Окончание первого курса в Академии магии настало быстрее, чем я ожидал. Экзамены прошли без особых проблем, несмотря на то, что я пропустил почти месяц занятий после встречи с Аканитовым убийцей. Даже профессор артефакторики не стал ко мне придираться, хотя наверняка он догадывался о том, что именно я или мои люди выкрали результаты исследования артефакта-наруча.

Терзала ли меня совесть по этому поводу? Абсолютно нет. Я заплатил профессору, а он не исполнил обязательств договора, так ещё и обмануть меня хотел.

Когда Аяна передала мне записи, то я был разочарован. Готового решения в них не было. Профессор перестроил конструкцию лей-линий под стихию воды, но не смог разобраться как активировать синтез магической энергии и свойств алмаза. А значит, этот минерал для водного мага не подходил…

Поняв причину проблем, я решил взять записи к Макарову. Я надеялся, что там у меня будет время для того, чтобы более детально изучить артефакт.

— Ярар, — проснувшись на моём плече произнесла Элин, — ты давно проснулся?

— Только открыл глаза, — соврал я. — Как тебе спалось?

— Нормально. Однако ты уверен, что не собираешься мириться с Ланель?

— Ты снова лезешь не в своё дело, — нахмурившись ответил я.

— Я просто хочу убедиться, что ты понимаешь всё положение вещей. Ведь о вашей размолвке станет известно её отцу, и тогда он может принять решение, и Ланель не вернётся.

Немного подумав я поднялся с кровати и подойдя к трюмо, достал конверт.

— Что это? — спросила Элин доставая их него письмо.

Почерк был одного из энергетиков, который, подписав магический договор о том, что переписал это послание слово в слово, передал мне.

Я не стал отвечать ожидая, когда Элин сама прочтет и поймёт причину моего нежелания примиряться.

«…Если не получится его влюбить в себя, значит ты должна забеременеть от него. Дочь, не подведи! Такой дар должен быть у нашей расы!»

Прочитав последние строки в слух, Элин серьёзно посмотрела на меня.

— Тогда ты как никто другой должен понять, у неё нет выбора!

— Элин, ты забываешься! — повысил я голос. — Я никому ничего не должен. Но это письмо и действия Ланель ясно показывают, что она преследует интересы своей страны. А мне не нужна супруга, которая сможет в любой нужный момент попрать интересы моего рода в угоду Элинской империи.

— Но… — попыталась возразить Элин.

— Без «но», — перебил я её. — Эль, ты понимаешь, что этот разговор ведёт к тому, что мы поругаемся? Хочу тебе напомнить, что сегодня ты отбываешь домой на долгих три месяца. Тебе охота, чтобы мы так расстались?

Было видно, что Элин ещё что-то хочет возразить. Она прикусила губу и внимательно смотрела на меня.

— Тогда тебе придётся постараться, чтобы я забыла об этом разговоре… — потянув меня к себе, с озорными искрами в глазах произнесла она.

— Как и тебе, Эль, как и тебе, — сменив гнев на милость, ответил я.

Элин и Ланель отправлялись домой на летающем корабле, присланном за ними из Элинской империи. Я уже, честно признаться, перестал удивляться тому, что эти корабли стали попадаться мне очень часто. Даже тот факт, что в мире оставалось небольшое количество метеоритного железа, не отбило желание у наделенных властью людей отказаться от комфортных и быстрых путешествий по миру. И это при том, что несколько лет назад эльфийский император хотел заполучить мой летающий корабль, захваченный при нападении наёмников «Звездного дракона», аргументируя это тем, что метеоритного железа скоро перестанет хватать его гражданам.

По крайней мере тогда я понял это в таком контексте.

Эльфийский корабль прибыл неделю назад. И на нём были послы, которые в тот же день попали на приём к императору, а уже на следующий день я был вызван во дворец.

Сопровождающий меня Орлов сообщил, что речь пойдёт о дирижаблях. До эльфов дошла информация о воздушных шарах, парящих среди небес, при этом затрачивающих сущие крохи столь ценного ресурса — метеоритного железа. Разумеется, они захотели себе такие же.

Неделю назад.

— Князь Тьер, — объявил меня один из слуг.

Когда я вместе с Орловым зашёл в кабинет, император уже ждал меня. Это я понял по расставленным на журнальном столике чашкам чая и блюду со сладостями, рядом с которым сидел Александр V.

— Ярар, — обратился ко мне император, — предлагаю не тратить время понапрасну. Я просил Николая, — указал он на Орлова, — ввести тебя в курс дела. Мне нужно знать, что ты насчёт этого думаешь?

Я был сильно удивлен, что император интересуется моим мнением. Однако после того, как я омолодил царя гномов, император пересмотрел своё отношение ко мне, да и к роду Тьер в целом. За последнее время мы слишком много раз шли навстречу венценосной особе. И император это оценил.

И если со стороны кто-то мог подумать, что мы забыли ему смерть Талия, то он сильно ошибался. «Ничто не забыто, никто не забыт». А мы — род Тьер, просто выжидаем удачный момент для мести.

— Мы не должны экспортировать дирижабли в другие страны, по крайне мере пока не насытим свой рынок, — меж тем ответил я.

Император кивнул.

— Взамен они готовы построить водный путь между Каспийским морем и Черным, тем самым предоставляя морской путь твоему роду.

Предложение и впрямь было шикарным.

— Государь, — подумав сказал я, — путь будет проходить только через их земли? И кто будет строить, а главное платить за проведение морского пути?

— Пятьдесят на пятьдесят между их империей и нашей. С тебя только предоставление дирижаблей. — И сделав паузу, добавил: — Если согласишься, — после чего он выжидательно начал смотреть в мою сторону.

Я понял, что от меня ждут какого-то решения, но я не понимал какого. Я задумался.

По большому счёту, строя воздушный флот я не так уж и сильно нуждался в новом морском пути. Вернее, не я, а род… С другой стороны, нельзя складывать все яйца в одну корзину. А это значит, что нужно развивать торговые пути, все какие только возможно.

— Сколько они хотят дирижаблей?

— Они хотят получить пятьдесят дирижаблей за пять лет. Именно столько по их расчётам может продлиться стройка водного канала.

— Государь, могу ли я спросить, какая выгода от этого Вам?

Он пожал плечами и начал отвечать.

— Изначально эльфы предлагали династический брак. Однако я отказался от него. — И заметив непонимание на моём лице, пояснил: — Я не хочу, чтобы мою страну постигла участь Византийской империи. Тогда они предложили мне воинский контингент в десять тысяч штыков, и я снова отказался. Ведь это покажет мою слабость и неуверенность в собственных силах, — скорее для меня пояснил он. — Ярар, чтобы ты понимал, я ещё не дал ответа. Я не хочу предоставлять дирижабли, потому что в будущем они могут стать опасными для моей страны.

Немного подумав, я предложил.

— Можно использовать гелий вместо газа вампирит. А также удалить огнеупорную перегородку, которую с недавнего времени стали устанавливать на все дирижабли, — произнёс я, невольно вспомнив о нападении воинов из Вольных баронств.

— И что нам это даст? — заинтересованно спросил император.

— Снижение грузоподъемности, но не критично. Для этого можно увеличить объём воздушного шара. Это значит, что скорость будет ниже, а из-за удаления перегородок снизится безопасность.

Император задумался.

— Это всё, что можно сделать?

— Государь, эльфов нельзя назвать дураками, и если им поставить неликвид, то… — не стал продолжать я.

Император переглянулся с Орловым и, видимо, приняв какое-то решение, дал добро на это.

— Ярар, — снова обратился ко мне по имени император. Это был знак особого отношения ко мне. — Я не стану спрашивать, что у тебя с принцессой Исаврийской, однако я должен спросить тебя, наша договоренность о том, что ты не покинешь пределы Империи в силе?

— Да, — не задумываясь ответил я, и тут же дополнил: — Если у меня появятся такие планы, прежде я сообщу об этом Орлову или Вам.

Он кивнул. И на этом встреча была окончена.

Через пару дней я снова был во дворце, где был подписан магический договор. Что меня удивило, эльфы заключали договор не с родом, а лично со мной. А посредником и гарантом стал сам император.

Ближе к полудню за Элин заехал экипаж, на котором её доставят на воздушный корабль. Когда она садилась, то с сильной тоской посмотрела на меня и Балакиных, после чего начала осматривать особняк, в котором прожила почти целый год.

— Эль, ты так смотришь, словно прощаешься с нами, — сказал я, напоследок обняв её ещё раз. — Пройдёт три месяца, и ты вернёшься. А если решишь отправиться раньше, чем решит отправляться принцесса, то тебе стоит только сообщить Анри, и он вышлет за тобой дирижабль. А после обучения у Макарова, мы снова встретимся.

Она кивнула и, поцеловав меня в щёку, села в карету.

Когда я подошёл к Балакиным, спросил у Ерби.

— Она тебе ничего не говорила?

— Только то, что не хотела уезжать, только не тогда, когда вы снова стали вместе.

— Ясно, — сказал я, после чего повернулся к Хрущёвой и Ковалевской: — Тишина?

— Да, — ответила Софья, — Патрокла нигде не видно. Думаю, он посчитал очевидным, что мы будем ждать нападения перед тем, как ты уедешь на другой конец страны. Однако мы решили предусмотреть все варианты развития событий, поэтому Элин и принцессу, помимо охраны, присланной их отцами, до воздушного судна сопровождают две боевых звезды.

Я кивнул.

Раньше моей охраной занимались три звезды, но после того, как Софья сообщила о том, кто является моим врагом, Самуил прислал ещё две звезды. Однако никакой активности со стороны Аконитового убийцы пока замечено не было.

Проводив взглядом удаляющуюся карету я пошёл в свой кабинет. И стоило мне сесть за стол, ко мне зашли Матвеев и Столяров.

— Господин, — произнёс Анатолий, — Вы хотели, чтобы мы к Вам зашли?

— Да, — ответил я. И достав две папки передал каждому по одной. — В них находятся задания, которые вы должны будете выполнить пока меня не будет в столице.

Они кивнули и не теряя времени начали ознакамливаться с тем, что я им написал. Столярову нужно было заниматься тем, чем он всегда и занимался. За исключением того, что на период моего отсутствия в столице к нему в подчинение переходят десять воинов, которые будут заниматься охраной особняка и оставшихся жителей.

Но особенное внимание он должен был посвятить магическим растениям. Из сорока видов растений весной дали всходы три магических растения. И все они росли во враждебной фауне. И это доказывало сразу две вещи. Первая, что принцип «выживает сильнейший» работает! А вторая, что моя идея по выведению магических растений скоро начнёт приносить плоды. А это значило, что с помощью редчайших зелий я смогу ускорить своё магическое развитие.

Матвееву же был написан список литературы, которую он должен будет прочесть и, главное, понять. И это не считая того, что в Балакина его уже ждут учителя по магии воздуха и земли. Также, в свободное от учёбы время, он поступал в полное распоряжение мэра города Балакина, Виктора Смирнова.

Пока они изучали письма, мой взгляд наткнулся на внимательный взгляд Космоса. Он решил, что готов встретиться со своей семьей, и по пути в Хабаровск я высажу его в лесу, где обитают его родители.

По мысле-связи я ещё раз спросил его о том, уверен ли он в своём решении, и получив положительный ответ решил, что больше настаивать не стану. Хотя я очень переживал за него.

— Да, Егор? — спросил я, когда заметил, что тот хочет что-то у меня спросить.

— Да, — ответил он. — Я бы хотел попасть в подчинение к графу Фисто.

Не понимая его резонов, я спросил.

— Зачем тебе это?

— Из-за Солженицына! — ответил Матвеев. — Я хочу отомстить им всем! Твари, насилующие невинных девочек, не достойны жить!

Я задумался. В принципе я был не против, чтобы у Анри появился в будущем помощник, а позже и замена, но это были далеко идущие планы.

— Егор, я не против. — Улыбка появилась на его лице, и я продолжил. — Однако ты должен знать, что порой граф занимается нелицеприятной деятельностью, и не у каждого хватит нервов, чтобы этим заниматься. Поэтому моё согласие у тебя есть, но последнее слово всё равно за Фисто. Ты меня понял? — Матвеев кивнул, и я, взяв бумагу, написал Анри кроткое сообщение. — Передашь это Анри. И если он тебе откажет, то ты, как и планировали, поступаешь в полное подчинение Смирнова. Ты всё понял?

Он кивнул, и на этом разговор был окончен.

После ужина я сидел в библиотеке, когда ко мне подошла Аяна.

— Завтра вылетаем, — сев рядом сказала она.

— Ты что-то хотела?

— Не знаю… Просто мне не кажется хорошей идеей то, что ты отказался брать хотя бы одну боевую звезду.

— Аяна, Макаров обязан мне жизнью своего сына. И если твой секрет вскроется, то с большой вероятностью я смогу просить его закрыть глаза на то, что меня охраняет представительница энергетических вампиров. Однако, если меня будет сопровождать целая боевая звезда, то я не берусь предсказать как он на это отреагирует.

— Я помню, ты говорил. Но если мы высадим их на подлёте к его землям?

— Ты не понимаешь о чём говоришь, — и видя непонимание в её глазах, пояснил: — Земли Макарова были разграблены после гражданской войны. Судя по тому, что пишет Анри, там до сих пор не переловили дезертиров, которые творят бесчинства в тех землях. И если заявятся подозрительные люди, на них обязательно обратят внимание.

— Ля Фисто так высоко оценивает этого Макарова?

Я кивнул.

— Да. После войны Макаров развил бурную деятельность по укреплению своих земель. Хоть энергетики и скроются, но сеять подозрения на свой счёт у магистра магии в мои планы не входит.

— Ладно. Я поняла, — сказала она, после чего взяла, судя по всему, первую попавшуюся книгу, и начала её читать.

Через пять минут я не выдержал.

— Переверни.

— Что прости? — с непониманием спросила она.

— Книгу, говорю, переверни! — ответил я.

Только тогда до Аяны дошло, что она держала книгу вверх тормашками. Она покраснела и ничего нет говоря покинула библиотеку.

«И что это сейчас было?» — подумал я. Я совершенно точно исключал вероятность того, что Аяна воспылала ко мне чувствами. Всё-таки после разговора с Матвеевым, когда он начал выкладываться на полную и показывать определенные результаты, она стала мягче к нему. И Столяров со мной поделился, что Хрущёва сходила на пару свиданий с Матвеевым. И хоть они даже не целовались, сам факт, что Аяна согласилась, говорил о многом.

Ранним утром мы собрались в путь. Перед тем как отправиться к Макарову я должен был ненадолго заглянуть в Балакина и в замок Тьер. Во-первых, нужно было взять подарки для рода Макаровых, а ещё получить ценные указания от Серека и Эмери.

Во-вторых, нужно посмотреть дочь жреца и попробовать восстановить не только её зрение, но и внешность. Хотя, если у меня получится сделать первое, то со вторым не должно возникнуть проблем.

В-третьих, нужно обсудить со старшими от священнослужителей к чему пришли православная и католическая церкви, и кто какие обязанности за собой закрепил. А также мне очень хотелось узнать, где обещанные книги! Ведь я очень заинтересовался вопросом настоящей истории человеческой цивилизации. А после того, что мне рассказал Зес, я верил в то, что человек появился не путём эволюции, а путём генной инженерии. И прикоснуться к дошедшим до наших времён знаниям я желал всем сердцем.

Ведь даже в моих воспоминаниях из прошлой жизни человечество не достигло такого развития в этой области.

И каждый раз, когда я думал об этом, я всё сильнее хотел попасть в горы и проникнуть в найденный там космический корабль.

Глава 2.

— Яраарр! — я услышал голос друга, прежде чем увидел его самого. Когда я развернулся почти на сто восемьдесят градусов увидел, как он ловко спрыгивает с лошади. — Тебя там чем кормят? — обняв и похлопав меня по спине, продолжил он.

— Отпусти, медведь, сломаешь! — давясь воздухом ответил я. Когда он меня отпустил, я обратил внимание, что Анри скорее всего начал тренироваться. — Ты я смотрю тоже время не теряешь, — сделал я паузу, приводя дыхание в порядок, — чуть не раздавил меня. — К нам подошёл Зес и тоже обнял Анри.

— Рад тебя видеть, друг, — сказал египтянин.

— А то давно не виделись, — вместо приветствия ответил Ля Фисто.

Когда мы собрались покинуть специально подготовленную площадку, я увидел Инессу, которая стояла рядом с Ерби. Они о чём-то весело разговаривали. Супруга Анри, увидев меня, помахала мне рукой и дальше продолжила о чём-то щебетать с подругой.

— Анри, ты мне дашь немного передохнуть с дороги или сразу начнёшь погружать в дела?

— Ну что ты, зверь я что ли? — с ехидной улыбкой произнёс граф. — Пока идём до ратуши отдохнёшь…

Зес рассмеялся, а я лишь недовольно посмотрел в сторону Фисто.

— Ясно, веди, и пошли слуг за жрецом, — сказал я. — Хочу с ним познакомиться прежде чем улечу.

— А лечение? — тут же решил уточнить граф.

— И лечение тоже, — ответил я, заметив одобрительный кивок Анри. — Честно сказать, я ни слова не понял в том, что ты прислал, — вспомнив про записи от жреца сообщил я Анри. — Поэтому хочу получить разъяснение от него. И может он наконец-то начнёт делиться своими знаниями…

— Ярар, с Ибн Рахулом мы изначально заключили соглашение, что пока к его дочери не вернётся зрение и прежняя внешность, делиться знаниями он не станет. Иначе он бы с нами не полетел.

— Поэтому я и говорю, что надо быстрее этого лентяя пристраивать к делу. Насколько я понял из твоих сообщений, он и его дочь пьют, спят и срут. И всё на халяву.

— Яррааар! — осуждающе посмотрел на меня Анри. — Девочке всего семь… С твоей стороны это звучит крайне грубо.

— Анри, не передергивай. Ты прекрасно понял к чему я веду.

Он кивнул.

— Девчонка просто очень добрая. Жаль её… — произнёс Анри.

— Я сделаю всё, что смогу, не дави, — ответил я. — И чтобы ты понял всю мою серьёзность, то знай, я прихватил накопитель под завязку наполненный энергией.

— Ты думаешь он понадобится?

— Не знаю, — честно ответил я. — У меня не так много времени, чтобы думать, как обойти поле аннигиляции. А мне бы хотелось, чтобы жрец уже начал приносить результаты и, когда я буду возвращаться назад от Макарова, у него уже было всё доходчиво записано на бумаге.

— А это не навредит девочке? — с беспокойством спросил Зес, поняв, что я собираюсь использовать заёмную энергию.

— Ещё раз говорю, — сказал я, — мне нужно посмотреть на девочку и послушать Рахула.

К моему удивлению возле ратуши стоял человек, одетый в хламиду желтого цвета, какие мне встречались раньше во время моего проживания в Египте.

Почему-то я сразу понял, что это и есть Ибн Рахул. Разумеется, я начал рассматривать его. Мужчине на вид было около тридцати, может тридцати пяти лет. У него были темно-карие глаза, но больше всего привлекала внимание его лысая голова. Она блестела на солнце!

Он же непроницаемым взглядом смотрел на меня.

— Это Вы тот юноша, что возомнил себя всесильным? — задал вопрос жрец

Он говорил с акцентом, однако я смог распознать грубые нотки в его тоне.

— А это Вы тот жрец, из-за которого его дочь лишилась возможности встречать рассвет?

Я ожидал всего. Что он начнёт ругаться, грубить, но не того, что он глубоко поклонится мне в пояс.

— Я благодарю богов, что наша встреча наконец-то состоялась!

С непониманием, запечатлённым на моём лице, я посмотрел на Анри и Зеса. Они пожали плечами, вероятно сами не понимая что сейчас произошло.

— Так все жрецы знакомятся с человеком, который протягивает руку помощи?

— Слабый не выживает, сильного предают, только хитрый имеет больше шансов прожить долгую жизнь, — ответил он.

Наверное, он хотел «поделиться» мудростью Востока, однако я ничего не понял.

Зайдя в Ратушу меня повели не в рабочий кабинет, а в помещение, где пахло спиртом и травами.

— Сюзерен, — поклонились мне Корф и Герек, которые, заметив моё приближение, перестали суетиться возле кушетки.

— Откуда вы знали, что я сразу направлюсь сюда? — вместо приветствия спросил я у них. Оба покоси лились в сторону Рахула.

— Утром меня и Герека, — начал говорить Корф, — поднял он, и попросил помочь подготовить его дочь к осмотру.

— А ты времени даром не теряешь, — повернулся я к мужчине.

Он ничего не ответил и, зайдя за занавеску, начал говорить на незнакомом мне языке. И это при том, что у меня был универсальный переводчик. Ответил ему звонкий детский голосок. Тогда я прошёл за занавеску и увидел девочку, шрамы которой были и впрямь ужасны.

Обгорелое лицо и наполовину сплавившиеся губы. Нос почти отсутствовал, а вместо глаз бездонные пропасти. Рядом с девочкой я увидел бинты. «Наверное, девочка постоянно ходила в них.» — подумал я.

— Ты понимаешь меня? — обратился я к девочке.

— Да, — ответила она. — А Вы тот целитель, что поможет мне? — с надеждой в голосе спросила она.

Активировав *зрение* я заметил, как отшатнулся от меня жрец.

— Анри, он, — указал я на Рахула, — подписал договор о неразглашении?

— Да, — ответил он. После чего он отвёл Рахула в дальний угол и начал тому что-то объяснять.

Прибыв в Балакина, я расслабился и не ожидал увидеть страх из-за того, что мои глаза светятся алым светом.

Я начал внимательно рассматривать девочку. Казалось, что её окружал магический щит, действующий на неизвестной мне стихии. Он был темно-синего со всполохами фиолетового цвета, но не как обычно сферичной формы, а закрывал только тело девушки.

— Жрец! — позвал я его, отводя взгляд от девочки. — Скажи, что ты и твоя жена пытались сделать?

— Вы сможете ей помочь? — спросил он.

— Я не знаю, — честно ответил я. — Ты ведь уже понял, что я видящий. — Он кивнул. — Так вот, я не могу увидеть магическим зрением сквозь её щит. Или что вы там нагородили. Однако я вижу место, где находится центр, из которого поступает энергия.

Немного подумав жрец ответил.

— Моя жена служила в храме Осириса. И однажды при каталогизации библиотеки она наткнулась на древний свиток, в котором говорилось, что ребенка можно усилить за счёт создания в нём средоточия. Она не придала этому значения. Да и сама она была уже далеко не ребенком. Она возможно бы и забыла об этом, но, когда мы ждали Афину, — со слезами на глазах произнёс он, показывая за ширму, где лежала его дочь, — я наткнулся на подобную информацию в храме Анубиса. И когда я рассказал ей об этом, мы решили, что наших знаний хватит для того, чтобы сделать нашу дочь сильнейшей магессой на планете. Мы объединили знания и…

— И вы провели ритуал, когда Афине исполнилось сколько? — перебил я жреца.

— Три года.

Я сильно сжал челюсть. Так и хотелось назвать стоящего передо мной мужчину всеми нелицеприятными словами, которые я знал.

— Свитки у тебя с собой? — с грубостью спросил я, потеряв всякое уважении к этому мужчине.

— Нет, — ответил он, — после проведенного ритуала помещение было уничтожено. — Жена… — сглотнул он. — В общем всё было уничтожено. Но я выучил свитки наизусть и могу воссоздать записи.

— Как думаешь, в чём вы ошиблись? — спросил я, надеясь, что жрец за последние четыре года смог разобраться в этом вопросе.

— Скорее всего мы неправильно их перевели.

— Они были написаны на другом языке? — удивился я. Он кивнул. — Жрец, — серьёзным тоном продолжил я, — сейчас я попробую помочь твоей дочери, однако, если у меня не получится, я хочу, чтобы ты изложил всё, что помнишь. Ты меня понял?

— Если Вы поможете исправить мою ошибку, я поделюсь с вами всеми знаниями, которые я успел изучить в храме Анубиса.

— Исцеление — исцеление — исцеление… — прошло уже полчаса с того момента как я начал пытаться пробиться сквозь неизвестную магическую защиту Афины. Из-за света от заклинания я не мог хорошо рассмотреть какое воздействие оно оказывает. И тогда я попросил подойти Аяну.

— Ну, что скажешь? — спросил я.

— Я такого никогда не видела. Её защита словно пружина. Щит сильно сжимается и, достигнув предела, начинает выкачивать из него энергию. И когда заклинание ослабевает, щит отталкивает направленную энергию.

— Последний этап я тоже вижу. Меня интересует куда уходит энергия при сжатии щита. Ты смогла увидеть?

— Да, — показав на грудь в области сердца.

Мне нужно было время подумать. Я сел рядом с Афиной и задумался. Если бы не обстоятельства, я бы сказал, что её защита восхитительна. Ни энергия омоложения, ни даже заклинание исцеления, столь полюбившееся мне, не помогли.

«А что, если…?» — подумал я.

— Аяна, у тебя остались иглы, которые используют кровососы?

Она ненадолго задумалась, переваривая мой вопрос.

— Неужели ты хочешь использовать иглу на ней?

— Мы заблокируем её магию… — начал говорить я.

— И тогда её защита спадёт, — продолжила Хрущёва. Она потянулась к запястью, где, как я понял, была спрятана игла. — Может сработать.

— Афина, — обратился я к девочке, — сейчас я несильно тебя уколю, но ты ничего не бойся.

— Дядя, — произнесла она, — я готова потерпеть, чтобы снова начать видеть.

Я тяжело вздохнул и поднеся к ней иглу постарался уколоть ей палец.

— Ты ещё долго будешь целиться? — спросил через некоторое время Анри.

Но вместо меня ему ответила Аяна.

— Щит не даёт.

— Как понять не даёт? Он что, ещё уберегает от физической опасности? — спросил Анри.

— Точно! — воскликнул я. — Афина, я убрал иглу, можешь пока расслабиться.

С лица девочки спало напряжение от ожидания возможной боли, и тогда я быстрым движением уколол её в плечо.

— Ааааа!!! — чуть ли не плача закричала Афина. — Дядя, не делайте мне больно!

— Прости, — произнёс я, убирая иглу подальше от ребенка.

— Но как⁈ — удивилась Аяна, увидев небольшую каплю крови в месте моего укола.

— Это всё Афина! — начал объяснять я. — Она неосознанно ставила щит. Мы предупредили, что сейчас будет больно и тогда её подсознание начало защищаться.

— Но как ты это понял? — вновь спросила Аяна.

— Потому что мы можем дотронуться до неё руками. Она может кушать, мыться и ходить в туалет. Ведь если защита этого не позволяла бы, то Афина давно бы умерла.

Я заметил, что Хрущёва с восхищением смотрит на меня. Могу с уверенность сказать, что я впервые заметил такой взгляд.

— Что ты делаешь? — спросила она меня.

— Защита всё ещё стоит, — сказал я, создав ледяной клинок и прислонив его тыльной стороной к девочке. — Надо дождаться, когда энергия полностью покинет её. И только тогда я смогу приступить к лечению.

Пошли томительные минуты. Я и Аяна внимательно следили за состоянием Афины.

— Может вы объясните, что сейчас делаете? — спросил жрец у меня.

— Ты же всё слышал, — ответил я. Своего отношения к стоящему передо мной человеку я не скрывал. Мне он, мягко говоря, не нравился, ведь в погоне за силой он сделал калекой свою дочь. И хоть в этом виноват не только он, но погибшей жене уже ничего не предъявишь.

Наверно он что-то понял по моему тону, потому что снова вернулся в дальний угол, где постарался слиться с обстановкой.

— Ярар, — привлекла моё внимание Аяна, — смотри! — указала она на сосредоточие, которое с каждой секундой тускнело.

— Вижу, — ответил я, и покачав отрицательно головой дал понять Аяне, чтобы она не распространялась о том, что мы видим.

— Анри, ритуальный зал готов? — спросил я.

— Да, — ответил он. — Я догадывался, что он скорее всего пригодится.

Я кивнул, и положив руку на девочку погрузил её в сон.

— Тогда нам нужно перебраться туда, и провести ритуал и закончить с этим вопросом раз и навсегда.

— Вы думаете ритуал поможет? — вновь обратился ко мне жрец.

— Её щит деактивирован, — начал объяснять отцу Афины свой план. Из моих рук появился изумрудный свет, и я направил эту энергию к лицу девочки. Сразу же кожа на её лице стала разглаживаться, придавая ему приятные очертания. — Как видите, нам ничего не мешает исправить следы от ожогов. Но для того, чтобы вырастить ей глаза, моих сил и навыков просто не хватит.

— Это так сложно?

— С помощью ритуала мы создали человеку новую руку. Думаю, и с глазами будет то же самое.

Он кивнул и, после того как Зес подхватил на руки спящую девочку, мы выдвинулись проводить ритуал.

Я внимательно осматривал пентаграмму. И не найдя ни одной ошибки, попросил Зеса положить девочку рядом с выступом, на котором был изображён символ жизни.

В этот же момент Анри завёл покорного раба, приказав тому стоять в месте, где был изображён символ жертвы.

Ибн Рахул тоже находился в ритуальном зале. Он внимательно всё осматривал. И мне казалось, что испарина, появившаяся на его лице, связана с переживаниями о дочери.

— То есть Вам нужно всего лишь влить энергию в пентаграмму для его активации?

— Да, — ответил я.

— Что он сделал? — вновь задал вопрос жрец, указав на покорного.

Я перевёл взгляд на Анри, но тот лишь пожал плечами. Что-то отразилось на лице Ибн Рахула, но я не понял что. Он молча подошёл к дочери и, поцеловав её, пошёл не в нашу сторону, а в сторону покорного. И только в моей голове появилась догадка что собирается сделать жрец, увидел, как он с огромной силой вытолкнул раба с места жертвы и активировал ритуал.

— Ааааааааааа, — закричал он, когда его тело начало ссыхаться прямо на глазах.

— Сууука!!! — закричал я. — Тваарь!

— Ярар, мы уже ничего не можем сделать, — положив мне на плечо руку сказал Анри.

И когда действие ритуала окончилось, мумифицированные останки упали на пол, я медленно подошёл к телу жреца и пнул их.

Сколько было планов было с ним связанных. А он решил покончить жизнь самоубийством, и спрашивается для чего или ради кого? Неужели он пожалел раба?

Вспомнив о покорном, я посмотрел в его сторону.

— Да не может этого быть! — воскликнул я, смотря не бессознательное тело, которое находилось внутри пентаграммы во время проведения ритуала.

— Что случилось, Ярар? — спросил меня Анри.

— В рабе! — ответил я. — В нём больше нет покорного камня.

— А чего ты ожидал, — как само собой разумеющееся сказал Анри. — Ты своей изумрудной энергией можешь делать это. Так что чего ты удивляешься, если проведённый ритуал может сделать то же самое? — спросил он осматривая останки жреца.

Зес уже стоял с девочкой, которая до сих пор спала и ещё не знала, что только что осталась сиротой.

— Что будет с ней?

— Не знаю, — ответил я. Я активировал *зрение* и вновь убедился в том, что у Афины, помимо развитых энергоканалов, есть небольшое магическое ядро. — Она стихийный маг… — начал говорить я, но был перебит Анри.

— Смотрите, что я нашёл, — показав на пергамент сказал он. — Я нашёл его в вещах Ибн Рахула.

— И что там? — спросил я. И Анри начал читать.

' Я, Мехик Ибн Рахул, жрец великого бога Анубиса, оставил это письмо на случай, если мой план удался, и я всё-таки мёртв!

Моя жизнь окончилась со смертью Житхи и только из-за того, что дочь без меня не выжила бы, я не отправлялся к своей любимой. Моя уверенность крепнет, ведь я пожертвовал жизнью ради дочери! Уверен, за это мой Бог перенесёт меня к любимой…'

— Долбанный фанатик, — остановившись от прочтения письма, прокомментировал написанное Анри.

'…Вы же, те, кому я обязан исцелением моей дочери, не держите на меня зла. Все жрецы дают клятвы перед Богом, и, если бы я стал обучать неверных, Анубис покарал бы меня. А если бы я не стал передавать свои знания, то уже ваш магический договор убил бы меня. В любом случае я был бы мёртв. Однако сделав то, что сделал я, я не буду проклят в посмертии…

Прошу, позаботьтесь о моей дочери. Может с моей стороны это звучит наглостью, но мне просто не к кому больше обратиться. Ещё раз прошу прощения, что Вас обманул…

Ибн Рахул.

Жрец великого бога Анубиса.'

— Вот же ж слабак! — воскликнул я. — У него ребенок и он, ничего не давая, выбрал самый лёгкий путь! Тварь! — подошёл я и со злостью ещё раз пнул останки жреца. После этого я посмотрел в сторону графа. — Анри, етишкин кот, тебя провели, как ребёнка! — воскликнул я. — Как ты мог такое допустить?

— ТАКОГО я ожидать никак не мог. Я сам не знал этого, и никто не сообщил мне, что жрецы Анубиса приносят магические клятвы о неразглашении. Об этом нигде даже в архивах Имперской разведки Гальской империи ничего нет!

— Зес? — перевёл я на него взгляд.

Он отрицательно покачал головой.

— Что будет с девочкой? — тем временем спросил он.

— Я готова забрать её к своему народу, — произнесла Аяна.

— Ага, готовая она. Держи карман шире, — всё ещё на нервах достаточно грубо ответил я. — Афина Де Тьер, будет жить в замке.

В помещении наступила тишина, ведь я только что признал девочку своей родственницей. Имел ли я право так поступать? В тот момент мне было без разницы. У девочки было магическое ядро! Это меняло всё понимание о магии. И я был уверен, что старейшины примут моё решение сразу, как поймут кого я принял в род.

Глава 3.

После ритуала Хрущёва отнесла Афину к Ерби. Потом я отвезу её в замок Тьер, где собираюсь представить своим родственникам.

— Анри, — обратился я к другу, сев за стол напротив него, — что за срочность, раз ты даже после ритуала не дал мне отдохнуть.

Взгляд Ля Фисто ненадолго задержался на мне.

— Возможно ты прав, и я перегибаю палку. Но тем для разговора у нас накопилось очень много. Поэтому я предлагаю совместить приятное с полезным, — и словно по волшебству он достал из-под стола пару бутылок коньяка и бокалы.

— Всё настолько печально? — ни на секунду не поверив другу спросил я.

Он скривился.

— Наверное, я стал предсказуем, — со вздохом произнёс Анри.

— Ага, ещё скажи, что стареешь, — попытался я его поддеть. — Скажи, ты давно стал тренироваться?

— Почти сразу после твоих зимних каникул. Если ты помнишь, тогда я запретил Инессе идти к тебе на процедуру, — с усмешкой начал отвечать Анри. Я кивнул. — Так эта бестия заявила, что раз я не позволил ей пойти по легкому пути, то в наказание я должен буду заниматься вместе с ней.

— И как же она смогла тебя убедить? — спросил Зес.

— А вы сами не догадываетесь? — поинтересовался он, глядя на нас. Мы отрицательно покачали головами. Хотя не знаю, как у Зеса, но у меня была догадка, и когда граф продолжил, понял, что мыслил в верном направлении. — ОНА НЕ ДОПУСКАЛА ДО СЕБЯ.

— И ты сдался? — усмехнулся Зес.

— Да! А что мне оставалось?

— Как что? Сказать, что заведёшь вторую жену, и всё! Она бы после этого сама с тебя не слазила!

Лицо Анри приняло задумчивое выражение, но потом он сосредоточил свой взгляд на друге и спросил.

— А тебе самому это помогает?

На что Зес усмехнулся и лишь пожал плечами. Он как бы намекал, что не станет отвечать на этот вопрос.

— Знаешь, — обратился я к Зесу, — порой ты ведёшь себя до крайности свободно. И когда ты начинаешь себя вести как сейчас, меня это прям…

— Бесит, — со смешинкой в глазах произнёс Зес, и через пару секунд продолжил: — На то и расчёт!

— Ааа, — махнул рукой Анри, в сторону друга, — что с него взять? Давайте лучше выпьем за встречу и обсудим, что у вас за серьёзная тема для разговора, что об этом нельзя было передавать сведения даже зашифрованным письмом.

Когда нас накрыл щит, я начал свой рассказ.

— Когда меня попытались похитить воины из Вольных баронств…

… Пять минут спустя.

— Так значит ты нашёл космический корабль?

— Скорее всего обломок, — поправил я Анри. — Очень большой обломок…

Он ненадолго задумался. В такие моменты Анри уходил в себя и мало реагировал на окружающих.

Зная такую его особенность, Зес воспользовался моментом и задал мне вопрос.

— Чем тебя так сильно заинтересовал ребенок?

— Помимо того, что у неё есть собственное магическое средоточие? — Он кивнул. — Ничем.

Я любил детей, но вводить в род ребенка, чей отец, мягко говоря, меня «кинул», было не за что. И ответив на вопрос Зеса, я дал ему понять, что кроме её магической силы, которую она ВОЗМОЖНО в будущем приобретёт, больше в ней ничего интересного нет.

Взгляд Анри стал сосредоточенным. И когда мы обратили на него внимание…

— Ярар, до меня только сейчас дошло, что от нас скрывается в тех горах.

— О чём ты? — с непониманием спросил я.

— Из архивов разведки Гальской империи, мы знаем, что корабли были под завязку заполнены капсулами, в которых спали рабы.

— Анри, об этом известно каждому, кто открывал учебник по истории, — перебил друга я.

— Ха-ха-ха, — по слогам сказал Ля Фисто. — Но в учебниках нет информации о том, что капсулы были очень прочными. И во время падения больших обломков эти капсулы откалывались и всё равно при падении, находящиеся в них разумные оставались живы!

— Ты хочешь сказать, что в горах, с большой долей вероятности, мы найдём капсулы? — спросил я.

— Да! — чуть ли не воскликнул Анри.

— Ну и что нам это даёт? — задал вопрос я, никак не понимая, что так обрадовало Анри.

— А то, что технология изготовления рабских камней скопирована у пришельцев! А как вы знаете, у нас есть знания, как снять рабскую связь. А это значит…

— Что мы сможем освободить разумных и получить знания, которыми они обладают! — сказал я, перебив друга. Мне хотелось тут же отправиться в горы. Но я понимал, что нельзя принимать поспешные решения. Встав из-за стола, я стал ходить по кабинету.

— У меня скоро голова закружится! — ворчливым тоном сказал Зес. Он подал мне и Анри бокалы с коньяком. — И что, мы едем в горы? — сделав глоток, спросил он.

— Нет, — тут же ответил я. — По крайней мере не сейчас. Как бы мне не хотелось прямо сейчас залезть внутрь космического корабля, но я должен лететь к Макарову. К тому же нельзя забывать о том, что рядом с обломками находится крепость гномов. Будет глупо надеяться на то, что они спокойно будут смотреть, как мы извлекаем обломки космического корабля изо льда.

Друзья согласились со мной, и после пяти минут споров мы договорились, что полетим все вместе в замок Тьер, где обсудим с Сереком и Эмери мою находку.

Следующие пару часов я принимал отчёт от Анри о проделанной работе. Первой темой у нас стояла логистика. Чуть больше чем за пять месяцев было построено пятнадцать дирижаблей, из которых семь после обучения экипажей будут отданы императору. Три дирижабля, на одном из которых полечу я, будут переданы Макарову. Остальные пять уже занимаются патрулированием территории и оказанием помощи при строительстве города.

— А зачем суда, — имея ввиду дирижабли, начал задавать вопрос Зес, — патрулируют территорию?

— Помимо того, что они занимаются картографированием, также экипажи ищут хищников и магических зверей. На каждом, как ты выразился, судне находится отряд, который занимается ликвидацией или отловом и тех, и других. Также нами разгромлено десять разбойничьих групп общей численностью свыше семисот человек.

У меня поднялись брови от озвученного количества преступников.

— А что так много? — удивился я.

— В основном это пришлые, — ответил Анри. — Наши тоже попадаются, но работа с населением даёт свои плоды. Ведь, если разобраться, то в основном в разбойный люд идут те, кому нечем кормить свою семью. Мы же, решив эту проблему, убрали и вытекающие из этого последствия. — Сделав небольшую паузу, чтобы отпить из своего бокала, Анри продолжил. — Что касается животных, то волков и медведей в лесах очень много. От первых, уже более тысячи шкур ждут начала ярмарки. Впрочем, как я и говорил, шкур очень много. И в следующую зиму будет очень много крестьян одето в теплые шубы.

— Хорошие новости, — сказал я. — А что насчёт магических животных?

— После того, как мы узнали, что гномы в горах используют артефакты по сбору крови, сделали то же самое. Как только снег растаял, мы построили в лесах ангары, где постоянно льют кровь.

— И? — почти без удивления спросил я.

— Вместе с тем мы используем магических животных не только для добычи крови, но и в качестве жертвы при проведении ритуала. — ответил Анри, внимательно следя за моей реакцией.

— Сколько? — спросил я.

— За три месяца почти три килограмма, — ответил граф.

Я присвистнул. Много. Очень много!

— Кто отвечает за производство? Ты или Михаил?

— Оба. Светлар скопировал технологию и сделал такой же артефакт. Разве что он получился чуть больше оригинала.

— Ясно, — произнёс я.

— И всё? — немного удивился Анри. И видя, что я не понимаю его вопрос: — Я ожидал, что ты будешь недоволен…

— Сейчас самое время начать копить ресурсы. Император нам благоволит, и пока мы не пускаем разумных под нож, думаю он не будет возражать.

— Однако… — произнес Анри. — Оказывается Серек тебя лучше знает, чем я.

— О чём ты?

— Когда поднялся вопрос по созданию накопителей, я был против. Но Серек заявил, что ты поймёшь, что более лучшего времени не настанет, — ответил Анри.

— Твой мозг под другое заточен. И уж извини, что говорю тебе это, но ты не политик! Ты любишь интриги, умеешь просчитывать ходы на несколько ходов вперед. Но ты не ориентируешься в политических течениях…

— Я бы поспорил, — перебив меня сказал Анри. — Однако у нас ещё много других тем для разговора.

— Хорошо, что насчёт переселенцев? — спросил я.

— Нормально. На днях Герек обещал мне принести отчёт от том, чего не хватает для открытия родильного и хирургического отделений. — И видя вопросительное выражение моего лица: — Нужны инструменты, зажимы, скальпели, иглы и даже кастрюли. И я не говорю о том, что ему нужно помимо этого несколько тон материи и хлебного вина.

— Это всё нужно, — согласился я. И сразу спросил. — Что по финансам?

— С этим, слава Стихии, всё в порядке. Как я и сообщал ранее, после первой ярмарки не только торговцы и крестьяне хорошо распродались. Нам удалось продать шафран, сельхоз инструменты, лес и даже немного трофейного оружия, оставшегося от азиатских военнопленных. Это, а также поступления от твоего омолаживания и выручка за дирижабли, выправили наше положение.

— Хорошо. Но учти, что три месяца я никого омолаживать не буду. Хотя… — задумчиво произнёс я. — Если будут сильно настаивать, можешь предложить желающим двойной тариф и на дирижабле отправлять в Хабаровск. Уверен, день я смогу выделить для омоложения самых нетерпеливых.

— И богатых, — поддакнул Анри.

Я улыбнулся.

— Разумеется!

Закончили разговор, когда уже было затемно. На душе было так хорошо, что я не стал выводить из крови алкоголь и пошёл в свой дом, в котором слуги должны были подготовить мою спальню ко сну.

— Ты долго! — с порога услышал я голос Аяны.

— Не переживай, мамочка, со мной всё в порядке. — Такое обращение сильно не понравилось Хрущёвой. — А где Афина? — тут же спросили я.

— Она у Балакиных. После того, как ты её исцелил, она ещё не просыпалась.

Я кивнул, после чего пошёл спать.

Когда я зашёл в спальню, то был удивлён тем, что в ней не оказалось рабыни. Немного подумав, даже обрадовался тому, что смогу немного отдохнуть. И после водных процедур, я уснул.

Проснулся я от шума, раздававшегося с первого этажа. По голосу я узнал, что кричит Зес. Поднимаясь с кровати я первым делом создал стихийный клинок, и изготовился принять бой.

Дверь в мою спальню быстро открылась и в неё вбежал Зес. Он был одет в ночную рубашку и трико. И увидев мою готовность вступить в бой, он быстро сказал.

— На нас никто не напал, убери оружие. Дело в Афине.

— Что случилось? — спросил я, и на всякий случай активировал *зрение*, чтобы убедиться, что это на самом деле Зес.

Когда алое свечение пропало, и я деактивировал заклинание ледяного клинка, Зес продолжил.

— Она проснулась от боли. Держится за глаза. И кричит. Зовёт отца… С ней сейчас Ерби, но без тебя нам не справиться.

Мы на высокой скорости добежали до дома Балакиных. И даже на пороге я услышал громкие детские крики.

