— Раздевайся. Будем знакомиться, — нахально заявляет сводный братец, продолжая пожирающим взглядом раздевать меня. Я ожидала чего угодно, кроме этого, когда возвращалась в родной город. Моя мать повторно выходит замуж, и я не могла пропустить это событие. Но, когда в мою спальню беспардонно ввалился мой будущий сводный братец, ситуация приняла неожиданный поворот.

— Если наши родители… — пытаюсь что-то сказать, испуганно глядя на мужчину.

Мне совершенно не нравится его неуместное предложение.

Некоторое время мы смотрим друг на друга, и я не моргаю. Мы только что отужинали, и за столом Лекс вёл себя адекватно и учтиво.

Но теперь его словно подменили.

Смотрит на меня властно, не моргая. Навис надо мной всем телом, и его дыхание опаляет мою кожу. Замираю, и мгновение длится целую вечность.

Нахожу его достаточно симпатичным и уже думаю о том, почему бы и не попробовать поддаться мимолётному желанию. Тем более он привлекательный, и я ему вроде тоже нравлюсь.

Мы оба свободны…

В следующий миг мне становится стыдно за свои мысли.

— Не переживай, я пошутил, — неожиданно отступает он и улыбается. — Я не сплю с девушками на первом свидании, хотя ради тебя сделал бы исключение. Готовься.

— К чему? — выдыхаю, не в силах спорить.

Обычно мне есть что сказать, но сейчас я гляжу в эти чарующие бездонные глаза и думаю совершенно не о том.

— После свадьбы твоей мамы и моего отца мы с тобой едем на море. У тебя будет месяц, чтобы влюбиться в меня, — произносит это таким тоном, словно моё согласие ему совершенно не нужно.

Некоторое время ошалело смотрю на его роскошную фигуру, а затем, не выдержав, смеюсь.

Вся магия момента резко рассыпается. Дважды пошутил? Уже совершенно не смешно.

— Прости, что? Какое море? Какая поездка? — заваливаю его кучей вопросов, но он остаётся невозмутимым:

— Вылет через три дня после свадьбы родителей. Отправимся в путешествие, — сообщает это настолько серьёзно, что я теряюсь. — Неделю проведём на круизном лайнере, а затем три недели в роскошном отеле. Ты сможешь выбрать любые экскурсии, любое развлечение. Всё, что тебе захочется.

— Лекс, напомню тебе, через неделю мы официально станем братом и сестрой, — тихо произношу я. — О каком море ты говоришь или о курорте? Мы почти семья! О чём ты говоришь вообще? — пытаюсь вразумить мужчину.

— О курортном романе я говорю, конечно же. И о том, что, возможно, это перерастёт в нечто большее, — он буквально выдыхает это в моё лицо, а у меня по коже бегут мурашки от его горячего дыхания.

— Да, ты сумасшедший! — не выдерживаю я. — Мы едва знакомы и совершенно разные! Как из двух разных миров!

— Спорим, ты в меня влюбишься, когда проведёшь со мной время? — Лекс хитро улыбается, а я сглатываю.

Странное предположение. Ещё утром мы даже знакомы не были.

— Согласившись на поездку на море, ты ничего не потеряешь. А родителям скажем, что мы уехали знакомиться и отдыхать. Я каждый год езжу, а красивая спутница вроде тебя отгонит любых охотниц за деньгами.

— Отказаться вообще не вариант? — выдыхаю, потому что с каждым разом аргументов у меня становится всё меньше.

— Ну как же ты откажешь своему обворожительному брату? — усмехается Лекс, нагло подмигивая.

Да у меня сотня способов сказать тебе, нахалу, «нет»! И все почему-то застряли в голове. Я словно дар речи потеряла!

Лекс кивает и уходит, решив, что я согласилась. В последний момент швыряю в него подушку, но та ударяется о стену.

Какое же невероятно странное у нас получилось знакомство!

Несколькими часами ранее

Новость о мамином повторном замужестве меня огорошивает. Смотрю на приглашение и не понимаю, как такое случилось. Кажется, она только вчера звала меня в гости, чтобы я познакомилась с новым ухажёром, а прошло больше года.

Бросаю взгляд на свидетельстве о разводе и вспоминаю, насколько счастлива была в тот день, что мгновенно принимаю решение: отговорить маму от этой ужасной затеи.

Тем более в столице меня ничто не держит — пару дней назад я уволилась с работы.

Вырываюсь не в тот же день, но уже вскоре возвращаюсь в родной город. Не так рада его видеть, и это взаимно: идёт неприятный дождь.

До дома будущего отчима доезжаю на такси.

Хмурюсь, когда подъезжаю к роскошному коттеджу. Уж не из-за денег ли она решила повторно выйти замуж? Мама встречает меня в холле, и я с интересом смотрю по сторонам.

Мы обнимаемся, и я прямо спрашиваю:

— Мама, ты уверена?..

Она мгновенно понимает, о чём я, и перебивает:

— Оль, чего ты так переживаешь? Я взрослая женщина и могу сама портить свою жизнь.

— А не лучше ли быть одной? — злюсь я на её поспешное решение. — Ты же решила после моего отца…

— Да, мы часто ошибаемся, выбирая не того мужчину в качестве спутника жизни. Но не все мужики — козлы, моя дорогая. Иногда любишь только ты, не замечая равнодушия, а когда всё совпадает… — философски замечает мама, разведя руки в сторону.

Щурюсь, потому что не рискую спорить с ней. Она упёртая, как баран, а наша дискуссия может затянуться на несколько часов, а то и дней.

— Когда-нибудь ты поймёшь, — задорно отмахивается мама.

Вижу в ней преображение. Она счастлива и буквально излучает свет. Впервые вижу её такой. Может, и правда любовь творит чудеса?

А существует ли любовь на самом деле?

— Понимаю, у тебя сейчас сложный период. Я проходила через него, когда ты была ещё маленькой крошкой. Жаль, что я не встретила Станислава раньше, — вздыхает она.

Дворецкий относит мои вещи, возвращается и приглашает прогуляться, показать дом. Я отказываюсь, решив, что я справлюсь и без няньки. Всё-таки это всего лишь дом, а не лес и не лабиринт, где я могу заблудиться.

Мама оставляет меня возле моей спальни:

— Будем ждать тебя внизу, на ужин. Там и познакомимся. Мужчины будут рады тебя видеть. — Какие мужчины не уточняю, лишь запираюсь в комнате, чтобы привести себя в порядок.

Отказаться от сопровождающих оказывается большой ошибкой. Я всё-таки умудряюсь запутаться в этих бесконечных комнатах и коридорах. Мамин жених, безусловно, богат. Но любят ли они друг друга по-настоящему?

— Что-то ищите? — слышу за спиной властный голос.

Вздрагиваю и оборачиваюсь. Передо мной мужчина моего возраста, может, чуть старше. Он нависает надо мной огромной тучей, смотрит строго, внимательно разглядывает, словно я выставочная модель.

Замираю. Сердце начинает стучать ещё сильнее. Не могу не отметить, что незнакомец необычайно красив собой. Даже дьявольски красив.

Таких обязательно нужно обходить стороной. Его зелёные глаза буквально сверлят меня, а я пытаюсь в них не утонуть.

— Станислав? — тихо интересуюсь я, пытаясь смотреть незнакомцу в глаза. Не хватало только влюбиться в маминого жениха!

— Лекс. Его сын, — коротко бросает он, продолжая меня разглядывать.

Неожиданная новость: кажется, у меня будет сводный братец. И, судя по его взгляду, ничего хорошего от него лучше не ждать…

Незнакомец продолжает меня рассматривать, раздевая взглядом. С каждой секундой он становится всё увереннее в себе, а мне хочется сбежать.

— А вы, я так понимаю, Ольга?

— Да, — облегчённо киваю я. — И я заблудилась. Не проводите меня до столовой?

— С удовольствием. Столь прекрасную сестричку я готов проводить не только в столовую, — он усмехается, а я морщусь.

Похоже, я наткнулась на очередного дамского угодника! И почему мне на них всегда так везёт?

Тихо следую за своим спутником и молчу, поджав губы. В голове столько вопросов, которые хочется ему задать, но одёргиваю себя. Понимаю, что это будет чересчур неуместно, бестактно и неправильно.

— А я всё представлял, какая ты, — наконец, нарушает тишину мой собеседник, непринуждённо перейдя на «ты».

Закатываю глаза и молчу. Если хочет выговориться, то это его дело. Только на меня такие пафосные речи не подействуют.

— Наши родители познакомились где-то два года назад, — непринуждённо продолжает он, словно не замечая, как я реагирую. — Я давно не видел отца таким счастливым. Я очень рад их счастью. Жаль, что ты не приезжала и не видела, как у них всё начиналось.

— Не было возможности, — отмахиваюсь я. — Работа… — тяжело вздыхаю и замолкаю.

Не хочется делиться с незнакомцем своими проблемами. Пока у мамы зарождались отношения, мои разрушались. Проще отмахнуться загруженностью.

Парень продолжает непринуждённо болтать, а я, в свою очередь, делать вид, что внимательно слушаю. В конце концов, мы приходим в нужное место. Новоиспечённый братец открывает мне дверь. Улыбаюсь и киваю ему в знак благодарности.

Застаю маму в объятьях мужчины и морщусь от стеснения.

— Па! — окрикивает Лекс. — Принимай гостью. Понимаю, у вас скоро медовый месяц, но оторвитесь уже друг от друга, — смеётся парень.

— Ох, прошу прощения, — Станислав спешит ко мне и протягивает руку. — Я Станислав, жених вашей чудесной матери.

Пожимаю его руку, но он в ответ целует её. Краснею.

— Ольга. Очень приятно.

— Вы у нас впервые. Надеюсь, задержитесь? Хотелось бы узнать вас получше, — улыбается мой будущий отчим. — Прошу к столу.

Мы садимся вчетвером ужинать. Слуги накрывают на стол, а я чувствую себя неуютно, словно я — простая служанка, которая случайно попала во дворец, а её приняли за принцессу. Если Золушке нравились подобные ощущения, то мне совершенно нет.

— Ну, я недавно уволилась, да и развелась, так что в столице меня сейчас ничто не держит, — пожимаю плечами, пробуя принесённый салат.

Необычайно вкусно.

Вижу, как хмурится Лекс. Он пристально смотрит на меня, а я напрягаюсь. Наконец, он спрашивает:

— И что послужило причиной разрыва? Как, вообще, можно уйти от такой красавицы?

Качаю головой, потому что прямо красавицей себя не считаю. Абсолютно ничем не выделяюсь среди других девчонок. Тёмные волосы, карие глаза, средний рост. Явная неприкрытая и неуместная лесть.

— Ну, я очень хотела детей. А бывший — нет. Он считал, что карьера — превыше всего. А затем неожиданно оказалось, что у него непросто другая на стороне, а маленькая дочка. Когда я об этом узнала — подала на развод. Считаю, что не нужно мучать обеих женщин, пусть хотя бы одна из нас будет счастлива, — жёстко отвечаю я, а затем беру бокал вина и делаю глоток.

Пора избавляться от неприятных воспоминаний о прошлом.

— Ну, если коротко, то твой бывший просто козёл и бабник, — констатирует факт Лекс, нагло улыбаясь.

— Александр! — выкрикивает Станислав, одёргивая сына.

— Нет, он всё правильно сказал, — нехотя соглашаюсь я. — Пожалуй, я пойду в свою комнату. После перелёта очень нездоровится. Станислав, мне очень приятно было с вами познакомиться, — сухо говорю я и, шатаясь, покидаю столовую.

Напоследок замечаю, что Лекс провожает меня пожирающим взглядом, буквально не выпуская из виду. И от такого пристального внимания становится не по себе.

Лекс

Я недалеко ушёл от отца. Мы оказались очень похожими во вкусах, и нам нравились одни и те же женщины. Разница лишь в том, что оба предпочитали ровесниц.

Я хорошо отнёсся к новой пассии отца. После смерти матери он совсем поник, и я был совершенно не согласен, что он должен хранить верность умершей возлюбленной.

И вот однажды в его жизни появилась Вероника. Утончённая, грациозная, знающая себе цену красавица, которая не была охотницей за деньгами, напротив, она долго сопротивлялась и не была готова вступать в отношения из-за разницы статусов.

А потом сдалась.

Вскоре она показала фотографию своей дочери, и я понял, что теперь влип я. Одного взгляда на неё было достаточно, чтобы стать одержимым. Но Вероника расстроила меня тем, что её дочь замужем. И я постарался о ней забыть.

И, наконец, будущая сводная сестра приехала на свадьбу родителей. Сдерживать себя стало очень сложно: я против измен, и чужая девушка для меня — табу. Вживую она показалась мне ещё более манящей и притягательной.

И я еле скрыл свою радость, когда узнал, что Ольга развелась.

У меня развязались руки. Родился план, которому я пообещал себе следовать. Возможно, кому-то он покажется сумасбродным, возможно, во всём было виновато вино, но я не удержался и после ужина пошёл его претворять.

Идея появилась в моей голове настолько стремительно и резко, что я не отследил сам, в какой момент оказался в спальне Ольги.

— Не помешал? — поинтересовался Лекс, а затем зашёл в спальню и закрыл за собой дверь.

Хотелось бы на ключ закрыть и уединиться с Ольгой, но понимал, что это плохая практика.

Замер на пороге, впитывая её образ. Тёмные вьющиеся волосы, ниспадающие по плечам, карие блестящие глаза, маленький вздёрнутый носик. Разве она не красавица?

— Чему? Моей грусти по прошлой жизни? Ни капли. Чего-то хотел? — грубо ответила сестрица, показательно зевнув.

Устала от перелёта или показывает, насколько ей скучно рядом со мной?

— Твой бывший — большой идиот, что променял тебя на другую, — спокойно сказал я, надеясь завязать хоть какой-то разговор, а в ответ получаю насмешку.

Не так проста, как кажется.

— Думаю, он счастлив. Я — неприметная и ничем не отличаюсь от сотни других девушек, — отмахнулась от меня сестрица, чем разозлила.

— Ты совсем не терпишь комплименты в свой адрес, а, Ольга? — навис на ней, желая впечатать в кровать и страстно поцеловать. — Раздевайся. Будем знакомиться, — сорвалось с моих уст раньше, чем я успел осознать, что именно я сказал.

— Если наши родители… — испуганно пищит она, закусив нижнюю губу.

Сглотнул, потому что ещё чуть-чуть, и я не устою.

— Не переживай, я пошутил, — сделал шаг назад и попытался улыбнуться. — Я не сплю с девушками на первом свидании, хотя ради тебя сделал бы исключение. Готовься.

Раз Оля не умеет принимать комплименты, значит, пойдём другим путём.

— К чему?

— После свадьбы твоей мамы и моего отца мы с тобой едем на море. У тебя будет месяц, чтобы влюбиться в меня. — Возможно, это безумие, но почему бы не съездить вместе в отпуск?

Для отца и мачехи это не будет чем-то странным: новоиспечённые брат и сестра решили отдохнуть вместе. А там мы с Олей познакомимся поближе. Может, мы влюбимся друг в друга так же, как и наши родители.

— Прости, что? Какое море? Какая поездка?

— Вылет через три дня после свадьбы родителей. Отправимся в путешествие. Неделю проведём на круизном лайнере, а затем три недели в роскошном отеле. Ты сможешь выбрать любые экскурсии, любое развлечение. Всё, что тебе захочется.

Сказал всё это серьёзно, потому что ответ «нет» принять не был готов. Мучительно хотел узнать эту девушку поближе. Сам не понимал, почему меня настолько к ней тянуло. Одно дело — фотография, другое — она живая передо мной.

— Лекс, напомню тебе, через неделю мы официально станем братом и сестрой. О каком море ты говоришь или о курорте? Мы почти семья! О чём ты говоришь вообще?

Оля начала сопротивляться, и это понятно. Она видела меня в первый раз, и я не должен был её пугать.

— О курортном романе я говорю, конечно же. И о том, что, возможно, это перерастёт в нечто большее, — выдохнул я, вновь наклонившись над ней, еле борясь с желанием её поцеловать.

— Да, ты сумасшедший! Мы едва знакомы и совершенно разные! Как из двух разных миров! — Радовало, что ни разу она меня не оттолкнула.

Не выдержал и бросил очередную фразочку:

— Спорим, ты в меня влюбишься, когда проведёшь со мной время?

Ольга

Нахал покинул мою комнату также резко, как пришёл. На всякий случай закрылась на щеколду: не хотелось бы, чтобы его следующий визит зашёл ещё дальше. Или хотелось?

— Оля, тебе вскружило голову внимание симпатичного мужчины, — тихо говорю себе и решаю лечь спать.

Путешествие было непростым, я устала от перелётов.

Одно я поняла на сто процентов: мама счастлива с будущим новым мужем, поэтому нет смысла доказывать ей, что она совершает ошибку. Может, дело в деньгах, и она наконец-то ни в чём не нуждается, что её радует. Может, Станислав — действительно хороший мужчина, и они любят друг друга.

На следующий день нахожу маму в одной из бесконечных комнат. В этот раз дорогу мне подсказывает добрая женщина: второй раз я не хочу здесь потеряться.

Мама кружится в роскошном белом платье, рассматривая себя в ростовом зеркале, а я не могу сдержать своего восторга:

— Вау. Мама, ты принцесса! — выдыхаю я. — Нет, королева! Тебе очень идёт!

— Да. Я и сама чувствую себя настоящей Золушкой! Только магия в полночь не развеется, карета не превратится в тыкву, а принц не забудет моего лица, — смеётся она, и я улыбаюсь в ответ.

— О, мам, серьёзно? В сказке было не так. Принц не забывал свою Золушку… — неуверенно начинаю я, вспоминая, почему он искал девушку именно так.

— Да? А тогда зачем по всему королевству ездил примерять туфельку? Тебе не кажется, что сказочники нам что-то не рассказывали? — смеётся мама в ответ.

Отмахиваюсь. Давно поняла, что спорить с ней бесполезно. Поэтому и не трачу времени. Лишь вспоминаю, что в оригинале лицо девушки было измазано в золе, и поэтому он не мог её узнать.

— Я и тебе платье прикупила, — наконец, меняет она тему, налюбовавшись своим отражением. — Бордовое. Как ты любишь.

— Да не стоило, ма…

— Оно висит в шкафу. Примерь его прямо сейчас, пожалуйста, — прерывает меня мама. — И это не обсуждается. Я буду на свадьбе королевой, а моя подружка невесты — настоящей принцессой!

Чуть ли не роняю челюсть от такого заявления. Разве может дочь быть подружкой невесты?

— Я думала, твоя лучшая подруга детства… — хмурюсь, а потом всё же подхожу к шкафу и открываю его.

Ахаю, потому что длинное платье действительно прекрасно, и мне не терпится его примерить. Будь оно белым, я бы подумала, что невеста на свадьбе я, а не мама.

— Маринка уже была подружкой на прошлой свадьбе, — отмахивается мама. — Свадьба от этого не стала лучше, а брак так и вовсе распался. Ты — моя самая лучшая подружка, самый близкий мне человек.

Не соглашаюсь с мамой, ведь благодаря её предыдущему браку на свет появилась я. Вслух не решаюсь это сказать, принимаюсь за платье.

Надеваю его, попутно запутавшись в длинных юбках. Оно садится как влитое, словно шили по моим размерам. Мама застёгивает мой наряд сзади.

Некоторое время мы стоим рядом и восторгаемся нашими отражениями.

— На твоей голове будет маленькая диадема и пышная причёска. На моей — фата. Мы покорим всех! — восторженно смеётся мама, и я не перестаю удивляться её изменениям. — Как тебе Лекс, кстати? — вдруг спрашивает она, а я моментально теряюсь, не зная, что и сказать.

Да и как я могу понять, что я думаю о парне, если знакома с ним один день?

Не рискую рассказать ей то, что он предложил мне поехать на месяц в отпуск. Боюсь даже представить, как мама отнесётся к тому, что мой будущий братец решил приударить за мной?

— Ничего такой, но слишком самоуверенный, — коротко бросаю я. — Уж не думаешь ли ты свести нас? — осторожно усмехаюсь я.

— Оля! — вдруг становится серьёзной и строгой мама. — Даже не вздумай! Свыкнись с тем, что Лекс — твой брат!

— И в мыслях не было с ним мутить! — возмущённо и обиженно отвечаю я.

Даже если он сам этого хочет — это не мои проблемы.

— Отлично, — вмиг успокаивается мама. — Мне не хватало только драмы на пустом месте. С твоим везением вы расстанетесь, не начав встречаться. Затем ты будешь игнорировать семейные обеды, потому что там Александр. Я ещё хочу видеть свою дочь. Красивой и счастливой.

— Тогда зачем ты меня так принаряжаешь и спрашиваешь о нём? — я обескураженно выдыхаю.

Совершенно не понимаю, что происходит.

— Ну так на свадьбе будет полным-полно друзей Александра!..

Дальнейшие её слова я пропускаю мимо ушей. Одно мне ясно наверняка: даже если я влюблюсь в Лекса, моя мама будет против этих отношений.

Ольга

Много времени уходит на сборы. Мама уговаривает меня съездить с ней, и мне ничего не остаётся, как согласиться. Мы вовсю готовимся к её свадьбе, и я просто радуюсь, какой счастливой она становится.

Лекса всячески стараюсь избегать и игнорировать. Я не хочу расстроить маму и не хочу случайно влюбиться в своего сводного брата, хоть и нахожу его симпатичным, умным и вежливым.

В один из вечеров сбегаю в сад. И, конечно же, умудряюсь заблудиться и здесь — к огромному дому прилагается бесконечный участок. Вздыхаю от своей удачливости и плюхаюсь на одну из скамеек в надежде, что меня найдут.

— Заблудилась? — слышу знакомый мужской голос и тяжело вздыхаю.

Пыталась его избегать и вновь на него наткнулась.

— А ты как думаешь? — довольно дерзко отвечаю я в надежде, что Лекс от меня отстанет.

— Думаю, что ты красивая. — Он садится рядом, и я вздрагиваю.

Мой сводный братец даже бровью не повёл, услышав моё хамство.

— Участок у вас и правда огромный, а из-за деревьев не видно, в какой стороне находится дом. Я уже дважды наткнулась на забор, — сдаюсь и жалуюсь я.

— О, так ты всё-таки дама в беде, и тебя нужно спасти? — улыбается Лекс. — С радостью проведу тебя домой.

— Я даже боюсь спросить, чего мне будет стоить спасение, — щурюсь я, надеясь поскорее закончить разговор.

— Ты сегодня какая-то колючая и дерзкая. Мне это даже нравится. — Он наклоняется ко мне, и я отчётливо вижу его губы. Вздрагиваю и отодвигаюсь. — Ты подумала насчёт моего предложения?

— Я вынуждена отказаться, — качаю головой и смотрю на ближайшее дерево, лишь бы не на своего собеседника. — Моя мама будет против наших отношений.

— Сколько тебе лет, что ты слушаешься мамочку? — Лекс смеётся, и я резко поворачиваюсь к нему и бросаю злой взгляд.

— Я хочу, чтобы мама была счастлива!

— А на своё счастье плевать? — он приближается настолько близко, что я сглатываю.

Его близость манит, и меня это до безумия пугает.

— А с чего ты решил, что способен меня сделать счастливой? — дерзко отвечаю ему я. — Или что, когда узнаешь меня получше, захочешь продолжать со мной отношения?

— Оля, что с твоей самооценкой? Как говорится, она валяется у тебя в ногах, подбери, раз упала, — его блестящая улыбка до безумия бесит.

— Она просто твою, завышенную, испугалась и вжалась в землю, — фыркаю я, с неприязнью глядя на невозможного мужчину.

Вот ведь настырный! Решил, и всё должно быть по его!

— Ладно, тогда я предлагаю тебе пари. — Закатываю глаза и качаю головой.

Ну началось. Все эти споры на любовь и отношения ничем хорошим не заканчиваются.

— Правильно ли я понимаю, если я откажусь слушать, то ты оставишь меня здесь гнить на этой скамейке? — пытаюсь улыбнуться, надеясь, что улыбка не выглядит как оскал.

— Вот ты какого обо мне мнения? Я не настолько жестокий, но в качестве профилактики… — он скалится в ответ, и я вздрагиваю от мысли, что мы можем быть настолько похожи.

— Слушаю, — сдаюсь я.

— Мы месяц проведём вместе в путешествии. Если ты в меня влюбишься, то попробуем завести отношения…

— А если нет? — прерываю его, потому что эти условия уже задолбали.

— Я на месяц стану твоим личным рабом, — он усмехается, а я вздрагиваю.

— Ладно, я подумаю. Но почему мы ни слова не упоминаем про твои чувства? Что будет с тобой? Вдруг ты влюбишься в меня, а я в тебя нет? — начинаю засыпать его вопросами, надеясь избежать этого глупого спора.

— Обо мне не переживай, ты мне итак уже очень сильно нравишься. — Он поднимается со скамейки и подаёт мне руку.

Обескураженно подаю руку в ответ, дав ему возможность меня поднять. Чуть не падаю ему в объятия от своей неуклюжести.

— А если после отдыха я перестану тебе нравиться, а я в тебя влюблюсь? — пытаюсь вразумить его своими вопросами, но он остаётся непоколебим:

— Будем работать над твоей самооценкой.

Как именно — уточнять не стал.

Ольга

Из зеркала на меня смотрит настоящая принцесса. Удивляюсь, как макияж, причёска и роскошное платье смогли превратить меня из серой мышки в настоящую красавицу. Правда, ощущения не меняются: я всё ещё та неказистая девушка, но только внутри. Не снаружи.

Поправляю диадему. Закрываю зеркальце. Не могу привыкнуть к отражению. Да и особо не хочу этого делать.

Свадьбу они решили провести в дорогом ресторане на берегу моря. Всё-таки есть свои плюсы в доме неподалёку от моря. Южная часть страны всегда славилась тёплой погодой, а новый дом мамы находился в нескольких километрах от моря.

Из-за постоянной жары я и уехала в столицу.

Мама постоянно улыбается, решая мелкие проблемы и делая большие дела. Такой счастливой и беззаботной, не знающей проблем, я ещё её никогда не видела.

Зал переполнен гостями, и я с ужасом смотрю на незнакомцев. В основном очень много моих ровесников: все пришли с семьями. Большинство уже знакомы между собой, и я чувствую себя белой вороной.

— Чего грустишь, моя дорогая? — подскочила ко мне мама. — Я вот-вот стану настоящей королевой! — смеётся она.

— Брось, ма. Я всё ещё надеюсь, что ты любишь Станислава не за его деньги, — повела плечом, хмурясь.

— Нет, конечно! Он делает меня счастливой. С ним я чувствую, что я лучшая версия себя, а это, моя дорогая, настоящая любовь! — щебечет она, а я тяжело вздыхаю.

Не спорю с мамой: вообще в эту любовь перестала верить. Да и зачем омрачать ей праздник? У меня — другой опыт.

— У тебя губная помада немного размазалась. Сходи в дамскую комнату, поправь внешний вид. Через полчаса церемония.

Киваю. Не спорю. Мне и самой хочется исчезнуть. Раствориться в толпе. Слишком много народу. Незнакомцев. Возникает острое желание побыть одной.

В большом зеркале замечаю, что действительно размазала помаду. Видимо, не стоило налегать на салаты.

Стираю лишнее и наношу новый слой. Вздыхаю, напоминаю себе, что через пару часов всё закончится, мамина мечта о счастье сбудется, а я вернусь в столицу.

Уже собираюсь покинуть дамскую комнату, но неожиданно дверь отворяется, и на пороге появляется мой сводный братец.

Будущий сводный братец.

— Какого чёрта, Лекс?! Это женский туалет! — возмущаюсь я.

Невольно рассматриваю его. Александру очень идёт синий костюм. Расстёгнутый пиджак не скрывает белой рубашки, которая обтягивает его подкаченное тело. А красный галстук действует на меня магически. Слишком люблю мужчин в костюмах.

— Ну, так я и не заглядываю в кабинки, — усмехается он, косясь на соседний отсек. Убедившись, что мы одни, братец закрывает на защёлку дверь.

Какая наглость!

— Что тебе нужно?! — зло смотрю я, скрестив руки на груди.

— Ты, — совершенно спокойно отвечает он. — Тебе так идёт эта напускная злость, — вновь пожирает меня взглядом.

— Я — не вещь, — чеканю, жалея, что не захватила с собой вилку.

— Не вещь, — подтверждает Лекс.

— Моя мать — твоя будущая мачеха…

— И?

— Она против нас, — пытаюсь вразумить его, всё ещё помня наш разговор на скамейке и мои чувства после него.

Мне слишком хорошо рядом с Александром, и эти ощущения пугают.

— А ты?

Качаю головой. На самом деле у меня нет ответа на этот вопрос. Я сама не знаю, против я или нет. Да и что за глупый вопрос, в конце концов?!

— Мы с тобой вот-вот станем семьёй. Это инцест. Отстань от меня, пожалуйста, — делаю последнюю попытку послать неугомонного Александра куда подальше.

— Ну, что ж. Инцест — дело семейное, — совершенно спокойно говорит он.

Еле сдерживаюсь от того, чтобы не рассмеяться. И почему мне нравится юмор этого несносного наглеца?

— Так нельзя, — повторяю снова.

— Нельзя, — соглашается он, а в следующее мгновение я оказываюсь прижатой его мощным телом к раковине. — Но пока мы же не стали братом и сестрой?

Его дыхание обжигает мою кожу, и я вздрагиваю. Как бы сильно я этому не сопротивлялась, желание растекается по моему телу.

Стою, не дыша. Боюсь шелохнуться. Смотрю в эти бездонные глаза и пытаюсь в них не утонуть. Сложно. Очень сложно.

Лекс не двигается, тяжело дышит, опаляя меня своим дыханием.

Тянусь за поцелуем, сама не зная, зачем я это делаю.

Ольга

Немая сцена для меня длится целую вечность. Хочу, чтобы пытка поскорее закончилась, и совершенно ничего не могу сделать. Для меня существуют только его губы, его глаза, и моё жгучее желание, разлившееся по телу.

Неожиданно Лекс, тяжело вздохнув, отстраняется.

— Знаешь, как бы я ни хотел попробовать на вкус твои губы, вдохнуть аромат твоих волос и узнать, насколько мягкое твоё тело, я этого делать не стану, — с нескрываемым сожалением, даже мукой произносит он.

— Не станешь? — обескураженно интересуюсь я.

— Не стану, — подтверждает. — Пока ты сама этого не захочешь. Пока ты сама не нарушишь границы дозволенного.

— Не нарушу, — пытаюсь сказать твёрдо, но голос срывается.

Я сама не уверена ни в чём.

Лекс усмехается, но молчит. Некоторое время мы стоим в полной тишине, глядя друг на друга.

— После свадьбы я уеду в столицу, Лекс. Так что все твои коварные планы заранее провалились, — вздыхаю я, пытаясь придать голосу хоть какой-то уверенности.

— Не уедешь, — а вот Лексу её не занимать. — Что тебе делать в столице? Искать работу? Мучиться от безысходности? Вспоминать, какая красивая дочка у твоего бывшего?

Это звучит как пощёчина. Зло смотрю на неугомонного, но возразить мне совершенно нечего.

— Я каждый год езжу в августе за границу, — зачем-то говорит он. — Никто не удивится, если в этом году я возьму тебя. И я обещаю, что буду вести себя прилично, как самый настоящий брат, если… — прерывается и ухмыляется.

Ждёт, когда я сама что-то скажу.

— Если?.. — наконец, теряю терпение и сдаюсь.

— Если ты сама не захочешь чего-то большего, — заканчивает, наконец, парень.

— Не захочу, — решительно заявляю. — Моя мама против семейных интриг, и я не хочу её расстраивать. Хватит с неё вечных страданий. Уверена, что и твой отец тоже будет не в восторге.

— А ты всегда слушаешься мамочку? Даже в таком возрасте? — подначивает меня парень, задевая за живое.

Закатываю глаза. Он говорил ровно те же слова несколько дней назад.

— Я не хочу, чтобы она волновалась. Не хочу сделать её несчастной, если у нас не получится, — и только в следующий момент понимаю, что только что сказала.

Я допустила возможность наших отношений. Совершенно случайно.

— А почему не получится-то? — и, конечно же, Лекс этим воспользовался. — Представь, как она будет счастлива, когда будешь счастлива ты!

— Ой, брось. Зачем тебе я? Ты заинтересовался мной сугубо потому, что я тебе отказываю вот уже который раз.

— Вовсе нет. Ты мне понравилась гораздо раньше, чем мы познакомились. — Лекс угрожающе нависает надо мной, и я вздрагиваю, сглатывая.

Не решаюсь спросить когда.

— Зачем тебе я? Уверена, любая другая охотнее поедет с тобой на море, да и ублажит тебя так, как ты захочешь, — вздыхаю, качая головой.

— А оно мне надо? В последнее время всем девушкам вокруг меня только и нужны мои деньги. Ты не похожа на охотницу, — усмехается Лекс. — В любом случае, если так переживаешь о том, что о тебе подумает мама, скажем родителям, что едем знакомиться, как брат и сестра. Я заметил, что ты в подавленном состоянии и предложил съездить отдохнуть. Вместе.

— Я же обещала подумать. Зачем ты на меня давишь? — ворчу я и отталкиваю его. — А теперь пропусти, пожалуйста. Нас ждут на празднике.

Сводный братец не оставлял мне никакого выбора. Он, вообще, что-нибудь слышал про свободу воли?!

Ольга

К счастью, после нашего разговора в туалете Лекс отстал от меня. И, чтобы никто ничего не подумал, покинул дамский туалет чуть раньше меня.

Ещё раз посмотрела на себя в зеркало, поправила причёску и тяжело вздохнула. Соберись! Это скоро кончится. Вернёшься в столицу и забудешь этого напыщенного нахала.

Или всё-таки лучше поехать с ним на море?

Все уже заняли свои места. Мама и её будущий муж стояли у священника. Рядом со Станиславом был его лучший друг. Получается, я опоздала, и ждали только меня.

Пытаюсь быть максимально незаметной, но ничего не выходит. Все смотрят на меня, особенно после фразы матушки:

— Ну и где тебя носит?

Молчу и просто занимаю своё место. Глазами нахожу Лекса: он давно сидит в первом ряду и делает вид, что ни при чём. Наши взгляды пересекаются, и по моей коже бегут мурашки, несмотря на тёплое предзакатное солнце.

Нехороший знак.

— Мы собрались здесь, чтобы скрепить узами брака два любящих сердца. Станислав, прошу вас принести клятву своей будущей супруге, — важным тоном начинает мужчина.

Хмурюсь. Обычно регистраторы читают заунывные речи, а затем спрашивают о согласии. Но мама выбрала иной вариант.

Что ж. Если ей хочется чувствовать себя королевой на празднике — её право.

— Я встретил эту замечательную женщину, когда в моей жизни была сплошная чёрная полоса. Я думал, что жизнь закончилась, пришла старость. Но я ошибся, потому что Ника стала ярким лучом света в тёмном царстве лжи и непонимания. Я снова поверил в любовь. Спасибо тебе, что ты появилась в моей жизни. Я клянусь быть тебе верным мужем, отличным любовником, заботливым другом и быть с тобой в горе и радости.

Какая замечательная речь. Я прямо сейчас расплачусь!

Чёрт, Оля! Улыбнись! Ты своим сарказмом и недоверием к мужчинам испортишь просто всё!

— Станислав, — шепчет расчувствовавшаяся мама. — Я жалею, что мы не встретились раньше. Боюсь даже представить, сколько счастливых лет мы потеряли вдали друг от друга. Я обещаю тебе наверстать это в отведённое нам время. Клянусь тебе в верности, в незабываемой близости и делить с тобой горькие моменты, а радостные — приумножать.

Не думала, что и моя мама такая романтичная…

После их долгих речей, после вопросов регистратора, в конце концов, они обмениваются кольцами и страстно поцеловались.

Вскоре церемония заканчивается, и нам позволяют вернуться в ресторан за стол, где я с удовольствием залпом выпиваю бокал вина.

— Олечка, — от голоса Лекса я вздрагиваю. — Ты здесь единственная, кто с настолько кислой миной, что прямо удавиться хочется. Ты не рада за маму? — он говорит таким тоном, словно час назад не зажимал меня в туалете.

— С чего такой вывод? — хмыкаю я. — Рада. Просто я устала.

— Хочешь, сбежим? — в его глазах зажигаются хитрые огоньки. — Мы можем прогуляться немного?

— Что мы скажем родителям? — сомневаюсь я, хоть и идея прогуляться мне очень понравилась.

— Тебе стало нехорошо, и я вывел сестрёнку прогуляться, — пожимает плечами Лекс.

У него всегда всё было так просто! Прямо на всё есть своя гениальная отмазка! И мне по-настоящему хочется сказать «да»!

Ольга

После моих слов за столиком становится тихо. Лекс мгновенно расплывается в улыбке, глядя на меня, а Мария явно хочет прожечь взглядом.

А я только сейчас понимаю, что натворила: я согласилась поехать со сводным братом в путешествие.

Случайно.

Блин.

Меня никто не тянул за язык, мне просто хотелось, чтобы неприятная мне Мария как можно быстрее отстала от меня. Но ведь не таким же дурацким способом!

И вот теперь я наблюдаю за её поникшим лицом.

— А говоришь, не охотница, — злобно бросает она.

Ну вот. Я себе «врагиню» нажила! Считает меня соперницей! Я ведь даже на Лекса ни на минуточку не претендовала, какие ко мне претензии?

— Александр — зверь, чтобы на него охотиться? — тяжело вздыхаю, отмахнувшись, делаю ещё глоток вина.

— Мария, — холодно чеканит Лекс, теряя терпение. — Мы с ней брат и сестра. Ты считаешь неправильным поехать отдыхать вместе? У нас так чудесно совпали отпуска. Думаю, это отличный шанс! Надо ловить момент для знакомства.

— Ну да. Ну да. Сводные, Лекс. Сводные. Я уверена, что тебя не остановит этот факт, чтобы залезть к ней в трусы, — показательно фыркает Мария, а затем, покачиваясь, думая, что выглядит сексуально, уходит к друзьям.

— Я могу всё объяснить, — тут же начинает Лекс, — Мария…

Но я его прерываю:

— Не нужно ничего объяснять. Я услышала достаточно. В принципе, это не сильно разошлось с моим представлением о тебе, Сашенька.

— Ты ещё хочешь пройтись? — меняет тему надоедливый парень. Он морщится от того, как я его обозвала, но мне плевать.

— Знаешь, расхотелось. Тем более я уже напилась и не хочу шататься, как последняя пьянь, — фыркаю я, сделав показательный глоток. — Найди себе другую спутницу. Если спермотоксикоз замучал — выбери любую из присутствующих здесь. Они будут рады провести с тобой ночь. А я, увы, не одноразовая.

Лекс закатывает глаза. Не нравятся мои слова? Я не виновата, что правда глаза колет.

Остаток вечера проходит без происшествий. Такси. Огромный лимузин, где Лекс пытается со мной заговорить, довозит нас до дома. Обручённые (или обречённые) спешат в свою спальню. Их любовь, их счастье, их приключение только начинается. Возможно, они смогут сохранить то светлое, что сейчас полыхает между ними.

На протяжении всей ночи из их спальни раздаются стоны и ахи. Не то что бы я завидовала, просто «повезло», что их спальня впритык к моей.

Утром сонная стою в одном пуховике и колготках, провожая маму и её новоиспечённого мужа в аэропорт. Мама суетится, проверяя, всё ли они взяли, а личный шофёр медленно, но верно теряет терпение. Станислав смеётся, глядя на суетливость жены.

— Мы точно ничего не забыли? — охает она.

Несмотря на бессонную ночь, выглядит мама довольной и счастливой.

— Главное: паспорта. И билеты. Всё остальное можно купить в путешествии, — хмыкает Станислав. Он явно привык путешествовать налегке.

— Ну, ты же знаешь, что я не привыкла так, — сюсюкает мама.

Из дома вываливается сонный Лекс. Он хмурится, куда-то уходит, а затем накидывает на меня плед.

— Да и я не замёрзла… — бурчу, а у самой тем временем зуб на зуб не попадает.

Не привыкла вставать так рано, обычно к моему подъёму на улице уже жарка.

— В моих планах нет тебя простуженной. Будешь сопротивляться, вообще накрою пледом и прилюдно обниму. — Вздрагиваю от такой угрозы и молча кутаюсь, надеясь, что этот «позор» поскорее закончится.

— Какой заботливый мальчик, — умиляется мама, а её муж стоит с взглядом всё понявшего мужчины. — Я рада, что вы пытаетесь найти общий язык.

Общий язык, мама? Да твой пасынок пытается найти со мной общую постель!

Ольга

Стою посреди сада, завёрнутая в плед, и не понимаю, как докатилась до жизни такой. За мной бегает соблазнительный сводный братец, с которым я бы не прочь переспать. Не иначе как параллельная вселенная.

Мама и отчим уезжают, а я продолжаю стоять и не понимать происходящее.

— Эй, Оль, может, уже в дом пойдём? Я сделаю тебе вкусного какао с зефирками. Хочешь? — говорит мне Лекс.

— И долго ты будешь таким обходительным? — вздыхаю я.

