— Скоро папа придёт! — я, ласково улыбнувшись сыночку и не удержавшись, поцеловала пухлую щёчку.

Сынок улыбнулся, выпустив слюни.

В замке заворочался ключ, и я пошла в коридор, подхватив сына на руки. Это была наша традиция такая. Семейная. Встречать папу с работы. Ну… по крайней мере, я старалась сделать это традицией.

— Привет, Кирилл! — я счастливо улыбнулась при виде мужа.

Сын тоже радостно выдал свое коронное — Па! Па!

Кирилл, как обычно в последнее время, хмурый и набыченный, кивнул нам:

— Привет! Жрать готово хоть? Голодный я. Быка бы сожрал.

В последние несколько недель это единственная фраза, которой он нам отвечает. А раньше… Раньше с нами был какой-то другой Кирилл. Весёлый, немного безбашенный, открытый… Тот Кирилл носил меня на руках и всю беременность целовал мой животик.

— Не сожрал бы, а съел, — привычно поправила я, проглотив обиду. Ну вот что? Сложно было ему улыбнуться сыну? Ладно я… Хотя даже уже я не ладно. С трудом справившись с собой, перехватила сына и пошла на кухню.

— Я так голоден, что мне не съесть, сожрать что-нибудь охота, — недовольно пробурчал Кирилл и пошёл в ванную мыть руки.

Усадив Антошку в детский стульчик и закрепив его ремнем, я принялась накладывать еду. Сморгнув невесть откуда взявшиеся слезы, нацепила на лицо улыбку и повернулась к мужу.

— Ня! — Антон радостно стуча ладошкой по столу, второй ручкой держал свою любимую погремушку и протягивал её отцу.

— Ай… — Кирилл отмахнулся от сына и сел на свое место во главе стола. — Ну, где еда?

— Кирилл… Мы скучали по тебе. Ты мог бы быть поласковее?

— Вот поем нормально и буду. Где еда, Арина?

Снова вздохнув, я поставила перед ним тарелку.

В последнее время у нас все очень напряжённо, и я, как могла, сглаживала углы, стараясь меньше обращать внимания на плохое настроение мужа. И если к себе я уже ничего не требовала, то за сына было обидно. Прям до слез обидно. Мы с Антошкой действительно ждали Кирилла с работы, искренне радовались его приходу и, конечно, хотелось бы от него тоже получить хоть капельку любви.

В конце концов, мы с Антоном его семья.

Не глядя на меня, Кирилл приступил к еде. Судя по тому, как он методично и с явным аппетитом поглощал еду, он был действительно очень голоден.

— Как прошёл твой день, Кирилл? — осторожно спросила я.

— Нормально. — так же не отрывая от тарелки глаз, пробурчал он. — Ты как?

— Мы тоже хорошо! — обрадовалась я его интересу. — Антошка спал хорошо сегодня. Три часа, представляешь? Я столько дел успела переделать за это время! Гулять сходили потом. На пруд. Там утечек кормили. Да, Антош?

Антошка довольно улыбнулся и снова выдал свое еще одно фирменное слово:

— Дя!

Вообще, несмотря на то что ему всего лишь год исполнился, он уже пытался говорить. «Ня, дя, па, дай» он вполне уверено выдавал и всегда правильно, к месту.

Вообще, с сыном нам повезло. Он вообще меня не напрягал. Ни во время беременности, ни сейчас. Конечно, было все… и колики, и зубки, и даже болел он пару раз, но в целом Антон был очень спокойный ребёнок. Его было легко увлечь игрушками, он спокойно мог заниматься сам с собой, лишь бы я была рядом. И как любая мать, я могла говорить о нём часами. Жаль, что особо не с кем. Кирилл был целыми днями на работе. Мама моя жила далеко, а свекровь считала, что дети становятся интересными годам к десяти, а до этого просила её не беспокоить.

Единственный человек, с кем я могла поговорить, была моя подруга Дина. Мы дружили с первого курса университета, и несмотря на моё замужество, а потом и материнство, продолжали поддерживать связь.

Но подруга подругой, а с мужем поговорить-то тоже хочется, и не только поговорить. Хочется объятий, поцелуев… Внимания, в конце концов.

— Арин… — перебил меня муж. — Устал я. Давай прекращай трепаться — он встал из-за стола и вышел из кухни.

Почувствовав, как у меня едва ли не пар из ушей повалил, я вскочила с места и, взяв сына на руки, пошла за мужем.

Устроив малыша в манеже и накидав ему любимых игрушек, пошла вслед за мужем.

Он лежал в спальне и зависал в телефоне.

— Кирилл! — я сердито нахмурилась. — Что происходит?!

— Чего? — пробубнил он, не отрывая глаз от телефона.

— В смысле «чего»? Кирилл! — я повысила голос, пытаясь обратить на себя внимание.

— Отвали, а? Устал я, — все так же уткнувшись в телефон, Кирилл махнул мне рукой.

Не в силах терпеть это его равнодушие, я подскочила к нему и выхватила из рук телефон.

— Кирилл!

— Арина! — взревел он и подскочил на кровати.

В этот момент у меня в руке мигнул экран сообщением, я машинально посмотрела в экран и открыла сообщение.

Лучше бы я не смотрела…

На меня с экрана телефона мужа смотрела девушка. Красивая, наверно. Лицо было не очень видно. Зато было видно большую грудь и то, что ниже пояса. И тут же следом ещё сообщение: «Ну как? Нравится?»

— Отдай! Дура! — Кирилл выхватил телефон из моих рук и оттолкнул меня.

— Кирилл? Что это было? — я смотрела на него потрясенно. — Я не понимаю!

Нет, я, конечно, все поняла. Просто… это же не может быть правдой, да?

— Что надо, то и было! — он отвернулся и сунул руки в домашние штаны.

— Кирилл! Ты мне изменяешь, да? Ты поэтому стал такой?

— Да! — он развернулся и уставился на меня, — Да! Да! Да! Изменяю! Я сплю с этой клиенткой… Нет! Не так! Я её трахаю!

— Трахаешь? — мой мозг просто отказывался принимать всё, что я слышала. — Зачем?

— Зачем? Ты и в самом деле дура, Арина! — он усмехнулся и схватил меня за плечи. — За деньги! За деньги, милая! Мне надоела моя нищенская жизнь. Надоел этот чертов кредит! Ты надоела! А они свободные! Богатые они!

Он тряс меня как куклу, больно ухватив за плечи.

— Ты спишь с ними за деньги? — заикаясь переспросила я его снова. — Но ведь… это же… Ты же тогда… проститутка!

— Нет! Не смей меня так называть! Дура! Проститутки на трассе стоят! А я сам выбираю, кого трахнуть! Ясно тебе?

Он резко отпустил меня и, не удержавшись, я упала на пол.

— Иди давай! — он толкнул меня ногой, — к Антону иди.

Медленно встав на ноги, я посмотрела на Кирилла.

— Никогда бы не подумала, что ты станешь таким… Таким мерзким! Ты продаёшь себя! Боже… Противно-то как! А если тебя купит мужик? Старый толстый мужик? Тоже дашь? За милые большие денежки?

— Ах ты, сук@! — он замахнулся и ударил меня с такой силой, что, отлетев, я ударилась головой о пол и потеряла сознание.

Сознание возвращалось медленно. Урывками. Я слышала детский плач, голоса, крики… Все это было где-то там, параллельно мне. Я словно плавала в каком-то мареве. Густом, болезненном мареве.

— Ну, давай, моя хорошая, открывай глазки. — Где-то на краю сознания прозвучал требовательно голос. — Давай, давай… Молодец!

Распахнув глаза я уставилась на мужчину в форме, что в свою очередь внимательно смотрел на меня.

— Ну? — он склонился голову на бок. — Как дела?

— Плохо…, — я поморщилась. — Все болит.

— Ещё бы не болело. Так приложиться то затылком.

— Антон? — забеспокоилась я, порываясь подняться.

— Это который сын?

Я чуть заметно кивнула.

— Насколько я знаю, с ним осталась пожилая женщина. Соседка по-моему.

— Хорошо. — я судорожно выдохнула. Тётя Таня, наша соседка, пару раз уже оставалась с Антошкой. Своих внуков у неё ещё нет. Дети выросли, но свои семьи еще не создали, а внуков ей отчаянно хотелось. Вот она и тянулась к Антошке, а мне пару раз пришлось с ней его оставить.

— Что со мной?

— А ты не помнишь?

— Помню…, — тихо ответила я. — Просто хочется узнать насколько все серьёзно.

— Сотрясение. Многочисленные ушибы. Подвывих плечевого сустава. Ничего не хочешь рассказать?

— Пока нет…, — я отвернулась и всхлипнула.

Так жалко себя стало! Прям до слез…

— Эй, давай, не кисни. Нечего реветь. Отдыхай, завтра приду, поговорим.

Мужчина ушёл, а в палату вошёл врач. Пару тройку дней мне нужно было провести в больнице. И это как минимум.

— Состояние средней тяжести! Никаких домой! Никаких! Три дня это минимум. И то, отпущу, если я буду уверен, что вам ничего не угрожает.

— У меня ребёнок…

— Милая моя…, — Врач снисходительно усмехнулся, — у вас ребёнок! Именно потому что ребёнок, вы здесь лежите и лечитесь. Ребёнку мама нужна, а не калека. Ясно?

Я не хотя кивнула. Ясно конечно, только сердце то щемит. Как там мой сыночек? И хоть тётя Таня сказала что пока справляется, я все равно переживала.

Мама узнала от соседки, что я в больнице и сказала, что едет ко мне, чтобы помочь с Антошкой. Я давала соседке номер мамы, на всякий случай и вот, пригодился.

Оказывается, без сознания я провела несколько часов. Кирилл бросил меня, видимо испугавшись и сбежал. На надрывный плач Антона прибежала соседка, которая и нашла меня лежащей на полу. Она же вызвала скорую, а оттуда уже сообщили в полицию. Слишком уж травмы у меня были подозрительные, как сказал доктор.

Я лежала в палате, на кровати и думала над тем, что произошло. В голове не укладывалось, что все это со мной. Со мной… с нами. Когда Кирилл стал таким? Когда?

Снова всхлипнув, я вытерла злые слезы. Нет уж… Я плакать по этой проститутке не буду! Противно то как! Мой муж… отец моего малыша… человек с кем я прожила три года… Делила постель, встречала с работы, праздновали праздники… и этот человек сотворил с нами такое??

Удивительное дело, но мне не было больно. Нет, физически больно было конечно. Болело все тело. Тело… а душа нет. Было мерзко, тошно, противно. Было обидно и не понятно. Но не больно. Словно вся любовь что у меня была к Кириллу полностью закончилась. Исчезла в один миг.

— Ну, красавица! Как дела? — в палату снова вошёл полицейский. — Готова рассказать что у вас там произошло?

— Ничего…, — я пробурчала и отвернулась. Говорить о том, что меня едва не убил муж не хотелось. Стыдно было, если честно.

— Послушай, милая. — полицейский отложил свою папку и посмотрел на меня. — Давай с тобой поговорим откровенно? Меня кстати Олег Сергеевич зовут. Так вот, Ариш. Есть у меня дочь. Чуть младше тебя… и вот я хочу сказать тебе как отец дочери. Я бы твоего мужа прибил бы за то, что он сделал. Мало того что едва не убил, так ещё и бросил, сбежав. Но… как участковый, я тебе скажу, что шансов наказать его не много. К сожалению, закон не на твоей стороне. Ты его жена и тот вред что он тебе причинил попадает под статью конечно, но с такими травмами как у тебя… ему выпишут штраф. Сорок тысяч рублей. В пользу государства.

Видя мои расширившиеся в недоумении глаза, он скупо усмехнулся. — Да, малышка. К сожалению, это так. Можно конечно ещё ему статью за оставление в опасности припаять. Но… свидетелей нет.

— И что? Им всем получается можно просто так жён бить? И ничего не будет за это?