— Что случилось? — громко спросил я, зайдя в комнату, где была девочка.

На Ерби была надета ночная сорочка, и ойкнув она накинула на себя ближайшую простыню.

— Нашла время стесняться, — проворчал я, и подойдя к Афине погрузил её в сон.

— Что случилось? — второй раз задал я вопрос.

— Не знаю, — ответила супруга Зеса. — Мы проснулись, когда услышали крики. Единственное, что я поняла, что ей было очень больно.

Активировав *зрение*, я начал внимательно смотреть на девочку. В районе головы я увидел, что аура была желто-красного цвета. «Неужели ритуал пошёл не так» — подумал я, когда у услышал голос Аяны.

— Ярар, она отвыкла видеть. Ритуал создал ей новые глаза, но голова разучилась использовать зрение. Из-за этого у неё воспалились глаза!

— Откуда ты это знаешь? — удивился я.

— Мой сверстник на одном из заданий лишился глаза. А когда он начал восстанавливаться, я видела подобное поведение. Девочка ещё неплохо держится. Того вообще пришлось связывать, чтобы он себе глаз не выколол.

— И как долго это может продлиться? — спросил я.

— Не знаю, ты-то восстановил глаз с помощью ритуала, а сородичу пришлось мучиться несколько месяцев. Самуил тогда извёл на него почти все успокаивающие настойки. Как понимаешь, целителей в нашем селении не было.

— Я понял, — произнёс я, после чего направил целительную энергию снимая воспалительные процессы.

— А почему ты не использовал заклинание? — спросил Зес.

Я сделал это не осознано, и задумавшись над своими действиями, понял почему так поступил. Если я правильно понял слова Аяны, то мозг Афины, а вернее её нервные окончания, мягко говоря атрофировались. Мозг забыл, как использовать глаза, и из-за этого начался воспалительный процесс.

Также *зрением* я видел, что магия Афины вновь проснулась, и тем не менее мою энергию она не отталкивала.

— Зес, Ерби, могу я остаться на ночь у вас? — спросил я.

— Разумеется, — первой ответила баронесса. — Тебе постелить в этой же комнате?

— Да. Нужно, когда она начнёт просыпаться, сразу снять воспаление, если оно появится вновь. К тому же я хочу сам поговорить с ней о том, что её отец погиб.

— Что ты скажешь? — тут же спросил меня Зес.

— Правду, — ответил я. — Что его бог Анубис позвал его к себе. Думаю, пока такого объяснения ей хватит. А когда будет старше и её боль поутихнет, я расскажу ей всю правду.

На этом разговор был окончен, и уже скоро я лёг снова спать.

Утром я проснулся, когда почувствовал, что Афина начала просыпаться. Быстро сняв вновь появившееся воспаление, задвинул шторы и стал ждать, когда девочка откроет глаза.

Было забавно наблюдать как она начала щуриться, вглядываясь в моё лицо. Наверное, это действие ей усложняло алое свечение, исходившее от моего лица. И я был готов в любую секунду помочь ей облегчить боль, если она появится вновь.

— Ты не мой папа! — показав на меня пальцем, произнесла Афина. — Где он?

— Извини, он не придёт… — начал я сложный разговор. После чего мне около часа пришлось успокаивать её. Наверное, услышав слёзы, в комнату пришла Ерби. В её руке был бокал с водой, которой она напоила девочку.

Несколько раз я снова слышал слова на неизвестном мне языке. И хоть меня раздирало любопытство, я не стал расспрашивать на каком языке она говорила.

— Что со мной будет? — с серьёзным выражением лица спросила Афина.

— А что бы ты сама хотела? Может у тебя остались родственники в Египте? — спросил я.

— Нет. За всё время, что я себя помню, у меня был только отец. Скажите, Ярар, почему Бог, которому отец посвятил жизнь, позвал его к себе? — со слезами на глазах спросила Афина.

Заготовленного ответа у меня не было и поэтому сказал первое, что придумал.

— Мне сложно судить. — И видя, что такой ответ девочку не устраивает, добавил: — Меня воспитывали родители с верой в Стихию. Иными словами, я верю, что после смерти моя энергия или то, что в других религиях именуется душой, отправится к ней. Однако я ничего не имею против твоего отца, но моя жизнь принадлежит только мне, а не какому-нибудь божеству, которое в любой момент может призвать к себе. И насколько я помню из писаний, даже в посмертии твой отец обязан служить Анубису. А я такой доли для себя не желаю.

Было видно, что девочка обдумывает услышанное. Мы с Ерби при этом вели себя как можно тише, давая ей на это время.

— Я тоже не хочу, чтобы я когда-нибудь покинула своих детей по чьей-то воле. Хочу, как и Вы, распоряжаться своей судьбой.

— Храбрые слова, — ответил я с доброй улыбкой. — Тогда я хочу предложить тебе войти в мой род. Если ты это сделаешь, то о тебе позаботятся мои родственники. Однако в ответ тебе придётся делать то же самое.

— Я согласна, — не раздумывая ответила Афина. — Я стану твоей женой!

— Тьфу, кха! — подавился я, делая в этот момент глоток воды. — Я имел ввиду, что ты станешь мне приемной сестрой! Жён рядом со мной и так целая очередь. Боюсь не прокормлю, — попробовал отшутиться.

— Твой род нищенствует? — с детской непосредственностью спросила Афина, заставив меня понять, что придётся думать, что говорить при девочке, а что нет.

— Нет. Но ты войдёшь в род в качестве сестры. О браке не может идти и речи, — ответил я.

— Ну ладно, — сказала Афина печальным голосом. Хотя на долю секунды, мне показалось, что она издевается надо мной.

Мы поговорили ещё несколько минут, после чего в комнату вошёл Зес с сыном, а следом за ними появился Космос. Он запрыгнул на кровать, на которой всё ещё лежал я рядом с Афиной, и подставив голову стал выпрашивать ласки у ребёнка.

Под детский восторг Игоря (сына Балакиных) и Афины я покинул комнату, а потом и дом, возвращаясь к себе.

Нужно было ещё встретиться со Смирновым, поговорить с церковниками, а также узнать, проверить, обсудить с мастерами строительство дирижаблей, которые будут отправлены в Элинскую империю. А то, что Серек и Эмери не упустят возможность получить выход в Чёрное море, а через него в любую часть мира, я не сомневался.

Дорогие читатели! Прошу вас, оставляйте свои комментарии, ставьте лайки. Это всё очень сильно помогает мне привлекать большую аудиторию читателей.

К тому же я на все вопросы стараюсь отвечать, и у вас не возникнет ощущения, что вы написали мне просто так.

С благодарностью, автор!)

Глава 4.

Замок Тьер.

— Летят, летяяят! — услышала Эмери, восторженные крики воинов. Посмотрев в окно, она увидела, как далеко на горизонте появился воздушный шар. Дирижабль… такое название придумал ему сын.

— Мама! — вбежав в рабочий кабинет воскликнула Ярина. — Ты слышала? Ярар летит домой!

— Конечно, — тяжело вздохнув сказала Эмери. Рядом с ней был конверт от архиепископа, который вчера доставили им.

'Леди Эмери из рода Тьер, я, патриарх Иосиф Виссарионович Ульянов, совместно с папой Адольфом Карлом Алоисом, ликуем узнав, что путём сложных переговоров мы решили объединить усилия братских церквей и вместе нести спасение человеческим душам.

Как река берёт своё начало на вершинах гор и спустя время она впадает в моря и океаны, так и православная и католическая церкви, которые начинали свой путь развития порознь, оказались вместе. И надеюсь, что никому и никогда не удастся разделить «воду» из разных рек.

Однако ничего этого не было бы без Вас. И хоть наши пути пересеклись благодаря Вашему сыну, он вызывает у меня опасения…

Думаю, Вы сейчас задаётесь вопросом о чём я говорю. Дело в истории создания человеческой цивилизации. Именно эти знания запросил Ярар! Признаюсь честно, ещё месяц назад мне самому была неизвестна истинная история. Эти знания опасны в руках юноши, которому присущи импульсивные поступки. Поэтому прошу Вас, поговорите с сыном. Возможно он сможет передумать, ибо не всегда знание есть СВЕТ.

С уважением, патриарх Православной церкви

Иосиф Виссарионович Ульянов.'

И пока Ярина тянула Эмери на смотровую площадку, которую специально переоборудовали для безопасной посадки, она думала над тем, что хотел сказать Патриарх. В письме ей на что-то намекали.

Посмотрев на пришвартовывающийся воздушный шар, она решила оставить обдумывание письма на потом.

— Ярааар, — чуть ли не сбивая с ног воскликнула Ярина, прыгнув на меня.

— Ох-хо-хо, мелкая ты сейчас меня задушишь, — крепко обняв сестру произнёс я. Поставив её на пол я посмотрел себе за спину. — Ярина, знакомься, это Афина Де Тьер.

Когда я это сказал Афина вышла вперед и сделала нечто похожее на книксен.

Тем временем сестра серьёзно посмотрела на меня, потом перевела взгляд на маму, дядей и Серека, которые переводили взгляд с девочки на меня. Сестра взяла девочку за руку и потянула за собой, но перед уходом она сказала.

— Знаешь, брат, уже все привыкли к тому, что ты выкидываешь всякие сюрпризы, но в этот раз ты превзошел себя. — И стоило ей это сказать, я увидел хмурые лица Эмери и Серека.

Стоило им отойти на пару метров, ко мне обратилась Эмери.

— Сын, мы рады тебя видеть, однако твоя юная сестра права. Ты не имел права принимать решение такого плана единолично. — Я хотел объяснить, но Эмери подняла руку раскрытой ладонью, как бы говоря «молчи». — Ты поставил себя выше брата, Серека и старейшин. И поверь, какие бы ты не преследовал цели, ты будешь наказан!

Я кивнул и поздоровавшись с дедом и дядями, пошёл в сторону замка.

Когда мы зашли в рабочий кабинет, я спросил.

— А где Тимофей и Мария?

— Они вместе с Безруковым в Школе магии, — начала отвечать Эмери. — Сегодня там проходит торжественное мероприятие, связанное с окончанием школы. И они от лица рода выступают с торжественной речью. Ближе к вечеру вернуться.

На обед мы спустились только спустя час. До этого я объяснялся перед Сереком и Эмери. На собрании также присутствовали Анри, Зес, Михаил и Григорий. С моих друзей тоже спросили за то, что допустили мой столь необдуманный поступок. И к моему удивлению на этот выпад деда ответил Зес.

— Регент рода Тьер, — взял слово Зес, — скажите, как мы должны были помешать Ярару это сделать? Мы его вассалы, а не наставники.

Серек немного помолчав, перевёл взгляд с Зеса на меня.

— Когда об этом узнают в Империи, ты хоть понимаешь какой переполох вызовет твоё решение? И я говорю не только про старейшин, но и про великие рода и императора! Как нам объяснить, что мы удочерили нищебродку? Но и это ещё не всё. Кто станет для неё приемными родителями?

Услышав последний вопрос, я понял, что отменять моё решение родные не станут. Я посмотрел на маму, но услышал строгий голос Серека.

— Она вдова и удочерение девочки может плохо сказаться на её репутации, — ответил на невысказанный вопрос дед.

— Дееед? — ухмыльнувшись спросил я. Ведь его кандидатура подходила лучше всех. Хотя не скрою, я рассчитывал, что Эмери примет её в семью. И про политические нюансы такого плана я не знал.

Он задумался. И через несколько секунд в его глазах появился блеск.

— Ярар, ничего не бывает просто так. В особенности твоё действие. По сути, это попрание многовековых традиций. Поэтому ты, помимо того, что будешь наказан, должен будешь лично мне.

— Что ты хочешь? — тут же спросил я.

— Твоя программа по грызунам дала удивительные результаты. Впрочем, это касается и отлова хищников. Проанализировав отчёты, мы узнали, что за эту зиму твои деревни обошлись почти без потерь. Поэтому я хочу, чтобы ты взял на себя все земли Тьер.

Позади себя я услышал, как Анри поперхнулся. Ведь он сразу понял на кого на самом деле ляжет эта задача.

— Регент… — поднявшись со стула начал было говорить граф.

— Я согласен, — перебил я друга, после чего почувствовал на себе прожигающий взгляд. — Так понимаю, затраты на мне?

— Да, — ответил он.

— По хвостам понятно, — произнёс я, — однако по воинам…

— Предоставим, — поняв к чему я веду перебил меня Серек.

На этом тема насчёт Афины была закрыта. Уверен, Серек сможет объяснить остальным старейшинам почему он удочерил Афину. Всё-таки она уже сейчас имела ранг старшего мастера стихии земли. А что будет потом? Покажет время.

Также мы обсудили тему водного канала между Каспийским и Черным морями. Здесь мне снова попеняли за то, что я принял решение, не обсуждая это с остальными членами рода, однако длилось это во много раз меньше, нежели, когда шёл разговор насчёт Афины.

Из-за этого им придётся заново рассчитывать водный путь, который планировали без учёта морского канала. Насколько я понял из объяснения Серека, то нужно понять какое различие между уровнями морей, ведь если в Черном он выше, то Каспийское море выйдет из берегов. А если ниже, то наоборот — обмелеет. Разумеется, можно было с помощью магии решить эту проблему. Однако родственники брали в расчёт тот факт, что эльфы когда-нибудь могут стать нашими врагами. И тогда с помощью канала они могут нанести непоправимый вред нашим землям. И из-за этого нужно было сделать перерасчёт.

Однако используя дирижабли, они смогут послать людей и достаточно быстро снять нужные показатели, и исправить расчёты водных путей. И пока это обсуждали я старался сильно не отсвечивать.

Наконец-то, когда обсуждение и этого вопроса закончилось, мы пошли в столовую.

— Анри, обратился я к другу, — сердишься?

— Нет, — сразу ответил он. — Прекрасно понимаю, что это правильное решение. К тому же это подтолкнёт Смирнова к быстрому набору заместителей, о которых я давно твержу.

— А он всё хочет делать сам? — ухмыльнулся я над тем, что друг уже придумал на кого скинуть новые обязанности.

— Ага, — ответил граф. — Что сказать, он ещё молод. И боится напортачить. Но опыт приходит со временем, так что справится.

В столовой я заметил на Афине новое платье. «Скорее всего оно из гардероба Ярины», — подумал я.

Серек сел на корточки рядом с девочкой и пристально посмотрел на неё.

— Вот ты какая, Афина Де Тьер, — произнёс Серек, признавая её членом рода. Однако это было не всё. — Я готов удочерить тебя и стать тебе отцом, любить и уважать тебя. Ты принимаешь моё предложение?

— Но тогда я не смогу выйти замуж за Ярара! — посмотрев в мою сторону сказала Афина.

Непроизвольно я хлопнул ладонью себя по лбу.

— Так и есть. Но разве ты видишь себя только женою? Мне казалось, что ты хочешь стать сильной? И это я могу тебе дать. Если ты будешь сильна, то для тебя откроются многие двери.

Боюсь Афина неправильно поняла смысл слов Серека, потому что она победоносно посмотрела на меня и произнесла.

— Я стану Вашей дочерью, — и чуть помедлив добавила, — папа.

Серек обнял девочку, после чего сел рядом с ней.

— Осталось порадовать Диану, — видимо только сейчас вспомнив про «любимую» беременную жену сказал Серек.

Как и планировалось, ближе к вечеру приехали Тимофей и Мария. Они сразу же ввалились в мою спальню. Около часа они расспрашивали меня, в особенности про моё сражение с Аконитовым убийцей.

И если я видел у брата переживания, то в глазах Марии были другие чувства. Не знаю, как это назвать, но сестринской или вообще какой-то любви в них я не заметил.

Хотя я не был удивлён. С сестрой взаимоотношения у меня так и не задались. Ко всем родственникам она была добродушной, но стоило ей заговорить со мной в её тоне проявлялись нотки превосходства, зависти и, как мне казалось, страха.

С последним, думаю и связано её поведение. Однако причину страха я не понимал.

Полдень следующего дня.

— Получается ты молчал о своей находке в течение полугода? — спросила Эмери. Я кивнул. — Напрашивается вопрос, почему ты не рассказал нам об этом сразу, как тебя привёл Артак?

— Я не думаю, что это сейчас столь важно, — попытался я уйти от неудобной темы.

— Позволь нам решать, — возразил Серек. Он посмотрел на Анри и Зеса.

Не успел регент задать вопрос, Анри произнёс.

— Три дня назад.

Дед посмотрел на друга, словно стараясь понять обманывает Ля Фисто его или нет, и издав звук похожий на хмык, спросил.

— И почему ты решил ввести нас в курс дела?

— Мне казалось, что сейчас не место и не время для его изучения. Однако с появлением Аконитового убийцы, — произнёс я, заметив как вздрогнула Эмери, — я понял, что есть большая вероятность, что не успею об этом поведать.

— Ты мне это брось! — воскликнул Серек. — Не успеет он! Даже думать не смей о смерти, тем более от какой-то дворняги.

Я не стал что-либо объяснять. Патрокол уже доказал, что с ним придётся считаться. И я испытывал страх, потому что боялся следующей с ним встречи.

— Анри, — обратилась к графу мама, — что у тебя? Есть подвижки по этому делу? — он отрицательно покачал головой.

— Орлов готов объединить усилия, но просто так отдать информацию, нарытую за последние пару месяцев, ГРУ не согласен. А я в свою очередь не хочу светить перед ним свою сеть.

Немного подумав, Эмери сказала.

— Граф, взвесь все за и против. И возможно нам стоит чем-то поступиться, но при этом мой сын будет жив.

— Госпожа, — поклонился граф, — если бы вопрос стоял именно так, то я не задумываясь раскрыл бы агентурную сеть. Однако мои информаторы докладывают, что Орлов не знает где и как искать Аконитового убийцу. Сейчас вся их работа сводится к разбору его прошлых преступлений.

— Тогда я не понимаю зачем тебе понадобился Орлов?

— Леди Эмери, потому что у нас тоже нет понимания в каком направлении начать поиски. Как Вам известно, Самуил созывал Ковен. С его слов, стая Патрокла осудила действия собрата, однако выдавать его отказалась.

Видя моё замешательство, Анри решил прояснить ситуацию.

— Ярар, мы через Самуила пробовали договориться с оборотнями. Однако они ответили отказом. Более того, они сообщили, что если мы убьём Патрокла, то это будет означать войну между нами.

— Замечательно, — сердито сказал я. — И когда ты собирался рассказать мне об этом?

— Сейчас, — ответил Анри. — Это бы ничего не поменяло. Если Патрокол решит вновь напасть, то я рассчитываю, что ты убьёшь его. С оборотнями мы будем разбираться потом. К тому же Самуил сообщил Ковену, что если с тобой что-нибудь произойдёт по вине оборотней, то это будет началом войны между ними.

— И как отреагировали остальные члены Ковена? — спросил я.

— Их ответ сводится примерно к следующему. Воюйте, но других не вмешивайте. Услышав такое решение остальных членов Ковена, оборотни присмирели, хотя и слов своих не забрали.

— Потому что энергетики сильнее?

— Потому что за Самуилом, — начала отвечать Эмери, — стоит один из сильнейших родов Славянской империи. Учитывая наши ресурсы, нам нечего опасаться пары сотен оборотней. К тому же они не обладают теми же силами, что и Патрокол.

Когда наконец-то эта тема была закрыта, Серек спросил.

— Что насчёт корабля? Ты ведь уже обдумал, как с ним поступать?

— Да, — ответил я. — Однако вам не сильно понравится ход моих мыслей.

Тяжело вздохнув, Серек произнёс.

— Вещай.

— Нужно слить информацию о крепости гномов вольным баронам. И когда они уберутся оттуда, начать вытаскивать обломки корабля, — предложил я.

Такой план я придумал вместе с Анри и Зесом. Странно, что мы сразу об этом не подумали. Однако, когда мы вместе с Анри обсуждали строительство морского канала, то затронули тему Вольных баронств. Им, как и нам, откроется морской путь. Однако, ввиду того, что канал будет проходить через наши и эльфийские земли, им пользоваться каналом будет нельзя. Как в принципе и гномам. Только если Александр V и эльфийский император не подпишут дополнительный договор с этими государствами.

Поэтому нужно будет временно столкнуть эти страны лбами. И тут как раз мы вспомнили про горную крепость, которую гномы в тайне построили на землях Вольных баронств. Напряжение на границе не даст этим странам помешать нам проложить канал. Ведь главное заложить крепости с обоих сторон канала, и больше никто не сможет помешать его строительству. По крайней мере тема пиратства будет закрыта. А полномасштабную войну никто из них начинать не станет. Баронов никто не станет поддерживать, а гномы, помимо того, что и так имеют выход в Африканский океан, воевать со своими союзниками не станут. Одно дело подгадить по мелкому, другое — лишиться поддержки в куда более страшной грядущей войне.

Серек, посмотрев на Анри, спросил.

— Реализация на тебе?

— Да. У меня уже есть люди, через которых будет обнародована информация о крепости. Нужно только ваше разрешение.

— Оно у тебя будет, — не раздумывая ответил Серек. — Но в начале нужно подготовиться. В июле будет собран очередной Совет, там я узнаю, когда эльфы будут готовы начать строительство канала. Тогда, и только тогда, ты займёшься этим вопросом.

— Хорошо, — произнёс Анри. — Что будем делать с разумными, если там таковые обнаружатся?

Было видно, что Серек и Эмери не понимают к чему ведёт граф. И тогда он разъяснил им к каким выводам он пришёл. И при этом какие перспективы вырисовываются зная, как снять рабскую связь.

В кабинете стало очень тихо.

— Поэтому нужно подготовить огромный бункер, куда будет транспортирован корабль, — сказал я. — И нам повезёт, если мы обнаружим выживших в капсулах. Думаю, мне не нужно объяснять почему?

Все согласно кивнули. Около часа мы обсуждали детали, согласовывали план. И когда я собирался покинуть кабинет Серека, услышал его слова, сказанные ворчащим тоном.

— Ярар, почему все дети как дети, а ты ищешь приключений на задницу? Да таких, что их приходится разгребать всем родом.

— Не забывай, что почти всё, что я сделал, усилило род! — возразил я. — К тому же я не заметил, чтобы создал тебе или матери неприятные хлопоты. И хочу напомнить благодаря кому мы отомстили Щеглову. Благодаря чьим изобретениям и способностям, — осветил я изумрудным светом комнату, — у нас есть деньги на политическое и военное укрепление наших позиций!

Дед махнул рукой, как бы говоря «иди уже».

— Думаешь стоило так говорить? — спросил меня Зес, когда мы спускались вниз. Сейчас мы шли на тренировочную площадку, где Ронак, Тимофей и Безруков упражнялись с клинком.

— Решил напомнить ему, что не нужно вспоминать о моём возрасте, когда ему удобно. А то, как принимать сложные, назовём их взрослые, решения, так я взрослый. Но как доставляю хлопоты, сулящие большие барыши, так я снова ребенок. Разве ты не чувствуешь несправедливость?

— Хм, — задумчиво произнёс Зес, — я не смотрел с такой стороны. Больше у меня вопросов нет.

— Когда ты и Анри отбываете? — спросил я.

— Завтра на рассвете. Я бы может и попозже уехал бы, но Анри рвётся домой, ссылаясь на то, что у него много дел, — ответил Зес.

Через сорок минут разминки на меня наседали одновременно Тимофей, Ронак и Безруков.

— Ярар, не позволяй им обойти себя, — раздавал советы наблюдающий за боем Зес. — Их трое, найди того, кто тебе мешает больше всего.

Скорее всего, думая, что я отвлёкся на слова отца, на меня напал Ронак.

— Ледяное копьё, — произнёс я и его защита мигнула красным.

— Нечестно! — воскликнул Ронак.

— Я маг! — возразил я. — С вашей стороны тоже было нечестно нападать на меня втроём.

Ронак посмотрел в сторону отца, будто ища защиты, но Зес показал глазами, чтобы тот покинул тренировочную площадку.

Дальше я уже против Тимофея и Безрукова, который после постановления руки орудовал рапирой и мезикордом. Странный выбор оружия, но с учетом того, что Антон не раз сражался в общих свалках, когда одна стальная лава билась с другой, наличие мизекорда, способного пробить толстые доспехи и кольчугу, было объяснимо.

Тимофей тоже старался показать, что он сильный воин. Но, откровенно говоря, он был мне не соперник.

— Тима, ты маг или кто? — решил я напомнить об этом брату.

Стоило мне это сказать, брат воспользовался тем, что Антон постарался обманным выпадом ударить меня гардой по лицу. Для меня движение Антона было предсказуемым, и вместо того, чтобы разорвать дистанцию, куда по моим расчётам должны были прилететь огненные копья от Тимофея, я, ускорившись, подпрыгнул над Антоном и сделав сальто приземлился за его спиной, тем самым прячась от магической атаки.

Защита Безрукова мигнула красным светом оповещая владельца, что его амулет разряжен.

Он оглянулся себе за спину, увидев, что я держу клинок в нескольких сантиметрах от него.

— Да уж, — то ли с гордостью, то ли наоборот с прискорбием, произнёс Антон, после чего пошёл в сторону Ронака и Зеса.

Посмотрев на Тимофея с помощью магического зрения, я спросил.

— Почему ты не призываешь стихийный клинок?

— Опасно, — ответил брат.

Мы кружили друг напротив друга, и мне захотелось увидеть на что способен брат. И я, откинув тренировочную рапиру, создал ледяной клинок.

— Мастер? — удивился Тимофей.

— Нет, новое заклинание, — ответил я. — Нападай. Обещаю, что не сделаю тебе больно.

Тима повёлся на провокацию и с огненным оранжевым клинком бросился в атаку.

Он наносил атаки снова и снова, но ничего выдающегося я не смог увидеть. Всего через минуту сражения он стал выдыхаться.

— Ты сейчас серьёзно? — опустив клинок спросил я.

— Ярар, я больше не могу, — ответил он.

— Тима, это даже не близко к удовлетворительно. Просто отвратительно. Крестьяне и то лучше машут сапой, чем ты клинком.

— Кхе-хе, — услышал я чьё-то покашливание и обернувшись увидел Эмери.

— Я не заберу своих слов назад, — сказал я, и проверив магическим зрением заряд амулета на шее Тимофея, создал десять ледяных игл. — Бзинг, — ударились они о щит, который покрылся трещинами, словно сделан из стекла.

Повернувшись к Ронаку, я спросил.

— Почему ты не занимаешься с ним?

Было видно, что Ронаку не понравился тон, которым был задан вопрос. Однако мне было плевать.

— Зес?

— Я поговорю с ним, сюзерен! — сказал друг, поклонившись мне. И бросив строгий взгляд на сына, добавил: — И накажу.

— Это несправедливо! — воскликнул Тима. — По какому праву ты принимаешь решения в отношении моих вассалов?

— Брат, ты сейчас серьёзно? — спросил я, опешив от такой постановки вопроса.

— Абсолютно, — ответил он.

— Прошу прощения, — сказал я, поклонившись брату. — Впредь больше не повторится. Оставайтесь слабаком, которого может победить любой крестьянин!

Брат побледнел. Наверное, он понял, что сказал лишнего.

— Ярар, прекрати, — попросила меня Эмери. В её руке появился стихийный клинок воздуха. — Может покажешь матери чему научился в Академии?

Эмери таким хитрым ходом хотела разрядить накалившуюся обстановку. И я, хищно улыбнувшись, отсалютовал ей ледяным клинком.

— Правила? — спросила она.

— Никаких. Посмотреть на что способен магистр.

— Ты же понимаешь, что я не смогу сражаться с тобой в полную силу? — и увидев вопрос, застывший на моём лице: — Я не смогу в замке использовать масштабные заклинания.

Вокруг меня и Эмери появились магические щиты, разработкой заклинания которых занимались мы вместе.

— Начали! — крикнул я и ускорившись сократил расстояние до Эмери. Клинком я ударил по щиту, но, как и думал, не смог его пробить.

В ту же секунду в мой щит ударил воздушный таран, который откинул меня на пару метров, а следом я услышал тихий голос матери:

— Шквал копий, — и меня окружили несколько десятков копий.

Никогда я не двигался так быстро. В первые пару секунд я смог отразить десяток копий, от остальных стал уворачиваться разрывая дистанцию. Хоть я знал, что атака Эмери не пробьёт щит, всё-таки она вливала в заклинания немного энергии, но сражаться с ней было в разы интереснее, чем до этого против брата.

Эмери начала сокращать расстояние между нами.

— Деактивируй щит. Так я не пойму твой уровень.

— Ты сейчас шутишь? — удивился я.

— Нет, — ответил мама. — Ты только что ушёл от атаки, которую не каждый старший мастер отобьёт. — И видя, что я до сих пор не понимаю. — В твой щит не попало ни одного копья. Нападай в полную силу.

— Но совсем уж без щитов, мне кажется, что кто-то из нас может пострадать.

— Кто-то? — прищурившись спросила она и усмехнулась: — Весь в отца, такой же наглый! Однако, если тебе будет спокойнее, то используем стихийные щиты.

Я кивнул. И убедившись, что на матери стоит щит, начал атаку.

— Ледяные иглы — вихрь, — силуэт Эмери скрылся за снегом, в который тут же полетели иглы.

*Зрением* я контролировал свою атаку, и когда я вновь ускорился, услышал голос матери.

— Таран — гравитус, — меня вновь отнесло на несколько метров, и несмотря на щит я почувствовал, как меня прижимает к полу.

Глупо стараться уменьшать обзор магу воздуха. Это всё равно что стараться незаметно приблизиться к магу воды на корабле.

— Мне не нужно видеть тебя, я могу тебя чувствовать, — произнесла Эмери, объясняя, как вычислила с какой стороны я нападу на неё.

Я чувствовал, как с каждой секундой на меня наваливается всё больше и больше веса. И стоило мне сделать шаг, я слышал тихий голос Эмери: «гравитус». И я понял, что это заклание рассчитано бить по площади, а не по разумному. То есть стоит мне выйти за радиус заклинания я смогу двигаться, как и раньше.

— Ледяная поступь — копья — иглы, — влив стихийную и целительскую энергии атаковал медленно приближавшуюся Эмери. Вокруг её ног появился лёд, и она усмехнувшись просто поднялась в воздух, несмотря на вес льда. Учитывая, как быстро она это сделала, все остальные заклинания прошли под ней.

— И это всё на что ты способен, сын?

— Ха-ха-ха, — по слогам сказал я. — Мне знаешь ли, как-то не обидно проигрывать магистру магии.

— Так ты сдаешься?

Я отрицательно покачал головой, после чего, быстро присев, оттолкнулся от места, на котором Эмери до сих держала заклинание утяжеления, и прыгнул в сторону. После чего я ускорился настолько, насколько это было возможно.

Доли секунды, и я наношу удар по щиту Эмери. Не знаю сколько сил я вложил в этот удар, но щит покрылся трещинами.

Эмери, словно в замедленной съёмке, развернулась в сторону, где я нанес удар, и когда я собирался продолжить атаку, услышал — гравитус.

И в этот раз я на большой скорости влетел в пол, и мне показалось, что я даже немного ушёл в землю. Я попытался подняться, но смог пошевелить только рукой.

Когда мама приземлилась, спросила.

— Сдаёшься?

— Да, — ответил я, чувствуя, как каждый вдох мне даётся всё сложнее.

Давление тут же отступило. И когда я поднялся, спросил.

— Обязательно было использовать столько энергии?

— Мой щит треснул, — задумчиво произнесла она, глядя на меня. И не проронив больше ни слова, она пошла в сторону замка.

Глава 5.

С мамой я увиделся только в обед. Разумеется, она меня не избегала, просто я тратил последний день на подготовку к длительному путешествию.

— Зес, — обратился я к другу, — ты поговорил с Ронаком?

— Да, — ответил он, и судя по его реакции на мой вопрос, ответ мне не понравится. — Ронак загружен подготовкой к поступлению в Рязанскую кавалерийскую академию, поэтому он решил основной упор сделать на точные науки. А своё умение махать клинком он посчитал приемлемым.

— Анри? — видя, что Зесу, тяжело говорить на эту тему, попросил его дополнить.

— Он тратил всего лишь по два часа на учебу и полчаса на тренировку. — Но это время занимает только разминка! — удивился я.

— Ярар, ты и так всё понял, — ответил Ля Фисто, — Ронак после отлёта в замок Тьер, мягко говоря, расслабился. А если уж быть до конца честным, то теперь он не твой вассал, и не тебе его и судить. Именно поэтому леди Эмери вмешалась, — заметив, что я жду продолжения. — Тимофей фактический глава рода, а ты на глазах слуг и воинов начинаешь распекать его вассала. И мне понятны причины почему он заступился за Ронака.

Немного подумав, я спросил.

— Анри, Зес, но вы же согласны, что я был прав?

— По факту ты прав, но слова подобраны не верно, — ответил граф.

В столовой мы появились одними из первых. Когда мы приступили к трапезе появились остальные.

— Анри, Зес, — обратился к ним Серек. — Насколько я помню вы собирались отправиться домой сегодня с утра. Что-то случилось?

— Всё нормально. Мы отправляемся сразу после обеда, — ответил Анри.

Серек кивнул, и мы продолжили кушать в абсолютной тишине. После обеда, как и планировалось, я проводил друзей до дирижабля. В конце августа в земли Макарова прилетит дирижабль и заберёт меня. После чего я несколько дней побуду в Балакина, а после вместе с Балакиными полетим в столицу.

И стоило дирижаблю подняться слуга передал мне, что меня вызывает леди Тьер.

— Мама, ты звала меня? — спросила я.

— Ты и сам знаешь ответ, раз пришёл сюда, — с долей раздражения ответила она. Показав мне взглядом на кресло напротив неё, она продолжила. — Прежде чем мы перейдём к основной теме разговора, ответь на вопрос, только честно. — Я кивнул. — Скажи, ты до сих пор считаешь, что Ронак Ка Балакин хорошая партия для твоей сестры?

Немного подумав, я ответил.

— Зес мой друг…

— Мы говорим не о нём. Будь Зес магом, я сама бы подумала насчёт того, чтобы стать одной из его жён, — серьёзным тоном сказала Эмери, чем немало удивила меня. — Рот закрой, муха залетит! — уже более ласковым тоном продолжила она.

— Ты сейчас серьёзно?

— Это ненужный вопрос, Зес никогда не сможет стать с магом, — отрезала она, и чуть подумав. — Этому нигде не учат, но маги огня и воздуха имеют особенную совместимость друг с другом. И это касается и кроватной плоскости.

Пока я переваривал услышанное, она подошла к полкам с книгами и начала там что-то искать. И уже через пару минут она положила передо мной потрепанную книгу, на обложке которой я прочёл: «Истинность желаний».

— Что это? — спросил я.

— Тебе приходилось спать с магессой? — спросила Эмери, при этом внимательно смотря на меня.

— Нет, — ответил я.

— А Инесса? — чуть подавшись вперед, и следя за моими глазами спросила она.

— Это сын Анри. Я никогда не был настолько близок с Инессой, — ответил я.

Эмери несколько секунд смотрела на меня, после чего обратно откинулась на спинку кресла.

— Это многое облегчает, — произнесла она наконец. — Сказать честно, очень редко при союзе огненного и водного мага рождается водный. В свете последних событий я должна была задать этот вопрос.

Теперь стало понятно, почему Анри так сильно пытал меня насчёт близости с его женой.

— Так Ронак и Мария…? — начал понимать к чему вела Эмери.

— Ронак неодаренный. Его и так всё будет устраивать. Что касается Марии, то это её выбор. Когда я спрашивала её насчёт помолвки, она уже знала про то, что написано в этой книге, — показала она на стол. — Однако я задала тебе вопрос не из-за этого. Что ты думаешь о Ронаке?

Немного подумав я стал отвечать.

— Он несамостоятелен. Можно сказать, ведомый. — И чуть подумав дополнил. — Если в начале отношений с Марией это будет не так заметно, то потом всё может измениться, — ответил я.

— Нууу, Ронак тоже может измениться и у него появятся лидерские качества, — почему-то высказалась Эмери в пользу жениха Марии.

— Тогда я не понимаю, что ты хочешь от меня услышать? — спросил я.

— Я хочу, чтобы ты признал, что ты высказался в пользу их брака на зло мне. — Не успел я хоть что-то сказать, как она продолжила: — Ты мог поговорить с Зесом и отговорить его от этой затеи.

— Но он…

— Я и не спорю, — перебила меня Эмери. — И рассматривая ситуацию со всех углов, устранение архимага простецом выглядит невозможным. Но ты забываешь, что это сделал не Ронак, а его отец. В общем ты, я думаю, понял к чему я вела. И я не собираюсь тебя отчитывать за это. Но раз ты стал вести самостоятельные игры и принимать решения от лица рода, то должен помнить, что у медали две стороны и обе они могут быть правильным решением.

Понятно, мама мне только что преподала один жизненный урок. И весь этот разговор про Ронака она завела, чтобы показать неоднозначность принятых мной решений. Тем временем она положила на книгу раскрытый пергамент.

— Это письмо от патриарха Православной церкви. Прочти его, я хочу узнать, что ты о нём думаешь.

Пару минут спустя я поднял взгляд на Эмери.

— Думаю в книгах описана история появления человечества на Теллусе, — начал отвечать я. Однако выражение лица матери было непроницаемым, и я продолжил. — Учитывая, что Библия говорит нам, что человек был создан по образу и подобию Бога, то правда, описанная в книгах, рушит эту концепцию. Также у меня был разговор с архиепископом Кириллом. Он мягко намекнул мне, что, если я провозглашу себя Миссией, то наши пути разойдутся.

— Я знаю об этом, — сказала Эмери. — Но я не это хочу от тебя услышать. Меня интересует, что пытается сказать нам патриарх.

«Очередная проверка.» — подумал я. Ещё раз перечитав письмо…

«Как река берёт своё начало на вершинах гор и спустя время она впадает в моря и океаны, так и православная и католическая церкви, которые начинали свой путь развития порознь, оказались вместе. И надеюсь, что никому и никогда не удастся разделить 'воду» из разных рек.

Однако ничего этого не было бы без Вас. И хоть наши пути пересеклись благодаря Вашему сыну, он вызывает у меня опасения…

Думаю, Вы сейчас задаётесь вопросом о чём я говорю. Дело в истории создания человеческой цивилизации. Именно эти знания запросил Ярар! Признаюсь честно, ещё месяц назад мне самому была неизвестна истинная история. Эти знания опасны в руках юноши, которому присущи импульсивные поступки. Поэтому прошу Вас, поговорите с сыном. Возможно он сможет передумать, ибо не всегда знание есть СВЕТ.'

— Знаешь, у меня такое ощущение, что католики уже знали про предложение эльфов насчёт строительства водного канала из Каспийского моря в Черное. И они предостерегают нас, что канал может принести нам вред. А следующим предложением он намекает на то, что мои земли находятся ближе всего к Каспийскому морю.

— Остановись, — подняв руку ладонью вперед, Эмери подняла письмо и начала его перечитывать.

— Что-то не так? — спросил я.

— Это может простым совпадением, — задумчиво сказала Эмери.

— Согласен. Но оно прозвучало как нельзя кстати. Слишком странное сравнение про реки и религиозные течения было подобрано для этого письма.

Эмери кивнула, и тут же спросила.

— А что считаешь по поводу следующего абзаца?

— Он выделил слово «свет» и тут можно прочесть намёк про тьму. — Чуть поразмыслив: — Тут можно гадать сколько угодно, однако из того, что мне кажется, самым логичным, церкви боятся, что я стану очень сильным.

— Хм, — произнесла Эмери, — очень хлипкая теория.

— Так может пригласить архиепископа Кирилла и обсудить с ним это письмо?

— Митрополитом, — сказала Эмери.

— Что прости?

— На днях он принял титул митрополита.

— Ооо, как! — слегка удивился я. — Так понимаю его возвышению, послужили мы?

— Думаю, что так и есть, — ответила Эмери. — И я уже ему написала. И должна признать, что твоя точка зрения мне помогла взглянуть на ситуацию с другой стороны, — сказала Эмери, намекнув на прошлый разговор про «медаль», а именно про разговор с Ронаком.

— Я понял. И у меня будет просьба. — Мама посмотрела на меня ожидая продолжения. — Когда будешь говорить с церковником, спроси его почему магию целителей не изучали и не развивали.

— Ты думаешь, что её…

— Да, — ответил я, не дав Эмери закончить. — Ты же знаешь, что Корф может использовать заклинание исцеления? — Она кивнула. — Зная это, тебе не кажется, что за всё существование человечества не может быть, чтобы никто не создал ни одного заклинания используя целительскую энергию.

— Ооо, — прозвучало от Эмери. — А ты глубоко копнул. Думаешь это происки Католической церкви? — И не успел я ответить, она продолжила: — Думаешь церковь переписала историю после первого века?

Я отрицательно покачал головой.

— Скорее всего это произошло намного раньше. Возможно даже раньше появления веры в греческий пантеон богов.

— Греческий? — уловила мою мысль Эмери. — Не Египетский? — И видимо догадавшись к чему я клоню: — Ты думаешь, что именно их жрецы переписали историю.

— А потом Римская империя, захватив Египет, вывезла все упоминания об этом.

Мама пообещала аккуратно поговорить с митрополитом Кириллом, и отправить мне зашифрованное сообщение. Затронув эту тему, мы обсудили также перевод, которым я занимался с Софьей и то, как он гармонично вписывается в наши выводы. И хоть никаких перспектив из этого знания нам не светило, было всё равно очень интересно узнать ответ на эту загадку.

Наконец-то и я собрался в путь. До Макарова мне предстояло лететь примерно четыре дня. А если повезёт и будет попутный ветер, то ещё быстрее. Перед отлётом я зашёл к брату и принёс извинение за поведение утром. Он принял их и сказал, что не держит обиды. Хотя и попросил впредь думать где и когда я что-то говорю.

Такой ответ слегка ударил по моему самолюбию. Того, что меня начнёт отчитывать Тимофей, мне хотелось меньше всего. Также я посчитал это первым сигналом о том, что брат в будущем постарается мою независимость подмять под себя. Но этого я допускать никак не хотел.

Разумеется, перед уходом я заверил его, что такого больше не повторится. Но глубоко внутри я сделал для себя вывод, что с этого момента я буду с Тимофеем предельно аккуратен. Хоть он и глава рода и, что самое главное, он мой брат, и я всегда приду ему на выручку, но и слепого подчинения от меня он не получит.

— Чего крадёшься? — спросил я у Аяна, смотря на ярко алый закат. Создавалось впечатление, что мы плывём на облаках, волны которых бьются о борт дирижабля.

— Твой слух стал лучше, — уже не скрываясь, спокойно подошла она. — Ты уже не отличаешься от нас, но твоё тело до сих пор изменяется. Ты же в курсе?

Я кивнул. Ковалевская об этом не раз говорила. И она считала, что чем больше я себя физически изнуряю, тем сильнее моё тело перестраивается.

— Ты что-то хотела? — спросил я у Хрущевой.

— Мне просто стало скучно в каюте. Поэтому пошла прогуляться. А тут ты…

— Ясно, — ответил я. — Завтра мы будем пролетать Кемерово, там оставим Космоса и полетим дальше, — стараясь найти тему для разговора произнёс я.

— Угу, — послышалось от Аяны.

Мне показалось, что она хочет что-то мне сказать, но сомневается.

— Если будешь стоять и молчать зачем пришла, то я пойду отдыхать.

— Почему ты не взял с собой Джу Ли? — спросила она.

Я видел, что Аяна не этот вопрос хотела задать, и тем не менее я стал отвечать.

— Меня попросила об этом Эмери. Она сказала, что на Дальнем Востоке, плохо относятся к внебрачным связям и рабству.

Ничего не говоря Аяна протянула мне записку.

— Что это? — спросил я.

— Прочти…

Мне сразу бросился в глаза почерк Самуила. И когда я начал читать, понял почему смущалась Хрущёва.

'Аяна, девочка моя! — начиналось письмо. — Ты уже достаточно взрослая, чтобы говорил я с тобой откровенно. Матвеев не может стать твоим мужем. Проверка показала, что слабыми дети тогда родятся. Думаю, слышала ты, что значит ОТСЕЧЬ ветвь! И именно на такую судьбу ты обречешь детей своих.

С высоты прожитых лет не стану давать тебе советов я. Твоя жизнь и тебе решать, как её прожить. Однако не предупредить тебя я не мог. Ошиблась ты в отношении него.

Прости старика за вести дурные. И постарайся понять. Не туда взор твой устремлён.'

— Зачем ты дала мне это прочесть? — спросил я у неё.

Немного подумав она ответила.

— Чтобы ты знал почему я больше не обращаю внимания на твоего слугу.

— А вы… — не удержался и спросил я.

— Дурак! — воскликнула она. — Разумеется, нет! — и покраснев она покинула моё общество.

«И что сейчас было?» — подумал я.