Моя оборона медленно падает, а я не успеваю вовремя выставить защитную стену.

— Всю оставшуюся жизнь, если ты мне позволишь, — улыбается парень.

— Ты уже всё распланировал? Сначала море, потом знакомство с родителями, — после чего я усмехаюсь, — а затем свадьба?

— Детей не забудь. Ты, как и я, хочешь детей. — Меня от этой фразы буквально простреливает.

Я молчу и послушно следую за ним в дом, где в прихожей разуваюсь, затем иду в столовую. Ещё ни один парень не пытался соблазнить меня горячим какао, и я, в общем-то, не особо хочу сопротивляться.

Молча наблюдаю за тем, как Александр готовит напиток, после благодарно принимаю какао, наслаждаясь дивным ароматом.

— Ты же знаешь, что завтра у меня самолёт в столицу? — делаю глоток и печально улыбаюсь.

— Не отпущу, — произносит он таким тоном, что с ним даже спорить становится невозможно. — Сдай билеты. Нам через три дня на море ехать.

— Зачем тебе это?

— Ты уже согласилась. При Марии. Глупо отказываться. Уверен, отец скоро узнает, и твоя мама тебе позвонит и устроит истерику, почему ты не сказала о поездке. И тут же устроит ещё одну, если ты скажешь, что не поехала.

Закатываю глаза. Засранец знает меня лучше, чем я знаю себя. Знает куда бить. И знает, что мне нечего возразить. Нечем крыть.

Никто меня за мой глупый пьяный язык не тянул. Сама проболталась.

— Ты же понимаешь, что к поездке я не готовилась? У меня даже нет нормальной летней одежды с собой, а заезжать в столицу за ней… — предпринимаю последнюю попытку, но меня безжалостно перебивают.

— Ты не слышала моего отца? — хмыкает парень, делает глоток и соблазнительно облизывает губы. — Всё, что забыла, покупаем! Так что через час едем покупать тебе крутые шмотки, — он внимательно изучает меня с головы до ног, а у меня мурашки идут по телу. А затем перечисляет: — Три летних платья, два купальника, пару маек и футболок, две пары шорт, две короткие юбки, сланцы и босоножки.

Свищу от таких планов. За меня всё решили: спорить бесполезно.

— Отправить меня в столицу будет гораздо проще и дешевле, — наконец, говорю я.

— Дешевле? А ты учитываешь потраченное время? Время — это самый ценный ресурс. Кому проще? Мне хочется узнать тебя поближе. Идеально — так вообще начать с тобой отношения, даже если в дальнейшем ничего не получится.

Закатываю глаза. Спорить с ним явно бесполезно.

— Ну, хорошо. Давай съездим и отдохнём вместе, — вздыхаю я, окончательно сдавшись. — Ты слишком убедителен, а у меня закончились аргументы.

— Хорошо. Иди собирайся, а я пока позвоню отцу: сообщу о радостной новости. Будем надеяться, что твою маменьку не хватит удар. И вообще: главное, чтобы она успела сесть на самолёт, и её не выпустят. А то, чего доброго, вернётся домой и отговорит нас, — усмехается парень.

А я надеюсь, что мама, действительно, это сделает.

Ольга

Мысленно ругаю себя, что всё-таки согласилась, что прогнулась и не смогла отказаться. Впрочем, утешаю себя тем, что вскоре Лексу надоест моё общество, и я перестану быть ему интересна, как девушка. А если так, я просто съезжу с ним на море, отдохну за границей, забыв о своих проблемах.

Звонок от мамы догоняет меня в спальне, когда я уже выбираю, что надеть. Но он не застаёт меня врасплох, я знала, что она позвонит. И явно будет не рада новости.

Тяжело вздыхаю и поднимаю трубку.

— Ты вообще думаешь, что творишь? — вместо приветствия слышу я её раздражённый голос.

— И я рада слышать тебя. Вы ещё не сели? — интересуюсь в ответ, игнорируя её недовольство.

— Вылет вот-вот, а я не могу остановить свою нерадивую дочь от главной ошибки в жизни! — возмущается она, словно я своими поступками разрушаю её счастье.

Но ведь я ничего такого не сделала! И для меня это почему-то чертовски обидно!

— Какой ошибки? — спрашиваю, делая вид, что не понимаю.

Притворяюсь дурочкой и улыбаюсь, хоть и понимаю: мама этого не видит.

— Встречаться со сводным братом, конечно же, — теряется она от моего спокойствия. Обычно, когда я виновата, я съёживаюсь и веду себя иначе.

Но сейчас… Мне надоело.

— Встречаться? — переспрашиваю, нервно хихикая. — Я же говорила Лексу, что поехать на море вместе, чтобы провести время, отдохнуть и познакомиться — не лучшая идея.

— Это его идея? — настороженно спрашивает мама, постепенно успокаиваясь.

В трубке на минуту воцаряется тишина.

— Ну не моя же, действительно! — возмущаюсь, на автомате откидывая прядь волос назад. — Ты подумала, что я, узнав о его традиции ездить на море в это время, напросилась к нему, на что-то рассчитывая? Ты посчитала, что он меня интересует?

— А разве нет? — уже чуть тише спрашивает мама.

Не наседает. Видимо, осознаёт, что всё придумала, накрутила себя.

— Нет. Он меня интересует только как брат, — вздыхаю, понимая, что и сама лукавлю. Вру.

Себе.

Но ведь мама об этом не знает?

Да и вообще, почему этот мужчина меня так сильно привлекает? В чём причина? Почему меня к нему тянет?

— Фух, — мама облегчённо выдыхает, — ты уж прости тогда. Я не хотела тебя обидеть… Просто очень не хочу, чтобы ваш неудачный роман повлиял на нашу семью. Отличного отдыха! — мама отключается.

И теперь вздыхаю я. Она так не уверена во мне, что я разрушу отношения, к которым прикоснусь, или считает Лекса бабником?

Мне хочется перезвонить и уточнить, но я не рискую. Всё-таки это её медовый месяц. Пусть наслаждается. Мой вопрос не так важен.

Вздрагиваю, потому что мой брат — ниндзя-акробат уже каким-то макаром оказывается рядом.

— Смотрю, был очень содержательный разговор? — он смеётся, не скрывая своего удовольствия.

— Ага. — Кладу телефон на кровать и качаю головой. — Мама против наших отношений, потому что считает тебя бабником, — выдаю я первое, что приходит в голову.

Маниакально наблюдая за его реакцией. Конечно, это только одно из моих предположений…

— Мне как-то всё равно, что она думает, — парень пожимает плечами и усмехается. Похоже, мои слова его ни капли не задевают.

— Тебе вообще плевать на всех? — хмурюсь в ответ. — Лишь бы тебе хорошо было?

— Ну почему же, — он разводит руками. — Вот твоей маме тоже плевать, что я о ней думаю. Так что у нас полная гармония во взаимоотношениях. Тебе бы не мешало почаще расслабляться. Жду тебя в машине. Долго не копошись, — после чего покидает мою комнату.

Некоторое время смотрю ему вслед, размышляя над тем, учился ли парень где-то на нахала или родился таким?

Ольга

До Торгового центра мы доехали на машине Лекса в полном молчании. Я не рисковала ему хоть что-то сказать, а он, в свою очередь, не торопился начать разговор первым: просто следил за дорогой.

Впрочем, меня это более чем устраивало. Мне нравилось, что Лексу была важна безопасность.

Мы въезжаем в ближайший мегаполис, и я наблюдаю по сторонам: насколько сильно изменилась местность за годы моего отсутствия. Бежала от жары, себя, надеялась, что в столице будет всё по-другому, совершенно другая жизнь, более спокойная и интересная. Но нет. Люди везде одни и те же.

А самое главное, я взяла с собой себя.

— И чего ты приуныла? — усмехается Лекс, и я выныриваю из своих мыслей.

Он как раз припарковался и теперь открыл дверь, выпуская меня из машины. Мелочь, а приятно.

Даю ему руку и вздрагиваю от горячей ладони.

— Да так… Задумалась, — отмахиваюсь я, следуя за ним в лифт.

Мне хочется поскорее купить вещи, чтобы вернуться в коттедж и спрятаться под одеялком. Я не привыкла к авантюрам, и подобное вызывает у меня стресс.

И замкнутое пространство только прибавляет мне нервозность, когда дверца лифта захлопывается. Прикусываю нижнюю губу, пытаясь избавиться от очень увлекательных фантазий.

Что со мной? Почему близость Лекса действует на меня таким странным и магнетическим образом?

— И о чём же ты задумалась? — сводный братец предпринимает вторую попытку со мной заговорить.

— У меня ощущение, что я попала в сказку и теперь за место Золушки, — пытаюсь отшутиться.

— Так я сказочный принц? Спасибо, мне приятно, — улыбается Лекс. — Не переживай, карета не превратится в тыкву, а тебе не придётся сбегать с бала в полночь. Всё по-настоящему.

— Ага, — хмыкаю я в ответ. — Вот только Золушка не ездила в романтическое путешествие с тем, с кем едва знакома.

— Давай напишем свою сказку? Счастливые здоровые отношения бывают и в реальности. — Очень удивляюсь его словам и пожимаю плечами.

Некоторое время думаю, что ему ответить. Мы как раз выходим на первый этаж и оказываемся в обилии различных бутиков.

— Думаешь, нормальные отношения начинаются со спора? — наконец, довольно дерзко отвечаю ему.

— Всё в добровольном порядке. Я же не закрываю тебя на триста шестьдесят пять дней в роскошном доме и не заставляю в меня влюбиться, — Лекс наклоняется ко мне ближе и тихо смеётся, опаляя мне кожу.

Понимаю, на что он намекает, и смеюсь в ответ.

— Ну да! Всего на месяц!

— Я везу свою вредную сестричку на море, чтобы показать ей мир и как живут другие люди. Ну и познакомиться, — вредный гад всё предусмотрел.

Не прикопаешься!

— Ага, то-то у нас своего моря в ста километрах нет! — подначиваю его я.

— Вот ведь вредина! — наконец, сдаётся он. — Я бы мог тебя сначала надолго закрыть в доме, пока ты не влюбишься…

— Признайся, ты боишься моей мамы — она тебе этого не позволит, — усмехаюсь и спорю.

Почему-то эта небольшая дискуссия очень нравится.

— Твоя мама бы ничего даже не заметила. Она сейчас слишком занята любовью к моему отцу, — Лекс даже не повёл бровью. — В общем, я мог тебя влюбить в себя, а затем и тайком расписаться.

Вскидываю брови и удивлённо смотрю на него.

— А как же свадьба? Праздник? Собраться семьёй… — обрываюсь на полуслове: второй раз подобный «праздник» я не выдержу.

Хватило свадьбы с бывшим, потом и мамина повторная свадьба с вопросами от гостей «А ты когда замуж?» — измотала вдвойне.

— Для хорошего настроения и праздника не нужен повод. Если хочешь праздник и волшебство — создай его сам. В любое время. Когда захочешь. И собери всех, — пожимает плечами Лекс.

Восторженно смотрю на него, раскрыв рот. Потому что братец всё больше удивляет меня. И ведь он чертовски прав!

Александр тем временем тащит меня в ближайший бутик. И я решаю остановить на этом наш увлекательный разговор.

Увидев цены, мгновенно переключаюсь и начинаю возмущаться, что дорого, но он лишь отмахнулся.

— Дорого? Слушай, не смотри на эти странные цифры, представляй, что для меня здесь всё бесплатно.

Я лишь шокированно наблюдаю за тем, как парень сгребает в охапку все понравившиеся мне и ему вещи, где-то угадывает с размером, а где-то нет, а затем буквально запихивает меня в раздевалку.

— Примеряешь вещь, после выходишь, показываешь. Посмотрим, какие образы тебе подойдут, — спокойно говорит он, странно улыбаясь.

— Мне обязательно выходить? — начинаю стесняться я, глядя, какие открытые топы предлагает мне сводный братец.

— Ты всё равно будешь щеголять в этом со мной на море. Так какая разница, когда я это увижу? — смеётся парень. — А если стесняешься, то зайду к тебе в раздевалку… — последняя фраза звучит как угроза, и я убегаю внутрь.

Потому что у меня от этой мысли мурашки по коже идут…

Лекс

Это была любовь с первого взгляда. Чем больше я узнавал Олю, тем больше мне хотелось её узнать. Она очень отличалась от девушек из моего окружения. Интересная, настоящая, дерзкая, красивая. Казалось, она не боялась ничего. Другие рядом со мной терялись и замолкали, боясь сказать лишнее слово.

Единственное, что смущало — самооценка этой красавицы. Никак не мог понять, почему Оля так себя вела. Была ли она всегда такой, или её прошлые отношения сказались на ней?

Мы часто отражение нашего окружения и отношений. Не исключал, что именно бывший мудак так сильно повлиял на неё.

Но теперь я был настроен решительно: нужно вернуть Оле радость жизни и доказать ей, что она — особенная.

Я построил план в своей голове. Я осторожно втирался к ней в доверие, обещая себе не торопиться. Не наброситься на Олю, как хищник, ловящий жертву. Я мог бы один раз переспать с ней, я видел желание в её глазах. Желание, которое маленькая лгунья отрицала.

Я мог бы удовлетворить себя и её, но понимал, что тогда Оля не станет мне доверять. А доверие — это важно.

Как назло, в этот самый момент Ольга вышла из раздевалки в первом обтягивающем платье. Зверь, спящий внутри меня, мгновенно зарычал.

Оля стояла, пытаясь одёрнуть короткую ткань, и явно чувствовала себя неуютно. А я пытался держать себя в руках, в узде и обуздать рвущееся наружу желание.

Чёрт подери, почему она так хороша?!

— Я не знаю, мне кажется, это платье вываливает наружу мой лишний вес, — наконец, выдала она обиженно.

Оглянулся по сторонам, удостоверился, что никого нет, и приблизился к Ольге, вжав её в стену. Здравый смысл тут же возопил, что это плохая тактика, и она может разрушить весь мой план, но я ничего не мог с собой сделать.

— Оля, ты прекрасна, — прошептал ей на ухо. — Отбрось свои комплексы, в тебе нет лишнего веса.

— Ты не мог бы… — Её дыхание опалило мне кожу, и я тяжело выдохнул.

Бороться с собой с каждой минутой становилось невыносимее.

— Знаешь, я бы прямо сейчас втолкнул тебя в эту маленькую раздевалку и сделал бы с тобой всякие грязные вещи, — выдохнул, закрыв глаза, представляя самое сладострастное, что я только мог представить.

— Что мешает? — тихо пролепетала Оля.

Я не услышал в её голосе страха. Только слабо прикрытый интерес.

Или я хотел, чтобы это так и было?

Резко отстранился, сделав шаг назад. Как же мне хотелось прикоснуться к её губам своими. Как же мне хотелось сделать всё то, что было запрещено…

— Правило «не трогать тебя, пока ты этого не захочешь сама». Помнишь, мы договорились? — твёрдо произнёс я. — Прости, что сорвался, я не должен был, — голос охрип, и я замолчал, пытаясь привести его и себя в порядок. — Если тебе не комфортно в этом платье, смотри сама. У нас впереди ещё куча одежды, а если в этом бутике ничего не подойдёт, перейдём в следующий.

Ольга бросила на меня недовольный взгляд, покачала головой, а затем ушла в раздевалку, чтобы переодеться в следующий наряд.

Только примерно после третьего короткого платья до меня дошло, что вскоре Ольга начнёт примерять купальники…

Придётся собрать всю свою волю в кулак. И, похоже, не только волю. Но мы же справимся?

Ольга

Его прикосновения как раскалённая сталь. Я даже и представить не могла, что будет так горячо. Стыдно признать, но пожирающие взгляды Лекса мне безумно нравятся. И его прикосновения сводят с ума.

Неужели, я так просто сдалась? Но разве я могу отрицать то, что мой сводный братец мне симпатичен? Что меня тянет к нему, словно магнитом? И где взять презерватив на появляющиеся чувства?

После примерки третьего наряда я почти не стесняюсь: не вижу в этом смысла. Лекс будет видеть меня во всём этом ближайший месяц, и я не смогу скрыться от этого взгляда. Да и захочу ли?

Отмечаю, что у парня действительно хороший вкус. Он умудряется с лёгкостью подметить, что плохо сидит, а что, напротив, садится как влитое. И это просто не может не радовать.

В итоге мы выбираем несколько нарядов, и я даже соглашаюсь купить первое платье, хоть и буду чувствовать в нём себя неуютно.

— Брось, ты неотразима, — словно прочитав мои мысли, пытается подбодрить меня Лекс.

— На меня будут смотреть мужчины, а ты обязательно приревнуешь, — фыркаю я, пытаясь поддеть.

Надеюсь, что это шутка хоть немного притормозит его, заставив ЭГО возопить. Но его слова удивляют меня:

— Нет. Я буду знать, что я выбрал лучшую девушку, а остальные мужчины будут мне завидовать, глядя на тебя. Ты ведь со мной, и от этого я буду самым счастливым, — хитро улыбается парень, а я замираю.

Это шикарные, мудрые слова, которые я впервые слышу от противоположного пола. Знакомые мне мужчины думают иначе. Обычно они закатывают сцены ревности, истеря по поводу и без.

Мой бывший никогда б не позволил мне так одеться. Его ЭГО не позволяло даже подумать, что я красиво одеваюсь в первую очередь для себя, потом для него, немного для окружающих девушек, чтобы позавидовали, и уж после — для незнакомых мужчин.

Пока Лекс оплачивает покупки, я замираю, разглядывая витрину. На самом деле я просто пытаюсь понять, это Лекс такой необычный, или мне с бывшим так откровенно не повезло? Но тогда в последнем случае где были мои глаза?

— У вашего парня замечательный вкус, — с улыбкой говорит мне консультант.

— А? — выныриваю я из своих мыслей, а затем до меня доходит смысл ею сказанного: — А, да, — киваю.

Не спорю. Было бы сложно объяснить, что этот парень мне… сводный брат. Брат, который хочет стать кем-то большим.

Мы выходим из бутика, и Лекс спокойно ведёт меня в следующий, где меня ждёт сюрприз. Сюрприз в виде купальника.

Вздыхаю. Он увидит меня голой, почти голой, уже сегодня. Панически осознаю, что у меня не бритые ноги, а на капроновые колготки надеть купальник будет глупо. Что ж. Ну, может быть, после этого он передумает за мной ухлёстывать.

Следующий сюрприз нас ждёт, когда наш выбор купальников не совпадает. Мне нравятся слитные модели, ему — открытые.

— У меня в этом знаешь, как пузо будет выпирать? — жалуюсь я, глядя на предложенные им варианты.

— Да брось. Где у тебя пузо? Хватит комплексовать, ты прекрасна. Или твой бывший так забивал твою самооценку, что ты никак не можешь выйти из тех отношений? Очнись! Ты свободная девушка и можешь одеваться, как хочешь! — слышу от него очередную тираду и злюсь.

Бросаю на него гневный взгляд, а затем, тяжело вздохнув, хватаю то, что он предлагает, но от слитных купальников не отказываюсь.

И всё равно переодеваюсь в свой вариант. Чисто из вредности. Всё закрыто. И впервые думаю, а чего я, собственно, стесняюсь?

Выхожу и спрашиваю:

— Ну как?

К моей радости, Лекс даже не смотрит на мои ноги, с удовольствием разглядывая купальник.

— Знаешь, неплохо. Но не идеально. Если вот прямо так хочется слитный, то, подожди, я сейчас вернусь, — задумчиво произносит он, а затем выходит из примерочной.

Напряжённо жду его возвращения, разглядывая себя в зеркале. На мне зелёная тина. И зачем я это только взяла?!

Осознание того, насколько сильно изменили меня прошлые отношения не в лучшую сторону, простреливает прямо в голову.

Ольга

Пока Лекс ходит по бутику, выбирая мне новый купальник, разглядываю его предыдущий выбор. Несколько из открытых купальников выглядят соблазнительно, и мне даже хочется их примерить. Но насколько привлекательно я буду выглядеть в каждом из них? Не буду ли я чувствовать себя толстой?

Неожиданно мне надоело рефлексировать по поводу своей внешности. Я ведь, действительно, красивая… Почему из-за едких комментариев бывшего я решила, что я не очень?

Пока Лекс не вернулся, я проскальзываю в раздевалку и примеряю понравившийся комплект. Неожиданно, но открытый купальник мне даже нравится. Я больше не кажусь себе толстой и даже с удовольствием кручусь у зеркала.

— Внимание, я вхожу! — слышу я голос Лекса.

Вздрагиваю, но ни прикрыться, ни возмутиться его наглостью не успела: в следующее мгновение братец заходит внутрь.

— Лекс! — воплю я. — Я же голая!

— Я увижу тебя на пляже в абсолютно таком же наряде, — совершенно спокойно отмечает он. — Так что кричи, не кричи, стесняться нечего. Кстати, этот комплект классно на тебе сидит.

Закатываю глаза и скрещиваю руки на груди, зло глядя на смутьяна.

— Так твои груди стали выразительнее. Почаще так делай, — усмехается он, явно кайфуя от моей реакции. — Я чего зашёл. Я принёс два варианта слитного купальника, на которые я согласен.

— А почему я должна соглашаться с тобой?

— Очевидно, ты стесняешься своей фигуры и готова одеться в мешок, лишь бы на тебя не смотрели, — наставительно отмечает парень, а я хмурюсь и прикусываю нижнюю губу. Прав, гадёныш. — Моя спутница должна выглядеть красиво. Ты красавица, и твои стеснения не уместны.

И он показывает мне два купальника. Оба обтягивающие. Один чёрного цвета, другой притягательного алого.

— Я захватил чёрный на всякий случай, — заметив мою реакцию, отмечает Лекс.

— Я буду выглядеть в нём как проститутка, — фыркаю в ответ, злясь.

А самой очень хочется принарядиться и посмотреть на себя в зеркало.

— На самом деле нет. Но, боюсь, чёрный будет притягивать солнечные лучи, отчего ты в нём упаришься. Померь красный. — Он вешает это обтягивающее нечто на вешалку. — И подумай над комплектом, в который ты сейчас одета. Классно сидит.

После чего Лекс выходит из моей раздевалки.

Тяжело вздыхаю и облачаюсь в предложенный вариант. Замираю. Купальник сидит как влитой. Не стягивает движения, не делает меня толстой. Кошусь на выход, думая, из какой сказки сбежал Лекс, и как у него так легко удаётся подобрать одежду.

В конце концов, выхожу и позволяю сводному братцу оценить мой наряд. Он улыбается: ему явно нравится.

Меряю ещё несколько вариантов, и в итоге мы выбираем красный слитный и тот вариант открытого, который понравился обоим. Лекс оплачивает очередную покупку, а мне всё больше становится некомфортно.

Парень беззаботно тратится на меня, а я не привыкла к такому ухаживанию.

— Так-с, у нас осталась обувь, — заявляет он, когда мы с огромными пакетами выходим из бутика. — Но я предлагаю сделать перерыв и сходить в фудкорт, чтобы перекусить.

— Перерыв? — удивляюсь я.

Для меня поход по магазинам всегда являлся сущим адом, когда нужно за минимальное количество времени обойти максимальное количество бутиков. Это мне ещё привила мама.

И теперь я была крайне удивлена тому, что можно по-другому.

— Ты чего? Всё должно быть в удовольствие. Поход по магазинам в том числе. И жизнь должна быть только в удовольствие, — произносит он очередную речь, от которой я вздрагиваю.

— И откуда ты такой прошаренный и просветлённый? Колись, с кем по магазинам ходил? — мой желудок подтверждает, что я проголодалась, и вопит на весь торговый центр.

Лекс усмехается и бросает короткое:

— Пошли, за обедом расскажу. — И так дьявольски подмигивает, что я вздрагиваю.

Ольга

Недоумеваю, как можно было уродиться таким «идеальным», ищу подвох, но молча следую за сводным братом, не находя ответы на свои многочисленные вопросы. Мы поднимаемся на фудкорт, и мои глаза разбегаются от количества кафешек, ресторанов быстрого питания и столовых.

— Ну-с, ты приверженица здорового питания, или, плевать на всё, пойдём есть фастфуд? — усмехается Лекс, наблюдая за моей реакцией.

— Ты знаешь, я всё мечтаю сесть на диету и похудеть, — тяжело вздыхаю я, а желудок уже умоляет съесть какой-нибудь бургер.

— А в каком месте ты толстая? — фыркает Лекс, покачав головой. — Я видел тебя почти голой: ни намёка на жир. А вот с самооценкой беда.

Смущаюсь и ничего не могу сказать.

В итоге Лекс сам выбирает ресторан быстрого питания и делает заказ. Сажусь за столик и покорно жду сводного брата.

Но, когда он ставит поднос с готовой едой, округляю глаза. На нём пол-литра газировки, несколько бутербродов, большая картошка фри, разные соусы и куриные крылышки.

Мой удивлённый взгляд он понимает по-своему:

— Я думал взять ещё мороженое, но подумал, что оно растает, пока мы будем есть горячее. Не начинать же обед с десерта! По поводу того, что это вредно: не переживай. Еда во всех кафешках вредная из-за различных добавок, — парень улыбается, и я теряюсь окончательно.

— А мы вообще столько съедим? — осторожно интересуюсь я.

— Не вопрос. Что не съешь ты — доем я. Это для меня не обед.

— Ты не похож на жирдяя, — вылетает из моего рта гораздо раньше, чем я успеваю подумать, и мне пришлось прикрыть губы рукой, покраснев от стыда. — Ой, я не…

— Всё в порядке. — Лекс неожиданно берёт меня за руку и нежно гладит указательным пальцем, успокаивая. — Спасибо за комплимент. Ускоренный метаболизм и тренажёрный зал делают своё дело.

Некоторое время мы молча едим, я получаю удовольствие от вкуса, наслаждаясь каждой минутой и корю себя, что запрещала себе есть подобное.

Наконец, собравшись с мыслями, я неуверенно спрашиваю:

— Так ты мне расскажешь, в чём твоя тайна? Почему ты так легко ходишь по магазинам и… — останавливаюсь, не зная, как завершить свой вопрос.

— Да секрета особо и нет. Я не супергерой, это точно. Просто у меня есть младшая двоюродная сестра. Ну как младшая… Ей в этом году уже двадцать пять исполнилось. Жених уже есть.

Высвобождаю руку, потому что под ровный строй мурашек мне тяжело слушать парня. Лекса это не обижает.

— Мы почти с детства вместе. Всегда считал себя старшим родным братом. Защищал её от хулиганов, а она взамен учила всяким девчачьим штучкам. Пару раз так вышло, и ей было не с кем пойти в магазин. Пришлось мне впрягаться во всё это. Несколько раз страдал, а затем мы выработали свой секрет комфортного шопинга. Примеряем вещи, пока не устаём, потом идём отдыхать на фудкорт. Если после еды остаются ещё силы — продолжаем покупки.

Смотрю и не верю: умеют ведь люди спокойнее относиться к жизни. Мне бы эту лёгкость! Вечно ношусь, как сурок, и не могу ничего сделать со своею тревожностью и суетливостью.

Мы непринуждённо болтаем, медленно поглощая еду. Прилив сил чувствую, как и то, что я объелась.

После этого продолжаем наш шопинг, покупаем мне летнюю обувь. Предлагаю Лексу что-нибудь купить себе, но он отмахивается: мол, дома и так огромная коллекция шмоток.

Мы возвращаемся домой, и я наконец с ужасом осознаю, на что я подписалась.

Ольга

Я не спала всю ночь, нервничала и переживала по разным поводам. Уснуть не было никакой возможности: я буквально сходила с ума. Разные неприятные мысли тревожили мою головушку.

«А вдруг самолёт не долетит, и мы разобьёмся? Это вообще была моей шаблонной мыслью перед каждым перелётом», — стандартные переживания на тему выживу ли я, сможем ли мы приземлиться, или погибнем?

«А вдруг самолёт залетит не туда, мы приземлимся на необитаемый остров, а далее всё будет развиваться как в сериале «Остаться в живых»?» — это какая-то новая мысль, связанная с отпуском в другой стране. Загранпаспорт я сделала давно, и ни разу им не воспользовалась в замужестве.

«А вдруг Лексу захочется сделать со мной что-то прямо в кабинке туалета?» — пыталась отогнать эту мысль, повторяя себе то, что надо просто не ходить вместе.

«А если чемодан с вещами потеряется?» — эту мысль я отгоняла тем, что вещи можно купить ещё раз.

«А если Лекс посмеётся надо мной и оставит где-то на необитаемом острове? Я ведь совершенно его не знаю!» — эту навязчивую идею отклоняю, напоминая себе, что он мой сводный брат и не будет мне вредить.

В итоге я заснула под утро, и мне снилось, что наш лайнер затонул, и я попала к аборигенам, которые решили меня сожрать.

Отличный сон перед путешествием. Браво, Ольга!

Просыпаюсь от того, что Лекс мягко пытается разбудить, трогая за плечо.

— Эй! — возмущаюсь я, потому что не ждала непрошенного гостя. — Если бы я была голой?

— Ну, я видел тебя в купальнике… — хитро улыбается он, поведя плечом. — Остальное я уже додумал.

Чувствую как медленно краснеют мои щёки — их начинает тихонечко жечь. Боже мой, за что!

— Не переживай, всё хорошо. Главное, что ты проснулась. Собирайся, у нас пару часов до вылета.

Выдыхаю только, когда за Лексом закрылась дверь. К счастью, я собрала чемодан ещё вчера. Знала, что суетиться с утра мне не захочется: не до того. Истерика уже давно завладела мной.

Поэтому налегке умываюсь, делаю прическу, макияж. Остаюсь недовольна синяками под глазами.

Одеваюсь сразу в дорожную одежду. За окном тучи — кажется, вот-вот пойдёт дождь. Под стать моему настроению.

Спускаюсь вниз вместе с вещами. Лекса нахожу на кухне: он с важным видом готовит завтрак.

— Ну, и зачем ты тяжёлое таскаешь? — упрекает меня он, покачав головой.

— Ну, не сводного же братца вечно нагружать, — усмехаюсь я, прищурив глаза. — Ты и так много для меня сделал.

— Ну, всегда можно попросить прислугу, если не хочешь напрягать меня, — казалось, у этого засранца всегда есть ответ на любой вопрос. — Им за это деньги платят, не кипишуй.

И в кого он такой?

Завтракаем мы вполне себе по-семейному. В уюте, тепле, и мне даже хочется, чтобы так было всегда. Одёргиваю себя от этой странной мысли: нас ещё месяц путешествия ждёт. Успеем надоесть друг другу, и Лекс сто раз передумает строить со мной отношения.

Я почему-то уверена в этом.

Впрочем, впереди ещё десятичасовой перелёт с пересадками. Тоже такое себе удовольствие.

До аэропорта доезжаем на такси. Потом посадка, которая кажется мне вечностью. Всегда, куда бы я не летела.

В итоге мы всё же садимся в самолёт, и я тяжело вздыхаю, готовясь к худшему.

— Ты чего так напряглась? — Лекс, похоже замечает моё странное поведение.

— Э… Всё в порядке, — пытаюсь отнекаться я, но не выходит. Лекс не верит. — Ну, я боюсь взлётов. Каждый раз думаю о том, что взлететь-то мы взлетим, а вот приземлиться… — я многозначительно развожу руками.

Лекс качает головой, но ничего мне не говорит. Страх перелёта у меня ещё с детства.

Вместо осуждений и нравоучений сводный братец зовёт бортпроводницу и с улыбкой её просит:

— Принесите этой леди шампанского, пожалуйста.

Кажется, наше очень весёлое путешествие уже началось… Шампанское? Очень плохая идея, которая не закончится ничем хорошим!___У меня для вас сегодня подарок в виде скидки на "Зверь по соседству" в 30 % романтическая комедия, которую также издали в АСТ

Ольга

Я не стала отказываться. В какой-то момент страх из-за перелёта стал просто невыносимым, и я с удовольствием осушила бокал. Проводница посмеялась и налила нам ещё.

Алкоголь мгновенно расслабил. Стало одновременно весело и одновременно плевать на то, что меня ждут длительные часы в полёте. Да даже если и упадём, какая разница? Во мне наивкуснейший алкоголь. Чему быть, того не миновать.

И даже тот факт, что нам придётся провести долгое время наедине, меня не особо пугал. Больше не пугал.

— Тебе полегчало? — услужливо интересуется братец.

Киваю, улыбнувшись. Сейчас я не чувствую себя рядом с ним некомфортно.

— Боишься высоты?

— Боюсь перелётов. Ещё когда маленькой мама брала меня с собой в столицу, я боялась. С возрастом стало только страшнее, — отмахиваюсь я. — Ещё одна причина, почему я так редко приезжаю домой.

— Я, наоборот, люблю летать. Люблю свободу. Люблю полёт, — Лекс делает ещё глоток и соблазнительно облизывает губы. Почему-то смущаюсь. — И когда по делам компании летал, и за границу отдыхать. Пару часов полёта, и ты уже в другом месте. Даже, можно сказать, в другом мире. В каждой стране свои обычаи, свои нормы, и узнавать каждую… Это ли не кайф?

— Возможно, — пожимаю плечами — у меня нет подобного опыта. — Ты часто летаешь по делам компании? Отец так сильно тебе доверяет?

Почему-то хочется узнать о нём побольше, и я ловлю такую возможность.

— Я тебе больше скажу. Я в нашей компании с пятнадцати лет. Отец мне не просто доверяет, я — часть этого всего. С тех пор как… — на мгновение мужчина прерывается, вздыхает, делает ещё глоток и продолжает: — как её не стало. Матери. Авария. Несчастный случай. Отец был безутешен, а я всячески пытался облегчить папину участь.

Очень удивляюсь, услышав это. Александр, будучи подростком, не только не расклеился, но взял себя в руки и начал помогать отцу? Это достойно уважения. О матери не стала уточнять: всё-таки очень болезненная тема.

Почти весь полёт мы разговаривали на всякие отвлечённые темы. Лекс оказался замечательным собеседником, и мне безумно понравилось с ним беседовать. У нас нашлось множество тем, и мы болтали просто без умолку. Такое удовольствие…

Обошлось без туалетных кабинок и прочих приключений. Мы просто долетели до Таиланда, приземлились, а затем выбрались из самолёта.

Прилетели мы поздней ночью. Было достаточно темно, и я выдохнула.

— Жаль, что в этот раз рейс был не вечерний, — с грустью признаётся Лекс, выкатив оба наших чемодана. Я потянулась за своим, но мой спутник не дал его взять. — Вылетели бы вечером, проспали бы всю ночь в самолёте, а с утра уже на корабль. А так придётся переночевать в ближайшем отеле. Завтра посадка.

Я молча иду рядом, не споря. Устала от полёта, пересадок, взлётов и приземлений. Наслаждаюсь воздухом: он здесь другой, более свежий.

— Да не хмурься! Наши приключения только начинаются! — Жизнерадостного братца хочется придушить.

Нас забирает такси и доставляет в ближайший отель, где Лекс берёт забронированный номер.

— Эй! Он у нас один на двоих?! — осознав это, возмущаюсь я.

— Не переживай. Там отдельные комнаты, — устало отмахивается Лекс, открыв дверь и впустив меня вперёд. — Я свои обещания выполняю и не притронусь к тебе, пока ты этого не захочешь.

И это удивительно, тоже бесит.

Молчу, просто следую за Александром. Он всё больше кажется мужчиной мечты, и это невероятно пугает.

Он не соврал: роскошный огромный номер с двумя комнатами и ванной. Мне нечего возразить Лексу: он всё предусмотрел.

— Ты в душ хочешь? Я, например, не отказался бы.

— Давай ты первый в душ, — сдаюсь я. — Я пока переоденусь и поваляюсь. Всё тело затекло.

Лекс понимающе кивает и с улыбкой добавляет:

— Если захочешь присоединиться…

— Не захочу, — грубо обрываю его я.

Мой спутник пожимает плечами и уходит в ванную смывать с себя долгий перелёт.

Пока братец моется, я беру первое попавшееся платье и переодеваюсь в него, скинув с себя дорожную одежду. Устало падаю на кровать, наслаждаясь её мягкостью.

Я почти проваливаюсь в дрёму, когда Лекс выходит из ванной. Я не учла, что выбранная мной комната проходная между его спальней и ванной. И наглец выходит в одном полотенце, намотанном на причинном месте.

— Эй! — возмущаюсь я, чувствуя, как щёки начинают гореть.

Я честно пытаюсь смотреть на его лицо, но мои глаза упорно спускаюсь ниже, разглядывая его идеальное тело, а мозг сам додумывает разнообразные фантазии.

Дьявол.

— Что такое? Я же не голый. Или тебе полотенце, наоборот, мешает? — Братец потянулся к нему, желая сбросить последний элемент одежды…

Лекс

Эти десять часов перелёта были одними из самых счастливых в моей жизни. Лёгкий алкоголь, выпитый нами, раскрепостил и раскрыл мою собеседницу, и я не мог не нарадоваться такому открытому общению. Оля общалась со мной, не стесняясь, не жеманничая.

Она разительно отличалась от других девушек и этим манила, привлекала только сильнее. Всё больше хотелось узнать её душу, о чём она думает и чем живёт, чем залезть ей в трусы.

Меня тянуло к Ольге и в физическом плане, и я всячески себя останавливал. Тормозил. Не хотел сходить с ума раньше времени. Не хотел всё испортить. Не хотел потерять призрачный шанс на то, что Оля ответит мне взаимностью.

Да, возможно, учитывая отцовскую предысторию, я себе нафантазировал, что и у нас с Олей получится, но не исключал того, что мы слишком разные и у нас ничего не выйдет.

Но это совершенно не мешало нам отдохнуть вместе.

Я взял номер на одну ночь на двоих, не задумываясь. Тем более что комнат было две. Уже, будучи в душе, осознал, что не взял нижнее бельё, и теперь пришлось выходить из ванной с полотенцем на теле.

Впрочем, я этого не стеснялся: многие девушки западали на моё накачанное тело. Чего бы лишний раз не похвастаться?

Мне определённо нравилось то, как Оля на меня посмотрела. Этот смущённый, раздевающий взгляд не давал мне покоя. И я бы с удовольствием избавился от полотенца, если бы знал, что девушка тоже хочет того, чего хотел я.

Дразнил её, намекая, что могу откинуть полотенце в сторону. Чувствовал, как напряглось естество, и понимал, что не смогу вовремя остановиться, если допущу это.

Там уже не разберёшься: хотела она на самом деле или нет.

Я видел её желание в глазах, видел похотливые искорки. Бросил короткий взгляд на её новый наряд — купленное накануне платье. У меня слюнки потекли от предвкушения!

Вовремя осознал, что время не пришло. Оля не была готова. Не победила внутренних демонов, споря с собой, правильно ли наше обоюдное желание.

Запрет, навешанный её матерью и моей мачехой, навис над нами тяжёлым камнем. Что за эгоизм — бояться, что отношения дочери испортят их брак с моим отцом.

Нет, лучше я дам Оле время на осознание. Столько времени, сколько она пожелает.

— Лекс! — возмущённо воскликнула она.

Моральные принципы этой красотки всё же взяли над ней верх. А жаль. Это было бы прекрасным завершением дня.

Ещё раз посмотрел на обтягивающее фигуру платье, которое подчёркивало каждую выпуклость её тела. Это навевало на очень пошлые фантазии.

— Всё, ухожу, — усмехнулся, продефилировав в соседнюю комнату, но на пороге не удержался и всё-таки скинул полотенце, закрыв за собой дверь.

— Лекс! — услышал ещё один её вопль и сладко улыбнулся.

Максимум, что она могла увидеть: мою упругую задницу. Пусть пофантазирует о том, чего пока не может получить.

Переоделся и повалился на кровать, наслаждаясь шелковистыми простынями и мягкостью. После сидячего положения — самое то.

Тут же уснул: после душа и долгого перелёта меня размазало.

Как ни удивительно, но во сне ко мне пришла Ольга, и это был далеко не первый эротический сон с её участием.

Поскорее бы этот сон стал явью.

Ольга

Ужас и стеснение, которые я перенесла за короткую минуту, не описать словами. Я увидела его голую задницу и… одновременно испугалась и… Захотела увидеть, что у него спереди!

Боже, как стыдно! Как я вообще могу об этом думать?! Неужели Лекс меня настолько сильно привлекает? Или на мне сказывается долгое воздержание?

Во мне словно боролись две личности: одна утверждала, что нужно зажмуриться, другая, напротив, хотела по максимуму всё рассмотреть.

Обе остались не удовлетворены. Одна часть меня хотела увидеть его голым полностью. Вторая хотела это развидеть.

Кинулась в освободившийся душ, где неистово тёрла себя, свою кожу, пытаясь отмыться от грязи и пошлых мыслей. Но, похоже, они всё плотнее оседали в моей голове.

Попробовала контрастный душ, но и он не снизил градус моего возбуждения. Что со мной не так? Почему я просто не могу расслабиться?

Всё-таки стоит обговорить с Лексом все правила и нормы, иначе я наделаю делов, а маме их решать. И это чёртово неуместное пари!

В котором я уже проиграла.

Но я ведь на него не соглашалась?

