— Холера, — выкрикнула Трисс и тут же поднесла обожженный палец к влажным губам. — Мне кажется, у меня никогда не получится держать огонек на кончиках пальцев так, чтобы он не обжигал меня, — пожаловалась она, повернувшись к сидевшей за ее спиной Йеннифер.

— Ты просто забываешь, что в момент его создания этот огонь является частью тебя самой, — ответила Йен, с ленцой переворачивая очередную страницу «Ковир и Повисс». — Продолжай практиковаться.

— Но у меня уже все пальцы покалечены, — с юношеской плаксивостью затянула Трисс в ответ. — Может, на сегодня хватит?

— И чем же ты займешь себя? — наконец-то оторвала глаза от книги Йен.

— Могу сходить на рынок и купить трав для завтрашнего практикума по снадобьям, — с хитрецой в глазах тут же придумала альтернативу она.

Йен лишь позволительно махнула рукой и вновь углубилась в чтение. Трисс же вскочила и, наспех оглядев себя в одно из зеркал, накинула на плечи тонкий плащ и зацепила на поясе небольшой кошель, в котором весело позвякивали кроны.

На улице Новиграда было солнечно и многолюдно. Уличные торговцы зазывали к прилавкам, предлагая чудесные товары из далекой Зеррикании. Кузнецы, чьи лавки располагались под деревянными козырьками, ударяли по наковальням, задавая ритм городской суете. А люди, словно муравьи, сновали по улочкам, протискиваясь сквозь поток, чтобы побыстрей достигнуть места назначения. Трисс же никуда не торопилась, поэтому спокойно шла к рынку, иногда останавливаясь, чтобы пропустить особо торопящихся горожан.

Повернув за угол, она споткнулась обо что-то и, опустив голову, не сразу поняла, что комок грязной и окровавленной одежды возле ее ног — это маленькая девочка лет десяти.

— О великая Мелитэле, что с тобой? — воскликнула Трисс, опустившись на колени и взяв ребенка за плечи.

— Помо… помогите… — кое-как прохрипела та и обмякла, потеряв сознание в тот самый момент, когда мимо пронесся очередной прохожий, задевший плечо Трисс коленом, отчего ту повело в сторону.

Чертыхнувшись, Трисс тут же подхватила тело девочки, которая, казалось, была слишком легка для своего возраста, и стремительно двинулась сквозь толпу к дому Йеннифер. То и дело сталкиваясь с людьми, она не прекращала вполголоса бормотать слова заклятья, способного поддерживать жизненные силы дитя, но ничего не получалась: продираться сквозь толпу и параллельно с этим концентрироваться и черпать силы было практически невозможно.

Когда она добралась до синей двери, за которой ждала Йен, лицо девочки стало белым, словно цветы аренарии. На лбу Трисс выступила испарина от напряжения и страха перед тем, что она не успела помочь бедняжке. Распахнув дверь толчком ноги, она словно сквозняк влетела в комнату и положила девочку на кровать.

Йеннифер, не сразу поняв, что происходит, медленно встала и подошла к ним:

— Кто это?

— Я не знаю, — торопливо ответила Трисс, — я столкнулась с ней на улице, и она не успела ничего толком сказать, а я… — она начала хватать воздух ртом, пытаясь не расплакаться, — я так и не смогла по дороге сюда произнести формула восстанавливающего заклятья.

— Успокойся и выпей воды, — тихо произнесла Йен, отодвигая ее в сторону, чтобы подойти к девочке. — Хватит тут одной без сознания!

Понадобилась всего лишь пара мгновений, чтобы Йеннифер произнесла магическую формулу, и тело девочки укутала магическая сфера искрящегося серебристого света. Несколько минут в комнате стояла тишина, а потом послышался тихий всхлип. Йен обернулась и увидела, как обмякшая на стуле перед письменным столом Трисс сотрясается в почти бесшумном рыдании.

