— Ну, ты представляешь?! Из-за одной курицы наказали весь поток!

Моя подруга жестикулирует и громко возмущается. Я же киваю в ответ и попутно извиняюсь перед девушкой, которую она зацепила.

— Семинар — это не так и плохо. Мы сможем получше подготовиться к экзамену.

Нахожу вялые оправдания, которые совсем не утешают Марину.

Мы из разного теста. Она умница и красавица со вторым рейтингом по успеваемости на потоке. Я же просто умница. Зато на первом.

Марина активно и эмоционально размахивает руками, поэтому я всячески увернуться стараюсь, чтоб под раздачу не попасть.

— Тогда мы пропустим вечеринку, а это главное событие уходящего года.

— Я думала, что главное событие — это экзамен.

Подруга резко останавливается, и я тут же о сказанном жалею.

Ее взгляд хуже «незачета» в зачетке.

— Я думала, что за эти три с лишним года сделала из тебя человека, а ты так и осталась книжным червем.

Вздыхает девушка, а я уже не обижаюсь.

Она не со зла, так что я привыкла.

— Просто парни и вечеринки — это не главное в жизни… ой!!!

Все это время я старалась угнаться за подругой и не смотрела под ноги.

Учитывая, что у вас в стране две проблемы, то я угодила во вторую.

Поворачиваю ногу и равновесие теряю.

Как в замедленно съемке начинаю падать ниц и хвастаюсь за воздух только бы устоять на месте.

Падания не избежать, я максимум могу выбрать куда именно.

Слева от меня куча острого гравия, а справа припаркованные машины.

Выбор очевиден и почти сразу после соприкосновения с новенькой иномаркой срабатывает сигнализация.

— Марина, все нормально! Я не пострадала. — заявляю на тот случай, если подруга волнуется.

Но она не волнуется. Девушка отошла метров на пять назад и делает вид, что меня не знает.

Ладно, такое тоже со мной не в первый раз. Переживу, привыкла.

Ну не позориться же ей вместе со мной.

Уже вон какая толпа зевак понабежала.

— На что смотрите? — Огрызаюсь и ощупываю самое главное.

Нет, не подвернутую ногу, а планшет в сумке. У меня сегодня презентация, а вся информация на нем.

— Все в порядке…

С облегчение выдаю вслух. Я не пострадала.

— Зато пострадала моя машина.

Сбоку раздается грозный бас, но когда я поворачиваюсь, то перед собой вижу лишь черное пятно.

— Я тут, коротышка. — Поднимаю глаза, задирая голову в неудобном положении, и понимаю, что передо мной стоит парень.

Молодой. Красивый и невероятно злющий.

— Извини. — Шепчу и шаг назад делаю, а то стою с ним так близко, что слышу его дыхание. — Прости. Я не хотела.

Парень усмехается, но это ничего хорошего мне не предвещает.

— Мне плевать. — Говорит надменно. — Твои извинения не отполируют царапины на моей тачке.

Присматриваюсь к тому месту, куда я недавно приземлилась и замечаю крошечные светлые линии.

— Их почти незаметно. — Сглатываю, в уме прикидываясь стоимость машины и ее ремонта. — Если не присматриваться…

Исходя из его реакции, парень будет присматриваться. Он как раз из тех, что железного коня лелеет больше всего на свете, поэтому просьба понять и постить не прокатит.

— Я все возмещу. — Сглатываю и уже представляю чего мне это будет стоить.

— Года через два?!

— Нет, быстрее. Я…

— Отработаешь как я скажу!

Мажор не дает мне возможности даже мысль закончить. Перебивает, невоспитанный хам.

— С чего это вдруг?! — Смелею и смотрю на него в упор. — Вообще-то я тут тоже жертва! Если у тебя есть претензии, то предъявлять их надо не мне, а руководству университета. Здесь идут ремонтные работы, а никаких предостерегающих или информирующих знаков нет!

Вот! Я могу ему еще несколько положений из закона привести по этому поводу если что. Не просто же так я бакалавра по юриспруденции получаю в этом году.

— Слышишь, ты, коротышка! — Мажор звереет и своей лапищей хватает меня за ворот, приподнимая над землей. — Ты свое место в библиотеке забыла?!

Пока я активно стараюсь высвободиться, отталкиваюсь руками и ногами, ругаюсь и царапаюсь, у меня слетает сумка и падает как раз на горку с гравием.

— Там мой планшет, придурок! — Во мне сила просыпается дикая и я вгоняю ему ногти в кожу.

Это тебе не поцелуйчики красоток, к которым ты привык, мажор. Это реальная жизнь.

— Ты на бешенство проверялась? — Орет парень, но отпускает.

Теперь мы стоим напротив друг друга и дышим как быки на родео. Никто не готов отступать и каждый чувствует за собой правоту.

— А ты на адекватность?! — Не в моих правилах отступать.

Правда я эти правила только сегодня придумала.

— Вообще берега попутала, малявка! — Мажор дергается в мою сторону, но я успеваю отскочить в сторону, и он остается ни с чем.

Постепенно это бесплатное шоу напротив главного входа в универ начинает набирать популярность и вокруг нас зеваки образуют импровизированное кольцо.

— Это ты меня спутал с одной из своих подружек, которые тебе в рот заглядывают!

Вот уж у кого наглости на пятерых хватает, так это у этого смазливого качка.

— Слышишь, мелочь, ты лучше рот закрой пока не ляпнула того, о чем пожалеешь…

— Слышишь, гора мышц, тебе пар некуда выпустить?! Иди в спортзал и сделай жим. Сними напряжение и не бросайся на людей, как собака, которая с цепи сорвалась!

Меня несет. Меня не остановить.

Краем глаза подмечаю как Маринка в ужасе прикрывает ладошкой рот и понимаю, что все очень плохо. Вот только заднюю поздно уже давать.

— Я же сказала, что все возмещу. — На этот раз старюсь говорить спокойнее, понимая, что вляпалась по самые уши.

Мажоры — это отдельная каста в универе и переходить им дорогу себе дороже. Кажется этот тип как раз из этой стайки.

— Кажется, я сказал что даже знаю как. — Наглец мою интонацию копирует и приближается, приближается, приближается.

А у меня ноги к месту приросли. Я стою как ежик, который все свои иголки потерял и теперь ему нечем обороняться.

— Эй, народ! Сюда преподы идут! — Кричат в толпе и вокруг начинается легкая суматоха и паника.

Учитывая, что уже прозвенел звонок, никто не хочет после пар загреметь на отработку за опоздание.

Эта суета и толкотня мне как раз на руку, потому что отвлекает внимание качка и делаю ноги несмотря на боль в лодыжке. Быстро поднимаю с земли сумку, хватаю Маринку за руку и растворяюсь в толпе студентов.

— Я тебя запомнил, зубрила! — Как гром среди ясного неба раздается раскатистый, хриплый бас парня. — Ты пожалеешь, что…

Не дослушиваю о чем именно я там должна пожалеть. То ли о том, что его машину коцнула, то ли о том, что сбежала. То ли обо всем сразу.

— Отпусти мою руку! — Когда мы на достаточное расстояние отбежали, Марина отталкивает меня и назад отходит. По сторонам смотрит, как будто проверяет видит нас кто-то или нет. — Что это сейчас было, Лиза?! Он так просто все это не оставит…

— Кто «он»?! У этого качка мозгов не хватит мне что-то сделать.

Броважусь, но так я сама себя успокаиваю. На самом деле страшно, что коленки трясутся.

— Он — это Роман Сафронов. — Марина кивает, когда я достаю из глубин памяти все данные, которые краем уха слышала об этом баловне судьбы.

Роман Сафронов — учится на последнем курсе. Сын ну очень богатых родителей. Мечта всех девиц от первого курса и до… бесконечности.

Бесспорно красив. И, как показало наше с ним первое общение, исключительный гад.

Вот прям в словаре напротив слова «гад» можно поместить его фотку.

— Да кто я такая, чтоб он обо мне помнил дольше перемены между лекциями?! — Отшучиваюсь, а у самой краска с лица стекает. На лбу от волнения испарина появляется.

— Ты, кто поцарапал машину, которую ему вчера пригнали из другой страны.

Маринка как всегда в курсе всех новостей.

— Ты бы лучше повторила последний параграф по гражданскому праву, а не следила за жизнью таких как этот Смартфонов.

— Сафронов! Лиза!!! — Маринка нервно топает ногой и прерывисто дышит. — Если ты не понимаешь какие у тебя проблемы, то ничем помочь не могу.

Подруга разворачивается и уходит, но прежде чем за угол свернуть дает дельный совет.

— На твоем месте я бы несколько дней в универе не появлялась. Пока страсти не улягутся.

Не вариант.

— Спасибо, но мне такое не подходит. — Натянуто улыбаюсь и тоже марширую в противоположном направлении.

У меня семинары, лекции и подготовка к экзамену. И мне не страшен серый волк…

О перепалке с Сафроновым я забываю на первой же лекции, когда сталкиваюсь с настоящей проблемой — мой планшет не работает. Моя презентация накрылась медным тазом, и я получаю четыре.

Четыре за бессонную ночь и за то, что наизусть рассказала все и даже таблицы от руки на доске нарисовала.

Вот где трагедия, а не Маринка с ее Сафроновым.

Если бы не шепот, который с периодичностью стоит в аудитории, то я бы уже давно забыла об утреннем инциденте. А так сплетники не дают мне этого сделать.

Еще и память услужливо подкидывает предостережение Маринки всякий раз, когда я из аудитории в коридор выхожу.

После шестой лекции я накручиваю себя так, что ко всему этому начинаю относиться серьезно и даже оглядываться по сторонам.

Вдруг этот Сафронов за мной следит и когда я потеряю бдительность схватит и затащит куда-то.

— Ты сегодня какая-то рассеянная, Ларина. — Меня догоняет преподаватель по криминалистике пока мы идем по коридору, а затем выходим во двор. — Руку тянула на восемь вопросов из десяти.

— Простите. Исправлюсь. — На щеках появляется румянец, потому что лекции у этого молодого профессора мне нравятся больше всего. Как и сам профессор.

— Да шучу я. — Чувствую, что он улыбается, но не решаюсь на него посмотреть. Этот человек для меня недосягаем. — Но к следующему семинару, чтоб была готова на сто из ста.

Он мне подмигивает и идет к своей машине.

Подмигивает.

Он!

Мне!

ПОДМИГИВАЕТ!

Всю дорогу, что я иду к себе в общежитие, перед собой вижу его лицо.

Сердце бьется и трепещет так, что выпрыгнет из груди и полетиииит!

Время уже позднее. Во дворе темно, а я никуда не тороплюсь.

В розовых мечтах витаю и ползу со скоростью улитки.

Мне так хорошо. Я так счастлива!

— Эй, зубрила! — Неожиданно мне навстречу из темноты выходит… Сафронов.

Сначала я узнаю его голос, а потом, при свете луны, узнаю силуэт.

— Поздно ты одна домой возвращаешься…

Рефлексы срабатывают быстро и я пробую бежать, но Роман действует на упреждение. Мгновение, и он передо мной оказывается, преграждая дорогу.

— Не так быстро. Я же просто хочу поговорить. — Я не вижу сейчас его лицо, но становится не по себе от того, как обманчиво спокойно звучит его голос.

— Я буду кричать! — Зачем-то предупреждаю его, чувствую опасность, и только потом начинаю звать на помощь! — Помоги…

Возглас тонет после того, как его ладонь ложится на мои губы прежде чем я успеваю увернуться.

В этот момент столько мыслей пролетает в моей голове. Одна хуже другой. И самое главное — ну какая же я дура, что забыла об опасности! Маринка ведь предупреждала!

И что в конечном счете?!

В итоге я стою одна с наглым мажором, для которого закон не писан. Одна. Посреди аллеи. Поздним вечером, где не работает ни один фонарь. Все студенты уже давным давно сидят по комнатам за домашкой или развлекаются в клубе.

До общаги рукой подать, но это мне не поможет.

Меня даже никто не услышит.

Родители всегда растили меня как всесторонне развитую личность, поэтому я очень много времени провела и провожу за книгами. Разными. От истории балета до покорения космоса.

Не прошла мимо меня и теория рукопашного боя и самообороны. Повторюсь: теория.

На практике я даже не могу встать в стойку.

— Пошли. — Роман начинает меня куда-то тянуть. Как только я попытки предпринимаю сопротивляться, он подхватывает меня на руки.

И несет.

Я теперь говорить могу, потому что сейчас его руки заняты тем, чтоб не уронить меня на землю, но от шока в горле слова застревают.

— Отпусти меня. — Произношу тихо.

Не знаю как еще реагировать. Такое со мной в первый раз.

— Пожалуйста. — Пищу, но он остаётся нем к моим просьбам, поэтому мне ничего не остается кроме как закричать. — Спасите! Помогите! Пожар!

— Тише ты! Нас могут услышать!

Нуууу. В этом как бы и состоит мой план, — чтоб нас услышали!

Раз метод работает и качок начинает немного напрягаться (шаг ускоряет, а то получатся очень неспешное и неорганизованное похищение.

— Спаситееее! — Кричу и в довесок к этому начинаю брыкаться и царапаться.

Роман меня удержать пытается и даже умудряется значительно продвинуться вперед, но потом и ему надоедает.

Мы выходим на более-менее освещенную дорогу, на другой стороне которой начинаются корпуса общежития.

Этот негодяй не находит лучшего места где меня можно поставить на ноги кроме как перед окнами первого корпуса.

На сколько я знаю, там располагается журфак. Теперь несложно представить о чем пестрить будет завтрашняя стенгазета.

— Куда ты меня тащишь? — Отпускать меня Сафронов не собирается.

— Ко мне.

— Зачем? Я не хочу к тебе. Что мы там будем делать?

— Еще сам не придумал. — Парень останавливается и с усмешкой в мои перепуганные глаза смотрит. — Пока посидишь у меня в комнате, чтоб не сбежала. Не понравилось мне за тобой бегать!

— Но нас же могут вместе увидеть! — Теперь в ужас прихожу я.

Увольте, но за такой славой я не гонюсь. И в компании этого Романа поздно вечером быть замеченной желания нет.

Меня очень устраивает моя незапятнанная академическая и личная репутация. А с послужным списком Сафронова один только нелепый слух может перепортить мне всю малину.

— Не благодари. Это поднимет твой социальный рейтинг на пару пунктов. — Он меня взглядом смеряет. — С самого дна.

— Не надо мне ничего поднимать. Все прекрасно так, как оно есть. — Начинаю быстро тараторить. — Я не нуждаюсь в такой славе!

— Какой «такой»? — Парень вопросительно выгибает одну бровь и щурится, как хитрый кот.

— Я предпочитаю отличаться в учебе, а не в личной жизни.

Хочу сразу расставить точки над и.

— В личной жизни? — Он смотрит на меня обескуражено. — Ты себя в зеркало видела? Мышь серая, грызун полевой, обыкновенный. У нас с тобой из общего только этот ВУЗ — как пятно на биографии.

Судя по такому превосходному отзыву об универе, я смею сделать вывод, что Роман меньше всего интересуется учебой.

Это и отлично. У нас с ним нет вообще ничего общего.

— Зубрила, если ты еще не поняла, то в твоих интересах меня не злить еще больше.

— Тогда отпусти меня.

Почему только одна я вижу простой, но гениальный выход из этой ситуации.

— Ты за кого меня принимаешь?! Ты мне бабла торчишь столько, что за всю жизнь не рассчитаешься.

— Рассчитаюсь. — Рада, что мы все-таки начали общаться по существу. — Я все улажу, и ты останешься доволен!

— Не сомневаюсь. — Хмыкает и на лице его появляется дерзкая улыбка. — Вижу, что ты только для вида такая вся недотрога, а сама из тихого омута…

Продолжаю пословицу. Про себя удивляюсь, что Сафронов ее даже к месту употребил… И только потом до меня смысл сказанного доходит.

— Давай, зубрила. Ножками шурши быстрее. Ты же хочешь, чтоб я был доволен?!

— Да кем ты меня считаешь?!

— Меньше говори и быстрее перебирай конечностями.

Очевидно, что Роман передумал общаться нормально и сейчас снова тянет меня в сторону общаги. Мужской, постепенно отдаляясь от корпуса журфака.

Почему-то я думала, что такой мажор квартиру снимает, но теперь уже не знаю что и хуже.

В общаге нас вместе точно кто-то увидит, а потом меня будет ждать дорога позора длинною в жизнь.

— Туда я с тобой не пойду. — Резко ногами о бордюр упираюсь и так мне удается затормозить Рому на несколько секунд.

— А куда пойдешь?

Это вопрос с подвохом?!

— Никуда не пойду. Я сделаю все, что ты хочешь, только отпусти меня.

— Все, что я хочу?

Его взгляд хищно проходится по мне сверху вниз и что-то мне подсказывает, что просить о помощи с каким-нибудь рефератом Сафронов не будет.

— Ты превратила мою тачку в ненужную груду железа. — Мысленно закатываю глаза. Вот это он мастер преувеличивать. — При всех осмелилась мне дерзить, а потом просто сбежала.

— Мне стыдно за все. Я осознала, что была неправа и в будущем исправлюсь.

Только не надо меня за собой таскать как послушную собачонку.

— Обещаешь? — щурится опять и пристально вглядывается мне в лицо.

Тоже мне детектор лжи ходячий.

— Да, да! Конечно!

И вот для чего скажите мне нужны были все эти запугивания, если Роману нужны были всего-то извинения.

Я не гордая, с меня не убудет извиниться. Тем более, что я виновата по факту.

— Тогда завтра сделаешь это публично. Извинишься. На лекции Краснова.

— С-Сергея Краснова? — Переспрашиваю сбивчиво.

Он предлагает мне завтра сорвать лекцию любимого профессора?!

— Это проблема?

Сглатываю. Это не просто проблемам, а вопиющий кошмар.

— И как, по-твоему, я должна это провернуть? Меня же за срыв лекции могут отстранить от учебы!!! А это недопуск к экзаменам!

А еще… а еще… как я буду выглядеть в глазах Сергея Алексеевича?!

— Вижу, что ты не согласна. — Парень безразлично пожимает плечами. — Тогда идем дальше. У меня в комнате что-нибудь еще придумаем…

— Я… я согласна. — Бормочу. Сглатываю и пытаюсь от него отстраниться как можно дальше.

— На что? — Сафронов ослабляет хватку, но не отпускает мою руку. Каждое слово пропитано сарказмом. — Скажи это вслух. Громко и четко.

Форменное издевательство.

Больной псих. Разве он не понимает, что я сейчас на все что угодно соглашусь. Только бы побыстрее свалить от него подальше.

— Я извинюсь. При всех. — Сбивчиво говорю и запинаюсь на каждом слове.

К черту все. Если так сильно этого хочет, то я могу и на колени встать перед всей аудиторией.

Этот ненормальный одним своим видом пугает настолько, что еще больше жалею, что Маринку не послушала.

Она вот примерно в таких угольно-черных тонах и обрисовывала мое будущее.

Теперь понятно почему подруга почти сразу сделала вид, что меня не знает.

Слава Сафронова бежит впереди паровоза.

— И почему я должен тебе верить?!

Да он точно надо мной издевается.

Пока я напряжена как струна, парень расслабленно стоит и усмехается.

— Потому что я обещаю.

Что ему еще в подтверждение надо?! Я могу расписку написать. Если захочет, то заверим у нотариуса.

— И сколько стоит твое слово?

На самом деле мое слово бесценно. Как и я сама.

Так говорят мои родители, а они знаю толк в деньгах.

Именно они готовят меня во всем быть идеальной.

Чтоб семью не опозорить. Чтоб меня можно было ставить на табуретку читать стихи перед партнерами, а потом срывать комплименты. Чтоб в дальнейшем поддержать любую беседу и понравиться каждому. Чтоб приумножить капитал и выйти замуж за того, на кого они укажут пальцем. Чтоб не опозорить…

До сегодняшнего дня я думала, что справляюсь.

Но с Сафроновым что-то идет не так.

— Что?! — Внутри меня все закипает.

И хоть я чувствую его превосходство во всем, но понимаю, что ничего не могу ему сделать. Как бы ни старалась — мой мозг не запрограммирован решать такие задачи.

Сафронов слишком непредсказуем.

Именно я здесь в роли жертвы, а Сафронов прирожденный хищник. Моя система сбоит, потому что не может найти выход из ситуации.

— Что будет, если ты соврешь? — Скептически голову набок склоняет и подмигивает. — Раз ты от меня уже сбежала до этого, то я не могу тебе верить.

— Сделаю все, что ты хочешь.

Мне главное сейчас затянуть время, а потом я буду решать проблемы по мере их поступления.

— Ты и так это делаешь — то, что я хочу. — Резко перехватывает мою руку и сжимает ее в районе плеча. Делает шаг вперед, а вынуждена сделать два назад. Пока не упираюсь в стену здания. — Или тебе есть что еще предложить?!

Ничего не хочу и не собираюсь ему предлагать. А все, что он там себе придумал в воспаленном воображении пусть там и останется.

— Это бессмысленный разговор. — Бросаю быстрый взгляд на его руку и подмечаю то, как напряжен сам парень. — Я извинюсь на лекции Краснова. Но не завтра. У меня следующая лекция в понедельник.

Хоть тут повезло. Впереди выходные и есть время морально свыкнуться с предстоящим позором.

— Завтра лекция у меня.

Непонимающе смотрю на него и как дурочка глазами хлопаю.

Если это реально так, то так и хочется предложить ему прочесть по губам в какую сторону Роме стоит идти прямо сейчас.

— Почему именно завтра? — Мой голос настолько глухо звучит, что я сама его не узнаю.

— Ты же вроде бы умная, Лиза.

Видимо недостаточно.

Стоп. Откуда он знает как меня зовут?!

Его знает весь универ, но меня знают только преподавательницы.

Эй, я же зубрила, а это непопулярно и постыдно среди моих сверстников.

— Ты извинишься перед моим окружением. На твое мне плевать.

Как же меня бесит его самомнение.

А еще больше бесит то, что Роман реально считает будто нашел в моем лице послушную собачонку.

— А что мне за это будет?

Наглею первый раз в жизни. Скорее всего именно так выглядит протест, потому что дерзить ранее я не осмаливалась.

Никому. Родители всегда твердили, что кроткость ценится.

— А что ты хочешь, чтоб тебе за это было?

В темном переулке, когда самый популярный парень вжимает меня в бетонную стену общаги, наш разговор кажется весьма неоднозначным.

— Как на счет того, чтоб ты забыл о моей существовании?! — Шах и мат, Сафронов. — Я делаю то, что хочешь ты, а ты держишь свое слово.

Так и хочется добавить провокационное “или не мужик”, но я сдерживаюсь.

Нет смысла дергать тигра за усы раньше времени.

Моя цель не пробудить в нем интерес, а наоборот — погасить его.

— Согласен. — Рядом с ухом звучит его голос, утяжеленный хрипотцой. Настолько вызывающе провокационно, что по всему телу бегут мурашки. — Ты скажешь при всех, что тебе очень жаль…

Он начинает перечислять и в впервые секунды я реально пытаюсь запомнить то, что предстоит сказать. Но…

С каждым словом это все больше похоже на фарс.

— Ты сделала это, чтоб привлечь мое внимание. Почему? Потому, что ты сходишь по мне с ума… И ты готова на все, лишь бы я обратил на тебя внимание.

Мы стоим на углу здания. Вдали от случайных прохожих и пытливых взглядов из любого студента из окна.

Меня захлестывает паника и сердце бьется так, что сейчас выпрыгнет из груди.

— Ты больной псих. — Шепчу свой вывод и надеюсь, что ни одного произнесенного звука он не разобрал.

— Я — больной псих и поэтому ты… будешь делать как я скажу.

— Можно я просто пойду домой? — Пробую вяло протестовать, но любая попытка с ним поспорить на провал обречена.

— Конечно. Иди…

Слишком просто и это подозрительно.

Пока есть возможность, я своим шансом на спасение все же пользуюсь и бегу.

Изо всех сил, вперед не глядя.

Но напоследок слышу его смех и слова, которые ничего хорошего мне не сулят.

— Третья пара, аудитория пятьсот двенадцать.

Сама не понимаю как оказываюсь у себя в комнате и запираюсь изнутри на замок. На всякий случай делаю, хоть и осознаю, что Роман за мной не шел. Да и не пустят его сюда — это женское общежитие.

Но так надежнее.

Мало ли что у этого неадекватного на уме и какие у него возможности.

Еще пол дня назад я была уверена, что он и лица моего не вспомнит, а тут оказывается, что он знает мое имя.

Совсем заскучал этот гад от перенасыщенной жизни. С жиру бесится. Нет бы как все мажоры в спаррингах учувствовать, гонками заниматься и утверждаться более шаблонными способами, у Романа другое хобби. Позорить других.

Даже времени не пожалел. Выяснил кто, подкараулил.

Сразу же ясно, что недостатка в женском внимании у него нет, тогда зачем самоутверждаться таким образом?

Чем больше думаю, тем больше понимаю, что слушаться его не буду. Просто не приду завтра в пятьсот двенадцатую и все. Проблема решена.

Я даже Маринке звоню, чтоб вкратце это все рассказать и получить одобрение.

Хочу услышать от человека со стороны, что вестись на провокацию Сафронова глупо.

— Ты с ума сошла?! — Вопит в трубку Мари. — Даже не думай. Я же тебе говорила ЧТО будет, если ты от него сбежишь, но ты не послушала меня. Теперь ты хочешь его выбесить еще больше после шанса на помилование?

В ее словах шок и неверие.

— Лиза, ты же умная. Почему тогда ведешь себя так безрассудно? Просто сделай как он хочет!

— Признаться в любви на весь универ — это не мелочь.

— Так ты же не на полном серьезе это будешь делать. Что в этом такого?!

— Об этом будут знать только два человека. — Имею в виду себя и Романа. — Остальные будут думать, что кукухой тронулась.

В лучшем случае дурой полной себя выставлю, а в худшей снищу всеобщую жалость и снисхождение.

— Да ему поголовно все в любви признавались. Никто и не удивится. Это же сам Роман Сафронов!

Как много для Маринки в этом имени. Она чуть ли не с придыханием его произносит.

— Он тебе тоже нравится? — Меня поражает неожиданная догадка.

Марина замолкает на секунду, а потом продолжает, но уже как будто оправдывается.

— Как будто ты его не видела. Роман из спортзала не вылазит. Тело как у греческого бога. Взгляд такой, что под ним лед плавится…

Точно она в него влюбилась. Слушать ее перестаю и думаю уже о совсем другом.

— Может мне тоже его тачку поцарапать? — В сознание врезается ее голос и отвлекает от чего-то очень важного. В голове как будто есть еще один аргумент почему мне нельзя делать как он говорит. — Хотя это будет глупо. Надо придумать что-то новое.

— Зачем?! — Ее рассуждения в недоумение ввергают. — Если тебе так надо его внимание, то приходи завтра в пятьсот двенадцатую и признайся ему сама. Так будет даже лучше!

— Брось, Лиза. Сафронов в мою сторону даже не смотрит. — Произносит с раздражением.

А я тут при чем. Как будто тут моя вина есть.

Мне бы проблемы Марины.

— За срыв занятия могут дисциплинарное внести в личное дело, а мне так рисковать нельзя.

Я заявку подала на перевод по обмену от универа. Последний семестр в другой стране, практика в международной компании. Я ради такого над учебниками сидела, склонившись, ночи напролет не разгибая спины.

— Ни в коем случае нельзя. — Девушка сразу же оживляется. — Но это пара твоего… как там его…

— Краснова. — Она знает, что я ему симпатизирую не только как преподавателю.

У меня тут же вопрос возникает. А откуда она знает кто у Сафронова на третьей паре ведет, но его я задать не успеваю. И через пару минут вообще забываю.

— Ага, его самого. Лизка, ты же у него в любимицах ходишь, так что тебе переживать не о чем.

Тут я в ее голосе улавливаю неуверенность. Марина лукавит, потому что мы обе понимаем: последствия будет. Важна степень того насколько плохо.

— Я бы предпочла и дальше в них ходить. — И тут я понимаю, что меня гложило все это время. — Марина! Я же при Сергее Алексеевиче в любви другому признаюсь. Это поставит крест на всем!

И плевать на студентов, которые это услышать. Все равно на сорванную лекцию.

Мое фальшивое признание услышит Краснов!!! И он то точно не знает, что это Сафронов так веселится и заставил меня это сделать.

— И что? — По голосу слышу, как Мари напрягает шестеренки, но все равно не догоняет масштаба проблемы. — Как будто у тебя с ним были шансы…

А нет, догоняет. Шансов с Красновым у меня реально почти никаких.

Говорят, что девушки интерес противоположного пола интуитивно чувствуют. Ничего такого со стороны преподавателя в мою сторону и близко нет.

Увы.

— Тогда у меня есть идея! Ты все сделаешь как хочет Сафронов и перед Красновым не подставишься!

— Какой план? — Скептически отношусь к любым авантюрам, потому что по природе своей не люблю рискованные ситуации.

Мне нравится когда размеренно и предсказуемо, а не спонтанно и непредвиденно.

— Я задержу твоего препода на входе в аудиторию, а ты пока сделаешь все, как сказал Сафронов.

— А ты сможешь? — Раньше Маринка никогда за меня так не впрягалась. Видимо этот мажор реально мутный тип.

— Мы же подруги! — Заявляет она живо. — Я выложусь на все сто.

— Мы же подруги. — Повторяю я эхом и гораздо тише.

Не нравится мне эта затея. Очень и очень не нравится.

— Мариш! Можешь тогда мне одолжить кое-что из одежды и свой чемоданчик косметики?

У меня тоже есть идея. Шанс, что она сработает невелик, но попытаться стоит.

В пятницу я решаю прогулять две первые пары.

Морально и не только готовлю себя ко стрелке в пятьсот двенадцатой.

— То, что ты задумала — полная глупость. — Под боком у меня нашептывает Маринка. По лицу ее видно, что от идеи она не в восторге. И плевать.

Я вообще в ужасе, что вынуждена решиться на нечто подобное.

— Скоро лекция по социологии начнется. Ты опоздаешь.

Сдержанно пытаюсь ее сплавить, чтоб остаться в своей комнате одной. Подруга сейчас конкретно не помогает, а только раздражает.

С паникой я и без нее прекрасно справляюсь.

— Как знаешь. — Девушка хватает сумку с кровати и направляется на выход.

— Пожалуйста, не забудь про Краснова!

Напоминаю еще раз.

На эту авантюру я согласилась исключительно из соображений о том, что подруга мне поможет как обещала.

— Буду за пять минут до начала.

После ее слов сразу же грохот дверей раздается, но у меня нет времени задумываться почему она нервничает не меньше меня.

Кажется, я говорила, что я умница, а Марина умница И красавица. Так что поэтому сегодня по моей просьбе она принесла всю ее косметику и половину гардероба.

Не смогу я признаться Роману в выдуманных чувствах в качестве Лизы Лариной. Со стыда сгорю раньше, чем в шаг в сторону аудитории сделаю.

Другое дело размалеванная вульгарная девица в мини юбке. Одна из тех, кто дни и ночи напролет проводит в клубах.

Сафронову как раз более привычно получать признания от пустоголовых кукол, а не от таких как я.

Ночью я смотрела все возможные видео уроки по макияжу. Вроде ничего сложного, но сейчас я рисую что-то более-менее похожее на пятый раз.

В зеркале меня узнает и мать родная!

После того, как с макияжем покончено я надеваю кофточку и юбку, какие никогда в жизни (и в здравом уме) не нацепила бы. Волосы укладываю, достаю из коробки туфли на шпильке для завершения образа.

— Это просто ужас! — Вслух поражаюсь тому, насколько неподобающе и вызывающе выгляжу. — Ну точно одна из участниц фан-клуба Сафронова. Там его воздыхательницы умом не обременены.

Быстрый взгляд бросаю на часы и понимаю, что время выходить.

Была не была.

Я до входа в главный корпуса дойти толком не успеваю, как меня уже три случайных парня позвали на свидание, а пять попросили номер телефона.

Навязчивое внимание напрягает, и я поражаюсь как девушки специально пытаются выглядеть вульгарно ради всего этого?!

До звонка остается десять минут и все это время я прячусь в кабинке туалета пятого этажа.

Нервничаю так, что все бросить хочется и послать подальше.

Уже готова это сделать, как сообщение Марины останавливает.

“Я на лестнице. Мимо меня Краснов не пройдет. Действуй!”

Звучит звонок, и я стартую. Выхожу из уборной и смотрю прямо перед собой.

Целью ставлю никого не замечать на своем пути.

Тело действует отдельно от сознания, когда я распахиваю с оглушающим звуком массивную дубовую дверь аудитории.

Все студенты на миг замолкают. Внимание абсолютно каждого приковано ко мне.

Напряжение возрастает до предела и в висках пульсирует. Дыхание сбивается и каждый шаг дается невыносимо сложно. Как будто к ногам прикованы гири.

— Воу, красотка! — Первые смельчаки начинают выкрикивать непотребства. — Ты Краснова замещаешь?

— Ради тебя я все выучу!

— Ты частные уроки даешь?

— Хочу стать твоим учеником!

Как перестать все это слышать?!

Сглатываю. Зажмуриваюсь и пытаюсь произнести хоть слово, но не могу размокнуть губы. Тело онемело. Не двигается. Не слушается.

На месте хочется провалиться, когда вот так стою посреди аудитории.

Публика постепенно смелеет и кроме выкриков в мою сторону начинают уже лететь скомканные бумажки с номерами телефонов.

Зря я посчитала, что поступить так будет разумно. Думала не выделяться из привычной среди Сафронова, но лучше бы напялила на глаза шапку и укуталась в ковёр.

Гул стоит такой, что сюда скоро сбежится охрана. А времени у меня нет!

— Я…

Шепотом выдавливаю из себя слова. Призываю всю волю и глаза распахиваю.

Смотрю прямо перед собой — в стену на галерке, и сбивчиво говорю собственную заготовку.

— Хочу извиниться перед Романом Сафроновым. Я поцарапала его машину лишь для того, чтоб его внимание привлечь. Я влюблена в него и не придумала ничего лучше этого. Мне очень стыдно. Я очень сожалею…

Последние слова начинаю откровенно мямлить из-за неуверенности.

Раньше я довольно часто выступала под большим скоплением людей, но никогда в роли дуры.

После того, как я говорить заканчиваю поражаюсь тишине вокруг.

Она звенящая и сильно пугает.

Судорожно провожу взглядом по шокированным студентам, до которых только начинает доходить ЧТО только что произошло.

Останавливаюсь на лице Сафронова. Безошибочно вычисляю его среди громадной толпы. Замираю, когда утопаю в его взгляде.

Парень сидит неподвижно и смотрит на меня в упор. Так, как будто я сделала все неправильно.

— Романыч! Это твоя фифа? — Смельчаки обращаются к мажору, который никак на них не реагирует.

— Мне бы такая в любви призналась!

— Сколько их там у тебя?

— Поделись контактами тех, кого ты отшил!

И это далеко не все, что доносится до моих ушей.

Становится настолько неприятно, что хочется отмыться. Как будто из лужи водой грязной окатили.

Радует, что никто во мне не признает Меня.

Зато Сафронова в этот момент чуть ли не поздравляют. По спине хлопают, а он никак не реагирует. Скулы плотно сжаты. Напряжен.

На меня смотрит и взгляд не отводит. Так, что озноб пробирает. По телу пробегают мурашки и сознание подсказывает, что ничем хорошим это не закончится.

Но почему?! В ответ протестую мысленно. Я же сделала все, что этот наглый качок хотел.

Сафронов молчит и тогда с первых рядов парни поднимаются и ко мне направляются.

— Что вам надо?

Ахаю, как только несколько из них оказываются в непосредственной близости.

— Мне иди надо. Пропустите!

Пытаюсь вклиниться в разрастающуюся толпу, но не получается.

Руки незнакомцев превращаются в живую изгородь, а я теряюсь. Вместо того, чтоб послать их… на место — тушуюсь.

Назад отхожу неосознанно.

От волнения сердце бьется так, что перед глазами тускнеет все. Дышать становится тяжелее, потому что атмосфера накаляется.

Волнение и паника, — мои самые худшие друзья.

Когда думаю, что на ногах не устою, вокруг все замолкают.

Замечаю, что начинают в сторону сдавать, что даже дышать становится легче.

Скорее всего в аудиторию зашел преподаватель.

Прикрываю глаза от ужаса.

Хорошо, что хоть Краснов не застал момент признания, а в этом образе может меня вообще не узнать.

Все не так плохо, правда?!

Да ладно. Это тупое сомоуспокоение не работает. Все хуже некуда.

Отсчитываю до трех, но на “два” чувствую, как кто-то меня за руку хватает и тянет вперед.

Резко. Сильной хваткой выдергивает меня из плотного кольца пятикурсников, а потом мы останавливаемся.

Поднимаю взгляд и вижу перед собой широкую мужскую спину. Фокусирую взгляд на том, что впереди и узнаю силуэт Сергея Алексеевича.

Краснов стоит в дверях аудитории и смотрит на меня с Сафроновым. Пристально и долго, после чего его взгляд скользит ниже и замирает там, где наши с Романом руки соприкасаются…

— Что это вы тут устроили?

Никогда не слышала в голосе своего любимого преподавателя столько злости. Знаю, что он строгий очень, но сейчас сердце в пятки уходит.

Шаг назад делаю непроизвольно и за спину Сафронову прячусь.

Это так глупо, учитывая, что все как раз из-за него происходит.

— Лиза? Это ты? — Зажмуриваюсь, когда свое имя слышу. Оно как гром среди неба ясного разлетается по всей аудитории. — Ларина?

Ну теперь точно те, кто по имени не понял, кто я, раскрыли мою личность.

— Сергей Алексеевич. — Жалобно протягиваю едва слышно и выглядываю из-за спины Романа.

Не выхожу. Стыдно.

Не могу придумать с чего начать свои извинения.

— Мы уже уходим. — Мажор произносит, давая понять, что преподавателей тоже ни во что не ставит. Тянет меня за руку за собой, но Краснов преграждает нам путь.

— Сядь на место, Сафронов. — Чеканит Сергей Алексеевич, но Роман прет напролом. Задевает препода плечом с такой силой, что тот несколько шагов назад сделать вынужден.

Я официально в шоке. Все закончилось хуже некуда и последствия будут необратимые.

Краснов это так просто не оставит, а я ведь толком извиниться не смогла. Это делать надо по горячим следам, так что я пытаюсь высвободится и остаться тут.

На позор уже не важно. Студенты сплетничать будут ровно до тех пор, пока что-нибудь поинтереснее не произойдет.

Под вопросом моя академическая репутация.

— Отпусти меня, псих. Не тяни. — Шиплю, но руку выдернуть не могу.

Вот же вцепился в меня своими клешнями и не отпускает.

Чем большее я усилий прикладываю, тем настойчивее рука Романа сжимается на моей кисти.

Не реагирует он ни на мои протесты, ни на приказы Краснова.

Мажорам закон не писан, а если писан, то не прочитан.

В аудитории тишина стоит даже тогда, когда мы идем по коридору. Все пикнуть боятся.

Молча и без пререканий перебираю ногами, не смотрю ни на кого вокруг.

Все пропало.

Может мне и стоит бояться Сафронова, но в данную секунду все параллельно.

У меня личная трагедия в другом.

— Лиза! — Замираю на месте, когда слышу знакомый голос.

Рома из-за этого тоже сбавляет обороты.

Поднимаю глаза и взглядом встречаюсь с Маринкой.

Подруга стоит чуть в стороне и на нас смотрит, округлив глаза.

— Свали! — Раздраженно рычит Сафронов и делает шаг, но я продолжаю стоять на месте.

— Извини. У меня не подучилось его задержать. — Девушка перепугано на меня смотрит, а потом с опаской переводит взгляд на парня. — Я старалась! Честно.

Роман сейчас явно не в духе, и аура у него такая, что подкосить может. Маринка тем, что влезла, делает все только хуже.

В ее поведении что-то не так, но я настолько дезориентирована и обеспокоена, что думать об этом нет возможности.

— Потом поговорим. — На выдохе произношу и чуть ли не кубарем лечу вперед.

На непривычно высоких каблуках очень словно удержать равновесие, когда тебя вперед тянет бульдозер.

— Лиза, куда вы…?

Взволнованный вопрос подруги растворяется в воздухе по мере того, как я несусь вперед по коридору следом за Сафроновым.

— Куда ты меня тащишь? Пусти!

Пробую остановить Романа, когда мы за угол сворачиваем.

В коридоре и так малолюдно, а здесь вообще ни души.

Парень недовольно оборачивается, но по глазам вижу, что и не думает тормозить.

— Я буду кричать. — Мне терять нечего после того, что только что произошло. Реально в таком состоянии я способна на это. — И совсем не о любви к тебе.

Нехотя Сафронов останавливается. При этом как будто специально выбирает такой угол, что мышь без внимания не проскочит.

— Я сделала все, как ты хотел. Отпусти меня.

Он резко разворачивается, и я с трудом могу устоять на месте. Шаг назад делаю и упираюсь в стену.

Парень вне себя от ярости. Смотрит мне в глаза так пристально, что отвести взгляд не получается.

Приковывает. Завораживает своей хищностью.

На удивление мою руку на этот раз отпускает, и я сразу же потираю раздраженную кожу запястья.

— Отпустил. — Факт констатирует и надвигается на меня. — Что дальше? Ну же, командуй, зубрила.

Бежать я могу только вправо, потому что позади стена, а слева тоже в нее упрусь через несколько шагов.

— Дальше? Я уйду и мы никогда не увидимся больше.

— Ты в этом уверена?

— Конечно. — Сафронов уже так близко, что я чувствую как он рвано дышит. — Моя часть сделки завершена. Теперь дело за тобой. После признания ты обещал забыть о моем существовании!

— Точно обещал?!

Резко вжимает меня в стену и заставляет зажмуриться.

— Я уверена. — Почти пищу и стараюсь при этом не двигаться.

— Тогда для кого ты так оделась сегодня? Хотела произвести впечатление? — Голос его утяжелен хрипотцой и раздается над самым моим ухом.

Глаза зажмуриваю еще крепче, сжимаюсь в комок и жду, что этот ненормальный сделает дальше.

Мне что-то подсказывает, что никуда он меня не отпустит. Сейчас так точно.

— Там ректор! — Распахиваю глаза и стараюсь сыграть правдоподобно. — Что он тут делает?!

Не понимаю как оказываюсь на улице.

Я под таким впечатлением от произошедшего, что розового слона с неоновой табличкой рядом с собой не замечу.

— Хорошо, что так легко отделались.

Реально все могло быть хуже. Отчисление и отстранение нам не грозит и пока даже не стоит вопрос о том, чтоб лишить меня места в программе обмена заграницей. Главное сейчас не оплошать и сделать так, как нам сказали.

Рядом со мной молча стоит Сафронов. Хмурый, угрюмый. Губы сжаты плотно, челюсть сцеплена. Руки в карманах и перекатывается с пяток на носочки.

— По-твоему, презентация по трем последним темам — это “легко отделались”?!

Кажется, он со мной не согласен.

— Да, если альтернатива — отстранение от учебы. Посидим выходные за книгами. — Пожимаю плечами. — У нас есть неделя и если мы будем делать все слажено, то успеем вовремя.

Пытаюсь сама себя взбодрить и даже улыбаюсь, когда взгляд на парня перевожу.

— Ну пусть отстраняют тогда. — Хмыкает с безразличием. — Я все равно это делать не буду.

— Почему?

— На выходные у меня планы, которые нельзя отменить.

— А на неделе? — Затаив дыхание жду его ответ. — Сможешь выделить время после лекций?

— Нет. Тоже планы.

— У тебя свободного времени нет вообще? Такой занятой? — Эту информацию сложно переварить. Не думала, что он такой занятой. С виду типичный прожигатель жизни. — Может, если ты постараешься…

— Плохо слышишь? — Парень со всей силы пинает перед собой камушек, а потом резко поворачивается ко мне. Выглядит он в эту секунду довольно пугающе. — Или под дурочку косишь? Если хочешь выслужиться перед Красновым, то делай все сама. А я пошел.

— Как я напишу за тебя десять листов от руки? — Нам сказано каждому сдать такую стопочку, где через запятую будет “за проступок будет наказание”. — Почерк одинаковый будет!

— Так напиши левой!

Напоследок Сафронов снисходительно усмехается, обводя меня взглядом, и уходит.

Ему нет дела до наказания. Ему плевать, что это отразится на мне.

На что я только надеялась?

— Я даже не знаю, что вы проходите сейчас у Краснова! — Кричу ему вдогонку, но парень не оборачивается.

Идет к парковке, где после щелчка сигнализации ему подмигивает спортивный суперкар. Заводит мотор, что тот аж ревет. Музыку включает так громко, что я на таком расстоянии сразу узнаю главный хит уходящего года, и с визгом стартует с места.

Сомневаюсь, что в сложившихся обстоятельствах мне удастся уговорить парня выполнить задание. Даже представлять не хочется, как я буду бегать за ним как хвостик и упрашивать взяться за голову.

Со стороны это вообще будет восприниматься как преследование. Особенно после видео, которое уже разлетелось по всему универу. Если не дальше.

Лишний раз все увидят, как очередная фанатка после неудачного признания, отбросив в сторону стыд, бегает за объектом своего воздыхание. И попробуй кого-то убедить что это ради проекта от Краснова.

Да меня слушать никто не станет.

Реально все проще самой сделать. Ночами не спать, но выполнить все за себя и за него.

В крайнем случае Маринку попросить помочь.

Начинаю мечтать, как у меня все получится, как воспоминания о нашей ссоре с подругой спускают меня с небес на землю.

Все же мне надо перед ней извиниться, хоть я толком не понимаю на что ОНА обиделась.

Набираю ее номер пока иду к своему общежитию, но Марина сбрасывает.

“Мне жаль, что мы поссорились. Давай мириться? С меня пирожные”.

Немножко стыд гложет за то, что я пишу не потому, что мне вот прямо очень жаль и стыдно за свою реакцию. На самом деле я не считаю, что у нее была причина реагировать настолько эмоционально.

Кроме как на Маринку мне сейчас положиться не на кого. Взгрустнуть за чашкой чая, поплакаться на плече охота. Получить простую моральную поддержку и услышать, что у меня все получиться сделать самой.

Вот для чего мне нужна подруга.

“Ты свободна? Я могу приехать…” И в конце еще смайлик добавляю для настроения.

Молчание с ее стороны затягивается. Тогда я достаю туз из рукава: то, от чего она обычно устоять не может. Сплетни.

“Я была в деканате. С Сафроновым”.

Это на нее действует как магическое заклинание и практически сразу прилетает ответ. Принцесса Марина оттаяла и соизволила выйти на связь.

“Говорить не могу сейчас. Позвоню завтра, расскажешь все”.

Мы хоть сдвинулись с мертвой точки. Из моего списка глобальных проблем первая решена.

