— Бляха! — выдавил я из себя, уже уперевшись мордой о мох. Как бы ни старался, даже шелохнуться не смог. Подполковник стоял надо мной.

— Это надо же, измененный спустя столько лет! Представляю, как там у ботаников все свербит, чтобы тебя к себе забрать на опыты, — рассмеялся Трутень. — Лидия Петровна уже два раза порывалась изъять, а я прикрывал. Вот же лиса, не рассказала про тебя правду!

Мои кости захрустели. Вместилище пульсировало, отросток расширялся, будто сейчас вылезет наружу. Вот оно! Моя сила снова активизировалась.

— Отпусти! — прошипел я голосом бога.

Давление, которые до этого только нарастало, замерло. Через мгновение стало спадать, и я уперся руками о мох, поднялся на колени. Конечности предательски тряслись, но я встал.

Весемир стоял, кровища лилась у него из носа, и он зло смотрел на меня. По его лбу тек пот, но мужик не сдавался.

— Сука старая подохла! — откашлялся я. — Тварь попыталась меня в лабораторию забрать. Ей плевать на то, что в городе людей убивали, что Березин, придурок, наглотался зелий Троцкого и тоже на меня напал.

Трутень улыбнулся, хотя это больше на кровавый оскал похоже. Сила моего голоса таяла. К сожалению, на текущем уровне я не могу дать более сложные приказы типа «умри», «забудь», «сделай что-то». Я выиграл несколько минут себе, но не больше.

Посмотрел за спину подполковнику. Бежать? Хрен! Сдаваться? Никогда!

— Отпусти меня, мальчишка! — дрожащим голосом сказал Весемир.

— Будете должны! — улыбнулся я и развеял голос бога.

Предчувствие подсказало, как мне себя вести. Хотел бы он убить — убил. Значит, будет возможность убежать, если схватят и отправят ботаникам. Битву с ним я в любом случае не выиграю, а злить его, чтобы покалечил и лишил возможного шанса, глупо.

— Вот сученыш! — вытер нос подполковник. — Я не знаю, что ты такое, но ты человек, пусть и не совсем. Измененные были безумны, а ты нет. Так еще понять не могу, откуда в тебе словесная магия.

Получил удар под дых, и меня сложило пополам. Воздух весь выскочил из легких.

— Это тебе за то, что на старшего по званию напал и мою кровь, уже кстати второй раз. Так что считай, что квиты, — засмеялся Трутень. — Значит, Лидка мертва? Хорошо… Хорошо…

— У меня не было выбора, бухгалтер напала и попыталась забрать с собой, — кашляя, выдавливал я из себя слова.

— Так, слушай меня внимательно! Это не предложение, а приказ! Ты с этого момента под моим руководством. Личным… Понял? На днях определю тебя в свою службу, — поднял голову подполковник, а глаза ходили из стороны в сторону, будто он что-то рассчитывал.

— Что за служба? — выпрямился я.

— Секретная! — улыбнулся Весемир. — Название еще не придумал, но она крайне важна и под личным контролем государя.

— Спасибо большое, но у меня планы. Мне род восстановить нужно, там еще по мелочи, с одними разобраться, с другими. Ну, вы поняли.

— Боря, это не простая служба, — серьезно глянул Весемир. — Занимайся чем хочешь по жизни, но когда нужно, выполняешь то, что приказывают. Считай, агентура. И вообще, ты берега не попутал? Я тебе тут будущее предлагаю, а ты нос воротишь! Будто бабу уламываю в постель.

— Подполковник, у меня свои планы, — не сдавался я.

— Солнцев, ты дурак? — улыбнулся Трутень. — Нет у тебя больше своих планов, ИСР на тебя глаз положила. А они не такие добрые, как я, поставят рабское клеймо, и будешь жопу начальству лизать, ботаники тоже не слезут. Лидка не дура, передала небось документы куда следует.

— И только вы мне дадите свободу и защиту? — съерничал я.

— Боря, давай начистоту, ты парень умный не по годам. Котелок варит, на тебя ополчились два рода.

— Три! — перебил я. — Троцкий кровную месть объявил.

— Э-э… Три, — удивился Весемир. — Тем более. Две службы хотят, чтобы ты стал или верным псом, или лабораторной крысой. Думаешь, хватит силенок?

Тут я задумался. Отчасти он прав, пока у меня еще мало жирку, чтобы со всеми сразу бодаться. Да и против ИСР и ботаников я вряд ли что сделаю. Можно поиграть, словно я на его стороне до поры до времени, и потом уйти в свободное плаванье.

— Хорошо! — выдохнул я, будто сильно размышлял и думал.

— Вот засранец! Он мне еще одолжение делает.

— Что мне нужно будет выполнять? Могу ли я взять с собой людей? Место? Цели? Задачи? — стал я перечислять вопросы, от которых зависели мои планы.

— Вот, другое дело! — улыбнулся подполковник. — Чувствуется настрой. На эти вопросы я тебе потом отвечу, сейчас тут закончу.

— Стену будете двигать? — спросил я.

— Угадал! — осмотрелся Трутень.

— А с памятью как думаете играть? Снова всем менять начнете? — решил, раз мы будем работать вместе, чтобы он понимал, кто я и что могу.

— Удивил, — остановился Весемир. — Значит, на тебя не подействовало? Точно, Твердый говорил, что ты сожрал железу. Вот, что я скажу, Боря, если кому проболтаешься, можешь сразу себя глотку вскрывать! — подполковник уставился на меня. — Я выгнал всех военных, так что свидетелей нет, менять память не потребуется, для них будет чудо движения стены и все. И вообще, вали, жди меня, обсудим дела насущные.

Очень хотелось остаться и вблизи посмотреть на то, что сейчас будет делать подполковник, но я послушался его и двинулся к части.

Трутень, когда остался один

После того, как Весемир увидел, что мальчишка приказал монстрам, а те его послушались, первое желание было убить тварь. Словесная магия не способна подчинять тварей. Из хроник известно, что это могли делать только измененные.

Но… Подполковник уже решил взять Солнцева себе, слишком уж он полезный. Нынче, когда аристократы не рвутся служить, а владеющие слабы, найти подчиненного крайне сложно. Толковые люди на вес золота.

А этот мало того, что умный, хитрый, так еще и силен. Чего стоит его словесная магия… Теперь Борис еще и измененный, оказывается, и сохранил сознание, может управлять собой. Какая редкость. Такой экземпляр обязательно должен быть у подполковника.

Судя по хроникам, такие твари были крайне сильны, если отожрутся. А это такие возможности… Солнцева можно будет использовать в решении проблем с аристократами, он сам из них, даже к врагам отправить можно. Хорошо, что у мальчишки нет выбора, крупные рода против него, ИСР и ботаники. Весемир гордился собой, что оказался в нужное время и в нужном месте.

У Бориса просто нет шанса выжить, поэтому будет работать. Главное, следить за ним, если совсем станет неуправляемым — убить, как и слишком сильным. В империи не нужны люди, способные бросить вызов императору.

А в том, что Солнцев, если будет дальше развиваться и питаться тварями, станет могущественным, сомневаться не приходиться, вопрос только времени. После того опыта, который свернули и засекретили, две династии императоров погибли, выкидывая сильных тварей все дальше за стену.

Сейчас, когда страны уже привыкли к монстрам, снова начались попытки захватить чужой кусок земли. И Российская империя ничем не хуже. Тут Солнцева и можно будет использовать, а потом… Главное, успеть связаться с государем, чтобы он остудил пыл ИСР и ботаников.

Подполковник улыбнулся. Сейчас, впервые за десять лет, стена двинется вглубь сразу на девять километров. Его цель — поймать Троцкого — провалилась, но гаденыш не смог провернуть свой план. Род сейчас будет сидеть тише воды ниже травы в южной зоне, что так нужно императору.

Победа? Скорее, половина он нее. А вот то, что стена двинется, это хорошо. Скоро в части произойдут изменения. Сюда направят больше людей и военных, начнется настоящая служба, а не эта попытка избавиться от неугодных. Твердохлебова подполковник уже решил забрать с собой. Старый и верный друг как-никак.

— Настало время! — произнес Трутень и вынул руки из карманов. Развел их. — Всемирное тяготение.

Массовое заклинание, которое раздавит все живое в радиусе десятка километров. Давно подполковник не использовал мощную магию. Последний раз, когда на него совершили покушение в родном городе. Целого квартала не стало вместе с людьми.

Послышался вой, такой, если десятки и сотни монстров открыли свои пасти перед смертью. Земля затряслась, и подул ветер. Весемир стоял и улыбался с распростертыми руками.

Потом соединил ладони. Земля еще больше завибрировала, где-то в нескольких километрах отсюда из тел монстров образовалась стена. Монолиты, который стояли до этого у части, просто поднялись в воздух и полетели. Пришлось устроить показательное выступление, чтобы военные не узнали правду.

Камни упали рядом с новой стеной и растворились, чтобы стать частью баррикад. Весемир убрал руки в карманы и пошел. Он мог поднять себя в воздух и полететь, но хотелось пройтись ногами, поразмыслить.

Добрался до укреплений. Пока шел, думал, и не обратил внимание, что стены на ее прежнем месте нет. Жалко, конечно, пропустил такое событие. Военные радовались, кто-то стрелял в воздух, все кричали.

Судя по задумкам, у многих сегодня будет большая пьянка. На меня никто не обращал внимания, что меня очень устраивало — я весь в слизи монстров, еще и с рюкзаком, полным желез.

Не нравилось то, что буду работать с Трутнем, но оставаться тут тоже не вариант. У меня сейчас есть деньги для более больших дел, а в части я их не смогу осуществить. Кивнул головой, что, возможно, так даже лучше. Свалю отсюда и в другом месте начну с начала уже без обязательных выходов за стену, подъемов и контроля.

Желез я накопил на первое время, мне хватит. Зашел в старую казарму.

— Боря! — схватил меня Айваз. — С тобой все в порядке?

— Да! — поднял я голову. — Просто сцепился с несколькими тварями и разделал их.

— А где Дима? Володя? — пытался заглянуть мне в глаза владеющий.

— Точно! — вспомнил я. — Они в медчасти. В городе заварушка случилась, и Говорунова ранило.

Я улыбнулся остальным и пошел в душ. Когда оказался внутри, закрыл дверь. Снял с себя вещи и бросил их в стирку. Положил рюкзак и достал оттуда железы, выложил их на пол.

— Куда мне вас убрать? — произнес себе под нос.

В рюкзаке у владеющего оказался пакет. Сложил их туда. Сумку бросил в стирку, залез под душ, думая, как сохранить ингредиенты для моего развития. Горячие струи приятно обжигали кожу. Пришлось воспользоваться мочалкой, а потом еще одной, чтобы смыть с себя засохшую слизь монстров.

Зацепился кольцом за волокна мочалки. Уставился на него.

— А это идея! — выбежал из душа и взял пакет.

Сосредоточился на пространстве внутри кольца и представил, что железы перемещаются в него. Улыбнулся, потому что получилось. С этой проблемой разобрался, главное, не потерять кольцо.

Когда закончил умываться, взял полотенце и вышел.

— Ребят, понимаю, что это наглость, я уже одолжил одну форму, не дадите еще одну? А то мои вещи в Охотничьем, надеть нечего.

— Держи! — протянул мне стопку одежды владеющий, у которого я забрал рюкзак.

— Борис Иванович? — послышался голос Обручевой за спиной.

Повернулся.

— Ольга Павловна, — улыбнулся я девушке. — Рад, что с вами все в порядке.

Она схватила меня за руку и потащила. Мы дошли до душа, Ольга завела меня туда и закрыла дверь.

— Боря! — вздохнула она. Ее светлые волосы слеплены от пота и грязи. — Это правда, что ты объявил при генерале Долгоруком, что Елизавета — твоя будущая жена?

Грудь девушки вздымалась от того, как она часто дышала. Часть футболки отсутствовала, и там виднелся ее черный бюстгальтер. Пышные губы возмущенно поджаты, а еще эта родинка над губой.

— Наверное, — ответил я и положил вещи на раковину. — Какие-то проблемы?

— Наверное? — вскрикнула Ольга и понизила голос. — Боря, это не шутки. Теперь ты обязан жениться на девушке, и чем дольше будешь ждать, тем больший урон по ее репутации!

— А она у нее есть? — удивился я. — Насколько мне известно, вдова, а по слухам, еще и порченная. Как хуже то сделать можно?

— Хам! — обиделась девушка. — Когда я ее лечила, то проверила, ничего она не испорчена… — проглотила слово. — Ужасно, что ты так о ней думаешь, зачем тогда все это сказал?

— Оль, честно тебе какое дело? Что я сказал, кому? Это тебя никак не касается, — уже взял майку и натянул ее на себя.

— Так, значит? Не мое дело? — сжала кулаки Обручева. — Я призналась, а ты объявляешь женой другую… Так тебе плевать на нее, меня…

И тут она заплакала. У вас других проблем нет? Прорыв, движение стены, а беспокоит, на ком я должен жениться?

— Я пойду! — ответил девушке и решил переодеться в туалете.

— Постой! — схватила она меня за руку. — Я тебе хоть чуточку нравлюсь?

— Очень! — ответил я и открыл дверь. Чего ни скажешь лишь бы не видеть девичьих слез.

Заглянул в другую дверь и закрылся, облачился в военную форму. Когда вышел, то в казарме стоял Самсон.

— Солнцев? — то ли обрадовался, то ли возмутился лейтенант. — Иди сюда!

Я подошел к Твердохлебову.

— Мать твоя женщина! Что вы там устроили в Охотничьем? — рявкнул Самсон.

— А что мы там устроили? — поднял брови от удивления.

— Убит Березин, убита бухгалтер Лидия Петровна, склад с оружием обчищен. А военные, связанные, будто звери какие-то, валялись по всему городку.

— Во дела! — открыл я рот.

— Солнцев! Не зли меня! — сжал кулаки Самсон. — Ты со своими там был, и вот ты здесь, у Говорунова шрам от яиц до горла, так ты еще за стеной побывать успел. Быстро в мой кабинет, будешь у меня рапорт писать. Гаденыш такой! Устроил мне тут бардак.

Кивнул присутствующим, Айваз улыбался во все зубы. В конце стояла Обручева и вытирала слезы, рядом — Царева с грустным взглядом. Кого-то не хватает.

— Лейтенант, а где Витя? — спросил я.

— Погиб! — сухо ответил Твердохлебов.

— Погиб? В смысле? — остановился.

— Помер! Что непонятного? Прикрыл собой несколько раненых, а там северный оборотень ранга «Редкий», он его и убил.

На душе стало не по себе. Не то чтобы я испытывал какие-то теплые чувства к пареньку, но он был из моего отряда. Так мало того, еще и героически спас других.

— Это… — начал я.

— Ой, заткнись! — махнул рукой Самсон. — И так тошно, снова кто-то из моих не выжил.

Дальнейший путь мы прошли молча. В кабинете ничего не поменялось. Куча документов в стопках на столе. Запах табака и бардак. Лейтенант упал на диван и закинул ноги на столик.

— Садись и пиши о своих подвигах, — указал он мне на стол.

Пришлось повозиться, чтобы найти чистый лист бумаги. Выдал свою легенду, только деталей добавил. Березин обезумел и напал на Лидию Петровну, оба погибли. Военные устроили бардак, пострадало гражданское население.

Но я со своими замами обезвредил военных, часть убили. После доложили сюда о ситуации, узнали о прорыве. Про Диму написал, что на него напал Алексей, слуга Троцкого, которого я убил. Взяли оружие, которое было на складе, нашли грузовик и приехали сюда.

Сдали припасы, Говорунов с Борзовым — в медчасть, а я за стену — помогать военным. Пробежался глазами по своей истории. Герой не меньше. Самсон закурил и смотрел на дверь.

Я положил рапорт на столик перед ним, но он даже не взглянул. Решил пойти ребят проверить, меня остановили.

— Куда собрался? Я тебя еще не отпускал, — сплюнул на пол табак с губ Твердохлебов.

Только я вернулся на место, как в кабинет зашел Трутень. Судя по лицу, довольный. Еще бы, в одного стену опять подвинул. И это за такой срок, ему по-любому медаль дадут, а может, и повышение.

— Господа! — сказал он и упал рядом с Самсоном. — Поздравляю, отличная работа!

— Служу… — только начал я говорить и выпрямил спину, как мне махнули рукой.

— Давай без этого, — достал свою трубку подполковник. — И так голова раскалывается по вине одного идиота.

Я улыбнулся. Хорошо мой голос бога подействовал? То-то же, не нужно было меня мордой в мох тыкать.

— Хорошие новости, — залез себе в китель Трутень — поздравляю, старлей Твердохлебов.

Подполковник передал новые звездочки Самсону. Тот аж сигарету выронил, сложив ладони, чтобы их поймать.

— Поздравляю, старший лейтенант Твердохлебов, — выпрямился я.

— Я… Как-то… Вот… — выдавил из себя Самсон.

Мужик стянул с себя китель и стал снимать лейтенантские звезды.

— Ну и ты Солнцев. Вот, держи! — передал мне нашивки старшего сержанта Трутень. — За ваши заслуги, выбил повышение.

— Благодарю! — ответил я и положил нашивки в карман.

— Не тушуйся Солнцев, садись. Отметим такое событие.

Стоило мне опуститься на стул, как дверь открылась. В нее вошел мужик лет сорока, худощавого телосложения. Седой весь и скрюченный.

— Полковник Карпов! — вскочил Самсон.

— Трутень, и ты здесь, — Язвительно произнес мужик. — Устроил же ты проблемы нам, Лидочка вон умерла, — шмыгнул он носом.

— Вася, тебе чего нужно? — фамильярно спросил Весемир. — Тут дел для тебя никаких нет. Че приперся?

— Подполковник, вы совсем уже стыд потеряли, так разговариваете со старшим по званию. Не приветствовали. И после этого ждете, чтобы я с вами сотрудничал? — покачал головой Карпов.

— Вася, ты место свое не забыл? Лаборант хренов… — сплюнул Трутень. — Ваши звания, может, только у вас и ценятся. Вы же жопы своей ни в одной битве, да что там, в конфликте… Вообще не понимаю, как вы военными можете считаться.

— А вот это не твое дело, — Оскалился мужичок. — Занимайся своими интригами, убийствами, монстрами, а нам оставь то, что действительно важно империи.

Я смотрел на этого Карпова, и что-то мне не нравилось его появление тут. Ботаники и я несочетаемая комбинация. Василий перевел взгляд на меня и улыбнулся.

— А вы, молодой человек, Солнцев Борис Иванович? — спросил он вежливым голосом.

— Так точно! — ответил и посмотрел на подполковника, который уже встал

— Прошу проследовать с нами, юноша! У нас есть много вопросов, да и дел полно. Вас переводят из этой части к нам в лабораторию.

— Никуда он не пойдет! — крикнул Трутень!

— Пойдет, и как миленький. — хихикнул Карпов. — Вот, почитай, Весемир, это приказ, подписанный генералом.

Трутень схватил документ и стал его читать.

В кабинет зашли военные, в руках артефакты, направленные на меня.

— Знаешь, что Вася? — Вдруг сказал подполковник. — Можешь жопу себе и Вяземскому подтереть этой бумажкой! Понял? — Трутень скинул китель и поднял руки вверх. — Падение небес.

Карпова и военных как подкосило. Они упали кто где стоял.

— Беги Боря! — Крикнул мне Весемир. — Я найду тебя. С ними разберусь сам. — Кивнул на ботаников подполковник. — Но ты теперь дезертир. Уж прости, но мне потребуется время, чтобы со всем разобраться.

Дорогие читатели. Поддержите новику лайком и комментарием. Для меня это важно. Очень уж руки чешутся, узнать, что там дальше ждет Солнцева.

Переходите сюда — https://author.today/work/309168

Самсон стоял, потом сел, снова встал. Открыл рот и в шоке смотрел то на меня, то на Трутня. Подполковник серьезен, в его глазах горел азарт. Он глядел на ботаников с такой ненавистью, будто всю жизнь с ними мечтал расквитаться.

— Вали! Мать твою, Солнцев, че ты стоишь⁈ — еще раз крикнул Весемир.

Мысли крутились, я пытался понять, что сейчас произошло? Выбежал из кабинета и направился к воротам. Хотелось поговорить со своими ребятами, вложился в них как-никак, и так глупо все оставить? Но на опыты не дамся! Дернул щекой и пробежал мимо казармы, следом проводил взглядом медчасть.

— Сука! — произнес себе под нос.

Как-то все грубо вышло. Собирал картину воедино, вот только ни хрена у меня не сходится. Что-то в этой ситуации меня крайне смущало. На пропускном пункте меня встретил Краснобородый, увидел меня, скуксил рожу и махнул своим, чтобы меня пропустили. Хотя бы тут никаких сложностей.

Перед воротами я перешел на шаг, чтобы не выдать свой побег. До сих пор не понимаю, нужен ли он мне? Может, остаться и проверить, правда ли меня хотели забрать ботаники? Что-то не так. А что именно, понять не могу. Ну, не сходится и все!

За мной закрылась дверь, и я пошел. Когда пропала из вида вышка, побежал.

— Какой у меня план? — спросил я сам себя. — Никакого!

Отличное начало. Вариантов, куда бежать, не так много. В Охотничий, но это глупо, там меня быстро найдут. К Славецкому можно попроситься, как это сделал Земанский, вот только сколько стоит такая услуга? Я буду в зависимости от аристократа, не хочу. Хватит военных.

Другая возможность — это сесть на бронепоезд. Плюсы: доеду до большого города и там затеряюсь. Минусы: могут ждать на платформе, в самом транспорте, на выходе.

И так через жопу, и так не лучше. Шансы на успех при любом раскладе равны нулю. Но, если рассматривать мои планы, в которых мне нужны люди и деньги… Выбор сделан. Я ускорился.

В прошлой жизни из любой сложности или проблемы я старался выжать выгоду. Большой город — это новые связи и возможности, которых точно нет тут. А сидеть, как крыса, у Славецкого…

Добежал до платформы. Остановился и проверил нет ли кого. Когда убедился, то забрался. Остается ждать поезд, и другая проблема — как-то на него сесть. Соскочил под платформу, потому что услышал голоса. Все бы ничего, но у кого ума хватило ходить сюда срать? Вонь-то какая! Тут же лес рядом, что вы за люди? Прислушался. Судя по разговорам, это пассажиры. Отлично. Молодой парень и девушка. По манере речи, вроде, аристократы.

Уже думал выбраться и состроить из себя военного, который тоже уезжает, но возникло несколько проблем. На перроне появились служивые, которые проверили молодых людей. Спросили, не видели ли они меня. Дали точно описание внешности, так еще, твари, мои ФИО сказали, и то, что я дезертир и трус.

— Сука! — прошептал я, согнувшись в три погибели под перроном. Лучше с этими пассажирами не пересекаться, а то они меня сразу сдадут.

— Коля, проверь под платформой, ему некуда бежать! В город уже отправили людей, местность прочесывают. Уверен, сегодня поймаем этого Солнцева, а потом посмотрим, как его казнят, — сказал голос военного надо мной.

Что могло пойти не так? На лице растянулась улыбка. Магия звука сформировалась, и пули полетели в лес. Старался сделать так, чтобы это было громко.

— Там! — крикнул военный. — Судя по всему, гаденыша нашли! Коля, дуй туда!

Выиграв несколько секунд, вылез из-под платформы и сиганул между рельс. Они достаточно высокие, и меня не будет видно, особенно сейчас, в сумерках. Да и подойти нужно ближе, чтобы заметить. Старался дышать не полной грудью, чтобы она не поднималась высоко.

Лежал на деревяшках и слышал, как проходит ток по большим железякам. Легкое гудение, если прикоснусь, даже нечаянно, то помру на месте. Услышал гудок. Так, осталось немного. Перед платформой я почувствовал, как поезд замедлял ход, включились тормоза.

Отклонил голову, чтобы посмотреть на то, что приближается. Монстров вам в сраку! Тормоза, они меня раздавят, свободное место у самой рельсы! Повернулся на бок и уставился на железяку, проглотил, когда поезд почти подошел.

Меня чуть толкнуло, и благо я успел использовать звук, чтобы оттолкнуться, так бы прилип, и меня убило. Но ударился спиной о тормоза, а они, сука, горячие — обжег спину.

Хорошо, что эта консервная банка продолжала гудеть. Нашел выступ, чтобы схватиться руками, еще и нишу, дабы упереться ногами. Выдохнул, спину тянуло от ожога.

Мы поехали. Только я подумал, что хотя бы часть моих проблем исчезла, и услышал:

— Коля, залезай давай, прокатимся с ветерком. Вдруг этот Солнцев на другой станции решит сесть, — сказал военный именно в тот момент, когда поезд перестал гудеть.

— Твою мать! — улыбнулся я своей удаче.

Спина… Какие-то уроды или, не знаю, как, но на путях встречались камни, которые периодически точно подскакивали на скорости и били мне по хребту. При этом именно в место ожога, пару раз я чуть руки не разжал от боли.

В такой позиции долго не продержусь. Мы снова где-то остановились, и я расслабил руки и ноги. Упал на балки поврежденной спиной. Выругался и постарался вылезти в нише рядом с колесами.

Побежал. Несся что было сил, чтобы успеть до последнего вагона. Если мои предположения верны, там не будет людей и есть подобие хозблока. Хорошо, что уже ночь. На головном вагоне заметил зеркала.

Схватился за какую-то железяку, и мы тронулись. Дезертиром и беглецом я еще не был в двух жизнях, улыбнулся своему новому статусу. Цепляясь за все, что только можно, добрался до двери. Дернул — ожидаемо закрыто. Уперся ногами и пробовал тянуть, вот только силы мне не хватило.

Заглянул в окно. Ничего, кроме ящиков и вещей, в этом вагоне не было. Ударил со всей мочи в стекло. Разбил кулак.

— Какой я идиот! Это же бронепоезд. Наверное, он защищен от монстров.

Заметил знак туннеля через десять километров. Засмеялся, все против меня. Срочно нужно проникнуть внутрь. Должен быть механизм, который разблокирует дверь снаружи, просто обязан, пусть и спрятан он монстров.

Держась одной рукой, стал искать второй все, что может быть похожим на это. Осложняло ситуацию, то что все на ходу и в темноте. Наконец, схватился за коробку. Три километра до туннеля. Звуковым ударом разнес ее.

— Неужели мне повезло? — крикнул я.

Внутрь блока уходила ниша, и там что-то похожее на рычаг. Засунул руку, но дотянуться не смог. Еще и пальцами не схватиться, по-любому есть какой-то ключ для этих операций. Пальцы соскальзывали и бились о металл.

Схватился и стал тянуть. Не получается, но когда увидел приближающийся туннель своими глазами, почувствовал второе дыхание, а за ним и третье. Звуковой удар точечно ударил в рычаг. Он вроде двинулся, но дверь не открывалась. Пятьсот метров.

Долбанул еще раз от души. Всю конструкцию вырвало к чертям. Уперся ногами и толкнул дверь. Она открылась, а я обрадовался, но рука в коробке застряла.

— Сука! Что ж такое? — крикнул и дернул ладонь.

В вагон я завалился недовольный, как раз когда мы въехали в туннель. Рука разрезана в нескольких местах до самой кости, кровища заливает металлический пол. Я уже собирался выдохнуть, как в динамике заговорил голос:

— Сергей Топоров, пройди в хвост. У меня показывает что дверь разблокирована. Узнай, что случилось. Возьми с собой военных на случай проникновения монстров. Если что, отсоединяй вагон. Такой приказ.

Я поднял свой взгляд и улыбнулся, мне это уже начинает нравиться. Оторвал от футболки кусок ткани и перетянул руку. Хорошая новость, что сейчас кто-то придет и откроет дверь, это позволит мне проникнуть дальше в состав. Плохая: Сережа придет не один, а с вооруженными военными, и если что не так, то меня просто открепят.

Постарался закрыть дверь, которая сейчас билась, потому что механизм я сломал. Огляделся по сторонам, чтобы найти какую-то металлическую палку. Обнаружил лом — один из самых популярных инструментов для ремонта, помимо молотка и изоленты.

Выглянул на улицу и воткнул его в коробку, чтобы создать видимость, будто он как-то случайно туда попал. Действовал быстро, время поджимало. Спрятался за коробками и стал ждать. Особого плана не было, буду смотреть по ситуации.

Через минуту в вагоне вспыхнул яркий свет, меня даже ослепило. Потом пошел высокий звук, словно писк, так продолжалось пару минут. И вот дверь открылась.

— Не похоже, парни, это на монстров. Они бы при таком ярком свете уже биться стали, да и звук бы их в бешенство привел, — сказал военный.

Я толком его не видел, у меня до сих пор в глазах вспышка яркого света, и уши болят. Парень подошел к двери.

— Сломана… — задумчиво произнес Сергей, наверно. — Хотя я проверял, когда мы отбывали. Сейчас узнаю, что случилось.

Я тряс головой, чтобы быстрее прошел ослепляющий эффект. Наконец, зрение вернулось.

— Серега, ну че ты там? — произнес военный. — Жрать охота. Пойдем уже.

Оглядел трех солдат. Форма примерно как у меня, только на голове шлем с забралом. Улыбнулся своей идее, это может сработать.

— Как, бляха, лом в блокиратор попал? — вернулся Сергей в вагон из раскрытых дверей.

— Мужики! — встал я резко и повысил голос. — Прикурить не найдется?

— Стоять! — крикнул военный, и все подняли оружие.

— Забудьте! — сказал я и стал ждать эффекта.

Если не сработает, придется им всем дружно выйти на улицу подышать свежим воздухом. Двери открыты, мне этого достаточно. Усложнится тем, что пропадут сотрудники и их начнут искать, может шум подняться. Это худший вариант, буду действовать по ситуации.

К моему и их везению, сработало. Все замерли со стеклянными глазами, а я одной рукой стал снимать форму с военного. В голове прикидывал, что с ним сделать. Если оставлю в живых, то потом он может выбраться и сдать. Да при любых раскладах рискую, тут больше удача и долбаный случай. А я у него сегодня не в почете…

Не люблю бессмысленные жертвы, особенно, если мне лично, человек ничего не сделал. Когда закончил раздевать военного, пришлось обновить эффект. Крайне неудобно делать это одной рукой. Потом стянул с себя вещи и стал облачаться в новую форму. Еще раз обновил эффект.

— Не люблю я таких, как ты людей! — сказал я и достал удостоверение военного, — Зотов Николай Кириллович.

Сначала думал убить его на месте. У гаденыша в кармане были фотокарточки с молодыми девушками, голыми. Их сфотографировали спящими, скорее всего, что еще сделали, даже думать не хочу. Посмотрел на Зотова и выпнул ногой парня в открытую дверь. Встал рядом со всеми.

Когда те пришли в себя, то другой военный сказал.

— Сережа, ты чего лом держишь?

— Я… — удивился, кто он там, машинист или инженер-ремонтник? Перевел взгляд на железяку в своей руке. — Хрен знает…

Он снова проверил повреждения, и потом мы закрыли двери. В вагоне оказалась сварка, только магическая, мы загерметизировали дверь. Потом вышли, я молчал, благо эта каска прятала лицо. Что делать дальше, пока не придумал, но я проник в вагон. Осталось соскочить с него в первом городе.

Мы пошли по поезду. Я дернулся в ближайший туалет.

— Коля! — крикнули мне в спину, когда я уже закрыл дверь. — На пост потом приходи.

— Угу, — буркнул я неразборчиво.

Снял с себя каску. Рука уже испачкала новую форму. Проверил обмундирование и нашел лечилку. Вылил на руку и часть — в рот, еще одну для магического восстановления. Посмотрел на себя в зеркало.

— Что будет делать дальше Борис? — спросил я у своего отражения. — Чего молчишь? Не знаешь? Вот и я тоже.

Снял с себя куртку и шлем, вышел из туалета и в мусорку выбросил все. Прошел через один вагон, потом через другой. Принцип купе и плацкарта. Нашел свободное место и сел. Рука убрана в карман, чтобы не привлекать внимания.

Стал рассматривать пассажиров, чтобы как-то придумать новый план. Военные спохватятся Коли неизвестно когда. Играть его роль еще более рискованно. От раздумий отвлекло то, что в вагон зашел контролер.

— Дамы и господа, приготовьте, пожалуйста, билеты для проверки.

Снова улыбка появилась на моем лице. Выдохнул, посмотрел на ближайший туалет, но, думаю, это не спасет меня надолго. Что же делать? Через несколько мест сидели девушка с парнем. Судя по нашивкам, аристократы.

Встал, на ходу прицепил свою, что я из рода Солнцевых. Может мою ориентировку уже и дали, но Зотова Николая Кирилловича из центральной зоны никто не знает. Если что у меня и документы есть. Хорошо, что там не указано, что кто военный, и фотокарточка отсутствует. Просто так никто не наденет нашивку аристократа, за это казнь всей семьи, детей в рабство. Как ни пытался придумать, на данный момент, это самая адекватная мысль.

Шел к парочке. Паренек лет двадцати с лишним, судя по всему, небедный, грудь колесом и рука на бедре у девушки, которая делает вид, что смущается.

Подошел к ним и, держась за верхнюю полку, сказал:

— Сударыня, а вы, случаем, не обслуживаете в купе? — с надменным видом спросил я у дамы. Быдло аристократ у меня вышел так себе, по другому не умел.

— Что? — пискнула девушка. — Вы меня с кем-то перепутали. — Она спрятала глаза, потому что говорил я достаточно громко и слышали все.

Паренек напрягся, но подождал моей реакции, вдруг я обознался и сейчас извинюсь. Прости, блондинчик с длинными волосами из сибирской зоны. Нашивку не вижу полностью и то, из какого он рода, не знаю.

— Вроде бы нет, — сделал я задумчивый вид. — Мой друг описал именно вас. Молодая девушка, плоская, как доска, зеленые глаза и русые волосы. В ушах дешевые сережки, как у бояр, но зато отлично обслуживает.

— Наглец! — вскочил блондин.

— Сядь! — ударил я его под дых. — Мне мальчики не нравятся.

— Грубиян! Что вы себе позволяете? — вскрикнула девушка.

Отлично, все внимание я переключил на нас.

— Я вызываю тебя на дуэль! — прошептал аристократ.

— Пойдем! Но смотри, жалеть не буду. Хоть ты и похож на бабу, получишь по полной программе, — продолжал заводить я блондина. Идея сшита белыми нитками.

Он вскочил с места и направился вперед. Девушка за ним, а я следом.

— Билеты? — спросил контролер, когда мы прошли мимо.

— Отвали! Не видишь, куда мы идем? — буркнул аристократ.

— Простите, — сжался тот.

Я улыбнулся и прошел мимо с такой же надменной рожей, как и у моего будущего спарринг-партнера. Незаметно выдохнул, снова умудрился соскочить.

Кто-то обращал внимание на бодро идущих нас, другие же, наоборот, шептали, что достала эта молодежь постоянно выяснять отношения. Спокойно доехать до места не могут, и уже там пусть друг другу кишки выпускают. Делал вид, что я не замечаю всех этих людей, как подобает уверенному в себе аристократу.

Мы дошли до вагона дуэлей, там нас встретил мужик.

— Господа желают выяснить, кто из них прав? — улыбнулся дядька.

— Да! — ответил блондин. — Я оплачу дуэль, секундантов нам предоставьте, пожалуйста.

— Конечно, — потер руки ответственный за поединки. — Сейчас как раз закончили выяснить отношения Закарян и Морковкин.

Мы зашли в вагон. Вокруг все примерно так же, как и в бронепоезде, который вез меня на стену. Просторное помещение и что-то похожее на ринг. К нам подошел еще один мужичок.

— Представьтесь, пожалуйста, — обратился он.

— Зотов Николай Кириллович, — ответил я. — Центральная зона, — добавил на всякий случай.

Блондинчик глянул на меня со злостью. Девушка все время держала его за руку и что-то шептала на ухо. Я же думал как мне растянуть эту дуэль и желательно до следующего города.

— Долгоруков Владислав Семенович, — представился паренек.

Мое лицо изменилось. Мать моя женщина, что за непруха такая⁈ Как? Кто угодно, и нужно было выбрать родственничка Софьи и генерала Семена Аристарховича? Если точнее, сыночка. Сука!

— Что, испугался? — мерзко произнес Славик. — Если упадешь на колени и извинишься передо мной и моей дамой, то, так уж и быть, я тебя прощу.

— Прости, дружище, ноги болят, не получится, — улыбнулся я ему в ответ.

Блин… К нам подошли еще два молодых человека — это наши секунданты. С моей стороны Романов Давид Юрьевич, а со стороны сынка Долгорукова — Великий Аркадий Георгиевич. Пока записывали имена, те общались.

Они из новых аристократов и подрабатывают так, ездят в поездах, где часто бывают дуэли. Услуга называется «Все включено». Не нужно искать никого, все запишут, отведут в медблок, помогут прийти в себя. Тепличные условия для неженок.

— Николай Кириллович, — обратился ко мне мужичок, который записывал наши данные. — Выбирайте способ решения вопросов.

— Магия, — ответил я.

— Наконец-то… — обрадовался мой оппонент.

— Через пять минут начинаем. Можете пока размяться, приготовиться. Прошу вас, не усердствуйте, вы еще молоды, у вас вся жизнь впереди, — дал нам наставления работник вагона дуэлей.

Я отошел в сторону и стал думать. Если спас себя от контролера, то напоролся на братика Софьи. Хоть имя я изменил, нашивка… Могут вспомнить герб, а там уже все сойдется, мой побег и кто вломил сыночку Долгорукого, с которым у меня клятва.

Так еще все официально будет занесено. Был бы это любой другой не возникло сложности.

Хотя, если я проиграю, то ситуация замнется, наглец продул сыночку боевого генерала.

— Я? Проиграю? — удивился собственным мыслям.

Долбанные ботаники, все из-за вас пошло через одно место! Еще этот Трутень со своим «беги, Боря». Пришлось еще немного подождать, некого уполномоченного, который будет следить за ходом поединка. Потому что это не гражданский объект и требуется надзор.

Славика подбадривала его девушка, а он с пренебрежением смотрел на меня. Наконец к нам пожаловал военный. Он притащил несколько рядовых с собой. Подошел к Долгорукому и поговорил с ним. Лица не видел, потому что спиной стоял ко мне.

Опустил глаза. У меня развязался шнурок на сапогах, которые я изъял, наклонился, чтобы исправить недочет. Когда встал, то охренел.

— Скрипучий случай! — выдохнул я. — Сержант Смирнов Эдуард Аркадьевич?

— Солнцев? Какого хрена ты тут? И при чем тут Зотов? — уставился на меня старый знакомый.

— Отставить! — произнес я так, чтобы услышал только сержант. — Давай выйдем, поговорим по душам. — Кивнул я да дверь.

— Пару минут, сейчас я переговорю с молодым человеком, — сказал Смирнов и двинулся за мной весьма недовольный.

Я распрямил плечи и достал новые нашивки, которые забрал со своей одежды. Придал лицу серьезный вид и добавил еще больше уверенности образу. Тряхну стариной.

— Сопляк! — дернул меня за рукав Эдуард.

— Вообще-то старший сержант Солнцев Борис Иванович, — показал свои нашивки.

— Что? — открыл рот, полный желтых зубов, сержант. — Не понял… Как?

— А тебе и не нужно знать, Эдик. Ты мне сейчас сорвешь секретную операцию и пойдешь на стену рядовым сапоги топтать. Я тут по поручению подполковника Трутня. Слышал о таком? — сказал так, будто отчитываю молодого.

Чем больше я говорил, тем сильнее вжимался Смирнов. В какой-то момент он стал потеть.

— Или ты думаешь, что я, будучи рядовым с военным клеймом, сбежал из части? — улыбнулся ему. — Совсем идиот?

— Как? Ты… — проглотил и шепотом спросил сержант. — Выше меня по званию?

— Это тебя не касается! Скажу одно: я не просто так на стену был отправлен. Может, слышал, Вершинина сместили, а потом убили, закрыли прорыв и подвинули стену? — тоже тихо сказал ему на ухо.

Эдуард снова проглотил и опустил глаза, сморщил лоб и напряг все свои извилины.

— Я думал, это слухи. Пока официальной информации не было, — сухим голосом буркнул сержант.

— Не слухи… — положил ему руку на плечо. — Тут я под прикрытием, так что не ломай мне операцию, а то в рапорте подполковнику укажу твое имя. Там уже сам знаешь, что тебя ждет.

— Давай я уйду? — поднял умоляющий взгляд Смирнов. — Позову другого ответственного и забуду, что тебя видел.

— Э, не, братец! — улыбнулся я и сделал свой голос мягче. — Сейчас проведу дуэль, и потом расходимся. Понял? И не вздумай меня называть по имени!

Сержант закивал. Внутри себя я выдохнул, уже рассмотрел несколько возможных исходов событий. Первое — мое умение, второе — убить его, третье — то, что сделал. Это самые простые и действенные решения. Повезло, сработало.

Еще из прошлой жизни я знаю как себя вести так, чтобы люди передо мной чувствовали, что за мной власть и сила, хоть порой это и не так. Не очень люблю это использовать, но сейчас не было выбора. Смирнов, мужик правильный не хочется его убивать.

— Кстати, сержант, — окликнул я Эдуарда, он пошел в вагон дуэлей. — Когда ближайший город? А то меня сорвали с места, и информации, как обычно шиш, только цель обозначили. И да, сказать о ней я не могу, — сделал я суровое лицо и нахмурил брови.

— Тобольск… — выдохнул Эдуард. — Через тридцать минут прибываем.

Мне нужно как-то эти полчаса не отсвечивать и выскочить. А чтобы все получилось, осталось четыре минуты. Именно столько есть, чтобы стереть память сержанту, иначе в случае чего на меня быстро выйдут.

Мои жалкие попытки сделать так, чтобы военные не знали, где я пытаюсь сойти — хочется верить, что они к чему-то приведут. Будь у меня хотя бы пара часов подготовки, все бы сложилось по-другому. Так бы иск отсутствовал. А сейчас верчусь как уж на сковородке.

— Слушай, парень-баба! — сказал я, когда зашел. — Давай побыстрее я тебя уложу и пойду дальше своими делами заниматься. Передумал, не хочу, чтобы твоя девка меня обслуживала. — Махнул я рукой с пренебрежительным лицом.

— Тварь! — зло задышал мой оппонент, повернул голову на Смирнова, а тот глянул на меня. Я улыбнулся и дал команду, что мы можем приступать.

— Начали! — сказал сержант.