Вторую ночь подряд спала неспокойно. И если предыдущую ночь меня беспокоили тревожные сны, то в этот раз они стали эротическими. Всё началось с того, что Лекс скинул полотенце в моей комнате и набросился на меня с поцелуями. Порвал одежду на теле, а затем я просыпалась.

Чёрт. Даже во сне не могла довести дело до конца.

Как результат уже утром я не могла смотреть нормально на Лекса и дёргалась от каждого шороха.

— Ты чего? Я же полностью одет? Прости, что вчера так вышло: они не предусмотрели мужского халата, а напяливать на себя женский розовый, да ещё и не моего размера… — начал оправдываться он, отчего мне самой стало смешно, и я расхохоталась, потеряв нить его увлекательнейшего монолога.

Мы спустились на завтрак: посадка была только через два часа. Отель и обслуживание были высшего класса: на завтрак шведский стол во всей красе. Я рисковала обожраться.

Тем не менее, еды я взяла по минимуму, но всё равно успела объесться. Лекс внимательно наблюдал за каждым моим действием, но никак его не комментировал, лишь улыбался.

После завтрака Лекс предложил отправиться на пляж, искупаться, а я, всё ещё стесняясь неугомонного парня, отказалась.

— Ну, как хочешь. На корабле будет бассейн, да и мы будем делать остановки и купаться в море. Ох… если бы ты знала, насколько живописны там места, — Лекс причмокивает губами, а я вздрагиваю.

Во сне после таких действий было очень необычное продолжение, а я всё ещё не решила: хочу ли его или нет.

В смысле подобное продолжение. Или Лекса? Тьфу…

Дьявол. Сама запуталась.

Вскоре мы поднимаемся на борт корабля, и только в этот миг я окончательно осознаю, на что подписалась, и какие приключения меня ждали.

Повсюду были накачанные мужчины в плавательных шортах, а также девушки в бикини с соблазнительными формами.

Посреди этой красивой картинки я почувствовала себя лишней.

— Эй, ты там сильно по сторонам на мужчин не глазей, а то я приревную, — усмехается Лекс, а я по его хитрому взгляду понимаю лишь одну вещь: он всё ещё играет со мной.

Я же до сих пор не знала правил…

___Я искренне рекомендую вам заглянуть в мою короткую историю про первую любовь, встречу через время и… соседей. сегодня за 89 рублей

Ольга

За ужином мы мило беседуем обо всём. Все разговоры с ним такие непринуждённые и спокойные, что даже страшно, непривычно. Лекс рассказывает мне о том, что корабль каждое утро будет делать остановку на шесть часов: можно будет прогуляться по городу.

— Хочешь завтра со мной, прогуляемся, посмотрим на достопримечательности? — улыбается он.

— Знаешь, я бы предпочла ещё денёк поваляться у бассейна. Не настроена я на осмотр достопримечательностей, хочется побыть ленивым тюленем, — честно признаюсь я. — Боюсь, я вообще буду достаточно скучной компаньонкой.

— Брось. У каждого бывали трудные времена. Твоё желание полениться я понимаю полностью, — парень кивает, сделав соблазнительный глоток своего напитка. — Послезавтра корабль остановится в середине дня. У меня есть предложение: съездить на необитаемый пляж, устроить пикничок. Как тебе такая авантюра?

То ли во мне слишком много алкоголя, то ли я очень расслабилась после захода на корабль, но я неожиданно соглашаюсь. Мне вдруг хочется полежать на диком пляже, на песочке и посмотреть на закат.

Мы мило посидели в ресторане, проведя вместе несколько часов, а затем Лекс проводил меня до моей каюты и чмокнул в щёку, вызвав очередной взрыв эмоций, который я пыталась скрыть. По телу побежали приятные мурашки, и я не могла больше противостоять нахлынувшим чувствам.

Уже в комнате наедине с собой мне захотелось петь и плясать, и, пока я не натворила делов, я просто легла спать.

Сны мне снились разнообразные, но довольно приятные. Наутро я чувствовала себя счастливой. Лекс отправился в город, а я осталась отдыхать у бассейна, размышляя, куда бы ещё можно сходить на корабле.

Вечер мы вновь проводим вместе в том же ресторане.

На следующий день, когда было назначено «свидание», я изнервничалась вся, не зная, ни во что одеться, ни что взять с собой. Купаться я не планировала: не любила солёную воду, и в итоге решила, что короткий топ и не менее короткая воздушная юбка идеально подойдут к панамке.

В четыре часа по-местному времени корабль вновь остановился.

В пять Лекс зашёл за мной с огромной корзиной, но я не стала спрашивать, что в ней. Мне хотелось романтики и сюрприза, даже если наш роман будет всего лишь курортным.

Вот так неожиданно для себя я согласилась на курортный роман.

Доверяюсь своему сводному братцу полностью и следую за ним попятам, наслаждаясь красотами причудливого острова. Лекс отлично разбирается в местности, и примерно через полчаса мы вышли на дикий пляж, от вида которого я ахнула. Солнце уже близится к закату, и волны где-то вдали ласкают красно-розовое небо.

— Вау… Идеальное место… Откуда ты… — я не могу даже сказать то, что пронеслось в моей голове.

Внутри меня целая гамма чувств, от которых я вот-вот готова взорваться.

— Я полон загадок, — отвечает Лекс и расстилает плед, приглашая меня усесться рядом. Из своей волшебной корзины он достаёт бутылку дорогого вина и бутерброды.

Я сбрасываю сандалики, сажусь на мягкий плед и закапываюсь ногами в песок. Приятное тепло согревает мои конечности, и я готова замурлыкать, как настоящая кошка.

Лекс разливает вино по пластиковым стаканам и протягивает один мне:

— Прости, фужер с кухни утащить не смог. Вино хотя бы в баре можно купить, а вот бокалы… — извиняющимся тоном произносит он.

— Студенческая романтика, — восторженно улыбаюсь я, принимая импровизированный фужер. — Мне нравится!

— Студенческая? — непонимающе переспрашивает мой спутник, с удивлением глядя на меня.

Победоносно улыбаюсь, предвкушая, что расскажу напыщенному Лексу нечто такое, о чём он не знал:

— Ну, да. Когда вы оба живёте в общаге, и у вас нет денег. Вино вы купили, а налить его не во что и… — я резко прерываюсь и сделала глоток, почувствовав себя неуютно.

— Никогда не жил в общаге, — неожиданно с грустью отметил парень. — Ты так вкусно это описываешь, что даже жаль, что я не испытал это на себе.

— Да брось, — отмахиваюсь я, облегчённо вздохнув, что Лекс не посчитал мой трёп — полной чепухой. — Там ничего такого прекрасного и не было. Просто пластиковые стаканчики — это так… прикольно.

— Это удобно на природе. Одноразовая посуда и все дела. Использовал, выкинул, — пожимает плечами парень.

— Мы всё одноразовое по несколько раз использовали, — неожиданно признаюсь я и, поняв, что всё-таки ляпнула лишнего, спешу сделать ещё один глоток.

— Что это? — усмехается Лекс. — Теперь у нас в общении новое правило? Сказал фигню, делаем глоток?

— Да это просто я — профессионал по несению чепухи! Я так быстро сопьюсь, честно! — канючу я с улыбкой.

— Ну тогда мне нравятся розовые пони, — с серьёзным видом говорит Лекс и, смеясь, тоже делает глоток. — Видишь? Я тоже могу нести околесицу!

С каждым глотком вина мы всё больше раскрепощаемся и, наверное, со стороны выглядим сейчас либо как старые друзья, либо как брат и сестра. Чисто теоретически последними мы и являемся. Мне нравится общество Лекса. Нравится пить с ним вино. Нравится смотреть на закат. Как-то автоматически моя голова располагается на плече у братца.

Солнце медленно заходит за горизонт, пока мы болтаем на отвлечённые темы. Вскоре солнце совсем прячется, и резко темнеет.

— Что, нам пора возвращаться на корабль? — тяжело вздыхаю я.

Туда мне совершенно не хочется. Хочется продлить этот сладкий момент как можно дольше.

— Есть идея получше, — неожиданно заявляет парень, играя бровями.

Он резко соскакивает и начинает раздеваться…

Ольга

Как завороженная, смотрю за тем, как он раздевается. Немного страшно — не понимаю его мотивов.

С другой стороны, стыдно: мне хочется настоящего продолжения, чем бы всё это не закончилось.

— Эй… — непонимающе бурчу под нос я, пытаясь не смотреть на импровизированный стриптиз, но отвернуться выше моих сил.

— Всё в порядке, — смеётся Лекс, оставшись в одних трусах, которые мало что скрывают. — Я предлагаю тебе искупаться. Ты взяла купальник?

— Я не люблю солёную воду, — тихо бурчу я, всё больше смущаясь.

— Да брось, только окунёмся и всё. Посидели на пляже у моря и так и не искупались? Это сумасшествие! — Лекс неожиданно скидывает трусы, и я мгновенно зажмуриваюсь.

Против своей воли. В последний момент вновь вижу его упругую задницу, которую так и хочется полапать.

Глаза я нерешительно открываю только тогда, когда слышу плеск воды. Брызги летят и в мою сторону, и я делаю вывод, что парень прыгнул в воду, и осторожно посмотрела.

— И долго ты будешь стесняться? — кричит он из воды, размахивая руками. Оказывается, за это время Лекс успел отплыть от берега.

В мою голову ударяет алкоголь вместе с азартом, и я сдаюсь и решаюсь хотя бы раз сбросить с себя все запреты и оковы.

Слышу в голове мамино «живём один раз» и встаю, готовая к прыжку.

Начинаю раздеваться. Сначала я хотела искупаться в нижнем белье, но потом, махнув рукой, скидываю с себя всю оставшуюся одежду, поспешив спрятаться в воду, пока Лекс не разглядел меня голой.

Красоваться голой перед названым братцем я не планировала.

Хотя бы сегодня.

— Ну вот, а ты боялась, — Лекс подплывает непозволительно близко, и у меня срабатывает инстинкт самосохранения: я брызгаюсь водой в сторону нарушителя моего спокойствия.

Александр не ожидает такой наглости, но мгновенно входит во вкус и брызгается в ответ. Некоторое время мы бесимся в воде, бултыхаясь, как маленькие дети, пока Лекс неожиданно не ловит меня, прижав к своему разгорячённому телу.

Ойкаю, почувствовав его знойное желание, которое упирается мне прямо в живот. Понимаю, что мы оба голые и наши тела соприкасаются. Глупо было лезть голой в воду. С другой стороны, это слишком соблазнительно, и я не удерживаюсь и провожу рукой по его идеальному телу.

Во рту пересыхает от желания, с которым трудно бороться.

Наши взгляды встречаются, и я громко глотаю, осознав, что единственное, чего я хочу сейчас, — это его поцелуя.

— Чего же ты медлишь? — тихо шепчу я, не веря, что это сказали мои губы.

— Я жду твоего разрешения, — с хитрой ухмылкой отвечает парень, поправив мою сбившуюся причёску.

Его прикосновение обжигает меня, и я борюсь с желанием вжаться в его тело.

— Считай, что оно у тебя есть, — выдыхаю я.

— Нет, мне нужен твой поцелуй. Мы же договорились, — шепчет он, обжигая своим дыханием мою кожу. — Поцелуй меня первой в качестве подтверждения твоего согласия, — хрипит парень, явно борясь с собой.

— Но я никогда не целовала первой… — тихо бурчу я.

Страшно.

— Разве в чувствах бывают стереотипы?

Ахаю, потому что не знаю, чего я хочу больше: оставаться девочкой, которая не целует парней первой, или сделать то, о чём мечтала последние дни?!

Смотрю на его губы и тянусь к ним. Как будто этот выбор уже давно сделали за меня.

Ольга

Я должна сделать выбор уже сейчас. Но готова ли я к нему? Знаю ли я, чего хочу? Не совершаю ли я ошибку? Эти секунды в море кажутся мне вечностью, но я не чувствую себя в ловушке, напротив, мне даже нравится то, что между нами происходит.

Тогда почему я боюсь сделать шаг навстречу? Будет ли это судьбой или пропастью?

И вода не кажется такой уж солёной и неприятной. И почему я раньше её ненавидела?

Лекс уже постепенно выпускает меня, давая мне свободу и выбор. Но что я теряю? Чего боюсь? Не хочу расстроить маменьку? Но не могу же я вечно жить по её указке? Да и, если мы оставим этот роман на курорте, то она ничего и не узнает. Тогда что плохого может случиться?

Я сама не ожидаю от себя и подаюсь вперёд. Мои губы тут же натыкаются на его. Они кажутся мне мягкими, тёплыми. Я закрываю глаза и растворяюсь в моменте, наслаждаясь ощущениями.

Лекс не теряет времени даром: обхватывает мою шею руками, прижимая к себе. Несуществующее «нельзя» падает, стена между нами тает. В следующий миг мужчина входит в меня, и я охаю от неожиданности. Мне не больно, напротив, мужчина не торопится, давая мне привыкнуть.

У меня никогда не было в воде, тем более в море, и это вдвойне чувствуется как волнительное и необычное действо. Мой бывший ненавидел секс в воде. Для него вообще не существовало любого способа соития, кроме миссионерской позы. Всё остальное он считал пошлостью и извращением.

Всё это ощущается как странное, непривычное, но настолько крутое действо, что я только и могу, что охать и ахать от удовольствия.

Александр обнимает меня за талию одной рукой, удерживает в своих объятиях и двигается, доводя до блаженства. Мы страстно целуемся, двигаемся, баламутя воду. Я чувствую каждое прикосновение его горячих рук, чувствую его внутри себя и растворяюсь в моменте.

И я расстраиваюсь, что всё это быстро заканчивается. Но на самом деле темнеет, поднимается ветер, и волны становятся сильнее. Заниматься этим в море становится небезопасным.

— Думаю, нам пора возвращаться на корабль. — Лекс чуть отстраняется, а и в моей голове закрадывается неприятная мысль, что раз он наконец-то получил то, чего хотел, то теперь я, как использованный товар, не нужна ему?

Он без стеснения вылезает из воды, и я вновь вижу его во всей красе. Я жмурюсь, чтобы не разглядеть чего лишнего, а парень лишь смеётся.

— Ты чего? У нас только что был очень крутой секс, — доносится до меня с берега.

Открываю глаза, только когда убеждаюсь, что Лекс напялил трусы.

— Но мы же не видели друг друга голыми! — возражаю я, боясь вылезать. Я стесняюсь и не хочу разочаровать его своими неидеальными формами.

— Я планирую наверстать это упущение, — слышу небольшую угрозу в его голосе.

Меня дёргает от этих слов, но я всё-таки вылезаю из воды. Получаю из рук Лекса полотенце, однако не удивляюсь. Он предусмотрел всё.

Прошу его отвернуться, вытираюсь и поскорее одеваюсь, чувствуя, как горят мои щёки.

— У тебя прекрасная фигура, чтобы её стесняться, — услышав это, я бросаю недобрый взгляд на Лекса, и он моментально замолкает.

Лекс уже собрал все наши вещи и убрал в корзину. Даже мусор забирает с собой в отдельный мешок, и я одобрительно улыбаюсь. Считаю правильным заботу об окружающей среде и природе.

Чувствую себя неуютно после того, что мы натворили в море, но, похоже, Лекса невозможно смутить. Мы спокойно доходим до корабля. Я молчу, думая, что будет дальше, а мой сводный брат, напротив, лишь улыбается.

В неловком молчании мы доходим до кают.

— Ты хочешь есть? — тактично интересует Лекс, а я продолжаю думать насчёт того, что он хочет от меня избавиться, но ещё не придумал как.

— Нет, я наелась… Хочу в душ, — тихо бурчу себе под нос, не зная, что ещё сказать, да и вообще как смотреть ему в глаза. — Что ж, доброй ночи.

Я уже предпринимаю попытку рвануть к своей каюте, чтобы смыть весь стыд и спрятаться под одеяло, ожидая нового дня и нового стыда, однако Лекс неожиданно меня ловит за локоть:

— Кто тебе сказал, что я отпущу свою принцессу спать в отдельной комнате? Мы идём в мою, и это не обсуждается.

Ольга

Когда мы вошли в каюту Лекса, мне было неуютно и стеснительно, но после того, как меня прижали к стене, страстно поцеловали, облапав где только можно, стеснение пропало. Сомнения исчезли.

Как минимум ближайшие тридцать дней мы будем вместе. И пусть даже если наши отношения закончатся курортным романом, почему я должна париться по этому поводу?

Почему мне должно быть стыдно за те моменты, где я буду счастлива? Чего я должна стыдиться? Чужого мнения?

Я осмотрела его комнату коротким взглядом. Каюта сводного брата была куда просторнее и больше моей. Чего только стоила двуспальная кровать посреди чего?. В мою голову начали закрадываться мысли, что так и было задумано, что Лекс так и хотел: постепенно перетащить меня к себе. Но подумать над этим мне не дали: Лекс утащил меня в ванную.

— Дресс-код в ванной, говоришь? — усмехаюсь я, качнув головой. — Кто вообще моется одетыми?

— Какой у тебя острый язычок, так бы и засунул его себе в ротик, — с пошлой улыбкой произносит Лекс.

Он стоит в душевой полностью голый, и я впервые без зазрения совести разглядываю его. Если сзади я видела его несколько раз, то спереди посмотреть не решалась.

Заметив мой изучающий взгляд, мужчина ни капли не смущается, лишь играет мышцами груди. Перевожу взгляд ниже, вижу его кубики, которые так и хочется потрогать, пересчитать. Взгляд падает ещё ниже, и я немного смущаюсь: его член стоит, выделяясь на фоне его тела размером. Так и хочется потрогать. Снова.

— Нравится? Больше не стесняешься? — улыбается парень, положив руку на своё достоинство.

— Ты же говорил, никакого секса в ванной, — скрещиваю руки на груди, растягивая удовольствие.

— То, что у меня на тебя стоит, совершенно не означает, что я не смогу удержать себя в руках, — хмыкает он. — Раздевайся. — Лекс направляет в мою сторону лейку и обливает меня водой.

— Эй! Это моя единственная одежда! Всё остальное в моей каюте! — Пытаюсь закрыться рукой, но сводный братец обливает меня чуть ли не полностью.

— Сегодня тебе одежда не понадобится. Завтра заберу всё из твоей каюты, — абсолютно спокойно отвечает Лекс и отводит лейку.

Сдаюсь и раздеваюсь. Делаю это специально как можно медленнее, словно издеваясь над ним. Пусть помучается.

Всё ещё сомневаюсь над тем, стоит ли показываться перед ним голой, но осознаю, что это неизбежно. В конце концов, он уже видел меня в купальнике.

— Провоцируешь меня? — усмехается Лекс, внимательно наблюдая за каждым моим шагом.

Отбрасываю мокрую одежду в сторону, но на автомате закрываю грудь рукой.

Залезаю в кабинку и касаюсь рукой его тела. Сначала осторожно, словно боясь обжечься, а затем сдаюсь и дотрагиваюсь до его члена, как бы невзначай и легонечко дёргая его на себя.

Лекс вздыхает, испустив короткий стон, и вжимает меня в стену, страстно целуя. Его достоинство упирается мне в живот.

— Ты невыносимая, — бурчит он, кусая мою нижнюю губу.

— Говорил, что сможешь сдержаться, — дразню его и щурюсь от удовольствия.

— Играешь со мной? — Свободной рукой парень проводит от моей груди до живота, и теперь стонать начинаю я.

В следующий миг Лекс поворачивает кран, и сверху на нас обрушивается прохладный душ.

— Я же обещал сдержаться и обмыться. Нам нужно смыть соль с кожи. Но, поверь, кара будет очень сладка, — с лёгкой угрозой в голосе подмечает он.

— Жду не дождусь, — язвительно отвечаю, с удовольствием дотрагиваясь до мужчины там, где трогать не должна была.

Ольга

С горем пополам мы всё-таки смыли с себя соль, а затем Лекс легонько обтёр меня полотенцем, помогая вылезти из душевой. С себя он смахнул воду очень быстро, но я никак не могла отвести глаза от его готового к бою члена.

И давно я стала помешанной на сексе?

Этот взгляд не остался незамеченным Лексом, и в следующее мгновение он подхватил меня на руки, словно какую-то добычу, пойманную в лесу.

Донёс аккуратно до кровати и положил на спину.

— Раздвинь ноги, — довольно властным и командным голосом приказывает парень, от чего я на мгновение теряюсь.

— Так сразу? — спрашиваю я, надеясь на небольшие ласки.

— Не совсем, — немного охрипшим голосом отвечает мужчина, и я повинуюсь. — Ты вряд ли кончила в море.

Сглатываю, боясь представить, что он задумал.

— И давно тебя это волнует?

— Всегда, — получаю довольно странный ответ.

Лекс наклоняется надо мной, и в следующий миг я ахаю: мужчина касается моих половых губ своими. Язык в следующий миг начинает творить что-то невообразимое, и я перестаю понимать, что реально, а что нет.

Бывший всегда считал, что куни — это что-то грязное, запретное и отвратительное, не то что минет. Отмахиваюсь от навязчивой мысли, потому что чувствую палец моего мужчины внутри.

Безумие какое-то.

Ещё немного, и я сойду с ума от блаженства.

Лекс действует очень умело, наращивает темп, отчего вскоре я теряю контроль над своим телом, такое чувство, что мной управляет этот невозможный мужчина. Ещё мгновение, и я испытываю настолько невозможный и неописуемый экстаз, что начинаю кричать от удовольствия.

Это выше меня: по телу проходит электрический разряд, я чувствую себя на вершине блаженства. Он невероятный, сама ситуация невероятная.

— Вот теперь ты кончила, — с улыбкой замечает Лекс, нависнув надо мной.

Мужчина делает глоток воды, а затем его тёплые губы накрывают мои. Его язык проникает внутрь, соприкасаясь с моим.

— Лекс, — тихо произношу его имя, но он не даёт мне договорить.

В следующий миг резко и своевольно входит в меня, наполняя собой. Ахаю от удовольствия, потому что умудряюсь словить экстаз от его следующего действия.

Лекс замирает, поняв, что со мной происходит. Он улыбается, даёт мне насладиться моментом, снова покрывает меня поцелуями и затем вмиг ускоряется.

Никогда бы не подумала, что можно получить удовольствие и от быстрого секса. За последний час Лекс умудрился открыть для меня целую новую вселенную, которую мне теперь хочется познать всецело.

И нет пути назад.

Ольга

После всего произошедшего я сижу на кровати в одном лёгком махровом халатике. Меня даже не удивило, что он был розовый и женский.

Лекс прямо излучает счастье и совершенно не планирует одеваться, обернув вокруг талии полотенце.

Наблюдает за мной с улыбкой, а затем проходит к шкафу и достаёт вино. С лёгкостью открывает бутылку и разливает напиток по бокалам.

— Слушай, ты такой радостный, как будто у тебя секса давно не было, а теперь ты сорвал джекпот, — усмехаюсь я, приняв из его рук бокал.

И мне было совершенно наплевать, насколько грубая моя фраза.

— Я и сорвал джекпот, — невозмутимо отвечает парень. — У меня был не просто секс. У меня был секс с тобой. И это круче простого удовлетворения потребности.

От подобного заявления я аж поперхнулась вином. И начинаю кашлять. Неужели он настолько сильно хотел меня? Я-то понятно… Мой последний раз был ещё в замужестве, когда я честно не знала о любовнице и дочке… И причём это был не самый лучший раз, потому что бывший не принимал никаких экспериментов, предпочитая «стандартное». Ему было плевать на всё: на меня, на моё удовольствие.

Что такое настоящий оргазм и удовольствие я узнала именно с Лексом.

— Удивлена? — хмыкает Лекс. — Хочешь, можем позадавать друг другу вопросы, чтобы узнать обоих получше. А то ты зажимаешься, считая себя одноразовой. Но я уже говорил, что я хочу с тобой отношений.

— Все мужчины говорят это, чтобы добиться от девушки то, что им хочется, — флегматично произношу я, обрывая его романтичность на корню.

Так не бывает.

— А как много парней ты перепробовала? Сделала выборку? Собрала статические данные? — понимаю, что веду себя как последняя стерва, но Лекс спокойно реагирует на мои едкие и гадкие фразы, отбивая логичными и правильными. — В любом случае, дорогая, я — не все. Я не из тех бабников, которые видят девушку и хотят завалить её в постель ради своей коллекции. Я вообще не понимаю этих самых «коллекций».

Я вновь краснею, слушая его. Мне снова стыдно, я сболтнула лишнего.

— Узнать друг друга, конечно, хорошо, но я хотела бы обсудить наше несостоявшееся пари, — делаю попытку сменить тему.

— Несостоявшееся? — Он щурится и наклоняется ко мне. — По-моему, ты согласилась, поехав со мной на море, разве нет?

— Мы не обсудили ни правила, ни условия, ничего, — возражаю я. — Мне понравилась авантюра поехать с тобой на море. Более того, мне понравился ты. Я сглупила, что мы не обсудили правила, и теперь, по сути, я проиграла, — честно признаюсь я.

— Не любишь проигрывать? — тонко подмечает Лекс, проведя рукой по моей ладони. Вздрагиваю от этого действия и от мурашек, которые он вызывает на моей коже. — Что ж, я не против. Пари не было, давай не будем никуда торопиться и будем постепенно узнавать друг друга. Посмотрим, куда приведут наши отношения.

Киваю, потому что это предложение устраивает меня, как никогда. Тем более после двух раз офигительного секса глупо отказываться. Глупо пытаться отмотать всё назад.

— Ну что? Ты хочешь узнать меня побольше? — он вновь меняет тему, не дождавшись от меня ответа.

— Хорошо, давай сыграем в вопрос-ответ.

— И я так понимаю, у тебя нет ко мне вопросов? — он усмехается, а затем неожиданно рассказывает: — Я узнал о тебе ещё до того, как ты приехала домой. Твоя матушка оказалась очень болтливой, она показывала твои фотографии, рассказывала о тебе, о твоём муже и с грустью отмечала, что ты не приезжаешь домой.

Вздрагиваю. Не ожидала того, что моя мама настолько разговорчива. Ну что ж, болтун — находка для шпиона.

— И после её рассказов я начал влюбляться в тебя. И знаешь что? — Ёрзаю на месте, вновь делаю глоток вина, думая о том, что матушка всё приукрасила, и теперь я выгляжу на фоне той, придуманной меня гораздо хуже. — Ты оказалась в разы лучше. Твоя мать преуменьшала твои достоинства. — Качаю головой, открыв рот от изумления. — Но, возможно, потому что она твоя мама и видит тебя именно так.

Вино в моём бокале заканчивается, превращаясь в огромное смущение. Вжимаюсь в кровать и хочу пропасть на месте, не понимаю, что вызвало такие чувства. Наконец, я спрашиваю:

— Хорошо. Что ты хочешь обо мне узнать?

— Как ты познакомилась с бывшим? — незамедлительно последовал ответ, который ранил меня буквально в сердце.

Почему парням так интересно знать о бывших?

Лекс

Я узнал многое об Ольге по рассказам её матери. Но мне хотелось узнать её самостоятельно. Я хотел раскрыть её тайны, прочитать её, как книгу, и с каждым днём узнавать о ней всё больше.

Кто-то посчитает меня безумным романтиком, но пускай. Меня давно мало интересовало чужое мнение.

Поэтому и решился на игру с вопросами, чтобы задавать их и узнавать друг друга лучше. Это был один из самых простых, но действенных способов узнать другого человека. И собирался им воспользоваться.

Когда я спросил о бывшем, Оля стушевалась. Понял, что надо хоть как-то спасать ситуацию, и налил ещё вина.

— Мы познакомились на моей первой стажировке, — вздохнула, наконец, она. Было видно, насколько ей неприятно всё это вспоминать. Я даже пожалел, что заставил пережить это заново. — Я устроилась на подработку, потому что стипендии не хватало на жизнь в столице, а мама не могла меня обеспечивать. Возвращаться в родной город мне совершенно не хотелось.

— И потом между вами закрутился роман? — нахмурился я, пытаясь поскорее закончить неприятную Оле беседу. Не знал, что она так среагирует.

— Да… Это были мои единственные отношения, и первое время всё было замечательно. Ну… кроме секса, — красавица снова стушевалась, а я сделал глоток, продолжая её внимательно слушать. — В общем, мне многое хотелось попробовать, а он был тем ещё консерватором. Впрочем, он был единственным, я не сравнивала, и меня вполне всё устраивало. — Она разом осушила бокал с вином, и я налил ей ещё. — А, может, ты расскажешь мне о своих отношениях?

Почесал затылок, потому что вспоминать всё это дерьмо мне тоже не хотелось. Похоже, мы с Олей оказались похожи чуточку больше, чем я думал изначально.

— В последних отношениях я был три года, — нехотя признался я. — София была потрясающей, сводящей с ума девушкой. Мы были из одного круга общения. Её отец — деловой партнёр моего, и они близкие друзья. Мы так и познакомились с ней на вечеринке…

Я думал, что мне будет неприятно вспоминать об этом, но оказалось я ничего не чувствовал, кроме равнодушия. Это были странные, необычные чувства.

Интересные наблюдения: противоположность любви не ненависть, а безразличие. Разочарование. Пустота. И я был рад испытать всё это сейчас.

— Всё началось с бурного секса, и казалось, только на один раз. Но каждый раз, как мы виделись, всё заканчивалось одним и тем же: мы просыпались в одной постели. И иногда даже не помнили, как там очутились. Через пару месяцев такого столкновения мы решили, что нам нужно встречаться. И мы рискнули, погружаясь друг в друга всё больше, не замечая других, — остановился, тяжело вздохнув.

Оля слушала меня, печально глядя. Неужели считала, что у меня остались чувства к бывшей? Ни капли…

— Мы строили планы на будущее, и они всегда не совпадали. Я хотел на ней жениться, хотел семью и детей. Она же хотела вечно тусоваться. Ей даже путешествия не нравились, а только танцы на вечеринках, новые люди и бесконечное веселье. Она не работала ни дня, предпочитая жить в удовольствие на деньги отца, — я почувствовал, что спустя столько времени я её осуждал. Именно поэтому постарался сменить тему: — Мы попробовали пожить вместе, и все мои мечты о будущем развалились. Вскоре выяснилось, что она последний год мне изменяла.

Я прямо вспомнил нашу последнюю ссору. Мы орали друг на друга. София кричала, что не обязана спать только со мной, потому что в мире ещё столько классных мужиков, которых она не успела попробовать, и которые не просто не хуже, а гораздо лучше меня. Она не обязана рожать мне детей, потому что не инкубатор, не курица-несушка и…

Я просто ушёл, сказав, что весь этот идиотизм не для меня. Бывшая вздохнула с облегчением, а через пару дней в соцсетях у неё появились фотографии с новым парнем.

Я рассказал это Оле, не скрывая ничего. Она изменилась в лице, приобняла меня, пытаясь приободрить.

— Представить не могу, каково тебе было… — сквозь туман воспоминаний донёсся нежный голос сводной сестры.

— Не легче, чем тебе, — честно признался я. — Если мы, мужчины, не показываем наши чувства, это не значит, что испытываем боль от предательства меньшую, чем вы…

Ольга

Я не ожидала такой откровенности от Лекса. Он буквально вывалил всё то, что происходило с ним. Теперь я понимала, что мой сводный братец и не был бабником, каким я его себе придумала. Похоже, это я поддалась стереотипу о том, все богатые красавчики не уважают и не ценят девушек.

В чём-то мы с ним были даже похожи. Эта неожиданная мысль поразила меня больше всего.

И его откровенность раскрепостила меня. Мне хотелось поделиться с ним, чтобы он понял, что не одинок. И я с удивлением отметила, что, в общем-то, мне плевать на моего бывшего.

— С Тимуром мы были чуть ли не вечность. Ну, так мне это виделось. Он добивался меня, а мне, тогда студентке, его ухаживания казались сказочным приключением. Это был настоящий рай на Земле. И чем больше мы встречались, тем больше я не замечала проблем. Сначала Тимур начал ревновать меня к парням, даже к моим группашам, которым я просто помогала решать лабораторные за деньги. Тимур запретил мне это делать.

— Он запретил тебе дополнительно зарабатывать? — Лекс хмурится и смотрит на меня недовольно.

Мы сидим на одной кровати, обнявшись. Наши тела сами тянутся друг к другу, и мы сели в эту позу непроизвольно.

— Ну, он запретил мне с ними общаться, и я…

— Он запретил тебе зарабатывать. Лишил тебя дополнительного заработка. Ты это понимаешь? — строго произносит Лекс.

Он злится на моего бывшего и не скрывает этого.

Я понимаю, что его злость направлена не в мою сторону, а на моего идиота-бывшего, но мне всё равно становится не по себе.

— Ну да… Это была наша первая крупная ссора… После чего он стал подкидывать мне деньги взамен той суммы, которую я теряла.

Лекс молчит, сделав показательный глоток вина.

— Потом он начал диктовать, как мне одеваться…

— Ты встречалась с абьюзером. С мудаком, который унижал тебя и приказывал тебе. Теперь я понимаю, почему ты шугаешься и боишься чуть ли не своей тени, — его тон звучит сурово, и я на автомате вжимаюсь в спинку кровати.

— Ты знаешь, это сейчас так модно любую фигню в отношениях называть абьюзом и токсичными отношениями… — показательно фыркаю я, покачав головой.

— Ну да. Модно. И правильно. Потому что раньше было пожизненно модно встречаться с козлами, которые унижают тебя, командуют тобой и запирают в золотой клетку: шаг вправо, шаг влево — расстрел. Ещё я открою тебе секрет: ревнивцы обычно те, кто сами изменяют или думают об измене. — Лекс разливает последние капли вина, встаёт и подходит к шкафу, откуда непринуждённо достаёт ещё одну бутылку. — И да. Токсичные отношения выходят из моды. Сейчас модно ментальное здоровье, а также нормальные партнёрские отношения.

Я молчу, потому что на такой выпад мне ответить было нечем. Лекс прав, и я никак не могу это озвучить.

— Он тебя бил? — Лекс меняет тактику.

— Ни разу, — поспешно отвечаю я. — Иначе бы я рассталась с ним, даже не думая.

— Ну, хотя бы это ты понимаешь, — Лекс коротко кивает.

— А ты что, у нас психолог? — злюсь я.

Желание делиться моментально пропало.

— После смерти матери я проходил курс терапии. Мне было пятнадцать. — После этих слов моя злость мгновенно исчезает, и её заменяет стыд, и внутри всё холодеет от этой новости.

Я всё хотела спросить, где его мать, но до сих пор не рисковала. Но теперь, я знаю ответ, и мне становится не по себе.

— Это был долгий год, после которого я стал совершенно другим, — честно признаётся Лекс. — В двадцать у меня были первые отношения со стервой-истеричкой. Отношения ничем хорошим не закончились. Она доводила меня, и я нашёл себя врезавшим со всего размаху по деревянной двери. Наши отношения так и закончились: дырой в двери. Потом я пошёл на ещё один курс терапии. Тут мне хватило пару недель, и уже после я начал увлекаться психологией и прочим. Это же, кстати, помогло мне в бизнесе. И нет. Токсичные отношения — не выдумка.

— То есть ты считаешь, что…

— Оля, я не считаю. Я вижу, что ваши отношения были обречены. Он был ужасным эмоциональным насильником. Посмотри на себя: ты боишься парней. Боишься отношений. Возможно, в произведениях, в фильмах и книгах это модно, потому что в конце они резко меняются и становятся хорошими, но в реальности… это не так.

Я тяжело вздыхаю и осознаю, что хочу просто расплакаться.

___Если вы читаете фэнтези книги, то я зову вас в свою новинку Попаданка, кот и лавка чудесМне очень нужна ваша поддержка! Я очнулась в другом мире посреди незнакомой лавки, заваленной несуразными вещицами. Теперь я должна заменить хозяйку и освоиться в новом мире. Но некромант, который призвал меня, не добряк, спасающий жизни. Я должна стать его помощницей. Той, кто свергнет текущего правителя, ведь некроманты давно хотят возглавить королевство. Что случилось с его ассистенкой? И, самое главное, что случилось со мной? Это мне предстоит выяснить. Я не хочу быть ассистенткой злодея и сделаю всё, чтобы ему помешать!

Лекс

Я пытался спрятать свою агрессию, свою злость на бывшего мужчину новой возлюбленной, но у меня мало это получалось. Тимур был самым настоящим мудаком, к которому мне хотелось приехать и хорошенько вмазать, но меня останавливало другое: они были вместе без малого семь лет.

Кроме того, он был в прошлом, как и моя бывшая.

Нам стоило настроиться на настоящее.

— Когда ты в отношениях так долго, а потом оказывается, что всё это время на стороне была другая девушка, весь твой мир резко рушится. Но я обещаю подумать об этом. Я не рассматривала мои отношения с ним с такой стороны, — отстранённо произнесла Оля. — И прости, что задела твою рану с мамой…

— Ну… — я вздохнул. — Этой ране пятнадцать лет… Она давно затянулась и почти не болит. Тем более что-то же случилось с твоим отцом, раз наши родители поженились. Поэтому мы и в этом похожи.

— Ничего. Он просто ушёл до моего рождения, — ещё более расстроенно ответила Оля.

Кажется, я опять задел болевую точку.

Тяжело вздохнул. Моя красавица состояла из ран, которые нанесли ей самые главные и любимые мужчины. Первым был отец. Он просто отказался от неё, решив остаться свободным. Вторым предателем был первый мужчина, кого она полюбила, и который мог бы остаться единственным, не будь он последним мудаком.

— Знаешь, отцу было тяжелее, чем мне, — попытался отвлечь Олю от её грустных мыслей. — Мама тогда была любовью всей его жизни. Я знал её пятнадцать лет, первые пять из которых были бессознательны, а он больше семнадцати. Затем её сбил пьяный водитель, — тяжело вздохнул, покачал головой. — У родителей уже тогда был свой бизнес, который подавал надежды, и я до сих пор подозреваю, что смерть матери — заказное убийство.

Оля вздрогнула от моих слов, но хотя бы с ней я хотел быть честным и открытым. Не только у неё были неприятные события в жизни.

— Отец сник, бизнес становился всё хуже: без матери это было уже не то. В итоге я после нескольких сеансов терапии взял себя в руки и помог отцу, иначе мы бы разорились.

— Никто не морщился от того, что ты мальчик и ходишь к психологу? — осторожно поинтересовалась Оля.

— Знаешь, дети, конечно, жестоки, — честно признался я, — но наше поколение осознаннее подходит к своему здоровью. Психическому в том числе. И когда у парня умерла мама, ни один даже самый бесчувственный взрослый не рискнул сказать: «Что ты разнылся, как нюня! Не плачь, ты ж мужик!», — последнее я изобразил очень ворчливым голосом, отчего Оля рассмеялась.

И этот смех стал для меня настоящей музыкой.

— Прости, я всего этого не знала. И, если честно, я даже не знаю, каково это… жить без матери. И не знаю, каково это… иметь отца. Выходит, мы с тобой оба из неполноценных семей.

— Я сейчас сболтну херню. Внимай и смейся, — с видом философа отметил я. — Лучше иметь одного адекватного родителя, чем полную семью неадекватных людей. Или одного неадекватного, который отравляет жизнь всем. Я знавал тех, кто рос в семье из двух ненавидящих друг друга людей…

— Ты умеешь подбодрить… — Оля посмотрела на меня, как на сумасшедшего.

— Ой… Прости. Не хотел. Знаешь… Это, наверное, вино так подействовало. Но я рад, что мы с тобой немного узнали друг друга.

— Да, но поделились не самым приятным, что было в нашей жизни.

Я тяжело вздохнул и покачал головой.

— В жизни каждого человека много дерьма. Главное — очиститься и жить с новыми силами. И неважно, сделаешь ты чистку самостоятельно или с помощью специалиста. Сейчас предлагаю наслаждаться моментом, потому что рядом со мной самая красивая и удивительная женщина из всех, что я когда-либо встречал, — я улыбнулся, потянувшись за поцелуем.

Оля рассмеялась и чмокнула меня в губы. Кажется, сердце ледяной королевы начинало таять…

Ольга

Это был самый приятный разговор в моей жизни. Никогда бы не подумала, что с, по сути, посторонним мужчиной (с которым у меня за последний час было несколько раз) у меня может образоваться такая тесная сердечная связь.

От переизбытка эмоций я лезу целоваться к Лексу. Он усмехается, словно победил в какой-то неизвестной мне игре, страстно прижимает к себе, вложив в поцелуй огромную бурю эмоций, которая захлёстывает и меня. Волна чувств накрыла с головой, и я с радостью утонула в ней.

В сторону летит всё: бокалы, бутылки, одежда, полотенца, нормы приличия, границы, предрассудки. Всё то, что мешало нам быть вместе.

Мешало мне сказать «да».

В этот раз мы не торопимся. Размеренно и с удовольствием изучаем тела друг друга. Покрываю его накачанное загорелое тело своими лёгкими поцелуями. Дотрагиваюсь до груди, обхватываю сосочки ртом, спускаюсь ниже, ниже и немного застенчиво касаюсь языком головки его члена. Наслаждаюсь его влагой и хочу попробовать его на вкус, но Лекс не даёт.

Он обхватывает меня, резко прижимая к себе и страстно целует.