Дальнейший план прост: в эти выходные я делаю свои задания ударными темпами. В течении недели делаю работу за Романа.

Теперь мне надо узнать у Сафронова что они проходят у Краснова и сделать за него задание. Это будет очень сложно (изучить и проанализировать информацию старшего курса), но знания мне всегда пригодятся.

Надеюсь, это будет последний раз, когда мы с ним пересечемся.

На волне энтузиазма и адреналина после пережитого я к полуночи читаю все, что мы до конца семестры должны пройти на моем курсе.

От переизбытка информации мысли кипят и из ушей идет пар. Дело остается за малым, но затратным по времени — сделать обо всем этом презентацию.

Но это уже завтра. Сегодня хочется расслабиться и переключиться.

За телефон хватаюсь и, раскачиваясь на стуле, захожу в излюбленную студентами соцсеть. Особенно она популярна среди студентов моего универа: различные группы, чаты, события…

Об очередном мне приходит оповещение, и я по инерции кликаю.

У меня нет социальной жизни. Не так много друзей. Все свое время я провожу за книгами. Поэтому иногда я позволяю себе слабость — захожу в новостные ленты однокурсников и подглядываю за тем, как живут другие.

Могла бы и я, если б не обстоятельства. В виде моих родителей.

Они за мной как коршуны бдят, пусть и неявно. Иногда у меня появляется ощущение, что ко мне приставлен шпион, который им докладывает обо всем.

Периодически даже возникает ощущение, что они мысли мои читают и действуют на упреждение.

Как иначе объяснить, что к середине четвертого курса я не побывала ни на одной вечеринке?! В те моменты, когда попыталась ослушаться и ускользнуть из общаги, перед входом сразу оказывались люди в чёрном и сопровождали меня в дубовый кабинет отца в загородном доме. Для серьезного разговора.

О чести, морали и достоинстве. Семьи конечно же.

Моя последняя строптивая попытка была два года назад. После ее краха я и пробовать перестала.

И вот сегодня опять: кто-то наслаждается жизнью на вечеринке, а кто-то я — сижу над учебниками. Пока что своими, а завтра придется зубрить программу пятого курса.

Не слишком пристально наблюдаю за тем, как на видео отдыхают студенты у кого-то на квартире. Пока не начинаю эту квартиру узнавать. Мало-помалу.

Она принадлежит Маринке.

В груди неприятно кольнуло. Вот, значит, чем она занята.

Да, сборище гуляк важнее подруги. Это расстраивает настолько, что я хочу отбросить телефон в сторону, как в довесок еще порцию услады для глаз получаю.

Камера телефона, на который идет съемка, фокусируется на компании людей. В центре… (барабанная дробь) … Сафронов.

Вокруг девушки вьются и пытаются его внимание привлечь. Рядом на столе стоят пластиковые стаканчики и пустые красные жестянки из-под газировки. Кто-то явно любит ажиотаж и громкие посиделки, играя в различные игры на вечеринке.

Пока что?!

Пока я загибаюсь над выполнением заданий? За него и за себя?

Сафронов сказал, что у него важные дела! Важное — это когда нужно срочно кому-то помочь или бабушка в больнице болеет.

Ну теперь, благодаря Роману Сафронову, я знаю как условно выглядит “очень важное дело”.

Глаза наливаются яростью и прежде, чем я себе отчет отдаю в содеянном, то уже сижу в машине такси назвав домашний адрес Маринки.

А что? Мне терять нечего, а если план вдруг сработает, то Роману мало не покажется.

Хватит уже с меня быть послушным ванильным одуванчиком.

— Мы на месте. — Хмыкает таксист, когда я ему сую в руки деньги без сдачи. Там на три таких поездки хватит.

Злость затмевает все на своем пути, и я мчу на нужный этаж пешком, опережая лифт. Энергия ключом бьет и это какой никакой способ немного остыть.

В элитном доме, где живет подруга, на каждом этаже по одной квартире. Не удивительно, что дверь ее жилища распахнута и каждую секунду из нее выходят и заходят люди весьма сомнительной наружности.

Я бы не удивилась тому, что тут тусуется Сафронов, но Маринка…

От разочарование перехватывает дыхание — не думала, что она такая…

Из всех щелей орет музыка и туда-сюда снуют старшекурсники. Кого-то я знаю, других вижу в первый раз. Отовсюду смех и веселье. Приглушенный свет добавляет мистичности и нуара.

Вначале я думала, что мне может понравиться нечто такое, но теперь понимаю то это не так.

Развязное и вульгарное поведение никогда не было моим эталоном.

В любом случае, я тут не для этого.

Достаю из кармана толстовки мобильный и камеру включаю, когда оказываюсь в центре квартиры. Включаю значок видеозаписи и направляю на группу старшекурсников во главе с Сафроновым.

Последний как раз полубоком стоит и не видит, что я его снимаю. Зато я сегодня хочу для деканата еще одну восходящую звезду короткометражек засветить. Не одной же мне на небосклоне зажигать.

Пусть учебная коллегия знает как их самый популярный студент грызет гранит науки, потому что после такого я точно за него ничего делать не собираюсь.

У меня есть железные доказательства того, что я сожалею о произошедшем в пятьсот двенадцатой и готова вину искупить презентацией. А Роман Сафронов нет.

— Романыч! — Окликает мажора приятель, стоящий справа и толкает под руку. Таким образом выбивает из рук самоуверенного мажора напиток. — Это не твоя деваха с видео?

Парень не сразу, но поворачивается ко мне. За ним следом и все остальные.

— Она. — Шевелит одними губами, пригвождая меня своим неистовым взглядом к месту.

— А че она тогда нас снимает?!

Немного страшно.

Ладно, преувеличиваю.

Дико страшно.

Рука дрожит и объектив из-за этого не фокусируется толком.

Роман меня заметил и его вид не предвещает ничего хорошего.

Дальше все как будто в замедленной съемке происходит: наблюдаю как мажор срывается с места и ко мне идет.

Все же телефон я при этом не убираю и снимать продолжаю. Пусть он знает, что я знаю и все равно не боюсь.

— Что ты делаешь?

За секунду до того, как он возле меня оказывается, я блокирую мобильный и прячу его в задний карман джинс.

— Видео для потомков. — Усмехаюсь в той наглой манере, которая свойственна Сафронову.

Надо разговаривать на понятном ему языке, потому что мой он не понимает.

— Как ты узнала что я тут?! — На меня напирает и в глаза заглядывает.

Что там прочесть так хочет? В сознание проскальзывает одна догадка…

Этот ненормальный считает, что я вычисляла где находится он?

Это же смешно. Как можно иметь такое самомнение, которое выпирает за масштаба планеты?

— Ты же не думаешь, что все, что я в пятьсот двенадцатой сказала — правда? — Усмехаюсь нервно и веду плечами. Он сам придумал фразочки, которые я должна была озвучить при его одногруппниках. — Нельзя быть таким заносчивым…

Будь у меня возможность я бы в нем дыру ненависти прожгла.

— Тогда что ты тут делаешь? — Он усмехается полностью уверенный в правоте выводов. — Зубрила, которая дальше кампуса не выходит вдруг оказалась на домашней вечеринке.

— Да. — Киваю. — Настолько домашней, что я могу тебе экскурсию тут провести…

Сам того не понимая Сафронов вкладывает мне в руки козыря. Пока не осознает он в чем подвох, но сейчас его ждет сюрпрайз.

Вокруг нас образовывается небольшое кольцо и по перешептам присутствующих я понимаю, что во мне узнали… меня.

— Маринка! — Замечаю в толпе подругу и зову ее как можно громче. — Классная вечеринка!

Вокруг все стихают. Как будто ждут развязки и пристально наблюдают за происходящим.

А дальше у нас немая сцена.

Подруга в шоке. Пытается понять, что случилось и не сразу находит меня взглядом.

— Лиза? — Сначала вскрикивает, а потом тушуется. Как будто понимает в какой просак попала. — Что ты тут делаешь?

Ей неловко — это сразу заметно. Мне тоже не по себе от ее реакции, но анализировать я это буду позже.

— В гости зашла. — Намеренно веду себя так, как будто кроме нас тут никого нет. — Я кофе заварю. Ты не против? Так устала за сегодня…

Не дожидаясь встречной реакции, уверенным шагом я иду в сторону кухни. Передо мной народ расступается.

Маринка пока что молчит, потому что не знает как реагировать правильно. Она ведь не знает как при всех сделать так, чтоб в грязь лицом не ударить.

Если кто не понял (потому что сегодня как раз это поняла я), грязь — это я.

— Мой любимый. Я думала, что уже закончился! — Невозмутимо достаю из крайнего верхнего шкафчика пачку с зернами и забрасываю в кофе-машину.

Я держусь из последних сил, потому что не так просто выставить себя на обозрение, когда при малейшем проступке из меня посмешище сделают.

— Почему ты тут? — Подруга подлетает ко мне сразу, как успевает опомниться и шипит в ухо, загораживая от посторонних взглядом.

— Какой популярный вопрос. Попробуй спросить что-то другое, хотя… — На последнем слове я повышаю голос. — Я могу на него ответить. Да, Сафронов?! Можно?

Нахожу взглядом парня, который пристально и напряженно за всем этим наблюдает.

Меня все порядком достало.

Это ощущение отчаяния, когда как бы ты ни пытался — все равно ничего путного не выходит. Всегда находится какой-нибудь саботажник (так же известный как Роман Сафронов), который под откос пустить может четыре года моей учебы.

А все потому, что его эго пострадало из-за поцарапанной машины.

— Так вот сегодня этот человек должен был провести вечер со мной…

У нас наказание, проект и все такое.

Я начинаю говорить с намерением выдать людям правду в массы, но мажор меня опережает.

За руку хватает и за собой тащит.

— Куда?! — Возмущаюсь совершенно искренне. Во-первых, я не договорила. А, во-вторых… — Мой кофе!!!

— Чего ты добиваешься? — Парень круто разворачивает меня к себе лицом, когда буквально выталкивает в подъезд. — Что ты устроила?

Дышит так, что утопаю в легкой панике. Меня успокаивают лишь несколько человек, которые по счастливому стечению обстоятельств оказались тут. Они свидетели того, чтоб он мне ничего не сделал.

— Н-ничего. — Мне с трудом удается контролировать растерянность и испуг. — Ты сказал, что у тебя важное дело и потом я узнаю, что ты на вечеринке у моей подруги. А я в это время делаю проект.

— Тебя не касается, где я…

— Мне все равно на тебя и чем ты занят, но я не хочу одна нести ответственность за то, что произошло. На кону и мое будущее тоже.

Моя учеба заграницей.

Еще недавно я не знала ехать или нет, но как только эта возможность стала ускользать у меня из рук, так я тут же определилась со своими приоритетами.

— Твою часть задания я делать не буду. — Говорю твердо и пытаюсь так же смотреть ему в глаза.

— Неужели?!

— Я думала над этим. Сначала решила, что справлюсь за двоих, но…

— И что же заставило тебя изменить свое мнение?!

— Социальная несправедливость. Воспитание и мораль. — Я загибаю пальцы у него перед носом. — Когда есть проступок, то должно быть наказание. Это основа права. Такое даже ты знаешь, доучившись до пятого курса.

Отвожу душу и позволяю себе немного его потроллить.

Я не ожидаю, что этот мажор спросит в чем тут несправедливость, поэтому продолжаю.

— Я намерена тебя шантажировать, Сафронов. Мне терять нечего. — Пожимаю плечами и улыбаюсь, когда парень в мыслях меня с землей ровняет. — Если тебе так глубоко все равно на наказание, то ты не будешь против, если в следующую пятницу я после своей презентации покажу в деканате видео как ты готовишься к отработке?!

Это я, кажется, в маму пошла. Она у меня всегда была форменной стервой.

Оставляю Романа наедине со своим шоком и, пока есть возможность, семимильными шагами пытаюсь скрыться с места происшествия.

Даже не знаю, что лучше — догнал бы или не догнал.

Надеюсь, что сейчас он сильно озадачен и опомнится только к утру.

Заодно и гнев свой утихомирит, а то его глаза минуту назад ничего хорошего не предвещали.

— Зубрила!

Когда слышу раздраженный мужской голос, то шаг ускоряю.

— Лиза!!!

Зажмуриваюсь и как вкопанная на месте останавливаюсь.

Меня догоняет конечно же Роман.

Я в шоке и все так же напугана, но показывать свои слабости Сафронову нельзя. Только что перед его носом козырем маячила, а теперь раствориться в воздухе хочу.

Где лучшие качества моей матери, которые позволяют идти по головам? Видимо в семье не без исключений, как я.

— Тусовку разогнали или какими судьбами? — Надо смотреть противнику в лицо и не моргать. Желательно с улыбкой на губах, чтоб не показать как я нервничаю.

— Отдай мне телефон.

Пока что Ромашка спокоен, но это обманчивый эффект. Его голос резонирует, а тело напряжено.

В моменты опасности я хорошо считываю людей, но это бывает крайне редко.

Иначе цены мне было бы не счесть.

— А деньги и ключи от квартиры? Нет?

Старая шутка, но она не позволяет дать себя в обиду.

Стою я вся такая борзая и взгляд не отвожу, пока он на меня в упор смотрит.

Подольше бы, а то увидит как мои коленки дрожат.

Если что, то я на низком старте. Одно его резкое движение и я вспомню как нас гоняли на время на стометровке во время физкультуры.

И тут в самом деле — парень быстро подается вперед, но я отскочить успеваю. Ловко назад отпрыгиваю и достаю телефон из заднего кармана.

— Это нужно? — Машу перед его лицо мобильным. — Хочешь посмотреть как получился?

Роман останавливается и на этот раз не совершает резких движений. Наоборот, с грацией лани обводит периметр глазами и я вижу как крутятся шестеренки у него в голове.

Этот стратег недоделанный просчитывает варианты моего отступления, а потом самодовольно улыбается.

Вряд ли он дурак настолько, чтоб в таких вычислениях допустить ошибку, так что я подкоркой понимаю как сильно попала.

— Лови!

Бросаю ему телефон прямо в руки, а из эмоций у меня полное безразличие.

Зато у Сафронова шок. Такое бы на камеру записать да пересматривать.

Кажется Ромашка не может поверить в свою удачу.

— Это последняя модель, Сафронов. Можно толкнуть и заработать. — Да кто только меня за язык тянет. Этот бык сейчас меня хуже чем красную тряпку порвет. — Но пока ты разблокируешь, я давно выгружу все из облака…

Медленно, очень медленно я отступаю назад. Все это время взгляд с него не свожу и так же как он старюсь просчитать риски свои.

— Сама разблокируй. — У него наглости хватает мобильный мне протянуть, но я не так наивна как он думает.

Во всяком случае в это верить хочется.

Назад пячусь по мере того, как Сафронов ко мне приближается.

Сбоку от нас, на проезжей части, раздается резкий и пронзительный вой сирен. Скорая или полиция мчится на место — я не реагирую, но та доля секунды, которую тратит парень, решает все.

Он отвлекается на мгновение, я срываюсь с места.

В этот момент во мне открывается второе дыхание.

А как иначе?

Я же умница, спортсменка и просто (не) красавица. И все равно, что по физ-ре у меня стояла пять лишь потому, что родители проспонсировали в школе возведение волейбольной площадки.

Кстати на ней я первый раз получила направление к травматологу на гипс.

Мое дыхание сбивается на первом же перекрестке, и я останавливаюсь.

К тому же красный горит.

В ушах пульс стучит так, что весь город разбудить может.

— Ларина! — За звуком биения собственного сердца я не замечаю как рядом со мной Роман оказывается. — Совсем больная что ли?!

Он меня за шкирку как шкодливого котенка поднимает.

Хвала производителям брендовой одежды, когда вы переплачиваете в десять раз за популярную модель, но не падаете на землю когда какой-нибудь Роман Сафронов надумает сгрести меня под мышку словно какую-то болонку.

Толстовка выдерживает, хотя и слышно как на швах трещат нитки.

— Поставь меня, неандерталец! — Брыкаюсь. Ногами и руками отбиться пытаюсь, но ничего не помогает пока он меня не оттаскивает в темный переулок.

— Ты с головой вообще дружишь или только по праздникам?!

Ему тоже есть что ответить.

Стоит мне почувствовать почву под ногами как я снова готова спасаться бегством, но из ниоткуда перед моим носом появляется его рука.

Таааак. Это уже где-то было. Проходила я подобное в прошлый раз, когда непосредственно близко контактировала с этим ненормальным.

— Сегодня не твой день, мажорчик.

Как ни странно, на этот раз я не робею. Жаль, что в такой темени, где нет ни одного фонаря уличного, Сафронов не видит вызов в моих глазах. — Отпусти. У меня много дел.

Пробую его руку оттолкнуть, но там литые мышцы, так что без шансов.

— И чем такая зубрила ночью планирует заняться?

— Домашним заданием. — Спорю, что ответ его не удивляет, но это лишь начало. — На повестке дня: сделать видео с твоим участием вирусным. Так что счастливо оставаться.

Резко его толкаю в бок, но тут выходит осечка. Вместо того, чтоб скривиться от боли скала мышц по имени Роман даже бровью не ведет.

— Могла бы и нормально попросить.

— А?! — Я в шоке. О чем это он.

— Что там доделать надо по заданию Краснова?

Вот же ежики соленые, как у меня в столь юном возрасте могли начаться слуховые галлюцинации?!

— Презентацию твою и листы с рукописным извинением…

Мямлю как есть, потому что его слова полностью выбили меня из колеи.

— И это реально надо сделать, Сафронов. Без всяких выкидонов!

— Про выкидоны себе скажи! — Срывается он резко и делает шаг ко мне. А я назад. А там снова стенка. Ловушка. — Могла бы и нормально попросить, а не цирк перед всем универом устраивать…

И как ему это удается. Ромашка в свое время прошел матер-класс по тому, как девушек в безвыходное положение загонять?!

Стоило сразу к шантажу прибегнуть.

Кто ж мог подумать, что на Романа Сафронова это подействует как магия.

Спесь сбилась почти мгновенно и последние пол часа он все больше походил на нормального человека, а не на безнадежного прожигателя жизни.

Такие резкие перемены меня в людях обычно пугают.

Я поэтому и на мажорчика с опаской поглядываю пока мы заходим в мою общагу.

В такое время запрещено к себе парней водить (как и в любое другое), но у меня особые обстоятельства.

Не в квартиру же к Сафронову идти, пусть он и предлагал.

Вахтерша спит — я проверила, поэтому активно машу парню рукой, но он торопиться не собирается.

Вальяжно идет себе, засунув руки в карманы и даже по сторонам не оглядывается.

— Быстрее. — К нему на встречу бросаюсь и за рукав рубахи тяну. — Нас могут увидеть вместе!

— Не вижу в этом для тебя никакой проблемы, Зубрила.

Роман нагло усмехается, а меня так и подмывает стереть с его лица улыбочку.

— Проблема в том, что мы с тобой из разных миров, которые не должны пересекаться. — Неужели ему даже такое объяснять на пальцах надо?! — Ты о репутации подумай! Что о тебе друзья-товарищи по ночным клубам скажут, если со мной увидят?

Вижу на его лице замешательство небольшое, но и тут снова самодовольство берет верх над разумом.

— Что я нравлюсь даже тем, кто не от мира сего.

Это финиш. Сафронов официально потерян для общества. Его нарциссизм зашкаливает настолько, что воззвания к логике и рассудку бесполезны.

— Ладно, ладно. Пусть будет так.

Спорить с ним все равно, что швыряться горохом о стену.

Каким-то чудом нам удается незамеченными пробраться в мою комнату, и я сразу же закрываю дверь изнутри.

Бросаю быстрый взгляд на часы. Уже поздно, очень поздно.

— Давай не будем терять время.

Иду в сторону письменного стола и по пути снимаю толстовку, в которой на улице была. В комнате жарко, футболки будет вполне достаточно.

— Я так и знал, что ты за этим меня позвала. Задание Краснова только предлог?!

Оборачиваюсь и недоуменно смотрю как Сафронов расстегивает верхние пуговицы на рубашке.

О чем это он?

Резко вздрагиваю как будто током ударяет.

— Да, предлог усадить тебя за книги.

В ответ дарю ему раздраженную улыбку.

— Тут прокол выйдет, Зубрила! Я с собой учебники не таскаю.

— Я сомневаюсь, что ты даже знаешь где находится библиотека, чтоб их взять.

Общение с Сафроновым — испытание для моей выдержки.

— Так что я скачала электронные версии, все равно думала…

Вовремя замолкаю, чтоб лишнего не взболтнуть. Я-то была уверена, что ни за что у меня не получится заставить Романа сделать его часть задания, так что качала их преимущественно для себя.

А тут вон он как удачненько сам на вечеринке подставился.

— Что думала?

Пока я пытаюсь открыть на ноуте нужные сборники и кликаю мышкой по разным окошкам, слишком близко ко мне раздается его голос.

Вздрагиваю и замираю.

Так, Лиза, без резких движений.

Сафронов отстраняться даже не думает, поэтому я продолжаю ощущать его дыхание в районе шеи, уха… Потом оно перемещается к щеке.

Сердечко колотиться начинает с каждым ударом все сильнее. Кожа на лице горит, в горле все пересохло.

Сейчас ко мне осознание приходит, что я самого заядлого бабника приволокла к себе в комнату. Ночью.

Так вот к чему была его фразочка, и почему он пуговицы на своей рубахе отстегивал.

— Думала за тебя все делать придется. — Сглатываю и хочется откашляться, чтобы выплюнуть воображаемый комок в горле. — Но ты до неприличия фотогеничен, так что я не смогла не сделать памятное видео…

Он отстраняется и это уже моя маленькая победа.

Дышать легче становится.

— Удали его.

— Ага. Слушаюсь и повинуюсь. — Не дождется. — Я ж тебя потом днем с огнем не отыщу.

— Ну что ты, Зубрила, только позови. — И опять он резко на глазах меняется. Взгляд темнеет и голос звучит ниже. — И я тут же окажусь у твоих ног.

Еще так медленно опять ко мне приближается и руки выставляет по обе стороны от моего тела. В подлокотники стула упирается и меня вынуждает вжаться в спинку.

— Все! Верю!

Чтоб хоть как-то смыть это наваждение, осторожно, но резко и изо всех сил хлопаю у него в ладоши перед лицом.

— Из тебя гениальный актер и влюбленность ты можешь разыграть уже на второй минуте знакомства. — Всегда, когда я заметно нервничаю, решаю эту проблему сарказмом. Громко лаю, потому что на самом деле боюсь, что меня укусят. — Теперь мы можем сесть за задание?

Резко на стуле разворачиваюсь, да так, что у него выбора не остается — приходится убрать руки.

— Что-то я устал сегодня.

Да этот псих надо мной надумал издеваться! Не иначе!

— Сил нет! Вряд ли смогу разобраться в новых темах по курсу Краснова. Лучше завтра.

И разворачивается, чтоб идти в сторону кровати, а потом и вовсе на нее заваливается.

Не поняла. Это что сейчас было?!

Вот только ты не на ту напал, красавчик.

— Можешь ничего не читать. — Тянусь к комоду, где лежат пустые листы А4 и достаю стопочку. Делю не на две части. — Но будь добр напиши десять листиков о том, как тебе ооочень жаль за свой поступок.

Он еще не понял, что нельзя злить терпеливого отличника? Ситуация с его мозгами запущеннее чем я думала.

— Так мне не жаль.

Едва сдерживаюсь, чтоб воздухом не поперхнуться.

— Да мне все равно, просто сделай как говорят. Никто тебя сажать на полиграф не будет, чтоб проверить чистосердечно ты выводил признание или нет.

Сама сажусь за стол и показываю пример как надо.

Сафронов с места не двигается, но я всеми фибрами ощущаю, что он прожигает мне взглядом спину.

И потом присоединяется.

Я прям выдыхаю. Не знаю, что еще бы сделала, если б мажор не одумался.

Нельзя же только шантажировать его тем видео.

Если шантаж не реализовывать, то он теряет смысл. А идти в открытую против Романа я боюсь. Видео — мой единственный козырь, разыграв который я вынесу себе социальный приговор.

— Эй, у тебя ручка не пишет. Дай другую.

Возвращаюсь в реальность и смотрю как он старательно расписывает засохшие чернила. Давит с такой силой, что несколько верхних листов рвется.

Потом на эмоциях отбрасывает ручку в сторону.

Какой чувствительный.

Я молча и неторопливо привстаю и тянусь к органайзеру на полке, где все ручки стоят.

В ту же секунду и Сафронов вскакивает. Действует мне на опережение.

— Быстрее уже. — Кидает раздраженно и отпихивает мою руку.

Все происходит настолько стремительно, что я равновесие теряю, запутываясь в своих же ногах.

Стул подо мной на колесиках, поэтому в сторону отъезжает. До полки дотянуться на успеваю, за стол схватиться неудобно.

Есть только Роман, за него и держусь, чтоб устоять.

Все, пронесло. Такого громилу я точно с места не сдвину.

Как бы ни так.

Не знаю, как так выходит, но через секунду я снова понимаю, что падаю на кровать, а Сафронов летит сверху.

Этот гад Роман Сафронов украл мой первый поцелуй.

Секундное прикосновение губ и поцелуем назвать сложно, но то, что между нами произошло по неосторожности, иначе назвать я не могу.

Мне сейчас злиться надо и его отталкивать изо всех сил. Впору впадать в истерику как это делают красны девицы в книгах, но я замираю.

Вместе со мной и Роман.

Дышать боюсь, сделать любое движение опасаюсь. Замираю и немигающим взглядом таращусь на него.

Его взгляд очень медленно скользит по моему лицу и замирает на губах.

Тут то меня и пробивает.

— Встань! Уйди! Слезь! — Отчаянно бью руками по всему, чему придется.

— Ну что ты так реагируешь?! Можно же и проложить. Я тебя поднатаскаю в этой сфере.

На Сафронова ничего из того, что я делаю, не действует. Как зубочисткой пытаться камень проткнуть.

Зато на меня его слова еще ой как действуют и вызывают шок.

Заставляют покраснеть и прекратить все попытки отпихнуть его подальше.

Это так между молодыми людьми пробегают искры? Со мной такое впервые, и я робею. Не знаю как себя вести.

Напряжение растет, но это безумно волнительный момент.

Сама от себя такой реакции не ожидала, но где-то в районе живота начинают порхать бабочки.

— Да блииин! — Тянет парень и уголки его губ нервно дергаются в сторону в полуулыбке. — Ты еще и шуток не понимаешь?!

Руками опирается о кровать по обе стороны от моей головы и резко отталкивается.

Встает на ноги и теперь смотрит на меня сверху вниз.

А я ж все лежу в шоке и пытаюсь переварить уже новую реальность.

— Да зачем мне такая как ты нужна?!

Сафронов считает нужным добить мое и без того разбитое вдребезги самолюбие.

Мне хочется на месте провалиться, но это только ситуацию усугубит.

Ничего не произношу в ответ, но крайне быстро тоже с кровати встаю.

Дергано, нервно дотягиваюсь до нужной мне ручки и сразу со всей силы бросаю ее парню.

Хочу показать свое раздражение и злость, но попадаю по лицу.

Глаза Сафронова вспыхивают и парень напрягается, стискивая зубы. Точно думает, что я специально, поэтому первой мыслью мелькает — извиниться.

Хорошо, что злость в этот момент верх берет и я себя пересиливаю, поэтому отворачиваюсь.

— Пиши давай.

Сама тоже за стол сажусь и начинаю писать извинения. Заодно прислушиваюсь.

Король всея универа не привык, чтоб с его Величеством подобным образом обходились.

Поспорить могу, что в любой другой ситуации он бы ушел и громко дверью хлопнул, но у меня есть видео.

Про него я молчу, но видео по умолчанию выигрывает за меня спор.

Через время (и внушительную внутреннюю борьбу) Сафронов все же садится за соседний стул и тоже писать начинает.

Недовольство из него так и брызжет, но я как бы тоже обижена.

Я пишу до последнего: пока не засыпаю. Вот прямо так, за столом.

С каждой минутой начинаю моргать все медленнее пока и вовсе голову не склоняю.

Для меня в этом удивительно нет ничего — я так часто делаю, особенно во время сессии.

В итоге странно другое: почему я утром в кровати просыпаюсь?

Сперва понять ничего не могу и даже не подозреваю неладное. До тех пор, пока не простреливают воспоминания о прошлом вечере.

— Сафронов!

С ужасом восклицаю, когда в голове возникает образ виновника всех моих бед.

Нервно взгляд вниз перевожу и пытаюсь сердцебиение успокоить.

Отодвигаю в сторону простыню…

И какое облегчение — я полностью одета.

Значит дальше поцелуев мы не продвинулись. Уже хорошо.

Закрываю глаза и выдыхаю.

Слышу сбоку кашель.

Глаза распахиваю и поворачиваюсь, а там звезда сидит собственной персоной.

Развалился на стуле и на меня в упор смотрит изучающим взглядом.

— Что ты делаешь? — Нервно натягиваю обратно простыню. — Ч-что ты сделал?

Пауза. Она затягивается.

Взгляд парня не читаем. На лице непроницаемая маска.

И тут взрыв смеха. Меня аж подбрасывает от неожиданности.

— Я ждал, что ты проснешься, чтоб сказать тебе, что я все сделал.

Довольно улыбается этот нахал, пока я с подозрением кошусь на рабочий стол.

— Все листы написал или даже проект?

Я официально в шоке. Некогда бы не подумала, что этот самовлюбленный мажор полон самоотдачи.

— Нет. — Роман продолжает улыбаться, но потом его резко искажает гримаса торжества. — Пока ты спала я удалил то видео.

Парень бросает мне в руки мой мобильный. И теперь на его губах красуется жестокая ухмылка.

— Чтоб тебе не было так обидно, Лиза, я оставлю автографы на десяти листах. Дальше ты как-нибудь сама.

Сафронов, не скрытая своего приподнятого настроения, встает со стула и направляется к двери.

В это время я проверяю телефон и все папки: основная, резервная и облако, — везде пусто.

Нет видео с Романом, зато есть фото, которое я не помню. Точнее я его даже не делала.

— Что это? — Больше сама с собой разговариваю, чем к нему обращаюсь.

— Ах это. — Парень в дверях останавливается. — Кадр на память, чтоб ты не думала, что можешь меня шантажировать. У меня на телефоне точно такая же фотка, так что удалять не смысла нет. Сохрани ее себе на память о нашем шикарном вечере…

Пол дня смотрю на фотографию в телефоне пока не садится батарея.

Как ни крути, а вижу только один плюс: во сне я очень фотогенична и неплохо смотрюсь рядом с Сафроновым.

— Ну за что мне еще и это-ооо?!

Этот ненормальный сделал совместное фото пока я спала и выглядим мы на нем так, как будто у нас нет никого ближе друг друга.

Мой компромат Роман стер с концами, зато себе страховочкой обзавелся. Теперь он мне точно ни за что помогать не станет.

Как бы еще шантажировать не начал!

— Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. — Вскакиваю с кровати и иду на кухню, чтоб заварить себе крепкий кофе.

Надо побыстрее приходить в себя, потому что за эти выходные я хочу закончить с презентацией своей. А вот учебную неделю потрачу на темы пятого курса.

До меня доходит не сразу, что это пол беды. Проект я может быть и сделаю, но очередная проблема заключается в том, чтоб мажорчика уговорить рядом постоять во время презентации продукта. А то неправдоподобно будет.

К вечеру я выпиваю столько кофе, что похожа на сову. Устаю так, что соображать не могу, но глаза не закрываются как ни старайся.

Выхожу на улицу прогуляться перед сном. Как раз в тот злополучный парк захожу, где меня Сафронов поджидал пару дней назад.

Моя жизнь слишком резко начала вращаться вокруг этого неотёсанного хама. И чем дальше, тем хуже.

Сейчас выходные и моя жизнь еще кажется спокойной, но с понедельника меня ждет ад на земле.

Видео с моим участием стало вирусным. В универе я почти “звезда”. На глаза Роману мне вообще лучше не появляться, чтоб о себе лишний раз не напоминать. Я ж не знаю насколько он мстительный.

Плюс ко всему в понедельник у меня по расписанию пара у Краснова. Ну хоть к ней я готова. Материал знаю на три темы вперед, но это мало успокаивает.

За книгами и ноутбуком я провожу две бессонные ночи и к утру понедельника моя часть задания сделана. Бонусом к этому я преобразуюсь до неузнаваемости, потому что теперь у меня круги под глазами как у панды.

Добавим к этому бейсболку, очки в толстой оправе и безразмерную одежду и получится не Лиза, а чучело.

Зато никто не узнает.

Одногруппники сперва думают, что к ним кто-то новенький перевелся. Меня выдает Маринка, которая подсаживается ко мне за последнюю парту.

— Ты чего тут? На первой же всегда. — Она выкладывает учебники как ни в чем не бывало.

Где скандал? Она закатила микроистерику, когда я ее совет не оценила. Думала, что, сорвав ее вечеринку, она от меня откажется и наложит проклятие изгоя.

— А ты почему только к последней паре пришла? Сегодня отмечали прогулы и это скажется на среднем бале.

— Об учебе только ты думаешь двадцать четыре на семь. — Она недовольно поджимает губы. — У меня дела были.

Я не только об учебе думаю. Тут подруга ошибается. Сегодня, например, я составила план максимум и старалась ему следовать. В этом плане главное быть неузнанной, не попасться Роману и пережить Краснова.

Плана минимум у меня нет. Я максималистка и перфекционистка.

— Не хочешь рассказать что у тебя с Сафроновым? — Марина непринужденно выглядеть старается, но безразличие плохо ей дается. Видна нервозность и недовольство. — Он ушел с вечеринки в пятницу и не вернулся. С тобой был?

— Со мной. — У меня необъяснимое желание появляется ее уколоть и мне за это стыдно. — Мы домашку по Краснову делали.

— Так Рома согласился? — Подруга моими слова так шокирована, что почти выкрикивает это на всю аудиторию.

Студенты оборачиваются. Краснов тоже буравит нас взглядом. Из-за Маринки моя программа максимум рискует провалиться.

— Тихо ты! — Шикаю и опускаю голову на парту в желании слиться с мебелью. — Он помог с самым сложным заданием и сказал, что на этом все.

Стараюсь сохранить лицо. О позоре прошлой ночью лучше просто забыть.

— Эй там, на галерке! — Я резко выпрямляюсь, потому что Краснов явно обращается к нам. — Если все знаете, то можете вместо меня рассказать!

Мое лицо заливает густая краска, но положение спасает Марина.

— Мы послушаем. — Она кокетливо улыбается преподавателю и тот с недовольным видом продолжает.

— Технически я бы могла продолжить…

Бубню, но в это время Краснов снова на нас смотрит, а Маринка толкает меня под столом.

— Поговорим после звонка.

Так мы и сидим до конца лекции.

Если вы еще не знаете как впасть в немилость у любимого преподавателя, спросите меня. Поделюсь секретом успеха.

Разговаривать ни с кем я не хочу и Мари не исключение. Поэтому как только звенит звонок я притворяюсь спящей. Пусть все разойдутся, а я выйду из аудитории самая последняя.

Так хоть удастся избежать вопросов “а что у нее с Сафроновым?”, “он с ней из жалости общается?”, “как он еще ее не выжил из универа?”.

— Ты идешь? — Толкает меня в бок Маринка. — Чего разлеглась?!

— Идииии! — Чуть ли не плачу, чтоб она побыстрее оставила меня одну и не портила мою игру в театре одного актера. — Я позвоню потом.

Подруга уходит и в скором времени стихают голоса вокруг.

Отсчитываю про себя до пяти и… потягиваюсь как будто только проснулась. Очки в этот момент падают, но я успеваю заметить возле двери знакомый мужской силуэт.

Блин, надо было чуть дольше “поспать”. Программа максимум официально признана провальной.

— Иди сюда, Ларина. Нам надо поговорить.

Не хочу я ни с кем разговаривать. Тем более с ним.

Кто и за что на меня проклятие навел то такое?!

Взгляд вниз опускаю и послушно ногами передвигаю, следуя инструкции.

— Да, Сергей Алексеевич? — Смелости у меня нет ему в глаза посмотреть, поэтому я рассматриваю старинный линолеум в аудитории.

Орнамент реально странный. Интересно кто и как до него додумался.

— Как у тебя дела обстоят, Ларина? — Краснов неожиданно прочищает горло, задавая этот вопрос.

Я думала, что он с претензиями накинется. Или скажет как он во мне разочарован.

— У меня все лучше всех. — Бубню на выдохе, а вот уже вдох от волнения сделать забываю.

Сглатываю. Губу прикусываю. И взгляд все так же на него поднять не решаюсь.

Стыдно. Мамочки, как стыдно!

— Как ваш проект… с Сафроновым?

На фамилии Романа мужчина спотыкается. Как будто неловко ему, и это тоже весьма странно.

Откуда и с чем связана такая неуверенность, Сергей Алексеевич? Так и хочется спросить, но желания с возможностями расходятся.

Я все еще не настолько храбрая.

Да, то есть я могу вырядиться как ведьма и произнести чушь перед всей аудиторией. У меня хватит смелости утащить популярного парня с вечеринки, но сейчас я робкая и нерешительная.

Магия.

— Идет полным ходом! — Вру на одном дыхании. Улыбнуться даже получается в то мгновение, когда я решаюсь на Краснова взгляд поднять. — К пятнице будет готово все!

— Точно? — Слышу, как мужчина ко мне приближается и вжимаю шею в плечи. Это шестое чувство.

— Д-да. — Отвечаю сбивчиво и начинаю потихоньку отступать. Не нравится почему-то атмосфера тут. — Мы с Романом работаем днями и ночами.

Я просто ту единственную ночь в своем воображении возвела в несколько степеней и как будто правду говорю.

— Может вам… тебе помощь нужна?

Отступать некуда больше. За спиной кафедра, а сбоку начинаются парты.

Мне так нервозно и неуютно. Никогда не думала, что нечто такое рядом с Сергеем ощущать буду.

— Вы же меня знаете! — Отмахиваюсь, отшучиваюсь и стараюсь непринужденно звучать. — Я же все на лету схватываю. И Роман не такой оболтус как все думают, а объясняет мне многое…

И вот зачем я сейчас вру?! Инстинкт самосохранения. Никак иначе я не могу это объяснить. Просто сейчас нечто странное происходит с Красновым.

— Разве? — Голос преподавателя становится все тише.

Слышу его шаги и понимаю, что Краснов приближаться продолжает.

— Да! Мы со всей ответственностью… — Хочу сказать, что мы со всей ответственностью к заданию относимся и воспринимаем его крайне серьезно, но мужчина договорить мне не даёт.

— Вы и правда встречаетесь? — Неожиданный вопрос застает меня врасплох.

Вопрос настолько непредсказуем, что я о предосторожности забываю и поднимаю взгляд.

Краснов стоит очень близко. Смотрит в упор. Если совру — раскусит.

Зачем ему это знать?!

— Эээ… понимаете… не знаю кто вам такое сказал… просто дело в том… — Мямлю и не знаю что сказать. Соврать или правду?

— Да. Правда.

Неожиданно сбоку раздаётся мужской голос, и я невольно поворачиваю голову к источнику шума.

Вначале думаю, что это зрительные галлюцинации, но нет. Передо мной реально Сафронов стоит.

Внешность, телосложение и даже голос, — все его. Взгляд надменный, как будто одолжение делает. Нет никаких сомнений, что это Роман, если бы не его слова.

— Что?! — Я сейчас шокирована не меньше Краснова. — … Ты тут делаешь?

Сглатываю и под пристальным взглядом мажора понимаю, что мне исправить ситуацию срочно надо.

— За тобой зашел. — Он улыбается, но глаза остаются такими же циничными.

У Сафронова явно проблемы с настроением.

Интересно почему.

Я надеялась, что он обо мне не вспомнит.

— Собирай вещи, Лиза. Мы опаздываем. — Парень подходит ко мне и буквально из рук сумку вырывает.

Ткань немного режет руки и это неприятно.

— Д-да, я мигом. — Растеряно по сторонам оглядываюсь, потому что где-то на вешалке я оставляла свой безразмерный кардиган и бейсболку.

Начинаю метаться из стороны в сторону, как будто у меня нарушения в ориентации на местности.

— Если вы не возражаете, Сергей Алексеевич, то мы с Лариной пойдем. — В голосе Сафронова четко прослеживается сарказм, направленный на Краснова.

Эти двое сейчас друг напротив друга стоят, и обстановка напряжена до предела.

Сафронов все так же самоуверен и дерзок. Краснов, в свою очередь, спокоен и тверд.

Чувство, что каждый из них готов другому перчатку кинуть в лицо в любую секунду.

— Не возражаю.

С губ Ромы срывается смешок и парень, не прощаясь, идет ко мне и хватает за руку.

— До свидания, Сергей Алексеевич! — Кричу в дверях и тут же с Романом скрываюсь в тьме коридора, где ни души кроме нас.

— Эй, что ты делаешь? — Думаю себе самое плохое, что только может быть.

— Мешаю вашей беседе. Ты расстроилась? — На удивление нет. Благодарна ему.

Правда не спешу признаваться в этом.

— Я заснула на лекции и не думала, что кто-то остался. — Непонятно зачем перед ним оправдываюсь, но спохватываюсь вовремя. — А ты почему тут? Я Краснову ничего не сказала про то, что ты ничего не делаешь.

— Молодец, похвально зубрила! — Сафронов на меня оценивающе смотрит, а потом улыбаться начинает.

Реально что ли похвалил? Ожидаю подвох, но его нет.

— Пойдем, надо задание делать. — Парень хватает меня под руку и начинает вести за собой.

— Решил меня тем фото шантажировать теперь? — Я остановится стараюсь, но парен на мои попытки никак не реагирует. Вот же упертый. Всегда делает так, как сам того хочет. Думает, что никто ему не указ. — Нет у меня времени домашки тебе делать — у меня проект, и мне нужно до пятницы все успеть. Или ты забыл, что я еще и за тебя делать все должна?!

С Сафроновым происходит именно то, чего я боялась больше всего.

Я догадывалась, что он может оказаться мстительным и попытается отыграться за испорченную вечеринку, но надеялась, что не станет.

Ошиблась в своих надеждах, но не разочаровалась. Сафронов предсказуем в своей наглости, заносчивости и эгоизме.

После моей пламенной речи парень неожиданно останавливается. В недоумении смотрит на меня.

Сначала как будто не понимает, что я имею в виду, а потом на его лице вырисовывается просветление.

— Я не собираюсь заставлять тебя делать мое домашнее задание. — Он отпускает мою руку и во весь голос хохотать начинает. — Я тут, чтобы помочь тебе с твоим проектом. Нашим проектом. — Почти сразу же исправляется.

Вот это да. Что за чудные метаморфозы!

Его смех резко обрывается как и начался. Опомниться не успеваю, как он снова меня за руку берет и за собой тянет.

Пользуется тем, что я в шоке и не сопротивляюсь.

Роман даже не смотрит на меня, продолжает вести в сторону выхода из корпуса.

— Повтори. Кажется, я не расслышала. — Прошу сразу же, как первый шок проходит и ко мне возвращается способность говорить.

Сафронов там что, перегрелся? Может стукнулся где?

Я его все выходные не видела, а это сорок восемь часов. Достаточно времени, чтоб кукуха накренилась.

— Все ты расслышала, проблем со слухом у тебя я не заметил. — Роман спокоен и это меня уже радует в какой-то степени. Даже немного успокаивает.

С буйными психами сложнее построить конструктивный диалог.

— Я определенно не так все поняла. — Теперь моя очередь улыбаться пришла. Пусть я и зубрила, которая из-за книг не вылазит, но не такая наивная как он считает. — Мне на секунду и вправду показалось, что ты сюда помогать явился, а не издеваться надо мной.

Резко руку одергиваю и останавливаюсь. Роману тоже приходится.

— Не знал, что ты обо мне такого мнения. — Он дох делает глубокий, а потом улыбаться начинает. Его улыбка такая, как будто бы ему неловко становится и поэтому он запускает пальцы в свои волосы.

Если не иметь представления какой он гад на самом деле, то можно вполне подумать, что он милый.

— Я извинится еще бы хотел. За сегодня. — Я своим ушам и глазам не верю.

Эта фраза окончательно меня убеждает, что Сафронова точно подменили. Роман даже мнется с ноги на ногу немного.

— З-за что? — Спрашиваю предельно осторожно.

Где тут подвох? Я что, все еще сплю за партой на лекции Краснова? Реально уснула, а не притворяюсь?!

— За то, что вел себя на этих выходных как последний козел. Я бы не хотел, чтоб ты обо мне так думала. Давай я тебя угощу кофе? — Хочется прокричать: “Ущипните меня кто-нибудь!” Это точно сон!

В настройках таких, как Сафронов не прописано быть милым, а программа должна сбоить на таких словах как “простите” и “спасибо”.

Не нравится мне все это. Крайне подозрительно и я поспорить готова, что парень что-то задумал.

Пока я пытаюсь уловить в его действиях хоть какую-то логику, Рома без разрешения срывает рюкзак с моего плеча и начинает идти быстро.

— Остановись! Там мои вещи! Отдай! Куда ты идешь?! — Мне за ним в буквальном смысле бежать приходится и кричать все это на весь универ. — У меня нет времени на эти твои игры!

Я так увлечена этими догонялками, что не сразу понимаю как сильно мы внимание посторонних привлекаем. Это лишь по взглядам студентов видно, которым я своими требованиями помешала заниматься делами. Зато какой повод для сплетен дала шикарный.

Рома не реагирует на меня, впрочем, как и всегда.

Мне ничего не остается, кроме как замолкнуть и ускориться, чтоб быстрее скрыться с их глаз.

Шепот уже пошел по коридору вслед за мной.

От неловкости провалиться сквозь землю хочется. Я уже и так достаточную известность в универе приобрела за столь короткий промежуток времени. И далеко не такую, как мне бы хотелось.

— Торопись, зубрила! Я долго девушек не жду!

Спокойно посидеть в кафе нам конечно же не дают — постоянно косые взгляды ловлю в нашу с Сафроновым сторону.

Кафе находится в шаговой доступности от универа и смею предположить, что студентов тут даже сейчас немало. Наверняка те, кто сейчас косятся на нас, посмотрели видео и теперь наблюдают за продолжением шоу воочию.

— Не смотри на меня таким взглядом. — Нарушает первым тишину Рома.

— Каким? — Не совсем понимаю претензии, поскольку вообще о своем думаю.

— Взгляд у тебя недоверчивый и подозрительный. — Ой, да ладно! Серьезно что ли?!

Какое может быть доверие к нему после этих выпадов с угощением в кафе и извинениями. Тем более после того, что он сделал.

— Я лично думаю, что ты что-то задумал, Сафронов. — Вперед немного подаюсь и пронзаю его взглядом, как это детективы на допросах делают. — Уж очень ты изменился, как по щелчку пальца.

Не хочу в его игры играть, если честно. Надо сразу выяснить что у этого мажорчика на уме.