Не скрываясь мы приземлились в том месте, где в прошлом году была обнаружена лаборатория. Судя по густой и высокой растительности, сюда больше никто не приходил.

— Ну что? Готов к воссоединению с семьёй? — спросил я.

Космос смешно мяукнул и на моём лице появилась улыбка. Пока приземлялись *зрением* я заметил две ауры, принадлежащие семейству кошачьих, о чём я сразу передал мыслеобраз Космосу, и он, ожидая, когда же ступит на землю, метался из стороны в сторону.

Мне было жаль оставлять его здесь. За этот год я успел к нему привязаться. К тому же благодаря Космосу я уже дважды оставался жив. Ведь именно он предупреждал, когда на меня напали кровососы. Я предупредил Космоса, что если он устанет от родительской опеки, то он может поцарапать крест накрест дверь, ведущую в лабораторию, и отправляться в замок Тьер. Не буду рассказывать сколько времени пришлось обмениваться с ним мыслеобразами, главное то, что Космос меня понял.

До места, где я заметил семейство кошачьих, мы шли втроём. Хрущёва побоялась, что со мной что-нибудь может случиться в лесу и пошла с нами.

У меня и у неё было активировано магическое зрение, и когда в нашу сторону, заходя с тыла и фронта, сместились две ауры одаренных животных, я поставил вокруг нас магический щит.

— Они что нападать на нас собрались? — спросила меня Аяна.

— Аяна, они могли просто не запомнить меня. Мы зашли на их угодья, к тому же с нами Космос, которого они могли посчитать за конкурента.

Наверное, такое объяснение её устроило. Но на всякий случай Аяна достала клинок и приготовилась в случае чего отражать нападение.

Когда спереди к нам быстро стала приближаться аура большой кошки, Космос громко зашипел. И в туже секунду из зарослей появилась вопросительная морда рыси. Иначе его слегка изогнутую набок шею я истолковать не мог.

— Мяу? — послышалось от взрослой рыси.

— Мяуууу, — ответил Космос, после чего побежал, как я понял, к отцу.

— Ты же говорил, что Космос не слышит? — спросила Аяна.

— А он и не слышит, — начал отвечать я. — Мне кажется он сопровождает голосом свои мыслеобразы. Ведь когда он подрос я показал ему при каких обстоятельствах он попал ко мне в руки. Его отец, — указал я на большого, по сравнению с Космосом, кота, — передал мне своего сына, когда тому было всего пара дней отроду. И хоть у него слегка приоткрылись глазки, ничего не видел. И конечно ничего не запомнил.

К этому моменту я снял щит, и большой рысак встал напротив меня. Он посмотрел мне в глаза, и в голове всплыла картина, где он лижет меня по голове.

— Пожалуйста, — ответил я, понимая, что рысак благодарит меня за своего сына. В этот момент со спины к нам спокойно просеменила мать Космоса. Она обнюхала нас, и мне показалось, что она задержала свой взгляд на мне, после чего пошла ластиться к сыну.

Дальше я почувствовал себя лишним, и попрощавшись с Космосом мы вместе с Аяной пошли обратно к дирижаблю. Уже когда мы взлетали нас подошло провожать семейство рысей. Однако их было уже не трое, а пятеро. Скорее всего они каким-то неведомым образом созвали семейный сбор. По крайней мере я к пришёл именно к таким мыслям.

Наконец-то началась сравнительно долгая дорога к Макарову. На обучение у единственного магистра водной стихии, живущего в Славянской империи, у меня были большие ожидания.

После того, как Макаров пригласил меня к себе, я узнал, что он довольно-таки знаменит. И этот дедок прославился задолго до гражданской войны.

До централизации власти в руках Рюриковичей таких понятий как регулярная имперская армия и флот не было. Да и сейчас эти понятия только начинают зарождаться. Именно поэтому Талию Де Тьеру, моему отцу, приходилось самостоятельно воевать против Вольных Баронств.

Макарову Степану Осиповичу удалось договориться с прибрежными великими родами Славянской империи и объединить флот. На его счету две славные победы, при которых он потопил эскадры пиратов.

Он пресёк нарушение границ по морю, и рыбаки из Империи Тан больше не заплывали на нашу территорию. О Макарове у меня сложилось впечатление как о человеке, который обладает большой властью в дальневосточных землях.

Также от Серека я знал, что Макаров никогда раньше не занимался обучением кого-то не из своего рода. Однако тем заманчивее было его предложение. Ведь помимо знаний, это усиление политических позиций нашего рода. Большинство разумных сделают вывод, что рода Тьер и Макаровых придут друг к другу на помощь.

Оставшиеся три дня я провёл за выполнением домашних заданий, которые задали в Академии. И как бы мне не хотелось открыть книгу под названием «Исход», которая хранилась в самом внизу моих вещей, я решил, что буду читать её не торопясь.

Когда я сообщил Анри о том, что собираюсь взять книгу с собой, он сказал, что я поступаю необдуманно. Хоть Макаров благоволит нашему роду, но доверять ему у нас нет оснований.

Именно поэтому книга «Исход» имела обложку с названием «Всеобщая теория магии», которую я приклеил вместо исходной.

— Ярар, — услышал я голос Аяны, — впереди горят сигнальные огни.

— С чего ты взяла, что это нам сигналят? — спросил я.

— На земле написано твоё имя, — скептично ответила Хрущёва. Не веря в то, что сказала Аяна, я пошёл на смотровую площадку. — Видать тебя здесь очень ждут!

— Аяна, — тяжело вздохнув сказал я, — поверь, никто и никогда не делает что-то просто так. А это, — указал я вниз, говорит о том, что от меня что-то хотят…

Глава 6.

Когда Ярар начал спускаться по трапу, он заметил Макарова среди толпы.

— Князь, — согласно этикету, слегка поклонился Ярар. — Трудно описать словами насколько я благодарен за такую грандиозную встречу.

— Я рад видеть тебя, МОЙ УЧЕНИК! — широко улыбнулся Макаров. — Готов погрузиться в изучение истинной магии?

— За этим и прибыл, — ответил я. И посмотрев за спину князю спросил. — Зачем Вы привели так много воинов? Нам следует чего-то опасаться?

Он серьезно посмотрел на меня.

— На днях мне пришло письмо от Николая Орлова, — начал отвечать Макаров, — пишет он, что на тебя несколько раз покушались. Да и не кто-то, а сам Аконитовый убийца.

— Вы встречались с ним? — спросил я.

— Нет, но слишком красочно описал его Орлов, что я решил подстраховаться. Хотя я слабо себе представляю, чтобы какой-то одиночка смог проникнуть на мои земли и уж тем более в мой замок.

— Этот может, — сказал я, после чего заметил на себе сосредоточенный взгляд Макарова.

— Хм, — произнёс он. — Думаю, нам стоит отложить этот разговор на потом. Время позднее и нас уже заждались в замке. — И заметив, что я собираюсь задать вопрос. — Ничего особенного. Просто ближайшие родственники прибыли, чтобы поблагодарить за спасение моего непутёвого сына. А кто эта леди, что столь грозно смотрит на моих воинов и двигается словно кошка в ночи? — спросил меня Макаров увидев Аяну.

— Моя телохранительница. Если Вы не против, я бы хотел просить разрешения, чтобы её разместили неподалёку от моих покоев.

Макаров ещё некоторое время смотрел на Аяну.

— Очень интересная особа. Ярар, ты готов отвечать за неё? — серьёзным тоном спросил он.

Почему-то у меня создалось впечатление, что Макаров сразу вычислил Аяну.

— Да, — ответил я. — Она не доставит проблем.

Он кивнул.

Аяна подошла, когда Макаров отошёл раздавать указания своим воинам.

— Это его сына ты спас под Кемерово?

— Да. Его рана была смертельной, и Макаров уже простился с сыном. Наконечник стрелы попал в сердце и только магия не отпускала его в Стихию. Однако мне повезло исцелить его. — Ответив я сделал паузу. — Как думаешь, он догадался кто ты?

— Не знаю, но кошкой меня называл Самуил. У меня аж кожа пошла мурашками от его взгляда.

— По тебе было совсем незаметно, — высказал я свои ощущения.

Аяна ничего не успела ответить, потому что к нам приближался Макаров.

— Думаю, мы можем уже идти, здесь закончат без нас. Однако у меня вопрос. Эти воздушные шары именно те, за которые я заплатил?

— Да, — ответил я. — А Вас что-то смущает?

— Напротив, они выглядят больше. И, как бы это сказать, доработанные что ли.

— Мы пустили их в серию, — ответил я. — В тех дирижаблях, что Вы видите, нет «детских болезней», что были в первых сериях.

— Хм, — задумчиво произнёс Макаров. — Но характеристики от этого не пострадали?

— Ненамного увеличились. — Он кивнул, но мне показалось, что разговор про дирижабли ещё не окончен.

Когда мы добрались до замка, из-за сгустившихся сумерек мне не удалось его рассмотреть. Однако крепостные стены были внушительными. Они были в толщину, как минимум, метров десять. А за стенами был глубокий ров, наполненный водой. И это при том, что замок Макарова находился на высокой скале.

Хотя, чему я удивляюсь, это же мир магии, а впереди меня едет магистр стихии воды. Думаю, Макарову раз плюнуть провести под скалой канал, который будет наполнять ров водой.

Макаров слегка слукавил, когда сказал, что собрались только самые близкие. За столом было не меньше пятидесяти человек. И хоть был первый час ночи, все сидели в ожидании нашего прибытия, а столы были накрыты, словно гости только-только сели.

К моему удивлению, для Аяны поставили стул рядом со мной. Хотя обычно телохранителей воспринимали в качестве слуг и за господский стол не садили.

— Уважаемые родные, близкие и мои верные друзья, сегодня мы встречаем в стенах этого замка, не побоюсь этого слова, друга рода Макаровых. Как я не раз рассказывал, когда все посчитали, что мой сын не выживет, — обняв молодого человека, которого я смутно помнил после исцеления, — Ярар Де Тьер сделал невозможное. И многие из вас знают, что я решил нарушить многовековые традиции и обучить юного Тьера нашим техникам покорения водной стихии. — Он поднял бокал. — За князя Тьер! Ура!!!

Все гости, находившиеся за столом, поднялись из-за стола, и прокричали за главой рода. Гуляние продлилось примерно до трёх часов, после чего меня вместе с Аяной проводили до спален, которые находились неподалёку друг от друга.

Утром я проснулся около полудня. И то только от того, что меня пришла будить Хрущёва.

— Вставай, — стянула она с меня одеяло. — Уже все давно проснулись, один ты спишь.

Взглянув на часы, я и впрямь понял, что пора вставать. Когда мы заканчивали поздний завтрак, ко мне подошёл слуга, который сообщил, что Макаров вместе с сыном Вадимом осматривают дирижабли.

Пока мы шли мне удалось наконец-то увидеть всё великолепие замка рода Макаровых. Осматривая его мне показалось, что он немного больше замка Тьер. Внутри стен я не увидел цветочного сада или пруда, где могли бы отдыхать жители замка. На стенах, как мне казалось, было возведено непомерно много башен, в которых виднелись требушеты. Даже когда мы отошли на большое расстояние мне казалось, что стража до сих пор следит за нами.

— Сразу видно, что здесь совсем недавно отгремела война, — сказал я.

— Ярар, здесь она никогда и не заканчивалась, — ответила мне Аяна.

— Что ты имеешь ввиду?

— Когда я узнала, что еду с тобой в эти земли, Софья немного поделилась информацией об этом месте. И если у Тьер вечные враги вольные бароны, то у Макарова это пираты и разбойный люд из Империи Тан.

— Это объясняет почему все мужчины на вчерашнем вечере были такие подтянутые.

Когда мы подошли к дирижаблю, у которого находилось больше всего людей, я заметил Вадима.

— А, Ярар, — помахал он мне рукой. — Ну ты даёшь спать.

— Давно вы здесь? — спросил я.

— Да считай сразу после тренировки. Даже перекусить пришлось по дороге.

— А что за спешка? — слегка напрягся я.

— Ааа, — отмахнулся Вадим, — это отец — хочет побыстрее ввести дирижабли в систему оповещения.

Не совсем поняв о чём он, я хотел расспросить поподробнее, но стоило мне открыть рот, как кто-то очень громко закричал.

— ВААДИИМ! Ты куда делся⁈ — услышал я прежде чем увидел главу рода Макаровых.

Я, Аяна и Вадим подошли к нему и поздоровавшись он сказал.

— Ярар, я уже посмотрел всё и у меня есть некоторые вопросы. Ты сможешь мне ответить на них?

— Учитель, — обратился я, как просил меня об этом Макаров, — я занимался конструированием дирижаблей и могу объяснить для чего служит каждый узел.

— Слышал? — громко воскликнул Макаров смотря на Вадима. — Сам занимался! А ты даже болт не можешь отвести!

Вадим закатил глаза. По-видимому, как и говорил Макаров, он почти год припоминал сыну то ранение под Кемерово. Когда мы прошли внутрь, я был слегка удивлен. В каютах, кроме голых стен, ничего не было, а межкомнатные перегородки отсутствовали. Остались перегородки, отделяющие рубку от остальных помещений.

— Ты наверно задаешься вопросом для чего мы это сделали? — задал Макаров очевидный вопрос.

— Ответ очевиден. Вы хотели увеличить вместимость.

Он кивнул.

— И это тоже. Просто на этих дирижаблях будут летать мои воины. Для них мы установим двухъярусные кровати для отдыха. Сам понимаешь, что двухместная кровать им ни к чему. Однако я хотел спросить, зачем на потолке уложена глина?

Я усмехнулся, после чего рассказал Макарову про неудачное нападение вольных баронов на мой дирижабль, который из-за распространившегося огня потерпел крушение.

— Тогда её мы убирать не станем, — подумав сказал Макаров. — Если честно, очень оригинальное решение.

После этого я попросил Макарова держать характеристики дирижабля в секрете, разъяснив ему, что планирую продать дирижабли в Элинскую империю, и что они будут менее качественные.

— Император об этом в курсе? — спросил учитель.

— Да, — ответил я. — Именно он рассказал о предложении эльфов.

Ещё около часа Макаров осматривал каждую часть дирижабля. После чего мы решили, что встретимся на тренировочной площадке, где он посмотрит мой уровень подготовки.

Когда я подошел вместе с Аяной к тренировочной площадке, удивился собравшемуся народу. Все собрались, как мне казалось, посмотреть представление. И заодно узнать мой текущий уровень подготовки.

— Волнуешься? — спросил меня подошедший Вадим.

— Нет, однако сколько людей пришло посмотреть на меня, — показал я в сторону трибун.

— Так не каждый день мой отец объявляет о том, что взял ученика, тем более на стороне! — усмехнувшись ответил Вадим.

— А ты сам как к этому относишься? — спросил я, внимательно следя за его выражением лица.

— Положительно, — ответил он. И заметив моё удивление, пояснил: — Ярар, я тебе конечно благодарен за то, что ты спас меня, но я проклял тот день, когда словил этот злополучный болт. Считай всё это время, а это без малого почти год, отец гоняет меня и в хвост, и в гриву.

— И как? Есть прогресс?

Младший Макаров снова улыбнулся.

— Три месяца назад я взял ранг мастера, — с этими словами в его руке появился ледяной клинок. — Для парня девятнадцати лет, согласись, это хороший результат!

— Даже спорить не буду. Только я не понял, почему ты относишься к идее моего ученичества у твоего отца положительно?

— Потому что ближайшие три месяца я буду вкалывать на этой грёбанной площадке вместе с тобой! — и столько злорадства было в его тоне, что почему-то мне стало страшно.

Мне хотелось спросить его о том, что меня ждёт, но я не успел. У входа на площадку появился Макаров.

— Ну что, ученик, готов показать, чему успел научиться в Академии?

Тренировочная площадка возвышалась примерно на полтора метра над землей и я, решив немного повыделываться, запрыгнул на неё. И стоило моим ногам задеть площадку, в моей руке появился ледяной клинок.

— Мастер? — удивленно произнёс Макаров.

— Младший, — ответил я. И предугадав следующий вопрос: — Купил заклинание у одного уникума на турнире магов.

— Занятно, — произнёс Макаров, и встав напротив меня: — Я жду от тебя, что ты выложишься на максимум. Можешь использовать весь свой арсенал. Ты надел артефакт защиты? — Я кивнул. — Хорошо. Если твой магический щит спадёт, а артефактный пойдёт трещинами, бой прекращаем. Это касается и меня. Я не буду говорить, что это невозможно, но крайне маловероятно. Скажи, тебе уже приходилось тренироваться против Эмери?

— Да, — ответил я. — Но всего один раз.

— И как? — спросил он.

— Проиграл.

— Это и так понятно, — сердясь произнёс Макаров. — Ты понял какая разница в силах между младшим мастером и магистром? — Я ответил согласием. — Тогда готовься, ведь мой ранг старший магистр! — с самодовольством сказал Макаров.

Сказать, что я был удивлен, ничего не сказать. И мне очень захотелось посмотреть на него магическим зрением, но из-за того, что вокруг моих глаз до сих появлялось алое свечение, делать это было нельзя.

После этого я уже думал, что ничему не удивлюсь, но, когда вокруг площадки стал появляться магический купол, который был точной копией того, что я видел на арене в Академии, я не смог сдержать удивления.

— Неужели у твоего рода нет защитного купола? — спросил Макаров.

— Нет, учитель, — ответил я. И пока не начался поединок, спросил. — А Вы случайно не знаете у многих родов есть такой купол?

— Разумеется, знаю, — начал отвечать он, — ведь это мой род владеет секретом их создания. За всё время мы установили его Рюриковичам, Романовым, а также в Имперскую академию магии.

Я усмехнулся поняв, что Макаров решил поиздеваться. Он знал, что у нас нет и не может быть магического купола. И я поймал себя на мысли: «С этим стариканом скучно точно не будет!»

Я изготовился к бою, и находясь в тридцати метрах от Макарова почувствовал, как воздух наполнился магической энергией.

— Бой, — прозвучала команда магистра, и я бросился в атаку.

Не знаю почему, но Макаров не поставил магический щит. И я решил сразу его проучить, и заставить считаться со мной.

— Дзинг, — прозвенели ледяные клинки ударившись друг о друга. Макаров защитился от меня в последнее мгновение. Учитывая, что в этот удар я вложил всю свою силу, я очень удивился тому, что он с такой легкостью его отразил.

В его руке клинок даже не покачнулся.

— Иглы — ледяная поступь — вихрь, — создал я свои самые сильные заклинания.

Однако Макаров, не делая лишних движений, отбил все мои атаки, развеяв заклинание вихря. «И чем мне его атаковать?» — подумал я. Однако больше думать у меня времени не было. Макаров перешёл в атаку.

В его руке появился второй ледяной клинок. И он начал крутить мельницу, начав специально ударять ими об каменный пол. Тут же от клинков в меня полетели осколки, которые были чем-то похожи на иглы, которые стали разбиваться о мой модифицированный щит.

— И сколько ты будешь стоять за щитом? — послышался голос Макарова. — Ты наверно уже весь резерв исчерпал?

Разумеется, Макаров ошибался. Его атаки почти не требовали энергозатрат. Но цель поединка заключалась в другом…

Сконцентрировавшись я начал создавать десятки ледяных кольев вокруг Макарова, наполняя их одновременно стихийной и целительской энергией. На эту атаку я влил почти весь свой резерв.

Макаров же тем временем крутил мельницу и, как мне показалось, прищурился. Наверное, он заподозрил меня в том, что я использую накопитель. Ведь согласно его логике, у меня не должно было остаться сил на такую масштабную атаку

Когда колья были полностью готовы, они полетели в Макарова со всех сторон. Сам же я, ускорившись, зашёл к нему со спины и снова ударил со всей силы.

И когда я нанёс удар, испугался, потому что мой клинок вошёл в Макарова. Но стоило этому произойти, фигура магистра разлилась водой и опала лужей вокруг меня.

— Молодец, — услышал я голос Макова, раздававшийся за моей спиной. — Как я понял, ты использовал для атаки целительскую энергию. — Я резко развернулся, и увидев, что Макаров не собирается нападать, кивнул. — Будь на том месте я, ты бы может даже и ранил меня. Однако меня интересует вопрос, почему ты не используешь магическое зрение? Неужели ты посчитал меня столь недостойным противником, что не подошёл к поединку со всей серьёзностью? Ведь знай ты, что это клон, не использовал бы энергию из накопителей. И подожди ты пару минут, клон распался бы сам.

Выпрямившись, я, согласно традиции, ударил гардой клинка в районе сердца.

— Учитель, клянусь, что мыслил я совершенно иначе. И когда будет меньше народу, я смогу показать почему не использовал магическое зрение.

Он кивнул.

После чего он сократил дистанцию, и показав мне взглядом на клинки, напал на меня. Таким не хитрым действием он дал понять, что хочет узнать мой уровень владения клинком.

С первых секунд сражение было необычайно динамичным и захватывающим. Даже наличие у Макарова двух клинков не давало ему преимущества надо мной. По крайней мере я так думал, пока он не ускорился.

Минуты превратились в часы. Теперь речь уже не шла о том, чтобы нападать. Я полностью перешёл в защиту. Но всему наступает конец.

«Бздинг» — ударил Макаров, в открывшуюся брешь.

«Бздинг» — разлетелся в клочья его ледяной клинок и, когда я решил этим воспользоваться, он разорвал дистанцию.

На его лице появилось серьёзное, задумчивое выражение. Он стал по-другому на меня смотреть.

— Опасные ты знания здесь продемонстрировал, — произнёс Макаров, как я понял, имея ввиду модифицированный щит.

— Учитель? — попытался закосить под дурачка я.

— Впредь на тренировках не используй этот щит. Буду переучивать тебя, чтобы ты не надеялся на такую защиту.

— Но почему? — спросил я.

— Вот почему, — ответил он, и всё ещё находясь под защитой щита, моё тело перестало слушаться меня.

— Маг может развиваться только если нападает. Скрываясь в защите, его разум, — показал он на голову, — начинает торможение мыслительного процесса. Ведь в защите думать не надо! И магическая энергия замедляет течение в теле, тогда как во время атаки наоборот ускоряется.

Макаров делал пассы руками и мои ноги сами начали идти к нему.

— Человек состоит на большую часть из воды. И сейчас ты чувствуешь, как тело перестало слушаться тебя.

Я заметил, как пот с лица Макарова стал литься буквально ручьём. Видимо это заклинание требует непомерных сил и контроля.

— Дааа, ты видишь, что я не могу его долго держать, однако на поле боя мне хватит и нескольких секунд, чтобы уничтожить своего противника. И сегодня я хотел показать тебе к чему ты должен стремиться, — выдохнул он, отпуская контроль над моим телом. Я уже стоял рядом с ним, когда силы в ногах покинули меня и я упал на колени.

— Оп, — всё ещё не до конца вернув контроль услышал я от Макарова, который подхватил меня. — Негоже Князьям вставать на колени.

Подняв голову, я увидел прежнего добродушного старика. И хоть это он сотворил со мной, я был благодарен ему. Он буквально не давал мне свалиться, и держал меня пока я не смог сам стоять на ногах.

— Исцеление, — и моё тело окуталось свечением, я почувствовал, как силы вернулись ко мне, и я показал Макарову, что могу стоять. Он кивнул и отпустил меня.

Поединок был окончен, и стоило Макарову дать сигнал, купол развеялся. И в ту же секунду я услышал громкие аплодисменты и крики. Не знаю, как представление остальным, но урок я получил очень серьёзный. Звучал он примерно так: «Увидел магистра на стороне врага — беги».

— Ну как он тебе? — спросила Макарова супруга.

— Капитолина, ты же сама всё видела. Зачем этот вопрос? — спросил её муж.

— Степа, у тебя дочь ни с кем не помолвлена! Ты прекрасно понимаешь о чём я.

— Дорогая, он прибыл с девушкой.

— Она всего лишь телохранительница, — возразила Капитолина.

— Ага, — скептично начал отвечать Макаров, — тогда я аватар Стихии на Теллусе. — И заметив не понимание в глазах супруги: — Эта девушка — убийца. Хорошо подготовленный, сильный убийца.

— С чего ты взял? Почему ты пустил её к нам в дом?

— Юный Тьер поручился за неё. И завтра я обязательно проверю и её уровень подготовки.

В комнате ненадолго установилось молчание. И когда к задумчивым родителям зашёл Вадим, он первым делом спросил.

— Разве так могут двигаться обычные люди?

Макаров посмотрел на сына, усмехнулся.

— Не забывай, что его в тринадцать лет выпустили на поле сражения, где он сражался в общей свалке и где он, в отличие от некоторых, не получил ни одного наконечника стрелы в сердце.

— ОТЕЦ! ДОРОГОЙ! — одновременно раздались восклицания жены и сына.

— Степа, ну сколько можно, а? Даже я уже устала слышать в каждом разговоре попрекание нашего сына! — произнесла Капитолина.

Макаров не стал ничего отвечать, вместо это сказал.

— Через пару недель ты выйдешь против юного Тьера. И не дай Стихия ты не победишь!

— Отец, ты так шутишь? Да я половину боя не смог рассмотреть. Вы двигались словно тени.

— Капитолина, — не обратил он внимание на сына, — а может ты и права! Нам стоит попробовать выдать Дарью за Ярара, и когда у них появятся дети, я сделаю наследником своего внука. Уверен, Ярар не совершит моей ошибки и не будет жалеть своего сына!

Вадим закатил глаза.

— Чему ты собрался обучить Ярара и что я могу при нём показать?

Макаров долгое время не отвечал на вопрос сына. Может кто-то может назвать его сварливым, а порой до невозможности ворчливым стариком, но ему было плевать. Прошёл год, и Вадим, его единственный сын, смог подняться на целую ступень. Никто не знает кому какой отмерен срок, но он хотел, как можно больше передать ему. И он надеялся, что больше никогда не увидит, как его сын умирает.

Макарову почти каждую ночь снится сон, в котором он возвращается в сражение под Кемерово, где неизвестный стрелок чуть не убил его сына. И когда он просыпается и видит сына, он своими упреками выливает накопившуюся боль.

По-другому Макаров просто не умел.

Глава 7.

Глава 8.

Когда Вадим назвал фамилию любимой, всё встало на свои места. Ксения являлась княжной Трубецкой. Именно её предок был одним самых активных декабристов. Трубецкой вовлек в преступную деятельность много людей, убеждая в необходимости истребить императора и весь его род, боясь того, что в будущем Рюриковичи вернут абсолютную власть в свои руки. Что собственно и произошло в прошлом году. И хоть Трубецкой был помилован Советом великих родов и смертная казнь была ему заменена вечной каторгой, которую в 1839 заменили на вечную ссылку, некогда великий род стал опальным. Однако их не лишили княжеского титула. Но своих земель и власти у них больше не было. После каторги, нынешний глава рода Макаровых, Степан Осипович, единственный согласился дать приют членам некогда великого рода. И как я понял, этот поступок не понравился очень многим родам, включая императора.

И хоть прошло почти сто лет с тех событий, князь Трубецкой ещё жив и, со слов Вадима я понял, что тот ещё полон сил. Ксения же была его дочерью, которой в скором времени придётся пойти на службу к Макаровым.

Когда Вадим поведал мне это, я спросил.

— И ты думаешь твой отец не знает о ваших взаимоотношениях?

— Разумеется, нет. Мы начали встречаться ещё в Академии. Ты просто не видел, как она мастерски расправилась с обидчиками, которые решили показать место опальной княжне. И я вступился за неё. Хотя тогда она меня как девушка не интересовала, но была вассалом моего рода и…

— Её честь, твоя честь. Её враги, твои враги, — закончил я вместо Вадима.

— Видишь, — пожал плечами Макаров-младший, — ты сам всё понимаешь. А потом у меня появились к ней чувства, и она ответила на них.

— И твой отец спокойно к этому относится?

— Разумеется, нет! Однако он считает, что нет ничего зазорного для мужчины спать до брака. И хоть Ксения княжна, это её проблемы, что она раздвинула передо мной ноги.

— Я так понимаю это его слова?

— Ага. Только их передала мне мать. Сам отец никогда не говорил со мной о Трубецкой.

— Да уж, — произнёс я. — У тебя тоже совсем не легкие взаимоотношения с родителями.

— А ты думал, — усмехнулся он.

После того как я рассказал Вадиму о том, как познакомился с Аяной, он долгое время молчал. Я же дал ему время обдумать услышанное. Вероятно, у него произошёл разрыв шаблона, он думал, что она стала моей телохранительницей и тайной воздыхательницей, в чём я с ним категорически не соглашался.

Вадим во время разговора признался, что нафантазировал будто я не подпускаю Аяну к себе ближе из-за того, что у нас разные социальные статусы. Однако я разбил его теорию в пух и прах. Он думал, что МЫ — любящие сердца, встретились не в темнице, а в бою, где плечом к плечу отбивались от супостата. А если и в темнице, то я, как рыцарь на белом коне, бросился спасать несчастную девушку, а не приказывать перевести её на утеху преступникам.

Когда Вадим услышал слегка отредактированный рассказ, он был в шоке. Но я был больше удивлён наивностью парня. Его отец растит из Вадима будущего главу рода, а не кисейную барышню. И его мыслительные способности в конкретно ДАННОМ случае меня сильно удивили. Они были через чур наивными и добрыми.

И по своему опыту могу смело сказать, что судьба таких романтиков не щадит!

— Если после всего пережитого она будет с тобой, то у неё точно не все дома, — слова Вадима навели меня на мысль, что с ним ещё не всё потеряно.

— Вот и я о том же! — согласился я с ним. — Пойми, пока меня лечили она провела обряд, по которому я считаюсь её женихом. Хотя всем моим родным она сообщила, что, условно, я её побратим. И разумеется, когда я услышал правду, мой стопор сорвало.

— Нууу, — задумчиво произнёс Вадим, — в любом случае, что бы Аяна не нафантазировала, по закону Империи ты свободный человек. Если бы традиции малых народностей имели правовую силу, только представь сколько разумных воспользовались этой лазейкой. Однако я тебе очень рекомендую поговорить с Аяной.

— Зачем? — спросил я.

— Она неплохой человек. Просто запуталась. К тому же ты сам говоришь, что на неё давят её сородичи.

Я немного скривился, потому что случайно оговорился, что Аяна далеко не последняя представительница своей расы. И Вадим это услышал и запомнил.

— Я подумаю насчёт этого, — ответил я, после чего мы разошлись по своим спальням.

Прошел месяц с того дня, и я до сих пор не рассказал Аяне, что между нами ничего не было. Когда я хотел ей признаться, что я подшутил над ней, она сказала, чтобы я больше никогда не подымал эту тему и что она перестанет со мной общаться, если я скажу хоть слово.

«Хозяин барин» — подумал я. По крайней мере мне самому было выгодно, чтобы Хрущёва отдалилась от меня. К тому же она тоже молодец, пожениться со мной пока я был при смерти — это дорого стоит.

К тому же Аяна обладала магическим зрением и могла сама посмотреть, что её честь не пострадала. И может в следующий раз она не будет напиваться так, что её придётся катить до спальни.

Каждое воскресение в замке у Макаровых начинается генеральная уборка. Моются стены, пол, выхлопываются матрасы, стирается постельное бельё. Уборкой занимались абсолютно все. Однако для магов такая уборка была своеобразной тренировкой и воспринималась как развлечение.

Мы стирали, высушивали, промывали всё с помощью магии. Это не значило, что в течение недели никто не убирался, просто работа сближала жителей замка. И когда уборка заканчивалась, во дворе накрывали большие столы, где все вместе праздновали выходной.

Откровенно говоря, мне очень понравилась такая традиция и я решил, что стоит и дома завести подобную.

Однако в этот раз всё было не так, как обычно. Повсюду шёл дождь, но это не касалось территории замка. А всё дело было в том, что Макаров сотворил оригинальное заклинание, которое разгоняло тучи над ним. И если под потоками ветра капли долетали до нас, то совсем немного.

Мы занимались уборкой пока от маяка не раздался колокольный звон.

— Вадим, что происходит?

Мы оба смотрели в сторону маяка и когда над ним загорелся огонь, он ответил.

— Это сигнал, что на горизонте появились корабли?

— И что?

— Это пираты.

Раздался сильный удар в колокол, после чего Вадим стал зажимать пальцы.

— Что ты делаешь? — спросил я.

Он отмахнулся от меня и с каждым ударом загибал следующий палец. А когда прозвучал одиннадцатый удар, он начал загибать пальцы по второму кругу. Звон прекратился, когда Макаров-младший досчитал до тридцати четырех. И его побледневшее лицо говорило, что это очень плохо.

— Тридцать четыре корабля идут прямо на нас, — наконец-то ответил он.

Ко мне подбежала Аяна и я пересказал ей то, что смог узнать от Вадима. После этого мы не сговариваясь побежали экипироваться. И когда мы вышли из замка, то увидели порядка пятидесяти магов, и ещё большее количество простых воинов.

— Ярар, ты не обязан идти с нами! — позади себя я услышал голос учителя.

— Вы же это не серьёзно⁈ — ответил я.

Немного подумав, он сказал.

— Хорошо, я даю тебе разрешение на участие в военном совете. За тобой будет закреплен госпиталь. По крайней мере там твоя помощь будет не лишней.

Я кивнул и направился следом за Макаровым.

Через двадцать минут мы уже были у порта, где вовсю шла подготовка к обороне. Ни о каком выходе в море и речи не шло. Всё-таки Макаров отдавал отчёт, что против тридцати четырех кораблей его семь не устоят. А корабли от других прибрежных родов прийти просто-напросто не успеют.

— И так, — начал говорить Макаров. В палатке собралось по меньшей мере сорок человек. — Ситуация скверная. Противник собрал огромную силу, и сделал это очень грамотно. Как видите время подгадано оптимальное, всё-таки уже неделю стоят дожди с грозами и именно из-за этого наши дирижабли не могли выходить на патрулирование. Учитывая, что сейчас стоит начало июля, то такая погода аномальная для нашего края, а это говорит нам о том, что ВРАГ — не простой пират, а, скорее всего, лишь под него «косит».

— Вы думаете Майя? — спросил кто-то из приближенных Макарова.

— Альфред, ты сам знаешь, что нельзя разделять вампирские континенты на два различных государства. Однако в одном ты прав, я подозреваю, что пиратам будут помогать маги с тех континентов. Я не привык верить в совпадения и думаю, что дождь создан искусственно. А для этого нужен очень сильный маг. Поэтому мы не станем выходить против них в море. Я просто не смогу всех защитить. К тому же сильных магов на корабле может быть несколько.

В палатке начался галдёж. Больше всего воинов возмущало то, что они потеряют корабли, которые сейчас стояли в бухте.

— Оглянитесь! — воскликнул Макаров. — Нас слишком мало. Я лучше потеряю деревянные корабли, нежели буду оплакивать вас всех.

Эти слова смогли немного снизить градус.

Мне выделили помещение, которое раньше служило сухим доком для ремонта повреждённых кораблей. Моё желание принять участие в сражении было зарублено на корню.

— Ярар, я и так благодарен за то, что ты сам вызвался помочь, но рисковать тобой я не имею никакого права. Ты просто не догадываешься, сколь драгоценна твоя жизнь в глазах Рюриковичей. К тому же ты обещал выполнять все мои указания пока ты числишься моим учеником.

Моё лицо скривилось, но мне ничего не оставалось делать, как согласиться.

Три часа вражеские корабли приближались к берегу. Они шли очень медленно, видимо маги на кораблях копили энергию, чтобы быть во всеоружии при высадке на берег.

И когда враг стал сбрасывать якоря, Макаров, используя скалистый рельеф бухты, отдал приказ на выход его шести фрегатам. Они на полном ходу понеслись в сторону вражеской стоянки, и когда оставалось не больше пары сотен метров, на кораблях вспыхнули языки пламени.

Брандеры! Теперь стало понятно почему седьмой корабль шёл чуть позади остальных. На замыкающем корабле находились маги, которые помимо того, что подгоняли и корректировали курс подожжённых кораблей, так ещё и быстро забрали матросов, что рулили брандерами. После чего на последнем корабле они устремились обратно в бухту. А все, кто находился на корабле, наблюдали за тем, как люди на вражеских кораблях старались как можно скорее спустить паруса и избежать гибели.

Когда вспыхнул первый корабль, весь берег огласил радостный возглас, потом ещё раз, и так ещё пару раз. Однако относительно большого вреда пираты не получили. К горящим кораблям подошли два черных фрегата, на которых находились водные маги, и они за пару минут потушили огонь.

— Аяна, ты можешь распознать ранг у магов?

Она отрицательно покачала головой.

— Даже для меня слишком большое расстояние.

Но всё-таки два вражеских корабля начали идти на дно. Дальше я понял, что Макаров оказался прав, и с двух кораблей буквально сошли на воду две человеческие фигуры. Они на огромной скорости стали приближаться к уплывающему от них нашего корабля.

И стоило мне подумать как я увидел, что Макаров сделал то же самое. Он взмахнул руками и на краях утеса появился водный смерч, в который он вошёл и понёсся на перехват вражеским магам.

Враг отреагировал незамедлительно и вокруг них тоже появились смерчи.

— Магистры, — сказала Аяна, сумев рассмотреть рисунок магическим зрением и как на высоте не менее пятидесяти метров они зависли друг напротив друга.

Хоть расстояние было не меньше километра, все на берегу слышали слова Макарова и его противников, которые использовали заклинания усиления голоса.

— Кто вы такие? — спросил Макаров.

— Это не имеет значения. Мы пришли напомнить тебе твоё место! — ответил враг.

— Место? Я впервые вас вижу. И учитывая, что у меня есть люди в пиратском братстве и там о вас никто не слышал, напрашивается вывод, что вы с вампирских континентов. Однако я не слышал, чтобы ваши правительства объявляли мне войну.

— Старик! — прервал Макарова противник. — Ты зря пришёл сюда один. — В руке противников появились стихийные клинки. — Умри и никто не пострадает из твоих людей. А если будешь сопротивляться, мы сравняем это место с землей.

Некоторое время Макаров молчал, а затем он повернулся к берегу, и усиленным голосом обратился к стоящим на нем воинам.

— Мои верные люди! Вы готовы склонить головы перед гнусными убийцами и ворами?

— НЕЕЕЕЕТ! — раздалось со всего берега, на котором были построены ровные ряды войск.

— Вы слышали ответ, — повернулся к ним Макаров.

— Такой большой и такой наивный! — воскликнул вражеский маг. — Даже если бы ты согласился, мы бы захватили Хабаровск.

И начался бой. Три водных смерча носились, сталкиваясь друг с другом, а на самом верху сражались трое магов. С кораблей, словно по команде, начали спускаться шлюпки, и пока один из вражеских магистров отвлекал Макарова, второй создал большую волну, на которой шлюпки опустились на берег.

Двадцать… Тридцать… Пятьдесят шлюпок за раз были уже на берегу, в каждой из которых было минимум по двадцать человек. Однако следом за первой волной пошла следующая.

Впереди воинов Макарова я увидел Вадима, скачущего на белом коне. И я ещё больше был удивлен тем, что рядом с ним скакала в голубой мантии Ксения Де Трубецкая.

Они остановили войско на расстоянии двухсот метров от берега, как я понял, чтобы в случае атаки магистра не попасть под удар.

— Красиво смотрятся, — сказала Аяна.

— Ты сейчас серьёзно? — спросил я.

Она нахмурилась, но ничего не стала отвечать.

Я вернулся во временный госпиталь и был удивлен тем изменениям, что произошли за время моего отсутствия. Когда я уходил не было нар, на которые можно было складывать больных, не было перевязочного материала, да в конце концов не было даже света. Однако сейчас я всё это наблюдал перед собой.

— Кто это? — спросил я у проходившего мимо слуги виденного в замке Макаровых. После чего указал на толпу женщин и пожилых мужчин, которые заносили кровати, разжигали костры и кипятили воду.

— Это жены воинов, а старики — это местные знахари. Князь, неужели Вы думали, что Вас оставят одного?

Я лишь кивнул, не став ничего отвечать. Всё-таки приграничные люди, которые больше подвергаются вражеским нападениям, сложены из абсолютно другого теста, нежели люди внутренних земель.

Наверно из-за этого они и творят всякие непотребства. И далеко ходить не нужно, тот же Солженицын давно попрал на дворянскую честь и пользуется своей властью только для собственного удовольствия.

— Ярар, может мне тоже стоит встать в строй? — спросила меня Аяна. — Какой из меня целитель? Я воин!

— А если в этот момент на меня кто-нибудь решит напасть?

Она скептично посмотрела на меня, но спорить не стала. В последнее время Аяна всё чаще и чаще проигрывала мне во время спарринга. И судя по её выражению лица, она истолковала мои слова иначе. Как то, что я забочусь именно о ней. А именно, что я считаю её слабой…

Аяна вышла на улицу и я, раздав команды моим помощникам, вышел на улицу следом за ней.

— Ярар, там вампиры, — показала она пальцем туда, где, используя магическое зрение, я заметил, как вражеский воин впился клыками в своего противника. Находясь на небольшом возвышении, я видел, что войско Макарова стоит только за счёт сомкнутых порядков. Посмотрев в сторону берега, я увидел, что весь берег кишит пиратами, и они, вставая на землю, спешат своим на подмогу. С обоих сторон сражались маги, то тут, то там, раздавались всполохи огня, воздуха и воды.

Посмотрев в сторону Макарова, я с облегчением выдохнул. Тот сражался против двух магистров и вполне успешно отражал их атаки. Проследив за ними, я сделал вывод, что бой идёт на равных. Однако из бушующих потоков энергий в месте их сражения я не мог даже близко понять какие заклинания те использовали.

— Смотри, — показала рукой Аяна. Повернувшись в то место, я увидел кавалерию, которая неслась с опущенными пиками во фланг пиратам. И хоть там было не больше полутысячи всадников, это была огромная сила. Тем более против пиратов, которые не умели сражаться в плотном строю, а из оружия у них были топоры или укороченные мечи.

Я уже предвещал разгром пиратов, когда в их сторону, словно тени, выбежали довольно быстрые силуэты. И когда до их боевого соприкосновения оставалось не больше пары десятков метров, под конницей появился огромный ров, куда они все, за редким исключением, угодили.

Это был ПРОВАЛ! Это была КАТАСТРОФА! Почти сразу же в овраг прыгнули пираты.

— Это вампиры, — сказал я, увидев, как от клыков ещё одного кровопийцы погибает упавший с лошади всадник.

— Ярар, мы должны помочь! Так не то что раненных не останется, а вообще выживших! — воскликнула Аяна.

И хоть я был не уверен в том, что Хрущёвой было хоть какое-то дело до людских жизней, я согласился с ней и создав ледяной клинок побежал в сторону оврага.

— Исцеление — исцеление — исцеление, — бросался я заклинаниями, которые хорошо себя зарекомендовали против вампиров.

Вампиры, словно восковые фигуры, с ужасающим криком стали таять на глазах. Разумеется, на меня сразу обратили внимание эти кровососы, и пара десятков побежала в мою сторону.

— Ментур щит, — создал я лучшую имеющуюся у меня защиту и принялся отражать атаки.

Секунда и весь мой купол был буквально утыкан вампирскими иглами. От такой атаки щит начал трескаться.

— Исцеление — исцеление — исцеление, — воспользовался я заминкой вампиров, которые не могли поверить, что их слитная атака не возымела эффекта.

На огромной скорости на вампиров напала Аяна, отвлекая на себя внимание, чем я тут же воспользовался. Развеяв щит, я произнёс заклинание снова. У меня не было уверенности, что если у вампиров появится ещё такая возможность, то старый щит удержит все их иглы.

Вампиры разделились, и если противниками Аяны стали пятеро кровососов, то на меня напали восемь.

Их красные клинки проникали через мой щит, однако сопротивление щита не давало им использовать все свои преимущества. Поэтому у меня получалось отбивать их выпады, и даже иногда атаковать в ответ.

И с каждым мгновением уверенность с лиц вампиров исчезала. Вероятно, те, что противостояли мне сейчас, не проходили той подготовки, что вампиры, напавшие на Меньшикова.

И когда они побежали, я не стал их жалеть.

— Исцеление, — несколько раз произнёс я, убивая и отступающих, и сражающихся с Аяной вампиров.

— Ты в порядке? — спросил я у Аяны. Она вся была залита кровью, и визуально я не мог понять ранена она или нет.

— Это их кровь, — указала она на тела. После чего она протерла клинок и, перехватив его поудобнее, побежала в сторону рва, где до сих пор шло сражение рыцарей и вампиров.

Боковым зрением я увидел, что войско, которым командовал Вадим, не развалило строй. «Наверное, — подумал я, — им сильно помогло то, что вампиры отвлеклись на другую цель».

— Колья — иглы — исцеление, — стоя на возвышении у рва, атаковал я противников. Аяна уже давно присоединилась к общей свалке. На её плаще был огромный герб огненного дракона, так что я особо не переживал, что всадники примут её за пиратку.