— Ммм…, — он смущённо кашлянул в кулак, — будет. Штраф. Если ещё раз поднимет руку, уже идёт как истязание. Там могут три месяца дать или год. Ну а если несколько раз, да еще и со сломанной рукой… твоей разумеется, инвалидность если потом дадут. Тебе инвалидность конечно… то тогда могут и посадить. На три года. Если свидетели будут.

Я молча покачала головой. — Ужас какой… И все так живут?

— Живут конечно. Мирятся и снова дерутся. Пока кто нибудь кого нибудь не зашибет… До смерти.

— Я так не буду! Я на развод подам! Не нужен мне такой муж!

— Не нужен говоришь? — он снова усмехнулся и покачал головой. — Есть у меня одна мысль, красавица. Там за дверью, матушка твоего мужа мается. Мы с твоим доктором и ей, и ему запретили тебя тревожить. Пока. И если муженек даже не думает появляться, то матушка его здесь второй день ошивается. Ты меня послушай милая, как отца бы послушала. Ты этой матушке предложи от тебя деньгами откупиться.

— В смысле деньгами? — я возмущенно нахмурилась. — Это как это?

— Обыкновенно. — он пожал плечами. — Скажи что заявление написала и хочешь её сыночка посадить. На три года. Уверен она здесь сидит не тебя жалеть, а за сыночка своего просить. Ты ей вместе с ребёнком своим и даром не нужна, а за сына боязно. Сыграй на этом. Скажи не будешь писать заявление, если заплатят они тебе. Ну или машину, например, отдадут. Долю в квартире, в конце концов. Если разводится серьёзно надумала, то деньги тебе по любому нужны будут. Ты же в декрете сидишь. А алименты дело такое… Подумай детенок над моими словами. Хорошенько подумай. Я за двадцать лет работы много чего видел… — он тяжело вздохнул. — Если поднял руку мужик, да ещё бросил помирать, то рано или поздно снова поднимет… Ну давай, милая. Лежи, поправляйся. Я у соседки твоей был, с утра. Мальчишка твой сытый, довольный. Не переживай так что.

Он ушёл оставив после себя запах табака, кожи и какой-то надежности. Словно вправду отец ко мне приходил, поддержал. Сразу стало спокойнее после него. И решение пришло о том, что дальше делать.

Олег Сергеевич подал мне хорошую мысль. Просто отличную. И я верю ему. Верю, что сильно наказать Кирилла за то, что он сделал я не смогу. Значит я должна полностью вычеркнуть его из нашей с Антоном жизни. Не нужен мне такой муж, а Антону такой отец. Мы с сыном сами как нибудь проживём. Справимся.

Страшно конечно. Страшно, что не смогу. Антошка маленький совсем. Куда я его?

Снова всхлипнула… Так обидно за себя и сына. Так горько!

— Аринушка, доченька! — приторно сладкий голос свекрови выдернул из дремы.

— Ольга Сергеевна? — я с трудом сфокусировала на ней свой взгляд.

— Я, милая, я… — она поставила на тумбочку пакет и стала вытаскивать сок, фрукты, баночки какие. — Ох-хо-хо-х, милая… Как же так-то? — усевшись на стул возле моей кровати, схватила за руку. — Ты как, солнышко?

Я смотрела на свекровь, борясь с желанием выгнать эту лицемерку. Ни разу за все время, что мы жили с Кириллом, она не называла меня ни солнышком, ни милой, ни уж тем более доченькой… Да вообще никак! Она вообще старалась со мной лишний раз никак не пересекаться. И сейчас её сюсюканье было мне противно. Это лицемерие. А я никогда не любила лицемеров.

— Что вы хотите от меня, Ольга Сергеевна? — я выдернула свою руку.

— Ну что так грубо-то? — она недовольно поморщилась. — Я ж к тебе со всей душой, Аринушка. С добром.

— Странно это, не находите?

— Что, милая?

— Ну хотя бы то, что сейчас «милая». Всегда была «Эй», ну или «Арина».

— Ты бредишь, солнышко. Я всегда к тебе хорошо относилась.

Я хмыкнула и поморщилась. Разбитая губа треснула и из неё тонкой струйкой потекла кровь.

— Оу! — в глазах свекрови блеснул страх. Отчаянный страх за себя и свое благополучие. И сейчас, глядя в её глаза я поняла это. Не за Кирилла она боится. За себя. И о себе беспокоится. И я решила сыграть на этом.

Ольга Сергеевна какой-никакой занимает пост в мэрии. Что-то вроде зам зама по хозяйству. Ну, завхоз, если просто. Но ведь в мэрии же.

— У меня нет бреда. Врач подтвердит, как и многое другое, — взяв салфетки, осторожно промокнула кровь.

— Арина… детка. Ну, между мужем и женой всякое может быть. К тому же Кирюша говорит, ты сама на него кинулась, а когда он тебя чуть оттолкнул, то ты сама же и упала.

— Пф-ф… — я снова фыркнула не сдержавшись. — Это было не так. А как было, я рассказала полиции. Так что, думаю, они точно разберутся с Кириллом, — бросив быстрый взгляд на свекровь, продолжила. — Представляю, какой скандал будет!

— Скандал? — просипела свекровь. — Какой скандал?

— Обыкновенный, — я пожала плечами. — Не думаете же вы, что никто не узнает о том, что Кирилл под следствием? Что на него уголовное дело завели по двум статьям.

— По… по двум? — потерянно повторила она.

— По двум. Одна за избиение, вторая за то, что сбежал, бросил нас с Антоном. Я без сознания, Антон маленький совсем. Хорошо, что тётя Таня нашла нас.

— Арина… — мать Кирилла заискивающе улыбнулась мне. — Зачем ты так? У вас же любовь такая! Ну? Все ругаются… Муж и жена одна сатана… — она искусственно рассмеялась.

— Он мне изменяет, это, во-первых, а во-вторых, он меня ударил и бросил беспомощную. Так что нет, Ольга Сергеевна, никакой любви больше нет. Развод и суд. Года три посидит, подумает над своим поведением, может поумнеет. — Я устало поморщилась. — Уходите, я устала.

— Арина! — Ольга Сергеевна с отчаянием подняла руки и прижала их к груди. — Не совершай ошибку! Подумай хорошенько! Это же Кирилл! Твой муж! Как ты можешь так жестоко?

— Жестоко? А бросить жену и ребёнка беспомощных это не жестоко? Он был моим мужем, а сейчас он для меня абсолютно чужой человек!

— Ну как же? — она растерянно смотрела на меня. — Антон! — видимо, вспомнив о внуке, воскликнула она. — Да, да! Антон! Подумай о сыне. Отец-уголовник — это что вообще такое? Какое будущее его ждёт?

— Пусть тогда отказывается от сына. Он все равно, как оказалось, ему не нужен.

— Отказывается? — она непонимающе смотрела на меня.

— Да, отказывается. От сына, от меня, от доли в квартире. От всего, что нас связывает. И тогда… — я сделала многозначительную паузу. — Тогда я, может быть, ещё подумаю.

— Он откажется! Арин! Он откажется, конечно, откажется. — она воодушевленно вскочила со своего места. — Что же он, дурак какой не отказываться? Я пойду, Ариш. Столько дел ещё.

Не глядя на меня, свекровь выскочила из палаты, а я с облегчением выдохнула. Может, я, конечно, не права и ещё пожалею о своём решении…

Хотя нет. Я права! С таким отцом, как Кирилл, и ребёнка оставить страшно. Если он меня так ударил, что пол-лица синюшное, то что он малышу может сделать? К тому же, как ни обидно мне, но отец из Кирилла не получился. И если первое время он хоть как-то старался, то постепенно ему, видимо, надоела игра в семью. Последние полгода Кирилл совсем не подходил к сыну. Даже не брал его без острой необходимости на руки.

Всхлипнув, я зло вытерла слезы. Нет уж! Я не буду больше плакать. Как оказалось, любви нет, а на нет и плакать нечего.

Утром следующего дня ко мне в палату пришла мама. Увидев меня, она расплакалась и крепко обняла.

— Аришка… девочка моя. Как же так-то? Ты написала заявление? У-у-у… паразит! — она потрясла кулаком в сторону окна.

— Мам, — я спрятала улыбку в уголках губ. Мамина забота, как и ее искреннее возмущение, были приятны.

— Я не буду писать заявление.

— Арина… — она ахнула и прижала руку ко рту. — Ты… хочешь простить его?

— Ой, нет, мам! Ты что!? — меня аж передёрнуло от такой перспективы. — Нет! Ты же не знаешь всего.

Я рассказала всё маме. Без утайки и ложной скромности. Даже о том, что Кирилл спит с женщинами за деньги.

— О, боже, Арина… — мама смотрела на меня широко распахнутыми глазами. — Арина… слов нет просто. — Она задумчиво покачала головой. — Арин, а что ты решила тогда?

Я не успела открыть рот, как дверь распахнулась и на пороге показался Олег Сергеевич.

— Ну, как дела, красавица? — он был как обычно бодр и весел. — О, а эта красивая женщина рядом, я так понимаю, мама?

Я, улыбнувшись кивнула и посмотрела на маму. Она смущённо улыбнулась и протянула ему руку, — Да, я мама Арины, Антонина.

— Потрясающе красивое имя у вас, Антонина, — Олег Сергеевич неожиданно взяв мамину руку, поцеловал её.

Мама мило покраснела и отвернулась. Наблюдать за ними было забавно. Мама после того, как осталась одна, ни с кем особо не встречалась. По крайней мере, я не видела её с кавалерами. Сейчас же, смотря на краснеющую, словно девочка, маму, я неожиданно поняла, что она ещё достаточно молодая. Ей всего-то сорок пять лет. А Олег Сергеевич вполне себе симпатичный мужчина примерно её возраста.

— Ну, что решила, Арина? — он повернулся ко мне.

— Вот, только собиралась маме все рассказать, — я сделала паузу настраиваясь. — Решила последовать вашему совету. Я… — запнувшись сглотнула комок в горле. — Я предложила отказаться от нас с Антоном. Полностью. И долю в квартире хочу, чтобы он переписал на Антошку.

Мама тихо ахнула и прижала ладонь ко рту.

— И как? — спросил Олег Сергеевич.

— Мать Кирилла согласилась. — я прокашлялась и сморгнув слезы добавила. — Думаю, и Кирилл согласится.

— Ну как так, Арина? — мама покачала головой с ужасом смотря на меня. — Откажется?

— Хорошее решение, молодец! — одобрительно кивнул Олег Сергеевич. — Это лучше, чем бесполезное заявление.

— Но почему?! — мама возмущенно уставилась на него. — Почему бесполезное?

— Ну вот так, Антонина, — Олег Сергеевич тяжело вздохнул. — Он муж. Максимум, что ему грозит — это штраф в сорок тысяч, ну, можно ещё побороться, чтобы присудили три месяца принудительных работ. Так что, Арина, ты молодец.

— Он же отец… — мама прижала ладони к лицу и всхлипнула. — Как же можно так, Арина?

Я поджала губы и нахмурилась:

— А вот так! Незачем Антону такой отец, который может ударить мать, а потом сбежать. Зачем Антону отец, который спит с женщинами за деньги?

— Это да… — мама снова всхлипнула. — Это даже в голове не укладывается, Арин. Ты делай, как считаешь нужным. Я приму любое твоё решение.

— Ма… ма…ма, — маленький Антошка едва не подпрыгивал от радости на руках у мамы, когда увидел меня.

Мама осторожно спустила его пол и Антон пошёл, нет, побежал ко мне широко улыбаясь во весь рот.