— Я просто хочу внести свою лепту в общее дело. Вот смотри! — Роман открывает свой рюкзак и достает оттуда конспекты. — Я даже конспекты притащил по последним темам.

Все это крайне странно выглядит. Такой как Сафронов еще и помочь? Конспекты даже принес, что-то тут нечисто.

Я вообще удивлена, что он в универе на лекциях записывает что-то. Всегда считала, что такие как он в вузе появляются только для того, чтоб друзей увидеть, подруг новых найти и покрасоваться прокачкой своей тачки.

Смотреть с подозрением открытым продолжаю. Даже скрывать своего подозрения не хочу. Пусть попробует убедить меня в обратном.

Не в том я положении, чтоб от Ромы что-то требовать, но руки на груди складываю и смотрю на него скептически.

На это Сафронов лишь усмехается и медленно откидывается на спинку стула, принимая расслабленное положение.

Жду что дальше произойдет, но парень не смешит снова включаться в диалог.

Жестом подзывает официанта, и через мгновение у стола оказывается девушка.

А к другим она и по пол часа не подходила (я подслушала разговор парочки за соседним столиком).

— Можно нам кофе? — Спрашивает Рома с обольстительной улыбкой на лице, а у девушки на щеках появляется алый румянец.

Ух ты, как мило.

Фу!

— Лучше чай! — Перебиваю я просьбу Сафронова. — Кофе вредно для нервной системы.

Если бы на мне сейчас были очки, я бы обязательно поправила их эффектным жестом на переносице.

— Можно и чай. — Произносит парень и пристально на меня смотрит. — Давайте лучший, что у вас есть. На ваш вкус. Модный там какой-нибудь…

Девушка ждет, что он еще соизволит ей сказать что-то, но парень игнорирует всех кроме меня. Поэтому официантка кивает и уходит.

— Вроде как на кофе пришли. — Говорит Рома прикусывая зубочистку.

— А вместо этого выпьем модный чай. — Передергиваю его. — Над выбором которого ты даже не заморочился.

— Ладно. — Кивает Сафронов и на лице выдавливает вымученную улыбку. — Ты гостья, ты и выбираешь.

Ох, как же он хочет мне понравится и поэтому даже не спорит.

— Мне все это очень странным кажется вот я и ломаю тебе планы. — Надо же хоть как-то ему палки в колеса вставлять, вот и стараюсь как могу. Не верю я во всю эту авантюру.

Надо поскорее его на эмоции вывести. Может тогда он проколется и я пойму в чем дело!

— Люди меняются. — Во выдал! Я ж прям так и поверила.

Может люди и меняются, но Сафронов вряд ли. Во всяком случае не за такой отрезок времени короткий.

— Ага, да вот только это все в фильмах происходит ну или в параллельной вселенной разве что. — Поменялся он, видите ли.

Пока мы размениваемся остротами наш чай приносят к столу. Девушка аккуратно наливает нам напиток по кружкам, но пить первой я не решаюсь.

— Чего не пьешь? — Спрашивает Сафронов после того, как я уже минут пять чашку гипнотизирую. — Стынет же.

— Давай-ка ты первый. — Меняю их местами демонстративно и смотрю на парня с невинной улыбкой на лице.

— Откуда такое недоверие, Лиза? — Брови поднимает и усмехается. — Могу из твоей тоже глоток сделать, если хочешь? — Подносит чашку к губам и делает глоток.

Начинает смеяться так громко, что к столу официантка подбегает.

— Все в порядке! — Говорю девушке и наблюдаю картину как они друг друга глазами пожирают. Может они в сговоре? Это на флирт похоже немного.

Хотя что я в этом знаю. С Сафроновым только ленивая не флиртует.

Да уж знала бы эта девушка какой он на самом деле. Такого парня как Роман Сафронов не посоветуешь никому. Красивый парень — общий парень.

Чувствую себя глупой сейчас наблюдая за ними, и представляю как это все со стороны выглядит.

Безмолвная пауза затягивается.

— Когда приступаем к занятиям? — Неожиданно Сафронов отворачивается от предмета обожания, теряя к ней всяческий интерес.

— Так ты реально серьезно настроен? К чему тогда все это? — Все равно не верю особо ему.

Не знаю радоваться или огорчатся. Я все-таки уже настроилась сделать все сама. Так я хотя бы буду уверена в хоть каком-то результате. А Сафронов больше на темную лошадку похож, может только все испортить.

Даже если я четверку получу, то это будет моя четверка. Роман же может кинуть в самую ответственную минуту и тогда я ничего сделать не смогу.

— Конечно серьезно. — Взглядом меня испепеляет. — Ты раз третий уже это спрашиваешь. Может на детекторе меня еще проверишь?

— Нас еще не учили с ним работать. — Отвечаю на тот случай, если он не шутит.

Глаза парня расширяются, и он губу нижнюю прикусывает. Давит ухмылку, а я глаза прикрываю от досады.

Опять повелась.

— Я могу научить. Мы как раз это разбираем.

Снова понять не могу шутит мажор или серьезно говорить, но ничему учиться у него я не собираюсь. Вряд ли в его крошечном умишке есть то, что меня может удивить.

— Тогда ладно, пойдем? — Вздыхаю.

С виду может показаться, что от усталости, а на самом деле от горя, потому что уверена, что испортит он все.

А отказаться, если честно, просто на просто не решаюсь.

Это он сейчас такой милый, но я не понаслышке знаю каким Сафронов в гневе бывает.

Роман с довольной физией подхватывает рюкзак со стула и в мгновение ока уже стоит на своих двух.

— Куда идем? К тебе? Мне понравилось, как мы позанимались в прошлый раз. — Вот еще чего. Мое лицо вытягивается от неожиданности.

— В библиотеку! — Рявкаю и прям чувствую, как мои щеки загораются, когда вспоминаю прошлый его визит ко мне.

Такое точно не должно больше повториться!

В библиотеке учиться надо, а я сижу тут уже пол часа и никак не могу на волну настроится. Присутствие Сафронова очень отвлекает.

Он вообще тут инородно смотрится. Как балерина в пачке во время похода в горы.

Еще и взгляды эти со всех сторон. Не одна я в шоке от происходящего.

Если Роман еще пару раз сюда придет, то библиотека станет самым популярным местом в универе. Весь фан-клуб Сафронова сюда переместится, чтоб караулить тут своего кумира.

— Ты уже прочла? — Спрашивает парень пока я представляю, как это место может преобразиться через несколько дней.

— А? — От мыслей отвлекаюсь и на него свой взгляд перевожу.

— Мои конспекты. — Парень кивает на тетрадь в моих руках.

— А… да, почти. — Мысли в кучу собираю и третий раз одну и ту же строчку перечитываю.

Рома свои записи за семестр принес, чтоб я понимала, о чем будет идти речь, но я как ни стараюсь понять не могу.

Не потому, что глупая, а потому что в шоке от происходящего.

— Все твое я прочел. — Сафронов откладывает в сторону мои конспекты по новым темам. — Исправил тебе несколько моментов. А так, в целом там твердая четверка.

— Меня исправил?! — Подозрительно смотрю на него, потом в руки свою тетрадь беру.

Должно быть это какая-то шутка.

Думает я поверю в то, что недалекий мажор нашел у меня ошибки?!

— Ты перепутала несколько законов. — С улыбкой заявляет парень.

— Да, конечно. — Усмехаюсь скептически. Потом вчитываться начинаю там, где он беспощадно прошелся красной пастой.

Лезу в интернет проверить. Хмурюсь потому, что по итогу Сафронов оказывается прав.

Неувязочка какая-то. Как такое может быть? Смотрю на все это дело и понять не могу.

Где логика?!

— Если тебе в моих записях непонятно что-то, спрашивай.

Загвоздка в том, что как раз сейчас мне все и становится понятно.

Но мажорчик подкидывает ценную идею. Я решаю его проверить.

Прошу объяснить несколько определений и случаев из практики. Делаю вид, что я не понимаю этого.

Если он не разбирается, наугад ответить у него не выйдет.

Сафронов хмурится. Смотрит на меня поджав губы.

С ответом не торопится, поэтому я усмехаюсь.

Вот ты и попался. Решил передо мной понты покидать, но я не дурочка, которую можно вокруг пальца провести.

— Если не знаешь, то забей. Я потом поищу ответы в интернете. — Губу прикусываю, чтоб не выдать улыбку.

— Ты точно на потоке самая умная? — Его неожиданный вопрос вызывает недоумение.

Парень вальяжно развалился на стуле и смотрит на меня нагло.

— Да. — Отвечаю с вызовом и упрямо выдерживаю его взгляд глаза в глаза. — А у тебя есть причины сомневаться?

Если так, то интересно узнать его рейтинг. Думаю, что это где-то ближе к концу списка.

Так что кто тут на кого еще скептически смотреть должен?!

— Тогда ты должна помнить курс Петрова по служебным и экономическим расследованиям…

Он говорит неспеша и с такой уверенностью, что внутри меня закрадываются определённые сомнения.

— Я помню. — Отвечаю осторожно и жду, что дальше произойдет.

— И…? — Сафронов резко наклоняется вперед, и мы оказываемся лицом к лицу. — Он как раз рассказывал и приводил в пример случай в “Мотокар”, который ты типо не понимаешь, но так четко описала все подробности дела…

Все очень неожиданно и быстро происходит, что я не успеваю разобраться в происходящем.

— Я, кажется, вот прямо сейчас все поняла. — Сглатываю громко и пытаюсь отстраниться, но Роман крепко за руки удерживает.

Сжимаю кулаки и пытаюсь вырваться из его хватки, но парень сильнее меня во много раз.

— Отпусти. — Шепчу и украдкой смотрю по сторонам. Как бы кто не увидел, что тут происходит. — Мы в библиотеке…

— Кажется и я все понял сейчас, Лиза. — Взгляд парня резко меняется и становится пронзительным. Холодным.

Голос его, нарушая тишину, в сознание резко врывается.

Роман больше не кажется дружелюбным и все сильнее напоминает того отморозка, каким я его запомнила в парке.

— Ч-что ты понял?

Воздух вокруг нас тяжелее становится, и я через силу делаю вдох.

— Ты меня проверяла? Не так ли?! — Руки его крепче сжимаются и это причиняет, мягко говоря, дискомфорт.

Сафронов наглядно показывает, что отпускать меня не собирается пока сам того не захочет. Мои попытки роли не имеют.

— Я б-больше так не буду. — Стараюсь сохранять внешнее спокойствие, но голос дрожит.

Я сбиваюсь и нервничаю из-за того, что позволила себе заиграться. Забыла кто он такой и что может сделать.

Блеск в его глазах не предвещает ничего хорошего.

— А ведь и вправду все на лету схватываешь. — Роман медленно ладони разжимает и его губы растягиваются в улыбке. Искусственной, леденящей.

Этот мажор не так прост, как выглядит на первый взгляд и не так глуп, как хочет казаться.

В библиотеке.

Сижу и смотрю ей прямо в глаза.

Испуганная зубрила выглядит забавно.

Слишком много времени и сил отнимает поставить на место эту выскочку.

Надо было остановиться на старте, но… тогда бы никто не понял.

Какое-то несуразное чучело испоганила мою тачку, а потом сбежала.

На тачку почти сразу плевать было, а на репутацию нет.

После неприятного разговора, который у нас только что состоялся, я все быстро доделываю и пытаюсь слиться.

На сегодня с меня хватит.

— Библиотека скоро закроется. — Нахожу вроде как нормальный предлог.

— Через полтора часа. — Сафронов даже головы от книг не поднимает.

Отвечает с такой уверенностью, что я невольно поворачиваюсь и ищу глазами табличку на входе.

Блин. Он прав.

— В любом случае, мне надо и к другим предметам готовиться. Так что я пойду. — Запихиваю в рюкзак книги и прочую канцелярию. — Завтра тут в то же время?

Задерживаюсь разве что для того, чтоб уточнить.

— Я тебя провожу.

Роман на мой вопрос не отвечает. Сознательно его игнорирует и медленно поднимается с места.

Пока я с недоумением наблюдаю за его действиями, парень преспокойно собирает свои вещи.

— Ты серьезно?

Интуитивно по сторонам оглядываюсь и кутаюсь в кардиган. Мне жутко неловко из-за происходящего и лучше пока что оставаться неузнанной и незаметной.

А рядом с Сафроновым это как раз хуже всего удается.

— Да. Уже поздно.

Спокойно кивает парень, а я готова уже с места сорваться и бежать, только бы оказаться от него подальше.

— Н-не надо. Еще подумают, что мы общаемся.

Подбираю слова, но все равно не очень выходит.

— А мы нет?

Только я хочу дёру дать, как Рома хватает меня за локоть и к себе притягивает с такой силой, что я врезаюсь в его тела.

Думаю, что так и с ног сбить можно, но Сафронов и шагу не делает.

Самая натуральная скала.

— Ты что, смущаешься? — Усмехается, в мое лицо вглядываясь.

Если до этого слегка, то после его слов мое лицо напоминает помидор.

— Мы проект доделаем уже к пятнице, а слухи будут и дальше ходить. Я и так не знаю как по универу передвигаться после случая в пятьсот двенадцатой…

— Но все и так уверены, что ты в меня влюблена.

Сафронову весело, и он не скрывает это. С улыбкой на лице подкалывает меня.

— Поэтому лишний раз не хочу никому на глаза попадаться. — Не жду, что он поймет мои проблемы, но все равно объясняю. — Тем более рядом с тобой.

Последние слова вообще шиплю и резко руку дергаю. Пытаюсь высвободиться, но без согласия парня это сделать сложно. Он держит крепко.

— Ладно-ладно. Не держу. — Опять усмехается нагло, а в себе желания подавляю его стукнуть.

Роман руку мою на самом деле отпускает и даже поднимает ладоши вверх. Мол, не держу.

Кидаю на него последний подозрительный взгляд и выбегаю из библиотеки.

По пути накидываю на голову капюшон и максимально закрываю лицо волосами. Смотрю в пол и я почти уверена, что сейчас во мне меня узнать очень сложно.

И тогда почему я продолжаю чувствовать посторонние взгляды? Люди вокруг даже перешептываться начинают.

Ускоряю шаг и метром через пятьдесят вообще бегу.

Что-то здесь не чисто.

Резко останавливаюсь посреди злополучной аллеи и оборачиваюсь.

Тихо вскрикиваю от неожиданности, когда до меня доходит, что на расстоянии нескольких шагов за мной все это время шел Сафронов.

— Что ты делаешь? — Пищу и меня почти трясет от нервов.

— Домой иду.

Парень останавливается в паре сантиметрах и, наклонив голову на бок, усмехается и смотрит мне прямо в глаза.

— Ты не живешь в общаге!

Во мне со страшной силой начинает пробуждаться злость.

Этот мажор специально из меня посмешище делает? Я ж по нормальному попросила!

— Я не ищу быстрых путей.

Обеззаруживающе улыбается, что я на секунду бдительность теряю. И этого времени ему достаточно, чтоб сорвать с моего плеча рюкзак и забросить себе.

— Послушай! — Кидаюсь за ним следом и хватаю за руку, когда парень начинает идти в сторону моей общаги. Пытаюсь остановить, но в итоге плетусь за ним следом. — Если ты не прекратишь так себя вести, то люди будут думать, что это ты за мной бегаешь!!!

Все на нас открыто глазеют и смущает это только меня.

Сафронов зрителей как будто не замечает.

Привык наверное. У этого мажора каждый день внимания больше чем у телезвезды.

— Мы пришли. Отдай мне рюкзак.

Почти упрашиваю его остановиться.

И он это делает.

Стоит у входа в общагу и смотрит на меня с ухмылкой на лице.

— Где твоя благодарность, Зубрила?

Скидывает с плеча мой рюкзак и швыряет в руки с такой силой, что я на несколько шагов назад отхожу и в стену упираюсь.

— Спасибо.

Мешкаюсь и пытаюсь в лямках разобраться, поэтому не замечаю как резко ситуация из-под контроля выходит.

— Взрослые девочки иначе благодарят.

Сначала не понимаю к чему это он, но когда замечаю парня почти вплотную от себя, на месте замираю.

Пошевелиться боюсь.

— Ты что творишь?! — Глаза с ужасом распахиваю и на Сафронова смотрю. — Отойди!

Паниковать начинаю. Взгляд мечется из стороны в сторону, потому что в голове что-то щелкает.

Роман точно задумал что-то.

Понимаю, что выскользнуть не получится, поэтому на места замерла и не дергаюсь.

Могу только стоять в стопоре и наблюдать за происходящем.

Как будто не со мной это все случается.

— Зубрила, на меня посмотри.

Над ухом слышу его голос, но как раз это сделать сейчас страшнее всего.

Боюсь даже представить что в его взгляде сейчас увидеть могу.

И все равно, что вокруг нас полумрак, а единственная лампочка моргает и трещит. Еще немного и перегорит окончательно.

Нерешительно поднимаю на него глаза и сталкиваюсь с пронзительным взглядом.

Сафронов смотрит так, как будто в душу пробраться пытается.

Дыхание сковывает. Мысли улетучиваются.

Не верится, что это происходит со мной на самом деле.

Так же только в фильмах бывает…

Окончательно робею и теряюсь, когда замечаю как парень очень медленно наклоняется.

Смотреть на него не получается и я начинаю часто моргать в полном смущении.

Последнее, что я замечаю перед тем как глаза закрыть, — его губы…

Он же меня сейчас поцелует?!

Одна мысль остатки кислорода из легких выбивает.

Время вокруг застывает и я ничего не слышу и не понимаю.

В ушах шумит. Сердце грохочет.

Отчетливо чувствую его дыхание на коже. Он совсем близко.

Может я реально ему нравлюсь?! Эта шальная мысль внезапно вспыхивает и так же быстро угасает.

Быть не может.

Сафронов на ту мою фразу лишь рассмеялся.

Зажмуриваюсь крепче и про себя считать начинаю.

Как на Новый год под бой курантов. Удары сердца запоминаю.

И вроде двенадцать только что пробило в моей голове, но чуда не происходит.

Где салюты? Хлопушки? Фейерверки?

Где хоть что-нибудь?!

Глаза распахиваю, когда до меня доходит все наконец.

Взглядом все так же в Сафронова упираюсь, который никуда не отошел.

По прежнему стоит напротив и одной рукой в стену поверх моей головы упирается. Другая спрятана в кармане брюк.

— О чем мечтаешь, Зубрила?!

Разгадывает меня с издевкой.

— Я… ты… Меня смущаешь. Отойди.

Руками в его грудь упираюсь и пробую оттолкнуть, но сдвинуть даже на миллиметр не получается.

— Подожди. — Лениво накрывают мои ладошки своей лапищей. И из меня после такого прикосновения как будто всю энергию выкачали.

Слушаюсь как тряпичная кукла.

— Я еще не закончил…

Еще нет?! Внутри меня все кричит и взрывается в безмолвной панике.

— С чем? — Одними губами шевелю и собственный голос не слышу.

Вот как Сафронов на меня действует.

— Понять не могу что тут написано. Ничего не видно.

Глаза распахиваю и смотрю как он щурится. Выглядит так, как будто реально что-то разглядеть пытается, но не может.

А потом резко вперед подается, что я лицом впечатываюсь в его грудь. И хорошо, что между нами сейчас его брендовый пуховик стоимостью в подержанную иномарку.

Делаю вдох, а с ним в сознание проникает аромат его духов. И мой разум играет со мной дурную шутку по новому.

— Первый раз об этом слышу, а ты?

Парень отстраняется и с интересом рассматривает мое лицо.

— А?

Все так быстро закончилось. Оборвалось. Я не успеваю следить за ходом событий.

— Костюмированная вечеринка на этой неделе будет. — В руках у Романа какой-то плакат, который он со стены сорвал и это клочок бумаги тут же оказывается перед моим носом. — Давно такое не проводили… ты пойдешь? Тема «Сказочные герои». Мы разве на утреннике? — Смеется как ни в чем не бывало и не замечает в каком я смятении. — В принципе, Зубрила, тебе и наряжаться не надо.

Парень одним движением вплетает мне пятерню в волосы и создает там балаган.

— Вылитый злобный эльф!

Надо было вырвать из его рук тот злосчастный плакат, когда Рома размахивал им у моего лица! А после этого сразу надавать им парню по щам!

Жаль, что осмелилась я сделать только первое — отобрала у него постер, но на остальное не решилась.

Эти мысли меня посещают, когда я к себе в комнату бегу, а перед парнем в тот момент я промямлила что-то неразборчиво и позорно скрылась с его поля зрения.

Под ироничный смешок.

Пока вверх по лестнице бегу, сжимаю в руке плакат с такой силой, что мышцы сводит. А все от бессилия и злости.

На самом деле я бы и рада пойти на вечеринку, но если о подобном родители узнают, то снова отчитают. Опять назовут разочарованием скажут, что не для гулек меня растили.

Комкаю плакат и бросаю его на рабочий стол. Сама падаю на кровать падаю.

Скулю в подушку от досады и колочу по перине руками и ногами как в детстве.

Мне нереально обидно, но причины своему состоянию я найти не могу.

Я как-то раньше не чувствовала, что в моей жизни есть несправедливость хотя бы потому, что не задумывалась о многих вещах. На первом месте всегда стояла учеба. Только учеба.

А теперь, с появлением Сафронова нарушился привычных ход вещей и образ мыслей.

В последнее время я часто думаю не о занятиях. Поступаю я тоже совершенно несвойственным мне образом.

Моя жизнь постепенно становится с ног на голову, и я ничего с этим поделать не могу.

Снова от беспомощности избиваю подушку, но в этот момент слышу стук в дверь.

Останавливаюсь. Замираю и прислушиваюсь.

Не показалось.

Кто-то второй раз стучит и я напрягаюсь. Не так часто ко мне заглядывают люди, чтоб я с распростёртыми объятиями спешила открывать дверь.

Неужели это Роман?

От одной мысли про этого наглеца во рту пересыхает.

Начинаю метаться по комнате беспорядочно то ли в попытке себя в порядок привести, то ли вещи убрать.

— Лизка, я тебя слышу! Открывай! — Со стороны коридора разносится голос Маринки, и я немного успокаиваюсь.

Внезапно накатившая паника стихает, и я себя чувствую полной дурой.

Блин, ну даже если бы это и был Сафронов… чего так нервничать?!

В какой-то момент на ум приходит мысль, что я даже немного расстроилась, что пришла подруга, а не… кто-то другой (не будем называть его имя, которое начинается на Р., потому что мне перед самой собой неловко).

Распахиваю дверь и вижу перед собой подругу, которая стоит в руках с печеньками на перевес.

Улыбаться начинает, как только мы лицом к лицу оказываемся, но я знаю, что иногда ее эмоции не искренние. Например, сейчас могу с точностью определить, что это всего на всего игра на публику.

— Я вкусняшки к чаю принесла. — Перед моим носом пакетом трясет и протискивается мимом меня, не дожидаясь приглашения. — Где ты пропадала? Я еще пол часа назад сюда заходила, но тебя не было!

Если что, то это претензия в ее голосе.

— А, да. — Выдыхаю и запоздало жестом приглашаю ее войти. — Располагайся.

Чувствуй себя как дома, не спрашивай моего мнения, — в общем, веди себя как и всегда.

Жаль, что такое я пока не осмеливаюсь вслух сказать. Храбрости хватает только на то, чтоб вести внутренние диалоги, где я могу выйти победителем, потому что и за оппонента продумываю ответ.

— Где пропадала?

— В библиотеке была. — Отвечаю без энтузиазма и наблюдаю за тем, как подруга ставит сразу чайничек завариваться.

— Готовилась к проекту? Одна?

Все равно Марина правду узнает, если уже не в курсе.

Нет смысла врать.

— Нет. С Романом.

Внимательно за ее реакцией слежу и подмечаю как девушка напрягается.

— Нашли общий язык? — Она буквально выдавливает из себя улыбку, но после этого слишком резко чай на стол ставит, что он расплёскивается.

— Пришлось. Иначе нас могут отстранить от занятий.

Внимание не заостряю на случившемся и молча протягиваю ей пачку салфеток.

— На да.

Маринка в последнее время себя странно ведет и сегодня не исключение. Общается через губу, как будто одолжение делает, но уходить не собирается.

Недосказанности между нами море, так что мне ничего не остается кроме как угадывать причину ее взвинченности.

Ревность?

Эта догадка вызывает у меня неконтролируемый смешок.

Бред.

На сколько мне известно эти двое не особо то и знакомы лично.

Почти уверена в этом, если бы не та вечеринка в квартире Маринки. Эта внезапная переменная усложняет решение задачи.

— Что это? — своим вопросом Маринка мое внимание привлекает и я на нее взгляд перевожу в тот момент, когда она берет руки скомканный плакат.

Разворачивает его и усмехается немного ожесточенно, с издевкой.

— Собираешься пойти, Лиза?

Ловит мой взгляд и не дает соскочить. Чувствует мою неловкость, но все равно давит на больное.

Марина как никто другой знает, что на такие мероприятия мне вход заказан.

— Некогда мне. — Отмахиваюсь как бы между прочим. — Не хочу тратить время на подобные глупости!

Взгляд в сторону отвожу и в голос все присущее мне безразличие вкладываю.

Не факт, что убедительно.

— Ну да, конечно. — Ехидно усмехается Мари и протягивает мне чашку. Мой ответ ее абсолютно не расстраивает. — Тогда ты должна помочь мне собраться, потому что я точно не пропущу такое грандиозное событие!

Ее глаза загораются, и она почти забывает, что еще пару минут назад готова была порвать на мелкие кусочки.

Все дело в том, что я закончила художку и у меня все хорошо с чувством прекрасного (хотя по мне этого не скажешь — иногда Марина прямо так и шутит). И все же рука не дрогнет пока стрелки рисую, поэтому она меня бесстыдно использует, чтоб выглядеть как будто посетила крутого визажиста.

— Это карнавал. Почти. Ты и сама справишься. Тебе понадобится костюм и маска. Все! И образ готов.

Шумно делаю первый глоток ожигающего чая и отворачиваюсь, чтоб не видеть, как она меня мысленно за отказ проклинает.

— Я хочу выглядеть на все сто. Понимаю, что тебе незнакомо это чувство, Лизка. И я, честно говоря, завидую тому как ты относишься к мнению окружающих, но на этой вечеринке будут выбирать короля и королеву!

Ну круто. Наверное.

Я тут каким боком?

Маринка капризно топает ножкой, когда я не бросаюсь менять свое мнение и не обещаю свою помощь.

— Королем, как всегда, станет Роман Сафронов, так что это мой последний шанс…

Подруга мечтательно руки заламывает.

— Лиза! Если ты не собираешься мне помогать, то должна хотя бы узнать что Рома наденет этим вечером! Мне надо свой наряд еще успеть подобрать в тему!

Ага, делать мне больше нечего. С чего она вообще решила, что этот мажорчик туда пойдет. На пятом курсе, думаю, у него есть занятия поинтереснее нежели посещение утренников (кажется, именно так он обозвал данное событие).

— Мы не общаемся на личные темы, так что я и тут тебе ничем не помогу.

Марину в этот момент видеть надо. Сейчас пар из ушей повалит!

— Если узнаешь, тогда я прощу тебя за то, что именно ты сорвала мою вечеринку!!!

Изначально реально все дело было в репутации.

Потом стало делом принципа.

И в самом конце проснулся интерес.

На пятом курсе универа все скучно и однообразно. Приедаются люди, события, эмоции.

Такие ситуации как эта начинают раздражать. Сильно. Настолько, что жизни тех, кто меня беспокоить смеет, хочется сделать невыносимыми.

*****

— Как давно я ей нравлюсь?

В принципе неинтересно. Сам не знаю зачем спрашиваю.

— Не нравишься. — Ответ девчонки напротив меня в тупик ставит. Послышалось что ли? — Она не знает кто ты такой.

Теряю интерес к своему мобильному, который в руках верчу. Все внимание на нее устремляю.

Марина сильно нервничает, а значит не врет.

— Новенькая что ли? Когда к нам перевелась?

Единственное объяснение.

— Нет. С первого курса тут. Просто не интересуется парнями, если только ты не великий исторический деятель, изменивший судьбу человечества. Тогда она может прочитать твою биографию… между билетами по экономике и конспектами по международным отношениям.

Слабо верится в такое. Как не верю в то, что она случайно упала конкретно на мою машину.

В совпадения я не верю и на деле знаю на сколько девушки могут быть изобретательны в подкатах. Похлеще парней.

— Ну да. — Усмехаюсь.

— Я не вру. Можешь в этом сам убедиться!

Девка напротив меня раздражается, но потом вспоминает что я не один из ее дружков. Со мной такой номер не прокатит.

— Это что-то новенькое. — Воздух втягиваю и взглядом ее прожигаю. Тушуется. Неловко ей. — Неплохой план заставить меня за ней бегать, но… какие же вы тупые, если считаете, что я на такое куплюсь.

— Она от тебя сбежала и не знает что я здесь.

Марина начинает беситься, но пока держит все в себе.

Не привыкла, чтоб с ней так разговаривали — сразу видно.

— Тогда зачем ты здесь? — Интересуюсь равнодушно. — Выслужиться решила?

— Я… нет. — Глазки бегают из стороны в сторону. Точно тут для этого. — Просто она поступила ужасно и должна понести за это наказание.

Ни на секунду не верю в чистоту ее мыслей.

Хотя с наказанием согласен, но мы с этой Елизаветиной подругой хотим наказания для Зубрилы по разными причинам. Сомневаюсь, что Марина ярый борец за справедливость.

— Так и будет. — Киваю и усмехаюсь. — Даю слово.

Обещаю не этой лживый подружке, а самому себе.

Все? Успокоилась, что подставила подругу? А чего тогда не сваливаешь?

— Что еще?! — Взрываюсь потому что деваха не уходит. — Почему еще тут? У меня терпение заканчивается!

— Я могу много про нее рассказать. — Поняла, что меня разозлила, поэтому сейчас тараторит и нервно глаза отводит. — Взамен на услугу.

Вау, пошли условия? И хватило же наглости.

— Услугу? — Чувствую как закипаю. — Ладно. Пойду тебе на встречу и сделаю вид, что этого разговора не было.

Почти обещаю, что ей прицепом с подругой не прилетит так, что мало не покажется.

— Я хотела попросить тебя заглянуть на мою вечеринку. Хотя бы на пять минут! Я устраиваю ее на этих выходных, и если ты придешь…

Она осекается и останавливается.

— А парнем твоим не притвориться?

Рычу, потому что еле немного и сорвусь.

Девка передо мной не тупая. Сарказм понимает и пытается подстроиться под ситуацию.

— На счет Лизы…

Весь расчет Марины построен на моем интересе к ее одногруппнице. Но тут выходит облом.

— Все, что надо ты мне дала. Остальное я могу узнать сам.

— Но…

Уголок ее губ нервно дергается. Девка еще не научилась вести переговоры.

— Проваливай.

Небрежно машу рукой, чтоб она скрылась с поля моего зрения.

— Я могу быть полезна. — Произносит быстро и со страхом в голосе, когда Димон хватает ее под локоть и выпихивает с Черной лестници.

Устало выдыхаю и откидываюсь на спинку кресла. Глаза прикрываю и понять пытаюсь что это сейчас было.

— Узнай мне об этой Елизавете Лариной. — Говорю Диме как только он возвращается. — И проверь сходится ли хоть что-то со словами ее подружки…

Всем угодить сложно, но я нереально хочу, чтоб моя жизнь вернулась на круги своя. Хочу, чтоб все как раньше было.

Скучаю по тому времени, когда моей самой большой проблемой было девяносто восемь баллов из ста на зачете.

Хочу былую предсказуемость и, желательно, чтоб все как и раньше перестали меня узнавать и забыли о моем существовании.

Если есть у меня шанс с Мариной помириться, то надо хоть это сделать.

Цена вопроса — узнать о планах Ромы на день вечеринки.

Кажется, что несложно.

Но!

Как выбить их этого дикого любое откровение?!

Задачка со звездочкой, но обычно за это как раз дают повышенные баллы.

Сафронов еще тот фрукт. Мой личный эксперимент в полевых условиях.

— Я согласна. — Киваю подруге неуверенно, но настойчиво.

Я же умная. У меня же все просчитано и под контролем!

Правда?

— Очень рада, что ты на моей стороне! — Девушка кидается с объятиями, но я не привыкла к такому проявлению чувств.

Неловко ежусь, потому что это по непонятной причине кажется очень наигранным. И в пользу этой версии у меня нет аргументов. Это чисто предчувствие.

— Раз мы это решили, то я пойду. — Маринка с места подскакивает пока я в полном недоумении наблюдаю за тем, как быстро она переобувается в полете. — Вспомнила, что еще куча домашки, а уже так поздно…

Даже не старается скрыть свою неубедительную пластмассовую игру.

И почему ты не думала об учебе, когда меня ждала для своей просьбы?!

Может потому, что попросить было нужнее, чем подготовиться к модулям?

Гоню эти мысли от себя, потому что категорически оказываюсь разочароваться в единственной подруге.

— Конфеты забери! — Кричу ей в след, но в ответ доносится хлопок двери, и я в комнате одна остаюсь. С горсткой марципановых вкусняшек.

Плюхаюсь за стол и сижу так несколько минут.

Что же, сахар — бустер для мозга. Эффект временный, но результативный.

Достаю несколько конфеток, отпиваю чаёк и сажусь за учебники.

Ритм и режим у меня сумасшедший: как будто за двоих учусь.

Из-за того, что сегодня выгуливала Сафронова в библиотеку, потеря столько драгоценного времени, что рыдать в голос хочется!

Компенсирую это сном и зубрить материал заканчиваю под утро.

Уже на учебу вставать надо, а я только спать ложусь.

Проваливаюсь в сон, и сама того не замечаю. Глаза как-то сами собой закрываются, и я нервно вздрагиваю от звонка будильника.

Кажется, что прошло мгновение, а по факту три часа.

У меня состояния неблагосостояния, но лекции никто не отменял и я уныло плетусь в главный корпус.

Теперь у меня есть еще один повод прятаться в капюшоне толстовки и прикрываться волосами.

Я — жуткое нечто, и на месте других близко бы не подходила. Если бы не знала правды, то подумала, что заразно.

Весь день на учебе стараюсь сфокусироваться, но даже спросонья думаю о встрече с Сафроновым в библиотеке.

С этой точки зрения сегодняшний вечер приближается неимоверно быстро, а с точки зрения моего недосыпа время тянется нудно и долго.

Еще и Маринка не дает ни о чем забыть.

— Верю в тебя, подруга! — Хлопает меня по плечу, а потом подбадривающе сжимает кулачки и улыбается.

На парней такая вещь работает, а я еще больше понимаю как сильно попала.

Эта ее “вера” против воли на меня сильную ответственность накладывает.

Сейчас уже вечер и самое время идти в библиотеку, но я плетусь как улитка. Оттягиваю каждое мгновение, когда придется исхитряться, чтоб знать то, что мне совсем неинтересно.

Если совру Маринке — она обязательно узнает. Нет у меня выбора!

Я поэтому голову ломаю как можно у Ромы узнать на счет вечеринки.

Мысленно все диалоги минимум по два раза в голове прогоняю.

Вроде как на подступе к заветному месту мне в голову приходит несколько более-мнее дельных вариантов, поэтому я воодушевляюсь и уже более уверенно распахиваю перед собой дверь.

Но недолго музыка играла!

Тут же теряюсь и останавливаюсь на месте, как вижу в библиотеке аншлаг.

Обычно тут свободных мест — куда ни плюнь не промахнешься, а сегодня яблоку упасть некуда.

Чудеса да и только!

Но больше другое смущает: я далеко не модель, но теперь знаю, как они себя чувствуют. Я говорю о том моменте, когда они выходят в несуразной авторско-дизайнерской жуткой вещице на подиум, а на них все смотрят и недоумевают — это гениально или гениально тупо?!

Я самокритична, так что тут скорее дело в последнем.

Толпа здесь из-за Сафронова собралась, а как меня его фанатки увидели, так сразу стали ревностно зубами скрежетать!

“- Почему они вместе занимаются?!” — Это наиболее мягкая форма вопроса, который дл меня доносится практически со всех сторон.

Люди сейчас злые.

— Ну что, ты готова? — Роман голову от конспектов отрывает когда я к столу подхожу. — Почему опаздываешь?

Растеряно смотрю на часы, которые висят на стене и понимаю, что тут сюда должна была прийти еще пол часа назад.

Парень ведет себя так, как будто вокруг нас ни души.

— Извини, я немного заблудилась.

Выдумываю наитупейшую ложь. Произношу ее вслух и только потом язык прикусываю.

Такие как я дорогу в библиотеку с закрытыми глазами находят. На запах книжных чернил идут… Не удивлюсь, если Сафронов сейчас демонстративно громко книгу захлопнет, которая напротив него лежит, встанет, соберет вещи, развернется и молча уйдет.

Кинет меня на растерзание этих стервятников…

Вместо этого происходят совершенно неожиданные вещи.

— Мне нужен кофе.

Парень реально встает из-за стола, но вещи не собирает.

Выглядит он каким-то уставшим и немного растерянным.

— Скоро буду. — Берет в руки куртку и уйти собирается, но я хватаю его за руку.

Останавливаю.

— Я схожу тебе за кофе! — С надеждой заглядываю ему в глаза. Почти взглядом прошу, чтоб он разрешил мне это сделать.

В такой атмосфере я куда угодно пойду и что угодно ему куплю, только бы не оставаться одной.

Тут собрались все его самые преданные фанатки, так что хорошего ждать не приходится.

Сафронов смотрит на меня с подозрением, а потом тянется к карману, чтоб бумажник вытащить.

— Какой будешь? — Спешу все уточнить пока он не передумал.

— Двойной американо. — Парень все еще скептически настроен к происходящему, поэтому действует настороженно.

— Скоро буду! — Лучезарно улыбаюсь и несусь к выходу так и не взяв его денежку.

За свои куплю. С меня не убудет.

Не замечая никого вокруг иду в сторону аппарата по приготовлению моментального кофе, но постоянно ощущаю на себе чужие взгляды.

Более того, самые беспринципные еще успевают кинуть в мой адрес несколько неказистых комментариев, подавая это под соусом беседы со группкой своих друзей (таких же дурновоспитанных).

Минуты в очереди как жевательная резинка тянутся, и когда приходит мой черед я быстро заказываю два стаканчика двойного американо.

Да, я кофе не часто пью. Просто хочется как можно быстрее отсюда свалить, поэтому я даже соглашусь на воду из-под крана по цене минералки премиум класса.

— С-ссс! Как горячо! — Обжигаюсь и, шипя, снова бегу в сторону библиотеки и теперь меня мало заботят люди вокруг.

Когда появляется вторая проблема, ничего не остается как забыть о первой.

Вот вам и «клин клином вышибает» в деле.

Я настолько увлечена тем, чтоб стаканчики с содержимым донести в целости и сохранности, что мое внимание сфокусировано только и исключительно на этом.

Я перестаю замечать окружающих, а когда понимаю, что вокруг меня непривычная суета и суматоха — уже СЛИШКОМ поздно!

Вначале меня останавливают люди, которые бегут мне на встречу. Их так много, что я непроизвольно вращаюсь в них.

Опять списываю подобное поведение на невоспитанность и, не поднимая головы, вперед иду.

Через несколько шагов понимаю, что это просто ненормально.

Складывается впечатление, что я тупо иду против шерсти.

Люди то и дело на меня натыкаются пока мое терпение не кончается.

— Смотри куда прешь, дубина стометровая! — Шиплю, когда очередной болван меня плечом задевает. Еще и с такой силой, что я пол стаканчика кофе проливаю себе на толстовку.

Парень, который меня чуть не сбил, на долю секунды оборачивается пока ноги продолжают нести его вперед, и смотрит на меня как на совсем шальную.

Да что тут происходит?!

Суета. Суматоха, граничащая с паникой. Все студенты на взводе и в сторону выхода бегут… и тут одна я.

Реально плыву против течения, но волна настолько мощная, что с каждым шагом все труднее вперед продвигаться.

— Что случилось?! — Останавливаю девчонку с потока (кажется ее зовут Аня) и мимо меня не даю пройти пока она не дает короткий, но внятный ответ.

— Сработала противопожарка. — Она лихорадочно оглядывается, а потом до меня доходит…

В купе голосов, в шуме хауса, царящего вокруг, я реально слышу сигнал тревоги.

Прежде чем сообразить успеваю, включаются датчики тушения и на нас обрушиваются струи ледяной воды.

Крики и визги только усиливаются. Паника нарастает еще больше.

Аня меня за руку хватает и за собой тащит пока я стою в полном недоумении.

Стаканчики кофе давно под ногами валяются. Но что мне, что окружающими на это глубоко плевать.

— Чего стоишь?! — Испуганно и немного истерично прикрикивает на меня девушка, когда я инстинктивно начинаю притормаживать и пытаюсь высвободить руку из ее захвата. — Ты больная?!

Раньше я бы обиделась, но почему-то сейчас игнорирую ее слова.

— У м-меня вещи там. — Мямлю неуверенно и сразу же сглатываю.

А еще там где-то Сафронов. Я бы увидела, что парень выбежал, ЕСЛИ бы он выбежал.

А так…

— Мне н-надо идти. — Размыкаю пальцы девушки и уже чисто на инстинктах бросаюсь туда, где опаснее всего…

Сквозь толпу пробираюсь и останавливаюсь, когда у входа в библиотеку оказываюсь.

— Я кофе уронила. — В растерянности произношу, когда парня перед собой вижу.

Рома выходит один из последних и в руках держит наши рюкзаки и верхнюю одежду.

— По-моему, ты голову уронила. Какой еще кофе в этой ситуации?! — Сафронов хватает меня за руку и за собой тянет с огромной силой. А я и не сопротивляюсь.

Наоборот, на лице расцветает глупая улыбка.

Я почему-то так волновалась, но теперь понимаю, что все хорошо.

— Вот же блин! — Ругается парень, когда мы останавливаемся там, где сухо. — Все промокло!

Роман возмущается и даже ругается, резко проводя ладонью по влажный волосам.

— Главное, что с нами все в порядке.

Все так же улыбаюсь, но уже немножко меньше. О себе дает знать холод, поэтому я ежусь и плечи руками обхватываю.

Что со мной? Почему я начинаю так странно себя вести рядом с ним в последнее время?

— В смысле все промокло? — Спохватываюсь. — Книги? Конспекты? Тетради?!

Вот где самый настоящий ужас. Вот о чем мне сейчас думать надо, а не о Сафронове и как он круто смотрится, когда капли стекают по его лбу на скулы… потом на шею…

— Как сама думаешь? — Его резкий голос вырывает меня из фантазии.

Он надо мной насмехается, а потом стягивает с себя свитер (и остается в футболке) при всех, и выжимает его.

— Так! Нам надо срочно найти другое место для занятий!

Я настроена не сдаваться даже если все плохо. Еще есть время наверстать упущенное.

— Сначала надо переодеться! — Рычит Роман и как будто кого-то ищет. Оглядывается по сторонам.

— Можно в кафе пойти…

— В таком виде?!

Он прав. На дворе зима. Одежду в прямом смысле выжимать можно. Так и воспаление подхватить без проблем можно.

— Тогда пошли ко мне.

Бросаю как бы невзначай, и избегаю смотреть парню в глаза. Неловко отчего-то становится хоть и сама предложила.

— В женское общежитие? Среди учебной недели? — Сафронов на меня с вопросами наседает. И в его голосе я сарказм слышу. — Я у тебя переодеться смогу или мне все мокрое снять и так разгуливать по твоей комнате?!

Оу! Об этом я не подумала.

— Эээм. — Мнусь, сглатываю. — Нет, это была плохая идея.

Соглашаюсь.

— Ты можешь съездить к себе домой и переодеться, а потом мы встретимся в кафе и продолжим.

Как по мне так мысль отличная. Я молодец!

— Ага, и потеряем два часа времени. У нас его и так мало. По этому предмету у меня выпускной экзамен, так что просто как у тебя не будет.

Фыркаю. Сафронов не хило так зазнается.

— Какие тогда у тебя предложения будут?

А то критиковать все мастера, но предложить нечто путное…

— Поехать ко мне. — Уверено заявляет парень, а я от неожиданности в кашле захожусь.

Рома за этим всем с непониманием наблюдает и лишь потом ухмыляется нагло.

— Поверь, как к девушке у меня к тебе интереса нет. — Его слова режут слух и становится почему-то неприятно. — Там мы сможем спокойно заниматься — никто не помешает. Сэкономим время, что важно… плюс, будет во что переодеться.

— Выделишь мне свою футболку и спортивные штаны?!

Хочу его подколоть, когда Рома моего ответа на дожидается и направляется к выходу из универа. Понятное дело — бегу за ним. Как минимум у Сафронова в заложниках все еще мои вещи находятся, а как максимум с проектом надо прийти к общему знаменателю и что-то решить.

Ведет себя так, как будто я согласилась на его предложение.

— Одной футболки достаточно будет. — Оборачивается резко, и я среагировать, как всегда, не успеваю, поэтому влетаю в него на полной скорости.

— Тогда я не поеду.

Парень смеется, а у меня щеки краснеют.

Ясное дело, что этот козел надо мной прикалывается, а я до сих пор к его словам серьезно отношусь.

Пробую отстраниться и одновременно с эти еще и на ногах устоять.

Сафронов действует уверенно и на опережение. Его массивная ладонь ложится мне на талию и почти толкает вперед.

Знаете как это смотрится со стороны?!

Я вот тоже не представляю, но вокруг студенты перестают заморачиваться своими проблемами и на нас смотрят.

И все равно, что половина из них такие же мокрые как мы и в полушаге от простуды.

— Пошли быстрее. Моя машина припаркована почти у входа. — Рома тянет за собой и вначале я даже думаю немного посопротивляться, но потом он произносит магические слова. — Включю печку и подогрев сиденья…

Это определено лучший подкат сегодняшнего вечера. Даже я ведусь!

— Ты думаешь, что это хорошая идея? — Сижу в его машине и до последнего сомневаюсь, что правильно поступаю.

Зафиксировала ремень, но все еще не считаю, что правильно поступаю.

И дело далеко не в том, что за мной могут последовать охрана родителей прямо до его дома… А дальше будет плохо каждому из нас. Прежде всего мне.

Просто насколько в нашем с ним случае это все необходимо?!

— Думаю. — Рома резко на себя дёргает ремень, а как пристегивается машина резко срывается с места.

Меня буквально в кожаное кресло вжимает.

Быстро. Неожиданно.

Адреналин в чистом виде.

Непроизвольно оглядываюсь назад. По привычке жду, что за нами кто-то будет следовать, но сегодня мне, кажется, везет.

Родительские цепные псы бдительность теряют.

Это шанс. Редкостная удача — мой день. Практически пятьдесят на пятьдесят шансы, но я все равно готова рискнуть.

— Тогда по газам! — Кричу в диком азарте.

Как будто сегодня событие всей моей жизни происходит.

Но ведь это реально так. Как мало мне нужно.