— Моя очередь, — коротко бросает он, а затем кладёт меня на спину.

Парень снова сверху — ему явно нравится доминировать.

Лекс оставляет целую дорожку поцелуев на моём теле, заставляя выгибаться навстречу каждому. Тело мурашит, я ничего не могу с собой поделать.

В какой-то момент его горячая рука обхватывает мою левую грудь, и я вздрагиваю от неожиданности.

— Всё хорошо? — мужчина резко замирает, всматриваясь мне в глаза.

— Я испугалась, что будет больно, — честно признаюсь я, вспоминаю с какой агрессивностью и неистовостью бывший сжимал мою грудь.

Лекс хмурится и продолжает. Никогда бы не подумала, что такие прикосновения могут быть настолько приятными и возбуждающими.

Обещаю себе больше не думать о горе-муже, потому что, как оказалось, он был не только плохим человеком, но и ужасным любовником.

И Лекс подтверждает это в очередной раз, когда его губы накрывают мои, и мы вновь становимся единым целым. Лекс постепенно наращивает темп, и я утопаю в бесконечном потоке удовольствия.

Никогда бы не подумала, что во время секса может быть настолько хорошо.

Примерно через час мы падаем на кровать полностью без сил, и я, прикусив нижнюю губу, игриво усмехаюсь:

— Ты знаешь, я начинала подозревать, что ты Посейдон.

Он удивлённо вскинул брови.

— Это ещё почему?

— Ну, наш первые раз был в воде, вот я и подумала, что ты в этом плане очень зависишь от воды, — хохочу я, не скрывая восторга.

Резко перестаю смеяться, осознав, что никогда бы не испустила такую шутку в сторону мужа — я боялась остаться без зубов, хоть он и никогда меня не бил.

— Ты думала, что у меня есть фетиш? — с наигранной строгостью интересуется Лекс. — Иди сюда, маленькая засранка, я тебя накажу!

И он сдерживает своё слово. Удивляюсь, насколько быстро сводный братец восстановился. Ему хватило буквально десяти минут, и вот я уже лежу под ним и ловлю очередной кайф. Теряю контроль над телом и ситуацией, прихожу в неописуемый восторг. У меня ещё никогда не было такого шикарного любовника. И что-то подсказывало мне, что всё только начинается.

Боялась ли я этого опасного приключения? Немного. Ведь оно могло закончиться в любой момент. И, самое главное, скорее всего, оно закончится в конкретное время. Когда мы вернёмся домой. Мне придётся ехать в столицу, а Лекс останется у себя. Его работа, его бизнес. Семья… Отец…

— Ты знаешь, я, наверное, пойду, — сдавленно лепечу после очередного раза, нафантазировав неприятный конец.

Курортные романы редко заканчиваются «хэппи эндом». Если быть точнее — никогда.

— Что случилось? — хмурится Лекс.

Каким-то неведанным образом ему в очередной раз удалось просканировать меня. Он с лёгкостью улавливает перемену моего настроения.

— Да всё в порядке… Мне не в чем ночевать… И я не привыкла спать голой, — я не вру ни на секунду, хоть и знаю, что мои слова — всего лишь отмазка.

Но это первое, что пришло мне в голову, и единственное разумное объяснение. Не могу же я честно признаться, что уже беспокоюсь о нашем разрыве.

Лекс смеётся и соскакивает с кровати. Он наконец-то на скорую руку надевает трусы, а затем достаёт из шкафа одну из своих футболок.

— Держи, — спокойно протягивает мне.

— Зачем? — от удивления я открываю рот, не зная, что и сказать.

Его действия настолько шокируют меня, что я теряю возможность с ним спорить.

— Как зачем? Надевай. Будешь в ней спать!

— Что, прости? — ахаю, не сдержавшись.

— Чем тебя смущает моя футболка?

— Тем, что она твоя! — возмущённо восклицаю я. — Это же… неприемлемо… Не гигиенично… И вообще…

— Что не так? После стирки я её не надевал, если ты об этом, — казалось бы, он и правда не понимает моего удивления. — К тому же мы сейчас столько раз трахались и целовались…

— Тимур всегда говорил, что я не должна носить его одежду, — перебиваю его я. — Типа это всё для романтичных дурочек показывают в фильмах. В жизни всё иначе, никто так не делает, да и вообще… Я своими «сиськами», — я изображаю в воздухе кавычки пальцами, — могу растянуть твою одежду.

Лекс долго молчит, внимательно глядя на меня. Оценивает, шучу я или нет? Переваривает информацию? Мне эти секунды молчания кажутся целой вечностью.

Затем он тяжело вздыхает и, покачав головой, спокойно произносит:

— Знаешь, если мы хоть раз увидимся с твоим бывшим вживую, я натурально набью ему морду. Даже если он сильнее меня.

— Почему? — обескураженно спрашиваю я.

Лекс ругается матом, обзывая моего бывшего самыми нелестными словами. Я удивляюсь такой реакции. Мне непривычно видеть сводного брата таким злым. Всегда культурный Лекс показывает изнаночную сторону.

— Знаешь, жизнь нам даётся один раз, и прожить мы её должны так, как хотим. Как в сказке. Поэтому забудь всё то дерьмо, что он тебе говорил. Сейчас ты со мной. И, поверь, девочки носят одежду их парней. Более того, эта самая одежда им очень нравится. Но я не настаиваю: просто попробуй.

Киваю. На автопилоте и молча беру футболку, надеваю её на себя, почувствовав приятное тепло. Бежать в свою каюту совершенно расхотелось.

Мне ещё многое предстоит осмыслить.

Ольга

Спать в объятиях приятного мужчины оказалось сказочным ощущением, которое я не испытывала ранее. Тимуру не нравились прикосновения, когда «его величество» спало.

Поморщилась. И долго я буду вспоминать бывшего и сравнивать с ним Лекса? «Недомуж» проигрывал по всем фронтам! Насколько сильно я не любила себя, что позволяла такое к себе отношение?

Утро тоже оказалось волшебным. Неугомонный полез приставать, и я моментально растворилась в его нежностях и прикосновениях.

Из кровати я выпархиваю с довольной улыбкой. Завтракаем мы на палубе. И у меня впервые за полгода такое прекрасное расположение духа, что я наслаждаюсь каждым мгновением.

— Сегодня будет ещё одна остановка. Что планируешь? Прогуляться по незнакомому городу? — Лекс полон сил и энергии.

Это в нём восхищает.

— Я планирую полежать у бассейна. Можно? — пищу я, хотя мне начинает хотеться приключений.

Желание лежать и не двигаться в итоге побеждает. Год был тяжёлым, а ночь и вовсе достаточно жаркой. Нет сил тащиться куда-то ещё. Экскурсии подождут, а мне нужно отдохнуть от столь быстрого темпа жизни.

— Как скажешь. Значит, я составлю тебе компанию!

Мы переодеваемся каждый в своей каюте и устраиваемся у бассейна. Лекс старательно наносит на меня защитный крем от солнца, а сам спешит купаться в воде. Я отказываюсь: тело приятно болит с непривычки.

Я нежусь в лучах жаркого солнца и наслаждаюсь летом, яркими чувствами и отличным настроением. Мне не хочется думать ни о чём плохом.

Но мне не суждено долго отдыхать от всех проблем. Вскоре ко мне подплывает рыжая незнакомка, вылезает из бассейна и обрызгивает водой. Она смотрит на меня с неприкрытым отвращением.

— Не ошибаюсь, ты новая пассия Лекса? — фыркает девушка, смерив меня взглядом, полным ненависти.

— Вы, наверное, ошиблись, — пытаюсь я прервать её поток гадостей, который вот-вот планирует вылиться на меня целым ведром.

— Да нет же. Александр. Вон тот красивый купающийся в бассейне и в лучах любопытных глаз окружающих девиц, — машет рукой незнакомка, показав в точности на моего спутника.

— А… Лекс… — я по-прежнему притворяюсь дурочкой, потому что не хочу ругаться. — Так я его сестра. Он мой брат.

— Сестра? — рыжуля вскидывает брови, непонимающе уставившись на меня. — Но у него нет сестёр, кроме двоюродной…

— Сводная, — нехотя добавляю я. — Наши родители недавно поженились…

— Так вы целым поколением решили отхватить богатеньких женихов? — выплёвывает она очередную гадость, а я хохочу, не выдержав. — Что смешного?

Кажется, девушка не понимает, что сморозила глупость.

— Ну, просто если ты о нашей семье, то я и мама — это разные поколения. Я — после неё иду. То есть, правильнее сказать, «двумя поколениями отхватили богатых женихов», — поправляю её, продолжая самодовольно улыбаться.

— Что, сильно умная? — собеседница сверлит меня взглядом.

— Видимо, умнее тебя, — пожимаю плечами, радуясь тому, что во мне вновь проснулась дерзость, что спала так долго. — Но, возможно, ты просто дольше меня лежала на солнце, поэтому…

Незнакомка издаёт звук, похожий на шипение.

— По крайней мере, я не вешаюсь на чужих парней.

— Я и не вешалась, — вновь пожимаю плечами. — Лекс — мой брат, — повторяю эту фразу таким тоном, словно разговариваю с умалишённой.

— Сводный.

— Ой, спроси сама, вешаюсь ли я на него, — машу рукой, когда вижу, что братец заметил нас.

Парень мгновенно плывёт к нашей компании. По его взгляду становится ясно, что он знаком с этой рыжей русалкой.

И явно недоволен её присутствием здесь.

— Боже, опять ты, — тяжело вздыхает он, нависнув над ней грозовой тучей. Он только вылез из бассейна, и вода стекает большими каплями с его тела, подчёркивая мышцы. Отворачиваюсь от соблазнительного зрелища. — Ты же знаешь, что мы расстались. Так какого чёрта лезешь?

И тут меня словно ударяет током. Я что, только что общалась с его бывшей?!

Лекс

Всё шло хорошо, мы с Ольгой постепенно узнавали друг друга, находя много общего. Понимал, что ей нужно время, и решил поплавать в одиночестве. Кто ж знал, что Олю не следовало оставлять одной.

Я ведь мог догадаться. Бывшая и её подружка знали о том, что я каждый год езжу на море в одно и то же время. Разузнать, куда именно, — не проблема. Особенно для тех, кто богат.

— Кто сказал, что я лезу? — очаровательно улыбнулась бесящая стерва, тряхнув своей гривой.

Так и хотелось сравнить её с лошадью, но опускаться до её уровня — я не планировал.

— Я не верю в совпадения, Даяна. Передай Софии, что всё кончено. Она сделала свой выбор: быть в свободных отношениях и менять парней одного за другим, — я бы сказал нечто пожёще, но не стал при Ольге. — Это ведь гораздо веселее и прикольнее, чем быть со мной.

Ольга же от удивления застыла, хлопая роскошными ресницами. Побледнела. Её улыбка спала.

Весь наш сексуальный марафон Даяне под гриву.

Лучшая подруга бывшей бывает тем ещё кошмаром наяву. И умеет появиться не вовремя, как чёрт на голову.

— Лекс, ты же не будешь злиться вечно. Ты знаешь, что они расстались. Тебе сложно дать любимой ещё шанс? — Даяна состроила невинное личико, а меня затошнило от наигранности и бездарности артистки.

Театр одного бездарного актрисы.

— Не знал, что они расстались, — пожал плечами, отмахнувшись. Я не соврал — мне было плевать. — Да и меня это как-то не волновало. Расстались? Найдёт другого идиота. Я же — поумнел.

— Ты сейчас серьёзно? — фыркнула девушка. Ну ведь точно, лошадь! — Она только тебя любит! Поэтому они и…

— Мне плевать, — прервал её я, повторив очевидное. — Ты не могла бы не портить наш семейный отдых?

— И ты осуждаешь Сонечку за то, что она была с другим? — стрельнула глазами Даяна. — Сам-то уже нашёл очередную пассию. Небось, каждый год с новой ездишь?

— Я не уподобляюсь бывшим, прости. Я обычно верен своей второй половинке, — жёстко продолжал я.

Каждый раз мысленно одёргивал себя, чтобы не перейти на личности.

И плевать, что здесь личности особо не было!

— Мы можем уйти? — громко сказала Ольга. — От присутствия этой девушки невыносимо жарко и душно.

Усмехнулся. Обожал саркастичный язычок своей спутницы. Жаль, что она пользовалась им так редко. Но ничего, мы вытащим эту способность наружу.

— Это ещё почему? — опешила Даяна, не ожидав такой дерзости в свою сторону.

— Потому что ты, прости меня, конечно, та ещё душнила, — фыркнул я, ответив на вопрос вместо Оли. — Довольна?

— Господи, я так рада, что вы расстались! Ты… — её оскорбления потонули в плеске воды — неподалёку от меня кто-то прыгнул в воду.

— Я тоже рад. Прекрасно, что мы сошлись в едином мнении. Впервые за столько лет отношений с твоей лучшей подругой, — в очередной раз перебил её, подав Оле руку.

— Невыносимый! Уверена, что и Оля сбежит подальше от твоего занудства, — бросила желчью Даяна.

Кажется, остановить этот поток девушка не могла. Ну и, если у неё была цель — восстановить мои отношения с бывшей, то она успешно её провалила. Миссия невыполнима.

— Я не заметила ни грамма занудства, — Оля взяла меня за руку, улыбнувшись. — Лишь отличное чувство юмора, нежность, заботу, участливость, вечный оптимизм. Лекс — идеал мужчины, и я прекрасно понимаю, почему София бесится. Упустить такого мужчину — это конец света.

Теперь опешил я, на секунду лишившись дара речи. Судя по побледневшему лицу Даяны, она тоже. Забавно. Её бледное лицо чертовски не сочеталось с рыжими волосами.

— Занудства — ни капли. Но токсичные люди вроде тебя часто приписывают то, чего нет, — Оля пожала плечами.

Мы ушли под задумчивый взгляд Даяны.

— Спасибо тебе за тёплые слова. Ты…

— Не обольщайся. — Оля положила красивые пальчики на мой рот. — Я просто не люблю всяких стерв, которые унижают людей просто потому, что могут.

— То, что ты сказала… ты так не думаешь? — мне было печально осознавать это.

Оля пожала плечами и загадочно улыбнулась. Усмехнулся: сводная сестрица решила поиграть? Значит, поиграем!

— Что ж. В одном мы сошлись: она та ещё стерва, и мы оба не любим таких. Мне кажется, это отличное начало отношений.

Ольга

Даяна хотела испортить мне настроение и рассорить нас с Лексом, думая, что я его очередная временная девушка. Тут она ошиблась. Я была просто сводной сестрой, которая решила согласиться на курортный роман.

Так что разбить наши отношения, которых нет, она просто физически не могла. Потому что отношений не было.

— Ты не расстроилась? — мы перебираемся в одно из кафе, и Лекс аккуратно интересуется моим настроением.

— От чего? Я даже не удивилась, — пожимаю плечами, взяв охлаждающий безалкогольный коктейль.

— Чему? — Лекс вскидывает левую бровь, внимательно всматриваясь в меня.

— Тому, что вокруг тебя постоянно девушки, — вновь пожимаю плечами, пытаясь понять, задевает ли это меня. — Твоя бывшая, подруга бывшей или даже дочки отцовских партнёров. На видных парней всегда идёт охота.

— Повторюсь: для меня важны долгосрочные, перспективные отношения. Я не из тех, кто просто занимается с девушкой сексом и выставляет её на следующий день, — холодно чеканит Лекс.

Удивительно, но его тон меня не смущает. Осознаю простую истину: я его не боюсь.

— Ну конечно, — саркастично улыбаюсь я. — И даже в перерывах между отношениями не заводишь девушек для… — я делаю паузу, чтобы сильно не оскорбить мужчину, — здоровья? Неужели тебе не хочется заниматься сексом просто так?

Лекс сильно сжимает свой стакан, глубоко вздыхает и выдыхает, а затем говорит ещё холоднее и спокойнее:

— Я не люблю случайные встречи. Для, как ты говоришь, здоровья всегда можно заказать проститутку. — С этими словами он делает большой глоток и облизывается. — А ещё лучше — просто подрочить.

Меня бросает в жар, а в голову лезут очень неоднозначные мысли о сегодняшней ночи.

— Как же венерические болезни? Это же… небезопасно? — пробую я начать спор.

Я почему-то пришла к выводу, что Лексу нужны временные девушки. И мне даже сейчас кажется, что он что-то недоговаривает, чтобы казаться лучше в моих глазах.

Зачем?!

— По-твоему, презерватив на что? — он неожиданно смеётся, и я совершенно не понимаю, о чём парень думает. — Мы ведь и с тобой им пользовались. Ну… почти всегда.

Он неожиданно шутит, и я мгновенно смущаюсь, чувствуя, как горят мои щёки.

— Как же пресловутое «с резинкой не то чувство»? — у меня заканчиваются аргументы, а мысли о том, что мне хочется оказаться в его постели прямо сейчас и снова, напротив, плотно поселяются в моей голове.

— Это не безопасно. Как и все случайные связи. Ты это прекрасно знаешь, но почему-то хочешь со мной спорить.

— Что тогда у нас?.. — вопрос вырывается сам, и я прикусываю нижнюю губу.

Зачем я вообще это спросила?!

— Ну, если ты так нервно к этому относишься, то у нас пока курортный роман, необычное приключение, которое тебе так нравится. Нам обоим нравится. Ты можешь расслабиться, — Лекс делает паузу, я уже хотела сказать, что так и знала, но вторая часть его монолога становится неожиданной: — Но у меня другие планы.

— Какие же?

— Я хотел бы, чтобы наши отношения стали нечто большим. Ты мне сильно нравишься, Оля. Мне кажется, ты моя родственная душа. У тебя те же взгляды на жизнь, такое же отношение к ней. Ты любишь и хочешь детей, как и я. Мне кажется, ты станешь отличной матерью… — Лекс неожиданно прерывается, видя мои расширенные глаза. Я не знаю, что сказать, и он меняет тему: — Так, это звучит не так романтично, и я бы не хотел, чтобы ты забивала себе голову. Я хочу, чтобы ты наслаждалась каждой минутой рядом со мной. Хочу, чтобы вытащила наружу ту саркастичную и язвительную девушку, которой ты являешься. Не знаю, что делал твой бывший, но сейчас ты словно играешь навязанную роль. Я хочу, чтобы ты стала более уверенной в себе и перестала заморачиваться по пустякам. И вообще наслаждалась нашим прекрасным и удивительным курортным романом.

Лекс вываливает на меня целый монолог, а мне хочется просто икнуть. Но после всего этого я прекрасно осознаю одно: он меня не любит. Я просто удобна. Я буду прекрасной матерью его будущих детей, а то, что у нас во многом совпадают взгляды на жизнь, да и секс получается классный, — это приятный бонус.

— Слушай, все эти разговоры о сексе меня вдохновили на желание убраться в нашу каюту, ты как считаешь?

— Ты ещё не устал? — удивляюсь я, моментально отогнав все те неприятные мысли, что пришли мне в голову.

Обычно это мне нужно гораздо больше секса, чем давал мне бывший. Каждый раз, когда он ныл, что устал, я лишь чувствовала себя «не такой». Здесь же… похоже, наши желания сошлись и в этом.

— Ни капли. И, мне кажется, ты бы тоже устроила марафон, — он играет бровями и проводит указательным пальцем по моей ладони.

Во рту мгновенно пересыхает от такого жеста, и по телу бегут непрошеные мурашки.

Из кафе мы уходим, держась за руки.

Лекс

Даяна случайно заставила меня вывалить Оле то, что я в действительности думал о сводной сестре и наших отношениях. Я и не ожидал, что выдам подобный длинный монолог. И завершить мне его хотелось словами «Оля, я тебя люблю!», но вовремя понял, что Ольга со своими комплексами и дурацкими стереотипами в голове не была готова это услышать.

Мне так хотелось сказать, что у меня член не стоит на тех, кого я не люблю. Это было достаточно грубо, да, но прямолинейно, чётко и коротко.

И ещё этот дурацкий стереотип, что мужчина должен постоянно хотеть, очень прочно засел у всех в голове, поэтому Оля удивлялась тому, что я не сторонник случайных связей.

Меня опять унесло в рассуждения о несправедливости, о правильности и неправильности. Мир не должен делиться на мужчин и женщин, но всё ещё делится. Почему у обоих полов не может быть одинаковых прав? К сожалению, со многими обязанностями такого не выйдет, ведь мы физически разные, но с правами-то и желаниями что не так? Всё зависит от конкретного человека, а не от того, что у него между ног.

Я мог бы вечно философствовать на эту тему и даже вывалить всё на ничего не подозревающую Олю, однако, к счастью, мы добрались до моей каюты, где начали страстно целоваться, а затем и вовсе повалились на кровать. Мы срывали друг с друга одежду, переплетаясь в объятиях.

И мне ни с кем никогда не было так хорошо в плане секса. Никто не понимал меня в нём так хорошо, никто не угадывал мои желания. Бывшая и вовсе не хотела давать мне удовольствия, а больше требовала.

Оля старалась дать и очень стеснялась того, что я давал ей в ответ. Каждый раз хотелось хорошенько вдарить козлу-бывшему. Но…

Где и как его достать? А, главное, зачем? Всё-таки мы живём в настоящем, а не в прошлом… И благодаря тому, что он упустил Ольгу, теперь она со мной.

Я покрывал её поцелуями, касался там, где другие не смели или морщились от отвращения.

И каждый раз с удовольствием входил в неё, наслаждаясь её реакцией, её ответными ласками.

Мы вновь повалились на кровать уставшими и счастливыми. Мне нравилось смотреть на её улыбку.

— Чем хочешь заняться ещё? — поинтересовался я. — Ещё пару дней, круиз закончится, мы поселимся в отеле у моря, в одном номере, и сможем сходить на нормальные свидания.

— У нас один номер? — Оля удивлённо вскинула брови и посмотрела на меня.

— Тебя это расстраивает или удивляет? — не думал, что с этим будут проблемы, но, похоже, немного просчитался.

— Просто билеты ты брал заранее… Неужели у тебя уже было по плану затащить меня в постель на корабле?

Не выдержал, расхохотавшись. Оля начала раскрываться, и это несказанно радовало. Ещё язвительный и прямолинейный язычок меня безумно заводил.

— Так вот ты о чём, — коротко кивнул, поднимаясь с кровати. — Нет, всё прозаичнее. Номеров почти не осталось, и я взял люксовый с двумя комнатами. Если бы у нас ничего не сложилось, я бы спал в соседней комнате на диване. Ну, а так… — загадочно улыбнулся, открыв шкаф и достав оттуда ноутбук, — там роскошная двуспальная кровать.

— Ты прошаренный. Не придерёшься, — усмехнулась Оля, и я так и не смог понять, сарказм это или комплимент.

— Да, я стараюсь предусмотреть любые варианты, которые только могу. К сожалению, учесть сумасшедших бывших девушек и их подружек не получается. Никогда не знаешь, в какой момент появится очередная одержимая.

— Ноутбук тебе зачем? — Ольга перевела тему.

Было видно, что ей не хочется обсуждать казус на палубе у бассейна. Впрочем, я прекрасно понимал её поведение и не настаивал.

— Посмотрим какой-нибудь фильм. Ты же не против? Как насчёт романтической комедии?

Девушка удивлённо вскинула брови, но согласилась выбрать один из нескольких вариантов. Ну и что? Иногда полезно посмотреть про чужие отношения, чтобы не повторить их ошибок.

Ольга

Я запретила себе влюбляться. Запретила влюбляться в Лекса. Мои предыдущие отношения были весьма травматичны, и я не хотела, чтобы мне снова было так невыносимо больно.

Просто я знала, что, если я влюблюсь в Лекса, у нас станет всё серьёзно, а потом я пойму, что он не отвечает мне взаимностью, я ему просто удобна. Это разобьёт мне сердце.

Мне не нравился такой расклад. Мне хотелось любить и быть любимой, но я просто не верила во всё это. Больше не верила. У меня это было. И это было иллюзией.

И поэтому я решила наслаждаться обществом Лекса, наслаждаться сексом с ним, кайфовать от нашего совместного времяпровождения, а потом отпустить, когда это закончится. Ничто в этом мире не вечно.

Остаток круиза мы периодически выходили с корабля и путешествовали по городам, которые нам были доступны. Ходили в бассейн, всячески стараясь избегать присутствия Даяны. Нам обоим очень не нравилась эта стерва. Она мастерски умела испортить настроение.

И я радовалась, что Лекс относился к ней совершенно так же, как и я.

Вскоре круиз закончился, и мы перешли ко второй части нашего путешествия: поселились в гостинице у моря. Лекс действительно выбрал шикарный номер, в котором не было изъянов. Упрекнуть братца не в чем. Даже если мы бы не пересекли грань любовников, то у нас были бы две просторные отдельные комнаты.

— Ну что? Какие планы? Пойдём на море? Оно здесь необычно тёплое, и закат будет потрясающий, — Лекс улыбается, притягивая меня к себе.

— Я не очень люблю солёную воду, — предпринимаю попытку отказаться.

Очень боюсь ему надоесть: мы столько времени проводим вместе.

— Не просидишь же ты оставшиеся три неделя отпуска в номере? Пойдём, жалеть будешь, что не пошла.

И после этого он переодевается при мне. Совершенно не стесняется своего идеального тела. Мне же каждый раз хотелось спрятаться в соседней комнате. Каждый раз Лекс подмечал, чего он там не видел, а видел он многое и со всех сторон.

Бывшему не нравилось, когда кто-то из нас раздевался перед кем-то другим. Должна быть загадка и тайна.

Качаю головой: опять его вспомнила, будь он неладен!

— Слушай, тебе не кажется, что ты со своим бывшим жила, словно в клетке, словно взаперти? — глядя на то, что я вновь хочу спрятаться в соседнюю комнату и переодеться, отмечает Лекс.

— Я, наверное, достала тебя со своим бывшим, — бросаю я и понимаю, что злюсь не на братца.

Злюсь на себя. Потому что вечными сравнениями достала уже саму себя

— Нет, — обрывает Лекс. — Мне хочется его избить за то, что испортил твою жизнь, потоптался на твоей самооценке, сделал тебя сомневающейся во всём. Однако я знаю, что это ничего не изменит. Человек как был мудаком, так и останется. Но вот сделать счастливой тебя, избавить от комплексов и проблем — я могу. Поэтому не буду строить из себя супергероя, а буду делать то, что у меня хорошо получается.

Сама не зная почему, но я улыбаюсь, почувствовав внутри себя разливающееся тепло.

До моря действительно рукой подать. Небольшой спуск, и мы уже на роскошном чистом пляже. Расстилаем подстилку на песке и убегаем в воду купаться. Солёная вода не щиплет глаза, она тёплая и приятная. Я расслабляюсь, позволяя волнам нести меня.

Это был самый красивый, самый романтический и самый запоминающийся закат в моей жизни. И мне захотелось, чтобы каждый момент в моей жизни был таким же…

Лекс

Мне было не очень приятно, что подруга бывшей меня отследила, и я ждал, когда путешествие на корабле закончится. Кто же знал, что дочка лучшего друга отца тоже захочет меня соблазнить? Когда в мире всё решают деньги — найти любого человека совершенно несложно.

Другое дело, хочет ли человек, чтобы его нашли?

Ужасно, что этим девушкам нужен был не я, а мой кошелёк и деньги моего отца. Ненавидел, когда меня рассматривали не как личность, а как средство для достижения цели, как вещь.

В любом случае меня удивило и порадовало то, с какой лёгкостью Оля после ухода Марии соскочила с места и уверенно заявила: «Идём на дискотеку!».

Кто я, чтобы спорить с её желанием хорошенько потанцевать?!

Похоже, мою спутницу тоже сильно взбесила бесцеремонная девица, что поселилась в нашем отеле. Мария явно хотела испортить наш прекрасный уединённый отдых вдвоём. Перетащить всё внимание на себя. Уж я-то знал её и её намерения.

Не осуждал Олю: просто хотел, чтобы она немного расслабилась и раскрепостилась.

Когда мы пришли в номер, «сестрица» заявила:

— Так, ты либо иди в соседнюю комнату, либо ещё куда — я собираться буду.

— Зачем? — непонимающе вскинул левую бровь. — Не стесняйся, переодевайся при мне. Чего я там не видел?

Но Ольга было не переубедить, и я переоделся на скорую руку. Надел джинсы и футболку. В конце концов, если хочет побыть одна — мешать не буду. Я уважаю её личные границы.

— Тогда я жду тебя внизу у барной стойки, — пожал плечами, не совсем понимая резкую смену настроения моей девушки.

— Хорошо, — кивнула она и хитро улыбнулась. Улыбка показалась мне зловещей, и я поспешил убраться из номера.

Внизу я заказал себе охлаждающий безалкогольный коктейль. Хотел немного освежиться и расслабиться.

Вновь захотелось на море. Искупаться при свете луны нагишом… Эх, мечты. Жаль, что я не знал здесь ни одного уединённого пляжа, где можно осуществить желаемое и не попасться другим туристам на глаза с голой жопой.

Пока я пил свой напиток и мечтал о том, чем мы займёмся с Олей после дискотеки, ко мне подсел парень и заказал Мохито.

Незнакомец долго разглядывал меня, и я прямо чувствовал его прожигающий взгляд.

— А ты… вы… Лекс? — наконец, неуверенно спросил он на чистейшем русском.

Повернул голову и рассмотрел его внимательнее. Я где-то встречал это жизнерадостное, полное, в веснушках лицо. Его серые глаза просто блестели от радости, а каштановые волосы были уложены в очень гениальной причёске, не иначе как «взрыв на макаронной фабрике».

Но где я мог его видеть?

— Угадал. А ты…? — я решил не церемониться и сразу перейти на «ты».

Парень явно был младше меня, и на вид я не дал бы ему и двадцати. Но внешность обманчива.

— Я Коля. Колян для друзей, — он протянул мне руку, и мы обменялись рукопожатием. — Видел тебя на свадьбе твоего отца и… — парень прервался, думая, как сказать, чтобы не обидеть, — мачехи. Симпатичная женщина.

— И теперь ты здесь, — хмыкнул я. — Вот так совпадение! — саркастично заметил я, потому что подозревал, что оно им и не являлось.

— Ой, брось! Двадцать первый век, — махнул Колян рукой. — Какое это совпадение! Машка затащила нас на курорт. Ей прикрытие, видите ли, нужно было! Влюбилась в тебя бедная девочка и не знает, как сделать так, чтобы ты ответил взаимностью! — последние слова он говорил с такой неприкрытой иронией, что я еле удержался, чтобы не рассмеяться.

— Ты решил ускорить процесс и сдать её с потрохами? — усмехнулся я.

Святая простота Коляна мне уже нравилась.

— Мужская солидарность, не более. Ну или вдруг она тебе тоже нравится, но ты сомневаешься. Если нет… — Коля развёл руками, — значит, поймёшь, что она к тебе чувствует, и отошьёшь быстрее. Лучше херовый конец, чем херня без конца.

Я не успел ответить, потому что в фойе спустилась самая настоящая нимфа.

Золушка. Принцесса. Красавица.

Королева.

Ольга знатно поработала над своим образом, что я аж язык проглотил. Или прикусил, раз он у меня заболел… Конечно, это короткое красное платье мы покупали вместе, но я и представить не мог, что оно настолько идеально сядет на неё. Грамотный макияж и причёска сыграли свою роль.

Я потерял дар речи.

Первым очнулся сидящий рядом Колян:

— Вот это чика! Дьявол, надо бы с ней познакомиться и подкатить…

Усмехнулся: что у него в голове, то и на языке.

— Прости, Колян, — очнулся я, — но это моя девушка, — отрезал, чтобы между нами не возникло никаких недопониманий.

А сам чуть не поперхнулся от слюны.

Ольга

Честно? Меня взбесила выходка Марии. Лекс на этот отпуск только мой, и я не позволю девицам из прошлого или будущего влезать в наше курортное приключение.

Побуду немного собственницей. Почему другим можно, а мне нельзя?!

Когда я прогнала Лекса из номера, моя спесь немного поутихла. Не начинала ли я влюбляться в своего сводного братца, раз так яростно и ревностно реагировала на всех пристающих баб?

Потом я откинула дурные мысли и решила всё-таки осуществить задуманное. То, что пришло мне в голову ещё в ресторане. Конечно, идея была сумасбродной, сумасшедшей, но то ли я начинала меняться, то ли алкоголь конкретно ударил в голову. И, раз мне очень хотелось, то почему бы не сделать это?

Чего я боялась? И что я теряла?

Придирчиво осмотрела свои платья, выбрав одно из самых соблазнительных. Им, на мой взгляд, оказалось красное обтягивающее. В магазине я совершенно не хотела его брать! Переоделась в него, а затем ушла в ванную, где обнаружила плойку и усмехнулась.

Судьба-злодейка явно была на моей стороне.

Завила волосы, уложив их в причудливую причёску. Затем, вспомнив уроки визажа, которые я когда-то тайком проходила от теперь уже бывшего мужа, я не без удовольствия накрасилась. Бывший запрещал мне делать макияж? Ну так это не значило, что я не умела этого делать!

Будучи довольной своим внешним видом, я нацепила каблуки, взяла маленькую сумочку, куда побросала кошелек, телефон и документы, вышла из номера и закрыла его на ключ.

Я была готова к приключениям. Осталось только надеяться, что Лекс не развернёт меня в таком виде и не отправит в номер.

Но, судя по реакции Лекса, я не всё сделала правильно. Замечаю, как он меняется в лице, разглядывая меня.

Память услужливо подкидывает воспоминание, когда я сделала Тимуру подобный сюрприз. Я оделась только для него, желая соблазнить. Хотела сделать приятное. Всё-таки у нас была годовщина. Я и столик в ресторане зарезервировала. Но в итоге мы никуда не пошли: Тимур разорался, назвал шлюхой и…

— Ты выглядишь великолепно! — вместо всего этого произносит Лекс, поцеловав меня в щёку.

Улыбаюсь, не в силах скрыть своего счастья. Значит, в прошлый раз я выбрала не того мужчину. И лучшие представители противоположного пола всё-таки существуют.

Немудрено, что на Лекса открыта такая охота. Но сегодня всех охотниц ждёт облом: он мой.

Хоть и я не уверена, что мы в итоге будем вместе.

— Лекс, познакомишь? — пищит его сосед.

— Слушай, ты всемирно известная личность? — усмехаюсь я, глядя на сводного брата. — Куда ни пойдёшь, а тебя все знают в лицо?

— Ну… — Лекс смущённо чешет рукой затылок. — Вообще-то это Колян — друг Марии. Они сюда вместе приехали отдыхать.

— Не то чтобы вместе… — краснеет Николай. Всё-таки Лекс сказал довольно двусмысленную фразу. — Нас тут целая компания. Мария умеет уговаривать на совместный отдых, — Колян только подтверждает наши мысли.

— Это моя девушка Ольга, — игнорируя долгий и нелепый лепет Коли, представляет меня Лекс.

Удивлённо вскидываю брови, посмотрев на своего сводного брата, ожидая хоть каких-то объяснений, но их не последовало.

Ну, раз я сегодня девушка, а не сводная сестра…

— Мне кажется, я видел вас раньше, — лебезит Коля, поцеловав мою руку. — Приятно с вами познакомиться…

— О, можно на «ты», — отмахиваюсь я, чувствуя себя звездой надвигающегося шоу.

— Наверное, я видел тебя в своих грёзах, — не обращая внимания на Лекса, лепечет новый знакомый.

Смеюсь. Не испытываю страха, понимая, что Лекс отреагирует адекватно. Он уже это доказал.

Тимур бы распсиховался, подчеркнув, что я шлюха. Почему наши отношения продержались семь лет?

— Ну… возможно, ты видел Ольгу на свадьбе, — встревает Лекс. — Мой отец как раз женился на матери Ольги.

— Ой, точно! И всё-таки яблоко от яблони недалеко падает! — смеётся Колян. — У вас с отцом одинаковый вкус на девушек! И прекрасный! Отец женился на красивой женщине его возраста, а ты запал на красавицу-дочь! Боже, я рад за вас! Куда-то собираетесь? — Колян понимает, что бессмысленно отвешивать мне комплименты и меняет тему.

Меня удивляет, что Колян не осудил то, что мы вместе. Но ведь мы теперь брат и сестра, пускай и сводные…

— На дискотеку. Вдвоём, — Лекс приобнимает меня за талию, прижимая к себе.

— Можно с вами? Я не вытерплю нытья Марии! Там хоть развеюсь и, может быть, с кем познакомлюсь!

Мы с Лексом отвечаем одновременно и по-разному:

— Нет! — резко бросает Лекс.

— Да, — хихикаю я, а затем, поняв реакцию своего мужчины, поспешно добавляю: — Да и компанию свою зови. Не думаю, что Мария будет ныть в огромной толпе.

Мой коварный план разворачивается куда лучше, чем я изначально представила его в голове.

Лекс

Не понимал резких перемен в Ольге, но решил не мешать ей веселиться, а просто понаблюдать, узнать, чем это кончится. В целом, она не делала ничего плохого, просто была в центре внимания и выглядела желанной.

И я предвкушал.

Предвкушал то, чем мы займёмся с этой сексуальной красоткой за закрытой дверью. Разве это не стоит того, чтобы подождать один зажигательный вечер? В конце концов, если ей хочется побыть королевой вечера, пусть ею будет.

Главное, чтобы она не забывала, что король здесь я. Её король.

Мы отправились на ближайшую вечеринку, и Колян пообещал присоединиться всей огромной тусовкой. Ну или хотя бы привести всех тех, кто согласится.

— Ты что-то задумала? — поинтересовался я, когда мы подходили к выбранному мной клубу.

— Абсолютно нет, — невинно улыбнулась она.

Усмехнулся. Не поверил. Слишком уж ярко выглядела. Слишком невинные глаза делала.

— Но знаешь… — тут девушка замерла, словно не знала, как мне сказать то, что у неё было на душе. — В общем… Ты знаешь…

— Не бойся. Просто скажи как есть, — мягко произнёс я, притягивая к себе. — Тебе нечего стесняться.

— Да, возможно… Но я по-прежнему привыкла к совершенно другому обращению. Когда я была замужем, на годовщину я решила сделать сюрприз своему теперь уже бывшему. Я нарядилась, накрасилась, сделала причёску, заказала столик в ресторане и…

Оля прервалась, я терпеливо ждал, когда она закончит рассказ, не перебивая, но уже догадывался, что натворил Тимур. Его счастье, что он где-то в России, а то мои кулаки чесались каждый раз, когда моя девушка рассказывала о его действиях.

— Он обозвал меня шлюхой и устроил настоящий скандал, — после длительной паузы выдохнула Оля. — Естественно, мы никуда не пошли. Я ещё долго извинялась за свой наряд и пыталась объяснить ему, что я хотела выглядеть так красиво только для него.

Ободряюще приобнял её. Не хотел выглядеть перед ней аборигеном, который так и хочет поколотить мудака.

— Меня очень удивило то, что ты не среагировал так. Возможно, потому что ты воспринимаешь наши отношения несерьёзно, и…

Я закатил глаза, не дослушав девушку и прервав:

— Нет, я просто адекватный. — Мысленно я почему-то разорвал футболку и с криком «Я нормальный» начал бить себя по груди. На деле остался совершенно спокойным и продолжил: — Мне нравится, когда рядом со мной красивая девушка, которая не ограничивает себя ни в чём. Остальным, если это девушка моя, — последнее слово я выделил, — смотреть и любоваться — можно, трогать — строжайше запрещено. И я способен защитить любимую от приставаний всяких надоед.

Оля замолчала, потому что явно не рассматривала моё поведение именно так, как я описал.

М-да. Бывший набедокурил, а разгребать мне. Ничего, я справлюсь. Это не такая большая плата за то, чтобы быть рядом с этой богиней.

— Я очень сожалею, что у тебя не было нормального парня, и ты не знаешь, что такое хорошее к тебе отношение. Я повторюсь, я не хочу лёгких отношений, но также не хочу грузить тебя, поэтому наслаждаюсь нашим курортным приключением. Расслабься и делай то же самое. Я не сделаю ничего из того, что делал тот мудак, о котором ты вспоминаешь с такой бесконечной болью.

Оля кивнула, однако ничего не ответила. Мы как раз зашли в клуб, где играла громкая и звонкая музыка. Мы заказали пару коктейлей, выпили, отправились на танцпол веселиться, когда в клуб зашла банда Марии. По-другому их как-то назвать было трудно, потому что они именно так себя и вели.

Компания из семи человек развязно ввалилась в клуб, решив занять бо́льшую часть зала, словно отдыхали тут одни. И лишь один Колян вёл себя более-менее адекватно, словно стесняясь своих «друзей».

Потом я вдруг осознал, почему Ольга так разоделась и что она хотела доказать окружающим.

Что ж, если она поставит Марию на место, это будет весьма забавное зрелище. Выкуплю места в первом ряду зрительного зала. А возможно, даже сам поучаствую в представлении. Посмотрим по обстоятельствам.

Коварная девушка. Моя коварная девушка.

Ольга

То ли во мне взыграла собственница, то ли ещё кто, но мне хотелось показать Марии, кто тут главная. Я надеялась, что она поймёт: не стоит лезть к моему мужчине. Пока мы на курорте, Лекс — мой, и я совершенно не желала делиться.