Славик немного удивил, папка научил его базе в битве. Первым делом он поднял защиту — ледяной кокон, потом сформировал ледяные шипы и запустил их в меня. Вот только как-то медленно, скорость снарядов вдвое меньше, чем у сестры.

Я позволил себе произвести впечатление на Эдика, засунул руки в карманы и сделал пару скачков в стороны, чтобы пропустить мимо себя снаряды. Да, Софья посильнее будет этого оболтуса. Он подмастерье или ученик в самом начале.

— Ну! — улыбнулся я. — Соберись, а то как девка. Может, подружку свою на помощь позовешь? — глянул на девушку.

Блондинчик еще сильнее запыхтел. Его защита укрепилась, и он увеличил количество шипов. Потом создал иглы, как у папаши, только количеством в несколько десятков. Пришлось обороняться, я сформировал звуковой барьер. Ух ты, моя защита выдержала атаку. Я был готов поставить еще один или два.

Славик уставился на меня. Еще три минуты… Как-то скучно. Запустил в него звуковую пулю, она сделала трещину в его ледяном коконе. Даже так? Я вынул руки и посмотрел на них. То ли он совсем слабак, то ли я стал сильнее…

В меня запустили ледяные стрелы, а я просто выставил второй звуковой барьер и заглянул в себя. Моя защита справлялась.

Ничего себе, я стал учеником, в самом начале! Обидно-то как, пропустил переход. Задумался, пока блондин пыжился и продолжал запускать в меня магию. Я повернулся спиной и не отвлекался на него. Когда же это произошло? После того, как я сожрал железу северного оборотня? Или накопительный эффект? Слишком мало информации по этому вопросу, крайне напрягает. Нужен верный медик, разбирающийся в проблеме, а то я по наитию действую.

Устал ждать, пока Славик разродится на что-то стоящее.

— Нападай! А то прячешься, как тру… — не успел он договорить.

Моя крученая пуля уже угодила ему между глаз. Сыночек Долгорукова открыл рот и уставился на меня, зашатался и упал на задницу. Его зубы клацнули. Я подскочил к нему, в моменте сформировал копье, приставил к его шее вибрирующее лезвие. А мне нравится новая сила! То, что раньше вызывало трудности, теперь так легко выходит…

— Ну что, будем сдаваться, или мне твою мордочку сделать более мужественной? — спросил я его и чуть наклонил голову.

— С-сдаюсь. — шепотом произнес парень.

— Прости, не расслышал, — упер клинок ему в горло и пустил немного крови.

— Сдаюсь! — крикнул он.

— Умница! — хлопнул я его по плечу. — Теперь можешь идти дальше под юбку плоской девке залезать. Или что вы там, подружки, обычно делаете?

— Победил Зотов Николай Кириллович, — огласил результат Смирнов.

Я подошел к сержанту и показал глазами, что нужно выйти. Еще полторы минуты в запасе. Эдуард пошел со мной.

— Борис Иванович, — произнес он под впечатлением.

— Хотел тебе сказать, что друг твой, Твердохлебов, звание старлея получил и часть, так что можешь за него порадоваться, — решил я сказать.

— Не может быть! — удивился Эдуард. — Твердый… Вот же! А я до сих пор…

— Забудь! — махнул я рукой.

Сержант встал как вкопанный. Я же развернулся и пошел, чтобы для него воспоминания о нашей встрече пропали.

— Николай Кириллович! — схватила меня за руку девушка блондина. — Я Юлия Авдеевна, — улыбнулась дама.

— Не интересует… — вырвал я свою кисть.

Как же девчонка надула губки. Вот же дуреха, я ее плоской обозвал и чуть ли не шлюхой, а она ко мне лезет! Хотя, кто разберет, что там в голове у женщин творится.

Мне бы сейчас где-то затеряться на оставшееся время и выскочить на остановке. В большом городе с деньгами куда проще. Уже есть задумка, как их приумножить.

Сейчас еще раз убедился, что вариант уходить за стену, самый неудачный. Меня могли не пропустить, если бы она не открыта была. Еще побежать до нее, сейчас после движения там может быть много военных. А что за ней? Монстры, а если встречу, редкого или выше? И все прощай Солнцев Борис Иванович.

Добровольно чьим-то обедом становиться не хочу. Да и дальше куда? Я не понимаю примерно как она идет и где потом выбираться наружу. Еще раз кивнул своему решению и задумчиво побрел вперед.

— Черт! — сказал я, когда зашел в вагон.

Там появился контролер. Я думал, он уже проверил всех.

Чтобы не пересекаться, заскочил в туалет, посмотрел на себя в зеркало. Мне бы внешность изменить. По ориентировке очень похожу на себя. В городе найду того, кто может заняться моим видом и преобразить чутка. Даже знаю, что нужно.

— Сука! — ударил я рукой в стенку.

По бумагам, которые я подписал с Марковыми, должен отслужить в ОС год. И сейчас моя ситуация ставит все под угрозу. Мне никак нельзя быть дезертиром и нужно служить в ОС. Совсем закрутился и забыл с этими проблемами.

— Трутень, мать твою… — выдохнул я. — Делай, чего хочешь, но ты обязан меня вернуть на службу и по всем бумагам должен именно на стене числиться.

Мой план усложнился тем, что срочно нужно связаться с подполковником. Прокручивал в голове, чем я могу на него надавить, чтобы его «задумка» не помешала моим целям. Надо же как все повернулось… Ко всем передом, а ко мне задом.

В дверь постучали, я никак не отреагировал. Голос за ней сказал:

— Откройте, проверка документов!

Вдохнул.

— Пошел вон! — крикнул я. — Если мне кто-то помешает сделать дела, то я выйду и убью.

Постарался звучать, как взрослый мужик, но от меня не отстали.

— Мы сотрудники ИСР! Вы обязаны открыть и предоставить документы! В поезде может быть беглец.

— В жопу иди! — повторил я.

— Мы входим! — дернули дверь еще сильнее.

— Господа, если попытаетесь сломать дверь, то включится система безопасности, — произнес еще кто-то. — Сигнал поступит в ближайший город. И тогда поднимется шумиха, которая не нужна ни вам, ни нам. Подождите, пока выйдут.

— Но… — запротестовал военный, который хотел проникнуть.

— Ждите!

Сидеть в туалете до города не вариант, да и мне в любом случае нужно как-то выбраться. Вот только что делать? Услышал, как оружие за дверью перезарядили. Оценил размеры туалета и свои действия. В таком маленьком пространстве я просто не увернусь.

Наверху есть вентиляция. Встал на унитаз и схватился за решетку, потянул на себя. Что-то заскрипело. Магия звука вышла из моих рук, и конструкция «загуляла».

Перед этим нажал на спуск в туалете ногой. Решетка сдвинулась и повисла. Убрал руки, чтобы убедиться, что она не грохнется, подошел к раковине и включил воду. Взялся за железку и дернул на себя, одна часть оторвалась.

Встал на туалет и схватился за край вентиляционной шахты. Подтянулся, залез, взял решетку и попытался ее вернуть на место. Оторвал часть ткани с футболки и привязал ее к тому краю, который еще держался.

Места мало и можно только лежать. Сделал первое движение, чтобы проверить, что конструкция меня выдержит, а то сейчас упаду на пол где-нибудь. Двигая плечами и бедрами, я пополз. Куда — пока не знаю, но точно отсюда.

Судя по звукам, сейчас нахожусь в вагоне с людьми. Какая-то женщина рассказывала, что вчера провела просто волшебную ночь с одним высокопоставленным аристократом. И тот обещал, если она разведется, то возьмет ее любовницей. Другая охала и поддакивала. Говорила убедиться в его намерениях и только потом бросать мужа, пусть и не самого плохого.

Двинулся дальше. По идее, где-то эта штука должна выходить наружу. Выберусь и перед городом попробую выскочить. Слабенький план, но другого нет.

Остановился и сдержался, чтобы не наблевать перед собой, потянуло с туалета. Жесть какая, кому-то точно нужно лечиться! Старался не дышать носом и в целом не вдыхать. В спину дунуло прохладой. Очень хотелось верить, что я где-то рядом с выходом.

Продолжил движение и вот увидел небо. Дышать стало легче. Возникла новая проблема — решетка и за ней еще одна. Не уверен, что меня выдержит шахта, если я попытаюсь их сдвинуть. Перевернулся на спину, чтобы удобнее было. Идей нет. Пока нет…

Поезд стал сбрасывать скорость и подал гудок. Значит, мы скоро прибудем. Застрять тут точно не хочу. Сформировал слабенький звуковой удар размером с решетку и упер его в нее. Держал, чтобы он не взорвался, иначе я тут оглохну к чертям и меня выкинет из вентиляционной шахты.

Крайне тяжело не дать магии закончить свою задачу, а продолжать находиться в неком среднем состоянии. На лбу проступил пот. Решетка дернулась, стала подниматься. Я вставал вместе с ней, тело дрожало от концентрации. Вторая решетка тоже двинулась. Схватился руками за края и развеял магию, успел в последний момент перед взрывом.

Я уже почти мог сидеть, пропихивал себя в образовавшееся отверстие. Когда руки полностью пролезли, я сдвинул решетки в сторону. Уперся во что-то похожее на стекло. Попытки разбить его не увенчались успехом. Скорее всего, такие же, как на окнах от тварей.

— Случай? Достал ты меня уже сегодня! Хватит ставить палки в колеса! Давай дружить? — улыбнулся я небу.

Через десять метров обнаружил люк. Я, как червяк, полз мимо конструкций, двигая плечами и тазом, переворачиваясь и перекручиваясь, добрался до него. Крутанул ручку и толкнул крышку наверх, оттолкнулся ногами и выскочил на крышу вагона. Сразу же закрыл за собой, на случай, если опять какой-то датчик сработает.

Лег, чтобы не привлекать внимания. Скорость поезда уменьшилась, включились тормоза. Пополз дальше. Остановился. Почти между вагонами сидело нечто черное. Сначала подумал, что монстр, вот только объект похоже на человека. «Это» свесило ножки и болтало ими, как маленький ребенок. Когда заметило меня, то поднесло палец к губам, чтобы я молчал, и помахало рукой. Лицо толком не разглядел. Тварь превратилась в туман и исчезла.

Я помотал головой, сфокусировал глаза. Никого. Привиделось от вони, которой надышался? Или же нет? Что это было? Скорость поезда уменьшилась, а я ускорился. Оказавшись между вагонов, спрыгнул на сцепку. Одна нога соскользнула, и чуть под колеса не упал.

Мы уже въехали на вокзал. Осталось чуть-чуть, и я свалю. Вот перрон, на нем стояли люди. Переместился на другую сторону вагонов и схватился за выступ, мою спину прикрывал состав, который уже стоял. Рискованно? Да! Буду надеяться, что никто не заметит.

Остановились. Открылись двери, и народ стал выходить. Я вернулся на сцепку и, выждав подходящий момент, спрыгнул на перрон. Сразу же пошел, чтобы смешаться с толпой.

— А вот и ты! — прозвучало у меня за спиной. — Думал, что спрятался? Наивный мальчишка! — сказал голос военного.

Я дернулся, почувствовал, что в спину ударили.

— Это снотворное. И не простое, оно блокирует магию и зелья, — продолжил мерзкий голос. — Так что ты с нами едешь до следующего города, где мы тебя, труса-беглеца, сдадим. За твою голову обещают целых пять тысяч рублей.

Ничего себе, теперь и военные готовы заплатить за меня? Посчитал бы это комплиментом, если бы не то, что меня ждет у ботаников.

Меня аккуратно схватили за руки и повели обратно к вагону. Поезд дал гудок, сообщив, что сейчас будет отбывать. Я бы попытался что-то сделать, вот только мне еще уперли револьвер в спину. Ситуация патовая, хуже не придумаешь.

Подкосились ноги, накатила такая усталость. Тело расслабилось, и я зевнул, глаза предательски закрывались. Сука… Силы в руках почти нет, обратиться к магии и правда не смог. Мы уже подошли к двери. Сердце, которое должно бешено стучать, билось ровно и спокойно.

«Отросток! Давай, спасай! Нужна твоя сила!» — кричал я внутри себя. Вот только чуда не случилось. Значит, буду действовать по старинке. Сделал вид, что повис у них на руках, хотя это почти правда. Тот, кто направлял оружие, сзади обошел и забрался в вагон. Два других уже почти меня затолкали.

Расслабил свое тело, чтобы упасть. Ребятам пришлось отпустить мои руки и перехватиться. Я воспользовался моментом и выхватил свой нож из-за спины. В это же мгновение дернул рукой рядом с военным. Вспорол глотку одному, кинул нож в другую руку и повторил со вторым. Толкнул их плечами на пути.

Народу было так много, что на нас не обращали внимания. Я метнул нож, благо последний военный рядом стоял в дверях. Одновременно со мной он выстрелил. Громкого звука не было. Глушитель? Пуля угодила мне в живот, а я ему попал в сердце. Глаза парня расширились, он попытался открыть рот, но пошатнулся, а потом стал падать на меня. Я подхватил его и уперся рукой в нож, провернул, выдернул и еще ударил в печень.

Оглянулся. Сделал вид, что обнимаюсь с солдатиком, будто он мой друг. Поймал момент, когда на нас никто не смотрел, и тоже толкнул его на пути. Прикрыв пузо руками, двинулся с толпой.

Поезд издал гудок и поехал. Я уже почти дошел до двери на вокзал, как кто-то закричал, что на путях разрезало людей. Пассажиры побежали смотреть, я же шел вперед. В глазах плыло. Сука… Мало того, что ранили, так еще и вкололи дрянь какую-то.

Что он там сказал, блокирует магию и действия зелий? Везучий случай! Сознание проваливалось. Будто пьяный, я уже на вокзале, держусь за пузо и иду. Следующее мгновение — я на улице. Шагаю из последних сил, чтобы не отрубиться. Заставлял себя думать.

Упаду здесь и проснусь у ботаников. Нужно свалить в подворотню, там хотя бы будет шанс, что за алкаша или бомжа примут. Приду в себя и дальше пойду. Не понимаю, сейчас ночь или вечер. Все какое-то серое. Прошел через дорогу и увидел переулок между домов.

Медленно переставляя ноги, я шагал. Меня толкали плечами, народ куда-то спешил.

— Двигайся! — говорил я себе.

Дошел до переулка. Темно… То, что нужно. Пробрался дальше, сдерживался, чтобы не упасть. Тут везде следы экскрементов и мочи, не хочу в этом лежать. Еще десять шагов. Нашел стену рядом с лестницей около здания, подошел к ней, забрался на несколько ступенек и упал.

— Ну куда ты от меня бежишь? Дружок! Я тебя с вокзала пасу, а ты все идешь и идешь, — сказал голос рядом.

— Че тебе надо? — на остатках сознания произнес я.

— Мне? Ничего. Так, пощипать идиота, который вояк замочил.

— Сука! — выдохнул я.

— Не, я Чалый. А тебе, фраерок, не повезло, — ответил голос, такой веселый и задорный.

— Я дам тебе денег, — сказал я ему.

— Спасибо, сам возьму. — рассмеялся похититель.

Я выхватил нож и выставил перед собой, в глазах все плыло и темно. Идеальный шанс для моего ограбления, перед возможной смертью. Вот только хрен я подохну. А тебя гаденыш найду и прикончу.

— Ух ты, какой злой! Боюсь, боюсь, — веселился голос рядом.

— Дурачок… Ты не на того нарвался. Лучше иди своей дорогой, пока я добренький. — промямлил я.

— Какое симпатичное колечко, и еще одно? Хорошо я прогулялся. — С пальцев начали стягивать артефакт и подарок Славецкого — Спи… Может, в другой жизни тебе больше повезет, фраерок.

В последний момент, когда с меня стягивали артефакт, я заглянул в него и силой воли вытащил из пакета одну железу. В темноте она упала на землю.

— Фу, *ля, это что, твой орган? — возмутился вор. — Мерзость какая! Чуть не вырвало. Воняет-то как!

Тварь! Только не трогай его. Услышал, как мою драгоценную железу пнули. Сука, я тебя буду убивать медленно и долго! Ты у меня не получишь легкой смерти, урод!

Я попытался еще раз дернуть оружием. Нож вывалился из руки, а гаденыш, который меня обобрал, пошел.

Приходил в сознание рывками. Я слышал, как он свистел веселый и задорный мотивчик. Тварь, я тебя найду и верну свои вещи! Мне стало холодно — значит, большая кровопотеря. Еще чуть-чуть, и ласты склею. Если бы не тот укол, вливал бы оставшиеся две лечилки из обмундирования Николая Зотова и восстановление магии, и был бы как огурчик. Ну, почти.

Но они не подействуют. Понял это еще по дороге в переулок, в какой-то момент поймал себя на том, что открыл зелье и выпил его. Рефлексы… Нужного эффекта не получил, звук пропал, а урод уже ушел.

Я свалился со ступеней, пару раз задел мордой железо и упал. Почувствовал, что кровь потекла из разбитых губ. Руками, как слепой, стал водить по земле, чтобы найти свою железу. Она — мое спасение.

Запах экскрементов немного бодрил и помогал совсем не уснуть, потому что с дыркой в пузе это будет последний мой сон. Моя правая рука нашла слизкий и теплый кусок некогда плоти.

Схватил его, будто это самая желанная баба на свете. Чуть сжал, поднес руку к лицу, и ладонь упала вместе с железой на меня. Твою мать! Дернул плечом и открыл рот, поймал зубами железу, прокусил ее. Сейчас я не почувствовал вкус гнили или мерзость.

Не до этого. Грыз стенку органа, чтобы в рот потекла живительная тягучая влага. Глотал, пил, давился, кашлял и продолжал. В животе ожил бесполезный отросток, не мог он помочь на перроне? По черным каналам что-то потекло.

— Монстра вам в сраку! — выдохнул я. — Жестко…

Скрутило дай боже. Боль, словно током, проходилась по всему телу, напоминая, что оно еще живо. Сознание возвращалось. В руке до сих пор зажата железа. Не знаю, как это работает. Задрал футболку и сдавил орган над раной.

Теплая вязкая жидкость капала мне на живот. Нет, до этого точно не боль была, так, просто комарик укусил. Когда долбанный сок стал втягиваться в меня, я весьма бодро крутился на земле, закусив губу.

Появились силы сесть. Я качался и ждал, терпел и мычал, но через сколько-то минут из моего живота вытолкнуло гребаную пулю. Она развороченная вся, значит, разрывная, и у меня внутри был фарш. Очень хотелось пить, отросток пульсировал, а его ритм бил во всем теле.

— Ну, сука, Чалый! — произнес я, когда эффект от действия железы уже заканчивался.

Почувствовал себя куда лучше. Решил проверить, сняло ли это воздействие укола, взял восстановление магии и залил себе в глотку. Пил зелье так, будто это самая вкусная вода на Земле.

Неважно, работает или нет, хочу пить. Выжрал все три штуки, еще одну лечилку и второй бутылек на живот вылил. У меня открылись глаза, так, будто я чайник кофе выжрал.

Задница с ногами уже затекла сидеть на металлических ступеньках, я встал и потянулся, хрустнул шеей, тело будто обновилось. Меня распирала сила. Улыбнулся и посмотрел в сторону, куда ушел мой вор.

Теперь смог нормально оглядеться. Два здания из кирпича, лестница одного из них вела на крышу. Решил подняться, чтобы прикинуть вообще, где нахожусь и куда потенциально мог пойти мой новый «друг». Какой я невоспитанный, он представился, а я нет! Как после этого могу звать себя аристократом?

Влетел по ступенькам наверх, я полон энергии, и через несколько секунд уже стоял не крыше. Прохладой обдало тело. Даже немного дернулся, по коже пошли мурашки. Сейчас радовался любой нормальной реакции организма, которая говорила, что со мной все в порядке и я живой.

Позволил себе на мгновение улыбнуться тому, что у меня получилось. Очень многое шло через одно место. Не будь я ограничен потребностью продолжить служить, то действовал и вел бы себя по-другому. Имей я за спиной хоть какую-то основу в виде рода, было бы проще.

Этим я займусь уже очень скоро. Служба службой, а обед по расписанию. Мне нужны верные люди, место, деньги и ресурсы. И, пока их нет, сам создам все это с нуля, а когда вступлю в наследство матери, только лучше станет. Я запомнил всех тварей, которые бросили мне вызов. И приду за каждым!

На улице шел мелкий дождь, мерзкий такой, именно от него я и продрог. Вечер — наконец-то разобрался во времени. Серые краски повсюду, как и невысокие здания в три-пять этажей. Жилой район, точно не аристократические резиденции. Посмотрел вперед: вид только ухудшался. Еще больше зданий и они более разрушенные.

На улице жгли огонь, скорее всего, чтобы согреться. Я проводил глазами еще один переулок. Что-то внутри меня дернулось, и я спустился, доверился интуиции. Уверенным шагом двинулся вперед. Не самый приятный запах следовал за мной. Увидел, как с балкона дома выливали то, чем тут воняло.

Оказался на перекрестке, который приметил с крыши. Несколько мужиков сидели около бочки, в которой горел огонь, и курили. Я тряхнул головой, чтобы настроиться на общение и новое поведение.

— Здаров, мужики! У меня тут кое-че есть, нужно Чалому передать. Не видели его? — говорил я, чуть коверкая речь и жуя, будто мне лень.

— Оставляй нам! — оскалился один. — Мы все передадим в лучшем виде.

— Да! Точно! Давай сюда, сопляк… — поддержал его другой.

Я улыбнулся. Подскочил к первому, удар в ногу, в живот и по голове. Переключился на другого — в живот и ногу. Мужик с бородой упал и застонал.

— Сука, тебя на ремни порежут! Понял? Тварь… — потом ему стало немного неудобно разговаривать, потому что я наступил ногой на горло.

— Послушай меня, — произнес я тихим голосом. — У меня к тебе нет претензий, но если ты не подскажешь, где может быть Чалый, то они появятся… Жевать тебе станет куда тяжелее.

Пара минут мужского разговора по душам, и я уже шел на улицу Гончарную, в дом 13. Если верить уважаемому Василию Павловичу, именно там обитает Чалый со своей шайкой.

Анатолий Георгиевич Чалый — друг, который встретил меня в новом городе. Я подошел к дому. Помимо помойки, вокруг ничего не было, окна выбиты, на некоторых этажах горит огонь — видимо, так топят.

Подошел и открыл дверь в подъезд. На меня повеяло «ароматом» отходов человеческой жизнедеятельности. Улыбнулся и добрался до металлической двери в подвал, постучал.

— Кто? — спросил глухой голос за ней.

— Я цепку нашел, хотел сдать… — снова я поиграл голосом.

На мои слова отреагировали, дверь распахнулась. Контролировал свою силу, чтобы не прибить никого. Удар в голову — вырубил того, кто со мной говорил. Еще пять человек в один момент упали там, где стояли. Я запустил в них ослабленные звуковые пули.

Тела стащил в одну кучу и связал тряпками, которые тут валялись на кровати. Огляделся. Койки, стол, ведра для отходов и подобие кухни. Значит, тут живут эти молодые люди, которым на вид от восемнадцати до двадцати двух лет. Весьма сильный контраст с резиденцией Марковых.

Засунул всем отдыхающим кляпы во рты, хотя оставил одного для общения. Ударил по щеке, и он пришел в себя.

— А-а-а, сука, тебя прикончат, тварь! Я съем твое сердце! — бормотал паренек.

— Какие вы тут все жестокие. Пугаете, хотя нет силы или магии, — поднес я свечу и посмотрел на лицо того, кто угрожал.

Босяк с гнилыми зубами. Шрам на лице от глаза до подбородка. Я поднял руку у него перед носом и сформировал на ней звуковую пулю. Паренька затрясло, губа задрожала, а зубы застучали.

— Ты… маг? — удивился он.

— Вы правы, молодой человек, — улыбнулся я. — Мне нужен ваш друг, Анатолий Георгиевич.

— Кто? — дрожащим голосом переспорил мой собеседник.

— Чалый, — назвал я его фамилию, которая еще и кликуха.

— Сука! Опять решил выше жопы прыгнуть и ощипал кого-то рядом с вокзалом? — разозлился паренек.

— Именно, молодой человек. Он допустил оплошность, забрав у меня вещи.

— Не убивай… — заплакал он. — Мы… Я… Никогда не переходим границ, наше место — помойка, на мага руку не поднимаем. У меня сестра есть, если убьешь, ее шлюхой сделают в двенадцать лет. А я хочу, чтобы у нее хоть шанс был на нормальную жизнь. Пойдет швеей, и, может…

Послушал исповедь вора и сказал сидеть тихо, потому что будем ждать моего друга. Я погасил свет, засунул ему кляп в рот. Время пошло. Через полчаса дверь открыли ключом.

— Черти, вы чего в темноте сидите? Ни хрена не вижу! А я не пустой к вам, пацаны! Выгодно слил цацки, и у нас сегодня будет пир. Але! — произнес знакомый мне голос.

Я включил свет. Звуковая пуля ударила в дверь, закрыв ее. Чалый уставился на меня, наконец-то я его разглядел. Молодой человек чуть старше, телосложением, как Дима. Кривой нос с горбинкой и рыжая голова, на лице веснушки.

Одет в штаны, которые на нем висят, поэтому поддерживают их подтяжки, на ногах поношенные туфли. Рубашка снова не его размера с кучей заплаток, а еще пиджак, на голове кепка.

— Ну, привет! — улыбнулся я. — Обещал, что мы с тобой встретимся? Как видишь, держу свое слово.

— Что? Как? Ты же… — глаза Чалого бегали, он посмотрел на кучу из своих «друзей», на меня и жевал. — Ты должен был подохнуть с такой-то раной в брюхе.

— Твоими молитвами выжил, — кинул я рыженькому. — Итак, сначала я планировал тебя убивать, долго и мучительно, но потом, пройдясь по району, решил дать шанс, которого мне когда-то не дали. Если ты сейчас вернешь мои вещи, то я тебе просто сломаю руку. Это первый вариант, пока, как я сказал, добренький. Другой — всех, кто тут есть, я разорву на части.

— Думаешь, что напугал меня, фраерок? — выхватил нож Чалый. — Ну давай, нападай, я тебя быстро порежу!

— Значит, второй вариант, — с сожалением сказал я и встал.

Движение, и я рядом с ним. Рыженький бьет ножом трясущейся рукой. Удар по касательной — таким не убьешь, максимум порежешь. Хватаю его за ладонь и только начинаю сжимать, как грозное оружие падает на пол. Тонюсенькая конечность сломалась от легкого напряжения.

— А-а-а! — заорал Чалый и упал. — Я… Нет у меня твои колец! Сдал их Вите Сухому за хавку. У него все, не убивай! Давай я отведу к нему, — уставился на меня рыженький.

Посмотрел на горе-вора. Не будь я таким же зверьком в своей прошлой жизни, давно бы его убил. Да и чести нет кончать того, кто слабее. Да, Чалый ограбил. Не будь я в таком состоянии, ничего бы он не сделал. Чего врать, пожалел я сопляка, да и план у меня уже появился. С чего-то нужно начинать.

Схватил за шиворот парня и на вытянутой руке донес его до общего стола. Усадил. Ребята пришли в себя и наблюдали за нами, никто не шевелился и не издавал ни звука.

— Анатолий Георгиевич, — начал я. — Смотрите, какая у нас с вами дилемма. Мне очень нужны мои вещи, я даю вам шанс. Верните их, и тогда вы и ваши ребята останетесь живы.

— Сухой не отдаст, — хмыкнул Чалый носом, не поднимая головы.

— Это ваша проблема, молодой человек. Даю двадцать минут, потом я начну ломать руки, следом — ноги. Ваши компаньоны останутся инвалидами, ну, и вы, конечно. Я найду и проделаю то же самое, — улыбнулся со взглядом своего отца.

— Он не отдаст… — повторил Чалый и посмотрел на своих ребят. — Хорошо, я… Жди…

— Мудрое решение. Ступайте и без моих вещей не возвращайтесь, — махнул я рукой.

Нашел чайник и поставил его на огонь. Взял кружку, сполоснул водой, которая тут была для питья. Заварил чай ужасного качества и позволил себе немного согреться. Молодые люди рядом все еще лежали, связанные, и не двигались. Они, словно дети, наблюдали за мной.

Вот и другая сторона империи — трущобы и люди, живущие в них. Идеальное место, чтобы залечь на дно, а еще и заработать. Никто не ждет, что аристократ начнет тут свои дела проворачивать и уж тем более жить.

Трутень в кабинете Твердохлебова

Магия Сухого почти сомкнулась на мне. Я чихнул и выпустил две звуковых пули в стороны. Прогремел небольшой взрыв, только акустика стен добавила шума. Когда песок исчез, то я как сидел за столом, так и продолжал.

— Какого? — возмутился жирдяй.

Послышались охи и вздохи его людей.

— Прости, в нос что-то попало. Давай еще раз, а то вижу, что ты расстроился, — улыбнулся я Сухому.

— Так значит, ты маг? — скрепя зубами, произнес он.

— Кто? Я? — показал на себя пальцем. — Умею чутка, а что?

Мужик дернул щекой и зло посмотрел на меня. Перевел взгляд на своих людей, которые были раздосадованы, что не увидели мою смерть.

— Тому, кто принесет голову этого урода, дам пять рублей! — объявил он охоту.

— Знаешь, немного обидно, — поднялся я. — Еще не так давно одни готовы были дать пятнадцать тысяч, другие — десять. Даже военным обещали заплатить, а тут всего пять рублей.

— Что? — не сдержался один из его людей. — Пятнадцать тысяч? Да я тебя на куски порежу и стану богачом!

Толпа медленно направилась в мою сторону, а я задумался: «Еще дети, убивать их не хочу». А вот Сухой… Демонстрация силы просто необходима. Пожал плечами и пошел навстречу новым знакомым.

Вокруг возник барьер, словно кокон. Жалкие попытки ударить, пырнуть не увенчались успехом, я уже приблизился к Сухому. Тот снова напрягся, аж покраснел, надеюсь, не обгадится от стараний. И перед ним появилась тоненькая песчаная защита.

Чудо, что в этих трущобах вообще есть кто-то, обладающий магией. К его несчастью, он свернул не на ту дорожку. Ударил ему в живот. Кулак прошел через защиту и уперся в мягкое пузо, я приложил усилия и толкнул.

Сухой завопил, как бешеный, и упал на колени, держась за брюхо. Люди остановились и уставились на него. Взрослый мужик орал, а потом начал блевать. Негоже на дело с полным пузом приходить. Следом пошла кровь, а звуки постепенно приглушились.

Через минуту он заткнулся и уперся рожей в пол. Все стояли молча. Я присел, чтобы проверить его пульс.

— Умер! — сказал, когда поднялся.

— Тебе конец, сопляк! — крикнул один из ребят. — Когда узнает Глеб Тимофеевич, что ты беспредел устроил на его земле, прикончил Сухого, он выпотрошит тебя, как рыбу!

— Ух ты! — сделал я наигранное удивление. — А он сильнее этого куска сала?

— Да! — ответил этот же пацан и сделал грудь колесом. — Он аристократ. Ты не спрячешься, другие паханы подтянутся.

— А когда можно встретиться с Глебом Тимофеевичем? — уточнил я.

Аристократ в криминале — это интересно и может быть полезно. Дурачок, который только что пугал, открыл рот и уставился на меня. Ожидал, что я испугаюсь?

— Валим! — взял на себя бразды правления банды самый уверенный. — Скоро, ублюдок! И Чалому с его пацанами тоже конец. Можешь передать Сяве: его сестренка на панель пойдет отрабатывать.

— Звукова пуля! — произнес я, и почти сразу голова паренька взорвалась. — Молодые люди, если узнаю, что кто-то имеет отношение к принудительной проституции — убью на месте! И никто вас не спасет! Можете передать своим паханам, или кто они там у вас? С этого момента район мой, а скоро — и другие тоже.

— Какое у тебя погоняло? — спросил другой пацан.

Точно, мне же тогда еще Филин говорил придумать что-то броское и запоминающееся. Потрошитель? Нет, длинно и слишком вычурно. Нужно что-то простое.

Солнцев-Марков Борис Иванович. Что бы такого придумать?

— Обращаться ко мне можно Симба! — ответил я.

— Симба? — повторил паренек. — Странная у тебя кликуха.

— Молодые люди, заберите тело, а то он, походу, еще обосрался. Воняет жутко, не хочу смотреть и нюхать. Другого тоже прихватите, — вежливо я попросил подчиненных Сухого.

Мою просьбу пропустили мимо ушей. Придется снова.

— Звуковые пули! — сказал я. Железную дверь выгнуло, в стенах появились дырки размером в мяч. — Повторяю: забрали быстро тушу эту, или их станет больше!

Теперь мои слова услышали. Несколько парней подхватили Сухого, по два человека на конечность, и потащили его отсюда. Без головы тоже забрали. Улыбнулся тому, что нужно было придумать новое название себя. Взял первые буквы из фамилии и инициалы, собрал слово, только еще «а» добавил.

Уселся за стол и стал ждать моих гонцов. Надеюсь, у них хватит мозгов не кинуть меня. Второго шанса я не дам.

Чалый со своими ребятами

Проверил пульс. Еще чуть-чуть, и умрут. Они не мои люди, а случайно встреченные воры. Но это не помешало мне вынуть из кольца лечилки и вылить в рот Сяве и Чалому. Дуралеи не послушались, и вот, что из этого вышло.

Магические зелья работают не только на аристократах и владеющих, сейчас это максимум, чем я могу им помочь. Сел за стол, еще раз посмотрел на ребят. Меня ждут в гостинице? Подождут еще! Спустя десять минут добавил еще по одной лечилке.

Ребята застонали и потом очнулись. Встать пока еще не смогли, поэтому возмущались лежа. Ругались и проклинали аристократа, который убил их друзей.

— Приходите в себя! — сказал я им. — Я прогуляюсь, пообщаюсь с этим Глебом Тимофеевичем.

Меня попытались остановить, но куда там. Для моего плана нужно, чтобы появились сторонники. Да и база необходима. Посмотрим, что от меня хотят.

Вышел из подвала и направился в «Бордель», быстрым шагом добрался до места. Тучная женщина все еще была на стойке регистрации.

— Господин! — обратилась она ко мне. — Вас ожидают в вашем номере.

Дама пыталась мне подмигнуть и глазами подсказать, чтобы я сваливал. Какая милая женщина, или это потому, что я немного добавил ей денег за жилье? Прошел по лестнице, встал напротив двери.

Крученые пули появились и исчезли. Дернул рукавом, чтобы проверить.

— Черт! — шепотом выругался я. — Нож…

После встречи с Чалым я его забыл в том переулке. А ведь сам сильно привязался, тем более когда сам создал клинок своими руками. Да и материал был отличный. Нужно попробовать найти.

Рывком открыл дверь со словами:

— Простите за ожидание!

Следователь в кабинете

Пока главари выбегали из зала бывшего театра, я смотрел им вслед. Похоже, кто-то испортил мой план. Что важнее, среди них есть стукачи, теперь придется по-другому действовать.

Ко мне подбежал Чалый.

— Симба! Бежим! — дернул меня за рукав.

Отвлекся, и мы устремились за кулисы. Хотелось увидеть того, кто пошел против меня. Система оповещения в трущобах сработала заранее, даже непонятно, зачем сюда дернулись жандармы. Или у них не было цели поймать кого-то, а так, напомнить о себе и разогнать сборище?

Оказавшись на улице, я посоветовал вору сваливать, а сам схватился за перекладину еще не сгнившей лестницы и начал подтягиваться. Забрался и стал карабкаться наверх. Поведение жандармов, их схема действий важны для моего дальнейшего плана на этой земле.

Поднялся на крышу и лег. Спустя несколько минут на улице появились мужчины, одеты в форму, как у военных, только она синяя. Окружили здание театра — примерно двадцать человек, при себе оружие: револьверы и винтовки.

— А вот это интересно, — прошептал я.

Вальяжно и медленно к входу двигалась фигура — на плечи накинут черный плащ, капюшон на голове. В отличие от других, этот человек был в черном костюме. Смущает, что крайне щупленький, хотя, может, в следователях не нужны крепкие ребята.

Фигура подняла капюшон. Да это у нас дама, причем с ярко-красными волосами! Вот это поворот! Судя по тому, как все перед ней расступаются, она здесь главная. Девушка зашла внутрь.

— Нужно узнать о ней, — сказал я и пополз с крыши. Добрался до к лестницы, там стояли жандармы.

К театру подошел следователь

А вот это уже интересно! Прям очень. Первоисточник по измененным в криминальном районе? На его фоне лейтенант Цветкова — вменяемая и обычная женщина. Улыбнулся.

— Профессор, а как вас зовут? — спросил я.

— Называйте просто Профессор, за много лет обучения я уже привык, — ответил мужичок, пребывая в своих мыслях.

Он вроде после того, как узнал, что с его «Цветочком» все в порядке, даже на человека стал походить. Я же посмотрел еще раз на свою внешность. Диковато немного, но привыкну. Теперь будет чуть проще решать вопросы и встречаться с людьми.

Осталось сделать документы, но перед этим я послушаю про измененных.

— Я дам вам целую железу, если вы мне расскажите все, что знаете об экспериментах, измененных. Подчеркну: все, — материализовал орган в своей руке.

— Можно? — дрожащими руками потянулся профессор к железе. Я кивнул.

Он взял ее, будто маленького ребенка, аккуратно отнес на стол и положил. С грустью посмотрел на свое новое приобретение и на меня. Профессор подошел и вынул из кучи мусора пакет, находящийся под отходами еды и грязным нижним бельем. В него была завернута тетрадь.

Снова этот взгляд, будто я у него дитя забираю. Мне протянули пакет, я попросил достать тетрадь и положить на диван. Профессор улыбнулся и выполнил мою просьбу. Я сел читать, а мужик вернулся к своему новому сокровищу.

Закончил как раз, когда стемнело. Меня настолько увлекло чтиво, что не заметил, как пронеслось время. Что у нас выходит?

После первой волны разные государства оказались на грани уничтожения. Никто не был готов к такой угрозе, монстров ловили и убивали. Кому-то пришла в голову идея исследовать их.

Так они докопались до железы — основного органа силы и жизни монстров, помимо мозга и сердца. Начались опыты. Сначала на животных, затем на рабах и только потом на магах.

Первые результаты были печальны. Смертность — почти 100 % от сока железы, отравление. Позже на основе этих выводов сделали сильные яды, которые разрушают структуру мага, вместилище и каналы. Назвали его «Тихая смерть».

Чем-то похожим, скорее всего, поили меня. Опыты не остановили, исследователи начали пробовать разные подходы. Сошлись на том, что если травить мага постепенно раздавленным ядом, который искалечит его вместилище и каналы, то потом, когда ему дать сок железы, то у десяти процентов происходит мутация.

Отросток, он же железа, появляется в теле мага, заменяя вместилище. Каналы тоже меняются. Появляется новый вид полулюдей-полумонстров — измененные. Вечно голодные твари, которые в основном предпочитают жрать монстров и их железы.

Сила, которую они получают, может посоперничать с подобной на уровне архимага, а в редких случая — и грандмастера. Благодаря массовому производству новых созданий, люди переломили ход борьбы с монстрами. Теперь они стали добычей, измененные загоняли тварей.

В этот же момент заметили, что из монстров можно построить стену, которую они не могут перейти, в редких случаях случаются прорывы. Их природа до сих пор не изучена. Победа человечества? Вот только не тут было. Измененным булыжники, словно листы бумаги.

Со временем они организовывали стаи и нападали на людей. Тогда лучшие маги империи во главе с государем пошли на них, вытеснили тварей и многих убили. Глобальных прорывов больше не случалось, и наступил относительный шаткий мир.

Во время экспериментов было обнаружено, что ни в коем случае нельзя давать испытуемым саму железу, только ее сок. В противном случае, железа не образовывалась отдельно, все тело по факту становилось этим органом. Зафиксировано всего две таких ошибки.

Тому, что получилось, название не придумали до сих пор, но есть описание. Человекоподобные монстры. Разумны, будто черти, обладают запредельной силой. Убить их не смогли, как и поймать, твари сбежали.

Я сидел и думал. То, что мой любимый род Марковых создал ядом, который мне давали продолжительное время, условия, чтобы я потом стал измененным — это понятно. Твари, которых скоро разорву!

Исходя из написанного, если потом подопытному не дать свежий сок железы, он умрет. Значит, я уже бы гнил в земле. Получается, Борис Иванович Солнцев — измененный. Если я до этого, не то, чтобы не верил, хотел убедиться, а теперь информация получена из трех независимых источников.

Смущало другое: что случилось с теми, кто сожрал железу полностью? Чертом я быть не хочу. Пока не стал им, но есть шанс. Следующая странность — железа во мне не заменила вместилище, просто второй комплект вырос. А судя по опытам, такое просто невозможно.

Магия и сила монстров — противоположные сущности, как свет и тьма. Основа, может, и общая, но грани разные. Как же, блин, все сложно! Для измененных единственный способ развития — это пожирание монстров и битвы. Примерно как у магов, вот только эликсир они получают из сока железы.

Что мне делать — понятно. Неизвестно только, к чему это в итоге приведет.

— Остановиться? — спросил я сам себя вслух.

Что мне это даст? Ничего! Ладно, действую по плану, пытаюсь есть редко, занимаюсь своим развитием и нагрузкой каналов. Авось повезет. Стоп! В голове всплыли воспоминания, когда забрался на крышу вагона. Я же видел похожее существо! Оно болтало ножками и улыбалось.

Получается, мне не привиделось?

— Сука… — прошептал я. — Только картинка мира стала устаканиваться, и на тебе, Борис Иванович!

Почти в самом конце есть недописанная часть. Вроде как нашли способ усилить действия железы, а точнее, сока на испытуемого. Что-то вроде если смешать кровь мага, сок и еще что-то, тут оторвано, то можно получить…

Оторвался от чтения. Ничего полезного информация мне не дала. Поднял глаза на Профессора, тот уже разделал железу под ноль, что-то кипятил, варил, выпаривал. По трубкам текли жидкости разных цветов, а мужик не сводил с них взгляда.

Довериться ему, рассказать и показать, что внутри меня? Хрен! Теперь это стало еще опаснее. Поднялся с дивана.

— Уже уходите? — спросил Профессор. — С вами так интересно разговаривать, вы крайне благодарный слушатель.

— Разговаривать? — повторил я. — А мы?..

— Да, в то время, пока вы читали, молодой человек, я вам рассказывал все, что знаю об измененных, а вы ни разу меня не перебили. Даже и не припомню такого на своем веку во время преподавания. Та же Цветочек не давала и слова сказать, постоянно сыпала вопросами. Спасибо вам, что выслушали!

