У края леса в высокой траве то и дело мелькали пушистые рыжие волосы.

— Аха-ха-ха!!! — послышался звонкий весёлый девчоночий голос. — Всё, хватит!!! Хватит!

Девочка упала на траву, широко улыбаясь. Рядом с ней аккуратно сел парень. Протянув руку, он начал накручивать на палец локон её мягких волос.

— Ты такая красивая! — тихо и задумчиво проговорил он. — И это нежно голубое платье очень подчёркивает необычный цвет твоих волос.

Девочка смущённо отвела взгляд. Но она была невероятно счастлива от таких слов.

Парень нежно взял её за руку.

— Тигрида Двуликая — ты выйдешь за меня замуж? — не отводя от девочки глаз, он поцеловал её запястье.

Весь мир, как будто, остановился. Сердце начинало стучать чаще. А радость переполняла душу. Девочка посмотрела на свою первую любовь.

— Но мне только исполнилось двенадцать…

— Возраст имеет свойство расти.

— Но… — она не успела возразить, так как её перебили.

— Тигра! Тигра, — к ним приближалась темноволосая женщина.

Парень решил, что лучше встать.

— Здравствуйте, госпожа Сирин. — Поздоровался он и помог подняться Тигриде.

Женщина остановилась и, подняв бровь, начала поглаживать свой большой живот.

— Сокол Ламберт, — медленно проговорила она, — здравствуй. Что ты здесь делаешь?

— Я охотился неподалёку, а потом увидел Тигриду и подошёл поздороваться. Но мне уже пора. Отец скоро спохватится.

Парень посмотрел на девочку и, отпустив её руку, отправился в лес.

Проводив его взглядом, Тигра поспешила к беременной женщине. Обнявшись, они медленно пошли к месту пикника.

— Сколько ему лет? — спросила Сирин.

— Шестнадцать, мамочка, — ответила весёлая девочка.

— Шестнадцать… Вы последнее время часто общаетесь. Это он настаивает?

Тигрида остановилась и, всё также обнимая маму, посмотрела ей в глаза.

— Я очень-очень люблю его, мамочка.

Это было неизбежно. Красивый и любезный, сын богатого Льва Ламберта, просто не мог не привлекать внимания девушек. Вот и дал знать о себе, наступивший, переходный возраст дочери.

— Доченька, ты помнишь, мы на днях разговаривали об отношениях между мужчинами и женщинами. Мне не хочется, чтобы ты, на поводу у гормонов, натворила глупостей.

— Мамочка, — девочка засияла и засмущалась. — Он просил меня, когда я подрасту, стать его женой.

— И что ты ответила? — немного нахмурилась мать.

— Ничего. Я пока ничего не ответила. Ты пришла, и мы не договорили.

Сирин прижала дочь к себе ещё крепче.

— Ладно, моя хорошая. Только ничего пока не говори отцу.

— Хорошо, — ответила девочка и спросила. — Но почему, это же папа?

— Потому что Ламберт должен был сначала спросить разрешения у твоего отца, а не обнадёживать тебя. А что, если Энт Двуликий будет против? Ты будешь печалиться.

— Я ему не скажу, но ты его уговоришь, если что?

— Я постараюсь, — пообещала мать.

— Где это вы были? — Энт менял посуду на покрывале. — Кира почти всё мясо съела.

— Как так??? — Тигра подбежала к своему месту и принялась разыскивать остатки любимого лакомства.

— Ещё немного и вы бы остались без шашлыка. Но! — Отец полез в корзинку возле него. — Я немного припрятал для моих мальчиков.

— А-а-а!! — завопила Тигра. — Они даже не родились, а ты только им потакаешь. Так не честно! Я тоже…

— Цыц! — грозно шикнул отец на раскапризничавшуюся дочь. — Они может, и не родились, но уже довольно большие. К тому же, что я всегда тебе говорил? Я люблю тебя особенно…

— …особенно сильно, потому что ты мне как единственный сын. — Договаривая последние слова Тигра возликовала. — Папочка!!! Так ты и мне оставил?

Тигра повисла на шее у отца.

— Папуличка, я тебя сильно-сильно-пресильно люблю! Спасибо, спасибо, спасибо!!!

— Ах ты, подлиза!!! — Сирин села возле мужа и поцеловала его в щёку. — Лучше расскажи, кого ты видела на поляне.

— И кого же?

— Там был Сокол Ламберт, — промямлила Тигра и вдруг что-то вспомнила. — Ой, папочка! Знаешь, что он рассказал? — Она взяла блюдо с шашлыком и села на своё место. — Он с отцом на днях снова видел того безумного старика. А ещё его брат разговаривал с этим сумасшедшим.

— Того что бывает у нас на праздниках? — Энт сначала немного удивился, а потом нахмурился. — Странный человек, но не надо называть его сумасшедшим только из-за того что он ведёт себя не как все. — Глава семьи принялся расставлять еду перед проголодавшейся женой. — Я тоже как-то с ним разговаривал. Он вполне адекватный старик. Даже совет дельный дал.

Тигра наполнила свою тарелку и с наслаждением съела первый кусочек. Но тут же её лицо погрустнело, потому что отец переставил блюдо с мясом ближе к жене, возле которой вновь мостилась Волкирия.

— А ты опять всё мясо съесть прибежала? — прошипела Тигра.

— Может, ты мне ещё в рот залезешь и посчитаешь, сколько в желудке кусочков? — съязвила Кира, поправила свои роскошные чёрные волосы и демонстративно с наслаждением съела небольшой кусок шашлыка.

— Ещё чего! — ухмыльнулась Тигра и продолжила трапезу. — Того и гляди целую меня слопаешь.

Волкирия аж щёку прикусила.

— Ах ты мелкая! — воскликнула она и сорвалась с места.

Мустангия поправила одежду спящему на её плече мальчику и аккуратно обошла камень на пути.

— Кто тут самый красивый? — пятнадцатилетняя Ланида сюсюкалась с годовалым ребёнком на руках. — Кто это у нас уже бегает?

Малыш смеялся от щекотки и Муса улыбнулась.

— Ах ты, мелкая гадина! — послышалось впереди.

Девушки посмотрели на источник шума. В их сторону бежали сёстры. Мустангия прижала палец к сомкнутым губам, показывая, что надо быть тише. Тигра проскочила мимо, словно кошка, без единого шороха. Тут же подоспела и Волкирия.

— Лань! — Кира обняла сестру. — Ты пришла! А что это за крошка на ручках у тёти?! — Она потрепала щёчки ребёнка. — А? Кто это тут такой большой? Ну, всё. Тёте Кире пора. Надо проучить другую твою тётю, которая пронеслась тут и не поздоровалась.

— Чтобы ты меня поймала? — ответила Тигра в десятке метров от них. — Я уже устала тебя ждать. Или ты выдохлась?

Волкирия зарычала и рванула к нарывающейся сестре. Когда они скрылись среди деревьев, старшая сестра рассмеялась.

— Кире на днях замуж выходить, а она всё туда же. Бедный её муж.

Лань вздохнула.

— Интересно, они когда-нибудь перестанут ссориться?

— Вряд ли. — Так же вздохнула Муса и пошла дальше, удостоверившись, что малыш на плече спит. — Но не удивительно, что они так себя ведут: у них такие разные характеры и взгляды на жизнь.

— Удивительно как имена влияют на людей. — Лань задумалась. — Или это судьба? Может нам даются такие имена потому, что мы вырастем такими людьми? Родители подсознательно или по случайности дают нам их. Это послание свыше? Вот смотри: у тебя крепкое здоровье и быстрые и сильные ноги.

Мустангия тихо посмеялась.

— Не знаю. Я никогда не задумывалась о таком. Но если подумать… Ты Ланида. Лань. Ты травоед. Спокойная. Грациозная. Любишь лес. Наверное, и замуж за грибника выйдешь.

— Ну, уж нет! — Лань сказала, как отрезала. — Ни за какие цветочки я к грибникам жить не пойду. Всю жизнь в земле возиться — это не моё.

— А может тебе уже кто-нибудь нравится?

— Нет. Мальчишки — дураки. Скорее всего, — её глаза мечтательно заблестели, — своего суженого я встречу, когда уеду учиться в Империю.

Когда в семье Двуликих родилась девочка с ярко рыжими волосами, её хотели назвать Лисаидой. Но самая старая женщина сказала, как отрезала: будет Тигридой. От могучего тигра, а не хитрой собаки.

Так и росла рыжая девочка — как кошка: любила играть и охотиться. Старшие сёстры её всё время бранили, а младший брат — восхищался. Мать беспокоилась за её непоседливый характер. А отец переживал, что она останется старой девой. Старшие сёстры уже замужние ходили. А за Тигру никто и не спрашивал. Большого приданого не обещалось и младшая дочь не станет главой клана, особенно когда родился сын.

Энт Двуликий опёрся на кулак, наблюдая за огнём в камине. Недовольные мысли упорно терзали мужчину. «Как только старшие дочери достигали шестнадцатилетнего рубежа, за них сватались и они уходили в семью мужа. Но только не Тигрида. Что же будет с ней? Она останется в этом доме? Нужно срочно что-то решать. Время идёт, дочь взрослеет. Гляди того и принесёт ещё в подоле…» — размышления Энта были прерваны тихим спором. Мужчина нахмурил брови.

— Что вы делаете? — грозно спросил он шумную парочку.

— Папа, скажи, что Кречет не может пойти со мной.

— Ты опять на охоту? Тигра, тебе нужно постигать женские премудрости. Иначе останешься одна. А сидеть на своей шее я не позволю.

— Папуличка, скажи мне, пожалуйста, когда наступит такой день. Я жду не дождусь, — съязвила дочь отцу. — А пока угомони своего наследника.

Девушка развернула брата и, подтолкнув в сторону отца, скрылась за дверью.

— Тигра, — послышалось сзади, — вот негодница!

Но было поздно. Тигрида со всех ног бежала в лес.

Деревья и кусты мелькали пред взором влюблённой девушки. Не замечая дичи вокруг, она бежала навстречу мечте. На опушке леса девушка остановилась. Переведя дыхание, она неторопливо пошла вглубь деревьев.

За этим лесом начиналась территория старого города. Иногда сюда захаживали желающие поживиться утерянными кладами. И нужно быть предельно осторожными. Внимательно осматриваясь Тигрида пробиралась дальше в лес, пока не увидела знакомый силуэт. Обрадовавшись, она хотела крикнуть, но передумала. Впереди стоял свирепый вепрь, а юноша держал в руке один охотничий кинжал. Тигра быстро и бесшумно сняла лук и достала стрелу. На левую руку она надела когти и справа наготовила диск.

Девушка сосредоточилась. Если всё сделать точно и быстро — её друг не пострадает.

Тигра натянула лук. Как только вепрь сорвался с места, она отпустила стрелу. Раздался дикий рёв. Отбросив лук, девушка схватила диск и, не целясь, запустила его в зверя. Да, за годы тренировок её меткость была безупречна. Сорвавшись с места, Тигрида сильнее зажала когти. Поняв её манёвр, юноша бросился на вепря.

— Тигрида, ты как? — парень взволнованно осматривал спасительницу.

— Со мной всё в порядке, — улыбнулась она. — А ты? Нигде не поранился?

— Думаешь, он бы меня ранил?

— Нет, конечно же. — Успокоившись, она посмотрела ему в глаза. — Иди ко мне.

Возлюбленные сплелись в поцелуе. Тигра обожала, как страстно целуется Сокол после дозы адреналина. Еле расставшись с милым прикосновением, девушка нехотя открыла глаза. Парень счастливо улыбался.

— Если бы не условности, — он с интересом посмотрел ниже её шеи, — я бы сейчас такое с тобой сделал…

Сокол попытался поцеловать Тигру, но она отстранилась.

— Это не условности, а традиции! — начала опять девушка.

Сокол закатил глаза и зашагал к недавно убитому вепрю. Каждая лекция о морали начиналась именно с этих слов. И зачем он опять это произнёс? Такая примерность уже порядком поднадоела. Поскорей бы вечер. Вероника не донимает лекциями. Хотя ей ничего и не светит, она хорошая любовница. Кстати, о вечере…

— Киса, ты идёшь на праздник?

— Только, если с тобой, — от неожиданности Тигра замялась, но собравшись с мыслями, начала сетовать. — Ты меня опять не слушал? Да?

— Ой, да брось ты! — отмахнулся парень. — Я знаю все обряды назубок. Просто тебе 16, а мне уже 20. Нам давно можно, а приходится ждать твоего совершеннолетия.

Девушка опустила голову.

— Но можно же… и не ждать.

Сокол резко остановился и повернулся.

— Ты что же: согласна?

— Да, — робко ответила она. — Я уже давно решила, что соглашусь на наш брак.

Тигрида не верила, что наконец-то это сказала. Парень обрадовался:

— Так что же ты тогда сопротивляешься? — тут до него дошло, то, что сказала его спутница, и он осел. — Брак?

Девушка прильнула к любимому, чтобы не смотреть ему в глаза.

— Помнишь, когда мне было 12 лет, ты встретил меня на опушке этого леса? Ты тогда спросил, не хотела бы я стать твоей женой. Но я не успела ответить: к нам подошла моя мама. Но уже тогда я была согласна. Просто я стеснялась тебе в этом признаться. А сейчас мне всё равно. Потому что, я люблю тебя больше жизни.

Юноше ничего не оставалось, как обнять девушку, которая всё крепче сжимала его за пояс. Такого он никак не ожидал. Хотя ещё год назад он и мечтал сделать её своей женой. Но сейчас всё по-другому. Второй сын Ламбертов, не может жениться на младшей дочери главы небогатого клана. Бедная жизнь в Богом забытой деревушке явно не льстила амбициозному парню.

Нужно было срочно разрядить ситуацию.

— Я так рад, что это так.

— Правда? А я боялась, что ты… — Тигра заглянула ему в глаза. — Ты ведь мог уже и передумать. И найти другую невесту.

Мог. И передумал. Правда, невесту ещё не нашёл. Но всё ведь впереди, правда?

— Ну что ты киса, мне кроме тебя никто не нужен. — соврал он.

Вот что теперь делать?

— Ну, что ж. Тогда дело осталось за самым сложным.

— Чем это? — не понял Сокол.

— Мой отец. Его ещё надо уговорить. Я не знаю его мнения, но мама обещала помочь, если что. Тебе нужно только попросить моей руки.

— А что, мама знает о нас?

— Да. Я ей всё-всё рассказываю.

— Прямо всё-всё?

— Нет, не настолько, — счастливая девушка опять прижалась к возлюбленному.

Это плохо. Это очень плохо. Всё ещё хуже, чем могло бы быть. Хотя куда хуже?