Мария в компании своих друзей не могла зайти тихо и незаметно. Она считала себя королевой вечера и была разодета чересчур вызывающе. Я-то думала, что у меня платье короткое, но платье соперницы едва прикрывало задницу. Ей богу, я пару раз видела её нижнее бельё.

Их шумная компания быстро нашла нас и окружила со всех сторон. Мария придирчиво осмотрела меня, словно не признавала моего небольшого преображения. Конечно, она привыкла во мне видеть серую, невзрачную мышь. Но это её проблемы, а не мои. Сегодня мышь не выйдет погулять: она слишком пьяна.

Как говорится, не будите в девушке стерву, она и так не высыпается.

— Сашенька, не хочешь потанцевать? — Мария произносит это настолько ласковым голосом, насколько смогла: музыка была слишком громкая, и приходилось кричать.

И это забавно: писк вместе с криком создавали безумный коктейль и не выглядели естественно.

— Прости, но у меня уже есть партнёрша, — усмехается Лекс, притягивая меня за талию. — И никакой я тебе не «Сашенька». Ты же знаешь, я не люблю это сокращение.

— Брось, она тобой не поделится? — проигнорировав его замечание, лебезит Мария.

Лекс что, шоколадка, чтобы им делиться?

Мне хотелось ответить столько всего язвительного, и короткое «Не поделится» было самым ласковым и добрым из списка.

Но вместо этого я лишь усмехнулась и сказала:

— Брось, не расстраивай даму, я пока куплю себе коктейль, — пожав плечами, я отхожу от танцпола и заказываю себе охлаждённый напиток.

Я совершенно спокойна. Никакая разодетая девица не заставит Лекса прекратить ухаживать за мной.

Медленно пью и наблюдаю за тем, какие Мария делает пируэты и как вертит задницей, пытаясь утащить Лекса на танцпол. Мужчина стоит непоколебимо, лишь усмехается. Это достаточно забавно выглядит со стороны. Пару раз я чуть не давлюсь напитком от смеха.

— И не ревнуешь? — рядом оказывается Колян.

Он осуждающе смотрит на свою подругу и улыбается мне. Это меня радует: я нравлюсь парням. Это давно забытое чувство согревает меня. Зря я прятала в себе женственность.

— Да не особо. Мария что-то с образом переборщила — выглядит довольно глупо, — пожимаю я плечами, сделав ещё глоток.

Сердце бешено бьётся, я немного устала и поэтому с удовольствием освежалась.

— Знаешь, когда девушки так спокойны, обычно они что-то задумали, — кажется, Колян меня раскусил.

Ну неужели это настолько заметно?!

— Не без этого, — киваю я. — Но что могла задумать такая милая, тихая и скромная девушка вроде меня? — хитро улыбаюсь я.

Интересно, я похожа на лисицу?

— Я вижу тебя впервые, и скромной ты мне не кажешься. Вот заводной и сексуальной… — Колян даже присвистывает, осмотрев меня с ног до головы. — Я бы с тобой зажёг, но не хотелось бы заиметь врага в лице Лекса. Головы он умеет знатно откручивать.

— Спасибо за комплимент, Николай, — киваю я, улыбнувшись. Как ни странно, мне приятны его слова. — Вот только я не рассматриваю свиданки на один вечер. Мне нужны постоянные отношения.

Внезапно у меня рождается отличная идея. Я допиваю свой напиток и ставлю на барную стойку. Конечно, хочется облить им Марию, но я отказываю себе в этом удовольствии.

— Пошли танцевать! — смеюсь я, утащив бедного Колю за собой.

Мы ведь оба решили, что не хотим ничего друг от друга?!

Алкоголь немного раскрепощает меня, именно этого я добивалась. Мы двигаемся в ритме музыки и уже вскоре равняемся с Марией, которая и так, и так выделывается перед Лексом. Толпа и не сопротивлялась, поместив нас в своеобразный центр.

Мария как раз приседает и встаёт, вертя задницей так, что её розовые стринги виднелись из-под тряпки, которую она надела на себя.

Её высоченные шпильки только помогают мне, и я машу своей задницей, «нечаянно» задев её. Та не ожидала подвоха и приземлилась себе на пятую точку, завопив, что я сделала это специально.

— Я? И специально? — строю невинные глазки и хлопаю ресничками. — Ты что, я на такое не способна! Но, если бы ты не выделывала свои акробатические штучки, ты бы не шлёпнулась от того, что тебя кто-то случайно задел.

Лекс и Колян хохочут, глядя на никудышную стриптизёршу. Колян очухивается первым и кидается поднимать свою подругу.

Та, потирая ушибленную задницу, спешит в дамскую комнату, чтобы привести себя в чувство.

Лекс лишь качает головой, улыбнувшись мне.

Кажется, я всё-таки победила.

Лекс

Такой подставы от своей скромной сводной сестры я не ожидал. Впрочем, Мария явно напрашивалась на что-то подобное, а может, даже и что похуже, потому что то, как она на мне висла, бесило не только меня, но и её друзей, которых девушка притащила на море из-за меня.

И, естественно, взбесило и мою «тихоню»-девушку.

Марию надо было отшлёпать. И явно не в спальне и не в сексуальном ключе.

После того как Мария с позором сбежала в туалет, а потом и вовсе с вечеринки, я усмехнулся в сторону Оли:

— Ловко ты её.

— Ты о чём? — состроив невинные глазки, уточнила Оля.

Кажется, она решила играть до конца.

— Брось, не прикидывайся ангелом, — откровенно смеялся я.

— Я и есть ангел, — расхохоталась сестра. — То, что Мария упала, — нелепейшая случайность! Я тут совершенно ни при чём!

И я почти ей поверил. Но вовремя одумался. Её выдали глаза: в них так и играли искры самодовольства. Хитрые дьявольские огоньки.

Потом мой ангел стал падшим или превратился в беса во плоти. Она больше не ограничивала себя, с удовольствием пила и пила разные коктейли, потом и вовсе танцевала на барной стойке.

— Твоя подруга умеет отжигать, — отметил Колян, присвистнув. — Я даже завидую, что ты нашёл такую раскрепощённую и одновременно верную девушку.

— Спасибо, — кивнул я, глядя на это представление. — Ты чего за Марией не ушёл?

— Да мы тут почти всей компанией остались, — Колян пожал плечами. — Мы же прикрытие. Да и надоедает постоянно слышать то, какой ты потрясный, то, какой ты слепой мудак. Знаешь, когда не знаешь, в какой момент и как поддержать девушку, сильно устаёшь от разговора с ней. И, вообще, как будто других парней, кроме тебя, нет!

Усмехнулся. Поведение Марии никогда не казалось нормальным. Возможно, ей розги уже не помогут, а только помощь специалиста.

Было ли это плохо? Абсолютно и определённо да. Но было ли это моей проблемой? Совершенно нет.

В этот момент Оля зашаталась и чуть не упала. Я успел отреагировать и поймал её в свои руки:

— Ну всё, королева танцпола, мы идём домой, — с улыбкой проворчал я.

— Удачи вам там, — беззлобно усмехнулся Колян.

— Ну, может, ещё немного задержимся? Ну, пожалуйста… — заканючила красавица, но я был непреклонен.

Попытался поставить её на ноги, но это оказалось бессмысленной затеей, и я вновь водрузил её на свои руки. Кажется, самое вкусное мне сегодня не перепадёт. Жаль, Оля весь вечер манила своим вызывающим нарядом и откровенными танцами.

Впрочем, я мог потерпеть и до утра.

Она ведь моя. Даже если и считает, что это временно.

В номере я кое-как её раздел, а затем случилась очередная неприятность: девушку затошнило.

— Перепила? — тяжело вздохнул я. — Ну зато хоть оттянулась.

Я не осуждал. Прекрасно понимал, что подобные разгрузки для нервной системы в целом полезны. Особенно после той травмы… ладно, после тех многочисленных травм, что нанёс ей мудак — бывший.

Некоторое время мы провели в туалете, я аккуратно держал её волосы, ожидая, когда красавице полегчает. Потом вытер лицо салфетками, переодел, как смог, пытаясь угомонить разгоравшееся желание.

— Лекс, ты такой хороший, — пропела Оля, потянувшись ко мне. Она явно хотела чего-то большего, но я не хотел рисковать.

— Не без этого. Будешь сопротивляться — замотаю в одеяло и свяжу, — пригрозил я.

И я не просто казался суровым: я спокойно мог это сделать, если понадобится.

Она надула губы, и, не удержавшись, чмокнул её. Оля кое-как легла на кровать, потом посмотрела на меня глазами милого маленького котёнка:

— А ты разве не ляжешь?

— Я чуть попозже, — вздохнул я. — Почитаю новости перед сном. Пока спать не хочу, а тебе надо бы.

Мне нужно было угомонить своё взбудоражившееся желание, и просто так лечь в одну постель со своим стояком я не мог.

___Если вам нравится история, обязательно подпишитесь на меня. Сделать это можно в моём профиле.

Ольга

Я всегда знала меру, но сегодня что-то пошло не так. После того, как Мария позорно сбежала с дискотеки, я ушла в отрыв. Всё остальное помню обрывочно.

Помню, как приставала к Лексу. Потом провал в памяти. Помню, как зажигала на барной стойке. Провал в памяти. Помню, как Лекс дотащил до нашего номера, а потом меня стошнило. Очередной провал. Потом я как-то оказалась на кровати и уснула.

Кто же знал, к чему всё это приведёт.

Меня вырубило почти мгновенно. Но ближе к середине сна я почувствовала тёплое дыхание и ласковые поглаживания.

Я думала, что это Лекс, и подалась ему навстречу.

Но как же я ошиблась, когда чья-то рука коснулась меня между бёдер и вскрикнула:

— А где твой член?!

И голос был такой ужасный, девчачий. Знакомый.

Вспыхнул свет. Мои заспанные глаза увидели Лекса и Марию. Точнее, Марию я увидела подле себя на кровати, а Лекса посреди комнаты. Взбешённого Лекса, между прочим.

Какая неожиданность!

«Кажется, кому-то несдобровать!» — злорадно подумала я, когда до меня дошло, что именно произошло.

Ольга

Мы не обсуждали произошедшее ночью. В конце концов, ну залезла Мария к нам в спальню, ну и фиг с ней. Её счастье, что меня не стошнило прямо на неё. К тому моменту мой желудок, которому не понравилось то количество алкоголя, хоть немного, но угомонился.

Ночь мы провели в объятьях друг друга, а утро ещё приятнее. Это всё меньше походило на простой курортный роман, и всё больше на настоящие отношения. Последнюю мысль я старательно отмахивала от себя.

Мне не хотелось привязываться, а потом вновь столь мучительно терять.

С другой стороны, то, что я устроила в клубе… То показательное выступление тоже не было похоже на отношения, которые случайно происходят на курорте. Ревность, устранение соперницы — уже ближе к настоящим.

Я пыталась не загоняться, но у меня это мало получалось. Настроение с утра подпортила мысль, что у моря мы вновь столкнёмся с Марией, которая в клубе позорно плюхнулась на свою задницу, затем ещё забралась ко мне в постель.

«Была в постели с Марией» — не самое приятное достижение в моей жизни.

— Ты знаешь, а погнали на экскурсию? — неожиданно предлагает Лекс за завтраком. — Вижу, ты устала от моря? Сходим на пляж вечером?

— Д-да, — изумлённо отвечаю я, хлопая глазами.

Неужели Лексу удалось снова прочитать мои мысли?!

— И мы можем пойти на другой пляж, чтобы не пересекаться с компашкой Марии. — Точно, прочёл.

Или думает точно так же, как и я? Удивительная вещь… И как ему так легко удаётся?!

После завтрака Лекс записал нас в небольшое путешествие, мы быстро переоделись в номере, взяли всё необходимое, а затем уселись в автобус.

— Переживаешь?

— Да не очень, — ёрзаю я, выдав всё своё волнение. Мысленно ругаюсь, но это никак не помогло. Я не перестала нервничать.

— Ты же знаешь, я рядом. Всё будет в порядке. — Он сжимает мою ладонь, а я вздрогнула от его мягкого и тёплого прикосновения.

Нам везёт, в основном на экскурсию записались русские или знающие этот язык. Впрочем, может, так было подобрано специально, чтобы туристы в случае чего понимали друг друга.

Экскурсоводом же оказывается достаточно приятный, молодой и бодрый мужчина с прикольной кепкой красного цвета на голове. На ней виднеется эмблема компании. Гид приветствует нас, пересчитывает, убеждается, что мы все в сборе. После заводит целую речь о том, что нам предстоит сегодня увидеть.

Несмотря на его акцент, говорит он достаточно понятно и увлекает своими рассказами.

Автобус трогается с места: назад пути нет. Наше маленькое приключение начинается.

Я с удовольствием смотрю в окно, наблюдая за разнообразными зданиями, людьми. Слушаю экскурсовода, ловя каждое его слово.

— Это, аккуратнее, я так и приревновать могу. Что-то ты слишком открыто на него пялишься, — смеётся Лекс.

— Я… не… — оправдываюсь я, но совершенно не знала, что сказать.

Я уже привыкла, что могу не стесняться, и тут…

— Расслабься. Я пошутил. Прекрасно вижу, что тебе интересна история: просто ты уж слишком ушла в себя, — Лекс приобнимает меня.

Выдыхаю. Лекс не похож на бывшего, и я никак не могу привыкнуть к нормальному общению и обращению. Очень удивляет то, с какой простотой он ко всему относится.

Первой остановкой становится местный рынок.

— Погуляйте час, а потом мы продолжим наше путешествие, — объявляет гид, и мы все с интересом выходим на улицу.

Я в очередной раз радуюсь, что на мне была панама: совершенно не хотелось попасть под палящее солнце и обгореть.

Рынок Таиланда очень уж отличался от того, к чему я привыкла в России. Я только и могу, что выдохнуть короткое «Вау».

— Пошли, скупим всё, что тебе и мне понравится, — Лекс тащит меня вглубь.

— Но…

— Не нокай. Чисто теоретически, так как твоя мать вышла замуж за моего отца, это и твои деньги тоже, — сурово подмечает Лекс. На этот аргумент мне совершенно нечего возразить. — Идём. Главное — уложиться в час и не потеряться.

Киваю, послушавшись мужчину и окончательно расслабившись. Что плохого могло произойти на этом милом рынке, когда я в компании Лекса?

Ольга

Это так волнительно, так захватывающе, так здорово, что я готова пищать от восторга: слишком прекрасным оказывается наше маленькое путешествие. Наедине. Подальше от суеты, людей, соперниц. Наша экскурсия, которая должна пройти лучше всех.

И ничто не могло омрачить её: никто не знал, куда мы поехали.

И то, что мы начинаем с рынка, — самая лучшая идея, хотя и немного странная. Я понимаю, что мы, туристы, можем скупить много всего, а затем перегрузить багажом автобус или оставить рынок без товаров. Я делюсь своими опасениями с Лексом, но тот лишь рассмеялся.

— Не переживай. Всё так и задумано. Рынки зачастую сотрудничают с экскурсиями, чтобы гиды показывали самые лучшие места. Туристы возвращаются снова и снова. Покупают то, что не успели скупить в первый раз. Если хочешь, мы можем поступить так же, — Лекс пожал плечами.

— Это звучит как маркетинговый ход, — хмурюсь я.

— Разбираешься в этом? — неожиданно загорается Лекс, внимательно рассматривая меня.

— Не то чтобы очень… — смущаюсь в ответ, пожав плечами. — Просто отучилась пять лет, потом немного работала по этой специальности, — неуверенно тереблю волосы. — И, видимо, плохо работала, раз меня без сожаления сократили.

— Брось. Сейчас сокращают всех подряд: такая ситуация в мире, — Лекс разводит руками. — Просто у нас в компании сейчас вакантно место маркетолога, и мне на эту должность нужен свой, проверенный человек.

— Ну, через постель я ещё на работу не попадала, — ляпаю я первое, что пришло мне в голову, а затем, поняв смысл сказанного мною, ойкаю.

— Не через постель тогда, а через семейные связи, — тонко подмечает Лекс.

— Как же отец? Я думала, он заправляет этим… — пытаюсь перевести тему.

— Подбором персонала последние несколько лет занимаюсь я, — отвечает Лекс. — Тем более я планирую открывать филиал в столице. Страшно, конечно, выходить на новый уровень, но когда-то же надо начинать.

Задумываюсь, никак не прокомментировав его слова. Он всё больше походит на волшебную палочку, фею, которая исполняет желания по щелчку пальцев. И это одновременно и пугает, и манит.

— Ты не хочешь меня отпускать, не так ли? — наконец, шепчу я, в который раз сменив тему, не справившись со своими эмоциями.

Лекс лишь пожимает плечами, ничего не ответив. Слова здесь были излишни. Как минимум для него.

Рынок открывается перед нами во всей красе. Повсюду толпы людей. Догадываюсь, что здесь полно как туристов, так и местных жителей. Видимо, рынок пользуется популярностью и достаточно хорошее место для разнообразных закупок: от еды до вещей и сувениров.

Больше всего поражают фруктовые лавки и изобилие представленных товаров. Они лежат свободно, словно продавцы не боятся воровства. Здесь по-другому относятся ко всему. Замечаю я и огромное количество ананасов, папайи, авокадо, манго, кокосов, драконьих фруктов (вроде бы они назывались именно так), гранатов и даже простых бананов, подвешенных над остальными фруктами. Лежат здесь и ранее неизвестные мне вкусности.

Лекс говорит незнакомыми словами, показывая на очередной незнакомый мне плод: типа джекфруты, дурианы, гуавама, карамбола, личи, мангостины и другими. Некоторые я уже успела попробовать на корабле, но так и не запомнила названия. Но другие мне хочется сгрести в охапку и пробовать по одному. Понравившимися закупиться и есть в своё удовольствие.

Лекс, заметив мой энтузиазм, смеётся.

— Значит, мы обязательно вернёмся и накупим всего. Только будешь пробовать по одному, а то вдруг у тебя аллергия на незнакомый фрукт, а, намешав, мы не узнаем на какой, — предусмотрительно замечает он.

Вскинула бровь, в очередной раз поразившись тому, с каким удивительным мужчиной меня свела судьба.

Лежат здесь прилавки с готовой едой. Продаются местные шашлыки, которые ну очень вкусно пахнут, жареные и варёные креветки, Том ям, различные смузи из фруктов, но больше всего меня поражает шашлык из креветок.

— Хочешь попробовать? — подталкивает меня Лекс.

— Это безопасно? — неуверенно бурчу я под нос, косясь на прилавок.

Едой пахнет так вкусно, что у меня текут слюни.

— Не уверен, — усмехается Лекс и покупает одну порцию на двоих. — Живём же один раз? — И он с удовольствием пробует необычный для русской души шашлычок. Увидев моё выражение лица, парень, не сдерживая смеха, добавляет: — Не переживай. Я уже пробовал у них. Очень вкусно. Всё будет в порядке.

Я расслабляюсь и тоже надкусываю. И не жалею. Необычный шашлык кажется очень вкусным.

В вещевую зону мы так и не заходим, предпочитая гулять по улице, маневрируя между разнообразными прилавками. Возле сувенирной лавки я застываю, с удовольствием рассматривая разнообразный товар.

Продавец обращается ко мне на неизвестном языке. Лекс тут же вклинивается, заговорив на чистейшем английском.

— О, вы русскай, — отвечает мужчина на ломаном русском. — Красивый девушка, хотите снов ловец? Защищат от кошмар снов.

Я не сразу понимаю, что предлагает мне добрый незнакомец, а потом до меня доходит, и рассматриваю его красивый товар.

Вообще у него множество разных сувениров, которые больше о магии, колдовстве и шаманстве. Я не увлекалась подобной темой.

— Хочешь один? — интересуется Лекс. — Мне кажется, тот, фиолетовый, подойдёт тебе.

— Кошачий глаз, защищает от сглаз, — подначивает продавец, явно считая, что сказал фразу в тему.

Ну как минимум в рифму у него получилось. И пускай, что не совсем грамотно, главное, что мы его поняли. И почти правильно ведь.

— Давайте, — неожиданно соглашаюсь я, кивнув.

Мы так и не выбрали фруктов, решив приехать завтра с утра и закупиться, но очень обидно уходить с такого шикарного рынка с пустыми руками. Я радуюсь приобретённой покупке и убираю её в сумку.

— Нам пора возвращаться, — Лекс смотрит на часы и тяжело вздыхает. — Время почти вышло.

Киваю. Мне не очень хочется возвращаться в толпу неугомонных туристов, но нужно торопиться.

Когда мы выходим на стоянку, где припарковался наш автобус, нас ждёт очень неприятный сюрприз.

Автобус уехал без нас.

Но как же так? Как такое возможно? Мы же заплатили за экскурсию? Страх мгновенно сковывает меня, хоть я и понимаю, что причин нет: я нахожусь рядом с Лексом. Ничего страшного не стряслось.

— Лекс… Мы что, потерялись?

Лекс

Я был одновременно удивлён и рад тому, что Ольга знала маркетинг. Мне действительно был нужен специалист в этой области. Тем более я давно хотел открыть филиал в Москве, и только отец сопротивлялся, боясь потерять внушительную сумму денег. Но если нас будет двое, то я уверен, что он сдастся и разрешит осуществить задуманное.

Коварный план родился в моей голове. Теперь я точно знал, что мы с Олей так просто не расстанемся. Но я решил отложить все эти проблемы до возвращения в родной город.

Мне было приятно наблюдать за повеселевшей Ольгой. Она выглядела маленьким миленьким котёнком, который только что открыл глаза и теперь восторженно озирался по сторонам.

Наслаждался, показывая красавице что-то новое. Уже планировал снова заехать на рынок, а затем скупить все фрукты, которые Оля не пробовала, а также те, которые полюбила.

Я тщательно следил за временем и когда понял, что вот-вот, и мы начнём опаздывать, потянул любимую к месту парковки.

Там нас ждал неприятный сюрприз: автобуса уже не было. Я был уверен, что перед посадкой они пересчитывали пассажиров. Что в этот раз пошло не так?!

— Мы не потерялись, всё хорошо, — успокаивающе начал я, хотя самому эта ситуация была неприятна.

— Но где автобус? Неужели мы вышли не туда? — Оля паниковала, а я даже не знал, как её успокоить.

— Нет, парковка та самая, — уверенно ответил я. — Просто…

— Но не могли же они уехать без нас! — выкрикнула Оля, заломив руки.

— Могли… — нерешительно заметил я. — Если кто-то втиснулся вместо нас. Глупость, конечно, но всякое бывает.

— И что нам делать?

— Как минимум перестать паниковать, — усмехнулся я, потрепав девушку за щёку. — Сейчас узнаем расписание автобусов, которые ездят до нашего отеля, или, что лучше, наймём такси. Уже на месте я поговорю с компанией, почему у них вышла такая фигня.

— Звучит разумно, — успокоилась Оля.

Автобуса в ближайший час не было. Таксистов же стояло такое огромное количество, что я облегчённо рассмеялся.

Сводная сестра непонимающе уставилась на меня.

— Раз наша экскурсия не задалась, предлагаю не откладывать дегустацию фруктов до завтра, а закупиться ими уже сегодня! Затем закрыться в номере и под шумом кондиционера уплетать мангостины и смеяться над туристами, которые в жару под палящим солнцем смотрят достопримечательности!

— Ты в любой неприятной ситуации находишь положительные моменты? — вздохнула Оля, покачав головой.

— Почти.

Некоторое время между нами повисла тишина, потом Оля махнула рукой:

— Да, к чёрту экскурсию! Даёшь праздник живота!

Рассмеялся, услышав подобный энтузиазм в её голосе. Такой она нравилась мне ещё больше.

— Знаешь, есть одна ситуация, в которой я не смогу найти выхода. Я не переживу, если ты от меня уйдёшь, — выдохнул ей на кожу, наслаждаясь тем, как побежали мурашки по её коже.

Оля застыла, словно борясь с наваждением.

— Очень смешно, — наконец, выдохнула она.

— Я не шутил, — тихо буркнул себе под нос. Не был уверен, что Оля меня расслышала.

Дальнейшие полчаса мы потратили на покупку разнообразных фруктов, набрав огромные пакеты, отчего окружающие удивлённо пялились на нас. Затем выбрали первого таксиста, который согласился везти нас с огромными сумками. Он понимающе кивнул: не все из России могли себе позволить попробовать такую вкуснятину. Но зачем отказывать себе в удовольствии, когда мы здесь?

И мы действительно сделали так, как я планировал: закрылись в номере, заказали вино и устроили романтический день. И праздник живота к нему. Мне было смешно наблюдать за тем, как Оля морщилась, пробуя то, что ей не нравится, и как она улыбалась, когда находила что-то вкусным.

Затем я не удержался, притянул её к себе, страстно поцеловав. Оля подалась вперёд. И это был самый лучший секс. Самый лучший день. И ничего бы этого ни случилось, не потеряйся бы мы.

Ольга

И это даже здорово, что мы потерялись. Потому что иначе не было бы всего того, что произошло с нами. Мы бы не прогулялись по рынку с маниакальным желанием скупить все фрукты, а в дальнейшем не устроили бы праздник живота, закрывшись в номере, не пожирали вкусняхи, запивая их вином…

И даже бы так страстно не целовались и не занимались диким, безудержным и безумным сексом. И мне впервые не было за это стыдно. В конце концов, я взрослый человек, и любовь к сексу не делает меня шлюхой.

Мысль об этом оборвалась очередным страстным поцелуем Лекса. И с каждым днём я всё больше не хотела расставаться с ним. Не представляла жизни без него. Не понимала, как я буду существовать дальше, когда вернусь в родной город. Пыталась не думать об этом, отгоняя любые неугодные мысли. Потому что, как только мы расстанемся, часть меня останется с Лексом.

И я сама виновата, что согласилась на всё это.

Вечером, когда жара спала, и мы вышли из номера, объевшиеся и счастливые, Лекс всё-таки пошёл разбираться с компанией, которая совершила эту ошибку. Выяснилось, что вместо нас сели два хитрых туриста, очень похожие на нас.

— Ага, все русские же на одно лицо, — показательно фыркнул Лекс, а я лишь рассмеялась.

В итоге нам не только вернули деньги, но дали бесплатную экскурсию на завтра. На следующий день мы и вовсе провели прекрасно время, наслаждаясь достопримечательностями совершенно бесплатно.

Так что эта ошибка не испортила нам отдых, скорее, напротив.

Вечером мы всё-таки пришли на пляж, где нас встретила компашка Марии. Девушка растеряла свой энтузиазм и лишь смотрела на меня, морщась.

— Ты своим друзьям не рассказала, как приставала ко мне и искала у меня пенис? — чувствую, как участилось сердцебиение.

Я давно не была задирой, хотя лет в двадцать мне безумно нравилось подшучивать над людьми, но каждый раз слышать от бывшего, мол, ты теперь замужняя дама и должна вести себя соответствующе, было невыносимо, и я просто перестала. Зря.

Мне нужно было срочно не просто найти себя, но вернуть ту версию себя, которой я была до отношений с бывшим. Это звучало, наверное, безумно…

Даже создать себя заново.

— Очень смешно, — фыркает Мария.

— Она что делала? — кажется, Колян находит это смешным, обратив внимание всех присутствующих.

— Перепутала меня с Олей, — Лекс приобнимает меня за талию и расхохотался. — Никогда не забуду этот возглас: «Лекс, а где твой член?!»

Он не только не злится на мои выходки, напротив, поддерживает меняю

И вся компания Марии просто «легла», начав истерически хохотать.

— Знаешь, а задирой ты мне нравишься ещё больше, — шепчет Лекс, отводя меня от этой толпы чуть дальше.

— Правда? — хмурюсь я. — Но… девушки должны быть робкими, кроткими, скромными…

— Кому должны? — задаёт парень вполне логичный вопрос, и я окончательно зависаю. — Обществу? — находится он, заметив моё замешательство. — Ты, правда, в это веришь? Я приму тебя любой. Какой захочешь быть ты, а не какой захотят видеть тебя твои друзья, лица противоположного пола… мама, наконец…

Некоторое время я смотрю вдаль, на море, пытаясь найти хоть какие-то слова. Хоть как-то возразить, но в голове была полная пустота.

— Лекс, зачем тебе всё это? — наконец, тихо спрашиваю я, не в силах справиться с переполнявшими меня эмоциями.

— Ну, если ты ещё не поняла, предлагаю подумать хорошенько. У нас как раз осталась ещё неделька отдыха. Возможно, до тебя дойдёт, — Лекс пожимает плечами. — Сейчас предлагаю не заморачиваться. Пойдём в море?

— Мне не очень хочется…

— Тогда я потащу тебя! — И я не успеваю возмутиться, как оказываюсь в его руках.

Дьявол во плоти! И не вырвешься никак!

Но его слова не дают мне покоя. Что это всё значит? Зачем ему я?

Ольга

Этот засранец с каждым днём отвоевывал всё больше места в моём сердце. Это и пугало и манило одновременно. Марии вскоре сдалась и нашла себе нового ухажёра. Её компания друзей внезапно мне понравилась, и иногда мы тусовались вместе.

Наш отпуск подходит к концу, и мне как-то грустно от мыслей, что это конец. Не хотелось возвращаться домой, к привычной жизни.

Я вообще запуталась в том, что я чувствую к нему. Одно я, к сожалению, поняла: не хочу, чтобы это закончилось вот так.

Но конфетно-букетному периоду тоже приходит конец, и… я не хочу об этом думать.

— Так, пока ты себе ничего лишнего не напридумывала, пошли на пляж, я как раз купил надувной матрас: поплывём на глубину.

— Что?! — подпрыгиваю я от неожиданности. — Ты это сейчас серьёзно или шутишь?

— Надо же как-то бороться с твоим страхом глубины. Вода — не враг, а помощник. Когда мы ещё успеем это сделать?

— Ты моему дедушке это скажи, царствие ему небесное, когда он меня в воду бросил и сказал: «Вода — друг, греби». Ты знаешь, она не была настроена дружелюбно, хотела на дно унести, а у меня, знаешь ли, жабр нет, — бурчу я, выдав одно из самых неприятных воспоминаний из детства.

Потом все эти люди с насмешкой спрашивают, чего я мужчинам не верю. Дед учил плавать садистскими методами, отец ушёл до моего рождения, а муж и вовсе изменял несколько лет. Как тут им верить?

— Ох уж это советское воспитание, если выживешь, значит, будешь нормальным человеком. Или даже спартанское? — Лекс на мгновение задумывается, пытаясь меня приободрить. — В общем, предрассудки всё это. Жаль, что раньше не думали о том, как могут покалечить ребёнка. Его психику, а она имеет значение. В любом случае пошли. Я буду рядом, так что тебе нечего бояться.

— Значит, отмазаться у меня не получится? — тяжело вздыхаю я.

— Нет. Надень свой сексапильный слитный купальник. Пусть все парни на пляже мне завидуют. А я буду тобой любоваться.

Не спорю и переодеваюсь в тот самый купальник. Я надевала его реже, чем открытый, что было удивительно. Лекс странным способом заставил меня не стесняться моего тела хотя бы на пляже.

Снова ловлю на себе пожирающий взгляд от сводного братца и почему-то довольно усмехаюсь.

На берегу моря я стелю лежак и нервно наблюдаю за тем, как Лекс надувает двухместный матрас. Мысленно ругаюсь, надеясь, что мне всё-таки не придётся уйти под воду, с моими-то умением плавать.

Лекс настроен решительно. Неожиданно осознаю, что, если он решит на мне жениться, то и сбежать я от него не смогу с таким танкообразным характером.

Но другой вопрос: захочу ли я сбежать?

Лекс благополучно справляется с матрасом и ухмыляется:

— Ну, я сейчас проверю, так сказать, протестирую, сплаваю, посмотрю, безопасен, не пропускает ли воду, а дальше вернусь, и будем делать из тебя русалочку.

С содроганием сердца наблюдаю за тем, как «парень моей мечты» поплыл в открытое море.

Подскажите, люди добрые, как тут сбежать и не плыть на глубину? Мне совершенно не хотелось быть русалочкой: они же обитательницы дна морского!

Лекс

Ольга во многом не только выглядела, но и являлась зашуганным, маленьким, боязливым котёнком. Не так давно заметил, что девушка боится заплывать на глубину, и решил исправить это досадное недоразумение.

При этом плавала девушка в целом неплохо, но, как только я говорил о том, чтобы заплыть подальше от берега, она почему-то начинала замыкаться в себе и бояться, словно там жили какие-то монстры, которые могли утянуть на дно.

Поэтому в последние дни отдыха я решил попробовать избавиться от этого страха и не придумал ничего лучше, чем купить надувной матрас. Но не проверить его я не мог, и, надув, сам поплыл на нём. Матрас оказался крепким, нигде не пропускал воду, и я вернулся на берег.

— Может, не надо? — тихо пропищала Оля.

Усмехнулся. Я не собирался так просто сдаваться. Мне хотелось доказать и показать ей, что ничего страшного в глубине нет. Вода — не враг, а помощник.

Я хотел показать, что Оля может всё.

Лекс

Согласен, неловко вышло. Я планировал признаться в любви этой удивительной девушке чуть позже и в более романтичной обстановке, но она вывела меня из себя своими сомнениями и комплексами. Я терпел весь отдых и сорвался в море. Я понимал, что её бывший был тем ещё мудаком и сделал кучу неправильных вещей, но я-то был другим человеком. Я не хотел и не собирался её ранить. Я хотел любить её по-настоящему и быть любимым ею.

И я хотел сделать как лучше. В конце концов, это ведь глупо: плавать только у берега, где можешь достать дна. Превосходно плавать, не идти ко дну. И бояться заплывать на глубину, где ты не можешь коснуться земли.

Это всё о контроле. Точнее, об иллюзии контроля. Когда ты неподалёку от берега, ты всегда можешь встать и выйти. И тебе кажется, что ты управляешь всем. Но это не так. Вода не предсказуема. В любой момент может подняться ураган, цунами и…

Мы не можем ничего контролировать ни на глубине, ни у берега. Мы можем лишь плавать и наслаждаться тем, как мягко вода несёт нас из стороны в сторону. Вода — не враг, если её не бояться.

Но, как говорится, благими намерениями выстлана дорога в ад.

Теперь я наблюдал за реакцией Ольги, которая лежала на матрасе и таращилась на меня.

— Ты удивлена? — наконец, жёстко спросил я.

Ольга

Во мне борются две меня. И каждая из них не хочет уступать второй. Это изнурительное, выматывающее чувство, которого убивает меня изнутри.

Одна часть меня тянется к свету. И этим светом стал Лекс. Я вижу, что он другой. Я замечаю, что он ко мне чувствует. Это не просто желание жениться на «удобной» девушке. Я и сама к нему неравнодушна. Я ощущаю бешеный коктейль эмоций и чувств. Симпатию, желание заботиться, быть вместе, проходить сквозь невзгоды. Да, я всем телом ощущаю состояние эйфории, когда влюбляешься в человека. Я хочу его, хочу проводить с ним дни и ночи напролёт. И даже закрадывается желание стать его женой и родить ему детей. Создать семью и всё то, о чём я так давно мечтала.

Другая часть срывается с катушек сразу же, когда я хочу осуществить то, что ей не нравилось. Чего она боится. Она рычит на меня, отгоняя все позитивные мысли. На каждый мой аргумент о любви — у неё свой аргумент противодействия. Она напоминает мне, каково было в начале с Тимуром, каким он был обходительным, вежливым. Заботливым. Как делал меня счастливой и всячески старался быть на моей стороне. И как изменился после свадьбы. Каким он стал, когда встретил другую, как заделал ей ребёнка… Я ещё тогда подозревала, что что-то не так, но не могла понять, что именно.

И это было невыносимо. Догадываться о предательстве, но не быть уверенной наверняка. И насколько сильно это было больно, когда я узнала о любовнице, когда мы решили развестись. Когда я решила уйти и разрушить всё то, что между нами было ранее. Мой мир рухнул в одночасье. И только потом я поняла, насколько он был карточным и построенным на иллюзии.

Но разве Лекс повторит его судьбу?

Именно поэтому я боялась новых отношений. И дело было не в Александре, а во мне. Я совершенно не знала, как справиться со страхом. Совершенно не знала, какой выбор сделать.

Поэтому и огрызнулась на него в надежде оттолкнуть. В надежде, что он просто отстанет от меня, решив, что ему не нужна проблемная девушка.

Забегая вперёд, как же сильно я ошибалась.

Остаток отдыха мы провели по разным комнатам, ходили завтракать, обедать и ужинать в разное время. Когда Лекс уходил на море, я спускалась вниз и плавала в бассейне. Мне не хотелось терять остаток времени и не отдыхать, хоть я и жалела, что по своей глупости отказалась от моря.

Пришло время собирать вещи и прощаться с Таиландом. Будь моя воля, поселилась бы здесь, в тёплом и мягком климате, без перепадов, как в России. Но денег не было, а отложенных у меня бы хватило всего лишь на месяц жизни дома. О каких заграницах тут можно говорить?

Пора искать работу. Любую.

— Ты так и будешь со мной не разговаривать и избегать меня? — интересуется Лекс, строго глядя на меня.

— Я… не… — бурчу себе под нос, не зная, что и ответить.

— Конечно, я вижу, как ты «не». В любом случае нас ждёт совместный самолёт, десять часов перелёта. Ты от меня не отвертишься. Там мы и поговорим.

Ольга

Со страхом отсчитываю время до нашего перелёта назад. Чувствую свою неправоту и страх перед тем, чем и как завершится наше путешествие. Осознаю, насколько сильно мне не хочется прощаться с Лексом, и не знаю, как вести себя дальше.

Я наговорила столько гадостей. Разве можно подобное простить?

Лекс ведёт себя как ни в чём не бывало. Как настоящий джентльмен. Я пытаюсь не сравнивать его с Тимуром, который давно бы наорал на меня за моё к нему неуважение.

Мы садимся в самолёт, где Лекс просит принести нам шампанское. Я хочу отказаться, но в данном вопросе мне не оставляют никакого выбора.

Смотрю на этот несчастный бокал игристого и просто грущу. Моё настроение похоже на те самые газики, которые неизменно лопались, потому что жизнь разрушалась.

И рушила я её сама.

— Знаешь, то, что с тобой будет непросто, я понял ещё при нашем первом разговоре, — с небольшим смешком говорит Лекс, когда мы взлетели.

Услышав это, я всё-таки сделала свой первый глоток и недоумённо уставилась на парня.

— У меня было такое ощущение, что ты откусишь мне нос, — хохочет Лекс, явно довольный тем, что смог привлечь моё внимание.

— Почему это? — вскликиваю я, поняв, что попалась в ловушку.

У него получилось привлечь моё внимание.

— Ты смотрела на меня так, словно пыталась прожечь взглядом.

— Ты заявился ко мне в спальню и приказал раздеваться. Это, по-твоему, нормально? Я боялась, что ты меня изнасилуешь!

— Несмотря на моё желание, я никогда бы не причинил тебе вреда! Я наблюдал за твоей реакцией! И это было очень мило.

— Но я тогда тебя не знала! — скрещиваю руки на груди и воинственно смотрю на неугомонного.

— Брось, я, по-твоему, идиот, насиловать дочь моей мачехи? — подмечает Лекс достаточно логичную вещь, и я тяжело вздыхаю.

Лекс делает очередной глоток шампанского и облизывает губы настолько соблазнительно, что я вздрагиваю, и в мою голову лезут неуместные мысли. Я буквально схожу с ума то ли от выпитого алкоголя, то ли от того, что мой организм привык к сексу с Лексом, которого не было несколько дней подряд.

— И ты знаешь, мне очень грустно наблюдать за тем, что такая бойкая девушка, а я уверен, что ты такая, вдруг становится пугливой, серой мышкой, которая боится отношений. Боится, что ей снова сделают больно.

— Лекс, чего ты хочешь? — тихо вздыхаю я, видя перед глазами его губы, к которым мне так и хотелось припасть. — Мне, действительно, больно. Я боюсь, что ты сделаешь нечто похожее. Я боюсь, что что-то не так во мне.

— Ольга! — Лекс неожиданно берёт меня за руку, и я вздрагиваю, отшатнувшись от неожиданности. — Бывший тебе изменил. Измена на его совести, ты тут не при чём. Здесь нет твоей вины. Это не ты «не такая», а это он мудак и сволочь.

— Но почему-то общество считает иначе. Если муж изменил, значит, жена запустила себя, — бурчу под нос, не соглашаясь с мужчиной.

Спокойный тон Лекса располагает к беседе, и я не могла бороться с желанием с ним поговорить по душам.

— Если мужа перестало что-то устраивать в его женщине, он может с ней поговорить. Словами через рот, ага. Если же совсем всё плохо в отношениях, и вы стали чужими и разными людьми, то развод. Или если он повстречал другую, то это тоже повод развестись, а не обманывать. Твоей вины здесь нет, — жёстко чеканит Лекс.

Он прав, и у меня от этих слов щиплет в глазах, и хочется расплакаться. Боль от обиды настолько сильна, и я никак не могла от неё избавиться, что отталкиваю ни в чём не повинных людей.

И как с этим бороться?