Кивнул и помотал головой. Что за чертовщина? Я ничего не слышал! Сколько? Три с половиной часа! Мне казалось, что профессор был занят своими делами. Бред! В окне увидел то существо, которое снова поднесло палец к рту и улыбнулось и потом исчезло.

Открыл глаза и закрыл — никого. Хрень какая-то творится… Начитался, вот и привиделось, а с общением с Профессором действительно непонятно.

— Молодой человек, если у вас будет еще одна железа, то я готов… — запнулся мужичок. — На многое! Мне нужно закончить дело всей моей жизни.

Кивнул и вышел. Действительно с прибабахом и нехилым таким. Достал бумажку, которую передал Чалый. Нужно еще заскочить к некому «Потертому». Кто им такие изысканные прозвища придумывает? Именно он занимается подделкой документов.

Вышел на улицу, странно как-то. Голосов больше, где-то вдалеке драка и визг. Я же вроде сказал, чтобы все тихо было? Не послушали меня? Или это они, наоборот, порядок наводят?

Время у них еще есть. Если проигнорируют мою вежливую просьбу, придется покарать несколько. Какого не возьми, у каждого руки по локоть в крови и не только. Снова встретил моих старых знакомых, Василий Петрович помог с поиском нужного адреса. Золотой человек!

— А что происходит? — спросил я, кивая на очередную драку.

— Кто разберет? — чихнул мужичок с бородой. — Тут такое каждый день. Или паханы власть делят.

Получается, все-таки послушали? Отлично, можно будет переходить к следующей фазе моего плана. Прошелся по улочкам. Пару раз вляпался в дерьмо, потому что оно было повсюду. Вообще не понимаю, зачем гадить на улице?

Дорога заняла чуть больше времени, потому что очищал обувь. Крики и шум только нарастали. Неужели для этих людей такая проблема не заниматься ничем противозаконным? Придется еще немного раскошелиться, чтобы всех успокоить.

Наконец, добрался до адреса. Одноэтажный дом с проваленной внутрь крышей. Посмотрел по сторонам. Там точно никто не может жить и уж тем более работать.

— Что-то ты напутал, Чалый! — сказал я вслух.

— Да все ровно! — ответили мне снизу.

Рядом с дверью была еще одна, уходящая в подвал или погреб. Там открыли окошко, и появилась рожа. Мужик тридцати лет с усами, смазанными чем-то, чтобы они закручивались на концах.

— Че встал? Тебе ксива новая нужна? — спросил он.

— Документы, — растянул немного я.

— Ну, полезай, сейчас будет тебе бумажка на любой цвет и вкус, — рукой мужик вытянул ус и закрутил его.

Дверь подо мной поднялась, лестница уходила вниз. Стал спускаться, за мной закрыли. Оказались в весьма немаленьком помещении и, я бы сказал, достаточно уютном для этого места, несмотря на то, что под землей.

— Расклад такой. Сотка за паспорт на мертвеца. Триста — на нужное имя и фамилию, тогда завтра человечка не станет, — прошел мужик мимо меня и направился к большому столу.

— Мне нужен документ, подтверждающий, что я аристократ. Можно из новой. Вот только, чтобы не пробили его.

Мужик остановился, запихнул что-то в рот, стал жевать и смотреть на меня.

— Заказик упал на центр? Да? — спросил он. — Хотя, мне плевать. С этим сейчас трудно, нужен паспорт старого образца и из определенной зоны. Все знают, что они по картотеке не проходят, да и запросы не помогут. Считай, что реально аристо станешь, бастардов наделаешь. Авось и кралю с золотым вареником найдешь, будешь жить припеваючи.

— Сколько? — остановил его словарный понос.

Он растопырил руку и показал пять пальцев.

— Пятьсот? — уточнил я.

— Пять тонн. Услуга уникальная, ты видел, в какой мы дыре? Я задницу надрываю, чтобы найти обложки официальные. Работаю с людьми, которые мочат приезжих и потом мне доки сливают. Их же еще нужно закопать, чтобы не всплыли, ну, или крысам скормить. Возни много. Поэтому такой выход обходится мне в треху. Еще косарь берут суки из ИСР за слив инфы. Ну, и на поддержание штанов нужно, чтобы паханы кислород не перекрыли, — сплюнул он то, что жевал.

— Недешево, — попытался сбить цену.

— А ты чего хотел? Это паспорта из восточной зоны. Там у них все через одно место, узкоглазые еще под боком, помимо монстров. У них архивы горят по расписанию. Уже черт ногу сломит, кто чей родственник. Постоянно уроды рождаются. Так бывает, если сестренку взял в жены и обрюхатил. Знают только до уровня деда и все. И то хрен пойми, может, они извращенцы, любят с родственниками позажигать? — Потертый еще раз сплюнул, вытянул и закрутил один ус, потом второй. — Брать будешь? У меня один есть. Потом помочь не смогу. Под заказ услуга будет стоить чиркан тонн. Ну, ждать только монстрам известно, сколько. Когда там придурки с восточной к нам заглянут?

— Хорошо! — сказал я, узнав много интересной информации о восточной зоне. Сфокусировался на кольце и взял оттуда нужную сумму. Теперь мне не хватит заплатить паханам за наведение порядка. Придется идти к Славецким. Кто знал, что будет стоить столько? Передал деньги Потертому.

Мужик оскалился желтыми зубами, некоторые отсутствовали, схватил деньги, подкинул их, чтобы проверить вес, и кивнул. Насвистывая ужасную мелодию, направился к столу, залез под него и открепил что-то. Бросил, вроде паспорт. Взялся за скальпель и стал отковыривать фотографию.

Положил ее рядом. Подошел, схватил меня за руку и оттащил к стене. Отодвинул занавеску, а там идеально белая стена, рядом зеркало висит и расческа.

— Посмотри на себя, если че надо поправить, ну, ты понял. Сейчас тебе фотокарточку сделаю, — сказал он и снова куда-то пошел.

Глянул, нормально я выгляжу. Тем более когда перевел взгляд на расческу, на которой были разные волосы с кусками кожи и перхоти, как-то стало не по себе.

— Так, смотри, сейчас отсюда вылетит птичка. Не моргай, иначе еще сто рублей за фото. И рожу посерьезнее сделай, как там обычно аристо ходят? Будто им все в душу насрали.

Посмотрел еще раз на расческу.

— Во, отлично! — сказал Потертый. — Идеальная физиономия.

Вспыхнуло и запахло порохом. Мужик схватил то, что получилось, из деревянной коробки и пошел к столу. Умело обрезал ножницами фотокарточку.

Потом посмотрел на изображение предыдущего владельца. Его рука засветилась, он приложил мое фото в паспорт. Магия развеялась, в том, что это она, я был уверен. Вот только понять не могу, какая?

Потертый посмотрел на то, что у него получилось, подул на документ.

— Это на счастье, чтобы судьбу предыдущего пижона не повторил, — сказал он. — Значит, так, господин Корнилов Иван Михайлович, поздравляю вас со вступлением в ряды аристократов.

Мне протянули документы. На них мое фото, ФИО, откуда и где родился. Еще отметка о роде есть. Корниловы, охотники. Вот так и написано, просто охотники. На фото и части документов печать, судя по ощущениям, магическая, чтобы не подделывали.

— А она? — спросил я.

— Целочка! — улыбнулся Потертый. — Настоящая. Я скажем так, работал в нужных структурах и кое-что знаю. Паль за такие бабки делать без понту, да и репутация у меня. Одного поймают, другие на фарш пустят.

Забрал свои документы и двинулся к лестнице. Поднялся и открыл крышку. На улице творился хаос.

Софья Долгорукова на пути в Тобольск

Перешел на бег. Это же надо, что там за следователь появился такой неспокойный⁈ Девка та? Не нужны были трущобы, и тут раз, столько внимания. Может, это Титовы? Глеб Тимофеевич тогда смотрел мне в глаза и говорил, что пока не будет лезть, но решил создать сложности на пустом месте?

Не обратил внимания, как проскочил весь район и оказался на границе с центром города. Я даже не выдохся, пока бежал. Остановился и привел себя в порядок. Теперь я настоящий аристо, с официальными документами и новой рожей. И даже эта красноволосая девка меня не узнает, надеюсь.

Прошелся по улицам. Встретил жандарма, стоящего на перекрестке.

— Милый человек, — начал я, изменив тембр голоса. — А не подскажете, где тут находится здание, куда привозят задержанных?

— Что? — удивился паренек. — У нас… А-а! Улица Стрижского, 29, корпус 3. Там вытрезвитель и камеры временного содержания.

— Благодарю, — улыбнулся я и пошел, будто знал, куда.

Пришлось еще пару раз остановить прохожих, чтобы меня направили по нужному адресу. Когда уже подходил к жандармерии, застал придурков, решивших освободить своих долбанных боссов. Цвет нации, не меньше.

Пятьдесят человек стояли рядом с парком, курили. В руках дубинки, цепи и железки. Интеллект — не самая сильная их черта. Если вы хотите устроить беспорядки, это нужно делать незаметно, стремительно, застать врасплох.

Идиоты добрались, но решили сделать перекур рядом с местом, на которое хотят напасть. Улыбка не сходила с моего лица. На улицу уже выползали жандармы, выстраиваясь в шеренгу с винтовками в руках. Я подошел к команде спасения из низших.

— Долбодятлы! — схватил одного из них за шею — Я вашим боссам, что сказал? В трущобах порядок, нет — кончаю всех до одного! А вы чего устроили, обмороки? — удивился, как хорошо у меня получилось вжиться в роль.

— Ты кто? Черт! — взъерепенился один.

Отлично, или меня они еще не видели, или же моя маскировка работает. После демонстрации магии, которая попала между ног самым возмущенным и непонятливым, все успокоились.

— Симба? — взял слово мужик с бородой. — Ушел ты красиво, показал жандармам, чего стоят трущобы. Даже девку-следователя победил, но как только она пришла в себя, жандармы свалили, а потом как нагрянули толпой и давай всех хватать. Добрались до паханов и их увели с собой. Ну, а мы пришли показать, что не только ты чего-то стоишь! Не позволим этим псам чинить беспредел!

— Утырки! — повысил я голос. — Дождаться меня надо было, я бы все порешал. А чего добились вы? А, придурки? Ну, приперлись к жандармерии, дальше что? Рожи свои поверните! Пока вы тут обсуждали, у кого зубов меньше, вон, ребятки вышли с оружием. Че дальше? Пойдете под пули со своими палочками и цепочками?

— Ну, это… — немного потерялся мужичок. — Плана особого не было. Просто придем и будем действовать на месте, — закивали ему остальные, будто он что-то умное сказал.

— Значит, так, я освобожу ваших паханов. За это вы будете должны, причем дорого, и ваши боссы тоже. Начнете на меня работать, пока я не устану. Или я сваливаю сейчас и бросаю вас, идиотов, со своими палками дальше стоять в зубах ковыряться, пока в вас лишних дырок не наделают.

— Без базара! — кивнули все. — Реши вопрос.

Двинулся к жандармерии. На словах я хорошо звучал, а вот как действительно вызволить людей, где каждого из них, можно и на виселицу отправить?

Подошел к шеренге солдат.

— Что нужно? — обратились ко мне.

— Ну, во-первых, здравствуйте! — сказал я. — Во-вторых, я хочу переговорить со следователем, который задержал моих бизнес-партнеров.

— Ты кто такой? Какие партнеры? Вали отсюда! Не видишь, шушера собралась, по пулям между глаз плачет, — оскалился сотрудник.

— Господа, не вам решать, по кому кто плачет, — сказал я голосом отца. — Молодые люди просто стоят и наблюдают за тем, как будет совершаться правосудие, никому не мешают и никого не трогают. Мне повторить вопрос? Как пообщаться со следователем, задержавшим моих клиентов?

— Документы сначала предъявите, потом, возможно, сможете пройти, — зло пропыхтел жандарм.

После проверки меня пропустили и сказали идти в кабинет 12, мол, там находится следак, который работает по данному делу. Несмотря на то, что я был в самом центре городка, заметил сразу: здание у жандармов старенькое. Полы обшарпанные, еще и коричневой красной покрашены, сходящей слоями.

Двери из хорошей древесины — плотная, жаль, что срок ее службы прошел пару десятилетий назад. Внутри я еще пару раз показал свои документы и наконец-то добрался до нужного кабинета. Табличка сообщала, что за ней младший следователь.

Постучал — молчание. Повторил, но уже погромче.

— Входи! — произнес знакомый голос.

Открыл дверь. Сделал шаг, и массивный дубовый пол заскрипел под моими ногами. Пыль, загнанная по углам, два больших шкафа черного цвета, дверцы не закрываются от количества бумаг, запихнутых в них. Воздух спертый. За немаленьким столом, заваленным документами, сидела красноволосая дама, которая устроила рейд на наше собрание.

— Вы? — уставилась она на меня.

— Корнилов Иван Михайлович, — улыбнулся я и дал свой паспорт.

— Слушаю вас, — вернулась за чтение документов девушка.

А у нее приятный голос, да и фигурка ничего, особенно в этом сшитом на заказ костюме черного цвета.

— Я бы хотел, чтобы вы отпустили моих клиентов, которых задержали в трущобах, — начал я мягким голосом.

— Что? — она аж подавилась. — У этих отморозков есть представитель среди аристократии?

Пожал плечами. Сильно на рожон не лез, потому что план еще до конца не сформировался. Надеялся зацепиться за слова следователя и там уже понять, что к чему.

— Боюсь, я вам не смогу помочь, — ответила девушка.

Перевел взгляд, на столе стояла табличка с ее именем. Варвара Сергеевна А. Точно, а то я забыл, первый раз ее имя просто выскочило из головы. На разговор она не настроена. Что ж, попробую спровоцировать.

— Основания для задержания моих клиентов? — сел я без спроса на стул напротив.

— Вы смеетесь? — расширила следовательница глаза. — Бандитизм, вандализм, убийства, кражи, вымогательства — этот список можно продолжать долго. Выбирайте любое, которое вам нравится.

— Все! — заглянул ей в глаза. — Улики по каждому делу, свидетели, доказательства предоставьте, пожалуйста.

— Иван Михайлович, давайте не будем. Всем все понятно. Зачем устраивать разбирательства, если ваши «клиенты» — это опасные элементы общества?

— Видите ли, Варвара Сергеевна, проблема в том, что дел нет и никогда не было. Не буду скрывать, что те, кого я представляю, не самые хорошие люди, но без соответствующих бумаг это незаконный арест.

— Так, значит? — девичья грудь стала вздыматься от злости. — Вы хотите, чтобы мы тратили время и расследовали каждое дело, где они замешаны? Это сотни и тысячи…

— Я хочу только справедливости. Есть документы на арест — пожалуйста, нет — отпускайте. Низшие, как вы говорите, имеют такие же права, как и любой человек в империи, они не рабы и…

— Хорошо! Хотите по-плохому, пусть будет так, — бросила девушка папку на стол. — Сдайте мне Симбу, и я отпущу их.

— Знаете, сейчас около жандармерии стоят пятьдесят человек — сторонники задержанных, и очень скоро крайне громко начнут требовать справедливости. Привлечем внимание и посмотрим, что скажет начальство на вашу самодеятельность.

— Вы мне угрожаете? — глаза Варвары стали небесно-синими.

— Я констатирую факты. Как вас вообще в следователи взяли? Закон нарушаете, на это указывают, а вы еще что-то требуете, — продолжал я давить на девушку.

— Вы… — дама встала. — Они напали на сотрудников при исполнении.

— Насколько мне известно, и тому есть сотни свидетелей, никто ни на кого не нападал. Некий Симба уложил ваших людей, а потом победил вас.

— Неправда! — повысила она голос, потом снова села. — Хорошо! Залог за всех десять тысяч рублей. Во время задержания они оказали сопротивление, документов у них с собой не было, поэтому я могу их оставить на трое суток до выяснения.

— Спасибо! — встал я со стула, скрепя зубами.

Вышел и направился на улицу к группе поддержки. Пытался еще раз себя убедить, что мне эти идиоты нужны и риск стоит денег. Титовы… Я хочу забрать свои земли и бизнес обратно, но это не те люди, которые что-то возвращают. А вот обменять, чтобы очистить репутацию рода — возможно, глава согласится.

До встречи с Титовым Марком Павловичем я хочу показать, что могу управлять этими людьми, кое-что попросить взамен. Только до сих пор не решил, в каком амплуа появляться перед ним, как Солнцев или как Корнилов?

— Слушайте сюда! — зашел я в толпу. — По освобождению я почти договорился, но там вопрос можно решить только деньгами. Большими, столько не видели и никогда не увидите. На ваших паханов и на вас, идиоты, у них сотни папок дел. Когда свои делишки проворачивали, думали, что им не нужны? Не угадали. Просто копили, чтобы всех сразу голов лишить, поэтому ваших главарей и взяли. Я вписываюсь за вас, бабки буду занимать, но если кто-то меня подставит или рыпнется — найду всех. Сейчас пошли вон с глаз моих! В трущобах мир и порядок чтоб навели, и уже скоро ваши братья, или кто они вам там, вернутся.

Внимали моим словам с открытыми ртами. Кивали так, будто понимают. Главное, что свалили и больше не нагнетают обстановку. А мне предстоит посещение лавки Славецких, направился туда.

Колокольчик встретил привычным звоном. Екатерина сегодня в длинном красном платье с белыми кружевными вставками. Девушка меня заметила и улыбнулась. Я подошел к прилавку.

— Борис Иванович, — сказала она.

— Простите, — удивился я. Узнала? Как? Я шел и придумывал легенду, как связан с Солнцевым, а тут с первого взгляда, и все мое прикрытие коту под хвост.

— Не удивляйтесь, просто родовое умение. Клиенты часто прибегают к изменениям, и, чтобы не разбираться каждый раз, кто есть кто, наш род кое-что умеет, — такое ощущение, что она получила удовольствие от моей минутной растерянности.

— Я бы хотел попасть в свою ячейку, — решил сразу перейти к делу.

— Конечно! — девушка подняла часть прилавка и пригласила к двери.

— Кольцо не нужно? — удивился я.

— Только в первый раз в новом месте, потом мы запоминаем наших клиентов, — вытянула чуть шею Екатерина, чтобы похвастаться.

Ручка вспыхнула, и я зашел. Открыл сейф, забрал оттуда деньги, пополнил запас лечилок. Кому скажи, что собираюсь отмазывать уголовников — не поверят! Рискую своими деньгами. Вышел, чтобы не успеть передумать.

— Борис, могу я к вам так обращаться? — спросила Славецкая, опуская часть прилавка, когда я вернулся.

— Да, Екатерина, можете! — улыбнулся милой девушке.

— Благодарю! Мой отец кое-что хотел вам передать, — сделала она серьезное лицо. Я вопросительно на нее посмотрел, и Екатерина сразу же продолжила. — Некие господа Говорунов и Борзов навестили папеньку в Охотничьем, очень попросили его связаться с вами и передать, что они хотят пообщаться. Выглядели крайне волнованными, подавленными, особенно Дмитрий.

Задумался. Подстава? Или ребята реально хотят встретиться? Зачем? Какую выгоду я могу получить?

— Я согласен, если можно как-то сделать, чтобы мы поговорили у вас, как у меня было с Земанским, — попросил я.

— Да, тысяча рублей, — улыбнулась девушка и посмотрела на меня. — Деньги вперед.

Я уже, честно говоря, передумал. Хотя… Узнаю, если они в Охотничьем и по-прежнему трудятся в пункте приема, то мы там устроим небольшую акцию, а тут я реализую все.

— Можете уточнить у вашего папы, сколько будут стоить зелья Троцкого, если я стану их вам продавать в этом городе? — если уж начал спрашивать, тогда все.

— Конечно, Борис, — у девушки сверкнули глазки. — Шестьсот рублей за бутылек. При продаже ящика можем рассмотреть условия — шестьсот пятьдесят.

— Спасибо! — сказал я и вышел. А они уже все обсудили, оперативненько…

Прикидывал варианты, как увеличить мои средства. Было несколько задумок, теперь появились еще парочка. Если честно, то где-то в глубине души я бы хотел встретиться со своими обормотами. Добрался до жандармерии. Линия сотрудников с оружием уже рассосалась, потому что свалили придурки, которые сюда приперлись.

Проследовал внутрь, у меня уже не проверяли документы. Добрался до кабинета Варвары Сергеевны, постучал и зашел.

— Вы? — удивилась девушка.

— Я! — улыбнулся в ответ. — Принес залог за моих клиентов. Взятку вам платить или есть специальные люди?

— Иван Михайлович, следите за своими словами, — поднялась девушка со стула. — Пойдемте в бухгалтерию, оформим все официально, и потом можете забирать свой сброд. Они уже всех тут достали!

Не знаю, специально или нет, но ее ягодицы так красиво поднимались и падали, пока она шагала. Прогнал отвлекающие мысли. Когда столько стресса в жизни, а организм молодой, женщина просто необходима, а то можно слететь с катушек.

Пропустил момент, как мы заплатили залог и я получил на руки квитанцию. Вышли на улицу и переместились в другое здание, где в большой камере сидели все паханы. Когда решалы заметили девушку, и в ее адрес посыпалось крайне много разных слов от проклятий и угроз до крайне пошлых комплиментов.

Открыли дверь, и они пошли на выход. Вышел раньше и ждал их на улице.

— Ты кто? — спросил меня один из лидеров криминала, подойдя ко мне.

Я посмотрел по сторонам, Варвара стояла на улице и наблюдала за нами.

— Завалили свои хавальники! Один звук — убью! Дернитесь — убью! Молча слушаем и внимаем, — снова перевоплотился в новый образ.

— Симба? — прошептал один.

Зло глянул на него, и он сразу замолчал.

— Расклад такой: хоть за ручку беритесь, но идете по два человека и шеренгой за мной, молча до самих трущоб. Там подключаетесь к своим людям и наводите порядок! Понятно? За то, чтобы вас, придурков, выпустили, я отдал десять тысяч. Считайте, что теперь на меня два месяца бесплатно работаете. Следаки за вас взялись всерьез. Еще один залет у любого, и сразу казнят! Но я этого не допущу, потому, если вы просрете мои деньги — лично спущу шкуру с каждого. Так что смотрите друг за другом и за районом. Ясно?

— Да! — дружно ответили паханы.

Варвара на улице

Когда девушка заметила, как этого Корнилова слушаются, то сначала не поверила своим глазам. Бандиты встали по двое и пошли за аристократом, словно солдаты, выполняющие приказы старшего по званию.

Варя расстроилась, что некому показать это чудо. Бешеные звери стали ручными.

— Кто же ты такой? — спросила себя девушка. Она уже проверила, что паспорт аристократа настоящий и парень из восточной зоны. Крайне редкие гости в Тобольске. — Как ты связан с Симбой? И откуда столько денег? Заплатил за всех этих мразей!

Предчувствие следователя подсказывало, что трущобы ждут изменения. Ее дело становилось только интереснее. Солнцев? Подождет! Сейчас внимание занимал Симба, и теперь этот Иван Михайлович.

Девушка проводила взглядом «дружный» отряд, запахнула свой плащ и накинула капюшон. Нужно действовать! Поймав экипаж, она сказала кучеру:

— В особняк Барановых!

Есть у нее один знакомый аристократ, который любит пощекотать себе нервы, так еще и должен ей.

— Решили со мной поиграть? — хищно улыбнулась девушка. — Посмотрим, кто с кем в итоге… И не таких обламывала!

Экипаж катился к одному из самых роскошных особняков в этом городке. Пока ехали, Варвара подумала, что Солнцев, скорее всего, прячется в трущобах, и, взяв за жабры, Симбу, она сразу двух зайцев поймает. Тогда старший следователь — вот, как к ней будут обращаться, а там появится доступ к засекреченным документам военных.

Она наконец-то узнает правду или попытается до нее докопаться! Что же на самом деле произошло с ее братом?

Добрались до трущоб. Совсем другое дело. На улицах почти никого нет, проституток и попрошаек убрали, даже бездомных куда-то дели. К сожалению, трущобами это не перестало быть.

Мужики молчали и просто следовали за мной. Проходя «Бордель», я решил заскочить.

— Иванов Иван Иванович, — расплылась в улыбке Альбина Анатольевна. — Рада видеть, что вы в здравии. Тут молодой человек заглядывал, просил передать, что завтра с утра он заскочит к вам.

Как изменилась речь хозяйки, сколько напускного уважения. А вот Ефремова я с удовольствием послушаю, узнаю, что он раздобыл по моим вопросам и передал ли послание.

Вышел и обратился к моим подопечным:

— Порядок ваши люди навели! — сказал я голосом отца. — Теперь поддерживайте его, как хотите. И чтобы никаких залетов и косяков! Понятно?

Молча кивнули и разошлись. Устал я уже от них, считай, целый день провозился. Хорошо, что успел с лицом разобраться и с документами. Направился к Чалому, чтобы узнать, что они тут делали, пока меня не было.

На улице стоял Сява, как заметил меня, сразу побежал навстречу.

— Босс! Тут такое дело, приехал к нам аристократ. Все зассали с ним базарить, и только Чалый пошел. Аристо на экипаже прибыл с охраной, остановился рядом с Потертым. Его люди пришли сюда и искали главного. Ну, Чалый и вызвался, пока тебя не было.

— Интересно… — задумчиво произнес я. — Пойдем посмотрим, кто там и чего, собственно, хочет.

Быстрым шагом добрались до адреса Потертого. Там и правда стояла карета, и не одна, а целых три. Охрана на улице, в руках артефакты и оружие. Чалый на коленях перед каким-то парнем.

Прикинул несколько вариантов развития событий, и все не в мою пользу. Что ж они от этих долбанных трущоб не отстанут? Подошел к первому охраннику.

— Что вас интересует, молодые люди? — спросил я.

— Вали, пока цел! — толкнул прикладом меня мужик.

Плохо, что с паспортом Корнилова не шла его аристократическая нашивка. Как сказал Потертый, ее или потеряли, или забыли снять.

— Звуковые пули! — произнес я, и десять охранников упали.

Мое появление заметили и уже направили оружие. Хотите драки, будет вам драка!

— Стоять! — приказал молодой человек, перед которым стоял на коленях Чалый. — Мне нужен Симба. Без встречи с ним я не уйду!

— А кто ты такой, чтобы чего-то хотеть на этой территории? — спросил я.

— Баранов Степан Андреевич, — расправил плечи в шубе молодой человек. — Если тебе эта фамилия о чем-то говорит.

— Не особо… — сделал я задумчивый вид. Специально так ответил, чтобы он гонор свой убрал. — Аристократ, полагаю?

— Шутите? — эти слова задели молодого человека. — Мой род один из самых крупных в городе. А вы? — с легким пренебрежением спросил он у меня.

— Корнилов Иван Михайлович, — обошел я тех, кого вырубил, и приблизился к Баранову. Некоторые его люди продолжали наводить на меня оружие. — Из восточной зоны. Мой род вам ничего не скажет, как и ваш для меня.

— Что? — не ожидал таких слов Степан. — А вы храбры, раз говорите мне это в лицо. Думаете, я не захочу участвовать в дуэли из-за своего высокого положения?

— Степан Андреевич, ей-богу. Мы можем начать прямо сейчас, только хотелось бы все-таки зафиксировать наш поединок, люблю вести счет своим победам. А то вы напали на моего человека, зачем-то поставили его на колени. Думаю, наша встреча уже началась с некой предвзятости друг к другу, — встал я напротив Баранова.

На вид ему двадцать шесть лет, может, чуть больше. Белый костюм и светлые туфли, как лучи света в этом царстве разрухи. Надо же, так вырядился, только для кого? Еще и шуба на плечах из белого меха. Герб рода на каждом элементе одежды, даже на форме охранников. Крайне интересная стрижка — волосы по бокам сбриты и оставлены только по центру головы. Мы оценивали друг друга.

— Иван Михайлович, а вы не против прокатиться? Поговорим в обстановке, более располагающей, скажем так, — оглянулся Баранов и скуксил лицо от вида трущоб.

— У меня беда со временем, — пожал я плечами. — Ваше появление застало врасплох. Поэтому, может быть, в другой раз.

Степан Андреевич ухмыльнулся. Понял, что я хочу показать полное пренебрежение его родом, положением? Приказывать он мне тут решил…

— Иван Михайлович, — изменил тон Баранов на более мягкий. — Давайте попробуем снова, скажем так, познакомиться, но я настоятельно предлагаю новое место. Уж простите мне мои слабости. Понимаю, что мог смутить вас своими действиями.

— Ресторан был бы идеальным вариантом, — ответил я.

Началась игра, в которой мы оба хотели поучаствовать. Вот только кто выйдет победителем?

Чалого отпустили. Приказал ему возвращаться, а сам направился с Барановым в экипаж. Залезли и двинулись по направлению в центр. Молодой человек, когда сел, сбросил свою шубу и взял бокал шампанского, которое его ждало в карете. Он приперся на настоящем экипаже, запряженном лошадьми.

— Будете? — спросил парень, делая глоток алкоголя.

— Благодарю, но откажусь, — улыбнулся я баловню судьбы.

— Вы уж простите мою настойчивость, но у нас городок дружный, когда что-то происходит, то все об этом узнают. И мы просто не могли не заметить появление некого Симбы, теперь вы… — налил себе еще шипучего напитка аристократ, пригубил с лицом, полным счастья. — Трущобы… Знаете, новые люди всегда вызывают интерес.

— Понимаю, — ответил я.

Похуже воинской части будет, в плане того, как тут слухи разносятся. Но еще один богатый род сам пришел ко мне. Пока с Титовыми не повезло пообщаться, начну свои дела с Барановыми.

Мы выехали из трущоб и направлялись в центр.

Варвара, когда ее доставил экипаж до особняка Барановых.

Авдеева специально каждый раз ехала до Барановых, чтобы потом пешком дойти по безлюдным улицам к Титовым. То что за ней могу следить, догадывалась. Но показывать своего друга она не хотела. Сейчас очень многое на кону и связи с аристо, их помощь, могут повлиять на ее повышение, которое она так жаждала. Поэтому каждый раз топала двадцать минут то нужного ей особняка.

Когда девушка оказалась около ворот, объявила о себе, как полагается воспитанной даме. Стала ожидать, когда ее примут. Спустя пять минут гостью впустили, и она отправилась в неприметное здание на территории особняка, внешне почти заброшенное, а вот внутри — хоромы.

Варя уже давно дружит с этим аристократом. Крайне интересный случай. Поначалу всего лишь служка, который помогал отцу в особняке, а потом предыдущий глава все-таки выполнил то, что ему не позволили сделать со своим сыном. Он объявил внука, Александра Глебовича Титова, официальным родственником и вписал его в качестве настоящего члена рода перед тем, как место главы занял сын Андрей.

Не все обрадовались такому повороту судьбы, но против главы никто не пошел, да и это было последнее его решение на посту. С тех пор новый аристократ-владеющий-сын дворецкого не всегда принимается семьей. Его выселили в старые здания рода, где он вместе с отцом проживает. Саша — очень увлекающаяся личность, тайно влюбленный в Варвару, о чем девушка давно знает.

Уже не раз, чтобы как-то провести с ней время, юноша участвовал в ее расследованиях и операциях. И вот Авдеева снова здесь, чтобы использовать чувства почти аристократа.

— Ну, и кто на этот раз? — улыбнулся Александр Глебович, закончив играть красивую мелодию на рояле. Последние звуки как раз совпали с его вопросом.

— Саша, ну почему ты думаешь, будто мне от тебя только что-то нужно? — сделала смущенный вид девушка. — Может, я просто к другу пришла.

— Говори, подруга! — рассмеялся новый Титов.

Варвара попросила Александра помочь с одним человеком — Корниловым Иваном Михайловичем. Прощупать его, так сказать. Конечно же, он сразу согласился. Спросил, как найти, и обещал все выяснить.

Сашка, как его звала Варя, не участвовал в делах семьи, его просто не подпускали, в отличие от отца, который по-прежнему нес волю рода. Он занимался трущобами. Александр Глебович — повеса с ярко выраженным магическим даром, намного сильнее, чем у Авдеевой.

Варя выпила чаю с пирожными, немного пококетничала и довольная удалилась из особняка Титовых. Ее ждал путь до Барановых и только потом можно будет ехать обратно в жандармерию. Сашка был единственным молодым человеком, которого она подпускала ближе, чем остальных. Хоть девушка уверена в том, что между ничего быть не может, терять друга-напарника она не собиралась.

Александр обладал даром находить людей, вытягивать из них информацию, и ему за это ничего не было — фамилия Титовых сильно спасала. То, что себе не могла как следователь позволить Авдеева, делал ее внештатный напарник.

После того, как друзья расстались, слуга, следящий за сыном дворецкого, ставленник Барановых. Внедренный шпион в дом Титовых, направился к своему настоящему хозяину. Обычная практика среди аристократов. В зависимости от качества слуги он мог узнавать тайны и передавать. В других случаях ему скармливали неверную информацию, чтобы запутать конкурента. Но Виктор, служил в домике недоаристократов Титовых, на него никто не обращал внимания. Потому что Сашка не участвовал в делах рода, а отец его не сильно распространялся о своих делах.

Когда Александр Глебович уехал, следом за ним ушмыгнул и Виктор, направился в особняк Барановых к наследнику Степану Андреевичу. Поведал о сути разговора Авдеевой и Александра Глебовича

— Корнилов? — отвлекся от своих занятий млажший-Баранов, господин пытался собрать пасьянс. — Узнай все о нем, — приказал аристократ.

Трущобы — это слабое место Титовых. Если на них надавить, то, может, они вернут несколько земель, которые недавно проиграл в карты Степан Андреевич. Когда отец узнает, что его сын играет на свое наследство, будут проблемы. Ничего такого, но лишат того, без чего настоящий наследник Барановых просто не может жить — денег и содержания.

В прошлый раз целый месяц выживал на жалкие тысячу рублей. Невыносимая мука, когда бутылка любимого шампанского стоит почти двести.

А тут такой случай подвернулся.

— Подготовьте мою любимую карету! — огласил свою волю Степан Баранов. — Охраны со мной соберите, и мы отправляемся в трущобы!

Сын главы был уверен, что если он грамотно использует этого Корнилова, то не только свои оплошности прикроет, но и сильно поможет роду.

Мы подъехали к ресторану «Валери». Охрана открыла дверь и сопроводила нас внутрь. Столик уже был забронирован на имя Баранова. Официант улыбнулся, судя по всему, постоянному клиенту и спросил:

— Господин, шампанского?

Аристократу даже ничего не пришлось отвечать.

Народу немного, хотя сейчас уже поздновато. Когда только зашли, все перевели взгляды на нас, а потом мы стали темой для обсуждения. Ловил лишь обрывки фраз. Аристократы и владеющие гадали, что на этот раз учудил сыночек главы рода и какой новый скандал ждет Тобольск?

Сели, и Степан сразу начал:

— Тут я чувствую себя куда лучше, — сбросил он шубу. — Скажите, Корнилов, вам нужна поддержка? Деньги? Что вам надо, почему вы в трущобах?

— Простите, много интересов сошлось там, поэтому и мне приходится… — ответил максимально пространно. Буду я с первым встречным своими настоящими планами делиться.

— Понимаю… — кивнул Степан. — Мой род многое готов предложить, если вы, конечно, заинтересованы.

— Слушаю! — улыбнулся я молодому человеку.

— Титовы, у них нужно украсть зелья, военные наборы — три тысячи. За это я готов заплатить пятьдесят тысяч, — шепотом и с хитрецой в глазах сообщил Баранов.

— Не интересует! — сразу я ответил. — Титовы? Этот род знаю и не хотел бы с ними ссориться.

Как же передернуло от моих слов аристократа. Он чуть бокал в руке не сломал. Я попал туда, куда нужно. Встал с места и направился на выход.

— Шестьдесят тысяч! — попытались меня остановить. Я продолжал идти.

Через минуту сумма стала уже семьдесят, и обещание помощи, в случае чего, от Барановых.

На этом я попросил паузу до утра, чтобы все взвесить. Ефремов должен сообщить о грязном бельишке аристократов, после можно уже думать. Чем больше родов я подключу или сделаю союзниками, тем лучше. Такая возможность крайне редко выпадает.

Меня решили не провожать. Улица, фонарь, свет… Пошел в сторону трущоб. Заметил, что за мной кто-то идет. Улыбнулся и позволил дальше следить. Почти на границе преследователь ускорился.

Звуковые пули полетели в направлении потенциального врага. Мой слух сообщил, что рядом никого уже нет. Я остановился, и тут в меня устремился песчаный таран. Сформировал звуковой барьер и полетел, ударная волна вышла крайне неслабой, мою защита разбилась мгновенно.

Подо мной сформировали зыбучие пески. А кто-то очень неплох! Я упал в вязкую топь. Ноги моментально зафиксировались, следом на меня стали падать камни сверху, будто я рядом со скалой. Грубовато, конечно, но действенно, особенно когда булыжники такого размера. Приходилось использовать свои атаки для защиты.

Кто-то со мной играется и просто проверяет мои силы. Количество таких людей сейчас уже немаленькое, и я теряюсь в догадках. Пропустил каменный кулак в спину два раза. Больно! Завалился, и меня стало засасывать дальше. Тот или та, кто это затеял, сильнее меня. Важно правильно оценивать противника.

Решил воплотить в жизнь одну идею. Сделал вид, что сдался, а на самом деле стал готовить новую атаку. Звуковой луч, но не как с Варварой, хочу жахнуть от души. Наконец-то нападавший решил выйти.

— Слабенько для ученика. Так наивно попался в мою ловушку, — произнес молодой человек рядом. — Глупо идти против адепта на пике, но я ожидал большего, честно признаюсь, — теперь я убедился, что это мужчина. Лица не вижу, закрыто большим капюшоном. Только пар выходит из-под ткани наброшенной на голову.

Тут он прав, чем выше ранг, тем сильнее чувствует разрыв. Подмастерье при хороших навыках может поспорить с учеником, вот только на адепте происходит первый качественный переломный момент в развитии. Сейчас я ему не ровня! Вот только…

— Световой луч! — произнес я. С моих рук, уже погруженных в зыбучий песок, сорвалась магия, она развеяла умение адепта. Я целился ему в рожу, но, к сожалению, попал в плечо.

Ткань разорвало, как и кожу с мясом.

— Ну что? Удивил? — засмеялся я, пока он смотрел на свою рану.

После камни стали падать на меня с еще большей силой, а гаденыш куда-то пошел. Когда я героически отбился от снарядов и выбрался из песков, пришлось отряхиваться.

— Кто же ты, друг? И чего хотел добиться этим нападением? Точно не убить… — ответа не было. Посмотрел в сторону, куда удалилась фигура, пожал плечами и зашел в трущобы. Вроде бы достаточно тихо и спокойно. Сил и желания сейчас устраивать рейд нет, завтра разберусь, как отработали свое освобождение паханы.

Направился в «Бордель», забрал чистые вещи у Альбины и поднялся к себе, на автомате заглянул в душ и умылся. Надел чистую одежду, старую же собрал и бросил в корзину. В этот момент в дверь постучали.

— Господин! — произнесли за ней. — Ваш ужин.

Решил не заморачиваться с внешним видом, открыл в полотенце. Стояла девочка-подросток четырнадцати лет. Увидев меня, она быстро прошмыгнула в номер и поставила поднос, заглянула в ванную и схватила корзину с грязными вещами. Только я попытался открыть рот, как она уже за дверь выскочила и закрыть ее успела.

— А почему нет? — спросил я свой урчащий желудок.

Домашняя котлета и картофельное пюре, маринованные огурцы и грибочки. Квашеная капуста, хлебушек, горбушка, твердая и хрустящая, а внутри мягкая и горячая. Рот затопила выступившая слюна, чуть не подавился.

Съел все и завалился спать. Утро встретило меня стуком в дверь. Открыл глаза и прислушался. Вроде бы нужное количество отбарабанили, пять раз. Поднялся и впустил долгожданного гостя.

— Подожди, я быстро оденусь! — сказал ему и указал на стул. Меньше минуты у меня заняло перевоплощение в аристо. — Говори! — сел я напротив.

— Симбу ищет Авдеева Варвара Сергеевна, младший следователь жандармерии. Двадцать шесть лет, не замужем, детей нет. С мужчинами на контакт не идет, карьеристка до мозга костей. Поборница законов, вот только для раскрытия дела сама может их нарушить. На хорошем счету у начальства. Из новой аристократии, у рода связей нет. Был брат, служил на стене, обвинялся в изнасиловании, сбежал, его поймали и отправили за стену.

Сжато, четко и, что самое главное, по существу. Красноволосая не только моим новым амплуа заинтересовалась, но еще и Симбу ищет? Какая деятельная девушка. Жаль, симпатичная, с ее норовом она может мне многие планы испортить.

Трутню передали послание как анонимную угрозу. Это был самый верный и быстрый вариант. Остается надеяться, что подполковник поймет, что я написал и от кого оно.

А вот с товарищами аристократами вышло куда интереснее. Титовы уже договорились о том, что трущобы в ближайшие годы будут снесены, а на их месте построят заводы для изготовления зелий и оружия. По красивому плану, всех жителей расселят, предложат хорошую работу.

Была проблема, что несколько участков земель в центре трущоб принадлежало Барановым, но недавно сынишка главы их проиграл Титовым, и теперь тех ничего не сдерживает от зачистки и застройки. Так бы они вынуждены были делиться прибылью с Барановыми, но Степа напился и поставил на кон папкино наследство.

Если все сработает, то деньги там будут крутиться немаленькие. Скоро приедет проверять территорию и согласовывать контракт на работу генерал Вяземский. Тот самый, который дал бумагу на мой арест ботаникам. Интересно девки пляшут!

Следующая важная информация: в этом городе живет и работает полковник Василий Карпов. Тут есть исследовательская лаборатория ботаников. Чую я пятой точкой, что мои документы где-то там. Это и хорошая, и плохая новость одновременно. Еще есть один человек — профессор, преподавал в столице и был некогда майором у ботаников, но его уже как восемь лет выгнали. Сильнейший и перспективнейший ученый. Хорошо, что теперь знаю, как зовут безумца — Прохоров Давид Валерьевич.

Работой своего подчиненного остался доволен, поручил ему разузнать про исследовательскую лабораторию. Схемы здания, охрана — все, что сможет раздобыть пока еще рядовой Ефремов.

Проводил гостя. У меня снова по графику достаточно плотный день — сначала Баранов, потом встречусь с замами. Ну, и еще кое-что, оставлю это на десерт.