— Тоша! Сынок! — я присела на корточки и потянулась к нему. — Сыночек! — подхватив сына на руки прижала его к себе. Слезы бежали по щекам непрерывным потоком. Как же я соскучилась! Невероятно сильно! Зацеловывая сына я захлебывалась своим счастьем. Как можно не любить это чудо, что слюнявя мои щеки, обнимал своими пухлыми ручками непрерывно повторяя свое «Ма!»…

— Ох как, по мамке то соскучился! — Олег Сергеевич по доброму улыбнулся сгружая на пол мои многочисленные пакеты. Он сегодня был выходной и вызвался забрать меня из больницы. Это было настолько для меня нереально, что в первый момент я просто впала в ступор. Но видя какие он кидает взгляды на мою маму, все встало на свои места. Судя по всему, я лишь предлог для того чтобы заработать лишние очки симпатии. Хотя мне в любом случае приятно. Я провела в больнице в общей сложности неделю. Целых семь дней без моего маленького сыночка! Это очень много…

— Давайте, давайте… Ариночке надо лечь. — мама суетилась рядом, пытаясь забрать у меня Антона, но тот вцепился в меня мёртвой хваткой и категорически отказался отпустить.

— Мам, не трогай его. — я прижимала к себе Антошку, вдыхая родной запах сына. Он пах как все маленькие дети чем-то очень вкусным и домашним. Молоком, печеньем, детством…

Олег Сергеевич легко подхватил нас с сыном и поставил меня на ноги. Придерживая Антошку одной рукой, так как вторая все ещё была зафиксирована, я пошла в сторону спальни. Мама помогла мне устроится удобнее и мы с Антоном замерли на кровати все так же обнявшись.

— Мама рядом, Антон. Рядом.

— Ма…, ма… де? Де? — его губки подрагивали, а в глазах застыли слезы. Мой сыночек скучал, отчаянно скучал по мне и сейчас тихо плакал, вцепившись в меня обеими ручками.

— Мама болела.

— Бо? — он осторожно дотронулся до моей опухшей щеки.

— Да, больно. — маленькие пальчики осторожно елозили по моей щеке, а я изо всех сил старалась не плакать. Как можно отказаться от этого? Я просто не понимаю…

Ольга Сергеевна позвонила мне и спокойно сообщила, что они с Кириллом согласны с моим предложением. Сам Кирилл не звонил. Хотя, где-то в глубине души я ждала его возмущенного звонка. Ждала, что он не захочет отказаться от сына. Но свекровь убила мою последнюю надежду в то, что для Кирилла Антон что либо значит. Нет. Ничего.

— Ты же понимаешь, что Кирилл вложил больше в эту квартиру чем ты? — она больше не лебезила передо мной.

— А вот и нет. — я хмыкнула. — И это все доказуемо. У меня был бабушкин дом, продав который мы внесли первоначальный взнос, потом материнский капитал, мои декретные. Так что, Ольга Сергеевна, давайте без не нужных претензий. Вы подписали документы?

— Все как ты хотела, Арина. Отказ от доли в пользу Антона и отказ от ребёнка. — едва не прошипела она в трубку. — Не пожалей об этом, деточка. Одной, без мужа очень сложно. Сможешь ли ты?

— До встречи в суде. — я отключила телефон и уставилась в потолок.

Это ужасно. Вот так просто отказаться от ребёнка. Их больше волновал квартирный вопрос. Как же, сыночка то снова к ней вернулся. А в быту Кирилл очень даже ленивый. Ну и пусть… Это больше не моя головная боль.

Прижав к себе сына, я пообещала себе, что со всем справлюсь. Я все смогу. Иначе никак.

Так, обнявшись, мы незаметно для себя уснули.

Проснулась я от аромата маминой выпечки. Только моя мама умела так печь ягодный пирог, что его аромат даже сквозь сон манит.

Антошка лежал раскинувшись звёздочкой на широкой кровати. Подоткнув его со всех сторон одеялом, чтобы не упал, я осторожно спустила ноги с кровати и встала.

Голова чуть закружилась, но это, как сказал доктор нормально после сотрясения.

Я пошла в сторону кухни и наткнулась на очень милую картинку.

Моя мамочка и Олег Сергеевич сидели за столом и пили чай с пирогом. При этом мама выглядела очень мило, как молодая красивая девочка. Не знаю, что уж там задумал Олег Сергеевич, но маме это их общение явно идёт на пользу.

— Арина, солнышко, ты проснулась? — увидев меня она подскочила и засуетилась усаживая за стол. — А я пирог испекла. Твой любимый, ягодный.

— Очень вкусный пирог, Антонина. Никогда ничего вкуснее не ел. — поддакнул наш участковый и так посмотрел на маму, что даже я смутилась.

— Спасибо, — мама смущённо улыбнулась и налила мне чай. — Давай, солнышко, попей чай, а как Антошка проснётся, ужинать будем. Я суп сварила. Куринный. И тебе хорошо и Антон оказывается любит. Чуть попозже тётя Таня придёт, хорошо?

— Спасибо мама, — произнесла я с чувством и потянулась обнять её. — чтобы я делала без тебя

— Ой, ладно, дочь… — мама промокнула слезу и кинув быстрый взгляд на Олега Сергеевича посмотрела на меня.

— Ариш…, — она прокашлялась, — я тут подумала…, — она снова кинула быстрый взгляд на Олега Сергеевича и тот протянув руку сжал её ладонь.

Я сделала вид, что очень поглощена пирогом и старалась не смотреть на маму, чтобы не смущать её ещё больше.

— Вся эта ситуация с Кириллом…, — мама тяжело вздохнула, — вся эта ситуация показала мне, что я слишком далеко живу от тебя и Антона. Я хочу переехать к тебе, если ты не против.

— Мам…, — протянула я растерянно. — Мам…

Я замолчала, потрясенная её предложением.

Мы из небольшого сибирского городка. Мои бабушки с дедушками жили в этом городе, моя мама всю жизнь там прожила… У нас там вся родня, многочисленные мамины друзья и подруги.

Это у меня всегда была мечта жить в большом городе, поэтому после школы я даже не сомневаясь поехала сюда поступать и учиться. К тому же, в нашем городе из институтов был только педагогический, а я хотела стать бухгалтером. Но не просто бухгалтером, а аудитором. У меня была мечта создать свою аудиторскую компанию. Может это конечно и очень самонадеянно, но вот так вот.

Уже начиная с третьего курса университета я вела небольшие компании как бухгалтер, помогая им с отчётами и в декрете тоже не бросила эту работу.

Но мама… Моя мама всей душой, всеми корнями была там.

— Мам…, — я посмотрела на неё, — не надо. У тебя там вся жизнь. Сестры, братья, племянники. Друзья, в конце концов.

— И что? — она фыркнула. — У меня здесь единственная дочь и внук. — она чуть пожала плечами. — Вы нужны мне. Я хочу быть рядом. Хочу видеть Антошку не через экран телефона. Он такой чудесный, такой лапочка…

— Мам…, — я снова покачала головой, — даже слов нет.

— И не надо. Что это обсуждать? Если ты не будешь против, то я пока поживу с вами, а потом, как продам нашу квартиру, куплю себе квартирку где нибудь рядом. Думаю, на небольшую однушку мне хватит.

— К тому же, Антонина преподаватель математики. А сейчас как раз не хватает хороших учителей. Работы здесь много, не потеряется. — подал голос Олег Сергеевич. — С матерью то тебе всяко легче будет, Арина. Дите малое у тебя на руках, одной тяжело.

— Так я не против! Нет! Мама, — я посмотрела на неё. — Просто я переживаю за тебя. У тебя же там вся жизнь!

— А теперь здесь будет. — мама погладила меня по голове. — Ерунда все, Арин. Я просто хочу быть рядом.

— Спасибо…, — я сморгнула слезы. — Мам, спасибо!

— Ну вот и хорошо, что все хорошо. — Олег Сергеевич поднялся с места. — Пойду я. Обустраивайтесь, а я завтра зайду.

Кивнув мне на прощание, он пошёл к дверям.

— Мам, ты уверена? — я подняла глаза на маму, после того как она проводив участкового, вошла на кухню.

— Уверена. — кивнув она подошла к раковине и стала мыть чашки. — Уверена Ариш. Ты бы знала, как я испугалась, когда мне Таня позвонила. Пока тебя не увидела, все боялась. Зачем мне сестры и подруги, когда ты, моя кровиночка тут одна? У них у всех свои семьи. А у меня вы семья.

Я молча подошла к ней и обняла, прижавшись.

— Сейчас окрепнешь чуть-чуть и я поеду обратно. Вещи соберу, уволюсь по человечески. — она обняла меня крепко. — Все хорошо будет, дочь. Вот увидишь. Помнишь, как я всегда говорю?

— Самое тёмное время перед рассветом. — я улыбнулась повторив её любимую фразу.

— Да! — мама потерлась носом о мою макушку. — Все именно так.

Как же сложно развестись! Намного сложнее, чем выйти замуж.

Во-первых, суд дал нам месяц на примирение. Зачем он мне, этот месяц?

Я чётко высказала свое решение никогда не видеть Кирилла в нашей с Антоном жизни, но судья была непреклонна. Так положено. Кем? Зачем? Для чего? К тому же, у нас возникла проблема с отказом Кирилла от отцовства.

И нет! Не он против… Он-то как раз за! Это государство не хочет, чтобы Антошка был без отца. А спросило меня это государство, нужен ли моему сыну такой отец?

Хотя… как сказала судья:

— Это вы его выбрали. Вы вышли за этого человека замуж на добровольной основе.

И не поспоришь ведь. Только и Кирилл не был таким. Ну не был он таким отмороженным раньше! Да, был немного не серьезным, весёлым, даже чуть разбитным, но вот таким беспринципным, подлым он не был!

И как я не заметила эту его трансформацию?

Наверное, слишком рано мы с ним поженились, и он просто был не готов к ответственности. К тому же эта ипотека! Бесконечный бег по кругу…

Устало вздохнув, я пошла на кухню заварить себе ромашкового чая. Мне срочно нужно было успокоится. Мама моя уехала собирать вещи и продавать квартиру, а мы с Антошкой остались одни. Ну, не совсем уж одни… Тётя Таня всегда была рядом и старалась помочь мне, просто мне не хотелось её напрягать лишний раз.

Хотя иногда, вот как сейчас, накатывала такая тоска, и так становилось себя жалко… В такие моменты казалось, что я не смогу, не справлюсь… Что я ничего не стою, и права моя свекровь в том, что я никто и звать меня никак. Обычная брошенка.

— Да кому ты нужна, дура! Разведенка с прицепом! — бросила она мне зло, после суда.

Хорошо, что мамочка была рядом и тут же вступилась за нас:

— Арина с Антоном семья. Это им еще кто нужен будет! А сын твой проститут, как истаскается, так и останется один, никому не нужный.

Олег Сергеевич тогда мягко нас развёл в разные стороны, чтобы предотвратить побоище. Ух, мама тогда сердилась! Всю дорогу в машине пыхтела.

А меня слова свекрови задели. Царапнули и запустили свой яд неуверенности в себе.

Ну ведь и вправду… Кому я нужна, если даже мужу своему оказалась не нужна.

Кирилл-то на суде сидел важный. Весь из себя в новой модной одежде. На меня даже не смотрел.

— Стыдно ему, — шепнула мне мама на ухо. — Вот и боится глаза поднять на тебя.

Я с сомнением покачала головой. Вряд ли Кириллу стыдно. Скорее, ему просто вся эта ситуация с судом неприятна. Единственное, что меня порадовало — это то, что он отказ от доли в квартире подписал, и хоть с этим проблем не возникло.

Теперь мы с Антоном единственные ее собственники. Долг у меня по ипотеке небольшой остался, думаю, года за три-четыре выплачу. Пока, конечно, сложно, но, когда мама ко мне полностью переедет, я смогу больше работать, а значит, больше и зарабатывать.

Я вытерла слезы с щек:

«Ничего, Арина. Прорвёмся!»

Через месяц в суде встретимся и снова подтвердим свое желание развестись. А там, глядишь, и дело об отказе от ребенка тоже решится в нашу пользу.

Звонок в дверь удивил. Никого не ждала, но, может, тётя Таня решила зайти. Даже в глазок не посмотрела, сразу открыла дверь.

— Заходите, давайте. Арина, отойди, не мешай! — на пороге стояла свекровь и два каких-то мужика.

— Чему не мешать? — я упрямо держала дверь прикрытой, не выпуская их в квартиру.

— Как чему? Мы за вещами приехали вообще-то.