— Лекс… прости меня, — тихо выдавливаю из себя. Как раз в этот момент из глаз брызнули слёзы.

Я уже ненавижу себя. За слабость. За то, что наговорила гадостей понравившемуся мужчине. За то, что ему не верила. За всё.

— Оля? — удивлённо шепчет Лекс. — Только не плачь… Всё в порядке, я рядом. — Он притянул меня к себе, и я честно разрыдалась на его плече.

Лекс

Я понимал, что такое поведение Оли — нездорово. Но я решил, что ей лучше перебеситься и успокоиться, а уже потом можно поговорить с ней нормально, так сказать, по душам. Иначе я мог лишь испортить наши медленно развивающиеся отношения.

Лезть к воинственно настроенному человеку себе дороже. Всё равно, что убедить его в том, что он прав.

Впрочем, нас ждал десятичасовый перелёт наедине друг с другом. За это время можно успеть не только поговорить и помириться, но и опять поссориться. Конечно же, мне было тяжело видеть то, как Оля закрылась в себе, но я старался её не трогать.

И это привело к тому, что она расплакалась у меня на груди.

— Всё хорошо. Иногда поплакать — полезно. Облегчает эмоции, и делается легче, — вспомнил я слова Милены.

Мне всегда было тяжело смотреть на женские слёзы. Наверное, почти каждому парню на Земле тяжело наблюдать за тем, как любимый человек плачет.

Вот и мне было нелегко.

Но я решил последовать совету любимой сестрицы.

— Лекс, мне ни от чего не легче. Иногда я чувствую себя самым большим неудачницей на планете. А то, что я понравилась такому парню, как ты… — она всхлипнула, словно задыхалась от слёз, — в общем, мне кажется, что это недолговечно, и ты меня бросишь, когда найдётся вариант получше.

— Глупости. — Я поглаживал её по голове, пытаясь успокоить. Одновременно я хотел врезать её бывшему, рассказать, как правильно вести себя с девушками, и пытался подобрать слова, которые успокоили мою красавицу. — Я выбрал тебя, а я постоянен в своём выборе. То, что сделал бывший, недопустимо, и ты не должна винить себя в его ошибках.

Оля резко перестала плакать, отодвинувшись от меня, посмотрев стеклянным взглядом.

— Ты, правда, так считаешь? — тяжело вздохнула она, продолжая хныкать и тихо икать.

Попросил у проводницы воды и вновь обратился к своей красавице:

— Глупо перекладывать с больной головы на здоровую. Человек захотел изменить — он изменил. Ты тут ни при чём. Я уверен, что и он от текущей жены скоро начнёт гулять, если уже не начал. И нужно ли тебе это?

Проводница принесла стакан воды и печально улыбнулась Оле. Моя спутница благодарно кивнула и сделала пару глотков.

— Просто… это так тяжело… Я одновременно лишилась мужчины, которого так любила, и работы. И когда у тебя всё валится из рук в твоей жизни, то автоматически начинаешь думать, что с тобой что-то не так, а не с окружающими, — она вновь тяжело вздохнула, покачав головой.

— Это обычная реакция думающего человека, — кивнул я. — Но подключи рациональное мышление. Уверен, на работе кризис, от того они начали сокращения сотрудников. Измена и вовсе не твоя вина, когда изменили тебе. — Интересно, сколько раз я это повторю? — В общем, это просто так совпало. Выдохни. Когда вернёмся, я придумаю, что можно сделать с твоим пессимистическим настроением, а также с твоей низкой самооценкой, — уверенно заявил я, но, заметив её удивление, поспешно добавил: — Если ты, конечно, захочешь продолжать со мной отношения. В прошлые пару дней, когда я признался тебе в любви, ты включила режим маленького ёжика. И, вот знаешь, колючие ёжики обычно милые, а вот ты была ёжиком- переростком, который колол всё на своём пути.

Я пытался пошутить, перевести всё в шутку. И мне удалось: Оля хоть немного улыбнулась.

— Ещё раз, прости меня, Лекс. Все мои прошлые проблемы начались именно с фразы «Я люблю тебя», и это меня жуть как напугало, — честно призналась она.

— Знаешь, у меня тоже были отношения, в которых мы любили друг друга, а потом мне изменили. И я соглашусь, что это настоящий ад, — понимающе кивнул я.

Некоторое время между нами воцарилось молчание, но не такое заунывное и тяжелое, а полное понимания и лёгкости.

— А ты, правда… — начала она, закручивая на палец локон, словно не могла что-то спросить, словно боялась, что я её укушу.

— Правда… что? — подсказал ей я, вдумчиво вглядываясь в неё.

— Правда, меня любишь? — наконец выдохнула Оля, затем поспешила добавить: — А не просто хочешь заделать мне ребёнка, и тебе просто приятен секс со мной?

Еле-еле не рассмеялся, потому что вопрос показался очень глупым.

— Нормальные мужчины хотят ребёнка только от той женщины, которую они любят. Ещё у многих мужчин стоит только на ту, которую они любят, — прямолинейно ответил я, улыбнувшись, глядя на то, как она краснеет.

— Мне казалось, что мужчины выбирают для деторождения тех, с кем удобно, а также физически здоровых… — ещё более замялась девушка.

— Ну по твоей логике мне очень удобна Мария, — жёстко бросил я. — Но я же почему-то не собираюсь на ней жениться. Она и слушаться будет: не будет перечить, так как её отцу удобен я. Мария из богатой семьи, как наша. Да и физически она точно плодовита. Одна её большая задница указывает на то, что у неё большой таз и родить будет не проблема. Одна сплошная выгода, — прочитал я целую лекцию, удивившись от самого себя. — Но я же почему-то не строю с ней отношения.

Кажется, мы оба последние пару дней были слишком на взводе.

Пару минут Оля смотрела на меня, удивлённо моргая, открывая и закрывая рот. Походила она на маленькую золотую рыбку, которая попала на сушу, и теперь ей не хватало воздуха.

— Знаешь, Лекс, я, похоже, тоже люблю тебя.

Ольга

Слова сами срываются с моих уст, и я не хочу забирать их обратно. Я прекрасно знаю, что эти чувства к Лексу правильные. Другое дело, что я до безумия боюсь, что ситуация с бывшем повторится, как по шаблону.

Понимаю, что глупо наказывать Лекса из-за ошибки какого-то мудака, которого я выбрала в прошлой жизни.

Ведь кто не рискует, тот не пьёт шампанского?

Мы хорошо поговорили в самолёте, и я была счастлива, несмотря на то, что я знатно сорвалась на сводном брате из-за поступков бывшего, хоть и не хотела этого.

— Да, я и сам виноват, что загнал тебя в ловушку. Я не должен был на тебя давить и говорить о любви в море на глубине, которую ты так боишься. — Вскидываю брови от удивления: Лекс умеет признавать свои ошибки.

Это… удивительно.

Я поражённо смотрю на него, быстро моргая, пока он продолжает:

— Надо было признаться в любви тебе в каком-то романтичном месте. При свечах… с бутылкой вина. — Лекс даже причмокнул от удовольствия. — И да, на следующий год мы поедем на море и обязательно поборем твой страх глубины.

— Эм… У тебя настолько долгосрочные планы? — на одном дыхании произношу я.

— Помнишь, я говорил, что хочу на тебе жениться? — Тихо и испуганно киваю в ответ. — Так вот, я ни разу не шутил.

— Лекс… притормози. У меня уже был один очень неудачный брак. Я не хочу убедиться в том, что рушу всё…

— Будешь так говорить, я, ей богу, отправлю тебя к специалисту. Я не имею права ставить диагноз, у тебя на лицо низкая самооценка. Или чего похуже. — Вздрагиваю, округляя глаза. — Впрочем, я могу справиться и сам, но это будет дольше, поэтому думай сама. Смысл жизни я подарю тебе, обязательно.

Я сама тянусь за поцелуем к Лексу. Он не ожидал инициативы от меня, но вскоре взял всё в свои руки, заключает меня в объятия и целует в ответ.

— Знаешь, жду не дождусь, когда мы вновь сольёмся в танце любви. Я соскучился по своей кошке, — замечает парень, дотронувшись до моего носа.

— Эм… — вдруг осознаю, что будет ещё одна преграда нашим отношениям. — Наши родители уже вернулись из медового месяца? — эта фраза была очень уж странной, и я нервно хохочу.

— По идее, с неделю назад… — Лекс недоумённо смотрит на меня.

— Моя мама против наших отношений. Она думает, что я всё порчу… И что наша интрижка может пошатнуть её любовь…

— Ну, во-первых, у нас не интрижка, — сурово подмечает мужчина. — Во-вторых, если ты хочешь, мы можем некоторое время им не говорить. Чего травмировать стариков, — Лекс делает паузу. — Хотя, знаешь, зуб даю, отец уже догадался обо всём.

— А чего зуб-то? Дай мне лучше денег или работы, — хохочу, хоть и знала, что неудачно пошутила.

— Ну это я могу, — неожиданно кивает Лекс. — В понедельник мне надо будет выйти на работу. Могу устроить тебе собеседование. Мне очень не хватает грамотного маркетолога.

— Мама опять будет ворчать на тему, что я всё порчу… — мрачно качаю головой я. — Да и, честно, Лекс, я не особо горю желанием оставаться в родном городе.

— Не переживай, я проведу тебе самое жёсткое собеседование, — говорит он это таким тоном, что я даже вздрагиваю.

В голову лезут самые разнообразные и соблазнительные позы, которые можно было представить.

— И, знаешь, я хочу открыть филиал в Москве. Отец пока не согласен, потому что я не могу найти хорошего маркетолога, которому он мог бы довериться, и который устроил бы меня. И что-то мне подсказывает, что ты наш ключ к успеху.

— Я бы не стала возлагать таких надежд, — тяжело вздыхаю я. — Слушай, а понедельник — это послезавтра?

— Ты угадала. Поэтому предлагаю поспать. Дома уже ночь. Будем где-то к полудню. Нас ждут незабываемые выходные.

Ольга

На удивление, когда поговорил с человеком, к которому неровно дышишь, по душам, и впереди есть надежда на светлое будущее, то и уснуть в самолёте вполне возможно.

Остаток полёта я всё-таки вздремнула, расслабившись.

Когда мы вернулись домой, был полдень. Светило яркое солнышко, и было в целом тепло. Я зажмурилась, подставив лицо солнцу. Не Таиланд, конечно, но тоже очень тепло.

— Значит, ты хочешь некоторое время скрывать наши отношения? — Лекс обращает внимание на себя. — Учти, я не согласен делать это долго.

— Только подготовить маму… Я ещё не знаю как, но… — мои мысли сбиваются, и я не могу сформулировать мысль.

— Я тебя понял. Сделаем всё, что в наших силах.

Я вздрагиваю: мы видим наших родителей. Точнее, мою маму, его отца. Радуюсь, что мы сейчас не целовались.

— Сюрприз! Не ждали, дитятки? — мама оказывается рядом и треплет меня за щеку, а Лекс смеётся.

— Ну да. Одному — тридцать два, другой — двадцать шесть. Ребёнки! — не сдерживается он от колкой фразы.

— Лекс, прояви уважение, — бурчит Станислав. — Вы для нас всегда будете детьми.

— Я это прекрасно понимаю, — кивает Лекс. — Просто, понимаешь, со стороны это выглядит достаточно комично, и я не удержался. Не кипяшуй, па.

— Так-то лучше.

Облегчённо вздыхаю: очередной скандал миновал, не начавшись. Это ли не здорово?

— Как отдохнули? — мама заваливает нас вопросами. — Не ссорились, не бедокурили? — она пристально смотрит на меня.

— Ника, — одёргивает её Станислав. — Они ведь только долетели, пошлите на парковку, домчим с ветерком.

Мы подходим к машине, загружаем багаж и садимся внутрь. Мужчины — на переднее сидение, женщины — на заднее.

— Да, действительно! Ма, мы всё расскажем и покажем, — понимаю, что ляпнула дичь, и начинаю расспрашивать: — Лучше расскажи, как ваш медовый месяц! Я уверена, у тебя есть что рассказать!

Мама расслабляется и всю дорогу показывает их бунгало на Мальдивах. Огромное количество фоток пролетает перед моими глазами.

Примерно после первой сотни в голове возник настойчивый вопрос: «А когда же вы отдыхали, если столько фоток?!»

Но я тактично молчу, чтобы не нервировать маму.

На совместном обеде, который уже подготовила прислуга, я тоже молчу, позволяя Лексу рассказывать о нашем отдыхе, избегая деталей того, что, скажем так, мы делали по ночам.

И не только по ночам.

В какой-то момент Лексу уже нечего рассказывать, и он начинает жевать еду.

— Ну, а ты, Оль, чего молчишь? Как будто не отдыхала! — мама качает головой, грозно посмотрев на меня.

— Отдыхала, — напрягаюсь я, почувствовав, как всё внимание устремилось на меня. Ох, что сейчас начнётся! — Просто устала с перелёта. Знаешь же, как тяжело даётся. Я бы вообще сейчас с удовольствием полежала бы. Разговаривать сил не осталось совсем, — отмахиваюсь я, почти не соврав.

— Да, Вероника, мы немного устали, — поддерживает Лекс. — Ольга, когда мы на море прилетели, в первый день отлёживалась.

— Лекс. — Станислав первым поднимается из-за стола. — Мне надо срочно с тобой поговорить, — на мгновение воцарилось напряжённое молчание.

На какую тему поговорить? Мужчина что-то заметил в наших отношениях?

— По поводу компании, конечно же, — поспешно добавляет он.

Но сомнения, закравшиеся в моей голове, уже нельзя остановить.

Лекс

Хмурился, пока мы с отцом шли в его кабинет. Догадывался, о чём будет идти разговор, но совершенно не хотел раскрывать перед старым пройдохой все карты. Но, к сожалению, как я видел его насквозь, так и он с лёгкостью читал меня.

— Ну-с, — отец достал бренди из своего личного бара. — Рассказывай. Будешь?

Не любил, когда отец начинал беседу с алкоголя, но у меня не было особых сил после длительного перелёта, чтобы с ним спорить.

Мы сделали пару глотков, а отец сразу же перешёл к делу:

— Ну, рассказывай, как продвигаются ваши отношения с сестрёнкой?

Я так и подавился напитком. Откашлялся и, усмехнувшись, ответил:

— Я думал, мы будем говорить о делах компании. — Я тоже был не лыком сшит. — У меня как раз есть план.

— И об этом поговорим, — согласно кивнул отец. — У тебя всегда есть отличный план после твоего заслуженного отпуска. Это впечатляет.

— На море быстрее восстанавливается мозг, — согласился я. — Так про что ты хотел поговорить первоочерёдно?

— Что у вас с Олей? — задал он прямолинейный вопрос, от которого я бы ни за что не смог увильнуть.

Отец видел и мою ложь в том числе. Поэтому я искусно молчал.

— Я видел, какие взгляды ты кидал на неё месяц назад. Догадался о твоём плане влюбить её в себя на море. Сынок, ты не слишком далеко ушёл от меня в плане женщин, так что лучше говори правду.

— Не могу. Я обещал Оле, — развёл руками я. — Поэтому ты можешь только предполагать, а я кивать и не отрицать.

— Вот, значит, как… — отец налил себе ещё стакан, причмокивая. — По вашему поведению за столом, предположу, что вы перешли в стадию активного узнавания друг друга со всех сторон, в том числе и голыми.

Хохотнул. Отец умел подбирать своеобразные метафоры и формулировки.

— Оля кидала на тебя короткие двусмысленные взгляды за столом, это я тоже заметил. Ты же старался не смотреть на неё. Это твоё типичное поведение, когда ты хочешь скрыть отношения, — отец сделал многозначительную паузу и добавил короткое: — Зачем?

— Мы пока не знаем, как отреагируете вы на этот союз, — честно ответил я.

И я был честен перед всеми: я не говорил никому, отец сам догадался.

— Я буду рад, если ты будешь счастлив. Ты же меня знаешь. Именно ты когда-то убедил меня попробовать отношения снова.

— Да. Но вот как отреагирует твоя нынешняя жена? Она ведь одновременно моя мачеха и Олина мать! Понимаешь, факт того, что мы теперь сводные брат и сестра, немного осложняет дело, — поделился я не своими переживаниями.

Мне было плевать, кем Ольга мне являлась. Я любил её.

— Хм. Ты прав. Хорошо. Подготовку Вероники я беру на себя. Не затягивайте с ложью и прятками, хорошо? — строго пригрозил отец, и я пожал ему руку. — Ну, а теперь расскажи, что ты там напланировал?

— Как я уже и говорил, нам нужен филиал в столице. Иначе нас поглотят более хитрые конкуренты. Мне бы этого не хотелось.

— Как я и говорил, — передразнил меня отец, — для такого расширения нам как минимум нужен грамотный специалист по маркетингу. Ты мне его так и не нашёл, — отец вновь начал ерепениться, боясь делать столь ответственный шаг.

Так и хотелось напомнить, что он в немолодом возрасте повторно женился, а открыть филиал почему-то боялся.

— Я уже его нашёл, — вытащил я козырь из рукава.

— На отдыхе? Ты, конечно, шустр. Поражаюсь тебе, как ты отдых совмещаешь с работой. И кто же он?

— Ольга — специалист по рекламе. В понедельник я проведу собеседование с ней по всей строгости, и, если она меня устроит, мы поедем покорять Москву, — я не спрашивал разрешения, я поставил отца перед фактом.

Отец неожиданно рассмеялся, а я долго не мог понять причины его весёлого настроения.

— После я обязательно тоже проведу с ней собеседование, — наконец, сообщил он. — Но не такое строгое, как ты.

И только потом я понял, как двусмысленно прозвучали мои слова о собеседовании… Впрочем, можно и приятное с полезным совместить…

Ольга

Когда мужчины уходят из-за стола, я, ссылаюсь на невыносимую головную боль, которая могла бы появиться от разговора с матерью наедине, спешу уйти в свою комнату. Удивительно. Своя комната в огромном незнакомом доме.

В чужом доме.

Как удивительно могла перевернуться жизнь за пару дней.

Я решаю принять душ, чтобы смыть с себя перелёт и волнение за будущее. Мне нужно принять несколько решений, к которым я пока не готова. Заняться собой, своим здоровьем, привести себя и свои нервы в порядок… Сообщить матери о том, что мы с Лексом теперь в отношениях…

— Оленька, ты тут? — мама застаёт меня, когда я почти ушла в ванную.

Мне не хватило буквально пару секунд!

Закатываю глаза: кажется, разговора не избежать. Хоть бы не допрос.

— Ты сегодня малообщительна. Случилось чего? Я переживаю! — с места в карьер прыгает мать.

Точно. Допрос. Я уже чувствую, как мама достала лампу и направила её яркий свет на меня.

— Случился перелёт. Хочется просто отдохнуть, — повторяю я, как попугай, на всякий случай держась за голову.

— Ну, я же вижу, что дела обстоят иначе. Ты что-то пытаешься скрыть. Что-то, из-за чего тебе тяжело на душе, — мама щурится.

Ну вот. Сеанс мозгоправа, который я не заказывала.

Надо бы ей шляпу и лупу детектива подарить. Ей бы очень пошло. И плётку заодно, но это из другой оперы.

— Что-то случилось на море? Мне не нравится, что ты молчишь, — строго замечает она.

Дьявол! Ей ещё что-то отвечать надо? Да я лучше бы молчала и внимательно слушала!

— Всё в порядке, мам. Я, правда, очень устала, — не сдаюсь я.

— Понятно, — кажется, мама сделала свой, неоспоримый вывод. Ладно, будем соглашаться. — Я так и думала.

Я лишь вскидываю брови, ожидая продолжения и не перебивая.

— И я тебя предупреждала.

Всё становится интереснее и интереснее.

На самом деле нет. Мне хотелось, чтобы всё это закончилось, как можно скорее. От самовнушения у меня чешется всё тело, и я чувствую себя грязной.

— Ты всё-таки влюбилась в Лекса, — выносит она свой вердикт.

И я, честно не ожидав это, вздрагиваю.

— Не хотела ведь, чтобы вы ехали вместе, — вздыхает она. Иди сюда. Мама подходит ко мне и обнимает. Округляю глаза — я нема, как рыба. Теряю дар речи от её мыслей. — Оль, логично предположить, что парень, выросший в богатстве, станет мажором и бабником. У вас что-то было?

— Э-э-э, — моя способность говорить не подгружается.

— Не утруждайся. Скорее всего, он развлекался с Марией. Он так рассказывал о ней за столом. — Мама выпускает меня из цепких объятий. — Тебе было больно смотреть на их отношения? Это всё пустое, — она машет рукой. — В конечном итоге они поженятся и будут изменять друг другу направо и налево.

Я фигею от маминой бестактности и желания залезть в душу, когда не просят. Я не знаю, как реагировать. Я не знаю, верить ли ей или верить Лексу. Ещё главное, не знаю верить ли себе или своим чувствам.

— Ну что ты молчишь? Ну скажи хоть что-то! Я же переживаю!

Останавливаю поток своих мыслей. Нет смысла сомневаться в Александре, несмотря на то, как и с кем он вырос.

— Ма, я действительно очень устала и хочу в душ. Я не готова делиться своими переживаниями сейчас с тобой. Пожалуйста, не делай никаких неуместных выводов, я провела десять часов в самолёте и воняю, — выдаю целую тираду, которую не ожидаю от себя.

Я никогда не перечила маме.

— Я просто не хочу, чтобы ты из-за разбитого сердца не виделась с матерью и не приезжала домой. Оля, хватит на твою жизнь мудаков, — вновь говорит она, и я раздражаюсь:

— Да, мама, хватит, — соглашаюсь с ней, перебив. — Но самого первого мудака в мою жизнь привела ты. Это был мой отец, мама, — я сама не ожидала такой жёсткости от себя.

— Оля, все мы ошибаемся… — мама опускает глаза, делая вид, что расстроена.

В этот раз я не хочу чувствовать себя после разговора с ней, как будто меня танк переехал. Пора постоять за себя.

— Если ты настолько плохо думаешь об Александре, — намеренно произношу полное имя своего парня, — то у меня для тебя плохие новости. Его воспитал твой муж, а яблоко от яблони далеко не падает.

Мама округляет глаза, удивлённо смотря на меня. Я не хочу с ней воевать, мне всего лишь хочется защититься.

Я люблю свою маму, но у всего есть предел. Я взрослая, мне двадцать шесть, и я сама отвечаю за свою жизнь.

— Да, все совершают ошибки, — продолжаю я. — Тимур тоже был моей ошибкой. Я закрывала глаза на многое. Больше я не буду их закрывать. Я хочу жить с открытыми глазами. Когда я буду готова поделиться какими-то переживаниями, я обязательно тебе всё расскажу, — достаточно жёстко заканчиваю я. — А теперь позволь, я всё-таки хочу в душ.

— Ты очень изменилась после этой поездки на море… — оторопело замечает она. Не успеваю поинтересоваться, в лучшую или в худшую сторону, как мама добавляет: — Я горжусь тобой, Оля.

И это самое приятное, что я когда-либо слышала от матери.

Ольга

Мне не спится. Не могу уснуть ни после тёплой расслабляющей ванны, ни после чтения книг.

В голове стоят мамины слова о том, что Лекс — бабник и от девушек ему нужно совершенно другое. Испытываю лёгкий стыд от того, что наговорила маме, хоть она и ни капли не злилась на меня.

Я вижу Александра в другом свете и от этого задумалась: это моя влюблённая иллюзия, или мама ошибается на его счёт?

Было далеко за полночь, когда я решаюсь сходить на кухню и попить воды. Все спят, и только в комнате Лекса горит свет. Хмурюсь и захожу к нему.

— Не спишь? — сводного брата я нахожу за компьютером.

Парень что-то читает и вздрагивает, когда слышит мой голос.

— О, ты, Оль. Чего не спишь после перелёта? — он поворачивается ко мне, загадочно улыбнувшись. — Я дела компании смотрю. За месяц моего отсутствия многое изменилось.

— Так поздно за работой? — усмехаюсь я. — Не знала, что ты такой трудоголик.

— Да, я позволяю себе отдыхать только в отпуске, — самодовольно кивает Лекс.

Захожу в комнату, закрываю дверь и присаживаюсь на заправленную кровать. Одна часть меня хочет ему рассказать о том, что наговорила моя мама, поделиться своими сомнениями и страхами. Другая упорно заставляет молчать, напоминая о предыдущем опыте.

— Оля? Что такое? — Лекс словно чувствует мой настрой, бросает работу и садится рядом на кровать, приобняв за талию.

Его тёплые прикосновения только уверяют меня в том, что стоит поделиться. Стоит рассказать правду. Тимур никогда не откладывал свои дела ради меня.

— Моя мама уверена, что ты мажор и бабник. Она считает, что ты разобьёшь мне сердце и в конечном итоге женишься на Марии, — вываливаю я на одном дыхании.

— Так ты ей сказала правду? — Лекс улыбается.

Ему словно плевать, что о нём подумают другие. Даже если «другие» — это мачеха и мать его любимой девушки.

— Нет. Она по взгляду решила, что я в тебя влюбилась. Додумала. Сделала свои выводы. Теперь считает, что я в тебя влюбилась, а ты в меня нет, — заламываю руки и утыкаюсь ему в грудь. — Но я ей ничего не сказала!

— Забавно, — Лекс касается губами моей щеки, и я вздрагиваю от такого милого жеста. — Мой отец тоже заметил, что между нами что-то есть.

— Ты рассказал ему? — взволнованно спрашиваю я, поднимая свой взгляд.

— Нет. Он тоже сам сделал вывод, что мы влюблены друг в друга и скрываем наши отношения. Не стал даже его переубеждать, — отмахивается парень.

— И теперь он всё расскажет маме? — подпрыгиваю я, еле сдержавшись, чтобы не закрыть рот рукой. — Дьявол, неужели так заметно, что я в тебя влюбилась?

— Не расскажет. Лишь подготовит к той мысли, что мы вместе. — Лекс утыкаются носом в мою шею, и мурашки пускаются в пляс по моей коже.

— И тебя совершенно не волнует, что думает о тебе моя мама? — тараторю я, пока мои мозги ещё способны были соображать.

— Ну, не с ней же мне жить, — пожимает плечами Лекс. — И не мне. Отцу. Вот он пусть и парится на тему того, что она думает. К тому же, даже если она запретит тебе со мной встречаться, ты девочка взрослая… можешь и не послушаться.

В очередной раз поражаюсь тому, как у него всё просто. Вот и мне бы научиться такому!

— Кстати, я подумала насчёт твоего предложения… — вновь охаю, когда парень кладёт на моё бедро свою руку. — По поводу психолога. Я хотела бы попробовать. Мои комплексы, низкая самооценка и ощущение того, что вскоре произойдёт что-то плохое, меня достали. Хочу снова жить и радоваться жизни, как раньше.

— Я очень рад, что ты приняла это решение. Но легко не будет, моя дорогая, — Лекс не сдерживается, притягивает меня к себе и страстно целует. — А по поводу того, что скоро случится что-то плохое, — ты права. Оно случится прямо сейчас.

— Эй, Лекс, родители, — тихо возмущаюсь я не в силах ему возражать.

— Если ты будешь мышкой, они ничего не услышат… — загадочно шепчет он.

Вот и могла я бороться с его притягательностью?!

Сказать «нет» Лексу было равносильно сказать «нет» себе. И так уже из-за моей глупой истерики мы последние пару дней не то что не прикасались друг к другу, но и вовсе не разговаривали. Нормально поговорить вышло только в самолёте, когда другого выбора не было.

Его прикосновения, его поцелуи пьянят получше самого дорого алкоголя. Я тону в них, словно в волнах солёного моря.

Вспоминается весь отдых, который стал очень знаковым для нас.

Впереди нас ждёт столько приятных приключений и открытий, что я могу лишь нетерпеливо ждать их, затаив дыхание. Может, в этот раз всё получится? Может, в этот раз будет настоящая семья? Любовь и взаимоуважение.

Лекс нежно кладёт меня на кровать, расстёгивает халат и покрывает поцелуями обнажённое тело. Гладит и ласкает меня, как самое настоящее сокровище.

Его сокровище.

Совершенно не стесняюсь его и больше не думаю об изъянах моей фигуры. Мне совершенно плевать. Да, они есть. Но для Лекса — я самый настоящий идеал.

Поцелуй за поцелуем, и Лекс, наконец, добирается до самого сокровенного. Его губы вновь соприкасаются с моим телом, и я издаю нетерпеливый стон. Мне хочется большего. Мне хочется его всего.

— Измучилась, сладкая? — интересуется парень, поднимаясь ко мне и обдавая своим горячим дыханием. — Ты сама лишила нас нескольких страстных дней и ночей. Я обязан наверстать упущенное.

Испускаю стон, потому что больше нет сил терпеть. Он уже забрался под мою кожу, и мне его оттуда не выдворить.

Нетерпеливо раздеваю его, покрывая своими поцелуями, даря в ответ нежность, ласку и страсть. Он закрывает глаза от удовольствия. Нам обоим нечем дышать.

— Хватит меня мучить, — пыхтит он, но не сопротивляется.

Я оказываюсь под ним, и мне нравится его доминирование. Лекс врывается резко, разрывая границы между реальностью и раем. Мы сливаемся в одном танце, становясь одним дыханием.

И тихая сегодняшняя ночь принадлежит лишь нам. Нам обоим.

Чувствую его внутри себя и растворяюсь в приятных ощущениях. Он ускоряется, набирает темп, периодически целуя меня и шепча всякие пошлости. Молчать нет сил, но напоминаю себе, что мама неподалёку. Мысль о столь запретном действии воспаляет ещё сильнее, и я ахаю, не в силах сдержать накрывающего экстаза.

Много позже мы лежим в объятиях друг друга. Наслаждаемся прикосновениями и присутствием друг друга. Это ли не счастье быть рядом? Быть вместе, несмотря ни на что?

Вздыхаю. Сегодняшнюю сказку придётся разрушить. Чтобы восстановить её завтра вновь.

— Лекс, мне пора, — качаю головой, потому что уходить совершенно не хочу.

— Почему? — его глаза ещё затуманены, и он явно не хочет со мной расставаться. Даже на миг. Даже на одну короткую ночь.

— Во-первых, мне нужно выспаться перед завтрашним собеседованием, — издалека начинаю я.

— Ты права, здесь это тебе не удастся, — хитро улыбается и кивает. — Готовься, собеседование будет очень жёстким.

Радуюсь, что меня по-прежнему понимают без слов. Не спрашиваю, в каком смысле «жёстким». Если в тестировании моих знаний, то я справлюсь на «ура». Всё-таки это то, что мне всегда нравилось делать. Если в другом… От этой мысли я улыбнулась, пытаясь отогнать все образы, пришедшие в голову.

— Во-вторых, наши родители, — опускаю голову. — Им ещё рано знать. Поэтому я пойду… Спасибо за дивное пожелание «спокойной ночи».

Он ухмыляется и не спорит. Да, было бы легче, если бы мы сознались. Но я пока не готова. Не готова услышать от маменьки всё, что она об этом думает.

Я тихо ухожу и прошмыгиваю в свою комнату, оставаясь не пойманной.

Ольга

Мне не хочется возвращаться в свою постель: она холодная без Лекса. Но выбора у меня нет. Я не хочу попасться и не готова объясняться перед мамочкой. Хотя это глупо бояться её осуждения в двадцать с лишним лет.

Проворочалась всю ночь. Кое-как уснула. Сказалась всё-таки усталость из-за перелёта.

Утром меня будит мама. Она неодобрительно качает головой, что уже двенадцать, а я всё ещё сплю.

— Ма, после перелёта. Не могу привыкнуть к нашему времени, — зевая, оправдываюсь я. Она тяжело вздыхает и кивает.

— Лекс ждёт тебя. Говорит, что собеседовать будет. Ты, правда, хочешь работать в их компании? — косо глядя на меня, спрашивает мама.

Всё ещё подозревает, что я мечтаю залезть в постель к её пасынку?

Поздно. Я уже побывала там. Неоднократно. И ещё неоднократно побываю.

— Ма, мне без разницы, где работать, вот честно. Главное, чтобы отношение к сотрудникам было нормальное. Я полгода как работу найти не могу, — спросонья продолжаю оправдываться.

— Не смущает, что работа здесь, а не в столице?

Я знаю, что мама может задавать вопрос за вопросом, генерируя их у себя в голове раз за разом, поэтому отмахиваюсь и ухожу умываться.

Завтракаю я тоже на скорую руку, а затем выхожу в холл, где сталкиваюсь с отчимом. Он улыбается мне и коротко кивает:

— Лекс ждёт тебя в машине.

Ведёт себя как ни в чём не бывало, но я-то знаю, что он в курсе наших отношений. По сути, мы скрываем сейчас только от моей матери, отчего мне вдвойне паршивее.

— Благодарю.

Машина сводного брата стоит почти у входа, и я спешу плюхнуться на переднее сидение.

— Доброе утро, красавица, как спалось? — улыбается Лекс, бросая на меня раздевающий взгляд.

— Ну, не при родителях флиртовать же, — бурчу себе под нос, заметив, что мама тоже вышла на улицу.

— Брось, она не услышит, — отмахивается он. — Эх, жаль, что ты своего любимого братика не поцелуешь.

— То же мне братик нашёлся.

— Ты бы поаккуратнее с будущим боссом говорила. Возьму и не приму, — хмыкает парень, продолжая надо мной подтрунивать.

Это совершенно не мешает ему спокойно выехать со двора. Когда мы оказываемся вне зоны видимости родных, я тяжело выдыхаю.

— Нормально спала… Но в твоих объятьях лучше.

— Конечно, лучше. Я же тёплый и ласковый. Это ты у нас Снежная королева, которая вечно чего-то боится.

— Знаешь, чего я точно не боюсь? Собеседования с тобой. Тоже мне, возомнил себя королём! — не могу не отвесить очередную колкость.

— А если вопросы будут слишком сложные? — парирует он.

— Для меня в этой стезе нет сложных вопросов, — здесь я уверена в себе, как никогда. Жаль, что такой же уверенности у меня нет в жизни.

Или я её где-то потеряла?

Мы паркуемся возле большого здания, а затем поднимаемся в офис. Я удивляюсь, как пусто было внутри.

— Что ты хочешь? Жара же на улице, последние деньки лета. Люди либо на удалёнке засели, либо выходные понабрали, — поясняет Лекс.

— И то, и то позволяется? — поражаюсь я. — Компания нравится мне всё больше.

— Ну, мы же не изверги, — разводит руками Лекс. — Прошу в мой офис. Сейчас мы тебя прособеседуем.

— Лёжа или сидя? — заискивающе спрашиваю я.

— Это уж как вести себя будешь. В зависимости от того, хорошая ты девочка или плохая. — Парень открывает передо мной дверь, и я понимаю, что всё самое интересное меня ждёт впереди.

Следующие часа два ушло на собеседование. Лекс задаёт мне кучу каверзных вопросов. Они ему кажутся очень сложными, а я щёлкаю их как орешки. Постепенно разбираюсь в вопросах и делах фирмы, узнаю главные проблемы и то, чем я должна заняться в первую очередь.

В итоге Лекс взмок, а я сижу довольная и улыбаюсь.

— Ты лучшая среди десятков кандидаток, которые я опрашивал. — Он достаёт влажную салфетку и вытирает лоб. — А они, между прочим, проходили предварительное собеседование у айчара.

— Может, мне тоже надо было? — немного смущаюсь я.

— Она в отпуске. Да я и так вижу, что ты сильнее остальных. Мне повезло, что тебя сократили на предыдущей работе. И куда только смотрели работодатели…

Лекс засыпает меня комплиментами, но я не соглашаюсь.

— Те, кого оставила компания, лучше справлялись со своей работой.

— Сосали лучше? Ну, в смысле леденцы. — Я начинаю кашлять после его высказывания, а он лишь улыбается. — Когда тебя в следующий раз похвалят, неважно, я или кто-то другой, единственный ответ, который ты должна сказать… — он делает многозначительную паузу, а я устремляю всё внимание на него. Парень встаёт из-за стола, подходит ко мне, присев на край стола: — Повторяй за мной, — проводит пальцем по моему подбородку, отчего по коже бегут мурашки, — «спасибо за комплимент».

— Спасибо за комплимент, — как завороженная, произношу я.

Затем встаю, чтобы размяться: тело затекает от долгого сидения, а уже через мгновение оказываюсь в его объятиях.

Собеседование мы завершаем весьма неординарным способом. Сначала я хочу отказаться, но Лекс напоминает, что в офисе никого нет, так что стесняться мне уже нечего.

— Дома нельзя, на работе нельзя, — ворчит он мне прямо в губы, — я не железный, ты слишком соблазнительная.

Его прикосновения возбуждают, и я не в силах сдерживаться. Отказаться от сладкого секса с любимым человеком, да ещё в столь необычном месте, — выше моих сил.

После страстных поцелуев я оказываюсь лежа на животе на его рабочем столе с задранным платьем. Как знала, хорошо, что не надела лосины.

Лекс ласково входит в меня, и я вновь забываю, как дышать.

Он мой парень. И вопрос времени, когда мы скажем об этом другим. Но я предпочитаю растянуть это волнительное ощущение общей тайны.

К четырём в офис заезжает отец семейства. Я уже успела привести себя в порядок и вникаю в вопросы компании.

Станислав приглашает меня в свой кабинет.

— Ну-с, — он доброжелательно улыбается, — Лекс сказал, что тобой доволен.

Я краснею и тереблю волосы, потому что фраза кажется мне довольно двусмысленной. Или я думала не о том?

— Это не то, о чём вы подумали…

— Я подумал о качестве твоей работы. Если это не то… — он усмехается, а я хочу сгореть со стыда. — Ладно, я устрою тебе свой хард-тест. Ты же против?

— Абсолютно не против, — киваю я, плюхнувшись в кресло.

Конечно, если Станислав задаст вопросы сложнее, чем его сын, то у меня огромный шанс не попасть в компанию.

Отчим мучает меня от силы полчаса и то скорее для формальности. Его вопросы не кажутся такими уж сложными, но вместе с этим они уместные и корректные.

— Нисколько не сомневался в том, что Лекс сделает правильный выбор, — он делает показательную паузу, отчего фраза вновь показалась мне двусмысленной. — В выборе сотрудника, конечно же, — поспешно добавляет мужчина, вновь хитро улыбнувшись.

— Похоже, делать правильные выборы у него от отца, — усмехаюсь я, подыгрывая.

— Значит, ты знаешь, что я знаю? — кивает мужчина. — И теперь только твоя мама не в курсе?

— Да, — вздыхаю я. — И совершенно не представляю, как ей сказать. Она считает, что это может разрушить её счастье, — развожу я руками, только потом осознав, что жалуюсь её мужу.

— Хорошо. Её подготовку я беру на себя. Не затягивайте с новостью.

Лекс

Я не был согласен скрывать свои отношения с Олей от окружающих, но я знал, что это ненадолго, поэтому решил потерпеть. Давить на Олю с её вечным желанием сбежать и спрятаться было совершенно нельзя.

Её бывшего я уже ненавидел.

Вместо того чтобы тонуть во всём плохом, я решил наслаждаться жизнью. Шутка ли, любимая девушка, которой я был одержим, теперь встречалась со мной.

И мне вдвойне повезло. Она оказалась отличным маркетологом, которым по собеседованию я был доволен. Понравилась она и отцу, судя по его улыбке после их общения.

Оля вернулась ко мне в кабинет. Она излучала счастье.

— Поздравляю, ты молодец. Отец уже успел сказать мне, что ты его полностью устраиваешь, — усмехнулся я.

— Я так понимаю, в вашу фирму ни через семейные узы, ни через постель не попасть? Всё только своим умом? — подколола меня Ольга. — Я-то надеялась на поблажки!

Рассмеялся. Мне нравилось, что Оля успокаивалась и начинала шутить. Она не стеснялась колкостей, и это возбуждало. Знал, что не в её стиле строить карьеру через «то самое».

— Мы с отцом очень придирчивы к подбору персонала, — кивнул я.

— Как вы относитесь к отношениям на работе? — подзадоривала меня она.

— Если они не мешают самой работе, то наплевательски. Главное, чтобы не попадались на самой работе, а вне офиса вольны делать, что хотят, — пожал плечами. — Только это… — вздохнул, не зная, как начать. — Мы сможем принять тебя на работу через три недели, когда менеджер выйдет с отпуска. Будет нормально?

— Видимо, да, если другого варианта нет, — пожала плечами Оля, и я вновь словил мысль, а не предаться ли греху вместе с ней на диване.

— Хорошо, обучать начну тебя раньше, компенсирую всё премией, — отмахнулся, потому что никто не должен работать за бесплатно.

— Эх… Я надеялась вернуться в столицу… — задумчиво замялась она, прикусив нижнюю губу, отчего меня аж током дёрнуло. — Меня так скоро заочно из квартиры выселят.

— Не переживай ты так. Вернёмся мы в твою столицу. Отец почти дал добро на филиал. Мы можем поехать в сентябре и начать работать над офисом. Снимем квартиру вместе или ещё лучше, купим.

Для меня это всё было просто. Оля же побледнела, услышав всё это.

— А до сентября мне где жить? — встревожилась она.

