторг. Блаженство.
Удовлетворение.
Нола закричала, сгорая внутри и снаружи, звезды замерцали у нее перед глазами.
— Хорошо. Так хорошо. Пусть никогда не заканчивается…
Наслаждение обрушилось на нее, вызывая эйфорию. Разум отправился в отпуск, а тело витало в облаках.
— Это только начало, — прохрипел он. Когда ее внутренние стенки сжались, Бейн погрузил в ее лоно толстый палец, обостряя оргазм.
Она вновь вскрикнула.
— Ты настолько горячая, что можешь обжечь, и тугая, что сведешь меня с ума окончательно. — Он ввел еще один палец, чтобы растянуть ее, двигая им внутрь и наружу. — Мне понравится тебя трахать.
Его грубые слова возбуждали ее, вызывали потребность в нем, в этом, возвращая желание жить. Нола всхлипнула.
— Какое-то недомогание, голубка? — Его голос звучал спокойно.
— Нет. Но я умру, если ты остановишься.
— Это хорошо, потому что я скорее умру, чем остановлюсь. — Он вытащил свои пальцы, а затем повернул ее лицом к себе.
Захватывающий дух мужчина. Капельки пота стекли по его вискам, морщинки напряжения появились вокруг глаз. Она скользнула руками вверх по выступающим мышцам его груди, наблюдая, как его ноздри раздуваются. Дыхание Бейна было поверхностным и прерывистым, как будто ему приходилось проталкивать воздух через препятствия. Его радужки были цвета расплавленного золота, внутри которых потрескивал огонь.
— Я… — Он сорвал с нее шорты и трусики, затем снял и отбросил аксессуары, обернутые вокруг бицепсов. Он обнял ее за талию. — Заставлю твое тело зависеть от моего.
— Считай, что миссия выполнена.
— Да, но давай еще раз убедимся.
Он бросил ее на кровать. Пока она подпрыгивала вверх и вниз, он скинул ботинки, расстегнул брюки и сбросил одежду на пол. Лязгнул металл. Неизвестно сколько он спрятал оружия.
Его освобожденный член покачивался, на кончике выступила влага. Бейн сжал основание и погладил раз, другой — ритмичные движения гипнотизировали ее.
Когда Нола замурлыкала, он схватил ее за лодыжки и дернул, пододвигая к краю кровати. В течение долгого молчаливого мгновения он вглядывался в самую суть ее желания. Затем облизнул губы.
— То, что я хочу сделать с тобой. То, что я хочу, чтобы ты сделала со мной. И мы это сделаем. Все. Даже то, что запрещено в Адвевете.
— Да, — прохрипела она. — Я хочу всего. Нет ничего запретного.
Он изумленно моргнул, прежде чем на его лице появилось выражение изумления. Его груди раздулась от гордости… из-за нее!
— Ты уничтожаешь меня, голубка.
«Думаю, в какой-то роде… да».
Бейн упал на колени и с шипением втянул в себя воздух.
— Сладкая. Прелестная.
Хищный блеск в его глазах… обещал порочные наслаждения.
Внезапно Нола почувствовала себя маленькой Красной Шапочкой с большим, злым волком между ног.
* * *
Дрожащими руками Бейн раздвинул колени Нолы шире. Еще шире, открывая новый центр его вселенной.
В нем вспыхнуло чувство вины. Если он сделает это, если возьмет Нолу, Мередит перестанет быть последней женщиной, с которой он спал. И все же…
«Я не могу уйти».
Ее соблазнительный аромат жимолости и жасмина развеял последние сомнения. Боль в плече… какая боль? Его влечение к Нола затмило все остальные чувства. Он хотел эту женщину сильнее, чем кого-либо когда — либо. Даже зверь хотел ее. По крайней мере, в сексуальном плане. Бейн подозревал, что она… обольстила врага.
Он никогда не чувствовал такой связи с Дрого, как будто они одно существо, а не два, создав идеальный баланс. Такого развития событий он не понимал, но не стал подвергать сомнению. Не сейчас. Удовольствие манило его. Давление нарастало.
Тело, которым она обладала… гибкое и мягкое. Опьяняющее. «Созданное для этого. Созданное для меня». Ее уязвимость заставила его член пульсировать сильнее. Все в ней заставляло его член пульсировать сильнее.
Вырисовывая круги на внутренней стороне ее бедра, он прохрипел:
— Жаждешь меня, голубка? Тебе нужен еще один поцелуй?
— Да! — Веки были плотно закрыты, губы приоткрыты, жар страсти распространялся по ее коже. — Поцелуй меня, войди в меня. Сделай это одновременно. Сделай что-нибудь. Пожалуйста!
И снова она заставила его удивиться.
— Потребность моей принцессы так велика, что она едва может сдерживаться.
«Я люблю свою жизнь».
Бейн наклонился, но не поцеловал ее. Когда она задрожала, сжимая в руке простыни и извиваясь на матрасе, он уткнулся своим небритым подбородком в то же место, где ранее пальцем вырисовывал круги.
Он зашипел. Нола застонала.
«Возьму то, что принадлежит мне! — Бейн опустил голову, лизнул ее влагу и чуть не взревел от осознания своей правоты. Чистое, сладкое, как мед, совершенство. — Восхитительно королевский вкус».
Бейн принялся с удвоенной силой лизать. Сосать. Прикусывать. Она вскрикнула и дернула бедрами, сводя его с ума. Никогда он не сможет насытиться этой женщиной.
Между дикими движениями своего языка он сказал ей:
— Никогда не отказывай мне. Я хочу этого каждый лень.
Нола что-то бессвязно пробурчала, что стало музыкой для его ушей. Он всосал ее клитор и погрузил палец в горячее, влажное лоно.
— Да! — выкрикнула она, вцепившись в его волосы, чтобы удержать его на месте. — Бейн! Это твое, навсегда твое.
В награду он погрузил в нее еще один палец. Бейн работал ими словно ножницами, раздвигая снова и снова, чтобы растянуть и подготовить ее.
Когда Нола кончила, выкрикивая его имя, он провел языком по клитору еще раз, второй, вызывая новые стоны.
Отчаянно нуждаясь в собственном освобождении, она начала выкладывать дорожку из поцелуев вверх, обведя языком ее пупок, чтобы подняться еще выше. Затем один за другим всосал ее соски.
Нола царапнула его спину ногтями. Для него такое была впервые — ни одна прежняя любовница не лежала под ним. Тот факт, что он будет сверху прижимать ее к кровати… «лучше, чем я мог когда-либо мечтать».
— Ты готова для меня, голубка?
— Еще как!
Он просунул руку между их телами и приставил кончик члена к ее входу. Бейн никогда не хотел никого столь отчаянно. «Контроль улетучивается…»
— Я хочу взять тебя так.
Между двумя тяжелыми вздохами, она сказала:
— Так? — Нола прикусила нижнюю губу. — Без презерватива? А как же предохранение от беременности? Болезни?
— Я ничем не болею, клянусь. — Он едва смог выдавить эти слова, его нужда была слишком велика. — Я не могу сделать тебе ребенка.
— Никогда? Неважно. Расскажешь потом. Ты мне нужен внутри. Вот так. — Она притянула его лицо к своему и поцеловала. Зубы лязгнули, языки переплелись. — Быстрее! Прошу.
Да. Охваченный мучительным предвкушением, она начал погружаться в нее. Сначала она приняла его, скользкая и горячая. Но чем сильнее входил, тем большее сопротивление встречал. «Слишком тугая».
Он начал вращать бедрами. Снова и снова. И с каждым кругом погружаясь в нее. С него градом тек пот. Неистовая потребность требовала погружаться быстро, уверенно и до конца. Мышцы напряглись от сопротивления. Кислород обжигал горло при каждом вдохе.
Бейн не отрывал взгляда от ее лица, следя за реакцией. Когда он наткнулся на доказательство ее девственности, Нола вздрогнула, и он заставил себя успокоиться, что оказалось самой трудной вещью, какую он делал за всю жизнь.
— Больно? — прохрипел он.
— Да, но это неважно. — Она настойчиво выдохнула эти слова ему в губы. — Я так долго тебя ждала… не заставляй меня ждать еще.
Ждала… его. Его одного.
Желание погрузиться в нее захлестнуло его. «Не причиняй вреда этой драгоценной женщине». Бейн подался назад, готовясь к толчку. Он замер, дразня ее клитор пальцами.
Стоны вырывались из нее непрекращающимся потоком.
«Она готова для меня».
Тяжело дыша, Бейн подался вперед, погружая свой член глубоко в ее лоно.
Нола закричала, кончая и сжимая его член, почти подталкивая его к экстазу. Его разум на мгновение затуманился, охваченный близостью удовольствия. «Не кончай. — Когда он кончит, все закончится. — Борись!»
И снова он подумал: «Никогда не будет достаточно».
Давая ей время привыкнуть к его вторжению, он вдохнул и выдохнул.
— Прости, что сделал больно. Скажи, когда придешь в себя.
— Это было потрясающе. — Она пошевелила бедрами, прежде чем кивнуть. — Я почти готова к большему.
— Скажи мне, когда будешь готова. Тогда и только тогда я начну двигаться.
«Или умру». Что-то случится раньше.
Обхватив его ногами… еще один новый опыт… она вновь пошевелила бедрами, на этот раз более уверенно. И громко застонала. Настойчиво. Нола положила руки на его грудь… горячие, словно пламя. Бейн тихо зарычал.
— Да. Двигайся. Двигайся! — взмолилась она.
Он так и сделал. Начал стремительно двигаться, сильнее чем намеревался, выходя и резко входя. Кровать тряслась, изголовье ударялось о стену. И ей, похоже, это нравилось. Стоны Нолы становились все громче и громче, она извивалась все сильнее. Затем прильнула к нему и обняла руками. Бейн ускорил темп, яростно выходя и толкаясь обратно. Весь фургон затрясся.
Она металась на кровати и царапала его кожу ногтями, становясь все более влажной и горячей. В этот момент Нола была всем, чего он когда-либо хотел, всем, в чем когда-либо нуждался. Его раздирало множество чувств. Давление, так много давления. Напряжение. Стремление обладать и подчиниться.
Его кольцо связи завибрировало.
Бейн грязно выругался. «Эвелин звонит прямо сейчас?» Сучка должно быть почувствовала его наслаждение и решила все разрушить. К черту ее! У него был строгий приказ отвечать на ее вызов, если только не вовлечен в битву. Ему нужно остановиться и разобраться с ней.
«Давай, давай же. Остановись!»
У него хватило сил уйти от Мередит, и должно хватить сил оторваться от Нолы.
Он боролся всеми фибрами своего существа. На лбу выступила вена. Мышцы напряглись. Но… Нола выдохнула его имя и обхватила бедра, и Бейн толкнулся сильнее. Желание кончить, заставить ее кончить охватила его. Сопротивление? Исключено.
Чувство вины появилось и умерло в одно мгновение, убитое раскованностью Нолы. «Больше». Толчки внутрь, наружу. Погружение в нее. И отстранение. Внутрь и наружу.
Когда он ощутил, как его яички напряглись, то прижал большой палец к ее клитору. Словно магическая кнопка. Она кончила во второй раз, самозабвенно крича, ее внутренние стенки сжали его член.
Слишком много, слишком много. Бейн запрокинул голову назад и издал дикий рев. Зверь внутри присоединился.
«Это и есть эйфория». Такова была его последняя связная мысль, прежде чем дрожь сотрясла его, и он увидел звезды. Восхитительно…
Когда звезды померкли, он рухнул на Нолу. Тяжело дыша и с бешено колотящимся сердцем.
Когда она удовлетворенно вздохнула, странное ощущение сбило Бейна с толку. Он ощутил… гармонию.
Нола поразила его разум. Она не позволила ему одержать верх… она настояла на этом. Одно не доминировало над другим. Они действовали сообща, и ему это понравилось. «Еще одно воспоминание врезалось в мой мозг». То, какое он будет всегда беречь.
Как он мог отказаться от этой женщины?
Он не откажется.
«Не могу ее потерять. И не потеряю». Не из-за обстоятельств и уж точно не из-за смерти.
Бенй планировал покончить с собой после поражения Эвелин, но эта идея потеряла свою привлекательность. Оставить Нолу без защиты? Нет! Никогда больше не испытать этого блаженства? Черт, нет.
Он мог остаться на Земле… и подчиниться ее воле, если она когда-нибудь решит ее навязать. Если она изменится, став похожей на любую другую королеву, как он когда-то боялся? Поедающей сердца… наверно, это случайность, решил он.
«Кроме того, она стоит риска».
Вместе с этой мыслью пришло осознание, а затем его накрыла паника. «Думаю, я влюбляюсь в нее».
Снаружи продолжала бушевать буря. Нола пыталась вновь начать дышать нормально, когда Бейн удивленно на нее посмотрел и перекатился на бок. Какие мысли промелькнули в его голове? Что он сделает дальше? Встанет и уйдет, не сказав ни слова, или притянет ее в свои объятия?
Она ждала, ошеломленная произошедшем, ожидая варианта А, но надеялась на Б. Ее первый опыт оказался лучше, чем Нола предполагала. Восхитительно. Одна лавина удовольствия следовала за другой. Единение тел и душ, безумно горячее и… идеальное. Но она никогда не чувствовала себя более уязвимой.
Ожидание…
У нее была тысяча вопросов. А именно, был ли секс таким потрясающим каждый раз, с каждой женщиной, с которой он когда-либо был? Как скоро они смогут повторить? В следующий раз ей хотелось целовать, гладить и сосать его. Чувствовал ли Бейн, что его защита рухнула, и он тоже открылся? Должен был. Ошеломление на его лице стало исчезать.
Ожидание затягивалось…
Бейн не притянул ее к себе, но и не встал. Прерывисто дыша, он глухим голосом сказал:
— Мне нужно связаться с Эвелин. Она пыталась достучаться до меня, пока мы были заняты.
Она попыталась изобразить легкую улыбку, чтобы скрыть разочарование.
— Делай, что должен, — сказала Нола и поняла, что от криков сорвала голос. Она могла бы работать на линии секса по телефону и зарабатывать тысячи!
Он изменился у нее на глазах, вытянувшись, словно на него навалилась огромная тяжесть. Затем прикрыл глаза рукой, чтобы отгородиться от остального мира… от Нолы. На его лице вновь появились вина и сожаление.
Отлично! Только солнце начало освещать ее жизнь, прогоняя тьму, Бейн вызвал затмение.
Тепло покинуло ее тело, оставив после себя холод, от которого застучали зубы. Одновременно она ощутила себя ошпаренной. Только минуту назад она блистала. Была женщиной, которой поклонялся ее мужчина.
Теперь же она попала в ловушку замешательств и противоречий. Могущественная, но беспомощная. Уверенная, но растерянная. Способная на все и ничего, ее сердце было одновременно наполнено и пусто. С надеждой смотрела в будущее, но в ужасе от того, что могло произойти.
Все чувствовали себя после секса, как на американских горках эмоций, или только инопланетяне?
Почему они с Бейном не могли быть парой из любовного романа, ее магическая вагина не могла вылечить все его раны и решить проблемы?
Добилась ли она с ним какого-то прогресса? Его сердце исцелилось хотя бы на минуту?
Дрожь становилась все заметнее, и Нола накрыла одеялом свои ноги… торс… грудь. Создав что-то вроде доспехов. Защиты от собственной уязвимости.
Пока она рылась в своем мозгу в поисках темы для разговора или возможного плана действий, Бейн пошевелился и поморщился — на его повязке выступили пятнышки крови.
— Твоя рана, — сказала она. — Она снова открылась.
— С каждой минутой я все больше это ощущаю. — Он сжал кулаки и опустил руку. Что бы ни было у него на уме, видно, что Бейн принял монументальное решение, судя по решительному выражению лица. — Нола… голубка… нам надо поговорить.
Ее надежды рухнули.
— Слушай, если ты боишься, что я стану навязчивой, прекрати. Я больше не девственница. Держу пари, могу быть с кем-то еще.
«Я не хочу быть с кем-то еще».
— Нет! — Отрицание вырвалось у него. Он схватил ее за руку и усадил на себя, прямо на живот. Не теряя ни секунды. Бейн поменял их местами, нависнув сверху. Затем мягко, но твердо заявил:
— Ты будешь моей и ничьей больше. Я убью любого, кто к тебе прикоснется, затем убью их семьи и сотру имена из истории!
Он не дал ей возможность ответить. Поднялся и пошлепал в ванную. Дверь осталась открытой, звуки льющейся воды донеслись до спальни.
Оставшись одна, Нола обняла подушку и улыбнулась, его ревность подействовала как успокаивающий бальзам. Он мог бросить ее, мог даже произнести речь в духе «дело не в тебе, дело во мне», но невольно раскрыл свои карты. Бейн был сбит с толку так же, как и Нола, также безудержно увлечен, возможно, даже влюблен в будущую королеву.
Будущая королева. Королева Нола. Королева Нола Ли. Когда-то титул казался ей неправильным. Ведь она никогда не чувствовала, что у нее есть настоящая цель или большая страсть.
Ей следовало понимать, что «чувство» это еще не все. Чувства менялись. Они часто были ненадежны, а иногда и лгали. У каждого есть цель существования. Причина, для чего он рожден… причина более великая, чем они сами.
Нола рождена, чтобы править зверями с добротой, пониманием и любовью.
Инстинкт кричал: «Да!»
До сих пор ей никак не удавалось помочь своему народу. Она даже не думала о них. Не боролась за привилегию править, втайне боясь, что потерпит неудачу. Но надо попытаться. Столько раз, сколько необходимо. Благодаря своим неудачам она приобретет силу, необходимую для успеха.
Всего через секунду ее ажиотаж лопнул, как воздушный шарик. Она не сможет править, пока Бейн не проведет кровавый ритуал. Следует ли ей настоять на своем или подождать, пока он решит, что момент подходящий?
Бейн выключил воду и вернулся к кровати, остановившись рядом с ней. В темноте ей было трудно разглядеть мельчайшие черты его лица, но она почувствовала… что-то. Ужас? Нет, не может быть.
Вспышка молнии на мгновение осветила его и затравленные глаза, остекленевшие от… да, ужаса. Но чего он боялся?
— Можно мне? — спросил он, поднимая мокрую тряпку.
Он хотел забрать депозит, который сделал в Банк Нолы. Чрезвычайно интимный акт. Она облизнула губы и сказала:
— Да… наверно?
Бейн откинула покрывало и сел рядом с ней, нежно протирая тканью у нее между ног. Мягким тоном он спросил:
— Я сделал тебе больно?
Нола покраснела.
— Во время секса? Только на мгновение. Потом? Еще немного. Я знаю, что ты хочешь поговорить о том, чтобы покончить с нами до того, как появится шанс начать.
Он закрыл глаза, словно молясь о придании сил. Когда его веки вновь распахнулись, Бейн отбросил тряпку и обнял ее за талию, притягивая к себе. Жар его тела окутал ее, и она почти… почти!.. растаяла. «Так хорошо».
Что, если она привыкнет спать с ним, а он решит довести дело до конца?
— Пять минут назад, — начала Нола, безрезультативно толкая его в грудь, — ты был готов дать мне вонючий пинок. Теперь же обнимаешь. Что происходит?
— Мы сняли напряжение. Мы не должны снова нуждаться друг в друге.
Он опустил подбородок на ее макушку и зажал ее ноги между своими, позволяя ее попке прижаться к его длине.
— Почему ты отталкиваешь меня, Бейн?
— Я должен ради своего душевного равновесия.
— Тогда отпусти меня и уходи.
Последовала напряженная пауза. Удивительно нежным движением он убрал волосы с ее лба.
— Я достаточно силен, чтобы противостоять целой армии, но слишком слаб, чтобы сопротивляться желанию тебя обнять.
Это гортанное признание повергло в хаос ее эмоции, отправив ее в очередную поездку на американские горки. Что, если он доведет дело до конца и откажется снова с ней переспать?
«Хочу схватить его и никогда не отпускать, хочу сбежать как можно скорее. Я уже влюбилась в него. Никогда не влюблюсь в него, мое сердце охраняют адские псы».
— Расскажи мне о своем плане победить Эвелин, — попросила она, чтобы скрыть свое огорчение.
Бейн скользнул рукой от ее бедра к горлу и легко его обхватил. Не в угрожающей манере, а в сексуальной, как доминирующий самец.
— Я планирую провести следующие две недели выигрывая оружие, которое поможет нам сразиться с Эвелин.
— Например?
— У Зиона есть волшебная палочка, а у Нокса исцеляющий меч, но кое-кто настаивает оставить их двоих в живых, — пробурчал он.
— Она умная. — Нола потерлась попкой об его член и пробормотала: — Кроме того, у нас уже есть волшебная палочка/исцеляющий меч.
Он наклонился, чтобы прикусить мочку ее уха.
— Моя голубка только что пошутила насчет пениса?
— На самом деле, я просто констатировала факт, — ответила она с дрожью.
Его хрипловатый снежок пощекотал ее макушку.
Бейн… смеялся… Нола повернула голову лицом к нему, но улыбка уже погасла. Черт!
Продолжая разговор с места, на котором остановился, он сказал:
— После этого мы убедим Вейл, Зиона и Нокса выйти из войны. Затем, по истечении двух недель, я приму участие в собрании бойцов и выиграю Великую Войну. Затем Высший совет пошлет армии Наблюдателей, чтобы свергнуть лидеров вашего мира. Вот тогда я проведу твой кровавый ритуал. В ожидании прибытия Эвелин я буду тренировать тебя. С твоей помощью она умрет. А ты будешь править Землей.
Он погладил ее по волосам и погрузился в молчание.
Нола подозревала, что он глубоко задумался, и несколько минут прошли в тишине и покое. Усталость навалилась на нее, и она закрыла тяжелые веки, собираясь задремать…
— Расскажи мне, что происходит, когда ты обращаешься в туман, — сказал Бейн, и она чуть не выпрыгнула из своей кожи.
Слишком уставшая, чтобы обдумать риски и выгоду от обмена информацией, Нола объяснила, что пережила заново. Насколько это было реально, а насколько она не чувствовала себя по-настоящему там, сидящей с маленькой версией себя. Как родители беспокоились о том, чтобы спрятаться от женщины-монстра. Как воин Адвевета появился на дороге, спровоцировав ужасную аварию, прежде чем убить ее мать.
— Твое обращение в туман… интересно возвращаешься ли ты назад на самом деле, — сказал Бейн, чуть ли не вибрируя от волнения. — Можешь ли изменить прошлое.
— Ты имеешь в виду путешествие во времени? — Ни в коем случае. Невозможно. За исключением того, что нет ничего невозможного, не так ли? Она была гибридом инопланетян, которая лежала в постели с чистокровным инопланетянином, способным дышать огнем и превращаться в смертоносное чудовище. Вдруг она могла вернуться и спасти своих родителей?
— Я же говорил, что каждая королева обладает уникальной способностью, — сказал он, его волнение стало еще более заметным. — Это могло стать твоей. Способностью против Эвелин!
Почему он хотел, чтобы Нола вернулась в прошлое…
Ответ пришел сам собой, заставив ее задыхаться. Его жена, Мередит. Он хотел, чтобы Нола спасла другую женщину.
«Это не она другая женщина. А я».
Нола подавила крик отчаяния, сжимаясь внутри. В один миг Бейн не мог насытиться ею, а в следующий надеялся отправить ее в прошлое, чтобы спасти женщину, которую по-настоящему любил.
«Почему я такая одноразовая?»
Бейн резко выпрямился, увлекая ее за собой, затем обхватил ее щеки руками.
— Ты можешь попытаться вернуться к месту крушения целенаправленно. Можешь? Мы должны знать, что именно ты умеешь. — Надежда засияла в его глазах ярче солнца.
На ее глаза снова навернулись слезы. «Не плачь. Не смей. Вместо этого кивни. Хорошо, вот так хорошо».
Он улыбнулся ей с выражением, которое она мечтала увидеть, и это было так великолепно, как она и подозревала. Проявление неразбавленного счастья… с ямочками на щеках.
— Спасибо, Нола. — Бейн притянул ее к себе и поцеловал в губы.
Бестро чмокнул, без языка, и она почувствовала себя так, словно ее подвергли вивисекции. Он понимает, какую ужасную боль причиняет ей прямо сейчас? Будет ли ему все равно, если поймет?
Не в силах больше смотреть на него, Нола закрыла глаза, сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Хотя это причиняло боль, она заставила себя вернуться к тому несчастному случаю. Движение по дороге… приглушенный разговор их родителей…
Когда кровать подпрыгнула, она ахнула и открыла глаза. Не кровать, а машина. Она переместилась сюда специально!
В видении, или чем это все было, она сидела рядом с малышкой Нолой. Девочка шевелила ручками и ножками. Никакого следа Бейна, даже запаха нет. Столь необходимая передышка. Она использует время, проведенное в прошлом, чтобы обрести контроль над своими эмоциями в настоящем.
Действительно ли она путешествует сквозь время? Вдруг она могла только видеть прошлое, а не изменять?
Эвелин убивала прикосновением, а Нола могла… помнить. Как специфично.
Она протянула руку и скользнула пальцами по ребенку. Как у нее получилось обрести плоть?
Мужчина снова появился на дороге. Нола напряглась. Машина перевернулась несколько раз и замерла вверх тормашками. Он подошел, присел на корточки и, как раньше, завел разговор с невидимой женщиной. Когда он вытащил охваченную страхом мать из машины, Нола не запаниковала. Не в этот раз. Она выползла из-под обломков, проскользнула сквозь изуродованную дверь, как призрак… как раз вовремя, чтобы увидеть, как воин вложил кинжалы в ножны, поднял металлическую трубу и проткнул ею горло матери.
В один миг ее мать затихла, ее тело обмякло.
Хрипя от ужаса, Нола зажала рот рукой. Ее колени задрожали, угрожая подогнуться.
Сердце билось через раз.
Но глаза снова навернулись слезы, моментально затуманив зрение. Ее грудь была словно открытая рана. Желудок скрутило. Жестокость поступков этого мужчины… свирепость… У него не было ни сострадания, ни пощады, ни тревоги. Он оборвал жизнь безжалостно, не задумываясь.
И он не закончил.
Схватил ее мать за волосы и потащил к машине.
Слезы Нолы потекли ручьем, обжигая щеки. «Ему не сойдет это с рук».
Он поднял руку, показывая множество колец. От одного из них исходил треугольник света, в центре которого появилось изображение красавицы со светлыми волосами.
— Дело сделано, моя королева, — сказал он скучающим тоном.
Мышцы Нолы окаменели. Королева?
Женщина самодовольно ухмыльнулась.
— Ты будешь щедро вознагражден, Мика. Обещаю.
Мика. Наконец у Нолы есть имя. «Он заплатит».
Низким, интимным голосом он сказал:
— Ты вернешь меня в свою постель, милая Эвелин?
Нола втянула воздух. Эвелин. Эта светловолосая красавица и есть Эвелин, королева Бейна и убийца Мередит. Та, кто в ответе за происхождение Нолы и последующую боль. Та, кто послал Бейна за ней.
Ярость охватила Нолу, и охватила настолько сильно, что темная сторона взяла верх. «Я убью королеву и ее солдата. И каждого члена их семей!»
— Мы обсудим это после твоего возвращения.
— Отлично, — сказал он. — Это она?
— Да, — прошипела Эвелин в восторге. — Вытащи ее сердце и отрежь голову, затем убей ребенка.
— Здесь нет ребенка, — сказал он.
Оскалившись, Нола подобралась ближе. Еще ближе. «Осторожно. Не привлеки их внимание».
Слишком поздно. Эвелин посмотрела в ее сторону. У королевы отвисла челюсть. «Она меня видит?»
Шаг, еще шаг, затем Нола побежала. Наконец врезалась в Мику…
Нет, она вошла в него и осталась на месте.
Она овладела его телом? Могла контролировать? Могла она заставить его взять кинжал и вонзить себе в сердце? Возможно, но ее изгнали до того, как она успела выяснить.
Нахмурившись, он крутанулся на месте с диким взглядом.
— Что только что произошло? — потребовал он. Убийца почувствовал ее присутствие, так ведь?
Чуть ли не с пеной у рта Нола попыталась повторить трюк… и в итоге оказалась распростертой на спине, а ее мир погрузился во тьму.
Он услышала слова Эвелин:
— Там была девушка. Королевской крови с длинными темными волосами, темными глазами и бледной кожей. Иди. Найди ее, прежде чем она найдет тебя. Убей ее.
— Кто она? — спросил Мика.
— Неважно кто, важно когда.
«Она знает, что я перемещаюсь о времени?»
— Нола!
Раздался голос Бейна. Она моргнула, открыла глаза и увидела тяжело дышащего, вспотевшего Бейна над ней. Она тоже тяжело дышала и вспотела, ее сердцебиение было неровным.
Нола в замешательстве нахмурилась. Они были на полу фургона, обнаженные.
— Я… я не поняла.
— Став туманом, ты врезалась в стену. Тебе нужно было пройти сквозь нее, но ты отлетела, словно привязанная к комнате. Когда ты попыталась сделать еще одну попытку, я встал перед тобой. Ты не отскочила, но навредила мне, несмотря на свою неосязаемость. — Порезы покрывали его лицо, из которых капала кровь. — Тебе удалось предотвратить несчастный случай?
Ужас всего, чему она стала свидетельницей, обрушился на нее, разбив ее сердце на миллион кусочков, слишком маленьких, чтобы их можно было когда-либо собрать воедино.
Нужно так многое объяснить. Позже. Прямо сейчас метафорический клинок, который Бейн вонзил в ее грудь, провернулся. Внутри вспыхнула боль, и Нола застонала. Сколько могла вытерпеть девушка, прежде чем взмахнет белым флагом?
— Там был воин, Мика, — сказала она, и Бейн напрягся. — Он придет за мной.
«Его ошибка. Когда он найдет меня, он умрет».
Она не стала отбрасывать эту убийственную мысль. Нет, она позволила ей остаться и устроиться поудобнее. «Да. Я убью его точно также, как он убил мою мать».
— Я защищу тебя от Мики, — процедил Бейн сквозь зубы.
— Мне не… мне не нужна твоя помощь. — Мужчина, который попросил свою любовницу спасти свою мертвую жену, не смог сыграть рыцаря в сияющих доспехах. «Месть моя!» Она толкала его все более и более неистово. — Слезь с меня. Сейчас же!
Наконец он отстранился. Озабочено сдвинув брови, он сказал:
— Голубка, пожалуйста, скажи мне, что не так. Что случилось?
Поделиться своей глубочайшей болью с парнем на одну ночь? Нет, спасибо.