— Ладно, милая, надо собираться домой. — Сказал он, и присев над вепрем коснулся его раны. — Кровь нормальная. Есть можно будет.

— Сокол.

— Да?

— Так мы идём на праздник ВМЕСТЕ?

Этот вопрос ещё больше не радовал парня.

— Конечно вместе. А как же иначе?

Во дворе Двуликих столпилось много народу.

Перед праздником костров, семьи зятей договорились встретиться у дома невесток. Это был ближайший дом к центральной площади. И многие хотели лично поприветствовать главу Энта и госпожу Сирин. Чтобы семьи их дочерей процветали, эти двое приложили немало усилий и денег.

А всем известно как Энт не любит тратить деньги. Благо, господа Сирин смолоду знает толк в том, как потратить их с умом.

Пока Энт придумывает как зятьям эффективнее работать, Сирин одаривает дочерей и их свекрух практичными и качественными подарками.

Сегодня сёстры, дабы порадовать мать, преподнесли ей особенный подарок. Общими усилиями они откуда-то достали гриву единорога и вышили ею прекрасные белые цветы, которые так любила их мать.

Растрогавшись от проделанных усилий, Сирин пустила слезу, и тут же оказалась зажата в объятиях дочерей.

Мустангия с детьми ушла первой, и вслед за ней потянулась семья её мужа. Сам он, по какой-то причине, отсутствовал.

Волкирия поцеловав дочь и мужа, пообещала вскоре к ним присоединиться. Нянечка забрала девочку из рук отца и пошла вслед за главой клана.

Волкирия взглядом проводила толпу родственников мужа и нахмурилась.

Перед свадьбой в клане жениха проводилась смена поколений и Рудольфо, победив всех соперников в бою, должен был стать главой клана.

Но действующий глава, ещё не собирался отдавать своё место. В финальном бою он провернул коварный трюк и победил.

Волкирия взбесилась. Но её не поддержали. Или никто не видел, или боялись признаться.

Тогда она перепрыгнула через ограждения и потребовала бой.

Глава лишь посмеялся над девушкой и согласился.

И зря.

У Двуликих Волкирия отличалась даже среди соклановцев. Необычайно ловкая и умная. От её взора не уходили даже малейшие движения оппонента. А тем более его ошибки она использовала по максимуму.

Очень быстро глава был побеждён, как и все остальные кто бросил ей тогда вызов.

По правилам её должны были признать главой. Но никто этого не поддержал. В итоге совет решил оставить нынешнего главу до следующей смены. А на Рудольфо насели старейшины, чтобы он быстрее женился и дал потомство с такой сильной женщиной.

Даже когда первой родилась дочь, все только радовались. Кто-то даже пророчил, что впервые за долгое время главой однажды станет женщина.

Но Волкирия сказала, что даст на то своё согласие, только если сдохнут старожилы, что не дали её мужу стать главой. А если они к тому времени не помрут сами, то она им обязательно поможет.

Такое поведение забавило стариков. Им нравился её характер. Но они не собирались принимать чужачку в главы. А пока сильнее её нет, глава не переживал, что его кто-либо свергнет.

Так они и жили.

Со временем, её доброе сердце покорило родственников мужа. И её тепло принимали, понимая, что она обнажает клыки, только когда обижают близких ей людей.

Волкирия вздохнула. Последнее время она переживала, что никак не может забеременеть вторым ребёнком.

Подойдя к колодцу, дабы отпить воды, она заметила молодожёнов. Спрятавшись за деревцем, они предавались страстным поцелуям.

Волкирия усмехнулась.

— И долго вы ещё будете миловаться у всех на глазах?

Они отпрянули друг ото друга и неловко улыбались. Ланида прочистила горло и попрощалась с муженьком.

К ней неловко подошёл юноша лет четырнадцати, и она спохватилась.

— Кира, а ты не видела мелкую? У меня к ней срочное дело.

— Нет, не видела.

— Надеюсь, она ещё не смылась.

— Тогда поспешим. — Волкирия взяла сестру под руку и прошептала. — Тебе навязали охранника? Муж боится, что ты разглядишь какой он страшный и снова сбежишь в столицу?

— Да не страшный он! — пыталась оправдать возлюбленного Ланида. — Ты ничего не понимаешь!

— Ну да, ну да!

Паренёк тихо последовал за ними.

Закончив дела по дому Тигрида начала собираться на праздник. Старинное торжество сопровождалось песнопениями, танцами, поеданием сладостей и прыжками через костёр. В деревне после этого праздника всегда начинался сезон свадеб. И девушка надеялась, что и ей посчастливится.

При осмотре платьев Тигра остановила свой выбор на нежно-голубом. Прямо как в тот далёкий день на опушке. Сегодня её любимый попросит отца об их свадьбе.

Помывшись и причесавшись, девушка надела платье. Встав перед зеркалом, она поняла, что сделала правильный выбор. Рыжие волосы, голубые глаза. Да, это самое лучшее платье для этого вечера.

Вдруг дверь отворилась и с громким смехом в комнату ввалились две девушки.

— Что вы делаете? — завозмущалась прерванная Тигрида.

В ответ девушки опять громко рассмеялись.

— Да ладно тебе, — отмахнулась светлокожая брюнетка. — Лань хотела поговорить.

Незваная гостья села на кровать, а её смуглая спутница осталась в дверях. Ланида поправила тёмно-рыжие волосы и посмотрела на сестру.

— Тигра, ты же знакома с Соколом Ламбертом?

— Да-а, — непонимающие протянула Тигрида.

— У моего мужа есть младший брат. И он очень хочет познакомиться с Ламбертом. Так, ты ему поможешь?

— А почему он сам к нему не подойдёт? — девушка явно не хотела навязывать возлюбленному своих новых родственничков.

— Он стеснительный. Ну, так что?

Тигра посмотрела на одну, а потом на другую сестру. Ланида и Волкирия не переставали странно улыбаться. И девушка почувствовала неизбежность.

— Ладно.

Не успела она договорить, как брюнетка вскочила с кровати и направилась к двери, из-за которой, они буквально вытащили худощавого паренька.

— Это Крокус. Приятного вечера! — обе девушки быстро удалились, закрыв за собой дверь.

Юноша повернул голову и робко посмотрел на стоящую перед ним девушку. Она была явно чем-то расстроена.

— Меня зовут Тигрида.

— Да, я знаю. А меня Крокус.

— Очень приятно. — процедила сквозь зубы Тигра и не дала парню ответить. — Выйди и подожди меня возле дома.

— Как скажешь, — согласился он и торопливо ушёл.

Как они могли! Скинули на меня заботу о парнишке, а сами умчались в неизвестном направлении. Как же плохо иногда быть младшим ребёнком. Все шишки вечно мне. Вот что я теперь скажу Соколу!? Там будут наши друзья, а я с ребёнком. Хотя… Может в толпе его не будет заметно?

Тригрида перевела дыхание и постаралась успокоиться.

Всё будет хорошо.

Но не успела она выйти из своей комнаты, как ей поручили временно присмотреть за братом и его друзьями. Пока дети побежали во двор, девушка упрашивала мать забрать их обратно.

— Нет, — родитель стояла на своём. — Идите на праздник вместе, а я подойду позже и заберу их.

Что могло быть хуже?! Вечер испорчен.

Тигра вышла на крыльцо и оглядела двор. Ребята столпились вокруг парня постарше. Было, похоже, что он что-то им показывал, а они притихли в ожидании апогея. Девушка почти бесшумно подошла к ним. Но её, казалось, никто не замечал. Она начала вглядываться.

Крокус сидел на голой земле возле одинокого цветка. Он медленно и аккуратно водил указательным пальцем по краям лепестков. От его прикосновения цветок менял цвета. Потом семь лепестков окрасились в цвета радуги. Парень резко одёрнул руку, и растение лопнуло, разлетевшись как одуванчик на ветру. Дети моментально начали бегать и ловить чудесные шарики. Крокус наблюдал за ними и был необычайно счастлив. А Тигра наблюдала за ним и тоже улыбалась.

Пепельно-русые волосы медленно колыхались на ветру. Лучистые голубые глаза сверкали. Улыбка и смех привлекали ещё детской беззаботностью. Через пару лет парень определённо будет популярен у девушек.

Вдруг он перестал улыбаться. И Тигрида увидела, что он смотрит на неё. Причём смотрит явно испуганно.

— Я что, такая страшная?

— Почему же, нет… — не понял юноша.

— А к чему тогда этот испуганный взгляд?

— Испуганный? — Крокус замешкался. — Да нет. Просто… Ты не могла бы никому не говорить?

— О чём?

— Ну… ты же видела, что я сейчас делал.

— Об этом? Но почему? Это же замечательно! У тебя дар. Ты наверняка станешь лекарем…

— Я пока хотел бы оставить это в тайне.

— В тайне? Но детям же показал.

— Они обещали никому не рассказывать.

— И ты им веришь?

— А как иначе?

Тигра посмотрела на всё ещё бегающих ребятишек. Никому не скажут или просто забудут. А кому ещё верить, если не детям. Малышам, которые ещё не видели всей фальши взрослого мира.

— Тогда и я никому не скажу. Какими бы ни были твои мотивы.

— Спасибо, — улыбнулся он, а Тигрида смущённо отвела взгляд.

— Идём? — девушка протянула ладонь к брату, но её с двух сторон ухватили за руки его друзья.

Малыши задорно и громко вопрошали:

— Тигра, Тигра, а ты правда можешь…

— Моя! — гомон стих из-за крика. Кречет растолкал друзей и ухватил сестру за руку. — Моя Тигра! И вопросы по очереди.

Дети стали парами. Двое мальчиков пошли с Крокусом. И так до самой площади Тигриду не отпускал братик, а на свободной руке всё время висли разные ребята и завали однотипные вопросы. Рука уже ныла, но Тигра была рада, что она авторитет у стольких малышей. И в выгребную яму все женские штучки! Вышивкой и платьями так не восхищаются. Военное искусство — вот это её стихия. Это то, что хотелось делать всегда. Это то, что делает её счастливой.

Придя на площадь, Крокус потащил всех водить хоровод. Музыка лилась не переставая. Ото всех доносился счастливый смех. Тигра радовалась как никогда. А Крокус всё крепче сжимал её руку.

Сокол Ламберт пришёл на праздник явно не в настроении.

Опять поссорился с отцом.

В прошлом году старшему брату Сокола — Ястребу Ламберту — исполнилось тридцать лет. А два месяца назад он полностью принял права главы клана. И теперь младший сын стал обузой для семьи. И это нужно как-то исправлять.

Срочно.

Перед Соколом выстроилось три пути. Первый: прислуживать старшему брату и надеяться, что он умрёт раньше, чем вырастут его дети. Второй: жениться на богатой наследнице. Третий: быть изгнанным из клана за лень. И самое досадное здесь то, что наиболее вероятным будет третий путь. Так как прислуживать Соколу гордость не позволит, а богатых наследниц и с горы не видать.

Но как? Как умелый воин может быть изгнан из клана? Почему всё так не справедливо!?

Сокол с ненавистью сжал кулаки. Ещё по дороге сюда его встретила Вероника. Она решила прекратить их «близкое и бесперспективное» общение. Он сделал вид, что это его не волнует.

Но гордость не давала покоя. Да кто может быть лучше него?!! Только если Морфий… Но он не интересуется «такими» подругами. И к тому же последнее время Сокол стал всё чаще ловить взгляд друга на Тигриде Двуликой. Морфий точно имел виды на эту девушку.

Мда… Ребёнок из старшей семьи Грибников, имел больше шансов на брак с нею, чем бедный Ламберт. Чёртовы деньги! Лучше бы миром правила сила! Вот тут бы он точно победил своего старшего братика.

Вдруг кто-то со спины повис у него на поясе. Подняв руку, он опустил взгляд.

Алегра.

Её смуглая кожа очень красиво смотрелась со светлыми волосами. Особенно со спины. Особенно во время оргазма. Стройная подружка Вероники была приятным бонусом. Но последнее время она, что-то стала сильно надоедать. Да… сочетание красоты и глупости ещё никто не отменял.

— Орёл, мой, — начал писклявый голосок. — У тебя сегодня будет время и на меня?

Сокол раздражённо выдохнул.

— Я Сокол! И не висни на мне — нас могут увидеть не те люди.

— Ой, да ладно!! — лепетала девушка. — Это же хищные птицы. Одно и то же.

Парень еле убрал её руки с ремня, который уже оказался наполовину расстёгнут.

— Детка, а ты не боишься, что тебя увидят родители?

— Не-а! Чем быстрее они меня увидят такой, тем быстрее я выйду замуж.

Было, похоже, что это её даже забавляет.

Сокол развернул блондинку в другую сторону и подтолкнул её к торговым рядам.

— Иди, погуляй!

Девушка обернулась, подмигнула и послала воздушный поцелуй, который тут же был проигнорирован. Но это только рассмешило девицу.

Сокол вышел на площадь и оглядел толпу. Где-то в середине мелькнула знакомая ярко рыжая копна волос. И парень понял, куда нужно идти.

— Ламберт! — раздался за ухом грубый голос.

И перед юношей возник темноволосый друг.

— Ты только представь! У меня зубы растут!

— Да ну! — иронизировал Сокол. — Мудрости? Давно бы пора! Двадцать один год, как-никак, уже.

— Да ну тебя! — отмахнулся Котей. — Лучше сам посмотри: вот! У меня клыки стали длиннее и острее.

Парень раскрыл рот и продемонстрировал свои идеально белые зубы. Сокол отстранился.

— Тебе так кажется. Пора бы смериться уже. То, что ты хочешь и то, что есть на самом деле далеко не всегда одинаково.

— Ты такой бука! — успокоился парень. — Я ещё покажу свою крутизну.

— Так никто и не сомневается. — Сокол переключил взгляд с друга на Тигру. — Тебе просто нужно найти другую сферу для реализации своих амбиций.

Ламберт замолк. Последняя фраза. Хоть она предназначалась для товарища, но так подходила ему самому.

Что-то другое…

Его мысли прервал танец Тигриды Двуликой.

Сокол замер, любуясь прекрасным созданием. Его пассия с возрастом только хорошела. И сейчас: её пышные волосы были аккуратно уложены в причёску, а облегающее синее платье подчёркивало и необычно яркий цвет волос, и стройную спортивную фигуру. Глубокий вырез на груди выгодно выделял всё, что успело за этот год вырасти…

Опять это чувство.

За последний месяц Сокол всё чаще испытывал желание по отношению к этой юной особе. И с каждым разом это сложнее контролировать.