— Тут нет ничего вашего. — я попыталась захлопнуть дверь, но свекровь навалилось на неё всем весом мешая мне.

— Есть! Диван, телевизор, шкаф купе! А микроволновка? Её, между прочим, я вам дарила.

— Микроволновку сейчас сама вынесу, а все остальное мы в кредит брали! — я пыхтела, пытаясь закрыть дверь.

— Кирилл один работал! Это всё его!

— Кредиты все на мне! — пнув свекровь по ноге, я наконец-то смогла заставить её убрать ногу и захлопнула дверь.

— Открой, Арина! Быстро открой! — она барабанила по двери, то и дело нажимая на звонок.

Конечно же, Антошка проснулся и заплакал, испугавшись.

— Тише малыш, тише… — я покачала его на ручках и посадила в манеж. — посиди, маленький, мама быстро, — включив сыну мультик про синий трактор, поспешила на кухню. Схватив микроволновку, включила телефон на видеозапись и открыла дверь. Свекровь, злая, встрепанная стояла на пороге.

— Ах ты ж, мелкая дрянь! Да я тебя! Да я тебе!

— Я все записываю на видео, Ольга Сергеевна, и не сомневайтесь, что выложу это во всех городских пабликах. Забирайте свою микроволновку и больше ко мне не приходите, — выпалив всё это, я захлопнула дверь и устало привалилась к косяку.

— Как же я хочу развод…, — покачала головой и пошла к сыну.

Осторожный стук в дверь и тихое — Ариночка, это я, тётя Таня.

Распахнув дверь выпустила соседку.

— Ох, Арина. — она покачала головой. — Стыд то какой! Я сначала не поняла что за шум, а уж как поняла, хотела выбежать, помочь. А ты сама справилась.

— Справилась, да. — я несколько обескуражена ситуацией и никак не могу придти в себя.

Антошка мигом успокоившись под свой любимый «Синий трактор» увлечённо грызёт кубики в манеже, а я все ещё дрожу от возмущения.

— Идём, Ариш, я чай заварю, успокоишься. — она утонула меня на кухню и усадила за стол.

— Она пришла диван забрать. Диван! Я его в первый год как поженились купила. В кредит. Сама за него платила. — меня наконец-то начинает отпускать. — Диван! Боже… это так… низко!

— Не бери в голову, Арина. Чего только не бывает в жизни. Люди ложки делят да трусы считают.

— Фуу…, — я передернула плечами представив как моя почти бывшая свекровь копается в белье. — А телевизор? Я за него до сих пор плачу! Ещё три месяца платить… — устало роняю голову на руки. — Я не понимаю…

— А чего понимать? Просто все. Жаба душит. Ты же сыночка ее выселила, долю отобрала, вот и решила хоть не много урвать. Телевизору вас большой, дорогой. Диван тоже хороший. Ладно ещё про кастрюли не вспомнила.

— Кастрюли мама дарила. Как и всю посуду почти. — я сердито нахмурилась. — Стиральная машинка, мебель все я брала. Сама. Кирилл ипотеку только платил, да на еду денег давал. Даже одежда моя и Антошки это то, что я сама зарабатывала, ну и мама помогала.

— Ничего, ничего милая. — тётя Таня ласково гладила меня по волосам. — Не горячись. Ничего у неё не выйдет. Прав нет. Я Олегу Сергеевичу позвонила. Зайдёт сегодня.

Вечером на моей кухне собрался целый совет.

— Замки поменяй. Завтра человека пришлю. — Олег Сергеевич побарабанил пальцами по столу. — Прав у них нет к тебе в квартиру вламываться. Могла и микроволновку не отдавать.

— Не хочу ругаться. — я махнула рукой.

— А придётся, Арина. — он вздохнул и посмотрел на меня. — Просто не будет. Будет мерзко и исподтишка. Давай ка ещё камеры поставим. На всякий случай.

Хмыкнув, я покачала головой. — Хорошо, давайте поставим.

Неделю было тихо, я уже и успокоилась. Ну в конце концов, что нам ещё делить? Все решено. Кирилл ушёл за лучшей жизнью отказавшись от нас с Антоном. Ольга Сергеевна надеюсь тоже приняла то, что все закончилось. Но я ошиблась.

Мы пошли гулять с Антоном. Сегодня была солнечная погода, что удивительно для ноября.

Антон, набегавшись, уснул в коляске, и я решила сделать ещё один круг.

На телефон пришло сообщение.

— Пф-ф-ф…, — я смотрела на экран телефона, куда передавалась информация с камеры, которую мы установили над дверью.

Моя свекровь, слава богу, уже почти бывшая, пыталась вскрыть квартиру. Конечно же, безрезультатно. Я поменяла замки и, более того, поставила квартиру на сигнализацию.

— Считаем до десяти и наблюдаем маски шоу, — я, смеясь, смотрела как вытянулось лицо свекрови, когда приехала бригада реагирования на сработавшую сигнализацию.

Спокойно развернулась и пошла в сторону дома. Нужно оставить Антошку у тети Тани и ехать в полицию. Разбираться со взломщицей.

Тётя Таня смеялась, рассказывая, как сопротивлялась свекровь, доказывая, что она имеет право прийти ко мне в квартиру.

Но группа реагирования из охранного агентства не впечатлилась выступлением, и её увезли в полицейский участок.

— Арина Николаевна? — дежурный поздоровался со мной и махнул в сторону коридора. — Там… пятый кабинет.

— Ариночка! — свекровь подскочила на месте, увидев меня. — Девочка моя! Объясни этим мужчинам, что я мама твоя.

— Мама? — я удивлённо вскинула брови.

— Мама Кирилла, — она чуть прищурила глаза. — Мужа твоего.

— Я развожусь с Кириллом. Вы мне не мама и никогда ею не были. Зачем вы пытались проникнуть в нашу с Антоном квартиру?

— Так по внуку соскучилась. По внуку, — заломила она руки и театрально всхлипнула.

— А грузчиков с собой зачем взяли? — полицейский усмехнулся, — Они сказали, что вы их наняли диван вынести.

Свекровь вспыхнула и поджала губы:

— Эта девчонка выгнала моего сына без ничего! Это его диван!

— Заявление писать будете? — полицейский повернулся ко мне. — Это статья УК РФ 139. Штраф сорок тысяч или отработка три месяца.

Полицейский подтолкнул ко мне бумагу и ручку.

— Да, спасибо. Конечно, буду. — я села и стала заполнять заявление.

— Ариночка… детка. Ты что? Ты меня? Как уголовницу? — свекровь побледнела. — Ты хочешь мою жизнь испортить?

— Ну, вы же мою портите. Ходите, унижаете, пытаетесь моё имущество забрать.

— Я больше так не буду! Арина! Не губи, прошу! — она вцепилась в мою руку.

— Я вам не верю, — пожала я плечами, стряхивая её руку, и продолжила писать.

— Я обещаю тебе! Клянусь! Арина! — она снова вцепилась в меня. — Честно!

Я отложила ручку и посмотрела на свекровь.

— Зачем вы так?

— Просто это несправедливо так! Тебе всё, а Кириллу ничего! — она всхлипнула и обиженно поджала губы.

— Это же был ваш выбор. Ваш и Кирилла. Я причём?

— Все так живут! Все! Одна ты гордая!

Усмехнувшись, я продолжила писать заявление.

— Не надо! Прости меня! Прости… — она снова всхлипнула, теперь уже по-настоящему, и умоляюще посмотрела на меня.

— Никогда больше ко мне не подходите! Ни ко мне, ни к сыну моему! Забудьте адрес, где я живу! Вообще обо мне забудьте! У меня есть несколько видео с вашим участием, и не дай Бог вам ещё раз ко мне сунуться!

— Не буду! Арина! Я не буду больше!

Смяв заявление, я вышла из кабинета полицейского и выдохнула.

Хотелось верить, что это наше небольшое представление, устроенное благодаря Олегу Сергеевичу, полностью отбило желание грабить нас…

Тётя Таня, с которой я оставила Антошку, ждала меня с нетерпением.

— Арина, ну как ты? — она налила чай и выставила пирог на стол. — Пей чай, да пирог ешь.

— Я хорошо, надеюсь все этим и закончится. — я устало подперла ладонью подбородок и помешала ложкой чай. — Даже не верится что это все в моей жизни происходит…

— Ох, Арина, молодая ты еще. В жизни чего только не бывает. Ни в одной книге такого не найти. Да не бери в голову. — она махнула рукой и подвинула ко мне тарелку с пирогом. — Ешь давай, а то с этими проблемами совсем прозрачная стала. Как только ветер не уносит… — сокрушенно вздохнула она.

— Скажите тоже, тётя Таня. — я рассмеялась, беря в руки ароматный кусок.

— Знаешь, я чего сказать хотела…, — она посмотрела на меня внимательно. — Тебе на работу надо. К людям чтоб выходить начала. Скоро вон, Новый год, отвлечешься.

— Так как я пойду? — я покачала головой. — Антошка маленький ещё совсем.

— Так уж не маленький! — она махнула рукой. — Да и не на весь день уж идти. Вот с Серёжей вчера своим говорила, у них на фирме многие после пандемии так из дома и работают. Как перевели их на удаленку, так сидят по домам да работают. Мой Серёжка сам год на удаленке сидел. А он начальник там, логистикой управляет. Я его спросила про тебя, сказал узнает, что есть у них, в отделе кадров.

— Ох, тётя Таня! — я эмоционально всплеснула руками. — Это было бы так здорово! Из дома это хорошо было бы. Спасибо вам! Даже если ничего не получится, спасибо вам.

— Да ладно тебе, Ариш. — тётя Таня смущённо улыбнулась. — Получится, потом благодарить будешь. Ешь давай, пока Антошка спит.

Уже на следующий день тётя Таня прибежала с радостной новостью.

— Не поверишь, Аришка! Есть для тебя работа! — она плюхнулась на диван. — Сейчас Серёжка пришлёт чего надо заполнить, да куда надо отправить. У них там, представляешь, девчонка замуж вышла и в другой город переезжает. Ищут они бухгалтера. Не полный день, говорит, А можно и из дома работать.

— Не может быть! — я удивлённо прижала ладони к лицу. — Ну неужели бывает так?

— Подожди, вот Серёжа сам звонит, на ка трубку. — она включила телефон, — Серёжа у Арины я, трубку дам ей.

Волнуясь я взяла телефон и прижала его к уху, — Алло, Сергей? Здравствуйте…

Тётя Таня подхватила Антошку на руки и пошла с ним из комнаты, что бы не мешать мне.

— Опыт да, есть. Я несколько фирм вела, пока в институте училась. Программы? Да, работаю… Резюме пришлю. На собеседование? Думаю да, смогу, хорошо. Спасибо вам! — с чувством попрощалась я и поскакал на кухню к тёте Тане.

— Тетечка Танечка! Как же я вам благодарна!

— Что сказал то хоть?

— Им счётчик нужен, зарплату считать. Работы не много, зарплата не большая, но мне то как раз будет, в декрете то.

— Ну и хорошо, ну и ладненько. Видишь как оно Арин, в одном месте дверь закрывается, а в другом открывается. Все хорошо будет. Когда идти то?

— Завтра. — я с сомнением посмотрела на Антошку.

— А про него не думай. Мы с Антошкой спокойно посидим, тебя подождём.

— Эх, тетя Таня…, — я подошла к ней и обняла крепко. — Что бы я без вас делала?

Распахнув дверцы шкафа замерла рассматривая свои наряды. Ну как уж наряды…

Джинсы, джинсы, штаны и пара рубашек. На этом почти все. Вот и весь гардероб мамочки в декрете.