Не знаю, что произошло, но моя интуиция страшно завопила. Словно стараясь мне что-то сказать, и скорее на инстинктах я быстро отпрыгнул с места, на котором стоял.

— Какой ретивый молодой человек! — услышал я звонкий голос позади себя. Прежде чем посмотреть на говорящего, боковым зрением я увидел, что песок превратился в копья, которые испещрили острыми гранями огромную площадь, где я только что стоял.

Активировав магический взгляд, я слегка удивился.

— Ооо, видящий, да ещё и обладающий стихией света. Вот это мне повезло. Однако, — усмехнулась женщина, — это тебе не против жалких кровососов сражаться.

Старший мастер стихии земли, причём её рисунок начал меняться на ранг младшего магистра!

Влив как можно больше энергии в щит и ускорившись, я быстро сократил расстояние до неё и атаковал клинком и параллельно иглами.

— Неплохо! — произнесла она, смотря на стальной доспех, об который разбилась единственная игла пробившая щит.

«Артефакт» — сразу понял я. Обычная кираса не выдержала бы вложенную энергию. А её я влил больше количество в иглы, рассчитывая, как можно быстрее закончить бой. Ведь пока она меня не воспринимала всерьёз. Однако после этой атаки думать, что она не сделает работу над ошибками было несерьёзно. Что она, впрочем, и доказала.

— Поступь Ктулху — выжженная земля, — услышал я тихий шёпот женщины.

Представьте, что вы хлопаете комара двумя руками. Вот примерно так выглядело впервые виденное мной заклинание долбанного Ктулху. Справа и слева от меня из земли появились каменные ладони, которые начали с обеих сторон давить на мой щит. Я стал вливать в него как можно больше энергии, но когда сквозь сферу я почувствовал, как начала буквально плавиться земля, я понял, что магесса создала подо мной магму! И она стала растекаться под куполом. Нужно было срочно что-то делать.

В голову ничего не лезло. Однако с такими темпами энергия у меня закончится, и либо я сварюсь, либо меня размажет об каменные ладони.

«Кстати, — подумал я, — почему магесса не посылает на меня больше никаких заклинаний?». И когда наши взгляды встретились я понял, что она тоже тратит энергию в больших количествах. Видать после первой атаки она восприняла меня через чур серьёзно.

Знала бы она кто ей противостоит! Хах-ха! Младший мастер против почти младшего магистра. Эти мысли меня немного воодушевили. К тому же у моей противницы были видны капли пота. Хотя я вообще весь промок. Всё-таки в куполе было сейчас словно в парилке.

— Сдавайся, — сказал я, — пираты почти разгромлены. — После чего я указал ей за спину, откуда раздавался звон стали и предсмертные крики сражающихся.

Она на миг дёрнула шеей, чтобы посмотреть себе за спину, и не знаю, как она поняла, но летящую в неё иглу Аяны она увидела и легко отбила.

— Хорошая попытка, — сказала она, после чего давление на мой щит увеличилось.

Мой щит стал покрываться трещинами и даже увеличение энергии не помогало.

«Дзинг» — услышал я, отвлекшись от щита, и увидел, что магессу атаковала Аяна. Артефактный клинок Аяны легко пробивал её магический щит.

— Энергетик? — побледнев, еле успевая парировать атаки произнесла магесса. И этого хватило, чтобы давление на мой щит спало. И в ту же секунду я снял щит, отпрыгнув от места, где подо мной был небольшой вулкан.

— Осушение, — произнёс я, высушив свою одежду от пота, который заливал мне даже глаза. А после этого я побежал на помощь Аяне, которая как могла отвлекала магессу не давая ей создавать заклинания. По крайней мере столь убойные, как этот Ктулху.

Глава 9.

— Что-то ты не торопилась! — не сводя взгляда с магессы земли, сказал я Аяне.

Она скривилась. Боковым зрением я заметил, что Аяна припадает на одну ногу. «Ранена», — подумал я.

— Исцеление, — яркая вспышка света ослепила её, и этим моментом решила воспользоваться наша противница. В Аяну тут же полетели десятки копий, которые из-за моего опрометчивого поступка могли стоить ей жизни.

— Ментур щит, — произнёс я, закрывая её от атаки.

— В следующий раз предупреждай, если соберёшься выкинуть что-то в таком духе.

— И это вместо слов благодарности? — спросил я.

Аяна фыркнула, после чего дала сигнал на сближение с магессой. Мы решили зайти с двух сторон.

— Наконец-то наговорились голубки! — с хищной ухмылкой произнесла магесса. Наши глаза светились алым, и наверно это объясняло следующие слова магессы. — Мальчик, сколько тебе пришлось убить магов, чтобы оперировать такими объёмами энергии?

Ответил я раньше, чем понял, что противница подумала, что я энергетический вампир.

— Нисколько!

— Ооо, даже как! Не знала, что энергетики стали рождаться одаренными.

— Ты много болтаешь! — влезла в нашу перепалку Аяна.

— Девочка, неужели ты ревнуешь? Вооон, как завелась! — дразня Аяну ответила ей магесса.

Вероятно, эти слова очень не понравились Аяне, и она ускорившись нанесла сильный колющий удар. Скрежет металла о щит был таким громким, что я не сразу понял, что клинок в руках Аяны сломался.

На лице магессы появилась ухмылка. Учитывая, что она стояла между нами, я никак не успевал прикрыть Аяну щитом. Время словно замедлилось, и я видел, как Аяна уклоняется и отбивает сломанным клинком земляные копья, стараясь при этом разорвать дистанцию.

Я бросился на выручку и магесса заметила это. Она встала полубоком, держа в зоне видимости меня и Аяну. При этом она ни на секунду не прекращала атаковать Хрущёву.

— Зыбучий песок, — обернувшись в мою сторону, она создала на моём пути зону отчуждения. После чего продолжила снова атаковать Аяну.

Мои ноги провалились по колено в песок, и с каждым движением меня затягивало всё глубже.

Магесса посмотрела в мою сторону и поняв, что я пока не представляю для неё опасности, по крайней мере сейчас, полностью переключилась на Аяну.

— Ледяная поступь, — вложив половину оставшегося резерва произнёс я. Мне нужно было заморозить большую площадь, нежели занимали зыбучие пески. Ведь только так я мог затормозить своё погружение под землю.

— Сокрушение, — создал я следующее заклинание, разрушая лёд, и наконец-то выбираясь из ловушки. В этот момент я увидел, как магесса стоит над телом Аяны.

— Нееет! — закричал я, и со всей скорости понёсся к врагу.

Магесса не успела парировать атаку моего клинка, однако её щит пошёл трещинами от вложенной мной силы.

— Мальчик мой, нельзя терять голову в пылу схватки, — сказала противница. При этом она стояла так неудачно, что я не мог увидеть в каком состоянии пребывает Аяна.

— Колья — иглы — иглы — иглы, — оставив крохи энергии на поддержание своего щита, я влил весь свой резерв в эту атаку. Я влил сразу стихийную и целительскую энергии. Моя атака словно длилась непрерывно около десяти секунд, и от ледяной пыли магессу было сложно рассмотреть. Однако магическим зрением я видел, что она жива. Воспользовавшись тем, что она меня не видит, я атаковал её ледяным клинком, стараясь пробить её щит. Однако, стоило мне приблизиться, в мой щит ударили каменные копья. А земля с моей стороны стала дымиться, из чего я понял, что она снова создала магму рядом со мной.

— Щенок, неужели ты думал я не контролирую место, где ты стоишь⁈ Я маг земли, и ты ходишь по ней. Я чувствую всё. Твоё дыхание, биение сердца, и даже твою… — сделала она паузу отражая мой прыжок через огненную лужу, и в этот раз принимая мой удар на свой клинок, — атаку!

Я скривился. Однако я сделал то, чего хотел. Теперь я находился рядом с Аяной, и мог видеть, что та ещё жива.

— Исцеление, — сказал я, видя, что Хрущёву начала покидать жизнь наполняя её ауру темными сгустками.

У меня было всего пару мгновений, чтобы увидеть, что Аяне стало легче, однако колья, торчащие из её тела, никуда не делись. Посмотрев на противницу, я увидел, что несколько игл находятся в её плече и ноге. Но она словно не обращала на раны никакого внимания.

После этого я уже был вынужден отражать нападение магессы. Она сама решила скрестить со мной клинки, из чего я сделал вывод, что её энергия на исходе. Или она подумала, что сможет таким образом быстрее закончить сражение со мной.

Это была её ошибка. Хоть она была сильной одаренной, она не успевала за моими атаками. А мой щит удерживал все её метательные атаки.

Но всему приходит конец. Мой щит, несколько раз моргнув, исчез.

— Вот тебе… и конец… щенок… — запыхавшись сказала она. Вокруг меня появилось около сотни длинных копий и стали окружать меня. Я же тем временем достал артефактную рапиру, не сильно рассчитывая, что переживу следующую атаку.

И когда она махнула рукой в мою сторону, я уже думал, что мне конец. Но внезапно её глаза закатились, и она упала на пол, а её каменные копья упали вокруг меня.

— « Ну наконец-то! — подумал я. — Иглы справились и магесса потеряла сознание».

— Ты как? — спросил я, присев рядом с Аяной.

Её губы открылись, но вместо слов она стала закашливаться кровью. Я понял, что дело плохо. Каменные копья развеялись из тела Аяны видимо сразу, как магесса упала без сознания. И теперь Аяна, помимо того, что теряла много крови, ещё и несла в теле много грязи. И даже будь у меня энергия, чтобы создать заклинание исцеления, оно просто не помогло бы. Здесь нужно что-то сильнее.

И я знал что…

Я взял из руки Аяны сломанный клинок и приступил к начертанию пентаграммы. Ритуал исцеления готовить было слишком долго. Но ритуал, который использовала на мне Аяна, был во много раз проще.

Через пару минут я занёс в пентаграмму бессознательное тело магессы, а с другой стороны положил Аяну. Из глаз Аяны текли слёзы, и я старался как можно быстрее помочь ей.

И я запел слова, спасая жизнь Аяне.

Глава 10.

Замок Тьер.

— Граф, — произнесла Эмери, встретив нежданного гостя в своём кабинете, — какими судьбами Вы к нам пожаловали?

— Прошу прощения, что я прибыл так внезапно, — ответил Ля Фисто, — но волею судьбы я был неподалеку, и решил, что есть тема, которую я бы хотел прояснить.

Эмери окинула взглядом фигуру графа, после чего сказала.

— Судя по виду, Вас что-то тревожит. Поэтому предлагаю во время этого разговора отойти от субординации и поговорить как друзья.

— Это будет как нельзя кстати, — сказал граф. — Эмери… — произнёс Анри, внимательно смотря за мимикой на лице леди Тьер, и заметив, что такое обращение ей комфортно, продолжил. — Речь пойдёт о Тимофее и Яраре.

— А что с ними не так?

— Ярар сильнее своего брата. И я несколько раз прокручивал разговор, состоявшийся на тренировочной площадке между ними. И чтобы ты меня поняла правильно, я не хочу смотреть за тем, как сильнейший род угаснет из-за интриг за власть.

Взгляд Эмери стал цепким.

— Анри, скажи, с чего ты сделал такие выводы? Неужели ты думаешь Ярар способен навредить Тиме?

— Не, госпожа, — ответил Анри. — Угроза исходит от Тимофея. А вернее сказать от его окружения.

По кабинету пробежался легкий ветерок.

— Доказательства! — твердым тоном потребовала Эмери. На что граф спокойно достал из сумки специально заготовленную папку.

— Здесь отчёты моих людей. И хоть это не их профиль, у тебя должно сложиться понимание, что мои опасения не безосновательны.

Взяв документы Эмери углубилась в их прочтение. И с каждым отложенным листом её лицо хмурилось все сильнее. Минут через десять она закончила и, посмотрев на Анри, спросила.

— Кто ещё знает об этом?

— Только я. Мои люди не смогут связать всё воедино, — ответил граф.

— Значит ты не рассказал об этом, — указала она на папку, — даже Зесу? — Граф кивнул. Эмери сузила глаза и, встав из-за стола, подошла к барному столику. — Анри, можешь считать, что я оценила твою работу очень высоко. И ты правильно сделал, что не пошёл с этим к Сереку.

— Эмери, — приняв бокал с коньком, произнес граф, — что ты будешь делать с этим?

— Пока не знаю. Однако нужно убрать из окружения Тимофея тех, кто больше всего в нём развивает чувство ревности.

— Ронак в скоро уедет в Академию, — сказал граф. — Но что Вы будете делать с Марией?

— Отправлю её к Диане (супруге Серека). У неё скоро подходит срок, пусть повозится с малышом. А я за это время сменю учителей у Тимофея, а заодно накручу хвосты Михаилу и Григорию за то, что закрывали глаза слыша такие разговоры.

— Думаете этого будет достаточно?

— Анри, я мать! И я очень хочу верить, что твои опасения напрасны.

Граф кивнул, после чего Эмери отложила папку и изучающе посмотрела на Анри.

Однако стук в дверь не дал Эмери задать вопрос. Хотя Анри видел, что леди Тьер чем-то взволнована. А когда в кабинет вошёл Серек, граф заметил, что Эмери тяжело вздохнула и ненадолго о чём-то задумалась.

Ля Фисто заметил, как Эмери убрала папку в стол, сделав вывод, что этот разговор останется только между ними. А дальше Серек забрал графа к себе заслушать результаты работы.

Военный совет продлился до полуночи. И пока докладывали командиры подразделений, я узнал, что Капитолина Макарова подлетала к пиратским кораблям, однако атаковать не решилась. Там было слишком много пиратов, которые вывалили на палубу, и стояли наготове с арбалетами и луками.

К тому же пираты вывели на палубу Вадима и приставив к его горлу кинжал усиленным голосом предупредили, что если им на голову что-то полетит, то голова наследника полетит в воду, но уже отдельно от тела.

— Итого, — услышал я уставший голос Макарова, — у нас осталось три дирижабля, один корабль и берег, усыпанный шлюпками. Воинов у нас осталось всего одна с половиной тысяча. Завтра к нам подойдут ещё несколько тысяч с окрестных городов. Но этого всё равно мало, чтобы идти в наступление. Вы самими видели, что магистры, противостоящие мне, не сильно мне уступают в силе. Поэтому я спрашиваю у всех, у кого есть какие-нибудь предложения?

— Милорд, — обратился кто-то из родственников Макарова, — нужно оборонять берег. В море у них явное преимущество. Однако это не решает вопроса насчёт наследника.

— Он в плену, и завтра они по-любому используют этот козырь.

— Мартин, не говори загадками, что ты хочешь этим сказать?

— На месте пиратов, я бы выставил ультиматум и потребовал нашей капитуляции и… Вашей головы.

Раздался звук бьющейся посуды и, оглянувшись, я заметил бледнеющее лицо Капитолины. Только сейчас до меня начало доходить о чём говорил мужчина.

Завтра, если Макаров не сдастся, Вадима казнят.

— Степан… — с мольбой в голосе произнесла Капитолина.

Он посмотрел в сторону супруги, и опустив глаза задумался.

— Нужно планировать вылазку! — сказал глава рода Макаровых.

— Они этого только и ждут, — сказал кто-то из толпы. — И стоит пиратам только заметить, они сделают то, о чём все здесь думают.

— НО ЧТО-ТО ЖЕ МЫ ДОЛЖНЫ СДЕЛАТЬ⁇! — закричал Макаров.

Спустя минуту молчания мужчина, которого Макаров называл Мартин, произнес.

— Простите милорд, мы подвели Вас…

Ночью я не смог нормально уснуть. Поэтому, взбодрив себя целительской энергией, пошёл в госпиталь.

— Как тебе спалось? — спросила Аяна, чьё приближение я почувствовал издалека.

— Нормально. А тебе?

— Плохо, — ответила Аяна и, положив руку мне на плечо, остановила меня. — Нам нужно поговорить.

— Я знаю, — ответил я. — Однако сейчас для этого не время.

Она кивнула, и молча последовала со мной в госпиталь. Несколько часов мне потребовалось чтобы обойти раненых воинов. В основном я старался оказать помощь тем, кто сегодня с моей помощью и небольшими магическими затратами сможет продолжить отбивать атаку. А в том, что она будет, у меня не было сомнений.

Когда я выходил из госпиталя, пиратские корабли никуда не делись, и судя потому что я видел, там начиналась подготовка к очередному штурму. Повернув голову, я увидел знамена двух великих родов.

— Прибыла подмога, — произнесла Аяна.

— Княжеский род Нахимовых и Булгаковых.

— Ты не рад? — спросила Аяна.

— Их главы слабы. Честно я не понимаю почему Макаров не послал за князем Сусаниным? Тот тоже магистр, и мог помочь в сегодняшней битве больше, чем два мастера, — ответил я.

— Может у них есть воины посильнее?

Я нахмурился и отрицательно покачал головой. Вчера Макаров мне рассказал расстановку сил прибрежных родов. И по его словам выходило, что сейчас он здесь самый сильный.

— И что нам делать? — спросила меня Аяна.

— Готовиться к худшему.

— Князь Макаров, склони голову, и я обещаю тебе что твой сын останется жив! — раздался усиленный магией голос.

Корабль пиратов находился примерно в километре от берега. Вражеские магистры с помощью неизвестного мне заклинания, использовали воду вместо линзы, и весь берег мог видеть избитое лицо Вадима, которого посадили на колени, а голову положили на ящик. А рядом с ним стоял один из вчерашних противников Макарова с занесенным стихийным клинком.

Степан Осипович и его супруга стояли молча, словно стараясь запомнить их сына живым. Мне было сложно представить, что сейчас они чувствуют. Обладать силой и тем не менее быть беспомощными…

Никто не обманывался, даже если Макаров заменит сына, Вадима всё равно убьют. Магистры ещё вчера сказали, что они пришли за людьми. И то что с пиратами пошли в атаку вампиры, ни у кого не оставляло сомнений, для чего им нужны были люди.

Спустя пять минут магистр повторил свои слова, и когда прошло не больше минуты, он быстрым движением опустил клинок. Полилась кровь, и голова наследника Макаровых упала в море.

— Нееееет! — раздался ужасающий крик Капитолины. Она отвернулась от берега, и зарыдала в плечо мужа, стуча его кулачками в грудь. — Неееет… Нееет… — рыдала она.

— Ярар, — сломленным голосом позвал меня Макаров. — Помоги!

Я кивнул, и положив руку на леди Макарову, погрузил её в сон. И тогда глава рода Макаровых подхватил её на руки и понёс в сторону госпиталя.

Пираты ещё около часа ожидали атаки, но так и не решились. Вероятно, они понимали, что победить с каждым часом у них шансов всё меньше и меньше. И когда солнце скрылось за горизонт, они подняли якоря и стали отдаляться.

— Ярар, — спросила меня Хрущёва, — почему они уплывают?

Немного подумав, я ответил.

— Они пришли за Макаровым. По крайней мере, я так думаю, — начал отвечать я. — Магистры хотели выманить Макарова. Именно поэтому они устроили показательную казнь. Они ждали, когда Макаров кинется им мстить. Старались вывести его на эмоции, но у них ничего не вышло. В море у них было преимущество. Обладая такой армадой кораблей у нас не было и шанса на победу. Но на берегу всё было бы наоборот.

Аяна кивнула. Но стоило нам отойти на несколько шагов, я увидел идущего к берегу Макарова. Он снял с себя доспех, положил оружие, после чего пошёл в воду. Всего пару секунд и он уже стоял на волне, быстро отдаляясь от берега.

— Куда он? — услышал я голоса воинов, что сопровождали главу рода.

— За телом сына, — ответил я. Спиной я чувствовал направленные на меня взгляды. Но не прошло и минуты, как кто-то воскликнул.

— Он нашёл!

Все стали смотреть в сторону возвращающегося Макарова. Когда он вышел на берег он опустился на колени перед телом и горько зарыдал.

— Аааааааарх… Ааарррх! СУУКИИИ! Аааааррх. ВАДИИИМ!

Мне было больно смотреть на это, и я, подхватив Аяну, покинул берег. К этому времени к Макарову уже шли его родственники, которые могли хоть как-то поддержать своего главу, которому сегодня пришлось пожертвовать жизнью сына, чтобы РОД ЖИЛ!

Вернувшись в палатку, я налил два бокала вина, и один подал Аяне.

— Помянем, — сказал я, после чего выпил всё до дна.

Аяна повторила за мной, после чего спросила.

— И что дальше?

— Не знаю, — ответил я. — Тем не менее, я не думаю, что Макаров оставит без отмщения смерть сына.

— Ярар, ты можешь не говорить загадками? Что ты собираешься делать? — спросила Аяна.

Немного подумав, я ответил.

— Нужно допросить пленников. Уверен, что ими вчера никто не занимался. А сейчас тем более.

— С чего ты так решил?

— Им сейчас не до этого, — напомнив про смерть Вадима ответил я.

— Ты меня не понял. Почему люди Макарова не допрашивали пленников?

— Тебя вчера не было на совете, — произнёс я. — Насколько я понял, никого ценного нам захватить не удалось. — И видя, что Аяна не понимает. — Макаров хотел произвести обмен на сына, но из-за озвученных ранее причин, он отказался от этой идеи.

— Ясно. А ты сам готов допрашивать пленных? — внимательно следя за моим лицом, спросила она.

— Ты ведь спрашиваешь зачем мне нужно это? Ведь это не мой род?

— Да, — ответила Аяна.

Я задумался над её словами. В чём-то она была права. Однако я не хотел сидеть без дела. Я жаждал отомстить за смерть Вадима Де Макарова, юного мага, что был очень дружелюбен со мной, и, наверное, которого я мог когда-нибудь назвать другом.

Плотно покушав я вместе с Аяной направился в сторону временной темницы.

На подходе к каменному помещению я услышал.

— Стой! Кто идёт?

— Да охолонись ты, — раздался голос второго стражника, — видишь же, что ученик Макарова идёт со своей девушкой.

Боковым зрением я заметил, как зарделась Аяна, а в груди появилось теплое чувство, которое начало разливаться по всему телу.

«Ох, чувствую помучаюсь я из-за новой способности, приобретенной после спасения Аяны!» — подумал я. Но не став заострять на этом внимание, я ответил стражникам.

— С пленниками кто-нибудь уже говорил?

— Нет, князь, никто. Мы около часа назад двоих холодных вынесли. Ублюдки передрались из-за еды и двоих своих придушили. Ещё час и наша смена закончится. Однако позвольте полюбопытствовать, что Вы здесь делаете?

— Пришёл поговорить с ними! — указал я на дверь.

Лицо стражника нахмурилось.

— Господин, я прошу прощения, что лезу не в своё дело, однако не принято, чтобы благородные занимались пытками. Не калечьте свою психику в столь юном возрасте, очень прошу Вас.

— Спасибо за беспокойство, однако я должен получить ответы. А после я передам всё главе вашего рода.

Он ещё сильнее нахмурился.

— Клив, — обратился он к своему напарнику, — сходи за Бладом. Это по его части. — Его напарник сразу ушёл, а я с немым вопросом посмотрел в сторону стражника. — Блад хороший парень и за своих порвёт любого голыми руками, однако пиратов ненавидит очень сильно. Да и помощник Вам понадобится.

Я поблагодарил инициативного стражника, однако, когда он вознамерился не пускать в темницу Аяну, мне пришлось показать характер и прикрикнуть на него.

Заглянув за дверь, за которой находились пленники, насчитал около десяти человек прикованных к стене цепями. Обернувшись к Аяне, я произнес.

— Есть один способ ускорить допрос. Ты согласна?

— Разумеется, — не подумав ответила она.

Не тратя время на объяснение своего плана, я порвал на ней верхнюю рубашку, слегка оголив полушария груди.

Аяна быстро отпрыгнула от меня и зашипев возмущенно вскрикнула.

— Что ты делаешь⁈

— Ты поможешь мне. У меня нет времени сейчас всё объяснять тебе, однако, поверь, что так надо.

— Ты что, извращенец? — не унималась Аяна. — Хочешь, чтобы я оголенная находилась в камере с преступниками?

— Аяна, так мы выиграем время. По взглядам, бросаемым на тебя, мы поймём кто из этого отребья, — указал я на дверь, — обладает «зачатками разума». А значит они могут знать что-то ценное.

— И как ты это поймешь? — скрестив руки на груди, скептично спросила Аяна.

— Нам нужно отделить тех, кто будет меньше всего пускать на тебя слюни, — ответил я.

Несколько секунд Аяна смотрела на меня очень недовольным взглядом. Но потом меня удивило то, что она сделала. Она молча отошла и сняла с себя рубашку и брюки, оставшись в одном нижнем белье.

Я сглотнул, увидев Аяну почти обнаженной и, взяв себя в руки, произнес наконец.

— Это перебор. В таком виде перед тобой никто не устроит!

На лице девушки появилась торжествующая улыбка, и она, наклонившись к моему уху, прошептала.

— Наконец-то маленький монстр увидел во мне девушку!

После этого она схватила свою одежду, надела рубаху, связав её так, чтобы её животик оставался оголенным, и, расстегнув несколько пуговиц на груди, первой вошла в темницу.

Из первой камеры я отметил двух человек. Во второй ещё одного, а в последней сразу троих. После этого их переместили в отдельное помещение, где я начал допрос.

Пираты смотрели друг на друга. При чём мне показалось, что как минимум трое хорошо друг друга знают. Именно с них я и начал.

Перед тем как приступить я попросил Блада принести воды и дать напиться пиратам. Было видно, как стражнику это не понравилось, но он выполнил это, не проронив ни слова. Я же внимательно следил за тем, кто как брал в руки кружку, как смотрел за Бладом. За окружающей обстановкой. А ещё за мозолями на руках. И сев рядом с одним из пленников я спросил.

— Откуда у пиратов появились столь сильные маги?

Пират посмотрел на меня и во весь голос заржал. Но не прошло и пары секунд, как из его рта полилась кровь. А в его груди остался торчать ледяной кол.

— Кто ещё считает меня смешным?

Ответом мне была тишина. Помимо меня и Блада, в темнице осталось ещё пять пленников. Я сразу предполагал, что мне придётся кого-то из них лишить жизни. И я выбрал того, чьи руки больше подходили землепашцу, чем матерому воину. Может он и был умнее своих сокамерников, но в иерархии такой, как он, не мог занимать высокое место. А значит был бесполезен для меня, как источник информации.

Повернувшись к следующему, я задал тот же вопрос. И создав ледяной кол в руке, начал водить им у шеи пирата.

— Яяяя…. нне знннаааюууу, — сглотнув ответил он.

— Неправильный ответ, — сказал я, после чего начал потихоньку вдавливать кол в тело пирата.

— Господин, — обратилась ко мне Аяна. — А если он и впрямь не знает?

Я повернулся к ней, ответил.

— Значит он мне не нужен. Хотяяя… — задумчиво произнёс я. — Я готов сохранить жизнь тому, кто скажет откуда взялись магистры? Где находится база пиратов? Кто заказал нападение на земли Макаровых? И последнее, куда собиралась плыть ваша братия после?

Глава 11.

Ближе к утру я и Аяна вышли из темницы. Посмотрев на Аяну, я заметил, что она полностью вымотана. И прислушивавшись к себе, понял, что сам не выгляжу как образец стойкости.

— Дааа, князь, — раздался позади нас голос Блада, — хоть ты не веришь в божественные силы, но я благодарю всех святых, что не я был на месте этих пиратов.

Я подал ему флягу с водой, из которой только что сам пил, сказал.

— Это работа. Ничего более. И кому-то её нужно было сделать.

Он внимательно посмотрел на меня, на его лице появилась одобрительная улыбка, после чего он поклонился мне в пояс.

— Жаль, что ты не прибрежный… С тобой бы Макаров давно всю эту падаль выбил.

Присмотревшись к воину, у меня появился вопрос. Просто не складывался у меня образ палача со стоящим передо мной человеком. По крайней мере не после того, как тот себя вёл в допросной.

— Блад, ты ведь не всегда этим занимался?

Он усмехнулся.

— А я всё гадал, спросишь меня или нет. — И сделав короткую паузу, начал свой рассказ. — Купцом я был. Водил корабли в Империю Тан, Халифат и даже пару раз приставал к вампирским берегам. Но во время одного из переходов на меня напали пираты. Перебили почти весь экипаж, а выживших поработили. Десять лет, я служил пиратам выполняя всю грязную работу. Но однажды князь Макаров спас меня и узнав, что я раб, освободил. Вернувшись домой узнал, что жена погибла от голода. Дочь пригрели родители, но и её не сберегли. Волки загрызли. Тогда я чуть не вышел на дорожный промысел, но волею судьбы князь Макаров снова появился в моей жизни, и я понял, что это знак свыше. И сейчас я здесь. Стараюсь начать жить заново.

Пока разговаривали стражники принесли нам свежей воды, после чего мы с Аяной умылись и пошли переодеваться в свежую одежду. Если честно на нас было страшно смотреть. Мы будто только что вышли из серьёзного боя и мне казалось, что даже в носу у меня соленый запах крови.

Встав спиной друг к другу, мы переоделись. Никакого смущения между нами не было. По крайней мере за собой и за Аяной я таких чувств не ощутил. Уже светало. Мне казалось, что нужно как можно быстрее попасть к Макарову и рассказать о том, что нам удалось узнать.

— Ярар, прежде чем мы пойдём, я считаю, что нам нужно поговорить, — сказала Аяна.

— Это никак не может подождать?

— Нет, — отрезала она. Я кивнул, дав ей понять, что слушаю её. — Когда я шла в пыточную я не стала тебя переубеждать, потому что сама понимала, что это нужно сделать. Однако, я думаю, что не будь между нами эмоциональной связи, ты бы не пытал пиратов, тем более с таким остервенением.

— Ты хочешь сказать, что я не отдаю отчёт своим действиям? — с напряжением спросил я.

— Да, — ответила Аяна. — Пойми, такого у меня у самой не было, но я читала, что в начале времен, когда мои предки проводили сплошь и рядом подобные ритуалы, у них образовывалась связь, которая изначально стирала грани дозволенного. И сейчас твоё поведение мне не кажется адекватным.

— А почему же это не действует на тебя? — с сомнением спросил я.

Но стоило мне это сказать, наши глаза встретились, и у меня появилось желание овладеть Аяной. Вся усталость и эмоциональная опустошённость исчезла. Больших усилий мне стоило не поддаться эмоциям.

— Не тебе одному сейчас нелегко, — сказала Аяна.

— Но почему я не ощущал этих чувств раньше? — раздевая взглядом Аяну спросил я.

— Потому что я научилась жить с ними.

— Что ты имеешь ввиду? Или… — сделал я паузу, когда догадался, что не всё было сказано. — Только не говори, что ощущаешь мои чувства со дня проведения ритуала?

Она нахмурилась.

— Да, — наконец ответила она.

— Почему ты не рассказала мне об этом? — спросил я.

— А что бы это поменяло? Ты бросил бы ради меня Элин? Или перестал спать с рабыней?

Я оставил её вопросы без ответа, спросил.

— Именно поэтому ты постоянно срывалась и язвила мне?

Аяна прикусив губу кивнула. У меня сильно защемило в груди, и я обнял её.

— Прости. Ты спасла мне тогда жизнь, и я даже не смог тебя нормально отблагодарить. А тебе при этом было очень непросто.

Некоторое время мы сидели просто обнявшись. Однако, как бы мне не хотелось прерывать наше уединение, я постарался погрузиться в медитативное состояние. И когда я открыл глаза, заметил, что Аяна делает то же самое.

— Это навсегда? — спросил я.

— Да, — внимательно смотря мне в глаза сказала она. — В будущем мы сможем чувствовать друг друга даже на больших расстояниях. А если будем развивать свою связь, сможем обмениваться образами, как ты делаешь это со своим рысаком.

— Дааа уж… — произнёс я. — Это многое меняет.

Она кивнула, после чего наши взгляды снова встретились, и я поцеловал её. Меня словно ударило током, а по телу прошлась горячая волна, которую было очень сложно обуздать. И когда Аяна потянулась снимать с меня верхнюю одежду, я с большой неохотой остановил её.

— Если мы продолжим, то я не уверен, что мы выйдем отсюда в ближайшее время.

Мы оба тяжело дышали, но всё-таки смогли перебороть себя, и через пять минут покинули палатку.

Несколько минут мне потребовалось, чтобы узнать где сейчас находится глава рода Макаровых.

— А… Ярар, проходи, — сказал учитель. Его язык заплетался, и красные от недосыпа глаза ясно говорили, чем он сегодня занимался. — Ты что-то хотел?

— Да, — ответил я. — Мы, — показал я на Аяну, — допросили пленных пиратов, и знаем куда они поплыли дальше.

К чести Макарова, соображал он быстро. И создав заклинание быстро привёл себя в чувства.

— ГДЕ ОНИ⁇!

На берегу было не протолкнуться. Большая волна подняла Макарова и его жену и понесла в сторону лодки Вадима Де Макарова. Они опустились в лодку, и Капитолина, напоследок поцеловав сына в лоб и проведя рукой по щеке, еле сдержалась чтобы снова не разрыдаться. Макаров поправил сыну меч, и тоже поцеловал его.

Макаров снова создал волну, которая вернула супружескую пару на берег. Вся бухта была заполнена лодками, в которых находились погибшие воины, вставшие на защиту своего дома.

— Сегодня мы прощаемся с нашими родными. Отцами, сыновьями, — сделал паузу Макаров, — братьями, друзьями и товарищами. Их жизни стали залогом нашей жизни. Вечная память героям!

— ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ ГЕРОЯМ! — раздались голоса тысяч людей.

После этого Макаров поднял руку, и в сторону сотен лодок понеслись огненные стрелы. Трёх залпов хватило, чтобы все лодки загорелись после чего Макаров, создал волну, которая понесла лодки из бухты.

Сначала я услышал всхлипы, которые всё больше и больше переходили в рыдания. И взяв Аяну под руку, сказал.

— Пойдём, скоро нас будут ждать на военном совете.

Она кивнула, и мы одними из первых покинули берег. Напоследок я ещё раз оглянулся, и тихо прошептал.

— Прощай, Вадим! Князь Макаров!

— Как думаешь, — начала задавать вопрос Аяна, — Трубецкая жива?

Я нахмурился. Настроение и так было поганое, а мысль о Ксении не добавляла радостных мыслей. Ведь после того как её и Вадима схватили, о ней было ничего неизвестно. Хотя надо быть очень наивным, чтобы думать о благородстве среди пиратов в отношении девушки.

— Не знаю, — ответил я. — И даже не знаю, что было бы для неё лучше: остаться в живых или умереть.

Аяна задумалась, и чуть тише добавила.

— Когда ты приказал перевести меня в общую камеру, я хотела умереть.

Осознав, как был жесток к девушке, я, не обращая внимание на людей в лагере, обнял Аяну и наклонив её голову поцеловал.

— Впредь, если тебя будут посещать те воспоминания, ты должна помнить, что к тем взаимоотношениям мы никогда не вернёмся.

В груди снова стал разгораться пожар, и я легонько отодвинул Аяну.

— Ярар, — серьёзно посмотрела на меня девушка, — хоть мы и поговорили, но не затронули и половины тем.

— О чём ты?

— Элин, Ланель, Джу Ли! Твоя мать, Самуил, твой долг перед родом, а мой перед расой. Ты же понимаешь, что мы не сможем долго уходить от этих тем. Поэтому нам нужно всё это обсудить!

— Аяна, я и не спорю. Однако сейчас не совсем то время. Ты живешь с этим уже больше полугода, а на меня всё свалилось только вчера. Как бы сейчас нелепо не звучало это с моей стороны, но дай мне время всё обдумать.

Было видно, что не этих слов она ждала, но вместо того, чтобы настаивать на своём, она произнесла.

— Хорошо. Я подожду. Но прошу тебя, не затягивай… И, чтобы ты знал, чем больше ты противишься желанию, — с хищной улыбкой победительницы, начала говорить она, — тем больше твои чувства будут обостряться.

— И тебя всё устраивает?

— Пока ты не провёл ритуал, я ещё могла хоть как-то сопротивляться. Но сейчас, зачем мне это делать! К тому же, — кокетливо проведя язычком по своим губам, — я не собираюсь отказываться от того, что теперь принадлежит мне.

— Что ты имеешь ввиду? — став абсолютно серьёзным спросил я.

Но ответом Аяна меня не удостоила и, повернувшись в сторону палатки Макарова, вошла внутрь.

Заходя за ней следом, я подумал, что сейчас и впрямь мои поступки, и действия разнятся с тем, что было до спасения Аяны. И головой я понимал, что это неправильно, но поделать пока ничего не мог. А желание Аяны расставить все точки над «И» я пока не знал, как удовлетворить.

Острова Мидуэй.

Уже на следующее утро Макаров собрал всех магов и сильнейших воинов, погрузил их на три дирижабля и вылетел в погоню.

Он не собирался прощать убийство сына. Однако и действовать на авось он не собирался. Всё время, что мы пробыли на берегу, мы занимались подготовкой к мести.

И пока Макаров занимался организационными вопросами, я занимался техническими. А именно установкой к дирижаблям дополнительных платформ, на которые грузили бочки с земляным маслом.

На третий день мы смогли нагнать основные силы пиратов. Сорок кораблей появлялись на горизонте, когда уже начало смеркаться. Надеясь, что мы остались незамеченными, Макаров приказал сбросить скорость и дождаться наступления темноты.

— Они остановятся на стоянку, — сказал Макаров. — В этом месте много рифов, и какими бы опытными мореходами не были пираты, они не станут рисковать без видимых причин.

— Учитель, а что мы будем делать против магистров?

Макаров с серьёзным выражением лица посмотрел на меня.

— Ярар, когда-нибудь ты станешь очень сильным магом. С каждым новым рангом завеса силы приоткрывается шире. Ты ведь уже почувствовал это? — спросил он.

— Как Вы узнали? — спросил я.

— Подслушал твой разговор, — ответил Макаров. — И, откровенно говоря, не понял, почему ты скрыл от меня факт получения ранга мастера?

— Степан Осипович, мне показалось, что это будет неправильным, радоваться, когда…

— Когда я потерял своего единственного сына? — ответил вместо меня Макаров.

— Да.

Он кивнул.

— Знаешь, я не могу сказать, что понимаю тебя. Однако я вижу, что твоё молчание вызвано лишь заботой обо мне. И я благодарен, — с добротой в голосе сказал учитель. — Но впредь, Ярар, я прошу такие новости говорить мне сразу.

— Это что-то поменяло бы?

Он сжал губы.

— Я бы оставил тебя на берегу. Жаль, что ты мне не сказал этого раньше. — И видя, что я не понимаю зачем, продолжил. — Маг получает наибольшее развитие резерва примерно до двадцати лет. Потом рост сильно замедляется. Однако есть один нюанс, — подняв указательный палец, перед моим лицом сказал Макаров. — После становления на более высокий ранг ещё целый месяц каналы мага настраиваются под большую силу. И таким образом можно раскачать резерв до пятой части на пути к следующему рангу.

Я задумался.

— Медитации? — спросил я.

— Да, медитации. И желательно у моря. Оно, — указал Макаров в иллюминатор, — наш источник силы. Многие недооценивают водных магов считая, что их прерогатива только флот. Но у тебя уже была возможность убедиться в обратном.

— Вы о магии крови?

— Хм, — произнёс Макаров, — ты обозвал мою технику точно так же, как и Вадим. — И несколько минут он просто молчал. — Он родился слабым магом, — сказал он, когда я уже начал думать, что разговор окончен. — Однако стал мастером. Он даже не мог представить, как я гордился им! И я ему так этого и не успел сказать.

— Он знал, — сказал я, стараясь хоть как-то подбодрить старика.

Он кивнул.

— Спасибо, Ярар. Я это очень ценю. Однако я не об этом хотел сказать. Каждому живому существу, каждому растению для жизни нужна вода. Многие считают, что самыми сильными являются маги огня и воздуха. И в каком-то плане они будут правы. Ведь скорость создания заклинаний у них в разы быстрее, чем у тех же магов земли или нас. Однако, когда ты переступишь ступень старшего мастера, ты поймёшь, как они все заблуждаются.

— Что Вы этим хотите сказать?

Он усмехнулся.

— Ты спрашивал меня, что мы будем делать с магистрами. Однако я ещё на подлёте почувствовал, что их там нет. На огромной высоте я чувствую море на многие километры. В первый раз я такое ощутил в прошлом году, когда твой дирижабль доставил меня в мои земли после гражданской войны.

— Но почему мы летим за пиратами, а не стараемся догнать магистров?

— Думаю ты сам знаешь ответ, — сказал Макаров, всем своим видом ожидая к каким выводам я приду.

— Пиратов стало слишком много, и они могут представлять куда большую опасность для Ваших граждан, чем те же магистры?

— Да, — ответил Макаров. — Ты ведь уже выяснил, что пираты сговорились с волшебниками из Инкской империи. Они приходили за мной. И, не получив чего желали, отступили.

— Учитель, Вы хотите сказать, что мы не станем их догонять?

На лице Макарова появился грозный оскал.

— Станем, и как только разберёмся с этим отрепьем, — показал он в сторону, где в море стояли пиратские корабли, — и узнаем, куда те отплыли, мы полетим за ними.

— Думаете Вы победите? — зачем-то спросил я.

— Сейчас же им нечем шантажировать меня!

Когда мы разошлись я раздумывал над тем, почему не рассказал Макарову о том, что стал мастером. Откровенно говоря, я не успел понять, когда это произошло. И кроме варианта, что я стал мастером, когда проводил ритуал по спасению Аяны, иных у меня не было.

Только тогда я чувствовал сильный приток силы. Возможно я открыл способ прокачки магической силы, но что-то мне подсказывало, что это простое совпадение.

Немного подумав я пришёл к выводу, что до темноты время ещё есть и я смогу пару часиков помедитировать. И вспомнив слова Макарова о том, что он оставил бы меня на берегу для развития резерва, я понял, что не жалею о своём выборе. Сейчас именно здесь было моё место.

Когда совсем стемнело мы дождались, когда луну скроют облака. Контуры кораблей были хороши видны с высоты. Судя по шуму, разносившемуся снизу, там шла знатная гулянка. И огни от факелов и артефактных светильников облегчали нам наведение.

Зависнув над кораблями, Макаров отдал команду, и вниз устремились бочки с земляным маслом. И стоило им приблизиться к кораблям, маг огня поджёг их все, тем самым на корабли уже падали огненные брызги.

Даже находясь на большой высоте над кораблями я ощутил жар исходящий снизу. Мне было страшно представить, что там сейчас происходит.

— Смотрите, — раздался чей-то голос, — тот старается сбежать! — указал он в сторону корабля, который очень быстро стал набирать скорость, и отдаляться от полыхающей армады.

— Не уйдёт, — сказал Макаров и, сделав шаг вперед, спрыгнул вниз. Когда ему осталось лететь не больше сотни метров, под ним появился водный смерч, и на нем Макаров пустился вдогонку.

Прежде чем спускаться за Макаровым, который уже приземлился на пиратский корабль, я и другие маги сбросили огромное множество различных заклинаний на корабли под нами. В ход шли воздушные, огненные, водные и ледяные копья, которые на огромной скорости пробивали насквозь деревянные суда.

Когда ко дну пошёл один из последних кораблей, мы стали снижаться к тому, на котором нас ждал Макаров.

Ещё подлетая к кораблю, я заметил, что Макаров кого-то держит на руках.

— Не может быть! — произнесла Аяна.

— Кто это? — спросил я, но уже догадывался, что она ответит.

— Это княжна Трубецкая…

— Как она, — спросил меня Макаров, после того как я вышел из каюты, в которой осматривал Ксению.

— Её не насиловали. Или Вы хотели спросить меня о чём-то другом, — ответил я.

— Ярар, он знает, что Ксения беременна, — сказала Аяна. — И учитывая, что плоду примерно три недели, то ты сам понимаешь кто его отец.

— Она просила не говорить, — сердитым тоном сказал я Хрущёвой.

— Ярар, — воскликнул Макаров, — она носит под сердцем моего внука! Я обязан знать об этом.

Я сделал вид, что задумался. И пожал плечами.

— Как я и сказал, её не насиловали. Но почти всё время она была привязана, голой к грот мачте. К ней просто боялись прикасаться и ждали, когда она сдастся…

— Что ты имеешь ввиду?

— Она заморозила достоинство двум охочим пиратам, по этой причине её не тронули.

Внезапно я услышал, как Аяна набирает воздух в лёгкие.

— Вы себя сами слышите? Там, — указала Аяна на каюту, — находится девушка, которая провела несколько дней с пиратами! Она беременна, а ещё она потеряла любимого! А вас волнует только то, что её не взяли силой?

Я и Макаров переглянулись.

— Ты права, — сказал учитель. — Сегодня же один из дирижаблей отправляется домой. И вы оба полетите вместе с ней.

— Вы уверенны? — спросил я.