Новые слезы навернулись ей на глаза и пролились, его образ расплылся. Сломленным голосом, как и ее сердце, Нола сказала:
— Не зови меня голубкой. Не зови меня никак вообще! Просто… отойди от меня. Пожалуйста, уйди.
Когда он отодвинулся еще немного, она перекатилась на бок, свернулась калачиком и зарыдала.
Что случилось с Нолой?
Бейн поднял ее как можно осторожнее. Ее слезы стекали на его грудь, жаля, как кислота, и она содрогалась все сильнее. Хотя ее вес едва ощущался, рана на плече стала больше и шире. Его это не волновало.
Благодушие Нолы пережило путешествие через Арктику, похищение… дважды!.. разлуку с сестрой, взрыв бомбы и плохое обращение Бейна. До сих пор ничто ее не сломило.
Что она увидела? Он мог догадаться, откуда там Мика… Эвелин переправила его на Землю тайно, чтобы убить всех с королевской кровью.
Ярость вскипела в венах Бейна, крик ярости грозил вырваться изо рта, но он сжал челюсти и подавил его. Эта сука всегда оставляла за собой лишь разрушения.
«Через две недели Война закончится, и начнется падение Эвелин».
«Четырнадцать дней. И мгновение, и вечность».
В три шага он донес Нолу до кровати и опустил ее на матрас. Лежа на боку, она изливала свои страдания на подушку.
Мальчиком он был свидетелем того, как плакали его мать и сестра. За время его отношений с Мередит она плакала всего один раз, когда Эвелин избила ее до полусмерти за то, что та осмелилась «заговорить вне очереди». До этого рокового дня женские слезы его не беспокоили — он знал, что может решить проблему, какой бы они ни была. Это вывело его из себя. Как он мог исправить прошлое, если даже не в силах понять эту способность?
В моменты эмоциональных потрясений Мередит всегда просила его уйти. С Нолой он не спрашивал разрешения. Бейн просто устроился сверху матраса, опираясь о разрушенное изголовье и прижал ее к своей груди. К его удивлению она не стала сопротивляться.
Пока он гладил ее шелковистые волосы и ворковал на ухо какую-то ерунду, она успокоилась. Однако у Бейна все было наоборот. Он продолжал вспоминать опустошающую боль в ее глазах. Что она увидела?
Хотя, если быть до конца честным, то стоит признать, что она испытывала боль еще до путешествия в прошлое. Он прокрутил в голове события последнего часа. После своих оргазмов она выглядела счастливой. Сияющей. Они говорили о ее способности путешествовать во времени и…
Его озарило.
Вот оно. Именно тогда появилась эта ужасная боль. Потому что, лишив ее девственности, любовник попросил ее спасть свою жену. Теперь на него обрушилось сожаление.
При возвращении боль Нолы усилилась. Итак, что-то обнаруженное полностью перевернуло ее мир.
«Никогда не стоило просить ее туда вернуться». Ему следовало оставить прошлое… Мередит… в покое. Дрого протестовал против ее действий и ее отсутствия. Громко. Зверь хотел Нолу, хотя все еще не был уверен, нравится ли она ему.
Бейн устал таскать с собой столько багажа. Терзающее чувство вины из-за того, что не смог спасти жену. Постоянный, бурлящий источник угрызения совести. Нескончаемая печаль. Если бы Нола действительно спасла бы Мередит, все бы исчезло. Пуф! Он мог бы исправить собственные ошибки.
Другая часть него тоже испытывала мучительное чувство вины, но по другой причине. Он бы продолжал любить Мередит, но не… желал бы ее как когда-то. Окруженный сладким ароматом Нолы, он понимал, что желание не вернется. Его тело хотело ее, только ее.
«Буду проклят, если спасу свою жену, буду проклят, если этого не сделаю».
Нет, нет. Если бы Мередит вошла в комнату, Бейн был бы вне себя от радости.
Увидеть давно потерянного друга.
Черт! Острая боль пронзила его насквозь. Он понятия не имел, когда это произошло, но какая-то часть его уже попрощалась с Мередит. Желание быть с Нолой поглотило его целиком.
Не осознавая своих действий, Бейн усилил хватку. Она превратила его в проводник для удовольствия. Чем больше с него сходил лоск цивилизованности, тем больше ей это нравилось. Она даже просила о большем.
Очаровала ли его эта женщина или новизна всего происходящего?
Тут даже не надо думать. Точно женщина. Нола отпускала шуточки о его члене и смотрела так, словно умерла бы без его прикосновений. Она самозабвенно смеялась и заботилась о его благополучии как мужчины, а не как воина. Ее тихая сила постоянно его поражала. Нола заставляла его хотеть будущего.
Он недооценил ее… и Эвелин.
Тяжело вздохнув, Нола прижалась к нему ближе.
— Мне жаль, голу… Нола. Мне не следовало просить тебя вернуться в прошлое.
Она проигнорировала его извинения, сказав:
— Я… я готова рассказать, что увидела.
Ее голо слегка напоминал карканье.
Испытывая боль за нее и за все, что Нола перенесла, Бейн поцеловал ее в висок.
— Расскажи мне все. Каждую деталь. Позволь разделить твою ярость и страдания.
Одинокая слеза упала на его грудь.
— Воин по имени Мика вышел на середину дороги, и мой папа резко свернул, чтобы не сбить его. Машина перевернулась. — Тяжелый вздох. Затем произошла трансформация. Дрожь ушла, слезы высохли. Напряжение покидало ее, вытесненное эмоциональным холодом.
Нола только что закрылась. Как делал он множество раз. Защитный механизм, который использовал, чтобы выиграть Великие Воины. Раз Нола сделала то же самое, значит, ее мучения были настолько велики, что она не могла позволить себе что-то чувствовать… ему пришлось сдержать желание превратить залитые дождем фургон в груду металлолома… ногтями.
Безэмоциональным голосом она перечислила остальное, словно читала книгу.
— Мой отец умер от удара, но мать выжила. Мика подошел к машине. На нем были кольца, как у тебя. Один из них выпустил луч света, и в центре появилась Эвелин. — В конце скорбь пробилась сквозь щит холодности. — Перед этим он вытащил мою маму из машину и ударил в… в… горло. После этого Эвелин приказала ему ее обезглавить.
Бейн дернулся. Что Эвелин сказала ему раньше? О, да. «Чуть больше двадцати лет назад я тайно отправила Мику на Терру с приказом убивать каждую встречную представительницу королевского рода, а также разыскать тебя и Кайдена».
— Мне так жаль, голубка. — «Еще одна неудача, свалившаяся к моим ногам». Он продолжал травмировать ее, продолжал причинять ей боль, и это должно прекратиться. Она заслуживала лучшего.
Он покачивал ее взад-вперед, взад-вперед, предлагая утешения, но в тоже время и ища его.
Шмыг, шмыг.
— Мне жаль, Бейн. Я сомневаюсь, что смогу спасти Мередит. Я превращаюсь в туман здесь и там. Я попыталась завладеть телом Мики, чтобы заставить его покончить с собой, но он прогнал меня с легкостью. — Она щелкнула пальцами.
— Готов поспорить, с опытом ты сможешь контролировать его действия и изменишь прошлое.
— Да, но как это поможет тебе? Я не понимаю, как попадаю в свое прошлое. Как, по-твоему, доберусь до твоего?
Легко.
— Мы связаны. Мы говорим мысленно и видим глазами друг друга. Следовательно, ты должны видеть мои воспоминания тоже. — Но оставался тот же вопрос — отпустит ли он прошлое или останется на месте? Возжелает ли свою жену снова, если она появится здесь во плоти? — Если ты вернешься в тот день, когда Эвелин убила Мередит, завладеешь Эвелин и спасешь Мередит, королева не пошлет Мику на Терру. Твои родители не разобьются.
Уголки ее губ приподнялись, но улыбка сменилась очередным всхлипом.
— Я никогда не попаду в ледяную пещеру, не встречу Вейл и Кэрри. Не стану собой.
— Но ты же страдала в приемной семье, так?
— Да. И я не могу оправдать то, что некоторые родители и сводные братья и сестры делали со мной и Вейл. Но я не стала бы тем человеком, которым являюсь, без этих испытаний. Не была бы такой сильной… и не смей говорить, что я слабая.
— Поверь мне, голубка, я уже получил урок.
Нола фыркнула, но продолжила.
— Так же сильно, как я нуждалась в Вейл, она нуждалась во мне. Если, поменяв прошлое, я ее подставлю, то не стану этого делать. Ни сейчас, ни когда-либо еще.
Если бы Бейн не согласился сражаться в Великой Войне на Терре, то никогда бы не встретил Нолу. Никогда бы насладился ее фирменными шутками. Никогда не узнал бы ее вкус и не ощутил горячее, влажное прикосновение ее стенок. Эти воспоминания нужно хранить, а не стирать.
Без него на Терру бы отправили другого адвеветийца, который без колебаний убил бы Нолу, как и приказали. Бейн напрягся. Она была права, изменение прошлого влечет за собой уничтожение будущего.
Или делает его лучше? Что хорошего сделал для нее Бейн? Он прижал язык к небу. Другой воин мог бы оценить ее с самого начала.
— Что, если она предаст тебя, выбрав Нокса?
— Так много книг и фильмов изображают подруг коварными и подлыми по отношению друг к другу, но это не по-настоящему. Я знаю Вейл. Я ее люблю. Она меня любит. Я скорее умру, чем причиню ей боль, а она скорее умрет, чем навредит мне. — Напрягшись, она добавила. — Хотя я не стану копаться в своем прошлом, но буду копаться в твоем. Если я покорила тебя, значит, способна сделать то же самое с тем, кого пошлют вместо тебя.
Нола с другим чистокровным адвеветийцем? «Полетят головы!»
— Я сделаю это, — добавила она. — Я перенесусь в тот день, когда твоя жена умерла.
Его грудь сжалась сильнее, чем когда-либо прежде. Так сильно, что Бенй поверил, будто у него треснуло ребро.
— Почему ты согласилась на это? — «Отпускаешь меня без боя».
Это знание разозлило его. И причинило адскую боль. Даже учитывая то, что сам виноват!
Тишина. Потрескивающая от напряжения.
— Вы с женой хотели иметь детей? — спросила она мягко.
Бенй скрипнул зубами.
— Да. Что насчет тебя? Ты хочешь детей?
— Я никогда не позволяла себе думать об этом, слишком боялась передать свои болезни.
Он услышал печаль и отчаяние, и двумя костяшками пальцев приподнял ее подбородок, чтобы запрокинуть голову назад. Вспышка молнии осветила ее прекрасное лицо, обнажив важные от слез ресницы и розовые пятна на щеках. Но ее глаза…
Они сломали его. Ее зрачки расширились, радужная оболочка прекратилась в бездну боли, старой и новой. Он хотел убить ее внутренних демонов и положить их головы к ее ногам.
— Перед любой Великой Войной, — начал он, — королева отдает приказ — никаких детей… и мое тело автоматически подчиняется. Таким образом мать и дитя не могут использованы против меня. После моей победы и возвращения она отменяет приказ.
— Так печально. И ужасно! Мне жаль. — Нола вытерла слезящиеся глаза тыльной стороной запястья, и его грудь вновь сжалась. — Ты попытаешься заставить ее отменить приказ, прежде чем она умрет?
Бейн покачал головой.
— Когда ты станешь королевой, сможешь все изменить.
— Но не раньше?
— Не раньше, — подтвердил он.
Она задумалась на мгновение.
— Дай мне отдохнуть и набраться сил, тогда я попытаюсь разобраться в твоих воспоминаниях.
Ему нужно больше времени, чтобы привести свои мысли в порядок.
— Сначала, я должен научить тебя драться. — Проблема: Если он будет тренировать ее, как его тренировали… наилучшим способом, по его мнению… ему придется ломать ее кости снова и снова, чтобы научить преодолевать агонию. Рев отрицания зародился в его горле. — А пока отдыхай сколько нужно. Я не позволю ничего плохому с тобой случится.
Она закрыла глаза и пробормотала:
— Ты останавливаешь мою ломку и смягчаешь последствия болезней, но только если находишься рядом. Интересно, в другим воином будет также.
Тяжелый вздох и расслабление всех мышцы. Нола засыпала…
Эти слова уничтожили его. Ему показалось, что Зион ударил его кулаком в грудь и сжал сердце. Эмоции непостоянны, помнишь?
Никогда не встречаться с Нолой Ли? Бейн яростно помотал головой.
Сбитый с толку нахлынувшим на него потоком противоречивых эмоций, он продолжил гладить ее волосы. Хотя ему хотелось обнять ее и никогда не отпускать, он выбросил их разговор из головы, перейдя в рабочий режим. Высвободился из переплетения их конечностей и встал.
Подоткнув вокруг нее одеяло и убрав прядь волос с влажной щеки, ощущая свое сердце, как выдолбленные шлакоблок, он направился в так называемую гостиную этого фургона.
Время ответить на звонок Эвелин.
Ужас пронзил его, а зверь протестующе зарычал. Он не мог ей лгать, но и признаваться тоже не хотел. Ему нужно с умом к этому подойти и следить за своими словами.
Бейн прижал большой палец к кольцу связи. Из него хлынул свет, и появилась Эвелин. Эта сука приказала своим людям убивать родителей и детей, и все же выглядела как ангел, белое платье подчеркивало ее изгибы.
Она пристально на него посмотрела и рявкнула:
— Ты пренебрег мной. Тебе так разрешено делать только в случае, если вовлечен в битву. И все же я не слышала никаких сообщений о гибели воина.
Зверь обнажил когти и ударил его по черепу.
Бейн изо всех сил старался сохранить бесстрастное выражение лица.
— Не все сражения требуют кровопролития. — Истина. — Чего ты хочешь, Эвелин?
— Мика связался со мной. Его захватил в плен викинг по имени Эрик Угрожающий Жизни.
Бейн выругался, но только мысленно.
— Как Мике удалось сбежать?
— Около часа назад воспоминание о принцессе-гибриде, казалось, загрузилось прямо в его мозг. Он выкрикивал в ее адрес проклятья, обещания убить, и Эрик решил его отпустить.
Другое предчувствие смешалось с чувством тревоги, мучая Бейна. Мика «вспомнил», что Нола сделала, когда путешествовала во времени. И Эвелин.
Меньше часа назад я проснулась с тем же воспоминанием, — продолжила она. — Принцесса манипулирует памятью, такой способностью когда-то обладала Джейн, худшая королева в истории. — Страх проскользнул в ее тоне. — Сомневаюсь, что ты ее помнишь. Джейн использовала свои воспоминания, чтобы изменить прошлое и будущее.
«Не улыбайся. Не смей».
— Джейн, — сказал он, делая вид, что роется в голове в поисках информации о ней.
Мать Эвелин убила Джейн, пока та спала, и украла трон. Затем Эвелин убила собственную мать, чтобы стать королевой.
— Ты пытаешься сказать, что принцесса-гибрид — это реинкарнация Джейн? — Он бы рассмеялся, если бы прекратил трястись. Всегда ходили слухи, что сильнейшие из королев нашли способ возродиться и вернуть свой трон, но Бейн никогда с таким не сталкивался.
Была ли Нола реинкарнацией? У них две общие черты. Как минимум! Тошнота перед близостью и способность.
— Либо это, либо у принцессы и бывшей королевы есть общие родственники, — сказала Эвелин, — хотя я полагала, что мы вычислили и убили всех из родословной Джейн.
Нола никак не могла прожить прошлую жизнь. Он бы это почувствовал. Она бы это запомнила. Без сомнения второе предположение Эвелин верное. Одна из посланных сюда женщин происходила из линии Джейн.
— Прямо сейчас способность девушки слаба, — настаивала Эвелин. — Она только и может, что ходить в форме духа. Если ее не остановить, она научится убивать любого, кого пожелает, в любое время, и мы не поймем, пока не станет слишком поздно.
Как это делала Джейн… ответ всплыл в глубине его воспоминаний. Прежде чем путешествовать в прошлое, ей приходилось приносить кровавую жертву.
Бейн втянул воздух. Последствия этого…
Если бы Нола принесла человеческую жертву, то могла бы вернуться назад в твердой форме, а не только духом. Чтобы спасти кого-то, необходимо погубить другого. Кровь за кровь, жизнь за жизнь. Но она не была хладнокровным убийцей, и он не мог… не хотел… просить ее о таком.
Следовательно, она не вернется назад, чтобы спасти Мередит.
Решение принято. Цунами облегчения затопило его, а вина наступила на пятки.
Они пойдут вперед, как и планировали изначально.
Бейну нужно о многом подумать и многое сделать. Например, держать Мику подальше от Нолы.
Готовый закончить разговор и увезти ее в безопасное место, он сказал Эвелин:
— Я в опасности. — Верно. Он всегда в опасности. — Нужно идти.
Когда она запротестовала, он прижал большой палец к кольцу. Свет погас.
Не теряя времени, Бейн выбежал на улицу, чтобы отцепить фургон, как и велел ему бывший владелец. Затем плюхнулся на водительское сиденье, запрограммировал GPS, как учили, затем пристегнулся и завел двигатель. Через несколько минут они были уже в дороге, направляясь в Розуэлл, Нью-Мексимо, и перестали быть неподвижными мишенями для Мики.
* * *
Нола проснулась одна. Нет, неправда. У нее были свои воспоминания. Бейн, занимающийся с ней сладкой любовью. Бейн, чуть ли не умоляющий спасти свою жену. Бейн, обнимающий ее, пока она рыдала об убитых родителях.
Он был замечательным мужчиной с трагическим прошлым, большим сердцем и привлекательным телом. Но…
«Наши романтические отношения закончились». Она не станет спать с мужчиной, который перевернул бы небеса, Землю и Адвевет, чтобы воскресить свою умершую жену. «Счастливая, счастливая Мередит». Его женщина-воин. Женщина, способная сражаться с ним бок о бок. Как Нола могла конкурировать?
Я хотела исцелить его сердце, но в процессе разбила собственное». Грусть затопила ее.
Она сделала глубокий судорожный вдох и сосредоточилась на фургоне. Солнечный свет проник через щель в занавесках и открыл взору разгромленную спальню. Изголовье кровати были испещрено четырьмя идеальными отметинами от когтей. Одежда была разбросана по полу и забрызгана кровью.
Ее охватило желание свернуться калачиком и устроить лучшую вечеринку жалости к себе. Вместо этого Нола встала на дрожащие ноги и побродила по комнате. На кухонном столе лежало множество оружия. Пистолеты, ножи, арбалет. Бейн, должно быть, раздобыл еще, пока она спала. Без сомнения, он даже сейчас следил за их обороной.
Беспокоясь за него, она направилась в ванную, чтобы почистить зубы, принять душ и надеть розовую футболку и узкие джинсы.
— Это твой новый день, — сказала она своему отражению. Приступа боли не было, и Нола не боролась с ломкой. Как и у Бейна, у нее были цели. Когда начнутся тренировки, она хотела выучить самый грязные, самые зловещие приемы, которые только можно. «Я буду подобна вирусу. Подкрадусь к ней, разорву ее тело на части и оставлю за собой разрушения. Она никогда не узнает, кто ее ударил».
Раньше Нола с нетерпением ждала смерти Эвелин. Теперь?
«Умри мучительно, сучка».
Нола вернулась в гостиную, оперлась коленом на диван и выглянула в окно. Она нахмурилась. Моргнула. Покачала головой. Она заснула на стоянке для фургонов, а проснулась на грязной равнине. Где они, и почему Бейн привез их сюда?
Она сделала фото на телефон, на случай, если навыки Зиона в отслеживании не принесут желаемых результатов.
Петли заскрипели, когда дверь открылась. Одетый в толстовку Бейн зашел в фургон. На нем также были защитные очки и кожаная куртка, но он снял все и бросил на диван.
«На старт, внимание, марш!» Ее сердце пустилось в бешеный бег.
Их взгляды встретились, и Бейн неподвижно застыл, излучая напряжение.
— Ты вновь печальна, — заявил он, а не спросил.
— Да, — прошептала она. Зачем лгать?
В последний раз, когда он так вошел в фургон, они занялись сексом. Теперь ее тело ожидало этого. Требовало. Зависело… Теперь, когда она познала блаженство от наполненности, чувствовала себя опустошенной без него.
Ее соски напряглись и прижались к лифчику, маленькие шлюшки делали все возможное, чтобы привлечь его внимание. Ее живот задрожал, колени ослабли, между ног разлилось жидкое тепло.
Простая белая футболка облегала его мускулы, а черные кожаные брюки обтягивали бедра. Его светлые волосы были всклокочены, а золотистая щетина стала еще больше.
— Ай-ай-ай, — сказал он. — Ты так пристально смотришь.
— О. Прости. Я перестану.
— Не смей! — Его напряжение возросло, когда он осмотрел ее с головы до ног. В районе ширинки образовалась выпуклось.
От этого зрелища у нее потекли слюнки.
— Тебе больно? — спросил он.
«Хорошая работа, шлюшки!» Нет. Плохая работа. Плохая! Румянец залили ее щеки.
— Немного.
Он провел рукой по губам, словно пытался вытереть слюни.
— Нам многое нужно обсудить, но прямо сейчас у меня есть лучшее применение для наших ртов. — Бейн шагнул к ней.
Она облизнула губы и отступила назад.
— Мы не можем быть вместе. Не снова.
— Не можем? — Словно пуля, он промчался через фургон и встал прямо перед ней. — Объясни.
Такой властный. Такой пылкий. Именно таким он ей нравился.
— Ты еще не забыл свою жену. Когда она вернется, а она вернется, вероятно, я стану третьей лишней. Нет, спасибо. — «Ничего больше не говори». — Надеюсь, ты понимаешь, какой ты дурак! Нравится тебе или нет, я слишком хороша для тебя. Тебе нужно веселье также, как большинству людей нужен воздух, а я твой дилер.
Ладно, она сказала кое-что еще.
— Мередит не вернется. — Бейн протянул руку, чтобы заправить прядь волос ей за ухо, так небрежно, словно объявил, что на завтрак будет лосось.
— Я не понимаю.
— Я с радостью объясню… позже.
Дрожь пробежала по ее телу, а его аромат дразнил ее обоняние. тепло его тела пульсировало на ее коже.
Он имел в виду после секса?
— Я не стану заменой Мередит, — сказала Нола, вздернув подбородок. — Не буду мисс Прямо Сейчас, только чтобы меня отбросили в сторону, когда она вернется.
— Ты не замена. — Бейн головокружительно быстро обхватил ее ягодицы и притянул к себе. Его сердце колотилось в такт с ее. Она заставляла его нервничать и пробуждала нужду. — Причина, по которой я не хочу, чтобы ты возвращалась, неважна. Ты хочешь меня? — спросил он.
— Да, — прошептала она. — Но…
Он наклонился, одновременно заставляя ее приподняться на цыпочки. Их рты соединились, языки переплелись. Еще один рывок, и Нола обвила ногами его талию, используя в качестве якоря.
Бейн опустил ее на диван, упираясь своим членом в ее ноющую сердцевину. Хриплый стон вырвался у него вместе с ее благодарственной молитвой. Как она скучала по его весу.
Возможно, она поспешила с решением, что им больше не следует вместе спать. Возможно, после упорной борьбы сможет завоевать его… навсегда? Она могла посвятить ему вечность.
Вечность… с Бейном…
«Я хочу этого, — поняла она. — Больше всего на свете!»
Но королевская особа против любимой жены? Несмотря на его утверждение, что Мередит якобы не вернется, шансы были не в пользу Нолы. Но, если она его хотела, то разве не должна бороться, независимо от результата?
Бейн углубил поцелуй, глубже погружая свой язык, чтобы достичь финишной ленточки. Остальной мир начал исчезать, пока весь фургон не затрясся и попадала посуда. Тяжело дышащий Бейн вскинул голову, прерывая их поцелуй.
Раздался ужасный скребущийся звук, и она съежилась.
— Что это? Землетрясение?
Он вскочил на ноги, пристегнул несколько видов оружия и обмотал два звена цепи вокруг ее талии.
— Умеешь стрелять из пистолета?
Дрожь пробежала по ее спине, покалывая нервные окончания.
— Да. — В рамках курса самообороны с Вейл, они получили уроки владения оружием.
— Хорошо. Потому что Эвелин связалась со мной и подтвердила свой отданный Мике приказ. Он здесь и охотится за тобой.
Улыбнувшись, она промурлыкала:
— Дай ему прийти. — У Темной Нолы был для него сюрприз.
Бейн ошарашил ее двойной новостью.
— Думаю, он здесь, и, скорее всего, в обличие зверя. — Он вложил ей в руку полуавтоматический пистолет, затем поднял работающий на аккумуляторах… гвоздодер? — Оставайся здесь, пока я…
Внезапно крыша фургона оторвалась от кузова и была отброшена в сторону, прохладный воздух и грязь взметнулись вокруг них, когда показался огромный и ужасный зверь.
Бейн зашипел, когда солнечный свет резанул его по глазам, которые мгновенно заполнились слезами и затуманились. «Должен остановить Мику. Должен защитить Нолу, любой ценой».
Только секунду назад Бейн наслаждался первобытным возбуждением, нуждаясь в своей женщине больше, чем в дыхании. Он нуждался в ней… всегда.
«Она останется со мной. Никогда не отпущу».
Дрого метался в его сознании, взбешенный видом другого хищника.
Мика умрет в крови и боли. Но сначала Бейн должен трансформироваться. Чтобы победить зверя, нужно самому стать зверем. Только зубы и когти другого зверя смогут пробить дюймовую твердую, как сталь, чешую. «Позже. Держись». Он не хотел рисковать навредить Ноле или своему оружию.
— Держись подальше, — крикнула Нола Мике с наслаждением в голосе. Ясно, что она хотела причинить ему боль, что жаждала мести… как настоящая королева. Бейн не был уверен, что делать или как себя чувствовать, каждая мысль переворачивала его с ног на голову.
Зверь парил над ними, наблюдая и, без сомнения, пытаясь понять — почему товарищ по оружию защищает врага.
— Ты не можешь остановить его своими командами. Только замедлишь, — сказал Бейн, толкая ее себе за спину. — Твои приказы противоречат приказам Эвелин. Как королева, которая убившая сотни, тысячи, она намного сильнее. Как воин, преданный своему делу, Мика не похож на меня. У него нет желания объединится с тобой, поэтому у тебя нет реального влияния на него.
У зверя Мики оказалась морда длиннее и дополнительный ряд зубов, его чешуя казалось скорее красной, чем зеленой. На передних и задних лапах черные когти.
Когда ублюдок запрокинул голову, готовясь извергнуть огонь, Бейн просчитал аспекты плана противника. Огонь не причинит ему никакого вреда. Но Ноле…
Крылья вырвались из спины Бейна. В порыве ярости он схватил сумку с оружием и Нолу и взлетел, прочь от разгромленного фургона. Они приземлились в нескольких футах от него… и их подбросило обратно в воздух, когда все транспортное средство охватило пламенем.
Когда они снова приземлились, Бейн схватил первое попавшееся оружие… машину, стреляющими кусочками металла, известными как гвозди. Нажал на спусковой крючок, целясь в пасть зверя, чтобы сбить еще одну огненную струю.
Ублюдок зигзагами рванул по небу, чтобы избежать дальнейших ранений, но Бейн не прекращал стрелять. Зверю некуда было бежать. Или лететь. Бейн выбрал это место из-за отсутствия укрытия. Никаких укрытий, никаких укромных местечек.
Несмотря на горячий прилив адреналина, плечо Бейна отдавалось болью во все тело. Тем не менее, он продолжал нажимать на спусковой крючок.
— Телепортируйся! Сейчас же. Мне нужно измениться. — Хотя и боролся с этим, но чувствовал, как желание преобразиться проникает до костей, а тело готовится. «Скорее умру, чем причиню Ноле боль». — Ты в опасности.
— И что? Я в опасности с момента нашей встречи. Я могу тебе помочь, — настаивала она, а затем взвизгнула, когда Мика изверг вокруг них двадцатифутовый огненный круг. — Его огонь меня не убьет, верно?
Пот стекал со лба Бейна. Покрывая каждый дюйм его тела, струясь ручейками по мере того, как завитки дыма сгущали воздух, защищая его чувствительные глаза и кожу от резких лучей солнечного света.
— Его пламя начнет твой кровавый ритуал, ослабляя настолько, чтобы с легкостью убить. Как только ритуал начнется, его уже не остановить. Уходи. Пожалуйста. — Он открыл портал сквозь пламя.
Когда он провел ее через него, выходя с другой стороны, Нола выдохнула:
— Замедлить — лучше, чем ничего.
Улыбка, которую она продемонстрировала несколько минут назад, промелькнула в его голове. Холодная, безжалостная и властная. Великолепная. Нола произвела на него чертовски сильное впечатление. Теперь же она отказалась бежать, не выказывая ни малейшего страха, а именно этого он, как думал, хотел от больной девушки, которую впервые встретил, и опасался за ее жизнь.
Спикировав вниз со сверхъестественной скоростью, Мика выпустил еще одну струю огня. Дерьмо! Некуда идти. Бейн накрыл Нолу своими крыльями, пламя танцевало над ним.
Если бы она не пошла сама, ему пришлось пронести ее через портал. Но куда ее отправить, не наткнувшись при этом на бомбы Эрика? Или преследования Мики?
Лихорадочно соображая, Бейн придумал новый план. Портал для Мики. Тот тут же перенесется обратно, да, но к тому времени Нола будет спрятана. Да!
Бейн потер рифтеры, открывая проход в воды, кишащие акулами. Его любимое место захоронения бойцов. Другой мужчина этого не заметил… пока.
— Не отпускай мою руку. Поняла? — сказал Бейн, когда переплел их пальцы. Он не стал дожидаться ответа, просто повел ее обратно к фургону, вокруг него, сквозь него. Зверь погнался за ними.
Десять секунд… тридцать… пятьдесят. Сейчас! Бейн повел зверя в направлении портала. Конечно, Мика заметил его и сразу остановился. Слишком поздно. Во время их забега, Бейн взял арбалет и выпустил серию стрел, попав зверю в глаз, отчего тот улетел назад. Он исчез прямо в портале… вода булькнула.
Вжух. Портал закрылся.
В любой момент ублюдок вернется. Бейну придется отправить Нолу туда, где он никогда не был, а место видел лишь на фото. Например… фото юной Нолы с яркой улыбкой.
— Каков план? — спросила Нола.
— Такой. — Не тратя времени он открыл портал на игровую площадку и втолкнул ее туда.
Рычащий, насквозь промокший Мика поспешил появиться из своего собственного портала, заметил другой и попытался его увеличить.
Бейн взмыл в воздух и заблокировал атаку своим мечом… мечом, который он затем бросил в портал вместе со своими очками и цепями.
— Береги их, — крикнул он Ноле.
