День начинался как обычно, когда даже не ждёшь неожиданностей. Маршрут до боли знакомый: отвезти дочь в детский сад, оттуда на "любимую работу", на обед сходить в кафе поблизости, после работы обратный путь до сада и домой. Дома, естественно, снова готовить ужин, предварительно заказав продукты доставкой. Муж, работая на удалёнке, опустошает холодильник со скоростью света, иногда думается, в какую бездну это все проваливается?

Остановив машину и неумело припарковав, я уставилась в пустоту. Ведь я мечтала совсем не об этом, не о такой жизни. Вспоминая мою нынешнюю, хочется плакать. Не то, чтобы все было отвратительно или невозможно жить: у меня есть высокооплачиваемая работа, муж по имени Алекс, ребенок. Все как у всех, однако, куча нюансов и моих несбывшихся мечтаний.

Вышла замуж я в восемнадцать лет, и то, потому что забеременела. О чем я думала, когда поленилась сходить в аптеку вовремя за контрацептивами? В то время ветер гулял в голове, гормоны бунтовали, а всё новое было таким завлекательным! Если бы не обстоятельство в виде беременности, то никакие уговоры не заставили бы меня принять предложение о вступлении в брак. И кто вообще придумал это слово, "брак"? Так правдиво можно описать мою жизнь этим словом. Бракованная.

Муж любит меня, а я… Я уже давно плыву по течению, ограничиваясь, иногда, презрительным взглядом, замечая ещё один недостаток в нем.

Когда нам было по восемнадцать, его красоте завидовали даже девушки: идеально правильные черты лица, ровный нос, волосы золотистого оттенка и глаза, глубокие, чистые, будто горный ручей. В гневе его глаза приобретали новый оттенок, как будто сталь сверкает на солнце, он становился ещё невероятнее. С тех пор, трудности и какая-то внутренняя апатия изменили его образ, а может облик его потускнел для меня? Высокий рост уже не кажется его преимуществом, ведь от работы за компьютером, он стал сутулиться, будто заботы склонили его. Глаза уже не сверкают, а тускнеют, как хрусталь, состарившийся от времени. Его лёгкого когда-то характера как ни бывало. Тот человек исчез, превратившись в вечно ворчащего старика, недовольного и жизнью, и окружением. Я могла бы уйти, однако, взглянув здраво на все происходящее, решила повременить до лучших времён. Раздел совместного имущества за пять лет обещал вылиться в долгие разбирательства, так как делить своим трудом заработанное я не хотела категорически. Я прошла такой тяжёлый путь, от мелкой гайки в большой машине, именуемой Международная торговая компания. Спихивала ребенка куда угодно, чтобы работать как можно больше, заработать и добиться, пробиться наверх.

Сейчас, оглядываясь назад, я думаю, что скорей я упрямством взяла все, что сейчас имею. Работа не доставляет мне удовольствия, я притворяюсь там совершенно другим человеком, с другим характером: властным, требовательным, не терпящим возражений. На деле, такое преображение требует безумного количества сил, а я в душе остаюсь ранимой, сочувствующей всем подряд, подчас сомневающейся во всем. Каждый день я чувствую себя неспособной руководить огромным количеством людей, а главное, увольнять. Каждый раз я тяну до последнего, набираясь смелости сказать равнодушным тоном "Вы не справляетесь, вы же видите, я не могу держать некомпетентных сотрудников".

Прошу простить, столько рассказав о работе, муже, я упустила именно себя, любимую. Меня зовут Каролина, мне двадцать три года и я безнадёжная мечтательница. Внешность рядовая и не выделяющаяся из толпы: лицо простое, как три копейки, глаза такого оттенка, что и не разберёшь, то ли темно-зеленые, то ли карие, волосы темно-русого тона, немного вьющиеся и чуть ниже плеч. Фигура, наверное, единственное, чем я гордилась. Усилия на тренажёрах и немилосердные диеты не прошли даром: стройная талия, подтянутое тело и грудь идеальная двоечка. Стремясь выглядеть достойно занимаемой должности, я одевалась в стильные костюмы, юбки-карандаши и свежие блузочки неярких цветов. Внешне симпатичная картинка, а внутри крик "Не моё, это все враньё!".