— Да. Мои люди уже выясняют у пиратов где искать остальные пять кораблей, на которых плывут магистры. Однако это уже не твоя война, а только моя. Тебе же нужно продолжать тренировки. Я передам Капитолине, чтобы она передала тебе книги, по которым ты должен будешь продолжить обучение до моего возвращения.

Немного подумав я кивнул. В принципе я и так многим помог. К тому же по лицу Макарова было ясно, ответ НЕТ его не устроит.

С первыми лучами солнца мы смогли посмотреть на то, что осталось от некогда огромной пиратской армады. Тогда я поймал себя на мысли, что вот что значит эффект неожиданности. Знай мы заранее о приближении пиратов, смогли бы лучше подготовиться и используя эту же стратегию потопить их у берегов земель Макаровых.

Уверен, что даже дождь не остановил бы экипажи дирижаблей отправиться на столь опасное задание, лишь бы избежать тех потерь, что мы понесли за эти несколько дней.

— Смотрите, там выжившие! — сказал кто-то. И когда я проследил за направлением его руки, увидел остров, на который выползали выжившие пираты. Их было немного, но почти сразу я услышал голос Макарова.

— Снижаемся. Это отребье недостойно дышать с нами одним воздухом!

Через пару минут дирижабли, заложив вираж, пошли на снижение, с каждой минутой всё ближе и ближе опускаясь к острову.

Сражения как такого не было. Пираты утопили всё оружие, и были беззащитными и сильно уставшими. Всё, на что их хватило, это постараться спрятаться в густой растительности поблизости

Не прошло и часа, как все пираты были связаны и вытащены ближе к берегу.

— Больше никого не осталось? — спросил меня и Аяну Макаров. Он знал, что мы, используя наше магическое зрение, смогли найти всех, кто успел зарыться, прячась от нас.

— Больше никого нет, — ответил я.

Он кивнул.

Пленных было не так уж и много. Всего пятьдесят человек. Хотя после устроенного нами пожара, я вообще удивлен что кто-то смог выжить. Макаров не стал порабощать пиратов, хотя имел полное право. Он махнул рукой, и все пираты упали с пробитыми насквозь головами.

Через пару часов Макаров, взяв два дирижабля, улетел с острова. Перед этим он создал большую волну и тела пиратов, с привязанными к ним камнями, унесло в море. После этого берег снова стал девственно чистым.

— Ярар, чего мы ждём? — спросила меня Аяна.

— А куда нам спешить? Посмотри, — указал я на экипаж корабля, который выносил ящики и ставил палатки. — Они измотаны. И от того, что мы потратим один день на отдых, ничего страшного не произойдёт.

— То есть, — с изумлением сказала Аяна, — великий Ярар Де Тьер наконец-то решил отдохнуть?

— Да! — без пафоса ответил я. — Я тоже очень устал. К тому же, — указал я на Блада, который ходил с очень счастливым выражением лица, — вот тот счастливчик нашёл схрон с ромом. И поверь, экипаж меня просто не поймёт если я скажу им сворачиваться.

Она кивнула и, сев рядом со мной, сказала

— Ты не можешь постоянно погружать Ксению в сон.

— А что ты предлагаешь? Ты же видела, что она не в себе. Смерть Вадима по ней больно ударила.

Она неопределенно пожала плечами, после чего улыбнулась и кокетливо посмотрела на меня.

— Ярар, остров не такой маленький, каким тебе кажется. Может пойдём разведаем что здесь есть интересного?

Я ухмыльнулся, ведь почти сразу почувствовал за этим предложением жар в груди. И учитывая сколько нам пришлось пережить, я был не против близости. Вернее, не так, я очень хотел перевести наши взаимоотношения в горизонтальные.

«Интересно, — подумал я, — когда Эмери просила не брать с собой Джу Ли, она рассчитывала, что я сближусь с Аяной? — и, усмехнувшись, ответил сам себе: — По-любому!»

Когда мы ещё только подлетали к острову, чтобы схватить пиратов, я заметил, что он выглядит не совсем обычно. Смотря на него сверху мне казалось, что остров состоит из двух частей, обе из которых разделены большими скалами. А соединял острова небольшой перешеек. И когда мы подошли к нему, я понял, что снизу он куда длиннее, чем казался сверху.

— Ярар, может мы останемся здесь? Всё-таки мы ушли далеко от нашего лагеря.

— Смотри, — сказал я, показав на след человеческой ноги.

— Пират? Выживший? — спросила Аяна.

— Думаю, что да, — ответил я. — Ну что, пойдём или останемся здесь?

Она задумалась.

— С этого острова ему никуда не деться. Да и к нам подкрасться незаметно не получится, — расстёгивая верхние пуговицы на рубахе с придыханием произнесла Аяна.

— Ты уверена, что хочешь этого? — скорее для проформы спросил я. Ведь меня самого тянуло очень сильно к стоящей передо мной девушке.

— Ааааааааааааа, — раздался вдруг чей-то крик. — Помогииите!

— Ребёнок? — посмотрев в сторону второго острова спросил я.

— На острове? — с не меньшим удивлением во взгляде произнесла Аяна.

Несколько секунд мы потратили на принятие решения и, когда я первым поспешил к месту откуда, как мне казалось, раздавался крик, услышал бурчание Аяны.

— Так и умру старой девой!

Глава 11.

Неподалёку от островов Мидуэй

— Мели, ты ведешь себя непочтительно! Старейший оказал тебе великую честь!

— ЧЕСТЬ⁇! — возмутилась Мели. — Тётя, ты сама себя слышишь? О какой чести может идти речь? Я не собираюсь раздвигать перед ним ноги только потому, что ему это нашептали духи!

«Щёлк» — раздался хлопок от соприкосновения ладони с лицом.

— Думай, что говоришь!

Яростный взгляд Мели был более чем красноречивым ответом. За секунду она обратилась во вторую ипостась и нависла над тётей!

— Аааррррхх, — раздался рык медведя. — Не смей меня трогать, а не то я за себя не отвечаю.

— А не то что? Ударишь меня в ответ? Ту, кто растил тебя после смерти матери? Ты неблагодарная мерзавка! Сегодня же вечером я уведу тебя в дом к уважаемому старейшему. Ты меня поняла?

Мели снова вернула себе человеческий вид.

— Этому не бывать!

Тетя ещё ей что-то говорила, но та её не слушала. Всё её внутреннее естество кричало, что это не её судьба. Что она достойна лучшего!

Когда Мели начала собирать свои вещи, тетя поняла что собирается совершить её племянница.

— Только не говори мне, что ты собираешься покинуть племя. — И видя, что она не ошиблась. — Деточка, обратно дороги не будет!

— Это мой выбор! — ответила Мели.

— Ноооо… — прозвучало от её тети, которая сейчас осознала, что следующей кандидатурой, которую выберет старейшина, будет её дочь. Опустившись на колени, она зарыдала. Только сейчас она поняла, как эгоистично выглядело её желание подложить племянницу под старейшину. И стоило этой опасности нависнуть над её кровинкой, до неё дошло как была не права. — Мели, прости меня… Я…

Девушка внимательно посмотрела на тётю и, заметив следы раскаяния на её лице, быстро к ней подошла и обняла.

— Саси! Прости, но я не хочу… не могу… и не стану! Ты должна меня понять. Там, — показала она на горизонт, — есть остров в форме женской груди. Я собираюсь пожить там некоторое время. Там есть источник пресной воды. Пошли со мной…

Тётя расплакалась и отрицательно покачала головой.

— Если мы сейчас покинем племя, то дороги назад не будет. Здесь я прожила всю свою жизнь, здесь и умру.

Мели кивнула.

Прошло полгода с тех пор, как Мели покинула племя. Она знала, что в мире живут другие разумные, но на контакт с ними её предки ни разу не выходили. Огромные корабли, что бороздили просторы голубого океана, очень интересовали её.

И в первый месяц на острове, на котором Мели обустраивала свой быт, высадились трое мужчин, что переносили большие ящики и закапывали их в небольшом леске.

Мели, одетая только в полоски из шкур зверей, вышла к ним желая поздороваться. Мужчины, увидев её, некоторое время не сводили с неё глаз, и она даже не успела понять, как один из них повалил её на песок и начал стягивать с себя штаны.

Совсем уж дурой Мели не была, и в свои шестнадцать зим она знала откуда берутся дети. Тот, что хотел взять её силой, и его напарник — погибли. Третий же оказался их пленником, об этом свидетельствовали верёвки на руках.

Целую неделю они скрывались на острове, который Мели успела достаточно хорошо изучить. И когда корабль уплыл Мели начался новый этап в жизни.

Всё началось с того, что на горизонте появилось огромное количество кораблей, которые почему-то встали на якорь рядом с островом, на котором жила Мели со своим уже мужем. По крайней мере она таковым его считала. И когда ночью начали раздаваться взрывы и крики, они, разумеется, вышли, чтобы посмотреть что творится. Однако кроме огня, который достигал небес, они ничего не могли разобрать. Утром же Мели увидела летающих монстров. Они летели над морем, и когда они стали приближаться к острову, только тогда она заметила, что их дом стал пристанищем для новых гостей.

— Уходим, — тихо сказал Флинт. — Если нас заметят, то несдобровать.

— Но это же наш шанс выбраться с острова. Ты же сам хотел уплыть отсюда, — ответила Мели.

Флинт печально ухмыльнулся.

— Это пираты, — указал он на людей, сходящих на берег.

— А что это такое? — спросила она, указав на летающих монстров. — Ими же управляют люди? Может они лучше пиратов?

— Мели, они только что уничтожили самую большую эскадру, которую я видел за свою жизнь. К тому же я тебе уже говорил, что в прошлом я тоже был пиратом.

Флинт ещё хотел сказать, что на необычных воздушных кораблях он узнал герб рода Макаровых, глава которых был очень известной личностью среди его братии. И если его увидят, то минимум, на что он сможет рассчитывать, стать покорным. А он лучше умрёт.

Больше шансов у него будет, когда улетят воздушные суда. И может повезёт, и он узнает кого-нибудь из пиратов, которых вынесло на берег, и вместе они смогут из обломков построить какой-нибудь плот, чтобы уплыть отсюда навсегда!

Флинт на некоторое время задумался о девушке, что стояла рядом с ним.

Дикарка, как он про себя её называл, смогла стать для него дорогим человеком. И он понимал, что если пойдёт к пиратам, то её судьба будет предрешена. Какой бы сильной она ни была в облике медведя, но надолго её сил обортотня не хватит.

И он ещё не знал как поступить. Однако судьба всё решила вместо него.

— Аааах, ты это видел! — достаточно громко спросила Мели. Он убил их всех за мгновение.

— Это Макаров! — решил пояснить Флинт девушке. — Он очень сильный маг.

— Ты его знаешь? — спросила Мели.

Услышать ответ она не успела, потому что из груди Флинта, вместо привычного голоса услышала хрип. Он сразу же осел на землю, и только тогда Мели увидела старейшину.

— Ты возвращаешься со мной, девчонка! — подошёл он к ней и сильно ударил наотмашь рукой. Он принюхался, и скривившись прорычал. — Как ты смела осквернить своё тело с этим недостойным! Ты принадлежишь только мне!

— Нееет! — кинулась она к телу Флинта, стараясь остановить кровь, выходящую из его груди.

Однако старейшина не собирался тратить время и, схватив Мели, ещё раз её ударил, после чего перекинул её ослабевшее тело через плечо и пошёл в глубь леса.

— Ааааааааааааа. Помогииите! — стуча по спине мужчины, закричала Мели.

Примерно через пару минут бега, я заметил чей-то силуэт впереди. Даже с учётом того, что мы бежали со всей скоростью, убегавший был очень быстрым. Только когда он начал грузить небольшое тело в лодку, он обернулся к нам лицом. Наверное, он понял, что мы догоним его раньше, чем он успеет отплыть.

— Эхорнт терра брез, — сказал седовласый мужчина с сильно загорелой кожей. — Энто береват, — сделал он жест рукой, как бы говоря, чтобы мы уходили.

— Ты хоть слово поняла? — спросил я у Аяны. Она отрицательно покачала головой.

— Смотри, — указала она на одежду, — у него кровь. — Отпустим или…

— Девчонка кричала на бритском языке, — сказал я, создавая ледяной клинок.

— Ты уверен? — с сомнением спросила Аяна. — Судя по виду, она тоже из того же племени, что и этот мужчина. Нужно ли нам влезать в чужие семейные разборки?

Ответить я не успел. Старик начал быстро меняться и не прошло и пары секунд, как на его месте появился огромный серый медведь.

— Оборотень⁇! — удивился я. И на инстинктах я создал несколько десятков ледяных кольев, которые тут же полетели в него.

Целился я в самые уязвимые места, даже не думая, что моя атака возымеет эффект. Однако медведь, не успев сделать даже шага, начал заваливаться с торчавшими из его тела кольями.

— Как-то это…

— Было легко, — закончил я фразу за Аяной.

Она согласно кивнула. И мы медленно стали подходить к зверю. Он ещё был жив, но было видно, что тот находится на последнем издыхании.

— Стой! — раздался женский голос. — Не убивай его!

Обернувшись в сторону лодки, из которой выглядывала рыжеволосая девушка, я опустил меч.

— Ты понимаешь нас? — с удивлением спросил я.

Девушка кивнула, после чего убрала волосы показав серьгу на ухе.

— Мой эран (муж) подарил мне сокровище предков, и я стала понимать речь морских владык.

Я и Аяна переглянулись, совершенно не понимая о чём говорит девушка. Тем временем она спокойно подошла к нам при этом показывая, что у неё в руках ничего нет.

— Я могу забрать его? — спросила она, указывая на тушу медведя.

Я пожал плечами. Мне было до сих пор непонятно благодарна нам девушка за спасение или нет. Но тогда возникает вопрос для чего она попросила не добивать оборотня? Или зачем он ей нужен?

— Что ты с ним будешь делать?

— Он ранил эрана! Я использую его эву для того, чтобы эран был здоров!

И в следующую секунду девушка тоже обратилась в медведицу. Я быстро закрыл себя и Аяну щитом, ожидая атаки, но та, не обращая на нас никакого внимания, постаралась поднять умирающего медведя. И когда у неё ничего не получилось, всё-таки размеры были несопоставимы, она побежала в сторону леса.

— Ты хоть что-нибудь понимаешь? — спросила меня Аяна.

— Нет, — ответил я. — Но встретить сегодня оборотней я никак не ожидал. — И тут же спросил. — Аяна, они из ковена?

— Нет, — ответила она. — Я никогда не слышала о том, что есть разумные, умеющие принимать облик медведей.

Я уже начал думать, что беглянка больше не вернётся, когда увидел, что из кустов появляется огромная медвежья туша, которая несла на себе человеческое тело.

Ей понадобилось около минуты чтобы добраться до нас. И когда она снова стала человеком, я смог рассмотреть кого она принесла.

— Европеец, — сказала Аяна. Она села рядом и оголила его запястье. — И пират.

Наверное, девушка что-то прочитала по нашим лицам и, заслонив тело мужчины, сказала.

— Моё! Не отдам. Лучше смерть!

— Он и так умрёт, — сказал я. Однако, когда девушка поняла, что мы не угрожаем жизни её мужчины, она села между пиратом и медведем. Её губы начали шевелиться, но разобрать что говорит девушка я не смог. Рядом с нами стала сгущаться энергия, которую я чувствовал всем своим телом.

— Что она делает? — спросил я у Аяны.

— Ты это меня спрашиваешь? — вопросом на вопрос ответила она.

Мы с Аяной отошли подальше, и я накрыл нас щитом, оставшись наблюдать за магическим действием.

На наших глазах туша медведя рассыпалась прахом, а энергия, покинувшая его тело, влилась в тело пирата. Пару секунд ничего не происходило. Только был слышен шепот девушки. Но когда её тело стало выгибаться в неестественных позах, пират стал покрываться шерстью.

Когда всё закончилось, мы медленно подошли к медведю и девушке. Только вздымающаяся грудь говорила о том, что они живы, хотя, когда до проведения ритуала я смотрел на пирата магическим зрением, видел, что жизненные процессы в его теле давно остановились.

Мне показалось, что бросать на берегу этих двоих будет неправильно и вместе с Аяной мы оттащили их поближе к лесу, спрятав в тени. Достав фляжку с водой, я полил из неё на девушку, и к моей радости она сразу открыла глаза.

— Значит тебя зовут Мели, и ты из племени Маури? — спросил я у девушки, и после того как она кивнула: — И сколько вас живёт в твоём племени?

— Как понять сколько? — спросила она.

Я нахмурился. Девушка была просто дикаркой, не умевшей даже элементарно считать.

— Скажи, Мели, — обратилась к ней Аяна, — а какова история вашего племени? Твои предки всегда жили на острове?

У Мели появилось задумчивое выражение лица, словно она старалась что-то вспомнить. И когда я уже не ожидал, что она хоть что-то ответит, заговорила.

— Нас доставили сюда небесные лодки! Они путешествовали среди звёзд, но духи разгневались на нас и отрезали путь домой, лишив воли и силы эве! После этого наше племя живёт на острове, что находится под огоньками в форме большой рыбы. Мы должны покоряться воле старших и нам запрещено покидать пределы острова. — И сделав паузу. — Так говорил старейший, которого вы убили.

Проанализировав ответ, я понял, что скорее всего оборотни-мишки попали на Теллус таким же способом, что и остальные. Под лишением воли её предки, скорее всего, имели ввиду рабские камни. А вот как они могли лишить магии? Почему-то мне казалось, что под «эве» подразумевалась именно магическая сила. А остальное предки Мели додумали, чтобы управлять племенем. Обычное промывание мозгов, подчинение старшим младших.

Но это не объясняло, как Мели смогла провести ритуал передачи не только магической энергии, но и, по-видимому, жизненной силы?

— Мели, — обратился я к девушке, что гладила спящего медведя за ухом, — скажи, а твои соплеменники все умеют делать людей такими?

Девушка непонимающим взглядом посмотрела на меня, и после того, как я задал ещё несколько наводящих вопросов, она ответила.

— Эвой могут управлять все в племени. А эран, — указала она на зверя, — сможет вернуть свой нормальный вид, когда станет сильнее. Пока же ему придётся жить в этом обличии.

— И как долго?

Мели неопределённо пожала плечами.

— Зима, может две. Я не знаю.

Ближе к утру я и Аяна вернулись к дирижаблю. Я решил оставить в тайне то, что произошло на острове. Однако, когда за мной прилетят Зес или Анри, я обязательно навещу этот остров и заберу Мели с собой. В мои планы также входило посетить остров, с которого сбежала девушка. Если я правильно понял увиденное, то Мели могла чувствовать растения. Вернее не так, растения откликались на её магию. И эта способность открывала огромные перспективы.

Когда мы собирались спать, она обняла дерево и рядом с ней свалилась лиана, по которой мы забрались на верх. А спали мы вообще в огромных листьях неизвестного мне растения.

Также удалось немного поговорить с пиратом. Хоть тот и был в обличии медведя, но человеческую речь понимал. Правда отвечать ему приходилось качая головой вверх-вниз или в стороны.

Новоявленный оборотень согласился подождать моего возвращения. Вернее, у того не было иного выбора, кроме как надеяться, что я вернусь на остров и заберу его и девушку с собой на большую землю.

— Интересно, — сидя с Аяной в одной комнате сказал я, — сколько ещё рас обитают на этой планете.

Та неопределённо пожала плечами.

— Самуил, когда узнает, тоже очень захочет встретиться с ней. — И заметив, что мне не понравились слова Аяны, она спросила: — Что не так?

Мне понадобилось время, чтобы сформулировать мысль, тем более я ощутил, что Аяна снова подключилась ко мне, чтобы чувствовать то, что чувствую я.

— Ты спрашивала меня насчёт Элин и остальных окружающих меня девушек? Все они преследуют свои интересы! И что меня сильно нервирует, они не скрывают своих мотивов! И сейчас этим же занимаешься и ТЫ!

— Ярар, — примирительно подняла руку Аяна, — я говорила тебе, что у нас много тем для разговора, и озвучивала, как минимум, то, к чему ты сам ведёшь. Долг перед родом и мой долг перед моими сородичами! Я сразу говорю, легко нам не будет!

Немного подумав я кивнул. Раздражение словно рукой сняло, и посмотрев в сторону Аяны, понял, что это её заслуга.

— Эта связь с нами навсегда? — спросил я.

— Да, до самой смерти, — спокойным голосом ответила Аяна. — Мне нужно было лет пять, чтобы связь между нами пропала. Однако для этого я должна была всегда находиться рядом с тобой. И при этом ни о каком сексе не могло быть и речи.

— Но между нами ничего не было. Так может…

— Не может, — перебила меня Аяна. — После того, как ты провёл такой же ритуал, обратного пути у нас нет. — И сделав паузу. — Только смерть одного из нас разорвёт связь.

От этих слов я почувствовал, как у меня защемило в груди. Я обнял Аяну и, пока нас не позвали на ужин, мы просто сидели молча.

Вечером мы проведали Трубецкую. После того, как она проспала почти двадцать четыре часа, она уже не впадала в истерику, и не смотрела в каждый угол ожидая, что на неё нападут.

Аяна помогла ей покушать, после чего мы немного поговорили. Было видно, что Ксении ещё очень тяжело. И когда я уходил, с её разрешения, снова погрузил ту в сон.

Учитывая, что Макаров убрал почти все перегородки для того, чтобы перевозить как можно больше воинов, мы остались спать в комнате Ксении. Благо постель была очень большой. Не знаю откуда здесь оказался матрас, но я был рад этому.

Две недели спустя.

— Аяна, прекрати! — зашипел я на неё. — Или, клянусь тебе, я сделаю сегодня твою ночь невыносимой!

— Ооо, какая страшная угроза! Неужели ты наконец-то возьмёшь ответственность и сделаешь меня женщиной!

Я прищурился.

— Ты сама сказала, что не будем торопиться. Я согласился, но всему есть предел! Прекрати открывать связь только когда ты хочешь!

Аяна тяжело вздохнув, прекратила воздействовать на меня, и я снова постарался помедитировать.

Со дня нашего возвращения мы почти дошли до того, чтобы перевести наши отношения в другую плоскость. Однако, когда дошло до дела, я почувствовал по нашей связи боль, страх и обиду, направленные на меня. Мы тогда остановились и итогом нашего разговора стало то, что Аяна до сих пор не пережила события её пленения.

Что касалось общих событий, то Макаров ещё не вернулся. И я видел, как его жена каждый день стоит у маяка, ожидая появления на горизонте дирижаблей. Но когда наступает ночь, и она возвращается в замок, и старается для дочери делать вид, что всё идёт как надо.

Также со дня нашего возвращения Трубецкая живёт в замке у Макаровых. Мне случайно стало известно, что леди Макарова и глава Трубецких, пару раз встречались, после чего брачный союз между Вадимом и Ксенией был зарегистрирован задним числом.

Кстати, при подписании документа я тоже поучаствовал. Хоть это и был обман, но теперь сына Вадима Де Макарова никто не сможет назвать незаконнорожденным.

Меня же, как лучшего целителя Империи, а также доверенное лицо, просили проверить здоровье Трубецкой и ребенка, после чего я обрадовал всех тем, что всё в порядке и плод развивается без отклонений.

Магией я занимался по книгам и конспектам, которые мне передала княжна Макарова. Не сказать, что это было то же самое, что заниматься с магистром магии, но и в книгах я нашёл много полезного. В частности, я создал новое заклинание цельсий, которое, хоть и потребляло много энергии, замораживало все живые существа, что находились рядом со мной в радиусе пяти метров. В этом мне сильно помогло то, что я ранее изучал конструкты, которые использовались в заклинании исцеления. И хоть я использовал современную школу создания заклинаний, основные принципы были схожи.

И, разумеется, я не пренебрегал медитацией, которой посвящал всё свободное время. Ещё одним открытием стало для меня то, что магия воды в разы сильнее в ночь перед полнолунием. Только представьте моё удивление, когда я смог повторить трюк Макарова с водным смерчем. И для этого мне нужно было только пожелать подняться на волне! Тогда я впервые почувствовал, что значит упиваться силой. А когда я ступил на берег, на котором словно завороженная стояла Аяна, мы снова чуть не перешли оговоренную грань. Однако стоило морю успокоиться, из меня словно выкачали все силы, и я без сил упал на песок.

Аяна после этого стала отпускать шутки, связанные с потенцией. Всё-таки я буквально упал на неё, когда на ней оставались только одни трусики. И хоть ей тоже понадобилось время, чтобы прийти в себя, это не останавливало её, чтобы подтрунивать надо мной. Насколько я понял, по нашей связи она чувствовала то же, что и я, когда энергия проходила сквозь меня.

«Бум, Бум, Бум» — раздались удары колокола.

— Ярар, — позвала меня Аяна. И повернув голову, я увидел конницу, скачущую в сторону замка. И хоть количество всадников внушало, ведь по меньшей мере их было пара сотен, однако больше, всего меня напрягло изображение креста на щитах.

— Церковники? А им-то что здесь нужно? — задумчиво сказал я.

Я прекрасно помнил, что провёл ритуал, после которого в небе на многие километры появилось зеленое сияние креста. Однако я думал, что митрополит Кирилл решит этот вопрос.

Собрав свои вещи, я вместе с Аяной поспешил в замок. Заехав в замок с чёрного входа, я увидел, что центральный мост поднят, а ворота затворены.

— Леди Макарова, — произнёс я, привлекая внимание, — что происходит?

— Ярар, слава Стихии, ты здесь, — обняв меня сказала Капитолина. Её взгляд стал серьёзным и она продолжила. — Церковники требуют твоей выдачи!

Глава 13.

— Выдачи? — с удивлением повторил я. — Прям так и сказали?

Капитолина кивнула.

Не тратя время, я поднялся на крепостную стену.

За рвом стояли всадники, закованные в тяжелую броню. Незаметно от всадников я активировал *зрение* и взглянул вниз. Моему удивлению не было предела, ведь в первой шеренге стояло тринадцать паладинов! От них исходила аура ярко-золотого цвета, и рассмотреть какой силой обладали паладины я не мог. Слишком яркими были их ауры.

В Академии я вскользь читал информацию на эту тему, но автор учебника не был видящим, и помочь разобраться в магическом ранге, или как называлась иерархия силы у церковников, я не мог.

— Я князь Тьер. Что вам от меня понадобилось? — усилив голос магией сказал я.

— Нас прислал архиепископ Кирилл, чтобы передать Вам книги и писания, — ответил один из паладинов.

— И для этого он прислал тринадцать паладинов? — не поверив словам церковника спросил я. К тому же Кирилл уже был митрополитом, и не знать об этом церковник никак не мог.

Наверное, он что-то понял по моей интонации, и на его лице появилась усмешка.

— Князь, сдавайся и остальные останутся живы! Нам известно, что главы рода в замке нет, как и его сильнейших воинов. Выходи к нам, и никто не пострадает!

— Кто вы такие? — поняв, что передо мной ненастоящие церковные служащие спросил я.

— Хм… Я не стану называть своё имя, однако наша вера настоящая, ведь нет Бога кроме Аллаха и Мухаммед пророк его! — вместо ответа произнёс всадник.

— Это не ответ! — раздались слова леди Макаровой. Она подняла руку, и из всех бойниц в сторону всадников нацелились из луков, арбалетов и требушетов.

— Женщина! — вспылил всадник. — Как смеешь ты влезать в разговор, когда разговаривают мужчины?

— Огонь, — холодным голосом отдала приказ леди Макарова.

Всадники, не успев вскинуть щиты, начали сваливаться с лошадей. Не став тратить время, я тоже начал создавать заклинания стреляя во врага. Однако я заметил, что паладины даже не сдвинулись с места, лишь иногда провожая взглядом рикошетившие от их магических щитов стрелы и болты. Влив стихийную и целительскую энергию по максимуму, я создал около полусотни ледяных копий и направил их, как я думал, в предводителя.

«Буууух!» — раздался удар, после которого обзор рядом с ним затмила ледяная крошка.

— Сдавайтесь гуяры! — с надменной улыбкой сказал он, когда его силуэт стал снова различим. Не став тратить время, он встал на седло лошади, при этом не обращая внимания на то, что в него до сих пор летят стрелы и болты, создал над собой пятиступенчатую пентаграмму.

— Во славу пророка! — произнёс мужчина, и с небес в стену ударила огромная молния.

Раздался ужасный по своей силе взрыв. Понадобилось не меньше минуты, чтобы пыль осела, и я смог увидеть, что ряженные церковники до сих пор стоят за стенами, хотя в крепостной стене Макаровых зияла десятиметровая дыра.

— Ярар Де Тьер, я в последний раз предлагаю тебе сдаться, и тогда мы покинем эти земли, не причинив никому вреда.

— А как же те, что уже погибли? — понимая безвыходность ситуации спросил я.

— Неверные, что направили на нас своё оружие, умерли познав гнев Всевышнего! — после чего он щёлкнул пальцами, и остальные паладины создали похожее заклинание, что пробило крепостную стену.

— Стой! — выкрикнул я увидев, что его рука начала опускаться. — Я сдаюсь!

— Ярар, — схватила меня за плечо Капитолина, — об этом не может быть и речи! Лучше смерть, чем прослыть трусами! Мы не, — усиленным голосом начала говорить леди Макарова, — сд…

Договорить она не успела, потому что я погрузил её в сон.

— Я сдаюсь, — повторил я, придерживая Макарову, не давая ей упасть. — Дайте мне пять минут.

В туже секунду рядом со мной оказались воины рода, которым я передал леди Макарову из рук в руки. В глазах воинов я заметил грусть, обреченность и благодарность. Они, как и я, понимали, что нам не выстоять. И сдавшись я сохранил им жизнь.

На лице ряженного церковника возникла тщеславная улыбка.

— У тебя есть пять минут, — произнёс он. — Князь, прошу, не совершай глупостей. В отличие от моих братьев, я единственный кто не хотел проливать крови. А если решишь сбежать, я не смогу их остановить, и мы сравняем крепость, вместе со всеми её жителями, с землей. Ты меня понял?

— Да, — скривившись ответил я. Отрицать не стану, такие мысли у меня были.

— Ярар, ты серьёзно сдашься? — спросила меня Аяна, спускаясь вместе со мной со стены.

— Да, — ответил я. — Ты же сама видела, что стало с десятиметровой стеной? Он её уничтожил, словно это деревянный частокол. У нас просто нет шансов ему противостоять!

— Но ты же должен что-нибудь придумать!! — воскликнула Аяна. — Так неправильно! Подумай, что скажет Макаров, узнав, как ты сдался!

— Аяна, я только из-за Макарова так и поступаю! — Здесь, — обвёл я рукой показывая на замок, — осталось всё, что ему дорого! И смерть жителей замка будет глупостью, ведь ты сама понимаешь, что мы с тобой им не противники.

— Но мы могли бы сбежать! — возразила она.

— Ты сама-то понимаешь, что сейчас сказала? — Я знал, что Аяна сказала это на эмоциях. Ведь то, что она сейчас переживала, я прекрасно чувствовал внутри себя.

— Я пойду вместе с тобой, — произнесла Аяна.

— Только не начинай, — закатив глаза ответил я. — Ты ведь прекрасно поминаешь, какая судьба тебя ждёт, если ты выйдешь вместе со мной!

— Я готова на это! — словно не понимая о чём говорит, настаивала на своём Аяна.

Немного подумав, я решил зайти с другой стороны

— Спасибо, Аяна, я всегда знал, что могу на тебя положиться. — Я посмотрел ей в глаза и, нежно прижав к себе, поцеловал… Она не сразу ответила на поцелуй, однако, когда она расслабилась, я активировал целительскую энергию. — Спи, моё солнышко, — сказал я, подхватывая её на руки.

В мою сторону вышел Блад и я, передав ему Аяну, сказал.

— Она очень сильная, поэтому запри её в темнице и закуй цепями. Нельзя допустить, чтобы она кинулась вдогонку. Понял меня?

Бывший купец кивнул.

— Для меня было честью знать Вас! — печальным голосом сказал Блад.

Я нервно усмехнулся.

— Не хорони меня раньше времени, — сказал я, выходя из крепости в открывающиеся ворота.

После того, как я вышел, ко мне навстречу сразу вышли двое паладинов. По крайней мере их аура свидетельствовала о том, что эти люди, как минимум, одарённые. И цветовая гамма говорила, что их сила черпается по другим законам нежели стихийная магия.

— На колени! — приказал мне один из подошедших, на что я успел лишь усмехнуться, и сразу почувствовал на себе давление. С каждой секундой оно всё сильнее возрастало, но до того, чтобы выполнить приказ паладина, было ещё далеко.

— Ты с ним ещё долго будешь возиться? — спросил второй паладин. — Не можешь мальчишку свалить? Прав был Фарид, ты слишком много времени проводишь за выпивкой и женщинами!

— Может попробуешь сам? — огрызнулся первый.

Но вместо этого второй просто подошёл и провёл подсечку повалив меня.

— Не дергайся! — прошипел он мне на ухо, и схватив меня за волосы, наклонил голову.

Разумеется, я напрягся всем своим телом стараясь убрать руки. Но из-за магического давления первого и огромной физической силы второго у меня мало что получалось. Последнее, что я помню, как мне на шею повесили какой-то медальон, после чего я потерял сознание.

Столица. Императорский дворец.

— Государь! — чуть ли не срывая дверь с петель вломился в рабочий кабинет императора Орлов.

— Николай! — сжимая огненный клинок голубого цвета, от которого исходили небольшие молнии, воскликнул император. — Какого хрена ты так врываешься в мой кабинет? Ты что, совсем страх потерял?

Буквально на секунду на лице Орлова появилось недоуменное выражение лица.

— Тьера похитили! — перейдя сразу к делу сказала Орлов.

Александр V сразу понял о каком именно Тьере идёт речь. Ведь по большому счёту только Ярар представлял огромный интерес для страны и в особенности для императорского рода.

Государю уже доложили о том, что наследник Макарова, его сын и опора, погиб во время пиратского нападения. Из докладов Орлова было мало что понятно. Ведь самых компетентных людей Степан Осипович забрал с собой. Но в одном Александр V был уверен — без помощи других государств такой поход на земли Макарова организовать пираты не смогли бы. И то, что в нападении участвовали вампиры, указывало на участие именно этих стран. И император очень ждал, что, когда Макаров вернётся, он поведает ему кто стоит за этим нападением.

— Кто⁇! — поднимаясь со своего золотого, богато украшенного кресла спросил император.

Орлов нахмурился и принялся рассказывать об обстоятельствах похищения. И чем дольше начальник ГРУ говорил, тем сильнее вокруг императора начинала повышаться температура.

— Получается они были одеты в доспехи крестоносцев, но при этом говорили словно они джихадисты? — спросил император.

— Да, государь, — ответил Орлов. — После того, как леди Макарова пришла в себя, она послала сообщение князю Сусанину, и тот, невзирая на конфликт между родами, выехал на поиски Ярара.

— А твои люди? — тут же спросил император.

— В отряде князя они есть, и князь не знает о их существовании, — ответил Орлов. — Пока что новостей от них нет.

— Почему Макарова сообщила только через три дня о похищении? — спросил император.

— Как я уже сказал, как только она очнулась, так сразу же послала погоню. — И видя, что император не понял его намека: — Юный Тьер при погружении в сон влил слишком много энергии. Как мне стало известно, его телохранительница до сих пор спит.

— Телохранительница⁈ — воскликнул император. — Бл@@ть, ладно Тьер, но ты то куда смотрел?!! Ты лучше меня знаешь сколько раз старались похитить мальчишку! Лучше меня знаешь, как опасен Аконитовый убийца! БЛ@@Ь, ОРЛОВ, что за херня творится в твоей голове? — на мгновение в комнате вспыхнула яркая вспышка огненной стихии. — Так объясни мне, какого лешего Тьера охраняла БАБА!

Орлов опустил взгляд, потому что он и сам не знал ответа на этот вопрос. Дело было в том, что Орлов считал графа Фисто профессионалом своего дела. А когда он узнал кому было поручено охранять Тьера, вначале и сам не поверил. И сейчас он не знал, как объяснить императору, что он ошибся из-за того, что переоценил профессиональные качества оппонента из рода Тьер.

Город Балакина. Рабочий кабинет Ля Фисто.

В кабинете Ля Фисто второй час шло совещание. Определить место, куда делся большой конный отряд, не получилось. Сусанин делился новостями сразу, как только у него появлялась возможность. Однако ничего полезного он пока не сообщил.

— У кого-нибудь есть идеи, что нам делать? — спросил Серек.

Ответа регент рода не услышал. То, что в Империи Ярара больше нет, понимали все. Иначе его бы уже давно нашли. И конный след, обрывающийся посреди огромного поля, на котором можно было посадить не один десяток воздушных кораблей, давал представление как они незаметно подобрались к землям Макарова.

— Предлагаю связаться с гномами и эльфами и сообщить о похищении, — сказал Михаил.

— Ты думаешь, что они ещё ничего не знают? — скептично спросил Анри. И видя, что Михаил и впрямь так считает: — Макарова послал нам сообщение прямым текстом, незашифрованное, — пояснил он. — Я уверен, что об этом уже знают на всём Теллусе. И в этом есть как отрицательная, так и положительная стороны.

— О чём ты? — спросил Серек.

— Уверен, за звонкую монету многие захотят сообщить информацию касательно Ярара. Ведь провести такую операцию без привлечения сторонней помощи мало кто сможет, — ответил Анри.

— А отрицательная? — спросила Эмери.

— Похитители знают, что мы ищем Ярара, и будут ещё сильнее прятаться от нас.

Все в кабинете снова задумались.

— Самуил, — обратилась к сильнейшему энергетику Эмери, — ты смог понять по описанию Аяны кто это был?

— У меня нет сомнения, что она описала энергетический контур похожий на паладинов. Однако после того, как они цитировали слова «Братства веры во Всевышнего» мне кажется, что это лишь прикрытие.

— То есть это не они? — спросила Эмери.

— Сильно сомневаюсь. Джихадисты очень жестоки к неверным. И учитывая превосходство, которое у них было, они с лёгкостью могли разрушить крепость. И будь они ими, то так и поступили бы.

В конце совещания было решено продолжить сбор информации. Также было решено объявить вознаграждение за достоверную информацию о местонахождении Ярара или способствующую его поиску в один миллион золотых.

— Анри, — окликнула Эмери графа, заметив того поздно вечером одного в кабинете. — Ты что-то нашёл?

Он отрицательно покачал головой.

— Почему ты не спишь? — спросил Анри.

— Ты и сам знаешь ответ, — тяжело вздохнула Эмери.

Граф подумал, что его вопрос был и впрямь некстати, всё-таки у женщины, стоящей перед ним, недавно похитили сына. Тем временем Эмери села на диван, где открыла початую бутылку вина.

— Ты уже на сегодня закончил? Может составишь компанию? — спросила Эмери.

Граф, немного подумав, отложил перо, сел рядом и, когда он потянулся за бокалом, понял, что леди Тьер уже изрядно выпила. По крайней мере запах от коллекционного коньяка, который изготавливали на соседней от его поместья плантации, когда он жил в Гальской империи, он ни с чем не спутает.

— Думаете будет правильно смешивать столь замечательные напитки? От понижения градуса Вам может стать дурно… — попытался проявить заботу граф.

Раздался звон бокалов и, после того как они выпили, Эмери сказала.

— Анри, не будь занудой! Мы же маги и в любую секунду можем привести себя в порядок. Однако сейчас, — положила она свою руку на плечо Анри, и смотря ему прямо в глаза, — я хочу побыть слабой женщиной! Неужели я много прошу?

— Нет, госпожа, — ответил Анри чувствуя, что ситуация несколько выходит из-под контроля. — Но я думаю, что это не самая лучшая идея, — произнёс граф, поняв зачем именно сюда пришла Эмери.

— Арх… Анри, ещё скажи, что я тебе не нравлюсь, или что ты не таскаешь девок на сеновал, когда твоя жена не видит?

Ля Фисто не стал отпираться, всё было именно так, как говорит Эмери. Но Анри не смел думать, что когда-нибудь эта ситуация вообще может произойти.

Однако запретный плод очень сладок, в особенности, когда эта женщина твоя госпожа. И Анри поймал себя на мысли, что если сейчас упустит эту возможность, то всю жизнь будет сожалеть…

В следующую секунду вся канцелярия со стола графа полетела на пол и из кабинета стали слышны сладкие стоны.

— Очнулся? — услышал я голос, когда мои глаза приоткрылись. — Долго же ты спал.

Я медленно вспоминал события, предшествующие этому дню. И это было моё шестое пробуждение, во время которых мне давали покушать и сходить в уборную.

Опустив взгляд, я снова взял тарелку и принялся кушать. Мои мысли были всегда только о том, как мне освободиться и сбежать.

И пока я не знал, как это сделать. То, что я нахожусь на воздушном корабле, я понял ещё во время первого пробуждения. И, когда я постарался взбрыкнуть, меня очень быстро скрутили после чего я проснулся РАБОМ!

— Скоро мы будем дома! — сказал один из моих надзирателей.

— Быстрей бы уже. Уверен, мои заждались меня дома.

— Да кому ты там нужен! Наверное, когда проходишь через дверной проём, тебе сильно приходится пригибаться.

Второй не сразу понял к чему ведёт его товарищ. Он посмотрел на входную дверь в каюту, в которую не пригибая голову не войти, ответил.

— А ты будто не пригибаешься…

Раздался весёлый смех.

— Ну ты и тууупооой, я-то не женат. У меня рогам неоткуда взяться!

Ещё некоторое время второму понадобилось, чтобы до него наконец-то дошёл смысл сказанного.

— Бах, — ударил он без предупреждения товарища. — Ты говори-говори да не заговаривайся. Моя семья имеет высокий коэффициент, в отличие от тебя. Мы сдали в прошлом году крови столько, что дистрикс сказал, что уже мои дети смогут стать вампирами!

— Ой, они всем так говорят! — поглаживая плечо после сильного удара ответил неудачный шутник.

— Вот увидишь, моя семья ещё станет основателем собственного рода в Инкской империи! — на полном серьёзе сказал второй.

Глава 14.

Глава 15.

— А ты неплохо постарался, дитя, — произнесла девушка, разглядывая своё отражение в довольно-таки большом зеркале. Сам факт его наличия говорил о том, что дистрикт был очень богат. По крайней мере по меркам Славянской империи.

Разумеется, я ничего не ответил архимагу. Опустив глаза, я видел только её ноги. И тем не менее я чувствовал, что меня разглядывают через отражение в зеркале.

— Леди Милано, — произнёс дистрикт, — как я и говорил, мальчик обладал буйным характером и паладинам пришлось поработить его.

— Ох уж эти паладины. Ни на что не годные создания, — сказала женщина. — Признаться честно, я до сих пор не понимаю зачем ваш император согласился на их создание. Мало того, что для этого нужны сильные маги, так ещё им нужна духовная энергия для поддержания своей силы.

— Госпожа, вера — это опиум для людей.

— Я же не спорю, но почему нельзя простолюдинам верить в нас? В высших вампиров?

Дистрикт глубоко поклонился, ответил.

— Потому что мы смертны. Вы же помните историю. Когда наши предки приземлились на Теллус местные разумные поверили, что они и есть боги. Однако их культура оказалась не готова к тому, что божество может быть смертно. К тому же мы не можем использовать духовную энергию, накапливаемую в людских храмах, а так мы создаём вполне приличных паладинов из низкокачественных магов.

На лице вампирессы появились следы раздражения.

— Для чего ты буквально слово в слово пересказал то, что написано в обычном учебнике истории?

Мне показалось, что дистрикт заискивает перед вампирессой, и следующие слова подтвердили мою догадку.

— Госпожа, за мальчишку я бы хотел просить Вас поговорить с лордом Кеннеди о браке между нашими родами. Учитывая, что я снова молод, то…

— Я поняла о чём ты, Фродо. Ты хочешь заручиться поддержкой одного из лордов Майя, чтобы в следующем году ты смог претендовать на должность патриция, — сказала она. — Насколько я помню, ты в должности дистрикта уже больше пятидесяти лет, и хоть у тебя безупречный послужной список, император не продвигает тебя выше, я права?

— Да, госпожа.

Она усмехнулась.

— Мне ничего не будет стоить переговорить с лордом Кеннеди, однако я чувствую себя обязанной тебе, — проведя ладонью вдоль тела, — и должна предупредить, что брак тебе не поможет. — И видя, что Фродо хочет возразить, считая иначе: — Не перебивай, — со сталью в голосе, сказала вампиресса. — Как ты уже понял, я подготовилась к нашей встрече. И мне удалось узнать, что императору просто перестали докладывать о твоих успехах, а если он о них и слышит, то твои старания сильно занижают, приписывая их кому-нибудь другому.

— О чём Вы говорите, леди Милано? — с сильно удивленным выражением лица спросил дистрикт.