Когда бы еще я решилась под бдительным взором родителей практически посреди ночи удрать куда-то с парнем.

И пусть у него чисто академические намерения. Во-первых, у меня — нет.

Во-вторых, у меня… нет!

Я первый раз в жизни приняла риск и вырвалась из этих оков.

— Вперед?!

Рома по не понятной причине мой ажиотаж подхватывает. Несколько раз руками ударяет о руль и выжимает газ.

Наши взгляды встречаются и на секунду мне кажется, что для него этот момент такой же особенный, как и для меня. Это авантюра…

Никто не знает выгорит или нет.

Машина резко с места срывается и мчит на всей скорости во тьме. Полностью мы правила игнорируем.

Это дикий кайф. Чистая эйфория.

Свобода в высшем ее проявлении! Такая, какой я ее никогда не испытывала.

Меня как будто сносит!

Огни ночного города сливаются воедино. Перед глазами все сливается в единую массу, но я все равно прекрасно понимаю где нахожусь и что делаю.

Роман делает громче музыку и это просто забвение.

Одним словом — параллельная жизнь.

Жизнь, которой я была лишена, а другие нет. Жизнь, которую я хочу хоть немного прожить раз есть возможность.

— За нами же никого? — Резко (на доли секунды для в себя прихожу) спрашиваю.

— Никого. — Он усмехается мне с таким азартом, как будто за нами кто-то гонится.

Или словно мы в гонке учувствуем.

Машина как будто в шахматном порядке ныряет между рядами, а мне страшно и дух захватывает одновременно.

Надеюсь, что парень мне не подыграет, а серьезно каждое слово воспринимает.

— Тогда вперед! — Кричу словно с ума сошла.

Если бы меня родители услышали, то вызвали бы врачей, которые закрывают в палатах номер шесть.

Сафронова туда бы никто отправить не решился, но за себя я боюсь. Не ручаюсь.

— Мы реально к тебе едем?

Немного успокаиваюсь, когда чуть проходит эйфория и мы уже просто катаемся по ночному городу. В машине тепло, что сильно контрастирует с тем, что за бортом происходит.

Я согрелась. Одежда высохла.

— Можем к тебе…

Немного с толку сбивает его ответ. Из разряда “понимай как хочешь”.

— Общага уже давно закрыта. Меня не впустят.

Произношу как бы между прочим. Но в то же время на него с вызовом смотрю.

Я на край света готова поехать раз представилась такая возможность.

Потехе время закончилось, а учебе час настал.

— Я не про общагу. — Рома как будто намекает на что-то, но я примерно догадываюсь какую именно он почву прощупывает.

— Я из другого города. — Вру и если парень что-то заподозрит, то ему ничего не будет стоить правду узнать. — Ехать слишком далеко…

Вроде бы моя ложь прокатывает, но обманщиц из меня так себе.

— Не хочу. — Отвечает просто. Вот так мне в глаза смотрит и говорит как будто каждый день к себе девушек везет. — Тогда ко мне.

Это кажется самым простым решением. Самым простым и неправильным, но пока я доверяю себе я доверяю и ему.

— Реально. Тогда к тебе.

Усмехаюсь, как будто это не предвещает ничего плохого.

— Мы же заниматься будем? — Спрашиваю с опозданием.

Спохватываюсь, но все же решаюсь уточнить, а то взгляд парня не кажется не кажется больше таким травоядным.

С каждой секундой он больше хищника напоминает.

Примерно тогда, как машина парня паркуется рядом с современной элитной многоэтажкой я совсем теряю уверенность.

— Конечно. — Он смотрит на меня как на кусок… грязи под ногами. — Ты же не рассчитывала на что-то большее.

— Нет. — Делаю вид как будто пропустила мимо ушей его едкий комментарий. — Дел много — давай, шевелись! Уверенна, что на большее есть кому рассчитывать…

Из машины выхожу и иду прямиком к парадной. Уверенно так, как будто всю жизнь тут живу.

— Меня подождать не хочешь?!

Сафронов с вызовом кричит, и я замираю в пол оборота. Сказанные им слова на вызов похожи.

Могу честно сказать: сейчас я ничего и никого ждать не хочу.

Сейчас у меня личный глоток свободы — я уехала как можно дальше от универа и гиперопеки, и не уверена как долго это все продлится.

— Хочу! — С азартом, в один тон парню отвечаю и медленно, небрежно рюкзак с плеч спускаю. — Жду…

Мой голос многообещающий, но у нас с Ромой явно разные ожидания от этой ночи.

Рукой ныряю вглубь рюкзака и нахожу мобильный — отключаю его обыденным жестом. Это дарит спокойствие на несколько часов… пока меня не вычислили. Но это на тот случай, если я вела себя подозрительно. Хотя Рома сказал вроде, что за нами не ехал никто.

— Так впечатлена увиденным? — Парень ошеломленно наблюдает за моей реакцией, когда мы заходим в дом…

Проходим в лифт.

Я не из другой планеты. Я все это видела раньше. Такое и даже больше, но никогда я не была одна. Не одна с парнем.

Именно это сейчас на моих нервах играет. Только это кровь будоражит.

— Высоко живешь?

Клетка лифта поднимается. Выше и выше, но я не поворачиваюсь, чтобы циферку увидеть на панели.

Это моя примитивная рулетка. Причем во всем, а я не знаю что на меня больший эффект производит.

В шаге от меня, за спиной практически, парень стоит и его присутствие давит.

Но давит не только оно…

— Последний этаж…

На выдохе произношу и оборачиваюсь, когда дверцы распахиваются и передо мной предстает вид на весь город.

— Выше нас только звезды. — Гордо произносит Роман, но я отказываюсь едко это комментировать.

Мне есть что сказать, но портить момент я не хочу. Хотя бы потому, что это мой момент.

Вид из его квартиры должен открываться потрясающий.

Осталось проверить.

— Пошли. — Парень ловко меня заворачивает в объятия пока я нахожусь под впечатлением от увиденного. — Это единственная квартира на этаже…

Все и правда выглядит так, что дух захватывает.

Квартира Сафронова похожа ну ту, что рекламируют в проспектах.

— Отсюда весь город видно. — Зачарованно произношу как только возле окна оказываюсь.

Передо мной все мерцаем разноцветными огоньками, и я на какое-то время забываюсь.

Пытаюсь в памяти запечатлеть этот момент.

— Ты пойдешь первая или после меня? — Содрогаюсь, как только мне на голову приземляется что-то очень тяжелое. Только когда я смахиваю это с себя под жуткие визги, понимаю, что Роман мне таким образом полотенце выделил.

Он спрашивает на счет душа.

Мне секунда требуется, чтоб в себя прийти. За это время как будто вспоминаю, что на дворе лютый холод, а я во влажной одежде.

Как и он.

— Это все? — За своими действиями пытаюсь неловкость скрыть и полотенце расправляю. — Где сменные вещи?

— Ты не рано начала наглеть. — Усмехается. Как будто специально заставляет меня смущаться. — Пришла ко мне домой и еще что-то требуешь…

— Сам сказал, что у меня для тебя ничего не будет, а у тебя…

— Шучу! — Наглая улыбка расцветает на лице парня, и он ленивой походкой выходит из комнаты.

Налет на непредсказуемость и бунтарство постепенно сходит на “нет”.

Понимаю где я оказалась. С кем. Как это выглядеть со стороны может и как Сафронов (при желании) это все выкрутит в свою пользу.

Вместе с трезвостью мыслей приходит понимание, что мне реально опять холодно. Недавно думала, что согрелась, но сейчас понимаю как ошиблась. По коже пробегают мурашки. Легкий озноб пронзает тело.

Вскоре Рома возвращается и несет в руках футболку.

Смотрю на нее растерянно.

— Ты издеваешься?! — Раздражение сложно скрыть. Да я особо и не стараюсь уже.

На взводе. Из-за того, что повела себя как дура и поехала к нему. Из-за того, что поддалась наплыву какого-то момента с привкусом острых ощущений и строптивости, которого я раньше себе представить не могла.

— Точно! — Уголок его губ дергается вверх в издевке. — Я забыл шорты.

— Штаны. — Поправляю его раздраженно.

Вырываю из рук футболку и, следуя интуиции, иду в примерном направлении ванной.

На удивление с первого раза нахожу.

Захожу. За собой дверь закрываю и проворачиваю замок изнутри.

Только тогда выдыхаю, а потом жадно вздохи делать начинаю.

Как только я могла допустить, чтобы нечто подобное произошло со мной…

Включаю воду в ванной сильным напором, а сама в это время на свое отражение в зеркале смотрю.

Не узнаю ту, что вижу.

Что ты, Лиза, делаешь?! Так и хочется самой себе надавать пощечин, чтоб в чувства привести!

Разве так тебя воспитывали? Такое поведение оправдывает ожидание родителей?

Сознание разрывается, и я не знаю, что делать.

Меня Сафронов точно вырывал из зоны комфорта и теперь я веду себя как слепой котенок. Тыкаюсь, мыкаюсь и не как надо правильно поступить.

Внутри все кричит, что срочно следует вызвать такси и уехать в общагу. Но “дьявол на моем плече” шепчет, что это мой первый вызов в жизни (который я бросила воспитанию и родителям).

Одно я знаю точно — понятия не имею что последует далее. Это пугает и интригует одновременно.

Рома думает, что я одна из тех, кого он к себе в квартиру может заманить под вымышленным предлогом?!

Знаю я какие про него легенды в универе слагают и не собираюсь вестись на поступки этого смазливого качка. И на такое не клюну. Я приехала сюда учиться.

Настраиваю себя так, как будто он ко мне уже подкатывает.

И потом хмыкаю своему отражению в зеркале.

Да ладно. Такому не бывать. Такие как Сафронов на меня даже со скуки внимание не обратят.

— Ты там в порядке? Почему затихла?

Парень тарабанит в дверь, а я от неожиданности отскакиваю назад.

Вроде же нормальный человек большую часть времени. Почему сейчас ведет себя как неандерталец?!

— Что ты хочешь?

Настороженно вопросом на вопрос отвечаю и не спешу дверь открывать. Внимательно слежу, как до этого он слегка надавил на ручку, но остановился после того, как мой голос услышал.

— Принес одежду. Или будешь в одной футболке?

Сафронов.

А она забавная.

Реакция у нее противоречивая и необычная. Интересно наблюдать.

Ее не впечатлил мой район, дом, квартира. Но поразил вид из окна.

Она не бросается мне нашею как только мы остаемся наедине, но бежит навстречу когда срабатывает противопожарка.

Ее ненавидит лучшая подруга, но эта дурочка слепо верит людям.

Спорю, что она сейчас выйдет из душа засядет за проект своего любимого холеного препода, хотя в спальне я тоже могу мноооогому ее научить.

Но она не мыслит в этой плоскости. Кроме учебы (и по какому-то нелепому стечению обстоятельств) интересуется еще и Красновым.

Именно поэтому прикольно было наблюдать как на его лекции она вынуждено, но призналась в чувствах ко мне.

Уровень драмы перед тем дятлом зашкаливал в тот день.

— Ты принес штаны? — Лиза намного приоткрывает дверь (как будто знает, что я до сих пор под ней стою) и высовывает руку.

Вкладываю в не ладонь вещь, что в руках держу и улыбаюсь, предчувствуя реакцию.

— Это шорты!!!

— Я сказал, что принесу шорты.

— Я же просила штаны!

Допустим. И что?

Усмехаюсь. Нравится мне ее бесить. Прикольно это.

— Можешь не надевать их. — Тяну назад, но она не отпускает.

Выдергивает их резким движением и резко закрывает за собой дверь.

Она эмоциональнее чем думает. Даже не так. Она эмоциональнее чем думал я.

Девчонка молчит. За дверью вообще тишина, но я чувствую проклятия в свой адрес. И это снова улыбку вызывает.

Столько разных эмоций от нее увидел за несколько дней и все искренние.

Пока жду, что она выйдет, листаю ленту новостей на телефоне.

Никуда с места не отхожу. Облокачиваюсь на стену напротив и жду. Хочу видеть ее шок, когда девчонка на выходе сразу в меня врежется.

Все получается так, как я задумал.

Лиза на своей волне, полностью в мысли погруженная выходит, и меня не замечает.

Спохватывается, когда уже поздно. Пробует шаг назад сделать, но неуклюже осекается и равновесие теряет.

Перехватываю ее, чтоб не упала. На уровне инстинктов действую, потому что когда мы взглядами встречаемся я не меньше ее удивлен.

— Я заказал доставку. Если курьер приедет, дай мне знать. — Прочищаю горло. Откашливаюсь и тут же отстраняюсь.

Резко начинаю нейтральную тему.

Ларина кивает, но ничего не говорит. Смотрит на меня в шоке. За каждым действием следит, но молчит.

Специально что ли меня игнорит?!

Задерживаю на Лизе взгляд перед тем, как зайти в душевую, из которой так и валит пар.

Ей идет. Хорошо смотрится в моей одежде.

Залипаю на несколько секунд и в себя прихожу, когда понимаю что слишком долго на нее пялюсь.

— Я спустила всю горячую воду. — Слышу ее довольны голос уже за закрытой дверью.

Специально сделала такую мелкую пакость. Поспорить готов.

А мне то что?! Как раз сейчас мне только холодный и нужен. Ледяной я бы сказал.

Быстро освежаюсь и переодеваюсь в домашнее.

Интересно Лиза взбесится или нет, когда поймут что на мне точно такие же шорты и футболка?!

Или покраснеет? Или же не заметит?!

Последняя догадка не прикольная, так что я мрачнею.

Мне кажется, что отсутствовал всего несколько минут, но определённо сейчас происходит нечто, что меня смущает.

На кухне горит свет и доносится непонятный шум. Как будто кто-то возится с посудой и накрывает на стол.

— А вот и ты! — Девчонка замечает меня в дверном проеме и с улыбкой на лице начинает развязывать пакеты. — Доставка уже приехала…

Она настолько увлечена, что не замечает ничего вокруг.

Например то, что мое настроение окончательно уходит в минус.

— Ты открыла дверь курьеру? — Ее проблема, что в моем голосе не слышит предостережения.

— Ну да. — Кивает и принимается доставать боксы с едой. — Ты был в душе. Я стучала, но ты не ответил. Пришлось мне открыть.

Вот так все просто. Просто удивительно как непринужденно она рассказывается мне об этом. И, главное, ее ничего не смущает.

— Ну что ты стоишь как истукан?! — Лиза поднимает на меня полный недоразумения взгляд и пялится пока я пытаюсь подобрать слова, чтоб как можно вежливей сказать ей что именно не так она сделала. — Тарелки я достала, а ты неси вилки. Сейчас же все остынет! Роман! Эй, ты меня слышишь?!

Этот парень суперстранный.

Я стараюсь вести себя непринужденно, а он как будто специально усложняет мне задачу.

Может корона на его голове случайно пережала жизненноважные функции мозга и теперь всё — финиш?!

Я к нему обращаюсь, но парень не сразу реагирует.

Может он зол за то, что я начала хозяйничать на его кухне?

Блин, но как мне было удержаться? Доставка приехала. Я жутко голодная, а эти ароматы…

Сафронов идет в сторону выдвижного ящика и достает столовые приборы. Молча. Угрюмо и подозрительно при этом каждый раз на меня поглядывает.

— Зачем ты дверь открыла?

— В смысле? — За стол сажусь и его не дожидаюсь. Внутри желудок жгутом сворачивается.

Открываю первый контейнер, а там мясо под соусом. И это все, о чем я думать могу.

— Я сказал тебе дождаться меня. — Произноси раздраженно.

Ну чего прицепился. Делает из мухи слона.

— Перед тем как открыть я посмотрела в глазок. Убедилась, что это реально доставка. Я даже позвонила в этот ресторан и уточнила личный номер курьера.

Ради этого я пошла на личные жертвы и даже включила мобильный.

— Ты открыла левому мужику в таком виде?! — Он повышает на меня голос и на этот раз там отчетливо претензия слышится.

Замираю и смотрю на Рому с удивлением. А почему он так злится? Мне с доставщиками сначала нужно дружбу заводить что ли?!

— Не поняла суть предъявы. — Спокойно откладываю в сторону приборы. Чувствую, что простого разговора не выйдет. — Обоснуй.

— Ты себя в зеркало видела?!

— Переживаешь, что я напугала курьера своим внешним видом?!

Я все, конечно, понимаю, но не надо мне в открытую говорить, что мне заказана дорожка на “Мисс Вселенная”.

Его ноздри вздуваются, а губы плотно сжаты. Челюсть сомкнута и сила, с которой он сдавливает в руках столовые приборы, показывает степень напряжения.

— Ты открыла дверь в одной футболке и шортах. Непонятно кому. — Цедит каждое слово. Медленно, с остановкой.

— И что? Твоя футболка и твои шорты. Или с ними что-то не так? — Недоумеваю. — То есть перед тобой нормально так ходить, а перед другими нет?!

Где в его словах искать логику?

Сафронов хочет что-то сказать, но осекается и замолкает.

— Ешь быстрее. У нас еще работы куча. И так столько времени потеряли впустую.

Проще не обращать внимание на его поведение.

— Как ты рассчиталась за заказ?

Похоже, что парень решил протестировать сегодня моего терпение. Это во вопрос на засыпку? Где подвох?

— Ну-у-у. Я не в пещере родилась и не в джунглях выроста. Умею пользоваться картой.

Улыбаюсь, но понимаю сразу, что шутка моя не зашла. На лице Сафронова нет ни тени улыбки.

— Это дорогой ресторан. Тебя не смутил счет? Откуда взяла деньги?

Меня счет не смутил, потому что я на него даже не глянула. Просто провела картой по терминалу и забрала заказ.

А в чем проблема? По его эго ударило, что девушка заплатила? Так мы вроде не на свидании. К чему такие условности?

— Долго копила и вот настал случай? — Больше спрашиваю, чтоб понять правильно отвечаю или нет. Еще на его реакцию смотрю. — Где-то в прихожей чек лежит. Как поедим, я посчитаю сколько ты мне должен.

Не знаю, что в меня вселилось, но не только Сафронов поражается тому как я с ним разговариваю.

На удивление я чувствую легкость и уверенность в себе.

Сегодня весь день какой-то необычный, вот и я себя веду под стать.

— Лиза. — Парень сдержано глаза прикрывает и внутри него как будто происходит сражение. — Просто закрой рот и жуй.

Хамовитый Рома — более привычный Рома.

— Я забросил твои теряпки в стирку. — Бросает небрежно после того, как мы ужинать закончили.

Замираю на месте и в полном шоке оборачиваюсь.

— Не благодари. — Он это по-своему понимает.

А у меня на уме одна мысль: это не тряпки. Это вещи реально эксклюзивные. Толстовка так точно. Лимитированная коллекция с участниками моей любимой рок-группы, которая свое последнее турне дала лет двадцать назад.

Я эту тряпку (с позволения сказать) покупала на интернет аукционе и как истинный фанат отвалила кучу денег (вот тут-то я их считала, не то, что с заказом из ресторана).

— Кстати, реплика зачотная. Где подделку покупала?

Он меня этим вопросом обидеть хочет или реально интересно?

— В интернете. — Выходит, что и не соврала. Не вижу смысла доказывать что-то, поэтому бросаю в качестве ответа несколько фраз и иду в прихожую за рюкзаком.

Там книги, а времени уже столько, что учиться некогда.

— Я скинул тебе деньги на счет. — Про это я успела уже сто раз забыть, но Рома слово держит.

Одновременно с его фразой у меня вибрирует телефон — приходит оповещение от банка.

Какой дотошный джентельмен. Решил, что не хочет быть никому должен.

Ну и ладно.

— Куда идти? — Раздраженно через плечо бросаю и иду по темному коридору вглубь квартиры.

Она у него большая и это неудивительно. Если верить словам Сафронова, то он тут один на этаже властвует.

— В мою спальню. — Позади меня его голос раздается неожиданно.

Я то думала, что парень еще на кухне возится, а он оказывается как тихая мышка за мной по пятам идет.

Сразу же торможу после этих слов и понимаю, что это тело не успевает остановится и врезается в меня на полном ходу.

— Ой! — Вскрикиваю от неожиданности и начинаю заваливаться назад. Еще немного и упаду на холодный кафельный пол. Эпично.

Дам еще один повод Роману надо мной издеваться. Как будто без этого их мало было.

Закрываю глаза инстинктивно и готовлюсь к боли, но неожиданно понимаю, что ничего не проиходит.

То есть я остаюсь стоять на месте, а не лечу пятой точкой вниз.

— Ты специально притворяешься неуклюжей, чтоб я тебя спасал? — В неверии осторожно приоткрываю один глаз, чтоб убедиться в происходящем.

Нет. Мне не кажется. И это не кошмарный сон.

Меня на самом деле поймал Сафронов и сейчас держит цепкой хваткой. Долго это делает. Дольше чем надо.

— Отпусти. — Пробую его оттолкнуть нервно, но парень никак на это не реагирует.

Что бесит еще больше, потому что я не понимаю происходящего.

У него странное поведение. Чего таким образом добивается?

— Ты помог мне. Спасибо. Теперь можешь отпустить. — Перестаю брыкаться и говорю спокойнее. Не сопротивляюсь тому, как былизко мы друг к другу, но все равно смущенно пытаюсь даже в рамках его “объятий” отстраниться.

— Чтоб ты еще раз упала? — Голос парня проседает и теперь звучит как-то гортанно. Непривычно.

Что за чушь он несет?! Конечно, я не упаду. Я ж не настолько неповоротливая, чтоб на ровном месте рухнуть.

— Между прочим, это ты на меня нале…

Не успеваю закончить фразу, как Рома убирает руки и я перестаю чувстовать под собой опору. Тело как будто в воздухе зависает ненадолго, а потом камнем рушится вниз.

И да, на этот раз я приземляюсь на пятую точку под громкий смех парня.

Гад! Козел!

Даже у полумраке коридора вижу, как блестят его глаза от задора и белоснежно светится улыбка.

— Вставай. — В какой-то момент он резко теряет ко мне интерес и идет вперед пока я стараюсь от произошедшего оправиться и встать.

И куда делись его хорошие манеры? Наверное, срок годности истек!

Поднимаюсь с пола молча, но про себя бубню всякие проклятия. Хватаю рюкзак и следую за парнем, не сразу вспоминая, что мы к нему в спальню направляемся.

— В квартире много комнат, почему именно здесь? — Взглядом обвожу помещение и спотыкаюсь на огромной кровати.

Сразу краснею, что хочется на месте провалиться.

И что мне только в голову лезет!

— Здесь все книги, удобный стол и компьютер.

Тоже мне аргумент.

— У тебя ноутбук.

— Короче, Зубрила! — Сафронов раздражаться начинает. — Или так, или никак.

Для “никак” уже слишком много сделано и времени потеряно, поэтому я сдаюсь.

Медленно и неуверенно сначала продвигаюсь к центру комнаты и останавливаюсь возле кровати. Блин, она меня нереально смущает.

— Лиза! — Неожиданно громко окрикивает меня парень, что я на месте от испуга подпрыгиваю и сразу перевожу в его сторону взгляд. — Ни о чем таком даже не думай!

Сафронов, издеваясь надо мной, обхватывает свои плечи руками (как это обычно жеманные девушки делают, когда испуг изображают) и делает вид, что грозит мне указательным пальцем.

Нет, ну что за придурок!

Учимся мы долго.

В очередной раз Сафронов рушит мои стериотипы, потому что я понимаю, что парень разбирается в том, что делает.

И в очередной раз думаю почему он строит из себя непонятно кого. Слава о нем гуляет та еще, но ведь на деле не все так плохо…

Рома долго и упорно объяснет мне темы, которые они прошли, а потом мы вместе переходим к тем, что даже он еще не изучал.

Время с ним летит как-то иначе. Мы с Маринкой, конечно, тоже иногда можем зависнуть у меня в комнате и готовиться к каким-то парам, но сейчас — это другое.

Это интересно. Напоминает какой-то вызов.

— Тебе холодно?

Неожиданно Рома меня отвлекает от чтения одного абзаца, который я с третьего раза понять не могу.

— Есть немного. — Понимаю, что это так, когда парень заостряет внимание. А то бы и сидела дальше не заметив…

Сафронов с места встает не проронив слова и я наблюдаю за тем, как он идет к небольшому шкафу. Достает оттуда худи на молнии и возвращается.

— Спасибо. — Руку протягиваю, когда парень возле меня оказывается, но вместо этого он сам набрасывает ее мне на плечи.

Что он творит? Жду, что за эти еще последют какие-то страннеы действия, но Роман садится на свое место рядом со мной и берет в руки книгу. Как будто ничего такого не случилось.

Может для него это в порядке вещей? Наверно. Но для меня нет.

Мне очень неловко, но смущение своя я всячего скрыть пытюсь.

Нервными движениями застегиваю вверх молнию и опять с головой окунаюсь в работу.

Следую его примеру и впадаю в свою реальность. Когда я сажусь за учебу, то конценрируюсь на этом максимально. Могу не замечать что вокруг меня происходит.

Выныриваю из своих мысле только когда рядом со мной оказвыается чашка с горячим ароматным чаем.

Хгалазми хлопаю и не сразу соображаю откуда она. Как будто из воздуха появилась.

— Ты даже не сразу заметила. — Усмехается рядом парень.

— Спасибо. — Прочищаю горло, потому что за столько часов там все насухо пересохло.

— Выглядишь не очень. — Прожигает взглядом, что мне приходится отвести глаза.

Пропускаю его слова мимо ушей и в руки чашку беру. Становится очень тепло и в этот момент по телу бегут мурашки.

— Очень вкусный чай. — Делаю глаток. Сначала один, потом второй, третий.

Жадно выпиваю всю чашку.

— Ага. Вижу. — Сафронов в шоке и оживает когда я с шумом чашку на стол ставлю.

— У меня к тебе несколько вопросов по этому параграфу…

Не даю ему опомниться и снова с головой погруюсь в учебу. Чем быстрее мы со всем справимся, тем раньше освободимся.

От чая по всему телу тепло разливается и я чувствую умиротворение и расслбаленность.

— Может сделаем перерыв? — Парень косится на часы, которые висят за моей спиной, а я в этот момент перевожу взгляд на окно.

Темно.

— Разве можно перерыв делать? — Произношу, а сама зеваю так, что едва рот ладошкой прикрыть получается.

Все перед глазами дымкой заволакивает. Тело ватное становится и мне тяжело пошевелиться.

В одно мгновение накатывает жуткая усталость, которую еще секунду назад я не чувствовала.

— Ты мне туда подмешал что-то? — Еле языком ворочаю.

— Не понял.

— В чай…

Роман сидит рядышком, повернулся в пол оборота и смотрит пристально пока я пытаюсь чуть чаще моргать, чтоб не уснуть.

Молчит и просто наблюдает.

— Самочувствие у меня странное… как будто ведет.

Сафронов долго на меня смотрит, а я не него.

Момент затягивается. Вроде бы проходит секунда, а я ее за час воспринимаю. И даже понятия не имею сколько времени пролетает пока парень тишину не нарушает.

— Ты выглдяишь странно.

— Только не надо сейчас съезжать с темы. — Недовольно бурчу и упираюсь локтем в стол — ищу точку опоры, потому что тяжело уже прямо сидеть.

Глаза сами собой закрываются. Впереди все двоится.

С запозданием понимаю, что начинаю смеяться только тогда, когда собственный смех слышу.

— Почему тебя два? — Пробую руку к парню протянуть, чтоб пальцем его ткнуть, но промахиваюсь. — И почему вы такие серьезные?

Моя речь смазанная, но я не обращаю на это никакого внимания.

Вот Сафронов реально очень задумчивым выглядит. Сидит, на меня смотрит и не шевелится. Как статуя прямо.

Так не весело…

Неожиданно он прекладывает руку к моей голове и я замираю. Это меня немного остужает и я начинаю мыслить более здраво.

— Эй! Ты чего? — Пробую голову в сторону повернуть, чтоб смахнуть со лба его ладонь, но ничего не получается.

— Сиди, не двигайся.

Расскомандывался. Но все же я его слушаюсь по непонятной причине.

На месте замираю и наблюдаю за всем, что он делает.

Такое чувство, что не со мной все это происходит. Эмоции при этом странные испытываю. Мне одновременно волнительно, страшно и смешно.

Сафронов неожиданно резко вперед подается и в этот момент я вообще забываю все на свете. Как дышать, как моргать, как меня зовут…

Парень губами касается моего лба и эти секунды мне кажутся вечностью. Время останавливается, а кожа начинает полыхать.

Я замираю. Он тоже. А потом резко отсраняется и смотрит на меня. Прямо в глаза. Пока я как рыба на суше глатаю жадно губами воздух, Рома просто смотрит.

— У тебя температура. — Выдает спокойно.

Голос его звучит как обычно, но в поведении что-то меняется. Действия более резкими и дергаными становятся.

— Это с первого раза понять можно было. — Прочищаю горло и выдаю несвоим голосом. Низко, сипло.

Мне бы возмутиться, но эта проклятая температура реально о себе знать дает.

Вместо того, чтоб ему устроить разбор полетов я прикрываю глаза. Кажется, как будто в сон начинаю проваливаться.

— Я вызову скорую. — Эти слова быстро меня в чувства приводят. Организм из последних сил собирается, чтоб воспрепятствовать этому.

Нельзя. Никто не должен знать, что я тут, а то сразу доложат родителям.

И тогда мой тайный побег (пусть ради учебы, но все равно первый успешный за долгое время) перестанет быть таким уж и тайным.

— Нет, не нужно! — Хватаю за руку Рому, когда тот встает. — Мне надо просто отдохнуть.

Оправдываю свою быструю паническую реакцию тем, что это ничего важного.

— Ты же знаешь, что я много учусь. Это всего лишь переутомление и немножко холодной воды. — Пытаюсь пошутить.

Выходит неубедительно.

— Немножко холодной воды. Да уж. — Парень недоверичво смотрит на меня и как будто взвешивает все “за” и “против”. — У тебя высокая температура и сама по себе она не пройдет…

А самолечение может только навредить. Тут он прав.

Но на его условия я согласиться тоже не могу. Потом мне это боком выйдет.

— У тебя нет знакомых врачей? Кто-нибудь, кто проконсультировать сможет, но никому не расскажет? Пожалуйста. — Смотрю на него умоляющим взглядом.

Вид у меня, наверное, вообще настолько жалкий, что даже чорствое как сухарь сердце Сафронова мягчеть начинает.

— Ладно. — Произносит он после длительного раздумья. — Сейчас позвоню.

Парень берет со стола мобильный и уходит в другую комнату.

Я же пока перебираюсь на кровать и пробую не заснуть.

Стараюсь думать о чем-то своем, прислушиваюсь к тому, что Сафронов говорит за стенкой.

Ни одного слова разобрать не могу, но интонация у него странная.

Как для меня странная. Вообще Роман так обычно со всеми общается — с наездом, как будто ему должны. Так что и сейчас несколько раз голос повышает.

В один момент звонок обрывается и я слышу его приближающиеся шаги.

Непроизвольно пониже натягиваю футболку и подгибаю ноги. Так как минимум теплее.

— Сейчас приедет врач. — Голос Сафронова раздается над моим ухом и я открываю глаза. Как он понял, что я не сплю?! — Но пока он сказал дать тебе это.

Привстаю на локтях и фокусирую взгляд на парне, который в одной руке держит чашку с горячим чаем, а в другой плед.

— Спасибо. — Пробую присесть, но сил настолько мало, что я кулем падаю на кровать.

— Вот же блин!

Он возмущается, а я закусываю от обиды губу.

Можно подумать мне самой нравится быть такой беспомощной и зависеть от человека, которого я на дух не перевариваю?!

— Подожди, я сейчас тебе помогу. — Сляшу, как с грохотом приземляется чашка на стол и почти сразу матрац прогибается, потому что Сафронов становится на него одним коленом, чтоб до меня дотянуться. — Держись за меня, Лиза… Обхвати руками мою шею!

Он носится со мной как с беспомощной.

Может потому, что я такая и есть?!

Чай, что он заварил, обжигает и дарит тепло, после которого глаза сами собой закрываются.

Рома накидывает на меня плед, когда я поудобнее устраиваюсь на кровати и просовываю под подушку руку. Я так привыкла спать.

— Немножечко посплю. — Шепчу как будто оправдываюсь, а сама понимаю, что мне уже ничего не помешает и не поможет. За секунду в сон улетаю.

Проваливаюсь и от реальности отлючаюсь.

Скорее всего, если рядом со мной кто-то танцы с бубном устроит, я не проснусь. Ни за что.

Организм вымотался. На износ.

Не знаю сколько времени проходит, но по какой-то причине я сама просыпаюсь. Сознание меня как будто насильно из дремоты выталкивает. Настолько резко и неожиданно, что я глаза открываю и не понимаю что вокруг меня происходит.

Внутри лишь чувство стойкое, что у меня есть какое-то незавершенное дело.

Подрываюсь с места в попытке всать, но переоцениваю свои возможности. Тело по прежнему слабо и я падаю обратно.

— Рома?! — С каким-то ужасом в голосе зову парня, потому что его рядом нет и за считанные секунды внутри меня тревога разгонятеся.

Вокруг темно и слишком тихо.

Видимо это как раз привлекает внимание, потому что я слышу шаги в сторону комнаты.

— Лиза? — Вдалеке слышу немного взолнованый голос парня и почти сразу зажмуриваю глаза, потому что в комнате загоряется яркий свет и глаза режет. — Извини. Я сейчас выключу.

Да. Так однозначно лучше.

— Здесь врач. — Сафронов меня как будто предпреждает.

— Меня зовут Руслан.

В комнате, оказывается, есть еще кто-то.

Здороваюсь и пытаюсь разглядеть доктора, но глаза снова никак к тусклому освещению приспособиться не могут.

— Сколько я проспала?

Мне неудобно, потому что очевидно, что этот человек меня ждал. Никто же меня не разбудил.

— Недолго. — Бытро роняет Роман и его сразу же оттесняет врач.

Если этого человека… кхм-м… так можно назвать.

Да он нас от силы лет на пять старше. Симпатичный. Очень даже. Такой… еще чуть-чуть и его смазливым можно было бы назвать.

— Вы точно доктор? — Залипаю на него.

Во-первых, просто рассматриваю (а что, нельзя?). А, во-вторых, у меня еще и реакция замедленная из-за плохого самочувствия.

Но пусть не думает себе ничего лишнего. Это не флирт. Я факт констатирую: ему бы в модели, а не во врачи.

Даже странно, что у нас в медицине такие кадры есть. Надеюсь, что диплом он не за красивые глаза получал.

— Точно.

— У вас, наверное, очередь из пациентов. — Говорю все, что в голову приходит, потому что инстинкт самосохранения напрочь пропадает и мне уже не важно, что обо мне окружающие подумают.

— Твоя девушка? Симпатичная.

— Не слушай ее. Бред всякий несет. — Резко отвечает Сафронов. — Ты же видишь ее состояние. Говорит, что ты милый, но у самой температура. В таком состоянии ей даже показаться может, что ты и человек хороший.

Голова раскалывается. О чем это они?

Что я сказала такого, что Рома взъелся?!

И вообще! Как он с доктором разговаривает?!

— Скоро лечение поможет и ей станет легче. Тогда и узнаем что она реально думает. — Кажется Руслан над Сафроновым насмехается.

Голова трещит и раскалывается. Во всем теле слабость такая, что глаза открыть сложно. Так и получается, что я лежу и слушаю всю эту ругань. Как свидетель, о котором парни не подозревают.

— Серьезно у вас все, раз домой притащил?

— Я тебя для осмотра позвал, а не исповедоваться в личной жизни. — Под усмешку молодого доктора парень ведет себя еще чуть более агрессивно. — Скажи мне как Лиза и что делать дальше, а потом можешь проваливать.

Морщусь. Они так своей перепалкой заняты, что я лишней себя чувствую.

— У нее обычное переохлаждение умноженное на усталость. Поэтому так быстро слегла твоя девчонка. — Резюмирует Руслан. — Лечения, что я прописал будет достаточно. Вскоре встанет на ноги.

— Хорошо. Спасибо. — Судя по голосу Ромы он успокоился.

А на «твоя девочка» никак не реагирует. Решает мимо ушей пропустить?

— Кстати, отец в курсе?

— В курсе чего?

Я пытаюсь вслушиваться, но постепенно в сон проваливаюсь. Лечение, наверное, отчасти помогает и организм отключается на отдых.

— Чем ты занимаешься.

Это мне уже снится или реально Руслан говорит?

— Ему все равно.

— Не когда ты его позоришь.

Странный диалог. Вряд ли похож на правду. Воображение во сне придумывает уже свои детали.

Все больше убеждаюсь в этом, потому что дальше перед глазами начинаются какие-то мультики, а голоса парней отдаляются.

И вот я вижу Маринку, Краснова. Потом книгу какую-то читаю. И вообще сейчас на дворе лето.

Точно сплю.

А просыпаюсь когда солнце в глаза ярко светит.

Глаза открываю и понять не могу где и что тут делаю. Вроде бы рядом мои вещи: учебники, тетради и рюкзак. А вот остальное всё точно не мое.

Приподнимаюсь на локтях и вокруг оглядываюсь.

Никого. Тишина.

В голове калейдоскопом разные фрагменты со вчерашнего дня и ночи мелькают.

Еще бы понять что на самом деле было, а что плод моего воображения.

На удивление я чувствую себя намного лучше чем вчера. Почти новым человеком.

Бросаю взгляд на часы и с ужасом понимаю, что уже опоздала на учебу.

Вскакиваю с кровати и начинаю собирать вещи. Закидываю все в рюкзак, но вскоре доходит до меня, что я еще достаточно слаба.

Вот беру в руку пенал, в силы удержать нет. Еще и по телу разгоняется мелкая дрожь.

Так, мне присесть надо.

Слишком резко не стоит действовать.

Сажусь на кровать и случайно рюкзак задеваю.

Он с грохотом падает на пол и все мои старания коту под хвост идут. Книги, в перемешку со всем содержимым, разлетаются по полу.

Слышу как дверь открывается.

Раздаются шаги.

Это Роман. Нутром чую. На шум идет.

Нащупываю покрывало и инстинктивно натягиваю его на себя. Пусть не смотрит куда не надо.

— Вижу, что ты очнулась. — Произносит равнодушно.

В голосе ни капли заботы. Хоть спросил бы ради приличия о моем самочувствии.

— Твоими стараниями.

— Я не очень и старался.

Да он само очарование. И как только в него девушки влюбляются?

— Да ладно тебе. — Улыбнуться пытаюсь, но губы просто нервно дергаются. — Врача вызвал, чай сделал, одеялом укрыл…

Пусть не прибедняется. Не так он плох, как казаться хочет.

— Кстати, где ты спал?

Даже для себя неожиданно спрашиваю и резко голову вбок поворачиваю. Смотрю на Сафронова затаив дыхание. Нервничаю.

— Рядом с тобой. — Расплывается в нахальной улыбке и с удовольствием за моей реакцией наблюдает. — Не хотел оставлять без присмотра. Ты же во мне так нуждалась.

Почему его слова звучат вроде как и правда, но с другой стороны имеют двоякий смысл. Как будто недоговаривает он что-то.

— На что ты намекаешь? — Сглатываю. — Ты же ничего такого не сделал?

Краснею от одной только догадки что могло быть, но этого наглеца ничего не смущает.

— Ничего из того, что хотела бы ты… Или я?

Не знаю откуда силы берутся, но я хватаю подушку и запускаю в зазнавшегося нахала.

Роман смеясь с легкостью уворачивается.

Какая досада.

— Да не бесись ты так, недотрога. Я на диване спал.

Тревога отпускает! Я уже себе накрутила. Хорошо, что это все был просто дурной сон и Сафронов спал на диване.

— Доктор приходил или мне и это приснилось? — Спрашиваю и ожидаю очередного подкола с его стороны.

Ока что мне сложно понять что реально случилось, а что стало плодом моего воображения.

— Приходил, ты была в состоянии полубреда, так что он назначил лечение и ушел. — Быстро проговаривает парень и, развернувшись, уходит.

Нет, скорее больше похоже на то, что он сбегает.

— Постой, но…

Хочу еще задать несколько вопросов, но Ромы и след простыл.

Странный какой-то. Даже больше чем обычно.

Видимо куда-то спешит. Надеюсь, что дело в этом, а не потому, что произошло что-то…

И только во мне по второму кругу начинает тревога зарождаться и странные подозрения, как меня осеняет!

Универ! Точно!

— Ты не в университет собрался случайно? — Кричу насколько могу ему в след, когда слышу как он в прихожей возится.

Сафронов в храме науки и знаний гость не частый, но вдруг сегодня именно такой день, когда звезды сошлись?!

Ответа не следует, потому что скорее всего парень не слышит и тогда я аккуратно сползаю с кровати и иду на шум.

— Ты слышал мой вопрос?

Нет, он точно сбегает и при чем еще меня игнорировать пытается.

— Эй. Роман! Я вообще-то к тебе обращаюсь.

— Да, а что? Если ты хочешь в универ, то отбой, дорогуша. — Парень выпрямляется после того, как зашнуровал свои дорогущие фирменные кроссовки. — Тебе нужен постельный режим! — Я возразить пытаюсь сразу же и даже рот открываю, но он так быстро говорит, что и слова вставить не дает. — Ты рюкзак с кровати поднять не смогла. Забыла что ли?

Захлопываю рот, потому что память подкидывает примерно такие воспоминания.

Значит как минимум это было не сном. Уже хорошо. Осталось еще сто двадцать пять пунктов из моего воображаемого списка, который прояснить и уточнить стоит.

Если так подумать, то он прав (как бы мне не хотелось это признавать), но при всем при этом мне пропускать пары вообще не вариант. Стоит только что-то упустить как все покатиться в тартарары.

А на носу опять же маячат пресловутые экзамены, а там и первое место в общем рейтинге. Если я его потеряю, то плакала моя возможность учиться оставшееся время за границей.

Не то, чтоб я решила туда ехать, но лучше иметь возможность отказаться, чем не иметь возможности согласиться.

— Я не могу пропускать. — Излагаю ему свои мысли хоть и понимаю, что они его мало волнуют в принципе.

Сафронов тянется за верхней одеждой и практически не проявляет никакого интереса ко мне.

— Да, да. — Он, блин, меня вообще не слушает! На своей волне как всегда. Гад. — Если вдруг проголодаешься, то еда оставшаяся в холодильнике. Если сильно проголодаешься, закажи доставку.

— Я не собираюсь у тебя оставаться.

Что за бред он несет? Какая еще еда? Хлопаю глазами, как будто вижу его в первый раз.

Собираю все силы и быстро, насколько это возможно, возвращаюсь в комнату, чтоб сложить все свои вещи, которые лежат на полу веером. После этого плетусь в коридор.

— Мне не вариант пропускать даже по болезни. — Опираюсь об косяк двери, чтоб было легче стоять. — Мне уже намного легче.

— И че? — С наглым почти хамоватым выражением лица спрашивает Сафронов. — Наверное поэтому ты почти одного цвета со штукатуркой?!

Знаю, что выгляжу скорее всего так себе, но раз вчера все было еще хуже — это значит, что я на поправку иду.

Мне просто нужно привести себя в тонус. Если буду валятся на кровати, стоить из себя больную и ничего не делать, то это только мою ситуацию усугубит.

— У меня грант может сгореть из-за неуспеваемости! Накроется поездка за границу! — Стараюсь сейчас лицо как можно жалостливее сделать, но это скорее всего не сработает.

Сафронов не кажется удивленным. Видимо подобные вещи не производят впечатления пусть даже не умных, но прогульщиков и задир.

— Ты же зубрила! Какая еще неуспеваемость?! — Я бы обиделось, если бы Сафронов не говорил серьезно. А так ведь не шутит же. — Иди ложись, и не выдумывай ерунды. Днем больше, днем меньше! Подумаешь! Ты ничего не потеряешь. — Подобными словами от меня отмахивается и начинает набивать карманы штанов всякими мелочами. При этом еще и смеется саркастически с меня.

— Кстати, ты не видела мой бумажник?

— Я тебе жена что ли, чтоб следить за твоим хламом? — Выдаю раздраженно, потому что этот парень не воспринимает меня всерьез. — Я все равно до универа доберусь, поможешь ты мне или нет! — Иду к сушилке с вещами в надежде, что моя одежда уже высохла.

На ощупь вроде сухая.

Быстро скидываю с себя вещи Сафронова и наспех надеваю свое.

— Я тебя в квартире запру. — Произносит Роман на этот раз серьезно, когда видит как я иду к нему полностью готовая к выходу.

— Это будет расцениваться как похищение и удержание.

Мы оба на юридическом учимся, так что тут не поспоришь.

Вижу по его выражению лица, что мне еще аукнется непослушание (хотя с чего вдруг он так обо мне стал переживать и почему я должна его слушать?).

Сафронов недоволен.

Ведет машину с таким выражением лица, как будто я ее отожму ее сразу как мы остановимся.

Да какое ему вообще дело еду я на учебу или нет?!

— Возмущайся тише!

Это он мне?

— Да я вообще сижу и молчу! — В ответ огрызаюсь.

— Слышь, зубрила. Ты в последнее время слишком дерзкой стала. Я тебе слишком много свободы даю?!

Открываю рот, чтоб ответить, но… а что на такое отвечать?!

Я в ступоре. Шоке. Возмущении.

Да кто он такой?! Он и моя свобода — эти слова не должны стоять вместе в одном предложении.

Ах, да, блин! Я же забыла, что передо мной сам владыка всея универа Ромочка Сафронов. Это сарказм, если что.

Как же бесит!

— Че молчишь?

Это на словах я такая важная-бумажная, а на деле язык проглотила.

— Молчу как ты и просил! — Когда вслух с ним разговариваю, то интонации сильно отличаются от тех, что в моей голове звучат.

— Так то лучше. — Заявляет этот самодур довольно и ухмыляется.

Сейчас зубы сотру в порошок от того, с какой силой из сжимаю.

— Довези меня к заднему входу в третьем корпусе, чтоб меня как можно меньше людей с тобой видели. — С безразличием говорю, но сама в отчаяние впаду если хон откажет.

Но вот чего ему отказывать? Вообще-то это в его интересах тоже, чтоб про нас ничего не говорили.

— Идет. — позориться не хочет. А мне тоже, знаете ли, не хочется с ним рядом мелькать!

И все равно на секунду обидно становится, что парень соглашается так быстро.

Дальше мы едем мы в тишине. Да и силы на разговоры с ним тратить не охота.

Когда подъезжаем к корпусу, прошу его остановить не доезжая. Напоминаю, а то кажется, он забыл. Машина и не думает тормозить…

— Эй! Ты что творишь?!

Если и время хвататься за голову, то он настало прямо сейчас.

Парень как будто меня не слышит (но по факту просто игнорирует, потому что он точно не оглох за последние десять минут) и заруливает на своей ”неприметной и неузнаваемой” машине прямиком на парковку. Она хоть и с другой стороны главного корпуса, но все же студентов тут тусуется немало.