Она приземлилась на участок травы и теперь вскочила с нее, ее яростный взгляд был прикован к Бейну.
— Не смей забирать это у меня! — Один шаг, второй, Нола бросилась вперед.
Вид ее, такой решительный, такой свирепый, чуть не сбил его с ног.
— Я стану твоей рукой возмездия, принцесса.
— Бейн! — Портал закрылся прежде, чем она успела через него пройти, и ее потемневшее от ярости лицо стало последним, что он увидел.
«Отправь Мику в могилу, вернись к Ноле».
Жажда крови вскипела в его венах. Подпитываемый адреналином с нарастающей яростью Бейн перестал бороться с трансформацией. Бросил гвоздодер и кинулся на своего врага. Дрого появился по пути, сотрясая мир потрясающим ревом.
«Да начнется битва».
* * *
Ноле потребовалось мгновение, чтобы сориентироваться. Бейн перенес ее в Оклахому, на окраину парка, который они с Вейл часто посещали в детстве. Солнечный свет и деревья окружали это место, холодный ветерок пробирал до костей. Дети смеялись, взбираясь по перекладинам как обезьяны. Родители, няни и опекуны сидели на скамейках, присматривая за своими подопечными, почти все были одеты в разные костюмы.
Почему… о, точно. Прошло несколько дней, и наступил Хэллоуин. К счастью, никто не обратил на нее никакого внимания.
Нола собрала вещи, которые бросил ей Бейн, и спряталась в тени деревьев. Несмотря на то, что боль усилилась, а в животе зародилась тошнота, она закрепила металлические звенья на руках, надела очки на шею и прикрепила меч к спине. Сейчас время было ее злейшим врагом. Если ее начнет рвать, сил на телепортацию не останется.
Она хотела бы уже пройти кровавый ритуал. Хотела обладать способностью излечить Бейна полностью, а не частично. Хотела победить Мику.
Да, Бейн поступил умно, отослав ее прочь. В своем прежнем настроении она бы бросила вызов говнюку и проиграла. Но. Она могла сражаться с Микой другими способами. В отличие от Бейна, могла использовать приказы Эвелин против Мики.
Отчаянно желая вернуться, Нола закрыла глаза и сконцентрировалась на их ментальной связи… да! Она уловила эмоциональный фрагменты. Копящая ярость. Испепеляющая ненависть. Ни с чем несравнимая боль. Острое разочарование. Всепоглощающая забота. И внезапно смогла увидеть глазами Бейна. Затянутое дымом небо, неоново-красные глаза и блеск чешуи.
Безотлагательность охватила Нолу до костей, и она схватила сотовый телефон. Напечатала сообщение Зиону, приложила фото пустыни и попросила о помощи. Зион может доказать свои навыки следопыта в другой день.
Опора под ногами исчезла. На мгновение она воспарила, словно в невесомости. Затем опора вновь появилась.
Она сделала это! Дым ударил ей в нос, и Нола закашлялась, ее глаза горели и слезились. Быстрое моргание немного прояснило зрение…
Ужас поглотил ее. Она словно видела кошмар наяву.
Прошло всего несколько минут, но как же все изменилось.
Потоки огня обуглили участки земли, завитки дыма поднимались все выше и выше. Бейн был в звериной форме, два существа рвали друг друга зубами и когтями. Битва злобных хищников.
Мика вцепился в рану на плече Дрого. Издав мучительный рев, Дрого попятился. Оба его крыла оказались изуродованы, левое свисало под странным углом. От этого зрелища ее затошнило. Хоть он и зверь, но он ее зверь.
С бешено колотящимся сердцем она крикнула:
— Мика! — Два зверя развернулись, пригвоздив ее тяжестью своих неоново-красных глаз. Она удерживала взгляд Мики. «Помни, твои приказы не должны противоречить приказам Эвелин». Отлично. — Ты будешь полностью игнорировать зверя Бейна. Неважно, что он сделает, ты только попытаешься убить меня, принцессу.
Оба зверя бросились в ее сторону, раненый Дрого немного медленнее. К ее удивлению и восторгу Мика подчинился ей, полностью сосредоточившись на Ноле.
«Тревога! Приближается дракон с целью убить…» Она встала, подняла подбородок, расправила плечи, но ее желудок скрутило от еще большего страха. Приближаются… Чем ближе они подлетали, тем сильнее ощущался запах сажи и пепла. Тем лучше она видела желание убить в их глазах.
Неужели она совершила ужасную ошибку?
Чтобы все сработало, Дрого должен был желать смерти Мики сильнее, чем прекращения властвования принцессы. Почти на расстоянии удара… Если он все еще хотел положить конец ее власти?
Мика запрокинул голову, готовясь сжечь ее заживо. Если кровавый ритуал начнется, значит, начнется. Она должна верить, что Бейн найдет способ уничтожить Мику и закончить работу, обеспечив ей выживание. Но, не успел Мика выпустить хоть одну искру, Дрого сжал его хвост челюстями и используя вес всего тела, запустил зверя в небо, подальше от нее.
Да! Ее план сработал! Дрого мог свободно атаковать без какого-либо сопротивления.
Он спрыгнул вниз, приземлившись в нескольких футах от нее, каждое его движение было зажатым и неуклюжим, без малейшего изящества. Взгляд, которым он ее одарил… свирепый, страдальческий. Ее сердце заколотилось, затем пропустило удар.
Мика восстановил равновесие и ударил лапой по земле, разбрызгивая комья грязи позади себя, словно разъяренный бык. Затем вновь бросился на нее.
Дрого бросился на него, и они столкнулись на полпути. И снова, к ее абсолютному удовлетворению, Мика не обратил на Дрого никакого внимания, даже когда Дрого…
«О, боже милостивый». Дрого… вконец… сорвался с катушек. Брызнула кровь, и хрустнули кости. Куски мышц шлепнулись на землю. глазное яблоко откатилось от тела. Когда откусил Мике руки… да, у этих драконов были чешуйчатые руки… то использовал свой острый как бритва хвост, чтобы полоснуть противника по уязвимому подбрюшью.
Несмотря на растущий список травм, Мика делал все возможное, чтобы к ней пробиться. Но, независимо от того, какой урон получил Дрого, он всегда блокировал, защищая ее.
Еще один взмах когтей Дрого лишил Мику оставшегося глаза, ослепив его. Зверь провел обрубком по своему кровоточащему лицу, и ее темная сторона затрепетала, восхищаясь открывшимся видом.
«Мужчина, убивший моих родителей, страдает. Как и должен».
Нола задавалась вопросом, не было ли у нее чуть больше общего с Темной Нолой, чем думала; она задалась вопросом, могли ли они… уравновешивать друг друга? Если Темная Нола была тем зверем, которого ей надо научиться контролировать, точно также как Бейн учился контролировать Дрого.
Издав звериный рык, Дрого схватил своего противника и прижал его к земле, ударив кулаком в грудную клетку Мики, чтобы вырвать бьющееся сердце.
Вот так просто битва закончилась.
После смерти солдат Эвелин вернулся к человеческой форме, чешуя отпала, кости укоротились.
Как только метаморфоза завершилась, остался обнаженный мужчина весь в крови.
Нола проглотила подкатившую к горлу желчь.
Дрого пошатнулся и упал, и в этот раз не поднялся. Встревоженная и обеспокоенная, она бросилась вперед, поскользнувшись на полпути. Когда Нола осторожно положила его голову себе на колени, он издал низкое рычание, но не укусил, так что… победа!
— Успокойся, звероподобный мальчик. — Ему было больно, и ей было это ненавистно.
Что обычно говорила Кэрри? «Если хочешь другого результата, то должна сделать что-то другое». Вместо того чтобы сопротивляться Темной Ноле, она позаимствует ее уверенность.
Та-да! Ответ про что-то другое пришел к ней в мгновение ока. Ей нужно отдать команду. Это не изменилось. Но, если она поменяет его мировоззрение…
Погладив его по морде, Нола сказала:
— Через мгновение я собираюсь тебя исцелить. Но, как ты знаешь, для этого я должна отдать команду.
Все его тело дернулось. Он сделал неглубокий вдох, затем еще один, его большие темные глаза были дикими и наполненными яростью.
— Тебе нужно меня выслушать, хорошо? Я твоя королева. Или буду ей, — продолжила она как можно мягче. Ласка, нужно действовать с лаской. — Полагаю, это делает меня твоей пред-королевой. Так что приготовься, потому что тебе не понравится то, что будет дальше. Пред-королева не может позволить себе быть слабой, потому что другие боятся ее приказов. Нет. Воин встает и выполняет свой долг. Итак, я прошу тебя быть сильным, чтобы я тоже была такой. Не тешь уязвленное самолюбие и не устраивай истерик… такая «драконья истерика» для непрофессионала. Вместо того чтобы набрасываться на каждого члена королевской семьи, познакомься с ними как личностями. Позволь мне доказать, что я достойна твоего призрения и уважения.
Он сделал еще один вдох, на этот раз более глубокий, но не попытался сбежать. Возможно, ему не нравился ее тон или слова, но Дрого слушал.
— Ты заработал эти раны, спасая меня. Для меня было бы честью помочь тебе вылечиться. Это мой способ выразить благодарность.
И вновь не сбежал.
Глубокий вдох, выдох. «Начнем!»
— Я приказываю тебе излечиться быстро и безболезненно.
Крупная дрожь сотрясла его тело, отсутствующие чешуйки отрастали заново. Его крылья расправились и перестроились. Разорванная плоть срасталась воедино. Даже рана на плече немного зажила, уменьшившись как в длину, так и в ширину, приняв свой первоначальный размер. «Мило! Но и… отпадно!»
— Вот, — сказала она. — Так же намного лучше?
Из его ноздрей повалил дым, но он не излучал никакой злобы. Какой удивительный прогресс для них обоих! Нола даже почувствовала, как усиливается ее связь с Бейном и Дрого.
Когда в нескольких ярдах от них, воздух пошел слоями, она напряглась. Новая угроза? Или Зион? Когда Нола вскочила на ноги и выхватила меч Бейна из ножен, Дрого встал и оглушительно взревел.
Высокий, темноволосы и рослый Зион прошел через портал. Волна облегчения накрыла на нее, но тут же отхлынула, когда он заметил ее и зверя. Его щеки побледнели.
— Отойди от зверя, Нола, и я…
Дрого прыгнул между ними и взревел с большей агрессией, забрызгав верхнюю половину Зиона слюной.
— Нет! — Она бросилась между ними, расставив руки. — Пожалуйста, не причиняйте боль друг другу. Мы же союзники, помните? Мы прикрываем спины друг друга, а не наносим удары ножом!
Зион переводил взгляд с нее на зверя, и его глаза расширились. Он ничего не предпринял против Дрого, а тот ничего не сделал против него. Зверь даже обхватил ее рукой, прижал когти к ее животу и очень нежно притянул к себе. Собственнический жест, который так и кричал: «Она моя, и я скорее убью, чем поделюсь».
«Чувак. Я приручила зверя, который обычно презирает членов королевской семьи. Я». Удовольствие с осознанием собственной силы ударило ей в голову. «Очаровательно».
— Ты пришел, — сказала она Зиону. — Спасибо.
Он не сводил взгляда с Дрого, представляющего большую угрозу.
— В ботинка Бейна есть маячок. Эрик подложил их на труп в пещере, куда однажды заманил тебя в ловушку. Вот как бойцы обнаруживали Бейна на каждом шагу. — Он переключил свое внимание на Нолу. — Тебе будет приятно узнать, что я передал телефон Вейл.
О, слава Богу! Теперь, когда Зион и Бейн сообщат всем о «смерти» Нолы, Вейл, в конечном итоге, все поймет.
— Еще больше воинов уже в пути, — закончил Зион. — Я пришел бы раньше, но мне пришлось помешать другим прийти первыми.
Нола обратилась к Бейну;
— Тебе нужно бросить ботинки в портал, который ведет в очень опасное место.
Любые воины, преследовавшие Бейна, получат то, что заслужили.
Благодаря их связи, он сказал:
«Я не хочу бросать тебя», — ответила она. Подождите. Голос Бейна шептал в ее голове, не Дрого. Бейн остался у руля, несмотря на трансформацию? Ее могущество росло, как и его. Потому что они связаны: королева и избранный воин.
Дрого-Бейн уткнулся ей в шею сзади.
Бенй вернулся к человеческой форме и сплюнул рот полный крови. Дрого все это время рычал в глубине его сознания. Но… он и зверь, казалось, стали… единым целым. Одним существом. Единым сознательным разумом с единственной целью — защитить Нолу через уничтожение Мики
В тени дыма, собирающегося над головой, который защищал его кожу от слишком резкого солнца, Бейн разрубил тело на мелкие кусочки.
— Пусть твои крики боли эхом отдадутся в вечности.
Он открыл портал над водами, кишащими акулами… место, где он пролетал до и после своего заключения… и бросил куски в воду. С ботинками поступил точно также.
Началось бешеное кормление, вода плескалась, аромат соли витал в воздухе.
Он порылся в своем рюкзаке, надел чистую одежду и подумал о том, чтобы остаться здесь и устроить засаду на любых воинов, достаточно глупых, чтобы последовать за ним.
«Дольше находиться вдалеке от Нолы? Этого не будет».
Когда его маленькая красавица столкнулась лицом к лицу с Микой, Бейн чуть не упал на колени, чтобы поклониться ей. Женщина-воин? Лучше. Принцесса-воин. Сильнее, чем он мог представить. И храбрее. Остроумная, веселая, прекрасная. Грозная. Верная. Честная.
И совершенная.
Однажды она сказала очень суровую правду. Только лицемер станет восхищаться собственной силой, но ненавидеть тех, кто сильнее… и только лицемер станет презирать ее за то, что Нола имеет власть над ним, используя ее каждый раз, когда ему требуется помощь.
Когда он подумал, как ужасно с ней обращался, решив, что она нисколько не лучше Эвелин… Бейн упал на колени, запрокинул голову и проревел в небо, пока его легкие не опустели, а голос не сорвался.
Он был дураком, ослепленный своими предрассудками. Ее способности, те самые способности, за которые он ее ненавидел, помогут сохранить ей жизнь на многие годы вперед. Он мог бы заполучить ее… сохранить, и смерть не украдет ее так легко.
У Бейна может быть все, чего он когда-либо хотел. Любящая женщина рядом. Семья, которую можно холить и лелеять. Навсегда.
Ошеломленный, он откинулся назад. Семья. С Нолой. «Хочу этого отчаянно».
«Чего она хочет?»
Обезумев от желания, Бейн вскочил на ноги. Воспользовавшись их связью, он посмотрел ее глазами. И увидел… облако пара?
Твердый, как сталь, он открыл портал и вошел в просторную ванную комнату с хромированной сантехникой и черно-белой плиткой, на полу грудой валялась грязная одежда Нолы. Внутри душевой кабинки вода лилась сверху, стеклянная дверь запотела. Аромат жимолости и жасмина угрожал подорвал остатки его самообладания.
— Как ты себя чувствуешь, голубка?
— Бейн? — Она провела рукой по дверце, стирая запотевший слой. Облегчение разлилось по ней. — На этот раз не так плохо. Мне становится лучше.
Или связь между ники крепнет, позволив ей брать больше у него на большем расстоянии?
— Где мы? Где Зион? — Он отчасти доверял другому мужчине, иначе никогда бы не доверил жизнь Нолы в руки другого воина.
— Мы в Лос-Анджелесе, — сказала она. — Шикарный пентхаус в еще более шикарном отеле. Разве это не великолепно? О, и Зион упомянул, что у него есть для тебя подарок.
«Ты — единственный подарок, который я желаю».
— Меня не волнует Зион. Хочешь компанию? — спросил он, одновременно стягивая футболку через голову.
— Ты не злишься на меня? — спросила она нерешительно.
Бейн попытался скрыть свою дрожь. «Она ожидает, что я вернусь к первоначальным установкам и накажу ее за отданную команду».
— Я благодарен тебе. Ты нас подлатала. Рад ли я, что ты перенеслась обратно, подвергая себя опасности? Нет. Моя жизнь — расходный материал. Не твоя.
Ее глаза расширились.
— Твоя жизнь — не расходный материал, и, если я еще раз услышу от тебя такую отвратительную ложь, то накажу!
«Как же она защищает мою честь». Его грудь выпятилась от гордости. Он опустился на одно колено, приклонил голову и сказал:
— Множество раз во многих отношениях я поступал с тобой неправильно. С этого момента я буду делать то, что правильно. Может, ты и принцесса, но ты — моя королева. Я доверяю тебе, Нола, и твои приказы — моя привилегия.
— Я… Ты… Что? — Как раз перед тем, как дверца опять покрылась туманом, скрыв ее лицо, Нола уставилась на него с разинутым ртом. — Ладно. Ты совершенно точно заслужил приглашения в мой душ. Честно предупреждаю, я ожидаю, что ты все потушишь.
Потушит… огонь? Секунду спустя его переводчик передал смысл фразы. Потрахаться. Найти укромный уголок. Горизонтальное мамбо. Заняться сексом. Ах. Его похотливая королевская особа все еще его желала, и Бейн почувствовал непреодолимое желание стукнуть себя кулаком в грудь.
— Я помогу тебе, голубка, но ты останешься у меня в долгу.
Она фыркнула.
— Эй! Ты меняешь наши роли. В этих отношениях ты — лакомый кусочек, а я забавная, умная и великолепная. — Ее глаза расширились. — Ой. Я только что использовала слова на буку О. Ты взбесишься? Или тебе отчасти… нравится эта идея?
— Мне нравится эта идея.
Его слова были вознаграждены. Яркой и счастливой улыбкой, которую он жаждал видеть каждый день до конца вечности.
— Я твоя, а ты мой? Я могу оставить тебя?
— Ты говоришь могу… я говорю должна. — Он подал плечами. — Я тебя не отпущу. — Бейн снял остальное, стянув кожаные брюки, и вошел в кабинку. Тепло и пар окутали его. — Надеюсь, ты готова, голубка. Я проведу тебя через конвейер оргазмов.
Нола стояла по другую сторону потока воды, прислонившись к стене, обнаженная, раскрасневшаяся и влажная, изящная сверх всякой меры, наблюдая, как он смотрит.
— Если я получу конвейер оргазмов, то ты получишь уникальное шоу. — Нола обхватила свои груди, затем скользнула одну рукой вниз по плоскому животу.
Когда пальцы начали дразнить пучок чернильных волос между ее ног, он подавил стон. Когда капелька воды скатилась с ее соска, стон все равно вырвался.
Хриплым, соблазнительным голосом она сказала:
— Я никогда еще не пачкалась, когда мылась. Это должно быть весело.
Появился едва заметный намек на усмешку.
— Ты скучала по мне?
— Больше, чем когда-либо в своей жизни. — Бейн встал под горячие струи воды и притянул ее к себе. — Тебе приятно знать, что я спешил к тебе?
— Ммм. — Она провела ладонью по его груди. — Да. Но меня это также удивляет.
Каменно-твердый и пульсирующий он уткнулся носом в ложбинку ее шеи и глубоко вдохнул. «Словно вдыхаешь секс».
— Мне не нравится, что ты подвергаешь себя опасности, — сказал он, проводя пальцами по ее мокрым волосам. — Но я доволен результатом. Твоя храбрость достойна похвалы.
Она просияла, глядя на него.
— Ну, я полюбила Дрого. Я бы точно выбрала в Тиндере его. И тебя! Два по цене одного.
Согласно переводчику, «выбрать в Тиндере» означало, что она считает Бейна и зверя сексуально привлекательными. Он улыбнулся, прикусил мочку ее уха и прошептал:
— Это нравится мне больше.
Игриво поддразнивая, она сказала:
— Все, о чем я прошу, — не влюбляйся в меня. У меня слишком много хлопот, чтобы иметь дело с бессмертным преследователем.
Эти слова были сказаны в шутку, и все же эта улыбка…
Его озарило. «Я уже наполовину в нее влюблен».
Пребывая в шоке, Бейн вымыл каждый дюйм ее тела. Ее изгибы сводили его с ума. Пульсация в члене усилилась, но Бейн не сделал ни единого движения, чтобы ее ослабить. Он стольким обязан этой женщине. И не хотел отнимать это время, хотел дарить.
Дыша сквозь неистовый жар желания, он вымыл ее волосы, застряв между экстазом и агонией.
Когда пришел ее черед мыть его, он всеми силами вцепился в свой контроль. Затем ее скользкие пальцы погладили его длину…
Возможно, он и отнимет немного времени.
С рычанием он прижал ее к стене и накрыл ртом ее рот, погружая свой язык.
Нола рьяно поцеловала его в ответ, ничего не утаивая.
— С тобой мне так хорошо, — выдохнула она ему в губы.
— Ты делаешь меня лучше. — Бейн развернул Нолу, прижав ее спину к своей груди и расположив свой член в ложбинке ее попки. Массируя ее груди, он повернул голову, чтобы получить еще один поцелуй.
Нола прижалась к его длине. Как бы приглашая. Он скользнул рукой ниже, ниже, чтобы обхватить ее холмик. Когда она замяукала, тон их поцелуя изменился. «Контроль висит на волоске». Бейн погрузил палец глубоко в ее горячую, скользкую сердцевину. Ее внутренние стенки сжали его, затем растянулись, чтобы вместить второй палец.
— Я сделаю все, что ты прикажешь, — выдохнул он ей на ухо, — но ты сделаешь все, о чем я попрошу. Да, голубка?
— Давай выясним. — Она выгнула спину и запустила пальцы ему в волосы. — Попроси меня о чем-нибудь. О чем угодно.
— Не в этот раз. Сегодня я дам тебе все, о чем пожелаешь. — Он засовывал пальцы внутрь и вытаскивал наружу, внутрь и наружу. — Такая горячая. Такая тугая. Такая влажная.
Тяжело дыша, она взглянула на него через плечо, надув нижнюю губу.
— То, чего я желаю, так это твою фантазию.
— Ты — моя фантазия. — Мочка уха — прикусить. Рот — облизнуть и всосать. — У тебя есть фантазия, которую ты бы хотела, чтобы я исполнил? — Чтобы подчеркнуть свои слова, он скрестил пальцы внутри нее.
Ее голова откинулась назад, и она застонала.
— Так хорошо! — Но мгновенно повернулась и положила руки ему на грудь. Легонько толкнув, она заставила его отступить назад.
Его колени уперлись в скамью, и он сел. Лукавый блеск в ее звездных глазах воспламенил каждую клеточку его тела.
— Раз ты мне не говоришь про свои фантазии, — сказала она, упираясь взглядом в его член, — думаю, мне придется воплотить свою. — Нола облизнула губы.
«Дыши. — Ее фантазия… хотела ли она отсосать у него, как он всегда жаждал? — Умерь свой пыл. Она желает чего-то другого. Конечно!»
Злой умысел сверкнул в ее глазах, когда она опустилась на колени между его ног и раздвинула их шире.
Так и есть. Она намеревается это сделать. «Ее фантазия такая же, как и моя».
Бейн пошатнулся. Нежность захлестнула его, разрушая все щиты, которые ему удалось воздвигнуть вокруг своего сердца. Сердца, теперь открытого всему миру.
Защитные инстинкты кричали ему встать, сбежать куда-нибудь порталом и никогда не возвращаться. Если они продолжат, Бейн испытает неведомую ранее боль, превратив свое прошлое в отпуск, а будущее — в страдание. Но…
Страх не станет решать за него.
Он не мог жить без этой женщины. И не будет.
Бейн не был влюблен в нее наполовину. Он полностью, безраздельно, безумно, страстно по уши влюбился. Он хотел всего.
И не остановится, пока не получит своего.
* * *
Нола балансировала на грани безумия. Снова для Бейна что-то изменилось. С момента прихода он с таким благоговением на нее смотрел, прикасался как с бесценному сокровищу и шептал на ушко самые нежные слова.
Мысль о том, чтобы всосать его член, иссушить его до дна, возбуждала до крайности. Действие, о котором она иногда задумывалась в темноте ночи.
— Я никогда этого не делала, — сказала она, зажатая между его сильными упругими бедрами. — Если я облажаюсь… ладно. С практикой станет лучше.
В уголках его глаз появились морщинки. Борется с ухмылкой?
— У меня никогда такого не было, — признался Бейн. — Но хочу испытать это с тобой.
Даже Мередит не разделила с ним этот опыт? Собственнический инстинкт поглотил ее, пронизывая каждый дюйм тела.
— Ты ждал так долго, малыш. Как и я.
Наклонившись, Нола начала с его колена и целовала вдоль бедра, медленно приближаясь к объекту своего желания. Сквозь полуопущенные ресницы она наблюдала за его лицом. Черты напряглись, он был похож на человека, находящегося на грани, сухожилия по обе стороны шеи вздулись. Его мокрые волосы казались темнее обычного. Он еще не побрился, и слой золотистой щетины покрывал его челюсть.
Бейн не отрывал взгляда от ее лица, словно не мог отвернуться. Он дрожал. Ну и ну. Милая, маленькая Нола Ли заставила этого великолепного мужчину дрожать, и это знание вскружило ей голову. «Как наркотик».
— Готов? — промурлыкала она.
Он напряжен?
— Более чем, — прохрипел Бейн.
Дрожа от возбуждения, она облизнула головку его члена, почувствовав солоноватый привкус. Его тело дернулось, а с губ сорвался прерывистый стон. Это вкус… этот стон… идеальны. Ее веки отяжелели, мысли затуманились. «Больше».
— Нола, — прохрипел он, запустив пальцы в ее волосы. — Не останавливайся. Пожалуйста, не останавливайся.
«Теперь он умоляет меня. Ненаглядный инопланетянин».
— Никогда. — Она слегка пососала его головку, издав отрывистый стон. Затем открыла рот пошире и поглотила как можно больше его длины. Кончик уперся ей в горло, и Бейн снова дернулся, вцепившись пальцами с побелевшими костяшками в край скамьи, как будто боялся, что будет с ней слишком груб.
Нола хотела грубости.
Она проглотила его, сначала немного неуклюже, но Бейн наслаждался всем, что она делала, издавая хриплые стоны. Стоны, которые становились громче по мере того, как ускоряла темп, двигая ртом вверх и вниз, вверх и вниз.
— Это… никогда не знал… нужно… каждый день… — Резкость его голоса только усиливала ее голод.
Нола хотела, чтобы он сошел с ума от возбуждения. «Как и я». Внутри нее все болело, а кровь кипела. Она уловила его сердцебиение по их связи, учащенное и колотящееся?
Когда обхватила ладонью его яички… они так напряжены… он издал хриплый рык.
— Еще, — потребовал он.
Вверх, вниз. Быстрее.
— Ах, голубка, ты заставляешь меня… мне нужно кончить. Если ты не хочешь…
Нола всосала его сильнее. «Мое!» Она заслужила все, до последней капли, и не согласна на меньшее.
Когда она потянула его за яйца, он запрокинул голову и издал удовлетворенный рев, горячие струи удовольствия хлынули ей в горло. Она сглотнула, и, о, да, да, да. «Это лучше, чем коктейль из наркотиков». Мгновенный кайф, от которого ее возбуждение еще возросло.
Нола выпустила его член с громким хлопком.
— Бейн, — сказала она, и его имя прозвучало как мольба. В этом действии было все, на что надеялась, и даже больше. Лучше. Губы покалывало, когда она качнулась на корточках. Ее сотрясла дрожь. Нужда переполняла.
С бесконечно нежным выражением на лице он провел двумя пальцами по линии ее челюсти.
— Спасибо за такой драгоценный подарок, голубка.
— Бейн, — повторила она. Нола не знала, как сформулировать, что хочет сказать. Она никогда не хотела, не нуждалась, не желала, не жаждала никого и ничего так, как хотела, нуждалась, желала, жаждала Бейна. — Прошу.
Его член затвердел прямо у нее на глазах. Погладив себя, он сказал:
— Тебе нужен твой мужчина.
Она кивнула, да, да, и он просунул руки ей подмышки, заставляя встать. Скользнул руками на бедра и развернул, затем выпрямился и заставил ее расположить ладони на плитке.
— Ты получишь меня. Всего меня, — сказал Бейн и раздвинул ей ноги. — Не двигайся.
Холодный воздух коснулся ее интимного места, дрожь сотрясала чувствительное тело.
— Ч-что ты хочешь делать?
— Все, что пожелаю. — Он сжал ее груди, ущипнул за соски и провел руками вниз по бокам, прежде чем поддразнить клитор. — Ты никогда еще не была настолько влажной. Тебе понравилось отсасывать мне, не так ли?
— Да. — Зачем притворяться скромницей? — Я готова к большему.
Бейн приставил член к ее лону.
— Ты — кузница, а я меч. Я делаю тебя сильнее, ты делаешь меня лучше. Вместе мы сможем добиться чего угодно.
Внутри нее все смягчилось от слов этого мужчины.
— О, Бейн.
Он нежно поцеловал ее в уголок глаза, в щеку. Затем…
Погрузился в нее.
Сочетание его нежных и свирепых прикосновений подтолкнуло ее к краю. Очередная кульминация наступила так быстро и так сильно, что она смогла только запрокинуть голову и закричать.
Удовольствие. Блаженство. Восторг. Бейн наполнил ее, растягивая. Она принадлежала ему… точно также как он принадлежал ей?
Но придурок перестал двигаться. Почему он остановился?
— Бейн! Я не закончила. Хочу еще!
— Я никогда не закончу. — Он вышел почти полностью, и Нола захныкала. Затем пошевелил бедрами и погрузился в нее снова. И снова. И снова. Да. Да! Жестче. Быстрее. Он был безжалостен, беспощаден… идеален. Она выгнулась, встречая каждый его толчок. — Когда приближается твоя кульминация, твои внутренние стенки сжимают мой член. Ты убиваешь меня наслаждением…
— Пожалуйста!
Он врезался в нее с сокрушительной силой, и Ноле нравилось это. Толчок, толчок. Жестче, быстрее. Еще быстрее. Кожа шлепалась о кожу. Она стонала, ревела и тяжело дышала, ее сердце грохотало, желание было подобно молнии. Она знала, что сердце Бейна тоже бешено колотилось, их реакции совпадали.
Один мужчина, одна женщина, две половинки единого целого. Да, мысль причудливая, но в то же время истинная. Это… он… сделал жизнь стоящей.
Бейн запустил пальцы в ее волосы и наклонил голову к обнаженной шее. Наклонившись, он прикусил кожу, посылая волну мурашек через нее…
— Бейн! — Еще один взрывной оргазм пронзил ее тело, заставляя петь.
С последним неистовым толчком он последовал за ней за край, ревя и кончая.
Разум Нолы на мгновение опустел. К тому времени, как в нем опять зажегся свет, она и Бейн тяжело дышали, а его грудь прижималась в ее спине. Ее мышцы стали вялыми, конечности бескостными. В любую минуту она могла упасть в обморок, погрузишь в кому наслаждения.