— Я ни на что неспособна, даже помочь ребенку, — сквозь слезы протянула она. — Я ничего не смогла для нее сделать.

— Перестань, — жестко ответила Йен и снова повернулась к девочке. — Ты принесла ее сюда. Для нее этого достаточно.

Трисс продолжала плакать, но уже более тихо.

— Да прекрати ты! — не выдержала Йеннифер. — Лучше взгляни на это: девчонка сжимала его в руке.

Ловким движением она бросила серебряный медальон с темным рубином на тонком кожаном ремешке. Трисс начала внимательно рассматривать его, не понимая, как такая дорогая вещь могла оказаться у городской оборванки.

— От него веет магией, — все еще всхлипывая, произнесла она. — Может быть, она сорвала его с того, кто на нее напал? Ремешок, на котором он висел, порван.

— Это было бы отлично! — ответила Йен. — Тогда бы мы смогли отследить этого сукиного сына по его магическому следу. Подготовь необходимое и принеси, пожалуйста, тряпку и горячую воду: с бедняжки необходимо смыть кровь.

— С ней все будет в порядке? — спросила Трисс через несколько минут, подходя к кровати с тазиком горячей воды.

— Я сделала все, что смогла, — ответила Йеннифер. — Теперь очередь за ней, надеюсь, ее организм справится: у нее общее истощение, царапины на руках и ногах, ничего серьезного… — раздался стук в дверь. — Иди и посмотри, кого там принесло.

Трисс вышла из комнаты и прошла в прихожую. Настойчивый стук не прекращался. Слышались мужские голоса, требующие впустить их немедленно, и это определенно настораживало. Помедлив пару мгновений, она собралась с духом и решительным движением распахнула дверь.

— Что вам угодно? — не слишком вежливо поинтересовалась она у троих мужчин, оказавшихся перед ней: один высокий, в плаще с накинутым на голову капюшоном, скрывавшим в тени его глаза, и двое краснолюдов с огромными боевыми топорами, размером почти с них самих, и повязками, закрывавшими почти половину лица.

— Отойди в сторону и дай забрать то, что нам принадлежит, — ответил стоявший посередине человек.

— Здесь нет ничего, что вы могли бы назвать своим. Вам следует уйти, — настойчиво произнесла она. — Сейчас же!

— Пошла прочь, девка, — злобно выкрикнул незнакомец и оттолкнул ее в сторону с такой силой, что Трисс упала на спину. — Вперед, обшарьте здесь все, но притащите мне ее!

Краснолюды ворвались в дом и начали залетать в каждую дверь, а человек, не обращая внимания на лежавшую подле его ног девушку, медленно прошел вперед, осматриваясь по сторонам. Длинный меч висел в ножнах на его поясе и с каждым шагом глухо ударялся о ногу.

Когда Трисс оказалась вне поля его зрения, она зажгла в ладони огненный шар и, стискивая зубы, чтобы не вскрикнуть от охватившей руку боли, прицелилась и метнула его в спину незнакомца. Тот, будто бы у него были глаза на затылке, предугадал ее движение и выставил вокруг себя защитную сферу. Резко развернувшись, он неожиданно расхохотался, и от этого смеха по коже Трисс побежали мурашки:

— Трисс Меригольд, вчерашняя выпускница Аретузы, неужели ты и вправду думала, что этим фейерверком сможешь причинить мне хоть какой-то вред? — он щелкнул пальцами, и в его ладони возникла сфера, сотканная, казалось, из сотен тончайших молний. — Ох, бедняжка, тебе еще столькому предстояло научиться, но, видимо, не судьба.

Трисс собрала все свои силы и, зажмурившись, оградила себя щитом, но тот был недостаточно силен, и она прекрасно это понимала, потому что каждую тренировку Йеннифер разбивала его, словно щит был сделан из стекла, а не из энергии. Йен постоянно повторяла, что щит — это лучшая защита чародейки, но она так и не успела до конца усвоить ее уроки.