Оторвавшись от обдумывания своего бытия, я взглянула на сверкающее стеклянным блеском здание. Сейчас, в эту же минуту мне нужно собраться с духом, надеть свою господствующую маску и идти повелевать своим отделом. Ну, что же, в путь.

День проходил как обычно скверно, учитывая ещё и понедельник, сложно было предположить, что за выходные не накопится гора дел и важных вопросов. Еле вырвавшись на обед, я брела в свое знакомое кафе неподалеку, где почти весь персонал наблюдал мою стремительную карьеру и поддерживал на самых мучительных моментах, когда за обеденным кофе я рыдала, давясь истерикой. Это сейчас, настолько приросла к маске в дневное время, не позволяю себе подобных выбросов от накопившейся усталости. А вечером уже некогда сбрасывать негатив, там я жертва устоев и домашнего быта.

В кафе я села у окна, позволила себе дать слабину и заказала ризотто с салатом, внушительную порцию кофе. Приступив к долгожданной дегустации, рассеянно глядя в окно на проезжую часть, я заметила смутное колебание воздуха на пешеходном переходе. Машины ехали, не замечая ничего странного, проезжали насквозь эту аномалию. Усомнившись в собственном рассудке, я отвела взгляд и через минуту снова взглянула. На том месте стояла молодая женщина, обладательница волос до поясницы светлого пепельного оттенка. "Надо сделать себе такое же окрашивание, надо же, как переливается на солнце" — восхитилась я. Присмотревшись, я отметила странный наряд для этой "деловой" части города: кожаные лосины, высокие сапоги, похожие на ботфорты, туника чуть ниже бедер и кожаная же жилетка. На запястьях висело множество браслетов из кожаных шнурков. Не успела я разглядеть внимательно лицо, как загорелся красный свет и машина двинулась прямо на нее.

— Остановитесь, вы её собьёте! — подскочила я, переполошив все кафе.

Выбегая на улицу, я поняла, что так не услышала стук удара и соответствующих звуков, как скрип шин при торможении. Ошеломленно оглядываясь, я снова разуверилась в своем психическом здоровье. Люди в машинах ехали по своим делам, на асфальте не видно было ни тела пострадавшей, ни крови. Более того, никакой паники на светофоре, хотя я уверена в том, что видела. И не могла она успеть на тротуар, стояла же она в аккурат посередине дороги. Из кафе показались первые люди, всполошенные моим криком, однако ничего не заметив, осуждающе качали головой, с укоризной глядя на меня. Сделав независимый вид, я невозмутимо зашла обратно, присела за свой столик и ещё минут пять судорожно обдумывала произошедшее. Я ведь не сошла с ума, своими глазами видела ту женщину, она точно была мне незнакома, я её не придумала. Дельного ничего не приходило в голову и я, и так уже опаздывая, поспешила на работу. Подходя к злополучному пешеходному переходу, у меня дрожь пробежала по телу. Дождавшись зелёного сигнала светофора, я в одиночестве стала переходить дорогу, глядя только на то место, где стояла незнакомка. Шагнув ещё раз, я встала ровно на то место и ощутила внезапно такую радость в душе, будто всё счастье мира меня переполнило. Это вразрез шло с логикой, с чего мне вдруг так бурно радоваться? Собираясь шагнуть дальше, я помедлила и до слуха наконец дошел звук ревущего автомобиля. Медленно, как в замедленной съёмке, поворачиваю голову и вижу, как здоровенный черный джип несётся прямо на меня. Все так же медленно я отмечаю про себя, какой сосредоточенный взгляд у водителя. "Это конец" — мелькнула мысль. Понимая, что не успею ни прыгнуть, ни побежать в любую сторону, я зажмурила глаза. До столкновения и после я ничего не ощутила, хотя по моим расчетам, я уже должна лежать, сбитая автомобилем, с конечностями в разные стороны. Мысли лихорадочно бьются в мозгу. "Наверное, я уже умерла".