— Это конечно все очень… плохо. — сердито нахмурившись я рассматривая свои вещи. И понятно что собираюсь я не свидание! Хотя почему не свидание? Первое свидание с работой. А одеть мне нечего. Удивительное дело, как замуж вышла, так перестала покупать себе вещи. Словно мое замужество не предполагало красивой одежды. Поджала губы вспомнив как Кирилл все время ворчал если я тратила деньги на что нибудь кроме еды. А на еду приходилось тратить много. Он любил вкусно поесть. Мясо, рыба, пиво, колбаски…

— Вот где твои платья, Арина. В унитазе. — я с тоской закрыла шкаф. Одеть на собеседование мне было совершенно нечего. — Хотя… платья… — я хлопнула в ладоши и полезла в кладовку. Там стояли пара пакетов со старыми вещами. Мои, Антона, Кирилла… Что мало, что надоело и я вспомнила что там должны были быть пара платьев из моей, ещё дозамужней жизни.

— Точно! Чёрное, с выпускного и что-то ещё было с беременности… — я полезла в кладовку и достала пакеты. Хорошо, что руки не дошли их вынести до мусорки. В пакете нашлось и платье с выпускного. Чёрное, обтягивающее, с красивым глубоким вырезом на спине. Я забраковала его по той причине, что оно банально стало мне мало. Все же беременность и кормление Антона грудью изменили мою фигуру. Я чуть расширилась в бёдрах, да и грудь стала пышнее.

— С другой стороны, я похудела за последний месяц. — задумчиво повертев платье в руках, отложила. — Померю позже.

И взяла в руки другое платье. Светлобежевое простое вязанное платье так мне надоело за время беременности, что я его списала, засунув в пакет. Но сейчас рассматривая его со всех сторон была довольна что не выбросила. Примерив, довольно улыбнулась себе в зеркале.

— Идеально. Добавлю пояс, соберу волосы в хвост и вполне даже симпатично. — покрутившись перед зеркалом сняла платье и повесила его, что бы чуть отвисло после пакета. — С этим разобралась и то хорошо. Но обещай мне Арина, что с первой же зарплаты купишь себе приличное платье. — строго сказала своему отражению и подмигнув, рассмеялась.

Настроение было отличным. Перспектива устроится на работу безумно радовала. Мама конечно просила не торопиться, мотивируя тем, что справимся и без моей работы, но я так не могла. Тем более работа должна была быть совсем для меня не сложной, есть возможность работать из дома, а зарплата для мамочки в декрете с ипотекой и кредитом за телевизор была так просто замечательной. Мне обещали тридцать пять тысяч на руки! Это же можно совершенно не переживать по поводу кредита! Учитывая ещё и те деньги, что я получала за ведение двух фирм и выплаты за Антошку, выходила сумма даже чуть больше той, что приносил Кирилл.

Осторожно поцеловав спящего сына, я легла спать и несмотря на долгий и несколько суматошный день быстро уснула.

Утром, покормив Антошку и позавтракав сама, собрала все свои документы в папочку и стала одеваться.

— Ох, Арина! Какая же ты красавица у нас! — тётя Таня всплеснула руками. — Ну чудо просто!

— Спасибо, тётя Таня! — я смущённо поправила прядь, так и норовившую упасть на лоб.

— Иди давай! Ничего не бойся. Моя Серёжка тебя внизу встретит и проводит куда надо.

Расцеловав Антошку в обе щёчки, я схватила сумочку и побежала на собеседование. Определённого времени мне не назначили, но сейчас, пока Антошка всем доволен у меня есть пара тройка часов свободного времени. К тому же, я всегда считала что лучше дела делать с утра, особенно важные дела.

Офис находился не так уж и далеко от моего дома. Утром по пробкам, наверно минут сорок ехать, а сейчас, когда все кому надо уже разъехались по своим делам я добралась за двадцать минут. Ну вот разве не красота?

Сергей ждал меня внизу, в холе, как мы с ним и договаривались.

— Здравствуйте! — я тепло ему улыбнулась.

— Привет, Арина! Ты быстро! — он тоже мне улыбнулся и подхватив под локоть повел к лестнице. — Мы находимся на втором этаже здания. В смысле офис наш, а вот машинки и автосервис за городом, там специальная площадка есть. Но тебе там не обязательно быть, так что как нибудь может и съездим, покажу все. А сейчас пошли, я тебя с нашей тётей Наташей познакомлю.

— А кто это? — я с любопытством посмотрела на Сергея.

— Это? Это знаменательная личность нашей компании! — он хохотнул и распахнул передо мной дверь. — Проходи!

Мы попали в большой и очень светлый кабинет.

— Здравствуйте…, — улыбнулась открыто двум женщинам что сидели за столом в окружении цветов и пили чай.

— Милые дамы, а это та самая Арина! — Сергей подвёл меня по ближе к столу и представил.

— Арина… Какое имя красивое. — большая, вернее очень большая женщина с одобрением рассматривала меня. — И девочка красивая. — подмигнув мне добавила, — Надеюсь и умная.

Я тут же покраснела до корней волос, смутившись и не удержавшись фыркнула, — Надеюсь не обмануть ваших надежд.

— А! — обрадовалась женщина и оставила чашку. — У неё все хорошо с юмором. Хорошая девочка, Сергей. — одобрительно кивнула она ему. — Оставляй.

Сергей галантно поклонившись, жестом фокусника достал откуда то шоколадку и подмигнув мне пошёл к дверям.

— Я Наталья Вячеславовна, деточка. Тётя Наташа. — царственно склонив голову, представилась она. — Главный бухгалтер этой компании. А это Верочка, вернее Вера Юрьевна. Мой зам, помощница и просто замечательный человек. — представила она мне другую женщину. В отличии от просто огромной во всех местах Натальи Вячеславовны, Верочка была маленькой и сухонькой женщиной неопределенного возраста. Ей можно было дать и шестьдесят лет, и наверно все сорок пять.

Вера Юрьевна широко улыбнулась, — Добро пожаловать, Арина. Очень приятно познакомиться.

— И мне… очень приятно. — растроганно пропищала я в ответ, окончательно смутившись.

— Ну что ты, девочка. — Наталья Вячеславовна мягко дотронулась до меня рукой. — Давай чаю выпьем за знакомство? Сейчас ещё Леночка придёт. Поболтаем…

В этот момент распахнулась дверь и на пороге появилась ещё одна женщина. Невысокая, кругленькая с задорными рыжими кудряшками она порывисто влетела в комнату.

— Я Лена. Бррр… Елена Викторовна. Помощник шефа, в смысле секретарь и по совместительству кадровик. — усевшись за стол она выпалила всю это информацию буквально за несколько секунд. — Резюме твоё мы изучили. Повода Серёжке, ой, Сергею Афанасьевичу, не доверять у нас нет, так что приказ подписан, с сегодняшнего дня приступаешь к работе.

Наталья Вячеславовна рассмеялась, — Эх, Леночка! Все развлечение нам с Верочкой обломала! — она покачала головой и посмотрела на меня, — А мы хотели тут собеседование устроить, расспросить её обо всем.

— А чего там собеседовать? — Елена Викторовна отмахнулась и положила дольку шоколада на язык. — Чай лучше пейте. Шоколадка вкусная.

— Ну чай, так чай…, — Наталья Вячеславовна снова взяла чашку в руки и сделала глоток. — Скоро Новый год. Надо девочку в список включить.

— Включила…, — Елена кивнула и снова сделала глоток чая.

— Молодец! — проговорила Наталья Вячеславовна и подвинула ко мне чашку. — Ты пей чай, деточка, пей. Вкусный, сама травки собирала.

— Травяной? — я поднесла чашку к носу и вдохнула аромат. — Ммм…

— Угу…, — довольно улыбнулась она. — Потом все дела, после чая…

Под чутким руководством Елены Викторовны я заполнила заявление о приёме на работу, подписала свою должностную инструкцию и ознакомилась с объёмом работы.

— Это все? — удивлённо протянула я.

— Мало? — Наталья Вячеславовна посмотрела на меня удивленно вздернув брови.

— Мало. — согласно кивнула я. — Я могу больше.

— У тебя ребёнок маленький же. — она мягко покачала головой. — Хватит на первое время.

— Я очень быстро все сделаю. А сыночек спокойный ребёнок, к тому же с ним есть кому сидеть.

— Скучно стало? — она понимающе улыбнулась. — Хорошо. Я дам тебе просмотреть сметы. Я смотрела ты по аудиту диплом писала, вот и просмотри все, что за этот год было. Хороший аудит никому не повредит! — рассмеялась она.

— Спасибо за доверие! — я едва не захлопала в ладоши.

— Это не к спеху. Как сможешь, так сделаешь, хорошо? Олежка проснётся, к тебе отправлю. Он сисадмин у нас. Настроит все, что надо. Только спит до обеда.

— У меня принтер есть.

— Это хорошо. Бумагу он привезёт, а заправку как нужно будет, скажешь, заправим.

Через ещё примерно час, в наше царство бухгалтерии открылась дверь и заглянул Сергей, — Ну как? Все вопросы решили?

— Ты переживаешь, что мы её съели? — Наталья Вячеславовна подмигнула мне. — Можешь забирать Арину.

— Да, я на обед. — он кивнул мне. — Пойдем, отвезу тебя домой.

Довольная и неприлично счастливая, я устроилась на переднем сиденье и с чувством выдохнула — Спасибо, Сергей!

— Да, ладно, Арин. Это все само так сложилось. Катя замуж вышла и уехала, тебе работа нужна была. Я лишь просто оказался проводником. У нас компания не самая большая, но очень дружная. Уверен тебе понравится. Единственное, шеф наш приболел, в больнице сейчас. Переживаем за старика.

— А что с ним?

— Сердце… но ты не расстраивайся! Во-первых, он у нас ещё ого-го! Выкарабкается. А во-вторых, сын его пришёл. Толковый парень. Да и коллектив у нас, как единый организм, все налажено.

Я слушала, запоминая информацию и радуясь тому, что все так хорошо для меня складывается.

Работать было здорово. Вот в самом деле. Во-первых, потому что было действительно интересно. Наша компания занималась грузоперевозками по всей стране. Не большой, но очень дружный коллектив который действительно был словно единый организм.

А во-вторых, знать что в конце месяца на карточку упадет определённая сумма было очень приятно и сильно обнадеживало. Всё же в первое время после того как Кирилл ушёл из нашей жизни, мне было страшно. У меня на руках маленький ребёнок, обязательства по кредитам… Но мир не без добрых людей, в этом я постоянно убеждаюсь на собственном опыте.

Конечно я понимаю, что мир, это не розовые единороги и ванильные облака, но и говорить о том, что мир это серое и чёрное я тоже не могу. Мир огромный и я верю в то, что хороших людей все же встречается нам больше, чем плохих..

Мамочка приехала буквально за пару дней до суда.

— Уф, успела. — Мы сидели на кухне вечером, после того как хоть не много разгребли вещи. — Переживала, что не успею. Не беспокоили они больше?

— Нет…, — я помотала головой. — Никого не было больше. Да уж дошло наверно! И камеры поставили мы, и сигнализацию… Что уж дураки совсем из-за дивана проблемы себе создавать?

— Ох, не знаешь что у людей в голове то. — мама вздохнула и посмотрела на меня. — Как ты, дочь?

Этот её простой вопрос вызвал слёзы на глазах. Вот вроде сама я мама, а как приятно побыть дочкой! Почувствовать мамину заботу…

— Хорошо!

— А чего глаза на мокром месте? — встревоженно спросила мама.

— Соскучилась…, — я всхлипнула и прижалась к ней поближе.

— Доченька… Аринушка…, — мама гладила меня по волосам, — давно надо было к тебе переехать. Может и не было бы всего этого. Смогла бы помочь, защитить вас… Ну ничего! Теперь рядом я. Вместе справляться будем…

В день суда я была спокойна. Срок примирения закончился и я была уверена что нас разведут без проблем. Мне очень хотелось встретить Новый год уже свободной от Кирилла. Как говорится, как встретишь, так и проведёшь.

Буквально вчера мне перевели аванс и мы с мамой сходили в торговый центр, купили мне брючный костюм для работы и платье из серии, и в пир, и в мир, и в добрые люди. С красивыми аксессуарами и в туфлях на шпильке, в нем можно даже в ресторан пойти, а туфли лодочки и скромный пояс превращают его в строгий офисный наряд.