Вышел из «Борделя» и двинулся к центру. Условились мы со Степаном встретиться в том же месте. Специально не назначал время, а просто сказал утром, чтобы аристократ напрягся. Если бы не информация Михаила, пришлось бы действовать вслепую.

Достаточно быстро добрался до ресторана «Валери», с улицы увидел своего нового друга, который глушил шампанское. Зашел внутрь и направился к столику.

— Корнилов? — произнес он недовольно. — Я тебя уже две бутылки жду!

— А это сколько по времени? — улыбнулся я.

— Это… Это… — водил головой в поиске ответа аристократ и потом сосредоточился. — Что ты решил?

— Хочу земли, которые ты проиграл Титовым, и тогда я достану тебе зелье. Это помимо денег, а ты сможешь утереть им нос, — сел я напротив и уставился на Степана.

— Что? — мгновенно протрезвел Баранов. — Как? Об этом никто… Черт!

— Степан Андреевич, — произнес я тихо. — Я заинтересован в трущобах больше, чем в деньгах. Думаю, если клочки достанутся мне, ваш род не потеряет лица, а Титовы будут только больше недовольны: какой-то аристократик из восточной зоны вставляет палки в колеса.

— Я… не знаю, — выдохнул Баранов. — Что-то ты накрутил, Корнилов. А деньги я тебе за что платить тогда буду?

— Зелья, как понимаю, для военных, которые прибудут разгонять низших, и без них никто не рыпнется. Если в нужный момент их не окажется у Титовых — удар по репутации, а вы сможете продать втридорога, еще и с Вяземским установить отношения.

— У тебя железная хватка, как и яйца! Хочешь использовать одних, нагнуть других и выжить? — спросил меня Баранов. — Знаешь, забавно понимать, что какой-то чужак без году неделя в курсе дел двух крупных родов.

— Я не могу рассказать о своих планах. Скажу, что пока выбираю союзника, и в твоих руках помочь мне сделать правильный выбор, — улыбнулся я Степе.

Ох, и дуралей он! А я красиво все завернул. Постараюсь сыграть как по нотам — такой куш вытащу и столько всего получу от этой авантюры. Если она сработает.

Пока аристократ думал, к нашему столу подошел молодой человек. Быстрым движением он выхватил бокал Баранова и вылил мне на голову, содержимое. Потом бросил черную перчатку — весьма старомодно.

— Корнилов Иван Михайлович, вызываю вас на дуэль здесь и сейчас! Если вы, конечно, не трус.

— Я? — смахнул жидкость с лица. — Не трус! И ты заплатишь за свой поступок!

Провокацию я определил сразу же и на нее скоро отвечу. Вопросы, которые сейчас меня действительно мучили: кто? Сопляк, который рискнул — заплатит. Чьи интересы я опять затронул, раз мне рискнули перейти дорогу?

Посмотрел на придурка, который решил помереть. Утонченные черты лица, мушка над губой, белые зубы и не сходящая с довольной рожи улыбка. На парне был классический шерстяной серый костюм.

Перевел взгляд на Баранова, тот в шоке. Ну, или быстро научился играть удивление, при этом весьма искусно, в чем я сомневаюсь. Значит, их пока исключаю. Кто у нас остается? Не так много: Варя, парень, который на меня напал, и Титовы.

— У смертника есть имя? Или дегенерата не научили представляться, когда решил бросить вызов? — посмотрел я на идиота.

— Ничтожество! — выпрямил он грудь. — Я Гаврилов Игорь Георгьевич.

— Так ты сучка Титовых, ваш род постоянно с открытым ртом стоит около хозяев, — наконец-то пришел в себя Баранов и вскочил. — Ты не только оскорбил моего знакомого, но и меня, мразь! Ты на кого пасть разинул, шавка? Да я тебя!

Степа схватил бутылку и попытался ударить по голове моего будущего оппонента. Глупость какая. Я выставил руку, и бутылка разбилась об нее, что очень удивило всех.

— Степан Андреевич, — стряхнул я стекла с ладони. — Никогда не бежал от драки. Раз меня решили проверить такой детской провокацией, как я могу отказать зачинщику в этом? Не окажете любезность, побудете моим секундантом?

— Что? — все еще приходил в себя Баранов от спасения Гаврилова. — Конечно! О чем речь? Вот только, сопляк, следующим объявлю дуэль я! И поверь, никакие Титовы твою задницу не прикроют!

— Господа! — обратился к нам официант. — Прошу прощения, что отвлекаю от важной беседы, но вы пугаете гостей. Не могли бы вы продолжить «общение» на улице? К сожалению, у нас запрещены драки и скандалы. Еще раз приношу извинения, — сказал молодой человек дрожащим голосом, опустив глаза.

— Ты! — попытался ударить служащего Гаврилов.

Я поймал его руку и дернул. Немного не рассчитал силу, и паренька откинуло, он влетел в столики, перевернул их и ударился всем, чем только можно.

— Ничего себе! — выдавил из себя Степа.

— Спас-с-сиб-б-бо! — заикаясь, произнес официант.

Я направился на выход, Баранов последовал за мной и смотрел на всех присутствующих с пренебрежением, шел с расправленными плечами. Официант побежал вперед и открыл нам дверь.

— Приношу свои извинения данному заведению и вам, молодой человек, — сказал я и дал ему сто рублей.

— Я тоже! Только денег у меня сейчас с собой нет, завтра пришлю! — объявил Баранов. — Совсем распустились эти Гавриловы!

Степа направился в здание рядом и притащил оттуда мужичка с журналом для дуэлей. Тот пытался проморгаться, а Баранов ему говорил:

— Значит, так, первый участник — многоуважаемый Корнилов Иван Михайлович, я его секундант. А второй — трус, пес и… Сам у него спросишь, — аристократ встал рядом со мной, и мужичок на весу стал записывать данные дуэлянтов.

Нам пришлось подождать, пока Гаврилов выйдет и сообщит о себе и о своем секунданте. Когда все было готово, слово взял ответственный:

— Господа желают примириться?

— Нет! Выскочек нужно ставить на место! — рявкнул Игорь.

Я лишь пожал плечами. Ответственный достал артефакт из кармана, и область в двадцать метров закрылась куполом. Интересная штуковина! Тоже хочу такую, у меня есть пара идей, как ее использовать.

— Корнилов выбирает способ дуэли! — объявил мужичок с журналом.

— Я использую кулаки, мой оппонент — все, что захочет, — улыбнулся я своей задумке. — Если применю магию или оружие, то засчитайте мой проигрыш.

— Молодой человек, но это… — замялся ответственный.

— Не переживайте, при уважаемом Степане Андреевиче я официально предлагаю такие условия дуэли, по доброй воле и без принуждения, — успокоил я дядьку.

Вместе с ним перевел взгляд на ошарашенного Гаврилова. Ему на ухо уже что-то шептал секундант. Когда закончил, то Игорек улыбнулся, посмотрел на меня так, будто уже выиграл.

— Я не против данных условий дуэли! — ответил он.

— Иван Михайлович, — дернул меня за плечо Баранов. — Зачем вы даете такую фору этому псу?

— Как я уже сказал, хочу показать тем, кто за всем этим стоит, чего стою, — ответил я. — Не переживайте, все будет хорошо.

Прозвучал сигнал к началу. Игорек бросил в меня нож, но так неумело, что тот улетел в сторону. Была бы это драка в моем прошлом мире, он уже бы насчитал на своем теле несколько лишних порезов.

Скорость броска, траектория — все неверно. Я мог перехватить клинок и попасть противнику в глаз, но тогда нарушу свои же условия дуэли. Нож воткнулся в землю. Странно, разочарованным Гаврилов не выглядел.

Следом он покрыл свое тело огненной защитой и еще выставил барьер. Попятился назад и запустил шары, три штуки уже летели в мою сторону. Неплохо, ученик, скорее всего. Переместился влево. Прыжок, остановка, переношу вес на левую ногу и разворачиваюсь.

Огненные шары прошли мимо. Гаврилов не ожидал от меня такой прыти. Я приближался к нему, пришлось упасть на землю. Аристократ использовал «Дыхание дракона», огненный столп вылетел в меня. Температура большая. Находясь под пламенем, чувствовал, как обжигает кожу, а мой костюм плавится.

Минус этой атаки — она действует минимум пять секунд, и нельзя изменить направление. Пополз ближе к моему оппоненту. Подпрыгнул, потому что подо мной материализовался огненный столб. Мальчишка что-то может? Не зря его отправили меня на место поставить или убить.

Десять шагов до него. Приземляюсь и бросаюсь. Пять шагов, еще чуть-чуть, и я его достану. Огненные плети рассекли воздух и ударили в место, где я только что стоял. Прыгнул в сторону, вторая атака уже летела в моем направлении. Не запачкаться не получится… Ну, раз так, то я дождался, пока на меня обрушится умение Игоря, и схватил плеть рукой.

Обжигающая магия. Кожа на ладони стала моментально плавиться, запахло горелой плотью. Я оскалился и дернул плеть на себя, мальчишка должен был выпустить ее и развеять, а он вцепился и держал. Поэтому Игорек полетел по направлению ко мне.

Стало совсем неприятно, его магия почти добралась до кости. Нужную инерцию я ему придал, выпустил из рук его плеть. Гаврилов ударился в меня. Из него аж воздух вышибло, а мои брови и ресницы подпалило. Только он стал отлетать в сторону, как я запихнул неповрежденную руку в его защиту, схватил за пиджак, дернул на себя, сам сделал шаг назад и выставил колено.

Игорек угодил четенько, как я запланировал. Его нос сломался, я почувствовал щелчок. Губы разбились, потому что в колено уперлись зубы, один даже остался на моей одежде. Магия Гаврилова развеялась, он лежал и стонал на земле, заливая ее кровью.

— Шука, я ебя уою! — как-то неразборчиво попытался Игорюша мне угрожать. Видимо, прикусил свой язык.

— Прости, дружище! — сказал я и наступил ему на плечо. Звук вышедшего сустава слышал не только я.

— А-а-а! — заорал Гаврилов. Сейчас прям молодец, все правильно выговорил.

Эта дуэль должна наделать шума. Развернулся и пошел к моему секунданту, оказался рядом с ножиком, который в меня бросили, решил забрать трофей.

— Черт! Совсем забыл про свое оружие… — сказал себе под нос.

Стоило только приглядеться к ножу Гаврилова, как лезвие завибрировало. Перевел взгляд на Игорька. Он сложил странно пальцы и смотрел на своего секунданта, лежа на спине, а тот что-то ему подсказывал.

Замахнулся, чтобы выбросить артефакт, но тот отлетел лишь на метр, и меня накрыл взрыв. Защитный купол выдержал — я это почувствовал своей спиной, которая в него уперлась от взрывной волны. Мои ребра треснули в нескольких местах, позвоночник захрустел.

Руки не слушались. Не ожидал такой подлянки. Отросток запульсировал, что-то потекло по черным каналам. Ритм увеличивался, почувствовал, как мое тело переполняла сила. Картинка размазалась, и я видел, словно через туннель, только моего соперника.

Возникло неестественное животное желание убить его, разорвать на части. Сознание будто ушло на второй план, а на его место пришли инстинкты. Не понял, как оказался рядом с Гавриловым. Он по-прежнему лежал на спине и смотрел на меня, его трясло.

Схватил противника поврежденной рукой. Странно, боли не почувствовал. Поднял и взялся за его предплечье. Хрусь — кость вышла, и рука сломалась. Как же он вопил! Вторую я переломил в локте.

Молодой человек решил выключиться. Пощечина, которая рассекла ему бровь и выбила еще несколько зубов, привела в чувства. Мои ладони стали чернеть, а когти — расти. Как набат, в голове била мысль: «Убей, разорви!». Сделал глубокий вдох.

— Тело, подчиняйся! — сказал я себе голосом бога.

Наваждение прошло, пульсация отростка сходила на нет. Я бросил Игорька, стонущего, ноющего, на землю. Пыль, поднявшаяся от взрыва, развеялась. Я стоял над телом Гаврилова, еще живого. В это время купол, ограждающий нашу дуэль, исчез.

— Иван! — подбежал Степан. — С тобой все в порядке? — пытался он осмотреть меня.

— Жить буду! — ответил сиплым голосом.

— Победил Корнилов Иван Михайлович. — Объявил результат ответственный. Я кивнул ему, пока он с ошарашенными глазами смотрел на Гаврилова. Баранов махнул ему рукой, показывая, что он свободен. Я Достал из артефакта несколько зелий лечения. Выливал себе на руку и две отправил в рот. Гаврилов стонал и умолял его не убивать.

— Етишкина… — выдохнул Баранов. — Ничего себе у тебя силища! Ученика голыми руками разделал!

— Степан Андреевич, — произнес я, сдерживая боль. — Насчет ваших проигранных клочков земли… Если я смогу их забрать себе, у Барановых не будет претензий? А вы получите зелья Титовых. Мы договорились?

— Я… — сомневался Степан. — Давай позже? Вопрос щепетильный, особенно после прямой агрессии пса Титовых. Мне нужно с отцом поговорить.

— Сегодня вечером в этом же ресторане, — ответил я и пошел.

Аристократ что-то еще говорил мне в спину, но я уже не слушал, да и время опять ему дал плюс-минус две-три бутылки шампанского. Нужно сходить к Славецким, поговорить со своими замами, еще заскочить к профессору. Что он там говорил? «За еще одну железу готов на многое»? Ну что ж, посмотрим, насколько это правда.

— Тебе конец! — прошипел секундант Гаврилова, когда я прошел мимо. — Ты просто не представляешь, на какие проблемы нарвался.

Повернулся и улыбнулся. Угрозы, куда же без них? Давали бы мне по десять рублей каждый раз, стал бы уже богачом. Посмотрел на Игоря, который даже подняться не мог. Не нужно было тебе, мальчик, на меня дергаться!

Пока шел в лавку «Сибирская», выпил еще одну лечилку и вторую вылил себе на обгоревшую руку.

— Титовы, значит? — произнес я вслух.

Крупная игра намечается. Эх, мне бы не уголовников, а настоящий род, который бы поддерживал — вышло бы куда проще и легче. Придется работать с тем, что есть.

Колокольчик встретил привычным звоном в лавке.

— Борис Иванович! — справа перед мной выскочила девушка. — А мы вас ждем. Не знала, что у вас такие друзья… — хитро улыбнулась она.

— Прошу прощения, меня немного задержали, — сделал невинное лицо.

Славецкая была в белой блузке с расстегнутыми пуговицами до зоны декольте. Черная юбка чуть выше колена, чулки и туфли на высоком каблуке. Не вызывающе, но броско. Мы прошли через прилавок. Ручка на двери снова вспыхнула, и мы оказались в небольшой гостиной.

— Присаживайтесь. Я приглашу ваших друзей, которые дожидаются уже почти полтора часа.

Кивнул и сел в кресло, развернул его спинкой ко входу, чтобы удивить замов своей внешностью. Через пару минут открылась дверь. Подождал несколько мгновений.

— Борис? — позвал меня голос Говорунова.

— Сюрприз! — сказал я с затиханием в конце и повернулся на замов.

У Володи синяк под глазом и разбита губа, а у Димы рассечена бровь и фингал под другим глазом. Вскочил с кресла и спросил:

— Кто? Скажите, что за суки напали на моих людей? — заскрипел я зубами.

— Боря? Это ты? — переспросил Дима.

— Да, я. И закрыли тему, — повысил голос. — Я задал вопрос.

— Эти суки — я, — произнесла Царева, стоящая со сложенными на груди руками в дверях. Там же была Ольга. Еще и Катя улыбалась, наблюдая за всем этим.

— Уроды! — подошел я к замам. — Вы зачем их притащили? Сука, как вам после этого доверять⁈

— Борис Иванович, — взял слово Борзов. — В свое оправдание скажу, что я был против тебя искать и связываться, но Дмитрий никак не унимался и через Славецкого договорился. Однако наш горе-шпион не заметил, что за ним следила Елизавета Сергеевна. И сегодня, перед тем, как идти, Царева вместе с Обручевой захотели с нами. Конечно, я был против, но что мог сделать? Драться с девушками не в моей природе, спать — да, но не бить. Дмитрий сопротивлялся и ничего не говорил, а я просто не мог позволить, чтобы мое симпатичное лицо испортили. У меня еще вся жизнь впереди.

— Трус, а я тебя другом считал, — буркнул под нос Говорунов.

Я же перевел взгляд на девушек. Они в платьях и весьма странных. Ольга в белом, просвечивающем, видно ее нижнее белье, а на груди — соски, она не надела бюстгальтер. Елизавета в черном, приталенном, коротком, с чулками и туфлями.

— Вашу мать! — выдохнул я. — Скажите, у вас есть какая-то задача создать мне сложности на пустом месте?

— Почему же, Борис? — задрала голову Ольга. — Нам, как и Диме с Владимиром, нужно было с тобой поговорить. Ты заварил кашу и ушел, а нам что?

— Ничего! — возмутился я. — Все, встреча окончена! — сказал и двинулся на выход.

Путь мне преградила Обручева. Долбанное молодое тело скользнуло по ее груди, и моего замешательства Ольге хватило, чтобы схватить меня за руку и прижаться.

— Борис, — на ухо шепнула она. — Мы с Елизаветой поговорили и договорились. Я призналась ей, что у меня есть к тебе чувства, и она не против, чтобы ты со мной встречался. Если у нас получится, то я стану второй женой.

— Что? — удивился я. — Что происходит? Это розыгрыш? — крутил головой в поисках Трутня, который сейчас выскочит и начнет ржать. Просто цирк какой-то…

— Нет! — разозлилась Ольга. — Это серьезно. Вся часть, городок и теперь уже остальные аристократы знают, что ты объявил Елизавету своей будущей женой. Поставил девушку перед фактом, и что теперь?

Екатерина смотрела на мой растерянный вид и подмигнула, а потом показала большой палец. Чертовка… Она позволила, чтобы эти две… приперлись сюда! Скучно ей, не хватает эмоций? Накопившиеся чувства вырвались наружу.

Я освободился из захвата Ольги и подошел к Славецкой. Посмотрел на нее и подмигнул ей, а потом поцеловал. Девушка сначала попыталась отпрянуть, но обхватила меня руками и ответила на мой порыв.

— Спасибо. Дальше я сам! — закрыл дверь у нее под носом.

Это стоило того, сколько возмущения было в глазах девушки. Повернулся и встретился взглядом с Володей, который ржал. Так, нужно побыстрее закругляться, главное — мой план.

— Борис? — вдруг спросила Царева. — Не подскажешь, что сейчас было?

— Нет! — ответил я и вернулся в кресло. — Значит, так, храбрецы вы мои. Самые верные люди, те, кто не сдаст и не продаст, лучшие из лучших!

— Это про нас? — спросил Дима.

Я чуть от возмущения подлокотник не сломал. Выдохнул. Девушки переместились ближе и уставились.

— Ваша задача: мне нужно зелье. Высокоранговое! При этом комплекты. Все, что от редкого и выше. Я дам вам денег, выкупайте у вольных. Еще кое-что: акцию с раздачей бесплатных зелий заканчиваем. Думаю, хватит.

— Сколько тебе нужно? — спросил Владимир, вернув своему лицу серьезность.

— Много! — встал я и достал из кольца двадцать тысяч рублей.

По моим прикидкам, там еще около шестидесяти осталось, и все. Активы тают на глазах. Нужно как можно скорее начать зарабатывать, а то я только трачу…

— Ни хрена себе! — уставился на меня Дима. — И это все на зелья?

— Наше собрание можно считать закрытым.

— Ты не ответил на мой вопрос, — снова повисла своими грудями на моей руке Ольга.

Перевел взгляд на нее, но потом почувствовал, что взяли за другую конечность. Царева вся красная как рак, даже на меня глаз не поднимала и просто прижималась горячим телом. В голову полезли разные мысли от того, что я могу устроить с двумя, нет, с тремя девушками.

— Владимир и Дмитрий, прошу вас сопроводить дам обратно, — вылез я из девичьих тел. — И ребята, если еще раз узнаю, что вы каким-то образом меня предали, подставили или слили информацию… Я вас убью! — улыбнулся в конце.

Девушки посмотрели на меня настороженно, замы тоже не обрадовались.

— Когда мы увидимся? — спросила Елизавета.

— Скоро! — ответил я у самой двери.

Вышел первым из этого помещения и оказался в лавке. Катя с румянцем на щеках стояла и ждала меня.

— Не думала, что вы позволите себе… — наигранно опустила глазки девушка.

— Екатерина, — улыбнулся я. — Как я мог удержаться от такой восхитительной девушки! Но если еще раз мое сотрудничество с вашим родом пойдет не так, как планируется, можете забыть обо мне как о клиенте! — последние слова сказал голосом отца.

— Я… Простите! Просто отец, он не против был, и вот… Не думала, что вы не захотите увидеть свою будущею жену и ее подругу. Вы… Я… — запиналась девушка.

Я подошел к ней и поцеловал. Быстро разорвал прикосновения губ и на ухо шепнул.

— Запомни, Катя: кого я хочу видеть — решаю я. А также то, как и с кем быть! — в этот момент за спиной прозвучал колокольчик.

Отошел от девушки, которая покраснела и тяжело дышала, ее грудь вздымалась.

— Борис! Что вы себе… — Екатерина замолчала, поправила свою одежду и надела маску.

— Приветствую вас, Софья Семеновна. Рады видеть вас в нашей лавке! — наигранным тоном произнесла Славецкая, не сводя с меня взгляда.

— Катенька! — ответил голос за спиной, такой знакомый. — Не знала, что ты молодого человека завела.

Повернулся. Скрипучий случай! Долгорукова! В красном платье и шубе. Нервно проглотил, стал медленно двигаться к выходу. Софья не сводила с меня взгляда.

— Постойте! — улыбнулась аристократка. — Как вас зовут?

— Корнилов, — постарался изменить свой голос. — Иван Михайлович.

— Здравствуйте… — улыбнулась Долгорукова.

— Простите, опаздываю! — дернул я ручку и выскочил на улицу.

Какого хрена? Что за неожиданные встречи? Ты-то зачем сюда приперлась? Прикидывал, как она может спутать мои карты и к чему это приведет. Еще Царева с Обручевой? У них что там случилось вообще? Нет, я, конечно, не против двух дам. Подумал о Катеньке… Трех. Но…

— О чем я вообще? — спросил сам себя. — Нужно сбросить пар, а то в какой-то момент могу не сдержаться. Еще и Софья… Уже четыре. Стоп!

Отросток пульсировал. Помимо юношеских гормонов, эта железа усиливала мои эмоции и чувства, а мне никак нельзя поддаваться на них. Куда это может завести? А если я тем чертом стану? Блин! Не думал, что в новом теле буду блюсти целибат. Улыбнулся, но по-другому никак. Нужно сначала разобраться с тем, как управлять отростком и не стать тварью, с остальным — потом.

Направился к профессору. Замов я загрузил, осталось использовать помешанного, тогда переключусь на Баранова и Титовых. Еще бы время найти на ботаников и мои документы, вообще будет хорошо. Трутень и мое дезертирство, трущобы… Чем больше я перечислял то, что нужно сделать, тем печальнее становилось.

Вернулся к ресторану. Баранова уже не было, как и Гаврилова. Посмотрел через окно на часы. Есть еще три часа, чтобы сходить к профессору и вернуться. Ускорился. Впереди появились люди, одетые, как аристократы. Они преградили мне путь.

Повернулся, за спиной уже восемь человек. Вашу мать! Этим-то что нужно? Мне что, каждый километр с кем-то драться? Может, машину арендовать? Поначалу казалось тратой денег, теперь уже думаю, что хорошая идея.

Один из тех, кто вышел передо мной, направился в мою сторону. Серый шерстяной костюм и морда знакомая, будто уже где-то видел. Утонченные черты лица.

— Я, Гаврилов Николай Георгьевич, наследник рода. Ты покалечил моего брата, наши лучшие лекари не смогли вылечить его руку. Он останется навсегда инвалидом. Поэтому я и все мои люди бросаем тебе вызов! Никакой дуэли, будем биться до смерти!

Снова перчатка упала мне под ноги. Уже хотел послать его подальше, и без того дел выше крыши, но мне плюнули в лицо.

— Вот ведь суки тупые! — оскалился я.

Во мне кипела ярость, отросток пульсировал. Силы противника я не знаю, если просто начну драку, есть шанс, что не вывезу. Вот только такое прощать не собираюсь. Значит, будет у Гавриловых два инвалида.

Посмотрел на остальных идиотов, которых привел придурок — тринадцать человек. Расклад не в мою пользу. Пока никто не действовал, я в голове рассматривал разные варианты развития событий.

Сейчас бы пригодились паханы со своими людьми, против магов они мало что смогли бы сделать, но отвлечь внимание лишних… Пока думал, сосредоточился на звуковом луче. Голова работала как бешеная, я пытался реализовать новое заклинание.

Магия вместилища перемешивалась с чем-то из железы в моем теле. Меня накрыло так, будто выпил два литра самогона. В глазах плыло, но я продолжал соединять энергии, как когда напитывал магическую конструкцию Цветковой. На лбу даже проступил пот.

Мою сущность словно разрывало на части. То, что не должно быть соединено, объединялось. Подобной силы я давно не чувствовал. Как-то подчинил себе двадцать тысяч человек голосом бога — думал, помру, а в итоге только сильнее стал.

В этом мире мое умение развивается крайне странно. Я, как был, так и есть на первом уровне, хотя должен расти. Все тело дрожало, пока пытался подчинить своей воле эту хрен пойми какую энергию. Вроде получилось, новая магия.

С названиями у меня туго, важна суть. Я пытался создать звуковой луч, но наделить его эффектами крученых пуль, чтобы они были наготове и по моему желанию направлялись к цели. Понял, что долго не удержу, вывод напросился сам, когда у меня пошла кровь из глаз и ушей.

Пульс застучал в висках, в глазах поплыло. Это будет фиаско, если я сделаю новую мощную магию и вырублюсь перед врагом. Сука! Ударил себя по щеке, чтобы привести в чувство.

Секунды в реальности для меня растянулись в вечность. Слюна ублюдка не успела стечь с моего лица.

— Приезжий, который решил идти против рода Титовых, связался с Барановыми и еще запустил руки туда, куда не нужно. Чего ты ждал? Что тебе просто так позволят делать свои грязные дела? — продолжил братик Игоря.

— Разрывные! — сказал я хриплым голосом. Лучшее название, что смог придумать для этой магии.

Появилось жужжание, словно рядом работал пропеллер. Ребятки стали крутить головами. Вот только поздно. Будто снаряды, разрывающиеся в воздухе, вспыхивала моя магия.

Первая пуля угодила в лоб Коли Гаврилова. Дурачок даже ничего не понял, заканчивал слово, пока не заткнулся. В аккуратной выжженной дырке через его голову я видел улицу с другой стороны.

— Сука! — выругался я.

— Коля! — позвал другой Гаврилова, но, когда увидел, что друг больше не ответит, то просто побежал. Двое остальных тоже дали деру.

— Вашу мать! — выругался я.

Мои снаряды полетели за ними. Если я здесь устрою побоище из тринадцати аристократов, то придется бежать уже из этого города, а у меня куча планов, и просирать их я не намерен.

Из последних сил делал то, что не планировал — гасил свою магию. Охренеть! В глазах троилось, последний снаряд из тех, что были впереди, погасил. За спиной закричали. Повернулся, еще один с дыркой в голове. Монстров вам в жены! Как мне семь разрывных остановить?

Попытался втянуть обратно энергию. Представил, что все снаряды распадаются на частицы и устремляются в меня. «Сработало», — сказал я про себя, упал на колени и схватился за руку.

По вене пустили раскаленный металл, она почернела. В голове говорил голос, который я старался заткнуть. Ладонь пульсировала. На последних остатках сознания я встал, мне нужно к профессору. Уже сбежался народ поглядеть на неудавшееся покушение на мою жизнь. Где ж вы, твари, были, когда на меня вышли?

Послышались крики и ор, идиоты звали жандармов. На трясущихся ногах поднялся и поковылял в сторону трущоб. В глазах по-прежнему плыло, двигался больше на рефлексах.

Мерещилось, что этот «черт» стоит и улыбается. Ноги отказывались слушаться, я оперся о стену здания.

— Боря? Борис? Солнцев? — задавали мне вопросы.

В голове только одна мысль: двигаться дальше, а не могу. Кто-то меня подхватил под руки, но кто именно — ни черта не вижу. Вот это я заклинание придумал! Или проблема в том, что смешал силу вместилища и железы? Профессор! Мысли приходили вспышками. Чокнутый должен мне вернуть обличье Симбы. Корниловым я засветился, но еще есть планы на эту «шкурку».

Как быть? Сука! Куда меня ведут?

Трутень на северо-западном участке стены

Долгорукова ушла из номера Солнцева

Вчера вечером Софья на улице повстречала Корнилова-Солнцева. Выглядел он потрепанным, идти не мог и говорил про какого-то черта, которого видит и слышит. Весь запал девушки тут же растворился, когда Борис предстал перед ней беззащитным.

Потом началась паника, потому что убили двух аристократов. Долгорукова сразу поняла, чьих рук это дело. Солнцев всегда в эпицентре событий, где бы он ни находился. Кое-как получилось от него добиться ответа на вопрос, где живет.

Девушке пришлось тащить его в трущобы, в какой-то «Бордель». Неудивительно, что Борис остановился именно в этом месте, с его-то натурой… Солнцев будто в бреду был, приходил в себя и снова отключался. В итоге они кое-как добрались до границы трущоб.

Как только их заметили, то сбежалась куча оборванцев, все его почему-то называли Босс или Симба. Софья сначала решила отдать парня знакомым, которые на самом деле оказались бандитами, ворами и убийцами. Как он вообще с ними смог сойтись?

Но передумала, чтобы потом ткнуть носом, что она, Софья Долгорукова, помогла ему, дотащила, спасла. «Что после такого скажет этот наглец? — думала дочь генерала. — Интересно, как он потом будет себя вести и разговаривать со мной».

Оказалось, что «Бордель» вовсе не то, о чем девушка изначально подумала. Пусть и пошлое, на грани вульгарности, но это гостиница. Тучная женщина на стойке регистрации помогла поднять парня в номер. Еще несколько человек принесли одежду, выпивку и еду.

Долгорукова уложила Бориса на кровать и уже собралась уходить, как остановилась. Ей захотелось еще почувствовать превосходство над ним, как когда он ее отшлепал на глазах у аристо в Охотничьем. И Софья не придумала ничего другого, как ответить на свое оскорбление, раздев юношу.

Будет еще одна история, как Борис пытался домогаться, а она отказала. Долгоруковой эта идея настолько понравилась, что она увлеклась. Когда Солнцев лежал перед ней голый, неожиданные желания охватывали девушку. То, чего обычно не испытывала до этого момента.

Стоило ей наклонится, чтобы попрощаться — Догорукова хотела прикоснуться к Солнцеву, как он пришел в себя и поцеловал ее, а потом девушка ответила. Дальше все ускорилось, и вот Софья уже без одежды на нем. Через пару часов они остановились и выпили, потом еще. Девушка решила утереть ему нос в этом занятии. У нее большой опыт с отрядом, но и тут наглец ее обошел.

Итог — она стала женщиной именно с тем, с кем тайно желала. Софья не переживала о своем будущем. Пока не планирует замуж, а когда захочет, никто и слова сказать не посмеет, что она не девственница. За такое ее отец просто убьет любого. А счастливчик, которого девушка выберет, будет без ума от нее.

Что странно, Солнцев вел себя так, будто это он и одновременно кто-то другой. Дикий зверь. Его глаза, сила, то, как он ее трогал, заставляли подчиняться.

Сейчас Долгорукова шла к Авдеевой. Солнцев обмолвился, что эта красноволосая следачка что-то знает о Зотове. Нужно решить этот вопрос, и можно возвращаться к своему отряду. Все, что хотела Софья, уже сделала, и даже больше.

— Слушай меня! — повернул рыженького на себя. — Вот, что ты передашь паханам: «Сидите и не дергаетесь. В трущобах порядок и спокойствие. Но готовьтесь, скоро мне потребуется, чтобы все от попрошайки до бездомного вышли в центр. Единой толпой. Ждите команды. И не дай бог вы меня подведете… Сейчас устройте волнения, просто чтобы людей было много и жандармам стало сложно перемещаться по трущобам. Я под шумок уйду».

Чалый кивнул, побежал вниз, нашел свою одежду и на ходу напяливал на себя. Реакция на убийства вполне логичная. Титовы… Мои отношения с ними усложнились, а я хотел у них земли Барановых забрать. Придется немного менять план действий.

Оказался на улице. Толпа преградила путь жандармам и военным. Направился к профессору. Пока бежал, думал: «Убил братьев Гавриловых, тут что-то не сходится… Игорек был жив после нашей с ним дуэли, значит, меня хотят подставить».

— Ядрены пассатижи! — выругался я.

Даже не знаю, за что хвататься сейчас. Остановился. Мне пришла в голову идея и, как показалось, крайне действенная. Улыбнулся. Титовых скоро ждет сюрприз.

Добежал до развалин, где жил профессор, и влетел в нему в квартиру. Бардак, запах и странного вида мужчина — ничего не изменилось.

— Молодой человек? — уставился на меня Прохоров.

— Да, Давид Валерьевич, это я. У меня к вам деловое предложение, — выдохнул я.

— Что? Как вы меня назвали? Откуда? Никто не знает моего настоящего имени! — стал пятиться назад Прохоров.

— Не переживайте, профессор, я не ботаник. Есть еще одна железа монстра, и я хочу, чтобы вы разобрались в том, как можно усилить измененных.

— Зачем? — удивился Давид. — Это никому не нужно, кроме меня. Все исследования закрыли, записи уничтожили. Выгнали и лишили всего, как и мой Цветочек…

— Проверьте! — взял я его руку и положил себе на живот.

Прохоров уставился на меня, но закрыл глаза. Его магия проникла внутрь моего тела. Ладонь профессора задрожала, он убрал руку и попятился назад, пока не упал.

— Ты… измененный. Но необычный. Как те, кто съел железу, хотя о них почти ничего неизвестно. Они сбежали, а ты… человек! Твое тело не изменилось, ты не безумен. Как? Почему? Это такая редкость. Хочу! Хочу знать все! Расскажи…

Прохоров перевернулся и встал на колени, его глаза горели. Только что они будто смысл жизни обрели. Некогда потухший взгляд с проблесками стал нормальным.

— Ты будешь служить мне, тогда я, возможно, позволю тебе изучать себя. Но есть одно условие, если ты согласен, то… — мне не дали закончить мысль.

— Говори! Что ты хочешь? Все! Я готов на все! Это дело моей жизни. Я даже не надеялся, что мне в руки попадает такой экспонат. Это же такая редкость! Подарок…

— Хорошо! — улыбнулся я Прохорову. — Служи мне, слушай меня! — приказал я голосом бога. — Никому никогда не рассказывай обо мне. Если тебя будут пытать, применять зелье — убей себя.

— Слушаюсь… — ответил профессор.

После я попросил его приготовить зелье, способное вернуть облик Солнцева. И еще несколько, которые будут делать меня Корниловым и обратно. Давид изменился, будто помешанного старика никогда и не было. Сейчас варил зелья просто грязный неумытый мужик средних лет, увлеченный работой.

Пока он готовил то, что попросили, я вкратце рассказал о своей судьбе. Начиная от отравления в роду с подробным описанием, что ел, до того, как часто и каких монстров употреблял, что испытывал после. Давид внимательно слушал и не перебивал. Я принял новое зелье.

Испытал примерно те же ощущения, что и до этого: лицо, волосы и тело чесались, немного горела и пульсировала кожа. Через двадцать минут снова стал Солнцевым, по совместительству Симбой. Профессор внимательно исследовал мое тело своей магией. Периодически отвлекался, что-то шептал, будто рассуждал сам с собой. Через час мы закончили.

Нужны еще исследования и обследования. Пока он может сказать не так много. К ботаникам ни в коем случае нельзя, потому что они меня выпотрошат, чтобы исследовать мою железу. В ней сокрыта тайна того, как она прижилась в теле мага и не повлияла на его рассудок.

Обладание этой информацией позволит любому занять трон, победить монстров. Или вообще устроить войну по захвату других государств, если создать армию таких, как я… Поэтому нужно быть крайне осторожным, никому не доверять. Конечно же, кроме профессора.

И тут он прав, теперь Давид под моей магией и не предаст, даже не по своей воле. А вот то, что он мне рассказал дальше, немного расстроило. Черная вена, появившееся на руке — это начало мутации в «черта». Нужно придумать им нормальные названия. Мне порекомендовали то, что я сделал перед изменениями, больше не повторять.

А я рассчитывал на совмещенную магию. Ее сила… Хочу! Николай точно был адепт, мое новое заклинание так просто его прикончило.

Узнал, что монстры более разумные, чем о них думают, как-то способны общаться, используя свои железы. Единственная хорошая новость: зелье, которое усиливает измененных, теперь возможно создать.

Требовалась кровь мага и измененного, это моя кровь, еще сок железы. Эта бурда будет лучше на меня действовать и не должна способствовать быстрой мутации. Хоть какие-то плюсы.

Прохоров слишком глубоко погрузился в эту тему, и, когда все узнали, какие исследования он ведет, то просто выгнали. Объявили сумасшедшим, ни в один род он не смог попасть. Славу создали знатную. Подстроили, что Давид убил сотрудника своими опытами, соблазнил ученицу, нагадили по полной. Почему не убили — он и сам не знает. Может, кому-то нравится смотреть, как угасает гений?

Оказывается, Давид на скопленные деньги выкупил это здание, и оно официально его. Титовы отдали за гроши. Кому нужны развалины? Да и смысла от одного дома нет, если появился дурачок, готовый отдать за него приличную сумму. В подвале профессор построил катакомбы и лабораторию. Сейчас мы направлялись именно туда.

Вот только стоило нам выйти из его квартиры, как та загорелась.

— Не переживай! — сказал Прохоров спокойно. — Там есть тело бездомного. Пусть считают, что безумец не справился со своими детскими опытами и помер. Отныне Прохорова Давида Валерьевича не существует, — профессор смотрел на пожар, который пожирал его жилище.

— Что? — удивился я новым изменениям в поведении.

— Ты думаешь, что я правда безумен? — спросил он. — Да, есть такое… Просто, я больше прикидывался, чтобы те, кто меня выгнали, не решили действительно закончить мою жизнь. За мной следили, может, и сейчас следят. Пришлось притворяться. Вроде как получилось…

— Более чем! — улыбнулся я. — Вы отличный актер, профессор.

— Жить захочешь… Ну, вы поняли. Теперь можно больше не прятаться и заняться тем, к чему я готовился.

Пока мы спускались в подвал, я подумал, какой же Давид прохвост. Это надо же… Строил из себя помешанного, чтобы за ним перестали следить и он смог нормально заняться исследованиями. Я еще раз прикинул риски, связанные с ним, и тем, что мне нужно. Особенности моего тела перевешивают. Спасибо, хватило последствий вчерашней битвы.

Итог: я ничего не помню, еще и с Долгоруковой переспал. Мне необходим человек, который хоть как-то разбирается с тем, что происходит с моим телом, и может помочь. Еще и это зелье, способное усиливать измененных. Не то чтобы я брезговал, но если есть возможность не жрать железу монстров, выберу более приятный вариант.

Мы оказались около замаскированной под кучу мусора металлической двери, если точнее, она была прямо за хламом. Прохоров хорошо постарался. Когда мы зашли внутрь, то я свистнул.

Два стола для вскрытия и работы с телами. Несколько комплектов для разделывания монстров. Набор трав и компонентов, бутыльки. Это современная лаборатория. То, что я видел раньше, было кладовками с наборами юного исследователя по сравнению с тем, что здесь подготовил профессор.

Еще кабинет и несколько комнат для отдыха. Провизия для жизни, чистая вода, два шкафа с книгами. Ящик оружия и такой же с магическими пулями, несколько артефактов.

— Как? — спросил я.

— Деньги… — улыбнулся Давид. — Даже в трущобах они способны творить чудеса. Я готовился к вторжению монстров, но то, что произошло — лучше. Намного!

Профессор направился в свой кабинет. Я последовал за ним. В голове уже созрели идеи, как использовать это место.

— Давид Валерьевич, — обратился я. — Скажите, а вы можете создавать зелья приличного качества массово?

— Я? — поднял брови Прохоров. — Обижаете, молодой человек. Лучше: я могу их дублировать, делать то, чем занимается императорская лаборатория. Все, что мне нужно — эталонное зелье и железы монстров, и я смогу скопировать что угодно и в любых количествах.

— Да вы что? — улыбнулся я. — Тогда мне скоро потребуется создать несколько тысяч военных наборов зелий из монстров ранга «Редкий» и выше.

— Не проблема, но железы нужны соответствующего уровня, иначе ничего не получится.

— Понял… — моя радость немного успокоилась.

У меня есть одна или две редких. Если этого хватит… дела пойдут куда быстрее.

— Я вас оставлю, скоро снова навещу, и мы с вами приступим к копированию наборов, — сказал и направился на выход.

— А исследования? — расстроенным голосом попытался остановить меня профессор.

— Не все сразу. Не все сразу…

Выбрался из лаборатории, завалил ее мусором, вышел из дома и двинулся в центр. Если сейчас все ищут меня в трущобах, должно быть, куда проще перемещаться в месте, где никто не ждет.

Нужно к особняку Барановых. У меня есть два дела, точнее, три, которые необходимо завершить сегодня. Пока шел, заметил, что жандармов и правда почти не стало на улицах, как и военных.

Ловил на себе взгляды прохожих. Пришлось немного изменить маршрут и заглянуть к портному. Одежда, которую мне притащил Чалый, хоть и походила на аристократическую, но наметанному глазу видно, что это жалкое подобие.

В лавке купил новый шерстяной костюм, а то уже прохладно, да и внешний вид нужно поменять. Никто же не ждет, что Симба вылезет из своего укрытия.

Когда вышел, заметил, что на меня почти перестали обращать внимание. Еще бы, костюм стоил почти тысячу рублей, скрепя сердцем брал его. Такой себе мало кто может позволить из не аристократов.

На всякий случай после того, как рассчитался с портным, стер ему память.

Решил проверить, нет ли Степы в ресторане «Валери». Вдруг Баранов опять глушит шампанское? К сожалению, его не было, но другая особа привлекла мое внимание. Софья Долгорукова собственной персоной. В моих планах пока не было с ней пересекаться.

Девушка не одна, ее собеседник — молодой человек, который сидел напротив… Судя по нашивке, он из рода Царевых. И что она делает с ним? Прямо сейчас паренек передал ей какой-то документ. Софья глянула на него и подтолкнула пальцами деньги.