— Конец 1 главы~

Открыв глаза, я решила поначалу, что ослепла. Кругом все пространство заливал яркий солнечный свет. Так показалось мне вначале. Проморгавшись, я с паникой огляделась. "Этого просто не может быть" — билась только одна мысль в голове. — "Это все не взаправду. "

Я была в дремучем лесу, стеной вокруг росли деревья, да такие огромные в обхвате, что даже предположить не смогла бы сколько там временных колец на срезе. Сама я находилась в центре поляны размером в двадцать шагов и непонятно, но факт, свет падал аккурат на свободное пространство от деревьев. Как же так? В моем родном городе, конечно, уже не лето стоит на дворе, но теплая осень наступила, листья приобрели оттенки жёлтого, рыжего и моего любимого — лилового. Со дня на день пошли бы дожди и холода. Здесь же определенно наблюдалась поздняя весна. Если приглядеться, в особо темных прогалинах можно было заметить остатки талого снега. Это невероятно и совершенно невозможно! Стоило бы сразу обратить внимание на себя, а посмотреть и удивиться было от чего. Мои шмотки, так усердно подбираемые, достойные моей работы таинственным образом исчезли, вместо них на моих ногах появились порядком запылившиеся сапоги до колена из толстой кожи. Кожа была натуральной, это я научилась различать недавно, приобретя стабильный высокий доход и больше не экономя на обуви. Так странно, будто бы я уже видела кожаные лосины, ныне обтягивающие мои стройные ноги. И браслеты, обрамляющие руки, были как будто из сна.

Я подскочила на ноги, вспомнив, как машина неслась мне навстречу, вдруг какие повреждения всё таки есть? Однако ничего дурного я не ощутила, зато когда разглядела волосы, прилетевшие из-за спины… Тут мне стало дурно и я покачнулась от потрясения. Волосы были пепельного оттенка, которым я, казалось, вот только пятнадцать минут назад восхищалась. Только он принадлежал никак не мне, и длина ну никак не могла быть моей! Я никогда не отращивала волосы ниже плеч, муторное это дело, ухаживать за такой копной. Моё логическое мышление отвергло все доводы, которые я себе привела в попытках оправдать то, что я видела и ощущала. Зато подсказало, что сидеть в лесу небезопасно, особенно, когда солнце склонится к горизонту, мало ли какие звери обитают в местных лесах. Внимательно оглядевшись ещё раз, под деревом неподалеку обнаружила холщовую сумку через плечо. Было бы безумно интересно покапаться там в поисках ответов на накопившиеся вопросы, однако взяв себя в руки, я решила быстрее выбраться отсюда. Возможно, встречу людей и узнаю, как позвонить домой. Осознание вдруг прошибло меня: ребенок, кто заберёт её из сада? Пока я тут прохлаждаюсь, воспитатели зря пытаются дозвониться до меня. Наскоро проверив наличие карманов, я обнаружила полное их отсутствие. Все таки вытряхнув содержимое сумки на траву, телефона я там не нашла. Упомянутое содержимое бросило меня в дрожь: кинжал в ножнах, старинная книга, написанная на неизвестном языке, пара непонятных предметов, с виду из блестящего металла, похожего на серебро, кожаный кошель с монетами разного номинала и самое странное: чучелко совы, да какой то мелкой. Как только сохранилось в идеальном состоянии? Ощущение было, будто она сейчас взлетит. Я задумчиво провела ладонью по гладким перьям, до сих пор полностью не осознавая нынешних метаморфоз. Первые секунды я не замечала ничего необычного, поглаживая это замечательное чучелко, я не ощущала отвращения, мелькнула мысль, что совушка просто спит. "С открытыми глазами? " — усмехнулся внутренний голос. Наверное, я столь усердно наглаживала, что отскочила искорка, как статическое напряжение. Сова встрепенулась и подскочила на ладони. Мы тупо смотрели секунд пять друг на друга в глаза, потом из моего горла раздался тонкий визг. Опа, шиза подъехала, привет, дорогая!