У нас тут почти у каждого или своя машина, или водитель.

Не успеваю сказать, что он дурак, как он из машины выходит молча и дверь закрывает.

Сглатываю и наспех пытаюсь план придумать. В уме просчитываю все варианты, но все провальные.

Зажмуриваюсь и сползаю вниз по сиденью. Как желешка стекаю от отчаяния.

— Ну что я тебе сделала? — Скулю сквозь зубы.

Надо выходить как можно быстрее, но я медлю.

Ромашка у нас с причудами — может меня и закрыть в своей машине аж бегом. Времени на раздумья у меня мало.

Я поэтому собираюсь с силами и выхожу аккуратно. По сторонам смотрю, оглядываюсь. Наверняка сейчас как затравленный кролик выгляжу.

Сложно не заметить, как куча студентов с разных курсов тупо смотрят на меня. Кто с удивлением, кто смеется. Кто пальцем тычет как в первом классе, а то и в садике.

Нет ни одного человека на парковке, кто б меня не заметил.

Это он специально сделал. Гад.

Сафронов это нарочно. Еще и идет впереди вразвалочку, пока меня уже начинают обсуждать.

Иду в сторону корпусе и даже шаг ускоряю, чтоб быстрее скрыться в толпе студентов в самом здании. Почти не обращаю внимания на уже привычное состояние недомогания. Зато слишком отчетливо слышу как меняется настроение людей вокруг меня.

Кто-то из толпы говорит достаточно громко.

— А это та, которая на видосе была с Сафроновым! — То, что меня узнаю было вопросом времени.

И ладно б на этом, все но все чувствуют скандал. Считайте, что выходит второй сезон самого популярного шоу со мной и Романом в главной роли.

Я каждой клеточкой чувствую, как на меня все смотрят. Их взгляды обжигают. Слова гулом в ушах стоят.

От происходящего я теряюсь. Резко что-либо соображать начинаю, потому что дико нервничаю.

Сердце из груди выпрыгивает. Во рту все пересохло. Дыхание сбивается.

Опять я в центре внимания и из-за этого у меня развивается нечто на подобии панической атаки.

— Еще один трофей. — На смех уже не обращаю внимания. Пытаюсь сосредоточить свою злость, которая накапливается сейчас со скоростью света, на Сафронове.

Но это не помогает.

Вот же он отмороженный совсем. Лучше бы такси вызвала. Вот уж услужил!

Я ведь только думать начала, что в нем есть что-то хорошее.

Ему все не по чем. Он у нас герой по всем фронтам, а как только сплетни расползаться начнут и обрастать небылицами, меня из-за этого все считать начнут легкодоступной.

Вижу, как далеко впереди Роман уходит и мысленно его проклинаю, но неожиданно он оборачивается, глядя на меня. Видать услышал тоже что-то нелестное и наконец вспомнил, что не один приехал.

Направляется ко мне.

Что ему надо от меня? Какая же я дура, что его попросила подвезти!

Скорее всего идет сюда позлорадствовать. После его подставы другого я не ожидаю.

Смотрю как парень приближается, а у самой руки чешутся оставить отпечаток пятерни на его симпатичной наглой физиономии.

— Пришел добить?

Сафронов мои слова игнорирует. Подходит ко мне и под руку берет аккуратно.

— Что ты делаешь? — Спрашиваю его так, чтоб только он меня услышал. Смотрю на наши руки и не верю в происходящее. — Что задумал?

Позади тишина воцаряется и я слышу один вопрос, который задает кому-то девушка со звонким голосом.

— Они что, встречаются?! — Могу лишь представить выражение лиц той толпы, которая осталась позади.

Впереди нас появляется Марина и, да, она сто процентов все видела.

— Вы что встречаетесь? — Сходу спрашивает нас.

Пробую сделать шаг в сторону, чтоб ее обойти, но не получается. Подруга настойчиво преграждает мне дорогу.

Видно, что она раздражена (даже больше обычного), но на Романа не смотрит. Не рискует видимо. Меня взглядом буравит, что скоро дырку просверлит.

— Конечно нет! — Сразу спохватываюсь, а потом с опаской взгляд на парня перевожу. — Просто друзья. — Руку высвобождаю, но Сафронов тут же меня опять хватает.

За нами все еще люди наблюдают, поэтому я говорю тихо. Чтоб одна она слышала.

— Мы встречаемся! — Спокойно, но громко заявляет Рома.

Я в шоке просто! Что он надумал? Что за план такой?

— Ты совсем спятил? — Шиплю на него, и это вряд ли мимо ушей Марины пролетает.

— Да уже, за руки держитесь значит видно, что все серьезно. — В голосе девушки четко прослеживается язвительный сарказм.

Между Сафроновым и Мариной начинается дуэль странных взглядов. Складывается впечатление, что они сейчас общаются на каком-то своем тайном языке мимики лица.

Будто намеками говорят.

Марина резко меня дергает на себя, и Сафронов удержать меня не успевает.

— Мы сейчас. — Говорит она Роману и утаскивает меня в сторону, чтоб тот не слышал.

Парню, кажется, все равно. Он равнодушно плечами пожимает и поднимается по лестнице.

— Потом увидимся. — Бросает мне напоследок, а я рассеянно киваю.

Первый раз мне хочется уйти вместе с ним, а не стоять тут и оправдываться. Его ведь не просят отчитываться за происходящее, поэтому он и делает что хочет. А палки все на меня летят.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — Она сейчас такая злая, будто бы я ее парня увела и теперь хвастаюсь хожу.

Я ей и так правду сказала, чего это она взбесилась? Может она хочет подробности про Сафронова услышать? Так я вообще не в курсе, я даже подзабыла о том, что она меня к нему в качестве шпиона отправляла.

— А! Я не узнала, что он собирается надеть на вечеринку.

Может она меня об этом спрашивает? Но нет.

Марина смотрит на меня и часто моргает. Как будто бы понять пытается что я только что ей сказала.

— Какая, блин, еще вечеринка?! — Шипит мне в ответ. — Ее после вчерашнего перенесли на неопределенный срок. Затопило весь первый этаж. Скорее всего все просто в клуб пойдут тусить и все. Ты, как всегда, не в курсе что вокруг происходит!

Марина начинает выходить из себя еще больше.

— В костюмах? — Недоумеваю это же глупо.

— Лиза! — Марина уже голос повышать на меня начинает и закатывает глаза.

Ну что “Лиза”?! Так сложно на вопрос ответить что ли?

Я перед ней, оказывается, по полной отчитываться должна, а она мне лизкает.

— Вернемся к главному! Ты, Сафронов, одна машина…

Подруга руками в сторону разводит. Останавливается, говорить прекращает, но ее лицо сейчас красноречивее некуда.

Мне неловко. Я как на допросе.

— Подожди! — Она меня за одежду хватает так неожиданно, что я опешиваю слегка. — На тебе тоже, что и вчера надето!

Девушка щурится, и я понимаю, что от ее пытливого взгляда не укроется ни одна деталь.

Пока я начинаю придумывать всякое логичное этому объяснение, Марина хватает воздух так жадно, как рыба лежащая на суше.

— Вы были вместе этой ночью! — Нескрываемая злоба из нее так и рвется наружу.

Никогда еще Маринку не видела в таком состоянии. Ее как будто трясет.

И все из-за кого? Из-за Сафронова?

— Нет! — К ней вплотную приближаюсь и закрываю ей рот рукой. Ну почему она такая громкая? — Тебя, блин, услышать могут!

— Я заболела и всю ночь у врача провела вместо того, чтобы учиться! — Руку убираю практически сразу. Со стороны это странным кажется наверняка. — Я промокла вчера и вместо того, чтоб учиться потеряла столько времени впустую.

И это правда. В целом моя эффективность (даже до приезда доктора) была низкой.

— У какого врача ты была? — Подозрительно прищуривается Марина. Она мне явно не доверяет. — Название клиники назови!

Так и хочется спросить какое я преступление совершила, что она так со мной разговаривает. Но я плоха в контраргументах и когда на меня наседают, то теряюсь.

Сейчас мне б тоже начать на нее наезжать и возмущаться, но вместо этого я веду себя как типичная жертва — оправдываюсь за то, чего не делала.

— Это частный врач. — И я ведь не вру. — У меня температура под сорок была. Думаешь я узнавала о месте его работы?

Как все-таки важны правильно подобранные слова.

Я говорю и имею в виду одно, а Маринка слышит так как хочет слышать.

Может быть и поэтому немного успокаивается.

— Если тебе так интересно, то можешь у Сафронова сама спросить прямо сейчас. — Указываю рукой в сторону лестницы, по которой он поднялся в лекционную.

Марина сбавляет обороты и больше волком на меня не смотрит. Но вид у нее все равно очень недоверчивый.

— Зачем мне твой Сафронов, если ты тут стоишь? — Взглядом впивается в меня, что аж неловко становится.

— Мой?! — Не выдерживаю. Да мне он даром не нужен (вроде как), это она мне тут устраивает сцены ревности. — От моего у него только часть заданий по Краснову, которую нам сдавать в пятницу. Если ты забыла.

Это сбивает немного с нее спесь, но все равно подруга даже близко не думает извиняться.

— А что я должна была подумать, когда вы вышли вместе? И еще он тебя при всех назвал своей девушкой.

— Опозорить решил окончательно. Добить напоследок.

Я другого оправдания его поступку не нахожу. Сафронов ведет себя так, как будто я ему сделала что-то.

— Ну да. Так опозориться каждая я в универе хочет. — Огрызается подруга.

— Я понимаю как это выглядит со стороны, но ничего из того, что ты про нас подумала не было! — Как ей доказать не представляю вообще.

Марина верит в то, что хочет верить и совсем меня не слушает.

— Где я, а где Сафронов? Ну ты серьезно? — Усмехаюсь.

Ладно. Мои убеждения не подействовали, но тогда логикой она должна же пользоваться. Пусть головой подумает насколько реален тот бред, в котором я обвиняюсь.

Маринка убеждена, что мы с ним вместе. Как будто знает что-то, чего я не знаю.

— А ну да, ничего не было! И поэтому он сейчас ходит и всем рассказывает, что вы с ним встречаетесь. Замечательно. Знаешь, кажется, я больше верю ему, чем тебе в этой ситуации. — Довольно обидно слышать от подруги такое в свой адрес.

— Я честно тебе говорю! Я не знаю зачем он это делает! Я не имею ни малейшего понятия! Я попрошу его перестать! — Меня буквально трясти начинает.

Это все напоминает беседу глухого с немым.

Как успокоить Марину я больше не знаю. Хотя я тоже сейчас в шоке и мне самой бы успокоиться не мешало.

Руки так и чешутся добраться до Сафронова.

Если этот ненормальный решил меня так выручить, то почему не придумал способ получше?!

Не дурак же!

Зачем заявлять всем вокруг, что мы вместе?

Вот же блин! Ладно там все… а что, если мои родители узнают?!

Вот закрываю глаза и прям вижу перед собой лицо своей матери, которая орет: “Какой еще парень, Лиза?!”.

Это мой самый худший кошмар.

Из этого всего ужаса выныриваю благодаря очередному приступу истерики от Марины.

— Ты кого просить собралась? Сафронова? В своем уме?! Можно подумать он тебя послушает. — Она хмыкает, но не так уверенна выглядит как хочет казаться.

Косится на меня с подозрением “а вдруг?”. Вдруг я реально могу на него повлиять…

О, нет. Уже вижу, как в ее голове вращаются шестеренки, и я готова бежать сломя голову пока девушка не сморозила очередную эпически тупую догадку.

— Никаких “нас” между мной и Сафроновым нет. — Ставлю точку в этом глупом споре и сдаю назад.

Как раз звучит звонок, и я этой возможностью пользуюсь.

— Лиза, я еще не закончила. — Девушка говорит это так, как будто я должна ее слушать. Спокойно, даже сдержанно, и требовательно.

— Закончила я. Все сказала, а там веришь или нет…

Отмахиваюсь от нее уходя, а про себя добавляю, что “мне плевать”.

Серьёзно. Сейчас реально все равно. Я устала, а это только начало.

— Лиза!!!

— Марина! Звонок!!! — Отвечаю так же раздраженно.

Она начинает меня бесить.

Она, все вокруг, Сафронов.

Я просто хочу учиться. Я, блин, оказывается (после сегодня так точно), хочу поехать учиться в другой универ. И я совершенно точно не хочу всей этой драмы.

Она выеденного яйца не стоит.

— Потом поговорим. — Бросаю напоследок и ухожу. Быстро.

Это почти побег.

Если я права, то сейчас по расписанию английский, а мы с Мариной в разных группах.

Это хорошо. Это небольшая передышка. Плохо то, что у меня ничего с собой по этому предмету нет.

Ведь реально я с корабля на бал попала и в рюкзаке лежат вчерашние книги и конспекты.

Звонок звенит второй раз и многие преподаватели в этот момент закрывают двери изнутри. Второй же раз для учителя, поэтому они не пускают на занятия опоздавших студентов. А я только на половине пути.

Бегу сломя голову вперед и внезапно врезаюсь в такого же счастливчика как и я. Мы практически друг друга с ног сбиваем.

— Прости. — Приседаю и собираю с пола свои вещи.

— Лиза, с тобой все в порядке?

Нет. Этот голос определенно не студенту принадлежит.

Блин! Блин! Блин! Это Краснов! Я сбила с ног Краснова!

Сглатываю.

Хочу сказать что-то, но потом резко себя торможу. Понимаю, как же глупо сейчас выгляжу.

Отвожу взгляд, потому что не в силах смотреть на него сейчас.

— Да. Все хорошо.

Откашливаюсь и горло прочищаю. Затем протягиваю руку, чтоб Краснов вернул мне телефон.

Как раз в этот момент экран загорается и я слышу мелодию смс.

Не знаю специально или нет, но мужчина (все же скорее всего машинально) подносит к лицу телефон и читает сообщение.

Мое сообщение!

— Прошу прощения?! — Я почти теряю дар речи от возмущения.

Мое возмущение привлекает внимание препода и он отлипает от экрана.

Я все, конечно, понимаю, но нет. Не все.

— Я-я. Случайно вышло. — Он протягивает мне телефон и резко тяну устройство на себя.

Готова поспорить, что там очередная спам-рассылка, но мне не это важно. Важен принцип: свое-чужое. Личные границы и все такое.

— Ничего страшного. — Улыбаюсь ему в ответ, потому что я никогда не могу сказать что на самом деле чувствую.

Это он читает мои сообщение, но я веду себя как будто это я провинилась.

Еще раз извиняюсь и уже хочу идти, как меня останавливает следующая фраза.

— Лиза, я давно хотел с тобой поговорить.

Торможу. Тоже машинально, автоматически.

Вот так всегда я на него реагирую и ничего с собой поделать не могу. Как будто его присутствие и голос обладают какой-то магией.

— О чем? — Спрашиваю робко.

— Что с тобой происходит? В последнее время ты сама не своя. — Голос мужчины звучит иначе. Немного проседает, становится мягче и спокойнее.

Так говорят люди, которые расположить к себе хотят.

Это может быть искренне, но так же можно контролировать и инсценировать.

— Ничего. — Интуитивно начинаю ощетиниваться как ежик. — А что такое? Что со мной не так?

— Ты ведешь себя в несвойственной для тебя манере.

— О чем это вы? — Насупливаюсь, потому что мне все больше и больше не нравится куда Краснов клонит. — У меня все нормально.

— Последняя неделя… Возьмем странное видео, которое гуляет по сети. Еще твоя испытательная работа за отвратительное поведение. Лиза, ты делаешь вещи, которые я от тебя не ожидал.

Он как-то своим назидательным тоном умудряется надавит на мою совесть и чувство стыда.

И у Краснова почти получается.

Я чувствую себя виноватой и уже почти готова извиниться, но неожиданно во мне резко что-то меняется.

Просыпаются новые и до сих пор незнакомые мне эмоции. Несвойственная мне злость и раздражение рвется наружу. Хочется высказаться и опротестовать его заявление.

— Например? — Дерзко вскидываю подбородок и больше не смотрю в пол. Поднимаю глаза и смотрю прямо на мужчину. — То, что я встречаюсь с Сафроновым?

Такое чувство, что всё и все вокруг замирают. Никто (даже я сама) не верю в то, что это вслух произнесла.

Краснов обескуражен.

Я бы и хотела отмотать время назад и просто промолчать, но слово не воробей.

Даже студенты, которые еще не успели разбежаться по аудиториям, останавливаются в шоке.

Блин! Что же я наделала?!

Сейчас столько шума поднимется!

Одно дело, когда я ходила и бредовые слова Романа опровергала, но другое — когда я сама под этими словами подписалась.

Хочу сквозь пол провалиться только бы подальше отсюда оказаться. Ведь вряд ли никто не слышал что я сейчас ляпнула.

И кто меня за язык тянул?!

— Лиза! — Неожиданно меня со спины окрикивает незнакомый мужской голос и немного отвлекает от всей этой неловкости.

Оборачиваюсь и вижу, как в мою сторону неспеша направляется парень. Парень красивый, высокий (явно не мой круг общения). Парень, чье имя я не знаю, а он мое знает.

Понять пытаюсь почему он мне отдаленно знакомым кажется и понимаю, что скорее всего видела его в компании Романа.

Ну да из друзей Сафронова бойз-бенды набирать можно. Чисто на внешности будут миллионы зарабатывать.

— Да? — Улыбаюсь не слишком активно, но и не отмораживаюсь.

Не знаю чем это все закончиться, но надеюсь, что еще больше я перед Красновым не опозорюсь.

— Пошли, я проведу тебя до твоей аудитории. — И проходит мимо, даже не останавливается.

Киваю ему в знак согласия. Киваю Краснову в знак того, что “мне жаль, но бежать надо” и догоняю парня уже метров через десять.

Идет он медленно, но его один шаг как мои два. А то и три.

— Ты кто вообще? — Решаюсь спросить после того как пару раз на пятки ему чуть не наступила, чтоб не отстать.

— Дима. — Бросает он равнодушно и даже в мою сторону не смотрит.

— Решил поиграть в рыцаря, Дима?

Мужики в последнее время активизировались. У них обострение или это что-то в воздухе?

— Решил, что тебе пора на пары вместо того, чтоб тратить время на моего занудно брата.

— Кого? — Торможу там, где стояла. — Ты это сейчас о Краснове?!

— Занудный тип он. — Парень идти продолжает и говорит как ни в чем не бывает. — Как присядет на уши, так…

Дальше я не слушаю. Дальше я официально в шоке.

На паре сижу и стараюсь не отсвечивать лишний раз, чтоб к себе внимание не привлекать.

Если препод спросит что-то, то я ни на иностранном, ни на родном языке ничего промычать не смогу.

Настолько я сейчас потрясена.

Столько лет я была тайно увлечена Красновым, но даже мысли не проскочило капнуть поглубже и узнать о нем… например о родственниках.

Сейчас, как ворошить все воспоминания начала, так что-то в памяти повсплывало на счет этого Дмитрия.

Блин, главное, что сейчас даже спросить не у кого. Маринка в другой группе, а как раз она из нас двоих специализируется по части сплетен.

Да если бы даже и была она тут, я бы вряд ли начала у нее выпытывать про этого парня. Отношения у нас с ней в последнее время стали, мягко говоря, натянутыми.

По правде говоря, мне гораздо проще к Сафронову обратиться, чем к своей лучшей подруге.

Дожила. Докатилась.

Сегодня мне везет и на паре меня никто не трогает. Преподаватель уверен, что я как всегда готова, поэтому спрашивает остальных хотя и изредка в мою сторону косится. Я же выпрыгиваю из трусов в попытке привлечь его внимание, чтоб заработать очередную пятерку.

Вообще я и так несколько языков знаю достаточно свободно, потому что в свое время родители решили, что я должна учить географию по визам в своем загранпаспорте.

Уже под конец занятия я вспоминаю, что мне пришла смс-ка и тянусь за телефоном.

Прячу его под партой и читаю украдкой.

Это от Сафронова.

Морщусь уже от того, что вижу его имя на экране.

Источник моих бед решил напомнит о себе. Видимо ему кажется, что мало мне проблем.

“Приходи в столовку после пары”.

Ага, как же. С разбегу стартану.

В мои планы сейчас входит найти самый тихий и безлюдный угол в универе, чтоб спрятаться и бурю переждать.

“Сдаю проект на перемене”.

Мне совсем не улыбается снова оказаться в его окружении и тем самым подкинуть повод для новой порции слухов.

“Кто бы сомневался”.

Кривлюсь, когда его ответ читаю. Прямо вижу его кисло-ехидную рожу, с которой он ответ мне пишет.

Да и ну его.

Сразу как звенит звонок я выбегаю из аудитории несмотря на попытки моих одногруппников меня остановить.

Кажется слухи о моей “личной жизни” (точнее ее отсутствии, но об этом знаю только я) доползли и до нашей галерки.

— Лиза! — Тормозит меня Алина у самой двери. — Пошли вместе в кафетерий.

Эта девушка со мной ни разу не заговорила с первого курса, зато теперь чуть ли ни в тор заглядывает.

Им там сегодня в кафешке медом помазано.

— Мне учиться надо. — Обойти ее пытаюсь, но она мне дорогу преграждает. — Отойди.

— Это правда, что с тобой Сафронов встречается?

Ее выдержки и такта хватило на пять секунд. Дальше девушка становится больше похожей на себя и со мной через губу общаться начинает.

Алина смиряет меня оценивающим взглядом и усмехается.

— Ставлю свою сумочку (а она у нее эксклюзивная от очень известного бренда), что все это ложь. И распустила ее ты. — Она тыкает мне пальцем в грудную клетку с такой силой, что я на шаг назад отступить вынуждена.

— Я не…

Себя оправдать пытаюсь хотя знаю заведомо, что это гиблое дело.

От досады хочется как можно быстрее отсюда выбежать, потому что я приблизительно знала что все так и будет.

А хуже всего то, что это только начало.

Я прямо вижу, как сюда слетаются и меня окружают поклонницы Сафронова, которые сегодня (по их мнению) вычеркнули своего кумира из списка “завидных холостяков”.

Неожиданно для всех (и для меня тоже) позади Алины вырисовывается массивная мужская фигура.

— Ты?! — Хмурюсь и на парня смотрю.

Его то точно я не ожидала сейчас увидеть тут.

— Ты проиграла. — Пока никто не понимает, что происходит и не успевает сообразить, он срывает с плеча Алины сумку и вытряхивает ее содержимое на пол.

По аудитории разносятся охи, ахи и вздохи.

Немая сцена.

— Ты что…?! — Алина стремительно оборачивается и уже готова разнести дерзкого нарушителя ее спокойствия в пух и прах, но не тут-то было.

Девушка затыкается, как только видит кто перед ней.

— Дима? — С придыханием произносит и смотрит на лучшего друга Сафронова как на божество. — А что ты… это ты…?

Парень же на нее вообще внимание не обращает. Аккуратно, но напористо отодвигает Алину в сторону как какой-то предмет мебели и ко мне подходит.

— Пошли. — Берет за руку и за собой тянет. А пока я в шоке и не могу сориентироваться в пространстве мы успеваем пройти добрую половину пути.

Да, я тормозок. Да, я знаю.

— Куда? Куда ты ведешь меня? — В себя прихожу и останавливаюсь.

Парню ничего не остается как отпустить мою руку.

— Тебя Рома внизу ждет.

Произносит с таким выражением лица как будто это всё объясняет.

Ничего подобного.

— Я ему сказала, что у меня дела.

— Знаю, но вижу, что твои дела закончились и теперь ты свободна. Так что пошли. — Парень снова пытается ухватить меня за руку, но я ловко уворачиваюсь.

Да щаззз!

— Ага. Минуточку!

Понимаю, что от секунданта Романа мне никуда просто так не деться, потому что его лучший друг будет преданно выполнять любую команду, поэтому ставлю на хитрость.

— Мне в дамскую комнату надо. — Улыбаюсь. — Но ты меня не жди, а то со стороны это странно выглядеть будет. Как будто ты меня сторожишь!

Ну, Лизка! Дожилась, докатилась!

Скажи мне, что тебя два самых крутых перца во всея универе преследовать будут, я б ни за что не поверила.

— Я не…

— Ага, ты не сталкер! — Глаза закатываю и патаюсь поставить парня в неловкое положение.

По-любому нас окружающие слышат и он не может попустительски относиться к своему имиджу.

Дима должен отступить.

И, о бинго!

— Ладно. Спускайся вниз. Рома тебя ждет.

— Обязательно! — Улыбаюсь так, что скулы сводит и жду пока дружбан моего “парня” (или какой там у Ромашки сегодня социальный статус) скроется за углом.

А потом быстренько бегу в противоположную сторону.

На волне эйфории убегать мне кажется чем-то веселым, но настроение быстро опускается до нуля.

Сейчас, когда все обращают на меня пристальное внимание, мне еще больше хочется стать незаметной.

Меня очень устраивал мой статус невидимки, который резко изменился за последнюю неделю.

Теперь я вынуждена прятаться. Пока не проясню что задумал Сафронов.

Этот человек как закрытая книга для меня.

“Ты меня избегаешь”.

На мобильный приходит смс, и я отчетливо понимаю, что это от Ромы. Сто процентов ему кто-то доложил где я и что я.

“Не могу справиться с обрушившейся на меня славой”.

Надеюсь, что сквозь электронные строчки отчетливо читается мой сарказм.

“Привыкнешь”.

Смотрю на это сообщение как баран на новые ворота и первый раз в жизни не знаю что ответить. Не то, чтоб мне смелости не хватало придумать нечто едкое, а потом бойко промолчать. Нет. Я в ступоре.

У меня моментально возникает тысяча вопросов, и я не могу победителя выбрать. Хотя лидирует “Почему?”.

Почему я должна к такому привыкать?!

Блокирую телефон и в сумку убираю. Достаю фитнес батончик, который у меня припасен на случай внезапного приступа голода (потому что, сидя в библиотеке допоздна, я вспоминала, что мне надо поесть после того, как мой желудок пел серенады еде на весь зал)

Ладно.

Сдаюсь.

Поддаюсь соблазну и любопытству. Достаю мобильный, разблокироваю и печатаю.

“Почему?”.

“Теперь все знают, что мы встречаемся”.

Моментальный ответ приходит. Это происходит так быстро, как будто Сафронов не выпускает из рук телефон. Буквально дежурит над сообщениями.

Несколько раз перечитываю написанное, а потом нервно смеюсь.

Нет, этого быть не может.

“Надо сказать всем, что они ошибаются”.

Медлю перед тем, как отправить свой ответ. Как будто от этого решаться мое будущее будет.

Затаив дыхание жду, что Рома ответит. Но как раз именно сейчас он молчит.

Словно испытывает мое терпение.

“Не надо”

Что?! Что за…?!

Как это понимать?!

“Не надо” что? Не надо всем говорить? Или не надо говорить, что ошибаются (потому что не ошибаются)?!

Если бы у мен я была дурная привычка грызть ногти когда я нервничаю, то я сейчас бы сточила весь маникюр под корень.

Но у меня другая привычка — докапываться до сути проблемы, если я ее не понимаю.

Хватаю сумку, запихиваю внутрь батончик и на всех парах несусь в столовку.

Пока не передумала. Пока смелость и отчаяние правят моим мозгом, а здравомыслие ушло в отпуск.

Рома дёргает за ниточки как заправский кукловод и я против воли делаю то, что делать не хотела и не собиралась.

В результате я оказываюсь в столовке (где полно людей), где все так и ждут моего эпического появления.

Привычный гул смолкает. Воцаряется гробовая тишина.

Я буквально чувствую как все взгляды ко мне прикованы пока я иду к столику, где Рома сидит.

Сидит как будто ничего не произошло. Я зуб даю, что он знает о моем появлении, но при этом бровью не ведет.

Парень общается с Димой (моим новым телохранителем) и оборачивается только когда я со всей силы обрушиваю сумку на стол. Так, что тарелки подлетают.

— Я тебя заждался.

Рома ведет себя как будто так и надо.

— Ты рано, Лиза. Думал, что ждать придется дольше.

Он издевается.

Это понимаю я. Это понимает его друг, но для всех остальных передо мной сидит идеальный герой-любовник.

— Не могла больше ни секунды вдали от тебя! — Выдаю строчку из какого-то классического романа, что учила наизусть.

А еще говорят, что чтение в современном мире бесполезно.

Б-ха-ха. Смотрите и учитесь. Классика бессмертна.

Приземляюсь к парню на колени и обхватываю его шею руками. Сафронов сам затеял игру и не рассказал мне о правилах. Я импровизирую.

— Что ты делаешь? — На ухо раздается шепот, и я в этот момент улыбаться стараюсь.

Сафронов не ожидал от меня такой прыти?! Ну так не надо загонять человека в угол.

— Подыгрываю тебе.

У меня скулы сводит от того, что я лучезарно улыбаюсь как на приеме у британской королевы.

— Я не играю. — В ответ слышу и стараюсь виду не подать.

Кажется, Рома заразился от меня вчера.

Медленно перемещаю ладошку ему на лоб. Вроде температуры нет. Тогда почему он этот бред несет?!

— Можешь сколько угодно играть роль принца, но я тебе не верю.

Улыбка все еще не сходит с моего лица, но я начинаю терять самообладание. Эта шутка затянулась, поэтому я привстаю, чтоб пересесть, но Рома меня удерживает.

Рывком на место возвращает, и я обрушиваюсь ему на колени.

— Ой! — От неожиданности выдаю, и все зеваки снова взгляды на нас переводят (хотя вряд ли они отвлекались в последнее время на что-то другое).

— Об этом мы в другой раз поговорим. — Рома шепотом мне на ухо произносит и от горячего дыхания по коже разбегаются мурашки.

Так, что я напрягаюсь и ногтями впиваюсь парню в кожу. Наше объятие перестает быть таким невинным, когда Сафронов немного морщится от боли.

Но я не специально.

— А сейчас? — На выдохе шепчу.

— Сейчас узнать хочу… — Пока он говорит тихо я превращаюсь в оголенный нерв. Забываю, как дышать. Забываю где я и что я. — … Сегодня у меня?

Да за кого он меня принимает?

От возмущения вспыхиваю и интуитивно отдалиться пытаюсь, но он снова не даёт. Как будто каждый мой шаг наперед предугадывает.

Мне время требуется, чтоб собраться с силами и звучать уверенно, категорично.

— Нет. Я хочу спать в своей комнате.

То, что это сарказм понятно, кажется, только мне.

— Звучит как приглашение, Зубрила…

Все ясно. Он надо мной издевается. Еще и смотрит, не скрывая ухмылку.

Так и хочется его пнуть незаметно, чтоб эту улыбку наглую с лица стереть.

Вместо этого я предпринимаю еще одну попытку встать и на этот раз Сафронов мне не мешает. Выпускает из кольца своих рук, и я тут же вскакиваю.

Смотрю на эту самодовольную морду, хочу что-то едкое сказать, но понимаю — за нами все вокруг наблюдают.

Хватаю сумку, молча разворачиваюсь и ухожу.

— До вечера. — Прилетает мне в спину, но я не оборачиваюсь. Наоборот ускоряюсь.

Как от огня бегу от Романа Сафронова, и в это же время слышать продолжаю:

— Что он в ней нашел?

— Экспериментирует?

— Видимо все красотки в универе закончились, а не безрыбье и рак рыба.

Незнакомые мне люди (которых не знаю я, но они знают меня) не упускают возможность почесать языками.

Стараюсь не слушать эти уничтожительные слова и не воспринимать это на личный счет. Люди могут быть такими жестокими.

Раньше я себя прекрасно чувствовала в образе невидимки, но сейчас даже таракан, кажется, знает кто я.

На лекциях (до начала занятий, после и даже во время) другие студенты не стесняются обсуждать меня. И они же понимают, что я это слышу, но разве такая мелочь их беспокоит?!

Жду, что Марина встанет на мою сторону, но подруга садится подальше (на другое место) и делает вид, что не знает меня.

Не знаю откуда я силы нахожу, чтобы высидеть весь день в универе, но под конец учебы уже мечтаю закрыться в комнате и не выходить. Не хочу никого видеть и слышать.

Когда у себя оказываюсь, то в первый раз за день сконцентрироваться получается. Сажусь за книги, погружаюсь в учебу и не замечаю как пролетает время.

Спохватываюсь, когда слышу стук в дверь и сначала думаю, что это Маринка. По привычке. Чуть позже вспоминаю как она себя вела весь день и понимаю, что это вряд ли она. И уж тем более не пришла мириться.

Точно! Там же еще Сафронов обещал объявиться, но разве его словам верить можно?

— Кто там? — На всякий случай интересуюсь прежде, чем дверь открыть.

По ту сторону, в коридоре, тишина. Слышится суета, но и она скоро пропадает.

Осторожно открываю дверь, выхожу и оглядываюсь, когда никого не вижу.

Странно это все и подозрительно.

Уже собираюсь зайти обратно к себе в комнату, как замечаю на двери надписи.

Она вся исписана гадостями, и они все в мой адрес направлены.

Многие слова настолько обидные, что на глаза слезы наворачиваются, когда я это все читаю. Знаю, что не такая как тут написано, но это сильно задевает.

Кто бы это ни сделал, он (или она) скорее всего за мной в этот момент наблюдает. Поэтому я стараюсь в руках себя держать.

Возвращаюсь в комнату, закрываю изнутри замок и только там даю волю чувствам.

Во всем этом Сафронов виноват. Дурак!

Беру в руки телефон и пишу ему сообщение.

“Надо поговорить”.

Он же там ко мне в комнату собирался пробираться, ну так теперь я его уже сама реально жду.

Хотя мне и обычного звонка будет достаточно.

Мне есть что сказать этому ненормальному.

Слов я сегодня на него экономить не буду.

“Ты серьезно?”.

“Да”.

Мы оба понимаем, что его слова и мои — не шутка.

«Значит я скоро приеду.»

Что?! Нет. Я не это имела в виду. То есть это, но я все равно считала, что в самую последнюю минуту Сафронов даст заднюю и сошлется на весьма реальное обстоятельство: в такое время в общагу никого не пускают.

Это же куда разумнее, чем ехать ко мне! Правда?!

Да и зачем ему это надо?!

Начинаю дико нервничать и даже пока что не понимаю комичность ситуации из-за нахлынувших чувств.

Печатаю ему свой категоричный ответ, а потом решение меняю.

Хм. Если хочет, пусть приезжает.

Ну вот реально.

На это даже интересно будет посмотреть.

Комменда его точно не пропустит и устроит скандал.

Этот скандал и его позор будет моей маленькой местью.

Представляю как после этого в универе злопыхатели запоют.

Те, кто исписали мне дверь, захлебнутся собственной завистью ведь он ко мне попытается пробраться, а не к ним.

«Хорошо». Отправляю это сообщение и почти сразу жалею о сделанном.

Начинаю наматывать круги по комнате в ожидании.

Это почему-то так волнующе.

Подхожу к окну, когда слышу как машина останавливается.

Это Сафронов. На такси приехал.

Надо же, не прошло и пяти минут.

Не могу удержаться от того, чтоб пропустить это шоу. Поэтому решаю быстренько спуститься на первый этаж, чтоб подсмотреть как все происходить будет на входе.

Немного мучает совесть, что я так с ним поступаю, но Рома сам напросился. Его же совесть ни за что не мучает. Он мне тут такие приключения на ближайшее будущее обеспечил, что мои выходки — ягодки.

В итоге спускаюсь. Затаиваюсь в углу.

Жду я, жду, а ничего не происходит.

Не этого я ведь ожидала, так что слегка разочарованная возвращаюсь к себе в комнату. Погружена в мысли, пытаюсь понять что произошло… и поэтому не сразу замечаю мощную фигуру на своей кровати.

— Ох, блин! — Вскрикиваю и за сердце хватаюсь. Та и до приступа не далеко.

Дальнейшее происходит слишком быстро.

Прежде чем я понять успеваю, что сейчас происходит, этот человек возле меня оказывается. И еще до того как пискнуть успеваю, он зажимает мне рот рукой.

— Тихо. — Над ухом раздается знакомый голос и на мгновение мне становится легче.

Это Стас. Это не какой-то там отморозок, который может со мной сделать не весть что. Это же Сафронов.

Стоп. А что ему мешает сделать что-то мне?

От одной этой мысли вырываться начинаю как будто моя жизнь поставлена на кон.

— Ты зарядила мне по колену! — Зло цедит шепотом (и это значит, что если бы он кричать мог, то кричал). — Бешеная!

— Как ты тут оказался?!

Отскакиваю на несколько шагов назад, когда его хватка ослабевает.

Он на меня со злость смотрит, а я на него с опаской. И все это происходит на расстоянии метра, потому что больше нам дистанцироваться друг от друга размер моей комнаты не позволяет.

— Ты сама позвала меня!

Роман на меня реально как ненормальную смотрит.

Долго и непонимающе смотрит. Так, что я реально думать начинаю, что дело во мне.

— Я… э-э-э… да! — Свои косяки признавать надо. — Звала.

Нервно улыбаюсь, потому что мой коварный план обернулся полным провалом. По итогу в дураках (точнее дурах) осталась я, а не Сафронов.

(Готова поспорить, что как раз Ромочка после такого может поставить под сомнение мои умственные способности).

И почему я почти всегда при нем себя дурочкой выставляю?!

— Как ты сюда попал? — Голос понижаю.

— Через окно.

Перевожу туда взгляд и понимаю, что из-за суматохи даже не заметила как тут холодно и как на ветру немного колышется шторка.

Роман следит за моим взглядом и потом заявляет:

— У тебя слишком жарко. Решил проветрить.

— Ну спасибо. — Недовольно бурчу и иду к двери на балкончик, чтоб ее закрыть. — А то, что я прошлой ночью лежала с температурой уже ничего не значит…

Ожидаю извинений, но вместо этого слышу гортанно-мечтательное:

— О-о-о. Прошлой ночью-ю.

Дурак! Какой же он дурак!

— Скажи мне! — Резко оборачиваюсь, чтоб выплеснуть на парня все свое недовольство, но пропускаю тот момент, когда он сокращает между нами расстояние до минимума. — Зачем ты это делаешь?

Сглатываю и последние слова не так уверенно произношу.

Все же странно и невозможно сохранять равнодушие, когда я понимаю, что он так близко.

Когда сердце чаще начинает биться и в висках пульсирует.

Когда дыхание сбивается и мысли путаются.

Когда я чувствую его дыхание на своей коже и от этого пересыхают губы.

Когда я что-то сделать хочу, но понимаю, что превратилась в статую.

Немею рядом с ним. Замираю и чего-то жду.

Я не могу ничего сейчас, поэтому следующий шаг за Сафроновым.

Глупо было бы считать, если б Сафронов не воспользовался возможностью.

Стоит в непозволительной близости от меня и усмехается.

Ему весело, а остатки самообладания теряю.

Пытаюсь расстояние между нами увеличить, но это крайне сложно сделать.

Видимо у меня одни план действий, а у него другой.

Я кладу урки ему на грудь и пытаюсь разорвать ту близость, что возникла, но все по нулям.

Проще договориться с Временем или сдвинуть с места Скалу.

— Это уже не смешно! — Выдаю нервно и только тогда Рома становится чуть более серьезным.

С лица исчезает ухмылка.

— Я не понимаю зачем ты это все делаешь!

— Пришел, чтоб мы закончили работу над заданием.

Смотрю на него “так я тебе и поверила” взглядом.

— Как будто тебя волнует учеба…

Парень чуть с ответом медлит и как будто решает говорить мне или нет то, что у него в голове.

— Мне как бы не особо хочется быть исключенным за семестр до выпуска. — Бросает небрежно, но я чувствую, что за этими словами скрывается что-то более важное. — Краснов может сделать так, что нас не допустят к экзаменам.

Сглатываю. Такое мне и в страшном сне не снилось.

— Тогда попросим твоего друга помочь. — Волнение в голосе скрыть стараюсь.

Я б вообще предпочла не думать о крайностях.

Сафронов смеряет меня взглядом, в котором отчетливо читается что он обо мне в данную минуту думает — недалекая. Такой как он ни за что не будет ни о чем подобном никого просить.

— Ладно. Допустим я верю в твое рвение учиться, но я все равно спрашивала не об этом. — Парень смотрит на меня с вопросом во взгляде. — Зачем говоришь всякий бред о том, что мы встречаемся?!

Справляюсь со стеснением и теперь в моем голосе все больше чувствуется возмущение.

— Серьёзно не понимаешь?!

Его вопрос немного неловкий и то, на что Рома намекает, снова дезориентирует меня.

— Только не говори, что я тебе нравлюсь. — Фыркаю нервно.

Он молчит, и эта пауза излишне затягивается. Я стараюсь смотреть куда угодно только б глаза на него не поднимать, но всем своим нутром ощущаю как Сафронов блуждает по мне пристальным взглядом.

— Ну ты… интересная. Своеобразная.

От неожиданности сказанных слов я удержаться не могу и все же против своей воли поднимаю на него взгляд. Не совсем то, что я рассчитывала услышать (скорее думала, что Роман будет смеяться и теперь уже вслух скажет, что считает меня тупицей).

А так это почти комплимент от него что ли?!

— Но я не поэтому сказал и сделал то, что сделал.

Почему этот человек говорит постоянно загадками. Почему он вроде произносит слова, но они лично для меня не несут никакого смысла?!

— Как это понимать?

— Нас слишком часто видят вместе и поэтому пошли слухи.

Сафронов разминает плечи и становится прямо. Теперь он мне кажется настолько высоким, что голову задирать приходится, чтоб заглянуть ему в лицо.

— О тебе постоянно ходят слухи. Ты к этому разве не привык?!

Пусть он мне тут про слухи голову не пудрит.

— Я привык, а ты?

Рома сейчас так пытается сказать, что меня защищает? Ну глупости же. Зачем это ему?!

— Слухи утихнут, если их не подкреплять.

— Слухи утихнут, а вот “слава” останется, но если ты хочешь, чтоб о тебе говорили то, что сейчас говорят… я могу сказать, что мы расстались.

— Или то, что мы даже не встречались. — Бурчу пока обдумываю его слова и до меня смысл сказанного доходит. — А что про меня говорят? Я ничего не слышала!

Точнее я ничего нового не слышала, потому что сплетнями о том, что я тайно (типо уже даже не тайно) влюблена в Сафронова и помешана на нем меня не удивить.

— Говорят, что я с тобой просто развлекаюсь. Типо встречи на раз и ничего более, а ты и на такое согласна.

— Ничего подобного! — Взрываюсь от возмущения.

— Кто-то из универа видел как ты поднималась вчера ко мне и видимо они даже потрудились подкараулить нас до утра, чтоб увидеть как ты выходишь.

Не понимаю как он об этом узнал.

Рома видит, что у меня в голове куча вопросом и не дожидается пока я их озвучу. Продолжает говорить.

— Мне прислали наводку пока мы ехали в универ.

— Но мы же просто учились. — Мямлю сдавленно.

— И в это конечно все сразу поверят. — Сафронов смеется. Заразительно и громко. — Вот если бы ты с батаном каким-то была, то никто бы лишних вопросов не задавал. Но я по ночам не за книгами сижу.

Смотрит на меня многозначительно, и я понимаю, что он прав.

— Давай скажем про отработку для Краснова?

— Нет. — Категорично и резко отрезает парень. — Об этом наказании никто знать не должен!

Вижу, что он реально имеет это в виду. Серьезно говорит и вид такой у него, что он бы не шутил.

— Ага. То есть пусть лучше думают, что мы вместе?

Это же абсурд. Разбудите меня уже наконец!

— Быть со мной не так уже и плохо. — Пропускаю мимо ушей его самоуверенные слова.

— А что, если о нашем наказании уже знают другие? — На Маринку намекаю.

— Твоя подруга будет молчать.

Сафронов так уверенно говорит, что я верю охотно и не спрашиваю.

Будет так будет Маринка молчать. Если надо, то и я тоже буду.

Все сделаю, лишь бы Романа из себя не вывести, а то его состояние вызывает во мне нездоровые подозрения.

— Марина не из тех, кто…

Он не дает мне договорить. Прикладывать палец к губам и я замолкаю.

— Все делают, что я скажу.

Последние слова — важное дополнение.

У Сафронова голос и взгляд в этот момент меняются.

Становится голос таким пронзительным, пробирающим.

— Все. Кроме тебя.

Сглатываю.

Его последние слова внимание привлекают, потому что кажется, что они звучат в звенящий тишине.

Смотрю на парня и понимаю, что он всерьез все это говорит. Но для меня самое важное — смысл сказанного, а этого я сейчас не улавливаю.

Наверное его злит, что я не скачу на задних лапках и не пытаюсь выделиться из толпы, но я всегда ориентировалась на учебу, а не на парней. Тем более не на таких как Сафронов.

— Ты не такая как все, Лиза, и мне это нравится.

К щекам приливает кровь. В висках стучать начинает. В груди все перехватывает, потому что я слышу то, чего никак не могу.

— Это не смешно.

Делаю усилие над собой и пробую оттолкнуть Рому. Мне срочно нужно пространство. Мне нужен свежий воздух, потому что голова сейчас кругом.

— Совсем не смешно. — Повторяет тихо мои слова, но в этот момент голос парня слух режет. По нервам бьет так, что я вздрагиваю.

— Если это твоя какая-нибудь шутка…

Я теряюсь. Я смущаюсь. Я просто не знаю как себя вести, потому что в подобной ситуации я впервые.

— Думаешь я хочу, чтоб мне нравилась такая как ты?

Эти слова меня немного в чувство приводят.

— Это сейчас комплимент был или ты меня оскорбил? Мне приятно должно стать или тебе врезать?

Последние слова сами собой вырываются, и я жалею, что произнесла их. Смелости у меня, конечно, ни на что подобное не хватит. А вырвалось лишь потому, что я немного разозлилась.

Как будто я недостаточно хороша для него.

Сглатываю и невольно прохожусь языком по пересохшим губам, а потом бросаю быстрый взгляд в небольшое зеркало.

Конечно, я не модель. Обычная девушка, но сейчас резко вскипает адреналин и хочется ему доказать, что я тоже парням могу нравится. И не просто каким-то парням, но и таким как Сафронов.

— Я…

Он начинает и запинается, сталкиваясь с моей мимолетной яростью.

— Давай учиться, ты же сюда за этим пришел? — Вскидываю бровь и делаю над собой усилие. Иду вперед и выгружаю на стол стопку книг, которые нам нужны.

— Как твое самочувствие? — Пока я занимаю себя по максимуму не самыми важными делами, Сафронов наблюдает за мной и я это чувствую.

— Все хорошо. — Обрывисто произношу и слишком резко поворачиваюсь, чтоб взять с боковой полочки справочник и моя вестибулярка сбоит.

Чуть покачиваюсь на месте и рукой за стол хватаюсь, чтоб равновесие восстановить. И сразу же, практически в этот момент, чувствую что парень рядом оказывается и обхватывает меня руками за талию.

Замираю.

Слишком много физического контакта. Слишком близко тоже.

— Тебе надо сесть.