— Интересно… — сказал я вслух и пошел дальше. — Видимо, чего-то не знаю. Софья, что ж ты делаешь? Или это генерал?

Решил пока не загружать и без того больную голову. Вышел на улицу, рядом с особняком Барановых я надеялся встретить нужного мне человека — рядового Ефремова. И на мое счастье он снова был на том же месте с другим сотрудником ИСР.

Направился к ним, подошел и попросил прикурить. У меня не спросили документы, как в прошлый раз. Дорогой костюм решает некоторые сложности. Когда Миша протянул сигарету, то я глазами показал, чтобы он следовал за мной. Прикурил и сдержался, чтобы не закашляться.

Добрался до перекрестка и стал ждать. Пока все идет, как нужно.

— Господин? — появился Миша.

— Мне нужно, чтобы ты достал документы военных, — отвернулся я в сторону и сделал вид, что курю. — Через два часа они мне нужны.

— Хорошо! — ответил рядовой. — Скажите, какие, и я постараюсь достать.

— Ефремов, главное, не рискуй. Если чувствуешь, что не получается — не дергайся, у меня на тебя еще есть планы.

— Понял, — кивнул Миша.

Я подробно рассказал, о каком военном и событии идет речь.

— У тебя получится сейчас отлучиться? — решил я уточнить.

— Чтобы не вызывать подозрений? Нет!

— Сопровождение сотрудника до больницы — уважительная причина?

— Более чем…

Я выбросил сигарету и пошел к другому военному, напарнику Ефремова. Молодой человек курил и смотрел куда-то в сторону. Вздохнул. Я ударил его в шею, он почти сразу осел. Схватил его за руку и потянул, пока плечо не хрустнуло.

В этот момент подошел Ефремов и посмотрел на меня.

— У него вывих плеча и легкое сотрясение, — кивнул я на сотрудника ИСР. — Вот двести рублей, положи ему в карман. Пусть обрадуется, когда в себя придет.

Пока Миша помогал своему напарнику, я подошел к проходной в особняк Барановых.

— Ребята, скажите, а Степан Андреевич на месте? — спросил у охраны.

— Не положено, — ответил мужичок и прищурил один глаз, оценивая меня.

— Передайте господину, что пришел Симба от Корнилова. Это важно!

— Не положено! — снова ответил охранник.

Сто рублей упали через решетку рядом с мужичком. Он посмотрел вопросительно на меня.

— Я прошу всего лишь передать мои слова и ничего больше.

Охранник наступил ногой на купюру и сделал вид, что нагнулся завязать шнурки. Потом поднял деньги и пошел в строение рядом. Через пару минут вернулся, и ворота открылись.

— Мне приказали сопроводить вас, — сказал он.

Пришлось согласиться, чтобы мне в спину наставили винтовку и повели в беседку на улице. Спустя некоторое время прибыл и Степан с бутылкой шампанского и бокалом. Уставился на меня.

— Симба? — спросил он.

Я улыбнулся и кивнул. Аристократ продолжал изучать.

— Вы подозрительно похожи на моего знакомого — Корнилова, — отпил Баранов шампанского. — Хотя, про вас тоже слышал. Навели шороху в трущобах, я даже искал встречи с вами.

— В курсе, — сел я на скамейку и решил использовать легенду, которую только, что подсказали. — В моих планах не было с вами встречаться, но брата подставили Титовы. На него напал Николай Гаврилов со своими людьми. Аристократ не рассчитал силы и погиб, как и племянник Титовых.

— Я ждал Ивана Михайловича, мы должны были встретиться и обсудить одно дело, — вглядывался в мое лицо Степа.

— Знаю, — дернул я щекой. — Пока Ваня ушел в подполье, но это не означает, что мы отказались от плана. Я в курсе всех договоренностей, пришел узнать ваш ответ.

Тянул время, как мог, чтобы Ефремов успел прийти с нужными мне документами. Мы обсудили дела со Степой. Потом пьяненький аристократ долго восхищался подвигами Корнилова и его силой. Мне даже повезло встретиться с главой Барановых и переговорить с ним о некоторых делах.

Когда нужное время пришло, сослался на дела и удалился. Посещением особняка остался доволен. Если то, о чем мы договорились, выгорит — тоже неплохо, хоть немного и отличается от первоначальной задумки.

Перед тем, как выйти из особняка, стрельнул пару папирос у охранника, которого я подкупил. Встал на месте, где стояли двое рядовых, и начал курить, хотя на самом деле больше вид делал.

Ко мне приближалась фигура в плаще. Немного напрягся. Когда она подошла, остановилась совсем рядом, крученые пули уже ждали приказа.

— Господин, — сказал Ефремов.

— Миша, ты чего? У тебя проблемы? — поинтересовался я.

— Нет. Все прошло как нельзя кстати. Когда мы добрались до больницы, то я покопался у них в архиве, пока они помогали сотруднику ИСР. Я там такую панику поднял. После направился к нам в часть, доложил о происшествии, написал рапорт, и меня отправили домой до выяснения. По дороге проник в архив, уже проделывал подобное для сбора информации и ее последующей продажи. Я все достал, о чем вы просили.

Мне передали папки и еще листок бумаги с адресом.

— Молодец! Ступай домой и завтра приходи по адресу: Краковская, 17. В 9 часов утра. Сможешь?

— Да! Мне еще требуется время, чтобы собрать информацию по лаборатории ботаников. Данных почти нет, а то, что есть, засекречено. Мне по рангу к ней не подступиться.

— Главное — не подставляйся! — еще раз дал напутствие.

Мы распрощались, и я направился на Гороховую, 7, в квартиру 13. Меня там ждет один человек и просто жаждет помочь в моих планах, хотя пока об этом еще не знает. Перемещался переулками и ждал, когда стемнеет. Через несколько часов я уже стоял с нужным домом.

Жилой квартал. Скорее всего, тут живут бояре, владеющие или бедные «новые аристократы». Посмотрел на нумерацию квартир на подъезде. Нужная мне находилась на втором этаже.

Пришлось подождать, пока свет в окне погаснет, как и у соседей. Схватился за балкон, подтянулся. Напряг мышцы ног и одним прыжком оказался на втором этаже. Магией постарался смягчить свое приземление и не издать звуков.

Украдкой заглянул в окно. Нужный мне человек спал. Устал, наверное, сегодня был тяжелый день, да еще и ночь вчерашняя. Я улыбнулся. Балкон был приоткрыт, кому-то жарко?

Кровать находилась в полуметре от балкона. Нужно действовать очень быстро. Вдохнул и рывком влетел в комнату, заранее сформировал копье и одернул одеяло. Лезвие упиралось в горло моего будущего помощника.

— Симба? — испугалась Варвара. — Ты… Я тебя искала, а ты сам пришел. Что, нравится? Хочется? — девушка оскалилась.

— Прикройся! — улыбнулся я и даже не взглянул на девичью грудь. Младший следователь, оказывается, любит спать голой.

— Кто вы такие? Ты и Корнилов? Зачем вы в Тобольске? Какие у вас планы? — девушка из принципа не прикрылась и смотрела мне в глаза.

— Варенька, помолчи, пожалуйста. Я пришел к тебе не на допрос, а предложить то, что очень хочешь.

— Поймать тебя и Корнилова? Ты же про это? — девушка попыталась использовать магию, но мое лезвие уперлось еще сильнее ей в горло, пустив немного крови.

— Авдеева, вот скажи, ты дура? — искренне уточнил я. — Есть то, из-за чего ты так рвешь свои жилы, почему пошла в следователи, то, что мешает спать по ночам.

Глаза девушки изменились. Они расширились, и я увидел страх. Может, немного переборщил с игрой. Хотя Симба, он наводит панику на все трущобы, опасный хищник.

— Варвара. Если ты хочешь узнать правду, что случилось с твоим братиком и кто его подставил, а именно это с ним и сделали, замолчи и слушай меня, — достал папки с документами и показал. — Хочешь узнать правду?

На коже девушки появились мурашки, будто она замерзла. Ее тело немного дрожало, Варвара часто дышала. Смотрела мне в глаза, и я увидел то, зачем пришел. Интерес.

— Говори! Что ты хочешь? После отвечу тебе, согласна я или нет, — произнесла она дрожащим голосом.

— Умница! — улыбнулся я.

Пока Авдеева читала документы, я прокрутил еще раз в голове то, что мы обсудили с главой рода Барановых, Андреем Борисовичем. Дядька за пятьдесят, армейская выправка, цепкий взгляд, лысый.

В отличие от Степы, умен и своей выгоды не упустит. Решил с ним говорить на чистоту. Сынок уже признался, что проиграл куски земель в трущобах некоему Александру Глебовичу — сынишке того дворецкого-бастарда из рода Титовых. Он, в отличие от папаши, аристо.

Хотя всерьез парня никто не воспринимает. Живет себе на уме и развлекается, как может. Его бы вообще не брали в расчет, если бы не был крайне сильным магом земли. Барановы не знают, отдал он документы на земли или нет главе рода. Что интересно, все бумаги на собственность земли в трущобах — на предъявителя.

А вот это уже крайне любопытно. Я бы даже сказал, очень. Главу рода Барановых задело, что Титовы выпустили своих псов. Получается, один из Гавриловых угрожал и провоцировал при его сыне, это показывает, что Титовы не считаются с Барановыми.

На таком возмущении я и вылез. Пообещал покарать как можно больше Титовых, но документы заберу себе. Я мог сделать это и без спроса, но кто сказал, что мне потом разрешат их оставить и не предъявят претензии? В лоб сейчас не могу ни с одним родом идти на конфронтацию.

Как вести себя с Титовыми? У меня уже есть идеи по этому поводу. Главное другое: глава рода Барановых согласился на мои условия. Я им зелья, они же — семьдесят тысяч и на документы не претендуют. Это пока все, что мне нужно.

— Как? — разорвала тишину Авдеева. — Не верю! Суки! Твари!

Я подошел и забрал бумажки.

— Но… — открыла рот девушка, держась за одеяло, которым прикрывалась.

— Простите, младший следователь, я вам обещал правду, а не доказательства. Готов обменять их на другие документы, которые находятся у Титовых, — улыбнулся я Варваре.

— Что ты хочешь? — зло выплюнула слова Авдеева.

— Вот, другой разговор. Мне нужны документы на собственность в трущобах, которые были до этого у Барановых, — назвал свои условия и запихнул папки под одежду.

— И как ты мне предлагаешь это сделать? — подняла глаза на меня Варвара.

— Не знаю. Если бы имел понятие, не стал бы напрягаться и находить информацию, которая тебе так нужна. Поверить не могу, столько времени прошло, и ты к ней даже не приблизилась, — наигранно покачал я головой.

Сейчас я мотивировал девушку к действиям, хотя она пока об этом не догадывается.

— Я!.. — указала рукой Варвара на меня, и ее одеяло упало. Пришлось подхватить и снова прикрыть грудь. — Поймала бы тебя и Корнилова, получила повышение и там сама бы все нашла.

— Варенька… — сказал я.

— Не называй меня так! — сжала кулаки Авдеева. — Так делал мой брат.

— Варенька! — повторил я зло пыхтящей девушке. — Ты умная вроде бы, но почему-то настолько увлеклась, что не обратила внимание на штамп на папке. Посмотри, из какого они ведомства?

— ИСР! — сжала зубы младший следователь.

— Умница! Теперь понимаешь, что если бы не я, то так бы и думала, что произошло на самом деле. Будь лапочкой, выполни то, что я прошу, и я предоставлю тебе доказательства. Сможешь их использовать, лишишься будущего в жандармерии, но восстановишь справедливость и очистишь имя своего брата.

— Ты злой и безжалостный человек! В тебе нет ничего святого! — срывающимся голосом произнесла Авдеева.

— Ты не права. Вот смотри, тебе помогаю, а сама за мной бегаешь, планы рушишь. И кто ты после этого? А? — улыбнулся я буке. — Ладно, вижу, что информация немного затуманила рассудок и ты не совсем верно оцениваешь ситуацию. И где твоя выдержка? Бумаги, которые мне нужны, находятся у твоего дружка, Александра Глебовича Титова.

— Что? — открыла рот Варя.

— Ты о чем спрашиваешь? — поднял я брови. — Почему они попали к твоему другу или потому, что я знаю, как ты ездишь к Барановым, будто дружишь со Степой, а сама ножками к Титовым бегаешь?

— Кто ты? Откуда у тебя столько информации и такие связи, чтобы достать документы из засекреченного архива ИСР? — трясущимися губами спросила Варвара.

— Прости, солнышко, но это секрет. А тебе советую отпустить умерших и жить полной жизнью. Смотри, какая красавица, а загнала себя совсем, — развернулся и направился к балкону, а затем добавил:

— Завтра в двенадцать часов принеси то, что мне нужно, в «Бордель» в трущобах. Приходи одна или узнаешь, что может случиться, если я разозлюсь.

Авдеева вскочила, и с нее свалилось одеяло, она попыталась остановить меня. Я мельком оценил девушку и подмигнул.

— Не провожай! — спрыгнул, приземлился на ноги.

Огляделся и направился к трущобам. Следующая сложность в этой задаче — это украсть зелья, которые хранятся на складе Титовых. После можно будет захлопывать игру и начинать новую.

— Все-таки хороший костюм я себе купил, — сказал, пройдя мимо жандарма, который мне даже поклонился.

Авдеева, когда Симба ушел

Варя упала на колени и зарыдала. Девушка даже не могла понять, почему. Из-за того, что он подкрался и смог ее застать врасплох? Или потому, что видел голой? А может, причина в том, что этот парень знает больше, чем ее начальство? Так мало того, еще и нашел то, к чему она шла годами и в итоге не получила бы — не хватило допуска…

— Как же так? — спросила себя младший следователь.

Получается, все зря? Столько сил приложено, ей скоро уже тридцать, а она как была девушкой, так и осталась. Все, чтобы очистить имя брата и чтобы его обратно приняли в семью, пусть он и умер.

— Какой-то уголовник сделал мне самый желанный подарок? — всхлипывала Варвара. — Мне, младшему следователю, который за ним охотится. Да кто ты, черт побери, такой⁈

Авдеева пришла в себя, умылась и надела свою форму. Она заполучит эти документы и готова ради них пойти на все. Девушка снова и снова прокручивала рапорты и донесения, которые там были.

Ее брата действительно подставили, просто свалили всю вину на аристократа без сильного рода. Когда он служил на стене, в его отряде был Зотов Николай Кириллович. Обычный владеющий, помешанный на девушках. За чрезмерную любовь, часто насильственную, его сослали на стену.

Так он неоднократно подглядывал и приставал к девушкам, даже попытался изнасиловать одну, но брат Варвары застал его и спас несчастную. Жестко избил ублюдка, за что отсидел в карцере почти месяц.

Как только парень вышел, в ту же ночь пострадавшая девушка стала женщиной. Все подумали на Зотова, но урод был шестеркой Титовых, тогда в части служил один из отпрысков. Напряглись связи рода, и жертва указала на брата Вари, того, кто ее спас.

Итог: обвиняемый сбежал, чтобы оправдаться. Урод спокойно отслужил и потом стал работать на бронепоездах, где нередко случались изнасилования. Авдеева уже пробивала пропавшего военного, когда пыталась найти Солнцева.

Зотов, Солнцев, Симба, Корнилов… Все они появились в ее жизни почти одновременно. Мысли путались, младший следователь пыталась выстроить логическую цепочку и как-то связать все воедино.

— Нужно встретиться с Сашкой, — сказала она себе под нос.

Согласится ли друг помочь ей снова? Эти документы дают большие возможности. Если Александр передаст их главе рода, тогда, скорее всего, его начнут считать полноценным Титовым. А это именно то, чего он хотел все свою жизнь. То, что принадлежит ему по праву.

Девушка собралась и вышла на улицу. Спать она уже сегодня не будет. Точно не после того, что узнала. Тем более нужно попытаться увидеться с Сашкой как можно раньше.

Добравшись до трущоб, я заглянул к себе в номер в «Борделе». На улицах было пусто и тихо — все, как и просил. Зашел, сел на кровать, достал папки. Одну из них не отдал Авдеевой, потому что информация в ней даже меня удивила, а младшему-следователю лучше пока не знать.

Вот только я не совсем верю, что такое возможно. Тут нужно экспертное мнение профессора. Убрал документы к себе в артефакт, посмотрел на время.

— Еще успею! — сказал сам себе и поднялся.

Направился к Прохорову. Подошел к колоритному зданию и спустился в подвал. Попытался открыть дверь, но она не поддалась. Сколько бы я сил ни прилагал, как влитая. Наконец, внутри послышались звуки, кто-то подошел.

— Профессор, это я! — сказал я громко.

Железка вспыхнула и исчезла. Я даже не поверил своим глазам.

— Артефакт! — произнес еще спящий Прохоров. — Протяни руку, — попросил он.

Я поднял конечность, и мою ладонь разрезали. Выступившая кровь впиталась в какой-то кристалл, затем мне передали камень.

— Это ключ. Вместе с твоей кровью он откроет дверь, — зевнул профессор.

— Понял, — кивнул я, смотря на порез. — У вас есть время? Кое-что хотел спросить и обсудить.

Прохоров почесал свои уже чистые волосы и побрел в кабинет. Ничего не имею против, у каждого свои тараканы, но кто спит в халате на голое тело? Хорошо, что он его держал закрытым. Знакомиться с «младшим профессором» я бы не хотел.

— Посмотрите документы! — сказал и протянул папку, которую не дал Варваре.

Профессор упал на стул, снова зевнул и попытался разлепить глаза. Открыл и стал изучать.

— Так… Ага… Вот так решили? А зачем?.. Глупо, но возможно. Идиоты! Хотя… Все-таки идиоты. Можно же по-другому! — разговаривал сам с собой Давид.

— Крайне содержательно, так же, как и увлекательно, — улыбнулся я. — А для тех, кто в танке, не разжуете?

— На некоем субъекте тестировали эликсир молодости — результат так себе… Пытались скрыть ранения, но вышло слабо, стерли память и выбросили. Обычная практика, — объяснил мне мужчина.

— Профессор, ну е-мое! Можете нормально? Эликсир молодости? Скрыть что-то пытались? Стерли память? Такое возможно? Выбросили? — слегка повысил я голос.

Нормального ответа не получил. Пришлось ждать, пока, почесывая свою задницу, мужик в белом халате заварит себе кофе в бадье, где было какое-то зелье. И только после того, как он выпил пару кружек, то смог нормально изъясняться.

Что я понял? Магическая наука тут развивается крайне бодро. Ботаники работают в разных направлениях, и эликсир молодости — одно из них. Способен омолодить и помочь скинуть годков десять. Военная разработка для самых нужных и важных людей в стране, чтобы они не покинули ее раньше времени.

Но для успешных результатов нужны тесты на магах. Официально это не сделать, поэтому часть тех, кто выживает за стеной… Их забирают на опыты. Как того индивида, документы которого я передал.

Еще один крайне любопытный момент — это эликсир забвения. Его легкую версию в форме зелья давали нам, чтобы поменять воспоминания. Концентрат способен полностью стереть память, которую сразу же можно заметить. Внушить новых родственников и вообще жизнь. Хочу себе такой!

Тут профессор расстроил, что ни первое, ни второе он пока не может сделать. Все-таки его лаборатория не дотягивает до уровня профессиональной. Все эксперименты на магах, которых отправили за стену, засекречены, но благодаря ботаникам много чего крайне интересного и полезного появилось в стране.

Сказал бы он это Трутню, посмотрел бы я на то, что тот ответит. Убрал папку обратно в артефакт. Честно, пока не решил, как поступить. То, что лучше данные бумаги не светить — это и ежу понятно. В случае чего уже никто не спасет и нигде не спрячешься.

— Профессор, вы можете начать подготовку к тому, чтобы у нас было тысяч пять наборов зелий? — остановился я. — Точно! Хватит две железы такого же ранга на всю процедуру?

— У тебя есть? — уставился на меня крайне заинтересованный мужичок. — И ты готов их потратить на жалкое зелье военных, пусть и чуть лучшего качества?

— Хватит? — еще раз повторил вопрос.

— Да, нужны будут сутки и специальные емкости, объемные. У меня они есть, но придется восполнить запас, — не сводил взгляда Прохоров, будто он хищник, а у меня есть кусок его добычи.

— Сколько? — уточнил я.

— Шестьсот рублей, — махнул рукой Давид. — Дай мне железы… Пожалуйста!

Вынул из артефакта и отдал «вкусняшки» профессору. Все, про него можно забыть. Реальность растворилась, теперь есть только он и части монстров. Пожал плечами. С этим решил, осталось найти исходники для будущего зелья, и без Славецких у меня это не получится.

Опять переться в центр? Отругал себя еще раз за то, что нет машины. В следующий раз обязательно или арендую, или куплю. Пока шел, думал. Ботаники… Что у них еще есть интересного? Многие зелья, уверен, можно дорого продать, а иметь к ним доступ — значит, заручиться поддержкой большинства родов.

Теперь мой план по тому, чтобы вытащить документы, требовал изменений. Я хочу узнать все, что только можно, чтобы добраться до их секретов. Уверен, после увольнения профессора много чего нового появилось. Да и не только в Тобольске ведутся исследования.

Когда добрался до лавки «Сибирская», уже стояла ночь. Нужно поторапливаться, у меня встреча с Ефремовым, потом с аппетитной Варварой. Еще Титовы с их зельями. Да, время — это самый ценный ресурс. Найти бы его на то, чтобы нормально поесть и поспать. Хотя со вторым я знатно отличился.

Дернул ручку лавки. Закрыта… Постучал в окошко — ничего. Понимаю, весьма беспардонно, но, черт возьми, мне правда очень надо! Заявил о себе погромче. Включился свет. Сработало! Фигура в ночнушке двигалась к двери.

— Борис Иванович? — спросила меня заспанная Катя. — Скажите, у вас вообще есть понимание приличия? Ночь! Я же не могу работать постоянно…

— Вы так обворожительны, когда сонная, — улыбнулся я девушке.

— Правда? — глазки сразу открылись.

— Конечно, вам так идут эти вязаные шерстяные носки.

— Хам! — засмеялась Славецкая. Она толкнула дверь, и я зашел.

Почувствовал запах алкоголя внутри помещения. Легкий сладкий шлейф тянулся со стойки, где расположилась пустая бутылка вина. Катя заметила, что я обратил внимание, и убрала ее.

— Простите. Давнейшая подруга вдруг решила заглянуть и по душам поговорить. Ну, вы же знаете, как это бывает у девушек? Обсудили мужчин и провели вечер. Тем более, когда моей знакомой срочно нужно было прийти в себя после выпитого и того, что она, плутовка, провернула ночью.

Чем больше говорила Екатерина, тем мрачнее становилось мое лицо. Софья… Ты пошла к Славецкой и рассказала ей все? Вот девушки… Не могут держать язык за зубами! Обязательно нужно поделиться с подругами своими секретами.

— Вас что-то смутило? — улыбнулась мне Катя. — Вчера вы не были таким стеснительным, когда меня целовали.

Лучший выход в таких ситуациях — это перевести тему.

— Точно! — хлопнул я себя по ноге. — У вас есть военный набор зелий из монстра редкого качества?

— Две тысячи, — сразу назвала цену девушка.

— Я возьму.

— Простите, но именно в этой лавке его нет. Завтра с утра я сообщу отцу, и он передаст сюда. Сейчас никак. Он спит, как и другие сотрудники отделений. Поверьте, не все так любят своих клиентов, как я, — последние слова Екатерина как-то совсем хитро произнесла.

Утро не подходит. Варианты?

— А вы можете меня отправить в Охотничий? — решил я рискнуть.

— Прошу прощения, Борис Иванович, но без отца я не могу. Не потому, что не хочу, просто на том конце, скажем так, кто-то должен вас принять.

— Хорошо! — с сожалением выдохнул. — Значит, завтра приду ближе к вечеру.

— Буду вас ждать… — улыбнулась Катя. — Если увижу Софью, ей что-то передать? Или же вы сами хотите?

Использую второй способ, которому я научился в прошлой жизни, как избежать неудобных ситуаций с женщинами, — уйти.

— До завтра! — махнул я рукой и дернул ручку двери. Колокольчик попрощался со мной негромким звоном, и я оказался на улице.

— Буду вас ждать! — еще раз крикнули мне в спину.

Как так вообще произошло, что Долгорукова дружит со Славецкой? Потом… Теперь снова идти в трущобы. Решено: после того, как проверну дело с Титовыми и заберу свои деньги у Барановых, арендую машину. Кучу времени теряю, бегая туда-сюда.

Из-за того, что нужных мне зелий не оказалось у Кати, придется перенести проникновение на склад на ночь. Думал, что сделаю это днем, хотелось огласки в деле, потом эта содом сыграет мне на руку. Значит, пошумлю, когда буду изымать ящики.

— Снова приперся проверять? — сказал я, повысив голос.

— Молодец! — произнес голос того урода, который на меня напал. — Я думал, что ты ничтожество, а у тебя, оказывается, такой хороший слух.

Я повернулся. Неизвестный все так же был одет в плащ, а на голове — капюшон.

— Слушай, скажи, как ты меня узнал? — решил я спросить то, что больше всего интересовало. Ну и мне требовалось время.

— Никак! По описанию Варвары нашел тебя в трущобах, но там ты исчез, потом пошел сюда. Я следил. Рискнул приблизиться, и ты сам себя выдал.

— Неловко вышло, — улыбнулся я.

— Варваре будет полезно узнать, что Симба и Корнилов — один человек. Нужно лучше стараться с внешностью, когда пытаешься ее изменить. Странно, что Авдеева не заметила сходства. Видимо, была увлечена чем-то другим. С ней такое бывает, простых вещей под носом не замечает.

— Прости, дружище, но она не узнает! — прыгнул я на этого болвана.

Я почувствовал, как ко мне приблизились, а потом и того, кто это был. Сложно объяснить, ощущение, что магия рядом и я ее знаю. В голове сразу же все сошлось. Получается, тогда его Авдеева отправила меня проверить? Какая увлекающаяся личность Варвара…

Не удивительно, что он приперся, вот только зря. Сыночек дворецкого решил поиграть в рыцаря и спасти свою принцессу от ужасного Симбы? Когда я только почувствовал приближение мага, то приготовил крученые пули.

Сейчас десять снарядов били Титова, а он выставил каменную стену перед собой, за это и поплатился, надеясь, что траектория у моей магии будет одинаковая. Две пули угодили ему в спину, я целился аккурат в почки, и, судя по стонам, магия сделала свое дело.

Развернулся и ударил кулаком в его защиту. Силы атаки хватило, чтобы пробить. Я не надеялся на такой результат, просто стало любопытно, какие изменения произошли с моим телом после того, как я смешал энергию вместилища и железы.

Удивился результату не только я. Александр Глебович, судя по глазам, тоже. Я не просто так, вмазал кулаком в его каменную стену. Сразу же материализовал копье, в образовавшейся бреши, которое порезало аристократа. Ему пришлось разорвать дистанцию.

Титов снова попытался использовать зыбучие пески, я крутанул рукой и воткнул лезвие моего оружия в землю. Энергия прошлась по древку и ушла магию Алесандра, моих усилий хватило, чтобы развеять его умение. Аристократ продолжал меня прощупывать, у нас больше обмен любезностями, чем реальная драка.

Видимо, мой прошлый сюрприз научил его не делать поспешные выводы. Вылетевшие из его рук шипы, я принял на защиту, если точнее, то на три звуковых барьера, первый и второй разорвало.

Сильный, засранец. Сто штук обычных звуковых пуль отправились в голову Титову. Ему пришлось уйти в оборону. Я знал, что не нанесу урона, мне требовалось немного времени и магия. Звуковой луч уже почти готов, тогда он показал себя хорошо, поэтому решил повторить успех.

Да и мои снаряды пустили трещины по защите противника, я бил в слабое место. Магия сорвалась с рук и развеяла оборону Александра. Вот только этого оказалось мало, аристократ стал каменной статуей на мгновение, и звуковой луч не подействовал, как я планировал.

— Мальчишка! — вернулся Титов в человеческое обличие. — Дважды твой фокус не сработает. Тогда я лишь проверял, а ты наивно подумал, что у тебя есть шанс? Глупец…

— Правда? — улыбнулся я.

— Область магии, — произнес Александр.

Реальность исчезла, и я оказался в пустыне. Помимо бесконечного песка, повсюду валялись камни. Вот это не очень хорошо. Моей силы не хватит развеять его умение, долбанный Титов. Почему нельзя просто отдать нужные мне документы и отвалить? Зачем все усложнять?

Мои ноги провалились, одновременно с этим в спину прилетел камень, который вышиб воздух из моих легких. Что-то хрустнуло, не понял только что, отвлекся на очередной удар в живот. И так повторилось еще раз и еще. После пятого пришлось немного упасть, чтобы перевести дух.

Но я быстро передумал отдыхать, когда сверху на меня полетел булыжник размером с мой рост. Поймал его руками и попытался удержать. Сука, тяжелый… Руки тряслись, а тело засасывало в песок. Я направлял магию в конечности, чтобы каменюка не упал на мое лицо.

— Мальчик! — обратился Титов. — Наши силы слишком разные, тебе нечем меня победить. Ты проиграл в тот момент, когда я решил на тебя напасть, — рожи его не видел, но, судя по голосу, голову он задрал и сейчас надменно пытается меня поставить на место.

— Подожди, пожалуйста, — попросил я сдавленным голосом. — Плохо слышу из-за булыжника, да и нос жутко чешется, все мысли только о нем. Не можешь еще раз повторить и наклониться?

— Что? — удивился аристократ.

Мою просьбу Титов выполнил и присел. Дурак! Ослабленные крученые пули ударили ему по ногам, и он завалился на спину рядом. Из последних сил я толкнул булыжник вверх и чуть вправо, прямо на моего оппонента. Парню пришлось развеять магию. Сработало!

В области магии нельзя что-то одно аннулировать, зыбучие пески тоже остановились. Я вскочил. Хрустнуло все тело, будто старик какой-то. Направил из последних сил звуковой луч в Титова.

Пузо я ему опалил и кровь пустил, жаль до органов не добрался. Судя по тому, как он заорал, еще и дискомфорт вызвал. К сожалению, моих усилий не хватило. Возникла стела, в которую меня впечатало и зафиксировало.

Не вырваться. Уродец встал, но хотя бы рожа уже не такая надменная, как раньше.

— А ты говорил, что больше не попадешься на мои фокусы, — улыбнулся я.

— Сопляк! — выплюнул он песок. — Весело тебе? Хорошо… Если ты сейчас отдашь документы, которые нужны Варваре Сергеевне, то, так уж и быть, проявлю милость.

— Черт! Забыл в других брюках в квартире Авдеевой. Пришлось раздеться, чтобы разделить с ней ложе… — не сводил я взгляда с Титова.

— Наглец! — крикнул Алексей и взмахнул рукой.

Каменные шипы полетели в меня. Я своими словами сбил его настрой, и магию он использовал слабенькую. Ее, конечно, хватит, чтобы сделать из моего тела решето, но так хотя бы больше шансов.

— А ну, прекратили! — прозвучал голос Катерины.

Область магии Титова задрожала. Пески исчезали, как и каменная стена, которая держала меня. Впереди стояла Славецкая в ночнушке и шерстяных носках. Я не сильно разбираюсь, как работает развеивание чужой магии в области, но каменные шипы уже рядом с девушкой.

Дернулся вперед и толкнул в сторону Екатерину. Магия попала мне в ногу, руку и грудь, потом она исчезла. Больно, однако. Славецкая вскочила и указала пальцем на Титова. А девушка умеет удивлять, она сильнее Александра. Молодого человека заключило в водную тюрьму.

И, судя по тому, как парень там барахтался, ему приходится несладко. Через десять секунд мокрый аристократ вывалился наружу. Я воспользовался моментом и через боль прыгнул к нему, красиво не получилось, скорее как подбитый голубь. Раны на теле сообщили, что им требуется внимание.

Оказавшись рядом, материализовал копье и воткнул противнику в ногу. Мог бы ему артерию повредить, но решил пощадить рыцаря.

— А-а-а! — заорал он и пришел в себя.

— Согласись, не очень приятно? — спросил я Титова. — Слушай сюда, герой-любовник! Нападение на аристократа без объявления дуэли? У тебя будут проблемы.

— Что? На тебя, щенок? — откашлялся Сашка.

— На любимую дочь Анатолия Викторовича, — улыбнулся я. — Интересно, твою не самую нужную задницу прикроют Титовы? А?

— Я не… — выпучил глаза Александр Глебович.

— У тебя своя правда, а я буду свидетелем в обратном. Можешь передать Титовым, что отныне Славецкие не работают с ними. Ну, и мыль шею! Сколько клиентов великого рода захотят проучить придурка, покушавшегося на дочь главы рода?

— Екатерина? — поднялся Сашка и уставился на нее. Некогда грозный противник, еле держался на ногах. Магия Славецкой знатно его пощипала. Все тело в порезах, которые кровоточат и еще я ему добавил.

Девушка стояла с открытым ртом и смотрела на меня. Я ей подмигнул. Ох, чую я, дорого это мне обойдется. Как бы самому не стать персоной нон грата у Славецких после таких заявлений.

— Вали! — перехватил я инициативу. — И сопли подбери! — добавил ему вслед.

Титов продолжал смотреть на молчащую Катю, потом склонил голову и пошел. Так, теперь самая сложная часть. Я направился к Славецкой.

— Солнцев! А ты не охренел? — возмутилась девушка. — Что ты себе позволяешь? Кто ты такой, чтобы делать любые заявления от нашего рода? Ты хоть понимаешь, что обманул аристократа, прикрывшись именем Славецких?

— Да! — честно ответил я. — Понимаю. И спасибо за вашу помощь! Буду должен.

Девушка еще больше опешила от моей прямолинейности.

— Катя, — отвлек я ее. — Мне бы с вашим отцом переговорить о случившимся. Извиниться и решить проблему.

— Идем! — ответила она, фыркнув.

Поковылял за ней. Достал из кольца лечилки и стал заливать в себя и на раны. Нужно будет еще взять из запасов. Мы зашли в лавку, Славецкая направилась к двери.

— Ждите, господин Солнцев. Сначала я поговорю с отцом, а потом, если он позволит, то вы с ним увидитесь.

Уперся спиной в стену. Девушка исчезла. Посмотрел на дверь как на возможный исход, но остановился. Очень уж не хочется лишаться услуг Славецких, их ячейки крайне удобные. Да и возможность спрятаться — бесценна. Через минут десять вернулась крайне недовольная Екатерина. Разговор был не приятным?

— Прошу! — сказала она сразу и указала на дверь.

— С богом! — пошутил я.

— Поверьте, он вам понадобится! — подтолкнула меня Катя.

Очутился в кабинете. Анатолий Викторович сидел за столом, руки сложены около лица. Решил подождать, пока на меня отвлекутся. Время шло, а Славецкий никак не реагировал.

— Анатолий… — начал я.

— Солнцев… — выдохнул аристократ. — Ваша наглость не знает границ! Вы хоть понимаете, насколько крупные клиенты Титовы, и это заявление от нашего имени… Думаю, нам придется разорвать все отношения…

— Сколько? — спросил я.

— Что «сколько»? — удивился Славецкий.

— Александр Титов и правда угрожал вашей дочери. Если бы не я, то ее бы ранило. — Прощупывал я варианты для диалога.

— Если бы да кабы… Борис Иванович, Катя вам помогла. Глупая девчонка, сколько раз говорил не вмешиваться, а ей, видите ли, приключений не хватает, — недовольно высказал свое видение ситуации Славецкий.

— Сколько у меня осталось ящиков? — повторил свой вопрос.

— Шесть! — по-рабочему, моментально ответил аристократ.

— Забирайте их все, но взамен вы мне даете бумагу, что больше не работаете с Титовыми. Понимаю, этого маловато, пусть документ будет действовать неделю. Также напишите, что только некий Корнилов Иван Михайлович может уладить вопрос. Или Симба…

— Что? — встал Славецкий. — Мальчик, а ты ничего не перепутал? Ты мне приказываешь? Я с виду добрый человек, но могу и убить.

— Анатолий Викторович, — сказал я голосом отца. — Хочу лишь уладить вопрос и проучить этот род. Если вы не согласны — хорошо! Я сейчас забираю ящики, сдаюсь военным и в беседе по душам с подполковником Трутнем рассказываю, что вы купили у меня ящик зелья Троцкого. А также о том, что были в курсе его дел и не доложили военным.

— Смеешь угрожать? — чуть не сжег меня взглядом Славецкий.

Я проглотил, казалось, что это был единственный звук в помещении, а потом повисла тишина. Корявенько вышло, все понимаю, но, когда я глянул на Титова, у меня появилась идея, как прижать этот род и подтолкнуть его к сотрудничеству. Сейчас я понял, что в любом случае перестану быть клиентом Славецких, а так хоть что-то получу. Приходилось импровизировать на коленке в данной ситуации.

Анатолий Викторович сел. Я готовился к тому, что он может напасть, хотя уверен, в этом помещении куча устройств. Они меня убьют раньше, чем я пикну. Не люблю эти моменты — непонятно, к чему готовиться. Аристократ смотрел на меня внимательно и изучал. Я молчал и ждал, хуже уже некуда…

— Борис Иванович, — наконец-то произнес Славецкий. — Семь ящиков я забираю. Но этого мало, у меня есть еще одна просьба: вы должны пообещать кое-что, и тогда я помогу вам.

— Только не клятва! — сразу же ответил я. Спасибо, хватает генерала Долгорукова.

— Нет, — улыбнулся Славецкий. — Судя по тому, как о вас рассказывала Катенька, вы ей понравились. Она меня не хочет слушать, и после встречи с Долгоруковой, дуреха решила бросить домашний бизнес и уйти в армию. Уж не знаю, что там рассказала Софья… Но после сегодняшней ситуации Катя заявила, что это знак! Она желает начать жить своей жизнью, а я ее, видите ли, ограничиваю и лишаю эмоций.

— Чего? — удивился глупости девчонки.

— Вот! В точности такой же вопрос задал я, и с таким же лицом, — засмеялся Анатолий Викторович.

— По рукам! — ответил ему и выдохнул.

Ждал, когда меня выпустят в городок Охотничий. Славецкий действительно был раздосадован, что кто-то позволил устроить драку рядом с его лавкой. Это не оскорбление, но как минимум неуважение к его роду и деятельности. Лавка «Сибирская» — неприкосновенная территория в каждом городе, и все это знают.

А Титовы в последнее время все чаще забывают проплачивать услуги, которые оказывают Славецкие. В итоге у меня на руках оказались две копии официального документа о приостановке обслуживания ячеек Титовых. В этих бумагах есть нужные мне слова, что только я могу решить вопрос.

Вот только через неделю Анатолий Викторович сам пойдет к Титовым улаживать вопрос. Моя просьба, по сути, способ показать, что род немного зажрался и ведет себя, как безответственный партнер. Выходит, это почти то, что хотел сделать Славецкий, а тут подвернулся я.

Однако на самом деле подействовал на согласие Анатолия Викторовича страх. Ведь тогда Катенька уйдет на стену и бросит отца с его делами, а он на нее рассчитывает. Славецкий мог бы заставить, но это его кровинушка, любимая доченька, и он очень боится с ней испортить отношения. А девушке в последнее время не хватает эмоций, вот и решила глупость совершить. Простым языком, с жиру бесится.

Только что у меня еще одна головная боль возникла, я ума не приложу, как с этим быть, но все потом. Договорился, чтобы Екатерину отпустили на денек, а сам попробую ей мозги на место вправить.

Наконец, меня позвали к двери. Повернул ручку и оказался в знакомой лавке «Сибирская» в Охотничьем.

— У вас час! — сказал аристократ. — Знаете ли, я не так молод, как вы, и хотел бы еще сегодня немного поспать.

Кивнул и вышел. Колокольчик попрощался со мной привычным звоном. Я оказался на улице. А тут произошли изменения: дома некогда аристократов стали казармами, патрули… Сейчас прошел один отряд, и там несколько новеньких, которые с нами на бронепоезде ехали на стену.

Такое ощущение, что Охотничий стал частью или полноценным военным городком. Трутень постарался? Вот только зачем? У меня не так много времени. Думал, встретиться ли с подполковником и побеседовать о моем положении и его действиях, но решил, что это может сломать все планы.

Вдруг Весемир придумает меня спрятать тут, под боком, или еще чего? Свобода… Я не хочу ее лишаться из-за чьих-то планов. Свое слово уже сказал в послании, которое передали Трутню. Пусть сначала решит вопрос с ботаниками, а там и поговорим.

Направился в пункт приема. Ловил моменты между патрулями, чтобы не заметили. Паранойя никогда не бывает лишней. Дорога у меня заняла двадцать минут. Огляделся перед тем, как заходить. И первое, что меня смутило — раскладушки на первом этаже.

— Интересно девки пляшут… — сказал я себе под нос.

Внутри спал Айваз со своими владеющими. Что за перестановки? Если я правильно думал, то мою комнату должен был занять Владимир. Обошел здание, схватился за выступ и подтянулся, рывками поднялся на второй этаж. Спасибо дыре, которую я оставил после того, как Игорек помер от артефакта.

Магией сдвинул задвижку окна и поднял его. Аккуратно забрался в комнату. Что-то не так, слишком чисто. И…

— Борис? — шепотом сказала Царева за моей спиной, она вышла из ванной в ночнушке.

— Черт! — вырвалось у меня. — Борзов? Где он?

— В другой комнате, — потащила меня в ванную Елизавета.

— У меня мало времени, нужно с ним переговорить, — попытался я свалить.

— Тише! — дернула за рукав девушка. — Ольгу разбудишь, а она с испугу панику поднимет.

— Мне надо… — не смог я закончить, потому что Царева поцеловала меня.

Быстро разорвала поцелуй и уставилась. Поводила носиком, и ее лицо скривилось в недовольной гримасе.

— Ты был с ней? От тебя несет этой рыжей сукой! Вы переспали? — спросила Царева.

— Э-э-э-э. Я? Нет! — подвис на секунду.

Вот же блин! Как? Что у нее с обонянием? Судя по осуждающему взгляду, моим словам не поверили. Была бы другая ситуация — ответил бы честно. Как она может отреагировать — непонятно, да и времени в обрез, а еще куча дел.

— Борис? — заглянула в ванную сонная Ольга и преградила мне путь.

Я улыбнулся и попытался уйти.

— Что происходит? Почему ты тут? — протерла глаза Обручева в просвечивающем нижнем белье.

— Мне нужно поговорить с Володей, я тороплюсь. Как будет возможность, встречусь с вами и расскажу все, — попытался выйти из ванной.