Тут Тигра на мгновенье остановилась. Рядом юноша увидел её брата. Девушка нагнулась к Кречету, и Сокол взмолился, чтобы ветер сильнее поднял подол её платья. Ещё чуть-чуть… Ну!.. Тигрида выпрямилась и в то же мгновенье чья-то ладонь легла ей на талию.

Парень напрягся, позабыв обо всех своих треволнениях. А девушку кто-то кружил в танце. И ей было, явно, весело. Соколу захотелось увести её отсюда. Но, не пройдя и пары шагов, он увидел Энта Двуликого. Он направлялся в сторону дочери, а позади него смеялись госпожа Сирин и прекрасный белокурый Грибник.

Морфий? Что он там делает?

Тигра увидев отца, резко остановилась и, вскликнув, опустилась на землю. Её партнёр помогал ей подняться, когда к ним подскочил Морфий. После нескольких фраз он схватил девушку на руки и удалился из толпы. Родители, в окружении оравы детишек, нашли дочь на лавке у стены. Морфий заботливо хлопотал над её лодыжкой с какими-то растениями. Тигра улыбаясь, что-то объясняла растерянным родителям. Энт вздохнул, махнул рукой и увёл свою толпу от молодых людей.

Когда Сокол приблизился, девушка крутила стопой.

— Вот это да! — восхищалась она. — Морфий, ты такой молодец! Это прямо как магия.

Юноша рассмеялся.

— Не магия, а медицина. Просто у тебя не было ничего страшного, вот и помогло так быстро. Хотя позже может немного поныть.

Тигрида с удовольствием рассматривала чудесно выздоровевшую ногу. Как вдруг кто-то громко прокашлялся.

— Я вам не помешаю? — спросил Сокол, не зная, куда девать нарастающий из неоткуда гнев.

Увидев Ламберта, парень слева от девушки (тот с которым она танцевала) заёрзал и, схватив Тигру за локоть, что-то ей прошептал. Даже Морфий, закрывая фляжку, уронил крышечку, глядя на них. Что уж говорить о Соколе.

Соперник? Меня за один вечер второй раз бросят? И ради кого? Этого худощавого сопляка? Да ну… нет. Не может быть. Я себя накручиваю. Тигрида влюблена в меня ещё с самого детства. И не могла «вот так просто»…

Тигра поднялась одновременно с парнем, не отпускающим её руку. И весело произнесла:

— Сокол Ламберт.

И что так официально?

— Я хочу тебе представить… — она вытянула руку из объятий и подтолкнула в перёд щуплого паренька. — Вот. Это Крокус Грибник. Мы познакомились только сегодня, но могу заверить: он смышлёный и очень весёлый юноша.

Нет. Тигрида! Ты не можешь так со мной поступить! Этого не может быть! Он же… он… Вдруг мысли прервались теплом женского тела. Сокол пришёл в себя. Тигра, как и всегда, повисла у него на левой руке, а правую не переставая теребил несостоявшийся соперник.

— Мне так приятно! — тараторил Крокус. — Я очень рад нашему знакомству! Вы не представляете, как я горд личному с вами знакомству. Такой искусный воин и охотник наверняка меня даже не запомнит, но я всё равно счастлив. Я так давно мечтал с вами познакомиться!

— И мне… — Сокол наконец-то расслабился и невольно заулыбался. — Я тоже рад.

Ты даже не представляешь как я рад! Только зря переживал. И ведь даже повода не было. С чего бы?

— Ой! — вдруг что-то вспомнил Крокус. — А можно я сегодня ещё, но попозже, приведу брата? Он вами восхищается ещё дольше меня.

— Конечно! Конечно, приводи. — Ламберт и так любил лесть, а тут ещё хорошее настроение появилось. — Только не выкай. Можно перейти на «ты».

— Хорошо! — обрадовался Грибник. — Я учту. Всё, я скоро буду.

И юнец быстро ушёл.

— Ну, и что это было? — Сокол посмотрел в глаза своей возлюбленной.

— Это к моим сёстрам претензии. У меня не было выбора. К тому же он помог мне справиться с целой оравой детей.

— И за это ты разрешила ему себя лапать?

— Что? Когда это он такое делал?

— Я видел, как он тебя за талию держал!

— Когда? Такого быть не может!

— Может-может. Это было вон там, — он указал в толпу на площади.

— Там? — не могла припомнить Тигра, но потом поняла. — Так мы же танцевали!

— И что?

— И что? Это ничего не значит! — начала было оправдываться девушка, но вдруг заулыбалась. — Подожди-ка… Ты что, меня ревнуешь?

— Ревную? Я не знаю что это такое. — Сокол отвёл взгляд.

Тигра заулыбалась. Это был первый раз, когда он хоть как-то проявил ревность. А она, глупая, ещё сомневалась, что он её любит.

Возлюбленные упёрлись друг в друга лбами и потёрлись носами. Их прервал женский голос.

— Постыдились бы, голубки. — Красноволосая девушка кивнула головой позади них. — Вон, Морфия сейчас стошнит от вас.

— Калина! — Тигра кинулась обнимать подругу и увидела позади неё ещё двоих. — Осоль! Ты всё же пришла! Я так рада!! Привет, Март!

— Привет! — кивнул в ответ парень, — мы с Калиной её еле из дома вывели.

Сокол наблюдал, как Тигрида общается со старыми друзьями.

Калину — смуглую девушку с темно-красными волосами — он часто видел. А вот эту парочку не очень. Хотя с Мартом он был давно знаком. Этот «чёрный, как уголь» парень не очень нравился мужскому коллективу, но девушки его любили за музыкальность. Он мог играть почти на всех инструментах. А Осоль… Осоль «повезло» родиться альбиносом. И эту «белоснежную» хрупкую девушку как магнит тянуло к темноволосому и темнокожему Марту. А он полюбил её за прекрасный голос. Вот и получилась у них такая чёрно-белая музыка.

Нет. Сокол не хотел проводить вечер в такой компании. И вовсю соображал, как бы избежать этого.

— А может на охоту? — раздалось из-за спины Ламберта. — Пока не стемнело?

Сокол обернулся. Котей Пантера, как ни в чём небывало, рассматривал новые когти.

Ламберт был готов расцеловать друга, но проявил сдержанность. В глазах у него полыхал огонь, и хитрая улыбка больше не могла сдерживаться. Он посмотрел на Морфия: тот явно заинтересовался предложением.

— Я определённо «за»! — сказал Сокол и посмотрел на реакцию Тигриды.

А она между тем разрывалась: пойти с любимым на охоту или остаться с друзьями на празднике? И то, и то её интересовало одинаково. Но поймав на себе искристый взгляд, она решила без сомнений.

— Я, конечно, присоединюсь.

Тигра обернулась. Калина ехидно улыбалась.

— А ты думала, что я добровольно решу остаться с этой сумасшедшей парочкой? — девушка поправила свои темно-красные волосы. — Я лучше проведу вечер в компании Ламберта.

Тигрида рассмеялась. Она как никто другой знала, что когда Март и Осоль забываются, они начинают сюсюкаться, и делают это так, что всем становится плохо при одном взгляде на них. И также Тигрида знала, как Калина не любит Сокола Ламберта. Причин она никогда не называла, но никогда не оставалась, если он был в компании.

Тигра была рада, что подруга пойдёт с ней. А Осоль с Мартом, скорее всего, не обидятся, что их оставили. Тигрида обернулась к возлюбленному:

— Нам только нужно переодеться.

— Хорошо, — согласился Сокол. — Через полчаса ждём вас у западных ворот.

Попрощавшись Тигра с друзьями удалилась.

Ламберт похлопал по плечу Котея.

— Ну, что? Хищный, ты наш? В этот раз твоя горячая кровь сработала как никогда кстати!

— Нет, — возразил Пантера, — мы не охотились толпой с прошлой весны. Морфий то учится, то с девками. Ты вечно без настроения. И часто с Тигрой на охоте пропадаешь. Не с нами, а с ней. Почему эта девка тебе так дорога?

— Тигрида не… — Сокол не успел договорить.

— Вот ещё! — опять завозмущался Котей. — Почему Тигрида, а не Тигра? Я никогда не слышал, чтобы ты её как-то иначе называл. Ты зачем перед нею выстилаешься? Ведёшь себя как тряпка!

— Я не тряпка! — покраснел Сокол. — Когда это я перед кем-либо выстилался?

— Не перед кем-либо, а именно перед Тигрой. Когда, спрашиваешь? Тогда скажи мне, когда вы в последний раз спали? А хочешь, я угадаю? Никогда!

— Ты оборзел? Она моя! Она сделает всё, что я ей скажу. Захочу — переспим. А захочу… — следующие слова не смогли сорваться с его губ. Они явно перегнули палку.

Раздавшийся хохот, до конца разрядил накалившуюся обстановку. И пыхтящие от гнева друзья отступили друг от друга. А Морфий продолжал смеяться.

— Я уж было решил, что вы вцепитесь друг в друга. М-да, с вами не заскучаешь.

Сокол с подозрением посмотрел на Грибника.

— А ты чего это с её родителями расхаживал? Неужели, впереди меня хочешь проскочить?

— Много на себя берёшь, Ламберт. — Морфий усмехнулся. — Вообще-то наши кланы впервые за долгое время породнились. И досуг теперь у нас общий. — Он перестал улыбаться и посмотрел в сторону. Уходя, он проронил: — И чтобы я мог куда-то «проскочить», ты должен хотя бы представиться её семье для начала. Не-то, я могу стать первым. А ты будешь «проскакивающим».

Сокол некоторое время смотрел ему вслед и пытался понять свои истинные чувства.

Ланида обошла всю площадь, но так и не увидела младшей сестры. Возле стола лучших воинов среди мужчин показалась Волкирия, и Лань поспешила к ней.

Волкирия горделиво обнимала сидящего мужа со спины и улыбалась. Некоторым мужчинам за столом было не по себе от такой привязанности пары. Потому как Рудольфо, казалось, и вовсе не замечал ничего странного.

Он и рад был. Такую красивую, сексапильную и сильную жёнушку он ревновал практически к каждому столбу. И её присутствие его всегда успокаивало и давало чувство уюта.

Когда Ланида отвела сестру в сторону, многие выдохнули и оживились. Всё же Волкирия могла навести страху только своим присутствием. Её красота поражала, ведь она была почти копией госпожи Сирин. Но это теряло своё значение, если на тебя хоть раз падал её сердитый, или хотя бы недовольный, взгляд.

И совсем другое дело её меньшая сестра Ланида. От её улыбки, казалось, и солнце встаёт и дождь прекращается. Красивая, грациозная, добрая и заботливая. А как она танцует! Рты открывают не только мужчины. О такой возлюбленной мог бы мечтать любой мужчина. От этого все холостяки завидовали молодому муженьку.

Девушки встали поодаль.

— Кир, ты не видела Мелкую? — Ланида улыбнулась и кивнула кому-то проходящему мимо. — Я её прибью, когда найду.

— Нет, я её не видела ещё с дому.

— Она меня бесит! — процедила сквозь улыбку Лань. — Опять куда-то ушилась. И прихватила с собой слабенького Крокуса.

— Да ладно тебе. Что с ними случится? И не такой он уж и слабый.

— Ага! С её приключениями? Она вечно битая приходит. То синяки, то ушибы. Кто знает, где её порой носит!? А Малой вечно у них болел. Худой, хилый… Не надо было его на неё оставлять. Что же я наделала?

— Да ладно тебе, успокойся. — Волкирия взяла сестру за руки. — Уже не дети. Ничего страшного не случится.

— А если случится? Меня свекровь и так постоянно взглядом сверлит. Но хоть молчит. А так и упрекнуть будет за что. И чем я ей так не нравлюсь?

— Кто ж их поймёт? — понимающе опустила голову Волкирия. — Всем не угодишь. А ты уже была у старшей?

— Думаешь, они могли пойти к Мусе?

— Давай сходим к ней. Я племяшей сегодня ещё не тискала.

— Пошли, — приободрилась Ланида.

Тигрида сидела на лавочке и нетерпеливо качала ногами. Наконец, её подруга показалась из-за двери. Аккуратно прикрыв скрипучую калитку, Калина спряталась за забор. Тигра тоже пригнулась. Ещё с детства девушкам пришлось, научится быстро прятаться. Отец Калины всегда выглядывал в окно, когда скрипела калитка. Занавески задёрнулись, девушки крадучись ушли подальше от дома Грибников.

— Ты почему так долго? — Тигра выпрямилась.

— Я девушка, — отряхивала с себя пыль Калина. — Мне требуется время. И не смотри так на меня. Я — не ты.

Тигрида закатила глаза. Да, ей никогда не понять этих «женских» штучек. Впереди у ворот она увидела приличную толпу. И Калина опередила её мысли:

— Нас будет бо-ольше, чем предполагалось, — протянула она.

— Да, уж… — согласилась подруга, не веря своим глазам.

Морфий и Котей весело беседовали с Вероникой и Алегрой. Сокол с серьёзным лицом слушал Крокуса.

— Чего стоим? Кого ждём? — раздалось из-за спины.

Кто-то обнял девушек за талии и повёл их к воротам. Тигра подняла голову.

Крокус.

— Ты что…. — начала Тигрида и замолчала совершенно запутавшись.

Крокус стоял у Ворот с Соколом. И Крокус шёл рядом с ней. Как так может быть?

— Стойте! — запротестовала она. — Я сошла с ума или тебя и вправду двое?

— Двое? — юноша посмотрел в сторону ворот и рассмеялся.

Калина всё прояснила:

— Там стоит не Крокус, а Кипарис! Они, конечно, близнецы. Но я не понимаю, как их можно перепутать.

Близнецы. Тигра внимательнее посмотрела на парня возле Сокола. Но они же так похожи. Этот тоже худощавый, пепельно-русые волосы… Юноша обернулся к подошедшим. И девушка поняла. Глаза… они тоже голубые, но не такие лучистые как у Крокуса.

— Тигрида Двуликая, — парень протянул ладонь, — я уже столько слышал о тебе, и вот, наконец-то, ты предо мной. Я Кипарис Грибник.

Девушка пожала ему руку, а про себя отметила, что голос у него грубее, чем у брата.

— А я, вот, только что узнала о вашем существовании.

— Ничего. Я уже слышал, что ты никем кроме Ламберта не интересуешься.

Это прозвучало не как комплимент, а скорее как намёк на её недалёкость. Теперь Тигра понимала, как Калина их не путает. Они же такие разные!

— Ну что, все уже в сборе? — спросил Кипарис.

Котей обернулся.

— О! Вы уже пришли? Тогда — да, все в сборе. Можно выдвигаться.