Он прав. Мне реально надо сесть, потому что я чувствую слабость резкую во всем теле из-за его присутствия.

— Угу. — Киваю и одновременно горло прочищаю.

Украдкой смотрю на него пока делаю шаг в сторону и опускаюсь на кресло возле стола и неожиданно вижу во взгляде Романа растерянность и беспокойство.

— Давай…

— Может тебе…

Начинаем одновременно и так же вместе замолкаем.

— Давай быстрее все сделаем, а я то я устала сегодня и не против лечь спать чуть раньше вчерашнего. — Продолжаю я так и не узнав, что он хотел сказать.

Отшутиться пытаюсь, но получается нервно.

— Если ты себя плохо чувствуешь, то мы можем прямо сейчас лечь спать, а доделать все завтра. Правда тогда придется прогулять часть лекций.

В его предложении меня смущает все.

Мы можем лечь сейчас спать?! Это как он себе представляет?

Я буквально чувствую как у меня щеки пунцовыми становятся, хотя разве это уже в первый раз будет?!

Во-вторых, я не поняла на счет завтра: это мы лекции прогуляем, а потом снова ночь сидеть над книгами будем?

Надо соображать быстро, потому что Сафронов на меня смотрит выжидательно, но я конкретно так торможу.

— Никаких завтра. — Спохватываюсь. — Давай наоборот все сделаем сегодня, чтоб ничего на завтра не оставлять. Сделаем все и забудем. И все будет нормально. Каждый вернется к своей жизни и к себе домой.

Да, последний факт меня очень беспокоит. Как-то слишком бесцеремонно и как будто так надо в последнее время Сафронов нарушает мое личное пространство.

И еще ведет себя как будто в этом ничего такого нет.

— Не так быстро, Зубрила. — В ответ на мои триста тысяч слов в секунду парень усмехается. — У нас еще презентация впереди, так что нам минимум еще пару дней тусоваться вместе. А уже дальше посмотрим кто к кому домой вернется.

И подмигивает мне нагло, что я дар речи теряю.

Вот нахал!

Уже глубокое, позднее утро.

Я сижу на кровати как будто не спала и тру глаза.

— Ты почему еще тут? — Кошусь на Романа, который выглядит не лучше меня.

— Уснул. — Он тоже глаза трет и сразу закрывает, как солнечные лучи ему на лицо падают. — Почему не разбудила?

Видит, что я мягко скажем недовольна происходящим, поэтому из глухой обороны он в атаку переходит.

— Сваливай побыстрее. — Нет у меня сил с ним спорить. — Пока никто не видел.

Я от силы спала три часа, а проснулась по будильнику.

Если мои подсчеты верны, то до начала занятий у меня осталось максимум минут двадцать.

Собираю разбросанные вещи на полу. Запихиваю вроде бы нужные книги в рюкзак.

Так-с. Маринка упрекнула меня, что я была во вчерашней одежде…

Иду к шкафу и принципиально беру оттуда новые шмотки. Они не сочетаются, но мне фиолетово.

— Почему еще тут? — Недовольно бурчу пока наблюдаю как Сафронов медленно, покачиваясь встает с кресла, на котором спал все это время.

Парень неспеша кочует вперед, а мне просто не терпится спровадить его, выписав волшебный пинок.

Но с Его Величеством я так могу поступить исключительно в своем воображении.

— Потому что я еще спать собираюсь. Ты иди, если надо. Я потом тебе ключ занесу.

Застываю на месте как стояла.

Передо мной картина маслом и это похоже на издевательство.

Это тело по имени Роман вместо того, чтобы достойно нести свою тушку в сторону коридора, плетется к моей кровати и в чем было обрушивается вниз. Прям вот так — мордой в подушку.

— А я думала ты привык шляться по клубам и не спать по ночам. Слабак.

Кроме моральных страданий (если он еще не уснул и слышит) я все равно ему ничего сделать не могу.

Ну не стаскивать же это тело на пол и тащить к двери?! Это в фильмах все так легко, а я пакет из супермаркета с продуктами на неделю с трудом доношу за один раз.

Хотя…

Плохие идея приходят в голову первыми, поэтому я верчу головой по сторонам в поисках выхода. И нахожу его!

Хватаю вазу, в которой стоят цветы, которые нам дарили по какому-то поводу года пол назад и, не долго думая, опрокидываю все содержимое на его наглую рожу.

Заслужил.

Вот реально заслужил!

Заслужил же?

С каждой секундой я не так уверена, но что сделано, то сделано.

— Ты спятила?!

Парень как ошпаренный с места подскакивает и на лице уже ни намека на сон.

Метод круче будильника. Советую.

— У себя спать будешь. — Пытаюсь не показать как сильно растерялась из-за его бурной и излишне эмоциональной реакции. — Заодно ключи не надо будет мне никуда заносить. Не благодари.

Прежде чем наш отморозко успевает оттаять от шока, я хватаю его вещи (что на глаза попадаются) и со скоростью стрелы лечу к двери.

Открываю. Выглядываю наружу.

Судя по всему, сегодня мой день, потому что там никого.

Каковы шансы такого везения? Правильно, минимальны, но ведь и вилы раз в год стреляют.

— Ты с дуба рухнула? — Орет Сафронов пока за своими шмотками как родненький вылетает.

— Не угадал. — Захлопываю дверь перед его носом. — Всего лишь ночь с тобой провела. Это заразно.

Тут же жалею, что это произнесла.

А вдруг кто-то услышит и не так поймет.

Ой! Сразу же смахиваю эти никчемные мысли и выжидаю несколько секунд.

Надеюсь, что за это время Сафронову хватило ума свалить куда-то подальше, чтоб его никто не увидел возле моей двери?!

В любом случае, была не была.

Открываю дверь и важно вперед шагаю. С невозмутимым выражением лица (на всякий случай) по сторонам оглядываюсь немного.

Периферическим зрением отмечаю, что за время изгнания Сарфнова из моей комнаты в коридоре поприбавилось народа, но никто из них не выглядит шокированным. И тем более никто не тычет в меня пальцем.

Значит миссия под гордым кодовым названием “Выпни мажора под зад из комнаты” завершилась удачно.

То и настроение добавляет, и является спонсором улыбки на моем лице.

Но ровно до того момента пока я не оказываюсь в аудитории на нашей первой лекции.

Там, в тесном пространстве на сто двадцать человек из моего потока, никуда не скрыться от… Марины.

Судя по выражению ее лица, что-то случилось.

Судя по тому, что она коршуном смотрит и идет на меня, как будто протаранить собирается, это имеет отношение к моей скромной персоне.

— Ты же говорила, что между вами ничего нет! — Налетает сходу, что я аж теряюсь.

Пока “въезжаю” о чем она, подруга достает из кармана телефон и буквально тычет им в лицо.

Перехватываю ее руку. Немного назад отвожу, чтоб картинка не расплывалась перед глазами, хотя я и так знаю что там увижу.

— Почему Сафронов утром выходил из твоей комнаты? — Она чуть ли не слюной брызжет от негодования, а я понимаю, что обречена.

Это громкий провал.

При чем с треском.

Кто-то сфоткал его утренний путь позора из моей комнаты и выложил в чат универа

Хочу попросить её говорить тише, потому что в этот момент в аудиторию вваливается толпа других студентов, но они как раз-таки меня и спасают.

Оттесняют Маринку и подруга вынуждена сесть на другое место. Часть из студентов сразу же места занимает и косые взгляды в мою сторону бросает. Потом слышится шепот, и я улавливаю свои имя и Ромино.

Легкая передышка.

Странное ощущение, но мне уже не привыкать быть в центре сплетен.

У меня есть время, чтобы что-то придумать пока идёт лекция.

В голове ни одной мысли как назло, только шок, который не проходит никак.

Я испытываю чувства, похожие на обречённость. Просто-напросто выхода не вижу.

Еще и Маринка меняется с девочкой, которая рядом со мной сидит.

Пихает меня локтем в бок, чтоб внимание привлечь и бровями играет. Мол, ну что, рассказывай.

— Общаться во время перерыва будете. — Это подмечает препод и делает ей замечание.

Снова пронесло, но ненадолго.

В сумке вибрирует телефон и когда я достаю мобильный, чтоб под партой сообщение прочесть, то понимаю, что оно от Романа.

И, нет, не с извинениями.

Может он не знает, что вокруг говорят?

«Буду ждать тебя после пары»

Пока никто не видит я отвечаю.

«Зачем?»

Боковым зрением улавливаю, что Маринка наблюдает. А с ее орлиным зором так и небось читает тоже.

«Два дня осталось, не забыла?! Плюс, сделаем вид, что у нас свидание».

Ну что за наглец! Прям представляю, как он сейчас лыбится самодовольно, потому что каким-то образом у него всегда верх надо мной брать получается.

Сначала думаю не отвечать, но потом идея получше приходит.

Теперь уже я Маринку в бок толкаю и показываю ей сообщение. Тщательно слежу за реакцией.

А она есть.

Черты ее лица смягчаются, хоть она и смотрит на меня недовольно, когда мобильный возвращает.

— Он вид делает, видишь?! — Шепчу ей, рискуя быть выгнанной из аудитории.

— Ла-а-дно. — Одними губами тянет она.

Наконец-то. И года не прошло.

Одной проблемой меньше.

— Ты пойдешь?

— Нет, конечно. — Морщусь.

Сейчас я меж двух огней. Только с Маринкой помирилась и не собираюсь рисковать ради «учебы на переменке».

Да за это время даже ничему особо и не научишься.

Демонстративно убираю свой телефон обратно, чтобы Маринке спокойнее было.

С Сафроновым уже потом разберусь.

Вообще, это можно считать, что я одним камнем двух птиц сразила.

На переменке мы выходим в парк, чтоб попить кофе. Заодно скрыться от любопытных глаз посторонних.

— Людям только бы посплетничать. — Недовольно фыркает подруга.

Как мило, что она себя не относят к их числу. Но от язвительного комментария я удерживаюсь.

Пока гуляем и ждём следующую лекцию, встречаем компанию парней во главе с Димой.

Они над чем-то смеются, толкаются по-дружески и ни на кого вокруг не обращают внимание. Пока за меня взглядом не цепляются…

В одночасье и говорить тише начинают, и вести себя не так буйно.

Дима отделяется от них и вальяжным шагам, засунув руки в карманы, идёт к нам.

Тут хочешь не хочешь приходится остановиться.

— Тебя же Рома ждёт. — Спокойно произносит парень, но я под его взглядом чувствую себя как нашкодивший щенок. Ещё и на Маринку он смотрит с каким-то подозрением и неодобрением.

А последняя глаза отводит, слегка губу закусывает и улыбку скрыть пытается хитрую.

— Я занята. — Произношу невозмутимо. Еще не хватало оправдываться. Он даже не Рома, чтоб мне что-то предъявлять.

— Ага. Вижу. — По надменной интонации Дмитрия понятно, что он на самом деле думает.

Загоняюсь на этот счет немного, а потом думаю: да ну его!

— А ты откуда знаешь? Ты его личный секретарь и составляешь план на день?

Таким как Сафронов и его окружение палец в рот не клади, а то по локоть откусят. Поэтому в обиду себя не давать надо с самого начала было.

Я с этим немного припозднилась, поэтому ребята и думают, что могут крутить и помыкать как хотят.

— Он с нами не пошел, потому что тебя ждет. — Произносит парень и, честное слово, делает это так, как будто вот-вот закатит глаза из-за моей несусветной тупости.

А потом резко ко мне интерес теряет.

— Идём! — Своим друганами бросает и те лишь усмехаются небрежно, свое превосходство показывая, и уходят.

Теперь я уже не так уверена, что правильно поступила. Становится чуть стыдно.

— Ты только посмотри на них. Что они о себе возомнили?!

Маринка идет и недовольно бурчит, пока я незаметно для нее пытаюсь нащупать телефон.

Хочу написать Роману, чтоб не ждал.

«Я тебя жду и начинаю терять терпение».

Хлопаю глазами, когда читаю новое смс от него.

«И кто тебе ждать сказал?! Я не приду. Не хочу делать вид, что с тобой встречаюсь».

Довольная собой и тем, как я типо спустила Сафронова с неба на землю, спешу догнать Маринку, которая вырвалась вперед и почти дошла до наших лавочек.

Мне остается буквально несколько шагов пока я в шоке не замираю.

От Романа еще одно сообщение приходит.

«Ладно. Уговорила. Тогда пошли на настоящее свидание».

— Лиза! — В эту же секунду меня Маринка окрикивает и смотрит пристально. Взглядом сканирует. — Что случилось? Кто тебе пишет???

Я слишком медлю с ответом. И кажется мне, что пауза сильно затягивается и Маринка уже начинает что-то подозревать.

— Это из визового центра. — Вру на ходу и в то же время прячу телефон обратно. — Просят еще документы для открытия визы!

Подруга ведется, потому что это не первый раз, когда эта контора просит меня что-то довезти.

— Ты можешь ехать, я тебя прикрою. — У Маринки в ту же секунду как будто настроение поднимается. — От этого же зависит сможешь ты поехать учиться или нет.

Она воодушевлена больше чем я. Мне даже стыдно становится, что я не радуюсь в такой мере, как за меня другие.

— Со мной не так что-то?

— Да все нормально. — Очень неловко мне становится из-за того, что вру. — После занятий поеду туда.

— Лиза!

Вскакивает со скамейки и идет ко мне. Во взгляде подруги неодобрение.

Вот всегда она так. Прекрасно знает, что я еще не определилась, но ведет себя как строгая мамаша.

— Марина! — Копирую ее тон и поведение. — Поеду я туда или нет зависит от моего желания. А я еще не решила.

— Ты такая эгоистка, Лиза. — Цедит подруга. — Тебе возможность выпала одна на миллион.

На сотню, если опираться на статистику нашего универа.

Я не думаю, что я эгоистка. Эгоистично было бы воспользоваться этой возможностью даже если бы мне не хотелось ехать, а так я всего лишь думаю.

— Тем более, если узнают твои родители, что упускаешь эту возможность. — Марина закатила глаза, используя запрещенный прием. — Вряд ли они будут довольны твоим решением.

Не довольны — это мягко сказано.

— Ты же им не расскажешь?

Всегда, когда разговор о моих родителях заходит, я начинаю непроизвольно нервничать. Сейчас не исключение.

— Конечно нет. Я ведь уверена, что ты правильное решение примешь и им нет причин беспокоиться. В конце концов, я ведь о тебе думаю!

Больше похоже, что ты мне угрожаешь.

— Тогда ладно, пойду подготовлю недостающие бумаги.

Мне уже кажется, что в такие моменты проще врать, чем рисковать и ссориться с Мариной дальше.

Спешу уйти только бы подруга не засомневалась в правдивости моих слов. Несколько раз попадаться на лжи ей… да после такого нашу дружбу уже ничего не спасёт.

Мне нужно найти какое-то место и переждать там до конца перемены, чтобы у Марины не возникло лишних вопросов. И если что можно будет сказать, что я заполняла документы онлайн, но не думаю что до этого дойдёт. Хотя в последнее время девушка стала слишком влазить в мою жизнь и пытаться контролировать происходящее.

Я планировала переждать в конференц-зале, где заодно могла бы посидеть за компьютером подготовить несколько вопросов по другим предметам, поэтому сразу туда направляюсь.

И когда мимо деканата прохожу, вижу там Краснова.

Ускоряюсь.

— Лиза! — преподаватель меня замечает и окликает. Блин, я думала что он слишком занят общением с одним из проректоров.

Ещё больше удивляет то, что он прощается с мужиком для того, чтобы поговорить со мной. Раньше от такой чести я бы из туфель выпрыгивала, а сейчас неловко.

— Здравствуйте, Сергей Алексеевич.

Глаза отвожу, чтоб взглядом с ним не встретиться.

— Хорошо, что я тебя встретил, Лиза. — Произносит мужчина, а я все жду когда он к сути перейдет. — В прошлый раз у нас поговорить не получилось. Помешали.

— Ага. Ваш брат. — Ляпаю языком раньше, чем подумать успеваю.

В коридоре, где мы стоим так много народу и стоит жутчайший гул, что вряд ли мужчина слышит, что я там себе под нос бубню.

Или просто вида не показывает.

— Идем ко мне в кабинет. — У Краснова в силу профессиональной деятельности получается толпу перекричать.

Он невозмутимо указывает мне на дверь в конце коридора, а я понимаю, что с удовольствием осталась бы тут.

— Скоро звонок. — Неуклюже съехать пытаюсь.

— Надолго не задержу. И если что скажешь, что я с тобой по учебе разговаривал.

Как слышу это, так мне немножко легче становится. Волноваться меньше начинаю. Учёба — безопасная тема, её я обсуждать и готова.

Поэтому киваю и иду следом за мужчиной. Попутно достаю из рюкзака телефон и набираю сообщение Сафронову. Раз дело в учёбе, то это нас двоих касается. Одна отдуваться я не хочу, поэтому пусть Роман тоже в ритме вальса дует к Краснову.

— Проходи, садись.

Сергей Алексеевич занимает свое место за столом и предлагает мне присесть напротив.

— Спасибо. Я постою. — Мне по-прежнему неловко, поэтому я переминаюсь с ноги на ногу и куда угодно смотрю только не на бывший предмет своего обожания.

А ещё мне кажется, что если я сяду, то этот разговор затянется. Мне бы этого очень не хотелось.

Атмосфера какая-то странная.

— На самом деле, Лиза, я хотел бы поговорить о том, что с тобой происходит.

Эти слова все же мое внимание привлекают. То есть не об учебе речь пойдет, правильно ли я понимаю?!

У Краснова даже формулировка от прошлого раза не сильно отличается.

— Это касается учебы? — Раздражаюсь и бровь вопросительно выгибаю.

— При чем тут учеба?! — Сергей Алексеевич тоже немного на взводе. — Ты за последнее время сильно изменилась. Не хотел это говорить, но все это меня разочаровывает. И я склоняюсь думать, что это все потому, что ты связалась с Сафроновым. Лиза, он отвратительно на тебя влияет!

С каждым его словом кажется, что мужчина все больше и больше самообладание теряет. И только каким-то чудом сдерживается.

Почему он так злится?!

— Я достаточно взрослая, чтоб жить своей жизнью. — Смею с ним не согласиться.

И делаю это довольно резко.

— Но. Ты еще. Весьма молода. — Краснов на каждом слове практически спотыкается.

Не ожидал, кажется, что я покажу зубки.

А вот не надо было меня злить. Тут и так желающих полно.

— Молодость — не показатель глупости. Точно так же как и солидный возраст не показатель ума.

Да, я во многом ничего не понимаю в жизни. И, да, я не мудра, чтоб учиться на чужом опыте во всем. Иногда нужно набить собственные шишки. С умом набитые шишки — основа здравомыслия.

— Я не то имел в виду.

— Но вы все равно обидные вещи говорите.

Если людей вовремя не поставить на место, то они продолжат лезть в твою жизнь.

Пока что смелости мне хватило на Сергея Алексеевича. Но если начало положено, то и то продолжение не за горами.

— Многое я вижу со стороны. То, на что ты можешь закрывать глаза.

— Что именно вы имеете в виду? Давайте отбросим шелуху. Говорите конкретней. — Огрызаюсь резко. — Вы ясно дали понять, что разговор с учебой не связан. Тогда в чем дело?

— В ком. — Резко поправляет мужчина.

— Ок. В ком?!

Терпения мне. Глаза прикрываю и чуть дольше нужного держу закрытыми. Выдыхаю.

Скорее всего сейчас услышу то, что не планировала. Да и то, что не хочу.

— В Сафронове.

Так. Стоп. Сглатываю. Еще одно слово о нем и сам Краснов может услышать то, что не хотел бы.

Моё терпение на исходе.

Все вокруг с ума сошли. Почему складывается ощущение, что мир вокруг него вращается?!

— Мне кажется, что моя личная жизнь касается только меня. И его.

Из последних сил держусь.

Как никак передо мной преподаватель (и пусть он первый черту переступил).

— Не знаю, что он сделал, чтоб запутать мозги такой хорошей девочке как ты…

Мой мозг отключается.

Это срабатывает предохранители. Просто я начинаю выходить из себя.

— Это не ваше дело. — Произношу спокойно.

Как будто сама с собой разговариваю.

Краснов уже минут пять что-то вещает, но я только сейчас созрела.

Даже не так. Меня уже почти трясет. Лихорадит.

— Прости?! — Сергей опешил. Смотрит на меня как будто видит в первый раз.

— Вы что мне о нем сказать пытаетесь? — Поднимаю глаза и смотрю ему прямо в глаза.

Больше не прячу взгляд.

Между мной и Ромой ничего. Но даже если бы и было что-то… кому какое дело?

— Он тобой просто пополь…

— Использует и бросит? — Усмехаюсь, продолжая заезженную фразу. — Это не единственный вариант.

Вижу, как некогда обожаемое мной лицо вытягивается в удивлении.

— Может я хочу, чтоб меня использовали?! — Позволяю себе дерзкий выпад в его сторону. Говорю на равных. Сейчас мы же не как препод и студентка тут. — Или может я его использую? Или ничего из этого?

Усмехаюсь, пока Краснов пытается обработать информацию и выдать что-то в ответ.

— Не нужно меня спасать, потому что ничего не произошло.

— Ты не знаешь его так, как знаю я! — Мужчина складывает ладони в кулаки и с силой ударяет по массивному столу, что подпрыгивает вся канцелярия. — Он глуп. С примитивными инстинктами. Думает только о себе.

Сергея буквально трясет от эмоций. И это так странно, потому что в противовес ему я на удивление спокойна.

— А судьи кто?!

Классика. И сейчас как пощечина.

Нет, я не принимаю сторону Романа. Наверное.

Не пытаюсь его выгородить.

Просто я не согласна.

Мне бы и самой было проще верить в то, что Сафронов ужасен. Кошмар для юных и наивных. Искусительный змей, который создан для разрушения.

— Скажите что-то кроме очевидного. — Скрещиваю руки на груди хотя внутри я не так уверена. Это просто способ подсознательный защититься.

Если так подумать, то кроме шуточек от Ромы я в свой адрес ничего не слышала.

Ноль подкатов. Не было ни тупых, ни хитро сделанных попыток.

Чего уж там. По правде говоря, я больше его преследовала чем он меня.

Да, Роман плохой парень. Но не настолько, каким его хочет преподнести Краснов.

— Я знаю о чем я говорю. — Сергей Алексеевич многозначительно смотрит мне в глаза, но ничего кроме этого говорить не собирается.

— Так я тоже. — Это похоже уже на тупой спор, который лучше прекратить. Один из нас должен оказаться умнее.

Меня так и подмывает сказать, что Рома далеко не глуп. Скорее даже наоборот.

Были же ситуации, когда я поверить не могла, что передо мной сидел сам любимчик универа и объяснял МНЕ то, что МНЕ было не понятно. Объяснял так, что я затихала. Слушала и ловила каждое слово.

— Лиза, он просто пудрит тебе мозги.

— Вы либо знаете то, чего не знаю я. Либо ошибаетесь. — Слова сказаны на свой страх и риск. Сама не знаю почему я спиной встаю за Сафронова, но надеюсь, что в нем я не ошиблась. — Можете мне не верить, но он заботливый (вызвал же доктора), чуткий (ну переживал же, чтоб обо мне не подумали плохо из-за него) и умный парень.

Я не только это могу сказать. Мой словарный запас весьма разнообразен, поэтому нужные эпитеты сразу приходят на ум, но что-то меня останавливает.

Взгляд Краснова, который направлен позади меня.

Мужчина смотрит как будто насквозь, и я невольно оборачиваюсь.

— Ты? — позади, в дверях кабинета стоит Сафронов. — Как долго ты тут?

— Подслушивал Роман?!

Отказываюсь верить в происходящее.

Этого просто не может быть!

Все это напоминает фарс.

Как он мог прийти настолько не вовремя?!

И что он слышал? Как много?

Все эти мысли в голове мелькают за секунду.

Но и этого достаточно, чтобы довести меня до состояния легкой паники.

Воздух в кабинете Краснова искрит от напряжения и я чувствую как сгущаются тучи.

Роман с места на двигается, не шевелится. Вообще ничего не делает. Просто смотрит пристально на Краснова. И сейчас больше всего статую напоминает.

— Выйди. У нас разговор. Важный. — Пренебрежительно бросает мужчина, но Сафронов так и продолжает стоять.

— Обо мне? — Произносит с насмешкой.

— Тебя сюда никто не звал. — А вот Краснов говорит уже надменно.

— Я звала.

Эти двое, что уже в боевую стойку встали, готовые кинуться друг на друга, переводят взгляд на меня.

— Ты? — Недоверчиво (и как будто сам себе) переспрашивает Сергей Алексеевич. — И зачем?

— Вообще-то мы встречаемся. Разве вы не слышали?!

Как же инородно эти слова звучат. Вначале мне кажется, что язык не повернётся так сказать.

Да и выгляжу я не особо убедительно. Краснов все ещё смотрит на меня с подозрением, а Сафронов с недоумением. Только бы челюсть не уронил на пол.

Вон! Даже позу поменял и оперся на стенку. Руки не знает где деть: то в карман их засовывает, то вытаскивает и складывает на груди. Еще и сглатывает. Моргает часто.

Ему неловко? Нервничает?

— Лиза, хватит…

Слышу на заднем фоне голос Сергея, но в этот момент совершенно на него внимание не обращаю.

Движимая какой-то невидимой силой, я к Роману иду. Пока всю уверенность не растеряла.

Когда рядом оказываюсь, парень отталкивается от стены и становится ровно.

Как на построении во время физ-ры.

— Ты пришел. — Улыбаюсь кокетливо и сама не понимаю как мне это удается в такой-то обстановочке. — Почему так долго-о, а?

Игриво ударяю его кулачком по стальным мышцам. Я видела, что так девушки в фильмах делали, когда притворялись, что обижаются.

— Я-я э-это. — Сглатывает. — В читальном зале был. Пока дошел…

— Я соскучилась!

Как-то странно себя сейчас парень ведёт. Мне приходится брать весь удар на себя иначе наша ложь раскроется.

Зажмуриваю глаза.

Решаюсь.

Встаю на носочки.

И тянусь. К нему.

Целую в щеку. Сама!

И в этот момент как будто время замирает.

Тишина стоит такая, что слышно как пыль на поверхности ложится.

Теперь моя очередь приходит нервничать и нервно сглатывать.

Глаза распахиваю и чувствую острую неловкость.

Что, если окажется, что я палку перегнула?

Вдруг Сафронов оттолкнет, рассмеется еще и дурной назовет?!

Я сразу подмечаю как он весь напрягается. Стоит что камень и очень медленно ко мне поворачивает голову, хотя взгляд его опережает.

— Я-я. — Шепотом произношу и даже так заикаюсь. Извиниться хочу за то, что переступила черту. — Про…

Но тут чувствую как его рука мне на талию ложится и к себе притягивает. Настойчиво. Уверенно.

Смотрю на Романа и взгляд отвести не могу. Я в шоке.

Зато у него на лице усмешка медленно появляется. Уголок губ дергается вверх и в глазах дерзость появляется. Вызов. Который теперь уже не мне, а Краснову предназначается.

— Раз вы уже закончили, то мы пойдем.

Рома отпускает меня, но почти сразу берет за руку и тянет за собой. — А то соскучились — Всю перемену не виделись!

— Постойте! — В спину раздается голос Краснова и мне даже кажется, что он как будто нас догнать пытается. Но Сафронов меня неумолимо вперед тащит.

— Хватит! — Тормозить пытаюсь, когда немного в себя прихожу. И на ходу хочу наши руки разомкнуть. — Мы далеко ушли и Сергей Алексеевич нас больше не видит.

Не сразу, но Рома останавливается. Правда руку мою не отпускает, как бы я ни старалась вывернуться.

На нас же все смотрят.

Пусть звонок и был, но половина студентов еще гуляет по коридорам.

— А мне что до него?! — Голос Сафронова звучит спокойно и уверенно. — Теперь мне свою девушку за руку держать только когда преподы рядом?

— Тихо!!! Не говори глупостей! Я не твоя девушка!!! — Шиплю и по сторонам оглядываюсь. Только бы никто не услышал, но куда там.

Мы с Сафроновым не сходим с первых полос газет (если бы сплетни печатались и издавались в нашем универе, то мы заняли весь тираж).

— Ты сама так сказала. Только что. — Этот гад даже не думает тихо говорить. И как бы я ни старалась утащить его в сторону, чтоб по-тихому во всем разобраться, Роман как назло на месте стоит. — И даже поцеловала. Да после такого ты должна взять ответственность и вообще выйти за меня!

Что он несет?! Этот ненормальный говорит всякий бред с серьезном выражением лица, но вскоре начинает улыбаться.

— Больной! — Психую, разворачиваюсь и ухожу, но Сафронов идет за мной. И продолжает говорить всякую чушь про отношения, поцелуй и ответственность.

Я на бег перехожу, но и это не помогает от него скрыться. Три моих шага равняется его одному.

— Не иди за мной! — Бросаю через плечо, когда в очередной раз оборачиваюсь, чтоб посмотреть удалось оторваться или нет. — Выглядишь как сталкер!

Мои слова никак не него не действуют. Дальше все так же следом идет и улыбается.

Пока я на него отвлекаюсь, не замечаю маленькую толпу девчонок в переди. Врезаюсь в них по неосторожности.

— Простите. — Тут же извиняться начинаю.

— Смотри куда прешь, тупица!

Одна из девчонок меня сразу же назад толкает и я на несколько шагов отступаю.

А эта хамка сильная!

Если бы не стена, то я точно упала б.

Но это не стена…

— Сама глаза разуй! Лекция уже идет.

Я на Сафронова налетела, который шел позади. Судя по голосу, парень недовольный.

— Э-э-э хе-хе, Ромочка, извини! Я не специально!

— Не специально толкнула?

Его голос ровный, но мне удается понять, что парень злится еще больше.

— Не думала, что эта неуклюжая и тебя зацепит. — Она смотрит на Сафронова как на идола, а потом на меня взгляд переводит. — Сгинь, убогая. Че стоишь?!

Я бы сказала кто из нас убогая, но их человек шесть-семь, а я одна. Еще и Роман в зрителях.

Реально лучше уйти и я молча делаю шаг, но тут чувствую как чья-то рука ложится на ручку моего рюкзачка и тянет назад. На место возвращает.

— Извинись.

Группка хамок хихикает, а их предводительница расплывается в улыбке.

— Правильно, извинись перед нами, раззява!

— Не Лиза, а ты. — Все так же спокойно поясняет Роман. — Мы ждем.

— Мы? — Девка сглатывает и непонимающе смотрит на парня.

Я его выражение лица не вижу, потому что все так же стою спиной, но эту нагловатую особо оно впечатляет и девчонка на глазах как будто меньше становится.

— Ну как хочешь.

Дожидаться долго парень не собирается, поэтому медленная скучающим видом идёт вперёд и меня с собой тянет (все так же за ручку рюкзака) пока толпа тех девок и зевак расступается.

— Рома! — В ужасе кричит девушка и даже делает попытки его остановить, но, кажется, Сафронов только что вынес свой вердикт.

Все понимают что это значит. Кроме меня. Видя выражение ужаса на ее лице я могу только догадываться какими социальными последствиями может стать для нее немилость царька.

Пока мы за углом не скрываемся я вообще ничего не предпринимаю. Послушно иду за Сафроновым и послушно все делаю. Но как только мы входим в безлюдный маленький коридорчик, тут же начинаю выворачиваться.

— Опять как уж на сковородке? Чего снова извиваться начинаешь? Умеешь же быть послушной…

— Зачем ты…?

Договорить он мне не дает.

— Потому, что ты меня поцеловала!

— В щеку, Рома! Для Краснова! Это ничего не значит! — Закипать начинаю. Тем более когда вижу его самодовольную рожу. — Мы не встречаемся!

Последние слова практически кричу только бы до него достучаться.

— Вы встречаетесь?! Реально?

Зависаю.

Где-то сбоку доносится голос и мне кажется, что я его уже слышала. Что-то он слишком знакомый.

Как в замедленном фильме поворачиваю голову в сторону и вижу как открывается незаметная маленькая дверь, ведущая на чёрную лестницу. А оттуда выходит Дима — лучший друг Сафронова.

Успокаиваю себя тем, что всё могло быть и хуже.

— Нет, конечно! — Сразу даю свое опровержение, но на никто внимание не обращает, потому что Роман направляется к своему другу.

— Зацени фотку! — И телефон ему протягивает.

Блин, я думала, что Дима ушел. А то мало того, что тут, так еще и о себе заявил в самый неподходящих момент. Вот же незадача!

Друг Романа бросает беглый взгляд на мобильный, а потом на меня. Усмехается при этом так, что в душе поднимаются тревожные предчувствия (из-за того, что там ему Сафронов уже продемонстрировать успел).

— Все-таки встречаетесь. — Не вопрос, а утверждение.

Я с места срываюсь и в мгновение ока оказываюсь возле парней. Вырываю телефон трясущимися руками и смотрю на фотку с той самой первой ночи, когда Роман остался у меня в комнате.

Позорище! Зря я забыла, что у него такой туз в рукаве.

— Димон, братан! Она сегодня в кабинете Краснова заявила, что встречается со мной. И даже поцеловала…

И дальше я слышу его смех.

— Совет да любовь. — Безэмоционально кивает Дима и закидывает на плечо рюкзак.

Слишком быстро парень теряет к нам всякий интерес.

В отличие от Сафронова его друг очень сдержан и не проявляет к происходящему никакого интереса. Совсем не разделяет настроения Романа.

— На лекцию идешь? — Дима идет в сторону главного коридора и не оборачивается. Скорее всего и спрашивает для галочки.

— Ты иди. У меня есть дела поважнее! — Сафронов переводит коварный взгляд на меня и, кажется, мне снова пора бежать.

Не к добру все это.

Медленно отступаю назад, чтобы увеличить между нами расстояние, но Рома чует подвох.

Как будто знает, что я сбежать хочу, поэтому так же медленно, не сводя взгляда, идет на меня.

— Стой! — Раздается его громкий крик, который эхом по коридору разносится, как раз в тот момент когда я с шага на бег переключаюсь.

Несусь вперёд сломя голову и каким-то чудом маневрирую между идущими мне навстречу студентами.

Каковы мои шансы убежать?

Да минимальны. Это я еще на этапе планирования поняла, но все равно рискнуть решила.

В какой-то момент я начинаю верить в себя, потому что добегаю по лестнице, а Роман меня все еще не поймал. Правда на моем пути встречаются желающие выслужиться, которые, видя, что Ромка за мной погоню устроил, пытаются мне помешать сбежать.

Но и у них ничего не выходит. Слишком уж я замотивирована.

Сафронов мне что-то кричит вдогонку, но я на такое внимание не обращаю.

Странный он, если считает, что я прислушаюсь к его просьбам остановиться.

Это как если бы аллигатор попросил прыгнуть ему в пасть по собственному желанию.

Где-то в районе второго этажа понимаю, что моя удача заканчиваются. Слишком быстро парень начинает сокращать расстояние, а все потому, что перепрыгивает сразу через половину пролета.

Паркущик недоделанный.

— Вот ты и попалась! — Раздается у самого уха, а уже почти через секунду я не чувствую под ногами пол.

Как будто резко в воздухе парить начинаю.

— Отпусти меня! Поставь на место! — Кричу и вырываюсь, но ничего поделать не могу с тем, что Роман закидывает меня на плечо. — Ненормальный! Псих! По тебе спецучреждение плачет!

В порыве праведного возмущения я кричу не только это, но и в кои то веки позволяю себе перейти на личности. Жестко и грубо.

Какой эффект?

А никакого!

Только внимание этим к нам привлекаю, но Сафронова никто даже не думает останавливать.

Как шел себе, так и идет.

Еще и прикалываться не забывает. Стендапер-сумоучка!

— Че уставились?! — Говорит какой-то компашке, которая всем своим составом нас пожирает взглядом. — Не видели, как парень девушку в кафе приглашает?! Учитесь пока есть возможность!

Те кивают как заводные болванчики, а я закусываю губу, чтоб никакую гадость вслух не сказать.

Я много чего думаю о происходящем, но не все мои мысли можно озвучивать.

— Не хочу я никуда с тобой идти!

Роман игнорирует мой отказ.

— Какое еще кафе?! Ты прикалываешься?!

— Я вполне серьезен. — На этот раз он удостаивает меня хотя бы ответа. — Если не хочешь в кафе, может пойти к тебе.

Чувствую как после этих слов его тело начинает трястись мелкой дрожью. Этот паразит смеется.

За что тут же получает кулаком по спине.

— Ладно. Ладно! — Если вы считаете, что Сафронов передумал и решил исправиться, то глубоко ошибаетесь. — Давай тогда ко мне!

И тут он просто заходится в диком смехе, а у меня от негодования скоро пар из ушей повалит.

— Как же я тебя ненавижу! — Рычу, но парня это пуще прежнего веселит.

— Охотно верю. Поэтому ты так меня пламенно перед Красновым защищала, что я почти прослезился. — Как слышу это, так сразу вырываться прекращаю.

Значит Сафронов пришел задолго до того, как Сергей Алексеевич его заприметил?!

Блин! Стыдно то как! Я же себя убеждала, что он услышал самую малость, а тут вот как оказывается!

— Так ты и это слышал?

Мои губы пересохли и из-за волнения я едва могу шевелить языком.

Это ужас! Просто кошмар!

— Конечно, Зубрила! — Радостнее нужного произносит Сафронов. — Теперь понятно почему ты меня поцеловала и теперь на весь универ трубишь, что мы вместе!

— Да не было такого! — От бессилия перехожу на тихий ультразвук.

С этим парнем спорить бесполезно. Тем более, когда он поставил себе за цель довести меня до нервного срыва.

И пока что он уверенно движется в этом направлении.

— Поставь меня! Я могу идти сама!

Вспоминаю, что я все еще вишу на его плече и пытаюсь воззвать к здравому рассудку.

И снова на игнор в этом вопросе натыкаюсь.

— Ну кто-нибудь! Помогите мне! — Обращаюсь к людям, которых мы проходим. Должен же среди них быть хоть один неравнодушный, кто рискнет дать отпор Роману Сафронову.

Хочется в это очень верить, но к сожаления реальность сурова.

Стоит кому-то хотя бы задержать на нас взгляд и прокрутить в голову эту идею (моего спасения), как Сафронов дает понять, что здоровье у всех одно.

— Не обращайте внимание! — Эта его фраза вообще стала моей “любимой”. — Это у нас развлечение такое. Зубрила строит из себя недотрогу, а я типо брутальный лесоруб.

— Ты! Ты! Ты…

— Уверена, что продолжить хочешь? — В голосе Романа отчетливо слышится предостережение.

— Н-нет. Не уверена.

Прекрасно понимаю, что это еще не предел и парень может реально выйти из себя, поэтому прекращаю сопротивление.

Как раз в тот момент, когда мы подходим к его машине.

— Я никуда с тобой не поеду. — Сразу обозначаю свою позицию, но он меня не слушает.

Отрывает дверь, аккуратно усаживает на сиденье и пристегивает ремень.

Чтоб я не сбежала, блокиркет дверцы пока огибает авто и садится сам.

— Ты в курсе, что я на тебя заявить могу? Ты же прекрасно знаешь как называется то, что ты делаешь!

— Да. — Кивает и заводит машину. — Свидание.

Это бесполезно. Закатываю глаза и отворачиваюсь, чтоб на него не смотреть и не видеть это самодовольное выражение лица.

— Ты первая девушка, которая от меня так удирает.

Слышу после того как мы уже отъезжаем от универа.

— Это типо должно мне польстить?

— Ну типо да. — Хмыкает.

— Привык, что обычно так бегут за тобой?! — Не могу сдержать сарказм. Я так зла сейчас, что решаю ни в чем не отказывать.

— Да, привык. — Произносит он после некоторой паузы. — Поэтому ты меня и заинтересовала, Лиза… Ты очень отличаешься от других.

— Мы приехали. Выходи.

Сафронов паркует машину возле полной кафешки.

Я продолжаю сидеть. Слышу его, но никак не реагирую.

— Эй! — Щелкает пальцами у меня перед лицом. — Очнись!

Вздрагиваю от неожиданности.

— Зачем ты это делаешь?

— Не знаю как с тобой иначе.

— Никак.

Снова повышаю голос, но под его взглядом тут же замолкаю.

Так и истеричкой стать не долго.

— Именно! — Парень отстегивает свой ремень и теперь уже ко мне тянется раз я сижу неподвижно. Заставляет меня вжаться в сиденье, чтоб сохранить между нами дистанцию. — Ты не даешь мне шанс.

Все я правильно говорю. И делаю я это потому, что смысла не вижу.

Даже если допустить, что Роман говорит серьезно… Как долго это продлится? Он девушек чаще чем перчатки в зимний день меняет.

А я не готова становиться одной из многих и ставить свои чувства на край. Так я рискую, что их разобьют в любой момент.

— Лиза, давай попробуем?

Парень отстегнул мой ремень достаточно давно, но отстраняться не спешит.

Это меня смущает.

— З-зачем? — Вырывается с тихим вздохом. Чувствую как краска начинает приливать к лицу. И дыхание сбивается.

Сафронов слишком близко. Из-за этого у меня в голове все мысли плавятся.

Как бы в таком состоянии не совершить какую-нибудь глупость, ведь теперь понятно как другие девушки на его уловки попадаются.

Они просто не могут противостоять его… пронзительному взгляду… низкому голосу… волнующим прикосновениям как бы нинарочно…

— Лиза?!

— А?!

Понимаю, что все это время не дышала и не моргала.

— С тобой все в порядке?

— Д-да.

Соберись, тряпка. Мы только разговариваем, а ты уже теряешь голову.

Фокусирую внимание, но так как передо мной только лицо Романа, то останавливаюсь на его глазах.

Красивые…

Так, Лиза! Стоп! Хватит!

— Это какая-то шутка? Зачем тебе все это? Скучно стало? — Когда нервничаю, говорю много и все, что думаю. — Я не как твои подружки. Ничего общего!

Делаю глубокий вдох, чтоб продолжить, но парень в этот момент начинает говорить.

— Вот поэтому. — И в глаза еще так смотрит проникновенно, что в этом омуте утонуть можно. — Ты что-то новое. Другое. И поэтому мне интересно. Я не буду говорить тебе о любви…

Отворачиваюсь, чтоб парень не заметил как я волнуюсь.

— Я бы все равно не поверила. — Вставляю наспех и слышу, что мой голос звучит совсем иначе.

Как будто в горле Сахара — все пересохло.

Никогда раньше не думала, что буду с кем-то встречаться. Мне казалось это чем-то энергозатратным, бесполезным и не нужным.

Одним словом — неэффективным.

Ну даже если и предположить такое, то точно не с Сафроновым.

Мы разные.

Совсем

Если ему все приелось и он ищет что-то необычное, то я как раз хочу самых обычных отношений для начала.

— Я знаю о чем ты думаешь.

Сглатываю, когда слышу снова его голос.

Кто его, блин, так разговаривать учил?

Сердцебиение учащается.

— Сомневаюсь.

— Ты думаешь, что мы слишком разные. — Резко поднимаю взгляд и встречаюсь с его глазами. Мысли читает что ли? — Образ жизни, цели на будущее, материальный статус.

Киваю, потому что так и есть. Мы во всем разные.

— Знаю, что у тебя не было парня.

— Зато у тебя было слишком много девушек.

Слова сами по себе с моих губ слетают, и я понимаю в этот момент, что по непонятной причине злюсь.

Осознание этого факта меня расстраивает.

— Я не буду тебя торопить.

Сафронов перестает улыбаться. Говорит все это на полном серьезе?

Пока что этого понять не могу.

Поэтому с ответом медлю. Да и что в такой ситуации говорить надо?!

— Послушай! — Он снова одним словом заставляет забыть обо всем, что меня окружает и сконцентрировать все внимание на нем. — Самое плохое — это мы не сойдемся. Расстанемся. Но даже тогда ты все равно останешься в выигрыше?

О чем это он? Я же не в игру играю и не в соревнованиях участвую.

— О чем ты?

— Будешь тыкать меня в это носом и говорить: я же говорила!

Сафронов меня пародирует. Копирует голос, интонацию.

И это забавно. Особенно в такой напряженный момент.

Смеюсь немного нервно, но так рассеивается часть напряжения между нами.

Все это, конечно, неплохо звучит в теории. То есть в его словах есть доля смысла, но что-то меня останавливает.

Мнусь и молчу. Понять пытаюсь в чем загвоздка, но никак не могу уловить эту мысль. Как будто бы есть что-то очевидное, но оно от меня ускользает.

— Ну что опять? — Роман слегка раздражается, но маскирует это улыбкой. — Я думал, что был убедителен.

— Я-я н-не могу. Не получится у нас. — Робко произношу и еще сильнее вжимаюсь в спинку сиденья, потому что атмосфера вокруг накаляется. Роману явно не по душе мои слова. — Рано или поздно тебе надоест, а я буду страдать.

Себя я знаю.

— А если не надоест?

Взгляд его гипнотизирует. Рушит все мои тщательно выстроенные границы и ломает стены между нами.

— Только об этом никто не должен узнать.

Шепчу. Тихо. И сама не верю, что реально говорю это.

— Значит это «да», Лиза?!

— Ты обещал не спешить!

Когда мы на улицу выходим, отскакиваю от него как от огня.

Сразу же по сторонам с опаской оглядываюсь, чтоб убедиться что за нами никто не следит. Готова поспорить, что после сегодняшнего выходка Сафронова не осталась незамеченной.

— Ну не настолько же! — Парень усмехается, но все равно на меня недоверчиво смотрит.

Походу он думал, что я шучу, но не стоит меня недооценивать.

Даю понять это без слов.

— Если не нравится, можем расстаться. — Сначала надуваю губы, а потом фыркаю. — Приятно было с тобой встречаться… этот час.

— Ладно, ладно. — Хватает меня за край толстовки, но когда со взглядом моим встречается, тут же отпускает. — А на каком свидании тебя можно будет взять за руку?

— Ну…

Прикидываю в уме. Причём на полном серьезе.

— Ты же не согласилась только для того, чтоб я от тебя отстал?

С подозрением щуриться парень и прожигает меня взглядом.

— А ты после такого отстанешь что ли!? — Скептически. — Если да, то я…

— Забей. Поехали.

Роман не дает мне договорить и осторожно подталкивает к машине.

Пока мы устраивали небольшие разборки на улице, я видела что наша парочка привлекает внимание. Точнее Сафронов. На него все проходящие девушки газели так, что чуть друг в друга не врезались при ходьбе. И когда они переводили взгляд на меня, я видела как менялись их лица.

Мне кажется, даже знаю о чем они думали. Я тоже об этом сейчас думаю.

Да, мы с ним очень разные. Да, мы друг другу совершенно не подходим. И да, это очень странно, что такой как он обратил внимание на такую как я.

Поэтому я иллюзий не строю.

Пытаюсь держать голову холодной и не бросаться в омут с головой.