Вампиресса села на кресло и указала Фродо на место напротив неё. Прежде чем начать разговор, она попросила налить им вина, и после этого начала говорить.

— Поразительно, как сильно у меня поменялись вкусовые рецепторы! — сделав глоток вина, удивилась она. — Интересно, а что будет… — не успел я услышать окончание слов, как она в одно мгновение оказалась около меня. И прежде чем я успел хоть что-то сделать, почувствовал, что моя рука слегка приподнята, а с запястья течёт кровь. Большого самообладания мне стоило стоять с опущенными в пол глазами и никак не защищаться, глядя на то, как вампиресса разбавляет вино в своём бокале моей кровью.

После того, как вампиресса закончила, она провела пальцем по своим губам и, как я понял, своей слюной провела по месту пореза на моей руке. Кровь мгновенно остановилась, оставив небольшую ссадину на этом месте.

— Мммм, светлый! — с блаженством произнесла вампиресса. — Фродо, ты определенно заслужил награду! Как же вкусно, — сделав ещё один глоток, она посмотрела в мою сторону после чего, поставила бокал на стол. — Подле императора находятся три рода. И не мне тебе говорить с каким у тебя по молодости были очень натянутые взаимоотношения.

— Вы имеете ввиду род Клайда? — спросил Фродо.

— Да, их самых. Они оказались очень мстительны и даже спустя два столетия они не могут вам простить отказа войти в их род.

— Но я же основал свой! Разве не к этому должен стремится каждый высший вампир.

— Фродо, поймите, Вы больше мыслите стандартами моей страны, нежели Инкской империи. У Вас много талантов, но, к сожалению, Вы не политик. И если бы за Вами стоял сильный род, это можно было бы нивелировать, однако это не так. Вы единственный высший вампир в роду. И это вторая причина, почему Вы до сих пор не патриций. Вы одиночка. Все ваши дети чистокровны. И не мне Вам говорить, что они слабее высших.

— Поэтому я и хотел заключить брак с Кеннеди. От союза с девой из их рода на свет появились бы высшие вампиры!

— Мой лорд тоже так считает.

— Лорд Кеннеди предвидел мою просьбу? — удивился Фродо.

— Полноте, — усмехнулась Милано, — Вам не идёт прикидываться дураком. Вы просчитали наши ходы, как и мы Ваши. И то, что я решила рассказать расстановку сил у престола вашего императора, обычная предыстория перед серьёзным разговором.

На лице дистрикта появилось хищное выражение. И краем глаза я заметил, что вампиресса смотрела на него таким же взглядом.

— Хорошо, — произнёс Фродо. — Вы правильно сказали, я не политик. Что лорд Кеннеди готов мне предложить?

— Уверена, любой из Совета старейшин Майя с удовольствием выделил бы Вам земли и город в кормление.

— Но тогда мне нужно будет бросить всё, чего я достиг в этой стране с таким большим трудом.

— Фродо, Вы снова молоды! И Вы сможете достичь куда больших успехов в моей стране. К тому же, мне кажется, на нечто подобное Вы и так рассчитывали, — сказала вампиресса, внимательно смотря на лицо дистрикта.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

— Я согласен, — ответил Фродо. — Завтра я подам в отставку и начну процедуру перевода моих средств в банк Кеннеди. — Сделав небольшую паузу, он спросил. — Могу я узнать, кого мне собираются отдать в жены?

— Вы уже с ней знакомы, — загадочным голосом ответила она.

По лицу Фродо было видно, что он старается понять о ком говорит леди Милано.

— Неужели это…

— Вы правы, я Ваша будущая супруга, — с непроницаемым выражением лица произнесла вампиресса. — Мой лорд предоставил мне выбор. И должна сказать, что запах Вашей крови очень сладок для меня. Однако я не настаиваю на своей кандидатуре, и должна Вам сообщить, что есть ещё две кандидатки. Первая, это…

— Это большая честь для меня! — сказал Фродо, не дав закончить он вампирессе. — И я с удовольствием объединю нашу кровь.

Он почти сразу оказался рядом вампирессой, и остановившись в нескольких сантиметрах от её лица, дождался согласия, после чего поцеловал её.

— Вам придётся взять мою фамилию, — разорвала поцелуй девушка.

— Хорошо, но один из наших детей продолжит мой род. — Она кивнула, после чего Фродо впился клыками в её шею. Девушка сладко застонала. Больше не было той женщины, что вначале говорила свысока с дистриктом. Однако стоило ей заметить, что я наблюдаю чем вампиры занимаются прямо на моих глазах, словно я какая-то вещь, на её лице появилась хищная улыбка.

Почти сорок минут мне пришлось изображать мебель пока вампиры наиграются в любовь. И меня брала оторопь от осознания того факта, что вампирессе нравилось, что я стою рядом. Она словно специально принимала такие позы, чтобы видеть моё выражение лица.

Когда они закончили, леди Милано попросила передать права на меня ей. Из разговора я понял, что она отправится домой раньше Фродо и увезёт меня с собой. После чего будет ожидать своего будущего мужа в замке лорда Кеннеди.

Тем же вечером меня посадили в карету, на которой я вместе с вампирессой доехали до места, где стоял воздушный корабль.

И стоило нам подняться в небо, как я услышал.

— Может хватит уже прикидываться рабом, мальчик?

Поняв, что меня раскусили, я решил, что без боя не сдамся.

Архимаг стояла за моей спиной, и я уже собирался послать в неё исцеление. Но, когда я повернулся, магическим зрением увидел сильнейший магический щит. В нём были две составляющие. Первой был воздух, второй была кровь. И почему-то мне казалось, что моё заклинание не пробьёт её щит.

Создав ледяной клинок и окружив себя щитом, я приготовился к бою. Однако на меня никто не нападал, а экипаж корабля спрятался за спиной архимага.

— Как Вы поняли? — задал я вопрос, чтобы хоть как-то потянуть время.

— Мальчик, на днях я отметила своё восьмисотлетие! Твоё бьющееся сердце не может обмануть меня. Рабы не могут чувствовать возбуждение, страх и другие сильные эмоции. Вернее, могут, но их реакция на посторонние факторы абсолютно другая.

Я кивнул. С моей стороны было глупо рассчитывать, что смогу провести столь сильного мага. Хотя, не будь она вампиром, то, возможно, у меня бы всё получилось.

— И что дальше? — спросил я. — Снова рабский камень?

Она наклонила голову на бок, изучающе посмотрела на меня.

— Нет, — ответила она. — И можешь верить, можешь нет, но я в любом случае освободила бы тебя.

Разумеется, я не поверил ни единому её слову.

— И почему я должен тебе верить?

— Потому что ты нужен моему лорду по другому вопросу. И, предугадывая твой следующий вопрос, отвечу. Нет, лорд Кеннеди не мог сам прибыть в Славянскую империю, или изложить информацию через письмо.

— И что понадобилось твоему лорду? — спросил я.

Вампиресса сняла магический щит и, подняв ладони перед собой, сказала.

— Предлагаю спуститься в каюту и поговорить в спокойной обстановке. — И видя, что я не сдвинулся с места. — Юный Тьер, твой щит хорош! Но он имеет одно несовершенство.

Вампиресса щелкнула пальцами и в тот же миг меня вместе с куполообразным щитом подняло в воздух.

— Твой щит не статичен. Желай я тебе навредить, я бы просто выкинула тебя с корабля, а гравитация сделала бы за меня всё остальное, — с этими словами она перенесла меня за борт корабля, давая рассмотреть проплывающие под нами облака, которые отчётливо было видно от сияния спутника Теллуса. — Ты всё понял?

Я кивнул. Демонстрация силы вампирессы сильно ударила по моему самолюбию. И развеяв заклинание ледяного клинка, я сказал.

— Готов к проведению переговоров.

Когда я прошёл в каюту, в воздухе я почувствовал запах каких-то трав.

— Дурман? — спросил я.

— Ой, прости, — махнула рукой архимаг, выветривая помещение. И с лукавой улыбкой, продолжила. — А ты имеешь хороший контроль, раз не дал моему сбору на тебя подействовать. — Она наклонила голову набок. — Это твой дар целителя-омоложителя тебе помогает?

Такое определение меня рассмешило.

— Первый раз слышу, чтобы мою способность так называли, — ответил я, прежде чем вампиресса спросила о причине моего смеха. — Как Вас зовут? И будем ли мы и дальше общаться на Вы?

— Мальчик, а ты решил сразу перейти к делу? — Я кивнул. — А не чё, что мне больше восьми столетий?

— Ну, моими стараниями Вам не больше семнадцати лет, — ответил я.

Её глаза сузились, но, не найдя подвоха, она сказала.

— Льстец! — Я слегка поклонился. — Можешь обращаться ко мне Алисия. Я графиня Милано, и, наверное, ты уже понял, что я вассал лорда Кеннеди, который помимо того, что является главой рода, входит в Высший Совет старейшин Майя.

— Алисия, ты сказала, что собиралась освободить меня. Могу я узнать почему?

— Не вижу никаких проблем, — начала отвечать она. — Когда лорду Кеннеди поступило предложение от дистрикта Фродо Ка Бегита, мы решили, что можно извлечь больше пользы договорившись через тебя с твоим родом.

— Что ты имеешь ввиду?

— Убийство архимага Меньшикова, покушение на архимагистра Макарова, и это только то, что касается вашей Империи. Однако ликвидация сильных игроков происходит по всему миру. И поверь, в этом принимаем участие не только мы.

— Зачем ты мне всё это говоришь? Разве вампирам не выгодно, чтобы другие страны ослабли перед грядущей войной?

— Разумеется, выгодно. И ты сам знаешь почему я подняла эту тему. Скажи, Ярар, чего хотят маги, добившиеся величия? К чему они стремятся.

— К ещё большей власти и силе, — не раздумывая ответил я.

— Верно! И это мой ответ на твой вопрос.

Немного подумав, я спросил.

— Лорд Кеннеди хочет захватить власть?

— Ммм, почти. — И видя, что я не понял к чему она ведёт, пояснила: — Вампиры по натуре своей хищники. Каждый из старейшин так или иначе хочет встать во главе страны. Разумеется, можно начать большую войну и, залив страну кровью, захватить власть. Однако тогда развитие такой страны откатится на десятилетия назад.

— Тогда я не понимаю, чего ты и твой сюзерен хотите! — сказал я.

— Род Фолиант набрал слишком много силы. Статус-кво нарушен, и мы хотим с твоей помощью вернуть всё на прежнее место.

Алисия замолчала, давая мне время обдумать её слова.

— А при чём здесь я?

— Простая случайность, — ответила Алисия. — Как я уже говорила, дистрикт проявил инициативу, заказав твоё похищение. И на твоё счастье он не разобрался с политическими течениями у Майя. Твою голову очень хотят заполучить, как раз-таки Фолианты. И когда мы получили предложение на твой выкуп, решили просто воспользоваться ситуацией.

— Алисия, а чем я так сильно помешал Фолиантам?

— Хм, — задумалась она. — Вообще об этом тебе должен был поведать лорд Кеннеди, однако, так уж и быть, я расскажу. Ни для кого не секрет, что в скором времени разразится большая война. — Я кивнул. — Каждая страна будет преследовать свои интересы. Кстати, нам известно, что вы поняли какой ресурс на Теллусе ничем не уступает метеоритному железу⁇!

Я не смог сохранить спокойное выражение лица, спросил.

— Откуда?

Алисия рассмеялась.

— Высокомерные коротышки, задирая свой нос, совсем не берут в расчёт то, что он может оказаться и в районе чьей-то задницы. И именно эта страна находится в разработке рода Кеннеди. — Я кивнул, не став развивать эту тему. На мой взгляд мне и так слишком много поведали. — А твоя родина, как ты уже понял, находится в ведении Фолиантов.

— Подожди, — произнёс я, когда у меня появилось предположение к чему ведёт архимаг. — Ты хочешь, чтобы армия Фолианта провалилась?

Она кивнула.

— Из-за того, что у них перевес голосов в Высшем совете, они продвинули ряд законов, из-за которых количество вампиров стало выше, чем людей. И, возможно, наша сущность кровопийц выглядит нелицеприятно, однако, поверь, наши люди живут во много раз лучше ваших. Но с каждым годом разница увеличивается. Политическим путём объяснить ошибочность этих планов у нас не вышло, поэтому мы хотим сделать из Фолиантов политический труп.

— Проиграв войну, Фолианты потеряют власть, которую, я так понимаю, собираются прибрать к рукам Кеннеди?

— Да, — не стала отрицать архимаг.

Таким образом мы проговорили до полуночи. После чего я ушёл спать в СВОЮ каюту. То, что мой статус полностью изменился, я почувствовал с утра. Когда я встал, ко мне в каюту зашли миловидные девушки, которые левитировали с помощью необычного артефакта ванную, наполненную горячей водой.

— Это что? — спросил я.

— Госпожа Милано приказала помыть Вас и переодеть в чистые одежды перед завтраком.

Я только хотел сказать, что мне не во что переодеться, как дверь открылась и в комнату стали вносить различные наряды, богато украшенные драгоценностями.

— Спасибо, — сказал я, после чего стал ожидать, что девушки выйдут и я смогу спокойно помыться. Однако, когда в их глазах появились искорки и они медленно стали приближаться ко мне, снимая при этом с себя легкие халатики, под которыми ничего не было, я понял, что попал.

Торговый корабль Лузитания.

— Аяна, что с тобой? — изобразил беспокойство Синбад.

Ведь прежде чем он почуял специфический запах разврата, он услышал её тяжёлое дыхание и громкий всхлип. И он подумал, что девушка или ранена, или больна!

— Всё в порядке, — ответила Аяна. Прошло не больше десяти секунд, а мимика лица девушки успела несколько раз измениться. И он был уверен, что ей было очень приятно, всё-таки запах, исходивший от Аяны, его не мог обмануть. Но при этом он видел, что она злилась.

Патрокол впервые видел такое. Он уже подумал, что на Аяну кто-то воздействует магией, но осмотревшись он ничего подозрительного не заметил.

— Я же вижу, тебе плохо! Давай я тебе помогу, — положив руку на талию, предложил Синбад.

— Ааааа, — воскликнула Аяна. Благо никого не было поблизости и это никто не видел и не слышал.

Взгляд девушки встретился с глазами Синбада, и у него появилась мысль провести время с девушкой в более приятной обстановке. Хотя он изначально на это и рассчитывал. Всё-таки энергетиков у него ещё не было. А учитывая какие они сильные существа, должны быть неутомимы в постели.

Однако Аяна резко покачала головой из стороны в сторону, убрала руку Синбада с талии, сказала.

— Ты прав, что-то мне не хорошо. Пойду прилягу в каюту.

— Может тебя проводить? — с надеждой в голосе спросил Синбад.

Её взгляд снова задумчиво остановился на молодом человеке. Её напряженные колени выглядели комично для Патрокла. Он никогда прежде не видел, чтобы девушки были настолько сильно возбуждены. А то, какой манящий запах исходил от Аяны, даже ему вскружило голову.

— Нет, — ответила Аяна, придерживаясь за стену и делая короткие шаги пошла в сторону своей каюты.

Патрокол проводил её взглядом, наблюдая за тем, как она ещё несколько раз останавливалась, сжимая руки в кулаки и слегка пригибаясь.

И если бы кто-то со стороны видел девушку, мог подумать, что у неё заболел живот. Однако Патрокол знал наверняка что происходит, и сейчас он думал лишь об одном… «Как утолить своё желание?»

У берегов Инкской империи

— Гнев Посейдона — щупальца Кракена — давление бездны! — воскликнул Макаров, и огромная волна накрыла корабли, покрытые мраком. Почти сразу выживших подхватили щупальца, а последнее заклинание утащило людей на огромную глубину.

— Степан Осипович, — обратился к главе быстрее всех отошедший от столь быстрой расправы над оставшимися кораблями пиратов Мартин Де Макаров, его троюродный племянник и, вероятнее всего тот, кому Макаров передаст главенство в роду. Хотя сам глава рассчитывал, что у Трубецкой родится мальчик, и тогда главная ветка рода по мужской линии не прервётся. — Неужели это всё?

— Нет, — ответил Макаров, смахнув пот со лба. — Один магистр ещё жив.

Мартин внимательнее всмотрелся в лицо дяди и понял, что он до сих пор удерживает заклинание.

— Чем мы сможем вам помочь? — достаточно громко спросил Мартин.

— Свет актинии, — произнёс очередное заклинание Макаров, после чего ответил. — Когда я скажу, бейте в то место самыми сильными заклинаниями. Все маги на двух дирижаблях изготовились к бою и, когда Макаров сделал жест рукой, в водную гладь полетело множество заклинаний всех стихий.

И когда им оставалось долететь не больше пары метров, из воды появилась человеческая фигура, окружённая водным щитом.

От места, где вынырнул магистр, пошла воздушная волна. И никто не видел, что стало с человеком в воде, однако, когда Макаров улыбнулся, Мартин услышал.

— Ты отомщён, сын.

Глава 16.

По словам Милано, путь из Инкской империи до замка лорда Кеннеди составит около тридцати шести часов. И когда утром мы начали потихоньку снижаться, я вышел на палубу, где уже стояла Алисия.

— Долго нам ещё лететь? — спросил я.

— Совсем чуть-чуть осталось, — приятным голосом ответила она.

За время путешествия мы много времени провели в разговорах. Тем было много, но все же иногда нам приходилось ссылаться на секретность. Обид из-за этого не возникало. Просто приходилось искать другую тему.

Пару раз Алисия давала понять, что осведомлена больше чем следует, и понимая, что опровергать озвученную ей информацию не имеет никакого смысла, продолжал её обсуждение. Так мы обсудили вопрос касательно крови. От Алисии я узнал, что они в курсе того, что Славянская империя, и в частности мы, преобразовываем её в накопители.

Однако при этом леди Милано отрицала, что они тоже используют кровь для этих целей.

Когда я спросил, а что вампиры будут использовать вместо метеоритного железа, она ответила, что точно не кровь. И хоть она не поделилась секретом, что смогли придумать вампиры, но при этом объяснила, что кровь слишком ценный ресурс для их расы. А дальше тему пришлось менять, потому что отвечать на мои вопросы по данной теме Алисия наотрез отказалась.

Так и Алисия узнав, что мне известно про их новые личинки, увеличивающие проходимость магии, но при этом ограничивающие резерв, поведала немного больше, чем я знал.

Оказалось, что личинки вампиры открыли в одном страшно секретном озере, расположенном на их континенте. Из имеющихся способностей у личинок изначально была только блокировка магии. Но потом, когда вампиры стали проводить эксперименты, попутно создавая отравленное оружие, они открыли способ увеличить магические способности, но при этом они никак не смогли избавиться от побочного эффекта, который сильно уменьшал резерв.

Кстати, из найденных личинок делали вампирские иглы, которые когда-то использовали ликвидаторы на мне и на наследнике Славянского престола.

— Алисия, до меня доходили слухи, что ваши целители не в пример лучше образованы, чем в остальных государствах. Однако я знаю, что вампиры не болеют, тогда почему Совет Майя решил развивать целительское искусство?

Она усмехнулась.

— Ты ведь и так знаешь ответ на этот вопрос. Или тебе охота, чтобы я сказала это вслух? — Я кивнул. — Потому что вы, люди, самый ценный ресурс на Теллусе. И это касается не только технологического и магического развития, но и, — улыбнулась она, демонстрируя выдвинутые клыки, — вопрос пищевого снабжения!

Мне не понравилось, что Милано фактически назвала меня едой, и я решил перевести тему.

— Насколько я успел узнать, на вампирских континентах существуют центры сдачи крови. — Это была открытая информация, которую никак не скрывали, и Алисия кивнула, ожидая самого вопроса. — У вас есть больницы и создаются высококачественные медицинские артефакты, но смогли ли ваши ученные поделить кровь на группы.

— Разумеется, — ответила Милано, — ещё в прошлом столетии мы провели успешное переливание крови. — И сузив глаза она сказала: — Думаю, лорд Кеннеди сможет поделиться записями, что нам удалось обнаружить.

— И с чего такая щедрость?

— Мы знаем, что твои люди занимаются исследованиями, и тебе нужна эта технология для твоего медицинского центра.

— А вампиры только и рады если будет как можно больше кормовой базы, — скептично высказался я.

— Вот видишь, ты сам всё понимаешь! — не обращая внимание на мой тон, спокойно ответила леди Милано.

Также, пока мы снижались, я рассматривал город под нами. В глаза бросались высокие каменные постройки не меньше пяти, а в редких случаях десяти этажей. А широкие, мощенные дороги и ровные, правильной формы улицы с высоты смотрелись потрясающе.

Насколько я понял, Алисия, заметив мой взгляд, отдала экипажу приказ снизиться ещё сильнее, чтобы я рассмотрел всё как можно лучше.

— Как называется этот город? — спросил я.

— Бруклайн, — ответила Алисия. И посмотрев на меня с ухмылкой, спросила: — Нравится?

— Если бы не политика наших стран, я бы хотел нанять ваших архитекторов, — ответил я. — Смотря на этот город, я словно попал в мир будущего.

Графине Милано понравились мои слова.

— Вы слишком долго воевали, — как само собой разумеющееся сказала Алисия. — Если не считать крестовый поход против нашей расы, то, можно сказать, у нас было весьма спокойно. Вампиры, особенно высшие, очень долго живут. И поэтому наши главы гораздо вдумчивее занимались развитием своей страны. К тому же мы не плохо заработали на войне между вашими странами, — закончила она, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— Торговали с обоими сторонами? — спросил я.

— Верно, — ответила она. — Только сторон было больше, чем две. И хоть эльфы и гномы отказались от союза с нами, но Империя Тан замечательно скупало всё оружие, амуницию и продукты, которые мы им поставляли. Также мы поставляли свою продукцию в Славянскую империю, и даже несмотря на то, что церковь была ещё очень сильна, мы спокойно торговали с Гальской империей.

— Вам было выгодно, чтобы конфликт длился как можно дольше, — подумав сказал я.

— Разумеется, — не стала отрицать Алисия. — И вообще, я была очень рада, когда эльфы отказались от союза с нами. Ты бы знал, как я злилась на Кеннеди за то, что он предложил оказать помощь эльфам. Я не спорю, кровь у них очень вкусная, но не помирать же из-за этого.

Не совсем поняв при чём здесь кровь, я спросил, что значит это выражение. И у Алисии появилось задумчивое выражение лица.

— Ярар, ты ведь уже встречал представителей эльфов, и сам убедился, что они очень красивые существа. Даже среди высших вампиров, которые по сути своей венец эволюции нашего вида, считают, что эльфы весьма привлекательны. Однако, если люди ценят их только за красоту, то мы ещё и за вкусную кровь. — И облизнувшись добавила: — Кстати, твоя кровь ничем не уступает. А может даже и превосходит их…

— Так себе комплимент, — сказала я, вспомнив как Милано накинулась нам меня и сцедила в бокал мою кровь.

— Послушай меня, — серьёзно посмотрела на меня Алисия. — Я уже говорила тебе, что мы хищники. И ты должен понять, что кровь для нас имеет не последнее значение. Просто представь, что у землепашца появился шанс полакомиться, скажем, королевскими крабами или мраморной говядиной. Как думаешь, сможет он сдержаться, если будет знать что никакого наказания не последует? — Я задумался, тем временем Милано продолжила. — Также и ты с твоей кровью будешь манить всех, кто будет рядом с тобой.

— По тебе и не скажешь, что я такой уж и вкусный.

После этих слов Малино аж воскликнула.

— Мне восемьсот лет! Разумеется, я могу сдерживаться! Но всё-таки рекомендую тебе следить за тем, чтобы кровоточащих ран на твоём теле не было. Однако, — ухмыльнулась она, — я буду крайне благодарна, если ты по собственной воле дашь насладиться твоей кровью.

— Обломишься! — довольно-таки резко ответил я.

— Не зарекайся, — с ухмылкой произнесла она. — Всё-таки тебе может что-нибудь понадобиться от древней архимагессы. И поверь, я умею быть благодарной.

— Например? — тут же спросил я.

— Скажи, для чего ты хочешь узнать историю мира? — спросила Алисия.

— Вы, — имея ввиду вампиров, — и это знаете?

Она кивнула.

— Конечно я могла бы сказать, что в любом помещении у стен есть глаза и уши, однако должна отдать должное, твой граф Фисто свой хлеб отрабатывает в полном объёме.

— Что-то теперь мне так не кажется, — с сомнением в голосе сказал я.

Алисия поняла, что чтобы она сейчас не сказала я ей всё равно не поверю.

— Можешь верить, можешь нет, — попыталась оправдаться она, — но ПОКА нам, — имея ввиду вампиров, — будет не выгодно, чтобы ты распалял свои ресурсы на бессмысленную «охоту на ведьм». У нас есть свои агенты среди католической церкви. И ещё, предупрежу тебя сразу, вопрос насчёт того, что ты помогаешь церковникам вернуть былое величие, нам очень не нравится.

— Алисия, думаю раз у вас есть свои люди среди этой братии, то ты прекрасно понимаешь мои мотивы. Ты ведь всё правильно сказала насчёт людей. Только в моём случае мне нужны образованные люди. Ведь ты не будешь спорить, что без квалифицированных кадров развернуться в мире очень непросто.

Графиня нахмурилась.

— Просто имей ввиду, что вопрос по твоей ликвидации стоит очень остро. И твоё сближение с церковью этому только поспособствовало.

— Кстати, ты очень вовремя подняла этот вопрос. Алисия, ты можешь сказать, почему вампиры обратили на мой род столь пристальное внимание?

— Если ты про покушение Элентара Фолиана на твоего брата, то всё очень просто. Талия и Эмери было сложно достать, а твой брат стал показывать высокие результаты в магии. Ещё большее усиление твоего рода было невыгодно. Не последнюю роль сыграло то, что твой отец взял крепость Артуил.

— А она-то тут при чём?

— Крепость? Нет, она всего лишь повод. Дело в том, что Талий взял крепость только своей армией! А ведь против него выступали очень сильные рода из вольных баронств. Тогда Фолиант-старший отдал приказ своему сыну узнать, как можно остудить пыл твоего отца. И как оказалось, что самым уязвимым местом стали дети.

— И ты так спокойно мне об этом говоришь?

— Род Кеннеди хоть и знал об этом, но мы и палец о палец не ударили, чтобы хоть как-то помочь Фолиантам. Я повторюсь, Славянская империя находится не в нашей зоне ответственности. Или ты считаешь, что мы были обязаны помешать им?

Немного подумав, я отрицательно покачал головой. Я просто поставил себя на их место. К примеру, если бы Брофы решили избавиться от кого-нибудь из тех же вампиров, думаю, я бы, как и весь род Тьер, не стал бы в это вмешиваться. Так что и мне не следует высказывать недовольство, что те остались в стороне.

— Алисия, а что сейчас в Славянской империи делает Фолиант?

— Намечает цели для ликвидации, — ответила Алисия. — Меньшикова они убрали. Кстати, я очень хочу знать, как он погиб. Уж прости, но мне очень сложно поверить, что архимага его уровня смог победить какой-то отряд второсортных вампиров. — Я уже собирался начать отвечать, когда Алисия меня перебила. — Эту тему мы также продолжим при лорде Кеннеди. — И сделав короткую паузу, воскликнула: — Ооо, смотри, а нас уже встречают!

Проследив за направлением её взгляда, я увидел белокаменный замок со множеством башен и донжонов. Чтобы добраться до самого замка нужно было преодолеть три ряда стен, каждая их которых на несколько метров выше предыдущей.

Активировав магическое зрение, про алое излучение которого уже знала Алисия, я пришёл в неописуемый восторг. Ведь помимо сложной фортификации крепостных стен, они ещё излучали магическую энергию. Что навело меня на мысль о том, что это не просто замок, а артефакт. И глядя на него с высоты я не мог придумать, как такое сооружение можно захватить. И даже тактика, что мы использовали против крепости Щеглова под Кемерово, могла здесь спасовать. Проблема в том, что я слабо представлял сколько понадобится метеоритного железа для уничтожения такой крепости.

— Впечатляет? — спросила меня Алисия.

— Ещё бы, — не став делиться тем, что в этом момент я думал над тем, как уничтожить эту крепость, ответил я.

Мы приземлились неподалеку от самого замка. Рядом с ним была небольшая деревянная постройка, у которой мы пришвартовались.

И когда мы спустились по трапу, нас встречала небольшая делегация. Самым первым стоял пожилой мужчина, который цепким взглядом осмотрел мою фигуру. Потом он перевел взгляд на Милано, и лицо его озарилось теплой улыбкой

Не знаю, чем это было вызвано, тем, что Кеннеди встречал давнюю соратницу или из-за её внешнего вида. Всё-таки, когда она прибыла к дистрикту, откровенно говоря, выглядела как старуха. А сейчас ей не дашь больше семнадцати лет.

— С прибытием, графиня Милано! — обняв архимага сказал Кеннеди. — А это я так понимаю Ярар Де Тьер?

— Да, господин, — с уважением поклонилась Алисия. — Моя поездка прошла так, как мы и планировали. Думаю, через месяц у Вас появится верный вассал Фродо Ка Бегита.

— Ааа? — окинул он фигуру Милано.

— Да, я согласна выйти за него замуж.

Он хмыкнул, ещё раз посмотрев на Милано, и что-то мне подсказывало, что Кеннеди уже передумал отдавать столь юную девушку кому-либо в жены.

— Что ж, — нахмурившись сказал Кеннеди, — мне представляться не имеет никакого смысла — Джон Фицджеральд Кеннеди. Согласно общемировой классификации дворян я являюсь князем или герцогом. Однако, когда мы находимся одни, прошу обращаться ко мне просто по имени.

— Как скажете, Джон.

— Очень хорошо, — кивнув сказал Кеннеди. — Тогда предлагаю пройти в замок, и через час мы встретимся в гостиной, где обсудим накопившиеся вопросы. — И прежде, чем мы вошли, мне подали плащ. И заметив вопросительное выражение лица, Кеннеди пояснил: — Как бы мне не хотелось думать, что в стенах замка находятся абсолютно верные подданные, но это скорее всего не так. Поэтому будет лучше если Вы будете ходить с капюшоном на голове.

Мне было несложно, и я сразу надел плащ на себя.

Когда слуги повели Тьера до его покоев, Кеннеди посмотрел в сторону Милано.

— Ты прекрасно выглядишь, Алиса. Словно ты вернулась в те дни, когда мы были молодыми.

— Джон, мы с тобой уже дано договорились, что между нами больше никогда ничего не будет! — сразу поняв к чему клонит глава рода Кеннеди, сказала Милано.

— Мы вернёмся к этому вопросу, когда Тьер вернёт мне молодость.

— Нет. Мы не станем обсуждать этот вопрос, — настаивала на своём Милано. — Я выхожу замуж! Ты сам приказал мне сделать выбор. И я сделала его! Теперь смотри и давись, как я буду спать с другим!

— Я просто убью дистрикта! — прорычал Кеннеди.

— Джон, ты переходишь все границы! — воскликнула Милано. — Я бегала за тобой, словно собачонка, прикрывала твою спину и всегда поддерживала тебя, однако ты всего семь раз переспал со мной, и это почти за восемьсот лет! Как ты мне говорил? Я для тебя всё равно что сестра! Так вот, я тебе напомню, что родных не тр@@@ют!

Видя, что спорить сейчас с подругой детства не имеет никакого смысла, Кеннеди в примирительном жесте поднял ладони вверх. Он понимал, что в словах Алисии есть доля правды.

— Хорошо, — произнёс Кеннеди, и налив себе и подруге вина, разбавленного кровью, спросил. — Что скажешь по мальчишке? На твой взгляд нам выгодно оставлять его в живых?

— В будущем он точно будет нам мешать. Тьер ещё набирает силу и, скорее всего, вырастет в опасного игрока. К тому же мальчик наделен многими талантами.

— Тогда зачем ты освободила его из рабства?

— Хах, — усмехнулась Алисия. — Мальчишка сам это сделал. Ещё в доме дистрикта он как-то смог скинуть действие рабского камня. Немного подумав я решила с ним договориться. И знаешь, я не пожалела об этом. Путь домой я провела в хорошей компании. И могу сказать, что для того, чтобы ослабить род Фолиантов, он подходит лучше всего.

— Что ты имеешь ввиду?

— Фолианты сильны! И если ты хочешь не замараться и всё сделать чужими руками, то тебе нужен не менее сильный исполнитель. Просто в будущем Ярар Де Тьер может стать опасным игроком, с которым мы будем вынуждены считаться.

— Так может нам следует сделать так, чтобы он после решения проблемы Фолиантов сгинул?

Алисия задумалась.

— Джон, давай пока не будем обсуждать этот вопрос. Он, как минимум, преждевременен. К тому же я не уверена, что никто из остальных членов Совета не знает о том, кто находится у нас в гостях.

— Твоя интуиция тебя не обманывает, — сказал Кеннеди, передав небольшую стопку писем.

— Давай не будем тратить время. Что там написано?

— Мне советуют, чтобы я как можно скорее перевёл мальчишку в Пиндосию, где Совет решит его судьбу.

— Советуют или…

— Советуют. Но не всё. Лорд Фолиант написал, что выслал людей за Тьером. И, как я понял из письма, они скоро прибудут сюда.

— И ты так спокойно говоришь об этом?

— Алиса! Ты и я — архимаги! Да плевать кого пришлёт Фолиант! Теперь я не отдам мальчишку только в пику ему. Как этот урод вообще смел написать мне письмо с таким содержанием⁈ У меня сложилось мнение, что он считает себя выше меня! Ты представляешь? Этот молокосос, который не прожил ещё и полтысячи лет, считает, что может так себя вести и никаких последствий для него не будет!

— Джон, — с укоризной в голосе произнесла Алисия, — ты забываешь, что он с легкостью победил на дуэли Кастело и Менсена. И тогда ему было всего двести лет. Думаешь с тех пор он не стал сильнее?

Лорд Кеннеди нахмурился. Малоизученная магия Фолиантов навевала ужас на многих лордов. Именно из-за страха быть убитым многие в Совете прогнулись под них. И хоть тот был магистром, он смог обезглавить Мэнсона, который стал архимагом задолго до рождения Фолианта. И тем не менее Кеннеди сам присутствовал на дуэли и собственными глазами видел, как Менсон пал. А за ним пал и архимагистр Кастело.

— Что ты предлагаешь? — спросил Кеннеди.

— Ты серьёзно спрашиваешь моего совета?

— Тебе повторить вопрос? — с раздражением спросил Кеннеди.

— Тогда не трать время, — сразу ответила Милано, — вели слугам принести накопитель и после разговора с Тьером, попроси его омолодить тебя. Чтобы он сделал это охотнее, отдай ему научные журналы по изучению крови и заплати один миллион золотом.

— И я стану таким, как и ты?

— Ты хочешь, чтобы у тебя выросла грудь, и кое-что отвалилось в паху? — чуть ли не смеясь решила подколоть своего сюзерена Алисия.

Несколько секунд Кеннеди не мог понять о чём говорит его подруга.

— Ты с ума сошла! Я имел ввиду молодость!

— Точно? А то вдруг Ярар может и такое! Только представь…

— Хватит, — начал сердится он, — Алиса, ты забываешься.

Кеннеди хотел ещё что-то сказать, но, в этот момент вошёл Тьер, и он решил закрыть эту тему.

Глава 17.

Глава 18.

На следующий день мне сообщили о том, что в замок Кеннеди прибыли подчиненные лорда Фолианта. Слуги хозяина замка проводили меня в секретную нишу, из которой я мог видеть и слышать ход переговоров. Удобно разместившись, я начал вслушиваться в то, что говорят разумные в соседнем помещении.

— Лорд Кеннеди, — обратился мужчина одетый в оранжевую мантию с гербом рода Фолиантов, — я отдаю должное, что Вы сами решили выполнить просьбу лорда Фолианта, однако мой господин отдал мне приказ как можно скорее вернуться назад.

— Это Ваши проблемы, граф Мюнхгаузен, — с непроницаемым лицом ответил Кеннеди.

— Что Вы этим хотите сказать? — нахмурился граф. — Тьеру вынесен смертный приговор, и удерживание государственного преступника могут расценить как предательство.

— Разве? — изобразил удивление Кеннеди. — Графиня Милано, дорогая, может я что-то упустил и князя Тьера заочно осудил Совет старейшин Майя?

— Мой лорд, — поклонилась Милано, — такого суда или приказа на задержание князя Тьера не было.

— Вот видите, граф, — усмехнулся Кеннеди, — Вы, или Ваш лорд, ошибаетесь.

У Мюнхгаузена заиграли желваки. Он не просто рассердился, а рядом с ним буквально появился небольшой воздушный вихрь.

— Лорд Кеннеди, Вы отдаете себе отчёт в том, что мой господин очень расстроится в связи с Вашим отказом?

— А кто Вам сказал, дорогой граф, что я отказываюсь? — И видя замешательство на лице Мюнхгаузена. — Я потратил время, силы и средства на похищение князя Тьер. А ТВОЙ, — выделил он это слово, — хозяин решил просто так, можно сказать бесплатно, получить моего пленника. Ответь мне, граф, это справедливо?

Мюнхгаузен задумался.

— Думаю мой лорд неправильно Вас понял и, уверен, он будет готов возместить все убытки. — И сделав паузу, добавил: — После того, как Тьер будет доставлен к нему.

— Дорогой граф, так дела дне делаются, — возразил Кеннеди. — В начале оплата, а потом товар. К тому же, хочу напомнить, что Тьер весьма ценный ресурс. И что его способность омолаживать, за которую он берет около миллиона, повышает стоимость его выкупа. Поэтому, чтобы поберечь Ваше время, граф, можете передать мои слова своему господину. Я хочу получить сто пятьдесят миллионов в золоте, беспошлинную торговлю на пять лет и, самое главное, без чего эти переговоры будут бессмысленными, я хочу документацию по технологии хамелеона.

Внимательно следя за лицом графа Мюнхгаузена, мне показалось, что он не знает, что это за технология. А мне оставалось только догадываться.

Переговоры были на этом закончены, после чего в помещение зашли слуги и проводили меня к Кеннеди и Милано.

— Ты всё слышал? — спросил Джон Кеннеди.

— Да, — ответил я.

— Тогда у тебя есть две недели. Чем бы ты хотел заняться?

— Я могу погулять по городу? — спросил я, не сильно веря, что мне разрешат.

— Можно, однако с собой ты должен брать леди Милано.

— Не доверяете? — усмехнулся я.

— Отнюдь, — возразил Кеннеди. — Ты не кажешься человеком, что нарушит слово, тем более просто так. Однако исходящий от тебя запах, очень вкусный. А низшие вампиры, в особенности недавно обращённые, ещё не могут себя контролировать. Так сказать, они слабы духом.

— Можно вопрос? — спросил я. И получив одобрение. — Почему чистокровные и высшие вампиры плодят низших?

Кеннеди ненадолго задумался, но всё же ответил.

— Потому что у низших в пятом поколении могут родиться чистокровные вампиры. На них уже могут жениться высшие вампиры, и есть шанс, что дети в таком союзе родятся высшими.

Это многое объясняло. Высших вампиров не так уж и много. И за полторы тысячи лет они все между собой перероднились. И для того, чтобы они не выродились из-за близкородственных браков они вынуждены увеличивать свою популяцию.

Ближе к вечеру в мою спальню занесли несколько книг. Взяв первую, я прочитал название: «Человеческая раса. Зарождение».

Мне стало очень интересно, что подсунули мне Кеннеди и Милано, а главное для чего, и я открыл книгу, начав читать с предисловия.

В этой работе изложены неоспоримые факты о том, что человечество зародилось не путём долгой эволюции, а под влиянием высокоразвитой цивилизации.

Я приведу в доказательство этому не только работу по изучению крови и генома, но также и археологические находки, и фрагменты записей, из которых сделал такой вывод.

Дж. Мёрк.

Книга не казалась большой, но я тщательно вчитывался в каждое слово этот великого ученого. И с каждой перевернутой страницей я всё больше и больше верил в то, что в ней было написано. К тому же его работа очень хорошо ложилась на отрывок, переведённый мной и Ковалевской.

Прорыв в этом направлении связан с тем, что вампиры, появившись на обоих континентах, стали почитаемы как боги и их никто не обратил в рабство. Но, что немаловажно, здесь не было церкви.

Племена, что населяли эти континенты, хранили много сказаний о том, как много тысяч лет назад с небес спустились на летающих колесницах боги, после чего появились первые люди.

Здесь автор делает сноску на отрывок написанный иероглифами, очень похожими на те, что я встречал на свитке и копии полотна, а ниже пишет перевод.

Двадцать лет прошло с великой войны. Я каждый день смотрю в небо надеясь, что мои братья Мары смогли победить и не утерять технологию путешествий среди светил!

На соседнем континенте один из ученых смог получить новую прямоходящую особь, однако волосяной покров этих существ вызывает у меня отвращение. Нужно ещё много тысяч лет, чтобы эти существа стали выглядеть близко к Марики!

Однако я должен признать, что в результате скрещивания нашей расы и этих животных получаются вполне годные дети.

Несколько символов я узнал, и мне стало понятно, что текст сильно отредактирован. «Наверное, чтобы читающие книгу могли понять смысл написанного», — подумал я.

Дальше шли археологические открытия. И когда я дошёл до середины книги, в которой описывалось бесспорное существование на Теллусе высокоразвитой цивилизации, я понял, как вампиры получили такой технологический толчок.

В скалах под Голливудом, на которых были изображены тринадцать лиц тогдашних глав Совета Майя, вампиры нашли древнейшую лабораторию! Около двухсот лет они занимались её изучением. И, слава Стихии, очень много знаний не дожило до наших дней. Потому что, если бы вампиры обладали технологиями внеземной цивилизации, то давно бы захватили Теллус. По крайней мере я именно так и думал.

Кстати, их озеро, в котором были обнаружены личинки, тоже создано Марами. Однако тут автор только предполагал, что скорее всего их целью было вернуть магическое сосредоточие.

Да! Дж. Мёрк, собирая и обобщая данные, тоже пришёл к тому же выводу, что и я с Ковалевской. Мары были долгоживущей расой, но после войны лишись способности оперирования энергией. Именно поэтому им пришлось переступить через себя и вступить в интимную близость с обезьяноподобными существами, которых они воспринимали как животных.

Автор предположил, что это связано с необходимостью получения магической энергии, которую могли использовать дети от представителей двух рас.

Утром я долго не хотел просыпаться, однако служанки открыли шторы, пустив свет в мою комнату.

— Господин, — обратилась ко мне девушка, — леди Милано, будет ждать Вас через тридцать минут на завтраке, и она просила одеться в тренировочную одежду. — Только я хотел сказать, что у меня нет такой одежды, как на кровать рядом со мной положили стопку вещей. — Вам помочь провести утренний моцион?

Немного подумав я отказался. И когда служанки, словно специально соблазнительно виляя бедрами, покинули спальню, я прогнал через себя целительскую энергию приводя себя в порядок.

— Ну, как тебе чтиво? — вместо приветствия спросила Алисия.

О том, что за мной наблюдали в спальне, я был в курсе. Всё-таки магическое зрение даёт существенное преимущество для обнаружения слежки.

— У меня только один вопрос, зачем?

— Зачем тебе дали книгу, по которой учат в высших магических учреждениях нашей страны? — Я кивнул. — Когда ты вернёшься домой, церковь, которая веками собирала и прятала информацию, опровергающую историю сотворения человека по образу и подобию божьему, скорее всего, отдаст тебе скорректированную версию. Однако, мне кажется, мой лорд таким ходом просто хотел выразить своё хорошее отношение к тебе.

— А он, значит, предоставил мне не скорректированную версию? И вообще, зачем мне знать, как вы ушли в научной гонке вперед?

— Ты про лабораторию? — Я кивнул. — Про неё церковь узнала во время своего крестового похода. Так что это уже давно не тайна.

Вспомнив название оставшихся двух книг, я спросил.

— Зачем мне знать историю становления вашей расы?

— Разве у тебя нет предположений? — вопросом на вопрос ответила она.

— Если бы были, я бы не спрашивал.

— Ярар, война закончится и все снова сядут за стол переговоров. И нам бы хотелось, чтобы с другой стороны стола находился человек, который понимал вампиров, в особенности нашу культуру.

— Алисия, — произнёс я, — ты сама несколько раз говорила, что вампиры хищники. А люди для вас всё равно что скот. Так скажи мне, какой разговор может быть между волком и овцой?

— Как минимум, не посягать на наши угодья, — ответила Алисия. — Принимать решения с учётом наших интересов.

Я нахмурился.

— Алисия, мне показалось, или ты и твоя раса думают, что победят в мировой войне?

Она усмехнулась и протерев салфеткой губы ответила.

— Скажу так, я не сомневаюсь в нашей победе. И, поверь, у меня есть основания полагать, что своих целей мы достигнем.

Я откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на архимагессу.

— Скажи, Алисия, а много ли у вампиров Архимагов?