— Пропусти его, Оль, — зло прошипела Царева. — Он к сучке Долгоруковой торопится. Видимо, из постели с ней выскочил и сюда решил заглянуть.

— Что? — глаза Обручевой широко открылись.

— Я… Достало! — уже не сдержался. — Вас не касается, сплю я с кем-то или нет! Тем более, когда это неправда.

Пока дамы переваривали мои слова, вышел из комнаты.

— Сука! — сказал я по дороге. — Это же надо…

Открыл следующую дверь и зашел

— Володя! — толкнул паренька.

— Еще чуть-чуть… — закряхтел Борзов. — Да, лейтенант, так, еще, теперь повернитесь.

Тихая пощечина выдернула зама из эротического сна.

— Боря? — уставился он на меня.

— Включайся! Зелья! Набор «Редкий» ты достал? — сел я на кровать.

— Да? — спросил он. — Кажется…

— Борзов, мать твою, просыпайся и врубайся! Зелья, набор военный из монстра ранга «Редкий» достал? — повторил я и сжал его руку, чтобы он проснулся.

— Да! — тихо запищал зам.

— Неси!

Недовольный парень встал и посмотрел на синяк, который у него сразу же появился на конечности. Цокнул и закатил глаза. Я еле сдержался, чтобы ему пенделя не прописать. Вова подошел к шкафу и достал оттуда маленькую сумочку.

— На! — бросил он мне ее.

— На оставшиеся деньги купи атакующих артефактов, — поймал я то, за чем пришел.

— Слушаюсь и повинуюсь, мой господин! — съязвил он.

Положил зелья и взял Борзова за горло, поднял его тело и упер в стену. Парень схватился своими руками за мою.

— Владимир Николаевич, я не шавка подзаборная так себя вести со мной. Хочешь, чтобы оставил тебя в покое? Не проблема, это последняя наша встреча! — произнес я голосом отца.

— Прости! — выдавил он из себя и заплакал.

Я даже опешил. Мои пальцы разомкнулись, и Борзов упал.

— Я не хотел тебя задеть. Просто… Просто… — всхлипывал Володя. — Даша, она… Она…

Присел на корточки.

— Успокойся. Что случилось? Ее кто-то обидел? С ней что-то произошло? — спросил я спокойным голосом.

— Хуже! — вытер парень нос. — Она ушла. С ней связался какой-то профессор, и Даша уволилась. Поехала к нему в Тобольск, бросила меня. А я влюбился, понимаешь? По-настоящему! Вот только ей плевать, взяла и сбежала к какому-то старику.

— Сука! — выдохнул я.

— Нет, она, конечно, не права, но, наверное, не стоит ее так называть! — уже успокоился Владимир.

— А я не про нее, — встал и посмотрел на дверь. Черт, Прохоров, что ты там удумал? Как у тебя мозгов вообще хватило ей написать? Сука, я же сам ему сказал, что Цветкова со мной служит и в какой части.

— Боря, все хорошо? — поднялся влюбленный Борзов.

— Нет! Все через одно место… — выдохнул. — Скоро с тобой свяжусь, артефакты покупай.

Вышел из комнаты. Димы в ней, кстати, почему-то не было. Так, окно только в комнате девушек. Выбора нет, придется снова вернуться к ним, чтобы свалить отсюда. Теперь срочно нужно к профессору!

— Борис! — схватила меня за руку Елизавета.

— Какого? — открыл я рот.

— Оль, выйди к Владимиру, пожалуйста! — попросила голая Царева.

Обручева жадно глянула на девушку и потом перевела взгляд на меня. Улыбнулась и удалилась.

— Ты спал с ней, хоть она тебе никто, а я твоя будущая жена! Я хочу! — попыталась сказать Елизавета.

Толкнул ее на кровать и завернул в одеяло.

— Лежи! — приказал голосом отца. — И запомни, это будет, если я сам захочу!

— Я настолько тебе противна? — потекли слезы из глаз Царевой. — Эту рыжую суку ты захотел, а я не подхожу?

— Вы тут совсем все с ума посходили? — спросил я вслух в сердцах. — Что вытворяете? А? Лиза? У меня куча дел! Понимаешь? И только что их стало больше, а времени — нет. Я не прошу помогать, просто не мешайте. Хорошо?

— Уходи! — отвернулась завернутая в одеяло девушка. — Лучше бы я не встречала тебя и ты не говорил тех слов при генерале.

Смотрел на плачущую Лизу и в окно.

— Что происходит? — крикнули снаружи. — Обручева, ты почему в комнате Борзова?

Это Айваз.

— Проверьте Цареву! Я слышал голос и знаю, кому он принадлежит, — сказал владеющий, когда ручка в мою бывшую комнату повернулась.

Услышал стук своего сердца. Мне не составит проблемы успокоить ребят, но так я наслежу. Украдкой смотрел на дверь. Еще один удар сердца. Мысли проносились с огромной скоростью. Если бы не мой побег, если бы… Тут прав Славецкий.

Прыгнул вперед, толкнул дверь. Вышло немного не так, как я планировал, — человек за ней упал. Я выглянул.

— Привет, ребятки! — улыбнулся им. — Тоже по вам соскучился.

— Солнцев! — зло посмотрел на меня Айваз. — Так и думал, что это ты. Хватило же у тебя мозгов самому прийти сюда.

— И не говори, но тут ничего не попишешь, — тянул время, чтобы владеющий, который упал, отполз к своим и встал.

В мою сторону направили оружие. Значит, придется исправлять ситуацию.

— Забудьте! — сказал я ребятам, пока они смотрели на меня.

Все встали. Время пошло. Вбежал в комнату к Володе с Ольгой, повторил заветное слово и вернулся к Царевой. Она смотрела на происходящее испуганными глазами.

— Забудь!

Так быстро я еще не бегал. Сначала вернул Обручеву и уложил в кровать, потом Вовку, следом владеющих. С ними больше всего времени провозился. Пришлось обновлять магию.

Снова вернулся к девушкам и отправил их в забытье, еще раз Борзова. Схватил зелья, за которыми пришел, и написал записку, сунул ее под подушку Володе.

«Это я забрал. Все хорошо. На оставшиеся деньги покупай атакующие артефакты».

Выпрыгнул из окна. Тяжело считать сразу в двух направлениях, еще и таскать людей. Последовал в лавку, не хочу повторять. Вот же… Хорошо, что теперь все забудут о моем появлении.

Еще раз выяснять отношения с Царевой? Увольте! И Ольга? Когда они так сдружились вообще? Благо дорога обратно прошла без приключений. Добрался до лавки и зашел. Колокольчик не издал звуков. Я насторожился и уже шагнул обратно.

— Борис Иванович! Какая неожиданная встреча! — сказал Трутень.

Славецкого не было, и за прилавком сидел военный, на белоснежную рубашку накинул китель, в руке трубка. Я огляделся. Как? Какого хрена? Многие вопросы сейчас мучили меня.

— Рад вас видеть, подполковник, — придал своему голосу безэмоциональность. — Что-то срочное? А то у меня дела.

— Подождут! — улыбнулся мне Весемир. — Я тебя ищу, а ты, оказывается, в гости заглянул? Нехорошо, Солнцев… Нехорошо, что решил пройти мимо меня и нашей встречи.

— Слушаю вас, — перевел разговор в конструктивное русло. — Я так понимаю, в пункте приема есть какой-то артефакт. Так меня обнаружили?

— Всегда восхищался твоим умом, Борис. Вот смотрю на тебя и не верю, что всего семнадцать лет. Я ждал, что заглянешь в Охотничий, но ты задержался… — выпустил кольцо дыма Весемир.

— Что-то назревает в Тобольске? — задал я вопрос в лоб. — Вычислили по моему посланию, где я остановился?

— Хватит! — улыбнулся Трутень. — Все следы вели туда, а потом оборвались. Я уже думал, ты дальше поехал, и тут твое сообщение. Весьма недурно для столь юного возраста. Но ты прав, у меня появился интерес в этом городке, и ты кое-что должен сделать.

— Отказываюсь! — выпрямил спину и посмотрел на подполковника. — У меня есть вполне четкие требования. Я должен отслужить год на стене. Решаете этот вопрос, и можем вернуться к обсуждению! — пора уже показать свои зубки.

— Боря, ты думаешь, я не в курсе про твое соглашение с Марковыми и наследство матери? — забил в трубку свежий табак Трутень. — Пока ты по бумагам не дезертир и технически продолжаешь нести службу, но все может измениться. Если решишь подумать…

Первая эмоция была неприятной: что Весемир знает правду, но она сменилась облегчением. Значит, моя проблема на контроле, и, пока я полезен, сложностей не должно возникнуть. Решил хоть одно дело.

То, что меня просто так не отпустят, я знал. В любом случае год службы, без него все планы коту под хвост. А также я могу заниматься не только делами Трутня, но и своими, это вполне устраивало.

В голове искал то, что заинтересовало подполковника. Почему он решил на меня выйти и использовать для своих целей? Не просто так напрягался. Получается, задачу должен выполнить кто-то не из разведки, ИСР или его людей. Формально я еще пока не один из них. А это значит?..

— Титовы? Барановы? Генерал Вяземский? Ваши интересы в этом направлении? — озвучил я свое предположение.

— Умница! — цокнул подполковник. — Даже не хочу спрашивать, как выяснил, но мне нравится, что ты продолжаешь меня удивлять. Земли в Тобольске… Титовы не должны получить контракт на постройку заводов по оружию и зельям.

— Великовата рыбка, не думаете? — попробовал выбить хоть какую-то помощь. — Генерал, крупнейший род и я — дезертир в бегах. Только меня смущает неравномерная расстановка сил?

— Мальчик, конечно, у тебя не хватит возможностей сделать все, что требуется. Я прошу лишь о том, чтобы при встрече Титовых и Вяземского произошли сложности. Как и что ты сделаешь — будет на твоей совести. Поддержки не жди, рассматривай это как проверку… Если справишься, считай, что я тебе должен, и можешь попросить о чем хочешь, но в пределах разумного.

Мой план в Тобольске снова претерпел изменения, но возможность решить одну из проблем с помощью Трутня… Это немало. Вот только попробую кое-что выбить для своих дальнейших действий.

— Подполковник, я почти согласен… — но меня перебили.

— Боря, я все думал, откуда у тебя такие яйца? Ты в крайне невыгодном положении, но смеешь торговаться и требовать? — очень недобро улыбнулся Весемир.

— Спасибо! — кивнул ему за комплимент. — Я хочу попросить вас отдать мне Борзова. От него тут не очень много толку, Айваз и ребята сами справятся, а он еще пригодится.

— Удивил! — уставился подполковник. — Снова…

Меня вытолкнуло из лавки. Кубарем прокатился по земле, а потом сверху упал неподъемный груз. Долбанная магия гравитации! Незажившие раны, а это почти все, что со мной случилось за последнее время, сообщили о своем существовании.

— Жестко! — выдохнул я.

Из лавки вышел Трутень и направился ко мне. Голос бога? Отсутствует, еще раз провернуть трюк не получится. Поэтому я расслабился, насколько возможно в этой ситуации, когда тебя вжимает в землю, и ждал подполковника.

— Боря! Совет тебе на будущее: когда приказывают, отвечай: «Слушаюсь», «Есть» или как-то утвердительно. А то с такой манерой речи мне кажется, что ты считаешь, будто мы друзья или знакомые…

— Черт! — выдавил я из себя. — Совсем вылетело из головы…

— Ты меня понял? — улыбнулся Весемир.

— Ага! — на последнем выдохе ответил ему. — Володю отдадите?

Давление исчезло, и я закашлял. Собака сутулая! Вот же черт сильный… Попытался на мое место указать? Не тут-то было.

— Завтра отправлю Борзова к тебе в Тобольск. Официально у него там будет служба. А неофициально… Делай с ним, что хочешь. И не дай бог тебе меня подвести! — Весемир развернулся и пошел.

Я продолжал кашлять и злиться, потому что испачкали мой костюм почти за тысячу рублей. Смотрел за тем, как удаляется спина подполковника. Оглянулся и понял, что всех, кто был поблизости, убрали отсюда ради нашей беседы.

Отряхнулся и привел себя в порядок.

— Хорошо же поговорили? — спросил сам себя.

Толкнул дверь, и колокольчик прозвенел. Повернул голову, чтобы убедиться, что он на месте. Странно… Мне навстречу вышел Славецкий, аристократ был встревожен. Заметил, что переоделся из домашнего халата в свой привычный образ: черные брюки, белая рубашка с закатанными рукавами и жилетка.

— Борис Иванович, я не знал, что вы настолько в близких отношениях с Весемиром Константиновичем, — почти шепотом произнес Славецкий.

— Я? Вы шутите? Какие у нас отношения? Просто сотрудничаем по некоторым вопросам, — улыбнулся Анатолию Викторовичу.

— Нет, юноша, я давно знаком с Трутнем, он не общается, а приказывает! И только с теми, кого уважает, может нормально разговаривать. Считайте, что вам повезло.

— Повезло? — повторил я это слово, но не нашел в нем того смысла, который должен быть. — Пусть будет так…

Я прошел к стойке, ее подняли. Прикоснулся к ручке и вот уже вышел в Тобольске. Нужно узнать, что это за магия. Хочу, чтобы у меня в особняке была такая же штука.

— Борис? — позвала улыбающаяся Катерина. — Папа сказал, чтобы вы составили мне компанию на целый день. Выдался выходной впервые за… — девушка задумалась, и ее лицо стало печальным.

«Разве?» — спросил я сам у себя.

Что-то не припомню таких договоренностей. Посмотрел еще раз на Славецкую, а почему бы и нет? В голове появилась отличная идея, как провести время с очаровательной девушкой.

— Катенька, давайте вы сейчас отправитесь в гостиницу, отдохнете, потом вкусно позавтракаете в новом месте. А после обеда я к вам загляну, — решил сбагрить Славецкую на нужное мне время.

— А вы? — уставилась внимательно аристократка.

— А мы направимся по делам.

— Хочу с вами! — надула губки Екатерина.

— Если вы не против компании шлюх в борделе, воров и убийц, то можете пойти, — мои глаза блеснули.

— Знаете, Борис Иванович, я слышала, что неподалеку есть замечательная гостиница «Аморе», всегда мечтала там оказаться, — поумерила свой пыл Катенька.

— Давайте я вас провожу и все оплачу. Считайте это моей компенсацией за помощь с Титовым, — решил я уладить вопрос.

— Нет! — выпрямила спину девушка. — Вечером в ресторане гостиницы вы отужинаете со мной, и можно считать, что ничего не было. Я хочу прогуляться одна, много мыслей в голове, нужно подумать.

Еще пару раз попытался проводить девушку, которая наотрез не соглашалась. Отпустил, а сам проследил за ней до гостиницы, чтобы точно ничего не случилось. После направился в трущобы. Костюм снова пару раз выручил, когда проходил мимо жандармов.

Уже светало, и я добрался до здания профессора. Подошел к двери, заваленной мусором. Разобрал эту кучу немного и достал камень, который мне дал Прохоров. Препятствие исчезло. Зашел внутрь, вокруг царила тишина. Кто-то сладко спит? Направился в одну из комнат — пусто, в другой на кровати лежал нужный мне мужик.

Подошел к нему и дернул одеяло, на котором он спал. Давида Валерьевича подкинуло, несколько раз Прохоров прокрутился в воздухе и приземлился на пол.

— Что случилось? — вскочил мужчина и уставился на меня.

— Это я хочу у вас спросить, уважаемый профессор, какого ляда вы написали Цветковой? Так еще сообщили, где находитесь?

— Я? Но… Ничего не рассказал о вас и о том, что мы делаем. Просто хочу увидеть свой Цветочек. Думал, она мертва. Мне нужно было попросить у нее прощения и…

— Давид Валерьевич, — выдохнул я. — Лейтенант Дарья Марковна не должна остаться в городе. Это помешает моим планам. Я разрешаю вам увидеться, успокоить душу, и после вы расстаетесь. Уж простите, но по-другому никак…

— Хорошо! — печально согласился профессор.

Голос бога, если это не конкретный приказ в моменте, не лишает объект воли или желаний. Ограничения, которые я обозначил, человек не может нарушить, он продолжает жить обычной жизнью. С профессором у меня действует соглашение. Он сам принял решение подчиниться, поэтому выполняет мои приказы и не может обо мне ничего и никому рассказать, даже под страхом смерти или пытками.

Пока не хватает силы полностью поработить человека, его разум. Мой навык позволяет делать кукол, вот только это крайне затратно по энергии. Я предпочитаю ограничиваться подчинением моим словам и верностью.

— Нужен артефакт, который может спровоцировать взрыв, — отвлек я печального профессора от мыслей. — У вас есть такой?

— Да, — тряхнул головой Прохоров. — «Хлопушка» называется.

Мне дали палочку размером с мой кулак. Я вопросительно посмотрел на Давида Валерьевича.

— Не переживайте. Она справится, жахнет как надо. Просто направьте в нее магию и укажите место, остальное артефакт сделает сам.

— Благодарю! — взял я палку и засунул в карман пиджака. — Вот вам наборы зелий из монстров редкого ранга. Мне нужны три тысячи. Все, как я просил.

Профессор взял сумку, которую я принес из Охотничьего, и положил на кровать.

— Как могу к вам обращаться? — вдруг спросил он меня.

Точно! Я же не говорил, кто я такой. Забавно вышло. Подумал, какое амплуа подойдет с ним. Потом вспомнил, что скоро приедет Борзов.

— Борис Иванович, — ответил я. — Зовите так.

— Хорошо, а можно вопрос? Я тут приготовил первый тестовый образец продвинутого зелья для измененных, его нужно протестировать, и, кроме вас, у меня нет испытуемого, — взял набор бутыльков и пошел в лабораторию Прохоров.

— Нужна моя кровь? — уточнил я.

Ответом послужила хитрая улыбка. Порезали мою руку на кисти и сцедили триста миллилитров. После зельем зашпаклевали рану. Посмотрел на часы: восемь утра уже. Скоро у меня начнутся встречи, а я не готов совсем.

Оставил профессора кашеварить, сам направился к Чалому. Прошелся по улицам трущоб, место и правда изменилось. Пока все тихо и спокойно, но сегодня устроим небольшую суматоху.

Рыженький нашелся в том же здании, в подвале с Сявой. Черненького со шрамом я внимательно разглядывал, пока они поднимались и умывались. Забавно получится, если правда всплывет.

Когда воры пришли в себя, попросил их узнать о складах Титовых, желательно самые охраняемые. Молодые люди оскалились в предвкушении.

— Скоро на дело, босс? — спросил Чалый.

— Кто знает? — ответил вопросом на вопрос. — Мне это нужно до трех часов дня.

Ребята упорхнули из своего убежища. Я посмотрел на часы: скоро должен прийти Ефремов. Двинулся к «Борделю», где мы с ним договорись встретиться. В девять никого не было, как и в десять, и в одиннадцать.

Не зря гложило предчувствие, будто что-то случилось. Не хотелось бы сейчас терять Мишу. Пытался просчитать, что произошло, но вариантов настолько много, я теряюсь в догадках.

Ко мне подошел Чалый и, не знаю, зачем, бросил листок бумажки рядом, будто нечаянно. От кого он шифруется — непонятно. Постоял, посвистел с руками в карманах и пошел в другую сторону.

Я наклонился и поднял бумажку. На ней был один адрес.

— Отлично! — улыбнулся тому, что ночная задача немного упростилась.

Остается успеть все провернуть, и будет красиво. Авдеева, Титовы, Катенька, склад, Барановы. Что может пойти не так? Даже думать не хочу.

Через полчаса к «Борделю» направлялась женская фигура в плаще с капюшоном. Варвара подошла ко мне и через накинутую ткань сказала:

— Я не знала, что Александр решит на тебя напасть. Клянусь, я его просила, умоляла, но он сделал по-своему. Дурак!

— Документы! — улыбнулся я. — Принесла?

— Да! — достала папку из-под одежды девушка и протянула мне.

Проверил. Девять участков по три сотки. Не так много, если подумать, вот только они разбросаны по всей территории трущоб. Понятно, почему Титовым сложно было провернуть свой план без них. Куда не сунься, везде упрешься в жалкий клочок земли, на котором ничего нельзя сделать.

Достал из артефакта две папки и передал их девушке. Документы на собственность убрал к себе в кольцо.

— Варвара, мой совет: не спеши пока с разоблачениями. Крайне возможно, что скоро они не потребуются. Решать тебе…

— Как-то сама разберусь! — убрала бумаги в плащ девушка и развернулась. Смотрел, как она удалялась, и улыбался.

Какая же упрямая! До сих пор не решил, как поступить, оставлю этот козырь до тяжелых времен. Так, что там у меня по графику? Заглянул в «Бордель» и попросил Альбину Анатольевну передать паханам, чтобы они собрались в театре, а сам сразу туда направился.

Через двадцать минут пришли нужные мне люди.

— Господа! Сегодня я попрошу вас и ваших людей выйти в одно место, — начал наше совещание и достал листочек бумажки, который передал мне Чалый. — В двенадцать часов ночи по адресу: Суворова, 17 жду вас и еще три тысячи человек из трущоб. Никаких дам, только молодых представителей мужского пола. В назначенный час начните требовать… Что угодно, пусть это выглядит как митинг.

— Как что? — переспросил меня один из мужиков.

— Свалка, сборище, где все чем-то недовольны. В бои не вступайте, просто шумите у входа. После моей команды возвращаемся. За нами, скорее всего, будет преследование, поэтому просто уходите. Ваша задача — забрать то, что с собой будут уносить ваши люди.

— Дело? — оскалился другой пахан. — Наконец-то… Проучим этих аристо, пусть знают, что с трущобами нужно считаться. А то суки жируют, а мы для них грязь. Гнием тут, пока они развлекаются.

— Что мы получим? — перебил его другой.

— Деньги. Каждый, кто принесет то, что мне нужно, — я прикинул, сколько себе могу позволить, — получит по рублю. И это каждому из трех тысяч. Вы же за организацию сего мероприятия по сто рублей.

Мужики стали обсуждать то, сколько я готов потратить на дело. С математикой у многих туго, поэтому цифры варьировались от тысячи до миллиона.

Чалый с утра рассказал, что о Корнилове и Симбе пошли легенды в трущобах. Мол, паханы, не все знают, что это одно лицо — кладут жандармов, вызволяют своих людей из кутузки за бешеные деньги, убивают аристократов, а его никто не может их поймать. Когда слушал, улыбался. Не думал, что стану байкой для криминала.

Люди шепчут, что появились боссы паханов, и теперь у трущоб есть будущее. Все думают, какие дела ожидаются и сколько денег получится заработать под новым руководством. Больше всего удивило, что в трущобы наведывался Глеб Тимофеевич, пытался переговорить с главарями, но не смог их найти. Показательно убил несколько человек и ушел. Дал сутки на то, чтобы с ним вышли на связь, или тут всех порешают.

Странно, что сейчас на нашем собрании главные об этом не упомянули, а ведь крайне важная информация. Потерять авторитет ни в коем случае нельзя. Значит, сегодня после ужина, перед делом, нужно будет навестить главу Титовых. Успокоить его и поделиться новой информацией.

Я объявил об окончании нашего вече и посоветовал готовиться к ночи. Всей толпой не идти, а уже прямо сейчас начать выпускать группами людей в центр города. Сам тоже направился к гостинице «Аморе». Пока шел, думал, как же мне попытаться переубедить домашнюю девочку, что стена, армия — не для нее, никакой романтики там нет. А вот что есть, так это дисциплина, отсутствие личного пространства, раны, смерть.

Что же там какого рассказала Софья под бутылочку вина, раз девушка решила, будто она может стать военным? В голову ничего не лезло. Был бы голос бога, просто приказал, и проблем как не бывало.

Добрался до гостиницы, подошел к консьержу.

— Мое почтение. Скажите, вы можете связаться с Екатериной Анатольевной Славецкой?

— А кто спрашивает? — улыбнулся мне мужчина в черном костюме и белой рубашке. Галстук был идеально завязан, не пережимал ткань и находился ровно по центру.

— Солнцев Борис Иванович, — ответил я после недолгих раздумий. Вроде бы пока меня тут еще не объявили преступником, да и другого имени Катя не знает.

— Борис Иванович, Екатерина Анатольевна сейчас обедает в ресторане. Она просила передать, что если вы придете, то найдете ее там, — услужливо ответил консьерж.

После того как мне подсказали дорогу, проследовал к Славецкой. Может, получится сейчас заменить ужин на обед, и после мы отправимся к Титовым? Было бы идеально.

Зашел в ресторан. Там еще раз сказал, к кому иду, и официант проводил меня в вип-комнату. Огляделся: хорошее местечко. Видел, как кушали черную икру и красную рыбу. Желудок напомнил о своем существовании и потребностях. Решил, что позволю себе немного пошиковать и отведаю яств.

Когда я зашел в отдельное помещение, то за столиком сидела Екатерина в шикарном черном блестящем платье. Колье на шее, сережки из того же комплекта и уложенные волосы. Как волны, белые локоны спадали с плеч.

— Борис? — встала девушка и улыбнулась. — Не ожидала, что вы придете так рано.

— Я тоже! — подошел к ней. — Просто проходил мимо и подумал зайти, а видите, как мне повезло, что застал вас за трапезой. Кстати, потрясающе выглядите.

— Ой, что вы… — девушка показательно засмущалась. — Присаживайтесь. Скажите, вы не против, если сейчас к нам присоединятся еще несколько человек?

— Вам неудобно? Тогда я пойду! — попытался свалить. Пересекаться с кем-то я бы не хотел. А если это Барановы или Титовы? Или, что хуже, Гавриловы. Сейчас не самое подходящее время для новых знакомств. Пока со старыми разобраться не успел.

— Борис, прошу, — взяла меня за руку Славецкая. — Считайте, что я прощу вам ужин, если вы останетесь. И не переживайте, знаю о вашей ситуации. Люди, с которыми встретитесь, у вас нет с ними проблем.

— Хорошо! — согласился я. Если это освободит мне вечер, то идеально. Посижу, поем, покиваю на разговоры аристократов.

Девушка посадила меня рядом с собой, как-то она странно улыбалась. Нам принесли еду. Черная икра, шашлык, красная рыба и салаты. Я перестал слушать Катю и сосредоточился на запахе.

Через пять минут в комнату зашли. Я сидел спиной и не видел, кто это, да и, по этикету, они сами подойдут, тогда поздороваюсь. Сейчас я был занят тем, что намазывал на черный хлеб с маслом икру.

— Разрешите представить, Борис Иванович Солнцев, — сказала Славецкая, когда я поднял глаза.

«Твою Мать!» — мысленно произнес я в сердцах. Долгорукова с моим третьим братом по отцу. Долбанный Кирилл Марков!

Положил желанный бутерброд с икрой на стол, настроение испорчено. Молодой человек в дорогом костюме, с натянутой улыбкой на мерзкой роже. Не самый сильный мой родственник, но крайне ублюдский.

Он со своей мамашей так радовался, когда у меня пропала магия. Не было и дня, чтобы эта мразь не прошла мимо и не ткнула меня в то, что я ничтожество. А сейчас он с Софьей.

Боюсь, мое отношение к девушке только что испортилось. Царевы, Марковы… Не тех людей она выбрала для знакомств и времяпрепровождения.

— Братишка, а я думал, ты подох. И почему такое ничтожество, как ты, вообще выпустили со стены? — уселся напротив Кирилл.

Девушки открыли свои рты. Да, не получилось сохранить тайну, кто мои родственники. Глаза Долгоруковой увеличивались, она не сводила с меня взгляда, даже забыла присесть.

— Что молчишь, мусор? — снова открыл свой поганый рот братец.

Улыбнулся. Было искренне жаль переводить хорошие продукты на придурка. Быстрым движением я вскочил из-за стола и размазал икру с маслом по роже твари-Маркова.

Долгорукова отшатнулась, а Катенька пискнула.

— Братишка, как ты смотришь на то, чтобы наказать ничтожество и мусор? Выйдем на улочку, обсудим наши с тобой сложности? — сжал я испачканной рукой его плечо. Судя по тому, как он напрягся, получил удовольствие от братской любви. Ну, и я руку вытер.

— Ничтожество, я убью тебя! Отец только поблагодарит, ведь не нужно будет ждать, пока ты подохнешь за стеной. Мы уж надеялись, что тебя сожрали твари, как корм. А на большее ты и не способен.

— Ты драться будешь, говорун? А то языком горазд ворочать, хоть что-то показать сможешь?

— Пойдем! — вскочил он и ударился об стол. Шампанское пролилось на его штаны. Неловко вышло.

Кирилл уже направился на выход. Я повернулся к Екатерине.

— Вы же хотели эмоций? Приключений? Пойдемте, посмотрите на то, как два брата дерутся, — улыбнулся я Славецкой. Девушка сидела в растерянности и смотрела то на меня, то на Долгорукову.

Подал ей руку и подождал, когда она возьмется за нее и встанет.

— Борис, я… — сказала мне в спину Софья.

— Лучше нам больше не пересекаться, — холодным взглядом я посмотрел на девушку.

— Я… Прости! — продолжала говорить что-то дочка генерала.

В ресторане меня остановил консьерж и сообщил, что они предоставят нам ответственного по дуэлям. Заплатил, как инициатор, пятьдесят рублей. Еще и секундантов предоставят. Почти выгодная сделка.

— Борис, — дернула меня за рукав Катя. — Мне жаль. Я не думала, что ты из семьи Марковых и ваша встреча будет неуместной.

Улыбнулся и подошел к братцу. Кирилл снял пиджак, положил его на скамейку рядом. Ответственный записал наши данные и удивился, что мы родственники. Я представился полным именем — Солнцев-Марков Борис Иванович. Скрываться? От кого? Трутень знает, где я.

Ищут военные и жандармы? Пусть попробуют сначала найти, а потом задержать. Лишать себя возможности ткнуть папашу в то, что я обладаю магией и разделался с его отпрыском? Это дорогое удовольствие, и я заплачу за него.

— Молодые люди, есть ли шанс, что возникшие проблемы… — начал ответственный

— Нет! — оскалился Марков. — Давай уже, включай защитный купол! Я убью эту тварь!

— Кирилл Иванович, вам бросили вызов, поэтому выбираете способ, — положил на землю артефакт мужчина.

— Конечно же, магия! — улыбнулся братец. — Боря очень ее любит.

Объявили начало поединка. Я пошел на Кирилла, ублюдок запускал в меня звуковые пули. Нужно было видеть его рожу, когда я поднял защиту. Губы затряслись, глаза расширились. Подожди, это только начало! Я выжму максимум удовольствия из этой дуэли.

Я выпустил десяток пуль. Дурачок кое-как поднял звуковой барьер, который разлетелся, и получил хороший удар в живот. Его отбросило на границу артефакта.

— Кирюша! Соберись, мне скучно… — улыбнулся я. — Хочешь, поддамся? Скажи, как помочь?

— Борис… — прошипел он. — У тебя же были разрушены каналы и вместилище почти исчезло. Как? Ты же инвалид и калека!

Услышал вздох Кати и Софьи, стоящей рядом.

— Магия, — развел я руки в сторону.

Щелкнул пальцами, и крученые пули стали бить братишку со всех сторон. После пятого удара противник уже еле держался на ногах.

— Эх, жаль, что это он, был бы кто посильнее… — грустно я цокнул себе под нос.

Кирюша все-таки собрался с духом, когда я уже подошел вплотную. Напрягался, тужился, и у него материализовалось копье в руке. Как же он обрадовался своему громадному успеху.

Жаль только, не получилось воткнуть оружие в меня. Я ушел в сторону и ударил ребром ладони по древку, копье вывалилось из рук братца.

— На вот, попробуй еще раз, — поднял я оружие и протянул Кириллу.

— Тварь! — прошипел он. — Звуковой удар!

Мне заложило уши, но моя защита выдержала магию Маркова. Казалось, он расплачется, когда увидел, что со мной ничего не произошло. Ладно, я наигрался, вышло слишком скучно…

Схватил его за рубашку и поднял на вытянутой руке. Мой первый удар выбил несколько зубов Маркова и порвал губы. Второй сломал нос и рассек бровь. Он уже отключился, но последняя атака повредила ему пару ребер. К сожалению, Кирюша разволновался и сходил под себя.

— Фу, какая мерзость! — бросил я его в сторону.

Купол исчез, и объявили мою победу. Секундант Кирилла оттащил поверженного и помог лекарям его куда-то унести. Я подошел к девушкам.

— Борис, — пряча глаза, произнесла Катя. — Он же ваш брат… Зачем так жестоко?

— Он? — искренне удивился вопросу. — У меня нет семьи, была мать, погибла. Я единственный наследник ее рода. С Марковыми больше ничего не связывает, кроме фамилии, которую давно не использую. А этот ублюдок получил то, что заслужил.

Выставил ладонь, чтобы остановить Долгорукову, попытавшуюся ко мне приблизиться. Помотал головой, чтобы она поняла, что я не хочу с ней разговаривать или видеться. Доверия к ней нет. Царевы хотят мою голову, как и Марковы, а она с ними общается. Получить нож в спину от нее? Не хочу!

— Катенька, вы не устали? — обратился я к девушке. — Я же обещал вам развлечения и впечатления. Предлагаю посетить одних аристократов и пообщаться с ними. Уверяю вас, будет крайне занимательно.

— Я? — не успела ничего сказать Славецкая, как я подхватил ее под руку и потащил в сторону. — Софья, она…

— Попросил бы вас воздержаться от этой темы, — улыбнулся девушке.

— Плачет… — закончила свою фразу Славецкая.

Мы продолжили путь молча. Я тащил Екатерину к Титовым, чтобы мои слова выглядели более убедительными и у меня получилось склонить аристократов к сделке. Конечно, не рассчитывал, что все выйдет гладко, но первое знакомство, оно самое важное. Хотелось произвести впечатление порядочного человека…

— Здравствуйте! Передайте, пожалуйста, что прибыли Симба и Славецкая Екатерина Анатольевна. У нас важное дело к Марку Павловичу, — обратился я к охраннику.

Через пять минут мы уже шли с девушкой в главное здание родового поместья. Шикарно, по-другому и не скажешь. Огромная территория, сады растений и деревьев, несколько спортивных площадок, крытый бассейн. Почти как у Марковых или даже лучше.

У Титовых точно есть вкус, и это факт. Крайне все правильно расположено и обустроено. Здесь хочется находиться и проводить время. Спокойно и умиротворенно. Мы зашли в здание, затем нас провели через холл в один из кабинетов.

Судя по тому, как вжимала голову в шею Катя, ей немного неуютно тут находиться. Глупышка, какая ей армия? Присели на диван и стали ждать. Через пять минут в кабинет зашел мужчина лет сорока. Длинные темные волосы по самые плечи, прямая спина, на рубашку надет вязаный кардиган. Холодный взгляд голубых глаз, наверное, должен производить впечатление.

Меня снисходительно оценили и выдали легкую усмешку, еле заметную. Потом мужик перевел взгляд на Славецкую.

— Екатерина Анатольевна! Очень рад, что вы посетили нас, хорошеете с каждым днем. Крайне жаль, что отвергли кандидатуру моего сына в мужья. Как ваш батюшка? — приятным голосом спросил аристократ.

— Марк Павлович, я… — робко ответила девушка. — Пришла к вам как сопровождающий, с этим молодым человеком, — кивнула Катя на меня.

— А вы? — притворился, будто не знает, кто я.

— Симба, — сделал легкий поклон из вежливости.

— Молодой человек, опасно было приходить ко мне домой, когда ваш друг, или кто он вам, Корнилов, напал на дружественный нам род Гавриловых и еще убил моего племянника. Знаете, я уже объявил кровную месть вам и Ивану Михайловичу.

— Спасибо! — ответил я. — Крайне приятно слышать, что вы заметили нас и удостоили такой чести. Вот только давайте не будем прикидываться! Вы натравили Гавриловых, отправили совсем детей, весьма невоспитанных, между прочим, за что поплатились. Потом решили, что толпой напасть лучше. Тут тоже вышла промашка с вашей стороны. Поэтому кто еще должен объявлять кровную месть?

— Это неважно! Вы решили оккупировать мои территории в трущобах, взбаламутили воду, поэтому я был вынужден начать действовать. Прошу покинуть мой дом! И вы живы только потому, что сегодня посетили меня с дочерью Славецкого. Не понимаю, как он позволил ей находиться рядом с таким отбросом, — рукой мне указали на дверь.

— Ваше гостеприимство не знает границ. Позвольте последний момент? — достал я бумаги, которые мне передал Славецкий, и подошел к аристократу. Аккуратно положил перед ним и улыбнулся.

Марк Павлович взял. Чем больше он читал, тем более возмущенным становилось его лицо. Когда закончил, то вернул документы на стол.

— Катенька, скажите, у вашего отца поехала крыша? — сдерживая злость, спросил Титов.

— Я не знаю, могу лишь подтвердить, что эти документы настоящие и официальные, — ответила девушка, изрядно вспотев.

— Что ж… Слушаю вас, Симба. Вы же о чем-то хотели поговорить? — повернул на меня недовольную рожу Марк Павлович.

— Проясним несколько моментов, чтобы, скажем так, сложилась полная картина. Александр Глебович, родственник ваш, напал на меня около лавки «Сибирская», но этого отпрыску Титовых показалось мало, воспитание — не лучшая ваша сторона. Он чуть не ранил Екатерину Анатольевну. Хорошо, что я вмешался, — не успел я закончить, как меня перебили.

— Это правда? — уставился Марк Павлович на Славецкую.

— Да! — выдавила из себя девушка.

— Идиот! — ударил кулаком по столу аристократ.

— Если позволите, то я продолжу, — привлек я внимание и забрал документы. — Трущобы под моим управлением.

— Пока! — снова перебили меня.

— Видимо, проблема с манерами — это у вас семейное, — сказал покрасневшему как рак Титову. — Не хотелось бы обременять жителей центра тем, что вы так тщательно пытались скрывать все это время. Помимо прочего, в моих силах решить проблемы с родом Славецких. Ну, и последнее: часть земель, которые некогда принадлежали Барановым, мои, — показал я уже другие документы.

Повисло молчание. Титов пыхтел и смотрел на меня, из сдержанного аристократа он превратился в разъяренного мужика. В том, что он не кинется на меня, или не дай бог прикажет меня схватить, я был уверен. Екатерина не просто так здесь, вражда со Славецкими им точно не нужна.

— Мне стало даже интересно, что вы хотите? — выдохнул аристократ свои эмоции.

— В центральных зонах ущемлен интерес моего клиента, Солнцева Бориса Ивановича. Он наследник рода, но Марков Иван продал вам часть земель и бизнесов этого аристократа. Мой клиент хочет все вернуть, конечно, не бесплатно. Я помогу вам здесь: спокойствие трущоб, документы на оставшиеся земли, и решу проблему со Славецкими. А вы вернете собственность Солнцева через год в центральной зоне.

— Весьма наивно, — улыбнулся Титов. — Простите, откажусь от такого выгодного предложения. Земли в центральной зоне стоят намного дороже, чем трущобы и обслуживание Славецких.

— Хорошо! — встал я. — Тогда мы пойдем, не смею вас больше задерживать. При следующей нашей встрече…

— Ты будешь мертв! — оскалился Титов.

— Возможно… Но если нет, решение ваших проблем обойдется дороже. Это разовое предложение, и вы его потеряли. Катя? — повернулся я к девушке и подал руку.

Марка Павловича затрясло, а я вместе со Славецкой вышел из кабинета. Мы молча проследовали по территории Титовых, затем оказались за воротами.

— Борис… — проглотила мокрая девушка. — Я не ожидала, что вы… Не боитесь… Это же Титовы! Вы понимаете, какая мощь за ними стоит, и, если они захотят, то у вас будут проблемы?

— Да, — ответил я честно. — Рассчитываю, что скоро мои услуги и помощь перевесят их ненависть ко мне. Во всяком случае, сделаю все для этого.

Славецкая замерзла от волнения, я снял пиджак и накинул на плечи даме, проводил до гостиницы. Остановился и посмотрел ей в глаза.

— Екатерина, вы сильный маг из уважаемого рода, но у всех есть свое место в жизни. Долгорукова — дочь генерала, с детства воспитанная в дисциплине и муштре. Вы же другой человек. Подумайте еще раз о своих планах на армию. Если интересно мое мнение, то, думаю, это не ваше место.

— Вы хотите сказать, что я хуже Софьи и не справлюсь? Вообще-то я сильнее ее, и у меня получится. Да, сейчас разволновалась, но уверена, что со временем привыкну. Всю жизнь работать то в одной лавке, то в другой? Нет, пройдет молодость, и все, у меня никаких впечатлений не останется. Хочу настоящей жизни! — вернула мне пиджак девушка и задрала свою голову.

— Хорошо! Сегодня мы с вами ночью прогуляемся еще в одно место. Если хорошо себя покажете, то я отстану и посоветую вашему отцу вас поддержать. Договорились? Но если не справитесь или попросите о помощи, то откажитесь от своей идеи.

— Я докажу! — развернулась Екатерина и направилась в свой номер.

Я помотал головой. Глупышка, милашка в шерстяных носках… Направился по адресу: Суворова, 17. Посмотрю, что там и как. На центральных улицах все больше замечал людей из трущоб. Они маленькими группами проникали в место обитания аристократов.

— Ну что, Марк Павлович, посмотрим, что вы скажете после сегодняшней ночи… — улыбнулся я, обходя территорию склада.

Колючая проволока, примерно двадцать охранников и пять военных. Ангар, в котором должно лежать то, за чем я пришел. Судя по настроениям, царящим в престижном районе, всех начинают напрягать низшие, которые все чаще появляются в центре. Но по-другому никак. Если бы они толпой вышли, неизвестно, как бы отреагировали власти и аристо.

— Босс! — обратился ко мне Чалый, оказавшийся рядом. — Паханы докладывают, что прошли только полторы тысячи. Выходы из Трущоб перекрыты, больше не будет людей. Пятьдесят уже арестовали жандармы, сюда отправили военных. Не знаю, что ты задумал, но нужно начинать действовать.

— Черт! — ругнулся я.

Уже все начинает идти немного не по плану. Прикинул варианты.

— Передай, чтобы стягивали людей сюда, через полчаса начинаем, — сказал я Чалому.

— А что делать-то? — уточнил рыженький.

— Окружите полностью склад, не выпускайте никого и не впускайте. Когда я появлюсь, кричите, требуйте, возмущайтесь! Я уже все объяснял паханам.

Время пошло, я побежал. Влетел в гостиницу, постучался в номер Славецкой.