Для себя хочу найти оправдания внезапному согласию. Так мне спокойнее: если эти отношения не сработает, уеду учиться. Если вдруг сработает, можно и тут остаться.

Все же Роман был прав: я в любом случае останусь в выигрыше. Верно?

Успокойте меня! Скажите кто-нибудь, что я не совершила глобальную ошибку!

— Кстати, как ты относишься к отношениям на расстоянии?

В моей голове этот вопрос рождается логично и последовательно, но для парня он как гром среди ясного неба. Все же до этого мы ехали молча.

— Почему спрашиваешь?

Пока что я не готова посвящать его в подробности своего плана по потенциальному зализыванию ран после расставания. Так что пожимаю плечами.

— Да просто так. Должны же мы друг друга узнать получше.

Отмазка так себе. Логичнее было б спросить про вкусы в музыке, предпочтения в еде, поговорить о хобби и все в этом духе.

— Ну тогда тебе стоит рассказать о себе.

Сафронов усмехается.

— Я самая обычная.

Почти. Но, в общем и целом, все равно рассказывать нечего.

— Это не так. О тебе сложно что-то узнать.

— А ты пытался что-то обо мне узнать?!

Не знаю беспокоиться по этому поводу или радоваться, но ощущения все равно странные.

Сафронов на мой вопрос ничего не отвечает, но по его поведению и так все понятно. Не разбрасывался бы такими словами, если бы не предпринимал подобных попыток.

— Куда мы едем? — Решаю сменить тему и происходит это достаточно уместно.

— В универ.

Напрягаюсь. Предчувствие у меня не хорошее, поэтому туда я совсем не хочу.

— Только не туда.

Ну не после того, что было. А то все равно что продолжение шоу устраивать.

— Ладно. — Рома как-о слишком быстро соглашается, но я не предаю этому нужного значения.

Спохватываюсь через время. Когда понимаю, что все еще едем в том же самом направлении.

— Почему ты все еще едешь туда же?!

— В универ ты можешь не идти, но учиться все равно нужно. — Неожиданные слова. Все еще не могу свыкнуться с мыслью, что Сафронов не только тачками козырнуть в универ ходит. — Хотя бы в общаге. Или можем ко мне поехать, но тогда я не обещаю занятия по книгам.

Сафронов играет бровями. Вроде и всем видом свои показывает, что шутит, но мне вот не смешно.

Снова краснею.

— Ты же сама просила не торопиться, Лиза. Или уже передумала?

Пока я пытаюсь побороть свою робость (не к месту), парень включает поворотник и тогда уже я начинаю паниковать.

— Нет! Нет! Вези меня в общагу! — Пока кричу это не своим голосом Рома смеется.

Да с ним и такими шуточками моих нервов надолго не хватит.

Как только машина останавливается возле общаги, я тут же вылетаю из салона и не оглядываясь, не прощаясь забегаю в здание.

Роман вроде как и не порывался меня провожать, да и не думаю я, что средь бела дня даже он рискнет разругаться с комендантшей.

Только оказавшись у себя в комнате могу себе позволить немного расслабиться.

Но это, кончено, сильно сказано.

Сейчас как никогда меня накрывает осознание реальности.

Блин, ну что же я наделала?! Теперь ничего уже не будет как раньше. А знаете ли, как раньше меня устраивало тем, что все было предсказуемо. Зато сейчас что ни день, то сюрприз.

И не всегда приятный.

Да, я из тех, у кого иногда стакан наполовину пуст.

И разгребать последствия мне приходится уже довольно скоро.

Еще до наступления позднего вечера начинает жужжать телефон.

Я с опаской на него смотрю. Как он подпрыгивает на столешнице и понемногу съезжает к краю.

С надеждой жду, что он вот-вот упадет и отключится, но этого не происходит.

Когда мобильная истерика прекращается, дрожащими руками беру телефон в руки и сердце замирает при виде имен в списке вызовов.

Родители. Точнее мама.

Марина.

Это финиш.

Все очень плохо, если звонила мама.

“Можешь не брать трубку, но через неделю мы возвращаемся”.

Я буквально слышу в голове спокойный голос матери, но прекрасно понимаю какое предостережение несут в себе ее слова.

Значит у меня есть неделя.

Это просто нужно принять. Бесполезно паниковать. Нет смысла плакаться и пытаться что-то изменить.

Из недели надо выжать максимум.

Неделя — и всё, что у меня есть сейчас превратится в пыль.

Будет глупо сейчас ничего не делать.

Если возможностями не воспользоваться, то с легкой подачи матери и жалеть потом будет не о чем. А так хоть попробую пожить жизнью обычной студентки.

Поэтому, наверное, уже с безразличием читаю сообщения от Марины.

Ее истерика не перекроет то, что сейчас происходит внутри меня.

Перезваниваю подруге. А какой смысл затягивать?

Но теперь уже она трубку не берет. Зато почти сразу прилетает сообщение — это фото экрана. На нем тот момент, как меня на плече несет Сафронов. Кажется, как раз в тот момент он еще что-то про недотрогу и дровосека говорил.

“Теперь тоже хочешь сказать, что ложь?!”

И как голос Марины в этот момент звучит я тоже знаю.

“Нет. Это правда”.

Равнодушно печатаю и не задумываясь отправляю.

Она тут же перезванивает. Скорее всего ожидала, что я, как всегда, оправдываться буду.

Но я устала оправдываться. К тому же на этот раз все правда.

— Значит все-таки встречаетесь? — Злобный голос испускает яд. И не дожидаясь ответа: — Как давно?

— Начиная с сегодня. Так что я тебе не врала.

От себя не ожидала, что нечто подобное смогу ей сказать так спокойно.

Жду истерики, но и Марины меня тоже удивляет.

Молчит.

Долго молчит, а когда до меня ее слова доносятся, то звучат они как проклятье.

— Ненавижу тебя. — Цедит. Искренне.

И трубку бросает.

Не так давно я еще раздумывала и не понимала зачем согласилась. По моей простой логике отношения были нужны (да и сейчас нужны) мне меньше всего. Для меня отношения — это неэффективное использование времени, но точно так же это то, что я упускаю.

Скоро я закончу универ. Вполне возможно, что еще несколько недель и я переведусь в другой вуз в другой стране.

Почему нет?

Особенно в свете последних событий нахожу меньше и меньше аргументов, которые могут меня сдержать. Хотя бы попробовать… хотя бы понять что я упускаю.

Оставшееся время я ни на чем не могу сфокусироваться (точнее на учебе не могу), потому что все мои мысли только о нем.

Меня переполняет какой-то азарт и эйфория. Вполне понятная и закономерная реакция на стресс.

Уже полночь, а я то по комнате хожу, то на кровать падаю и утыкаюсь лицом в подушку. Но сон не идет.

Вздрагиваю, когда слышу звук сообщения.

Охватывает необъяснимый трепет, когда понимаю, что это Сафронов.

Желание тут же прочесть что он мне написал настолько сильное, что я не понимаю почему бездействую. Что-то меня останавливает.

Наверное, я просто не могу поверить, что все происходящее реально.

Смотрю на имя парня на экране и запоминаю этот момент. Откладываю в копилочку памяти как одно из самых ценных воспоминаний.

Вроде бы такая мелочь, а мне кажется, что это очень важно. Лично для меня.

“Не могу уснуть”.

На его три слова у меня миллион вопросов, но пишу сжато.

“Я тоже”.

Если краткость — сестра таланта, то я гениально… тупа. Не могу придумать ничего лучше, а молчать в ответ пол часа после того как он увидел, что сообщение доставлено и прочитано странно. И глупо.

Отчего-то мне хочется, чтоб хоть тут я показала себе с лучшей стороны (раз по всем остальным пунктам проигрываю… всем остальным — я как-никак объективна).

“Тоже занимаешься этим?”

Закусываю губу в ожидании пока грузится прикрепленная фото и испытываю легкое разочарование, когда вижу на снимке его рабочий стол с кучей книг.

В отличие от меня парень готовится к пятнице.

Кто б подумать мог, что он окажется ответственнее меня.

“Похвально”.

“Пришли свое фото”.

Что он этим сказать хочет?

Вряд ли он хочет увидеть как я пускаю слюни в подушку, но и то что обычно ожидают парни в таком случае делать не собираюсь. Не вчера родилась, в фильмах видела подобные ситуации и намеки.

Вскакиваю с кровати и создаю имитацию учебы. Фоткаю и оправляю ему.

“Умничка”.

Голос, озвучивающий сегодня всех, почему-то звучит как-то особенно ласково и одобряюще. Может мне просо хочется, чтобы среди всего негатива, который я получила за этот день хоть кто-то был со мной искренним и добродушным.

Кто б подумать, что среди всех этим человеком окажется не кто иной как Сафронов.

Но мы переписываемся всю ночь.

Просто так. Ни о чем.

И это дарит мне успокаивающий комфорт. Не помню когда (да что там, вообще не помню), чтоб я так искренне общалась и чувствовала тоже самое в ответ.

Заснуть у меня получается под утро. Уже просто потому, что я без сил. Глаза сами собой закрывается хотя я слышу в последние секунды (прежде чем сознание отключается) как продолжают приходить сообщения от Ромы.

Первую пару утром я проспала и мне не помог ни будильник, ни… еще десять запасных будильников.

Думаю, это бывало в жизни каждого, но у меня еще ни разу ранее. Самое удивительное, что сегодня я поэтому поводу вообще не паникую.

Спокойно себе собираюсь и иду на занятия.

Попутно уже по привычке ловлю на себе косые взгляды и прекрасно знаю, что как в поле зрения появляюсь, то шепот — это обо мне. Обо мне и Сафронове.

Не ожидала от себя такого хладнокровия, но что делать остается когда терять нечего?!

Правильно — наслаждаться моментом.

Пока иду, достаю телефон, чтобы парню написать, но зависаю от количества непрочитанных сообщений.

Последнее пришло не так давно и перерыв между каждым из них максимум пол часа.

Он вообще спал.

Отвлекаюсь пока читаю и не замечаю стоящих впереди себя парней. Врезаюсь в группку (скоро это войдет у меня в привычку) и уже прикидываю в уме как упаду на потеху всем, но меня неожиданно кто-то ловит.

Это один из парней.

Держит меня на плечи и всматривается в лицо с интересом.

— Отпусти ее. — Шипит ему на ухо другой. — Это подружка Сафронова.

Мой спаситель в ту же секунду в лице меняется. Если в его глазах не ужас, то читаемый испуг.

— Извини.

— И ты меня. — С недоумением отвечаю ему и медленно иду вперед, потому что не совсем понимаю что происходит.

Вчера девчонки меня чуть с землей не сравняли за неосторожность, зато парни сегодня как к хрустальной вазе относятся.

Но это единичный случай.

До главного корпуса без приключении у меня дойти не получается.

Сначала кто-то меня оказывает из лужи (и что-то подсказывает, что совершенно неслучайно, потому что машина разгоняется как раз когда возле меня оказывается). А возле входа одна из девушек (типо по неосторожности) проливает на меня кофе и извиняется с ехидством в глазах.

— Ничего страшного. — Смыкаю губы в искусственной улыбке, чтоб ничего лишнего не сказать.

Если так дальше пойдет, то эта фраза будет у меня автоматически выскакивать.

— Давай я помогу. — Не дожидаясь моего ответа, та же девушка достает из сумочки влажную салфетку и растирает пятно, делая его еще больше. — Ой, ну как же так.

— Хватит. — Отталкиваю ее руку, и нахалка хмыкает, уже не сдерживая ехидную улыбку.

Что-то подсказывает мне, что это только начала. Клуб фанаток Сафронова сегодня активизировался и будет строить мне козни.

Пока я сижу на паре пятно высыхает, но осадочек остается. Тем более, что я не могу сфокусироваться на лекции.

Не дает мне покоя происходящее и я не знаю как с этим справиться.

Можно было бы спросить совета у Маринки, но подруга меня игнорирует.

На сообщение не ответила, а как в аудиторию зашла, то прошла мимо и даже в мою сторону не взглянула.

Как-то я не сильно впечатляюсь быть девушкой Сафронова, если бонусом к Роману идут такие “плюшки”.

Интересно, что недружелюбные фанатки приготовят мне дальше. Вряд ли их фантазия иссякнет на луже и кофе. Думаю, там техника оттачивалась годами и применялась на практике.

После третей по счету лекции я с опаской самая последняя выхожу из аудитории, чтоб перейти в другую. В дверях оглядываюсь по сторонам и почти сразу замечаю знакомую фигуру.

Облокотился на стену. Голова запрокинута, руки в карманах, глаза закрыты. Рюкзак валяется в ногах.

— Что ты тут делаешь? — Пытаюсь незаметно подойти к Роману, но “незаметно” — это не про нас.

Теперь каждый шаг под прицелом объективов.

Он усмехается лениво сразу как мой голос слышит, еще не открыв глаза.

— А я думал, что ты меня избегаешь.

— Это не так. Просто меня немного тяготив внезапно обрушевшаяся слава.

Отшутиться пытаюсь, но ловлю на себе пристальный взгляд парня, скользящйи по фигуре сверху вниз.

— Куда это ты смотришь?!

— Что с тобой? — С раздражением.

Не сразу понимаю, что выгляжу сейчас немного лучше бомжа и это не могло остаться без внимания.

— Это лужа. — Указываю на грязные подтеки на штанах. — А это кофе. Как видишь мое утро не задалось. А твое?

Чтоб не стоять не месте (потому что а) немного неловко и б) перемена не резиновая) иду в сторону нужного мне кабинета. Сафронов идет следом.

— Нормально. — Бросает сухо. — Кто это сделал?

— Никто. — Как будто я жаловаться буду. Не на ту напал. — Просто это я сегодня какая-то неловкая.

— Ага. Ну да. Дело в тебе.

Парень идет чуть позади, и я не вижу его лица, но по интонации чувствую сарказм. Кажется, Роман не верит моим словам. И что-то мне подсказывает, что парень прекрасно понимает что произошло, потому что подобное происходит не первый раз.

Не думаю, что я первая из его подружек, кто подвергается нападкам.

— Да не выспалась я. Перестань нагнетать. — Немного ускоряюсь, потому что это явно не то, о чем я бы хотела поговорить.

Походу Сафронов чувствует мое раздражение, потому что эту тему дальше не развивает.

Ровняется со мной и смотрит на меня пока идет вместо того, чтобы смотреть вперед.

От этого меня бросает немного в пот и я чувствую, что щеки начинают предательски краснеть.

— Я тоже не выспался. До этого никогда ночью так долго не болтал с девушкой.

— Понимаю. — Киваю и говорю первое, что в голову приходит, потому что надо хоть что-то сказать. На деле ничего я не понимаю. Мы с ним совершенно разные. — Это хорошо или плохо?

Что услышать хочу не знаю, но на душе скребут кошки.

На разговаривал он, значит, так с девушками. Так и подмывает спросить: а что тогда делал? Но так нельзя, Лиза. Ты выше этого.

Немного раздражаюсь из-за того, что сама себя накручиваю на ровном месте, но поделать с этим ничего не могу.

— Мне понравилось.

Едва не останавливаюсь резко на месте, когда его ответ слышу.

Ничего в нем такого нет, но это неожиданно.

Неожиданно приятно.

Одновременно с этим мне неловко.

Не знаю куда прятать глаза, чтоб себя не выдать.

И что делать дальше, как себя вести, тоже не знаю.

Мы стоим возле моей аудитории напротив друг друга и молчим уже несколько минут, но и разойтись не решаемся.

Мне хочется убежать, потому что я чувствую себя такой глупой в этот момент, но и даже на это не решаюсь. Сафронов точно подумает, что у меня крыша поехала. Если еще не начал сомневаться в правильности решения встречаться со мной, то после такого точно начнет.

Хотя Роман тоже хорош. Он всегда в себе так уверен, но сейчас его поведение мало чем от моего отличается.

Сафронов (если я правильно подмечаю) тоже немного растерян, хоть и вида старается не подавать.

Нас в чувство приводит звонок и возникающая суета. Студенты хоть и пытаются проскользнуть в аудиторию так, чтоб нас не задеть (бояться же, что Роман это не оценит), но все равно суматоху создают.

— Н-ну я пойду. — Шепчу так тихо, что сама себя едва слышу. Роман максимум прочесть по губам это может. — Не хочу опаздывать.

Блин, ну что за глупость. Как можно такое говорить парню, на которого молится весь универ?

— Да. Иди. Я потом за тобой еще заду.

Киваю и ныряю в аудиторию. Только за партой понимаю, что все это время не дышала.

Закрываю глаза и пытаюсь успокоиться.

Встречаться всегда так нервозно или мне одной везет?

— Ты Лиза? — Глаза приходится открыть, когда мне на ухо чуть ли кричит какой-то парень.

— Ларина? — Спрашивает второй, что позади немного стоит.

Киваю растеряно и пока не понимаю что происходит. Моргнуть не успеваю, как эта парочка оттесняет моих одногруппников и садится по обе стороны от меня.

— Вы кто? П-почему? З-зачем? — Тут же во рту пересыхает от нехорошего предчувствия.

— Ты сиди, расслабься. — Смиряет меня взглядом тот, что справа. — Мы здесь по просьбе Романа.

Теперь точно ничего не пойму.

— Что?

— Парень твой волнуется, что с тобой случится что. — В разговор вступает уже тот, что слева. — Вот и попросил присмотреть за тобой, чтоб никто не обидел.

А вот это совсем неожиданно.

Если честно, то я ожидала козни по типу пролитого кофе и лужи (ясное дело, что я не посчитала это случайностью), а тут такое.

— Спасибо. — Улыбаюсь парням.

Кто я такая, чтоб отказаться от приятного бонуса от Сафронова.

Может причина того, что следующие пары и перемены проходят спокойно кроется в моих охранниках, но меня реально никто не задирает и ничего не говорит. Даже шептаться люди перестают.

Я начинаю верить в себя настолько, что решаюсь подойти к Маринке и поговорить.

Ну не бегать же нам друг от друга, как детям. Тем более что вряд ли я услышу что-то хуже, чем она уже сказала по телефону.

А так есть шанс, что подруга остыла и сейчас будет вести себя более адекватно.

— Мы можем поговорить? — Спрашиваю, когда останавливаюсь рядом с ее столом и пытаюсь не смотреть на других девчонок, которые в этот момент ее окружают.

Зато они без стеснения разглядывают меня. Четыре года мы вместе учимся, а они ведут себя так, как будто первый раз видят.

— Можем. — Неожиданно просто соглашается девушка и кивком головы дает понять, что остальным надо уйти.

— Я на счет вчерашнего поговорить хотела.

— Пришла оправдываться? — Усмехается.

— Нет. — Морщусь. — Мне не за что. Пришла объяснить как все произошло. Я ведь на самом деле тебе не врала.

— Ой да мне все равно. — Марина складывает руки на груди и закатывает глаза, откидываясь на спинку стула. — Можно подумать это серьезно.

Хмыкает, а меня ее слова задевают. Слух режут.

Но я молчу.

А что на это сказать?

— Поживем увидим. — Мне почему-то неловко. Чувство такое, что я сделала что-то не так и теперь должна оправдываться.

— Ты же не совершишь никакую глупость только потому, что начала с ним встречаться?

— О чем ты? — В моей голове сразу же куча вариантов, которые теоретически можно отнести к разряду глупостей.

— Я о том, что ваши отношения несерьезные, поэтому не надо идти на поводу у Сафронова и менять свои планы. — Кажется, я начинаю догадываться о чем говорит Маринка. — Он только за этот семестр с тремя или четырьмя уже успел повстречаться и расстаться, так что скорее всего ваша любовь до гроба не доживет и до весны.

Подруга мастерски спускает меня с небес на землю всего несколькими предложениями.

— Ты забыла, что собиралась уезжать учиться?! Не стоит упускать такой шанс только потому, что такой как Роман обратил на тебя внимание!

— Я пока что…

Начинаю неуверенно что-то говорить в свое оправдание, но подругу несет так, что не остановить. Она и слова мне толком вставить не дает.

— У него таких как ты вагон, а учеба — это шанс. К тому же, если что проверите свои чувства расстоянием.

Марина смотрит на меня пристально и как будто пытается понять дошел ли до меня, тупенькой, смысл ее мудрых наставлений.

Дошел.

Как будто я про это не думала.

Думала.

И даже спросила у Романа про отношения на расстоянии, но парень мастерски съехал с темы.

Как бы там ни было, но разговор с Мариной меня не успокоил.

То есть я вроде как с подругой помирилась, но она меня нагрузила другими переживаниями.

Это очень напрягает. А если ко всему прочему добавить еще то, что и Роман на горизонте не появляется уже третью пару подряд, то я себя накручиваю до предела.

Сама того не замечаю, но хожу по коридорам и в лица вглядываюсь. Пытаюсь его высмотреть среди толпы.

Это не нормально.

Я уже себя веду как сошедшая с ума фанатка.

И что тогда дальше?

Мне скоро будет казаться, что вижу его в каждом прохожем?

Надеюсь, что до такого не дойдёт.

Чтобы так не париться, можно было бы конечно ему написать или позвонить, но я гордая. Раз пять себя мысленно остановила, чтоб так не поступить, но внешне выгляжу я круто. Веду себя как будто мне все равно.

— Сафронова высматриваешь? — В очередной из таких моментов, когда я думала, что делаю это незаметно, ко мне обращается мой «охранник». — Так он это…

— Ничего подобного. — Обрываю парня слишком быстро и резко и прикусываю язык. Прячу взгляд, но неосознанно снова начинаю делать тоже самое уже через пору секунд.

Не хочу быть такой очевидной, но ничего поделать с собой не могу.

— Ну как знаешь.

— Я пошла. — Ставлю в известность парня и иду в сторону нужной аудитории. На сегодня я уже прекратила попытки избавиться от моей так называемой охраны, потому что поняла, что лучше с ними сотрудничать.

Можно сказать, что я смирилась. Ну вот Сафронову обязательно выскажу все, что я об этом думаю.

Попозже. После того, как он появится. Если появится.

Кажется, я начинаю злиться.

Интересно, конечно, получается. Этот парень практически вынудил меня вчера с ним встречаться, а сегодня это я, кто ходит ищет его по всем углам.

— Ой! Извини! — Взвизгиваю как только понимаю, что врезаюсь в кого-то. Из-за своих мыслей я совсем не замечаю куда иду и кто впереди меня.

У меня сегодня одни крайности какие-то.

— Ничего, Лиза. — Замираю, потому что этот голос мне кажется знакомым.

И если это так, то встрече я не рада.

Медленно поднимаю взгляд и боюсь увидеть того, кто передо мной стоит.

— Андрей?

Это точно он, но я переспрашиваю, потому что не хочу в это верить.

Парень помогает мне поднять упавшие на пол вещи и с улыбкой на лице протягивает мой телефон, который он подобрал.

— Не думал, что мы так скоро увидимся.

По его выражению лица ничего не возможно понять, но само появления этого человека не предвещает ничего хорошего.

— Уходи и будем считать, что не виделись.

Он усмехается ничего не отвечает. Тогда я вырываю из его рук мобильный и обхожу парня.

— Лиза! Ты знаешь, что я так сделать не могу.

Когда его голос слышу лишь шаг ускоряю.

Сейчас как никогда радуюсь, что Сафронов приставил ко мне своих знакомых, потому что они задерживают Андрея.

Но это не надолго. Теперь мне всё равно не убежать и не скрыться никуда.

На лекцию ко мне его не пустят, да и не пойдет он. Во всяком случае раньше никогда не ходил. Раз пришел, то скорее всего займет какое-то удобное место и будет наблюдать.

Наблюдать и не вмешиваться, но это если я не выкину фокус какой-нибудь.

А под фокусом можно понимать что угодно — даже выход за пределы студгородка.

Или в этот раз все иначе будет?

Ломаю голову всю оставшуюся лекцию. Андрей и его внезапное появление никак не выходят у меня из головы. Я даже о Сафронове забываю на некоторое время.

Когда звенит звонок, я в первых рядах бегу к выходу. Вливаюсь в гущу толпы и хочу проскочить незаметно.

Раньше такое срабатывало, поэтому я надеюсь, что и в этот раз повезёт.

В районе первого этажа понимаю, что за мной никто не идёт и немного расслабляюсь. На выходе из здания даже в какой-то момент перестаю ждать подвоха, но внезапно чувствую, как кто-то хватает меня за руку.

— Андрей, отпусти! — Взвизгиваю и начинаю немного истерично вырваться.

— Андрей? — Фокусирую взгляд и вижу, что передо мной стоит Рома и вопросительно бровь выгибает. — Это еще кто?

У меня шок. Растерянность. Как будто бы врасплох застали.

— Кажется так звали кого-то из моих «присматривающих».

Такая себе ложь, но это первое, что на ум приходит. Надеюсь, что Сафронов и сам не помнит тех ребят по именам — они же довольно часто менялись.

Роман смотрит на меня пристально, серьезно.

— И почему бы он тебя за руку схватил?

— А разве ты меня схватил? — Начинаю стрелки переводить. Придерживаюсь стратегии, что лучшая защита — это нападение. — Ты же меня аккуратно так взял, вот и он мог тоже. Ну например, чтобы я не врезалась в кого-то или не оступилась. Ты же знаешь, что я могу быть неловкой. Только взгляни на меня.

Слишком много говорю, когда нервничаю. А еще неуместно отшутиться пытаюсь. Если Роман не дурак (а он не такой), то не купится на мои слова.

— Кончено знаю. — Лениво усмехается и не отпуская руки ведет меня за собой. — Мы ведь так с тобой и познакомились.

О чем это он? Я сейчас плохо соображаю.

— Ах да, точно! Я ж тебе по неосторожности машину испортила.

Фух, вроде поверил.

Но если в этот раз это не Андрей, то не факт, что следующий мне тоже так крупно повезёт.

Я сейчас подвох ожидаю. Иду и оглядываю, но хорошо, что не вижу никого подозрительного.

— Так куда мы сейчас?

— Ты о чем? — Переспрашиваю Романа, потому что не сильно внимательно слушала. О своем думала.

— К тебе или ко мне?

Сафронов останавливается и мы оказываемся друг напротив друга.

Такого вопроса я точно не ожидала, поэтому что ответить не знаю. Точнее ответ крайне очевиден.

— Я к себе, а ты к себе.

— Но…

Не в настроении сейчас я спорить, поэтому разворачиваюсь и просто начинаю идти в сторону общаги.

Роман догоняет меня уже через несколько шагов и молча идет позади.

Знаю это, потому что оглядываюсь постоянно. И не понимаю если честно, что или кого высматриваю. Его или того, кого видеть желанием не горю.

Сафронов о своем присутствии напоминает и тишину разрушают как только мы оказываемся у дверей общежития.

Там я останавливаюсь, потому что просто так уйти будет очень грубо и странно.

— Сегодня тебе удалось от меня сбежать, но на завтрашний вечер ничего не планируй.

Вроде бы парень это с улыбкой на лице говорит, но по голосу понимаю, что он серьезен.

Не шутит совсем и возражение не примет.

— А что будет завтра?

Даже немного любопытно становится.

— Отмечать будем.

И ленточку короля интриг сегодня получает Роман Сафронов.

— Что? — Складываю руки на груди, чтоб он понял как я серьезна. Ответы без реальных ответов больше не принимаются.

— А разве у нас будет мало поводов?!

Сафронов так ничего толкового и не говорит. Поэтому я вторую ночь подряд уснуть не могу.

Плюсуем к его загадочности появление Андрея и у нас выходит суперкомбо.

Это ж надо! Когда в моей жизни столько парней было, что мысли в кучку не собрать?!

Поздравляю, Лиза. Это взросление.

И судя по моему возрасту — запоздалое.

От беспомощности зарываюсь под подушкой и со всей силы ударяю по матрацу. Реальной помощи ноль, но через пять минут я выдыхаюсь.

Силы реально на исходе.

Ни о том думаешь, Лиза. У тебя завтра сдача проекта. И от этого проекта зависит многое в твоей жизни. А ты о всяких Романах и Андреях думаешь.

О Роме, кстати, с предвкушением.

Это так глупо, но ничего я с собой поделать не могу.

Он как будто поселился в моих мыслях и отгоняет все, что не относится к нему. Учеба — мимо. Поездка — тоже мимо. Даже на пугающих мыслях о родителях сконцентрироваться не могу.

Но есть еще Андрей, а это уже обратная сторона медали.

Сколько бы ни думала, никак эту ситуацию решить не могу. Как ни крути, а такое чувство, что вокруг меня одна безысходность. Поэтому, я решаю будь что будет.

Просто буду плыть по течению и смотреть куда оно меня приведёт. Моя жизнь и так всегда было распланирована, так что немного спонтанности не помешает.

Но сказать себе об этом и жить по этому принципу — два разных дела. На такие случаи у меня есть проверенный способ — взять тугую резинку для волос и надеть её на руку. Как только ненужные мысли закрадываются в голову, тут же натягивать резинку и резко отпускать. В своем роде это клин, который вышибает другим клином.

В этот раз я засыпаю, но на утро понимаю, что запястье огнем горит. Метод действительный, но немного болезненный.

Я не перед одним экзаменом так не нервничала как сейчас. Даже когда одеваюсь, то не сразу понимаю, что промахиваюсь пуговичкой на блузке и вид у меня такой, как будто я собиралась в темноте наощупь.

Так называемая защита будет проходить в деканате через час, поэтому я иду в библиотеку и пишу Сафронову, чтоб и он ждал меня там.

Да, мы с ним все подговорили, проверили и прогнали по несколько раз, но мне все равно неспокойно.

Он: «Буду через пол часа»

Читаю его сообщение и забываю, как моргать. Это же…

«Ты опаздываешь?!»

Молчит.

«Я же просила будильник поставить»

Он: “Ставил. Проспал.»

За что мне все это?! Этот парень не желаем мою жизнь легче ни на секунду.

В моей голове отнюдь не культурные мысли, но прежде, чем я вспоминаю методы перевоспитания в средневековой Испании, на горизонте появляется это… чучело.

Реально по-другому я его назвать не могу.

— Что с тобой случилось? — Подбегаю к парню, потому что, судя по его внешнему виду, Роме в больницу надо.

— Утро добрым не бывает.

— Ты под какой мусоркой ночевал?!

Нет, мне показалось, что его избила группа бомжей. Скорее он добровольно с ними затусил.

И пусть я преувеличиваю, но от сути отошла недалеко.

— Что на тебе надето?

— Не кричи так. — Морщится. — И выключи свет.

— Это дневной свет. — Я одновременно возмущена и шокирована до бессилия. — Ты где ночь провел?

— С друзьями. Ты же со мной не захотела поехать, а мне скучно было. Вот мы и гоняли пока бензин не кончился.

Так это теперь моя вина?!

Он серьезно что ли?!

— Я готовилась к сегодняшнему дню.

— Так я тоже. — Выпрямляется и массируем пальцами виски. — Но потом сон не шел и позвонил Дима…

Дальше я не слушаю.

Мой взгляд скользит по его фигуре.

— Судя по всему, после гулянки ты сразу сюда приехал?!

— Нет. — Неожиданно, потому что по его одежде не скажешь. Вроде не грязная, но мятая ужасно. — Я у Димона ночевал.

— В чем был, в том и ночевал.

— Ну да.

Ха. «Ну да». Как же у него все просто.

— Тогда зови сюда своего Димона.

— Что? — Переспрашивает недоуменно.

Ладно. Чем объяснять, проще самой подстрекателя найти.

Тянусь к карману Сафронова и вытягиваю его мобильный.

— Пароль.

— Что?

До него как до жирафа доходит. И в таком состоянии он собрался сдавать то, над чем мы неделю кропотливо работали?!

Безответственный!

— Пароль свой говори!

Произношу резче, злее и настойчивее. Но почему-то на Романа это не действует пугающе. Он улыбаться начинает, а я в растерянности от его реакции.

— Ведешь себя как жена. Будешь проверять с кем и где был?!

Его это веселит, а вот думаю… мне бы его проблемы.

— Как девушка. Это раз. Два — если не врешь, то и проверять не зачем. — Смотрю на него в упор и серьезно. Веселье постепенно сходит с его все еще холеного лица. Теперь и Ромашка выглядит более собрано. — А ты мне врешь?

— Не вру.

Теперь вообще без улыбки на меня смотрит. Прямо в глаза.

Аж мурашки по коже.

— Двадцать восемнадцать.

— Что это?! — Ввожу цифры. — Год поступления?

— Как ты узнала?

На удивление пароль подходит (не думала, что он так просто правду скажет, но видимо не врет, что… не врет). Прикольная тавтология.

Номер Димы вычислить еще прошу оказываться, чем значение пароля.

— В библиотеку иди. Быстро!

Кричу почти на парня и трубку бросаю до того, как ответ услышу.

Не умею быть грозной и убедительной, но надеюсь, что такой примем сработает.

— А ты пока иди и умойся. Вот расческа и зубная нить.

Быстро вынимаю все необходимое из рюкзака и с такой силой вручаю это парню, что он в полном изумлении шаг назад делает, когда получает от меня.

— Х-хорошо.

Ого, какой послушный.

Видимо я все-таки страшна в гневе.

Всегда бы так команды выполнял.

Дружок его сегодня тоже на редкость покладистым отказывается.

Правда идет вальяжно и неторопливо, но как меня на горизонте видит, сразу плечи расправляет, чтоб крутым казаться.

Но взгляд все равно отводит.

— Что?

Спрашивает вместо приветствия и смотрит на меня сверху вниз.

А почему не смотреть, если на две головы выше.

— Сам не знаешь?

— Он вместе со мной все это время был.

— А я разве спрашивала? — Так он своего дружка приперся прикрывать. Солидарность во всей красе. — Я тебя сюда не для перекрестного допроса позвала.

— Где Романыч? — Дима начинает медленно осматриваться.

— И не для очной ставки.

Терпения мне. Терпения.

— Тогда зачем? — Спрашивает спокойно и выгибает брось.

— Выглядишь ничего так. Не то, что твой друг. — Окидываю Дмитрия взглядом и руки в боки упираю. — Нам с Ромой через десять минут в деканате надо быть.

— Ты позвала, чтобы я группой поддержки побыл?

Я не нравлюсь Диме или мне просто кажется?! Это риторический вопрос, если что.

— Я позвала, чтобы ты друга выручил, если у обоих мозгов с самого начала не хватило….

Лиза, успокойся. Я кипячусь как чайник, а пар из ушей так и валит.

Когда я злюсь (это редко), но контролирую в такие моменты я себя плохо, а веду еще хуже. И самое печальное, что о последствиях не думаю.

А надо бы.

Дима — амбал здоровый, а я его отчитываю как дитя. Да он с разворота без усилий меня как теннисный мячик в дальний угол запустит и не заметит.

— Где мужской туалет ближайший знаешь? — Сбавляю обороты.

— Допустим. — Парень подозрительно косится.

— Отлично. — Не могу не сыронизировать. — Там твой друг занимается магией и пытается сделать из себя человека. Думаю, ему нужна твоя помощь… а еще рубашка и обувь. Ты хоть с утра переоделся…

Что-то эти двое слишком долго феячат.

Нервно постукиваю пальцами по стене и все чаще начинаю посматривать на часы.

Мы так скоро опоздаем.

Наконец дверь мужского туалета открывается.

И если сравнивать “до” и “после”, то ожидания того стоили.

— Выглядишь ничего так. — Стараюсь не перехвалить Сафронова, а то он и без того парень звездный.

— Знаю. Девушки от меня в восторге, но я весь твой.

Его друг, стоящий позади, закатывает глаза и тут я впервые с ним солидарна.

Окидываю Романа оценивающим взглядом, а тот чуть нос задирает так, что еще немного и шея надломится.

Позёр.

— Почти следа не осталось от жеваной калоши, которую ты напоминал часом ранее.

Одна фраза, а какой эффект. Даже Дмитрий впечатлен. Смотрит сначала на меня, а потом на своего дружбана и усмехается.

— Это минимум три-ноль, братан. Не в твою пользу. — Парень хлопает Сафронова по полечу. — Сегодня не твой день, но кажется Серега сегодня тачку ушатал утречком, так что есть шанс, что удача еще на твоей стороне.

Серега это…? Краснов?

Сергей Алексеевич Краснов?

Сглатываю.

— Тогда он будет злой как собака. — Сегодня неудача препода почему-то не воодушевляет Романа. А! Наверное потому, что нам предстоит у него сегодня вымаливать прощение.

После всего. После видосика, принесшего нам славу. И недавней выходки. Моей. Хотя роман тоже дровишек в пожар подкинул. В общем, по всем параметрам сегодня решающий.

Меня захлестывает паника, но пока еще здравый смысл барахтается где-то на поверхности и напоминает, что неплохо бы все же в деканат заглянуть. Ну вдруг (ну мало ли) повезет.

Снова на часы смотрю и понимаю, что времени совсем не осталось.

Пока парни ловят общение (еще хуже девчонок, честное слово, вчера что ли не наобщались?!), я хватаю Сафронова за руку и тащу за собой.

— Оу! Идем в деканат.

— Я приятно поражена, что ты помнишь туда дорогу.

— Предпочел бы пойти с тобой в другое место, но ты же не согласишься. — Слышу как усмехается, но не вижу, потому что несусь вперед как паровоз.

— Какой-то сообразительный.

— Неплохо в людях разбираюсь.

— Шут гороховый! — Его поведение одновременно раздражает и веселит. Как можно быть таким противоречивым?!

— Да как мне туда дорогу забыть, Зубрила, когда я недавно там получил признание в любви и своих заслуг?!

Я краснею. И сейчас очень рада, что этот проходимец не видит мое лицо, а то точно возгордится еще пуще прежнего.

Чем ближе мы приближаемся к заветной (в кавычках) двери, тем больше нервничаю. И тем крепче сжимаю руку Сафронова. Хорошо, что для него это не проблема. Вряд ли даже дискомфорт доставляет (не говоря уже о неприятных ощущениях).

Я от горшка два вершка и неприятностей в этом плане много доставить не могу.

Мы останавливаемся возле двери, а я уже близка к обмороку. Тело не слушается, мышцы забились. Еще и Ромашка смеряет меня недоуменным взглядом.

— Чего ждешь? Пошли. — Толкает дверь и входит без стука.

Не дает мне собраться со смелостью.

Несмотря на то, что в это время в деканате народа много, незамеченным мы не остаемся. И как близко стоим, и что за руки держимся, — все в глаза глазастым студентам бросается и снова начинается шепот.

Это нормально, что я на это уже почти не реагирую? Привычка — вторая натура.

Ни Петра Семеновича, ни Краснова еще пока что нет, но секретарь быстренько сворачивает лавочку и спроваживает всех любопытных.

— Мы первые пришли. Не опоздали. — Мямлю растеряно и все равно по сторонам оглядываюсь, как будто декан или Сергей Алексеевич могут выскочить из-под стола или заржать над нами из-за занавески.

— Нет. — Театрально закатывает глаза тетка и протягивает наманикюренную руку с длиннющими когтями (так и по улице одной ночью ходить не страшно) — Флешку с презентацией давайте. Я пока подключу все.

Я тут как тут. Сразу все выдаю, а Роман никуда не торопится.

— Давай быстрее! — Шикаю на него.

И пока этот блаженный копошится в кармане, я уже достала кое-что другое.

— А вот извинения от каждого из нас на десяти листах. От руки.

Зачем я распинаюсь перед этой теткой не знаю. Очков мне это не принесет, но я вот такая.

— Здесь мои и его. — Киваю в сторону парня. — Я аккуратно все сложила и разделила.

Баба эта кривится, но берет с таким выражением лица, как будто вселенское одолжение делает.

Ой! Да ну ее.

Сколько нам ждать неизвестно, поэтому я кошусь на стульчики, но спросить о подобном мегеру не решаюсь. Она же из принципа скажет, что это для пятых точек светил науки, а не для рядовых студентов.

В отличае от меня Сафронов ложной скромностью не страдает. Он вообще ни на кого внимание не обращает и плюхается на свободное кресло. Меня за собой тянет и слишком близко к себе садит.

Смотрю на него коршуном, но наглец делает вид, что не понимает моего возмущения.

Отстраниться пробую, но несмотря на то, что он сейчас закрыл глаза и делает вид будто медитирует (короче, забил на всё и на всех), реакция у него мгновенная. Руки смыкаются у меня на локте и притягивают еще даже ближе. Настолько, что мы теперь вплотную сидим, как будто в обнимочку.

Больше вырываться я не пытаюсь, потому что прекрасно понимаю по какому сценарию все пойдет дальше. Сижу как по струнке. Напряжена. Зато этот балбес почти сопит.

— Ночью спать надо. — Шиплю тихо, но он все слышит.

Губы его растягиваются в легкой улыбке.

— Какие же мы разные.

— И все-таки мы вместе. — От его слов по телу дрожь пробегает.

Опять я красней и опять радуюсь, что он меня не видит.

Пытаюсь унять волнение и тоже прикрываю глаза.

Не проходит и минуты, как слышу, что дверь хлопает.

Это Краснов.

Раньше он мне нравился настолько, что я знаю как звучат его шаги. Вот и сейчас узнаю походку.

Сердце заходится в диком скаче.

Вот теперь я реально понимаю что такое волнение. Раньше была фигня.

Сейчас уж точно пытаюсь от Сафронова отстраниться, но он не дает.

Тоже глаза открыл и понял кто перед ним.

— Нас могут не так понять. — Произношу шепотом и умоляюще смотрю ему в глаза.

Взглядом говорю, мол, давай не нагнетать, а? У вас там свои мужские терки и каким-то боком там встряла я, но сейчас правда не время.

— Рома, у нас извинения, а не повод для новых провокаций.

— Ты права.

Его ответ поражает. Неожиданный.

Смотрю на парня и поверить не могу, что в кои то веки он руководствуется здравым смыслом, а не тестостероном.

Но я рано расслабилась и поэтому потеряла бдительность.

Теперь застигнута врасплох.

Сафронов меня отпускает, но только на какую-то долю секунды. Потому практически сразу я опять чувствую, как его громадная лапа ложится уже мне на плечо, а сам парень подается немного вбок. Так, что его губы оказываются возле моего уха.

И я чувствую каждый вдох. И выдох тоже.

Настолько неожиданно, что сама дышать забываю.

— А вот так все как раз правильно всё поймут. — Шепчет.

А у меня голова кружиться начинает.

Пульс бешеный.

Кислорода не хватает.

Зачем Сафронов все так усложняет?!

Зачем заставляет нервничать?

И почему я так остро это все воспринимаю?

Да потому что это — показуха.

Счастье любит тишину, и я с этими словами согласна.

Даже я с несвойственной мне нежностью готова обниматься и все такое, но. Но наедине!

А Роман доказывает что-то и не скрывает это.

Потому что откинулся на спинку. Потому что уголок его губ надменно дернулся вверх. Потому что смотрит на Краснова и следит за его реакцией.

— Холодно? — Краснов смотрит на нас с демонстративным безразличием.

— А?

— Жметесь так к друг другу. — Препод непробиваем и этим как-то нарушает атмосферу игры. — Инна Леонидовна, прибавьте температуру и мы начнем.

Мне стыдно.

За то, что так жестко поставили на место, и за то, что я даже не собиралась принимать участие в этом фарсе.

После такого мне уже все равно на настойчивость Сафронова и я встаю с места.

Почти подскакиваю и это выглядит неуместно. Что злит Романа — затылком чувствую.

Слышу скрип кресла и через секунду парень тоже встает. Становится позади меня.

— Можете сесть обратно. — Сергей Алексеевич настроен скептически. Издевается.

— Как ваша машина?

Внутри меня все холодеет. Зачем Романа тянет в эту трясину. Да еще и с таким размахом.

Хочется побольнее задеть? С Краснова не станется отыграться — сейчас у него козырей больше.

Хочу вмешаться, но понимаю, что это не мой случай. Они между собой решают что-то, а я только хуже сделаю.

Хотя куда хуже?

— Димон сказал. — Роман снова усмехается, засовывая руки в карман. — Если надо, то дам номер мастера. Все сделает по вышке. Сами проверили, да, Лиза?

Молчу.

Он навязчиво впитывают меня, но я пока держусь.

— Сергей Алексеевич, я могу сходить и позвать Петра Семеновича.

Специально веду себя так, как будто эти двое общаются в параллельной вселенной.

Я здесь по учебе, а они пусть сами разбираются.

— Не надо, Елизавета. Я буду все принимать. И я буду все оценивать. — Преподаватель садится и небрежно рассматривает листы с извинениями, а потом отбрасывает их в сторону.

Пренебрежение, с которым он это делает, немного цепляет. Но мужчина прав — не это главное сейчас.

— Это же ты делала все, Ларина?

Не сразу понимаю о чем речь, но потом…

— Мы вместе. — Смотрю ему в глаза. — Честно.

На лице Сергея снисходительность. Мол, так я и поверил.

— А вы поспрашивайте, если есть вопросы. — Сафронов нарывается как будто у него есть запасная жизнь.

Как же эти двое утомляют.

— Вопросы есть. — Препод реагирует сразу и больше не смотрит ни на презентацию, ни на летопись с извинениями. — Только ты выйди для начала.

— Лиза! Выйди! — Настаивает Краснов, взглядом меня прожигая.

Мнусь и не решаюсь.

Не хочу уходить, но как тут ослушаешься.

Бросаю быстрый взгляд на Романа и опускаю глаза в пол, когда перевожу на Сергея Алексеевича.

— Я же не защитила свою работу. Вы ничего у меня не спросили. — Растеряно.

Это и правда насторажвиает. Я же так готовилась, а меня просто уйти просят. И дальше судьба моей оценки без меня решаться будет.

Это меня не устраивает. Вообще не люблю ситуации, на которые повлиять не могу.

— Почему не уходишь? — Подскакиваю на месте от раздраженного голоса препода.

— Потому что за свою успеваемость переживаю.

Голос мой жалко и жалобно в этот момент звучит.

— У тебя пять. — Отстраненно произносит только бы я отвязалась. — До конца семестра можешь не приходить.

Чувствую себя рыбой, которую на сушу выпустили. Глазами хлопаю удивленно и рот открываю и закрываю, потому что вроде как и сказать что-то надо, но я не могу ничего вразумительного сообразить.

— Хорошо быть миленькой! — Голос Сафронова врезается в сознание, и я механически поворачиваюсь в его сторону.

Пока с шоком я пытаюсь справиться, тут кое-то изволил веселиться.

От бессилия и стукнуть его хочется и рассмеяться, потому что его поведение по непонятной причине меня веселит.

Прикусываю губу. Пытаюсь так сдержаться, чтоб не расплыться в улыбке.

Неожиданно парень аккуратно поглаживает щеку, а потом щипает слегка в самом конце.

— Ты у меня конфетка. — Подмигивает.

Рома неправ. Я не конфетка, а спелый помидорчик. Ну реально, сейчас мое лицо практически пунцовое становится из-за его слов.

Сглатываю. Вспыхиваю с новой силой и только хочу ему что-то сказать (ведь ему как раз могу), как парень осторожно, но настойчиво подталкивает меня вперед.