Почти всю дорогу к лесу Тигра молчала. Её внимание занимали трое: Кипарис и Сокол с Вероникой. Девушка поняла, что Грибник не был хамом, как ей показалось сначала. Просто он говорил то, что думал. Это выглядело грубо, но зато правдиво. Взять, хотя бы, то, что он сказал ей. По сути, Тигра никогда и не думала кем-то другим интересоваться. Только Сокол Ламберт занимал весь её внутренний мирок. Размышляя о недалёкости, девушка начала думать, что это может быть как раз о ней.

Она посмотрела на возлюбленного. Он шёл рядом с Вероникой, но между ними был Кипарис. Сокол много болтал, но ни разу не перемолвился с этой девушкой. Что-то здесь не так. Обычно она всегда пыталась с ним заговорить. Коснуться его… А тут они даже не переглядываются.

Даже грустно как-то. Тигрида привыкла к «таким» их отношениям. Ревность давно была заперта на огромный замок. Когда-то Ламберт смог её уверить, что любая ревность напрасна и она единственная кто ему нужен. Наконец-то, это себя оправдало. Он, как и прежде, с ней, а Вероника ушла так же, как и появилась.

Молодёжь быстро оказалась на опушке леса. По пути к ним присоединились ещё пять человек: три парня и две девушки. Теперь охотников оказалось слишком много. И было принято решение разделиться. Вход в лес всегда условно делился на 3 части: лево, право и прямо. На том и порешили.

Направо отправились: Котей Пантера, Морфий Грибник, двое лучников и девушка. Войдя в лес, компания некоторое время просто продвигалась вперёд. Потерпев ещё пару минут Котей зарычал. Мало того, что девушка не отвечала на его флирт, так ещё и добычи не было видно. От этого рыка все остановились и уставились на негодующего. А он, в свою очередь, полез на ближайшее высокое дерево.

Морфий рассмеялся и обратился к девушке:

— Это он так добычу высматривает. Помню, как-то раз полез он на похожее дерево. А оно было такое старое, что ветки его обламывались от веса Котея. И вот он лезет, ветка под ним хрустит, и он быстро за следующую цепляется. Пока на неё взлезет и она хрустеть начинает. И вот залез он на самый верх. Последняя ветка сломалась ещё как только он за неё взялся. Что ещё было делать? Он вцепился в ствол дерева мёртвой хваткой. Смотрит на нас сверху — а веток-то нет. Он сначала стойко держался. По чуть-чуть слазил. А потом вопить начал, что сейчас упадёт.

— Ой, — испугалась девушка. — И как же он слез?

— Да мой батя на его крик прибежал. Сказал ему ремень снять и им вокруг дерева об хватиться. Еле-еле, но он слез. — Морфий задумался. — Вспоминать это даже смешно, но тогда мы сильно испугались. А батя как орал потом — всем досталось. После того случая нас ещё долго самих в лес не отпускали.

Грибник поднял голову. Котей уже спускался.

— Ну что там?

— Чуть левее поросята с мамкой. Надо бы их обойти. А так глухо.

Пантера последние два метра решил пролететь и прыгнул. Приземление оказалось довольно громким. Но сразу после Морфий услышал сзади шум. Оборачиваясь, он увидел, как кабан налетел на девушку и та упала. Мгновенно среагировав, Котей подался к кабану. Когти в правой руке и кинжал в левой так и кричали готовностью вступить в схватку. Но кабан медлил. В танце смерти их глаза, не моргая, следили друг за другом. Кабан сорвался с места. Но именно этого и ждал парень. Переместившись влево, он нанёс удар. Кабан развернулся, и когти поцарапали ему морду, а кинжал живот. Котей стиснул зубы — промах не входил в его планы. Приготовившись к ответному удару, парень встал в стойку. Кабан рванул на него. Раздался свист и возле ноги Котея в землю впилась стрела, а рядом медленно лёг умирающий кабан.

Расстроенный парень присел над животным.

— Прости, — прошептал он, вытягивая стрелы из спины кабана. — Это была наша дуэль.

Котей встал и закинул стрелы в кусты.

— Зачем? — запротестовали лучники.

— Вот именно зачем вы нам помешали? Это была такая славная битва.

— Битва? — юноши рассмеялись. — Это охота. А ты так серьёзен. Что с тобой?

— Нужно уважать жертву. Ваши жизни не важнее его… — он хотел ещё что-то добавить, но увидел под деревом Морфия и девушку. — Морф, что там?

— Жить будет.

Девушка заулыбалась.

— Вот только похромаю немного.

— Главное, что ничего серьёзного. — Грибник закончил перевязку и повернулся к другу. — Я помогу ей добраться домой.

— Хорошо.

Котей повернулся к лучникам. Вот уж и компания!

— Идём дальше?

Юноши переглянулись.

— Зачем?

— Как зачем? Охотиться дальше.

— А разве этого кабана не хватит?

— Хватит? — парень поднял бровь. — Для чего его должно хватить?

— Ну, мы его сейчас на праздник принесём — будет шашлык.

— Шашлык? — Котей рассмеялся. — Вам лишь бы пожрать. Ну, если не хотите я лучше присоединюсь к группе Сокола. Их как раз четверо пошло.

— Хорошо, — быстро согласились лучники.

Пантера посмотрел на Морфия. Тот посадил себе на спину девушку и уже удалялся.

Котей развернулся и рванул вперёд вглубь леса.

Алегра натянула тетиву и прицелилась. Сокол подал знак и девушка выстрелила. Стрела попала в бедро оленю. И тот пустился на утёк. Девушка снова прицелилась и отпустила стрелу. Но та упала рядом, а щеку пронзила дикая боль. Прижав ладонь к лицу, Алегра почувствовала тёплую жидкость. Девушка языком во рту поводила по щеке. Боли не было, а значит рана не глубокая. Сдавив рану, Алегра села на бревно. Как только кровь перестала бежать, она аккуратно умылась из фляжки и пошла за друзьями. Пройдя довольно много она, наконец, увидела тело того самого оленя. А значит ребята где-то рядом. Оглядевшись, она еле разглядела Веронику. Та упорно, что-то пыталась показать. Алегра поняла, что нужно присесть, но не поняла зачем. Никого ведь нет.

Тут сзади неё кто-то закричал. Девушка обернулась и упала на землю. Небольшой драконоподобный зверь закинул на неё свою когтистую лапу. Поранив Алегру, он оторвал рукав её одежды. Зверь открыл зубастую пасть и завопил. С двух сторон сверкнули клинки, оставив монстра без крыльев. Подоспевшая Вероника воткнула одноручный меч дракону в глаз. Приземлившись на лапы, он упал на землю, где его быстро изрешетили мечники.

Вероника обернулась к затихшей подруге.

Та судорожно пыталась стереть с себя кровь чудища. Девушка схватила фляжку и подбежала на помощь подруге. А потом и парни помогли. Когда всё закончилось, Вероника обняла Алегру. Бедную девушку сильно трясло. Но, кажется, расплакаться у неё просто не осталось сил.

В глубине леса послышался стук. Сокол напрягся. Он посмотрел на девушек, а потом вглубь леса. И снова на девушек. Стук повторился.

— Не хорошо, если нам снова придётся сражаться. — Сокол посмотрел на рану девушки. — Надо что-то решить с Алегрой. А я пока пойду, проверю ситуацию. Если, что я крикну.

Все провели взглядом удаляющегося смельчака. Блондинка опустила взгляд и увидела как Вероника и Кипарис еле касаются друг друга кончиками пальцев рук. Алегра сразу поняла, почему её подруга решила бросить слепую надежду на взаимность от Сокола. И как только тот скрылся из виду, парочка крепко взялась за руки.

Все находят любовь. Рано или поздно. Взаимную или нет. А симпатичная блондинка всё так же одна. Всё так же с маской счастья и простодушия. Всё так же…

Веки потяжелели и почти сомкнулись. Как вдруг раздался крик сокола. Так как птиц соколов в этих краях уже лет 5 не видели. То оставался только — Ламберт. Ещё в детском возрасте Ламберты учатся пародировать птиц. Это используется для общения, чтобы не пугать дичь. Сокол, будучи подростком, научил друзей различать эти голоса и понимать предупреждения.

Кипарис взял клинки и поспешил к другу.

— Мы вдвоём справимся. Ждите здесь.

— Осторожнее! — попросила Вероника и почувствовала, как волнение усилилось. — Алегра, ты как?

Девушка в её руках лежала без сознания.

— Алегра! — Вероника обернулась, но Кипариса уже не было видно. — Что же делать? Алегра. Очнись! — она пробовала привести подругу в сознание.

Вдали послышался треск и шорох травы. Кто-то бежал в их сторону. Девушка подсунула подругу под дерево и приготовилась к обороне, молясь, чтобы зверь был не велик. Она вжалась спиной в дерево и слушала.

Тут возле неё выскочила змея, и девушка чуть не завизжала от страха. Но гад её как будто не заметил и прополз дальше. Вслед за ним из-за дерева выскочил заяц. Потрясённая Вероника уже и не знала, что ждать. Казалось, весь лес разбегается от неведомого зверя. Уж не монстр ли это?

Вдруг — всё стихло. Брюнетка хотела аккуратно выглянуть, но не успела. Прямо возле неё пронёсся великан. Девушка замерла, но узнав знакомые черты окрикнула:

— Котей!

Парень остановился и обернулся. Из-под дерева встала испуганная Вероника. Немного взъерошенные волосы, грязь на лице, ссадины на руках — делали охотницу ещё привлекательнее. А порванная юбка очень эротично оголяла её бедра. Да, и так красивая девушка, казалась просто потрясающей.

Черты её лица стали спокойнее. Она огляделась и уставила на него свирепый взгляд. Словно кошка перед прыжком. Котей тысячу раз пожалел, что он не Сокол Ламберт. А девушка тем временем накинулась на него с кулаками.

— Дурак! — негодовала она. — Как ты мог! Что ты как слон пёрся через весь лес! Да от тебя вся живность разбежалась! Идиот! Как можно так людей пугать! — она пнула его в голень.

— Ай! — парень схватился за ногу. — Ты что творишь?

Но ответа не последовало. Вероника отвернулась от него, и он услышал тихий плач. Ничего не понимая Котей не знал, что ему делать. Он тихонько положил ладонь ей на плечо. Девушка сбросила её. Тогда он развернул хрупкую красавицу и прижал к себе. Она разревелась ещё сильнее, но тоже обняла его. Немного подождав, парень спросил:

— Ты почему одна? Что случилось?

От этих вопросов она замерла и, отстранившись, вытерла слёзы.

— Алегра. — Вероника указала под дерево. — Ты поможешь отнести её в деревню? Только надо предупредить парней.

— А где они? Что вообще тут случилось?

— Потом расскажу. Они ушли вперёд и должны вернуться. Но нам нужно торопиться. Алегра ранена и без сознания. А вдруг у неё заражение?

— Да, конечно же, я помогу.

Котей достал из пояса расписной нож и воткнул в дерево над Алегрой.

— Они узнают мой нож и не будут о вас волноваться.

Вероника помогла посадить подругу на спину парня, и они начали выходить из леса. Идя следом за высоким юношей, девушка дивилась — и как она раньше не замечала какой он большой. Широкие плечи, мускулистое тело… Девчонки, наверняка, за ним табунами бегают. А она даже и не замечала. Брюнетка поправила волосы и, улыбнувшись, прибавила шаг. Он ещё и очень быстро ходит.

Сокол подошёл вплотную к взлохмаченному зверю. Еле живая, волчица не отрывала от него черных глаз. В раскрытой пасти при выдохе булькала кровь. С волком было легко справиться, но эта… С ней пришлось изрядно повозиться. Юноша поднял меч. Руки дрожали от усталости. Но сладость победы поднимала дух. Лезвие опустилось и бульканье стихло. Вот и всё.

Сокол повернулся. Кипарис внимательно рассматривал клинки, лежащие на земле.

— Нравятся?

— А? — Грибник поднял голову. — Нет. Просто в бою кровь на них светилась, а сейчас ничего нет. Интересно, как наш мозг с нами играет.

— Тогда пойдём? Не стоит девушек надолго бросать.

— Пошли. Мне, как раз, хотелось бы с тобой поговорить.

— Да? И о чём же? — парни собрали оружие и не спеша зашагали к месту расставания. — Не о Веронике ли речь пойдёт?

Кипарис улыбнулся:

— О ней самой.

— Мы больше не встречаемся. Так что тебе путь открыт. — Сокол незаметно стиснул зубы. Как же трудно это признавать.

— А, об этом я уже знаю. Это произошло из-за меня.

Сокол повёл бровью и посмотрел на юнца рядом. Высокий, худощавый. Обычная внешность. Не приметный: как ни посмотри. И это Его выбрала Вероника!?

— Сколько тебе лет?

— Пятнадцать. А что?

— 15 лет? Ты же младше её.

— Ну и что? Настоящим чувствам возраст не помеха. — Кипарис задумался. — Куда там! Возраст — это ничто. Есть проблемы более значимые.

— Проблемы? — Это даже радовало Сокола. — Значит у вас всё не так гладко.

— Её отец отказал мне.

Ламберт не поверил своим ушам.

— Ты уже разговаривал с её отцом?

— Да. Я просил её руки.

— Но куда ты так спешишь? Ты же ещё ребёнок!

— Вот и её отец так сказал.

— И правильно. Ещё успеете. А вдруг вы разбежитесь? Тогда что? Не нужно так спешить.

Кипарис остановился.

— Я уже всё решил. И ещё до рассвета я уйду из деревни.

Сокол тоже остановился. Вот сумасброд! И о чём он только думает?!

— Ты спятил?

— Нет! Я серьёзно настроен. И всё хорошо обдумал.

— А зачем ты Мне всё это рассказываешь?

— Потому что хочу предложить тебе пойти со мной.

— Что? Нет — у тебя точно крыша поехала. С чего это я должен бросить всё и переться с тобой неведомо куда?

— А что, тебе есть что терять?

Этот вопрос озадачил Сокола. Мальчишка был прав: терять ему было нечего. Брат ещё ничего не менял, но это вопрос времени. Примерный Ястреб не нарушит давних традиций. Сокол хотел избежать никчёмной жизни. Но сбежать. Всерьёз, о таком он не думал. Хотя, это и не такая плохая идея как могло показаться сначала.

— А куда ты собрался идти?

— Я всегда мечтал отправиться в армию. Стать славным воином — что может быть лучше?

— Армия? — Ламберт задумался.

Если подумать, то военные неплохо зарабатывают. А если учесть, что Сокол один из лучших воинов в деревне с двенадцати лет. То шансы у него не плохие. Кипарис понял, что у него получается уговаривать Ламберта.