— Пора, Катенька. Как и обещал, нам предстоит важное и ответственное дело. У вас пять минут, оденьтесь удобно — планируется много перемещений, важно, чтобы ничего не стесняло ваших движений. В идеале наденьте то, что вам не жалко, — дал рекомендации девушке.

Не хотелось ее тащить с собой, но это мое обещание Славецкому. От своих слов я не отказываюсь. Спустился вниз и ждал девушку. Посмотрим, как она умеет бегать, когда за спиной не самые приятные люди.

Катя напялила на себя женскую версию мужского костюма. На ней сидит идеально, вот только одежда эта крайне дорогая. Не послушала меня дуреха.

— Екатерина, скажите, у вас, случаем, нет артефакта с собой, который способен вместить несколько ящиков? Шесть, если точнее. Мне на время воспользоваться, — обратился я к аристократке.

— Есть! — девушка сняла изящное кольцо с пальца, закрыла глаза, и оно вспыхнуло. Потом передала мне. — Напитайте его магией. Для вас будет доступна комната.

Сделал все, как просили, и заглянул. Свистнул в восторге, это не мой скромный артефакт. Если она смогла выделить в нем комнату, какие изначальные размеры? Хочу такой же себе, только мужскую версию. Положил колечко в карман, и мы побежали.

Чем ближе были к складу, тем отчетливее слышались выстрелы. Сука! Девушка еле успевала за мной. У нее почти сразу сбилось дыхание, она покраснела и держалась за бок. Пришлось сбавлять скорость.

Выбежал на место. Уроды-охранники открыли огонь по низшим. Жители трущоб не разбежались и перекрыли возможность выехать грузовику. Паханы как-то своей магией пытались защищать тех, по кому вели огонь. Но несколько убитых уже есть.

— Жди здесь! Я скоро вернусь! — сказал добежавшей девчонке, которая задыхалась.

Протискивался туда, где стреляли. Выставил защиту и растянул ее в несколько метров, чтобы прикрыть людей, которые выполняли мою волю. Приблизился почти к самым воротам.

— В сторону! — крикнул я.

Толпа моментально расступилась.

— Звуковой удар! — произнес следом. — Рев зверя.

У грузовика оторвало тент и выбило стекла. Половина тех, кто стрелял, полетели кубарем, другие схватились за уши и орали. Так, настало время «хлопушки», достал палочку профессора и направил на ангар. Нужно снять со здания защиту, и тогда я смогу проникнуть. Нечто, похожее на купол в дуэлях, сейчас закрывало нужное мне место.

Сосредоточился, магия потекла по каналам и вышла из ладони, которой сжимал деревяшку. Она завибрировала, а потом стала нагреваться, уже обжигало руку. Направил ее на ангар.

Яркая вспышка, следом прогремел взрыв. Почти всех низших отбросило в сторону, часть военных подняло на колючую проволоку. У меня пошла кровь из ушей и затроилось в глазах.

— Ни хрена себе хлопушка! — закричал я, потому что не слышал себя.

Когда рябь перед глазами прошла, посмотрел на место, где еще минуту назад стоял ангар. Сейчас там была огромная воронка и ничего больше. Сука! Прохоров, твою мать… И это, по-твоему, хлопушка?

— Впред! — крикнул я.

Очень бы не хотелось, чтобы ящики, за которыми пришел, оказались уничтожены. Пока низшие забегали на территорию и просто теснили охрану с военными, тех кто еще не весел на проволоке, я устремился к ангару.

— Хочу еще хлопушку! — произнес, стоя, над воронкой в пару метров глубиной. Это крайне эффективное оружие, и на охоте оно пригодится, и в целом. Но все, что хранилось в помещении, уничтожено.

Куски металла и дерева, обрывки тента, железяки… Месиво из всего. Уже разочарованно простился со своим планом, как меня позвали. Чалый подбежал и сказал, что нашли какие-то ящики в грузовике.

Лучик надежды вспыхнул. Открыли тент, там лежали шесть ящиков нужного мне зелья — военные наборы ранга «Необычный». Получается, то, что приготовит профессор, будет даже лучшего качества. Отлично! Забрался внутрь и использовал одолженный артефакт Катерины.

Ящики переместились в кольцо, и там еще осталось много места. Счастливый случай, наконец-то сегодня он на моей стороне. Хотя я виноват, весьма опрометчиво использовал артефакт Прохорова, меня смутило неказистое название.

— Все делают вид, будто держат в руках нечто, и бегут в трущобы. Как угодно, но должны добраться туда живыми, мертвых забирайте с собой! — приказал я паханам.

— Но их перекрыли! — закричал оглохший от взрыва мужик.

— Пойдем по туннелям со стороны старого вокзала, — нашел решение один из паханов.

Сейчас у нас начинается операция «Прикрытие». Толпа, не щадя тех, кто стрелял в них, пробежалась по телам охранников и военных. Пока все удалялись, заметил приближающееся подкрепление жандармов и военных.

Что-то забыл… Славецкая! Точно! Где там прирожденный бегун? Нашел ее около здания, на которое девушка облокотилась. Лицо в красных пятнах и сбивчивое дыхание. Улыбнулся.

— Катя, подъем! — громко объявил я команду. — Бежим, пришли жандармы и военные. Если тебя поймают, будут проблемы!

Схватил Славецкую за руку и потащил за собой.

— Не могу! — выплюнула девушка. — Сил нет! Не думала, что я так размякла.

— Отставить! Нет такого слова, есть только «не хочу»! А солдат выполняет то, что ему приказывают, — продолжал раздавать команды.

Поднял девушку на ноги и шлепнул по заднице ладонью. Получилось звонко, Катя повернулась от возмущения. Показал глазами вперед, и мы побежали. Пришлось сбавить темп через минуту, потом девушка упала, испачкав свой костюм.

Подняться у нее не получилось, пришлось взять на руки и бежать с дополнительным грузом. Она ругалась, пока я нес, возмущалась, что не ожидала от себя такой ужасной физической формы и ей крайне стыдно. И вообще, Катя уже не уверена, что хочет в армию.

Я молчал, продолжал бежать. Сейчас преследование пойдет до трущоб, и там они собьются с пути. Низшие, изображающие, будто уносят с собой что-то — отличная приманка. Каждый получит по два рубля.

Пусть знают, что в следующий раз те, кто идет со мной, будут щедро вознаграждены. Да и, судя по счастливым лицам, засиделись они у себя в спокойствии. У гостиницы я опустил Катю на ноги. Девушка была еще более красная, чем до этого, почему-то прятала глаза.

— Борис, как неловко. Считайте, что я с вами обнималась, так еще вы меня несли, — отвела девушка взгляд.

— Ничего, я же обещал вам веселье и развлечения. Получилось что получилось, — пожал я плечами. — Ваше кольцо верну через несколько часов. Хорошо?

Екатерина бросилась мне на шею и поцеловала в щеку, а потом убежала в гостиницу. Проводил ее взглядом. Забавная… Следующие на очереди Барановы. Черт, еще Борзов приезжает, нужно его встретить и определить на работу. Очень надеюсь, что его душа успокоится, ведь парня отправили в тот же город, куда уехала его «любовь».

Уж от кого не ожидал больших чувств, так от ловеласа, который настолько наследил, что получил билет на стену. На улицах было пусто, основные силы сейчас заняты погоней, и мне ничего не должно помешать.

— Передайте главе рода, что Симба выполнил задание и груз у него. Я жду Степана Андреевича в «Борделе» в трущобах утром. Пусть возьмет то, что обещал, с собой, — сказал я охраннику около поместья аристократов и просунул ему пятьдесят рублей.

Сначала планировал к ним заявиться, но осторожность помешала, лучше встречусь на своей территории. Голова была занята тем, как помешать Титовым с генералом Вяземским и получить то, что я хочу в центральной зоне. Можно подумать, будто это невыполнимая задача. К сожалению, так оно и есть.

Проходя мимо ресторана, где мы встречались со Степой, заметил одного знакомого человека, который не может быть живым. Остановиться и разглядеть не получилось, потому что рядом находились сотрудники ИСР, нашивки отчетливо показывали, кто они такие.

Глянул еще раз, с другого ракурса я уже не узнаю его. Скорее всего, показалось. Смущало, что в ресторане были не рядовые, а минимум сержанты, лейтенанты и старлеи. Какая-то важная встреча? Дабы не привлекать внимание, я скрылся и не заметил, кто там был еще.

— Вяземский? Или кто готовит почву в этом городке? — спросил сам у себя.

Пока думал, как мне проникнуть в трущобы незаметно, обнаружил низших, которые уходили в переулок. Направился за ними. Мы добрались до вокзала, точнее, до той части, где заброшенные линии и разрушенные здания. Когда я прибыл в город, то не заметил этого. Ничего удивительного. Стена отделяла одну часть вокзала от другой. Посмотрел, куда спрыгивали жители трущоб, и остановился оглядеться.

На стенах следы от пуль. По количеству можно судить, что тут состоялась неслабая битва. Вот только кого с кем? Чуть дальше отпечатки когтей на перроне и на остатках здания. Поднял глаза и увидел… Или это галлюцинации? Черта! Он стоял в десяти метрах от меня и улыбался.

— Привет! — крикнул я.

По телу прошли мурашки, когда то, что должно быть лицом, улыбнулось. Потом мне помахали и указали пальцем в сторону. Я повернулся в том направлении — ничего. Тварь, или мое видение, исчезла.

— Нужно разобраться с тем, что это такое и почему я вижу его… — шепотом сказал я и сиганул в тот же люк, куда уходили низшие.

Двигаясь по сточным водам, старался не возмущаться, что моему костюму за почти тысячу рублей пришел конец. Теперь его точно не отмыть и не избавиться от запаха. Ускорился и догнал тех, кто уходил. Не хотелось бы тут провести больше времени, чем нужно, плутая.

Через полчаса мы выбрались наружу прямо в здании старого театра. В одной из гримерок был люк, выходящий в канализацию. Крайне странное решение. Понимаю, если бы рядом с туалетом или где-то еще. А так тут же должна стоять сильная вонь.

Встретил паханов, они отмывались в ведрах с водой, которую сюда натаскали. Расположился рядом, но себя не показал — слушал и наблюдал.

Рожи у мужиков довольные. Обсуждали, как они нагнули склад одного из крупнейших аристо. Что теперь стали силой, с которой нужно считаться. Но больше всего их впечатлил взрыв, устроенный мной.

По разным данным, которые непонятно как у них оказались, есть еще сто штук таких артефактов. Другие говорили, что даже сильнее. Они гадали, какое следующее дело я задумал. Большинство — обычные люди, условия изменили их. Хотя я не стал зверем в своем прошлом мире, пока жил в пещере. Я не насиловал и не продавал женщин и уж тем более детей.

— Господа! — выглянул из своего укрытия. — Хочу заплатить всем участникам нашего похода. Соберите, пожалуйста, их на улице, и пусть все подходят за обещанным.

— Босс! — дружно ответили мужики с закатанными штанами и расстегнутыми рубахами. — Все в порядке? Мы сделали то, что требовалось?

— Это я у вас хочу спросить, — улыбнулся я одному из них. — Жандармы, военные? Как обстановка?

— Все пучком! Тех, кому нет восемнадцати лет, мы отправили сюда. Через центр их и преследовали, всех схватили.

— Плохо! — перебил я.

— Завтра отпустят, потому что возраст не позволит их держать в кутузке. Нужно в детский дом, а у нас его отродясь не было. Так что вернутся, не переживайте! — выпятил грудь пахан, восхищаясь своей гениальной задумкой. — Все остальные через сральные туннели ушли. Люди говорят, что в трущобы никто не заявился. Остановились перед границами и развернулись.

— Молодцы! — похвалил я стратегов и командиров.

Когда отмылся и я, хотя скорее размазал то, что присохло, мы отправились в зал, где я раздал по два рубля участникам дела. Боссы получили свои обещанные деньги. Возились почти до самого утра, но все остались довольны, почти каждый спрашивал у меня, когда следующее дело.

— Чалый! — обратился я к рыженькому. — Нужно встретить одного паренька. Он военный, приедет сегодня. На вокзале его прими и сопроводи в «Бордель».

Рассказал о приметах Борзова, написал сопроводительную записку и отправил вора. Хотел сначала сам, но не думал, что настолько у нас растянется раздача денег. Да и не хочу появляться в таком виде в центре города.

После того, как закончил со всеми, направился в «Бордель». Хозяйка сообщила, что меня искал профессор и еще какой-то аристо, он сейчас в одном из номеров ожидает. Дама поселила его в люкс, как у меня.

Прохоров подождет, по-любому хочет доложить о том, что приготовил зелья, или о своих экспериментах по эликсиру для измененных. Мне нужно закрыть дело с Барановыми и можно переключаться на Титовых. С ними будет чуточку сложнее, но, кажется, пока я топтал фекалии, придумал, что сделать.

Влетел в свой номер, скинул с себя пропахший костюм и бросил его в корзину для грязных вещей. Постоял под душем, чтобы избавиться от въевшегося запаха, надел костюм, который мне подогнал Чалый.

— А в каком номере аристо? — спросил я у Альбины Анатольевны, когда передал ей корзину с бельем.

Постучался в дверь и зашел. Степа на удивление был трезвым. Черный костюм и туфли, глазки бегали, и он старался на меня не смотреть. Не к добру это. Его немного потряхивало.

— Симба! — выдохнул он мое прозвище. — Я… Отец… Тут такое дело… Так сразу и не скажешь… В общем… — подбирал он слова, стоя с опущенной головой.

— Вы решили меня кинуть? — спросил я в лоб.

— Нет! То есть да. Не совсем, — еще больше разволновался Баранов. — В общем, все сложно, и я пришел сказать… что Барановы не связаны с тобой или Корниловым. Вот!

Степа пытался держаться, но сбивчивое дыхание и трясущиеся руки выдавали его страх передо мной.

— Говори как есть! — сказал я ему.

— Вечером на Титовых напали и ограбили их склад, разнесли все к чертям, — аристократ наконец-то поднял взгляд. — Конечно, мы не знаем, кто совершил это преступление. Ночью к нам заявились сотрудники ИСР, и какой-то майор. Говорили с отцом почти час. Я не знаю, о чем именно, но после он сказал, что его не интересуют зелья, которые мы просили у тебя. Отец не хочет больше слышать о Корнилове или Симбе ни слова.

— Уходи! — улыбнулся я аристократу.

— Чтобы как-то сгладить ситуацию, папенька просил передать: если достанешь бумаги на земли, мы не будем иметь претензий. Это компенсация за причиненные неудобства, — еле сдерживаясь, выдавливал из себя Баранов.

— Уходи! — повторил я.

Аристократ на подкашивающихся ногах направился к двери. Я смотрел в окно. Майор из ИСР… Кто? Та встреча в ресторане неспроста была? Кто решил мне вставить палки в колеса?

От мыслей отвлек стук в дверь. Пришел Чалый и привел весьма недовольного Владимира. Отправил вора заниматься делами, мне предстоит разговор, в котором не нужны лишние уши.

— Борис! — обратился парень ко мне, держа сумку в руках. — Что это за клоака? Почему я здесь?

— Добро пожаловать! — распростер я руки. — Отныне это твой новый дом. Поздравляю, я выбил тебе перевод из Охотничьего!

— Можно я вернусь обратно? — скуксил недовольную мордочку Борзов. — Такой разрухи в жизни нигде не видел, как и столько уголовников на квадратный метр.

— Вовка! — решил я немного его в чувства привести. — А кто плакал мне, что Даша его бросила и уехала в Тобольск?

— Ничего я не плакал и не говорил тебе ничего! Как ты узнал? — уставился на меня Владимир.

Черт! Я же стер ему память о том событии. Как-то немного выбила из колеи ситуация с Барановыми, что я потерял бдительность.

— Борзов! — изменил я лицо. — Ты считаешь, если я не с вами, то не знаю ничего? Просто так ты приехал в тот же город, куда твоя дама сбежала? Не думал, что за счастливое стечение обстоятельств?

— Как? — удивился Владимир. — Никто, кроме Димы, не знал… А он не вылезает из патрулей после того, как нас поймали, когда мы ходили к Славецкому. Он взял всю вину на себя, и я его почти не вижу.

— Попой об косяк! — улыбнулся я, потому что получилось отвлечь аристократа. — Знаешь, сколько людей напряг, чтобы твою костлявую задницу отправили сюда?

— Да, насчет этого… — замотал головой Борзов. — Мне ничего не сказали, изменили метку, со словами, что теперь я не могу выйти дальше Тобольска, и все. Где буду служить, с кем, чем буду заниматься? Просто дали билет и отправили.

— Вова-Вова… — вздохнул я. — Ты думаешь, что я правда дезертир? Вот просто так взял и сбежал после того, как мне дали звание старшего сержанта? Это задание под прикрытием. И когда я узнал, что в части изменения и ты там сопли жуешь, решил вытащить тебя к себе.

— Я… даже не знаю, что сказать… — задумался аристократ.

— Ладно! Жить будешь в этом номере, я оплачу! — взял сумку аристократа и положил на кровать.

— Артефакты, я кое-что смог приобрести! — подбежал Владимир и стал доставать.

Решил пока не разбираться и просто переместил их в свой артефакт. Посмотрел на кольцо Славецкой. Блин, забыл ей его отдать! Теперь еще ящики нужно вытащить и где-то расположить. Потом решу, что с ними делать. Барановы, все карты спутали…

Мне вернули целых десять тысяч рублей. Борзов, как жук, завернул их в тряпку и спрятал в одежде. Шесть нычек смастерил зельевар. Я же заплатил за свой номер на неделю и за Владимира тоже. Все, теперь можно идти знакомить двух мужчин, по-своему любящих одну женщину.

Хорошо, что на улицах по-прежнему царила тишина, а то окажись здесь нежный Владимир, когда тут было несколько шумнее, даже не знаю, что бы он сделал. Убежал?

Добрались до здания Прохорова. Старался не отвлекаться на постоянное недовольство Борзова о том, что здесь ему не нравится и он предпочитает жить в более комфортных условиях. Видите ли, его смутило, когда нам все-таки попались на пути несколько продажных дам не первой свежести, а потом парочка беспризорников.

Почему-то ему не понравились мои хорошие знакомые, Василий Павлович. Золотой человек, сколько раз помогал ориентироваться в трущобах? Володя до этого не видел бездомных в своей жизни. Пока молодой аристократ расширял свой кругозор, мы зашли в полуразрушенное здание.

Пришлось остановиться, потому что Борзов прочистил желудок. Смутили его фекалии в подъезде, как и несколько разложившихся останков крыс, которых кто-то не доел. Мы подошли к двери, заваленной мусором.

Я использовал камень, и преграда исчезла. В лаборатории стоял сильный запах перегара, что мне уже не понравилось. Прошли дальше, за разделочным столом в заляпанном халате на голое тело сидел Прохоров. Мужик обнимал бутылку и что-то мычал.

Твою мать! У этого что случилось? И так Барановы знатно нагадили, еще он…

— Владимир это профессор, он же Прохоров Давид… — не успел я представить своего помощника, как Борзов побежал на мужика.

Влетел в него и скинул со стула. Залез сверху и давай колошматить кулаками по лицу Давида.

— Ты! Все ты! Из-за тебя уехала Даша… Бросила меня! Тварь, ты ей жизнь испортил! Но тебе мало, да? Хочешь лишить ее всего? Ты просрал свою жизнь, теперь и ее?.. — кричал Борзов.

— Звуковая пуля! — произнес я, и моя магия устремилась в голову Владимиру. Вот только она не принесла ожидаемого эффекта. Аристократ продолжил избивать Прохорова.

Значит, Борзов стал сильнее? Молодцы! Принимали эликсир прорыва. Более сильную магию решил не использовать. Подошел, взял его за шкирку и толкнул. Владимир зачем-то выставил руки, когда полетел, и схватил с собой стул, в которой врезался лицом у самой стены.

Через пять минут я усадил их за стол. Оба с синяками и разбитыми харями. Один злой пыхтит, второй еще не пришел в себя.

— Значит, так, Борзов! — начал я. — Профессора не трогать. Это я попросил его написать Даше. Знал, как она отреагирует и что поедет к нему, а тогда и тебя смогу вытащить.

Слабоватая ложь, но мне нужно, чтобы эти двое помешанных работали вместе.

— Ты? — уставился на меня Владимир. — Но зачем? Ты же мог…

— Хватит! — прервал я его. — Мало ты знаешь, чтобы понимать мотивы моих действий. Вот же… Я его вытащил со службы, а он сидит с мордой недовольной. Профессор, какого хрена?

Я уставился на Давида, который снова взял бутылку и прикладывался к ней разбитыми губами.

— Даша… — выдохнул он. — Ее забрали!

— Что? — вскочил Борзов, но я положил ему руку на плечо и посадил.

Долбанул профессору пощечину, чтобы он в себя пришел и объяснил нормально. Подействовало, в затуманенных глазах появился разум.

— Мы встретились с ней, — начал он, опустив голову, — в ресторане. Все было хорошо, но потом пришли они и попытались нас схватить. Я смог уйти.

— Трус! Бросил! Мразь! — снова попытался дернуться Владимир.

— Кто это был? — спросил я и сильнее надавил на рыпающегося аристократа.

— Ботаники… Они пришли за нами… — сделал очередной глоток медицинского спирта профессор. — Они ищут вас, Борис Иванович.

— Рот наоборот! — выругался я и сел рядом.

И как мне доставать Цветкову? Я же сам к ним приду, горяченький, остается только лист на спине повесить со словами «Борис Иванович Солнцев — измененный, которого вы ищете для опытов».

— Боря, — поднял жалостливые глаза Владимир, и посмотрел меня. — Что мы будем делать?

— Снимать штаны и бегать! — дернул щекой и задумался. — Я пока не знаю, нужно подумать!

— Борис Иванович, прошу вас, помогите! Спасите Дарью Марковну! Если… Я готов служить вам до конца своих дней, — встал Борзов и склонил голову.

— Вот дурак! — хлопнул его по башке легонько.

— Я не шучу! Клянусь, что я, Владимир Николаевич Борзов, буду верно служить вам, Солнцев Борис Иванович, если поможете…

Повисло неловкое молчание. С одной стороны, верность — это неплохо, с другой… Да черт поймешь, как и что сделать, чтобы никто не пострадал.

— Ладно! — встал я. — Постараюсь придумать что-нибудь. Прохоров, ты зелья создал?

— Я? — уставился он на меня.

— Нет, блин, я! Давид, приходи в себя, ты мне с работающей головой нужен, а не сопли жующий.

Около стены стояло несколько больших емкостей, в каждой — отдельное зелье. Теперь их у меня много. Грех жаловаться, всегда в цене, и необычное, и редкое — даже если с Титовыми не получилось, смогу потом продать. Конечно, наличные средства мне бы сейчас не помешали.

Два идиота сидели и зло смотрели друг на друга. Послал бог помощничков. Я приказал им не высовываться, а сам направился… просто подышать. Выбрался на улицу и пошел. Особого направления не было, просто двигался вперед.

— ИСР, генерал Вяземский, Титовы, Барановы, ботаники. Многовато… — перечислил я всех.

Решил заглянуть в ресторан, в котором мы тогда сидели со Степой. По дороге встретил Чалого, он спросил, что делать. Пришлось придумать задание. Вместе с Сявой пусть отправляются следить за Авдеевой, ее я упустил из виду. Варвара — девушка упрямая, может в неподходящий момент о себе напомнить.

Долгорукова в ресторане с аристократом

— Мы договорились? — спросила девушка у молодого человека.

— Да! Я передам сегодня же отцу, что вы согласились на наши условия.

— Хорошо… — выдохнула Софья.

Дочь генерала уже выяснила, что тело Зотова нашли обглоданным рядом с путями, по которым двигался поезд в Тобольск. Проблема с тем, кто посрамил честь ее брата, почти решена.

Долгорукова передала сообщение отцу, скоро он все обставит так, что это Славик сам нашел и потом покарал наглеца, который… Неважно, что-нибудь придумают.

Девушка осталась в городе и не поехала в часть, потому что узнала, что один из их рода Царевых находился в Тобольске, Софья пересеклась с ним в лавке Славецкого, когда они с Катей отдыхали.

Еще в Охотничьем после ранения Долгорукова выяснила, что Царевы получили заказ на Солнцева и весьма недешевый. Девушка не знала, как отплатить Борису за то, что он помогал Цветковой ее лечить.

Лейтенант проболталась: если бы не Солнцев с сильным выбросом магии, она бы не справилась, и пришлось бы выбирать, кого из пострадавших девушек спасать. Поэтому Долгорукова встретилась с Царевым, чтобы предложить ему перекупить заказ. Крайне редко, когда наемники идут на такое.

В противном случае им не будут доверять и работать с ними перестанут. Но Михаил Царев увлекся девушкой и не ответил отказом, а сказал, что она должна поговорить с Марковыми, и, если те отклонят предложение, то тогда их род рассмотрит эту возможность.

И снова удача. Один из сыновей Марковых, Кирилл, тоже находился в Тобольске. Софья, используя свое положение, договорилась с ним о встрече, чтобы сильнее подействовать на юношу, попросила Славецкую поприсутствовать.

В окружении двух красивых девушек сложно отказаться. Тем более, когда они из сильных и важных родов. Но кто мог подумать, что на этой встрече будет Борис? Так мало того, он, оказывается, из Марковых, а сам род избавился от него. Разговора не вышло. Еще и Солнцев…

Получилось так, что Софья привела к нему врага. Девушка хотела все объяснить, но этот упрямец не слушал и вообще сказал, чтобы она больше не появлялась. И это после проведенной вместе ночи?

Сердце ее было разбито, мужчина, которому Долгорукова отдалась, отказывается с ней не то что быть вместе, но даже общаться. Девушка не собиралась сдаваться, после поражения Кирилла она снова связалась с Царевыми.

Михаил передал волю главы рода. Если Долгорукова поможет с одной проблемой, то они откажутся от заказа. Их честь от действий этого человека пострадала куда больше, а если сложности не станет, то они отстанут от Солнцева.

Маленькая победа, не иначе. Осталось разобраться с одной девкой, и у Бориса станет на одного врага меньше. Так Софья надеялась отплатить Солнцеву и вернуть его расположение.

А Царева… Она… Не нужно было объявлять ее своей женой! Какая она жена… Вдова, испорченная, без роду! Никакой пользы Солнцеву от Елизаветы не будет, только проблемы. Тем более с такими врагами, как Марковы. Она обуза и будет ему только мешать, тянуть вниз.

Из-за нее, Борис вынужден был дать клятву генералу Долгорукову. Будь у Царевой честь, то она бы убила себя и не допустила такой глупости со стороны Солнцева. Но дурочка рот раскрыла и счастлива, что ее ничтожество кто-то объявил будущей женой. Она хоть понимала, какую цену заплатил Борис за ее освобождение? Нет!

Потому что думает только о себе. Эгоистка! Такая не может быть женой, не должна… Отец обязательно использует эту клятву и… Даже думать не хочется, что он попросит.

— Сука! — сел я за столик.

Долгорукова с Царевым. Я уже не удивлюсь, если она с моим отцом встретится и договорится о помощи в моем же убийстве. Вот что ж за дура⁈ Казалось, хорошая девушка, со своими тараканами, конечно. И на тебе, такая подстава!

А я еще с ней переспал. Часть меня подталкивала поговорить с Софьей, другая же, как раз после ночи, советовала держаться подальше, особенно после ее общения с Царевыми и Марковыми.

Мало мне проблем? Так еще и знакомые их создают. Настроение пропало, снова окунулся в мысли о том, как вызволить Цветкову. Если этого не сделать, уверен, что Борзов попрется сам. В итоге помрет, или его за стену отправят. Еще профессор… Поймал момент, как меня захлестнули эмоции.

Ко мне подошел Царев, когда Долгорукова удалилась в дамскую комнату. Девушка не смотрела на меня и прятала глаза — понимает, что делает, и продолжает. Хорошо!

— Слушай, что в тебе такого, если дамы из разных родов готовы на все, лишь бы ты жил? — поинтересовался он у меня.

— Как тебя там? — спросил я, подняв голову.

— Михаил Сергеевич Царев, — выпятил он грудь и растянул мерзкую улыбку.

— Миша, у меня крайне плохое настроение. Свали, будь другом! Чую, что могу не сдержаться и прикончу тебя, — обратился я искренне к аристократу.

— Ты думаешь, мусор, что можешь мне что-то сделать? — его глаза вспыхнули яростью. — За тебя бабы проблемы решают, а ты мне угрожаешь?

Железа выбивала набат внутри живота. Ярость и желание убивать захватили мой разум. Удар сердца. Вскочил, ударил под коленку идиоту, он начинает наклоняться. Схватил его за плечо, и мой палец с выросшим когтем словно в масло зашел в его шею. Уперся в яремную вену.

Еще удар сердца. Вот это скорость! Меня затрясло от предвкушения.

— Борис! — крикнула вышедшая Софья. — Не нужно! Отпусти его. Прошу!

Посмотрел на Долгорукову и помотал головой. Вот же… Промахнулся я с тобой, думал, что ты не такая интриганка! Хорошо…

— Миша… — надавил я на артерию. — Чуть сильнее, и ты истечешь кровью, как малолетняя девка в первые месячные. Я тебя просил отвалить от меня? Но ты решил…

Почувствовал пальцем, как у него участилось сердцебиение. Вдохнул и взял себя в руки. Пока это еще можно рассмотреть как недоразумение. Хотя мне плевать на род Царевых, которые решили меня убить.

Выдернул палец из его шеи и отпустил. Черный синяк сразу же появился на коже аристократа. Убрал окровавленную руку за спину, неестественная темнота и коготь пока не пропали. Еще раз посмотрел на Софью и разочарованно помотал головой.

Аппетит испортили. Здесь мне делать нечего, направился на выход, пока Царев заливал свою рану лечилкой.

— Боря, — схватила меня за руку Долгорукова. — Прошу, послушай!

— Нет! — выдернул я кисть. — Мне достаточно того, что я увидел. Удачи тебе, Софья, честно. Живи полной жизнью и лучше больше не попадайся на глаза! В следующий раз я могу…

Вышел на улицу. Вязкая и тягучая, словно это жидкость, злость текла по моему телу. Эмоции, которых я раньше не испытывал, охватили разум. Железа как-то способна влиять на меня и мое поведение. Будто зверем каким-то становлюсь.

Голова кипела от мыслей. Когда ко мне прикоснулась Долгорукова, то я захотел ей овладеть, следом накрыла злость и ярость на Софью. Сука! Профессор, нужно как-то научиться этим управлять.

Направился обратно в трущобы. По дороге встретил Сяву, который меня искал. Они нашли Варвару, Чалый притворился аристо, на заработанные деньги купил себе костюм, примерно как у меня. Авдеева в ресторане общалась с каким-то воякой. Девушка была крайне недовольна встречей и все время молчала. Мужик приказал ей не расследовать дело о пропаже рядового ИСР Ефремова. Потому что он не исчезал, а отправился на службу к ботаникам. И все документы по его делу потребовал передать, больше не вмешиваться, если Варвара хочет остаться на своей должности. Сказал, чтобы лучше потрудилась найти того, кто разрушил склад Титовых, что так будет больше пользы.

А вот это очень интересно. Миша… Его схватили ботаники. Только зачем? А я все гадал, где мой шпион. Получается, теперь появилось дополнительная задача наведаться в лабораторию. Хотя, если его пытали и спрашивали обо мне, он покончил собой. А если нет?

В городе становится неспокойно, появляется все больше личностей, которые имеют свои интересы. Передал Сяве, чтобы созвал паханов. Устрою им еще одно дело.

Через полчаса мы собрались в театре. Я снова на сцене, уже начинаю привыкать… Улыбнулся и заговорил:

— Друзья! Сегодня мне нужно, чтобы на улицы аристократов вышло как можно больше жителей трущоб. От вас ничего не требуется, главное, чтобы это было массово. Часть людей направится к особняку Барановых, другая — к Титовым. Кричите о несправедливости аристо, о том, что они ущемляют вас.

— Сколько? — послышался голос из зала.

— Вам — по сто, остальным — по рублю, — ответил я, подсчитывая, сколько у меня осталось денег.

— В прошлый раз было по два! — возмутился еще один пахан.

— Хорошо! — улыбнулся я. — Никто ничего не получит, силой заставлю.

Чувство самосохранения превысило жадность. Паханы ушли готовиться к походу на аристо. Посоветовал им использовать сточную канаву, чтобы не привлекать внимания. А часть людей отправить к границе трущоб для шумихи, пока другая группа пойдет на Титовых и Барановых.

Надеюсь, мое предположение сработает. По моим прикидкам, есть где-то два часа на то, чтобы выдвинуться к ботаникам. Заглянул к профессору.

— Монстра вам жены! — сказал я, когда застал Володю в трусах и майке, уже испачканной, где-то.

— Боря? — поднял аристократ свой мутный взгляд на меня. — Когда мы идем освобождать Дашу?

— Прохоров, мать твою, ты зачем спаиваешь пацана⁈ — толкнул я мужика, спящего за столом.

— Борис Иванович… — открыл он глаза. — Мы с Владимиром обсуждали некие теории, спорили. Ну, и решили выяснить, кто прав. Бутылка, это все она, — посмотрел он на стекляшку, которую обнимал.

— Вот уроды! — вытащил я лечилки из артефакта. — Пейте и приходите в себя!

Переживают они, видишь ли, вот и придумали напиться, так еще через пойло и проблемы решить заодно. Час просидел и прождал, пока гении обретут хоть какую-то ясность ума. Одолжил у профессора пару хлопушек.

Володя сообщил, что тоже привез несколько полезных вещей. Один артефакт способен заглушить магический купол, другой — крайне сильная защита от мага уровня «Адепт», но на четыре секунды, он одноразовый. И последний способен устроить небольшое землетрясение.

Собрал добро в свой артефакт и приказал этим двоим чем-нибудь полезным заняться. Если вернусь, на что я надеюсь, и они будут пьяные, или хоть запах почувствую… Володя отправится чистить местные сортиры, а профессор… Не решил, как его наказать. Да мне и не нужно, потому что он все равно подчинится.

Когда я двинулся в центр, уже большая часть низших ушла по канализации на старый вокзал. Сейчас меньшая группа жителей, тысяча или две, толпой двинулись к границе трущоб. Делали это весьма шумно, чтобы привлечь внимание.

Я проскочил с ними и остановился подождать. Нужно убедиться, что моя задумка сработает. Не прошло и получаса, как приехали на грузовиках жандармы, но их оказалось слишком мало. Они вызвали подкрепление и еще семь грузовиков военных примчались сдержать жителей трущоб.

Я засел в кафе с другими аристократами, которые тут находились и возмущался наглости низших.

— Да как они посмели выползти из своих нор? — Высказал я громко свое недовольство. — Хватит и того, что мы их терпим, но нашу милость приняли за слабость!

Мои слова нашли поддержку среди аристократов. Гости кафе вышли на улицу и стали требовать от жандармов и военных разобраться с низшими раз и навсегда. Пора бы уже поставить их на место. Моя провокация сработала.

Ситуация накалялась, приходили сообщения о том, что около особняков Барановых и Титовых собралась толпа в несколько тысяч человек и требуют считаться с ними. Часть жандармов и военных направилась туда. Я улыбнулся тому, что мой план сработал.

Растянул силы правопорядка, надеюсь, мне никто не помешает у ботаников. Я ведь даже не знаю, что там меня ждет. А когда буду уходить, а планирую я это сделать громко, преследование мне ни к чему.

Генерал Вяземский направлялся к особняку Титовых

Я не чувствовал угрозы от этого существа. Казалось, что наши цели на ботаников совпадают. Глупо? Опасно? Но тварь решила мою проблему с тем, чтобы проникнуть в лабораторию, пусть и сделала это не так, как я планировал. Шумновато вышло.

Поэтому я ускорился и побежал в образовавшуюся брешь. Монстр перемещался крайне странно, будто плыл по воздуху, а порой просто исчезал и появлялся через несколько шагов.

Когда я оказался на территории лаборатории, то пробежался взглядом по последствиям умения черта. Впервые вижу такую магию. Стена аккуратно вырезана, вот только куска, который отсутствовал, нет. Трещины по всему зданию, у военных нет частей тела, как и крови.

Оружие расплавилось. Даже огненная магия на такое не способна. Остановился на мгновение, чтобы не споткнуться об ноги солдата, их оторвало от тела и отбросило. Рефлекторно выставил защиту, потому что по нам открыли огонь. Пока не понял, откуда, но все снаряды пришлись на тварь.

Каждая пуля уходила будто в кисель, не нанося никакого урона монстру. В один момент, мне стало немного жутко, когда он переместил то, что должно быть лицом, за затылок, чтобы улыбнуться мне, пока по нему продолжали стрелять.

— Твою за ногу! — схватился я за плечо. — Хочу такие пули!

Снаряд пробил шесть моих звуковых барьеров и насквозь прошиб тело. Удивило, что до этого момента черту было плевать на стреляющих, но после тот, как попали в меня, у него появилось разочарование на лице.

— Уж простите великодушно! — развел я руками. Может, это он непрошибаемый, а с моим уровнем ученика сложновато прикрыться от качественного снаряда.

Из тела монстра вытянулись черные щупальца, которые понеслись в направлении выстрелов. Через мгновение из четырех трупов сделали… Думал, что многое повидал на своем веку, но тут даже у меня подкатило.

Из военных сделали кашу. Не понимаю, как, но ноги одного в голове другого, а руки торчат из живота. Части тел будто пересадили в места, где их не должно быть. При этом солдаты продолжали оставаться живыми. Комок из частей и органов стонал и мычал.

— Разрывные! — произнес я, и мои снаряды устремились в кучу мала, чтобы прервать страдания уже единого организма из…

Посмотрел на движущуюся вперед тварь — вообще никакой реакции. Запишем, что это не отличается человеколюбием. Для себя решил: пока наши интересы совпадают, последую за ним. Или это она? Да и не уверен, что так просто смогу уйти. И нужно ли, когда я уже здесь?

Мы зашли в подъезд, который сразу же перешел в туннель под землю. Монстр остановился, когда прозвучал протяжный вой, как это было на стене. Мне не понравилось, что мой отросток на это отреагировал. А еще показалось, что я в нем отчетливо услышал: «Я здесь!»

Словно в поезде или консервной банке. Вокруг металл, свет мигал на потолке, а еще перед нами постоянно закрывались двери. Вот только моему «другу» это не мешало проходить через них, оставляя дырки.

Снова открыли огонь. Монстру хоть бы хны. Обратил внимание, что магические пули не смогли пробить металл, некогда дверей. Препятствия способные остановить адепта или даже мастера.

— Что же ты такое? — спросил я, стоя за спиной у твари и разглядывая ее.

— Ты! — послышалось в том вопле, который издало существо.

По спине пробежались мурашки, а потом по ним — еще одни. Что-то мне не нравится. Мы продвинулись дальше, застал тех, кто стрелял в крайне странном состоянии. Они стали статуями, их тела покрыл камень, который распространялся по коже, пока полностью не захватил.

Появились двери по бокам, судя по тому, как они выглядели, это камеры для заключения. Дернул ручку — заперто, создал направленный звуковой удар. Открылось.

— Вашу мать! — выпустил разрывную пулю в северного оборотня, который тут находился.

Меня бы не смутил монстр, вот только почему вместо его шерсти на теле были водоросли, как у таежного лешего? Эти уроды тут смешиванием видов занимаются? Вот же придурки, а потом у человечества новая угроза возникнет! Долбануло. Кто-то из пушки выстрелил?

Открытую дверь смяло и вдавило внутрь. Я попытался ее отодвинуть, но металл покорежило. Сука! Сделал подарок ботаникам, заперся в камере… Твою налево! Через мгновение преграда растворилась.

Черт стоял и вопросительно смотрел на меня, будто мы с ним в прятки решили поиграть. В голове рождались десятки теорий, почему монстр так себя ведет со мной, и ни одна из них не нравилась.

Тварь продолжала пристально смотреть.

— Что, в туалет сходить нельзя? — спросил я, глядя ему в лицо.

Оно улыбнулось и пошло. Время… Его мало, и шум поднялся знатный. Вот только после того, что я тут увидел, понял: хрен мне, а не спасение Цветковой. Если стену, ограждающую лабораторию, я бы разрушил, а вот дальше вряд ли бы прошел — помер сразу.

Я и не думал, что у них тут так все серьезно… Такая охрана с защитой. Даже не знаю, то, что черт со мной — это удача или… Очень мучил вопрос: а что ему-то здесь нужно? Неужто тоже за Цветковой приперся?

Мы двинулись дальше. Через двадцать метров правда стояла пушка, из которой недавно выстрелили. Вот только теперь из горячего ствола вытекали мозги стрелявшего. Черт как-то затолкал туда солдата.

— Ты можешь не убивать следующего военного, или хрен пойми, кто это? — спросил я. — Мне нужно узнать, где тут один человек. Хорошо? Ты меня поняло?

Неразговорчивый попутчик просто пер вперед. Это даже интересно, метров пятьсот прошли, а металлический туннель все тянется, и ему не видно конца и края. Еще пять раз пытались нас остановить. Каждый раз я просил не убивать, но итог был одинаков, только способ казни менялся.

Чего я тут только не насмотрелся. Военных поджаривали. Или это ботаники? Неважно! Разрывали на куски, растворяли тела. Одному вырвали голову вместе с позвоночником. И все это делали щупальца, которые выпускал «черныш». Решил дать ему имя, а то «черт» как-то мне не нравится.

Единственное, чего смог добиться от монстра, — чтобы он ждал, когда я открываю камеры. В каждой находились твари.

— Куда же тебя спрятали, лейтенант? — спросил я в сердцах.

Наконец тоннель закончился огромной стеной. Она как-то странно вибрировала и издавала свет. У Черныша не получилось проломить этот барьер. Когда он прикасался к нему, то дым будто засасывало в конструкцию.

Попутчик разозлился и издал вой. У меня заложило уши, захотелось убивать. Я почувствовал боль, отчаяние, печаль. Черныш хотел попасть за эту стену. Оставив свои попытки, он перевел свой взор на меня и потянулся щупальцами. Я отшатнулся.

Из моего кольца достали артефакт, который привез Володя, тот, что способен разрушить магический купол. Даже не знаю, что меня поразило больше: то, что существо в курсе моего скромного снаряжения или что спокойно залезло в мой артефакт?

Меня потянуло к монстру. Своими черными хреновинами он поднял мою руку и положил мой же артефакт мне в ладонь, полоснув ее перед этим. Монета впитала кровь. Потом Черныш взял ее и кинул в стену.