Он поцеловал ее в висок, затем вернулся на скамью, увлекая Нолу за собой. Когда она свернулась калачиком на его коленях, то старалась не думать об его реакции на их занятие любовью.
Ведь именно это они и делали? Занимались любовью.
Если он станет напряженным и виноватым…
— У меня к тебе бесчисленное количество вопросов, — сказал он, целуя ее висок. — Я бы хотел узнать тебя получше и с нетерпением жажду узнать каждую деталь твоей жизни.
Серьезно? Она провела руками по его груди. Мягкая кожа, твердые мускулы. Чтобы не впиться ногтями в его кожу, удерживая на месте на случай, если вздумает сбежать, понадобилась все ее самообладание. Она чувствовала насыщение и настоящее удовольствие впервые за… жизнь. Такое дикое, чудесное чувство. Конечно, с ее удачей это ненадолго.
Дурное предчувствие отвлекло ее внимание, и она чуть не взвыла от разочарования. Не здесь, не сейчас.
Какая жалость.
Пришли мысли, взяв с собой вилы и факелы. В какой-то момент Бейн вспомнит, что у Нолы есть способность вернуть его жену из прошлого и подарить ему жизнь, о которой он всегда мечтал. Вспыхнет ли обида как болезнь? Появится ли обычное презрение?
Почему бы не напомнить ему и не начать процесс с чистого листа?
— Ты ненавидишь королев, — сказала я, обнуляя все.
— Да? — ответил он, дразнящим тоном. — Прямо сейчас я не нахожу тебя такой уж неприятной.
— О-ла-ла. Я не такая уж и неприятная. — Нола закатила глаза. — Остановись, пока твоя похвала не ударила мне в голову.
Он прикусил мочку ее уха.
— Вижу, оргазмы не улучшили твоего настроения.
Она подняла голову и удивилась, обнаружив Бейна совершенно непринужденного, без малейшего намека на стресс. Дразнящий огонек затронул даже его глаза, осветив золотистые радужки.
— Ты забыл, на что я способна? Кого могу спасти?
— У меня есть все, чего я желаю.
— Но…
Этот придурок начал ее щекотать. Нола истерически смеялась, пытаясь молить о пощаде. Но чем дольше она смеялась, тем больше изумления появлялось на его лице, и ей захотелось, чтобы это никогда не кончалось.
— Скажи, что тебе больше всего нравится и почему, — сказал Бейн. — Только тогда пытка прекратится.
«Нужно заканчивать, пока я не описалась!»
— Ладно, ладно. — Эта игривая сторона его сверхсерьезного воина творила странные, трепещущие вещи с ее внутренностями. — Мои любимые вещи. Дай подумать. Цвет — золотой.
— Как я.
— Как драгоценности.
Он надулся, и Нола рассмеялась.
— Время года, — продолжила она с того места, где остановилась. — Зима. Когда я была прикована к постели, и шел снег, школа Вейл закрывалась, и она оставалась со мной смотреть фильмы. Еда — пончики. Восхитительны! На самом деле, мы с Вейл когда-то планировали открыть магазин пончиков. Что насчет тебя? Что у тебя любимое?
— Подожди. Ты планировала продавать сладкое?
— Ага.
Его губы изогнулись, отчего трепетание внутри нее усилилось.
— В любое время, как ты захочешь продавать пончики, я готов купить. В обмен на поцелуи.
— Ты слышал ту часть о том, что мне нравятся драгоценности, верно? Я принимаю только камни и золото.
Его ухмылка стала шире.
— Оргазмы более ценны, у меня есть бесконечный запас для обмена.
— Тогда магазин Нолы «Шалости ради удовольствия» открыт.
Бейн хихикнул, и она чуть не упала в обморок, как девушка викторианской эпохи.
— Я должен назвать свое любимое, — сказал он. — Цвет? Синий. Время года? Темное и ветренное, независимо от времени года. В Адвевете нет чередования времен года. Купол управляет погодой. Еда? Ты. — Он прикусил ее подбородок. — Потому что… ты восхитительна.
Нола улыбнулась. И растаяла. Когда этот парень решал показать романтику для девушки, он ее показывал.
— Кто-то сильно запал на меня, да?
— Мои извинения. — Он приподнял ее и усадил таким образом, чтобы Нола могла обхватить его талию ногами. — Лучше?
Удивленная и обрадованная, она рассмеялась. Бейн щекотал и дразнил ее, вытаскивая все неприятности.
— Запал — это фигура речи. Значит, я тебе нравлюсь. Ты улавливаешь мой настрой.
— Можно ли меня винить? Яркое остроумие… ослепительная улыбка… соблазнительный жар… и вызывающий привыкание аромат. Это изысканное лицо… дерзкая грудь… ммм, сладкие врата в рай. — Упоминя каждое место, он касался его, заставляя ее стонать. — У меня не было ни единого шанса. Ни у кого бы не было. Это даже нечестно.
«Эти комплименты… путают меня». Волна нежности захлестнула ее.
— Как будто ты сам не излучаешь тонну тепла, плохиш. Эта невероятная энергия… убийственная ухмылка… сухое остроумие. Это великолепное лицо… мягкие губы… твердые мышцы… твой аппетитный аромат, обворожительная улыбка и призывной смех. Твои несравненные прикосновения. — Следуя его примеру, Нола прикасалась ко всем упомянутым местам. — Твой гигантский член.
Его челюсть отвисла. Бейн сглотнул.
— Расскажи мне свое любимое воспоминание.
— Эта секунда. — Коснувшись кончиком своего носа его кончика, она сказала: — А твое?
— Эта секунда, — повторил он, кивнув. — У меня такое чувство, что этот день останется в моей памяти и будет всплывать каждый раз, когда я буду кончать в одиночестве.
Она одарила его самой дерзкой улыбкой, на которую только была способна.
— Я твой повод для наказания? Ах. Я польщена. — «Этот мужчина также хорош, как я. Нола Ли обзавелась настоящим парнем!» — Ладно, я не хочу портить наше послевкусие или что-то такое, но мне любопытно. Что случилось с Микой, когда я ушла?
Эта перемена в нем…
— Я просто понял, что ты всегда была достойной. Я был недостоин. Я не заслуживал… не заслуживаю… тебя, но хочу и нуждаюсь в тебе. — Бейн обхватил ее щеки, встретившись с ней взглядом со всей настойчивостью, которую она так хвалила. — Ты…
В дверь легонько постучали.
— Судя по стонам и крикам, которые я слышал, предполагаю, что Бейн вернулся, — позвал Зион. — Теперь, когда ваше воссоединение окончено, выходи и посмотри, какой подарок у меня есть для тебя.
Черт бы побрал Зиона с его неудачным временем.
Сердце колотилось, как товарный поезд, ребра стучали, как рельсы, Бейн высвободился из объятий Нолы и встал. Хотя всего несколько мгновений назад он испытывал полное удовлетворение, его нервы были на пределе, а все остальное выбито из колеи. Он хотел снова заключить ее в объятия. Она была центром бури. Его спокойствием. Но в то же время самой бурей.
Чтобы устоять перед первобытным искушением, ему пришлось черпать силы из запаса, который он берег для чрезвычайных ситуаций. Не помогало и то, что зверь тоже хотел обнять ее и протестующе бился о череп. Никогда еще засранец так не реагировал ни на кого другого. Никогда не жаждал определенной женщины, уязвимый перед ней. Полностью вышедший из-под контроля. Дикий и пугающий.
Если с ней что-нибудь случится…
«Ничего не случится. Я защищу ее ценой своей жизни».
Она встала и положила голову ему на плечо, как будто не могла вынести разлуки с ним. Бейна пронзила острая боль. Когда он вот так ее обнимал, то не мог сожалеть о всех трудностях, которые свели их вместе.
Чтобы пережить это время с ней, он с радостью перенес бы все, что угодно.
— Я надеялся обнимать тебя прямо сейчас, — сказал он и поцеловал ее в затылок. В месте соприкосновения по коже побежали мурашки.
— Ну, ладно, — сказала она. — Что случилось с моим закаленным ворчливым медведем?
Ворчливый медведь?
— Он встретил тебя. — Бейн обхватил ее прекрасное лицо и потерся своим кончиком носа об ее, затем поцеловал ее пухлые, любимые губы. — Я не отпускаю тебя, Нола. Ты понимаешь, что это означает?
Ее глаза расширились.
— Думаю, да. Возможно. — Капли воды повисли на ее ресницах, и румянец окрасил щеки. — Я имею в виду, ты смотришь на меня, словно я твое следующее блюдо, и в данный момент ты не хочешь, чтобы возвращала Мередит.
— В данный момент? — «Она думает, что я передумаю?»
Жар пробежал по его позвоночнику, быстро распространяясь по конечностям.
— Я никогда не передумаю. — «Прости меня, Мередит».
Когда его жена больше всего в нем нуждалась, Бейн ее подвел. Он хотел бы, чтобы она была жива, но, даже если Мередит прямо сейчас появится здесь, он подозревал, что между ними все станет иначе.
Это признание опустошило его. Годы разлуки изменили его. Он не был тем мужчиной, которого любила Мередит, а она не была той женщиной, в которой он… нуждался.
Он больше не мог оставаться пленником своего прошлого. Да, он совершил ошибки и заслужил наказание, но в вечном приговоре нет необходимости.
Пришло время простить самого себя. Отпустить и наконец-то попрощаться с женой. Только тогда по-настоящему сможет построить будущее с Нолой. А он мечтал о будущем с ней. До того, как она вошла в его жизнь, у него было только переполненное ненавистью сердце.
Зная, что Зион ждет за дверью, но не желая расставаться со своей королевой, Бейн сказал:
— Я должен кое в чем признаться. Даже в нескольких вещах. После того, как закончим с Зионом, я съем твой десерт. Но сначала должен тебе сказать, что ты уже изменила прошлое. Когда ты вернулась к воспоминаниям о смерти своих родителей, Эвелин заметила тебя. Она сравнила тебя с Джейн, бывшей королевой, способной манипулировать воспоминаниями и изменять прошлое. Однако для этого ей приходилось совершать человеческие жертвоприношения. Думаю, ты должна сделать то же самое, поскольку верю, что ты из ее рода.
Нола побледнела.
— Хочешь сказать, я смогу путешествовать во времени в телесной форме, если убью кого-нибудь?
Он выдержал ее взгляд и кивнул.
Она немного заколебалась, прежде чем процедить:
— Кого? Почему? Как?
— Кого… кого угодно. Почему… кровь — жизнь, жизнь — это сила. Как… любым возможным способом.
Она отшатнулась.
— Теперь я действительно не понимаю. Одно-единственное жалкое убийство, и ты сможешь вернуть свою жену. Например, я могу вспомнить массу людей, которые могут послужить в роли жертвы.
Жалкое убийство?
— Когда я сказал, что хочу тебя, только тебя, я это и подразумевал.
От замешательства между ее бровями залегла складка.
— Но почему?
Неужели он оскорблял ее столько раз, столькими различными способами, что его комплименты не действуют? Чувство вины…
— Голубка, ты самая прекрасная женщина, какую я когда-либо видел. Самая сильная, самая храбрая. Самая милая и остроумная. Я мог бы заметить тебя средь много миллионной толпы.
Снова широко раскрыв глаза с расширенными зрачками, она уставилась на него. Пар окутал ее мечтательной дымкой, и Бейн придвинулся ближе.
— Но, — добавил он, — Мередит бы не хотела, чтобы хладнокровное убийство вернуло ее к жизни. Она верила в борьбу, честь и последствия.
— Кто говорил о хладнокровном убийстве? Я могу сделать это в разгар битвы, как она и предпочитает. Черт, я могу даже использовать Эвелин, когда она появится.
Все время, пока она говорила, Бейн качал головой с дикой решимость и, да, растущей яростью. Он принял решение и не собирается его менять. Почему Нола продолжала настаивать на этом?
«Готовится избавиться от меня?»
«Мог ли он винить ее в таком случае?» Нет. Но в любом случае он попытался набраться терпения.
Прежде чем уйти из ванной, он должен укрепить их взаимоотношения.
— У моего подарка есть ограничение по времени, — позвал Зион. — Поверь, когда я говорю, что ты не захочешь его упустить. — Стук стал сильнее. В двери появилась трещина, дерево не выдержало напор его металлической перчатки. — Я не слышал, как вы там собираетесь. Возможно, неясно выразился. Временное. Ограничение.
«Отлично». Личные желания Бейна могли подождать.
— Мы поговорим позже, да?
— Да, — прошептала она, слегка запыхавшись.
Выключив воду, он вытер ее полотенцем, затем вытерся сам… не поцеловав все его любимые места. Настоящая пародия.
Бейн надел черную футболку и камуфляжные штаны с карманами, наблюдая, как Нола застегивает кружевной лифчик и натягивает подходящие трусики.
«Позже я сорву эти трусики зубами».
Она прикрыла белье джинсами и розовой футболкой с надписью «Почти миллионерша». Ее грациозные движения превратили процесс одевания с соблазнительный танец, и он восхищенно застыл.
Нола плюхнулась на крышку унитаза, чтобы завязать свои теннисные туфли. Она снова и снова открывала рот, словно собиралась что-то сказать, но передумывала.
— Теперь все наладится, — сказал он ей мягко. — Что бы ни случилось, мы справимся с этим. — Бейн присел перед ней на корточки, чтобы закончить завязывать, его плечи раздвинули ее колени. — Вместе.
Она кивнула, но продолжила смотреть вниз, пробуждая в нем ощущение острой необходимости.
— Нола? Что не так?
— Я просто… я просто чувствую себя йо-йо. Вверх и вниз. Счастлива в одну секунду, а в следующую уверенная, что произойдет что-то ужасное.
Он сжал зубы.
— Я не допущу, чтобы с тобой случилось что-то плохое.
— Я не себя имею в виду, — прохрипела она.
— Меня? — Бейн ударил себя в грудь, только чтобы убедиться. После ее кивка, он сжал зубы сильнее. — Мне есть ради чего жить. никому не позволю взять надо мной верх. — Он поднес ее запястье к своему рту, поцеловал бьющийся пульс, затем встал, поднимая ее на ноги.
Поцеловав ее в лоб последний раз, он повел свою прекрасную женщину в спальню. Быстрый взгляд, и Бейн запомнил все обстановку — привычка каждого воина, помогающая ему выжить. Огромная кровать, застеленная пушистым стеганным одеялом. Две прикроватных тумбочки, письменный стол, телевизор и три лампы — все черных, белых или серебристых цветов.
С кинжалом в руке Бейн вошел в коридор, где ждал Зион. Он не посмотрел на Нолу, доказывая, что понимает условия их сотрудничества. Один взгляд на девушку, и их союз подойдет к концу.
— Давай посмотрим на подарок.
Уловка?
— Сюда. — Зион, одетый в легкие хлопчатобумажные пижамные штаны, улыбнулся. Хотя на нем не было видимых повреждений, брызги крови испачкали его кожу и одежду.
Бенй и Нола последовали за ним, пересекая гостиную. И вновь он запомнил всю обстановку после одного взгляда. Два дивана, два кресла. пианино в углу у окна, рядом с барной стойкой.
Дальше шла кухня. Огромный стол, семь стульев. Бейн поджал губы. Зион забрал восьмой?
Они вошли в другую спальню, которая вдвое меньше предыдущей и обставлена аналогично. За исключением одной детали… Зион взял стул, подложил под него пластиковый брезент и приковал к нему человека. Интересное развитие событий.
Один глаз жертвы распух и не открывался, другой покраснел от слез и остекленел от страха. Кровь запеклась у него на губах и подбородке, мужчина издавал сдавленные звуки.
Зион отрезал ему язык.
Нола прижалась к боку Бейна, ее тело сотрясала дрожь.
— Кто это? Зачем ты сделал это с ним, Зион?
Человек заметил ее и взмолился о помощи.
Бейн издал низкое рычание, привлекая к себе внимание мужчины, и его страх усилился.
— Не смотри на нее. Никогда не смотри на нее.
— Следующее собрание состоится меньше, чем через две недели, — сказал Зион, погладив человека по голове. — Этот мужчина возглавляет человеческую армию, нанятую Эриком. Он и его люди планируют присутствовать на встрече издалека и стрелять в нас с горных вершин. Их нужно нейтрализовать.
— Так почему ты просто не убил его? — спросила Нола, отпуская часть беспокойства.
Бейн провел вверх и вниз по ее боку, случайно коснувшись нижней части груди. Черт! Прикасаться к ней было ошибкой, но отпустить ее стало невозможным.
— Дай угадай. Палочка, — сказал он. — Зион хочет ее использовать.
Она нахмурилась.
— Волшебная палочка? Ты не шутил по этому поводу?
— Никаких шуток. — Зион постучал по бриллиантам, вделанным в его кожу, в определенном порядке, затем вытянул руку. Тонкая деревянная палочка появилась в центре.
Разум Бейна завис. Может ли это оружие излечить его плечо или нет?
— Возможно, тебе захочется отвернуться, — обратился Зион к Ноле.
— Я в порядке, — сказала она, но прижалась ближе к Бейну, ища утешения.
Его грудь раздулась от гордости. «Она влюбляется в меня».
— Сделай это, — сказал он союзнику. — Нола может справиться со всем.
Теперь ее грудь раздулась от гордости, и Бейн чуть не улыбнулся.
Зион подошел к трясущемуся пленнику сзади, приставил кончик палочки к углублению между черепом и позвоночником… и воткнул. Деревяшка вонзилась мужчине в мозг.
Нола крепко зажмурилась, когда жертва захрипела, дернулась и осела, его голова свесилась вперед. Глаза остались открытыми, и из них лился яркий свет. Еще ярче. Появилось изображение.
— Мы смотрим фильм… глазами мертвеца? — ахнула Нола.
— Все есть энергия, — сказал Зион, — даже наши мысли. Волшебная палочка может извлекать и проецировать их, позволяя нам увидеть любую часть его жизни, которую мы выберем.
В проекции киноверсия Эрика расхаживала по складу, наполненному сотнями солдат, которые следили за каждым его движением. По складу, куда Бейн с Зионом теперь могли телепортироваться, но не станут.
Учитывая, что они имели дело с викингом, там бесчисленное количество ловушек. Скорее всего, ядовитые химикаты и газы с электрическим полом. Это любимый набор ловушек Бейна. Без сомнения, там расставлены и специальные западни для конкретных воинов. Например, яркий свет для Бейна?
— Ваша работа проста, — сказал Эрик. — За неделю до встречи сто наших лучших снайперов отправятся в Арктику. У меня там есть хижина, а под ней подземный бункер. Стрелки будут скрыты до тех пор, пока не начнется собрание. Тогда они затаятся на вершинах гор и застрелят любого, кто бросит мне вызов. Пули их не убьют, но это ничего. Ослепите их, замедлите, что угодно, а мои союзники позаботятся об остальном.
— Именно это я хотел тебе показать. — Зион вытащил палочку, кровь потекла на пол. — Соображения? Вопросы?
— Я ничего не знала о бункере, — пробормотала Нола. — Он был бы очень кстати!
— Если мы создадим портал поблизости и проникнем на склад, — предложил Бейн, — ты сможешь всех там заморозить, а я убью их, гарантируя, что они никогда не доберутся до собрания.
Нолу сотрясла новая волна дрожи, но его женщина осталась рядом.
— Мы должны совершить налет на склад сегодня вечером. Сегодня Хэллоуин, так что мы можем взять с собой все оружие арсенала и не вызовем подозрений. Зеваки даже не взглянут на нас дважды. И, поскольку я хотела увидеть вас с Зионом одетыми как дотракийцы[2], то подобрала вам костюмы, пока ходила по магазинам с Зионом, так что вы оба готовы к представлению.
— Дотракийцы? — спросил Зион, присаживаясь на корточки, чтобы вытереть оружие о брезент.
— Самые свирепые воины на свете. — Нола положила руку на грудь Бейна, ее кожа обжигала, заставляя мускул дернуться. — Ты будешь Кхалом Дрого, лидером дотракийцев.
Дрого, имя, которое она дала его зверю.
— Согласен, — сказал Бейн. Для нее? Что угодно.
— Я тоже буду этим Кхалом Дрого, — заявил Зион. — Мы правим вместе.
— Конечно. — Нола переводила взгляд с одного на другого. — Но, может, перед уходом избавимся от тела?
Его гордость перешла на новый уровень. Как быстро она приспосабливается к проблемам.
— Позволь мне. — Бейн открыл портал в свои любимые воды, кишащие акулами, и выбросил тело.
— Прежде чем кто-нибудь скажет маленькой женщине остаться, — начала Нола, — я, вероятно, должна сообщить вам обоим, что иду, и это не подлежит обсуждению. Моя миссия? Убедиться, что другой Дрого не спалит весь мир. Как и вы парни, я буду в костюме. — Не давая им шанса возразить, она выбежала из комнаты.
Добровольно подвергнет свою жизнь опасности? Никогда. Но и оставить здесь ее он не сможет, не сходя с ума. Беспокойство за нее будет отвлекать.
— Ты можешь использовать палочку, чтобы вылечить мое плечо? — спросил он Зиона.
— Конечно. — Зион без колебаний ткнул палкой в плечо Бейна.
Он зашипел от боли, но остался на месте. Запрокинул голову, сжал кулаки и застыл в надежде. Никакая оставшаяся кровь человека на него не повлияет.
Когда Зион рывком вытащил оружие, Бейн посмотрел вниз…
Ничего не изменилось. Он выругался.
Зион посмотрел на дерево, затем на рану и нахмурился.
— Это должно было сработать.
Неужели эта рана у него навечно? Поскольку опасность для Нолы возросла, необходимо избавиться от всех слабостей.
— Забудь о плече. Как только мы совершим налет на склад и уничтожим армию, то обращу свой взор на Гуннара из Тродэйра.
— Гуннар мертв. — Зион снова присел на корточки, чтобы почистить палочку. — Убит Ноксом.
Он ущипнул себя за переносицу.
— Тогда я выберу другое оружие.
Но какое именно? Наручники Эмберель, помогающие путешествовать во времени, были первыми в списке. Но, как и Нола, он теперь боялся копаться в прошлом.
Странны звук привлек его внимание, уши дернулись. Нола… поет? Бейн никогда прежде не слышал ее пение, но вспомнил, как она говорила, будто Вейл утверждала, что кошки готовы покончить жизнь самоубийством. Какое верное сравнение.
Бейн прижал руку ко рту, чтобы заглушить смех. Тепло разлилось в его груди. «Это, наверно, и есть радость».
Пальцы щелкнули перед его лицом, и он моргнул. Зион стоял прямо перед ним.
Бейн нахмурился. Он погрузился в размышления в присутствии другого воина. Да, он доверял Зейну… в некоторой степени… но они оба преследовали одну цель. Выжить. При нынешнем положении вещей только один мог выиграть.
— Когда ты изучал его мозг ранее, ты что-то увидел за пределами склада? — спросил Бейн.
— Да. На долю секунды.
— Доли секунды вполне достаточно. — Он провел рукой по своему усталому лицу. — Тогда мы создадим портал рядом.
Зион согласно кивнул.
— Будь готов. Мы отправляемся через час. — С этими словами он вышел, чтобы присоединится к Ноле. Он собирался поболтать с ней, но, войдя в спальню, увидел, как она разделась до кружевного белья, и планы поменялись.
Бейн закрыл дверь и повернул замок до щелчка. Зион мог подождать.
— Не смейте отговаривать меня от похода с вами, парни, — сказала она. Нола стояла спиной к нему, выставив напоказ свою великолепную задницу.
— Парень. В единственном числе, — почти проскрежетал он.
Она повернулась к нему лицом, заметила набухший член и помахала на лицо.
— Ну, ну. Мой золотой бог здесь не для того, чтобы спорить. Он здесь, чтобы соблазнить меня и упросить остаться.
— Нет. Он здесь, чтобы соблазнить тебя, точка, — сказал он. А затем подтвердил свои слова.
* * *
Нола никак не могла привыкнуть к тому, как сексуально выглядит Бейн в своем костюме из «Игры престолов». Он позволил ей заплести несколько прядей в косу и размазать черные полосы по лицу и плечам. Он надел наручи, обмотал талию толстым кожаным ремнем и натянул набедренную повязку поверх кожаных штанов. В конце он дополнил свой наряд высокими коричневыми ботинками. Меч покоился у него за спиной, а кинжалы висели по бокам.
Как она и подозревала, никто дважды не глянул на его оружие. Однако они несколько раз оглядели его тело и вытерли слюни.
Она пожалела, что не выбрала для себя костюм Матери драконов. Увы. В качестве шутки она обратилась сексуальным инопланетянином, раскрасив свою кожу в зеленый свет и нарядившись в ультратонкое серебристое платье. На голове у нее была повязка с двумя антеннами, поднимающимися по бокам.
Зейн тоже выглядел хорошо, но не мог сравниться с Бейном.
Теперь они шли по улицам Нового Орлеана, направляясь к складу. Наступила ночь, толпы людей, освещенные множеством фонарей, праздновали. К этому момента она уже заметила служанку, Черную пантеру, Дедпула, Тора и несколько версий Аквамена.
Также были медсестры, сексуальные кошечки, пещерные женщины, полицейские, кролики из «Плейбоя», единороги и соблазнительный скелет. Казалось, никого не волновала низкая температура. Тут и там вспыхивали разноцветные огоньки. Раздавался смех, по кругу передавалась выпивка. В воздухе витали различные ароматы, смешивающиеся с запахи приготовленной пищи и выхлопными газами.
— Я знаю, что мы здесь ради убийств и всякого такого, — сказала она Бейну, — но я настроилась на развлечения.
Мимо них, спотыкаясь, прошел пьяный мужчина в свадебном платье. Бейн притянул ее ближе к себе. Любой, кто хоть раз взглянул на нее, оказывался лицом к лицу с громадным золотым богом, готовым извергать огонь.
— Когда мы вернемся, — сказал он, — я познакомлю тебя со всеми развлечениями, какие только пожелаешь. Всегда хотел переспать с зеленым пришельцем из другого мира.
Она усмехнулась, и мурашки неприличия побежали по ее спине. Он говорил ей самые милые, самые романтичные вещи. И, после того как они станцевали еще одно горизонтальное мамбо на кровати в отеле, он обнял ее, как и обещал. Чувство удовлетворенности пыталось захлестнуть меня, но сопротивлялась, боясь, что обрекаю себя на разбитое сердце. Прежде чем даже думать о вечности с Бейном, ей нужно рассказать ему о Темной Ноле. Как он отреагирует? Возненавидит ли ее снова, как она боялась?
— Всегда… ты имеешь в виду последние два часа? — спросила она, поиграв бровями.
— Не смейся, голубка. — Хватка на ее бедре усилилась, оставляя синяк, и ей нравилось это, нравилось проявление его настойчивости. — Ты же знаешь, это уничтожает мой контроль.
О, да. Она знала.
— Возможно, тебе нравится, что происходит, когда ты теряешь контроль.
Он остановился, наклоняя голову, чтобы ее поцеловать…
— У тебя есть выбор, Бейн, — сказал Зион сбоку. — Продолжить отвлекаться, подвергая опасности себя и свою женщину на публике, пока я вторгнусь на склад один, или помочь мне, как и планировалось. Ты не можешь делать два дела одновременно.
Почувствовав в себе дерзость, Нола оттолкнула его.
— Вы двое входите вместе и прикрываете друг другу спины. И тебе лучше вернуться ко мне, иначе будут ужасные последствия. Понял?
Ей нравилось, что эти два воина теперь стали своего рода друзьями. У нее возникло смутное подозрение, что них не получалось заводить друзей за всю их длинную, длинную жизнь, некому было довериться. Но. Если они не найдут способ остановить войну, или Зион не примет знак Позора, их дружба не продлится долго.
«Не обращай внимания на дурное предчувствие. — Оно не исчезло, а только стало сильнее. — Не обращай внимание на свой бурлящий желудок».
Зион бросил на Бейна быстрый взгляд и веселым голосом сказал:
— Разве тебе не следует поставить свою женщину на место?
— Вряд ли, — съязвил Бейн. — Мужчина, который ставит свою женщину на место, спит один.
Нола вознаградила его спонтанным поцелуем в шею, где участился пульс.
— Я так горжусь тобой. Ты быстро учишься.
Его пальцы сжали ее бедро, когда он бросил на нее странный взгляд… мягкий, заставивший ее затрепетать.
Когда явно пьяный мужчина врезался в нее, она ахнула. Если бы не крепкая хватка Бейна, она упала бы на спину.
— С тобой все в порядке? — потребовал он.
— Да. Все нормально.
— Хорошо, — ответил он, а через секунду уже несся за пьяным мужчиной.
Издавать приказ или нет?
— Нет, Бейн. Нет. Пожалуйста, вернись, — позвала Нола, решив начать со слова «нет». Прислушается ли он к ее просьбе или продолжит двигаться вперед?
Продолжит двигаться. Он схватил обидчика за шкирку и оттащил его на другую сторону улицы, подальше от нее. Слава богине! Убийство Мики было самообороной и местью. Убийство Эрика, который продолжал угрожать Вейл, Бейну и Зиону, было бы чистой воды самообороной. Это же модно назвать только хладнокровным убийством.
Зион воспользовался возможностью и тихо сказал:
— Тебе так легко с Бейном, и все же мой пророческий сон не изменился. Однажды ты его убьешь.
— Ни за что. — Покачав головой с такой яростью, что это вызвало головокружение, она ответила. — Я не стану. Твой сон, должно быть, символизирует что-то другое.
Хмурый взгляд. Наклон головы.
— Как ты можешь быть настолько уверена?
— Вот так. — Ее чувства в Бейну слишком глубоки.
Он вернулся к ней и подозрительно посмотрел на нее и Зиона. Почувствовал новое напряжение, не так ли? В любом случае, комментариев не последовало. Потому что они достигли пункта назначения. Кажущийся заброшенным склад. Свет был выключен, и никого не слонялся поблизости. Решетки закрывали окна, разбитое стекло валялось на земле.
Они отошли в тень рядом с мусорным контейнером. Зион указал на склад и сказал:
— Камеры стоят там, там и там. Двери там и там. Окна здесь, здесь, здесь и здесь.
Бейн пристально посмотрел на Нолу и сжал в кулаке ее волосы. Собственническая хватка.
— Ты останешься здесь? Клянешься?
— Да. Клянусь. — Если бы она настояла на том, чтобы пойти с ним, он не смог бы воспротивиться. Но тогда Бейн будет отвлечен, беспокоясь о ее безопасности, и ее грубоватый воин подверг бы себя еще большему риску. — Клянешься вернуться ко мне?