Когда она услышала, как что-то прогремело рядом с ней, несмело открыла глаза и увидела вокруг себя щит такой толщины, что сквозь него видны были лишь силуэты.

— О, Йеннифер, какая встреча! — с ядовитой любезностью проговорил чародей, поворачиваясь к Трисс спиной. — Мне не сказали, что здесь будешь и ты.

— Что ж, если кто-то знает, где ты, значит, не придется самой волочить твой труп на улицу! — съязвила та в ответ. — Какого черта ты забыл в этом доме?

— Я уже объяснил твоей очаровательной ученице: мой человек видел, как она забирает кое-что, принадлежащее мне. Отдай мне девчонку, и мы мирно покинем ваш дом.

— Боюсь тебя огорчить, но твои головорезы уже вряд ли смогут хоть куда-то идти, — ответила ему Йен. За ее спиной в полуоткрытую дверь можно было видеть ноги краснолюдов на полу: мертвы они были или оглушены, сказать сейчас было невозможно.

Чародей бросил в Йеннифер очередную сферу, но та отскочила от нее, словно мячик и, ударившись об стену, проделала в ней дыру размером с голову виверны. Долго ответа ждать не потребовалось, в мужчину полетели яркие всполохи огня, но от каждого из них он с ловкостью уворачивался.

— Ты ведь знаешь, что так просто со мной не справиться, так что сдайся! — прокричал он и ударил в Йен молнией.

Пол под ее ногами треснул, но та, казалось, даже не шелохнулась. Собрав энергию, она послала в сторону мужчины оглушительный поток, сметавший все на своем пути, но враг, к удивлению Йеннифер, остался стоять на ногах. Лишь немного присел, согнув ноги в коленях для устойчивости. Трисс, которая была за его спиной, зажмурилась, когда волна дошла до нее, а справа и слева от нее сундуки и шкафы разнесло в щепки. Казалось, это битва между чародеями не закончится, пока у кого-то из них не иссякнут силы, но такого итога Меригольд видеть не хотела, поэтому осмотрелась вокруг и, когда взгляд упал на старый нож, она тут же схватила его и подползла как можно ближе к краю щита, отгораживавшего ее от основного сражения. Выждав момент, когда чародей собрал силы для очередной атаки, она словно кошка вскочила на ноги и одним прыжком достигла его. Нож с хрустом вошел в позвоночник мужчины. В то же самое мгновение Трисс почувствовала, как плечо обжег огненный шар, выпущенный Йеннифер, которая не видела происходящего за спиной чародея и воспользовалась его промедлением для очередной атаки. Вскрикнув, Трисс рухнула рядом с чародеем, и Йен тут же подбежала.

— Я… я не видела тебя, Трисс, я думала, ты все еще за моим щитом! — воскликнула она, гладя Трисс по волосам. — Не теряй сознание, все будет хорошо, — продолжала бормотать она, но та уже обмякла на ее руках.

Лежавший рядом с ними мужчина был явно мертв. Беспокоиться о нем уже было не нужно. В комнате, где лежала девочка, раздался хлопок открытия магического портала, поэтому Йен вскочила на ноги и бегом ринулась в комнату.

— Кто вы? — воскликнула она, увидев рядом с кроватью невысокого мужчину преклонных лет, облаченного в темно-красный плащ. — Если вы пришли сюда забрать ее, я вам не позволю, — прорычала она, поднимая правую руку с горящим на ней огненным пламенем.

— Успокойся, дитя, — тихо произнес незнакомец. — Меня зовут Сарпиен из Нижнего города, что расположен на самом юге Зеррикании. Это дитя — юная Маркерия, будущая жрица храма. Она по своему неразумению покинула корабль, на котором мы приплыли сюда, дабы сделать остановку в нашем путешествии к Мышовуру, обитающему на Скеллиге. Когда я хватился ее, след, оставляемый ею, был едва уловим, и я боялся, что не смогу найти ее или что будет слишком поздно, когда я все же достигну этой цели. Люди в северных городах слишком жестоки, особенно к маленьким девочкам, оставленным без присмотра. Когда одна из вас начала ритуал отслеживания магического следа этого медальона, — он погладил медальон, который Йен нашла в руке девочки, — вы вдохнули в него энергию, и он снова отчаянно начал призывать своего хозяина, коим являюсь я. Как вижу, вы уже справились с теми, кто хотел забрать Меркерию.