Конструкцию затрясло, она стала осыпаться, будто сделана из песка.

— Вашу мать! — произнес я, когда мы попали в помещение, где, привязанный к койке, лежал еще один черт. Только немного отличался по окрасу, на зебру похож.

Новый монстр получил позывной «Полосатик», а то я так запутаюсь. Черныш превратился в дым и переместился к дружку или подружке. Я стоял, и смотрел за воссоединением хрен пойми кого. Профессор говорил, что таких тварей было две штуки, но они сбежали, и их не смогли поймать.

Выходит, все-таки получилось. Вот только почему Черныш сам не пришел за своим? Зачем ему потребовался я? Как он знал, когда я появлюсь? Вопросы снова множились, как прыщи на роже подростка.

Существа общались воем, жутковато выглядело. Сейчас я не понимал, о чем они переговариваются. Отличный момент закончить наше вынужденное сотрудничество. Каждый получил, что хотел: он — Полосатика, я — проникновение к ботаникам. Пора и честь знать!

Справа была дверь. Не издавая лишних звуков, шагнул к ней и вышел.

— Пронесло! — сказал я вслух.

Оказался еще в одном помещении. Ба, какие люди! Похоже на лабораторию, а в ней та, которую я ищу. Все бы ничего, вот только Цветкова голая. Какие же у нее огромные… Отвлекся на еще одного участника, полковник Карпов. В белом халате и весь скрюченный, сейчас втыкал очередной укол в женщину, которая была без сознания.

— Борис Иванович! — улыбнулся он. — А мы вас искали. Не думал, что истинные так быстро найдут. Мы потратили пять лет, чтобы поймать особь два, много денег и людей ушло на эту цель, и благодаря вам… Но ничего, результаты, которые мы получили, меняют все. Последний кусочек пазла — это вы! Как только узнаем, как в вас продолжает существовать и вместилище, и железа, наша страна…

Пока Карпов говорил, мне показалось, что он какой-то экстаз испытывает. У него под боком два существа, опасных и сильных, а полковник возится с лейтенантом, и, кажется, ему плевать на то, что происходит в реальности.

— Вы не против, если я заберу Цветкову? — спросил я в лоб.

Ожидания, что крыша у дядечки поехала, не оправдались. В меня запустили огненный шар. А он чего-то может, уровень — «Мастер» или «Верховный мастер». Но и я не просто так слушал его речь. Заготовил несколько разрывных, которые моментально влетели в голову Карпову.

Жаль… Потрясло мужика, и все. А вот мне пришлось выставить всю защиту, на которую я был способен, и сверху еще парочку звуковых ударов. Этого оказалось мало, и прямо сейчас на моем теле догорал костюм. Вместо брюк появились элегантные шорты, а пиджак и рубашка превратились в лохмотья.

— Поразительно! — восхитился полковник. — Ваша сила — это восхитительно. Почему отказываетесь положить начало новым магам в Русской империи? Вы станете героем, первым, истинным магом, и поможете своей стране.

Ответить не дали, потому что меня засосало в огненный вихрь. Температура внутри огромная. Попытался вздохнуть, но мои легкие обожгло. Если я нужен им на опыты, то меня не должны убить. Во всяком случае, я так предполагал. Попытался защитить тело звуковой магией.

Меня выбросило из вихря прямо в стену и протащило по ней. Почувствовал, а потом услышал, как рвется обгорелая кожа на спине. Больно, однако… Упал и ударился головой. Вскочил и выпустил еще несколько разрывных пуль, два копья и звуковой луч.

— Сука! — выдохнул я, опустошенный. Магии больше нет.

Все усилия привели к тому, что просто поранил Карпова. Урод!

— Мальчик, давай мы не будем портить твое тело, ведь оно предназначено для исследований. Но если станешь упрямствовать, то меня устроит и твоя верхняя часть, — облизнулся подполковник.

Похоже, у них какой-то специфический набор в ботаники. Профессор, Карпов… Они же помешанные! Прокручивал возможности, которые остались.

— Знаете, у меня другое предложение, — улыбнулся я, когда железа запульсировала в моем теле. — А не пойдете ли вы на хутор бабочек ловить?

Полковник дернул плечами, как если бы он закончил мочиться, и хлопнул в ладоши. Двадцать огненных шаров размером с первый, который я почти отбил, полетели в мою сторону. Я проглотил в предвкушении приятных впечатлений.

Тут к нам заглянул Черныш, уставился на меня, и его лицо изменилось. С придурковато-улыбчивого оно стало сначала печальным, а потом злым. Монстр перевел взгляд на Карпова и указал пальцем на летящие шары. Мгновение, и они исчезли.

Вот только это не все, что сделал мой попутчик. Подполковник тоже таял, причем в прямом смысле слова, его кожа, мясо и кости превращались в вязкую жидкость и стекали вниз.

То, что помог — это, конечно, хорошо, вот только его можно было бы допросить. Сколько секретов и тайн в голове этого помешанного хранилось! После раздался повторяющийся сигнал, и свет стал моргать.

Я побежал к Цветковой, развязал ремни и подхватил голую женщину. Дверь открылась. Влетел внутрь. Не очень хочу возвращаться с Чернышом и Полосатиком, особенно, когда не понимаю их мотивов. Поймал себя на мысли, что специально дал им детские имена, дабы как-то очеловечить. А еще эти твари крайне сильны, и я не хочу даже думать, на что они способны.

— Вот это поворот! — положил Дарью Марковну на кушетку и уставился на Ефремова, а точнее, на то, что от него осталось.

Пол-лица — это Миша, а вторая часть — точь-в-точь как Сява. Какого хрена тут происходит? Подошел к нему, в его глазах отсутствовал разум. Просто оболочка. Сука! Жалко парня! Крайне полезный сотрудник был.

В этот момент Черныш переместился ко мне, и помещение заполнил дым. Мое тело будто на части стало распадаться. Не знаю, что сейчас со мной делали, но я рванул к Цветковой. К сожалению, пришлось сделать выбор. Миша не подавал никаких признаков сознания.

Генерал Вяземский у особняка Титовых

Владимир и профессор

Я сам был правителем планеты, но никогда не убивал ни в чем не повинных людей, тем более слабых. Вяземский, что же ты за тварь такая? У него нет чести, только личные мотивы. Решил раз это низшие, мешающие люди, то с ними можно делать все что угодно? Аристократы только спасибо скажут, потому что император далеко и его проблемы низших слоев общества не касаются. Такие командиры понимают лишь силу и страх. Что ж… Я покажу!

Потерял контроль. Отросток продолжал стучать, проталкивая что-то по темным каналам. Моя суть менялась, руки почернели еще больше, когти — длиннее, чем обычно. Проблема в том, что процесс пошел дальше, моя грудь, шея и лицо… Мутация усилилась.

Чувствовал, как кожа чесалась. Используя остатки еще не померкшего разума, я оторвал от пиджака часть ткани, попытался прикрыть свою морду. Зачем и сам не понимал, наверное, чтобы не узнали. На этом все.

Владимир, наблюдая за Солнцевым

Приветствую друзья. К сожалению, только два персонажа. Я записал ваши пожелания и постараюсь в ближайшее время сделать еще, но это не точно =) Больше всего проблем с ГГ… Наглец Солнцев, никак не получается…

Прошу в комментах высказать свое мнение о том, какой образ вам больше всего зашел. Интересно насколько у нас с вами совпадет ощущение.

Екатерина Славецкая

ВАРИАНТ № 1

ВАРИАНТ № 2

ВАРИАНТ № 3

ВАРИАНТ № 4

Варвара Авдеева. С этой чертовкой, вышло сложнее. Никак нейросеть не хотела нормально образ передавать, а когда делала это, то возникали проблемы с конечностями.

ВАРИАНТ № 1

ВАРИАНТ № 2

ВАРИАНТ № 3

ВАРИАНТ № 4

Весьма длинное сообщение сейчас ушло по открытому каналу. К нему будут иметь доступ и жандармы, и военные, и аристократы. Так я подписал себе большой ворох проблем, но по-другому мне не защитить трущобы. А еще это ловушка для некоторых лиц. И во что я хочу верить — что сделал именно то, о чем просил Трутень.

Авдеева смотрела на меня странно. Страх, злость, интерес — многое сейчас испытывала девушка, хоть и большая часть того, что я устроил, чистая импровизация. Варя — полезный человек. Пусть она думает, что хочет, но свое место не потеряет. Конечно, ее возможности ограничены и не такие, как у сотрудника ИСР.

Но и на безрыбье рак рыба. Очень надеюсь, что нужные люди заметят мое послание, и все их подозрения выплывут наружу. Тогда некоторые аристократы станут куда более сговорчивыми.

На улице и правда прохладно. Выпустил несколько колец пара и двинулся к Трущобам. В том, что после жестокого убийства военных просто так Вяземский не дернется, я почти уверен.

Подсознательно или нет, но мои действия похожи на поведение истинных измененных. А тут генерал не может действовать опрометчиво. Поэтому он пока будет думать, как захватить потенциального противника. Еще мы… Уверен, что считают нас предателями и ненужными свидетелями.

От нас точно нужно избавиться. Вот и всплывает дилемма, как ему поступить? Долго она не продлится, но точно хватит времени для всех моих дел. Авдеева стала частью моего рода. Пусть через шантаж, но по-другому никак, позволять больше рушить мои планы я не могу. И тут или ее кончать, или сделать своим человеком.

Выбрал второе. Тем более восстановлю ее семью и верну то, что она так отчаянно искала, даже больше. Проходил мимо ресторана гостиницы «Аморе», в окне заметил грустно сидевшею Софью. Дочь генерала, одетая в спецуху вольных, пила вино в одно лицо. Судя по пустой бутылке, уже давно.

Ускорился и проскочил так, чтобы она не заметила. Через двадцать шагов мне закричали в спину:

— Боря? Солнцев? Остановись! Прошу!

Сделал вид, что не слышу, и продолжил движение, но меня нагнали и схватили за плечо. Уже поворачивался, чтобы высказать все, что думаю, но залитое слезами девичье лицо ввело в ступор. Что ж за день такой?

— Выслушай. Все, что я прошу, — всхлипывала девушка. — Царевы, Марковы… Я встречалась с ними, чтобы отплатить за твою помощь. Вот! Просила, чтобы они перестали на тебя охотиться. Я не знала, что ты из Марковых… Катька не сказала, что придешь на встречу с Кириллом. Клянусь! Что мне сделать, чтобы ты поверил? На колени встать? Скажи. Я не… Прошу, прости!

А вот это крайне любопытно. Девушка пыталась мне помочь. Еще тогда я заметил, что мое поведение подчиняется голым эмоциям лишнего органа в теле. И сейчас… Она может врать. Вот только зачем? Есть шанс, что Долгорукова — хитрая интриганка, планирующая избавиться от меня. Слабо верится.

— Забыли! — все, что я сказал ей.

Девушка бросилась мне на шею, сдавила достаточно сильно. Чувствовал, как бешено стучит ее сердце. Проснулась железа, и в голову полезли нехорошие мысли.

— Софья, я тороплюсь! Давай потом поговорим?

— Что случилось? Как я могу тебе помочь? — взяла она меня за руку.

— Как? — улыбнулся я. — Почему бы и нет.

Весемир в кабинете.

— Подполковник, разрешите войти! — обратился, стоя за дверью, сержант Айваз.

— Давай! — выпустил дым Трутень.

Владеющий положил на стол только что полученное по открытому каналу сообщение. Это было отображено на листочке, который сейчас изучал Весемир.

— Солнцев… — выдохнул подполковник с улыбкой. — Монстра тебе в жены! Это даже лучше, чем я планировал. Оно по открытому пришло? — уставился на Айваза Трутень.

— Так точно! — выпрямил спину владеющий.

— Хорошо… Это очень хорошо… — застучал пальцами по столу подполковник.

Схватив свой китель с дивана и накинув его на плечи, Весемир вышел из кабинета в Охотничьем. Действовать нужно решительно и быстро. Жаль, что в таком захолустье придется пользоваться услугами одного человека.

Пусть этот род и предан государю, свою возможность они не упустят. Даже сейчас у них есть планы на мальчишку. Вот только обойдутся, Солнцев принадлежит Трутню. Особенно после того, что сейчас вытворил этот наглец.

Мало того, что решил проблему, он организовал кучу работы. И в ближайшие недели Весемиру нужно будет переключиться на разбирательства в Тобольске, но это стоит того. Вяземский со своими темными делишками уже совсем потерял связь с реальностью.

Трутень бы и сам справился, со временем, но генерал силен, у него крепкая поддержка, и просто так подвинуть не получится. А тут такой случай! Вот только нужно не опоздать и появиться в нужный момент и не одному. С этим могут возникнуть проблемы.

Трутень зашел в лавку «Сибирская». Колокольчик не прозвенел — все, как и должно быть в данной ситуации. Через минуту появился Славецкий.

— Подполковник? — улыбнулся аристократ. — Какая неожиданность. Чем мой род может вам помочь?

— Толик! — выплюнул имя Весемир. — Не нужно расшаркиваний. Прошу комнату для встречи и вызвать судью.

— Даже так? — сделал наигранное удивление аристократ. — Кто оплатит?

— Я! — отрезал Трутень.

— Неужели снова мальчик? — улыбнулся Славецкий.

— Не твое дело! — рявкнул подполковник. — Ты, видимо, забыл, что я могу?

— Веся! — рассмеялся Анатолий Викторович. — Все я знаю и помню. Вот только сейчас ты у меня дома. И ни твоя магия, или даже будь у тебя армия в этих стенах, ничего не поможет, ты никто! Не забывай и не зли меня.

Трутню пришлось поумерить пыл. К сожалению, Славецкий прав. И сейчас, вступив на его территорию, придется играть по правилам.

— Ну что ты такой злой? — поднял крышку стойки Анатолий Викторович. — Проходи, я все сделаю… С тебя всего сто тысяч.

Ничего не ответив, подполковник прошел и взялся за ручку.

«Славецкий, чтобы ему пусто было… С самого девства такой, не может сделать то, что просят, и всегда требует денег. И неважно, друг ты ему или нет», — подумал про себя Весемир.

Дверь привела в кабинет, один из тех, в которых уже бывал подполковник, когда встречался экстренно с людьми его величества и даже с ним самим. Заняв место за столом, стал ожидать нужного ему человека.

Судья — это новая должность, которую ввел император. Верные люди государя, выступающие свидетелями в спорных ситуациях. Часто бывает слово одного против слова другого. А когда император далеко, ничем не приметные аристократы из новых являются глазами и ушами его величества. Именно такой сейчас нужен, чтобы зафиксировать действия Вяземского, и тогда у него уже не получится соскочить. Ну, или сделать это без проблем.

Трутень уже не раз копал под генерала, но ни к чему серьезному это не привело. А тут такой случай! Бунт, убийство ни в чем не повинных низших, темные делишки с ботаниками. Этих тварей Трутень отдельно ненавидел. В прошлый раз доигрались, что чуть страну не просрали, решили поэкспериментировать с монстрами и магами.

К чему это привело — знают единицы. И тут Вяземский решил снова запустить старые проекты? Зря!

— Весемир Константинович, — зашел в кабинет мужчина невысокого роста с папкой в руках. — По какому делу, я догадываюсь, вся информация со мной. Вот только это уже второй раз, когда вы пытаетесь обличить генерала Вяземского. Его величество передал, что если и сейчас у вас ничего не получится, то вам придется отстать и больше не влезать. Я доходчиво объяснил? Если сейчас откажетесь, то еще будет шанс и попытка, а нет…

— Я все понимаю, уважаемый Роман Дмитриевич, — в несвойственной ему манере произнес Трутень.

— Пойдемте? У меня много дел, насыщенный денек выдался, — произнес доверенный императора и направился к двери.

— Ну, Боря, надеюсь, что ты не подвел, — шепотом сказал Весемир и встал из-за стола.

Взяв пьяненькую девушку под руку, направился к трущобам. Хотела помочь, как я могу ее лишить такой возможности? Меня мучил вопрос, как вернуться обратно? Еще раз пачкать костюм я не хочу, а тут такой шанс.

Софья шла медленно, поэтому мне приходилось ее тянуть. С чего она вообще напилась? Не поверю, что из-за наших немного запутавшихся отношений. Тут что-то другое… По большому счету, мне плевать.

Через двадцать минут мы уперлись в жандармов, преградивших нам путь. Долгорукова достала документы и ткнула их в морду одному молодому человеку, который не хотел нас пускать.

— Я дочь генерала! Вы не смеете! — почти незаплетающимся языком возмутилась девушка.

Через десять минут ругани Софьи мы прошли кордон, и следующим препятствием стали военные. Тут в ход пошло то, что она лейтенант, пусть и запаса, а вообще, дочь…

Проблем никто не хотел, и у старлея возникла дилемма. Не пропустить — будут сложности, а если дать пройти и она там пострадает? Долгоруков с говном сожрет и не подавится. Я молчал и просто держал за руку девушку, которая открывала мне путь в нужное место.

А вот и люди Вяземского. Осталось немного, и я начну свою игру.

— Объявите генералу, что здесь Софья Долгорукова, — сказала девушка еще одному военному.

Этот сразу куда-то убежал. Через пять минут нас сопроводили до шатра, который разбили около границ в трущобы. Мы зашли. Стоял стол, на нем лежала карта территории. Военные прорабатывали возможные схемы штурма.

Рассматривались варианты захвата цели. В плане лишь не учитывались жизни низших и возможный урон территории.

— Софья? — отвлекся Вяземский.

Возраст оставил на его лице глубокие морщины, след бесчисленных дней на поле боя и в затененных штаб-квартирах. Его взгляд был острым и цепким. Он быстро оценил меня и девушку. И, судя по недовольной морде, мы пришли в самый ответственный момент.

Высокий и стройный генерал держался прямо, его волосы уже полностью поседели, подчеркивая долгий путь, пройденный им в службе. Сколько человек он подставил ради своих власти и целей?

Таких людей я навидался еще в своем мире. Карьеристы с комплексом, что только они знают, как правильно. Не считаются с потерями, есть только их цели и все остальное топливо для их достижения.

Черные штаны с лампасами, белая рубашка и китель с множеством наград. Спина идеально прямая, а плечи расправлены. Густые брови создавали тень над глазами, что делало его взгляд еще более тяжелым. Шрамы на шее уходили за воротник рубашки.

«Ну, вот мы и встретились», — подумал я про себя. Еще чуть-чуть, и настанет моя часть выступать и требовать.

— Генерал! — промямлила Софья.

Долгорукова изменилась после того, как предстала перед Вяземским. То ли папашу вспомнила, ну, или он на нее ужас навел.

— Прошу прощения! — вклинился в этот обмен любезностями. — Я представляю группу аристократов, на земли которых вероломно совершено нападение. Здания и инфраструктура разрушены. И, по моим сведениям, это сделали вы, — указал я пальцем на Вяземского.

— Мальчик, ты кто? — улыбнулся генерал. — Кто сюда пустил сопляка, не знающего манер? Найти и дать пятьдесят ударов палками!

— Есть! — вскочил военный и удалился.

— Генерал! — усилил я свой голос и сделал его безэмоциональным. — Этот «мальчик», как вы выразились, является собственником части земель в трущобах. Вы разрушили моё имущество и сделали это незаконно.

Чем больше я говорил, тем надменнее становилось лицо Вяземского. Пришлось достать из артефакта бумаги, подтверждающие мои права. После их изучения ко мне обратились:

— Это помойка! Вообще не понимаю, зачем кому-то иметь права на эту клоаку? — рассмеялся генерал.

— Не ваше дело! — ответил я сурово. — Вы повредили исторические здания, на которые у меня были огромные планы.

— Десять рублей хватит, чтобы оплатить все расходы? — улыбнулся Вяземский.

— Миллион! — перебил я.

— Что? За эту помойку? Ты сума сошел? — ударил рукой по карте генерал.

— Я хочу столько денег за незаконное проникновение на мою территорию, ее блокирование и разрушения, устроенные вами. В вашем-то возрасте нужно думать головой перед тем, как что-то делать.

А вот мышка и скушала сыр, который я разместил в своей ловушке.

— Мальчик, ты хоть понимаешь, кто я? За такое поведение я могу тебя убить! Ты оскорбляешь генерала его величества. Сейчас мы ловим преступников, укрывшихся в этой помойке, и твои претензии беспочвенны. Уходи, тогда я сочту это просто дурным воспитанием и юным возрастом, — махнул рукой Вяземский и развернулся к карте.

— Мальчик понимает, что ему плевать, кто перед ним, когда на его имущество покушаются, — оскалился я. — Сейчас военное время? Нет! Имели ли вы право своей личной армией начинать бой в жилом квартале? Нет! Может быть, случился прорыв? И снова нет! По моей информации, ваши действия привели к гибели детей и женщин. Что уж говорить, достойный поступок мужчины, да что там, генерала — убивать жителей своей страны! А насчет преступников, у вас есть доказательства, что они были на моей территории? Свидетели?

— Наглец! — вспыхнул генерал. — Я тут закон! Ты понял?

— Правда? — удивился я. — Думал, что все есть владения императора. Пропустил переворот?

Мои слова напрягли не только Вяземского, который покрылся багровыми пятнами, но и других военных. Крайне опрометчивые реплики слетели с уст старика. На это я и рассчитывал.

— Гаденыш! Ты… Ты… — заикался генерал.

Теперь стало понятно, почему Титовым так нужны были все участки трущоб. Один из документов давал право на их границу. Дело в том, что собственник может перекрыть ее, и тогда нужно рушить здания. Это не проблема, но для техники потребуются новые дороги, и они снова пройдут через территории другого владельца. Кто-то очень грамотно ухватил эти куски. Сделал так, что единственный путь что-то сделать — это с неба.

Перевел взгляд на Софью. Она держала меня под руку с выпрямленной спиной, как подобает военному. Весь хмель пропал из ее глаз. Девушка с открытым ртом смотрела на меня. Ее немного потряхивало, понимаю, опасная ситуация. Будь я без нее, не позволил бы себе такой дерзости, и пришлось бы придумывать, как попасть в трущобы.

Что бы ни замышлял Вяземский, напасть на дочь другого генерала… Не думаю, что это в его планах, когда тут еще Трутень на пятки наступает.

— Представься! — обрубил генерал.

— Может, сначала вы? — съязвил я. — А то оскорбляете меня в присутствии дамы, уважаемой, между прочим. Ломаете и пытаетесь захватить мою собственность. Хотелось бы знать имя наглеца.

После этих слов показалось, что Софья сейчас в обморок упадет. Она с такой силой сжимала мою руку, будто планировала ее сломать.

— Боевой генерал Вяземский Матвей Максимович, — рыкнул мужик.

— Приятно познакомиться, — ответил я со снисходительной улыбкой. — Борис Иванович Солнцев.

При Долгоруковой не хотел использовать имя Корнилова или Симбы. Солнцева искали ботаники при поддержке Вяземского, реакции долго ждать не пришлось. Лицо генерала исказилось, и он посмотрел на военного.

Тот кивнул.

— Я, Суханов Даниил Лукич, вызываю вас на дуэль! — сказал мужик лет тридцати на вид. — Вы, юноша, оскорбили генерала, моего учителя и наставника. Такое поведение, я больше не намерен терпеть. Несмотря на ваш возраст, кто-то должен преподать вам урок.

К чему приведет моя провокация, я не знал. Единственной целью было тянуть время. Ну, и высказать все в морду твари, которая просто так убивает людей… Да, чего уж там? Благодаря ему, мне пришлось бежать из части, он с Карповым решили меня на опыты разобрать. Такое прощать нельзя.

— Миллион! — произнес я. — Генерал мне должен миллион. Если вы победите, Даниил Лукич, я прощу эту сумму вашему наставнику. Но если я, то жду компенсации.

— Сопляк! — решил подключиться Вяземский. — Даниил мастер. У тебя нет шансов, щенок!

Твою налево! Здесь он прав, но отказаться…

— Вы все видели, Роман Дмитриевич? Слышали? — спросил знакомый голос рядом.

— Да… — зло посмотрел на Вяземского мужичок невысокого роста с папкой в руках.

— Трутень! — выплюнул генерал. — Не ожидал тебя здесь увидеть.

Весемир, монстра тебе в жены! Что ты так долго? Повернулся вместе с Софьей и улыбнулся подполковнику. Трутень стоял с довольной рожей, значит, я выполнил его поручение и теперь могу просить о помощи по одному делу. Осталость решить, что я хочу.

Мужичок, который был с Весемиром, записывал что-то в свои бумаги, а генерал словно язык в задницу засунул. Глаза полыхали ненавистью и огнем. Его люди молчали, даже этот Даниил, решивший бросить мне вызов.

Пока предоставился случай, я обратился к Долгоруковой.

— Софья, спасибо вам большое за компанию и за поддержку! Скажу честно, без вас я бы не справился. — Отвесил легкий поклон даме.

— Солнцев… — выдохнула аристократка, приходя в себя от моего представления. — Ты! Не ожидала…

Я не смог считать последнюю ее эмоцию. Что это было: возмущение или восхищение? Девушка в сопровождении нескольких солдат, которое организовал Трутень, удалилась.

Потом военные из городка разоружали людей генерала. У мужика, доверенного императора, была какая-то бумага, будто перстень правителя. Все подчинялись его приказам.

Проблему с Вяземским я решил здесь, но если этот урод выживет, то теперь я его враг не только как измененный, но и личный. Пришлось идти на крайние меры, чтобы спасти трущобы и дождаться появления Трутня.

— Ладно, живы будем — не помрем! — подбодрил я сам себя.

Весемир приказал обыскать машины генерала и все, что в них найдут, переложить в грузовик, который подъехал. Если я правильно понимаю, много там будет чего не совсем законного и крайне любопытного.

По большому счету, я просто стоял и ждал распоряжений. Видел, как пару раз выглядывали паханы, и подмигнул им, чтобы успокоились. Представляю, что там у них сейчас в головах творится.

— Я бросил вызов, — вдруг привлек внимание Суханов. — И как аристократ требую, чтобы мне официально ответили. Будет ли дуэль с Солнцевым, или подполковник не разрешит своему мальчику пострадать в ней?

Вот сука! Решил постоять за своего генерала и попытался ткнуть Трутня. С мастером у меня нет шансов. Тем более я до сих пор не восстановился нормально.

— Отчего ж не будет? — улыбнулся Весемир. — Как я могу помешать аристократам решить свои сложности в честном поединке? Сегодня вечером на центральной улице Тобольска. Пусть все посмотрят на вашу дуэль.

— Отлично! — оскалился Даниил Лукич. — Жалеть наглеца я не буду.

— Так, может, тогда объявим до смерти? — рассмеялся Трутень.

— Я согласен! — сразу же ответил Суханов.

— Вот и отличненько!

Весемир, собака сутулая! Ты чего творишь, пес⁈ Пока эти идиоты игрались, я смотрел то на одного, то на другого. Трутень, тварь… Какая, к черту, дуэль до смерти? Ты с дубу рухнул? Меня же порвут! Я тут что, горбатился, чтобы ты потом избавился от меня? Скотина!

Сдерживал свой поток эмоций, чтобы не высказать подполковнику в лицо все, что я думаю о нем и этом разговоре с Сухановым. Мог же послать урода? Сослался бы на то, что они под следствием, и, пока не будет решения, никаких дуэлей. Но нет…

— Борис, — подошел ко мне Трутень. — Молодец!

— Вы не представляете, как я счастлив! — растянул улыбку.

— Почему мне кажется, что это неправда? — прищурил один глаз подполковник.

— Что вы… Я просто мечтаю сойтись с магом уровня «Мастер» в смертельном поединке. Это та самая награда, которую желаю, — съязвил я.

— Вот! — хлопнул он по плечу и рассмеялся. — Я тоже так думаю!

У меня хрустнули костяшки на пальцах, но сдержался. На самом деле, я бы с удовольствием приготовил пятьдесят крученых пуль и направил все в морду Трутню. Понятно, что они не причинили бы урона, но улыбку точно сбили с его довольной рожи!

После мне приказали разоружить низших. Уж не знаю, откуда у них сведения, что эти люди мне подчиняются. Направился в трущобы.

— Господин! — обратились паханы. — Отныне все мы служим вам. Вы спасли нас. Каждый видел, как вы стояли с генералом на равных, как призвали его к ответу. Если и есть в мире босс, который достоин, чтобы приказывать нам, то это вы!

Тут я сработал отлично. Трущобы мои, точнее, люди, живущие в них.

— Сдайте половину оружия и патронов военным. Чтобы они сюда не проникли, выставьте у границы женщин с детьми, которые будут рыдать и требовать справедливости.

— Слушаюсь, — ответил один из паханов.

— Пушку, пулемет и остальное тащите к профессору. Оставьте у подъезда, — дал я распоряжение.

Поиграть со мной вздумали? Это мы еще посмотрим, кто с кем… Заставлять тех, кто потерял родных, выйти к границе и требовать справедливости даже не нужно было. Десятки женщин и мужчин в слезах срывали глотки в воплях возмущения и негодования.

Трутень и тот, кто с ним пришел, даже не рыпнутся сюда. Люди и так пострадали, а заводить военных, которые для низших убийцы, на территории… На такой шаг они не пойдут. Под этим прикрытием я забрал половину оружия и несколько пукалок посерьезнее.

Пока таскали все это добро к зданию профессора, я нашел Сяву.

— Ты, друг, пойдешь со мной! — остановил я парня. — У нас дела в центре. Жди, скоро выдвигаемся.

— Хорошо… — удивился черненький.

Раз Трутень дал добро на мою показательную казнь, свое нынешнее положение неприкосновенного я использую на полную катушку. Никто не посмеет меня остановить и уж тем более задержать.

Подошел к подъезду и обнаружил аккуратно сложенное оружие, боеприпасы и пушку с пулеметом. Подхватил первую пачку, дотащил до секретной двери. Потом следующую.

Использовал ключ. Зашел в лабораторию и перетаскал все свое добро.

— Боря! — появился счастливый Борзов. — С тобой все в порядке?

— Ага! — улыбнулся в ответ. — До вечера точно…

Рассказал в общих чертах о том, что произошло, и о своей предстоящей дуэли с мастером. Судя по взгляду, мои соратники уже похоронили меня. Так воодушевляюще…

— Дарья Марковна! — позвал я лейтенанта.

Женщина вышла в белом халате под ее размер. Уж не знаю, откуда у профессора такие запасы. Цветкова выглядела уставшей, она с интересом смотрела на меня. Борзов пускал слюни, профессор сдерживал слезы. Наконец-то их «Цветочек» рядом. Теперь, как они думают, все будет хорошо.

Женщина подошла ко мне.

— Солнцев… Отойдем? — улыбнулась она мне.

Ее просьба немного удивила Володю и Прохорова. Они рассчитывали, что она проведет с ними время.

— Дарья Марковна? — произнес я, в отдалении от поклонников дамы.

— Вот не надо, Солнцев… — махнула она рукой. — Ты меня голой видел, за задницу щупал, а за сиськи вообще держал больше, чем любой из моих мужчин. Поэтому можешь обращаться ко мне просто Даша.

Хорошо, что это не слышит Володя, а то потом объясняй, что у меня нет никаких видов на его женщину.

— Спасибо… Ты меня спас! Я тебе должна… — сурово глянула лейтенант.

— Да что вы… — попытался я разбавить накалившуюся обстановку.

— Боря… Хватит! Не держи меня за дуру! Предполагаю, кто ты или что… — прервалась Цветкова. — Чтобы Давид был шелковым, ты… Ладно. Сегодня я уеду в Новосибирск к родным, пора немного восстановиться. И не смотри ты на меня так. Понимаю, я буду только мешать твоим планам. Пообещай, что защитишь и позаботишься о Давиде и Володеньке.

— Клянусь! — ответил, не раздумывая.

— Вот и хорошо, — улыбнулась печально Даша. — У меня еще одна просьба, сущая мелочь. Выполнишь?

— Конечно, — ответил я женщине, которая не раз помогала мне в части.

— Я беременна от Володи. Не говори ему, я потом… когда решу, что он готов, сама скажу, — хитро улыбнулась Цветкова.

— Твою мать! — выругался я. — Красиво вы… Знал бы, что обещаю… Если он узнает, что я не сказал, вы понимаете, какие это создаст сложности?

— А ты не говори, и я буду держать язык за зубами, — засмеялась женщина.

Чертовка! Борзов… Идиот, если до этого он спал с дамами и использовал зелье, чтобы они не залетели и восстановили девственность. А тут? Малолетний дурак! Удружила, так удружила своим секретом.

Хорошо, что Цветкова сама поняла, что ее нет в моих планах и сейчас она только будет мешать. Если бы мне пришлось объяснять это, было бы куда сложнее. А так она сама все…

— Борис Иванович? — отвлек меня профессор. — Я приготовил прототип зелья для измененных. Когда вы передали железы ранга «Редкий», оставил чутка на потом. Чувствовал, что пригодятся.

Посмотрел на густую, словно нефть, жидкость, которую держал в банке Прохоров. Он с жадностью смотрел на нее. Я «спросил» глазами, нужно ли мне ее выпить? Судя по кивающей голове профессора, попал в точку.

— Почему бы и нет? — спросил я сам себя. Вечером мне драться с мастером. Своими силами я его не одолею, а так, может, будет шанс… Если не помру от этой бурды.

Сделал глоток.

— Сука! — упал я на колени и схватился за горло.

Обожгло, словно раскаленный металл выпил вперемешку с дробленым стеклом. Пытался вздохнуть и выплюнуть эту гадость, но она потекла по глотке дальше в желудок, сопровождая все это уникальными ощущениями.

— Горьковата? — спросил удивленно профессор, пока я, согнувшись, стоял и держался за горло, покрываясь потом.

— Чутка! — кашлянул я между приступами боли.

После того, как бурда достигла моего желудка, то стала растекаться по каналам во вместилище и железу. Боль прошла, как и моя магия. Она просто исчезла.

— Как ощущения? — внимательно смотрел на меня профессор.

— Гадость редкостная! — встал я рядом с ним. — Мало того, что чуть не помер, так еще и магия… Вместилище опустошилось, энергия не восстанавливается.

— Это хорошо! Просто замечательно, — обрадовался профессор.

— Правда? — положил я руку ему на плечо и надавил. — А драться на дуэли с мастером вы мне чем предлагаете?

— Но… Это… Я… — понял профессор мое смущение. — Нам нужны исследования. Без этого никак!

— Отлично! Если подохну, вы потом сделайте выводы и запишите их! — отпустил я Прохорова, находясь в не самом лучшем настроении.

Сука… Вышел на улицу, здесь уже ждал Сява. Кивнул ему, и мы двинулись в центр. Жандармы, военные просто расходились при виде меня, даже низший их не смущал. Я шел и думал, как одолеть мастера без магии. Рассмешить? Пока это самая адекватная мысль.

Нет, я мог бы выбрать оружие или кулаки. Мне же бросили вызов, имею на это право.

— Да это решение! Почему нет? — произнес я вслух. И плевать, что обо мне подумают! Хоть среди аристо считается дурным тоном драться на чем-то, кроме магии, пошли они! Бывают крайние случаи, когда можно пофехтовать, но обычно это делается на специальных турнирах, чтобы оценить силы участников.

Успокоившись, что у меня появился шанс на выживание, я, счастливый, отправился дальше по своим делам. Первый пункт — это Авдеева. Я обещал младшему следователю, что доставлю ей братишку и выполню свое слово.

Мы проходили мимо гостиницы «Аморе», в которой сидел Степан Баранов. Я специально остановился и постучал в стекло, улыбнулся аристократу и помахал. Мои действия должны привести их род в некий конфуз. Хотя сами виноваты, когда решили меня кинуть.

Через несколько секунд Степа уже стоял рядом, в своей белой шубе, с бокалом шампанского в руке. Он вглядывался в меня.

— Ты… Симба, Корнилов и Солнцев? — спросил он.

— Собственной персоной, — отсалютовал я аристократу.

— Отец… К нам в особняк пришли из ИСР, жандармы, военные, да черт пойми кто! И все обвиняют наш род в соучастии в мятеже против императора, в убийстве низших. Там столько всего, будто мы истинное зло в Тобольске, — сбиваясь, говорил Степа.

— Правда? — удивился я. — Сочувствую…

— Симба, отец просил найти тебя. Послание, которое ты отправил… В нем неправда! Скажи об этом! Наш род не связан с генералом Вяземским или Титовыми.

— Да? — посмотрел вопросительно на вспотевшего Баранова. — Знаешь… Я предлагал сотрудничество, но вы ударили по моей руке. А сейчас что-то должен сделать для вас? Зачем мне это?

— Ты преступник! Дезертир! Убийца! Вор! Я даже не уверен, что ты аристократ, — закричал Степа.

К гостинице подошли жандармы в сопровождении военных. Парень улыбнулся и повысил голос:

— Схватите его!

— Да! — поддержал я. — Задержите меня. Я Борис Иванович Солнцев, дезертир. Еще я Корнилов Иван Михайлович, убил несколько аристократов. Симба, напавший на жандармов. Арестуйте меня!

Вытянул руки, чтобы их сковали. Вот только испуганные глаза служителей страны и то, как они развернулись и пошли дальше, произвели на Степу еще большее впечатление.

— Кто ты? — дрожащим голосом поинтересовался Баранов.

— Секрет! — улыбнулся я и поднес палец к своим губам. — Насчет помощи вашему роду… Возможно, я смогу что-то сделать, но цена будет немаленькая. Беги к папаше и передай мои слова, пусть готовится.

Степа посмотрел еще раз на удаляющихся жандармов и военных и побежал. Белая шуба слетела с его плеч, бокал шампанского он выпил на ходу, выбросил в сторону.

— Остались еще Титовы… — произнес я вслух. — Им придется заплатить чуть больше, если хотят быть на плаву.

Пусть они и великий род, но проблемы, которые их ждут… Аристократы вцепятся в них, и, пока они не в милости, придется потерять много территорий, бизнесов, которые они собирали столетиями.

Пока ты силен, никто не посмеет на твою собственность разинуть рот. Но стоит только оступиться, и тот, кто вчера еще был твоим другом и пил с тобой в твоем доме… первым воткнет нож в спину.

Мы подошли к жандармерии. Сява всю дорогу молчал, даже после представления с Барановым он не проронил ни слова, а сейчас поднял голову.

— Господин, вы хотите сдать меня? — спросил он, глядя на здание.

— Не совсем… — подмигнул я ему. — Хочу познакомить с одной очень упрямой, где-то до дурости, девушкой. Красавицей! И вот, что я тебе скажу, такая верность… она дорогого стоит. Столько лет потратить только для того, чтобы очистить имя брата, — это достойно восхищения.

Сява ничего не понял из моей речи. Пока и не нужно. Мы зашли в здание, где у меня никто не проверил документы. Пользуюсь своей популярностью, которая скоро дойдет до Марковых, если я не подохну. Представляю лицо папаши после новостей с Кириллом, и еще эта ситуация…

Мое лицо озарила улыбка, когда мы зашли в кабинет к младшему следователю.

— Как и обещал! — посмотрел я на Варвару. — Доставил в целости и сохранности.

Авдеева выпрыгнула из-за стола и подбежала к Сяве, стала разглядывать удивленного паренька. Крутила его лицо и так и сяк, пыталась найти черты некогда любимого братика. Резким движением распахнула его рубашку, чтобы оглядеть тело.

— Можешь не верить мне, документам, сделай анализы и убедись, — сказал я Варваре, у которой уже были слезы на глазах.

Сяву предупредил, чтобы не переживал и слушал девушку, она ничего плохого ему не сделает. Только проверит кровь и потом, возможно, расскажет крайне занимательную историю, способную перевернуть его жизнь с ног на голову.

Вышел из кабинета и направился на улицу. Еще одно дело завершено. Сейчас бы с Титовыми встретиться, и можно считать сегодня крайне продуктивным днем. И так бы стало, если бы ко мне не подошли военные.

— Старший сержант Солнцев Борис Иванович? — обратился один из них.

— Я! — ответил спокойно, продолжая опираться на свою неприкосновенность.

— Прошу проследовать с нами, вас ждет подполковник Трутень!

Сука! Мало ему? И так нагадил знатно, что еще требуется от меня? Судя по нашивкам, тут у нас все офицеры, неспроста их отправили по мою душу. Улыбнулся и последовал за военными.

Встреча с подполковником должна была состояться в ресторане «Валери». Его оккупировали военные, никаких гражданских и аристократов. Прошли внутрь, в самом конце за столиком сидел Трутень, заваленный бумагами.

— Борис, — улыбнулся он. — Присаживайся, есть разговор.

— Я еще пока не решил, чего хочу у вас попросить за решение ситуации с Вяземским, — расположился напротив подполковника.

— А, ты про это? — махнул он рукой. — Потом скажешь. Твоя дуэль, ты должен ее выиграть.

— Правда? — удивился я. — А у вас есть какой-то хитроумный план, как ученик должен победить мастера?

— Э, не, братец, тут полагайся на себя и свои силы. Наблюдать будет почти весь Тобольск, поэтому никаких ухищрений и обмана.

— Значит, зря поставил на себя все деньги? — пошутил я. — Что ж я вам сделал такого, раз вы меня подставили? — последнее слова я думал, что не произнес вслух.

Трутень подвинул бумаги и дернул щекой. Судя по взгляду, ему не очень понравились мои мысли.

— Солнцев! Ты говори да не заговаривайся. Если бы не эта дуэль, я тебе мозги на место бы поставил, — отрезал Трутень.

— Прошу прощения! — произнес я максимально безэмоционально.

— Вот еще. В дуэли ты выберешь магию, это важно. Понял? — вернувшись к бумагам, бросил Весемир.

— Что? — вскочил я, потому что прямо сейчас моя надежда на выживание стала таять. — Как мне…

— Не знаю, — улыбнулся подполковник и подмигнул. — Ты же Солнцев, придумай что-нибудь.

Друзья, вот и закончилась третья книга про Солнцева. Непростая ситуация настигла героя с его дезертирством. Планы и подготовка пошли коту под хвост. Пришлось стать лидером низших, познакомиться с двумя девушками, хоть одна сначала хотела его поймать. Попытки установить деловые отношения с семьями. Многое у героя получилось. Но снова подполковник с хитрым планом. К чему это приведет ГГ?

Переходите в первую главу четвертой книги прямо сейчас и узнайте

https://author.today/work/314044

Попрошу вас, поставить лайк этой и новой книге. Комменты под обеими книгами приветствуются, как и награды. Чибики готовятся для четвертой и третьей части, скоро начну раздавать.

Жду вас в новой книге — https://author.today/work/314044