— Клянусь, — сказал он, вторя ей. — У тебя есть пистолет?
— Да. — Бластер, прикрепленный к ее поясу, на самом деле был полуавтоматическим пистолетом, окрашенным серебристой краской из балончика.
Бейн поцеловал ее, ненадолго прижавшись своими губами к ее, затем развернулся на пятках.
— Давай сделаем это, Зион.
— Я тоже вернусь. Хотя тебя не заботит это настолько, чтобы заставить меня поклясться, — сказал Зион, закатив глаза.
— Класс, — ответила Нола. — Можешь принести мне сувенир.
Бейн фыркнул — глупый звук, но он заставил ее сердце воспарить.
Когда они вдвоем направились к зданию, скрываясь в тени, она утратила уверенность, что все будет хорошо. Страх душил ее.
Что, если что-нибудь случится с ее парнями?
Да, они готовились к войне. Да, они знали, как действовать при наихудшем сценарии. Да, это нужно сделать, иначе армия Эрика выступит против них на собрании. И против Вейл и Нокса. Но там были сотни солдат, которые тоже тренировались.
«Я начинаю ненавидеть Эрика». Если он бы он не нацелился на ее друзей, Нола бы решила заключить с ним союз. В конце концов, он тоже был отсюда. Рожденный и выросший здесь. Но он продолжал наносить по ним удары, и заслужил первое место в ее списке на уничтожение.
Различные звуки обрушились на ее уши. Хлопки, выстрелы, то затихающие, то накатывающие волнами. Послышались крики. И проклятья. Затем звон металла. Любой, находящийся поблизости, счел бы склад домом с привидениями. Но Нола знала лучше.
Битва началась.
«Меня не вырвет, не вырвет, не вырвет».
Ее внимание привлек писклявый звук. Он доносился из мусорного контейнера. Она напряглась, кровь вскипела, кости заледенели.
Следует ли ей позвать Бейна?
Лучше не отвлекать его. Насколько она смогла разобрать, причиной шума была крыса.
Когда крышка распахнулась, она прижала руку ко рту, чтобы заглушить визг. Пар от дыхания завис у нее перед лицом.
Не крыса, и не настоящий контейнер… аварийный выход? Мужчина в черной футболке и джинсах вылез оттуда, ступив в луч лунного света. Его лицо и руки оказались измазаны кровью. Он перевел взгляд со склада на ближайшую улицу, скорее всего, решая — сбежать или вернуться и помочь своим друзьям. Нола отшатнулась и потными ладонями потянулась к пистолету. Это движение привлекло его внимание, и он вытащил свое оружие и прицелился. Пока ее рука дрожала, его оставалась твердой.
Где Темная Нола, когда она так нужна?
Вот и все? Это конец? Возражение возникло у нее в голове. У нее еще столько дел. С Бейном. С Вейл. Со своими долбанными людьми. Ей нужно пробудить зверей!
Наконец, Темная Нола взяла главенство и начала говорить.
— Убери пистолет, пока я не заставила тебя его съесть.
Мужчина оскалился.
— Я тебя знаю. Ты с ними. С теми, кто пытается захватить нашу планету. — Сказав это, он нажал на пусковой крючок.
Нола напряглась, ожидая боли. Бейн появился из ниоткуда, пуля попала ему в грудь. Когда его тело дернулось, Нола закричала в холодной ночи.
«Получил пулю вместо меня. Готов умереть за меня».
Когда она пошатнулась… обычное явление в его присутствии… он схватил стрелявшего за шею. Ударил в живот и пах.
«Такой жестокий. Такой свирепый». Мужчина рухнул. Вокруг него растеклась лужа крови… и Ноле понравилось это зрелище. «Такой милый».
У нее даже слюнки потекли.
— Ты хотел причинить боль моей женщине? — Бейн плюнул на труп.
«Такой беспощадный. Такой мой».
Следующим появился Зион и быстро оценил ситуацию.
— Хорошая работа. — Он открыл портал и бросил туда тело. — Партнеры.
Ее адреналин резко упал, и зубы застучали.
— Теперь мы можем идти?
— Да. — Бейн прижал ее к себе.
С визгом ожила сигнализация.
— Мы переместили их оружие, — сказал он. — Теперь нам осталась всего тысяча дел.
В течение следующих двух недель Нола играла в семью со своими великолепными защитниками.
Каждое утро они меняли отели и часто штаты. Иногда даже страны. Они предпочитали апартаменты длительного пребывания с кухней.
Хотя жизнь в разъездах уже потеряла свою привлекательность, Нола наслаждалась готовкой для своих мужчин. Что бы они ни приготовила, они съедали все. Особенно запеканки. Остаток дня Бейн и Зион охотились на бойцов, расставляли ловушки и разрабатывали стратегию.
Эрик доставлял бы неприятности. Он и его союзники страстно хотели поджарить зверя.
По вечерам Бейн и Зион тренировали Нолу в команде, обучая ее орудовать кулаками, мечами, кинжалами, пистолетами и любым невинным предметом, который оказывался под рукой. Например, ручки, подушки и чашки.
Все шло гладко, пока Зион случайно не ударил ее локтем в подбородок, заставив прикусить собственный язык. Изо рта потекла кровь, и Бейн своим ревом чуть не выбил окна, почти превратившись в Дрого здесь и сейчас.
Чтобы его успокоить потребовались поцелуи, раздевание, секс и часы объятий. Мужчина, который получил за нее пулю, оказался большим любителем обнимашек.
Их отношения продолжали развиваться, и Бейн начал больше улыбаться и смеяться, несмотря на тикающие часы обратного отсчета, и это всегда заставляло ее сердце биться чаще. С каждым днем он становился более заботливым, более свирепым и на мегатонну страстным. Ей нравилось спать в безопасности его объятий, а ему доставляло удовольствие на ушко нашептывать ей приятное.
«Твоя сила поражает меня».
«Твое мужество сбивает с ног».
«Твоя красота сводит меня с ума».
Теперь страх обострил ее нервы. Сегодня стрелки часов обнулятся, и все начнется заново. Менее чем через три часа должно начаться собрание бойцов. Тик-так, тик-так, тик-так. Бейн уже начал готовиться.
— Никто не принял знал Позора, — сказала она, расхаживая взад и вперед. Даже Вейл.
Одно только ее имя вызывало острую тоску по дому. Нола отчаянно скучала по сестре. Чего бы она только ни отдала, чтобы ее обнять. Чтобы поплакать с ней. Поговорить и смеяться. Обсудить все, что случилось, и трудности отношений с воином Великой Войны. Приготовить ее любимое блюдо, как Нола готовила для Бейна и Зиона.
— Ты не можешь закончить войну после встречи, — закончила она.
— Знаю, — ответил он, и, к ее изумлению, в его голосе не прозвучало ни капли сожаления. Он сидел за письменным столом и точил меч… оружие, к которому ей было запрещено прикасаться. Оно было причиной его ранения в плечо. Он провел каким-то камнем по лезвию. Вверх и вниз.
— Ты не совершишь кровавый ритуал до окончания войны, значит, твоей мести придется подождать.
— Знаю, — повторил он, все еще ни капли не расстроенный.
Черт бы его побрал. Почему он совсем не волнуется? Как раз Нола не могла перестать волноваться! По мере того как расцветал их роман, росло и ее дурное предчувствие. Никогда за всю ее жизнь, ей не удавалось сохранить то, что было небезразлично. Она потеряла родителей, Кэрри и даже Вейл, по крайней мере, на время. С чего бы на Бейне произойти исключению? Однажды она потеряет и его.
— Скажи еще раз, что ты будешь делать в мое отсутствие, — сказал он, проводя камнем вверх и вниз, вверх и вниз.
— Помимо беспокойства? — На последние несколько часов вместе… «он вернется, он обязательно вернется»… они заперлись в главной спальне пентхауса. Великолепная комната с панорамными окнами до пола и огромной кроватью.
— Тебе не следует волноваться за своего мужчину. — Вверх и вниз. Мееедленно. Ритмично. — Я буду сильным ради нас.
Нас. Одно слово, три буквы, бесконечный трепет. Продолжая расхаживать, она сказала:
— Я останусь там, куда ты меня поместишь, ни с кем не заговорю, не буду никому доверять и ничего не стану делать.
— Отлично.
Он перенесет ее в другой гостиничный номер другого штата. Воины будут слишком заняты, чтобы напасть на нее, а любой, кого пошлет Эрик, не узнает, где искать и как с ней связаться.
— Твоя очередь, — сказала она. — Напомни мне, что будешь делать.
— Помимо того, чтобы выжить? — Вверх и вниз.
— Очевидно. — Их будущее зависело от исхода этого глупого собрания.
— Я буду защищать Вейл и работать с Зионом, чтобы добыть оружие. Предпочтительно кольцо, принадлежащее Кольту.
Нола подслушивала каждый раз, когда Бейн и Зион обсуждали войну или корректировали свой генеральный план. Совсем недавно они решили нацелиться на воина по имени Кольт.
Очевидно, Кольт владел кольцом, способным распадаться на сотни крошечных ботов, которые могли проникать под кожу других людей, позволяя ему с легкостью выслеживать и/или убивать их.
Если Бейн заполучит кольцо, его будет не остановить! Приятный бонус: можно использовать ботов, чтобы разрезать внутренние органы Эвелин на кусочки.
— Почему Кольт до сих пор не посадил к вам бота? — громко задала она вопрос.
— Он прячется от войны, никогда не участвует в сражениях.
— Тогда почему его выбрали в качестве представителя?
— Возможно, он самый храбрый из своего вида? Правители редко делятся своими соображениями.
Или Кольт имел тайную способность, о которой никто не знал? Ее желудок скрутило узлом.
— Ненавижу это!
Когда она в следующий раз прошла мимо стола, Бейн отложил инструменты в сторону, отодвинул оружие, затем обнял ее одной рукой и притянул ближе. Он посадил ее на стол, обхватив ее колени с обеих сторон.
На ней были рубашка и трусики, больше ничего. Поправка: промокшие трусики. Ее соски напряглись, когда лоно запылало и заныло.
Бейн натренировал ее тело реагировать на его малейшее прикосновение.
— Будешь скучать по мне? — Он провел пальцами по ее обнаженным бедрам, сжал их и подушечками больших пальцев выводил ленивые круги на животе.
«Скучает по нему? Всего лишь каждой клеточкой ее существа».
— Есть небольшой шанс, что я… могла бы.
Улыбка заиграла на его губах… «еще одна в моей коллекции»… смягчая суровые черты лица.
— Я буду очень по тебе скучать, — сказал он. — И тебе не нужно беспокоиться о моем благополучии, голубка, ни капельки. Зная, что ты ждешь меня, а твое тело жаждет мое, я не позволю ничему помешать мне вернуться к тебе.
«Ох, как же сладко». Когда он говорил подобные вещи, она чувствовала, что влюбляется сильнее. Если так продолжится и дальше, все перерастет в настоящую любовь. Ты уверена, что этого еще не произошло?
«Подождите. Правда, скрывающаяся за его словами, была очевидна».
— Ты собираешься завести меня, прежде чем уйти, так?
Бейн перевел взгляд вверх, задержавшись на ее клиторе, затем на груди, прежде чем встретиться взглядом. Лукавый блеск озарил их золотистые глубины, пока он играл с резинкой на ее трусиках.
— Я собираюсь завести тебя настолько сильно, что ты не сможешь насытиться еще несколько недель.
* * *
Наконец. Вот и собрание бойцов.
Бейн и Зион решили прибыть раздельно, причем Бейн будет первым. Расставаться с Нолой оказалось труднее, чем когда-либо, желание вернуться было почти непреодолимым. Эта женщина околдовала и приковала его к месту, и он ни капли не сожалел.
Однако за привязанностью и возбуждением скрывалась бесконечная яма страха. Однажды он поклялся, что больше не будет нуждаться в другом человеке. Никогда. Но нуждался в Ноле, как человек, испытывающий жажду, нуждался в воде. Она сделала его мир лучше. Если с ней что-то случится…
Его когти удлинились. Без ее присутствия зверь пришел в бешенство, рыская и рыча с еще большей силой.
«Быстрее, быстрее. Покончи с этим». Бейн перенесся к остаткам тюрьмы. По крайней мере, раньше здесь располагались обломки. Кто-то очистил местность. Вероятно, Наблюдатель, Семерка.
Дул холодный ветер, мороз покалывал его щеки. В середине ледяной долины невидимые энергетические стены сформировали широкий круг. Внутри него уже ждала горстка бойцов. В черной мантии с капюшоном, с лицом, скрытым тенями, Семерка стоял в стороне. Словно мрачный жнец из легенд, он держал косу.
Наблюдателям запрещено контактировать с воинами вне собраний и церемоний, таких как нанесение знака Позора… Наблюдателям не разрешалось контактировать ни с кем, точка. Они лишь инструменты в руках Высшего Совета, которым никогда не позволялась жить своей жизнью. Или иметь имена. Им присваивали номера от одного до десяти, и каждое число насчитывало сотни тысяч людей. Чем выше число, тем более жестокая индивидуальность у них.
Высоко подняв голову, Бейн приблизился. Когда пересек энергетический барьер, по всему телу пробежали мурашки, а защитные очки перестали работать. Ничто мистическое не работало до окончания встречи.
— Посмотрите на этого маленького звереныша, — отозвался Ронан. — Ходят слухи, что земная женщина забрала твои яйца.
— Кто сказал, что он прибыл на Терру с яйцами? — возразила Петра.
Они кололи словами, но в драку не вступали — таковые запрещены непосредственно перед собранием и во время него. Единственное время, когда воину не приходилось беспокоиться, что его могут заманить в ловушке или обмануть.
Эта парочка стала причиной аварии внедорожника, поставив жизнь Нолы под угрозу. Однажды они заплатят. К сожалению, он не позволит себе убить их сегодня вечером. Обстоятельства не изменились. Пока он не решит прекратить войну, должен убеждаться, что в каждой битве выживает как можно больше бойцов.
Пока другие воины отпускали свои насмешки, Бейн не обращал на них внимания, позволив своим мыслям вернуться к Ноле. Лучшее время для размышлений.
Две недели они провели вместе. Когда он осмеливался заснуть, то держал ее в объятиях. Он занимался с ней любовью тысячью разными способами, обнимал и разговаривал часами. Она готовила блюда, которые заставляли его вкусовые рецепторы плакать от счастья.
Если Нола была причиной его жизни, то Эвелин была причиной его ярости. Королева неоднократно ему звонила. Боясь, что она прикажет ему причинить вред Ноле, он не отвечал. Но…
Бейну казалось, что ощущает королеву поблизости. Это должно быть ошибка. Определенно! Эвелин ни за что бы ни рискнула навлечь на себя гнев Высшего Совета или дисквалификацию Бейна, явившись на Терру до объявления победителя.
«Ни за что? Умоляю. Она бы сделал это в мгновение ока». Что угодно, лишь удовлетворить потребность в большей власти. Если она прибудет на Терру, ему придется немедленно провести кровавый ритуал для Нолы, невзирая на войну. Он не может позволить Эвелин разбудить зверей Терры. Они выследят и убьют Нолу, и Бейн не сможет помешать.
Когда раздались новые насмешки, Бейн очистил свой разум от всякого мусора. Прибыли еще воины. Через десять минут начнется перекличка. Не хватало Зиона, Нокса, Вейл, Кольта и Каррика, принца, владевшего кинжалом, способоого превращать кровь в лаву.
Вычеркиваем. Каррик прибыл.
Где же Нокс и Вейл? Бейн знал, как сильно Нола хотела получить информацию о своей сестре, и ему не терпелось стать ее героем. Если с этой парой что-то случится…
Бейн облегченно вздохнул, когда Нокс вошел в круг, Вейл следовала всего в нескольких футах от него. Они не прикасались друг к другу и даже не смотрели друг на друга, но и не отодвигались.
Физически Вейл не изменилась. Те же черно-белые волосы, стройное телосложение и суровая, но неземная красота, как и прежде. Но вела себя по-другому, от нее веяло уверенностью. У Вейл даже изменилась походка, став более чувственной и вызывающей.
Во время одной из их ночных посиделок в обнимку Нола рассказала ему, как Вейл помогала ей во время каждого приступа болезней, следила за питанием, помогала дойти до ванной и давала ей повод бороться дальше. Теперь Бейн чувствовал себя обязанным другой женщине.
— Я и не знал, что сегодня приведи-свою-шлюху-на-работу день.
Нокс ощетинился, но ничего не сказал, молча кипя от злости.
Вейл развела руки в стороны и сказала:
— Почему ты думаешь, что мы спим вместе? И знаешь, шлюха — это не совсем оскорбление для моего мышления. Ты только что намекнул, что я люблю секс и деньги. Знаешь, что? Это ведь правда. О, и хорошие новости. Эта шлюха ищет клиентов. Сегодня вечером состоится торжественное открытие маленького дома убийств Вейл, и вы все приглашены. Я раздаю отличные обезглавливания. Безвозмездно.
Бейн чуть не улыбнулся. Во многих отношениях Вейл напоминала Нолу. Энергичная, остроумная и не позволяющая никому одержать верх.
Грязная болтовня продолжилась, но Бейн потерял нить разговора. Кольт только что вошел в круг, опустив голову.
Предвкушение прорвало плотину контроля Бейна, выпустив на волю волну нетерпения.
Наконец, прибыл Зион, и Бейн едва заметно ему кивнул. Мужчина оказался на удивление хорошим союзником, выполняющим свою часть сделки. В каждой недавней битве, они прикрывали спины друг друга, часто проливая кровь. Бейну он даже нравился.
Налетел еще один порыв ледяного ветра. Каррик сказал:
— Это ты сбежал с другим человеком, не так ли, Зион? Разве ты не получил записку? Ты должен был привести ее сюда для нашего удовольствия.
Бейн опустил подбородок на грудь, его прищуренный взгляд остановился на источнике лавы. «Он заплатит за это».
Зион скрестил руки на груди, готовясь обрушить свою бомбу.
— Извини, что не смог услужить. Когда закончил с ней… я ее убил.
Всех накрыло волной удивления. Хотя Вейл и получила сообщение, в котором говорилось не верить Зиону, она побледнела, излучая ужас. Слезы наполнили ее глаза и потекли по щекам.
На мгновение Бейн задумался, как бы сам отреагировал, если бы новость оказалась правдой. Потеря Нолы…
Он ударил себя кулаком по черепу и упал на колени. Запрокинул голову и взревел в небо. Солнце исчезло за горами, яркие лучи пронзили темноту.
Разгорелся спор: некоторые верили Зиону, некоторые сомневались. Семерка, ни на кого не обращая внимания, скользнул в центр круга, чтобы вонзить свою косу в лед.
Собрание официально началось.
Через пятнадцать минут Семерка закончит перекличку, и начнется кровавая бойня.
Эрик прошел вперед с Жезлом в руке. В его бороде поблескивал иней. Хотя когда-то он говорил на дневнескандинавском, но сейчас использовал язык Нолы.
— Это ваш шанс, ваш единственный шанс присоединиться ко мне. Пока вы были в ловушке, я использовал свободу в своих интересах. Меры, которые принял, чтобы обеспечить победу, огромны. Я делал вещи, которые вы и представить себе не можете. Вещи, от которых не сможете защититься.
— Но мы все еще живы, — сказал кто-то, и раздались смешки.
Бейн верил, что ублюдок планировал завоевать доверие у большего количества бойцов и убить, когда они меньше всего ожидают. У викинга нет короля, который мог бы им командовать, не было причин прекращать войну, но имелись все основания ее выиграть.
С горькой улыбкой Эрик сказал:
— Если ты хочешь провести здесь остаток своих дней, если ненавидишь свой мир за то, что он вынуждает тебя сражаться и угрожает твоим близким, то прекратишь убивать и гарантируешь, что победитель никогда не будет объявлен. Если ты хочешь выиграть войну, чтобы твой мир смог поработить мой, я приду за тобой и уничтожу.
Завязался спор, но Бейну было неинтересно слушать.
В конце концов, к команде Эрика присоединилось еще двое. Болд, который владел молотом, способным переломать все кости с одного удара, и Райдер, обладавший странной способностью стоять на месте, а затем создавать вторую версию себя, чтобы отправить сражаться от своего имени.
Всего у него теперь четверо союзников… о которых знал Бейн. Адонис и Раш, две других.
Бейн оставался на коленях, наклонив голову и поджав губы, выжидая подходящий момент. Пять минут до окончания переклички…
Последовало еще больше оскорблений.
Четыре… Он сжимал и разжимал кулаки, его плечо пульсировало сильнее, чем прежде. Последние несколько дней он был осторожен, избегая новых травм.
Три… Он посмотрел на свою цель… Кольт… и сжал в ладони кинжалы, которые привез с собой. Он оставил меч Вейлор у Нолы. «Выиграй кольцо, лучше защищай свою королеву».
Две… он уловил легкое шарканье ног. Множества ног. Нахмурившись, Бейн поднял голову и бросил взгляд наверх… и пришел в ярость. Люди в черном сидели на корточках вдоль гор. Черт возьми! Эрик собрал новую армию.
Осталась минута…
Воцарилась тишина, в воздухе повисла агрессия. Бейн отсчитывал секунды. Пятьдесят девять, пятьдесят восемь. Он покрутил головой, плечами, подготовил мышцы к действию, затем присел на корточки. Ему придется избегать выстрелов сверху… помогать Зиону, Вейл и Ноксу делать то же самое… уворачиваясь от ударов своих соперников.
Он поймал взгляд Зиона и указал на солдат.
Зион заметил их и нахмурился.
Они обменялись сообщением: «Эрик умрет сегодня».
«Сосредоточься». Еще ни одно сражение не было таким важным. Несмотря ни на что, Бейн не мог позволить себе превратиться в дракона. Это уничтожит два вида оружия.
Пять. Воины заняли свои позиции.
Четыре.
Три.
Два.
Семерка во второй раз вонзил свою косу в лед. Невидимые стены со свистом рухнули.
В течение одного напряженного момента никто не двигался.
Затем разразился настоящий ад. Боевые кличи пронзили воздух, смешиваясь с лязгом стали, когда воины бросились в драку.
Бейн пригибался, изворачивался, когда возникала необходимость, и калечил любого на своем пути, направляясь прямиком к Кольту. Сначала Кольт, потом Эрик. Брызнула чья-то кровь, испачкав ему лицо. Обжигая ему лицо. Его зрение затуманилось.
«Вперед, вперед! Остановишься и умрешь. Его зрение очистилось вовремя, чтобы увидеть, как сверкающий хлыст зацепил его запястье. Бейн боролся с мгновенным потоком боли, используя хлыст против Торна, его владельца, подтягивая мужчину ближе. Один взмах когтей, и Торн с криком упал.
быстрый взгляд на Вейл. Дела идут хорошо. Зион? Продвигается ближе к Кольту. Нокс? Сражается вместе с Вейл.
Двигаемся дальше… Петра развернулась в направлении Бейна подняв меч. Вспомнив автокатастрофу, которая едва не унесла жизнь Нолы, он ударил ее локтем в челюсть. Ронан бросился защищать свою партнершу, но Каррик следовал за ним по пятам.
Каррик вступил в бой с Ронаном прежде, чем другой воин добрался до Бейна. Двое отвлечены. Бейн ухмыльнулся… и быстрым движением вырвал руку Каррика из сустава. Когда самодовольный принц упал, из его раны потекла черная кровь, Бейн перевел взгляд на Ронана, но мужчина уже сцепился с другим.
Продолжаем двигаться. Кольт, где Кольт? Кровь, внутренности и отрубленные конечности устилали его путь. Ворчание и стоны создавали жуткий саундтрек.
Над остальными раздался отчетливый крик… Вейл. Без колебаний Бейн сменил направление; Нокс не успел бы вернуться к девушке вовремя.
«Это я делаю для своей женщины».
Нола корчилась на незнакомой гостиничной кровати, охваченная невыразимой болью… слишком горячей, слишком холодной… всхлипывая и содрогаясь. У нее практически вырвало все внутренние органы. Сердце билось слишком сильно и слишком быстро, суставы распухли, и каждая косточка в ее теле пульсировала.
Неужели ее связь с Бейном каким-то образом ослабла? Или с ним случилось что-то ужасное?
Нет, нет, нет. Не с Бейном. Он слишком силен, слишком хитер. Но, но… «почему я так слаба?»
Страх захватывал разум подобно плотоядным бактериям. Нола прикрыла рот рукой, надеясь предотвратить следующий приступ рвоты.
Вдруг Бейн обратился? Дрого бы без колебаний причин вред Вейл, Зиону и Ноксу.
Ужас сменил страх, пробежав мурашками по стене.
«Надо было сопровождать ребят в Арктику». Она могла бы спрятаться неподалеку от места сбора и успокоить Бейна при первых признаках трансформации.
Нола Ли, укротительница драконов. О, какая ирония судьбы. Она могла остановить кровожадного зверя одним словом, но не могла дойти до ванной по нужде — ее тело было слишком слабым. На самом деле, если Бейн не вернется в течение следующего часа, или около того, и она обмочится в постель.
Унижение прокатилось под кожей.
Она пыталась стать туманом и перенестись обратно во времени, чтобы вернуться к любимому воспоминанию, к чему угодно, лишь бы отвлечься от боли, но слабость повлияла не только на ее тело, но и на способности. Что ей удалось сделать? Путешествовать во времени старомодным способом… вспоминать.
Отчаявшись, она немного порылась в воспоминаниях с закрытыми глазами, чтобы вновь пережить время то время, когда сидела на качелях у дома с Кэрри и Вейл, потягивая сладкий чай.
В тот день Кэрри сказала:
«Неужели ты думаешь, что двадцати долларовая купюра стоит меньше, если он грязная и мятая? Ни за что, черт возьми! Возможно, ты немного обветшала по краям, но все еще бесценна».
Далее она добавила:
«В кипящей воде картофель размягчается, яйцо твердеет, но мощные кофейные зерна меняют воду. Не позволяй трудным временам ослабить или ожесточить тебя, девочка. Встать и измени ситуацию».
С удовольствием. Но как?
Нола вспомнила время, когда была слишком больна, чтобы пойти на выпускной бал, и слишком бедна, чтобы позволить себе платье, поэтому Вейл устроила вечеринку в доме Кэрри.
Она прокрутила в голове последний раз, когда они с Бейном занимались любовью. Он нависал сверху, прижимая ее к кровати. Ванильная поза для многих, но для них это запретное наслаждение.
— Эй, эй, голубка. — Голос Бейна донесся до ее ушей. Край кровати прогнулся. — Теперь я здесь и больше тебя не покину.
Он вернулся!
— Ты здесь. — Хлынули слезы, затуманивая его лицо. Тепло и аромат Бейна окутали ее, предлагая утешение. Боль утихла, и Нола его обняла. — Ты выжил!
— Как и Вейл, и Зион. Пуля попала Ноксу в позвоночник, временно парализовав, но он выкарабкается. — Бейн притянул ее ближе, ограждая своим телом от остального мира. — Тебя, вероятно, тошнило, потому что я был внутри энергетического круга, который отключал мои способности.
— М-меня не волнует мое состояние. — У нее вырвалось рыдание. — Я так волновалась за тебя и за них, и, и, и…
Бейн погладил ее по волосам.
— Если ты хочешь увидеть, что произошло, я могу через связь показать.
Она хочет?
— Ты сможешь увидеть силу своего мужчины.
Да. Она бы хотела.
— Хорошо и спасибо. Но сначала мне нужно в туалет. — Нола попыталась встать… неа. Все еще слаба, несмотря на избавление от боли. Покраснев, она прошептала: — Мне нужна твоя помощь.
Словно рыцарь в невидимых доспехах он отнес ее в ванную комнату и поддерживал одной рукой, а другой стягивал с нее шорты и трусики. Даже помог ей осторожно сесть.
— Это унизительно, — проворчала она. Нола опустила взгляд на пол, слишком смущенная, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Считай это одолжением. Однажды я буду ранен, и тебе придется нести меня в ванную.
Да ну.
— Прости, детка, но, если этот день настанет, я надену на тебя подгузник.
Он усмехнулся… самый прекрасный звук, какой она слышала.
Тыльной стороной дрожащей руки, она потерла глаза. Зрение прояснилось, Нола медленно подняла взгляд. Увидя его состояние, она поморщилась. Бедный, милый Бейн. У него были серьезные раны и ссадины по всему телу.
— Исцеляйся быстро и безболезненно, Бейн. И не мог бы ты отвернуться, пожалуйста?
Он погладил ее по щеке, прежде чем повернуться спиной.
— Неужели ты считаешь, что обычная функция организма заставит меня хуже думать о тебе?
— Нет. Просто ты не подписывался быть моим опекуном. — Нола переступила с ноги на ногу. «Давай же! Но ее переполненный мочевой пузырь был чрезмерно застенчив и отказывался сотрудничать.
— На самом деле, я подписался быть всем для тебя.
От шока у нее отвисла челюсть. Бейн из Адвевета только что произнес самую романтичную вещь на свете?
— Ты ясно дал понять насколько сильно восхищаешься силой и воинственными женщинами в частности. Посмотри на меня. Нет! — поспешила она добавить, когда Бейн начал кружиться. — Не смотря на меня в прямом смысле. Я просто имела в виду, что не подхожу под описание обычного воина. Да, ты и Зион хорошо меня тренировали, и я довольно неплохо научилась наносить удары. Да, я потрясающая во многих отношениях. Но я просто… я.
Бейн расправил плечи и выпрямил спину.
— Множеством способов ты доказала, что состояние чьего-либо тела не имеет ничего общего с уровнем его силы. Независимо от того, сколько раз тебя сбивали с ног, ты поднималась, готовая идти дальше. Это отличительный признак великого воина.
Остатки защиты рухнули, и ее затопила нежность.
«Я влюбилась в этого мужчину».
Это знание заставило ее воспарить, сопровождаемое приливом возбуждения и цунами страха. Она это сделала. Влюбилась в него. Отдала свое сердце Бейну, полностью, каждый кусочек, ничего не оставив. Она любила его и его напористость. Его остроумие и свирепость. Любила его прикосновения и милые слова. Его силу. Однако его упрямство…
Нола любила и это. Его упрямая сторона привела Бейна к ней, дав ему столетия целеустремленности после смерти жены.
Что Бейн чувствовал к ней? Она знала, что он желал ее тело. Защищал любой ценой. Говорил о том, что останется рядом навсегда. И даже принял ее королевский статус. Но…
Станут ли его эмоции когда-нибудь глубже?
Скоро наступит день, когда она спросит.
Когда его похвала эхом отдалась в ее ушах, Нола преодолела застенчивость своего мочевого пузыря и… ах, что может быть прекраснее этого чувства?
Когда она закончила, Бейн взял ее за локоть, помогая встать.