— Твой брат глава клана и у него уже есть наследник. Тебе явно ничего не светит. Нормальной работы в деревне нет. И раз уж у тебя даже Тигру отобрали. То почему бы и… — Грибника перебил звериный взгляд. — О! Прости. Я не хотел так грубо…

— Что значат твои слова? — Сокол негодовал и начинал злиться. — Кто отобрал у меня Тигриду? И, главное, когда? Что я даже не заметил этого?

Кипарис уставился на собеседника.

— Тебе что, до сих пор не сказали? Мда. Злые языки обошли тебя стороной. Хотя это с какой стороны посмотреть.

— Да объясни уже! — повысил голос Сокол.

— Уже давно было решено, что Ястреб на сегодняшнем празднике объявит о своей помолвке с Тигридой Двуликой. — Ламберт побледнел. — Сначала это было просто слухом. Но недавно Лев Ламберт приобрёл дорогие украшения. И «по секрету» рассказал кое-кому, что старший сын скоро породнит его с Двуликими.

Сокол не мог поверить. «Хотя, зная отца, такое можно предположить. Но брат… — разочарование, как гром, ударило в самое сердце. — Он ведь знает о наших отношениях. Почему он ничего не рассказал? Так. Соберись. Если рассуждать логично: в последнее время брат стал скрытным, и мы меньше общались. А отец вполне мог убедить его жениться: детям нужна мать. Хотя какая с этой девчонки мать?!»

Как бы там ни было — всё прояснится сегодня вечером.

Ламберт молча зашагал вперёд. А Грибник, не отставая шёл рядом. Сокол злился и ускорял шаг. Кипарис тихо следовал за ним, но осмотревшись, остановился.

— Сокол.

Парень от неожиданности обернулся, не сбавляя шага и, в свою очередь, споткнувшись, упал в траву. Олень по-прежнему лежал в траве. И как про него забыли? Подошёл Кипарис и протянул ему нож.

— Мы оставили девушек здесь. Но их нет, а это было в дереве.

Сокол поднялся и сунул нож в пустые ножны.

— Это Котей. Он, скорее всего, повёл их в деревню. Так что можно не волноваться.

— Но ведь его группа была в другой части леса. Или они уже устали попусту блуждать? — злорадные ухмылки встретились. — Может тогда и за них наверстаем упущенное?

— Отличная идея! — согласился Сокол, и они пошли вглубь леса.

Среди клёкота птиц ничего не было слышно. Дичи и след простыл. Скучая, парни погрузились в раздумья. Когда шум прекратился, Сокол замедлил шаг.

Еле слышно раздался крик. Кипарис посмотрел на спутника.

— Ты это слышал?

— Кажется, да… — неуверенно согласился тот.

Крик повторился. Сокол еле слышно произнёс: «Тигрида», и рванул в сторону кричащей девушки.

Повисла тишина, которую нарушали лишь бегущие охотники. Криков более не последовало. А Сокол в голове всё вторил: «Только бы успеть. Только успеть!»

Калина закатила глаза и простонала. Кроме Тигры и Крокуса, в группе была парочка голубков. С самой дороги в лес они миловались. Девушка надеялась, что в лесу будет иначе. Ха! Какая наивность! Тигрида посмотрела на подругу и та не выдержала:

— Мне кажется, или Март и Осоль пошли на охоту с нами?

Тигра засмеялась и посмотрела на парочку. Да — сюсюкались они не меньше, её друзей.

Калина заворчала:

— Если мы случайно разделимся — возвращайтесь в деревню. Я не хочу портить охоту беспокойной суетой. Вы меня слышите?

Те отмахнулись и вновь от чего-то засмеялись. А Калина в сотый раз закатила глаза.

Земля под ногами слала мягче. И Крокус насторожился.

— В лесу же нет болот?

— Нет, — в голос успокоили его девушки, и Калина дополнила — но здесь много ключей. Может один из них неподалёку?

Тигра почувствовала, как в лодыжке кольнуло. Сзади кто-то упал. Раздался смех, а потом визг. Под ногами что-то зашевелилось. Крокус застонал, а Калина завопила:

— Змеи!

Множество змей клубилось в ногах ребят. И как они раньше их не заметили!?

В поиске спасения все разбежались в разные стороны. Тихое шипение как приговор стояло в ушах. Калину несколько раз укусили, и она посмотрела под ноги внимательнее. Что за? Какое счастье! Это обычные не ядовитые гады. Успокоившись, она поспешила удалиться от них. Когда змеи были позади, девушка огляделась. Ярко рыжие волосы подруги было трудно не заметить. Подойдя, она увидела и Крокуса. Он прилаживал к ранам травы. Калина нашла такие же и села рядом.

— А голубков не видели?

— Не-ет… — протянула Тигра и начала оглядываться.

— Они отходили в сторону поляны. Думаю, они вернутся в деревню.

Калина расслабилась.

— Как хорошо. А то они уже надоели мне.

Девушка развязала ленточку и на плечи легли густые волны темно-красных волос. В считаные секунды она ловко сплела из них косу, и ленточка заняла своё почётное место. Тигрида с сожалением посмотрела на свои кудряшки. Прямые волосы — такие красивые!

— Идём дальше? — Калина поправила ножны и пошла вперёд.

Стало спокойнее. Больше не было шушуканья и после инцидента со змеями на душе стало тихо. «В такие минуты хочется вздремнуть — Тигра прикрыла глаза. — Интересно, что сейчас делает Сокол? Флиртуют ли они с Вероникой? Или он думает обо мне, так же как и я о нём?».

Тигрида открыла глаза. Впереди показался небольшой холм. Крокус взял палку и попробовал проткнуть холм.

— Это земля. Ни листвы, ни веток не чувствуется.

Молодые люди аккуратно обошли возвышенность. Нет, это ни чьё не жильё. Просто маленькая горка. Из земли. Как она образовалась не понятно. И ребята пошли дальше. Высокие кустарники преградили им путь. Крокус хотел разведать есть ли там что, но его опередила Калина. Почти бесшумно она появилась, так же как и скрылась.

— Там монстры! — Её глаза сияли. — Птица с человеческим лицом и одноглазый карлик с безумной седой причёской.

— Там точно больше никого нет? — Крокус не привык охотиться на дичь, а что уж говорить о непростых зверях!?

— Мы их осилим? — Тигра с интересом смотрела на подругу.

— Да. Они какие-то мелкие. Думаю, проблем не будет.

— А если будут? — взолновался Крокус.

— Да эти межвидовые извращенцы немного заняты. Нахмурилась Калина. — Внезапно атакуем и дело с концом.

Откуда-то сверху упал сильный поток ветра. Все подняли головы, и Сирин над ними закричала.

— Внезапность отменяется? — попытался пошутить Крокус.

— Это из-за тебя трус! — прошипела Калина.

Тигрида подпрыгнула и когтями поцарапала монстру лапу. Из кустарника возле лица Крокуса вылетела склянка и, ударившись о землю, выпустила фиолетовый дым. Все разбежались. Когда газ рассеялся, Калина увидела разбойника. Достав нож, она кинула его в монстра. Тот захрипел и кинул в её сторону ещё одну склянку.

Крокус, подавляя страх, аккуратно выглянул из-за дерева. Сирин приземлилась возле союзника и подняла свои крылья. Она повторяла это движение, и юноша заметил, что на груди, откуда монстр вытащил нож, больше нет следа раны. Крокуса пробил озноб. Он вытащил кинжалы и приготовился дать отпор. Когда он менял положение ног хрустнула веточка. Юноша замер. Такая маленькая и так громко! Что же будет? Закрыв глаза, он прислушался.

Вдруг слева на ухо кто-то завизжал. Крокус с испугу дёрнул рукой и открыл глаза. Страшные злые глаза таращились на него. По перчатке текла кровь, и руке стало тяжело. Он отпустил клинок и снял перчатку, бросив её на труп монстра. Но где второй?

Юноша обернулся и увидел, как Тигрида держа разбойника за волосы, резким движением разрезает ему глотку. К ней подошла Калина и, кашляя, пнула труп монстра.

— Крокус! — позвала Тигрида.

— Я здесь… — встал юноша.

Калина усмехнулась:

— Ты ещё жив, Трусишка? Я надеялась, что тебя съели.

— Не смешно. А с тобой что?

— Кажись, немного траванулась. — девушка снова пнула монстра. — Пошли подальше отсюда.

— Может, вернёмся? — забеспокоилась Тигра. — С вами обоими точно всё в порядке?

— Со мной точно. А вот ему, наверняка, нужно пелёнки сменить.

— Не надо. Пойдёмте уже. — скривился Крокус.

Они долго шли в тишине. Только догадываясь, о чём думали другие. Вот так охота выдалась. Крокусу ещё надолго хватит таких приключений. Калина чувствовала, как сдаётся её тело. Газ слишком ядовитый оказался. Тигриде повезло больше всего: ушибы да ссадины.

Крокус вышел вперёд. Ему надоело быть слабаком. Вечно отстающий. Даже от брата-близнеца. Надо становиться смелее.

Под ногами что-то запищало, и отовсюду полезли крысы. Огромные рыжие твари окружили юношу и начали атаковать. Вытащив кинжалы, он пытался топтать и рубить грызунов. Тигрида сняла лук и отстреливала вредителей. А Калина сняла топорик и крошила крайних монстров. Казалось, им нет числа. Однако умирали они быстро. И фарм проходил успешно.

Калина зарубила последнюю крысу, когда Крокус упал на землю.

— Мои ноги, — кряхтел он. — Как же больно!

— Ты как? — подбежала Тигрида.

— Жить будешь? — протянула руку Калина.

— Буду. — поднялся Крокус. — Тут уже недалеко озеро. Там есть редкие травы. Сходим туда?

— Пошли, — согласилась Калина. — Мне тоже нужно подлечиться.

Через несколько минут после отправления Тигрида заметила, что растительность стала темнее. Да, здесь она ещё никогда не была.

Лес Раскола так назвали потому, что сама природа разделила его. Во время последней смены климата юго-западная часть леса умерла. Старики рассказывают, что это было ужасное зрелище. Но было ли это плохо — вот это ещё, какой вопрос! Озеро, лежавшее в центре вымершей части леса, светилось бледно голубым с радужными переливами. Выпив воды из него люди умирали. И в деревне началось беспокойство. Старый Грибник любит рассказывать, что именно его отец нашёл в лесу первый ключ. Озеро наполнилось другой жидкостью, и воде некуда было деваться кроме как на поверхность. Жизненно важный вопрос исчерпал себя. И люди привыкли. Растительность начала возвращаться в пустошь. И за несколько лет лес снова вырос. Вот только цветом он был темнее, чем раньше.

Однако Осторожцы и Однетсийцы прознали об озере. Они-то и рассказали деревне о залежах редких камней. Старейшины не желали отправлять своих детей на верную смерть и запретили входить в источник. Да и желающих особо не было. А властелины с обеих сторон тем временем начали спорить: кому достанется источник. После нескольких стычек жители деревни в одну ночь закидали источник камнями. И уже через неделю от блеска и следа не осталось. Страны, злые как собаки, долго ещё грызлись, думая, что противник очистил источник. Но доказательств не было. Через пару месяцев, наконец-то, стало тихо.

Конечно же, со временем пресные течения вытеснили вредную жидкость. Воду в озере можно было пить, и по ночам в свете луны она начинала светиться. А жители деревни уже разборчивее пускали гостей и никто, и никогда, не говорил об источнике.

Тигрида оглядела кроны деревьев. Начинало темнеть, и небо почти не было видно. День подходил к концу и силы покидали тело… Идти стало заметно труднее.

— Стойте! — Калина замерла. — Мне одной труднее стало идти?

— Мне тоже! — ответила Тигра.

— А я боялся, что выдохся. — обернулся Крокус и увидел, что Тигрида нацелилась на него из лука. — Что ты делаешь?

Стрела пролетела возле уха и внутри всё сжалось. Крокус хотел отругать спутницу, но сзади что-то завизжало. Юноша поспешил к девушкам и обернулся. Два монстра пристально смотрели на охотников.

— Это Чертёнок и Водяной. — Калина пыталась понять есть ли засада. — Странно, что их только двое.

— Какая будет тактика? — спросила Тигрида, зная ответ.

— Нам будет трудно, — быстро и вслух рассуждала Калина. — Нас мало. Но ты, Тигра, лезь на дерево. Надо убить Чертёнка — он слишком быстрый. Но Водяной замедляет — а значит: для быстрой атаки его нужно отвлекать. По возможности будешь помогать и с ним. Вот возьми, — Калина протянула ей сумку с сюрикенами, — а мне отдай диск.

Крокус наблюдал, как девушки обмениваются оружием и не обращают на него внимания.

— А что делать мне?

Калина неодобрительно покосилась на дальнего родственника.

— А ты будь курицей: пугай, кудахчи и не помри.

— Лина, я серьёзно! — обиделся Крокус.

— Так и я не шучу. Ты будешь приманкой. А я буду атаковать. Только, — она схватила его за плечо, — я правда, не хочу, чтобы ты помер.

Юноша внимательно посмотрел на серьёзное лицо девушки. Её глаза, казалось, и правда, об этом просили. Он хотел улыбнуться, когда она добавила:

— До деревни очень далеко. Как мы будем тащить твою тушу?

Подружки хихикнули и разошлись. Оставив Крокуса одного. На самом видном месте.

Он посмотрел на монстров: они заёрзали, когда исчезли девушки. Юноша достал кинжалы. Отвлечь. Ясно. …легко сказать! Но что же делать?

Тигра выпустила стрелу, и чертёнок опять завизжал. Озираясь, в поиске атакующего, монстр немного отошёл назад. Водяной предпочёл наблюдать за тем, кто на виду. Крокус решил больше не ждать, а начать импровизировать. Сделав несколько уверенных шагов вперёд, он отпрыгнул в сторону, уворачиваясь от атаки водяного. Вода ударилась о дерево и разбила поверхность. Юноша хотел отметить, что лучше не попадать под струю. Но его отвлёк летящий гарпун. Вонзившись в землю, в полуметре от жертвы, оружие натянулось и поползло обратно. А рогатый монстр спешил ударить парня.

Выпустив стрелу в водяного, Тигрида запустила пару сюрикенов в чертёнка. Откуда-то появилась Калина и в прыжке вонзила в стреляющего монстра 2 кинжала. Водяной заорал и начал кружить, пытаясь скинуть девушку. Наконец, после удара о дерево Калина ослабила хватку и монстр отбежал. Преодолевая дикую боль, она взяла диск.

Крокус всячески уклонялся от ударов чертёнка. Меч звенел от ударов, но монстр даже не ослаб. Тигра пыталась добить удаляющегося водяного и стрелы кончались. Когда в спину зверю вонзился диск, он упал без лишнего шума. И Тигрида попыталась найти подругу. Та стояла, опиравшись о дерево.