— Брось. Твоя мама вышла замуж за моего отца. Наш дом — твой дом. Без вариантов, — покачал головой. — Понимаю, ты хочешь прятать наши отношения как можно дольше, но это совершенно не мешает тебе жить со мной под одной крышей.

Оля тяжело вздохнула. Ей стало очевидно, что я был прав.

— Мне просто ещё надо привыкнуть, — наконец, честно призналась она. — И это пока тяжело. Я боюсь, что мама расстроится…

— Или, напротив, порадуется. Тебе двадцать с лишним, ты и сама прекрасно знаешь, как гробить, а как налаживать свою жизнь, — выдохнул, расслабившись.

Только конфликта нам ещё не хватало.

— Я сама прекрасно знаю, как гробить свою жизнь, — как загипнотизированная, повторила она. — Мне нравится эта фраза. Можно я её запишу и буду везде повторять? — рассмеялась она.

— Можно. Пользуйся. Поехали пообедаем? Я голоден, как волк, и боюсь, в этот раз, чтобы насытиться, мне не хватит твоей любви.

Ольга

Я погрузилась в дела компании, медленно, но верно осознавая, что попала в семейный бизнес. Днём мы с Лексом разбирались в делах компании, бессовестно проводя время наедине в его комнате, а вечера я проводила с мамой. Мы то ездили по магазинам, то готовили, то смотрели фильмы.

Она была счастлива, что я осталась здесь, с ней.

Наши мужчины смеялись, что раньше готовкой и уборкой занималась прислуга, но мама запретила делать чужим людям то, что ей нравилось самой. Ей хотелось создать уют собственноручно, а я не спорила с родительницей, потому что мне нравилось проводить вместе с ней время.

Моя мама всегда была прекрасной кухаркой, и один раз ей захотелось устроить праздничный ужин, чем снова оставила прислугу без работы.

К середине дня по дому витали приятные ароматы, которыми я всегда наслаждалась, когда праздновала с мамой какое-либо важное событие.

Но в этот раз что-то пошло не так.

Я не смогла даже сесть за обеденный стол, хотя мама не заморачивалась с обедом, потратив все силы на будущий ужин. Она сделала макароны с мясом. Вроде бы макароны по-флотски, если я не ошиблась с названием блюда.

И тут меня затошнило от запаха.

Я не выдержала и убежала в туалет: весь мой завтрак так и просился наружу, но почти ничего не вышло.

Вышла из туалета и наткнулась на Лекса. Его взгляд был встревоженный и не предвещал ничего хорошего.

— Оля, что случилось?

— Меня затошнило от запаха макарон, — честно призналась я. — Такое бывает при меся… — оборвалась. Не особо хотелось обсуждать женские проблемы со своим мужчиной. Я всё ещё его стеснялась. — Возможно, чем-то отравилась.

Тут уже и обеспокоенная мама появилась из кухни.

— Оля?

— Я в порядке, ма. Просто подташнивает. Наверное, не буду есть, — озвучила я своё естественное желание.

— Что за глупости! Ты вся бледная, надо поесть! — отменила она.

— Вероника, — начал Лекс. — Оля уже взрослая, если её организм отказывается от еды, то от насильно затолканной пищи лучше не станет.

Мама что-то буркнула себе под нос, но вслух этого не озвучила.

— Собирайся, Оля, — Лекс обратился ко мне.

— Куда? Зачем? — взволнованно воскликнула я, чувствуя себя почемучкой.

— Поедем в больницу, проверимся, — он сказал это настолько твёрдо, что мне расхотелось спорить, но я всё же попыталась:

— Но, Лекс, там же всё по предзаписи…

— Платные клиники работают без них, и тебя осмотрят по высшему разряду. Не спорь.

— Да со мной всё в порядке… Просто подташнивает от запаха… Может, я переутомилась или…

— Или у тебя отравление, или аппендицит, или ещё что. Я хочу убедиться, что всё хорошо. Вдруг завтра тебе станет хуже? Собирайся, — Лекс прочитал целый монолог, от которого я аж вздрогнула.

— Лекс прав, Оленька. Съездите, проверьтесь. Вдруг действительно отравление? Я столько всего наготовила, жалко будет, если ты не сможешь поесть, — мама оказалась на стороне своего пасынка, чего я от неё никак не ожидала.

Лекс

Когда Олю затошнило, я сразу же сделал одно приятное предположение, которое не рискнул озвучить вслух. И, если мои подозрения окажутся верными, боюсь, родителям, а вернее, матери Оли придётся сообщить правду буквально за семейным ужином.

Когда Оля собралась и села в машину, я повернулся к ней и честно спросил:

— Дорогая, когда в последний раз были твои месячные?

Для меня эта тема никогда не являлась чем-то запретным, чем-то неприятным или, не дай боже, грязным. Что естественно, то не безобразно. Женщины мучались каждый месяц, и если мы, мужчины, будем стыдить их за это, легче им не станет.

Оля подпрыгнула от вопроса, явно не ожидая такой реакции.

— Лекс… м-м-м, — замычала она, пытаясь собрать буквы в слова. — Это обязательно обсуждать прямо сейчас? Я вообще не готова к таким откровениям… — снова пауза, а я терпеливо ждал ответа. — Я вообще не могу обсуждать свои женские проблемы с противоположным полом. Бывший отродясь не знал о моих кровавых проблемах. Ему вообще всё это противно было…

— Я похож на твоего бывшего? — вскинул брови, отчего Оля мгновенно замолчала. — Это особенность твоего организма. Женского организма. Здесь нет ничего, чего ты должна стесняться. Глупости. У меня вот из носа всё детство кровь шла, и я никогда не молчал, когда случался новый приступ.

Это началось после смерти матери и прошло только с наступлением совершеннолетия. Врачи так и сказали: нервное перенапряжение.

Оля прикусила нижнюю губу и молчала.

— Повторю вопрос. Когда твои друзья из Краснодара, Красноусольска, Красноярска и других красных городов приезжали в последний раз? — не хочет прямолинейно, буду говорить всякими загадками. — Когда киска мордочку разбила?

У меня в окружении было много женщин, которые вместо прямолинейных фраз говорили такие невыносимые метафоры.

— Я не помню! — наконец, взвыла Оля. — По-моему, до нашей поездки на море. Но, знаешь, перемена климата, дважды. Акклиматизация… Задержка естественна.

— Ага, как и твоя тошнота, похожая на токсикоз, — фыркнул я. — Ладно, сначала к терапевту, а дальше он даст тебе нужное направление. Уверен, у тебя нет никакого отравления.

— Уверена, что это просто ПМС, — скрестила руки на груди моя вредная девушка. — Раз уж тебе интересны женские проблемы…

— Вот и узнаем. Лучше в лишний раз провериться.

Доехали мы быстро, несмотря на вечерние пробки.

По-быстрому оформил Олю и отправил её к терапевту. К счастью, очередь была небольшой.

— О, Лекс, какими судьбами? — удивлённо воскликнул старый знакомый врач.

— Вот, девушку свою привёз на обследование. Обслужи, пожалуйста, по высшему разряду и не бойся назначать обследования прямо сейчас.

Тот понимающе кивнул, а Оля бросила многозначительный осуждающий взгляд.

Мне же оставалось только ждать, и я спустился вниз, в регистратуру, в ожидании результатов.

И, если честно, я хотел, чтобы с Олей всё было в порядке. И очень надеялся, что она беременна.

Ольга

Я не понимала волнения Лекса по поводу моего состояния. Меня часто подташнивало перед месячными, и я не придала особого значения ситуации. Но, пока мы ехали, и меня тошнило и укачивало, я начинала задумываться. У меня ведь реально была внушительная задержка месячных.

Да и было у нас несколько раз с Лексом, когда мы не предохранялись. Особенно тогда… В море.

Лекс что-то сказал терапевту, а я даже не вслушивалась в их разговор, думая о том, будет ли у нас ребёнок? И что я теперь скажу маме? И…

В общем, я была серьёзно напугана.

— Ну что, дорогая, что вас беспокоит? И как мне вас называть? — доктор вежлив и учтив.

Никакого осуждения в голосе.

— Ольга… — произношу своё имя. — Да ничего такого не беспокоит… Лекс просто занервничал…

Доктор вздыхает и начинает со стандартных процедур: меряет мне температуру, давление, посчитал пульс, смотрит красное ли горло. Каждый раз он удивлённо хмыкал.

— Ну, Лекс испугался, когда меня затошнило… — оправдываюсь я. — Решил меня привезти сюда.

— Ложитесь на кушетку, поднимите кофту, — терапевт ощупывает живот, а затем интересуется: — Как давно у вас были месячные?

Я начинаю краснеть, ощущая жар в лице, но под пристальным взглядом мужчины понимаю, что от ответа мне не отвертеться, и честно сознаюсь:

— Где-то дней сорок назад. Но мы ездили на море, и у меня может быть сбой, акклиматизация… Да и тошнота — обычный признак ПМС…

— Сейчас как себя чувствуете?

— Да нормально… Уже прошло…

— Хорошо, — мужчина не спорит, чиркнул что-то на листок и продолжает: — Пройдите, пожалуйста, в тринадцатый кабинет. Пусть вас ещё один доктор осмотрит.

Не спорю. Уже догадываюсь, какой меня там ждёт врач. Проще уже купить тест на беременность и удостовериться, что со мной всё в порядке.

Девушка, как и предыдущий мужчина, оказывается довольно приятной. Перед ней я могу меньше стесняться.

Она внимательно выслушивает мои жалобы и переходит к стандартному опросу:

— Половую жизнь ведёте?

— Да.

— Предохраняетесь?

— Не всегда за последний месяц, — чувствую себя некомфортно.

— Месячные когда в последний раз были?

— Сорок дней назад. Но вы понимаете, мы ездили на море, у меня может быть акклиматизация, и я…

— Да не переживайте вы так, — она кладёт руку мне на плечо. — Сейчас всё выясним, гормональный сбой, или вы беременны. Для начала, — девушка протягивает мне стаканчик, — сходите в туалет и вернитесь ко мне. Это самый простой и быстрый способ, и другие могут не понадобиться. Далее будем смотреть по ситуации.

Следую её совету. Как раз почему-то очень тянет в туалет, хотя я недавно ходила. Возвращаюсь я быстро. Гинеколог кладёт туда тест-полоску на несколько секунд, а затем вытаскивает.

Мы обе, как заворожённые, ждём результата.

И вскоре он проявляется: две полоски.

Лекс

Минуты ожидания в коридоре показались мне целой вечностью. Сидел на первом этаже, неподалёку от регистратуры, и ждал, когда Оля спустится и поделится новостью. Останься я на втором — дёргал бы её только так, когда бы она выходила из очередного кабинета.

Чуть с ума не сошёл от ожидания. Ещё и отец начал писать смски, интересуясь, не успели ли мы зачать наследника.

Закатил глаза. Кажется, сегодня вечером мы преподнесём её маме двойной сюрприз: дочь встречается со сводным братом, и у них, то есть у нас, будет ребёнок. И, кажется, сообщить нам придётся об этом сегодня.

Ну, что ж. Оля сама тянула с оповещением матери, я же не хотел скрывать наши отношения.

Чтобы хоть как-то перебить нарастающее нервное настроение, залез в интернет и начал сёрфить красивое обручальное кольцо. Даже если Оля не беременна, какой смысл тянуть время? Я хочу её всю и полностью. Хочу, чтобы мы были вместе, а с проблемами мы справимся.

И с Олиным состоянием после неудачного брака справимся. Она же не виновата, что мудак очень искусно прятался под маской благодетеля. Справимся даже с незапланированной беременностью. Несмотря на это, ребёнок будет желанным. Мы оба хотели детей, но наши бывшие были против этого.

Всё больше уверялся, что это судьба.

Огромный выбор колец мелькал у меня перед глазами. В какой-то момент захотелось посмотреть детские комнаты, а также дома и квартиры в столице. Давно понял, что там Оле комфортнее, а я всё равно планировал перебираться туда и расширять наш с отцом бизнес.

Ребёнок, если Оля беременна, не помешает нашим планам, просто некоторые вещи ускорит.

От раздумий меня отвлёк терапевт. Давний друг многозначительно покашлял.

— Ну, что ж, Александр, вас, наверное, можно поздравить, — совершенно серьёзно и осторожно заметил он.

Подскочил на месте, на автопилоте пожав мужчине руку.

— Поздравить с чем? — аккуратно поинтересовался я.

— Только не переживайте… — мужчина прервался, а я еле удержался, чтобы не закатить глаза. Ну вот как люди не понимали, что так они делали только хуже! — Ваша девушка, Ольга, беременна.

Почувствовал, как моё лицо расплылось в улыбке. Чуть прямо возле регистратуры не пустился в пляс.

— Ну, по крайней мере, вы не упали в обморок, — доктор успокоился и расслабленно кивнул.

— С Ольгой всё в порядке? Как развивается ребёнок? А как… — кажется, я начал заваливать бедного мужчину бесконечными вопросами. Больше половины даже не помнил: такое ощущение, что был как в бреду.

— Александр, успокойтесь. Всё будет хорошо. Маленький срок. Вы вовремя обратились. Ольга сейчас сдаёт все необходимые анализы и процедуры. Результаты будут через три дня, — терапевт развеселился, глядя на мою реакцию.

Кивнул. Начал прикидывать, когда мы реально не предохранялись, и осознал смешную вещь. В море. В море был наш первый и незащищённый первый раз.

Да наш ребёнок — мореплаватель!

От этой мысли я радостно расхохотался. Кажется, лечащий врач скоро посчитает, что я сошёл с ума.

В этот момент я заметил побледневшую спустившуюся вниз Ольгу и поспешил к ней.

Ольга

Две полоски. Я беременна. Всё остальное — как в тумане. Анализы, обследования, осмотр. Смотрю в стенку невидящими глазами и не моргаю.

Я так мечтала о ребёнке! И теперь… Так случайно залетела от сводного брата. Мы хоть и в отношениях, но скрываем об этом. Я не хочу делать аборт! Однозначно, нет! Но я мечтала о долгожданном малыше, о подготовке, об…

Но наши отношения с Лексом ещё только начинались, и мы оба не знали, к чему всё приведёт. Я — точно нет. Я даже не была готова сказать матери о наших тайных запретных связях!

И тут ребёнок. Такой желанный и…

Как отреагирует Лекс? Будет ли он рад или придёт в ярость? Конечно, он говорил о своём желании иметь детей, но не факт, что готов к этому сейчас!

После обследования и добродушной улыбки гинеколога, что всё в порядке, а результаты анализов будут через несколько дней, я ни живая, ни мёртвая, спускаюсь вниз. Лекс, заметив меня, подскакивает и берёт за руку.

— Что случилось? Ты какая-то бледная…

Кидаю на него быстрый взгляд. Вздыхаю. Не знаю, как сказать и стоит ли вообще говорить. Может, по-тихой сама выношу ребёнка и рожу для себя?

Я так боюсь этой страшной фразы: «Какой ребёнок?! Делай аборт!» Но это же глупо, скрывать от отца…

— Всё в порядке с ребёнком? — спрашивает Лекс, и это моментально приводит меня в чувства.

Вздрагиваю, пытаясь понять, в той ли я реальности.

— Откуда ты знаешь?

— Терапевт, который тебя первично осматривал, уже всё мне рассказал. Так что случилось? Почему ты такая бледная? — Лекс не отстаёт от меня ни на шаг.

— И что ты скажешь?

— По поводу чего? — он хмурится, словно не понимает сути проблемы.

Он издевается?

— Лекс, у нас будет ребёнок. Ты так спокоен… — начинаю издалека.

— Если тебя это успокоит, могу театрально и ради приличия начать панику и истерику, — мужчина усмехается, а я, не сдержавшись, смеюсь.

— Не успокоит. Понимаешь, мы с тобой только начали встречаться, и тут… — замираю, не зная, как закончить мысль.

— Если ты об этом, то ребёнок ничего не изменит. Я буду рад иметь детей от любимой женщины. Это просто ускорит процесс нашей свадьбы, — он говорит это так спокойно и так уверенно, что я аж вздрогнула.

— Я ещё не сказала «да»! — возмущаюсь я.

— У тебя есть выбор? — Лекс усмехается, глядя на живот. — Единственная проблема: нам придётся сказать об отношениях твоей маме сегодня.

— Ну, Лекс…

— Ты долго будешь врать ей о том, что между нами ничего нет? — Мы уже выходим на улицу, и Лекс возмущённо выдыхает. — До того времени, пока у тебя не появится пузо?

Надуваю губы, скрещиваю руки на груди и зло кошусь на героя-любовника. Он в своём уме?

С другой стороны, понимаю, что он абсолютно прав, и мне кажется, что я сама создаю себе проблемы.

— Хорошо, — вздыхаю, согласившись. — Скажем сегодня.

— По приезду или за ужином? — веселится Лекс, а я прожигаю его взглядом.

Мне чертовски страшно, а ему смешно!

Ольга

Пока мы едем домой, пребываю в смешанных чувствах. Мне неожиданно хочется съехать на съёмную квартиру, лишь бы не говорить маме ни о наших тайных отношениях, ни о ребёнке, который так случайно и неожиданно получился.

— Всё будет хорошо, — Лекс замечает, что я переживаю, и кладёт руку на мою ногу, пока мы едем в машине.

— Не отвлекайся от дороги, — киваю я на дорогу.

Мне хочется побыть одной, а ещё лучше — спрятаться куда подальше.

— Не отталкивай тех, кто хочет и может быть рядом. Мы справимся, не переживай, мама будет рада внуку. Да и отец давно мечтал о пополнении семейства. — Болтовня Лекса меня неожиданно успокаивает. — Он вообще меня поддразнивал, что скорее он обзаведётся ещё одним наследником, чем я, наконец, обзаведусь семьёй.

Вздрагиваю и удивляюсь:

— Родители хотят ещё одного?

— Тебя это удивляет? Любящие люди рано или поздно приходят к желанию не только быть вместе, но и создать общего ребёнка, — Лекс пожимает плечами.

— Но они оба в возрасте… Неужели мама готова ещё раз родить? Удивительно, — качаю головой. — Она мне этого не говорила.

— Как и ты, про нас. Дело в том, что у вас не очень доверительные отношения. Может быть, неплохие, но вы почти не общаетесь друг с другом и не делитесь важным. Мы с отцом давно установили дружеские отношения. Но это не так просто, и важно желание обоих.

Я могла только удивляться. Мама, женщина, которая меня родила и божилась, что больше никогда не заведёт хотя бы ещё одного ребёнка, теперь резко изменила своё мнение.

Мы меняемся ради людей, которых любим. Да и не так она стара: пятидесяти нет, а современная медицина творит чудеса.

— Твоя мама хорошая, — Лексу, похоже, не нужен собеседник, он мог просто болтать без умолку и без моих ответов. И я ему благодарна: это придаёт мне сил перед самым страшнейшим разговором в моей жизни. — Плохую бы женщину мой отец не выбрал. Я буду надеяться, что у них всё сложится и будет хорошо.

— Спасибо, Лекс. За всё, — тихо шепчу, потому что не вижу смысла скрывать свою благодарность и свои чувства.

— Ты рано меня благодаришь. Впереди нас ждёт ещё много чего увлекательного, — выдыхает он как раз в тот момент, когда ворота открываются: мы заезжаем внутрь двора. — Ты готова?

Киваю и уже собираюсь вылезти из машины, но неожиданно Лекс притягивает меня к себе и яростно целует. Расслабляюсь в его объятиях, наслаждаясь каждым прикосновением.

После мы заходим в дом, держась за руку. Родителей находим в гостиной. Мама неодобрительно смотрит на меня, а отчим лишь улыбается.

Кажется, маме не нравится, что мы держимся за руки, но сейчас мне плевать. Я честно выдыхаю:

— Мама, я беременна. У нас с Лексом будет ребёнок. — Очень интересный способ сообщить об отношениях с парнем.

Но другого выбора у меня не осталось. Сама виновата — дотянула. Я ожидала чего угодно. Взрыва из криков и агрессии. Цунами из слёз и истерики. Но не этого.

Мама удивлённо смотрит на меня, а затем на мой живот. Кажется, на какое-то мгновение она теряет дар речи.

— Это отличная новость! — подхватывает радостную новость отчим. — Надо отпраздновать! В нашей небольшой семье будет пополнение! Я так рад за вас! — Он соскакивает с кресла, одновременно обняв нас обоих. — Что, сынок, недалеко от меня ушёл? — заодно треплет Лекса за щёку.

Это очень забавно выглядит со стороны.

— Па, — отмахивается Лекс от отца, а я, не выдержав комичности ситуации, смеюсь.

— Как анализы? Ребёнок здоров? — кажется, он готов завалить нас бесконечными вопросами.

— По первичным анализам всё в порядке. Но основные придут через несколько дней.

Мужчины некоторое время общаются, и я лишь тихонечко стою в стороне, глядя на побледневшую мать. Не вмешиваюсь, жду её реакции.

Понимаю, что она мало что изменит.

— Да, ребёнок — вообще мореплаватель, — заканчивает Лекс, а я тычу его локтем в бок.

Лекс делает забавную мину на лице и хохочет.

— Станислав, — наконец, холодно и властно произносит мать. — Ты знал, что они встречаются и мне ничего не сказал? Я была в стороне от всеобщего веселья?

Именно такого тона я боялась.

— Я случайно раскрыл Лекса. Когда они вернулись после моря, мой пацан вёл себя подозрительно. Не смотрел в сторону Ольги, словно пытался скрыть их отношения. Кстати, именно этот жест ты распознала иначе, — усмехается Станислав, а я понимаю, что и это они обсуждали вместе.

Качаю головой. У каждой пары свои секреты.

— То есть Олины чувства мы угадали, а с Лексом — нет. Я-то своего мальчишку знаю лучше. Сам его воспитывал.

— Ещё скажи, что сам же меня и родил. Для полного комплекта не хватает, — подшучивает Лекс над своим отцом.

— В процессе зачатия точно участвовал, — самодовольно хмыкает Станислав, отчего я мгновенно краснею. Не готова к такому заявлению.

— Меня больше волнует, что вы обсуждали нас, — качаю головой я, скрестив руки на груди.

— Меня — то, что ты скрыла от своей матери отношения, словно ты пятнадцатилетняя девочка, — фыркает мама, и я слышу обиду в голосе.

— Ты была против Лекса! — парируя я, почти впервые желая дать отпор своей матери.

В конце концов, я беременна! Мне можно!

— Подожди-ка, — Станислав поворачивает голову в сторону своей дорогой жёнушки. — Ты была против Лекса? Почему это?

— Потому что я, дорогой отчим, порчу всё, к чему прикасаюсь. Значит, мы с Лексом не смогли бы долго быть в отношениях и расстались бы, что привело бы к большому скандалу внутри семьи! — я сама чувствую большую обиду на мать и высказываю ей то, что накопилось.

— Оля! — теряется мама и идёт на попятную: — Я всего лишь говорила, что вы теперь брат и сестра!

— Сводные, мама! И я никак не собираюсь мешать твоему счастью! Но и своё планирую отстаивать! Я не готова терять человека, которого люблю, ради твоего спокойствия!

Лекс

Совершенно не понимал Олиной боязни сказать маме правду о нас. Родители нормально восприняли нашу новость, а отец так и вовсе отлично разрядил обстановку.

Да, конечно, мачеха была шокирована, что её пасынок залез в постель дочери, но она просто не знала, что вскоре я планировал залезть и в душу! В смысле окольцевать её сокровище.

Все вопросы по поводу страха отпали после того, как мы поели, и я поднялся к себе в комнату, чтобы просмотреть отчётность. Когда я уже вчитался во всё это, дверь скрипнула, затем резко хлопнула. К середине комнаты простучали каблуки.

Кто-то усиленно нагнетал атмосферу, и я, отгоняя страшные мысли, резко обернулся.

Да, мачеха. А в будущем и тёща. В одном флаконе. Решил совместить две неприятные роли в одной достаточно приятной женщине.

— Вы чего-то хотели, мама? — саркастично улыбнулся я.

Прекрасно знал: со мной собирались провести не самый приятный разговор.

— В свете последних событий данное паясничество неуместно, — недоверчиво и достаточно грубо заметила мачеха.

Интересно, она и с Олей так же разговаривала?!

— В свете последних событий я вас мамой могу называть дважды! Вы для меня и мачеха, и тёща в одном флаконе. Ух! Жгучий коктейль, — я продолжал улыбаться и строить из себя смешного дурачка.

Эта тактика всегда срабатывала на «ура».

— Я тебе ещё не тёща, — вздохнула женщина, чуть смягчившись.

Выглядела так, словно расстроилась, что не имеет этого статуса.

— Это пока что, — пожал плечами.

— То есть ты подтверждаешь, что у тебя серьёзные намерения по поводу Ольги? — она вскинула брови, пристально уставившись на меня.

— Абсолютно. У нас будет общий ребёнок. И я люблю вашу дочь, и планирую сделать ей предложение, — я резко стал серьёзным, потому что больше не нуждался в маске шута.

— Тогда почему вы скрывали факт отношений? И когда они у вас начались? — мачеха наседала.

Не винил её ни капли: она пыталась заботиться, хоть и делала это неправильно.

— Честно? Строго между нами, — заискивающе улыбнулся я. — Ольга боялась вам сказать, а я не хотел торопить события. Отношения у нас начались на море, — я сделал большую паузу, а затем вывалил всё, что накопилось: — Если уж совсем быть откровенным, я влюбился в Ольгу по вашим рассказам и фотографиям. Видимо, у нас с отцом одинаковый вкус на девушек, — развёл руками, мол, ни в чём не виноват. — Какой же сюрприз оказался для меня, когда я увидел, что Ольга отличается от ваших рассказов. В лучшую сторону.

— Матери действительно видят своих детей иначе, — вздохнула женщина. — Её бывший был тем ещё бабником и козлом, но она совершенно не слушала меня.

— И вы посчитали, что я тоже из той категории?

— У нас вечер откровений? — она попыталась увильнуть от вопроса.

— Ну не я же ворвался в чужую комнату и нарушил границы. Так что пришёл час расплаты, мама. Рассказывайте.

— Я не видела у тебя постоянной девушки, отчего и сделала такой вывод. Прости, если я ошиблась, — выдохнула женщина.

— Теперь понимаю, — миролюбиво кивнул я. — Но до этого у меня были длительные серьёзные отношения, которые закончились изменой. Не моей. Было очень больно и не хотелось встречаться ни с кем в принципе.

Женщина вздрогнула, закрыв глаза, и непроизвольно сделала шаг назад. Впрочем, она быстро взяла себя в руки и посмотрела на меня.

— К сожалению, оба пола не застрахованы от предательства второй половинки. Это ужасно, и я ещё не скоро перестану думать, что «все мужики — козлы». Но твой отец и, похоже, ты, возвращаете мне веру в мужчин, — наконец, сказала она, что выглядело настоящим комплиментом.

— Я считаю, что не стоит наказывать всех, если кто-то один предал тебя. Да, это больно. Но это он идиот и козёл, а не все остальные, — я улыбнулся, и на мгновение в нашей комнате воцарилось взаимопонимание. — И я буду рад, если вы поможете мне в выборе кольца.

Мачеха буквально расцвела в улыбке от этих слов.

— И ещё. С сегодняшнего дня Оля переезжает ко мне в комнату. Раз мы больше не прячемся, не вижу смысла в постоянных ночных перебежках.

Мачеха вновь вскинула брови, растерявшись. Она открыла рот, словно хотела что-то сказать, но слова застряли на языке, поэтому говорил я:

— Отец предупреждён, и он совершенно не против. Всё равно мы без пяти минут муж и жена. Как и вы. И да, я знаю, что вы спали в одной кровати до замужества.

— Хорошо, — мачеха сдалась без боя, тяжело вздохнув. — Что думает Ольга по этому поводу?

— Не думаю, что она будет против, — усмехнулся я.

Ольга

День был нелёгким, и после ужина я отправилась в свою спальню обдумывать своё будущее. Всё кардинально изменилось по щелчку пальцев. Не знала, как реагировать, не знала, что делать дальше, поэтому решила просто пойти лечь спать.

Я уже улеглась, положив руку на живот. Представила, каким будет наш малыш. Думала о том, какими мы будем родителями. Справимся ли мы?

Я так хотела ребёнка! И вот эта мечта, наконец, сбылась. Готова ли я стать матерью? Стану ли я хорошей? Страшно…

В разгар моих мыслей ко мне в комнату вошёл Лекс.

— Я вообще-то спать легла, — с улыбкой, без злобы сообщаю ему.

— Догадался по выключенному свету, — Лекс безжалостно щёлкает выключателем, и мои непривыкшие глаза начинают слезиться от неприятного ощущения.

— Ты пришёл пожелать мне спокойной ночи?

— Я пришёл забрать тебя в свою комнату.

В этом весь Лекс — наглости ему явно было не занимать.

Удивлённо вскидываю брови, в голове роятся вопросы, один за другим. Обескураженно смотрю на ночного гостя и не знаю, с какого вопроса начать.

— Не переживай. Я договорился. Отец не против, — догадавшись о моём недоумении, отвечает парень. — С твоей матерью у меня и вовсе была очень увлекательная беседа.

— Ты с ней разговаривал? Зачем? — хмурюсь я.

— Ну, она сама ко мне пришла. Разве мог я ей отказать в беседе?

— Прости… что? — не могу скрыть своего удивления.

— Ну, мачеха решила поинтересоваться у меня, насколько серьёзные у меня планы по отношению к тебе.

— И что ты ей сказал?

— Правду, конечно, — увиливает он от ответа. — В любом случае, что бы я ей ни сказал, теперь ты, как моя девушка, а вскоре жена, живёшь в моей комнате. Завтра перенесём все вещи, сейчас — возьми основное.

— Если я не соглашусь? — пытаюсь сопротивляться.

— Уточни. Не согласишься переехать ко мне в спальню или выйти за меня замуж? — его оскал выглядит настоящей угрозой.

Вот только я совершенно не боюсь.

— И то, и то, — бросаю я ему настоящий вызов и теперь с удовольствием смотрю на реакцию.

— Если не согласишься уйти спать со мной по-хорошему, унесу на руках, — пожимает он плечами. — А откажешься стать моей женой… — он делает театральную паузу, а затем, закинув руку на лоб, наигранно грустно цитирует принца из Дюймовочки: — То я умру. Ах… Умираю!

Смеюсь, не выдержав. Вот против такого аргумента мне совершенно нечего было возразить!

— Оля, хватит! Пойдём спать со мной. Ты сейчас беременна, и я собираюсь хранить тебя, как зеницу ока. И, вообще, вдруг тебе попить захочется ночью? Я отличный водонос! — сообщает он совершенно серьёзным тоном.

Я уже не могу остановить свой заливистый смех.

— Ты хочешь, чтобы я спала с тобой только потому, что я беременна? — показательно усмехаюсь я.

— Твоему острому язычку нужно найти другое применение, — парирует мужчина. — Но, отвечая на твой вопрос: не только. Поверь, у меня есть ещё пару тузов в рукаве. — И он так соблазнительно играет бровями, что мне ничего не остаётся, как найти свой халат, накинуть на себя и поспешить в спальню Лекса.

В том, что мы больше не прячемся, есть свои плюсы.

Лекс

Ольга сопротивлялась, и сначала я напрягся, но вскоре понял, что делала девушка это для виду. Просто, чтобы раззадорить меня и посмотреть на реакцию. Я расслабился. Её колкие саркастичные замечания заводили.

Я радовался, что она становилась собой. Не боялась проявлять себя, не боялась шутить. Она даже дала отпор своей маме и сказала о чувствах ко мне публично.

— Можешь не одеваться, одежда тебе не понадобиться, — также дерзко заявил я.

— Не знаю, о чём ты думаешь, но я планирую спать, — хихикнула Оля и захватила с собой подушку. — Одеяло захватить, или я просто захвачу твоё?

На море мы спали под разными одеялами: Оля аргументировала это тем, что не хочет отбирать у меня одеяло. Я же, как правило, не укрывался, а обнимал его. Теперь мне будет, кого обнимать.

— Тогда я захвачу тебя, и все будут довольны.

Мы прокрались по коридору. Услышал стоны из комнаты родителей и усмехнулся.

— И как ты здесь спала? Они тебе не мешали?

— С божьей помощью. Ну и иногда с бирушами. Впрочем, когда я возвращалась к тебе после ночной вылазки, они уже спали, — Ольга пожала плечами.

Открыл ей дверь и включил свет. Всё-таки поставить в комнату двуспальную кровать было лучшим решением.

Не удержался и потянулся к шнурку халата, толкнув дверь. Та захлопнулась, а лёгкая одежда упала на пол.

— Тебя не смущает, что я беременна? — тихо прошептала она, и я остановился.

Видел желание в её глазах, мой член давно был готов.

— Врач что-то говорил о мерах предосторожности или запрете? — спросил я, чуть отступив. — Срок же пока маленький…

— Вроде бы ничего, — тихо прошептала Оля.

После чего она приблизилась сама и запечатлела на моих губах настолько страстный и волнительный поцелуй, что я окончательно поплыл. В штанах стало тесно, а в голове крутилась одна и та же мысль: «Теперь она моя, и я никому её не отдам».

Покрыл поцелуями её сладкое тело, избавился от одежды. Поймал её довольный взгляд: она всегда любовалась мной голым, и это не могло не радовать.

Аккуратно положил её на спину: хотелось поскорее начать, но не мог оставить мою девочку без удовольствия, без прелюдий.

— Лекс, — она выдохнула моё имя, и я вновь накрыл её губы поцелуем.

— Что такое? — от моего дыхания на её коже появились мурашки.

— Войди в меня, не томи, — эти слова прозвучали как настоящая музыка для моих ушей.

Разве мог я отказать ей в этом удовольствии?

Раздвинул её сладкие ножки и ворвался внутрь. Охнул от удовольствия. Всё-таки без преграды в виде резинки ощущения ярче, лучше, вкуснее.

И теперь наконец-то можно получать удовольствие, не боясь быть застуканными. Не боясь ничего. Всё-таки есть разница от механических движений и занятий любовью с будущей женой. С той, кем одержим.

Ускорился, чувствуя, как Оля изогнулась навстречу мне. Каждый мой толчок сопровождался ответом её тела на мои ласки.

Какой же это кайф — понимать, что чувства взаимны, что она получает то же удовольствие, которое получал от неё я. Снова и снова целовал её, пока мы одновременно не кончили, получив невероятный экстаз.

Если Оля думала, что мы сегодня будем спать, то она очень сильно заблуждалась.

Ольга

В это утро я просыпаюсь в объятиях любимого человека. Эта ночь была чем-то незабываемым. И, наверное, даже лучше тех, что были на море.

Спешу на кухню, где мама уже вовсю хлопочет. Пахнет очень вкусно. Слава богу, что мой токсикоз жалеет меня и не позвал в туалет.

Весь сегодняшний день наполнен настоящей любовью, о которой ранее я не могла даже догадываться. Не знала, что такое возможно, но мы стали настоящей семьёй с двумя поколениями.

Вчера мы перенесли семейный ужин на сегодня. И теперь родители решили отпраздновать мою беременность и наши отношения. Я не стала сопротивляться и присоединилась к готовке еды вместе с мамой.

Она была молчалива, но это потому, что мужчины решили присоединиться к нам.

Наконец, мы садимся и в ходе разговора поглощаем пищу. Удивительно, как вкусно! Завтра меня ждут лишние килограммы, но я не хочу об этом думать. Всё-таки следующие девять месяцев я буду вынашивать дитя.

Станислав стал королём стола. Он рассказывает удивительные байки, веселя нас, заставляя ждать продолжения.

Семейная идиллия.

И этот вечер завершился бы отлично, если бы не звонок в дверь.

— Я открою, — хмурится Лекс, и я всё-таки следую за возлюбленным.

Когда мужчина открывает дверь, непрошеная гостья врывается в дом и виснет на его шее:

— Лексик, я скучала!

Затем она скидывает с себя ветровку, и я замечаю чересчур открытое нижнее бельё.

Вот это я понимаю — рояль в кустах.

Ольга

Стояла и наблюдала за цирком, борясь с невыносимой болью и злостью в груди. Софию я увидела впервые и теперь почувствовала укол ревности: по сравнению с ней я дико недотягивала.

Отогнала все дурные мысли. Лекс выбрал меня. София в прошлом. Почему я должна страдать по их отношениям?!

Выдохнула. Хватит.

Окончательно я очнулась, когда наглая незваная гостья начала дефилировать перед Лексом голым телом, а меня затошнило от нижнего белья, которое ничего не прикрывало.

Я успела пару раз съязвить, когда к нам присоединилось старшее поколение.

— Лекс, ты заказал нам на дом стриптизёршу? Очень неожиданный и интересный сюрприз, — первой очнулась мама.

Хохочу, потому что мамино чувство юмора оказалось как нельзя кстати: София морщится.

— Ну, а что! — поддерживает отчим. — Сынок скоро женится: почему бы хотя бы в последний раз не полюбоваться на красивое голое тело?

— Лекс женится? — визжит София, смотря на него.

Вскидываю брови. Александр только что представил меня как будущую жену. У мадам память, как у рыбки?

— Ну, с Ольгой он осуществил свою мечту: встретил красивую, негулящую и любящую девушку, которая хочет детей, в отличие от тебя, — отчим фыркает. — Ника, знакомься: это София, бывшая девушка Лекса, которая никак не может понять, что она бывшая, судя по её наряду под ветровкой.

— Станислав, вы же знаете, я совершила серьёзнейшую ошибку, о которой сожалею. Я хотела бы всё исправить и начать сначала, — мрачно замечает она.

— Иногда разрыв помогает отношениям. Помогает исправить их, сделать лучше, чем было «до», — отчим выдаёт философскую мысль. — Но чаще разрыв — это слава богу, что расстались.

— София, у нас с тобой больше ничего не будет. Смирись. Нам было хорошо, но ты выбрала свободные отношения, я это не приемлю, — добавляет Лекс к отцовским словам, и я замечаю мамино одобрение во взгляде. — Я вызову тебе такси до дома. Это последнее, что я сделаю для тебя.

Вижу слёзы на глазах у девушки и с гордостью ухожу за обеденный стол. Не хочу больше смотреть на этот цирк.

— Ты, правда, в порядке? — спрашивает меня мама.

Она первой возвращается в гостиную, пока мужчины разбираются с бесплатной стриптизёршей.

— Лекс не виноват, что у него чокнутая бывшая, — пожимаю плечами. — Она красивая… — обрываюсь на полуслове, потому что внутри меня снова есть ощущение, что я недотягиваю.

— У вас один типаж, — неожиданно говорит мама. — Обе фигуристые, не худощавые. Длинные тёмные волосы, вздёрнутый носик. Вы удивительно похожи, — мама приобнимает меня, и я удивляюсь.

— Ты хочешь сказать, что я не менее красивая?

— Я хочу сказать, что ты даже красивее. Гостья явно «сделанная»: накачанные губы, наращенные волосы. Мало ли что и где она ещё подколола, а ты естественная. Я не осуждаю её выбор, просто не принижай себя, моя дорогая. Ты у меня красавица.

Глаза обжигает слезами. Я никогда не слышала таких приятных слов от мамы.

— И я ошиблась в Лексе. Он смотрел на эту куклу с таким отвращением, совершенно не так, как смотрит на тебя. Я искренне надеюсь, что у вас всё получится.

Ольга

События развивались стремительно. И вскоре меня приняли на работу, и мы-таки улетели в Москву. У Лекса было много планов, а я просто была рядом и соглашалась с каждым его действием. Решили пожить на моей съёмной квартире, пока Лекс будет решать проблемы с офисом.

Лексу не понравилась моя однокомнатная квартира, и он пообещал в ближайшее время заняться нашим жильём.

— Съёмным? — с тихой надеждой поинтересовалась я.

За последние месяцы как-то привыкла к однушке, хоть и понимала, что вдвоём нам здесь будет тесно.

— Каким съёмным? — отмахнулся Лекс. — Купим собственную квартиру в столице. Выберу одну из лучших. В любом случае нас скоро ждёт наша лялечка, и мы должны дать ей самое лучшее.

Тяжело вздохнула, потому что возразить мне было совершенно нечем.

Я прекрасно понимала, что Лекс собирался на мне жениться, а я даже не хотела от него убегать. Потому что любила его.

В один из таких дней Лекс вернулся домой мрачным, поделившись со мной тем, что очередная поездка не увенчалась успехом.

— Мне нужны шумные выходные в кругу друзей, — тяжело вздохнул он. — Заколебался я в этой столице.

— Есть кто в городе? — оживилась я.

Привыкла тусоваться в кругу друзей Тимура и решила, что отказываться от старых привычек сейчас бессмысленно.

— А твои друзья? Я всё жду, когда ты познакомишь меня со своими…

Стушевалась, не зная, что и ответить.

— Подожди, Тимур запрещал тебе общаться? — прищурился парень.

— Ну, у меня была пара университетских подруг, которые говорили, что Тимур не очень. И с частью своих друзей я перестала общаться сама, а с кем-то благодаря бывшему. Как-то само получилось, — пожала плечами.

Я не видела ничего в этом такого, пока не заметила его взгляд.

— Подожди. Ты последний год была вообще одна? — Я видела, как начали гореть глаза любимого. — И как ты не наложила на себя руки в таком состоянии?