— В душ или сразу в постель?
— В душ, пожалуйста, и спасибо.
Он поцеловал ее лоб и снял с них одежду. В кабинке полилась горячая вода, а в воздухе витал пар, создавая сказочную, безопасную гавань.
До кучи Нола дважды почистила зубы. Она больше ничего не сказала, как и он.
Нола знала, почему молчала… она никогда не чувствовал себя такой уязвимой и незащищенной. Бейн ощущал то же самое?
После того как они вытерлись полотенцами, он отнес ее в постель. Обнаженная, она устроилась под одеялом. Бейн дважды проверил замки на окнах и задернул шторы, чтобы никто не заглянул внутрь. Каждое его действие подчеркивало мускулистое телосложение и потрясающую грацию тела. К тому времени, как он закончил, Нола тяжело дышала.
Бейн подошел к кровати, и их взгляды встретились. Между ними повисло осознание. Они были одни и обнажены… свет от лампы падал на него. Он был тверд, как камень.
У нее перехватило дыхание. Щелчком пальцев он выключил лампу. Темнота опустилась на комнату.
Скользнув в постель, он притянул Нолу ближе к себе, подложив одну руку ей на затылок, а другую — на живот. Она прижалась к нему, испытывая нужду.
— Бейн, — взмолилась она, прикусив нижнюю губу. Ее голос звучал невнятно из-за сильного желания?
У него перехватило дыхание — красноречивая реакция, сводящая с ума.
— Ты желаешь своего мужчину?
— Да.
— Сильнее, чем желаешь увидеть происходившее на собрании?
— Сильнее чего угодно.
Он поцеловал ее, мягче и нежнее, чем когда-либо прежде. И порочнее.
— Твой вес… хочу его ощутить, — взмолилась она.
— С удовольствием. — Бейн перекатил ее и завел руки над головой, прижав ее запястья к матрасу своей ладонью. Он обхватил ее груди, его прикосновения и сейчас были нежнее и мягче, почти благоговейными. Нет. Не почти. Точно. Он боготворил ее, каждой лаской передавая послание ее клеткам: тебя обожают.
«Он мог бы… любить меня в ответ». Эта вероятность подействовала на нее, как инъекция морфия.
Извиваясь от наслаждения, она целовала, лизала и ласкала в ответ, их сердца стучали в унисон. Но чем сильнее росло возбуждение, тем больше задавалась она вопросом, насколько хорошо будет сверху. Одна из немногих поз, которую они никогда не занимали.
— Хочу кое-что попробовать, — сказала Нола между тяжелыми вдохами. Она слегка подтолкнула его, но он не сдвинулся с места.
Бейн поднял голову, дикое желание вспыхнуло в его радужках, морщинки напряжения залегли у рта.
— Ты хочешь быть сверху. — Последовало утверждение, а не вопрос.
Она немного пожевала нижнюю губу и кивнула.
— Я бы хотела попробовать с тобой все.
В течение долгого времени он молча сверлил ее глазами. Когда она начала извиваться, Бейн потерся кончиком носа о ее нос.
— В Адвевете женщины всегда сверху.
— Ох. — Нола разочарованно выдохнула. — Так тебя не интересна такая поза со мной?
Вместо ответа он перекатился на спину, позволяя ей подняться над ним и оседлать его талию. Бейн положил руки ей на колени и застонал, когда она обхватила свои груди.
— Может, я и сверху, но главный — ты, — сказала Нола. — Ты говоришь мне, что делать, и я делаю. Для тебя… для себя самой. Нет никаких запретов.
Бейн напрягся, и его хватка стала сокрушительной.
— Никогда не преуменьшай свою силу, чтобы потешить мое эго, голубка. Мы равны, да?
— Да. Но я не преуменьшаю свою силу и не тешу твое эго. Я экспериментирую, учусь тому, что нравится.
Его улыбка была ленивой и уверенной.
— Тогда я рад помочь.
* * *
Обжигающее возбуждение поглотило Бейна. На нем сидела великолепная женщина, которой он мог командовать.
Жизнь не может стать лучше.
Дрого одобрительно замурлыкал, готовый вновь оказаться внутри нее. «Еще рано, еще рано». Он подтянул ее вверх по своему торсу, так что влажный сердцевина Нолы оказалась над его ртом.
— Давай подготовим тебя. Кричи для меня, любимая, — приказал он… как раз перед тем как вонзить свой язык в ее лоно, выпивая сладкий мед.
И она закричала.
— Бейн!
Вцепившись в спинку кровати, Нола нагло оседлала его лицо и запрокинула голову, выпятив грудь, так что ее длинные темные волосы щекотали его пупок. Их ароматы смешались, создавая пьянящий мусс, заполонивший его голову чувственным туманом.
Эта женщина… она сводила его с ума, держала на взводе, мучила и радовала в равной мере. Да, наконец он ощутил, что нашел дом. Его приоритеты и цели изменились. Будущее с Нолой стало важнее, чем месть.
Бейн лизал и сосал ее до тех пор, пока она не начала бормотать что-то бессвязное. Еще один крик вырвался у нее, когда Нола дошла до стремительной кульминации. Ее вкус стал ее слаще, и самообладание Бейна пошатнулось. «Восстановлению не подлежит».
Ее била дрожь, пока она пыталась отдышаться.
— Это… это было… невероятно.
— Это только начало. — Он переместил ее ниже, пока Нола вновь не оседлала его талию. Очередная вспышка удовольствия пронзила его. — Хочу оказаться внутри. Нуждаюсь в тебе. Нуждаюсь в тебе сейчас же.
— Да. — Нола перенесла весь свой вес на колени и приподнялась.
Бейн приставил кончик своего члена к ее входу. Контакт. Когда она скользнула вниз, он приподнялся, входя в нее одним мощным толчком и наполняя до отказа.
Нола, потерявшаяся в муках, вновь вскрикнула и во второй раз достигла оргазма.
Бейн со свистом втянул воздух сквозь зубы, пот лил по его лицу. Наслаждение… его слишком много, но недостаточно. Почему он вообще отказывал ей в это позиции?
У него был легкий доступ ко всем любимым частям тела. Он мог протянуть руку, чтобы обхватить ее задницу… или поддразнить клитор, пока она не выкрикнет его имя. Мог наблюдать, как меняется выражение ее лица. Благодаря своим сверхъестественным чувствам он мог измерить частоту ее пульса у основания шеи — когда он делал что-то, что ей нравилось, пульс учащался.
Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что ей нравится быстро, жестко и грубо. Его предпочтения были такими же. Ноле нравилось, когда он посасывал ее кожу или сжимал сильнее, оставляя метку. Заявляющую о себе метку. Ему нравилось понимать, что позже она будет чувствовать его при каждом движении и помнить все, что Бейн с ней сделал.
Нола качнула бедрами, и его мысли отступили. Это удовольствие…
— Я собираюсь жестко кончить, детка. Я так близко… — Нола лизнула его рот, и он открылся без сопротивления. Когда она снова качнула бедрами, ее набухшие соски потерлись об его, и он застонал. — Я ждала тебя сегодня. Не заставляй меня ждать еще дольше. Пожалуйста, Бейн.
Детка. Как же ему нравилось это обращение, своего рода заявление.
— Больше никакого ожидания. Кончи жестко ради своего мужчины.
Удерживая его пристальный взгляд, она качнула бедрами снова. И снова. Удовольствие усиливалось, напряжение нарастало. Они потерялись друг в друге и не желали, чтобы их когда-нибудь нашли.
Он взял ее руки в свои, переплел их пальцы, и поднял их над головой, заставляя ее растянуться на нем. Остальной мир исчез. Ее теплое дыхание ласкало его кожу. Вдохи становились все быстрее и быстрее, чтобы не отставать от его толчков.
— Бейн… детка… — Ее ногти впились в его кожу, когда Нола запрокинула голову и закричала. Ее внутренние стенку сжали его, требуя капитуляции, и он уступил.
Отдал. Каждую. Каплю. Бейн кончил яростно, бормоча похвалу.
Она рухнула на него, учащенно дыша и сильно дрожа, ее щека покоилась на его неповрежденном плече. Бейн отпустил ее руки и развернул из обоих на бок.
Они долго молча обнимались, позволяя своим телам успокоиться. Хотя он не был уверен, что когда-нибудь вновь сможет обрести прежнее спокойствие. Все его чувства к Ноле усилились… влечение, нежность и привязанность. Она подходила ему во всех отношениях. Даже ее хрупкая внешность. Это ее броня. Никто не подозревал, что под ней скрывается воин.
Воин, который лишил его защиты. «Я влюбляюсь в нее!»
Нет, нет. Он не мог ее полюбить. Только после того, как она переживет кровавый ритуал и Эвелин умрет. Если он позволит себе полюбить ее, а она умрет, Бейн не вынесет потери.
«Ты думаешь, что в любом случае выживешь? Дурак!»
Отчаянно желая отвлечься, он сказал:
— Готова увидеть битву через нашу связь?
Она вывела пальцем сердечко над его, ну, сердцем.
— Да, — ответила Нола.
— Предупреждаю, это кроваво.
— Именно по этой причине мне нужно все увидеть. Хочу стать свидетелем того, через что ты и другие проходите на этих собраниях.
* * *
Бейн положил руки Ноле на виски и закрыл глаза. Когда он вдыхал, она выдыхала, и наоборот. Покалывание коснулось ее разума, их связь накалялась. Постепенно появились и прояснились изображения.
В ледяной долине между двумя горами в кругу стояли более двадцать воинов, мужчин и женщин, и среди них Бейн. Настоящий мрачный жнец смотрел в сторону, одетый в черную мантию и сжимающий косу. Где же…
Там! Вейл. Прекрасная воительница с дерзкой улыбкой. Нет, воин, и точка, и Нола заскулила от облегчения. В последний раз, когда они были вместе, Вейл умирала от голода, холода и страха. Теперь ее сестра носила черную кожу, выглядела подтянутой, здоровой и готовой ко всему… ко всему, но не к объявлению о смерти Нолы. Вейл сломалась, и это разбило сердце Нолы.
Через несколько минут прозвучало что-то вроде стартового сигнала. Воины бросились в бой, атакуя друг друга. Как Бейн и предупреждал, там было много крови. А также насилие и боль. К ее благоговению и изумлению Вейл выстояла против всех противников. Всякий раз, когда ей требовалась помощь, Бейн спешил на помощь. Не то чтобы она или Нокс это осознавали.
Двигаясь с грацией кошки из джунглей, Бейн убивал любого, кто нацеливался на пару, даже когда ему пришлось ранить Нокса, чтобы убрать его с линии огня. Даже когда его собственная жизнь была под угрозой, когда различные воины боролись за его голову, а армия пряталась на вершинах гор, стреляя из дальнобойных винтовок. Когда пули попали в Бейна и Зиона, желудок Нолы сжался.
— Эрик собрал новую армию, — сказала она в ужасе.
— Да, — ответил Бейн, сквозь стиснутые зубы.
В воспоминании Бейн врезался в мужчину, который подкрадывался к Зиону. Двое упали, рана на плече Бейна увеличилась. Потеря крови замедлила его рефлексы и лишила контроля.
Светящийся хлыст обвил его запястье и дернул его назад. Он вздрогнул так, словно у него случился сильнейший нервный припадок. Хлыст испускал электрический заряд.
Ноле пришлось напомнить себе, что Бейн выжил, и сейчас он здесь. Но ох, если бы она могла погрузиться в воспоминания и убить владельца хлыста, она бы это сделала с улыбкой. Какую же боль испытал ее звериный мальчик, пробиваясь на свободу.
Когда эта ведьма, вызывающая разрушения, Петра бросила вызов Бейну и Вейл, риск возрос. Нокс побежал, чтобы помочь ее сестре, но Петра вонзила меч в землю. Выросла ледяная башня и преградила ему путь. К сожалению, башня выполняла и вторую функцию — скрывала Ронана, который следил за каждым движением Нокса, выжидая подходящего момента для удара. Однако Бейн его увидел.
Просто оттолкнуть Нокса с дороги было бы бесполезно, парень слишком силен. Поэтому Бейн сделал, что мог, — полоснул его когтями. От этой раны воин упал на землю, а меч Ронана пронесся над его головой.
Вейл оббежала башню, увидела Бейна и предположила худшее. Издав боевой клич, она ударила его мечом. И он позволил ей. Потому что альтернатива была для нее болезненна.
Нола застонала, прижав руку ко рту.
— О, Бейн. Мне так жаль.
— На ее лезвии был какой-то яд. Несколько секунд я стоял неподвижно, не в силах пошевелиться.
Да, она наблюдала, как Нокс поднял собственный меч, намереваясь отрубить голову неподвижному Бейну. Но Зион спас положение, убрав Бейна с пути.
— Кольт убегает, — сказал Зион, вскакивая на ноги. Он тоже получил бесчисленные увечья.
Сбегал не только Кольт. Два воина тащили потерявшего сознание Эрика, который оставлял за собой кровавый след. Кто-то отрубил ему одну ногу.
— Это моя работа, — сказал Бейн в реальной жизни. — Отрубил бы больше, если бы мужчина… Пайк…не сфокусировался на твоей сестре.
— Спасибо, — повторила она. Нола была в долгу перед ним, который, возможно, никогда не сможет погасить.
Нет, не правда. Сможет. Вырвав сердце Эвелин.
И она это сделает.
Паралич Бейна оказался временным, как и уверял. Он неуклюже поднялся на ноги.
— Иди. Покончи с ним и выиграй ботов. — Бейн пригнулся, и лезвие едва его не задело. Не теряя ни секунды, он нанес нападавшему быстрый удар в горло. — Я на грани превращения и должен вернуться к Ноле.
Картинка померкла, реальный Бейн опустил руки и перекатился на спину.
— Ненавижу, что тебе приходится проходить через это каждый месяц. — Нола вздрогнула и прижалась ближе, уткнувшись щекой в ямку на его шее, проводя пальцем по царапине, оставленной мечом Вейл.
Бейн поцеловал ее в лоб.
— Жаль, что не добился большего прогресса. Жаль, что не выиграл большего, не сделал большего. У нас мало времени. Я… чувствую ее, Нола. Чувствую Эвелин. Подозреваю, что она совершила немыслимое и прибыла на Терру, но молюсь, что ошибаюсь.
Паника и крайняя необходимость столкнулись, переплетаясь в ее мышцах.
— Тогда мы не можем ждать. Нужно провести кровавый ритуал.
— Нет. — Он упрямо покачал головой. — Нет.
— Что, если она разбудит гибридов?
— Она может создать блоки, подобные твоим. Она не разбудит зверей, пока сама этого не захочет. А она не захочет это сделать до конца войны.
— Мы не можем ждать, — повторила Нола, садясь. — Давай проведем кровавый ритуал сегодня же, сейчас же.
— Нет, — прохрипел он. Агония запечатлелась в каждой черточке его лица. — Ты больна. Твое тело должно быть сильным.
— Тогда завтра.
Он выглядел измученным.
— Дважды в жизни я потерял все. Будучи молодым, я любил Эвелин. Мы встречались. Я думал, мы поженимся. Затем она прошла кровавый ритуал и стала чудовищем, который убил женщину, на которой я женился.
— Ты все еще считаешь, что я изменюсь? — спросила она. — Ты все еще считаешь, что я стану монстром?
— Ни капельки. Но ты — все, что у меня есть, и я отказываюсь… отказываюсь!.. потерять и тебя тоже. Я сказал, что оставлю тебя себе, Нола Ли, и не шутил.
Прекрасные слова, прекрасное чувство. Но, если Нола не победит Эвелин, она с Бейном станут современными Ромео и Джульеттой. Обреченными.
Когда Нола заснула, Бейн притянул ее ближе.
Знакомые слова. Этого не может быть.
Он прошипел ругательство. Единственный способ связаться с ним без кольца…
Она пришла на Терру, как он и боялся, принеся с собой тысячу последствий. Или ее сила увеличилась в геометрической прогрессии. В любом случае, его ярость заглушила шок. Его надежды на лучшее завтра рушились одна за другой.
Нет. Нет! Она испортила столетия его жизни. Хватит. Она не заберет у него и Нолу. Используя свою связь с Нолой, Бейн создал внутренний блок, как часто делала его принцесса. Должно быть это сработало, потому что он перестал слышать голос Эвелин.
Что им с ней делать? Если убийцы придут на Землю…
Нола была права. Ему нужно провести кровавый ритуал. Перспектива, которую он находил такой же волнующей и ужасной, как и его люб… обожание к ней.
Он начнет охоту на Эвелин. Найдет ее и будет тайно шпионить. Каким-то обоазом ему нужно проверить ее власть над ним.
С тех пор как Бейн прервал связь с ней, то знал, что ее власть значительно ослабла.
Достаточно ли для попытки ее сразить?
Он мог выбрать время и место и вызвать ее, прощупывая почву. Когда придет время, Бейн сделает свой ход. Ноле не обязательно вмешиваться.
Эта мысль успокоила его. Все будет хорошо.
Он зарылся носом в его волосы и вдохнул аромат, затем довольно задремал…
* * *
Нола проснулась через некоторое время, ее разум оставался в смятении.
Она знала, как отчаянно Бейн хочет убить королеву, но инстинкт говорил ей, что только член королевской семьи может убить другого члена королевской семьи. Она и Эвелин сразятся.
Нужно подготовиться к войне. Итог: судьба Бейна останется в руках победителя.
Ее страх усилился. Что, если он проведет кровавый ритуал над собой?
Нола обдумала то немногое, что знала о церемонии.
1) Должна носить кровь врага.
2) Должна сгореть дотла.
3) Может подняться снова.
Враг… враг… кто подходит под это понятие, кроме Эвелин? «Э, волчанка и фибромиалгия».
Подождите. Могла она использовать собственную кровь, не убивая себя? Ее сердце бешено забилось. Волчанка и фибромиалгия были ее злейшими врагами в течение долгих лет. И сгореть дотла мучительно, но не трудно. Подняться снова… да, с этим серьезные проблемы. Это произойдет автоматически или должно случиться что-то конкретное?
Имеет ли это значение? Как только она пройдет кровавый ритуал, никто не сможет ее остановить. На самом деле, Бейну придется это закончить. Если Нола начнет, затем предупредит его, ему придется завершить все или наблюдать за ее смертью.
«Уже мыслишь как холодная, бесчувственная королева».
Что самое печальное? Впервые она не могла отличить Темную Нолу от Настоящей. Они слились в одну личность.
«Я могу с этим разобраться. — Не имея достаточных знания об Адвевете, она создала связь с Бейном, телепортировалась и становилась туманов в воспоминаниях. — Я смогу разобраться с чем угодно».
В животе у Нолы заурчало, нарушая царившую тишину.
«После того как поем». Ранее она была слишком больна, чтобы даже воду удержать в желудке.
Стараясь не разбудить Бейна, она распутала их конечности, что, несомненно, было одной из самых сложных задач из тех, какие она когда-либо делала… «так тепло!»… и выбралась из кровати.
Она надела длинную футболку, чистые трусики и спортивные штаны. Но не направилась к двери — как наркоманка, Нола вернулась к постели за очередной порцией морфия. Вид Бейна ошеломил ее. Его золотистые волосы были взъерошены, черты лица смягчились, напряжение исчезло. Он выглядел почти… мальчиком.
Если бы у нее снова не заурчало в животе, она бы забралась обратно в постель, просто чтобы быть ближе в возлюбленному. Вместо этого на цыпочках прокралась на кухню… и обнаружила там Зиона, сидящего за столом, с бокалом виски. Над его головой висел светильник с одной лампочкой, купая его в золотых лучах. Он был одет в черную футболку и кожаные штаны, волосы оставались влажными после недавнего душа. На его руке было кольцо, которого она прежде не видела… кольцо Кольта. Оно было металлическим с закругленным серебряным навершием, размером с четвертак.
— Удивлен, что ты можешь ходить, — сказал он сухим тоном.
Ее щеки окрасились румянцем.
— Ты завидуешь моим сексуальным похождениям? — Когда у него под глазом дернулся мускул, Нола рассмеялась. — Приму это за согласие.
Зион отмахнулся от ее слов, допил порцию виски и налил еще.
— Я ждал здесь, надеясь, что ты выйдешь одна. Нам нужно поговорить.
Друное предчувствие вернулось с удвоенной силой, ее пустой желудок наполнился кислотой. Воспользовавшись моментом, она подошла к минибару, выбрала шоколадный батончик и пакетик арахиса, затем налила стакан воды, прежде чем плюхнуться на сиденье напротив него.
— Ладно. Жги, — сказала она и отправила в рот горсть орехов.
— Жечь? — Он побледнел. — Я не стану делать ничего подобного.
Тьфу Языковой барьер по-прежнему оставался серьезной проблемой.
— Я имела в виду, говори, что хотел.
Зион вхдохнул.
— Мой сон… — Он осушил второй бокал. — Он сбудется. — Налил. Осушил. — Очень, очень скоро. В течение нескольких недель. Возможно, дней.
— Ошибаешься. — Нола покачала головой. — Твое предсказание из сна на этот раз не сбудется.
— Мои сны никогда не ошибаются, милая дреки. — Он перестал наливать в стакан и начал пить прямо из бутылки. — Я никогда не лгал тебе и не собираюсь начинать. Ты убьешь его.
Она продолжила упрямо качать головой.
— Я не причиню ему боли, никогда.
С мрачным взглядом он сказал:
— Сначала я хотел провести с ним больше времени, чтобы победить Эрика. Теперь я начал любить и восхищаться Бейном. Он жестокий соперник, очень сильный, и отлично тебе подходит. Как и ты для него. — Зион провел рукой по лицу. — Ты же знаешь, что я отказывался драться с женщинами, да?
— Знаю.
Выражение его лица стало злым.
— Я выиграл три Великих Войны, подвиг, который мало кто понимает, поскольку ни разу не убивал женщин. Никто не знает, что я видел сны о тех, кто будет сражаться и убивать женщин. Мне просто нужно было свести их вместе.
Загорелась лампочка понимания. Или скорее больше поленьев подбросили в огонь ее гнева.
— Так вот почему ты меня спас. Чтобы использовать меня как оружие против Бейна. — «Дыши, просто дыши».
Пока она влюблялась в Бейна, Зион наблюдал за его возможным убийством.
Ублюдок еще раз кивнул.
— В моих снах ты берешь в руки кинжал. Лезвие загорается, и ты вонзаешь его Адвеветийцу в грудь. Он падает и не двигается.
Нола наморщила лоб.
— Бейн невосприимчив к огню.
— Снаружи — да.
Ее надежды взлетели, а затем рухнули. А как насчет его внутренних органов?
Если бы не Темная Нола, она бы отмахнулась от опасений Зиона. Она она и ее темная сторона теперь едины, и становилось все труднее противостоять малейшим искушениям.
Она вздрогнула.
— Бейн не из тех людей, которые позволяют кому-то прийти и заколоть его с бухты-барахты. Он всегда защищается. — Яростно.
Если только она не прикажет ему оставаться неподвижным. Тогда он не сможет себя защитить.
Она и раньше задумывалась над этим, но в этот раз не могла отмахнуться. Потому что в глубине души Темная Нола, Настоящая Нола, инстинктивно с этим соглашались.
«Я сделаю это. Я прикажу Бейну не двигаться и ударю огненным клинком».
«Ради своего царствования я буду убивать».
Кровь со свистом отхлынула от ее головы, и в ушах зазвенело. Могла ли она рискнуть жизнью Бейна?
Ее плечи поникли.
— Я уйду и буду держаться от него подальше. — Бейн не захочет ее отпускать. Его обещание эхом отдавалось в голове… «Я оставлю тебя». Он подразумевал навсегда. Как только узнает об ударе, то может передумать.
Может? Ха! Хотя он отреагировал на ее признание о Темной Ноле самым милым и добрым образом из всех возможных.
«В то время ситуация с Темной Нолой еще не была вопросом жизни и смерти».
Все изменилось.
— Я отведу тебя к твоей сестре и Ноксу, — сказал Зион. — С ними ты будешь в безопасности.
— Ладно. — Плохая новость: ей снова станет плохо. Хорошая новость: связь с Бейном будет заблокирована, как только она это сделает. Он не сможет смотреть ее глазами или говорить с ней. Или найти ее. Или прикоснуться.
«Не смей плакать. Ты королевская особа. Веди себя подобающе! Пересиль себя ради общего блага».
— Тебе не о чем беспокоиться. Я буду сотрудничать с Бейном до финальной битвы. Защищу твою сестру. — Зион встал, на его лице промелькнул едва уловимый намек на боль.
— Ты ранен? — обеспокоенно спросила Нола.
— Нокс ударил меня, и я еще не исцелился. Ублюдок, должно быть, отравил свой клинок. — Он провел большим пальцем по кольцу Кольта. — Я пометил твою сестру ботом. Могу найти ее в любом месте, в любое время.
Ее время с Бейном закончилось. К чему откладывать неизбежное?
— Только… дай мне минуту. — Нола боролась с глупыми слезами, когда на цыпочках прокралась в гостиную в поисках бумаги и ручки. Она сделала упор на ключевых моментах.
Пока писала прощальную записку, она тысячу раз чуть не сломалась. Несколько слезинок упало на бумагу. И снова жизнь поменялась в мгновение ока, и не в лучшую сторону.
Хотя ей страстно хотелось вернуться в спальню и побыть с Бейном в последний раз, она подошла к Зиону. Даже один взгляд на любовь всей ее жизни может не позволить ей уйти.
— Готова? — спросил ее друг.
Он же был ее другом?
Из хозяйской спальни послышалось шуршание. Бейн проснулся. «Дерьмо!» Она прошептала:
— Пойдем, пойдем.
Зион открыл разлом в незнакомую спальню с латунной кроватью, цветастым стеганым одеялом и хрустальной люстрой. На деревянном полу лежал симпатичный розовый коврик.
Высокая, подтянутая женщина с черно-белыми волосами стояла в оконной нише, изучая лавандовое поле внизу.
Вейл! Сердце Нолы подпрыгнуло в груди.
Зион прошел в комнату, и Нола последовала за ним, бросив прощальный взгляд через плечо, задаваясь вопросом увидит ли она Бейна в последний раз. Не повезло. Как только разлом закрылся, появилась боль.
— Привет, Вейл. — Голос Зиона эхом раздался в комнате.
Вейл уронила сотовый телефон и развернулась, сжимая меч. Затем остановилась.
— Зион? Что ты здесь делаешь?
— Он со мной. — Нола собралась с силами, чтобы выйти из-за спины огромного мужчины.
Глаза Вейл расширились и наполнились надеждой.
— Нола? Ты здесь? Ты действительно здесь?
Даже когда ее боль усилилась и конечности ослабли… совсем ослабли… она выдавила улыбку… как раз перед тем, как темнота поглотила ее целиком.
* * *
Нола моргнула, открыла глаза и осмотрелась. Она лежала на незнакомом диване, в незнакомой гостиной, обставленной шикарной мебелью в стиле кантри. Вейл сидела рядом, раскрасневшаяся и здоровая, красивая во всех отношениях, и пахнущая, как лучший десерт в любой пекарне. Ни следа Зиона. Без сомнения, он обыскивал дом в поисках ловушек.
— Вот и ты, — сказала Вейл с широкой улыбкой. Она потянулась, чтобы сжать руку Нолы. — Я так по тебе скучала.
— Я тоже по тебе скучала. — Нола переплела их пальцы и крепко сжала, боясь отпустить. — Нокс хорошо с тобой обращался?
— Очень хорошо. Он… Нола, он мой человек. — Мечтательное выражение появилось у нее на лице. — Каждый день он рискует жизнью ради меня. Он боготворит меня.
— О, Вейл. Я так счастлива за тебя. — И возможно немного завидует! «Я хочу будущего с моим Бейном!» Он нашел ее записку?
Вейл добавила:
— Мы собираемся найти способ остановить войну и быть вместе.
Можно ли остановить войну?
— Ты передумала принимать знак Позора? Я слышала…
— Ни за что. — Вейл покачала головой. — Я не позволю инопланетной расе управлять нашим миром. Если войну нельзя остановить, я ее выиграю.
И убить Бейна и Зиона? Нола чуть протестующе не закричала.
— А как же Нокс?
— Он примет метку. Или мы найдем другой способ его спасти, — сказала она, затем сменила тему. — Зион хорошо с тобой обращается?
— Да. И Бейн тоже. — Ее избирательный мутизм позволил ей признаться, что Бейн похищал ее три несколько раза и все. так раздражает! Никогда она еще так не нуждалась в совете, и ей было ненавистно, что не может поделиться лучшими из событий, что с ней когда-либо встречались. Бейн. Королевская кровь! Секс. Выздоровление. Неуклюже приняв вертикальное положение, она сказал:
— Что вы, ребята, здесь делаете?
— На лавандовом поле есть бомбы. Нокс вышел, чтобы оставить след из хлебных крошек, по которому придет Эрик.
Мило. «Пусть он умрет с криками».
— В настоящее время все хорошо, — сказал Зион, входя в комнату и опускаясь на диван рядом с Нолой. Он склонил голову на бок и нахмурился. — Полагаю, Нокс прибудет через три… два…
Нокс ворвался через дверь, словно гигантский дверь, пышущий злобой. Засохшая кровь покрывала его бронзовую кожу — почти непристойное зрелище.
Зион вскочил на ноги, направив полуавтоматический пистолет ему в грудь, и ухмыльнулся.
— Рад, что ты смог присоединиться к нам, Нокс. Нам нужно многое обсудить.
На лице Нокса явно читалась боль от предательства. Он свирепо посмотрел на Вейл, прежде чем встретиться лицом к лицу с другим мужчиной. Они выкрикивали оскорбления друг другу, изматывая и без того потрепанные нервы Нолы. Вейл вскочила и встала между ними.
— Парни. Пожалуйста, — сказала она, протягивая руки в стороны. — Сначала поговорите, а потом убивайте. Если мы все еще живы, у нас есть выбор.
Готовая что-то изменить, Нола с трудом встала на ноги. Она сжала запястье Зиона и сказал:
— Если ты обидишь парня моей сестры, я буду крайне недовольна.
— На этот раз я готов рискнуть. — Зион перевел взгляд на Нокса. — Рана на ноге, которую ты нанес мне после собрания, не заживает. Мне это совсем не смешно. — Несмотря на его слова, он опустил пистолет и толкнул Нолу плечом. — Сядь, смертная, и больше не вставай.
Смертная? К чему такое официальное обращение?
Более спокойным тоном он добавил:
— И если ты когда-нибудь снова приблизишься к разгневанному воину или окажешься в центре надвигающейся схватки, я… я…
Ах, вот к чему. Он был слишком злым! Нола подняла бровь и ответила:
— Что, нет достаточно серьезной угрозы?