— Чего уставилась, белобрысая? Давно не виделись что ли? — выдало это чудо в перьях. Я могла лишь как рыба раскрывать и закрывать рот, не в силах вымолвить ни слова. Отстраненно подумала "А откуда раздается звук? Птица то клюва не раскрывала, ну смотрит, ну живая оказывается, может это всё таки крыша едет?".

— Дура ты, у тебя в голове звучит всё, что я хочу сказать тебе! — с упрёком молвила чудо-птица. — Я же твой фамильяр, чего ты удивляешься?

— Мой? Фамильяр? — тупо повторила я. Судя по прочитанному мной когда-то, фамильяры могут водиться только у ведьм, и то, кошки, чёрные. Откуда бы взялся у меня фамильяр, какая из меня ведьма?

— Ты какая странная, ну-ка, поднеси меня ближе. — властно заявила птаха. Я медленно поднесла руку к лицу.

— А как тебя зовут? — спросила я. Мы ведь незнакомы, пришло мне в голову.

— Меня? Головой стукнулась? — озабоченно произнесла птичка. — А тебя тогда как зовут, дурашка? — спросила она.

— Каролина Астрова к твоим услугам. Для друзей просто Лина — усмехнулась я. Такая забавная аномалия, эта сова, маленькая, а с острым язычком.

— Так, это уже интересно. — удивилась она. Глаза стали ещё шире, хотя куда уж шире. — Тебя зовут Кэролайн Оуэнн, свои зовут тебя Кэрри. — сообщила птица. — А меня зовут Эсми, ты, то есть Кэрри сама меня так назвала. Откуда ты взялась? И где моя хозяйка? — всполошилась Эсми.

— Да сама не знаю, шла себе спокойно на работу с обеда, бах, несётся машина и вот я тут. — грустно поведала я. — Сама не рада, уж поверь мне.

— Что такое машина? — удивилась она. — Ты замечала что-то странное до этого происшествия?

— Хммм. Вроде бы. — задумалась я. — Я будто видела твою хозяйку на той дороге, как образ, навряд ли она была настоящей. — вздрогнула я, вспомнив, как испугалась, когда на женщину, то есть Кэрри, двинулись машины. — Машины это средство перемещения там, откуда я. — ответила я.

Глазки совушки застыли, она о чем-то усиленно размышляла.

— Это очень интересная загадка, но нам пора. — сообщила она. — Солнце движется к закату и я не советовала бы оставаться здесь в темное время суток.

— Но куда же нам идти? — растерянно пробормотала я.

— Туда, откуда пришли, естественно. — бодро провозгласила Эсми. — Поднимайся и я проведу нас к цивилизации. — заявила мелкая повелительница.

Еле поднявшись на свои ноги, обнаружила их совершенно одеревеневшими. Под команды Мелкой, как назвала я сову про себя, я поковыляла к просвету меж деревьев, куда собиралась изначально. Некоторое время мы шли, спотыкаясь об корни деревьев (точнее, я шла, а Эсми славно путешествовала на моей ладони), и, наконец выйдя из леса, вышли к опушке на краю леса и двинулись навстречу закату. По дороге обсуждать создавшуюся ситуацию смысла не было, тут проследить бы за тем, куда наступаю и не переломать ноги.

Увидев в сумерках деревню, я воспряла духом и двинулась быстрее. Морально я уже устала, желала лечь и уснуть, а после проснуться у себя дома. Все было настолько необычно, что это очень выматывало, никаких логических объяснений я не находила и пояснений мне никто не давал. Может быть в деревне будет кто-то сведущий?

Деревня, как деревня. Ожидала увидеть что-то необычное, однако реальность оказалась прозаической. Деревянные домики в разной степени ветхости, крыши покрытые дранкой, окна со ставнями, люди преимущественно усталого вида. Никакой тебе картинки с журналов описывающих жизнь в европейских деревушках. Чумазые дети играли в лужах. "Зато счастливые" — усмехнулся внутренний голос. "Ты была такой же, пока не начала стараться выпрыгнуть из юбки, лишь бы казаться старше. "

А ведь, правда, в какой-то момент моего детства, глядя на взрослых, сама начала стараться походить на них, выхаживала с важным видом, будто мне известна какая-то тайна о мироздании. Куда там уже играться и шалить, не положено.