Алисия хищно улыбнулась.

— Я не стану отвечать на этот вопрос, — ответила она. Однако мне показалось, что я угадал на что рассчитывают вампиры. Только из того, что я видел, можно сделать вывод, что у них очень много сильных магов. Тот же дистрикт Фродо Ка Бегит и граф Мюнхгаузен были младшими магистрами. Алисия Ля Милано вообще архимаг. Также, судя по оговоркам Кеннеди, Фолиант тоже архимаг. Также можно предположить, что в Совете Майя заседают далеко не слабые маги.

И это приводит меня к мысли, что вампиры смогли разработать технологию или ритуал, при помощи которых они увеличивают магические способности.

Сильно задумавшись я не сразу отреагировал на голос Алисии.

— Ярррааарр, — дозывалась до меня архимагесса, — ты здесь?

— Прости, задумался, — ответил я.

— Я сегодня планировала съездить в город. Поедешь со мной?

Разумеется, я согласился. И уже через час мы подъезжали к окраинам Бруклайна. Первое, что бросалось в глаза, это дороги и чистота улиц. Саму дорогу от пешеходных дорожек отделяли живые изгороди из кустарников. Мне очень понравилась такая идея, и я решил, что обязательно прикажу сделать в Балакина также.

Дома были выполнены сплошь из камня или бетона. На многих стенах встречались незнакомые мне иероглифы, и я спросил у Алисии что это.

— После крестовых походов Совет Майя решил, что простым людям нужна вера в бога. И если они не проследят за этим и не займут эту нишу, то священнослужители христианства или ислама когда-нибудь предпримут очередную попытку воздействовать на разум людей. Поэтому было решено воскресить веру в богов, которую почитали до прибытия сюда вампиров. К тому же что у инков, что у майя, очень много ритуалов было связано с кровью. Мы объединили пантеоны богов двух стран и совсем немного изменили основные постулаты веры, и теперь мы не боимся, что в наших странах когда-нибудь смогут закрепиться веры с других континентов, и ожидать очередного мятежа на почве разногласий веры. А иероглифы, что иногда встречаются на домах, служат оберегами от злых духов. Однако их могут нарисовать только на тех домах, чьи жильцы сдают кровь для вампиров.

— А есть те, кто не сдают? — спросил я.

— Разумеется. Мы никого не вынуждаем, однако, если хочешь послаблений в налогах, оказание бесплатной медицинской помощи и других льгот, то нужно иметь положительный коэффициент гражданина.

— По сути вы не оставляете выбора людям, — подвел итог я.

— Ярар, я постараюсь объяснить так, чтобы ты понял. Во главе нашей страны стоит Совет старейшин, как ты понимаешь, он состоит только из высших вампиров. Но это не значит, что вся верхушка власти представители нашей расы. К тому же ты жил некоторое время у эльфов, их же ты не воспринимаешь как узурпаторов? — Я скривился, поняв правдивость её слов. — И если человек хочет получать бОльшую помощь от государства, то и отдавать он должен больше обычного. Ни человек, ни вампир, ни вообще никакой разумный, живущий на Теллусе, с рождения не равен! Однако мы предоставляем людям шанс улучшить свои условия для жизни, поделившись с нами кровью.

— А потом вампиры из этих лояльно настроенных людей делают низших вампиров?

— Да, — ответила Алисия. — Если три поколения людей из одной семьи сдавали кровь, то, если у них имеется на то желание, мы обращаем их в себе подобных. Дальше, как ты уже знаешь, низшие вампиры спустя пять поколений становятся чистокровными. И, как ты понял, существует шанс, что эта ячейка общества станет высшими. К примеру, мой жених Фродо Ка Бегит происходит из той самой ячейки. Фродо в нашей стране считается обновленной кровью, от которого многие женщины захотят родить ребенка.

— Но почему тогда на него не обратили внимание в Инкской империи раз он такой ценный?

— Ты же сам слышал, что он отказался жениться на представительнице одного древнего рода. С одной стороны, он имел право отказать, однако в высшем обществе его посчитали зазнайкой и решили таким образом проучить, показав, что бывает с теми, кто показывает свой норов, не имея за спиной силы.

По лицу Алисии я понял, что ей неприятно говорить об этом. И мне стало интересно почему.

— И ты согласна на брак с бароном Бегитом?

Она сузила глаза, и что-то мне подсказало, что не всё так просто.

— Я получила уже всё, что хотела, — ответила она. — Однако я уверена, что Бегит не доберётся до земель Кеннеди.

— Ты хочешь сказать, что его убьют?

— Никто не позволит высшему вампиру, занимающему более полста лет высокую должность в Империи, переехать в другую страну. Мало того, что он знает много сведений, которые могут угрожать инкскому трону, так ещё он опальный высший, пошедший против древнего рода. Если Бегит сможет достичь успеха у Майя, то он послужит примером для остальных. И ситуация разовьётся в другую сторону. Вампиры решат, что можно отказать старым родам и, что ещё хуже, возможно избежать за это наказание.

— И чего же ты и Кеннеди добивались?

— Мой лорд и впрямь ждёт Бегита у себя. Однако у меня были другие планы, и перед отъездом из Инкской империи я отправила письмо своему знакомому, который передал его представителям рода, который имеет зуб на Фродо. — И усмехнувшись добавила: — Сам подумай, я — архимагесса, выйду замуж за более слабого мужчину.

— А как же кровь? — спросил я. — Ты весь день говорила мне про ценность крови, но получается… — стоя с открытым ртом я активировал магическое зрение. — Ты беременна! — констатировал я факт.

— Хм, — улыбнулась она. — Твоё зрение отличается от того, что мне приходилось встречать ранее. Такое ощущение, что на меня смотрит энергетический вампир. Однако я рада, что зелье плодородия сработало.

Честно признаться, после этих слов меня начала пугать Алисия. Мне нисколько не было жаль Бегита, но позиция Милано была слишком циничной.

— Алисия, скажи, а у тебя есть дети?

Она задумалась.

— Мне кажется я понимаю к чему ты задал этот вопрос. Однако я не стану отвечать на него. Для тебя эта информация будет лишней. А если ты считаешь, что я поступила неправильно, то я тебе напомню, что у наших рас разные менталитеты, и тем не менее, род Кеннеди, как и род Тьер, делает всё для укрепления своей власти. Просто у нас разные методы.

Я кивнул и дальнейший путь до рынка мы продолжили в тишине. Не знаю, как графине Милано, но мне нужно было обдумать её слова.

Рынок меня впечатлил. Хоть здесь было огромное множество экзотических зверей и даже встречались одаренные экземпляры, но противного запаха фекалий не было. Рабский рынок впечатлил большими ровными рядами. Были также рабские столбы, к которым были прикованы люди.

— Алисия, ты говорила, что род Кеннеди курирует царство гномов. Однако почему вы не используете их опыт по скупке рабов и их дальнейшем разведении, чтобы получать с них кровь?

— А я всё думала, когда ты меня спросишь об этом!

— Я так понимаю, ты специально повела меня к сектору, в котором продают рабов?

— Да, — ответила она. — Во-первых, мне было интересно узнать есть ли в тебе жалость к ним. И честно сказать, я впечатлена, у тебя во взгляде читается только голый расчёт. Тебе безразлична их судьба, и то как они попали в рабство, хотя, я больше чем уверена, ты понимаешь, что на любом рабском рынке есть разумные, которых поработили безвинно. Даже несмотря на то, что за это будет суровая кара, разумные неидеальны. И иногда думают, что именно их никто никогда не поймает.

— А что второе? — спросил я, проигнорировав желание Алисии покопаться в моих мыслях.

— Я хотела тебя подтолкнуть к озвученному тобой ранее вопросу. — И видя, что я жду продолжения. — Рабы не самое лучшее решение. Около трёхсот лет назад мы начали скупать с других континентов рабов. Нашей целью была ассимиляция их среди наших граждан. После освобождения мы предоставили им работу, дом, в принципе, живи и радуйся! Однако ваши церкви, хоть и потеряли авторитет, но крепко вбили крестьянам мысль, что мы, вампиры, исчадия ада. Вчерашние рабы не приняли ценности наших граждан и наводили смуту среди них. Также, если попадались благородные или обеспеченные люди, то они сбегали к себе домой. В итоге через десять лет мы установили, что всего два процента из общей массы освобождённых рабов осталось жить среди нас.

— Так мало?!! — удивился я.

— Да. Многих пришлось казнить в назидание остальным. Многие решили выйти на большую дорогу, а кто-то свёл счёты с жизнью самостоятельно. Однако больше всего людей сбежало на родину.

Послушав Алисию, я понял, что у меня в Балакина ещё не всё так плохо. После освобождения у меня осело около двадцати-двадцати пяти процентов освобожденных рабов. Наверное, сыграл тот факт, что в Славянской империи проживают христиане, в отличии от вампирских континентов. И жизнь у нас привычнее, чем здесь.

— И зачем мне это знать? — спросил я.

— Чтобы ты не строил иллюзий о том, что наши народы смогут обойтись без кровопролитной войны. И хоть я не хочу в ней принимать участия, но для нашей расы — это единственный вариант.

— Но ты понимаешь, что если победят вампиры, рано или поздно на Теллусе не останется обычных людей?

— С чего ты это взял? — тут же спросила Алисия.

— Разве я ошибаюсь?

— Конечно! Война — это перемены не только в геополитическом плане, но и в мировоззрении разумных. Поверь, у нас есть план по контролю рождаемости вампиров. Просто в настоящее время мы уже перешли точку возраста. И наш единственный шанс — это война. А ослабление Фолиантов это один из этапов к подготовке большой войны.

Говорила Алисия складно, но мне хватало опыта, чтобы понять в чём меня обманывают. Просто по всему выходило, что Кеннеди прямо-таки святые, которые приведут всех своих граждан к раю на яви.

Конечно сравнение взято библейское, но суть отражает полностью.

— А это что? — спросил я, увидев стальные баллоны, которые были сильно похожи на те, что привозил Ясул.

— Это вампирит, — назвала она название летучего газа, что использовался в моих дирижаблях. — Насколько я знаю, ты его скупаешь сейчас большими партиями.

Я скривился. Лицензию вампиры продавать не захотели, хотя она была мне очень нужна. Производители газа после повышения спроса задрали цены, и теперь дирижабль стоил в полтора раза дороже. И хоть даже с такими ценами я оставался в плюсе, но получив лицензию смог бы сократить расходы в два раза от исходной себестоимости дирижабля.

— А могу я узнать, кто собственник завода по изготовлению этого газа? — спросил я, понадеявшись, что у меня будет время попробовать лично договориться с ним.

— Его имя тебе ничего не даст, — ответила она. — Однако лорд Кеннеди готов стать посредником в переговорах, если ты возьмёшься его омолодить.

— А твой лорд не мелочится! — ответил я. — Он впрямь считает, что его услуги могут стоить один миллион золотых?

Алисия тяжело вздохнула.

— Юный Тьер, — серьёзным тоном сказала она, — впредь, прошу тебя, выражайся более уважительно по отношению к лорду Кеннеди. Я также хочу тебе напомнить, что ты жив лишь только потому, что он заинтересовался тобой. — И видя, что я напрягся от её слов, более мягким тоном добавила. — Ещё он поможет тебе приобрести лицензию на ткань, которой ты покрываешь корпусы своих воздушных шаров.

— Думаю, я и впрямь принял хорошее отношение лорда Кеннеди, как должное, — ответил я. — И его оплата меня вполне устраивает.

Алисия кивнула, и мы продолжили гулять по рынку. Не один раз нам встречались охранники, которых можно было отличить по собакам, следующим с ними. С их помощью служители правопорядка искали лавки, торгующие подпольной кровью. На мой вопрос, что здесь такого, Алисия объяснила, что продаваемая кровь, помимо того, что низкого качества, так ещё добывают её незаконным путём, то есть выкачивают насильно из людей, и в таких случаях редко кого находят живыми. От свидетелей во всем мире привыкли избавляться кардинальным способом.

И я узнал ещё один немаловажный факт. Оказывается, добровольно отданная кровь отличалась от той, что получали носильными способом. Если употреблять первую, то с высокой долей вероятности у ребёнка, родившегося от низших вампиров, будет гораздо меньше реакция на солнце и серебро. Но если те же вампиры будут постоянно употреблять кровь, отнятую насильственным путём, то они сами, как и их потомство, никогда не станут чистокровными.

— Поэтому я и просила тебя отдать мне кровь добровольно, — напомнила мне Алисия про разговор, когда предлагала взамен на кровь позаниматься со мной магией.

— Подожди, но когда мы были у дистрикта, ты взяла кровь, не спрашивая моего разрешения!

— Ярар, я ВЫСШАЯ! — словно мне это должно было что-то сказать воскликнула она. — К тому же кровь светлого никогда не несёт в себе пагубных последствий.

— А у эльфов? — тут же спросил я.

— И у эльфов тоже, — подтвердила она мою догадку.

После этого мы подошли к фруктовой лавке, где Алисия купила нам по опунции. Пока она очищала его, рассказала, что этот фрукт растёт на кактусе. Обрезав фрукт с обеих сторон, она дала мне его попробовать. Когда я жил в Египте пробовал папайи. Так вот, на вкус опунция похожа на папайю с оттенком тыквы. В общем, невпечатлился.

Потом мы проследовали до оружейных лавок. Там я увидел интересное приспособление, которое крепится на запястье. Заметив мой интерес, к нам подошёл продавец оружейной лавки.

— Молодой господин заинтересовался оружием ассасинов?

— Разве это не убийцы из Арабского Халифата? — удивленно спросил я.

— Всё верно. Мой дядя недавно вернулся из долго путешествия, и в той стране он встретил путника, что продал ему этот механизм.

— А дротики к нему есть? — спросил я.

— К сожалению, нет, — ответил продавец. — И поэтому я готов сделать вам небольшую скидку.

— И во сколько ты оцениваешь это? — спросил я.

— В сто золотых.

— Это что, шутка? Накопитель разряжен, лей-линии почти что разрушились. Дротиков нет. По сути это оружие в нерабочем состоянии, и ты на полном серьёзе хочешь его продать за такие большие деньги? — распалялся я. Не став торговаться, я направился в сторону выхода.

— Хорошо, десять золотых! Я отдам его за десять! — жалобно воскликнул продавец.

Я посмотрел на Алисию, и попросил её купить его. Она пожала плечами и молча положила деньги на прилавок, после чего мы покинули лавку.

— Зачем оно тебе? Ты же маг! А это оружие простецов.

— Сказала архимагесса, которая за несколько часов может сравнять любой город с землей.

Алисия усмехнулась.

— Резонно, — произнесла она. — Но почему было не поискать, такое же оружие в лучшем состоянии.

— А тебе где-нибудь такое попадалось? — с надеждой спросил я. Алисия отрицательно покачала головой, — И я тоже не встречал такого нигде ранее. К тому же я примерно знаю, как его починить.

— Ты разбираешься в артефакторике?

— Очень слабо, — ответил я. — И хоть это было моим увлечением, и я прочёл много литературы по этому предмету, мастером я себя не считаю. Однако нужно же хоть как-то скрасить свой досуг. Уверен, я смогу найти у лорда Кеннеди артефактную указку и провести новые лей-линии. А насчёт дротиков, я думал использовать иглы.

— Как у ликвидаторов?

— Ага, по диаметру отверстия они как раз должны туда помещаться.

Я заметил, что Алисии не сильно понравилась моя задумка. Поэтому, как мне показалось, она решила сменить тему.

— Ты подумал насчёт тренировок со мной?

— Тебе так хочется отведать моей крови? — вопросом на вопрос ответил я.

— Да.

— И чему ты хочешь меня научить? Ты ведь маг воздуха!

— Дааа уууж, — протяжно произнесла Алисия. — Не думала, что мне придётся уговаривать какого-то мастера принять мою помощь в магическом развитии.

— Это не ответ, — сказал я.

— Ты прав, заклинаниям водной стихии я тебя не научу. Однако я покажу тебе, что может дать тебе магия крови!

— Но я же не вампир, — усмехнулся я, до сих пор не понимая, чему меня может научить архимаг.

— Ты целитель и маг воды. Мне нужно дальше говорить или сам сообразишь к чему я веду? — недовольным тоном спросила Алисия.

Я задумался. Мне вспомнились слова Макарова о том, что человек состоит на восемьдесят процентов из воды. Однако я думал, что только переступив ранг магистра я смогу также, как и архимагистр, на время брать под контроль своего противника.

— Алисия, ты хочешь сказать, что я смогу управлять кровью, за счёт того, что я целитель и маг стихии воды?

— Не прошло и полугода, — проворчала она. — И, честно сказать, мне самой интересно, что из этого получится. Да и откровенно говоря времени у нас очень мало.

— Алисия, могу я тебя попросить ответить мне честно. Почему тебе настолько нужна моя кровь?

На мгновение я заметил, как у неё расширились глаза.

— С чего ты взял?

— Потому что такие подарки, как обучение у архимага не получают просто так, — ответил я. — Тебе нужна моя добровольно отданная кровь! Зачем?

Несколько секунд она сверлила меня взглядом.

— Чтобы мой ребенок родился высшим. Твоя кровь со стопроцентной гарантией поспособствует этому.

— А как же весь разговор о том, что Бегит один из лучших вариантов и всё в таком духе?

— Плюс, ребёнок будет обладать большой силой.

— И всё из-за того, что я светлый?

— Да, — ответила она.

Несколько минут я стоял молча, переваривая информацию.

— Ты получишь кровь, если я посчитаю, что наши занятия принесли мне пользу, — сказал я.

На лице Алисии появился хищный оскал, и что-то мне подсказывало, что я пожалею, что согласился на её условия.

Глава 19.

Когда-то давным-давно лорд Фолиант вместе со своими воинами находились на континенте, где шла мировая война всех против всех. И хоть отголоски докатились и до вампирских континентов, увиденное там оставило сильный след на его психике.

В семнадцатом веке ему предстояло помочь высшему вампиру из Инкской империи в дискредитации католической церкви. Была проведена большая работа и последним штрихом его задания было договориться с императором Гальской империи, чтобы пленника после церковной проверки перевезли к нему, а оттуда он доставил бы его домой.

Он справился. А после вместе со своими воинами прошёлся по многим великим родам, ликвидируя тех, кто спонсировал или поддерживал идею о новом крестовом походе на вампирские континенты.

Однако после этого у Фолианта появилась привычка одеваться, как император Гальской империи. Он перестроил одну из гостевых и сделал там тронный зал. И тогда же в Фолианте появилась возвышенность. Он словно стал чувствовать, что превосходит остальных разумных. Что он самый умный… Он самый сильный.

Откровенно говоря, Фолиант и впрямь был очень силён. И он стал очень гордым, и со временем позабыл понятие скромность.

— Граф, — обратился Фолиант к Мюнхгаузену, — как понимать тот факт, что Вы вернулись без мальчишки? — Готовясь к разносу, и даже к чему-то похуже, граф пересказал как проходили переговоры с лордом Кеннеди, при этом он старался сместить всю вину именно на Кеннеди, а себя выставить обманутым и обиженным. — И это твоё оправдание? То есть ты считаешь себя ни в чём не виноватым?

— Прошу прощения, милорд. Я подвёл Вас, однако не в моей власти перечить одному из старейшин Совета Майя.

— Карл, — сердитым тоном произнёс Фолиант, — скажи мне, что ты будешь делать дальше? — Мюнхгаузен растерялся от такой постановки вопроса, что разумеется заметил Фолиант. Ему нравилось, когда разумные начинали лебезить и теряться рядом с ним. — Деньги не проблема, — продолжал глава рода, — откровенно говоря, я не понимаю зачем вообще Кеннеди включил этот пункт, как в принципе и беспошлинную торговлю, однако я не готов отдать ему технологию хамелеона. А это значит, что всё затевается только ради неё. И это проблема, которую тебе надлежит решить. — Он сделал короткую паузу. — Или я решу, что ты занимаешь свою должность напрасно.

— Господин, — произнёс граф, в голосе которого Фолиант почувствовал нотки страха, — я не понимаю, чего Вы от меня хотите.

— Дааа, — разочарованно произнёс Фолиант, — как же жалко, что эта должность твой предел, и выше тебе не допрыгнуть. Слушай что тебе нужно делать…

— Перерыв, — произнесла Алисия, и я буквально рухнул на пол.

Шёл третий день, как архимагесса начала со мной заниматься. Слуги после занятий меня буквально уносили в спальню, откуда я выбирался в лучшем случае через пару часов. Энергии не оставалось даже чтобы взбодрить себя и уж тем более исцелить.

К тому же Алисия посоветовала мне не использовать целительскую энергию, потому что она восстанавливает мышечные волокна, замедляя их развитие. Именно поэтому перед тренировкой я должен был опустошить свой резерв до минимума. И так несколько раз за все пять часов тренировок.

— Запомни, Ярар, — ты должен научиться оперировать тонкой материей магической силы, тогда на любое заклинание у тебя будет уходить гораздо меньше энергии.

— Но чем это мне поможет в развитии резерва? — спросил я, потому что не понимал, как это упражнение приблизит к рангу старшего мастера.

Алисия нахмурившись посмотрела на меня.

— Знаешь как мне хочется тебя чем-нибудь огреть?

— За что? — возмутился я.

— За то, что ты подвергаешь мою методику сомнению. Ещё ни разу за всю мою жизнь мои ученики не могли себе такого позволить.

— И многих Вы учили?

— Два из них на пороге становления архимагами, а четверо ещё сто лет назад из аколитов выросли до магистров.

Эта информация меня сильно напрягла. Мне стало сильно интересно, какие методы использовала Алисия, чтобы развить недомага в ранге аколита до магистра! Когда я задал очевидный вопрос на эту тему, Алисия мне лишь снисходительно улыбнулась, и сказала, чтобы я больше не ставил её методы под сомнение.

Много времени мы посвящали медитациям и физическим нагрузкам. И только когда мои ноги начинали трястись от усталости Алисия начинала обучать меня магии.

Мы не зубрили и не разбирали конструкты заклинаний. Нет. Моей целью было почувствовать кровь внутри себя, после чего я должен был через поры на теле призвать кровь.

И у меня ничего не получалось. Как бы я не следил за Алисией, когда она проделывала это с собой, даже с помощью магического зрения мне не удавалось понять, как она это делает. Возникал вопрос: смогу ли я, не будучи вампиром, оперировать кровью?

Однако Алисия была уверена, что это возможно. И я предполагал, что когда-то ей мог встречаться водный маг с целительским даром. Однако она не отвечала так ли это или нет.

— Тобой интересовались, — произнесла Алисия. И видя, что я жду продолжения. — Торговая гильдия. Не знала, что ты имеешь с ними общие дела.

— Не больше, чем другие благородные, — ответил с сомнением я. — Ты уверена, что это были именно те, за кого себя вставляли?

— Разумеется, — ответила Алисия. — И знаешь, они предложили огромные деньги за твоё освобождение.

— Именно за освобождение? — удивился я.

— Ага, — ответила она. — Представь, как мы с Джоном удивились. Мы уже подумали, что не всё о тебе знаем, однако по-твоему лицу я вижу, что это их односторонняя инициатива. — И немного помолчав добавила: — Но это лишь значит, что они от тебя что-то хотят. В любом случае, мы им отказали сообщив, что ведём переговоры с Фолиантами. И знаешь, что они сделали? — Я отрицательно покачал головой. — Увеличили сумму вдвое!

— О каких суммах идёт речь?

— Четыре миллиарда в бриллиантах! — ответила она.

— В камнях? — удивился я. — Но почему?

По изменившемуся лицу Алисии я понял, она только что проговорилась. Я сообразил, что бриллианты для вампиров ценятся в разы выше. А это значит, что они используют их в других целях, нежели в безделушках украшениях! И тут меня осенило! Артефакт-наруч, который я так долго разбирал, был вампирским. В прошлом я долго ломал голову не понимая, как он был создан и какой метод был использован при его сборке, но теперь, видя оружие вампирских воинов, я стал понимать, что он по дизайну отдаленно похож на их оружие.

Разумеется, здесь мне не встречался наруч похожий на тот, что я прихватил под Кемерово. Однако его изгибы были похожи на те, что я видел на гардах рапир, прикладов арбалетов и древках копий.

И алмаз, встроенный в наруч, объяснял почему вампиры больше ценят камни нежели золото!

Следующие слова подтвердили мою догадку. Потому что я заметил, что Алисия мне соврала.

— Лорд Кеннеди питает слабость к этим побрякушкам.

Я сделал вид, что поверил, а сам только и думал над тем, как бы быстрее мне начать исследование этих кристаллов.

Тренировка после оговорки леди Милано продлилась недолго. И не потому что она была погружена в свои мысли. Нееет, мне показалось, что это она решила выбить посторонние мысли из моей головы. Скажу честно, если Милано будет сражаться против Ковалевской, то я ставлю на архимага. Ей даже магию не нужно будет применять, она и используя холодное оружие справится.

В итоге из спальни я выбрался только когда стемнело и время подходило к ужину. Пока спускался по длинной лестнице просто мечтал исцелить себя, но мне приходилось стойко терпеть боль в мышцах. Прошло семь дней, и я стал привыкать к боли, к тому же мне начало казаться, что я стал лучше ощущать кровь внутри себя.

Хотя возможно это было самовнушение.

— Алиса, — привлёк внимание девушки Кеннеди, которая что-то сосредоточенно читала, — почему ты решила научить его магии крови? Разве тебе одного урока не хватило?

Леди Милано не понравилось, что ей напомнили о её прошлой ошибке.

— Если ты говоришь о Джошуа, то я всё прекрасно помню, — ответила Алисия. — Тем не менее я считаю, что Тьеру в будущем понадобится умение управлять кровью.

— Но он не вампир! Рано или поздно это отразится на его разуме. — И вдруг у лорда Кеннеди расширились глаза. — Или ты специально учишь его, чтобы он шёл путём саморазрушения!

— Долго же до тебя доходило, Джон, — усмехнулась Милано. — Тьер очень упёртый. Если брать всех моих бывших учеников, которых приходилось иногда подпинывать, то этот не ноет, не жалуется, и молча выполняет всё, что я ему скажу.

— Прям всё как ты любишь, — подытожил Кеннеди. Он сделал глоток из бокала, пристально глядя на Милано. — Мне тут доложили, что Бегита нашли мертвым. Представляешь?

— Ооох, какой ужас, — взмахнула руками Алисия. — Какой чудесный мог бы стать муж.

— Ответь, если ты была не согласна с его кандидатурой, почему мне сразу не сказала? Ты ведь знала, что я строю в отношении него планы!

— Джон, скажи мне, а когда ты вообще учитывал моё мнение в вопросах, касающихся моего тела? — сердитым тоном произнесла Алисия. — Тебе напомнить со сколькими мне пришлось переспать по твоему приказу? Знаешь, у меня иногда создавалось впечатление, что тебе нравится такая форма власти надо мной. Подложить под другого мужчину, боясь быть со мной рядом.

— Что за дурацкая теория?!! — изобразив удивление ответил Кеннеди.

— Даа? Тогда может объяснишь мне, зачем ты убил Вашингтона? Ты ведь видел, что я любила его. — И горько усмехнувшись. — Признай уже, что ты любишь меня, но тебе не хватает духа признаться в этом. — Кеннеди отвёл взгляд, и Алисия продолжила. — Я так и думала.

В кабинете, в котором они сидели, повисла неловкая тишина. И если Кеннеди думал над словами подруги, то Алисия, высказав что у неё давно накипело, задумалась над вопросом: а правильно ли она поступает, обучая Ярара вампирской способности, превращающей целителя в сумасшедшего, который получает удовольствие от вида крови? Ведь управление кровью — сама по себе опасная способность, а Ярар сильно выбивался из той категории подопытных, на которых вампиры ставили свои эксперименты. И даже когда эксперимент посчитали неудачным, она всё равно попробовала обучить человека магии крови. И Джошуа был сильным стихийным магом воды, но, что встречалось очень редко, он был ещё и целителем.

И поначалу у неё всё получилось! Джошуа великолепно оперировал энергией крови, но прошло не больше десяти лет, как он стал потихоньку сходить с ума.

В начале Алисия не замечала изменений, но когда стали пропадать люди и след привёл к Джошуа, она содрогнулась от содеянного им. На потолке в подземелье висели сотни обескровленных тел. И когда её бывший ученик понял, что попался, он напал на Алисию, хотя она не проявляла никакой агрессии по отношению к нему. И если бы не вовремя подоспевший Кеннеди, Джошуа, только недавно перешедший в ранг младшего магистра, убил бы её.

И Алисия отдавала себе отчёт, кого собиралась сотворить. У них будет несколько лет, чтобы обойти Фолиантов, и даже если этого не произойдёт благодаря Ярару, то мальчик в любом случае сослужит службу начав буянить в Славянской империи. А чтобы его остановить понадобится много магов… сильный магов!

После ужина, где я сидел в одиночестве, отправился в библиотеку. Вчера на полке я увидел книгу в переплете очень похожем на тот, что был на книге «Исход». И, получив вчера разрешение, шёл взять её, чтобы почитать. Однако подходя к спальне заметил мнущуюся с ноги на ногу служанку.

— Ты что-то хотела? — спросил я.

— Госпожа Алиса отправила меня, чтобы напомнить Вам о нежелательных последствиях исцеления. А для того, чтобы тело могло восстановиться к завтрашнему утру, я должна сделать целебный массаж после того как Вы примете горячую ванную.

— И всё? — приподнял я бровь, подозревая, что девушка не просто так мнётся.

Она окинула меня озорным взглядом.

— Госпожа сказала, что Вы можете пожелать, чтобы я осталась у Вас до утра.

Аяна находилась в своей каюте, когда стала чувствовать приятную истому по всему телу. Её дыхание участилось, и она отчётливо понимала, что с ней происходит.

— Ну и кобелина же ты, Ярар, — сжав руки в кулаки и сжавшись в позу эмбриона, от Аяны стали раздаваться сладкие стоны.

Когда это прекратилось, Аяна очень сильно задумалась над тем, чтобы отомстить Ярару той же монетой. Однако, представив себя с другим мужчиной, она прогнала эти мысли прочь, решив, что при удачном случае как следует отметелит его.

Таверна близ города Пиндосия.

— Граф Мюнхгаузен? — вопросительно обратилась девушка.

— Да, — ответил вампир, окинув её скептичным взглядом.

— Мне велели передать, что Ваш заказ принят.

— Какие гарантии? — тут же спросил граф.

— Очень смешно, граф. Не мне Вам говорить, что в таком деле никаких гарантий никто не даёт. Однако за дело возьмётся лучший.

— У него уже есть подобный опыт? Всё-таки его цель не совсем обычный маг.

— Да, имеется, — ответила она, после чего взяв чек, протянутый графом, удалилась.

Город Хартворд.

Конспиративное помещение.

— Вы поняли условия? — спросил мужчина.

— Да, — ответил Патрокол. — ОН, — показывая пальцем на верх, — знает об этом?

— Разумеется, Патрокол. Всё согласовано. И ОН знал, что у тебя могут возникнуть сомнения. Поэтому тебе прислали вот это, — протягивая платок, в который был завёрнут какой-то предмет, сказал мужчина.

Патрокол кивнул, однако, когда он развернул платок, его глаза увеличились в размере. У сидящего напротив мужчины даже появилась мысль, что Патрокол сейчас перекинется в волка. И он непроизвольно положил руку на гарду клинка.

— Он не смел ТАК поступать со мной! — прорычал Патрокол и ударил кулаком об стол.

— За всё нужно платить, — ответил мужчина. — Мы дали тебе силу. Уж не думал ли ты, что отработал свой долг в полном объёме?

Несколько минут они сидели, сверля друг друга взглядом. И Патроклу стоило больших усилий, чтобы взять дублон и спокойно покинуть помещение.

— Как тебя зовут? — спросил я у девушки, с которой провёл потрясающую ночь.

— Господин, меня зовут Мишель. Однако я должна Вас предупредить, что больше к Вам не приду.

Меня немного уколи её слова.

— Тебе не понравилось? Я сделал что-то не так?

Было видно, что она не сразу поняла, почему я задал эти вопросы.

— Что Вы, господин. Вы, если так можно сказать, были великолепны. Однако я и моя семья долгое время служили Кеннеди, и Вы были моим последним заданием. На днях я стану вампиром и несколько месяцев буду учиться заново жить. Если хотите узнать больше, спросите леди Милано.

— А, ты так хочешь стать вампиром? — спросил я.

— Конечно же, — ответила она, не понимая почему я задал вопрос печальным голосом. — Это великая честь! К тому же я стану птенцом леди Милано! С такой наставницей я уверена, что смогу дожить до того момента, когда мои пра-правнуки родятся чистокровными!

Я кивнул и быстро одевшись покинул комнату.

Зайдя в столовую, я заметил, как расширились ноздри у обоих архимагов, и на их лицах на мгновение появилась тень улыбки.

— Как прошла твоя ночь? — спросила Алисия.

— Думаю, ты и так знаешь, — ответил я. — Но я благодарен тебе, девушка скрасила мой досуг и постаралась на славу.

— Ооо, поверь, мне не пришлось долго уговаривать. Ты, наверное, заметил, что в тренировочном зале всегда кто-то находится, при этом делает вид, что убирается там, где можно легко увидеть своё отражение.

— И чем я вызвал такой интерес у женского пола?

Кеннеди усмехнулся, слушая наш разговор.

— Ярар, — начала объяснять Алисия, — ты сидишь за одним столом со старейшиной, входящим в Совет Майя! Я же тебе уже объясняла про культуру вампиров. Обычные люди нас почитают!

Я кивнул, начав понимать к чему она ведёт.

— То есть со мной желают спать только из-за вас? — посмотрел я на архимагов. — Знаете, эти слова сильно бьют по моему самолюбию!

Когда тренировка подходила к концу, я слушал монотонное бурчание Алисии, стараясь создать кровяной шарик на своей руке.

— Наконец-то! — воскликнула Алисия. Открыв глаза, я увидел, что над ладонью парит красный шарик, не больше сантиметра в диаметре. Заметив на моём лице улыбку, она продолжила: — Хоть у нас и осталось мало времени, но только теперь начнутся настоящие тренировки! — и от улыбки вампирессы мне стало жутко.

Когда дверь в капитанскую рубку открылась, леди Тьер увидела Зеса и Анри.

— Госпожа, — обратился граф, после чего оба вассала её сына поклонились, — регент просит Вас подойти к нему.

— По какому вопросу? — тут же спросила Эмери.

— По нашим расчётам, завтра мы окажемся над землями Майя. И регент хочет обсудить план, прежде чем мы пойдём с ним к императору.

Эмери кивнула. Каково же было её удивление, когда Александр V лично прибыл к замку Тьер. Благо это было настолько неожиданно что старейшины не успели нормально отреагировать на его появление. Ведь те наверняка припомнили бы ему смерть Талия. И хоть было видно, что император изменил своё мнение в отношении Тьер, её мужа это не вернёт.

Воспоминания о муже больно кольнули в груди. Она посмотрела на графа Фисто и ей стало стыдно за то, что соблазнила его. И эта мысль часто посещала её. Но Талий мёртв! А она всё-таки женщина, которой тоже требуется любовь и ласка. И будь у Эмери возможность вернуться в прошлое, она поступила бы точно также.

И даже сейчас она видела, что граф раздевает её взглядом. И ей нравилось это! Ей нравилось, что им приходится скрываться! Ей нравилось чувствовать себя маленькой девочкой рядом с ним. И хоть больше они не были в постели, хотяяяя и в первый раз они расположись на рабочем столе, но она чувствовала, что оба хотели повторения того, что произошло тогда.

Эмери открыла дверь, ведущую наружу, перелетела к дирижаблю, в котором летел Серек.

— Ты звал меня? — спросила Эмери.

— Да, — ответил он, перебирая карты. — Ты думала над тем, зачем император летит с нами? Ведь его присутствие делает наш поход официальным началом военных действий.

— А что он сам говорит на этот счёт? — спросила Эмери, уходя от вопроса Серека. Ведь ей было стыдно признаться в том, что она не думала зачем император здесь. И наоборот, она была рада тому, что архимаг с ними. По крайней мере она считала, что с ним будет куда легче вызволить её сына из плена.

— Он не ответил мне на этот вопрос, сказав, что ждёт от нас плана. Но, хоть убей, я не представляю, как использовать императора в наших планах. Однако Макаров предложил поступить также, как поступили вампиры, напавшие на его берег.

— О чём ты? — спросила Эмери.

— Мы повесим флаг с «Весёлым Роджером»! — усмехнувшись сказал Серек.

— Это, — удивлённо произнесла Эмери, — сумасшедшая идея!

— Ты не права! — возразил Серек. — Она гениальная! Я уже послал сообщение на императорский дирижабль и, если ты выглянешь в окно, то увидишь, как люди зарисовывают императорский герб. — И впрямь, когда Эмери выглянула в иллюминатор, увидела людей, обвязанных канатами и интенсивно машущих кисточками.

— То есть император уже знает, что мы собираемся всё обставить будто мы пираты? — И не дав Сереку ответить: — Да никто в жизни не поверит в это. Уже во всём мире знают, что дирижабли строим только мы.

— Эмери, также, как и все в мире знают, что вампиры живут в Инкской империи и у Майя. Для всех это будет уроком, что мы можем ответить той же монетой. И, я думаю, Александр V именно поэтому полетел с нами.

Немного подумав, Эмери кивнула.

— Серек, а ты не думал, как император оказался так быстро в землях Тьер? Даже если предположить, что сообщение Аяны они каким-то образом смогли быстро расшифровать, то они бы всё равно не успели.

Серек нахмурившись стал отвечать.

— Когда мы приземлились на отдых, Макаров мне шепнул, что Торговая гильдия вышла на него и сообщила где находится Ярар. И я думаю, что императору информацию о местонахождении Ярара передали они.

— Но почему они не сообщили об этом нам?

— Не знаю. Могу предположить, что им что-то нужно было от Александра V. Или, — подумав сказал Серек, — император попросил Торговую гильдию подержать информацию некоторое время при себе. В любом случае, меня радует, что он летит с нами.

— А что сказал Святозар на этот счёт? — спросила Эмери, помня, как разорался старейшина, узнав, что император летит с ними.

— Сидит в своей каюте и носа не кажет. Совсем головой думать не хочет. Я старался ему объяснить, что никто ему смерть Талия не простит, но сейчас отказываться от помощи архимага, когда жизнь Ярара находится под угрозой, глупость.

— Я тоже пришла к такому выводу. Однако мне всё равно непонятно, что двигает Александром V. Ведь это просто не вяжется с его характером, — задумчиво сказала Эмери.

— А что говорит Анри? — спросил Серек. — Вы обсуждали с ним эту тему?

— Нет, — ответила Эмери, заметив, как блеснули глаза Серека. На миг она подумала, что он знает!

— Жаль, что мы не умеем читать мысли, как покойная баронесса Фец. Только представь какие тайны мы смогли бы выведать в головах остальных.

Эмери облегченно вздохнула, поняв, что Серек ничего про неё и графа не знает.

— Насколько я поняла, завтра нас ждут на доклад к императору? — спросила Эмери.

— Да, — ответил Серек, — нужно будет найти место, чтобы приземлиться, и когда согласуем план, взлетим на высоту, на которую простые воздушные суда не смогут подняться, и пока не долетим до замка Кеннеди, будем находиться вне зоны видимости для остальных.

Глава 20.

Граф Мюнхгаузен жестом руки указал зону посадки, после чего три шлюпа пошли на снижение.

— Господин, — обратился к графу воин, на плечах которого были погоны сотника. — Все готовы, осталось дождаться сигнала и можно начинать!

— Замечательно, — с хищным оскалом произнёс Мюнхгаузен.

Была глубокая ночь и время как раз подходило к ведьминому часу (с 03:00 до 04:00)

Ещё с вечера Ярар начал ощущать, что грядет что-то плохое, но он не мог понять что! Откуда ждать опасности? Что должно произойти?

В начале он подумал, что Алисия собирается устроить какую-то внеочередную тренировку, но за ужином лорд Кеннеди ему сообщил, что архимагесса уехала по делам рода и вернётся только через пару дней. Так что пока её не будет, он собирался сам провести пару занятий.

Вернувшись в спальню, я обратил внимание на открытое нараспашку окно. И сразу же активировал *зрение* после чего меня окутал магический щит, а в руке уже лежал ледяной клинок.

— Это так ты встречаешь героиню, что прошла пол мира, чтобы спасти своего принца из плена, — услышал я знакомый женский голос.

— Аяна? — с сомнением спросил я.

— А ты ждал увидеть кого-то другого? — спросила она, выйдя из тени. Я дезактивировал заклинания, и подбежал к ней.

— Как же я рад тебя видеть! — сказал я, обнимая её.

И надо же было в этот момент произойти следующим событиям. В мою дверь кто-то постучался и повернув голову я увидел, что на пороге в коротеньком халатике стоит девушка, работающая служанкой в роду Кеннеди.

— Ой, — раздался звонкий голосок, — простите, мне не сообщили, что сегодня Вы уже заняты, — после чего она быстро захлопнула дверь.

Я почувствовал, как Аяна рядом со мной сильно напряглась. Её спина, на которой лежали мои руки, стала словно каменной.

— Это значит так нынче содержат пленников? — со злостью прошипела она.

Я не знал, что ответить. Оправдываться не имело смысла. И я отчётливо чувствовал свою вину. Однако Аяна не дала мне возможности ничего сказать.

— Я значит, всё это время толком не спала, переживала за тебя, искала тебя как наивная дурочка, полагая, что ты всё это время страдаешь! Я пересекла океан! Была близка к гибели от рук Патрокла! Прилетела из Инкской империи к берегам Майя! Нашла тебя в конце концов! А ты и в ус не дуешь, проводя вечера с девками!

— Аяна, я…

— Замолчи! — сильно ударив под дых воскликнула она. Я заметил, как на её глазах появились слёзы. — Ты ведь даже не догадываешься, что значит двусторонняя связь!

В последних словах я почувствовал обиду, но я и впрямь не понимал, что она имеет ввиду. По началу у меня была мысль всё отрицать и делать вид, что я понимаю почему ко мне пришла служанка. Однако отбросил эту идею, потому что решил, что врать Аяне будет неправильно. К тому же она могла почувствовать, что я лгу.

— Прости, я не знал…

— Не знал чего, Ярар! — обиженно воскликнула она. — Что я буду тебя искать? Что сюда скоро прилетит целый флот? Или что я буду чувствовать твои ощущения, когда ты тр@@@шься со служанками???

Я знал, что нужно делать. Сейчас помириться с Аяной можно было только одним способом. Поэтому я подошёл к ней и постарался снова её обнять. Аяна хотела от меня отстраниться, но я с силой прижал её к себе и, когда она со злостью посмотрела на меня, поцеловал её.

Не сразу, но она всё-таки ответила на поцелуй. Внутри я стал чувствовать разгорающийся огонь. Положив Аяну на кровать, я стал снимать с неё одежду. И когда на ней остались только трусики, я завис, наслаждаясь видом девушки, чьё тело освещал яркий спутник Теллуса.

В этот момент моя связь с Аяной словно вышла на другой уровень. Мне стало казаться, что я слышу её мысли. И когда последняя часть гардероба девушки улетала к остальным вещам, я почувствовал её страх. Тот самый, который нам мешал до этого перейти эту грань.

— Мне остановиться? — участливо спросил я. Хотя сам очень хотел продолжения.

Я заметил, как на лице обнажённой девушки появились сомнения, но прошло не больше пары секунд, и она, отрицательно покачав головой, притянула меня к себе.

Глубокой ночью я проснулся из-за раздающихся с улицы криков. Моя спальня находилась довольно-таки высоко, и я не мог разобрать слов. Аяна, спавшая на моём плече, так и не проснулась. Наверное, сказывалась накопившаяся за прошедшие недели усталость.

После пары безуспешных попыток разбудить Аяну, я активировал целительскую энергию, взбодрив её.

— Ярар? — с непониманием в голосе, спросила Аяна. — Что случилось? — И как раз в эту секунду, с улицы раздался сильный взрыв. Аяна резко подскочила с кровати, однако, заметив мой взгляд, она поняла, что из одежды на ней ничего нет. — Отвернись!

— Ты сейчас серьёзно? — с удивлением спросил я, всё-таки после произошедшего я не думал, что она будет меня стесняться. Не обращая внимание, что я тоже был голый, поднялся с кровати и приступил к поискам своей одежды.

Боковым зрением я заметил, как Аяна поджала губы.

— Мы ещё поговорим с тобой насчёт НАС. — И чуть повысив голос добавила: — И я тебя ещё не простила!

Мне так и хотелось сделать жест «рука-лицо». Напрашивался вопрос: где логика⁈ Однако от дальнейших размышлений меня отвлёк крик, донесшийся из коридора.

— Лорд Кеннеди МЁРТВ! — как гром среди ясного неба, пронеслись эти слова.