— Есть. Я скажу Бейну.
Ох. Удар ниже пояса.
— Возможно, ему уже все равно. — Она послала ему воздушный поцелуй средним пальцем, а потом устроилась на диване.
Вейл и Нокс открыто спорили о том, стоит ли доверять Зиону или нет.
— Не вмешивайся и доверься мне, — сказала Вейл. — Я не сделаю ничего, чтобы рискнуть твоей жизнью, жизнью моей сестры или нашим шансом на победу. Или даже твоим шансом на победу. И я понимаю, как противоречиво себя веду, но я хочу, чтобы мы все это пережили.
Нола открыла рот, чтобы признаться, что знала о статусе Вейл, как бойца, но ложь сорвалась быстрее.
— Подожди. Ты участник их войны? Как такое может быть?
Э, что это? Темная Нола не хочет признаваться в том, что знает? Или признание каким-то образом вызовет вопросы о Бейне?
— Я объясню позже, — сказала Вейл, затем сосредоточилась на Ноксе. — Пожалуйста, доверься мне. Я хочу, чтобы мы были вместе, как семья, и не просто выживали, а процветали.
Семья. Вейл и Нокс. Нола — дружелюбный сторонний наблюдатель. Внезапно у нее внутри все сжалось, словно ее бросили в муравейник. «Сначала я потеряла Бейна. Теперь теряю Нолу».
Эти мелочные мысли пристыдили ее.
Нокс вздрогнул. Но через несколько секунд смягчился, его гнев полностью испарился, обнажив бесконечный источник боли.
Ноле не пришлось гадать почему. Она узнала блеск в его глазах: разбитые мечты. Он только кое-что понял о своих отношениях с Вейл, и это нехорошо.
Мягким тоном Нокс закончил спор четырьмя предложениями.
— Мое перемирие с тобой остается в силе, Валерина с Земли. Сейчас и навсегда. Но я не буду сражаться на твоей стороне. Сегодня мы расстанемся, и я буду устранять воинов, окруженный тенями, как и должен.
Вейл замкнулась, явно съедая себя изнутри. Сердце Нолы разбилось. Нокс бросает сестру также, как Нола Бейна! Должно быть, он думает, что сделает хуже, если останется. Любил ли он ее?
Нокс посмотрел на Зиона и сказал:
— Я позабочусь о том, чтобы Вейл добралась до финала. Пока ты охраняешь ее, я не стану на тебя нападать. Если попытаешься остановить меня или как-то навредить ей, я превращу твою смерть в поучительную историю, и даже Семерка содрогнется от отвращения.
О, да. Он любил ее и думал, что своим присутствием причинит ей вред. Нокс решил поставить благополучие Вейл выше собственного счастья, и Нола обожала его за это.
— Согласен, — сказал Зион с кивком, и она задумалась, не приснился ли ему сон и о Ноксе.
Нокс не терял времени даром. Он ушел, ни разу не оглянувшись назад, оставив сильную, некогда недоступную Вейл со слезами. Она уставилась на выход с широко раскрытыми от обиды глазами.
Так ли выглядел Бейн после прочтения записки Нолы? Она сглотнула, чувство вины разорвало ее благие намерения в клочья.
— Мне жаль, Вейл, — сказала она, испытывая боль за любимую сестру. — Очень жаль.
Безумный голос Бейна взорвался в ее голове, и она едва не выпрыгнула из кожи. В записке она приказала не связываться с ней. Урок усвоен. Приказы нужно произносить вслух.
Вдох, выдох. Нола дрожала, боясь, что услышит его снова… также как боялась, что не услышит. Надежда и ужас вели борьбу внутри нее. Но он больше ничего не сказал, и ужас победил.
«Ты знаешь, что так лучше».
Вейл напустила на себя храбрый вид и пренебрежительно махнула рукой.
— Не о чем сожалеть. Скатертью дорога, верно?
Зион задумчиво посмотрел на дверь, через которую вышел Нокс.
— Если бы я не видел этого собственными глазами… этот мужчина любит тебя.
Однозначно. Нокс смотрел на Вейл также, как Бейн — на Нолу. Ну, раньше смотрел на Нолу. Как бы он посмотрел на нее сейчас?
Иии ужас пустил новые корни.
Бесстрастным тоном Вейл сказала:
— Не согласна. Но даже если ты прав, это не имеет значения. Иногда любви недостаточно. И действительно у нас нет времени на сантименты. — Никаких эмоций, и все же ее боль ощущалась. — В любом случае хватит болтать о Ноксе. Ты случайно не отметил других воинов ботами?
— Не было возможности. — Зион помог Ноле встать. — Если Нокс проложил тропинку к коттеджу, скоро прибудут другие конкуренты. Вероятно, он останется там, чтобы с ними расправиться, но я не буду рисковать, если бойцы прошмыгнут мимо и причинят вред Ноде. Мы должны спрятать ее в надежном месте.
— Куда я могу пойти? — спросила она. — Ваш базовый лагерь под угрозой. — Из-за Эрика все базовые убежища, конспиративные квартиры и измерения небезопасны.
— Под домом есть туннель. Пошли. — Вейл прошествовала на кухню, Нола и Зион следовали за ней.
В кладовой ее сестра откинула ногой грязный коврик, чтобы открыть потайной люк. Так круто! В каждом доме должен быть потайной люк. Зион спустился по лестнице первым, морщась всякий раз, когда переносил вес на ногу. Нола пошла следующая, ее тело кричало в знак протеста, а Вейл замыкала процессию. Темнота окутала их… пока кончики пальцев сестры не загорелись, не обжигая ее саму.
— О, Боже, — воскликнула Нола. — Ты же понимаешь, что стала самым крутым человеком, которого я знаю, да? Как это вообще возможно?
— Скоро мы сядем и поговорим. — Вейл поцеловала ее в щеку и подошла, чтобы взять фонарь.
Зион потянулся, чтобы взяться за ручку…
Земля содрогнулась, опрокинув всех. Из-за того, что ее сестра стояла прямо под люком, на нее пришлось основное пламя. Угли прожгли дыры в одежде, но не повредили кожу. На нее обрушились доски, бетон и осколки кухонной техники. Пока она кричала в агонии, Зион, прихрамывая, подошел, отодвинул блоки и помог ей встать.
— Что случилось? — спросила Нола между приступали кашля. Дым щипал ее ноздри и щекотал горло.
— Бомба взорвалась, — ответила Вейл, ее глаза были полны страха и беспокойства. — Ты в порядке?
Еще одна бомба от Эрика… без сомнения. Еще одно доказательство того, что жизнь может измениться в одно мгновение. Словно ей нужны напоминания.
— Я… я в порядке. — Частично. У нее не осталось сил стоять. — А ты?
— Нормально, — сказала Вейл, хотя прозвучало совсем неуверенно.
— Это дело рук Эрика, уверен.
— Мы не должны ждать его следующего трюка, — сказала Вейл. — Пойдем.
— Ребята, — начала Нола, но Зион понял.
Он подхватил ее в свои сильные руки и бросился к выходу.
— Как только мы выберемся на поверхность, — обратился он к Вейл, шагая рядом, — ты останешься с Нолой, а я выступлю против Эрика.
— Стратегия — это не твое, красавчик. — Меч подпрыгивал у нее на спине. — Нола останется в туннеле, а мы с тобой отправимся сражаться бок о бок, прикрывая друг другу спину.
«Мне так нравится, когда ведется обсуждение так, будто меня и нет здесь». Но что по-настоящему печально? Они правы. Она имела власть над своими воинами и зверями, но не над другими. Если попытается сразиться, то умрет ужасной смертью.
Вейл не закончила.
— Я должна убить воинов. Я могу впитать их способности и воспоминания, выведав планы и скрытые места.
Как и почему Вейл поглощала способности, а другие воины нет?
— Воспоминания? Правда? — Его брови были нахмурены от замешательства, но он кивнул. — Очень хорошо. Ты их убьешь.
Что заставило его передумать? Если Вейл убьет, Зион не сможет активировать оружие. К тому же, сила Вейл возрастет. Намного. Не то чтобы Нола жаловалась. Она хотела, чтобы сестра оставалась непобедимой. Но этого же она хотела и для своих парней. Когда они добрались до выхода, Зион поставил ее на ноги и сказал:
— За все те разы, что я спасал тебя, ты у меня в долгу, Нола, и я ожидаю, что ты останешься на месте.
— Не волнуйся. Я прислушаюсь к твоим желаниям. Сейчас. — Потому что на другое у нее не осталось сил. «Нужно подзарядиться и обдумать следующий шаг». Должно же быть что-то, что она могла сделать, кроме того как сидеть сложа руки, пока ее близкие рискуют жизнью.
— С тобой все будет в порядке. — Вейл быстро обняла сестру. — Я люблю тебя. Никогда не забывай об этом.
— Я не за себя волнуюсь. — Обо всех остальных. — Просто… вернись. Живой, на случай, если неясно выразилась.
Вейл улыбнулась, но в ее глазах не было веселья.
— Я так и сделаю. Я же супергерой. Неосязаемая девушка. Товарный знак на рассмотрении. Мне жаль наших противников.
Они поднялись по лестнице, выйдя на солнечный свет к своим врагам, оставив слабую Нолу в пещере. Одну. В холоде. И страхе. Метафора ее прошлого. Но что ждет ее в будущем?
«Добраться до Нолы. Добраться до Нолы быстрее!» Бейн выслеживал ее несколько часов, записка вертелась у него в голове.
Дорогой Бейн, он же золотой бог, он же звероподобный мальчик, он же горячие булочки с маслом,
Ты так сильно повлиял на мою жизнь. Я научилась любить и ненавидеть тебя, ты удивительный, ужасный зверь! Все верно. Я люблю тебя. Но и ненавижу, потому что вынуждена оставить тебя, а это больно. Это чертовски больно. Но на это есть причина. Готов? Вот и она. Зион видит вещие сны.
Он утверждает, что я ударю тебя кинжалом и убью тебя. Не хочу рисковать, доказывая его неправоту. Ты слишком много для меня значишь. Итак, я не знаю, сработает ли, но есть решение. Я приказываю тебе не следовать за мной и не контактировать со мной. Я планирую убить Эвелин и спасти Мередит. Знаю, ты сказал, что остаешься со мной, но подумай! Ты вернешь любовь всей своей жизни, и ты не вспомнишь меня.
Великая Война разразится, но новая королева пошлет другого Адвеветийца на Землю. Мы никогда не встретимся, но, может, это к лучшему? Ты не можешь скучать по тому, чего у тебя никогда не было, верно?
С любовью, Нола.
PS: Это мой самый нелюбимый день.
Ее слезы испачкали бумагу.
Теперь Бейн чувствовал себя освежёванным заживо. Никогда не встретить ее? Не та жизнь, которую стило бы прожить. Он дышал ради этой женщины, а она решила оставить его, потому что боится предсказания? Нола думала привести к власти новую королеву, ту, которая отправит другого воина сражаться в Великой Войне Терры, мужчину, который убьет Нолу при первой же возможности? Нола, должно быть, осознала правду, но решила пожертвовать собой. Ради Бейна. Потому что любила его. Любила. Его.
«Добраться до Нолы. Просто добраться до Нолы».
Чтобы отдать приказ, член королевской семьи должен его озвучить, поэтому он не обязан подчиняться команде в записке. Бейн уже попытался посмотреть ее глазами и проникнуть в разум, но не смог, наталкиваясь на блок за блоком. Решил выследить ее по запаху — жасмин и жимолость служат верным ориентиром. Он ее найдет.
Никто не скроет его от Нолы, даже сама Нола. Что же касается предсказания Зиона, Бейна это не волновало. Его маленькая принцесса может ударить его кинжалом. Ну и что? Что бы ни случилось, они разберутся.
Доверять Зиону было ошибкой. Ублюдок открыл портал и забрал Нолу. Следовательно, это ублюдок умрет.
Бейн ускорил шаг, продираясь сквозь заросли деревьев. Солнечный свет ярко освещал сельскохозяйственные поля, небольшое количество домов, расположенным месту пастбищами с животными.
Животные почувствовали его и запаниковали, бросившись врассыпную. Понятно. Благодаря адреналину, который разносился по венам и накачивал мышцы, Бейн уже частично трансформировался, его зубы стали длиннее и острее. Зверь бился о череп, требуя крови.
Бум! Земля содрогнулась, деревья покачнулись, ветви захлопали.
Примерно в миле впереди что-то взорвалось.
— Эрик, — прорычал он. Дым поднялся в воздух, принеся с собой странный, сладкий аромат. Аромат Вейл. Так она стала пахнуть после убийства женщины-воина. Нола была с Вейл. Если его принцессе навредили…
Рев вырвался у Бейна. Чем больше он вдыхал этот запах, тем сильнее в его крови разгоралась похоть. «Сосредоточься». Его внимание привлекли разные звуки. Ворчание и стоны. Лязг. Проклятья. Проносясь мимо очередной группы деревьев, она заметил не менее двадцати вооруженных людей, сражающихся с Вейл и Зионом. Нокс тоже здесь, но он боролся на другой стороне выжженного поля.
«Разберешься с Зионом позже». Вооруженные мужчины попали в ловушку аромата Вейл. Они были больше заинтересованы в сексе, чем в убийстве.
Нола, где Нола? Ни следа ее.
Похоже, пришло время заняться Зионом. Бейн прорвался сквозь армию смертных, отбрасывая солдат со своего пути… после того как оторвал их конечности, конечно.
— Девушка, — прорычал он наполовину по-человечески, наполовину по-звериному. — Отдай. Ее. Мне.
— Я забрал ее подальше ради твоего же блага. Хочешь жить? Держись от нее подальше. — Зион швырнул смертного в его сторону, а затем бросился прочь, скрываясь среди деревьев. Пошел к Ноле?
Обезумев, Бейн бросился за ним. Он не утруждал себя отбрасыванием людей в сторону, просто врезался в них, сбивая с ног. Но Нокс встал у него на пути, а справиться с ним не так уж и просто.
По какой-то причине мужчина выглядел таким же неистовым, безумным и диким — он нанес удар, а Бейн увернулся, царапнув когтями туловище Нокса и пустив кровь.
Вместо того чтобы ударить кулаками, Нокс прицелился из револьвера и нажал на спусковой крючок. Хлоп, хлоп, хлоп. Острая боль и обжигающий жар опалили разные части тела Бейна.
Дрого взревел и ударил его по черепу, именно в этот момент Бейн понял, что зверь помогал ему все время, давал инструменты для выживания. Клыки. Крылья. Превосходящую силу. Учил бороться с болью и растерянностью. И, когда ситуация становилась удручающей, брал дело в свои руки, чтобы обеспечить их выживание. Они одно целое.
Бейн бросился на Нокса. Больше пуль. Больше боли. Он врезался в противника, который уперся ногами и не сдвинулся с места. Неважно. Бейн схватил его за воротник и встряхнул. — Где. Нола?
Из дула револьвера поднималась струйка дыма.
— Помоги мне… убивай смертных, — приказал Нокс. — Они должны умереть. Должны страдать.
— Где. Нола? — Бейна больше ничего не волновало.
В отдалении Вейл сказала:
— Эй, зверек. Посмотри сюда. Посмотри на меня. Эй, Бейн. Хочешь поговорить о Ноле? Тебе придется иметь дело со мной.
С ревом он развернулся в ней лицом. Ее слова… правда или ложь? Так или иначе, Бейн выяснит.
— Иди за мной, Бейн. — Она ухмыльнулась и поманила его пальцем, прежде чем побежать и крикнуть. — Сюда. Да, именно так. У меня есть то, что тебе нужно.
— Вейл, — прошептал Нокс удивленно. — Она жива. Моя Вейл жива!
Когда Бейн сделал шаг вперед, Нокс попытался его остановить. На этот раз Бейн обошел его стороной, отказываясь вступать в бой, и бросился за женщиной. По пути он почувствовал запах жимолости и жасмина и чуть не заплакал от счастья.
Но Вейл повернула в обратную сторону от аромата. Продолжить следовать за ней, чтобы поймать и допросить, или пойти по хлебным крошкам Нолы?
Нола. Всегда Нола.
Бейн свернул, ориентируясь на ее запах. Он найдет ее. Ничто и никто его не остановит. Затем он приступит к кровавому ритуалу.
Это решено. Он сглупил, когда решил подождать. Нола станет достаточно сильной, чтобы ударить его кинжалом и убить, но его это не волновало.
Бейн предпочитает провести еще несколько минут с Нолой, чем вечность с кем-то другим.
* * *
— Он идет. — Зион сбежал по лестнице, возвращаясь в темный туннель. Он схватил Нолу и потащил ее наверх.
Ее сердце бешено заколотилось. Он… Бейн? Черт его возьми! Он не прочел письмо? Не знает, что она планирует спасти его жизнь?
Или он просто не умел читать по-английски?
Дерьмо! И да, однажды он сказал Ноде, что не хочет путешествий во времени, что предпочитает отношения с ней, но давайте будем честны! Если Нола и Мередит стояли бы рядом, живые и здоровые, он бы выбрал Мередит, а не недокоролеву.
«Лжешь себе сейчас? Ты же знаешь, что он избавился от своих предрассудков».
— Где Вейл? — спросила она едва слышно.
— Помогает Ноксу.
Они оказались в полнейшем кошмаре. Дым поднимался в воздух и образовывал занавес над головой, создавая постапокалиптическую обстановку. В горле зачесалось, и Нола закашляла.
Зион поставил ее на землю и взял за руку.
— Сюда.
Они сделали пять шагов, всего пять, прежде чем размытый силуэт врезался в них, сбив их обоих на землю… нет, не ее, только Зиона, который в падении ее отпустил. Однако по инерции она отшатнулась назад, споткнулась о камень и упала. Удар получился довольно сильным, и звезды заплясали у нее перед глазами, а рот наполнился песком.
Нола быстро заморгала и ахнула. Она споткнулась не о камень, а о тело. Мужчины. Человеческого мужчины. Там были и другие. Фактически, это был шлейф из тел, каждое из которых оказалось пропитано новым запахом Вейл.
Пот выступил на лбу Нолы, ее кровь закипела от… нет, конечно нет. Но да. Это невозможно отрицать. Ее кровь закипела от обжигающего возбуждения, как будто последние несколько часов она целовалась с Бейном.
Дрожа, Нола проверила пульс у одного из мужчин. Еле заметный. Может быть остальные тоже живы.
Если эти мужчина напали на ее сестру на лавандовом поле… если помогли взорвать дом… они могли также прятаться в горах, стреляя по воинам во время собрания. Преступления, совершенный под командованием Эрика. Ради денег.
Деньги сделали этих людей наемниками. За правильную цену наемники продолжат нападать на Вейл снова и снова. И не только на Вейл. Но и на Бейна, Зиона и Нокса. Следовательно, наемники не должны пережить этот день.
Нода уставилась на их грудные клетки, и у нее потекли слюнки. Наконец она с удовольствием съест чье-то сердце…
Надо только протянуть руку…
Болезненный крик остановил ее, заставив поднять взгляд. Зион и Бейн стояли на ногах, лицом к лицу, два рычащих хищника, жаждущих крови. Как она могля забыть о них хотя бы на мгновение?
Нола выпрямилась, учитывая все обстоятельства. Дымовая завеса защитила чувствительную кожу Бейна от солнца. Казалось, он стал на несколько дюймов выше и шире, а мускулы увеличились в обхвате. Он был не просто взбешен, а в ярости.
«И я желаю его. До боли…» Он никогда еще не выглядел таким красивы. Мрачным. Монструозным. Кровавым. Рана на плече вновь открылась, кровавая струйка стекала по голой груди.
Он обвиняюще указал пальцем на Зиона.
— Ты не заберешь у меня Нолу. Не скроешь ее от меня.
— Хочешь умереть? — взревел Зион. — Если останешься с ней, именно такое будущее тебя ждет.
— Все умрут. Я скорее умру с ней, чем буду жить без нее. — Бейн не сводил взгляд с другого мужчины, указывая на Нолу. — Если ты снова встанешь между нами, нашему перемирию конец. Я убью тебя без колебаний. — Бейн повернулся к ней. — Мы проведем кровавый ритуал сегодня.
Нола покачнулась. «Это действительно происходит?»
Сегодня? Еще одно потрясение, меняющее жизнь. Этого она хотела. И все же… «Слишком многое меняется, слишком быстро».
— Ты же не серьезно, Бейн.
Его ярость, казалась, накалила воздух до ста градусов (около 38 градусов по Цельсию).
— Когда мы впервые встретились, ты согласилась сделать это, когда я решу, что пришло время. Я решил. Ты должна сдержать слово.
Но…
— Что насчет Мередит? Я могу спасти ее…
— Ты можешь, да, но не станешь, — оборвал он. — Послушай, потому что я не стану повторять это снова, потому что это слишком болезненно. Я не хочу, чтобы ты возвращалась в прошлое.
На ее глаза навернулись слезы.
— Ты не понимаешь, что говоришь. Подумай! Ты… — Ей пришла в голову мысль, и она перевела взгляд с одного бойца на другого. — Как мы можем говорить об этом в присутствии Зиона? — Только час назад она не могла ничего сказать Вейл, одному из самых главных людей в ее жизни.
Удивление охватило Бейна.
— Ты Адвеветиец, — выклюнул он. — Гибрид. Когда-то в прошлом королева Адвевета послала женщин на эту планету. Тебе не просто приснилась Нола. Ты почувствовал ее королевский статус, как и я.
Разум Нолы ушел в пике.
— Ты прав. И ошибаешься, — сказал Зион. — Я частично Адвеветиец, но не рожденный естественным путем, и во мне нет зверя. Я создан в лаборатории, генетические компоненты взяты у разных рас. Лучших из лучших и худших из худших.
В этом был какой-то странный смысл. Оглядываясь назад Нола поняла, что с ним никогда не испытывала последствий мутизма. Она предполагал, что не сможет рассказать, поэтому даже не пыталась.
— Ты подчиняешься воле члена королевской семьи? — Зачем спрашивать? Почему бы не выяснить это самостоятельно? — Я приказываю тебе излечиться от раны Нокса.
— Это не сработает с… — Зион сжал губы и затих. Шок читался на его лице, когда он посмотрел вниз. — Это работает. Я выздоравливаю. Могу чувствовать, как мышцы срастаются.
Нола взлохматила волосы и снова сосредоточилась на Бейне.
— Уверен, что хочешь продолжить кровавый ритуал? Теперь ты знаешь о предсказании. Что, если после ритуала, я прикажу тебе позволить себя заколоть?
— Уверен, у тебя будет веская причина, — ответил Бейн. — Но что бы ни случилось, мы останемся вместе. Не разделимся. Никогда. Понятно?
Он боролся, чтобы добраться до нее. Боролся, чтобы остаться с ней. Навсегда. Он любил ее, должен любить! А через секунду Нола поняла, что бежит к нему. Она обвила руками его шею.
— Мне так жаль, что я оставила тебя. Нужно было поговорить, признаться во всем, но я так боялась, что ты вновь меня возненавидишь.
— Я никогда тебя не возненавижу. — Обняв в ответ, сказал Бейн. — Я твой, а ты моя.
— Но, — продолжила она, — нет достаточно веской причины, чтобы ударить тебя ножом. Я не хочу этим рисковать.
— Доверься себе, любимая. У тебя есть кое-что, чего не имели другие королевы. Знаешь, что?
Неужели он только что назвал ее «любимая» вместо «голубка»?
— У меня есть… ты?
На лице Бейна промелькнула улыбка.
— Да, но у тебя есть и сильное сердце. — Он прижался лбом к ее и провел большим пальцем по щеке. — Ты любила и потеряла. Ты знаешь, что важно на твой взгляд, и это важнее всего. Ты пережила кошмар и преуспела. Я тебе доверяю.
Его прекрасные слова разрывали ее на части. Но он не понимал всей серьезности положения.
— Возможно, не стоит. Я сливаюсь со своей темной стороной, Бейн. Мы становимся единым целым.
Он никак не отреагировал.
— Единственный способ развеять твои страхи по этому поводу? Пройти кровавый ритуал. Ты увидишь, что я прав. — Бейн нежно ее поцеловал. — Все будет хорошо, любимая. Меньшего я не допущу.
Эта угрюмая, задумчивая секс-машина назвала ее «любимой». Нежность нахлынула на нее, несмотря на смятение.
— Хорошо. — Немного взволнованная и сильно напуганная, Нола кивнула. — Я сделаю это. Если со мной что-то случится…
— С тобой ничего не случится. Ничего! — Его нежность улетучилась. Бейн схватил ее ща руки и встряхнул. — Ты не оставишь меня снова. Ты выживешь.
В очередной раз кивнув, она прохрипела:
— Я выживу.
— Я помогу, — сказал Зион.
Бейн впился в него взглядом, но ничего не ответил. Еще раз поцеловав Нолу в губы, он открыл портал в комнату отеля с двумя спальнями. Чистая, но обычная мебель. Он уже упаковал их рюкзаки, положив внутрь перчатки.
Горя желанием сообщить Вейл что-нибудь новенькое, она плюхнулась на кровать и начала печатать текст. Все видели реакцию Вейл на ее смерть, придавая ей статус законности, поэтому они вновь могли переписываться. Верно? Верно.
Ответ Вейл пришел через несколько минут.
Нола:
Она попыталась напечатать еще что-нибудь. Как они с Бейном стали парой, как скоро станет править расой оборотней. Ее пальцы отказывались работать.
И. Дурацкий мутизм прекращает все общение. Полезно знать.
Вейл:
Она подняла взгляд. Зион сидел за столом, чистя оружие. Бейн расхаживал взад и вперед, погруженный в свои мысли.
— Как насчет перемирия с Вейл и Ноксом? — спросила Нола. — Я имею в виду, вы ребята уже в битве их защищаете. Почему бы не получить от них защиту в ответ? Чтобы подсластить ситуацию, они готовы представить нам убежище, о котором Эрик не знает.
Она напряглась, ожидая немедленных отказов.
— Отлично, — сказал Бейн, опустив подбородок.
Зион продолжил водить тряпкой по кинжалу.
— Я считаю такое соглашение приемлемым.
Она на мгновение растерялась.
— Так легко? Серьезно? Ты не собираешься заставить меня составить список «за» и «против» или делать презентацию?
Бейн присел перед ней на корточки, его горячие мозолистые руки легли ей на бедра.
— На собрании Нокс заслонил собой Вейл от выстрелов. Я могу работать с ним, потому что уверен — он не сделает ничего, что могло бы навредить семье его женщины.
Нола заглянула ему в глаза и поняла, что каждое его слово искреннее. Любовь к нему удвоилась, утроилась.
— Я дам Вейл знать.
Она напечатала:
Вейл: «
Аххх. Место, где некоторые из ее школьных подруг лишились девственности.
Нола:
— Мы встречаемся с ними через час, — заявила она.
Бейн выдержал ее взгляд и кивнул. С мрачным и решительным выражением на лице, он сказал:
— Как раз достаточно времени, чтобы подготовиться к твоему кровавому ритуалу.
* * *
— Добро пожаловать в худшее место на планете, — сказала Нола, раскинув руки. — Под трибунами футбольного стадиона старшей школы Блуберри Хилл Хай. — Повсюду валялись мятые обертки от шоколадных батончиков, окурки сигарет и пластиковые стаканчики.
Их троица только что прошла через портал, за пять минут до назначенной встречи. Нокс и Вейл уже их ожидали. Везде успевают!
Нола бросилась к Вейл, а Вейл — к ней. Они встретились посередине, обнимались, смеялись, затем снова обнимались.
Вейл прошептала:
— Я найду способ сделать тебя бессмертной, не вступая в эту войну. Учитывая все это сверхъестественное оружие вокруг, должен же быть какой-то выход.
— Мальчики тоже занимаются этим делом, — прошептала она в ответ, страстно желая рассказать о кровавом ритуале. Попыталась… но провалилась. Черт возьми! Возможно после коронации она сможет поделиться с Вейл. Во всяком случае, надежда умирала последней.
Перейдя на нормальную громкость, Вейл добавила:
— Ты уверена, что хочешь остаться с Зионом и Бейном? Ты моя невинная маленькая сестренка, а они…
— Она уверена, — отреза Зион. Нервничает из-за предстоящего обряда? «добро пожаловать в клуб». Он держал рюкзак, а Бейн — еще один.
— Следи за своим тоном, — огрызнулся Нокс. — Либо ты говоришь с Вейл с уважением, либо вообще с ней не разговариваешь.
Явно борясь с улыбкой, Вейл расправила плечи.
— Да. С уважением.
Ноле тоже пришлось подавить улыбку. Похоже, эти двое помирились. Неудивительно. Вейл просто такая… раскрепощенная с Ноксом. Большинство мужчин, с которыми она встречалась, считали ее слишком дерзкой и раздражительной, и на то имелись веские причины. Она была дерзкой и раздражительной. Однако мало кто заглядывал глубже, чтобы увидеть ранимую девушку под маской бравады. Девочку, чей отец бросил ее после смерти матери. Никто не заслуживал поддержки партнера сильнее.
Бейн выгнул бровь, адвеветийский эквивалент закатывания глаз.
— Невинная? — спросил он. — Это все равно, что назвать дракона птицей.
Дракон. Ха! Нола ткнула его локтем в живот.
— Я не настолько плоха.
— Совершенно верно. — В его глазах неожиданно заблестело веселье и намек на похоть. — Ты еще хуже.
Ммм. Похоть. Он посмотрел на ее губы и облизнулся. Жар вспыхнул между ними.
— Если все уйдут после этого путешествия с незначительными травмами, я буду считать это победой, — сказала Вейл. — Кого я обманываю? Если все уползут, это будет победа.
Нола взяла инициативу в разговоре в свои руки, возвращаясь в первоначальной теме сестры.
Да, я уверена, что хочу остаться с этими психами. Мне нравится иметь в своем распоряжении крепких бессмертных.
— Ну, ты единственная причина, по которой мой бессмертный предложил свой гостевой дом. — Вейл ухмыльнулась Бейну и Зиону. — А взамен они будут нам должны. В нужный час.
Нокс кивнул.
— В качестве оплаты вы поможете нам покончить с Эриком… но не станете их убивать. Вейл нанесет последний удар, и это не подлежит обсуждению.
Зион напряг челюсть, но коротко кивнул. Бейн ухмыльнулся.
— Отлично.
— Так, значит, мы в деле? — спросила Вейл. — Мы создаем команду, которая надерет зад Альянсу?
— Мне бы этого хотелось. У меня никогда раньше не было настоящих союзников. — С высоко поднятой головой и расправленными плечами гордость сквозила в каждом дюйме гордой осанки Нокса. — Если вы сдержите свое слово, — сказал Нокс остальным, — я сдержу свое. Я буду сражаться, чтобы спасти вас, а не уничтожить. Когда Эрик и его союзники будут ликвидированы, мы сможем пересмотреть наш союз. Теперь, когда к нам присоединились участники из других войн, нам, возможно, придется пробыть вместе дольше, чем предполагалось.