Ведомая моей проводницей, мы подошли к перекошенному зданию в два этажа с вывеской, на которой была нарисована миска с ложкой и что-то, издали похожее на кровать.

— Трактир! — провозгласила Эсми. — Тут мы переночуем и подождем нашего друга.

— Какого такого друга? — устало поинтересовалась я.

— Граф де Ленуа, для простонародья просто Ален. — заочно представила она мне их друга. — Я готова поспорить на свой клюв, что он что-то да знает о том, что происходит.

Мы вошли в темный зал со столами и скамейками. Лишь в тени у стены сидели пару молодых людей странного вида, все обтянутые в кожу, за спиной у которых угадывались мечи. Мы направлялись к стойке, где стоял внушительного роста и объема мужик. Забыла сказать, что у него была впечатляющая борода, даром что торчала во все стороны.

"Достань из сумки кошель и достань десять медных монет и скажи что нужна комната на двоих на сутки" — раздалось у меня в голове.

Невозмутимо произведя необходимые манипуляции с деньгами и озвучив пожелание по поводу комнаты, я забрала ключ и следуя указаниям, поплелась на второй этаж по шаткой лестнице. Войдя в скромно обставленную комнатку, я увидела только кровать и невзирая на очевидную не стерильность белья, я упала не раздеваясь и уснула крепким сном за считанные секунды. Завтра будет день, будет и пища.

— Конец 2 главы~

Снился мне странный сон, как немое кино, без звуков и со стороны. Будто бы я стою на той дороге, в том самом месте, где оставила свое тело в моём мире, по лицу видна растерянность, поморщившись я быстрым шагом иду на тротуар, и достаю из кармана телефон. Недоуменно смотрю на него, словно вижу в первый раз это чудо технического прогресса и тыкаю куда попало, предположительно чтоб он перестал орать мой любимый рингтон "Марш Радецкого" моего обожаемого Штрауса. Беззвучно (исключительно для меня) воскликнув, я начинаю что-то говорить в телефон, причем держа его как попало, экраном вниз. В поле зрения неподалеку оказывается девчушка, молоденькая рыженькая девушка, будет даже правильней сказать, одетая в черные рваные джинсы и топик дерзкого фасона. Она неприкрыто пялится на меня, в ярких зелёных глазах мелькнула искра понимания и она двинулась ко мне. Грациозной кошачьей походкой, словно в прыжке перед нападением и не отрывая взгляда, она приблизилась и что-то коротко сказала. Мои глаза наполнились изумлением, я ответила отрывисто и резко, сразу же нахмурившись. Девушка успокаивающе взяла меня за локоть и куда-то повела, что-то втолковывая.

Внезапно действие перенеслось в детский сад, где я и незнакомка, которую я во сне встретила на улице. Ко мне бежит моя обожаемая дочь, а я стою, как вкопанная, словно и дочь вижу впервые. Втроём мы вышли из сада и двинулись в сторону моей квартирки на девятом этаже. Поднявшись ко мне, девушка распрощалась, напоследок обняв меня. Странная близость с той, кого встретила предположительно часа полтора назад. Проводив девушку, я что-то с яростью говорю мужу, решившему как всегда пренебречь и домашними делами, и ребенком, в обычной манере засевшим за любимые танчики по сетке. Обалдевший муж, не слышавший от меня никогда ни одного резкого слова нехотя поднялся и двинулся в сторону кухни. С победным выражением на лице я прошла в спальню и повалилась в чем была на смятую постель.

Проснулась я не от пения птиц, а от грохота в коридоре. Будто великаны пудовыми ножищами прокладывали себе путь к выходу из этого клоповника. Слабо осознавая где я и что тут делаю, а заодно подивившись странному сну, я поднялась с кровати. Эсми поблизости не оказалось, так что пришлось спускаться вниз одной, предварительно умыв лицо в тазу, предупредительно оставленном на прикроватном столике.

Спустившись, я обнаружила фамильяра на плече у какого-то мужика. Запоздало вспомнив, что мы ждали друга Кэрри, я двинулась в их направлении и с грацией приземлилась на скамейку напротив.