Когда боль стихла, Калина посмотрела в сторону, где упал водяной. Только хвост мелькнул в траве. «Эта тварь до сих пор жива!» — негодовала девушка. Она ощупала талию. Но топорика там не было. Потеря только рассердила её. Калина сняла с плеча лук и потянулась за стрелой. Нащупав только 3 одинокие стрелы, девушка рванула вслед за монстром.

— Убью эту тварь и по домам! — крикнула она друзьям и скрылась прежде, чем Тигрида успела что-то возразить.

В итоге рыжеволосая девушка стояла над ещё живым чертёнком. Тварь, смутно напоминающая толи козла, толи рогатого гнома еле дышала. Крокус подошёл к ним.

— … и что? Что с ним будет? — робко спросил он.

Тигра, начавшая собирать оружие с земли, спокойно ответила:

— Как что? Ты его сейчас убьёшь.

— То есть убью? — парень с ужасом посмотрел на монстра. Из одной глазницы у него текла слеза, а из другой кровь. — Ты хотела сказать добью? А тебе его не жаль?

— Жаль? — девушка сделала вид что задумалась. — Жаль. Но он бы тебя убил, будь у него такая возможность. Поэтому, учись прятать эту жалость глубоко в сердце. Тебе в жизни ещё не раз это пригодится.

Тигрида вплотную подошла к юноше. Схватив его за пояс, она с силой притянула Крокуса к себе. Такой порыв заставил парня смутиться и на мгновенье забыть о монстре. На мгновение. Потому как в следующую секунду девушка вытащила клинок из его пояса. Протягивая юноше оружие, она тихо произнесла:

— Или ты хочешь, чтобы это сделала я?

Тигра серьёзно смотрела ему прямо в глаза. Это был вызов! Гордость никогда не позволит парню добровольно отдать девушке то, что он должен сделать сам. Когда он взял у неё клинок, она развернулась и принялась искать остатки оружия. Он хоть и паинька, но хочет стать воином. А значит, теоритически знает, как убивать. Пора уже и попрактиковаться.

Крокуса долго не было, а Тигрида не хотела поворачиваться. Когда же он подошёл, то выглядел вполне спокойно. Девушка улыбнулась и хотела пошутить, но увидела кровь на его щеке.

— Это твоя кровь? — она вытащила платок из кармана и аккуратно вытерла засыхающую жидкость. — У тебя рана. Но вроде бы не глубокая. Надо идти…

И снова эта неловкость. Тигрида опять, так беспардонно, врывается в его личное пространство. Аж дрожь берёт. Одно дело идти рядом с девушкой и даже обнимать её. Но когда вот так. И твоего согласия не спрашивают. И отказать не в силах. Толи это женское обаяние, толи страх перед необузданной силой девы-воина. Но Крокус в любом случае боялся шелохнуться.

Тигрида оборвала фразу, заметив напряжение. И отшагнув от парня продолжила:

— …на озеро. Надо идти на озеро и промыть раны. Уже ведь близко.

— Да, — с облегчением выдохнул он.

Вероника сняла заколку с растрёпанных волос и бросила её в урну. «Такую красивую испортила, — негодовала она. — Ну, ничего не поделаешь. Она ушла в след порванным отношениям с Ламбертом. Глупо было думать, что украшения подчеркнут мою красоту в его глазах. Деньги Двуликих всё равно ценнее. — Девушка с трудом сглотнула ком обиды, образовавшийся в горле. — Сокол, ты — дурак!».

Расчёска медленно разделяла запутавшиеся волосы и Вероника успокаивалась. День сегодня был по-настоящему насыщенным. Приготовления к празднику, потом Кипарис снова предложил встречаться. С недавних пор этот уверенный в себе парень начал нравиться девушке. Полгода он добивался её внимания. Такое усердие нельзя было не отметить. Романтичный юноша на фоне безучастного самовлюблённого Ламберта смотрелся очень привлекательно. Скорее всего, если Кипарис однажды захочет узаконить их отношения, то она согласится.

Девушка грустно улыбнулась себе в зеркале.

«Мечтать не вредно».

В дверь постучали. И в полупустую комнату вошёл полный мужчина.

— Папа? Ты что-то хотел? — спросила Вероника смотря на него через зеркало.

— Да, — замялся тот и сел в кресло, между шкафом и туалетным столиком дочери. — Как там Алегра?

— Нормально. Жить будет. Немного одиночества ей не повредит.

— Её отец опять выделил ей целую палату? — усмехнулся мужчина. — Где вы нашли столько приключений? Вы были втроём?

— Нет, пап. Котей пришёл немного позже. Мы с друзьями охотились. И почему-то набрели на монстров.

— Монстров? Вы что так далеко зашли?

— Да нет… Опустим эту тему. Ты же не за этим пришёл. Ведь так?

— От тебя ничего не утаишь, — вздохнул отец. — У тебя же есть знакомый по имени Кипарис Грибник?

— Ну да, — пыталась не подавать виду она. Хотя и не понимала, откуда он уже знает об этом. — А что?

— Дело в том, что он сегодня на празднике у нас были гости. Уважаемый лорд искал бойцов в свою армию. И мы со старейшинами разговаривали с ним. Когда ко мне подошёл этот паренёк. Он просил отойти с ним, но я отказался. Тогда он при всех сказал, что любит тебя и попросил твоей руки.

— Что? — Вероника не верила своим ушам. — Папа, что ты такое говоришь?

Немного подумав, она робко спросила:

— А что ты ему ответил?

— Естественно я отказал! Вот только все рассмеялись, и тогда лорд попросил меня дать парню шанс, если тот окажется хорошим воином. Я не мог отказать гостю. Но этот парень меня очень удивил. С виду такой хилый, а сила в руках есть. — Мужчина полез рукой в карман жилетки и что-то протянул дочери.

Это была брошь в виде цветка с бабочкой, украшенная блестящими камешками.

— Это дал лорд тому парню и сказал, что тот будет зачислен в рядовые, в тот момент как решит сделать военную карьеру. После Грибник отдал эту брошь мне и сказал, что не оставит надежды. Не сомневаюсь, он тоже понял, что она из золота. И камни это дорогие. А он, не раздумывая отдал её мне, — мужчина вздохнул. — Я тут подумал и решил, что ты уже большая девочка. И если он тебе нравится, то я даю своё согласие. Он, кажется, любит тебя по-настоящему.

— Папочка! — Вероника счастливая обняла отца. — Спасибо, папуличка! Я так рада!

Девушка схватила со стола резинку и обвязала волосы. Отдав брошь отцу, она скрылась за дверью. Мужчина улыбнулся. Растить дочь без матери тяжело. Но скоро, она приведёт в дом мужа и сама станет матерью. Грустно отчего-то, и в тоже время хорошо на душе. Он положил украшение в одну из шкатулок и потушил в комнате свет.

Вероника прошлась по деревне, но никто не видел её друзей. Она уже шла к западным воротам, когда впереди увидела знакомую широкую спину.

— Котей! — подбежала она к парню, смеясь, — ты больше не на пантеру похож, а на медведя!

— С чего это? — удивился он.

— Да так. Не бери в голову. А ты куда?

— Да пацаны ещё не вернулись. Чую, что-то там интересное происходит. И как всегда без меня.

— Я с тобой! — поставила она парня перед фактом. — Вдвоём веселей. Ты так не думаешь?!

— Ага, — выдохнул он в неизбежности. — С тобою не соскучишься.

Придя на опушку, они решили идти, ориентируясь на озеро. Начинало темнеть, и пара ускорила шаг.

— Да где же они! — Котей прислушивался ко всем звукам, боясь пропустить друзей. — Они либо очень далеко зашли, либо мы разминулись.

— Смотри! — Вероника указала влево. — Там что-то мелькает.

Котей замер. Всматриваясь, он прислушивался.

— Кажется, я слышал мужской голос.

— Тогда поспешим.

Девушка побежала в сторону, где они кого-то увидели.

— Стой! — парень стиснул зубы. — Вот что за напасть. Глупая женщина! А если там бой!? — ворчал он, догоняя спутницу.

Вероника вбежала на поляну и ужаснулась. Огромное чудовище ударило дубиной возле Тигры и брата Кипариса. В момент земля вокруг монстра покрылась зелёным дымком и грибами. Тигрида отбежала и выпустила последние стрелы, но Грибной монстр, казалось, даже не заметил. Отшвырнув дубиной юношу, он направился к девушкам.

Вероника глазами нашла Тигру.

— Надо разделиться. Беги.

Тигрида замешкала. Где-то там в траве велялся Крокус.

Монстр заметил девушку и медленно приближался, а она ещё и руками замахала.

Вероника, на безопасном расстоянии, обернулась на происходящее.

Котей поднял из травы Крокуса и куда-то его унёс, а Тигра отвлекала монстра. Вероника заметила, что Двуликая медленнее передвигается, чем обычно. Решив помочь она закричала.

— Эй, пугало лесное! Я здесь!

Монстр обернулся на крики и Тигра не упустила возможность спрятаться. Не найдя её, он развернулся и поплёлся в сторону криков.

Тигра выглянула из укрытия и к неё подскочил Котей.

Он указал куда отнёс раненого, а сам поспешил на выручку к Веронике.

— Что? — Кипарис удивился такому скорому ответу.

Сокол набрал из озера воды и умыл лицо. Освежает!

— Я сказал, что возможно согласен.

— Возможно?

— В общем сейчас мы возвращаемся и в полночь, у южных ворот, я буду тебя ждать. — сказал он и поправил. — Ну, если я решу идти с тобой. Я точно пока сказать не могу.

— Вот и замечательно! Но погоди. А почему в полночь? Может утром? Лорд Климентий уезжает на рассвете.

— А что тебе от этого лорда надо?

— Это он пригласил меня к себе на службу.

Сокол задумался. Утром. Тогда его могут заметить и не отпустить.

— А ты знаешь, где живёт этот лордишка?

— По рассказу, я понял, где находится его крепость, — но что это за город я затрудняюсь ответить.

— Хорошо. Идём домой.

Ламберт вошёл в лес, когда понял, что спутник не идёт за ним. Обернувшись, он увидел, что Кипарис замер и смотрит вправо.

— Ты чего застыл?

— Я, кажется, слышал голос твоей девушки.

Сокол расстроился. Вот её он пока не хотел видеть, надо ещё о многом подумать. Он хотел что-то сказать, но вспомнил порицание юноши. Подкаблучником — он выглядеть ещё больше не хотел.

— Т-тигры? — зубы чуть не заскрипели, когда парень выдавливал из себя укороченное имя возлюбленной.

— Да и, кажется, ещё кого-то. — Кипарис повернулся к Ламберту. — Давай пойдём к ним!?

— Нет. Ты иди. А мне надо ещё кое-что сделать.

Сокол рванул в лес на всей скорости. А Грибник пошёл на голоса.

Спустя несколько минут поисков Кипарис услышал шёпот.

— Ребята? — негромко произнёс он.

Из-за кустов и травы выглянул силуэт. Уже было почти темно, однако пышную рыжую шевелюру он узнал сразу.

— Двуликая — это ты?

— Это Кипарис? — спросил девушку мужской голос.

— Я не вижу, — шикнула она в ответ.

— Рыжая лиса, — усмехнулся Грибник. — Ты с кем там развлекаешься, пока Сокол идёт домой?

Сокол! Тигрида узнала этот язвительный тон и выпрямилась.

— Это, и правда, Кипарис. Иди сюда, нахал. Нужна твоя помощь.

— А что сами уже не справляетесь? — неохотно ворчал юноша, не решаясь: идти или нет. — Тигра, а я слышал ты недотрога.

— Кипарис, — позвал его слабый мужской голос. — Мне больно смеяться. Успокойся уже, и иди, помоги, зелёные стрекочеты!

— Крокус? — парень быстро оказался возле брата. — Что с твоим голосом?

Грибник лежал на земле и даже не пробовал привстать. Девушка села рядом.

— Нас ранили. Мы столько сегодня пережили, что я задаюсь вопросом: зачем мы вообще попёрлись в этот лес. Ты даже не представляешь, как я рада, что ты пришёл! У него что-то с ногами. И сама я его и к утру не дотащила бы. И как такой дрыщ может столько весить!? — попыталась она пошутить, но и ей самой было не смешно.

Кипарис попробовал ощупать ноги брата, но тот стонал от каждого прикосновения.

— Может и переломы, но не открытые. Надо срочно… — он заёрзал и принялся себя ощупывать. — Моя сумка. Там было обезболивающее. Сейчас оно очень пригодится.

— Но где ты её мог обронить? — отчаялась девушка.

— Нет. Я её не ронял. На озере я снял сумку, когда умывался. А потом Сокол меня отвлёк, и я забыл про неё.

— Сокол! А где он?

— Ушёл домой. Сказал, у него есть дела.

— Ясно, — расстроилась Тигра. — Давай я сбегаю за сумкой.

— Хорошо, — быстро согласился Грибник. — А мы пойдём в сторону деревни.

— Но, Тигра! — зашептал Крокус. — Ты же тоже ранена. И уже темно.

Девушка погладила его по голове.

— Ничего, — улыбнулась она. По щеке скатилась слеза, но голос не дрогнул. Она не позволила. — Жить буду. Я быстро. Вот только бы найти вас потом.

— Ну, ты уж постарайся! — Кипарис прекрасно слышал, как она говорила, но решил разрешить ей вести себя мужественно. Так требует ситуация, а времени нет.

Девушка встала и пошла в сторону озера, так быстро как могла. Она обхватила одной рукой живот, а другой — ловила стволы деревьев. Впереди лес светлел. Озеро близко.

Круглая луна осветила лес, и идти стало проще. А когда она вновь скрылась за облаками, впереди ярко-голубым цветом загорелись деревья и трава. Подойдя ближе, девушка увидела мужской силуэт. Сокол!

Парень стоял по пояс в воде. Мускулистые руки разглаживали мокрые волосы. По телу скатывались капли воды и голубым блеском и падали в озеро. Парень повернулся и начал выходить из воды. Но увидев девушку остановился.

«Что же делать!?!» — так и кричало сознание Тигриды. Ноги окаменели, а сердце сжалось. Волнение переполнило всё её сознание.

Раздался смешок и грубый голос спросил:

— Любуешься?

Луна лукаво выглянула из-за туч и осветила обнажённое тело парня. А тот встал в позу и растрепал свои чёрные волосы.

Чёрные волосы!?

Девушку осенило: у него были волосы до плеч! Она засмущалась и отвернулась.

— Ты чего? — рассмеялся он. — Я не против. Можешь любоваться сколько хочешь. У Сокола такого нет.