— Ярар, что происходит? — спросила Аяна.

— Не знаю, — ответил я. — Но Кеннеди был архимагом! Если его убили, то нам лучше не попадаться тому, кто это совершил.

Сказав это, я потянулся за своей рубашкой, которую обнаружил на столе, что стоял ближе всего к распахнутому окну, и замер…

— Что случилось? — спросила Аяна, почувствовав моё напряжение.

— Аконит! — сказал я, указывая рукой на цветок, что лежал на рубашке.

Аяна сразу же оказалась рядом и, прежде чем взять цветок, активировала магическое зрение, осветив комнату алым светом, а после принюхалась к цветку.

— Не отравлен, — сообщила она. И сразу спросила. — Ты же не думаешь, что он был здесь? — однако, прочитав на моём лице, именно эти мысли: — Но почему он не напал?

У меня было много вопросов, но учитывая происходящее, я подумал, что буду разбираться с этим потом. С улицы стал слышен звон стали. И выглянув в окно я увидел, что воины Кеннеди ведут с кем-то сражение.

Когда я схватил рубашку, услышал, что что-то упало на каменный пол. Посмотрев вниз я увидел золотой кругляш, и подняв его понял, что держу в руках не совсем обычный дублон. На одной стороне, как и положено, было изображение орла, а на второй был изображен рассвет внутри змеи, которая кусала свой хвост.

— Вторая жизнь! — с удивлением произнесла Аяна.

— Ты знаешь, что это такое? Видела раньше? — спросил я, крутя монету в руках.

— Только слышала. — И задумчивым голосом добавила: — Эта монета — послание. Думаю, Патрокол даровал тебе вторую жизнь.

Мне сильно не понравилось, как выразилась Аяна. Всё-таки я считал, что сам распоряжаюсь своей судьбой. По крайней мере, я делал всё, чтобы именно так и было. А тут какой-то оборотень, словно уже победил меня и сообщил мне, что ОН пощадил меня.

Когда мы выбежали на улицу, башня, в которой располагалась спальня Кеннеди, полыхала огнём. И вопрос кто на нас напал, отпал сразу, когда я увидел спокойно идущего к нам графа Мюнхгаузена.

— Ярар Де Тьер, сдавайся, — сказал он, — и тогда твоя девчонка останется живой.

Не став ему хоть что-то отвечать, я активировал щит, закрывая себя и Аяну.

— Колья — иглы, — произнёс я, накачивая по максимуму энергии в свои заклинания. Но, когда они полетели в сторону графа, на их пути появилась огромная огненная стена.

— Ты серьёзно решил, что меня можно достать такой атакой? — усмехнулся он. В его руке появился огненный меч голубого цвета, по бокам которого стали мелькать небольшие молнии, и он бросился в атаку.

Его клинок ударил о щит, но никакого урона нам не причинил. На его лице отразилось удивление.

— А ты не так прост… впрочем, иначе бы тебя не хотел увидеть лорд Фолиант.

Он стал что-то шептать, и я увидел, что вокруг нас появились множество огненный копий, а от земли под нами, стал исходить жар.

— Meteoritnie dozhd, — сказала вампир, после чего указал рукой в нашем направлении.

Его атака ни на секунду не прекращалась. В щит постоянно молотили огневые заклинания, и щит начал покрываться трещинами. Даже увеличение энергии не принесло больших результатов. Потому что стоило трещинам исчезнуть, как Мюнхгаузен увеличил интенсивность атаки.

— Ярар, что будем делать? — крепко сжимая стальной клинок в руке спросила Аяна.

Если бы я был один, я сократил бы дистанцию и попытался достать графа ледяным клинком. Однако со мной была Аяна, которая, мягко говоря, против магистра только мешала. Оставить её без моего щита, всё равно что убить.

Наверное, Аяна почувствовала о чём я думаю. Потому что следующие действия иначе как прощание я интерпретировать не мог.

Она впилась своими губами в мои и проведя ладонью по щеке хотела что-то сказать.

— Совсем с ума сошла? — не дал я ей что-либо сказать. — Погеройствовать решила? — И сделав короткую паузу: — Ты сказала, что родные летят сюда. Когда они должны прибыть?

— В последнем сообщении, что я получила из филиала Торговой гильдии, говорилось, что они в трёх днях пути. И если не считать сегодня, то к вечеру они были бы здесь.

От щита был слышен предательский скрежет, оповещающий что защищать ему осталось недолго. А температура под куполом становилась просто невыносимой. Только благодаря постоянной подпитке себя и Аяны целительской энергией мы ещё были в сознании.

Все попытки обезвредить вампира заклинаем исцеления не увенчались успехом. Он словно чувствовал когда, а главное куда я пущу заклинание. И обладая высокой скорости и реакции он быстро перемещался в безопасное место. При этом он снисходительно неотрывно смотрел мне в глаза, как бы говоря, это тебе не поможет.

Против магистра мне было ещё очень рано выступать.

— Граф, — усилив голос магией, чтобы он услышал, обратился я, — Ваше предложение ещё в силе? Вы оставите жизнь моей подруге, если я добровольно сдамся и проследую к лорду Фолианту с Вами?

Грохот о мой щит прекратился, и я смог нормально посмотреть на графа, который буквально закидал нас своими заклинаниями.

— У меня приказ взять Вас живым. Что касается остальных, то у меня нет никакого желания отправлять кого-то в Стихию.

Я кивнул, и подняв руку, чтобы дезактивировать щит, почувствовал сопротивление на руке.

— Ярар, ты что творишь? — прошипела Аяна.

— Мы проиграли! — ответил я. — У меня больше нет идей, чтобы мы оба выжили.

По нашей связи я почувствовал, что она собирается мне помешать, но я не собирался тратить время, за которое граф может потерять терпение и передумать.

— Прости, Аяна, — сказал я, аккуратно положив девушку на пол.

«Уверен, когда она проснётся, она будет очень злиться», — подумал я. Дезактивировав щит, я поднял руки, прокричал:

— Я сдаюсь.

В начале я не понял, что происходит. Граф стал двигаться словно марионетка. Его ноги и руки стали выгибаться в неестественных позах.

— Алиса! — прокричал он. — Пощади!

Проследив за направлением глаз, куда смотрел граф, я повернулся себе за спину. Там находилась леди Милано, которая плавными, словно танцующими движениями плела магические узоры, красные линии которых даже без *зрения* были мне видны. И хоть она двигалась очень красиво, её лицо было перекошено от злости и глаза налились кровью.

Когда от графа стали слышны хрипы, Алисия, не обращая на меня внимания, прошла мимо меня, направляясь к Мюнхгаузену.

— Как такое ничтожество, как ты, смогло убить лорда Кеннеди?

— Я не убивал его. Это не Я! — облегченно прохрипел граф думая, что это ему поможет выжить.

— КТООО? — воскликнула Алисия.

— Его называют Аконитовый убийца, — прохрипел Мюнхгаузен. — Это он убил Кеннеди.

— Ты врёшь, он никак не мог незаметно приблизиться к Джону.

— Он притворился тобой! — харкая кровью ответил граф. — Пощади, Алисия. Я всего лишь выполнял приказ!

«Всшух» — и воздушный клинок отделил голову Мюнхгаузена от его туловища.

Стоило вражескому предводителю погибнуть, как оставшиеся противники начали беспорядочно отступать.

Тем временем Алисия прошла мимо меня и поднявшись в воздух полетела к пылающей части замка. Над башней, где была спальня Кеннеди, появился купол. И огонь стал очень быстро тухнуть. После этого архимагесса скрылась в проломе. Не прошло и минуты, как она появилась вновь, неся на руках обугленные останки.

Огромная флотилия дирижаблей приближалась к месту, где должен был находиться замок Кеннеди. И какое же было встревоженное выражение лица у Эмери, когда она увидела огромный столб дыма, исходящий от приближающегося замка.

— Эмери, — обратился к ней Серек, — ты куда?

— А разве это не очевидно? — вопросом на вопрос ответила она.

— Я прошу тебя, подожди всех. Не стоит… — но не успел Серек договорить, как он с удивлением уставился в иллюминатор. Туда, где чуть впереди летел дирижабль императора. И когда Эмери посмотрела в том направлении, она увидела, что кто-то, испуская огонь из-под ног, полетел в сторону дымящегося замка.

Эмери, больше никого не слушая, открыла дверь и выпрыгнула наружу, быстро нагоняя Александра V.

Когда она догнала императора, тот одобрительно кивнул, и чуть ускорился.

Им понадобилось не больше десяти минут, чтобы оказаться внутри крепостной стены, где вокруг них сразу же появились воины, большинство из которых были перевязаны окровавленными бинтами. Однако стоило ей оглядеться, как она увидела палатку, из которой исходило до боли знакомое изумрудное свечение.

— Кто вы такие? — спросил воин, что вышел чуть-чуть вперед.

Когда прилетела Эмери в компании с императором, я находился во временной операционной, в которой исцелял раненных воинов. На шум вышла Алисия вместе с Аяной, которые сообщили мне о том, что за мной прилетели.

Мама лишь на минуту зашла в палатку и, видя, что я занят, поздоровалась со мной, после чего сразу вышла. Откровенно говоря, я сильно устал, исцеляя воинов. Ведь вампиров нельзя было лечить с помощью заклинания исцеления, которое сразу же отправило бы раненного к праотцам, поэтому приходилось по старинке, с помощью целительской энергии лечить их.

Закончив я увидел, как вокруг крепости стали приземляться дирижабли. К тому времени мне удалось поговорить с матерью, рядом с которой словно тень ходил император. Кстати, он почему-то пожелал остаться инкогнито.

Алисия после гибели Кеннеди почти ни с кем не разговаривала, хотя, судя по взгляду выживших в ночной атаке, все ждали от неё, что она примет командование. Также в замок начали прибывать многочисленные родственники Кеннеди, которые требовали от неё отчёт о произошедшем. Но Алисия или игнорировала их вопросы, или отправляла в полёт с помощью воздушной стихии. Ни одного мага сильнее старшего мастера среди родни Кеннеди я не увидел.

Такое отношение представителям рода Кеннеди сильно не нравилось, но Алисия словно ничего этого не замечала. При взгляде на архимагессу казалось, что передо мной снова пожилая женщина, которую я встретил в Инкской империи в доме дистрикта.

Когда её буквально зажали родные Кеннеди, она поднялась в воздух и, усилив голос магией, ответила.

— Я, Алисия Ля Милано, клялась в верности лорду Джону Фицджеральду Кеннеди и свою клятву хранила почти восемьсот лет. Никто из вас не смеет мне говорить, как и, главное, что я должна делать! — с непроницаемым лицом начала говорить она. — Глава рода Фолиант отправил убийцу к вашему лорду, который убил его.

— Это бред! — прошипела женщина. — Джон был архимагом. К нему было невозможно приблизиться без его ведома.

— Тем не менее, это так. И впредь не перебивай меня Джессика. Ты хоть и была его первой женой, но я тебе ничем не обязана.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил мужчина, очень похожий на погибшего лорда Кеннеди.

— Патрик, — обратилась к нему Милано, — теперь ты глава рода. По старшинству, по силе и по воле отца. Однако я не стану присягать тебе.

— Это мятеж! — прошипел Патрик. — Ты знаешь, что тебя ждёт за это?

— Ты слаб! — холодно ответила Алисия. — Тебе уже четыреста лет, а ты до сих пор топчешься в ранге старшего мастера! Я не собираюсь служить тебе. Стань сильным, и мы вернёмся к этому вопросу.

— Ты понимаешь, что без тебя и отца нам не выжить? — спросил Патрик.

— Это не мои проблемы! — ответила Алисия. — Лорд Кеннеди ещё триста лет назад отпустил меня. Но я осталась! Думаю, никому не надо объяснять ПОЧЕМУ⁇! — Обвела она всех взглядом. Многие опустили глаза, в особенности женщины. Скорее всего ни для кого не было секретом, что Алисия Милано любила лорда Кеннеди, и только это удерживало её от того, чтобы покинуть род.

— Алисия, я предлагаю тебе войти в род Кеннеди, — вдруг произнёс Патрик.

— На правах твоей жены? — вероятно поняв к чему ведёт старший сын Кеннеди, спросила Алисия. Он кивнул. — Патрик, в память о твоём отце я приду к тебе на помощь, если ты попросишь, однако больше никогда в жизни не предлагай мне этого. И, чтобы вы не подумали, что я предала ваш род, после похорон я отправлюсь мстить за смерть лорда Кеннеди.

— Это же самоубийство! — попытался возразить Патрик.

— Так велит моя совесть, — сказала Алисия, после чего поднялся вихрь, который унёс Алисию от гомонящей толпы

Ближе к вечеру мы собрались для того, чтобы обсудить дальнейшие планы. Я уже знал, что инициатором этого совещания был император. Но поскольку он решил остаться инкогнито, нося плащ с капюшоном, за него говорил Макаров.

— Спасибо, что все здесь собрались, — произнёс Макаров, обращаясь к Алисии, Патрику. — Думаю, вы задаётесь вопросом для чего мы вас пригласили, — окинул он остальных людей.

А компания и впрямь собралась очень большая. Здесь были Серек, Святозар, Эмери, Анри, Зес, Самуил, император, скрывающийся под капюшоном, и Орлов.

— Разумеется, мы догадываемся для чего, — ответил Парик. Хоть сын не жил вместе с отцом, но тот хорошо ориентировался в его делах. И ещё до наступления темноты он принял присягу у своих воинов и остальных членов рода. Из того, что я успел узнать, он разослал всем членам Совета майя информацию о том, что отныне он глава рода Кеннеди. Однако пока его полномочия в Совете никто не признал.

По идее он должен был вначале отомстить за смерть отца. Ведь в письмах он ясно давал понять кого винит в этом. Однако со смертью Кеннеди баланс сил сместился ещё больше в сторону Фолианта, а это значит, что другие не станут лезть в разборки между двумя родами.

К тому же Кеннеди теперь, откровенно говоря, слабы. И шансов на победу против Фолиантов у них было мало.

— Тогда я не буду ходить вокруг да около. Завтра с рассветом мы полетим в сторону земель Фолиантов, где собираемся дать понять, что не потерпим столь вероломных провокаций в землях Славянской империи.

— О чём вы говорите? — сузив глаза спросила Алисия.

— Не так давно лорд Фолиант организовал нападение на мои земли. Для этого он отрядил своих воинов, а также двух магистров воды.

— У вас есть доказательства его вины? — вновь задала вопрос Алисия.

— Показания пленных, и тела убитых мной магистров опознаны. Я знаю, что они были вассалами лорда Фолианта.

— То есть вы объявляете войну Совету Майя? — подобрался Патрик.

— Нет, — ответил Макаров. — Именно поэтому я отдал приказ, поднять флаг «Весёлого Роджера». Если один из ваших лордов решил ввести свои правила игры, то мы их примем. Однако никто не говорил, что эту партию можно играть в одни ворота.

— Это немыслимо, — сказала Алисия. — Александр V обязан будет судить вас!

— Знаете, — скривился Макаров, — Это ведь не мы напали первыми. Не мы похищаем детей. — И сделав короткую пазу, продолжил: — Это всё делают разумные с ваших континентов. Мы пришли сюда, чтобы дать понять, что этого не потерпим.

Орлов поднялся со своего места.

— И раз вы вспомнили про императора, то я думаю он будет рад узнать, что убийцы его друга Меньшикова ушли в Стихию.

В шатре на некоторое время повисла гнетущая тишина.

— Патрик, — обратилась Алисия, — это наш шанс нанести ответный удар. Я считаю, что нам следует объединиться.

— Леди Милано, — воскликнул Патрик, — Ты хоть представляешь, что скажут в Совете? Они ведь объявят нас врагами вампирской расы.

— Скажешь всем, что нанял наёмников в Славянской империи. И хоть никто не поверит, но так ты выставишь всё в таком свете, что это ты отомстил за смерть отца, а не то, что ты присоединился к врагам, чтобы убить одного из членов Совета. — После этого она перевела взгляд на Макарова, который, немного подумав и получив незаметный знак одобрения от императора, ответил.

— Думаю, что такой вариант нам подходит больше. И если лорд Кеннеди, — посмотрел Макаров на Патрика, — согласен, я отдам приказал снять «Веселого Роджера» и повесить знамена Вашего рода.

Патрик усмехнулся.

— Всё это хорошо звучит. Однако ничего не делается просто так. Этими действиями вы спасаете меня от позора. Но что потребуете взамен?

— Думаю мы найдём то, чем Вы нам сможете отплатить, — сказал Макаров посмотрев на Патрика.

Когда все начали расходиться, я услышал голос императора.

— Ярар, останься. — На эту просьбу сразу среагировали Эмери и Серек. — Один, — дополнил Александр V.

Я посмотрел на маму, потом перевёл взгляд на Серека.

— Мы подождём тебя снаружи, — сказала мама, после чего вышла из шатра.

— Ваше величество? — вопросительной интонацией произнёс я.

— Ты ведь уже догадался у кого был такой же дар? — внезапно спросил он. Я, если честно, никак не ожидал, что разговор пойдёт на эту тему.

— У меня есть предположения, — ответил я.

— Осирис, Зевс, Будда, Иегова, Кришна, это те, кого помнит история, и те, кто смог прославиться. Маги, обладающие невероятными способностями.

— Откуда Вы это знаете?

— Неужели ты мог решить, что твоя способность омолаживать людей будет никому неинтересна? — Не давая мне времени ответить, он продолжил. — К сожалению, даже у церкви осталось очень мало информации, чтобы понять где правда, а где вымысел. Из легенд мы знаем, что Осирис смог вернуть к жизни свою возлюбленную из мира Анубиса. И это первое свидетельство о том, что энергия раньше разделялась на светлую и темную.

— Вы хотите сказать, что боги Египта и впрямь существовали, и что Анубис — это маг, умевший оперировать темной энергией, а Осирис — светлой?

— Да. Также как легенда о том, что Будда обладал огромной физической силой и мог также, как и ты, омолаживать людей. К сожалению, после победы Халифата почти всё, что с ним было связано, сгорело. И историю о нём мы смогли почерпнуть в более поздних книгах, которым большой веры нет. Так и Иегова, мог исцелять смертельные болезни, типа проказы, при этом из его рук исходил изумрудный свет. Кришна и Зевс могли возвращать мертвых к жизни.

Немного подумав я спросил.

— Зачем Вы всё это мне говорите?

— А ты разве не понимаешь? — посмотрев мне в глаза, спросил Александр V.

— Я опасен для престола! — через некоторое время ответил я.

— Правильно. Наверное, ты задаешься вопросом почему я не отдал приказ избавиться от тебя? — спросил он, и я почувствовал, как температура в шатре стала повышаться. Однако я не боялся. Я видел, что это показуха, чтобы припугнуть меня. Император сердился, но не на меня, а на что-то другое. В итоге я отрицательно покачал головой. — Я отвечу тебе предельно честно. Во-первых, я не воюю с детьми. Во-вторых, я подписал магический договор, по которому я не могу навредить роду Тьер. И в-третьих, в будущем ты можешь мне быть очень полезен.

— Честность за честность, государь, — произнёс я. — Вы виноваты в смерти моего отца. Я не знаю, что Вами двигало, однако я отчётливо помню тот день. И я не прощу Вас! И, знаете, я хочу сказать ещё кое-что. Я увидел силу Макарова… Я видел, как сражался в последнем бою Меньшиков. Как и видел на что способны архимаги вампиров. Вы, император, могли один переломить ход войны. Но Вы и Меньшиков медлили. Прошедшая гражданская война, по неведомой мне причине, Вам была выгодна. Но, хоть убейте, я не понимаю для чего.

Император скривился, однако отрицать услышанное не стал.

— Я не стану отвечать на подобное, — грозно сказал он. — И сделаю вид, что не слышал этих слов. Я не собираюсь исповедоваться в грехах. Всё, что я делал и делаю служит на благо страны и рода. Ты же смотришь только со стороны своего рода. Не знаю легче тебе будет или наоборот, но мне жаль, что так получилось. — Император замолк, внимательно следя за моим лицом. Однако поняв, что я ему ни на грамм не поверил, произнёс. — Мы отошли от темы, зачем я попросил тебя остаться.

— Зачем Вы здесь? — спросил я, когда император, сказав последние слова, почти минуту молчал.

— Твой дар, да и ты сам, очень вовремя появился на политической доске. И как я говорил, скажу прямо, я рад, что ты родился в Славянской империи. Ведь будь иначе, я бы всеми силами искал подходы, чтобы переманить тебя на свою сторону или любыми способами постарался захватить тебя и использовать твой дар на благо своей страны. ЭТО же постарались сделать вампиры. ЭТО хотели провернуть вольные бароны, гномы и, в каком-то роде, эльфы. Пойми, Ярар, маги, имеющие боевой опыт прошлой большой войны, это важный ресурс! И мои аналитики считают, что Осирис, Кришна и Зевс, скорее всего, смогли развить свой дар больше, чем те же Будда и Иегова. Только представь, если ты сможешь вернуть к жизни героев прошлых столетий!

Половину слов императора я пропускал мимо ушей. Ведь было очевидно, что он меня агитирует на возвышенные цели. Долой старые обиды, зате м мы НАШ, мы новый мир построим! Скорее всего, аналитики, про которых упоминал император, помимо того, что искали информацию касательно моего дара, ещё и изучали мой характер. И, скорее всего, не будь у меня воспоминаний о прошлой жизни, я бы клюнул на слова императора.

Я уже перестал терять нить разговора, когда император выдал.

— А ведь тогда ты бы смог вернуть к жизни своего отца, и мы смогли бы забыть этот несчастный инцидент.

— Что простите? — холодным тоном спросил я.

— Эээ, ааа? — не понял он почему я так холодно отнёсся к его словам. — Я говорю…

— Вы назвали смерть Талия несчастным инцидентом? — повышая тон, спросил я. Меня просто распирали эмоции, и в этот момент я почувствовал, что меня кто-то старается успокоить. Гадать не имело смысла, моя связь с Аяной сейчас здорово меня выручила. — Простите, Ваше величество, боюсь, что сегодня для меня произошло слишком много событий, и сейчас я не могу воспринять Ваши слова, как подобает. Поэтому, прошу прощения, мне нужно на свежий воздух.

На его лице появилась доброжелательная улыбка, и он кивком дал понять, что отпускает меня.

Глава 21.

Букингемский дворец.

— Это возмутительно! — прошипел Карл.

— Что случилось? — услышав, как ругается муж, в кабинет зашла Долорес Де Валишь.

За прошедший год она ни разу не пожалела, что, убив Викторию, она приняла её облик и заняла место подле принца. При всём при том, что Карл был её руководителем, ведь с неё никто не снимал обязанностей, он был очень нежен с ней. Для неё было непривычно, что во время работы он может накричать на неё, однако стоило рабочему дню закончиться, как он становился очень заботливым и внимательным мужем.

Поначалу Долорес было сложно привыкнуть к такому. И она сторонилась Карла, по вечерам делая вид, что она обижена. Но принц словно этого не замечал. Он ей прямо сказал, что она должна научиться разделять работу и личное. И как бы сложно это не было, ТАК нужно для дела. С утра они просыпаются соратниками, а вечером они муж и жена. И женские ухищрения, подобно обидам, на него не подействуют.

Конечно Долорес старалась опутать Карла «своей паутиной». Все её уловки, хитрости, приемы и ухищрения вызывали у Карла только улыбку. Однако, когда Долорес добивалась успехов в делах, он одаривал её. Хвалил и мог подхватить её на руки и, не стесняясь прислугу, утащить Долорес в спальню.

Из этого Долорес пришла к двум выводам. Первый — если она хочет, чтобы её муж был доволен ей, она должна хорошо работать. Второй — Карл сам ведёт игру, заставляя её подстраиваться под его желания, а не она его.

— Вики, ты читала сегодняшнюю почту? — Принцесса отрицательно покачала головой. — Тьер улетели к вампирам вызволять твоего любимчика.

— Я поввтооряюю, он не мой любимчик, — прошипела Виктория. Она некоторое время сверлила мужа взглядом, а сама усиленно соображала, почему почту по её направлению муж получил раньше, чем она сама. Ведь она была уверена, что, когда покидала соседний кабинет, никаких отчётов на её столе не лежало. — И что же тебя не устраивает? — спросила наконец принцесса, думая, как выкрутиться из ситуации.

Карл сощурился.

— Ты ведь не получала отчёт? — И не дожидаясь ответа крикнул. — ПИИИТЕЕР!

В туже секунду в дверях появился бледный слуга.

— Я Вас слушаю, Ваше Высочество.

— Почему отчёты оказались на моём столе раньше, чем у моей жены? — спросил Карл. Обе венценосные особы видели, как у Питера стали дрожать губы.

— Прошу меня простить, но письма Вашей супруге доставляет её собственный слуга. И я не могу знать почему такая ситуация произошла.

Питера это не прощало, ведь именно он был поставлен старшим за всеми слугами-секретарями. И ему было поручено разобраться и сразу же сообщить в чём дело.

— Почему ты сразу не сказала, что не владеешь этой информацией?

— Как ты понял, что я не знаю? — до сих пор пребывая в удивлении задала свой вопрос принцесса.

На миг у Карла появилась добрая улыбка.

— Я тебе уже говорил и повторю ещё раз. Больше десяти лет я наблюдал за тобой. Ты запала мне в сердце, когда ты и я только начали свой подъём наверх. Тем забавнее то, что ты меня даже не вспомнила. — И сделав паузу. — Я не сержусь на тебя. Это всё характеризует тебя и то, как ты была погружена в своё дело. Ты не отвлекалась на амурные дела. — И заметив, что супруга хотела перебить его: — Не стоит, я знаю обо всём и обо всех, кто был рядом с тобой. Некоторые из твоих ухажеров появлялись рядом с тобой, чтобы направить тебя в нужном направлении. А некоторые пропадали, если сбивали тебя с пути. Виктория, я изучил тебя, и твоё лицо для меня, как открытая книга. И мне очень нравится разгадывать, что ты придумаешь, чтобы добиться от меня чего-нибудь.

Принцесса стояла с отрытым ртом, не зная, что сказать, поэтому, вспомнив зачем она здесь, попросила прочесть письмо.

Через пару минут она задумчиво сказала.

— У нас ведь нет людей среди вампиров⁈ — скорее не спрашивая, а констатируя факт, произнесла принцесса. — И мы никак не можем воспользоваться этой ситуацией.

— Это письмо от Оранжевого! — сообщил Карл, назвав одну из высших должностей Торговой гильдии.

— Хммм, — улыбнулась Виктория, — и кто такой шустрый, что смог завербовать главу торговых операций?

— Это Винсент, — ответил Карл наблюдая за тем, как сильно удивилась его жена. Всё-таки названный морф очень громко провалился, когда несколько лет назад его подмена Ярара Де Тьера не удалась. Как и то, что он не смог ликвидировать «видящего». И сейчас такой успех вновь возвращал этого морфа в высшую лигу.

— Кто дал ему это задание?

— Никто, — ответил Карл. — Он сделал всё сам.

— И что он предложил Оранжевому? Деньги? Власть? Так у него всё это есть…

— Не гадай. Я пообещал не рассказывать об этом. Ведь ты сама знаешь, победителей не судят. И цена мне кажется вполне соразмерной. Однако мы снова отошли от темы…

— Карл, — начала оправдываться принцесса, — я говорила, что как только родные Тьера узнают где он находится, то обязательно что-то предпримут. И хоть такого решения я не ожидала…

— Император полетел с ними, — перебив супругу произнёс Карл. — Если бы мы знали о его планах, мы могли бы подготовиться к этому лучше. А сейчас возможность упущена.

— Подожди, мы же не хотели настолько сильного ослабления славян. Нам нужен противовес вампирам, а славяне хоть сейчас и слабы, сражаются весьма самоотверженно. Подтачивать власть императора после смерти Меньшикова опасно. Это может привести к очень плохим последствиям, которые я не берусь просчитать.

— Ясно, — тяжело вздохнув произнёс Карл. — Теперь я понимаю, что против тебя начали вести игру. Жаль, что узнаю это только сейчас.

— О чём ты?

— О том, что ещё месяц назад наши собраться доложили о том, что в Гальской империи уже три архимага. У шляхты два. И если приплюсовать наших трёх, то можно сделать логичный вывод, что у славян очень мало шансов на победу в грядущей войне.

— Как галлы и поляки так быстро создали архимагов?

— Вики, ты думаешь только у нас, есть древние артефакты и скрижали с описанием древних ритуалов.

— Подожди, но, насколько я знаю, речь идёт о тех ритуалах, где жертвы исчисляются если не сотнями тысяч, то несколькими десятками тысяч точно.

— Этим вопросом уже занимаются. Однако известно, что галлы смогли придумать что-то не кровопролитное. Но шляхта, судя по всему, пошла названным тобой путём.

В этот момент в дверях появился Питер.

— Ваши высочества, — поклонился слуга. — К сожалению, я проглядел заговор против Вас принцесса.

— Что ты такое говоришь? — поднялась со своего места Виктория.

— Это ведь герцог Белишь? — внимательно следя за слугой спросил Карл. — Все следы ведут к нему. Его люди заплатили моему подчиненному, чтобы он приносил корреспонденцию позже или, по указу людей Белиша, они терялись.

— Ты знал? — удивлённым тоном спросила Виктория.

— Дорогая, я живу в этом серпентарии дольше твоего. И, разумеется, о провокации против тебя я узнал только сегодня. Однако сопоставить факты и понять чьих это рук дело для меня не представляет труда.

— И что мы будем делать? — после недолгого молчания спросила Виктория. Герцог Белишь был не в её весовой категории. Он лично получал приказы от императора Колониальной империи Бриттов. И то, что он стал злоумышлять против неё, приводило её к неутешительным мыслям.

— Я сам займусь им, — с хищным оскалом сказал принц.

Сразу после того, как я вышел из шатра, меня перехватил Серек.

— Не против если мы пройдём в нашу палатку? — И прежде чем я ответил, он продолжил. — Всем очень интересно послушать, что тебе сказал император, а также у нас появились вопросы, касающиеся твоего пленения.

Я кивнул и уже скоро сидел за столом вместе с Эмери, Самуилом, который тоже прятал своё лицо под капюшоном, Макаровым и Ля Фисто.

Когда я пересказал прошедший разговор, всем понадобилось время, чтобы обдумать услышанное.

— Ярар, мне очень жаль, что ты подвергся опасности в моих землях, — воспользовался тишиной Макаров. — Я прошу прощения у тебя и у твоих близких за это, — поклонившись продолжил он.

— Я не виню Вас, учитель, — ответил я. — К тому же Вы, невзирая ни на что, бросили все свои дела и отправились на вызволение меня из плена. И даже если бы Вы не полетели вместе со всеми, я бы всё равно не винил Вас в случившемся.

Макаров с благодарностью посмотрел в мою сторону. Только сейчас я заметил, как сильно он постарел за это время. И у меня возник вопрос: почему он не просил меня омолодить его? Но озвучивать свои мысли при всех я не стал, к тому же взял слово Серек.

— Император снова плетёт интригу. У кого-нибудь есть мысли на этот счёт? — Но все промолчали, тогда он спросил. — Ярар, может ты сам выскажешься на этот счёт?

Я уже предполагал, что отмолчаться мне не получится. Однако на выручку пришёл Самуил.

— Нужно как можно скорее с церковью поговорить думаю я. У них информацию касательно дара Ярара получить следует нам. Все они являлись сильнейшими волшебниками. Появлялись они в переломные для Теллуса периоды. Если об Осирисе говорить, то он противостоял несколько сотен лет Анубису и Сету, но в итоге был предан и пал. Зевса та же участь постигла. Восстал он против тирана, но, когда его власть стала угрожать остальным великим магам, его быстро устранили. Кришна был убит оружием проклятым. Насчёт Будды мало информации у меня. Умер он в преклонном возрасте, однако не верю я в это. Маги его уровня так просто не отказываются от всего. Арабы, скорее всего, переписали историю, и на самом деле он был убит или заточён в темницу. Погиб на кресте Иегова. И тот факт, что он позже воскрес, очень спорный момент. Хочу сказать я, что не всегда сила побеждает. Не ясно мне чего на самом деле император желает достичь.

— Самуил, — начал задавать я вопрос, — откуда Вы всё это знаете?

Было видно, что Макаров сильно заинтересовался человеком, который скрывал своё лицо под капюшоном.

— Моя раса с самого появления на Теллусе ищет ключ к магии. — И бросив взгляд на Степана Осиповича: — Говорили мне, что Вы тайны хранить умеете, поэтому я не стану от Вас скрывать к какой расе я отношусь.

— Энергетики? — серьёзным тоном спросил Макаров. Самуил снял капюшон, кивнул.

Мне показалось, что Макаров хотел спросить что-то ещё, но я опередил его.

— И как связано Ваше желание вернуть магию с древними религиями?

— Это ошибочный путь был, — произнёс Самуил. — Думали мы, что раз не можем использовать стихийную энергию, то сможем использовать духовную. Ту, что паладины используют. Однако ритуал, что используется для получения паладина, на нас не возымел никакого эффекта.

— Ты не говорил, что знаешь, как создаются паладины! — сердитым тоном предъявила Эмери.

— Я ваш вассал, Леди Тьер, а не слуга! — ответил энергетик. — Если аналогию провести, то род Тьер не всем делится с императором, хотя его вассалами вы являетесь.

Эмери скривилась, но должна была признать правдивость слов Самуила.

— Тааааак, — раздался голос Макарова, — я понимаю, что мне оказана великая честь и доверие. Однако я должен спросить, с чем это связано? А, Серек?

— Стечение обстоятельств заставляет нас рискнуть, — ответил Серек.

— Я не верю, — подумав сказал Макаров. — Я не могу предположить, чем руководствуется император, однако сейчас я понял почему он так взъелся на Талия. Вы хоть понимаете, как для меня со стороны выглядит тот факт, что вам присягнула раса энергетических вампиров? Или то, как ты Серек за один день от мастера до магистра вырос? Или как Вы, леди Тьер, вместе с мужем, не прожив и сотни лет тоже стали магистрами? Я уже молчу про ваш магический щит, который может удерживать заклинания архимагистра.

— Мы не злоумышляли против императора, — твёрдо сказал я. В этот момент я смотрел только на Макарова и не видел лиц Эмери и Серека. Но его взгляд, направленный мне за спину, заставил меня оглянуться.

— Степан Осипович, — произнёс Серек, — ты ведь и так знал, что рано или поздно этот разговор состоится. И будет глупо отрицать, что, предложив Ярару поделиться своим мастерством владения магией, ты дал нам знак, что готов к диалогу.

— Хорошо, — спустя небольшой временной отрезок сказал Макаров, — я думал об этом. Но всё это имело место пока был жив мой наследник. Из прямых наследников у меня осталась только Дарья, и ещё не родившийся ребенок Вадима. И буду говорить прямо. Если Ярар женится на моей дочери, то со временем он примет род Макаровых.

— Такой вариант не обсуждается, — сразу возразил Серек.

— Тогда я не вижу вариантов, чтобы мы могли заключить союз, который будет выгоден нашим родам. Но что ещё больше я не понимаю, кого вы планируете посадить на престол.

— Сын Тимофея женится на деве из рода Макаровых, — сказала Эмери. — Или же, если у Трубецкой родится сын, то Тимофей сможет взять Дарью второй женой.

Я сидел с открытым ртом и старался не потерять нить разговора. Только что на моих глазах состоялся заговор против императорской власти. Но ещё сильнее меня поразило то, что Серек и Эмери не возразили, когда Макаров сказал, что Талий готовил мятеж против императорского рода. И если это так, то кто я такой, чтобы винить Александра V за то, что он ударил на опережение?

— Я согласен, — сказал Макаров. — Когда вы планируете действовать?

— Когда окончится большая война, — ответила Эмери. — И если всё пойдёт так, как мы задумали, нам не придётся разбираться с Рюриковичами. К тому моменту единственным претендентом на престол останется Наталия, супруга Тимофея.

— Это будет наилучший вариант. Тогда я должен откланяться. Слишком много информации, которую нужно проанализировать.

Дождавшись, когда Макаров выйдет, я спросил.

— Вы это всё серьёзно?

По лицу Анри я понял, что для него этот разговор тоже стал откровением.

— Полгода назад, — начала отвечать Эмери, — мы нашли тайник, в котором Талий хранил свои дневники. Когда ты прочтёшь их, ты сам всё поймешь.

— Пойму, что? Я не понимаю вас, — возмущенно сказал я. — Получается Талий сам навлёк на себя беду. Он навлек гнев императора на весь наш род! И вы хотите продолжить его дело? Зачем? Нам что, сейчас плохо живётся?

Ко мне обратилась мать.

— Мы ещё ничего не решили. Однако ты должен понять, что у нас есть шанс встать во главе целой страны.

— Вы оба словно с ума сошли! — воскликнул я. — Чего вам ещё не хватает?

Меня не удостоили ответом.

— Прочтёшь дневники, и мы вернёмся к этому разговору, — сказала Эмери и тоже вышла, а за ней проследовал Серек.

— Ты знал? — повернулся я к Анри.

Он отрицательно покачал головой.

— Следить за Сереком и Эмери очень непростая задача. Профессионалов подобного уровня у меня просто нет. Однако, я прошу тебя, не делай скоропалительных выводов. Прочти эти проклятые дневники, вероятно в них ты найдёшь ответы и поймёшь, что движет твоими родными. К тому же ты сам слышал, что они собираются действовать после войны, а до неё ещё есть время. И возможно ещё всё изменится.

Немного подумав, я сказал.

— В такие моменты я начинаю думать, что зря отступился от идеи возглавить род. — И сделав паузу. — И что-то мне подсказывает, что Тимофей пойдёт на поводу у старших.

— И что ты думаешь делать?

Я усмехнулся, покрутив рукой в воздухе и приложив ладонь к уху, тем самым намекая, что Эмери может нас слушать.

— Прочту эти долбанные дневники. Но мне сложно представить, что я смогу в них обнаружить оправдание для них, — указал я взглядом в сторону выхода.

— Аяна, — услышала она голос прежде чем заметила, как к ней подошёл Самуил. — Не удавалось нам поговорить. Но вижу, что гложет тебя что-то. Однако я также знаю, что ты справилась с заданием и сблизилась с юным Тьером. Неужели и впрямь влюбилась ты в него?

Хрущёва хотела возразить, но тяжело вздохнув кивнула.

— Старейшина, я писала Вам, что меня ранили, и чтобы спасти меня Ярар повторил тот ритуал, что и я провела для него. И…

— Связь между вами нерушимая образовалась. Долгом своим пренебречь думаешь ты?

— Я не знаю, что мне делать, — опустив голову ответила Аяна. — Дедушка Самуил, помоги мне. Я не хочу терять Ярара, но для этого я должна быть всецело на его стороне.

— Хммм… Сложный выбор предстоит тебе сделать. Слишком высока ноша для столь юного разума. Однако никто из ныне живущих энергетиков, не поймёт твоих чувств, — задумчиво сказал Самуил. Сделав паузу, Самуил положил руку на плечо Аяны, продолжил. — Я поговорю с остальными старейшинами, постараемся мы найти информацию об этом ритуале. Пока живи, как самой хочется. Выбор ещё рано делать тебе.

На глазах у Аяны появились слезы, и она обняла Самуила.

— Спасибо.

— Рано благодаришь ты меня. Однако должен напомнить тебе, что по меркам мира, которому принадлежит Ярар, ты стоишь внизу иерархии. Стоит помнить тебе, что делить мужчину тебе придётся с другими. Связь, что между вами, может боком выйти тебе.

— Старейшина, я думала об этом как раз, когда Вы пришли. Но я здесь бессильна что-то сделать.

— Помни, Аяна, ты никогда не будешь одна. — Самуил тяжело вздохнул. — Раз эту тему обсудили мы, то хотел я более подробно узнать, как твоё путешествие протекало с Патроклом вместе. Постарайся всё вспомнить, ничего не забывай!

Утром начали убирать палатки, готовясь к отлёту. Тогда-то меня и нашла Алисия.

— Ярар, скоро мы отбудем, поэтому пока есть время я хотела передать тебе мои книги и некоторые наработки, которые тебе помогут в освоении магии крови.

— Патрик решился? — спросил я.

— Да, — ответила Алисия. — Мы летим с вами. Сейчас он обсуждает с Сереком и Макаровым размещение его воинов.

— Алисия, а что будешь делать ты? — спросил я.

Она задумалась.

— Пока не знаю. Моих родных давно нет в живых. Вся моя жизнь была посвящена Джону. После мести Фолиантам, скорее всего, я переберусь в какую-нибудь глушь, где меня никто не узнает. Буду растить своего сына, а дальше видно будет, ведь благодаря тебе у меня вся жизнь впереди.

На секунду у меня появилась мысль пригласить Алисию к себе. Но немного подумав, посчитал это нецелесообразным. В грядущем конфликте я не смогу доверять ей на сто процентов. А подставлять спину архимагу, всё равно что лезть в берлогу к голодному медведю.

И передав мне увесистый тюк с книгами, она ушла.

И почти сразу рядом со мной появились Анри и Зес. У нас была вся ночь, чтобы в подробностях поделиться последними новостями.

От них я узнал, что дома всё хорошо и что обо мне все очень переживали. Софья и Ярина смогли подружиться, и даже Мария, «отосланная» к Диане Де Тьер, хорошо проводила с ними время. По поводу Марии и Ронака мы проговорили около часа. Зес настаивал на том, что поведение его сына связано с тем, что он мало уделял внимания сыну, и Анри сообщил, что в сентябре, когда Ронак отбудет в Рязанскую кавалерийскую академию, с ним будут поступать его люди, которые проконтролируют, чтобы у сына Зеса было правильное окружение и ходили правильные мысли.

Насчёт строительства водного пути они столкнулись с трудностями. Банально не хватало строительного материала. Порт работал круглосуточно, принимая торговые корабли. И всё равно стройматериалы улетали словно воздух в трубу. Также промышленники, узнав, что планируется грандиозная по своим масштабам стройка, начали ломить цены. Не помогали даже связи Ясула и Акакия. Поэтому сейчас велась подготовка к открытию ещё одного карьера по добыче известняка, чтобы самим изготавливать цемент.

От Зеса я узнал, что Ерби переписывается с Элин. От упоминания её имени сильно защемило в груди. В будущем мне предстоял сложный разговор с ней. И мне было сложно представить её реакцию на то, что рядом со мной будет ещё одна девушка. А может Элин, узнав об этом, психанет и уедет обратно. Эти мысли пронеслись в моей голове довольно быстро, и я принялся слушать, что говорил мне друг. Я узнал, что Элин и Ланель в сентябре вернуться в столицу. Элин просила передать, что очень скучает и переживает что я не отвечаю на её письма. Это меня очень сильно удивило, ведь я не получал никаких сообщений от неё. Но в этом я решил разбираться позже. Когда вернёмся в Славянскую империю. К тому же я не верил, что Макаров мог приложить к этому руку.

Около двух десятков дирижаблей почти синхронно взмыли в воздух поднимаясь сразу на большую высоту.

— Степан Осипович, — обратился я к Макарову, — почему Вы полетели со мной, а не с императором?

Он усмехнулся.

— Император попросил меня лично проследить за тобой. Если дословно он сказал следующее: чтобы ни один волос не упал с его головы.

— Какая честь, — пробурчал я.

— Ярар, ты ведь понимаешь, что для чего-то нужен Александру. Я бы мог предположить, что он хочет получить молодость, но он всё-таки архимаг и может прожить ещё не маленькую жизнь. А то, что он тебе сказал, когда вы разговаривали наедине, мне кажется — да простит он меня за такое выражение — бредом. — И заметив моё удивление. — Я долго думал, анализировал известные исторические факты, и пришёл к выводу, что он просто хочет тебя запутать. Конееечно, существует вероятность, что он прав. Но я не верю в то, что маг может вернуть с того света чью-либо душу. Во-первых, это перечит тому, что мы отказались от веры в богов. Во-вторых, если представить, что это всё-таки возможно, то маг должен оперировать просто неописуемым количеством энергии, чтобы вернуть душу обратно в тело. И тут возникает вопрос, КАК УБИТЬ ТАКОГО МАГА? Ведь его сила не поддаётся логике и здравому смыслу.

— То есть, — подумав сказал я, — Вы думаете, что император использует это как повод склонить меня на свою сторону?

— Как один из вариантов. Но пока делать какие-то выводы слишком рано.

Я кивнул, и перед уходом в свою каюту сообщил о том, чем со мной поделилось Милано. Макарова заинтересовала литература, и я пообещал ему, что как только доберусь до Балакина, сниму копии и перешлю ему их.

Открыв дверь каюты, я увидел, что на моей кровати спит Аяна. Недолго думая я лёг рядом с ней и обняв её уснул.

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Наградите автора лайком и донатом:

Ярар VI. На дальних берегах