— Привет, красотка! Как спалось? — подмигнул мне симпатичный шатен, сидевший напротив.

— Не так и не там, где хотелось бы. — усмехнулась я. — А тут вообще кормят, я голодная, как волк.

— Кормят, кормят, не волнуйся ты так. — улыбнулся он, махнув рукой в сторону корчмаря.

Отложив все разговоры на потом, я заказала похлёбку, кипевшую на огне, восхитительные булки с корицей и отвар, выдаваемый здесь за чай. И всё за всего пару медяшек. Накрыв на стол, хозяин сего мрачного местечка удалился, не забыв поклониться, впрочем, не мне. "Ах, да, ты же у нас граф Сен-Жермен, по статусу положены поклонения" — подумала я и заулыбалась.

— Что смешного? У тебя всё в порядке? — забеспокоился он за моё душевное равновесие.

Сохраняя интригу и иногда бросая взгляды на графеныша, я приступила к трапезе.

Закончив, я блаженно облокотилась на спинку лавки. Теперь можно и побеседовать.

— Тебе это чудо в перьях объяснило все детали произошедшего? — решила подразнить сову я. — И напомни, как тебя зовут, а то в голове укореняется кличка для тебя, а ты все равно ничего не поймёшь.

Эсми нахохлилась и возмущённо засвистела, как кипящий чайник на плите

— Зря ты так, фамильяр с тобой, потому что тебя выбирает, каждую минуту. Даже если ты это не ты. Это во-первых. — укорил меня шатен. — Во-вторых, меня зовут Ален де Ленуа, граф Монтейский. — представился он. — Ну, а в третьих, мне все известно и даже более того, хочу тебя огорчить — ты не просто так здесь, моя дорогая Каролина.

Сказать, что я удивилась, значит, ничего не сказать. Что это, черт побери, значит?

— Я тебя крайне внимательно слушаю, дорогой Ален. — собралась с духом я. — Надеюсь, у тебя будет и решение, как вернуться мне домой.

То, что он мне поведал, повергло меня в шок и отрицание услышанному.

Если верить рассказу, то Кэролайн и он искали способ, чтобы оставить архимага, некоего Альберта Монти, который на пороге своего тысячелетия съехал с катушек и решил поставить не только этот, но и многие другие миры на колени. В нынешнем мире существуют сообщества, правящие верхушки, такие как совет Архимагов, совет Магистров и совет Немагов. Каждый из них выполняет свои функции, согласно подвластной им силе. То есть, совет Архимагов решает самые глобальные вопросы, определяя судьбу мира и спускают задачи попроще совету Магистров, те, в свою очередь отделяя магическое от немагического, спускает в совет Немагов задачи немагического свойства, которые те рассматривают. Имея множество сторонников, господин Монти решил воплотить идею вселенного господства, включая даже те миры, как мой, где о магии как таковой слышали только в сказках. Такое положение дел будет выгодно только определенной группе архимагов, да тем, кто в их подчинении, то есть приближенным. Как же остановить его, скажете вы?

— Я вот много не понимаю, но главное: как смогу Я его остановить? — растерянно спросила я. — Не обладая никакими особыми навыками, никогда даже кошку не подобрав на улице, если там дело в милосердии, а если и в другом, все равно не понимаю.

— Архимаги начинают свой путь с магистров, накапливая свою силу, достигнув порога достаточности, измеряют свою силу при свидетелях и переходят в разряд высших чинов, так сказать. Кэрри была близка к порогу, однако это её потолок. Что нельзя сказать о тебе. — уверенно заявил он.

— Да это просто глупо, я даже о магии не слышала до нынешнего утра, какая сила? — усомнилась я.

— Тем не менее, она у тебя есть, как минимум по ауре видно, ты очень могущественна. У нас будет немного времени, чтобы ты ощутила свою Силу. — успокоил меня Ален. — Нам нужно уехать подальше от места проведения ритуала призыва, магия до сих пор не развеялась и служит меткой для разного рода мерзавцев, обладающих мизерной силой.

— А что они тут забыли? — заинтересовалась я.