— Знаешь… не до того было. Да и как бы плохо ни было, мне никогда этого не хотелось. Мне всегда хотелось жить, несмотря ни на что. А трудности… они всегда временны.

— Мудрые мысли. Жаль, что смертники о них так и не узнают, — задумчиво буркнул под нос мужчина.

Согласно кивнула и пожала плечами. Мне нечего было добавить.

— Но ты же понимаешь, что без друзей — это не нормально? Ты не хочешь восстановить связь хотя бы с одной своей подругой?

— Знаешь, я обязательно подумаю над этим вопросом. Иногда мне действительно не хватает дружеской поддержки и общения…

На выходных мы пошли на дискотеку, где хорошенько оттянулись. На ранних сроках меня беспокоила только тошнота по утрам, а в целом врачи разрешили мне нагрузку.

Пока «босс» выбирал офис, чтобы начать новый набор, я работала удалённо, готовясь к своему первому визиту к психологу. Да, я давно решила, что хочу пойти на пару приёмов. Тем более что всплыла ещё одна проблема.

И я прекрасно начала осознавать, что после семи лет тирании бывшего просто так восстановить себя и свои мысли у меня не получится. Потребуются месяцы, а то и годы. И с наставником в виде психолога были шансы сделать это менее болезненно и быстрее.

Лекс подобрал мне психолога Анастасию — к ней ходило несколько его знакомых, и все остались довольны её работой.

Мне было невыносимо страшно перед нашим первым занятием, я испытывала дикий мандраж, стоя рядом с её кабинетом. В последнюю секунду я почти сбежала, налетев на светловолосую девушку, чуть старше меня.

— Вы, должно быть, Ольга? — добродушно улыбнулась она.

— Анастасия? — громко икнула я, а девушка лишь рассмеялась, кивнув.

— Я так понимаю, вы хотели сбежать с первого занятия? Не переживайте, большинство пациентов боятся первой сессии. Потому что это что-то новое, неизведанное для них. Копаться в себе — очень страшно. Но я не кусаюсь.

Пока она говорила своим мягким голосом, я успокоилась.

Раз пришла, зачем сбегать?

Мне было невыносимо страшно раскрываться перед незнакомым человеком. Но Анастасия оказалась довольно-таки приятным, открытым человеком. Мы быстро перешли на «ты». А к концу первого занятия, рассказывая наши семейные отношения с Тимуром, я и вовсе рыдала.

Мне было стыдно, но я никак не могла остановиться.

— Всё хорошо, Оля! Процесс исцеления пошёл. Ты должна выплакать все те обиды, всю ту желчь, всё то неправильное, что у вас накопилось с бывшим.

Боль накрыла меня с головой, но уже через двадцать минут, после занятия, когда я сидела на переднем сидении машины Лекса, я чувствовала себя обновлённой и одухотворённой.

— У тебя немного опухшее лицо, — Лекс дотронулся пальцем до кончика моего носа. Вздрогнула: это было неожиданно и приятно. — Терапия прошла успешно? Это нормально плакать во время сеанса.

Кивнула. Оставшуюся дорогу мы обсуждали то, как у нас всё прошло. Мне очень хотелось поделиться и открыться. Я удивилась своему рвению рассказать обо всём Лексу, а также его желанию слушать меня.

Потому что с Тимуром было не так. Он не хотел меня слушать, постоянно говоря «Оставь свои бабские разговоры подружкам». Затем у меня и вовсе исчезли подруги.

Я так увлеклась, что совершенно не заметила, что мы приехали не к моей съёмной квартире, а к огромному дому.

— Э… Лекс? — недоуменно поинтересовалась, глядя на элитную многоэтажку.

— Пойдём, покажу тебе кое-что, что мне самому очень понравилось, — улыбнулся он и подмигнул мне.

Пожала плечами. Ну, если Лекс хочет сделать мне сюрприз…

Мы поднялись почти на самый верх.

— Квартиры под крышей заняты, да и я не хотел стать Карлсоном. С этими квартирами под крышей всегда беда. Конечно, нет шумных соседей сверху, и это плюс. Но крыша может протечь, а это не самый лучший вариант.

Тихо слушала, наблюдая за тем, как парень прошёл в тамбур, провёл меня и нажал на звонок. Всё ещё не понимала, к чему он клонит.

— Нижние этажи мне тоже не очень нравятся: на первом так и вовсе люди любят заглядывать в окна…

— Лекс?

— Я подыскал нам квартиру. Если она тебе понравится, то мы её возьмём.

Удивлённо вскинула брови. «Мы?» Открыла было рот, чтобы хоть что-то возразить, но вовремя закрыла: мы скоро станем родителями.

К тому же нам открыла дверь немолодая женщина. Она улыбнулась и представилась риелтором.

Дальнейшие полчаса она показывала мне квартиру. Комнат оказалось четыре, если не считать огромную кухню-столовую. Мебель в квартире была только на кухне. Встроенный гарнитур и огромный стол так и кричали: «Приготовь что-то!»

— Вот здесь вы можете сделать спальню, — показала риелтор внушительную комнату, а затем, махнув рукой на дверь напротив: — А здесь детскую. Останется место для гостевой и даже для рабочего кабинета. Если родители с обеих сторон приедут одновременно, то все обязательно поместятся.

— Они в любом случае приедут одновременно, — рассмеялся Лекс. — К тому же даже ночевать будут в одной комнате.

Женщина непонимающе посмотрела на моего сводного брата, но он неумолимо продолжал:

— Не переживайте вы так, они у нас одни на двоих.

Добродушная женщина мгновенно помрачнела и побелела. Кажется, услышав его неаккуратную шутку, она уже очень многое додумала.

— Лекс! — возмутилась я. — Он шутит… почти… Не воспринимайте его буквально. Просто мой отец бросил мою мать несколько лет назад, а у моего возлюбленного тоже несколько лет назад погибла мама… — протараторила я на одном дыхании. — А потом моя мама и его отец встретились и…

— Фух, — облегчённо выдохнула женщина. — Так вы неродные. Впрочем, ничего удивительного. Часто дети обладают похожими вкусами и женятся на похожих, как у родителей…

Я не с первого раза поняла слова риелтора. Кажется, женщина перенервничала и не до конца правильно сформулировала свои слова.

— Простите, что неосознанно ввёл вас в заблуждение. Ну как тебе квартира, Оль? — Лекс всё ещё улыбался. Кажется, ему понравилось подшучивать над ни в чём не повинной добродушной незнакомкой.

— Мне очень нравится! — восторженно воскликнула я. — Да, давай сделаем это!

Дальше произошло то, чего я одновременно не ожидала и давно ждала. Лекс встал на одно колено и достал маленькую шкатулку:

— Дорогая, ты выйдешь за меня?

Лекс

Вся неделя прошла в суматохе. И дело было не в открытии филиала и снятии офиса. Офис-то я нашёл почти сразу и занялся документами по его оформлению.

Тем более это стало настоящим прикрытием, чтобы сделать Оле сюрприз. Настоящий, который она запомнит на всю жизнь.

Гораздо труднее было найти квартиру, где мы будем жить и воспитывать нашего малыша. Попутно я искал кольцо, которое понравится моей принцессе. Периодически созванивался с будущей тёщей (нынешней мачехой) по видеосвязи и интересовался её мнением.

— Ну, мама, подскажите мне, что ваша Оленька любит!

Вероника каждый раз изящно закатывала глаза, а потом смеялась. В конце концов, мы нашли идеальное украшение, которое устроило обоих. Это было изящное кольцо с небольшим бриллиантом, вокруг которого перемежались белое и жёлтое золото.

И теперь, стоя на одном колене, я затаил дыхание. Ещё никогда не делал предложения и теперь волновался, как подросток перед своим первым поцелуем.

Конечно, я не думал, что она могла мне отказать, всё-таки она была матерью нашего будущего ребёнка. Но мандраж был и сильнейший!

Ольга удивлённо смотрела на меня, хлопая огромными ресницами. Риелтор вжалась в стенку, не зная, как реагировать, а для меня время и вовсе остановилось, замерло.

— Конечно же, да! — после небольшого молчания выпалила моя будущая жёнушка.

Надел ей кольцо на палец и закружил по будущему залу. Или гостиной. Неважно. Я был самым счастливым дураком в этот момент.

Задуманное осуществилось. Я справился.

Скоро я стану не только счастливым мужем, но и радостным отцом.

Ольга

— А что мешает списаться с бывшей подругой и спросить у неё, хочет ли она продолжать общение, учитывая то, что вы развелись? — этот вопрос психолога буквально врезается в мою голову.

Вот как у специалистов по ментальному здоровью так просто получается задавать такие одновременно простые и одновременно сложные вопросы? Я совершенно не знаю, что на него ответить!

И, самое главное, он был чертовски правильным. Я должна была задуматься об этом год назад. Мы расстались с моей близкой подругой ещё в университете, когда я в очередной раз предпочла свидание с Тимуром, отменив поход с подругой в последний момент. Она долго терпела, а затем пыталась исправить ситуацию, что мы так редко видимся. Но каждый раз Тимур словно подгадывал наши встречи и назначал срочные свидания.

Я не могла ему отказать.

И тогда подруга просто сказала: «Позвони мне, когда вы с ним расстанетесь». Мне было тогда чертовски больно, и я была зла на неё, но…

Это был уже четвёртый сеанс у психолога, после которого я с каждым разом чувствовала себя всё лучше.

Да, мне пришлось выплакать немало слёз. Переосмыслить множество поступков, как моих, так и моего бывшего. Копать, пытаясь найти незажившие раны.

Психика была устроена гораздо сложнее, чем я думала.

— Вдруг она… меня пошлёт? — неуверенно спрашиваю я.

— Тогда ты будешь знать наверняка, что она не хочет с тобой общаться. Только и всего. Взаимоотношения людей были бы гораздо проще, если бы люди сами всё не усложняли.

Я словно заново училась жить. Хоть и рядом была настоящая поддержка и опора в виде моего жениха, но было очень тяжело. Очень много ценностей и устоев мне приходилось пересматривать и видеть иначе жизнь.

После сеанса я неожиданно для себя решилась:

— Анастасия, а вы… ты… не хочешь со мной пообедать?

Мой психолог удивлённо смотрит на меня.

— Ну, в принципе, можно. У меня как раз сейчас обеденный перерыв, а внизу есть хорошая кафешка. Делаешь успехи в коммуникации, — улыбается она, кивнув.

Я знаю, что мы не будем дружить: специалистам запрещено заводить дружбу с клиентами. Но мне нужно побороть свой страх.

Мы спускаемся вниз, я пишу смс-ку Лексу, что посидим с Настей в кафе, и тот в ответ присылает стикер с большим пальцем.

«Через полчаса буду ждать тебя напротив», — приходит следующая смс.

Мы устраиваемся с Анастасией у окна, наблюдаем за красивым листопадом, и я впервые расспрашиваю психолога о её жизни.

Анастасия оказывается интересной личностью. Замужем, двое детей, прекрасные отношения с мужем. И, самое главное, она здорова как ментально, так и физически. В какой-то момент я ею любуюсь и уже представляю, что через пару месяцев сама буду такой же.

У меня перед глазами отличный пример для подражания. Я вижу, как и к чему мне стоило стремиться.

Нашу идиллию нарушает самый неприятный голос на свете.

— Так, так, так! Смотрите, кого я вижу!

Вздрагиваю и на автопилоте поднимаю глаза.

Я не ошиблась. Передо мной Тимур со своей скверной похотливой улыбкой. Он некоторое время рассматривает меня, а затем переводит взгляд на Леру.

— Ну и как тебе, жизнь разведённой? — показательно-пренебрежительно фыркает он. — Скучаешь по замужней жизни, да?

— Я так понимаю, вы Тимур? — первой реагирует Анастасия, бросив на незваного гостя презрительный взгляд.

Никогда бы не подумала, что моя психолог может посмотреть на кого-то свысока!

— Я так понимаю, ты уже наныла своей новой подружке о том, какой я плохой? — бросает Тимур, посмотрев на меня.

— Точно, Тимур, — кивает Анастасия, а затем достаёт блокнот, который использует каждый раз, когда я была у неё на приёме.

— Что это ты там пишешь? — опешивает мой бывший.

— Будущую диссертацию на тему «Абьюзер — горе в семье», — не отрываясь от записей, замечает девушка.

Я смеюсь, не выдержав. Кажется, рядом с этой девушкой я в безопасности.

— Я нашу встречу не так представлял, — обидчиво замечает Тимур. Он резко добреет и смотрит на меня грустными, преданными глазами. — Оля, я скучал по тебе. Мне очень жаль, что у нас так вышло.

Но теперь я вижу, что Тимур нездоров. Он резко переменил своё общение, став ласковым и заботливым, словно ещё минуту назад не грубил мне и моей знакомой.

— Я нашу встречу и вовсе не представляла. Надеялась, что никогда не случится, — уверенно заявляю я. — Я не скучала. И чего тебе жаль? Что ты случайно вошёл в другую девушку? Заделал с ней ребёнка? А потом несколько лет скрывал это?

Попутно я взяла в руки телефон и отправляю Лексу короткий стикер «SOS». У нас был уговор, что если что-то случится, то присылать этот большой смайлик.

Тимур не ожидает такой реакции, смотрит на меня округлившимися глазами, переводит взгляд с меня на Анастасию. Та продолжает что-то записывать, не обращая внимания на театр одного абьюзера.

— Понимаешь, Оля… Эта потаскуха меня обманула, — тяжело вздыхает он, решив проигнорировать мою колкость.

— Какая именно? Твоя любовница, ставшая новой женой? — ядовито улыбаюсь от злости. — Мне она показалась хорошей девушкой, которую ты обманул.

Дожили. Я защищаю нынешнюю бывшего. Кому расскажу — не поверят.

— Врачи сказали, что я бесплоден, — бросает он неприятную фразу, после которой у меня по телу побежали мурашки, а Анастасия резко перестаёт записывать что-то в блокнот. — Моя белокурая дочка — не от меня.

— Супер, — безжалостно отвечаю. — Я-то при чём?

— Последние пару месяцев я искал тебя, — выдыхает парень, сделав попытку наклониться ко мне.

Инстинктивно отстраняюсь.

Раньше это работало. Моё сердце замирало, и мне хотелось прижаться к любимому. Сейчас ничего, кроме отвращения, я не чувствую.

Не заметив у меня никакой отдачи, бывший продолжает:

— Еле-еле нашёл, куда ты переехала жить, всё хотел к тебе подойти, а потом ты пропала на целый месяц…

— Ты сталкерил меня? — осознаю, что этот мудак — ещё и маньяк. От этого становится не по себе. — То есть следил за мной?

— Ну… я вычислил, что ты каждый вторник в одно и то же время сюда ездишь… Всё хотел к тебе подойти, но сегодня заметил, что ты зашла в кафе, и решился зайти… Оля, я хочу начать всё сначала.

— Моё мнение ты спросил? — щурюсь, зло смотря на него.

— Разве ты больше меня не любишь? — самодовольно и удивлённо спрашивает он.

— Ты меня предал, Тимур. Конечно же, больше не люблю, — и спустя столько времени боли, лечения и нескрываемой ненависти к этому идиоту я вдруг понимаю, что ничего к нему не чувствую.

Ну, лишь отвращения самую малость.

— Оля, меня тоже предали! — он вскидывает руки, сказав тоном великого мученика. Мне хочется лишь посмеяться над его идиотизмом. — Я прекрасно тебя понимаю! Понимаю, что я не должен был этого делать! Я хочу всё исправить!

— Поздно. Я больше тебя не люблю! — Встаю из-за стола, а затем трясу перед его глазами правой рукой с кольцом на безымянном пальце. — Я скоро выхожу замуж! И у нас будет ребёнок! — я не могу не похвастаться тем, что у меня всё хорошо.

Тимур резко меняется в лице.

— Ты долго не горевала, прошмандовка! — Он больно хватает меня за руку, начав тянуть меня к себе.

Я паникую, пытаясь вырваться.

Лекс

Я был рад, что Оля постепенно убирала низкую самооценку, восстанавливалась после ужасных отношений, социализировалась и показывала отличные служебные качества на работе.

Вот-вот, и мы откроем наш филиал.

Впрочем, переезд на нашу квартиру и романтический вечер я планировал уже сегодня. Праздники никогда не бывают лишними.

Порадовался, что после сеанса Оля решила пообедать со своим психологом. Ей нужно общение, и я никогда не буду её ограничивать.

И вот когда всё шло просто отлично, любимая прислала мне смайл, которым мы пообещали воспользоваться только в крайних случаях. Конечно же, она ничего не объяснила (возможно, не могла), поэтому я, недолго думая, припарковал машину и поспешил в кафе.

И прямо там грязно выругался.

— Руки от неё убрал!

Я сразу же понял, что пристающий мудак — это Тимур, морду которому я мечтал набить последние пару месяцев. У меня давно чесались кулаки, и бывший сам развязал мне руки, подняв руку на мою будущую жену.

В своей силе и победе я не сомневался.

— Ты кто такой? — мужлан выпустил Олю и повернулся ко мне. — Её текущий хахаль? — А дальше он покрыл меня таким благим матом, что я лишь в очередной раз убедился в высокоинтеллигентности данного представителя человеческой расы.

— Я — тот, кто не подпустит тебя к ней, — холодно отчеканил я.

— Да она меня любит! Как поймёт, что я снова свободен, бросит тебя, дурачка! Лапы пригреби, эта девочка моя! — самодовольно прокричал он на всё кафе.

В зале уже собралась достаточная толпа зевак, которым лишь бы посмотреть на бесплатное шоу.

Что ж, я его им сегодня устрою.

— Не много ли у вас девушек? — психолог оставила довольно-таки едкий комментарий. — Что-то нарциссизмом попахивает, раз вы считаете, что вас все хотят, — хохотнула она.

— Вы же говорили, что не оцениваете людей… — Оля издала странный звук.

— А я и не на работе.

— Что, и ты запала, да? — Тимур повернулся к ней, не понимая, что её слова не были комплиментом.

Этого замешательства мне хватило, чтобы схватить его за шкварник и выкинуть из кафе.

Чисто из соображений безопасности своей, Оли, персонала, да и в принципе кафе, я не хотел устраивать драку там.

Тимур зашипел и набросился на меня. Я вовремя увернулся от его кулаков, начав сыпать своими. Тестостерон и адреналин ударили в мою голову. Это было настоящим безумием.

К сожалению, в реальности драка выглядела совершенно не так, как в моей голове, и не так красиво, как в кино.

Но после моего удара по лицу противника из его носа брызнула кровь

Ольна

Лекс не пострадал, но мы всё равно заехали в больницу, и его тело осмотрели. Мы провели в поликлинике около часа, и после приёма Лекс вышел с перебинтованными руками.

После злополучного приключения мы поехали домой. Впервые сегодня мы должны были ночевать в нашей новой общей квартире. И это было прекрасное чувство новизны, начало чего-то хорошего, светлого, чистого. Я с нетерпением ждала этого.

И мне было очень жаль, что такое прекрасное событие омрачилось моим мудаком бывшим. Но, с другой стороны, нет худо без добра. Теперь я была стопроцентно уверена, что не люблю его. Я вообще не чувствую к нему ничего, даже ненависти. Равнодушие. Отвращение.

Раньше я боялась его встретить, увидеть. Боялась понять, что что-то к нему чувствую.

Сегодня я поняла, что любовь наконец-то прошла. Безразличие окутало меня с ног до головы, перемешавшись с разочарованием и отвращением. Мои глаза открылись, и я впервые увидела его таким, каким он был на самом деле.

— Похоже, тебе пора нанять охранника, — задумчиво покачал головой Лекс. — С другой стороны, я осуществил свою мечту: я набил мудаку морду. Давно кулаки чесались. Прямо с тех пор, как о нём услышал!

— И как? Твои кулаки довольны?

Лекс поморщился и покачал головой. Я решила сходить в ванную, чтобы смыть напряжение целого дня. Столько всего произошло за один короткий день, что мне срочно нужен был тёплый душ, много пены, мягкое полотенце и шёлковый халат.

Главное не перепутать последовательность.

После расслабляющей ванны я вышла из комнаты в одном халатике и с полотенцем на голове. В доме чем-то очень вкусно пахло.

Лекса я нашла в импровизированной спальне: любимый успел накачать двуспальный матрас, обставить вокруг него зажжённые свечи. Рядом стояла только что доставленная еда, которая и издавала дивный аромат.

Вишенкой на торте стал сам Лекс, он лежал абсолютно голый, прикрывшись небольшим полотенцем.

— Я смотрю, ты основательно подготовился, — усмехаюсь я, облизнувшись. — Видишь, и ничего мой бывший нам не испортил.

— С чего хочешь начать отмечать? Со страстного секса или с вкусной еды?

— Почему ты заставляешь меня выбирать из двух моих самых любимых занятий? — обиженно бурчу я.

— Придётся выбрать, — Лекс садится, пожимает плечами и разводит руками. Полотенце падает, и теперь ничто не скрывает его идеальное тело.

Вздрагиваю, потому что захотелось прикоснуться к прекрасному. Не верьте, когда о беременных говорят, что они не хотят секса — нагло врут. По крайней мере, не все. Я точно хочу.

Но наш романтический вечер прерывают на самом интересном. Мой телефон звонит, и я, тяжело вздохнув, ухожу в соседнюю комнату, попутно сняв полотенце, освобождаю мокрые волосы.

Неизвестный номер. Хмурюсь. Неужели опять звонят предложить мне какое-то сверхкрутое предложение, от которого я не смогу отказаться, но возьму и откажусь?

— Да? — недовольно бурчу я, вернувшись к Лексу.

— Добрый день. Ольга? — её голос мне смутно знаком и совершенно не нравится.

— Да. Кто это? — решаю не додумывать и спрашиваю напрямую.

— Вас беспокоит жена вашего бывшего мужа…

Я не ошиблась. Мне позвонила его любовница.

Некоторое время я молчу в трубку. День уже испорчен бывшим, и вечер вот-вот может быть испорчен его нынешней.

— Мамочка! — слышу я в трубке детский голосок и на мгновение умиляюсь.

Лекс смотрит на меня непонимающим и удивлённым взглядом.

— Сейчас, доченька. Мама поговорит и придёт к тебе, — ласковым голосом отвечает моя собеседница.

— Так чего вы хотели? — возвращаю собеседницу в разговор.

— Извиниться. — Это слишком неожиданно, и я теряюсь.

— Что, простите?

— Мой муж повёл себя сегодня крайне некорректно, — вздыхает она. — И вообще я хотела извиниться, что увела его из вашей семьи и долгое время считала вас настоящей мегерой. Теперь я подозреваю, что вы были прекрасным созданием, а этот мужчина оказался конченным… — последнее слово не слышно, его перебивает девичий голосок.

— Тимур сказал, что он бесплоден. Типа ребёнок не от него… — зачем-то говорю я.

В трубке раздаётся тяжёлый вздох. Потом я слышу всхлипывание и плач. Неужели сейчас признается, что ребёнок — не его?

Но какая мне разница? Факт измены бывшего всё равно есть, даже если она была беременна не от него.

— Этот мудак всем эту байку рассказывает. Да, он стал бесплодным. Помните, три года назад была тяжёлая операция? Рак…

Я киваю, а затем, поняв, что она меня не видит, поспешно добавляю:

— Да, помню… Я очень переживала за его здоровье…

— Операция прошла хуже, чем мы все думали. Факт его бесплодия вскрылся только пару месяцев назад. Дочь его, он это знает, но Тимуру это не мешает вешать лапшу на уши девушкам, клеить их и мне изменять. На мои упрёки он отвечает коротким: «Не боись, теперь от меня никто не залетит». — Такого монолога я не ожидала.

Открываю и закрываю рот, не зная, что ответить. Лекс вопросительно смотрит на меня, и я качаю головой, мол, не сейчас.

Изменщица рыдает мне в трубку, а я не чувствую злорадства. И теперь до конца понимаю смысл фразы: «Бывший муж ушёл к другой? Неизвестно, кому из вас повезло».

— Почему вы просто не уйдёте от него? Справлялись же вы как-то пять лет без него, воспитывали малютку… Что изменилось сейчас?

В трубке виснет молчание.

— Очень тяжело уйти от человека, который доставил столько радостных эмоций, — наконец, признаётся она. — Знаете, первые несколько лет были сном наяву, несмотря на то, что он был с вами. Вас я ненавидела, особенно слушая его рассказы о том, какая вы плохая.

— Да, я бы тоже себя ненавидела, — хохочу я. — Впрочем, сейчас я хожу на курс терапии, и моя психолог считает, что Тимур ментально нездоров. Что он абьюзер — это понятно и так.

Между нами вновь воцаряется тяжёлое молчание.

— Без него вам лучше? — наконец, спрашивает собеседница.

— Определённо да. В разы. Я встретила мужчину, которого очень люблю, и который любит меня. Мы скоро поженимся, и у нас будет ребёнок. Конечно, мне предстоит долгий путь поиска себя, потому что до отношений с Тимуром я была другой, и мне придётся избавиться от множества травм, что нанесли мне токсичные отношения. Но я справлюсь.

— Ваши слова вселяют надежду. Вы не злитесь на меня?

— Ни капли. Вам я могу только посочувствовать. И огромное спасибо, что избавили меня от мудака. Сама бы я на это не решилась.

Мы прощаемся, и Лекс сразу же интересуется:

— Ты в порядке? Кто звонил?

— Нынешняя бывшего, — отмахиваюсь я.

Затем, заметив его округлившиеся от удивления глаза, просто впиваюсь в его губы своим поцелуем.

Зачем откладывать удовольствие, если жизнь так коротка?

Ольга

Мы успели обжиться и подать заявление в ЗАГС, когда к нам заехали на недельку погостить Милена и Дэн — двоюродная сестра Лекса с мужем. Я не возражала: только порадовалась приятным гостям. Хотелось получше узнать ту, с кем вырос мой братец. Ту, благодаря которой, мой жених хорошо разбирался в девушках.

Я всё так и не рискнула позвонить своей бывшей подруге, чтобы попробовать возобновить общение. Чувство вины сжирало меня, но я ничего не могла с собой поделать. Я слишком боялась её реакции.

Поэтому я решила наладить отношения с сестрой будущего мужа. Всё-таки она сама рвалась к нам.

Милена и Дэн приехали загоревшие и принесли нам гостинцы. Светлая девушка (как по цвету волос, так и душевно) мгновенно полезла обниматься.

— Мы вам вкусного вина привезли! — улыбается жизнерадостный Дэн.

Усмехнулась. У меня уже был виден небольшой живот. Милена так и застыла, глядя на меня.

— Кажется, тут кому-то уже нельзя алкоголь! — первая выходит она из затянувшегося молчания.

— Ничоси! Когда вы успели? — Дэн оживляется, глядя то на меня, то на Лекса.

Мужчины явно были давно знакомы, и я немного чувствовала себя лишней на этом празднике жизни. Вновь ущипнула себя, отогнав достаточно глупые мысли.

— Ох, может, мы на кухню пройдём? Пообедаем? Я как раз наготовила вкусностей, а там уже и обсудим, — замечаю я, почувствовав, как густо начинаю краснеть.

— Я только за! — Дэн поддержал моё предложение. — Мы после перелёта голодные, пипец!

— Только не влюбись в готовку моей невесты, а то станешь врагом номер один для меня, — поджучивает Лекс.

Непонимающе смотрю на него, а мужчины неожиданно смеются.

— Не обращай внимания. Эти гении будут ещё весь вечер шутить на очень глупые темы. Понимаешь, Лекс же у нас — защитник, рыцарь. И типа если Дэн меня обидит, то ему несдобровать, — Милена улыбается.

Мужчины садятся за стол, открыв бутылку дорогущего вина. Вздыхаю: мне нельзя будет его попробовать ещё долгое время.

— Давай я тебе помогу? Чего тебе одной отдуваться, — присоединяется ко мне Милена. — Братец расслабился в моём присутствии, обычно он вообще очень хозяйственный.

В две руки мы мигом управляемся, накрываем на стол, нарезаем овощи и кладём мою запеканку в тарелки.

Лекс разливает вино, а мне заботливо предоставляет апельсиновый сок.

— Ну, что ж, за знакомство и за встречу! — радостно отмечает Дэн, подняв бокал.

Мы все чокаемся и делаем пару глотков.

Разговор и напитки полились рекой. Мы весело болтаем на самые разнообразные темы, радуясь тому, что вместе. Эта компания мне действительно нравится: люди добры и приятны. Подвоха и предательства я не жду.

Милена и Дэн делились фоточками с их медового месяца, рассказывают о том, как в целом съездили, и выглядят счастливой парочкой. Подталкивают и нас съездить.

Надеюсь, что и мы с Лексом также счастливо выглядим со стороны. Уж очень мне хотелось быть такой же лёгкой и беспечной, как они.

— Ну, а вы? Чо, когда успели? — Дэн возвращается к этому разговору, когда изрядно выпил и уже не контролирует себя. — Вы не подумайте… но, надеюсь, не по залёту женитесь?

В комнате повисла гробовая тишина. Я не думала о таком повороте событий и теряюсь.

А что, если…

Мне не дают погрузиться в свои печальные мысли, потому что Милена показательно пинает своего мужа со словами:

— Лекс, между прочим, целый год страдал по ней. Так что это точно не по залёту!

Ольга

Постепенно я оживала и расцветала. Милена умудрилась разбудить во мне давно уснувшее чувство азарта. Уснувшее чувство любви к настольным играм. Помню, мы разругались из-за Монополии с друзьями Тимура, и бывший запретил мне играть вообще.

— Ой, брось, Монополия — ад кромешный! — отмахивается Милена, когда я делюсь своими переживаниями. — Из-за неё перессорилось столько людей, развелось столько семей… В общем, что угодно, только не Монополия.

— Ты сейчас шутишь? — удивлённо открываю рот я.

— Ни капли! Если тебе нравилось играть, ищи те игры, которые тебя устраивают более чем полностью. Зачем отказываться от настольных игр, если не зашла всего одна? — Милена говорит очень логичные вещи, а я задумываюсь.

В конце концов, неделя, что провели Милена и Даниил у нас в гостях, подходит к концу. Они уезжают домой. Мы с Милой обещаем друг другу списываться как можно чаще.

Мне вновь приходится возвращаться к суровой реальности. Реальность такова: мне двадцать шесть, скоро мой день рождения, я скоро повторно выйду замуж и… у меня нет подруг. Двоюродная сестрёнка будущего мужа и психолог не в счёт.

В итоге я набираюсь смелости и разыскиваю в соцсетях по старым перепискам свою университетскую подругу. И нахожу, любуясь её фотографиями. Годы совершенно не испортили её. Она по-прежнему выглядит молодой и счастливой.

Теперь уже замужней и с ребёнком. Её муж мне незнаком, но чисто по фотографиям он выглядит добродушным мужчиной.

Тяжело вздыхаю и всё-таки пишу сообщение.

«Привет. Ты была права».

Ольга

Время стремительно неслось. Я не успевала за изменениями. Рос мой живот, росла компания в Москве, росли мои заботы.

Беременность протекала спокойно. Я наблюдалась у врача, противопоказаний не было. Вскоре мы узнали пол: мы ждали девочку.

Работа с психологом тоже шла успешно. Женщина радовалась моему успеху, продолжая вычищать всё негативное, что произошло в моих прошлых отношениях. Всё то плохое, что было у нас. И теперь я была так рада, что Тимур остался в прошлом!

К счастью, когда он узнал, что у меня будет ребёнок от другого мужчины, обозвав меня потаскухой, он больше не подходил ко мне. Я же радовалась и носила обретённый статус с гордостью.

Приближалась свадьба. Мы выбрали дату в конце второго триместра, чтобы я без проблем вернулась в родной город на самолёте. Свадьбу мы планировали провести в кругу близких: мамы, отчима, Милены и её мужа, Леры и её мужа. Последние двое любезно согласились погостить в моём родном городе.

Я даже пообещала показать им достопримечательности.

Вместе с Миленой и Лерой мы несколько дней выбирали платье. Остановились на бежевом, чуть ниже колен. Белое платье и пышная свадьба у меня уже была, отчего я хотела что-то попроще.

— Будешь принцессой, — улыбнулась Лерун. — Наконец-то нашла достойного короля.

Я была счастлива, что в этот знаменательный день рядом со мной были только родные и близкие.

Никакой шумихи. Никакого позёрства и «павлинства». Только счастье.

Потом ЗАГС. Обмена кольцами, наше согласие и… я наконец-то меняю фамилию бывшего мужа на фамилию нынешнего. И, надеюсь, что больше мне не придётся менять фамилию. Эта мне нравится больше всех.

Дальше ресторан на восемь персон, где все пьют, кроме меня, невесты. И где абсолютно все веселятся и все счастливы.

Мой мочевой пузырь периодически напоминает о себе, и я бегаю в туалет.

— Ох, я даже представить не могла, что ты, моя дорогая, спустя полгода выйдешь замуж за моего пасынка, — в один из таких заходов отметила мама, довольно улыбнувшись. — И я рада, что, наконец, моя дочь обрела счастье. И не с каким-то ушлёпком, а с нормальным мужчиной.

Отмечаю про себя, что туалет — странное место для таких разговоров, но уже ничему не удивляюсь.

— Если тебе не нравился Тимур, почему ты сразу об этом не сказала? — вымыв руки, поинтересовалась я.

— Ты бы всё равно не послушала… Впрочем, я считаю, что у каждой должен быть свой опыт. Мне тоже не повезло с твоим отцом, но зато у нас родилась ты. Это ли не счастье? — Мама вытерла слёзы салфеткой.

— Счастье, мама, — обняла её и, расчувствовавшись, расплакалась.

Как же всё-таки здорово иметь такого близкого и родного человека. Надеюсь, я стану такой же для своей дочки.

В середине нашего «слёзопролития» в туалет ворвалась Лера.

— Ну вот. Опять! Опять нюни распустили! Хорош реветь, Оля. После свадьбы жизнь не заканчивается, а только начинается, если мужчина хороший. А у тебя отличный! — воскликнула она. Заметив, что мы не реагируем, девушка махнула рукой. — Чёрт с вами, дурёхи! — После чего присоединилась к нам, обняв нас в своей экстравагантной манере.

Рассмеялась. Как же здорово, что все мои близкие рядом!

Пусть это счастье продлится вечность!

__Мы близимся к завершению, и я радую вас марафоном прод. Приглашаю вас в свою новинку Две полоски от незнакомцаСлучайная ночь с незнакомцем приводит к неожиданным последствиям — двум полоскам на тесте. После стольких неудачных попыток с бывшим — я не смогла от него забеременеть, и мы расстались. Как я вообще попала в эту ситуацию?! Ребёнок долгожданный, но как уведомить его отца? Ведь в то утро я с позором сбежала, не узнав даже его имени…

Ольга

К такому меня жизнь не готовила. Вообще именно на этом можно остановить свой рассказ, но…

Ты можешь быть самым подготовленным на свете к родам. Можешь учитаться литературой, уходиться на всякие тренинги, научиться правильно дышать, но в самый ответственный момент забыть всё к херам, потому что роды — самое неконтролируемое в жизни.

И тебе так больно, что ты даже не можешь двух слов связать. А в голове так и вовсе нецензурная брань от невыносимой боли.

Поясница отваливается, всё тело сжимается. Знания, приобретённые из статей, врачей и коучей, тебе твердят, мол, расслабься, не позволяй телу напрягаться.

Ты не можешь!

Тебе больно!

Ты и дышать «собачкой» не можешь.

И ненавидишь всех учителей, которые всё это напридумывали.

Лекс волнуется, носится подле тебя, усаживает в машину, везёт в роддом. Ты ненавидишь всё и всех, потому что невыносимо больно. Врачи уводят тебя в специальную комнату для подготовки. Хочется есть, пить, плакать.

Не можешь.

Разрешают только пить. Еда и всё остальное — не положено.

Схватки накатывают волнами. Раскрытие идёт медленно, и ты переживаешь, что твоя маленькая девочка может и вовсе не вылезти из тебя. Ты готова ко всему, даже отказаться самостоятельно рожать и сделать кесарево. Но… боишься.

В конце концов, бесконечная пытка заканчивается, и тебя увозят рожать. Дальше — как в тумане. Сквозь пелену разума ты слышишь короткое:

— Тужьтесь! Давайте! Вы — молодец.

Потом крохотное тельце дают тебе в руки, и ты чувствуешь себя самой счастливой на земле. Ты справилась. Ты перенесла муки родов и дала жизнь новому человечку.

После всего это ты просто… отключаешься.

Ольга

Разве настоящая любовь имеет срок годности? Разве дружба может заржаветь? Теперь я точно знала ответы на оба вопроса. Настоящая любовь с годами лишь расцветает, даже если попадает под бурю и шторм бытовухи.

Дружба, даже если вы несколько лет не общались, может вспыхнуть вновь, взбудоражив всех участников процесса.

Так случилось и со мной в обоих случаях.

Мне было чертовски больно расставаться с Тимуром, но простить измену я ему не смогла. И тогда в моей жизни появился Александр — мой сводный братец. Всё сразу же встало на свои места. Я поняла, что такое любовь на самом деле. Поняла, что такое любить и быть любимой.

С дружбой всё оказалось прозаичнее. Лера перестала общаться со мной, когда Тимур перетянул внимание на себя, заставив отказаться от друзей. И теперь, когда «помехи справа» не было, мы вновь восстановили нашу дружбу.

Забавно. Вот как бывает, когда из жизни вычёркиваешь ненужного, лишнего человека, и жизнь автоматически налаживается. Это ли не настоящее счастье?

Кстати, с любовницей бывшего мы начали постепенно общаться. Дарья оказалась доброй и милой собеседницей, и я когда-то проходила через то же, что и она. И знала, каким это было адом. В итоге, когда моей Леське было полгода, Дарья порадовала меня тем, что подала заявление на развод.

Мы как раз сидели у меня дома и праздновали это событие.

— Нечего держать этого мудака подле себя. Я устала! — буркнула она, поведя плечом. — За новую жизнь! — И мы чокнулись поднятыми бокалами вина.

— У этого мудака вообще-то есть научное название, — усмехнулась я, отправив свой любимый вкусный салат в рот.

— Какое же? — усмехнулась она.

— Нарцисс обыкновенный, — и, видя её округлившиеся глаза, я поспешно добавила: — Но это не то, о чём ты подумала. Он далеко не тот цветочек, который растёт на грядке. Нарцисс — это психическое заболевание. И окружающие рядом с ним сильно могут подпортить себе психику. Есть только один действенный способ не угрохать себя.

— Отправить нарцисса к психологу? — усмехнулась Дарья, тоже попробовав салат моего собственного приготовления.

— Ну… Это малоэффективно. Многие нарциссы не понимают, что они больны, и считают, что это люди не правы и их ущемляют. Могут начать спорить со специалистами, — пожала плечами, махнув рукой. — Но мы можем обезопасить себя самостоятельно. Просто перестать с ними общаться.

— Дельный совет, — кивнула Дарья. — У меня как раз план действий есть. Дочурку свою я на недельку в деревню к бабушке отправила. Тимур никогда туда не ездил, считал, что копаться в грядках — ниже его достоинства. В итоге адреса он не знает, и моя принцесса в безопасности. Пока он на работе — я поменяла замки. Надоело.

— Правильно. Нечего вести переговоры с террористами, — кивнула я. — Как ему вещи передашь?

— Есть отличная идея, — вклинилась Лера в наш разговор. — Просто вышвырнуть его вещи в окно, когда будет под окнами.

— Ну, я не настолько жестока, — Дарья неожиданно хитро улыбнулась, а я вскинула брови. — Но, вообще, у него есть замечательный друг… Я бы попросила его вынести мусор за моим бывшим мужем, — усмехнулась девушка.

— Гениально! — кивнула я.

Моя психолог была права. Уйти от супруга гораздо проще, когда появляется любовный интерес. Или, когда у него есть любовный интерес, и ты не готова терпеть измены.

Мы ещё немного посидели с Дарьей, и подруга пообещала чиркануть, что да как у неё с войной. Тимур от меня ушёл без лишних вопросов, за что я ему была благодарна. А вот с Дарьей у них общий ребёнок, и бедная девушка уже наслушалась, мол «ребёнку лучше хоть с каким-то отцом, чем без него».

Но, если честно, я бы тоже не стала сохранять брак, если у нас были бы дети, а он гулял на стороне. Ну его на фиг. Свой комфорт и психологическое здоровье куда важнее, чем семья в кавычках. Потому что только у счастливых родителей — счастливые и здоровые дети.

Дарья ушла, а я ещё долго стояла на балконе, наслаждаясь теплом летнего солнца. Лекс вот-вот должен был вернуться домой после тяжёлого рабочего дня. Это я временно в декрете, но мы уже начали обсуждать мой выход на удалёнку на полставки. Да и Лекс сам работает на частичной удалёнке, чтобы подольше бывать с Лесей, или, как он говорит, с «обеими принцессками».

Но у меня без любимого дела начинает ехать кукуха, и психолог тут уже не помогает. Что ж, буду учиться совмещать своё маленькое чадо и любимую работу. Всё-таки целая жизнь впереди, и я просто обязана быть счастливой.

Хватит страданий. Я выбираю любовь и счастье.