Я с утра собрала волосы в дульку, надела платье, пшикнула своих любимых духов на запястье и поехала в суд.

— Арина? — я обернулась на голос и недовольно поджала губы. — Привет. Хорошо выглядишь. — Кирилл стоял напротив меня.

— Не могу сказать о тебе то же. — хмыкнула я, рассматривая своего почти бывшего мужа. Кирилл словно потерял весь свой лоск, превратившись в обычного парня. Не было во взгляде больше наглой развязанности, а на губах ленивой ухмылки.

Он стал… обычным парнем с окраин.

— Я…, — он чуть замялся, — хотел попросить прощения у тебя.

— Да? — я удивлённо вскинула брови и посмотрела на него с недоверием.

Кирилл скривился на мгновение и отвел глаза. — Да. Я… правда хочу попросить прощения. И ещё… я скучал!

— Оу! — у меня не нашлось других слов.

— Да! А ты, Арин? — Кирилл подошёл ко мне и попытался взять меня за руку.

— Не трогай меня, Кирилл. — рявкнула я, отходя от него на шаг. — Я не скучала! А Антон вообще забыл про тебя!

— Арин! — он снова попытался взять меня за руку. — Ну всякое бывает! Я ведь осознал! Подумай сама, как ты без меня? — он состроил мне умилительные глазки и позвал. — Лапа… иди ко мне.

— Фууу! Кирилл! — я брезгливо скривилась и отвернулась от него.

Мне было противно. Скольких женщин он перелапал за деньги, а сейчас протягивает ко мне свои руки. Бее… мерзость.

— Арина…, — снова подошёл он ко мне. — Ну ты чего ломаешься то?

— Ломаюсь? — я повернулась к нему и сердито зашипела. — Ты считаешь, что я ломаюсь?

— Ну да, — Кирилл пожал плечами и ухмыльнулся.

— Я не ломаюсь, Кирилл. У меня просто столько денег нет. Ты слишком дорого стоишь. Мне не по карману!

Кирилл поджал губы и с ненавистью выдал: — Ну и дура!

— Пффф… — я фыркнула и отвернулась от него.

Разговаривать нам с ним не о чем. Сейчас, глядя на Кирилла, никак не могла понять что же я в нем нашла? Самовлюбленный эгоист, зацикленный только на себе. Вот он кто. Жаль только, что я не поняла этого раньше. Хотя… с другой стороны, у меня есть мой Антошка и я благодарна ему за него.

Нас развели быстро. В глубине души я боялась того, что Кирилл начнёт артачится, но нет, слава богу, ему хватило ума не препятствовать нашему разводу. Видимо он понял, что я больше на него не ведусь. Хотя, честно говоря, вообще не понятно зачем он подошёл ко мне? Зачем попросил прощения?

— Ну, Аринка? Можно поздравить? — возле здания суда меня ждал сюрприз в виде мамы с Антошкой и Олега Сергеевича. — Поехали отмечать?

Небольшое и очень уютное кафе было красиво украшено к новому году.

— Красота какая! — сказали мы с мамой одновременно и захихикали.

Усадив Антошку за стол в специальный стульчик, я повесила нашу одежду и взяла в руки меню. Цены конечно были не самые дешёвые.

— Давайте так, девочки…, — Олег Сергеевич, мягко вытянул из моих рук папку и отложил её в сторону. — Я вас пригласил и я за вас плачу. — он строго посмотрел на нас с мамой. — Без возражений!

Я пряча улыбку кивнула, — Хорошо…

Мама же метнув в него сердитый взгляд недовольно поджала губы. — Я сама в состоянии оплатить наш обед.

— Знаю. — он улыбнулся и сжал мамину руку. — Но я мужчина и мне будет приятно оплатить все самому. К тому же…, — он сделал паузу. — К нам сейчас присоединиться ещё один человек. Дорогой для меня человек.

Мы с мамой переглянулись и я пожала плечами. Судя по всему мой развод не главный повод нашей встречи.

Дверь в кафе распахнулась и Олег Сергеевич встал с места:

— Олеся. Моя дочь.

— Всем привет! — молодая симпатичная девушка с милыми ямочками на щечках остановилась рядом с нами. — Пап!

— Олеся, это Антонина и её дочь Арина и маленький Антошка. Я рассказывал тебе о них.

— Да! Я помню. — она снова улыбнулась и села к нам за стол. — Мне очень приятно с вами познакомиться.

Мы с мамой одновременно ответили: — И нам приятно!

— Я хочу обратиться тебе, Арина. — Олег Сергеевич встал и торжественно ко мне обратился. — Мне очень нравится твоя мама и я прошу твоего разрешения ухаживать за ней.

Это было так трогательно и так… романтично, что я на мгновение растерялась. Бросив быстрый взгляд на смущенную маму я посмотрела на Олега Сергеевича застывшего в ожидании моего ответа.

— Моя мама взрослая женщина и способна сама принимать такие решения, но я совершенно не против.

— Спасибо, Арина. Для меня было важным твоё согласие. — Олег Сергеевич выдохнул с облегчением и сел за стол.

Улыбаясь я слушала разговоры за столом и внезапно поняла, что если бы не та ситуация с Кириллом, то в моей жизни не было сейчас этой встречи, не было бы мамы рядом и Олега Сергеевича. С тётей Таней мы так бы и здоровались как соседи и я не знала бы насколько она чудесный человек. Я не смогла бы устроится в фирму, где сейчас работаю и познакомиться с удивительной тётей Наташей, Верочкой, Леночкой и остальными.

Как же всё-таки хорошо, что Кирилл ушёл из нашей жизни и вместо него, в ней появилось так много замечательных людей. Правильно говорят, все что не делается, все к лучшему!

— Всем доброго дня! — я вошла в кабинет.

— Арина пришла! — тётя Наташа широко улыбнулась мне. — Верочка, ставь чайник. У нас перерыв. Чую пахнет пирогом.

Я рассмеялась и поставила на стол пакет с ароматным пирогом от моей мамы.

— Да, мама пирог испекла.

— Твоей маме надо открыть кафе. У нас внизу. Мы к ней на пироги бегать будем. — Верочка мечтательно закатила глаза.

— Ой нет! Не надо! — тётя Наташа замахала руками. — Я тогда в дверь не помещусь.

Мы рассмеялись и сели за накрытый по быстрому стол.

— Я видела твои расчёты, кое что перепроверила, все верно там. Могла и не приезжать, — тётя Наташа отпила чай из чашки. — С кем Антошку оставила?

— С мамой и тётей Таней. Ему не скучно совсем. — я чуть замялась и решительно вздернула подбородок. — Тётя Наташа, я кое что успела проверить из маршрутных листов. В общем есть пара маршрутов, которые совсем не выгодны компании. Причём это не разовая поездка. Мы постоянно посылаем туда машины и они всегда в убытке, ну в лучшем случае, на само обеспечении.

— Да? — тётя Наташа удивлённо посмотрела на меня.

— Да! — я уверенно кивнула и протянула ей флешку. — Здесь все графики поездок и прибыли. Вы сами все поймёте. И распечатки вот.

Я протянула листки тёте Наташе и Верочке.

— Надо же… и в самом деле убыток. Не сильный правда. — Верочка поправила очки на носу. — Смотри ка, если в общей массе по этому направлению смотреть, то и не заметно.

— Я сама случайно нашла. Антошка плохо спал и несколько раз вставала к нему. Каждый раз на одном и том же маршруте, вот и заметила.

— Надо же, как кто-то хитро нас обманывает. — протянула тётя Наташа и хищно прищурилась.

Несмотря на добродушие, мягкость и человеколюбие, тётя Наташа не была рохлей. Это был профессионал своего дела, достаточно жёсткий и требовательный.

— Так, Верочка, давай ка поднимем этот маршрут отдельно. Проверим за несколько лет.

— Олежика позвать?

— Да, позови. Только тихо. Будем искать крысу. — на мгновение её лицо сморщилось словно от зубной боли, но тут же снова приняло сосредоточенное выражение. — Давай ка, Ариночка, все свои мысли мне озвучь. Ты человек ещё свежий, глаз у тебя не замылен долгими годами работы, сможешь не предвзято подойти, без лишних сантиментов. — она вздохнула и подвинула к себе мои распечатки…

— Ну что ж…, — тётя Наташа откинулась в кресле и сложила руки на необъятной груди. — Все ясно. Будем разбираться дальше. Ты проделала большую работу, Арина, продолжай.

— Мне жаль что так получилось. — вздохнула я. Зная насколько в этой компании все дружны между собой, такое вредительство это как минимум неприятно. Словно обман близкого человека, от которого ты не ожидаешь этого.

— Все случается, Арина. Это жизнь. — тётя Наташа грустно улыбнулась.

Попрощавшись с ними, я уехала домой, а уже вечером мне на карточку упала небольшая, но очень приятная сумма в десять тысяч рублей и следом сообщение от Верочка «Премия за хорошую работу. Ты молодец».

Это было приятно…

— Смотри Антошка, это снег. — я держала Антона на ручках и мы вместе с ним наблюдали за тем, как падал крупными хлопьями снег.

— Се? — повторил Антошка и протянул ручку пытаясь поймать снежинки.

— Снег…, — тихо повторила я и улыбнулась. — Зима. А скоро Новый год.

— Го? — снова переспросил Антошка.

— Да, Антон. Скоро Новый год. Придёт Дед Мороз и принесёт нам подарки.

Понаблюдав ещё за падающим снегом, я посадила Антона в коляску и покатила его по улице. Нужно было вернуться домой и укладывать Антона спать. Я хотела поработать за компьютером, пока он спит.

— Аринка! — Лена, соседка с нижнего этажа, помахала мне ладошкой.

— Привет, Лен. — улыбаясь, подошла к ней ближе.

— Гуляете? — она наклонилась к Антону. — Привет богатырь!

— Пи! — Антон приветливо махнул ей и улыбнулся.

— Как он вырос! Вроде неделю назад только виделись! — удивлённо покачала головой Лена. — А я к тебе, Арин.

— Да? Что-то случилось?

— Угум…, — Лена загадочно улыбнулась. — Сможешь забежать ко мне, как Антошку уложишь?

— Хорошо. Забегу. Ты прям заинтриговала меня. — рассмеявшись я пошла к подъезду.

— Не много любопытства никому не повредит. — подмигнула она мне и придержала дверь.

— Мамуль, я к Лене на десять минут, хорошо? — уложив Антошку спать я собралась к соседке.

— Иди, Арин. — мама улыбнулась. — Иди.

— Привет, рассказывай давай. Интриганка!

— Ахах, любопытство распирает? Заходи, я чай заварила. — мы пошли на кухню и Лена разлила нам чай. — Я хотела кое что рассказать тебе. И предложить. В общем, я недавно, на распродаже купила классный пуховик. Красивый. Сейчас принесу. — она принесла бледно голубой пуховик с меховой опушкой. Даже выгулять ещё не успела. — она с грустью погладила мех.

— Так подожди, придут морозы и выгуляешь, в чем проблема то?

— Нет проблемы, — она хитро улыбнулась. — Есть радость, Арин. В общем, не смогу я его носить. Мал он мне будет. Хочу тебе предложить. Мы с тобой почти одной фигуры, ты чуть поменьше меня ростом правда, но не сильно.

— Почему мал? — не поняла я, но наткнувшись на счастливый взгляд Ленка тихо ахнула, — Ленааа… Да?

— Да!! — она кивнула и расплакалась.

— Боже! Лен! Радость то какая! — я подскочила к ней и крепко обняла. — У меня мурашки прям…

— А я как рада…, — тихо прошептала Ленка и подняла на меня счастливые глаза. — Андрей ещё не знает. Хочу до Нового года дотянуть, но не знаю справлюсь ли. — она счастливо рассмеялась.

— Ой надо ли? — я с сомнением покачала головой. — До нового года ещё три недели, надо ли ждать так долго?

— Да! Ты права! — Ленка вытерла слезы и снова улыбнулась. — Я знаешь как заподозрила?