— Котей! Лучше оденься!

«И как такое могло произойти? Как я могла перепутать его с Соколом?! Ещё и сердце колотится как сумасшедшее. — Девушка легонько постучала кулачком по груди. — Успокойся уже! Это не мой Сокол!».

— Я тут о чью-то сумку чуть не убился. — Парень протянул вещь и заулыбался. — Да оделся я. Можешь повернуться.

Тигра робко и не поднимая глаз повернулась. В один шаг Котей оказался очень близко к девушке. Она подняла голову и испуганно затараторила:

— Э-это сумка Кип-париса. На-надо к ним спешить.

Тигрида шагнула назад и, за что-то зацепившись чуть не упала. Чуть… Её поймал Котей. Как в завершении танца — он держал её на весу и дышал ей в грудь. Подняв голову, он прошептал как-то необычно:

— Ты такая неловкая, маленькая амазонка.

Девушка видела только его улыбку. Его тёплое дыхание прошло по её груди к шее. А мокрые волосы холодом касались её кожи. Забыв про всё на свете, Тигра оттолкнула парня и упала на траву. Вскочив, она со всех ног рванула в лес.

Котей не мог сдерживать смех и тот разнёсся по лесу. Не переставая смеяться, он последовал за жертвой.

— Тигра, стой! Ну, подожди! Я же пошутил!!

Девушка только прибавила в скорости. Почему-то хотелось плакать. Только когда Котей стал её догонять, она всё поняла. Слёзы хлынули, и рука обхватила живот. Девушка замедлила бег и перешла на шаг, пока не упала.

— Тигра! — парень приземлился рядом. — Что с тобой? Тигра!

— Как ты умудрился сломать ноги?

— Долго рассказывать. Просто было много монстров.

— Вы тоже их встретили? Что же сегодня за день такой!?

Кипарис вправил брату одну кость, но остальные он боялся трогать. Посмотрев в сторону озера, он задумался.

— Скоро придёт Двуликая.

— Брат я…

— Нет. Подожди. Внимательно слушай, что я тебе сейчас скажу. Сегодня я просил руки Вероники.

— Да?..

— Молчи! Мне отказали, — немного помедлив Кипарис добавил. — Я решился.

Повисло молчание.

— Ты уйдёшь?

— Да.

— Когда?

— Сегодня.

— Жаль я не смогу пойти с тобой.

— Прости.

— Ты же не виноват… — выдавил Крокус, сдерживая боль. — Может это моя судьба — остаться в деревне.

— Может… Брат. Я когда-нибудь приду ещё. Мы обязательно увидимся. Я тебе обещаю.

Кипарис сжал ладонь брата. Терять часть себя. Даже просто ненадолго расстаться. Это очень тяжело, как оказалось.

Недалеко послышалось шуршание травы, и раздался крик:

— …Тигра!

Кипарис вскочил и побежал к друзьям. Котей шёл ему на встречу с девушкой на руках.

— Положи её, — скомандовал парень и принялся осматривать раненую. — Вы нашли сумку?

— Вот. — протянул Котей и опустился рядом. — Кипа, что с ней?

— У неё расчёсан живот. Внутренности тоже могут быть повреждены. Надо торопиться.

Он закончил перевязку и встал.

— Бери её и за мной. Она ничего не говорила? Не жаловалась на боль?

Пантера поднял девушку и поспешил за товарищем.

— По правде говоря: не успела.

— Помоги мне! — Кипарис наклонился, чтобы помочь брату уменьшить боль. — Потерпи ещё немного.

Водрузив раненых на спины, парни пошли так быстро насколько могли.

— …и тут она как ломанёт в лес. — смеялся Котей. — Я кричу уже, мол, это же шутка! Я бы не стал на самом деле приставать. Но она, наверное, уже не слышала.

— Или не верила, — предположил смеющийся Кипарис. — Я бы после такого тоже смылся и не оглядывался. Ха-ха-ха!

— Что? — искренне удивился рассказчик, — я, что: такой страшный?

— Нет. Ты очень симпатичный котёночек. Я бы сказал, котище. Ха-ха-ха!

— Ты хоть представляешь, что я почувствовала, когда поняла, что если это правда — я же не смогла бы от тебя отбиться!? Бугай недоделанный! — девушка охватила шею парня и укусила за ухо.

Котей закрутился от боли.

— А! Ай! Тигра! — пытался освободиться Пантера. — Хватит! Ну, брось! Тигра! Вот дрянная кошка! — терпеть уже не было мочи и он сбросил её со спины.

Девушка вполне ловко вскочила на ноги.

— Поделом тебе! — даже Крокус развеселился.

— Э! Ты вообще, на чьей стороне!? — парень чесал болевшее ухо. — А ты давно очнулась?

— Вовремя, чтобы услышать всё нужное, — съехидничала Тигрида и пошла к воротам. — Скорей! Уже чуток остался.

— Вот шельма! И как Сокол с тобой общается!? Я бы такого не выдержал.

— А я его за уши не кусаю. — Рассмеялась девушка и после короткой паузы, задумчиво добавила. — Во всяком случае, не так сильно…

Осоль спустилась с порога, обогнув родителей, и схватила Марта за руку.

— Папа! — хотела она что-то сказать, но сдержалась. — Пошли отсюда.

Она потянула за собой своего парня, но он нехотя сопротивлялся. И она вспылила.

— Что ты хочешь ещё сказать этому упёртому старику?

— Осоль. — Март медлил. — Он твой отец.

— Я хочу для тебя… — мужчина пытался оправдать свой отказ.

— Неужели самого лучшего? — Осоль часто слышала эту фразу из уст отца и уже не знала, насколько она правдива. — Он, папа. Он для меня самое лучшее!

Она поняла, что переходит на крик и убежала прочь.

Март сочувственно взглянул на мать девушки и побежал за возлюбленной.

— Осоль, вернись немедленно! — мужчина начал злиться, от осознания, что бывший раб стал для дочери важнее отца.

— Милый, а правильно ли, что мы так противимся их браку?

— Даже не думай о таких глупостях, дорогая. Осоль слаба здоровьем и её муж должен быть в состоянии оплачивать врачей и лекарства. Когда нас не станет, этот мальчишка её погубит. Даже не подумаю, отдавать её такому бездельнику.

Осоль хотела повернуть за очередной угол, когда Март обхватил её и поднял на руки.

— Ну же! Не дуйся на него.

— Как я могу!?

Осоль долго плакала на плече возлюбленного, а он гладил её по спине и носил на руках вокруг деревни.

Она злилась и отчаянно проклинала своё слабое здоровье.

Родители долго не могли зачать ребёнка и у матери бывали выкидыши. Осоль родилась альбиносом со слабым здоровьем. Но их счастью не было предела: этот ребёнок жив. И это главное.

Спустя годы малышка подросла и ей разрешили выходить играть на улицу. Там она и познакомилась с Тигридой и Калиной.

Девочки были младше её на три года, но внешне казалось, что она здесь младшенькая.

Осоль не хватало сил подолгу и активно играть. Но она с удовольствием наблюдала за тем, как это делали эти двое.

В один из таких дней они пошли на площадь послушать концерт. Среди всех выделялся высокий чернокожий юноша. Его выступление состояло из игры на разных музыкальных инструментов. И он был явно увлечён этим делом.

В глазах Осоль загорелись искорки.

Следующие четыре года она посвятила работе над выносливостью и пению. Оказалось, что у неё чудесный голос и ей нравились стихи. Хотя самой их сочинять у неё не сильно получалось.

Наконец-то подружкам надоело слушать её вздыхания, когда к Марту подходили местные красотки, чтобы позаигрывать. И они убедили её признаться ему.

Через пару дней на празднике костров Осоль вышла к костру и спела куплет. На припеве она посмотрела на подруг и медленно пошла в сторону возлюбленного:

Март взял протянутую ему руку и пошёл танцевать с этой хрупкой девочкой.

Он уже давно её приметил. Красивая и белая словно первый снег, она излучала свет, которому было невозможно не радоваться. Она вобрала в себе все, чем он восхищался и хотел владеть. Его полная противоположность, к которой он всем сердцем стремился.

Оказалось, что девушка всего на два года младше него самого и уже не такая уж и малышка.

Каждый день рядом с ней наделил его жизнь смыслом, который раньше ему давали лишь музыка и чистое голубое небо. А её чистый голосок проникал вглубь каждой клеточки его бренного тела.

Спустя пару лет он совершил первую попытку прошения её руки. Но чтобы он не делал, ответ отца был одинаков.

Март понимал его, но и отпустить это белое солнышко, которое так его любило, он не мог из жадной ревности.

— Игнатиус, что с ним? — молодой мужчина склонился над стариком, разглядывая проделываемую работу.

— Ничего. Могло быть и хуже. — Успокоил лекарь столпившихся родственников. — Через пару лет и следов не останется.

— Я же говорил. — Лорд выпрямился и повернулся к Кипарису. — Игнатиус мастер своего дела.

— Да, благодарю вас, Лорд! — юноша крепко пожал руку спасителю брата. — За сегодняшний вечер вы меня уже дважды спасли. — Немного оглядевшись, Кипарис шёпотом добавил: — Я постараюсь не остаться у вас в долгу.

— Хорошо, — улыбнулся мужчина. — Я буду Вас ждать.

Когда все вышли из комнаты, стало очень тихо. Тигрида сидела на кушетке и наблюдала за врачом и новым знакомым. Она уже когда-то видела продвинутые технологии. Но в детстве, и издалека. Вот так вблизи, казалось, что перед тобой человек, но и не человек. Он, необычайно, одним только присутствием, наполнял тело воодушевлением. Когда от старика исходило сияние, Крокус стонал. Он точно был измучан. И ей стало его жаль ещё сильнее.

В какой-то миг девушка поняла, что парень закрыл глаза и не двигается. А старый лекарь сел возле неё.

— А…

— Он спит. Кости срастутся нормально. И через пару недель он сможет самостоятельно вставать. А через год забудет об этом, как о страшном сне. Ну-с. Давай осмотрим тебя.

Тигра легла на спину, и лекарь принялся осматривать её живот. Вдруг тело наполнилось теплом. По коже пробежали мурашки, и она закрыла глаза. Но вместо темноты девушка увидела свет. Яркий и тёплый. Словно где-то рядом светило маленькое солнышко. Тигрида захотела найти источник света, но тишину нарушил чей-то голос. Не поняв слов, она прислушалась. «Проснись!» — кто-то повторил прямо возле неё.

— Готово.

Тигрида открыла глаза. Старик улыбнулся и пошёл мыть руки.

— Там остался небольшой шрам, но он скоро затянется.

Боль уже не чувствовалась. Девушка напрягла пресс, но результата не последовало. Поднявшись, она ощупала живот.

— Дедушка! Не болит! Дедушка — вы волшебник! Спасибо большое! Огромное спасибо!!! — она обняла спасителя.

— Да ладно тебе, — засмущался тот. — Тут ничего серьёзного. С продвинутой медициной эти раны лечатся как царапины. Другое дело переломы и отсутствие конечностей.

Тигра посмотрела на Крокуса.

— Ну да… — протянула она и спросила — а, мне уже можно идти?

— Да, конечно.

Девушка вышла из больницы и на неё набросилась сестра.

— Как ты могла! — Ланида злилась на младшую сестру. — Зачем ты его потащила на охоту? А если бы он помер там? А если бы тут не было этого лекаря!? Вечно от тебя одни проблемы-ы… — она расплакалась. — Я же совсем недавно вышла замуж. А уже чуть не угробила брата мужа-а… И зачем я только попросила тебя об этом! А-а-а!!!

Тигрида виновато смотрела на осевшую рыдающую сестру. Она присела рядом и поправила растрепавшиеся тёмно-рыжие волосы Лани.

— Прости, я не знала, что так получится.

— Никто не знал. — Вмешался в разговор высокий молодой человек.

Он подошёл к порогу и сел между сёстрами.

— Лань, я тебе уже сто раз говорил, что ему пора взрослеть.

— Взрослеть — значит калечиться? — бывшая Двуликая переключилась с младшей сестры на мужа. — Как ты можешь? Он же твой брат! Он же чуть не умер… — начались всхлипывания, и она опять разревелась.

Грибник махнул Тигре, чтобы та уходила, пока не поздно. И она поспешила.

Пройдя несколько зданий, Тигрида была остановлена молодым мужчиной. Ястреб Ламберт загадочно улыбался, ожидая пока она подойдёт ближе. Девушке на миг показалось, что он с братом очень похож. Ночной фонарь над ним замигал, но не погас.

— Доброго вечера, госпожа Двуликая!

— И Вам, Ястреб Ламберт! — девушке стало неловко от таких формальностей.

— Я как раз направлялся в больницу. А именно: искал Вас.

Тигрида скривилась.

— А можно мы перейдём на «ты»?

— Да, пожалуй, это будет более уместно. Особенно учитывая тему нашего разговора, — он снова улыбнулся.

— И о чём Ты хотел со мной поговорить?

— Я не буду тянуть, так как немного спешу. Поэтому перейду сразу к сути. Вы… Ты с Калиной каждое утро тренируешься. И у меня есть к Тебе задание. Не могла бы Ты сейчас найти свою подругу и попросить её отменить на завтра вашу встречу.

— Но зачем? — удивилась Тигра такой неожиданной просьбе.

— Это пока маленький секрет. — Он прижал указательный палец к губам. — Единственное, что я могу сказать — это то, что с завтрашнего дня начинается сезон свадеб.

Девушка сделала глубокий вдох. Это то, о чём она подумала!? Сокол завтра утром официально попросит её руки?! Волнение и радость нахлынули с необузданной силой.

Ястреб выпрямился и тоже растянулся в улыбке.

— Вижу, ты меня правильно поняла. А посему, — он шагнул в сторону и провёл рукой вдоль дороги. — Не смею Вас более задерживать, будущая Невестка.

Фонарь замигал, и девушка как стрела промчалась мимо. Повернув голову влево, она краем глаза заметила Сокола и остановила бег. Шагнув в тёмный переулок, она услышала упрёк в свою спину.

— Так не пойдёт! — Ястреб нахмурился. — Сначала иди и отмени все встречи! А то утром придут сваты, а невесты нет дома.

Тигра оглядела переулок, но Сокола больше не было видно. Она вздохнула и поспешила на поиски подруги.

Рассерженный Сокол Ламберт твёрдо шагал по площади сквозь шумящую толпу. Ночь перед сезоном свадеб всегда была самой шумной в году. До самого рассвета музыканты не отложат инструментов, а кухни будут готовить еду и напитки.