— Обладатели лишь искрами силы готовы на все. — туманно выразился он. — Есть несколько ритуалов, предполагающих жертвоприношение, с помощью которых можно захватить силу от выброса чужой магии, чем разумнее жертва, тем дольше держится обретенное могущество.

Это меня не очень воодушевило, появилось желание смотаться отсюда побыстрее. Не мешкая, мы, а точнее Ален, собрались и вышли во двор, где нас ждали лошадки устрашающего вида.

— Я не полезу на ЭТО. -запаниковала я. — Лошадей только на картинках видела, и то, те были красивыми, а эти страх божий какой-то!

— Придется, пешком мы далеко не уйдешь. — пожал плечами графеныш.

— Я попытаюсь, можно? — жалобно протянула я.

Меня трясло при виде чудовища, на которое мне было необходимо взгромоздиться. Я была уверена, что это чудо сбросит меня и полечу я в кустики, ломая шею и все конечности.

— Нельзя, лезь, будущая архимагиня. — злорадно усмехнулся де Ленуа. — Еще немного и ты поедешь поперек седла, а это тебя очень не обрадует.

Подхватив меня так легко, будто я пушинка, Ал закинул меня на седло. Я замерла и тихонько поехала в бок, пришлось бедному парню хватать меня срочно за ногу и предотвратить членовредительство. Кое-как впихнув сапоги в стремена, я выпрямилась, чтобы при первом шаге "милой" лошадки пригнуться, сгорая от стыда и страха.

Вдвоем, не считая совёнка, мы двинулись в путь. Постепенно повышая скорость до скачки рысцой, я все сильнее пыталась слиться с лошадиной гривой. Возможно, вокруг были живописные виды, однако у меня мелькали только части тела лошади да пыльная дорога.

Сделав один привал, где я легла практически там же, где сползла с лошади. Как мне показалось, я только закрыла глаза и уже пора ехать, снова воспользовавшись помощью достопочтимого графа, вползла в седло. Немного приноровившись через час, я стала отмечать пейзажи природы. Некоторые деревья и кустарники были с виду мне знакомы, попадались и совсем невероятные растения, такие как дерево, почти прозрачные, с голубыми прожилками, к листьям становящихся розовыми и красными. На кончиках листьев еле заметная бахрома, все напоминало живой человеческий организм, с венами и кровеносными сосудами. Я разглядывала очень внимательно и подмечала ещё больше сходства.

— Эти деревья называют Элистериниэль, "Живая душа" с эльфийского перевода. — заметил мою заинтересованность мой попутчик. — Оно священно для эльфов и находится под их защитой. Стоит кому-то даже поцарапать его и сразу же объявятся Стражи Леса и разберутся с обидчиком кардинально. В этом мире много уникальных экземпляров, однако именно тут хочу предупредить.

— Эльфы?! Стражи Леса? — я опешила, к таким новостям моя психика была не готова. — Может тут у вас ещё и орки с гномами имеются?

— Всего лишь люди, эльфы, драконы, крылатый народ арифы, орки. — перечислил он. — Гномов нет, ушли в давние времена в другое измерение.

Переваривая новости, я задумалась и мысленно освежила в памяти, что видела в кино, читала в книгах жанра фэнтези: эльфы бессмертные или долгоживущие, орки свирепые, драконы живут в пещерах, арифы вообще не знаю кто такие, но явно с крыльями. Озвучив свои предложения Алу, я совсем не была готова к его громоподобному хохоту, так рассмешили его мои слова.

— Ох, как представитель драконьей расы, я прощаю тебе невежество в вопросе нашего проживания. — отсмеявшись, серьезно заявил он. — Но советую больше не произносить такое вслух, особенно в присутствии дракона. Это серьезное оскорбление.