Я покачала головой и с любопытством посмотрела на неё.

— Халат в груди тесный стал! — она рассмеялась. — Ни токсикоза, ничего. Просто на работе переоделась и поняла, что на груди расходится. Заглянула в календарь, а там три дня задержка. Я в аптеку, а тест положительный. Представляешь? Я никогда так не ревела, как в тот день. От радости, от страха… А вчера на УЗИ сходила, не утерпела. Шесть недель.

— Поздравляю, Лен. От всей души поздравляю! — я искренне радовалась за неё. — Значит работают приметы? Помнишь, как у меня чай пила из чашки?

— Да! — она тоже рассмеялась, — И в футболку твою носила весь год. Спала в ней.

Мы снова рассмеялись и обнялись.

— Я ведь ещё Деду Морозу письмо написала. — чуть покраснев призналась Лена. — Никогда не писала. А в этом году написала. Как раз в начале ноября написала. И отправила. Веришь, нет?

— Верю… Как после такого не верить? — я удивлённо покачала головой. — Надо же. Чудо просто…

Вообще сама беременность Елены это чудо. Они с Андреем уже десять лет живут вместе, а детей не было. Оба работают в больнице, она медсестрой, а он врачом на скорой. И вот надо же, под новый год и такая радость! Как не поверить в чудо?

— Давай, мерь пуховик. — Лена протянула его мне. — Думаю, тебе хорошо будет.

— Даже не удобно… — я смутилась. Пуховик был красивый и явно дорогой, но такой красивый.

— Что не удобного то? — Лена пожала плечами. — Я на Авито думала выставить, а потом вспомнила про тебя. Цена на него хорошая была. Чёрная пятница, все дела. Смотри ка! Как хорошо сел!

И я вынуждена была с ней согласиться. Сел пуховик действительно идеально. Рукава только чуть длинноваты, но можно подвернуть и все.

— Да, сел хорошо. — я кивнула. — Даже очень.

— Ты в нем на Снегурочку похожа. Прям вылитая! Давай, бери. Я деньги подожду. Все равно я уже его купила. Можешь частями отдать. Он тридцать пять стоил, за шестнадцать взяла. Последний размер, чёрная пятница…, — она махнула рукой. — чек есть, в кармане он.

— Шестнадцать? — я задумчиво крутилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. — Шестнадцать это хорошо. Я отдам сейчас тебе десять, а шесть в январе, с зарплаты. Хорошо?

— Отлично даже! — Лена улыбнулась мне. — Иди, маме покажись. Думаю, ей тоже понравится как ты в нем выглядишь.

И она оказалась права. Мама пришла в восторг, увидев меня в пуховике.

— Как хорошо! Аринка… Ты Снегурочка!

— Ленка тоже так сказала, — я рассмеялась, снимая пуховик. — Не запланированная покупка конечно.

— Ой брось, дочь. — мама махнула рукой. — Я все думала что подарить тебе на Новый год, пусть будет от меня тебе подарок.

— Мам…, — я укоризненно покачала головой.

— А что мам? — она нахмурилась. — Деньги у меня есть, почему бы и подарить дочери пуховик?

— Спасибо, — я подошла к ней и обняла маму, в очередной раз порадовавшись тому, что она теперь рядом. Все же мне её очень не хватало…

Дни летели со скоростью света. Каждый день был настолько насыщен событиями, что я не успевала лечь, как моментально засыпала. Иногда мне казалось, что я даже до подушки голову не успевала донести, засыпая на подлете.

Приближался Новый год. Мой любимый праздник. Я купила для Антона билет на новогоднее представление специально рассчитанное для таких малышей. И для этого праздника нарядила Антошку зайчиком, а себе, согласно рекомендованному дресс коду утренника, купила кокошник Снегурочки. Я честно говоря думала, что Антон испугается шума, других детей, Деда Мороза, но нет, ошиблась. Антон чувствовал себя замечательно. Хлопал в ладоши, много смеялся и даже пытался повторять движения танцев. Вдохновленная этим утренником, я записала Антона на развивающие занятия с января месяца. Буду приучать к деткам, к общению.

Мы с мамой украсили квартиру, Олег Сергеевич принёс ёлку. Они с мамой встречались почти каждый день. То гулять ходили, то в кино, то в кафе… Глядя на них хотелось всегда улыбаться, настолько они были милые в своей влюблённости.

— Арина! — воскликнула тётя Наташа увидев меня в новом пуховике. — Ты смотри, Верочка, какая наша Аринка красивая! Вылитая Снегурочка!

Я рассмеялась и покрутилась перед ними.

— Мне самой очень нравится!

— Слушай…, — тётя Наташа задумчиво на меня посмотрела. — А ведь это идея! Подожди ка… — она схватила телефон. — Артём! Я нашла тебе Снегурку. Да, настоящая. Самая какая ни есть настоящая! Пусть в агентстве больше не ищут. Сами нашли.

— Арина! Ты будешь Снегуркой при нашем Артёме!

— Артёме? Это который Артём Артурович? — удивлённо переспросила я и фыркнула недовольно. — Какой же он Дед Мороз?

Артём Артурович это сын нашего директора и пока Артур Александрович все ещё восстанавливается после инфаркта, он его замещает. Представить Артёма Артуровича Дедом Морозом было достаточно сложно. Я всего лишь пару раз видела его и мне он, честно говоря, не понравился. Слишком он был… суровый, даже какой-то угрюмый. Ему было всего тридцать пять лет, а он вёл себя так, словно ему было все сорок пять.

Хотя… может он себя так вёл потому что сейчас переживал не самый лучший период в своей жизни?

Насколько я поняла по рассказам, да и в интернете прочла пару статей, он недавно развёлся с женой, которую застукал со своим другом и партнёром по бизнесу. Там была какая-то очень шумная, скандальная и грязная история. К тому же отец Артёма Артуровича не так давно пережил обширный инфаркт и едва не умер. Мне тут же стало стыдно за мои мысли.

— Он конечно у нас суровый парень, но думаю Дед Мороз из него выйдет не плохой. — тётя Наташа мне подмигнула. — В общем завтра Аринушка, наш Дед Мороз заедет за тобой и поедете детей сотрудников поздравлять.

Утром я проснулась и позавтракав начала собираться. Вчера, придя домой я не много подготовилась к сегодняшнему мероприятию. Мне хотелось не просто вручить подарок, а подарить детям эмоции. Просмотрев списки детей я примерно определилась с возрастными группами и придумала несколько сценариев.

— Ох, Арина! — мама с тётей Таней застыли в прихожей глядя на меня. — Ох, красавица!

Я смущённо улыбнулась и поправила косу.

— Похожа на Снегурочку?

— Вылитая! — тетя Таня обошла меня по кругу. — Ну какая красота!

Я улыбнулась и повернувшись к зеркалу, нанесла на губы блеск. Всего то, лёгкий макияж, румяна и блеск для губ и превратили меня в красавицу. Да уж… давно я себя такой не ощущала. Радостной, лёгкой, красивой!

— Антошка! — я подошла к сыну, — Жди меня с Дедом Морозом. Придём и подарок подарим.

— Дедь? — Антошка сидел на ручках у мамы и вопросительно смотрел на меня. — Ма? — он потрогал меня за щеку словно не веря в то, что это я.

— Мама, сынок, мама.

— Мама у нас красавица! Да, Антон? — моя мама улыбнулась сыну и поцеловала его в щечку.

— Дя! — Антон довольно подпрыгнул у неё на руках.

— Беги, Аринка, там дед мороз наверно ждёт уже. — тётя Таня подтолкнула меня к дверям.

Поцеловав сына и махнув рукой, я надела пуховик и поправив кокошник, поспешила на улицу.

Артём

— Ну какой из меня Дед Мороз? — я держал в руках костюм и возмущенно смотрел на тётю Наташу.

— Самый настоящий! — она широко улыбнулась и подмигнула мне. — Артём! Давай, не капризничай!

— Капризничай? — я поражённо застыл. — Я уважаемый директор…

— Артём! Сейчас же выключи директора! Дед Мороз поздравляющий сотрудников это традиция нашей компании. Твой отец сам ездил и поздравлял их. Сам! Лично! Потому что это праздник. Ну вот скажи, что ты кочевряжишься? Что скажет Артур Александрович? — она осуждающе покачала головой.

— Вы так не сделаете, тётя Наташа! — я сердито поджал губы.

— Ты не оставляешь мне выбора! — она сложила на груди руки и смотрела на меня. — Ну?

— Ладно! — я сердясь на самого себя в первую очередь, подхватил костюм, валенки и мешок в руки и развернувшись пошёл к себе в кабинет.

— Посох не забудь! — тётя Наташа догнала меня и всучила посох. — Позвони в агентство праздников и закажи себе Снегурку. Они обычно с программой готовой, тебе нужно будет просто стоять и поддакивать.

Ничего не ответив, я лишь сердито посмотрев на тётю, захлопнул дверь.

Дурацкая традиция! Дурацкий праздник…

Устало опустившись в кресло и откинулся на спинку и прикрыл глаза.

Конечно я понимал, что был не прав. И отец придумал действительно классную традицию поздравлять лично своих сотрудников и дарить их детям подарки. Просто… просто я не в настроении нести праздник людям. Я пустой в эмоциональном плане человек.

Инга, моя бывшая жена высосала из меня все соки, оставив лишь пустую оболочку. Я передернул плечами вспомнив её и своего бывшего друга и партнёра. Двойное предательство от тех кому доверяешь, это кого угодно выбьет из колеи. Ещё и отец… Уверен, что ситуация с Ингой и громкий, скандальный развод тоже поспособствовали ухудшению его состояния. Хорошо, что все это сейчас позади… Вернее, самое сложное позади. Даже с крысой, что завелась у отца на работе разобрались. Надо же… я усмехнулся, вспомнив маленькую девушку бухгалтера, что взяли вместо уехавшей Кати. Даже не верится что та кроха с огромными грустными глазами смогла увидеть то, что пропустила сама тётя Наташа… Хотя у меня нет к ней претензий. Компания отца, которую он создал больше двадцати лет назад была как большая и очень дружная семья и заподозрить кого-то своего, с кем проработал бок о бок не менее десяти лет, очень сложно.

— Потеряла я хватку, Тем. — тётя Наташа сокрушенно покачала головой.

— Нет! Не потеряла! — я ходил по кабинету. — Просто не ждёшь подлости от близких.

— Это да… К тому же, он как старательно маскировался! Отправлял грузы до города, а там через подставную фирму переоформлял доставку. И вроде не в большой минус нам, а себе в плюс. — она поджала губы. — Гад он.

Я согласно кивнул. Гад. Ещё какой. Это был давний друг отца. Тот, кого он одним из первых взял на работу. Человек в котором он был уверен как в самом себе. Он был правой рукой отца. Был… Собрав все факты мы просто вынудили его уйти. Отцу пока ничего не сказали.

— Я Аринке по тихоньку всю бухгалтерию передам на проверку. Она девочка умная, хваткая. К тому же нет у неё не нужных сантиментов… — тётя Наташа задумчиво смотрела в окно постукивая карандашом по столешнице.

— Не надо… — я обошёл стол и подошёл к ней. — Не надо себя винить. Это не твоя подлость.

Тётя Наташа подняла на меня глаза и тихо спросила: — Как ты выдержал, Тем?

— Не выдержал. — я тяжело вздохнул. — Видишь же… пустой…

Звонок на телефон заставил вздрогнуть и вынырнуть из неприятных воспоминаний.

— Алло?

— Артём! Я нашла тебе Снегурку! Самую настоящую! Не ищи больше… — голос тети Наташи звенел радостью. — Пусть в агентстве больше не ищут. Сами нашли!

Я положил трубку и пожал плечами, ну нашли и нашли. Честно говоря мне все равно, будет Снегурка, не будет. Ровно мне…

Так я думал, пока ко мне не подошло чудо в кокошнике. Я припарковался возле супермаркета, куда мне сказали подъехать и забрать приготовленные подарки. Загрузив мешок в машину я повернулся и едва не упал. Передо мной стояла Снегурочка. Настоящая. Как из сказки. Румяные щёчки, невинный взгляд голубых глаз, розовые губки и золотистая коса.