— Но зачем она им была нужна? — не выдержав, перебила его Йеннифер. — Она ведь всего лишь девчонка из Зеррикании.

— Это были люди некого Тесака, новиградского вора и убийцы, возомнившего, что сможет подмять под себя весь город. Видимо, один из его людей был в порту и увидел, как Меркерия сходит с трапа без сопровождения. А как вы знаете, корабли Зеррикании отличаются богатством и пышностью. Поэтому они украли ее, переодели в лохмотья и увезли сюда, в Оксенфурт, чтобы труднее было найти. Видимо, девочке удалось каким-то образом сбежать от них, и она столкнулась с госпожой… Извините, я не знаю, как зовут ту девушку, что лежит сейчас в вашей прихожей. Кстати, с ней все в порядке? Почему она без сознания?

— Как?.. — Йен оглянулась, не понимая, откуда он знает, что она без сознания. — Вы же не были там!

— У нас, зерриканцев, свои секреты, — улыбнулся он, чуть склонив голову, а затем вытащил из кармана плаща небольшой мешочек, вышитый золотыми нитями. — Вот, возьмите, это поможет вашей подруге в два счета.

— Спасибо, — ответила Йен, взяв в руки дар Сарпиена. — Но если это магия, то, боюсь, Трисс она не поможет, у нее аллергия на магические снадобья.

— О нет, это всего лишь травы из нашего с Меркерией дома. А теперь прошу меня извинить, наш корабль ждет нас. Но перед этим прошу вас назвать ваше имя.

— Йеннифер из Венгерберга, — произнесла она, глядя в желтые глаза, которые, казалось, были наполнены расплавленным золотом.

Взяв все еще не пришедшую в сознание девочку на руки, Сарпиен шепотом открыл портал и, прежде чем ступить в него, негромко произнес:

— Спасибо вам, госпожа Йеннифер. Нижний город никогда не забудет того, что вы для нас сделали. Ворота наши всегда открыты для вас!

…Трисс пришла в себя лишь поздним вечером, когда на небосводе взошла луна. Снадобье Сарпиена действительно помогло ей, и на плече уже не было никаких следов ожога.

— Что… произошло? — хриплым ото сна голосом спросила Трисс.

— Все уже закончилось, девочка в безопасности: она вернулась домой, — ответила сидевшая подле нее Йен и провела тыльной стороной ладони по ее щеке.

— Но… — Трисс попыталась привстать, опираясь на локти, но Йен положила ладонь ей на грудь и ограничила ее порыв.

— С ней все в порядке, никто ей больше не угрожает. А вот тебе грозит переутомление, если ты сейчас же не успокоишься. Так что угомонись и дай мне позаботиться о тебе!

— Но я в порядке, — воспротивилась та. — Мы должны понять, кто это был….

— Обо всем уже позаботились, тела возвращены тому, кому принадлежали эти псы.

— Спасибо, Йен, — тихо произнесла в ответ Трисс. — Твой щит… он спас меня!

— Когда-нибудь ты сделаешь для меня то же самое, — произнесла в ответ Йеннифер.

Она наклонилась ниже, и ее черные локоны смешались с рыжими волосами Трисс, разметавшимися по подушке, а губы соприкоснулись в легком поцелуе. В комнате царил полумрак, и лишь отблески свечей, горевших по обеим сторонам от кровати, освещали тела.

Теперь, когда их первая совместная битва была выиграна, можно было расслабиться и окунуться в дурманящую сладость страсти. Наслаждаться друг другом, пока Содденский холм не настиг их обеих...