Зион набрал воздух в легкие и сказал:
— Я останусь с тобой.
— Я тоже буду сражаться рядом с тобой.
Бейн сжал руку Нолы.
Она чуть не растаяла. «Мой дорогой мужчина».
— Тогда давайте устроим вас в вашем новом безопасном доме. — Нокс открыл разлом, затем махнул другим проходить.
Первым вошел Зион, за ним Нола, потом Бейн. Нокс и Вейл замыкали шествие. Как только они все прошли, Бейн и Зион встали у Нокса по бокам, чтобы охранять разлом, пока тот не закроется.
Нола осмотрела их новые раскопки… пещеру с известняковыми стенами. Скальная порода обрушилась, образовав великолепный сенот, вода была настолько прозрачной, что она могла наблюдать за маленькими рыбками, плавающими под поверхностью. Под потолком мерцали кристаллы, почти такие же ослепительные, как звезды, и, хотя в воздухе стоял слабый затхлый запах, в нем не было и намека на гниение или разложение.
— Осторожно, — предупредил Нокс. — Туннели очень обширны. Я не был здесь с момента нашего заключения, так что понятия не имею, что с ними случилось. Над вами находится храм. Вокруг храма раскинулись джунгли. Здесь нет никаких физических выходов. Вам придется пробираться туда и обратно через разлом.
— Спасибо, — сказала Нола. — Мы вам очень признательны. — Она толкнула Бейна, затем Зиона. — Верно?
— Спасибо, — хором пробормотали Зион и Бейн. Нола подозревала, что как бы им ни хотелось работать с Ноксом, им не нравилось быть у него в долгу.
Нокс напрягся, его ужас стал ощутимым, когда он взглянул на свое кольцо.
— Что случилось? — спросила Вейл, побледнев. — Ансель запрашивает встречу?
Ансель?
— А ты можешь не обращать на него внимания? — спросила ее сестра.
«Должно быть, это король».
Он поднес руку Вейл к своим губам, поцеловав костяшки пальцев.
— Мы должны вернуться домой. Сейчас же.
Хотя Вейл излучала беспокойство, она сделала храброе лицо и подмигнула Ноле. И, хотя она понятия не имела, что происходит, сердце Нолы разрывалось на части. Она тоже надела храбрую маску и подмигнула в ответ. Затем Нокс потащил сестру в другой проход, чтобы в приватной обстановке пойти домой, оставив Нолу с ее парнями. И ее нервами.
«На один шаг ближе к кровавому ритуалу…»
— Время пришло, — объявил Бейн. Он заходил в их подземный лагерь и выходил, перенося все, что собрал перед встречей, в их новое убежище. Под «всем» она подразумевала солдат, находящихся без сознания. Он связал мужчин веревкой и образовал круг из тел вокруг Нолы. Закончив, он посмотрел на Зиона. — Ты будешь стоять на страже. Никто не должен вмешиваться.
— Можешь на меня рассчитывать. — Зион отошел к той нише, откуда открывался лучший вид на пещеру, и выпрямился, готовый ко всему.
Нервозность Нолы взяла верх. Скоро начнется кровавый ритуал, и она станет королевой, ощутит всю свою силу. Если выживет. «Я выживу, выживу, выживу». Но неопределенность сводила ее с ума. Вдруг…
«Хватит. Очисти свой разум».
— Отвернись, — приказал Бейн Зиону. — И не поворачивайся, что бы ни услышал.
Дерьмо. Звучит плохо.
— Что мне нужно делать? — пискнула она. «Вот-вот станешь королевой. Веди себя соответственно. Достойно или как-то в этом роде».
О! Она могла придумать только один способ, который поможет ощутить себя по-королевски.
— Подожди.
— Нола…
— Я не передумала. Но сначала нужно кое-что сделать. — Нола подбежала к рюкзакам и достала свои перчатки. Надев их, она вернулась в круг. — Видишь? Лучше. — Она уже чувствовала себя более достойно.
— Позволь своим инстинктам вести тебя, и ты поймешь, что делать. — С добротой, нежностью… обожанием… он провел двумя пальцами по линии ее подбородка, предлагая утешение, прежде чем выйти за пределы круга и стереть любое выражение с лица. Весь такой жесткий и непоколебимый он сказал:
— Готова?
Ее ладони вспотели, а желудок запротестовал. Тем не менее, она кивнула. Бейн сжал в ладони кинжал и тогда… начал двигаться по кругу, выполняя прыжки, вращения и приседания… распарывая горло каждому мужчине. Кровь хлынула из их ран, собираясь лужицей у их ног.
Насилие не пугало ее — вид и запах смерти больше не вызывали у нее отвращения. Вместо этого помогло Ноле справиться с нервозностью, и она начала напевать от предвкушения и восторга.
Сработал инстинкт… в этом он был прав… и Нола знала, что должна сделать в следующую минуту.
Бейн выгнул бровь, ожидая, что она начнет действовать.
Нола укладкой взглянула на Зион. Он принял предупреждение Бейна близко к сердцу и не повернулся. Отлично. Дрожа, она последовала своим внутренним побуждениям и разделась догола, сняв все, кроме перчаток. Прохладный воздух коснулся ее кожи, когда Нола опустился на колени.
Не боясь заболеть, она намочила руки в луже крови и размазала ее под глазами, над сердцем и по животу. Капли стекали вниз, вниз, покрывая всю ее и оставляя волдыри на плоти.
Бейн продолжал прыгать и кружиться, его движениями выглядели грациозными, но мощными. Гипнотическими. Воздух затрещал, сверкнула молния.
Накатило головокружение, нарушив ее равновесия, но Нола выпрямилась и начала двигаться подобным образом. Пока она танцевала, кровь притянула молнию. Нола впитывала энергию, пока ее клетки тоже не затрещали. Сила наполнила ее мышцы… кости… костный мозг. Восхитительная сила. И она поняла. Эти удары молний происходили внутри ее сознания, а не вокруг.
Ее зверь пробуждался!
«Больше. Все!» Слабая? Больше нет. Никогда больше никто не причинит вреда ей и ее близким. Никогда больше никто не посмеет угрожать ее жизни или семье, не пострадав от этого. Никогда больше никто не заставит ее сделать то, чего она не хочет.
Издалека она услышала звериный рев, тихий, но набирающий силу. Затем она услышала другой. И еще один. Сладчайшая музыка, исполняемая тысячью воинами, оживает.
Связь. Нола почувствовала, как между духом, душой и телом образуется связь. Как та, которую они разделили с Бейном, но слабее; звери питали ее силой, и она знала, знала, что больше никогда не ощутит ломки, никогда не столкнется с другой болезнью. Прошлое стало прошлым, умершим и ушедшим, ковалось новое будущее.
Внезапно Бейн замер и задрал голову. Красные полосы расходились по его горлу. Когда и глаза покраснели, он проскользнул мимо круга трупов, чтобы обхватить ее щеки и прижаться своим ртом к ее. Действие, которое он совершал много раз в прошлом, обменивая страсть на страсть. Теперь же огненная река хлынула ей в горло. Слишком горячо, слишком горячо! Больно!
Нола закричала, прижавшись к его губам, но не отступила, даже когда боль обернулась агонией, худшей из всех, что она когда-либо испытывала. «Не могу остановиться. Остановка равносильна смерти».
Дым повис между ними, и Нола вдохнула его, позволяя завиткам наполнить легкие. Накаливание… сжигание… кипение… плавление. Сила.
Как только пламя охватило Нолу, ни одна часть ее тела не осталась невредимой, Бейн отступил. Кровь, размазанная по коже благодаря любезности убитых солдат, действовала как своего рода живительное топливо, давая еще одну дозу сил. Сил, в которых она отчаянно нуждалась, когда ее охватило пламя.
Но это не просто горение… старая Нола умирала, и вскоре родится новая. «Дай этому случится. Не сопротивляйся». Как только дело будет сделано, у нее будет все, о чем всегда мечтала. Мужчина, который ее любил. Семья. Королевство.
Когда ее тело превратилось в кучку пепла, ее дух… туман… остался в круге. Боль исчезла, ее мир стал темным и холодным. Одно биение сердца. Второе. Третье.
Голос Бейна ворвался в ее разум, яснее и громче, чем когда-либо.
Преисполненная решимости она царапалась и брыкалась, пытаясь выбраться из пустоты. Пятнышко света манило к себе, и Нола боролась активнее. Еще чуть-чуть…
Покалывание зародилось в торсе, быстро распространяясь на конечности. На мгновение ее чувства смешались. Она ощущала вкус огня, обоняла звуки, слышала барабанный бой эмоций и чувствовала мягкое прикосновение красок к своей плоти.
Когда свет стал ярче, нестыковки сгладились, и ее тело преобразилось. Осознание поразило: ее разум теперь не просто связан с воинами. Но и с ульем прошлых королев. Во всяком случае, с их знаниями. Так много всего нужно впитать! Теперь у нее есть время.
Она сделала это, она выжила! Нола пошевелила пальцами на руках и ногах, экспериментируя с движениями. Никаких проблем не возникло. Даже холод исчез из ее сознания, кровь отхлынула. Вместо этого светящиеся узоры… руны… покрыли ее кожу, словно крошечные реки расплавленного золота. Когда свечение потускнело, остались слабые очертания рун. «Так красиво».
Бейн стоял за пределами круга, расправив плечи, вытянувшись и расставив ноги в разные стороны. Беспокойство и облегчение отразилось на его лице. Любовь искрилась по их связи… связи, которая теперь стала крепче, как и она сама. «Так и знала, что меня любит».
Он опустился перед ней на колени, склонив голову.
— Да здравствует королева Нола.
Королева Нола. Королева. Наконец! «Должна защитить свой титул любой ценой».
«Любой ценой?»
В глубине души она знала, что инстинкт заставит других принцесс попытаться занять ее место. Знала, что они использовать ее любовь к Бейну, Вейл и Зиону против нее. Лучше разорвать все связи и…
Нет! Она выбросила эти мысли из головы. Любовь придавала сил. Любовь дарила мощь. Пусть другие королевские особи бросают ей вызов. Они не выиграют.
— Поднимись, — сказала Нола и нахмурилась. Ее голос… теперь ее слова имели вес, каждое напоминало вооруженного солдата на задании. Они покидали ее с определенной целью и призваны бороться за исполнение сказанного.
Бейн повиновался с растущей улыбкой.
— Ты сделала это, любимая. — Наклонившись, он поднял платье, которое купил для нее. Подошел ближе и натянул материал через голову. — Ты выжила.
— Что-то не так, — заявил Зион, нарушая момент. — Я чувствую что-то. Кого-то. Женщину. И не могу остановить ее приближение, как бы ни старался.
Как Нола могла забыть о присутствии другого мужчины?
— Это воин? — спросил Бейн.
Нола нахмурилась и потерла грудь.
— Подожди. Я тоже это чувствую. Покалывание от узнавания. — Значит, не воин.
Бейн выругался.
— Эвелин, — рявкнул он.
В мгновение ока между ними телепортировалась блондинка. О, да. Это была Эвелин. Она осмотрела туннель, запоминая все, затем пнула Нолу в живот и зло ухмыльнулась Бейну.
— Привет, воин. Скучал по мне?
— Эвелин.
Одно слово Бейна прозвучало словно проклятье.
Она заплела свои золотистые волосы в корону и выбрала алое платье с сетчатыми вставками, чтобы защитить жизненно важные органы. Рубины украшали ее шею и запястья.
Напоминая живой провод ярости, Нола вскочила на ноги, ее перчатки сверкнули в свете факелов.
— Ты убила мою мать, убила жену Бейна. Ты совершила ошибку, придя сюда. Сегодня ты умрешь.
Эвелин бросила на нее короткий взгляд и отмахнулась, как от чего-то несущественного.
— Ай-ай-ай, — сказала она, уставившись на Бейна. — Кто-то был плохим мальчиком. Вместо того чтобы убить принцессу, ты сделал ее королевой.
Вытащив меч, Зион двинулся в Бейну, предлагая помощь.
Эвелин указала пальцем на темноволосого воина.
— Оставайся там. Не двигайся.
Сила, которая пронизывала ее слова… Хотя Зион напрягся, чтобы сделать еще шаг, о чем свидетельствовала вздувшаяся вена на лбу, но остался на месте.
Бейн и Эвелин кружили напротив друг друга, Нола, казалось, была забыта. Похоже, Эвелин полностью полагалась на свою силу и не боялась новую королеву.
— Как ты нашла меня? — спросил он. «Думай!» Лучший план действий.
— Я могу найти тебя где угодно и когда угодно, дорогой. Я твоя королева, в конце концов, несмотря на твои действия сегодня. Когда-то была твоей возлюбленной. — Медленная улыбка вновь расплылась на лице Эвелин. — Я подозревала, что ты меня предашь, поэтому решила выполнить твою работу сама. Быстро… одна нога здесь, другая — там. Никто никогда не узнает, что произошло, потому что только я покину эту… — Она осмотрела туннель и поморщилась. — Лачугу.
— Ты не моя королева, — огрызнулся он. — Больше нет. Я сожалею о том где, когда мы стали любовниками.
— Тогда ты прав. — Два кинжала выскользнули у нее из рукавов, и Эвелин обхватила их рукояти. — Я не твоя королева. Я твой палач.
* * *
Нола отшатнулась назад, когда Бейн и Эвелин столкнулись в схватке. Скорость и грация Эвелин удивили ее.
Ей следует вмешаться? Этого Бейн хотел все этого время. Месть, которую жаждал с самого начала.
Он блокировал удары королевы с потрясающей агрессивностью. Свирепый и разъяренный. Но, когда хотел нанести свой собственный удар, останавливался до контакта.
Нола в замешательстве схватилась за живот. Теперь, когда она обрела полную силу, он должен быть в состоянии навредить другой королевской особе, верно? Или втайне не хотел причинять боль своей возлюбленной из детства?
Нет, он хотел нанести удар. Его разочарование ощущалось, ярость росла не дням, а по часам.
Почему, почему, почему тогда он останавливается?
Ответы появились прямо в мозгу Нолы. Он не может причинить ей боль. Инстинкты были правы. Только королева может убить другую королеву.
Неспособность причинить вред станет его падением. Эвелин с яростью наносила удар за ударом.
Ноле пришлось все взять на себя.
— Бейн, — крикнула она, собираясь отдать свой первый приказ в качестве королевы. Ну, первый приказ, которому он не захочет подчиниться. Бейн может обидеться на нее за это… ну уж нет, он изменился… но останется жить.
Кровь и пот покрывали его кожу. Порезы и синяки покрывали тело. Его рефлексы замедлялись.
Прежде чем она успела произнести остальную часть команды, Эвелин воспользовалась своим преимуществом, переместившись за спину Бейну. Наклонилась и провела лезвием по его ахилловым сухожилиям.
Когда он упал на колени, лицом к Ноле, королева бросила один из клинков.
Слишком поздно уклоняться. Метал пронзил сердце Нолы. Она упала, испытывая мучительную боль. При каждом биении рана расширялась, разрывала желудочки. Ее легкие до краев наполнились кровью, заставляя ее захлебываться. «Не могу дышать. Нужно вздохнуть».
Темный покров окутал ее разум. Но она могла смотреть сверху, когда Эвелин обхватила ладонями щеки Бейна.
— Обязательно смотри, — сказала ей другая королева. — Эта участь постигнет и тебя.
Маленькие черные линии расползлись по лицу Бейна — поистине ужасающее зрелище. «Мы проигрываем, а Эвелин выигрывает».
Слезы навернулись на глаза, когда Нола встретилась с Бейном взглядом.
— Мне жаль, — одними губами произнесла она. Слабость охватила ее, с каждой минутой становясь все сильнее.
— Мне жаль, — одними губами ответил он, и ее раненое сердце сжалось.
«Что ты делаешь? Сдаешься? Ты — королева! Лидер драконов, твое слово — закон. ты могущественна. Иди спасай своего мужчину, попавшего в беду».
Да. Да! Она не мертва. Бейн тоже не мертв, но будет… скоро. Если только она не начнет действовать. Благодаря коллективному разуму был разработан план сражения. На самом деле, благодаря любезности одной из королев. Джейн…Предка Нолы. Они родственники. Некоторые из потомков Джейн выжили.
Что Джейн требовала от Нолы… было рискованно, ужасно, омерзительно, разрушительно, совершенно безумно. Ноле хотелось плакать и блевать, и потратить несколько тысяч лет на то, чтобы сначала обдумать каждый аспект. Если что-то пойдет не так.
«Не позволяй чему-то пойти не так».
Борясь с потоком боли… ее собственной… она подползла ближе к Бейну. Ей пришлось оставить лезвие в теле, чтобы не истечь кровью до завершения миссии. Почти на месте…
Эвелин рассмеялась.
— Ты не можешь меня остановить, девочка.
Неудивительно, что Бейн ненавидел королев. Какое высокомерие. Самодовольство. Жажда власти, разъедающая человечность Эвелин.
Огненный кинжал лежал в круге пламени, рядом с ногой Бейна. Нола знала, что у нее будет только один шанс на это. Надеясь отвлечь Эвелин словами, отвлекая внимание от своих действий, она сказала:
— Я собираюсь… — украдкой сжала рукоять кинжала, — …убить…
Все еще смеясь, Эвелин отошла в сторону, из зоны удара Нола, не отпустив Бейна.
— Ты собираешься убить меня? Хотя даже не можешь до меня дотянуться? Ай-ай-ай. Ну вперед. Прошу попытайся. Это будет забавно… для меня.
Нола посмотрела на Бейна. Его взгляд не отрывался от нее. Черные линии застилали ему глаза. Он умирал.
— Люблю тебя, — на этот раз одними губами произнес он.
«Он любит меня!» Это признание придало Ноле сил, в которых она нуждалась, чтобы подняться на колени.
Ей потребовалась вся выдержка, чтобы удержаться в вертикальном положении.
— Прости меня, — прошептала она… и вонзила кинжал ему в сердце.
Бейн запрокинул голову и взревел, пламя распространилось по его телу, видимое под поверхностью кожи. Он упал лицом вперед ударившись о землю с тяжелым стуком, его глаза смотрели в никуда.
Нола захныкала. Ее прекрасный золотой бог мертв. Убит от ее руки. Как Зион и предрекал. Клинок, который она держала, пропитался кровью ее любимого?
Эвелин сделала еще один шаг в сторону, увеличивая дистанцию между ними. Она больше не смеялась.
— Зачем? — потребовала она.
Нола позволила себе улыбнуться.
— Не волнуйся. Ты никогда не вспомнишь о произошедшем.
Краска отхлынула от лица соперницы. Затем она бросилась к Ноле. Слишком поздно. Нола уже испачкала руки кровью Бейна. Она закрыла глаза и погрузилась в свои мысли, сосредоточившись над моментом перед кровавым ритуалом.
Почка исчезла у нее из-под ног. Голова закружилась. Произошло путешествие во времени…
Когда появилась новая опора, она приоткрыла веки. Вот он. Бейн. Нола подбежала к нему и обняла с рыданием:
— Ты жив!
— Конечно. — Он обнял ее своими мускулистыми руками, и Нола поняла, что стала осязаемой. Будущая Нола слилась с Прошлой Нолой. Значит, они ошиблись насчет тонкостей данной способности.
Эта? Ей нравилась больше. Она равносильна кнопке повтора.
Зион стоял в стороне наблюдая за происходящем. Значит, Бейн еще не приказал ему повернуться спиной.
Следовало ли вернуться дальше? Возможно. Но это была первая попытка, и она училась по ходу дела. Кроме того, Нола была уставшей, слабой и нервной.
— Что случилось, любимая? — спросил Бейн.
— Эвелин пришла, — выпалила она. — Ты не смог нанести удар. Она поставила тебя на колени и опустошила своим смертельным прикосновением, поэтому я убила тебя огненным кинжалом, как в видении Зиона. Мне жаль! Но я использовала твою смерть, чтобы вернуться в прошлое и перезагрузить. Мне жаль, — повторила Нола. — Зион, она прикажет тебе оставаться неподвижным, и тебе придется подчиниться.
Оба мужчины приняли новости с таким видом, словно едва могли сдерживать смятение и ярость.
— Сожалею, что тебе пришлось пройти через это, — сказал Бейн, глядя Нолу по щеке.
— Не сожалей, — ответила она, испытывая острую боль. — Это ты умер в муках от моей руки.
— Давай обвиним того, кто действительно несет ответственность. Эвелин.
— Согласна. — Хотя ей хотелось держаться за него вечно, Нола отпустила. — У нас не так много времени. Я не очень далеко переместилась. — И теперь Нола была в своем теле до проведения кровавого ритуала. Им нужно вновь провести церемонию. Боль…
Минимальна по большому счету.
— На этот раз у нас есть преимущество, — сказал Бейн. — Встань в круг.
Он повторил церемонию, копируя каждое движение и слово. Только они были более напряжены. Неважно. Они в курсе событий и готовы к прибытию Эвелин.
«Должна выиграть в этот раз. Должна выиграть». — Инстинкт говорил, что нельзя вернуться в один момент дважды.
Нола восстала из пепла более решительная, чем когда-либо. Они потратили время на разговор. Нола надела платье и взяла два кинжала. Бейн ей помог.
— Мне нужно, чтобы ты встала вон там с Зионом, — сказала она, указывая на дальнюю стену. — Доверься мне, Бейн. Пожалуйста. Я стану орудием твоей мести.
— Только твоя жизнь имеет для меня значение, — яростно ответил он. — Что бы ни случилось, выживи и убей меня снова, чтобы вернуться во времени.
Вернуться в еще более ранний момент и рискнуть этим будущем? Если что-то изменится в прошлом, они могут не дожить до этого момента во второй… третий раз. Нет, Эвелин должна умереть сейчас.
Он подождал, пока она ответит коротким кивком, затем встал рядом с Зионом, как и попросила.
Нола собрала всю свою решимость и…
Эвелин телепортировалась в туннель, как и раньше. Прежде чем соперница успела сориентироваться, Нола перекрыла собой мужчин, издала воинственный клич и бросилась вперед.
Используя навыки, которым ее научили Бейн с Зионом, она использовала бедро Эвелин как подножку, закинула ногу ей на плечи и прижала колено к горлу. Затем Нола опустила верхнюю половину тела вперед, качнулась вниз и перевернула Эвелин на спину.
В ту же секунду, как соперница совершила аварийную посадку, Нола уселась сверху и начала ее колошматить. Перчатки защищали ее костяшки пальцев от зубов Эвелин, пока когти раздирали ее плоть. «Так и знала, что они понадобятся».
Эвелин попыталась ее сбросить и не смогла. «Получи, сука».
Подождите. Теперь Эвелин не сопротивлялась. Она подняла ноги и обхватила ими Нолу крест-накрест, повалив на землю. Эвелин немедленно поднялась, поменяв их позиции местами. Прижав коленями плечи Нолы, она набросилась на нее.
Перед глазами поплыли звезды, и тошнота скрутила желудок. Адреналин подскочил, помогая заглушить ужасные ощущения. Когда следующая серия ударов Эвелин зазвенела в ушах, один глаз Нолы распух и закрылся. Головокружение поглотило ее, но вместе с ним пришла идея.
Будучи королевой, она обладает большей властью, чем в статусе принцессы. Чтобы телепортироваться, ей просто нужно подумать о месте, где она хочет оказаться.
Стоп. Что это?
Эвелин положила горячие ладони на щеки Нолы. Распространилась боль, за которой последовал жуткий холод.
И пришло понимание. «Она истощает меня до смерти».
Нола попыталась телепортироваться. Не смогла. Просто слишком ослабла. Нужна сила. Откуда?
Бейн!
Она погрузилась в свой разум, нашла их связь, а также связь с гибридами. Она начала забирать их силу. «Что я могу сделать, а она нет».
Эвелин совершила огромную ошибку, прилетев на Землю. Она не могла черпать силы у своих воинов с родной планеты и не могла черпать силу у воинов Нолы.
Она ухмыльнулась. Прежде чем Эвелин успела забрать еще хоть толику энергии, Нола совершила идеальное перемещение — за спину злобной ведьмы. Соперница повалилась на пол. Прежде чем она успела сама телепортироваться, Нола ударила ее в спину, пробив ребра и вырвав еще бьющееся сердце.
Когда горячая кровь покрыла ее руку, Эвелин обмякла.
Нола излучала силу. «Я сделала это! Я победила!»
Она не думала о своих дальнейших действиях, просто последовала приобретенному инстинкту, который так хорошо ею руководил и вонзила зубы в орган.
Вкус оказался отвратительным, но ее это не волновало. Новые разряды силы пронзили ее, и она, запрокинув голову, закричала.
Но вскоре сила иссякла, ее тело потребляло слишком много топлива. Все сделанное, все произошедшее повлекло за собой ужасные потери.
Она хрипела и задыхалась, темнота окутывала ее разум.
— Бейн, — прошептала она невнятно. — Исцелись быстро.
Темнота накрыла ее полностью.
* * *
Она сделала это. Нола победила! Восторг пел внутри Бейна — эту мелодию он сохранить навечно. Она даже вылечила его плечо, прежде чем потерять сознание.
Он поднял ее на руки и прижал ближе. Их сердца бились вместе.
— Нола поправится? — обеспокоенно спросил Зион.
— Да, — ответил Бейн, процедив слова сквозь зубы. Должна. Эвелин выпила большую часть ее жизненных сил, поэтому Ноле многое придется восстановить.
— Что насчет другой королевы? Она может регенерировать сердце? — Зион подошел к телу Эвелин.
— Давай не будем рисковать.
— Мне нравится, как работает твой разум. — Взмахнув мечом, он одним ударом отрубил Эвелин голову.
Удивительное зрелище. Когда-то Бейн бы настоял, чтобы совершить это самому. Теперь же, с Нолой на руках, у него были дела поважнее.
— Я дам вам двоим побыть наедине, — сказал Зион, открывая портал.
— Спасибо… друг. За все.
Мужчина кивнул и прошел через проход.
Бейн отнес свою драгоценную ношу к стене и присел. Камни поддерживали его, когда он крепко прижимал к себе свою любовь.
— Черпай из меня, любимая. Бери все, что нужно.
Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем она открыла глаза. Но не сильно долго, раны заживали у него на глазах.
— Бейн? — сказала она. Должно быть, на нее нахлынули воспоминания, потому что она ахнула и резко выпрямилась.
— Я здесь, любимая. Я держу тебя. — Бейн приподнял ее и поцеловал в лоб. — Никогда не отпущу.
— Мы сделали это. Мы победили!
— Ты победила. Я люблю тебя, Нола Ли, моя вечная королева.
Она прижалась к нему, тяжело дыша.
— Любишь? Все равно? Я имею в виду, что теперь, став королевой, могу приказывать тебе по-крупному. Это не изменится.
— Я не жалуюсь. Я имел в виду то, что сказал. Я люблю тебя, всю тебя, даже твои приказы.
Со стоном капитуляции Нола прижалась к нему.
— Я тоже люблю тебя, Бейн. Так сильно. Хочу править вместе с тобой и быть с тобой, навечно. Меньшее не приемлемо.
— Тогда мы будем править вместе. Вечно, — повторил он как попугай. Когда Бейн прибыл на Терру, его снедали ненависть и жажда мести. Тьма поселилась в душе. Но эта дерзкая женщина дразнила его и мучала с первой минуты, неуклонно вытаскивая на свет.
— Не могу поверить, что Эвелин мертва. Не могу поверить, как близка я была к тому, чтобы потерять тебя навсегда. — Нола всхлипнула, отчего все ее тело содрогнулось, но больше ничего не последовало. — Не могу поверить, что мы это сделали. Мы потрясающие!
— Ты продолжаешь присваивать мне победу, но это была ты. Ты сделала это, я наблюдал. И более захватывающего зрелища не видел. — Он радостно рассмеялся и вскочил на ноги, увлекая ее за собой. — Ты потрясающая, любимая.
Бейн запечатлел обжигающий поцелуй на ее губах.
— Никогда не смогу отблагодарить тебя в полной мере.
— Нет, детка. Спасибо. Ты действительно помог. Ты доверился мне. А теперь дашь ту жизнь, о которой я всегда мечтала.
— Да, я доверился тебе и был вознагражден. Ты дала мне жизнь, и точка. До тебя я был мертв во всех отношениях. Но ты оживила меня, стала моим сердцем. — Он вновь ее поцеловал. Не мог не целовать ее. — Ранее ты была права. Мы найдем способ остановить войну и всем выжить. Знаю, найдем. Посмотри на все, чего мы достигли. Теперь, когда мы работаем вместе, можем сделать гораздо больше. И сделаем.
— Ты прав. Мы достигли так много за короткое время. Ты свободен от тиранического правления Эвелин. Я получила корону, силу и армию. Но вскоре продолжу покорять вершины. Думаю, звери ищут меня.
— Да, они ищут. Без сомнения.
— Может быть, они помогут нам во время собраний и битв. Знаешь, провести кое-какую разведку. Возможно, даже обучим их устраивать засады на Высший совет и их Наблюдателей? В любом случае, пища для размышлений.
— Отличные идеи. Но прямо сейчас я хочу только наслаждаться тобой, оставить тебя всю при себе. — Бейн поднес ее руку ко рту и поцеловал запястье, касаясь языком бьющегося пульса. — Не знаю, был ли я когда-нибудь настолько счастлив, особенно во время битвы.
С довольным вздохом Нола поцеловала местечко прямо над его сердцем.
— Когда остановим войну, возможно, сможем посетить Адвевет и помочь нашему народу.
— Наш народ, — сказал он с улыбкой. — Да. Мне бы хотелось. Где бы мы ни находились, везде будем творить чудеса. Но сначала мне нужно больше тебя. Физический залог твоей преданности. Поскольку я твой король и все такое.
Она улыбнулась ему.
— Что мой король, то и получает.
— Чего хочет моя королева, мое сокровище… — Бейн схватил ее за бедра, прижав клитор к своему члену. — Я предоставлю.
Они посмотрели друг другу в глаза, и он все понял. Они нашли способ творить чудеса. У Великой Войны нет шанса, как и у Высшего Совета.
— Надеюсь, ты готов. — Нола сорвала с себя платье, обнажив тело, которое он безумно любил. — Эта драгоценная королева перевернет твой мир.
— Ты уже это сделала, любимая. Уже сделала.
Нола ухмыльнулась.
— Детка, ты еще ничего не видел.
Конец книги!!!
С английского fired — уволить и сжечь
Один из народов Эссоса из «Игры престолов»