Сразу за площадью резко наступила тишина. Сокол остановился и огляделся: людей почти не было. Юноша попытался успокоить бешеный пульс, но не получалось. Голова кипела от проблем. Поддавшись раздумьям, он медленно зашагал. «Брат, — вопрошал Сокол, пытаясь разобраться с самим собой. — Что же он собирается делать?! Он не может так поступить со мной! Хотя… Тигрида. Я уже и не знаю, что чувствую к этой девчонке. Раньше было понятнее. Пока я не начал её ревновать ко всем и вся. Нет. Я определённо её не люб…

— …лю, — выдохнул Ламберт, понимая, что пытается убедить сам себя.

В нескольких метрах от него что-то зашуршало, и послышались вздохи и постанывания.

Парень усмехнулся, и хотел что-то крикнуть, но недалеко за углом замигал фонарь и послышались голоса. По переулку в его сторону бежала девушка с рыжими волосами, блестевшими в свете фонаря.

— Так не пойдёт! — послышалось из-за её спины, и она обернулась.

Сокол вмиг узнал брата в силуэте под фонарём. Желая узнать, о чём они разговаривали, юноша спрятался.

— Сначала иди и отмени все встречи! А то утром придут сваты, а невесты нет дома.

Потом всё утихло, и Ламберт вышел из укрытия. Ни брата, ни Тигриды не было. «Что они здесь делали? — воспылал с новой силой гнев, так неуспешно затушенный. — И почему мне не известно об их встречах?! Что они скрывают? Неужели один я всё это время ходил в дураках?!! Как жестоко Двуликая! Ну, ничего. Я никогда не буду вам прислуживать предатели! И не мечтайте». — Сокол решительно рванул в сторону дома.

Собрав одежду и оружие, парень подумал о еде и деньгах. На кухне не было и крошки. Кухарка сказала, что это из-за праздника и посоветовала взять еды там. Тихонько пробравшись в спальную часть дома, Сокол обнаружил, что ещё никого нет. Нянька спала в кресле-качалке с книгой в руках. А племянники сопели в своих кроватках. Юноша опустошил найденные тайники брата и отца и, уходя, заметил открытую дверь в детскую.

Он тихо подкрался и заглянул внутрь. Ястреб поправлял одеяла, укутывая детей, а нянька, зевая, расставляла книги. Так же тихо Сокол вышел из дома и поспешил прочь.

Направляясь к восточным воротам, Ламберт остановился возле дома Вероники. Как иронично: если бы она сегодня не бросила его, он бы бросил её. Даже днём Сокол и предположить не мог, насколько изменится его жизнь всего за несколько часов.

— Сокол? — тихо вопросил кто-то. — Это же ты?

Только сейчас парень заметил, что возле дома на лавочке под деревом кто-то сидел. Не жилая отвечать, Сокол Ламберт повернулся уходить.

— Подожди!

Через несколько секунд возле него стоял Кипарис.

— А ты что тут делаешь? — удивился юноша. — Мы же договорились в полночь уходить.

Грибник усмехнулся.

— Так уже часа два ночи. Припозднился ты, маленько.

— У меня были дела. — выдавил Сокол не жилая признавать, что не хотел уходить в никуда с этим щенком. — А ты чего не ушёл? Будешь утра дожидаться?

Кипарис кивнул в сторону дома Вероники.

— Я ждал, когда её отец уснёт. Хотел с ней попрощаться.

Сокол тут же вспомнил, что когда он разделился с Грибником, то встретил Веронику и Котея. Пантера пошёл дальше в поисках остальных, а он уговорил Веронику вернуться в деревню. И пока они шли, она ему все уши прожужжала, что отец согласился на брак. И как она теперь счастлива. Если Кипарис с ней сейчас встретятся, то он никуда не уйдёт. Надо что-то придумать. Срочно!

— Кипарис, — начал он. — Я не думаю, что это хорошая идея. Ты её сейчас расстроишь. А зачем тебе слезы на дорогу? Лучше потом. Когда преуспеешь в армии. — «Если преуспеешь» — про себя добавил Ламберт. — Вот тогда тебе никто в свадьбе точно не откажет.

Грибник задумался. Потом подбежал к лавочке и вернулся с большим ранцем.

— Вот так-то лучше! — обрадовался Сокол и они ушли.

В своей комнате Вероника открыла окно и с надеждой посмотрела в ночь.

Большая просторная комната была заполнена пред полуденным светом. Мебели и элементов декора минимум. Центр очень пуст, но, судя по стоящему неподалёку инвентарю, можно было с уверенностью сказать, что здесь тренируется воин.

Кровать заскрипела. Из-под одеяла показались тонкие ручки. Сразу по завершению утренних потягиваний они были спрятаны обратно. Немного погодя из укрытия медленно показалась нога, но и она тут же спряталась.

Тигра съёжилась. Из-под тёплого одеяла вылезать не хотелось. Оттянув одеяло, девушка посмотрела в окно. Густая крона яблони затеняла окно от солнца, но не скрывала, что уже скоро обед.

— Что? — раздался вопль вскакивающей сони.

Подбежав к окну, девушка распахнула его. Тёплый летний воздух ворвался в прохладную комнату. Во дворе залаял пёс.

— Как же быть?

Тигрида оглядела комнату. Схватив плед со стула, она быстро застелила постель и принялась одеваться. После открытия шкафа, девушка несколько раз пожалела, что не купила ещё пару платьев. Последний раз на рынке мать долго её уговаривала на это. Но Тигра была непреклонна. Вот же глупая!

Дверь распахнулась, и в комнату вбежал мальчуган. Он взобрался на кровать и стал прыгать.

— Тигра, Тигра! — кричал он. — К тебе Калина пришла!

— Ты что делаешь, поганец?! Мне надо… — до девушки дошёл смысл слов сказанных братом. — Калина? А кроме неё, никого нет?

— Не-ет. — не останавливался мальчик.

Еле поймав братца, Тигрида выпроводила его за дверь. Сняв сорочку, девушка увидела шрам на животе. Она подошла к зеркалу и внимательно его рассмотрела. Так необычно… Всё тело наполнило воспоминание о моменте исцеления. Таких необычных чувств девушка её никогда не испытывала.

В дверь постучали, и Тигра пришла в себя.

— Эй, Соня! — голос Калины весело звучал по ту сторону двери. — К тебе можно зайти?

— Секундочку! — рыжеволосая девушка схватила с вешалки зелёное платье и быстро его надела. — Заходи.

Калина вошла в светлую комнату и увидела подругу, расчёсывающую волосы.

— Ты Сокола не видела? — спросила Тигрида, заканчивая причёску. — А то…

— Я думала, ты знаешь, где он.

Девушки недоумевающе переглянулись. И Калина пояснила:

— Его Ястреб ищет.

— Ты видела Ястреба? Он с родственниками? Они не сюда идут? — Тигра засуетилась. — Надо хорошо выглядеть.

Калина шагнула вперёд и обняла подругу.

— Ты чего? — удивилась та.

— Мне надо сказать тебе что-то очень важное. — Девушки сели на кровать. — Тигрида. Ты — моя самая лучшая подруга. Но прости меня, пожалуйста, за то, что ничего тебе не говорила. — После небольшой паузы она добавила. — Я выхожу замуж.

— Что? — Двуликая не верила своим ушам. — Но за кого? Тебя родители заставляют?

— Нет. Я по любви.

— По любви… Тогда почему ты ничего никогда не рассказывала? — Тигра была в восторге. — Кто он? Давно это у вас началось?

— Началось всё примерно полгода назад. Всё получилось случайно. Как бы само собой. Ястреб хотел узнать больше о тебе, а в итоге мы стали тайно встречаться.

— Подожди, подожди! — Тигрида пыталась осмыслить полученную информацию. — Ястреб? Это… брат Сокола?

— Да, это он.

— Но как вы?.. Подожди-ка. Но ведь, — Тигра принялась считать в уме. — Он же на четырнадцать лет тебя старше! И у него две детей. Тебя это не смущает?

— Вовсе нет.

Двуликая покосилась на подругу. Та мечтательно улыбалась и, казалась, была очень счастлива. Тигра понимающе улыбнулась в ответ.

— Тогда я очень рада за тебя.

— А я-то как рада! — пока девушки обнимались, Калина вспомнила что-то очень важное. — Погоди-ка! А что ты оденешь? — она оглядела подругу и посмотрела ей в шкаф. — Ты с ума сошла? Что это на тебе? Так быстро пошли на рынок! Пока он не закрылся.

— Но вдруг пока нас не будет они придут?

— Не придут. — Калина толкала подружку к выходу. — Они ещё Сокола не нашли. А ему тоже ещё собираться. Вы ночью хоть не кувыркались?

— Нет, конечно. — покраснела Тигрида. — Я его не видела ещё со вчерашнего вечера.

— Ты хотела сказать сегодняшней ночи, Соня?!

— Да нет же. Мы как расстались перед лесом и всё.

Калина остановилась перед калиткой.

— Так вы не вместе всю ночь были? — в её глаза закралась тень сомнения.

— Говорю же — нет! — немного подумав Тигра спросила: — А его всю ночь не было? А он из леса приходил вообще? — испуганно побледнела она.

— Да приходил. Успокойся уже, — трясла Калина подругу за плечи. — Его после полуночи кухарка видела.

— Правда? Слава цветущему папоротнику! — выдохнула обеспокоенная девушка. — Но где же он тогда?

— Он ушёл.

Девушки обернулись. Ястреб подошёл к ним вплотную и обнял Калину. От неожиданности она икнула. Для неё было очень необычно, что они могут больше не скрываться. Тепло любимого человека было таким родным…

— Что значит он ушёл? — Тигрида, казалось, не замечала ничего вокруг. — Куда ушёл?

— Ночью часовые выпустили из деревни его и Кипариса.

— Кипариса? — удивилась Калина. — Когда это они сдружились?

— Но куда они могли пойти, да ещё в ночи? — сокрушалась и беспокоилась Тигрида.

— Они сказали часовым, что до следующего года не вернутся — точно. А дальше видно будет. Тигрида вы не ссорились?

— Нет, — девушка была в смятении.

— А Кипарис куда попёрся? — негодовала Калина. — А как же Крокус? Его хоть и целил герой, но сейчас у него высокая температура! Вдруг у него заражение?! О чём Кип вообще думает!?!

Из дома вышел Энт Двуликий.

— Ястреб Ламберт! А ты уже пришёл свататься? — захохотал он и увидел, что тот обнимает за талию не его дочь. — Что здесь происходит? К чему сбор?

— Господин Энт, здравствуйте! — Ястреб поклонился главе совета. — Всё немного изменилось. И договорённости были пересмотрены.

Тигра с изумлением смотрела то на одного, то на другого. Они говорили о ней, но как будто без неё.

— Стоп, стоп, стоп! Какие ещё договорённости? Пап, откуда ты знал, что они придут свататься?

— Молчи, Тигра. — нахмурился отец. — Ты видишь — главы семейств разговаривают.

— Так это касается меня!

— А тебя пока никто не спрашивал! — Энт повысил тон.

— Но отец… — Тигра хотела что-то возразить, но Калина отвела её в сторону.

— Прошу, подожди. Не ругайся с отцом. — шептала она. — Пусть они поговорят.

Девушки отошли.

— Думаю, ты ещё не знаешь… — промямлила Калина. — Но тебе надо это знать. Энт Двуликий и Лев Ламберт год назад договорились поженить тебя и Ястреба.

— Что? — Тигрида округлила глаза.

— Как-то так. Ястреб уже отошёл от смерти жены, и отец хотел передать ему управление кланом. А так же выгодно женить второй раз. С такой историей пришёл ко мне в первый раз Ястреб Ламберт. Он хотел больше узнать о тебе и твоих отношениях с отцом. О твоих чувствах к Соколу. После того как расторгнуть соглашение законным путём не получилось. Ястреб решил, что вы с Соколом могли бы пожениться тайно. Он уже начинал готовиться к вашему обручению, когда понял, что я ему больше, чем просто симпатична. А я уже была по самые уши влюблена в этого красавца. И помогала ему не только из-за тебя, а ещё и по личным причинам.

Тигрида задумалась. Энт что-то хмуро обсуждал с Ястребом. Потом он покраснел и как закричит:

— Куда и почему этот паршивец сбежал? Что значит, вы не знаете почему?!

Тигра перестала стоять в стороне.

— Это всё вы виноваты! — она собралась броситься на отца. — Это вам не терпелось от меня избавиться! А он узнал, что меня выдают за его брата. Вот он и ушёл!

Ястреб перехватил разъярённую тигрицу.

— Успокойся! — пытался он утихомирить её. — Сокол знает, что я никогда бы не женился на его девушке. — Порывистость девушки поутихла.

— Ну и что? — цинично похохотал Двуликий. — Подумаешь, за брата выдают. Если бы он действительно хотел на тебе жениться — вы бы столько не скрывались. Вы могли сбежать или, хотя бы, тайно пожениться. На крайний случай, он мог бы обрюхатить тебя. С позором, но вас бы поженили в любом случае. А он просто сбежал. Как трусливый щенок.

— Отец!

— Энт… — еле слышно выдохнула Сирин, вышедшая на порог из-за криков во дворе.

— Если этот паршивец сбежал только из-за этого. То я в нём глубоко разочарован. И это к лучшему, что свадьбы не будет. — Закончил Энт и пошёл в дом.

— Отец! — закричала Тигра и попыталась вырваться, но Ястреб крепко держал её за плечи. — Отец! — вырывалась она.

Сирин растерянно смотрела на дочь. Не зная всей проблемы ей было трудно судить о ситуации. Немного поколебавшись, она пошла, догонять мужа.

Тигрида смотрела на уходящего отца и следующую за ним мать. Может она смягчит его гнев и поможет чем-то. Но…

Сокол ушёл.

И даже не попрощался.

Тигра перестала сопротивляться и осела на землю. Слёзы катились по её щекам и она в последний раз закричала:

— Папа!

Крик был очень пронзительным. Но не упрекающим и требовательным как раньше. А, скорее, молящим. Как будто дочь звала на помощь и искала защиты у твёрдой, но тёплой отцовской руки. Энт понимал боль утраты родного человека, как никто другой. Он смотрел на любимую дочь через окно и не слышал вопросов жены. Калина села рядом с Тигрой и утешала её. Двуликий нахмурился.

— Она должна сама перетерпеть и всё обдумать. Мы ей в этом не помощники.

Сирин пыталась выяснить, подробности случившегося, но муж заперся в кабинете. Тогда она пошла во двор. Но и дочери след простыл.

— Госпожа, обед почти готов.

Сирин обернулась. В дверях стояла её помощница по дому. Женщина из-за суматохи забыла, что готовила обед на кухне. Ещё раз, взглянув на двор, она вошла в дом.