Тогда он поведал мне, что когда-то давно, драконы были полуразумными существами, обитали в сети пещер на юге и употребляли в пищу все, что попадется. До оборота в человеческое обличие было ещё далеко, эльфы в те времена хоть и были относительно молоды, но развивались в бешеном темпе, крылатые выживали в северных горах. Люди строили первые города, орки кочевали по степи и с тех пор это не изменилось. Значительно проредив численность ближайших соседей, драконы стали делать вылазки в другие части мира. Такое поведение вынудило весь мир встать против них, началась охота и мир, не окрепший до конца, погрузился в хаос. Были мрачные времена, с обоих сторон были значительные потери, но постепенно драконов осталась немногочисленная стая, которая скрылась в глубине пещер. Долгое время они ютились в кромешной темноте, инстинкт самосохранения побуждал их скрываться и обороняться в узких пещерах. Когда надежды для драконов уже почти не было, у одной из последних самок родился Спаситель драконов и первый из них, кто сумел обрести человеческую ипостась и разум. Все это даровала ему богиня Иару, одна из демиургов этого мира. Заглянув в его разум, она дала шанс, ставший спасительным. Став бесконечно мудрым существом, Спаситель встал на путь длительного возрождения, став отцом сотни драконят, унаследовавших разум и вторую ипостась. Когда вся его стая значительно окрепла, они решились выйти в свет, долгое время ушло на налаживание связей и убеждения всего мира на то, что они не опасны для общества. Много воды утекло с тех времён, кое-где сохранилась вражда, драконы расползлись по миру, каждый волен заниматься чем хочет, но темные времена помнят все, хоть и хотят забыть.

— Прости, я не знала… Какое у вас тяжёлое прошлое. — грустно повинилась я.

— Ничего, просто запомни. — успокоил меня дракон. — Нам нужно устраиваться на ночлег, давай поищем подходящее место.

Отыскав прелестную поляну, мы расседлали лошадей, устроились поудобнее и в мгновение ока я уснула крепким сном. А там меня ждал очередной сон наяву.

— Конец 3 главы~

Как и в прошлый раз, мне снилась я сама, находилась я в своей квартире и куда-то собиралась. Собирался и мой Алекс, только что-то слишком основательно, короче говоря собирал свои вещи в чемодан. Выглядел он обречённо, выискивая по углам свои носки, бубнел себе что-то под нос. Интересно, куда он пойдет? Вариантов немного, друзей не имел, скорей всего в вонючую коммуналку к маме.

Как я ненавидела свою свекровь, не описать словами. Сия женщина предпенсионного возраста никогда не работала, сначала сидела на шее у мужа, а после его смерти на пособиях. Родила второго сына она поздно, под сорок лет. И если первый сын Макс вылетел из дома в шестнадцать лет и был обузой в её глазах, то моего мужа она отпускала со скрипом и скандалами. Своей гиперопекой вырастила инфантильного и совершенно не готового к взрослой жизни человека. Слава небу, что он в свое время смог найти в себе силы взять на себя ответственность и жениться, как порядочный человек. Его мать постоянно отравляла мне жизнь, приходя когда вздумается, в надежде срубить денег и устроить свои порядке в моем доме. Этот придурок дал своей матери ключи и, пока я не прознала и не забрала их силой, смела являться в мое отсутствие, тырить немногочисленное золото и мелкую бытовую технику. Так, решив приготовить как-то шарлотку я не обнаружила новенького миксера, заподозрив неладное, пошла проверять всё остальное. Больше всего жаль было фамильных серёг, мать перед самой смертью отдала их в мой четырнадцатый день рождения. Ух, как летал по квартире муж, приятно вспомнить, очень уж боялся вылететь жить к маме и сделал выбор в пользу жены. Пришлось сменить номера обоим, чтобы не слушать пьяные истерики милой свекрухи, но оно того стоило.

Действие переместилось на работу, где я писала заявление на отпуск. "Тоже хорошо, за все время работы ни разу не отдыхала", решила я. Выйдя на улицу, я снова встретила знакомую девушку с вчерашнего сна и крепко обнявшись, мы двинулись на парковку. Заметно было, что я даже не узнаю свою ласточку, по миганию фар при взаимодействии с брелком, нахожу нужную. Рулить предстояло не мне, а моей новой подруге, что удивительно, я не доверяла машину никому, предпочитая сама набивать шишки, зато самостоятельно. А теперь птенчик летит в гнездо. "Хороший сон", с удовольствием подумала я.