— Здравствуйте, Артём Артурович. — пропело это волшебное создание и улыбнулось.

— Здравствуй…те.

— Я Арина. — она снова улыбнулась.

— Арина… — машинально повторил я и внимательно присмотревшись узнал в Снегурочке своего маленького бухгалтера. — Арина!

— Да! Теперь узнали? — она рассмеялась.

— Теперь узнал…, — кивнул я. — Поехали?

Усадив Снегурку я сверился со списком и мы поехали. Не знаю почему, то ли костюм деда мороза, то ли волшебная Снегурочка рядом, но настроение неумолимо поднялось и появилась жажда к жизни.

Арина оказалась настоящей Снегурочкой. Она подготовилась к поздравлению. Стихи, песенки, загадки… В её арсенале было все. Хоровод счастливых детских глаз, улыбки взрослых словно живительной влагой наполняли мою пересохшую душу. С каждым адресом я словно бы наполнялся энергией, возрождаясь к жизни.

Новый год действительно волшебный праздник, полный чудес и надежды.

— Последний адрес. — я посмотрел на список и мне стало грустно. Странное дело, ещё вчера я категорически отказывался быть Дедом Морозом, а сегодня готов ещё ездить со своей Снегурочкой.

«Баран ты, Артём! Снова повёлся на красивые глазки!», злился я на себя. И хоть интуиция вопила, что Арина это не Инга, но предательский опыт мешал мыслить здраво, распаляя злость.

— Ох, как нас здесь ждут! — Снегурочка предвкушающее улыбалась и едва не подпрыгивала на месте от радости.

Видимо не терпелось закончить и побежать домой. Где ее скорее всего ждут.

Я недовольно фыркнул и припарковался возле подъезда. Уже стемнело. Мы проездили целый день. И как же не хотелось расставаться мне со своей Снегурочкой…

— Кто ждёт? Годовалый малыш? Что он понимает то? Ему вообще-то конфет есть нельзя ещё. Мамашка от жадности своей не подавиться? Годовалого малыша записала. Внизу списка, быстро, пока видимо разрешение дали, дописала. — я фыркнул и закатил глаза. Такие люди мелочные, из-за трёхсот рублей удавиться готовы.

— Не правда! — голос Снегурочки дрогнул. — То что Антону год, не значит что он ничего не понимает. Он все понимает. И дело не в конфетах, а во внимании! Ешьте сами свои конфеты! — она сердито фыркнула и выскочила из машины, громко хлопнув дверью.

Я растерянно посмотрел ей вслед и взял список в руки, чтобы ещё раз прочитать написанное.

— Адрес понятно, Антон, год и месяц, мать… — со свистом выдохнул и ударил по рулю. — Ну ты и дебил, Артём!

Арина

Так обидно! Просто до слез… А ведь она почти него поверила. Поверила в то, что он хороший. Он вполне себе улыбался, даже шутил. Арина под конец вечера совсем расслабилась. Он ей даже нравится начал! А он… Обидно. И даже не за себя. Что ей то, Арине? За Антошку обидно. Ничего не поймёт… Все он понимает, её маленький красивый мальчик. Вообще, её Антошка самый умный мальчик на свете!

Арина всхлипнула и прижалась к двери лбом.

Ну ничего! Ничего страшного… Её Антошка и в самом деле конфет не ест, а песенки она с ним и так споёт!

Арина вытерла слезы и открыла дверь.

— Ой! А кто к нам пришёл, Антошка? Дед Мороз может? — раздался голос мамы из комнаты.

— Деть! — Антошка завизжал радостно и Арина услышала топот маленьких ножек. Она шагнула ему навстречу раскинув руки, что бы обнять свое маленькое чудо и вздрогнула услышав за спиной:

— С Новым годом, с новым счастьем!

И Снегурочка, и я

Поздравляем вас, друзья!

Где здесь маленький Антошка?

Арина обернулась на голос и в полном изумлении уставилась на Деда Мороза стоявшего в дверях.

— Ну что, Снегурочка? Поздравим Антошку с Новым годом? — Артём Артурович в костюме деда мороза широко улыбнулся ей и подмигнув прошёл в комнату. — Покажи ка мне, Антон, где у тебя тут ёлка? Оу! Какая красивая ёлочка!..

Арина, сморгнув набежавшие слезы, пошла за ним следом.

Артём

— Дело было вечером, делать было нечего… — я слонялся по квартире не зная куда себя деть. И все бы ничего, но сегодня Новый год…

Отец с матерью в санатории, куда я их отправил после отцовского инфаркта, жены у меня теперь нет, так же как и друга, а сестра с мужем и детьми улетела отмечать Новый год к морю.

Так и получилось, что этот Новый год я скорее всего проведу совсем один. Один… Звучит настолько грустно и безнадёжно, что я передернул плечами и тяжело вздохнул. Проблема ещё в том, что вчера я совершенно неудачно упал и повредил руку. Не страшно, но не приятно. В больнице наложили лангету и теперь я даже за руль сесть не смогу.

Мысли сами по себе перескочили на Арину. Снегурку мою. Поневоле улыбнулся вспомнив её изумленно распахнутые глаза, после того как появился у них на пороге. Малышка никак меня не ожидала увидеть. И это, честно сказать, покоробило. Не такой уж я и гад, как она обо мне успела подумать. Хоть и наговорил ей от злости ерунды, о которой сразу же и пожалел. Но слово то не воробей… вылетело.

Не знаю почему, но мне в её глазах совершенно не хотелось быть гадом. Хотелось быть героем.

Сам над собой рассмеялся и подошёл к окну. Герой… смешно. Даже для жены никогда не хотел быть героем. А здесь, захотелось.

Захотелось порадовать её малыша. Классный парень, как оказалось. Я и не думал, что дети в годик такие контактные. Мальчишка улыбался, хлопал в ладоши, что-то лепетал на своём инопланетном и даже водил хоровод, смело держа меня за руку.

Мне даже уходить от них не хотелось. Было так тепло и уютно, что Дед Мороз поплыл…

Захотелось такого же дома. Смеха ребёнка в квартире, ароматного пирога на столе и Снегурочку встречающую после работы.

Я обвел взглядом пустую гостиную и поморщился. После того, как расстался с Ингой я купил себе квартиру, но так и не обставил её. Кровать, шкаф и несколько стульев на кухню. Вот и вся мебель… Пусто и одиноко.

Звонок в дверь прозвучал для меня совершенно неожиданно. Кто там может быть?

Пожав плечами, пошёл открывать дверь и замер на пороге с открытым ртом увидев Снегурку.

— С наступающим Новым годом вас, Артём Артурович. А я за вами.

Арина

— Какой у вас начальник хороший, Арина. — мы пили чай с мамой, уложив Антошку спать. Антон, взбудораженный приходом Деда Мороза уснул быстро и сейчас спал, раскинувшись на кровати.

— Хороший. — согласно кивнула я и улыбнулась.

— Только несчастный какой — то. А глаза какие грустные…

Вот мама у меня такая. Всех пожалеет, всех готова обогреть.

Вкратце рассказала маме о разводе Артёма Артуровича, об его отце и проблемах на фирме.

— Ох! Как уж он все выдержал то! — мама прям прониклась моим рассказом. — А мы его даже на чай не пригласили. Ох, не хорошо как…

— Да ладно, мам. Кто уж Артём Артурович, чтобы чай с нами пить?

— Человек он, Арина. В первую очередь, человек. Все остальное это наносное. — мама строго посмотрела на меня. — Любому человеку нужно тепло! Особенно такому, глубоко раненному.

Я поджала губы и насупившись слушала маму. С одной стороны я с ней конечно была согласна, но с другой… Слишком меня задели его слова. Обида все ещё бурлила внутри, мешая быть объективной.

— Уверена, что ему есть кто нальет чай!

Тридцать первого декабря мы с мамой уже с утра хлопотали на кухне. В гостиной поставили большой стол у елки, выложили посуду, расставили стулья… Мы сегодня ждали в гости Олега Сергеевича. И что-то мне подсказывает, что маму сегодня ждёт большой сюрприз. Буквально на днях, Олег Сергеевич интересовался у меня размером маминого пальчика.

Тётя Таня встречала Новый год с Сергеем и его женой. У них тоже большой праздник. Тётя Таня по секрету сказала маме, что Сергей и его жена ждут малыша. После того, как Сергея повысили, они наконец-то решились родить ребёнка…

— Алло, тётя Наташа? С наступающим Новым годом вас и ваших близких! — я улыбнулась, слушая своего руководителя. — Заболели? Ох, как жаль… Скорейшего вам выздоровления!

Тётя Наташа натужно кашляла в трубку, вызывая у меня искреннее сочувствие. Она так ждала своих дочь и внука в гости, чтобы встретить Новый год и вот надо же, заболели все вместе.

— Я то ещё что, Ариша. Вчера ко мне с лекарствами Артём заезжал и надо же было такому случится, что возле нашего подъезда упал.

— Оуу.

— Да… — тётя Наташа вздохнула, — руку сломал. Запястье. Сейчас сидит дома один и даже чай ему налить не кому.

— Ох…, — я сочувственно выдохнула. — Я могу чем-то помочь?

— Помочь? — тётя Наташа закашлялась. — Даже не знаю…

— Я могу съездить к нему, салатов отвезти, кушать приготовить.

— Добрая твоя душа, Арина. Я скину тебе адрес…

— Никаких продукты отвезу! Что это за дело такое, одному новый год встречать?! — мама уперла руки в бока. — Привезите к нам! У нас еды на десять человек хватит…

И мы с Олегом Сергеевичем поехали.

Я стояла возле двери и никак не могла решиться нажать на кнопку звонка.

— Давай, Арина! Соберись! — наконец я выдохнула и вытерев потные ладошки, нажала на кнопку.

— Здравствуйте, Артём Артурович… С наступающим Новым годом вас! — выдохнула я. — А я за вами!

Арина

Обвела взглядом украшенную гостиную.

— Красота! — довольно улыбнулась, оценивая свои труды.

Мы поставили большой стол возле елки, расставили стулья… Ждём сегодня гостей. Самых — самых дорогих и близких.

А как иначе? Ведь сегодня Новый год! Праздник веры в чудо.

Машинально погладила свой животик и снова улыбнулась. Всё подарки упакованы и сложены под ёлку и лишь один подарок, самый важный, я бережно храню при себе.

— Ты готова, Снегурочка? — крепкие мужские руки обхватили меня сзади.

— Конечно! — я развернулась в кольце рук и посмотрела на мужа. На любимого мужа. Самого доброго, самого замечательного и самого красивого.

— Антошка спит так сладко, что сам чуть не уснул рядом, пока читал ему сказки.

— Он это умеет! — я рассмеялась и покрепче обняла мужа. — У меня для тебя подарок.

— Ты мой подарок! Моя Снегурочка! — Артём потерся о меня носом. — Я так рад, что в прошлом году ты появилась в моей жизни! Вы появились…

— А в этом году еще кое-кто появится. — я поднялась на носочки и заглянула в глаза мужа. — Поздравляю! У нас будет малыш!

— Малыш? — голос Артёма просел. Обхватив моё лицо руками он с восторгом смотрел на меня. — Малыш…

Он рассмеялся и подхватив меня на руки, закружил. — Не верится… Аринка! Не верится! Я никогда не думал, что можно быть настолько счастливым! Бесконечно счастливым!

И я не думала… Артёму понадобилось три месяца чтобы убедить меня в серьёзности своих намерений. И ещё пять, чтобы убедить в том, что он тот самый человек, кто сделает нас счастливыми. Меня и Антошку.

И лишь когда он, надавив на Кирилла добился его отказа от отцовства и в суде заявил о том, что усыновляет Антона… лишь тогда я поверила, что мы нужны ему, что все это по настоящему.

— Вы мой самый лучший подарок! Самый новогодний! Самый любимый…

И я верю. Верю что это так.

Конец