Оборачиваюсь уже возле двери и сверлю его многообещающим взглядом. Пусть знает, что выхватит у меня как только выйдет из кабинета.

Перед моим носом дверь захлопывается и ожидание нервирует. Стараюсь тихо себя вести и вслушиваться в происходящее по ту сторону, но ни единого слова разобрать не могу.

Да, слышу, что общаются, но понятия не имею о чем и это добавляет нервозности.

Время еще, как назло, медленно до невозможности тянется.

Так никаких сил не хватит. Скоро от стресса слягу.

Успокаивает меня, что эти двое при секретаре не сцепятся. Хоть на что-то полезное эта злая тётка сгодилась.

Когда на часах отсчитываю пятнадцать минут, что я тут круги наворачиваю, открывается дверь.

Время начинает течь еще медленнее и теперь все как будто в замедленном действии происходит.

Я с замиранием жду, что дальше произойдет.

Нервно постукиваю зубами и при этом забываю как дышать, моргать и двигаться. В голове одна мысль вертится — только бы не секретаршу выгнали.

Сердце замирает.

Сафронов.

И начинает в этот момент мое сердечко биться опять.

— О! — Удивляется он и останавливается. Смотрит на меня, как будто увидеть не ожидал. — Ты тут ждала?

И на меня накатывает возмущение.

— Конечно. — Цежу и забываю контролировать свои эмоции. — А ты, видимо, не ждал бы!

Фыркаю и топаю ногой в порыве. Поджимаю недовольно губы и мимо него прохожу. Ускоряюсь демонстративно и цепляю его плечом.

Я официально расстроена. Обижена. Чувствую себя и свои переживания недооцененными.

А еще мне нереально интересно что произошло пока я находилась в изгнании, но на поводу в своего любопытства я идти не буду. Переживу как-нибудь.

— Эй, ну чего ты! — Слышу веселый голос парня, который пусть и идет за мной, но явно не торопится. С каждой секундой расстояние все больше и больше увеличивается (благодаря мне), а не сокращается (благодаря ему). — Лиза! Вернись ко мне, я все прощу!

Пафосный шут!

Когда Сафронов понимает, что я непреклонна и останавливаться не собираюсь, уже поздно.

Из аудитории вываливает народ и догнать меня нереально. Хотя Роман старается. Краем глаза успеваю заметить, что он в миг серьёзным становится и пытается всех растолкнуть по сторонам, но момент упущен.

Пока есть возможность сбежать, я ею пользуюсь.

Не очень-то горю желанием общаться с Ромой, потому что на него злюсь. Проще переждать и успокоиться, а потом выдать что-то адекватное. А то, боюсь, что ничего кроме язвительного сарказма от меня парень сейчас не дождется.

Выбегаю из здания универа, а на улице людей не меньше чем внутри.

Сегодня на удивление хорошая погода и студенты ловят солнечные лучи.

Бегу вперед, маневренно огибаю зевак и иногда назад оглядываюсь. Так сказать, мониторю ситуацию.

— Лиза! — Неожиданно впереди возникает Андрей. Так внезапно, что я чуть в него не врезаюсь. Чудом остановиться получается. — Что случилось?

Чтоб я не упала, парень придерживает меня машинально, а меня как будто кипятком ошпаривает.

Смотрит на меня взволнованно при этом.

И вроде как много у меня чего случилось ранее, но с появлением этого человека передо мной все меркнет.

— Н-ничего. — Скомкано произношу и отскакиваю от него как от огня. Руку выдергиваю, потому что не хочу, чтоб он ко мне прикасался.

Это вызывает у Андрея усмешку.

А я исподлобья смотрю и принимаю защитную стойку. Как будто он вот-вот нападет (хотя знаю, что ничего такого и близко не будет).

Пока думаю как дальше поступить, верчу головой по сторонам. Заодно просчитываю все варианты.

Когда взгляд останавливает на главном входе в универ, вижу как оттуда Сафронов выходит и тоже по толпе взглядом скользит. В этот момент я срываюсь с места и снова врезаюсь в толпу, чтоб меня не догнать было.

Плевать на план — это экспромт, и он срабатывает.

*****

Уже оказавшись в комнате, спустя какое-то время я успокаиваюсь. Это происходит не сразу, но меня отпускает.

И на смену эмоциям приходит трезвый рассудок.

Зря я все-таки сбежала из универа. На отработке Краснова моя учеба не заканчивалась и по расписанию было еще несколько лекций, но я их все пропустила.

Только сейчас понимаю, что мое отношение к учебе (да и я сама) сильно изменилась за последнюю неделю. Хорошо это или плохо время покажет. Но одно я знаю точно — мне нужно не так эмоционально на все реагировать, а включать холодную голову.

Наверное, поэтому я отключаю телефон и сажусь за книги. Смотрю программу, которую мы должны были пройти сегодня и подготавливаю последние семинары перед экзаменами.

Зарываюсь в книги и с головой ухожу в учебу пока не понимаю, что за окном стемнело.

Смотрю на часы и понимаю, что безвылазно сидела за учебой шесть часов.

Только когда отвлекаюсь осознаю, что за все это время мышцы затекли, глаза устали и в животе урчит.

Но это все же пошло мне на пользу. Я остыла и успокоилась.

Теперь совершенно спокойно включаю телефон и почти бровью не веду, когда на меня шквалом обрушиваются уведомления о пропущенных звонках и сообщениях.

Девяносто процентов из звонков от Романа. При чем с разной периодичностью. А вот сообщение всего одно.

“Сегодня в девять я за тобой зайду. Будь готова”.

Написано давно, но получила я его… снова смотрю на часы… в восемь тридцать.

Сначала паникую, что времени мало, а я похожа больше на дракона из пещеры, чем на принцессу в замке, но потом успокаиваюсь.

Ха! Зайдет он там за мной! Да это же общага, парень!

Сюда без ведома и согласия комендантши и мышь не прошмыгнет. Ну-у во второй раз точно. В первый раз Сафронову я считаю, что просто повезло.

Но, с другой стороны, для этого мажора закон и правила не писаны.

На всякий случай подхожу к зеркалу и крашусь. Подводкой подчеркиваю глаза и блеском увлажняю губы. Укладываю волосы — ничего особенно, просто выгляжу не как обычно (как невидимка), а более женственно что ли.

Смотрю на свое отражение и понимаю, что мне идет.

Даже задумываюсь о том, чтоб чуть больше времени уделять своей внешности, но потом эти мысли от себя отгоняю.

Не успею моргнуть, как с таким образом мысли стану похожа на одну из толпы фанаток Сафронова.

— Нет, не хочу, чтоб меня люди вот так воспринимали. — Качаю головой и уже тянусь за влажной салфеткой, как слышу стук в дверь.

Замираю. Прислушиваюсь.

Не показалось.

Раздается повторный стук.

Сафронов?

Крадусь к двери (хотя я ничего не сделала и ни от кого не прячусь) и снова вслушиваюсь в тишину.

— Лиза, открывай! — Уверенно, немного нервно по ту сторону двери произносит Роман.

Не знаю как он умудрился сюда пробраться, но лучше бы его никто не видел.

Проворачиваю ключ и впускаю наглеца в комнату. Потом выглядываю в коридор убедиться, что нас никто не видел.

Никто. Не видел.

Вроде бы…

— Ты не собрана. — Парень быстро окидывает меня взглядом и тут же проходит дальше в комнату.

Без спроса садится на кровать и еще до того, как я произнести что-то успеваю, мне в руки летит зачётка.

Растерянно открываю, а там “отлично” стоит по Краснову.

— Не обманул. — Говорю это сама себе, но получается громко, что Сафронов слышит.

— Я всегда держу свое слово. — Самоуверенно, как всегда, заявляет.

— Я не о тебе вообще-то. — Перевожу взгляд на парня.

Иду к столу и аккуратно кладу на него свое сокровище, показывающее мою отличную успеваемость.

— Ну так это я все разрулил. — Настаивает, что именно он крут как Робин Гуд. — Я все решил с твоим Красновым.

Выплевывает фамилию препода, как будто она токсичная.

Ладно. Молчу и не спорю. Лучше не вспоминать, что именно Роман эту всю канитель и начал.

— Как ты сюда попал? — Решаю сменить тему и заодно иду к шкафу в другой конец комнаты. — Кто пропустил?

— Мое очарование.

Делаю продолжительный вдох, потому что терпение мое на исходе. Ну вот скажите мне, пожалуйста, как с таким человеком общаться?!

Правильно: никак. Вот и я молчу. Не комментирую, чтоб на грубость не сорваться, а то вдруг он обидится на мой язвительный комментарий.

— Почему ты еще не готова и почему я не мог до тебя дозвониться весь вечер?

Роман тоже решает сменить тему, но начинает с претензии. Даже не знаю что лучше: то, как мы общались ранее или как сейчас.

— Я занималась. — Произношу терпеливо и сканирую полки с одеждой.

Решаю загрузиться этим вопросом вместо того, чтоб оправдываться.

— Нам уже пора ехать. — В отражении зеркала вижу, как парень смотрит на часы. — И так задерживаемся.

А вот это проблема.

Я и так не знаю что мне надеть, а тут еще Сафронов подгоняет.

— Мне нужно еще время. — Произношу растерянно и окончательно теряюсь.

Наряжаться — это не мое. Еще совсем недавно я бы попросила Маринку мен помочь, но сейчас думаю только о том, чтоб подруга вообще не узнала, что я куда-то с Ромой иду.

— Я же сказал, что буду к девяти, а уже десять.

Лучше бы Сафронов свое недовольство при себе держал. Я и без этого нервничаю и не знаю куда бежать и за что хвататься.

— Отвернись. — Произношу резко и громковато, когда взгляд останавливается на маленьком черном платье.

Это как раз одна из тех вещиц, которую мне купила мама со словами “это должно быть в гардеробе даже у тебя”. Типо базовая вещь леди, но… есть небольшой нюанс. Я — не леди. А платье все равно имеется.

— Все же что-то у тебя от девушки есть. — Усмехается парень и скорее всего намекает на то, что мы зачастую опаздываем на свидания и заставляем их ждать.

— В тебе от мужика тоже. — Не остаюсь в долгу.

Как только убеждаюсь, что он не смотрит, начинаю менять наряд.

— Ты о чем? — Слышу возмущение в его голосе и понимаю, что Сафронов, вопреки моим словам. Повернулся.

Угадайте кто теперь возмущен?! Хватаю с полки первую попавшуюся сложенную футболку и швыряю ему в лицо.

— Отвернись я сказала!

Роман медлит, изучая меня взглядом, пока я извиваюсь как змея, чтоб прикрыться, но все же отворачивается. Нехотя как будто.

— Ты написал, что в девять приедешь, а уже десять.

Стараюсь не смущаться из-за того, что только что случилось, но чувствую как меня немного потряхивает. — Как знала, что к твоим планам можно смело час прибавлять, поэтому не торопилась.

Сафронов своими слова только что дал мне понять, что толком и за девушку (в его понимании) не считает, поэтому я полна решительности доказать ему обратное.

Что это еще за стереотипное мышление и почему оно направлено в мою сторону? Обычно мне все равно кто и какие на меня лейблы клеит, но слова Романа сегодня меня неожиданно задели.

Смотрю на себя в зеркало в этом маленьком черном платье скептически. Оценивающе.

Как по мне оно слишком маленькое, но если взять мерила Сафронова, то я одета как в монастырь. Не раз видела, чтоб его подружки не то, что платья носили, а скорее нечто, чуть длиннее пояса.

— Долго еще? — Роман начинает раздражаться, а я психовать.

Поэтому необдуманно ляпаю:

— Готова. Можешь поворачиваться.

И понимаю, что в ожидании этого момента перестаю дышать. Стою смирно, руки попустила шву и как только понимаю, что он на меня смотрит, стараюсь оттянуть облегающую часть подола вниз.

С того момента, когда мне это платье покупалось, я вытянулась на несколько сантиметров, поэтому мне кажется, что оно нереально короткое теперь. Сантиметров на десять выше колен. Это просто ужас! Хорошо хоть верх закрыт и упакован так, что под тканью только очертания фигуры видны и ни сантиметра кожи.

Роман смотрит долго и молчит. По его выражению лица ничего понять невозможно, потому что парень завис как вышедший из строя компьютер. И это меня заставляет терять остатки спокойствия и уверенности в себе.

Неужели все так плохо? Мне хочется забежать и спрятаться за дверцу платяного шкафчика и никогда оттуда больше ему на глаза не показываться.

— Переоденься. — Говорит наконец осипшим голосом, разрывая звенящую тишину на части. — Так ты из этой комнаты не выйдешь.

Неожиданно до меня доходит, что дело в другом — не потому, что я выгляжу плохо он это говорит.

А если все наоборот?

Сначала меня эта мысль удивляет и почти смеюсь из-за абсурдности, но чем дольше Рома смотрит, тем отчетливее эта мысль въедается мне в сознание.

— Нет.

Не могу при этом выдержать его взгляд, поэтому отворачиваюсь. Беру в руки сумочку, складываю туда все самое необходимое, и иду обуваться.

Сама в это время прислушиваюсь напряженно. И как-то мне не по себе оттого, что ничего не происходит. Сафронов ни звука не издает.

— Или мы никуда не пойдем. — Железно заявляет и я зависаю на половине действия.

Выпрямляюсь, ставлю обувь на место и поворачиваюсь к парню.

— Хорошо. — Я спокойно на это реагирую.

Надоело, что все вечно мной помыкают, поэтому на шантаж не поведусь. В конце концов я не из тех, кто любит клубиться в дым и, по сути, совсем не расстраиваюсь, что мы не посетим какой-нибудь там ресторан.

— Тогда ты можешь идти. — Решаю огрызнуться. — Хорошо попраздновать.

Подхожу к двери и открываю ее нараспашку. Жестом показываю, что Сафронов волен чесать себе на здоровье на все четыре стороны.

Атмосфера напряжена, как струна, которая с секунды на секунду порвется.

Роман встает с места и направляется ко мне.

В какой-то момент мне кажется, что он тоже собирается повести себя принципиально, но парень с силой захлопывает дверь как только оказывается рядом.

Я вздрагиваю от громкого звука, но молчу.

Ни слова не произношу даже тогда, когда он стоит напротив, очень близко, и прожигает меня взглядом.

— Неужели я так плохо выгляжу? — Первая не выдерживаю.

Спрашиваю не потому, что на комплимент хочу нарваться, но я искренне не понимаю природу его реакции.

— Так. Хорошо. — Как будто выдавливает из себя эти слова парень и обстановка становится куда более накаленной стоит мне его голос услышать так близко. Он ведь почти нависает надо мной, заставляя почувствовать себя просто крошечной.

— Не всегда же мне надевать на себя мешок с картошкой. — Стараюсь скрыть нервозность и неловко шучу, а потом быстро обхожу парня и подхожу к окну.

Как по мне мы только что все выяснили: выгляжу я нормально, мой внешний вид никого не смутит и не напугает — значит, причин оставаться дома у меня нет.

Пока плотно задергиваю штору, чувствую на себе его взгляд. Шестое чувство подсказывает, что Роману есть что сказать — накал между нами такой, что я расслабиться не могу. Все мои движения рваные, дерганые. Но парень молчит. Просто наблюдает за мной.

Вслед за шторой подхожу к ноутбуку и первый попавшийся фильм на нем включаю. Ставлю среднюю громкость. Регулирую свет: основной выключаю, оставляю только ночник.

После того, как заканчиваю все эти незамысловатые манипуляции, беру в руки туфли. Это чтоб не цокали, а то ненужное внимание привлечём.

— Зачем все это? — Роман в недоумении и легком замешательстве. — Для комменды?

Вот нравятся мне люди, которые сначала задают неудобные вопросы, а потом сами на них отвечают.

Пользуясь возможностью не соврать, просто киваю. Пусть думает так. Это проще, чем объяснять для чего я так поступаю.

Эта схема выиграет мне несколько часов… при удачном стечении обстоятельств.

— А нормально выйти нельзя было?

Роман стоит на улице ядом с аварийной лестницей и отряхивается. Я заставила его заставила его таким образом спускаться вниз и парень всем своим видом мне показывает, что не рассчитывал на такие приключения.

— Нас могли увидеть. — Тоже поправляю платье и прохожусь руками по волосам, чтоб убедиться в опрятности прически.

— Но я договорился с коммендой!

Блин! Он слишком шумный. И странный.

Если думает, что я от скуки решила так поступить, то ошибается.

— А я нет! — Шиплю на него и прикладываю палец к губам!

Какой смысл так сбегать, чтоб потом орать на всю империю?!

— Можно подумать, что комменда будет делать обход периметра и заглядывать вам в окна. — Хмыкает и смотрит на меня как на ненормальную.

Ну и ладно. Пусть считает, что дело в ней. Не буду его разубеждать.

— А ты все больше и больше интригуешь, Лиза. — В тусклом свете уличных фонарей вижу, как Сафронов прищуривается. А потом усмехается и голову на бок склоняет. — И часто ты так сбегаешь?

Не часто, но пару раз бывало. С тотальным контролем со стороны моей семейки по другому никак.

— Ну, с почином тогда. — Оглядываюсь по сторонам и когда убеждаюсь, что на горизонте все чисто, натягиваю туфли. — С таким как ты я тоже в первый раз общаюсь.

Судя по выражению лица Романа он не до конца понимает комплимент это или оскорбление.

Пусть не заморачивается. Я не вкладывала в эти слова какой-то смысл. Просто факт констатировала.

Пока мы идем к его машине я вздрагиваю от каждого шороха. Постоянно оглядываюсь, потому что боюсь наткнуться на Андрея.

Уж этот человек точно в курсе всей моих выходок. И меня спасет только одно сегодня — эффект неожиданность. Вдруг он потеряет бдительность, потому что не ожидал, что я на вылазку осмелюсь.

— Мы куда? — Спрашиваю уже в машине.

— В клуб. Там заказан столик.

Сафронов заводит авто, но перед тем как поехать бросает мне на ноги свою куртку.

Удивлённо поднимаю на него взгляд. И не сразу понимаю, что это мой промах: я так торопилась (и была взволнована), что не взяла верхнюю одежду.

— Замерзнешь. — Парень сопровождает свои действия словами, но мне кажется, что причина не в этом.

— Ты бы мог просто включить печку. — Тихо себе под нос бубню, а сама сжимаю в кулачках его куртку и натягиваю повыше. Так, чтоб ноги полностью прикрыть.

Если честно, то мне не хочется никуда ехать. Мне некомфортно.

Я не привыкла ходить по пафосным клубам и зависать непонятно где ночами. Это просто не мой образ жизни.

Пару раз в жизни я оказывалась в подобных местах, но это было слишком недолго и слишком мало. Но достаточно для того, чтоб я сложила обо всем этом мнение.

— А ты уверен….

Закусываю губу и недоговариваю, когда смотрю на вывеску модного заведения, рядом с которым припарковался Сафронов.

— Тебе понравится. Уверен, что будешь впечатлена. — Самодовольно ухмыляется парень и подмигивает мне. — Сегодня тут тусуется весь универ. Это типо утешительного приза вместо сорвавшейся костюмированной вечеринки.

Я слышу только “весь универ”. Этого уже достаточно, чтоб не выходить из машины.

Примерно это я инстинктивно и делаю.

Как только Рома оказывается возле мой двери, чтоб галантно (я мысленно закатываю глаза) открыть мне дверь, я хватаюсь за ручку и не позволяю ему это сделать. Тяну на себя.

— Лиза?! — Он в недоумении, но я ничего поделать с собой не могу. — Лиза, открой! Что ты делаешь?

Спорим, со стороны это выглядит мега странно.

Сидеть в закрытой машине казалось мне не таким странным, как нахождение тут.

Как белая ворона.

Как корова на льду.

Как слон в посудной лавке.

Я определённо не подхожу самому модному месту города. К тому же, когда все снова на меня косятся.

— Хочу уйти. — Жмусь к Сафронову, как только получается уловить снижение тональности музыки.

Надеюсь, он мои слова услышал.

— Ты че?! Мы только пришли. — Парень заценивает обстановку и выглядит как рыба в воде.

С самых первых минут я понимаю, что мне в такого рода заведениях не место.

Сафронов хватает меня за руку и тянет в направлении компании за столом. Его компании.

Половина народа из универа, а другую половину я не знаю.

Когда мы приближаемся к столику, я улавливаю взгляды недовольных девиц. Они прекращают все свои сплетни и устремляют свой оценивающий взор исключительно на меня. Явно меня тут не ожидали увидеть, тем более в таком виде.

От этого мне становится еще более неловко.

Парни в этой ситуации ведут себя ровно так же, за исключением оценивающих взглядов. Кто-то даже нагло осматривает меня с ног до головы и делает это специально. Демонстративно.

Из знакомых тут только Дима и вряд ли я могу записать его в ряды своей поддержки. Скорее он из разряда тех, кто просто не будет обращать на меня внимание.

Рома начинает со всеми здороваться. Кто-то даже встает из-за стола, чтобы обняться и побрататься с ним.

Пока вся эта церемония проходит, я просто стою рядом и с хаотичной периодичностью Сафронов берет меня за талию и притягивает к себе поближе. Обнимает по-собственнически, но на этом все. Он поглощён происходящим.

Я спустя время потихоньку отдаляюсь ввиду неловкости и странных ощущений, но Рома снова и снова делает это движение, и я опять оказываюсь вплотную к нему.

Странно, но это никак не мешает посторонним девушкам липнуть к нему, полностью игнорируя моё присутствие.

Не хочется этого признавать, но я чувствую уколы ревности.

Напряжение давит настолько, что уже хочется просто испариться. Сафронов видимо это понимает.

— Сядь. Закажи что-нибудь, расслабься. — У него всегда все так просто! Легче сказать, чем сделать.

Лучше бы он меня на свидание в библиотеку позвал. Я бы больше оценила.

Делаю вид, что меню читаю хотя сама мыслями уже сбегаю из этого места.

Сижу рядом с Ромой как придаток и стараюсь делать при этом вид, что мне очень интересно наблюдать за тем, как к столу то и дело подходят и уходят парни и девушки.

— Ты привыкнешь. — Говорит Рома когда мы на минуту остаемся одни.

Точнее нас оставляют одних.

— Не могу согласиться с тобой. — К столу опять подходит компания очередных приятелей Сафронова и наш короткий диалог прерывается. Как к такому вообще можно привыкнуть?

Разве это весело?

В это же время девушки, которые сидят рядышком, встают.

— Мы танцевать идем! Пошли с нами? — Предлагает мне достаточно простодушно одногруппница Сафронова несмотря на то, что ее подружки явно не в восторге от этого.

Неожиданно.

— Нет. — Я среагировать толком не успеваю как это произносит Рома. Вкрадчиво обращается и предупредительно кладет руку мне на колено. Как будто бы прикрывает меня собой. — Сами идите!

Девушки явно остаются не расстроены.

Кажется, что это был жест уважения и дружелюбия в сторону Сафронова, но не более того.

Судя по его реакции на это, меня бы на танцполе ничего хорошего не ожидало. Он явно пытается максимально сберечь мои (или свои?) нервы сегодня.

В это же время подобная сцена не ускользает от внимательных друзей Романа.

Начинаются шутки и подколы.

— Какой ты собственник! — Комментирует один.

— Выгуливаешь в клуб, а потанцевать не даешь! — Говорит другой его приятель и все дружно ржут как кони.

Мне становится крайне неприятно это слушать ведь мое присутствие никого кроме меня не смущает.

Сразу ощетиниваюсь на эту фразу. Я же не собачонка какая-то, чтоб меня выгуливать.

Рома поглаживает мое колено, видимо, чтобы я не вспылила и не выдала пару колких фраз в сторону его дружков.

Мне это все не нравится. Сафронов выбрал очень неудачное место для “праздника”. У меня скорее праздник начнется, когда мы отсюда выйдем.

Гул, галдеж, музыка громкая, — все это совсем не в моем вкусе. Слишком много людей вокруг для меня. Это не праздник. Если Рома так отмечает что-то, то я представляла все иначе даже в клубе.

Как минимум думала, что он и я будем общаться. Друг с другом.

Надо как-нибудь намекнуть Сафронову на библиотеку.

Мне откровенно скучно. И даже телефон не включишь в целях безопасности, чтоб отвлечься немного.

От нечего делать изучаю всех, кто сидит с нами и взгляд цепляется за Диму. Во-первых, я его знаю. Во-вторых, не странно за ним наблюдать (потому что я его знаю).

А парень вроде бы незаметно для большинства проворачивает какое-то интересное дельце. Сначала Дмитрий подзывает официанта, а потом тот относит гостинцы за соседний столик. Там как раз девушка сидит, которая ему глазки строит.

И вроде бы ничего в этом такого нет, но как только официант начинает расставлять что-то на соседнем столике, как подружка приглянувшейся Диме девушки, отсылает все обратно. И еще смотрит гневно так.

Но и за этими качелями надоедает наблюдать спустя десять минут. Разве что официанта жаль: бегает туда-сюда и понять не может, что от него хотят.

Я представляла все иначе. Проходит еще несколько минут.

Не выдерживаю встаю.

— Ты куда?! — Тут же спохватывается Сафронов, видя, что я настроена решительно. По взгляду вижу, что это ему ой как не нравится. Хотя я еще ничего не сделала.

— Мне нужно отлучиться в уборную. — Говорю единственное, против чего он вряд ли сможет возразить.

— Я провожу.

Следовало ожидать такой его реакции. Он как будто бы боится, что без него на меня нападут сразу же.

— Да я и сама справлюсь. — Этого мне еще не хватало, чтобы он как мой телохранитель возле туалета караулил.

— Ты же не знаешь куда идти! — Сафронов встает из-за стола.

— Хочешь сказать, что ТЫ лучше знаешь куда мне идти? — Мы можем так спорить хоть до утра. Да и Рома может сделать так как хочет сам, но его останавливает новая порция подколов со стороны друзей, которые свесили уши и уже во всю хохочут со сложившейся ситуации.

Я шла в туалет, чтоб просто спрятаться от всех взглядов и просто побыть в тишине. Но как оказалось, что это ничуть не менее популярное место нежели танцевальный зал.

Тут вообще какая-то своя атмосфера.

Девушки красятся, а кто-то сплетничает, просто стоя в углу. В кабинки выстроилась длинная очередь, где половина стоящих стоит просто за компанию (опять же слухи пораспускать).

Такими темпами выйти мне удается отсюда часа через пол. И я снова оказываюсь втянута в новый круговорот.

Когда иду мимо танцпола, чувствую, как кто-то хватает меня за запястье и тянет в самую гущу танцующих людей.

Это оказывается девушка с нашего столика. Та самая, которая и раньше меня танцевать зазывала.

Можно выдохнуть, а то я немного опешила.

— Хватит киснуть! — Она кричит мне на ухо изо всех сил, но едва получается перекричать музыку.

Я пытаюсь выкрутиться, но ничего не выходит. Она вцепилась в меня и не отпускает. Тянет меня за собой пока мы не оказываемся возле других девушек в самой гуще танцевальных событий.

Сдалась я им.

Может это какой-то коварный план? Задумали что-то? Хотят испортить настроение, чтобы я скрылась с их горизонта? Пока цель этого всего мне непонятна, но я не сильно верю в их дружелюбие.

— Давай, оторвись! — Просит меня незнакомка и я чисто по инерции начинаю вяло двигаться в такт музыке, наблюдая за всем этим представлением с неподдельным интересом.

Танцуют эти девушки очень классно. Очень искусно, привлекательно и соблазнительно.

Сначала не понимаю, что они танцуют для кого-то, но когда начинаю следить взглядом за одной из них то осознаю, что она посматривает наверх. Ровно туда, где находится наш столик.

В какой-то момент они как ужи на сковороде начинают вертеться. Поднимаю голову, а там облокотившись на поручни за нами несколько парней наблюдают.

Стоит только Роме и Диме присоединиться к этой компашке зрителей, как танцы с бубнами становятся еще жарче.

Сразу же улавливаю на себе пристальный взгляд Сафронова. Мгновенно выцепил меня среди всех и смотрит не отрываясь — он очень недоволен.

По спине холодок пробегает.

Вижу, как он с силой пластиковую бутылку сжимает, которую в руке держит. Еще немного и вода как из фонтана хлыстать начнет из-за его силушки богатырской.

Парень не реагирует никак даже когда Дима его в бок толкает и что-то на ухо говорит.

Сафронов от меня взгляд не отрывает. Смотрит как хищник на свою добычу. Складывается ощущение, что он сейчас все бросит и спрыгнет со второго яруса прямо возле меня.

— Ой, кажется, они идут к нам! — Среди девушек начинается ажиотаж. Пляски становятся все несдержаннее, и только я стою как вкопанная и наблюдаю за всем этим. Мне все это так чуждо, и я не совсем понимаю зачем так выеживаться перед ними.

Через несколько мгновений к нам подходят незнакомые парни и начинают нагло вклиниваться в танцы и приближаться к девушкам. И, естественно, мне перепадает. Куда же без меня? Я хоть и не танцевала (а просто уныло переминалась с ноги на ногу), но все-таки удостоилась чьего-то внимания.

Я понимаю, что как только сюда доберутся наши парни то, будет здоровенный конфликт, который может с большой вероятностью перерасти в трагедию. Не горю желанием провести остаток вечера в полицейском участке. Уж лучше проведу его тут.

— Я занята! — Говорю парню, танцующему рядом, и секунда за секундой сокращающему расстояние. — И они тоже. — Киваю в сторону танцующих.

— Что-то незаметно. И где же ваши парни? — С наглой улыбкой отвечает незнакомец.

— Скоро они буду здесь. И вам это вряд ли понравится. Пожалуйста, уйдите, я не хочу проблем! — По лицу вижу, что ему все равно на мои просьбы. Он самоуверен и наверняка его дружки такие же как он.

— Я не смогу! Твои подружки заинтересовали моих друзей, а меня заинтересовала ты. — Недалекий умом парень пытается приобнять меня.

Ну я пыталась избежать конфликта, поэтому снимаю с себя ответственность за то, что будет происходить дальше.

Вижу позади недовольного Сафронова, который с каждой секундой становится все злее и злее, видя все это.

— Попытайся пока не стало поздно! — С умоляющим взглядом прошу приставалу.

— О! А ты дерзкая оказывается, я таких люблю как раз! — Это он про меня? Я Дерзкая? Да у него точно что-то с головой. — Сегодня, похоже, мой день. Дай мне шанс, детка

Вот не ненормальный попался. Сегодня, судя по всему, него день… чтоб посетить отделение травматологии.

И если я раньше думала, что видела Рому в злости, то я заблуждалась. То была просто разминка, но сейчас у нас стоит во всей красе. Напряженный, разъяренный.

Сафронов пробивает путь вперед, расталкивая все на своем пути, и часть его приятелей следует за ним. По их взглядам уже тоже все предельно ясно становится.

— Вот и они. — Киваю незнакомцу, чтоб тот обернулся. Вредя ли он меня слышит, но на движение головой реагирует, смотрит в нужном направлении и по мере приближения ребят улыбка на лице приставалы тает.

Я все еще отчаянно пытаюсь избавиться от цепких лап придурка, который только сейчас понимать начинает, в какую вязкую субстанцию он влип.

Но Сафронова опережает Андрей.

Да, я сама в шоке сейчас.

Он возникает как из ниоткуда и оттягивает от меня наглеца. Буквально два профессиональных маха следует вслед за этим, и оппонент повержен. Приставала мягко оседает на пол, что никто вокруг не понимает, что произошло.

Все танцуют дальше будто бы ничего не произошло. Я ожидала совсем другой реакции. Как в фильмах, в которых бы уже началась потасовка, охватывающая всех присутствующих.

От этого я еще больше шокирована.

— Что ты? Как ты? Почему? Может ему скорую вызва-а-ать? — Не знаю с чего начать, слова застревают в горле. — Отпусти мою руку! — Теперь уже Андрей хватает меня за запястье и тянет куда-то за собой.

И все это на глазах у опешившего Романа.

Сафронов, еще не въезжая в произошедшее до конца, медлит на секунду. Но потом тут же срывается с места за нами следом.

Но нас не догоняет. Не так просто оказывается пробраться через толпу в клубе.

Цепляюсь ногтями, чтоб высвободиться.

Упираюсь ногами, чтоб остановиться.

Хватаюсь за все предметы, которые мы проходим, но это не помогает.

На Андрея ничего не действует!

— Ты не должна тут находиться! — Слышу слова парня, когда музыка чуть тише становится.

— Это не тебе решать! — Выплевываю в ответ.

— Твои выходки дойдут до родителей и тогда…

Андрей не договаривает, потому что мы резко останавливаемся у запасной двери и теперь он становится так, чтоб я видела его лицо, а не спину.

Наверное думает, что если будет жестко смотреть мне в глаза, то это как-то повлияет на мое поведение или изменит решение.

— Это мои проблемы! — Еще раз дергаю рукой и на этот раз удается вырваться.

Но все же отходить далеко я не рискую. Знаю, что если парень поймет, что я хочу убежать, то снова меня схватит.

Незаметно вокруг осматриваюсь и пытаюсь выход другой найти.

— А тебе нужны проблемы, Лиза? — Намекает на то, что родители будут в ярости и устроят мне “сладкую” жизнь.

— Рано или поздно они все равно возникли бы, потому что я не хочу делать как они говорят. — Заряжаю ему долгую тираду и поджидаю пока мимом нас пройдет толпа, чтоб в этот момент толкнуть Андрея.

Парень влетает в кучу людей и начинается неразбериха. Он этого явно не ожидал, поэтому не удерживается на ногах.

Пользуюсь этой возможность и вылетаю в запасную дверь, потому что через коридор обратно в клуб возвращаться не вариант. А то Андрей быстро в себя придет и меня схватит опять.

— Свали! — Слышу, как рычит парень, который оказывается напротив, когда я выскакиваю за дверь.

Не сразу понимаю кого он мне напоминает, но как только он в мою сторону поворачивается, узнаю Диму.

Я аж от неожиданности на месте замираю.

Особенно, когда вижу, что он девушку с соседнего столика в стенку вжимает.

При чем не ту, которой угощенья слал, а ту, которая их ему обратно возвращала.

— Лиза? — Парень пребывает в легкой растерянности и этим пользуется его спутница.

На моих глазах разворачивается целая драма.

Я бы, может, и оценила, если б сама не находилась в таком же плачевном положении.

Девушка отвешивает Диме такую звонкую пощечину, что я только догадываться могу как горит ее рука.

— Прошу прощения, что помешала. — Неловко улыбаюсь и назад пячусь, но понимаю что натыкаюсь на кого-то.

Внутри все сковывает от мысли, что это Андрей. Но стоит мне повернуться, как понимаю, что это Сафронов.

Не знаю радоваться этому или огорчаться судя по настроению Романа.

Он, мягко говоря, выглядит явно не в восторге.

— Пошли. — Теперь уже его очередь приходит схватить меня за руку и вести за собой, но уже назад.

И деликатности в нем как в медведе.

Дверь передо мной захлопывается, оставляя Диму выяснять отношения с той девушкой. А она бойкая оказалась. Мне бы хоть толику ее храбрости (хотя, конечно, я не знаю что натворил Дмитрий, что ее настолько разозлил).

— Отпусти её!

Мы метра пройти не успеваем, как напротив нас вырисовывается Андрей.

Большего ужаса я в последнее время не испытывала.

— А то что?! — Роман становится куда более агрессивным чем раньше был. Устрашающим я бы даже сказала.

— А то отсюда сам не выйдешь. Вынесут. — Скалится Андрей в ответ и начинает закатывать рукава на рубашке, демонстрируя мышцы.

Сафронов напрягается, сжимая кулаки.

Атмосфера настолько накалена, что еще немного и все выплеснется наружу ос всеми вытекающими последствиями. Если на танцполе все обошлось без драки, то сейчас не факт.

Наблюдая за всем этим, кажется, что еще какое-то мгновение и они сцепятся.

— Андрей, пожалуйста, не надо! — Выскакиваю вперед и расставляю в стороны руки, упираясь в тело каждого из них. Хоть так пусть между ними будет дистанция.

Краем глаза подмечаю, как Роман в лице меняется.

— Андрей?! — Щурится и во взгляде начинает мелькать калейдоскоп из догадок. — Вы знакомы?!

Сафронов ко мне обращается, но отвечает ему Андрей.

— Нет, блин, Лиза такая, что со всеми подряд куда попало ходит. — Бросает парень с пренебрежительным сарказмом.

И я мысленно начинаю отсчет.

Три. Два. Один…

После этих слов Сафронов точно не сдержится.

Атмосфера напряжена до невозможности.

У меня есть мгновение, чтобы среагировать и я его не могу упустить.

Плевать мне сейчас на Андрея. И это проявляется в кризисной ситуации. Именно тогда мы правильно расставляем приоритеты.

К нему спиной поворачиваюсь, до этого отталкивая парня рукой (но не то, чтоб на него это как-то подействовало) и просто вжимаюсь в Романа, обвивая его руками.

Мои попытки ничтожны, но я реально надеюсь, что они будут что-то значить для Сафронова.

— Не надо, прошу. — Шепчу ему в грудь и уверенна, что Рома меня не слышит. Музыка так грохочет, что еще немного и барабанные перепонки лопнут — это, кажется, какого-то ди-джея только что объявили.

То, насколько я погрязаю в этом всем, надо прочувствовать.

И он чувствует.

Все еще дико напряжен, но я вперед больше не бросается.

Стоит на месте, а я все крепче сжимаю руки вокруг его тела.

И мысленно думаю только о том, чтоб это все прекратилось.

— Забери меня отсюда. — Произношу одними губами. Понимаю, что нет смысла срывать связки.

Сафронов меня либо без слов поймет, либо это финиш.

— Я тебе все объясню. Потом. Позже. — Мои просьбы похожи на жалобный скулеж, но даже если я такая никчемная, это все равно на парня действует.

Пусть это из жалости. Плевать. Сейчас реально мне все равно.

Знаю я ведь Андрея. Он не остановится. Просто потому что. Он без тормозов.

А у Ромы задетое самолюбие и принципы из безрассудного перфекционизма.

— Лиза, пошли.

Чувствую прикосновение сзади и веду рукой резко. Кожу как будто кипятком шпарит.

— Свали. — Оборачиваюсь и злобно цежу. — Реально. Сколько можно уже?!

Тяжело дышу и сверлю Андрея взглядом. Уверенна, что он о многом говорит.

— Твои родители…

Это всегда его оправдание. Вызывает ухмылку и только.

Заезженная пластинка.

— Все равно тебе заплатят. — Бросаю цинично и больше в его сторону даже не смотрю.

Руку вниз перемещаю и сжимаю ладонь Сафронова, который, кажется, в недоумении.

Что ж, я обещала ему все рассказать и видимо пришло самое время.

Андрей делает шаг вперед, чтоб меня остановить, но его с одного раза тушит Сафронов.

Резко. Неожиданно.

Теряюсь даже на мгновение, но потом осознаю чего промедление может стоить.

— Рома! — Обхватываю его руками. — Пошли.

Поддается с трудом.

Идет неохотно. И при этом постоянно, с каждым шагом, назад оглядывается.

Я стараюсь открыть дверь, запасную, которая минутой ранее с такой легкостью поддавалась, а сейчас клинит.

— Да что б тебя неладное! — Ругаюсь под нос пока дергаю ручку и даже пытаюсь навалиться на нее, но бесполезно все это.

Прилагаю еще одно усилие и чувствую как лечу вперед.

Слишком как-то просто все оказалось на этот раз. Но так случилось потому, что Сафронов решил вмешаться в это неравное противостояние.

— Романыч! — Слышу голоса и среди них выделяется удивленный Дима.

О, нет.

Только не терять время на бесполезные объяснения.

— Потом. — Безразлично бросает Рома и берет меня за руку. Тянет за собой, перенимая инициативу.

А я послушно плетусь за ним.

Происходящее вливается для меня в одно пятно. Размывается, приобретая неясные очертания.

Перед собой я вижу только его — идущего уверенно вперед.

Мой мир в этот момент сводится к единственному человеку, а на всех остальных становится как-то наплевать.

Первый раз в жизни испытываю такое ощущение: как будто трепет и восхищение одновременно.

— Машина там. — Произносит парень, кивая в сторону. Как будто понимает, что я сейчас в таком состоянии, что не ориентируюсь в пространстве.

Сглатываю. Киваю.

Это сейчас мой максимум.

И, если честно, мне глубоко безразлично ГДЕ его машина. Хоть на краю света.

Я и туда за ним последую.

Пока мы идем, ощущаю некую суету: выкрики (мое имя), потасовка. Узнаю голос Димы и… Андрея.

Но не оборачиваюсь.

Почему-то уверена, что он не вмешается больше.

Во всяком случае не сегодня.

А после того, что я для себя решила — это более, чем достаточно.

Вдох. Глубокий и такой же глубокий выдох.

И так несколько раз.

Пока немного не прихожу в чувство.

— Рассказывай.

Прикрываю глаза, когда понимаю насколько Роман напряжен. Это видно по тому, как он сидит. Как выступают набухшие вены из-за того, что он с силой сжимает руль.

Но машина стоит.

Даже не завел ее пока ждет пояснений.

А натянутую пружину внутри меня, наоборот, как будто отпускает.

С ответом медлю и поворочаюсь медленно, чтобы заблокировать дверь изнутри.

Отсюда я бежать не собираюсь: мне главное, чтобы снаружи никто не тронул.

— Может поедем?

В ответ парень откидывает голову на сиденье, и я вижу, как он морщится.

— Рассказывать не собираешься? — С усмешкой, но ничего веселого в его голосе нет. Скорее там чувствуется горечь.

— Я расскажу. — Хочу добавить, что “чуть позже”, но не успеваю.

— Так говори! — Взрывается в одночасье и бьет изо всех сил по рулю.

От неожиданности я вздрагиваю.

— Кто это, Лиза?!

То этого внешне (относительно) спокойный Сафронов впадает в состояние агрессии.

— Андрей.

— Это я уже понял. — Практически сразу перебивает меня с нескрываемым сарказмом. — А дальше?! Что вас связывает?!

— Ничего! — Я в полном недоумении. Смотрю ему в глаза, а сама не в силах поверить в то, на что Рома намекает.

Он же не просто обвинениями бросается.

Это все понятно по интонации. Нарочито пренебрежительному, но нервному и дерганому поведению.

На его месте, наверное, я бы тоже хотела нагрубить.

Но я на своем месте. И тут… это кажется обидным.

— Он твой бывший?

Смотрит глаза в глаза. Так пронзительно, что я не могу отвести взгляд. Очень хочу, но ничего с собой сделать не могу — Сафронов действует на меня парализующе.

— Нет!!!

Произношу возмущенно, но по факту понимаю как жалко это звучит.

— Тогда кто?!!!

Мне кажется, что еще немного и он окончательно сорвется.

Как будто мне и этого мало…

— А-андрей м-мой. — Закусываю губу и собираюсь с силами. Это как пластырь со свежей раны сорвать. — Он мой телохранитель.

— Что?!

— Охранник. — Начинаю растерянно подбирать синонимы.

Как будто в них всё дело.

Наивная я.

— Я знаю кто такой телохранитель. — Обрывает меня грубо. А потом пауза.

Каждая секунда ожидания по ощущениям превращается ну в очень долгие минуты.

— Н-но. К-какой?! Телохранитель?! — Пренебрежительно бросает Роман и это звучит обидно.

Внутри возникает чувство как будто я (по его мнению) этого не достойна.

— Да. — Киваю с вызовом. И даже усмехаюсь. — А что?!

Похоже, что такую мою реакцию он тоже не ожидал. Поэтому смотрит с недоумением.

Как будто перед ним только что приземлилось нло и он понять не может: то ли с ума сходит, то ли это на самом деле происходит.

— Тебе он зачем?! — Снисходительно на меня смотрит.

Знаете, как на безмозглых дурочек, которые поверили в себя.

Но вот, если честно, я и сама не против получить ответ на этот вопрос. Реальный ответ: чисто для себя, а не тот, который мне скармливают родители.

Сжимаю кулаки и смотрю вперед. Строго перед собой, но абсолютно сквозь всё.

— Я могу тебе сказать. — Делаю акцент на первом слове. — А может и Андрей доходчиво объяснить.

Вскидываю руку и пальцем показываю на парня, которому удалось высвободиться из цепкой компании Дмитрия.

И пусть моему “телохранителю” на это потребовалось время, но это сделало его только злее. Уж кто как не я знаю его как свои пять пальцев за все это время.

Сафронов следует взглядом по моей указке и я чувствую как воздух электризуется вокруг.

Внезапная тишина зашкаливает пульс. И я уже жалею, что повела себя так дерзко.

Ладно я к такому привыкла и почти смирилась, но у Романа этим вечером явно разрыв шаблонов произошел.

— Слушай! Давай уедем отсюда, а! — Это уже ни капли не смешно, поэтому я тянусь к зажиганию и сама завожу машину.

Жаль, что газ вместо Сафронова нажать не могу.

— Ром! — Дергаю его за плечо, но он не сводит взгляд с приближающегося Андрея и мне кажется. А тот, уверена, тоже ничего кроме нашей машины не видит.

— Я сейчас поговорю немного с твоим… телохранителем. — Рома отстегивает ремень безопасности, а я понимаю что начинаю млеть.

Кровь вниз обрушивается и голова резко идет кругом.

Хватаю его, подаюсь вперед и наваливаюсь всем телом, как только парень хватается за ручку дверцы авто.

Что еще мне сделать, чтоб его сдержать?!

И вообще в силах ли я?!

Или мужикам всегда нужно померяться силой и самоутвердиться, а я лишь фон для этого парадного действия?

Закрываю глаза и про себя молю, чтоб это все побыстрее закончилось.

Вообще когда-либо закончилось.

— Рома! — Шепчу.

Знаю, что он меня опять не слышит. Но я хочу, чтобы почувствовал.

И сама при этом не верю в то, что способна оказать на него хоть какое-то давление.

Мимолетная пауза ужасающе растягивается.

Сама не понимаю как цепляюсь за парня. Впиваюсь ногтями в его руку и не отпускаю.

Как за соломинку…

Внезапно понимаю, что он уже не замер на месте.

Что-то делает.

И моя первая мысль — это конец. Сейчас он выйдет и никто не остановится.

Но вместо этого поверить не могу в то, что слышу звук мотора. И обороты нарастают. Все больше и больше вращаются поршни. Обороты набирают гул.

Тачка ревет.

И это уже совсем другое чувство.

Из одного страха я ныряю в другой.

Оцепенение отпускает и я резко отстраняюсь от Сафронова, чтобы лишь убедиться в своей догадке. Андрей остановился и стоит напротив машины, а Рома прожигает его взглядом. И с каждым нажатием на педаль в моих жилах стынет кровь.

— Ты этого не сделаешь. — Не ему это говорю, а просто потому, что поверить в происходящее не могу. — Рома, остановись. Это уже слишком.

Даже как мера устрашения.

Уже не говоря о том, чтоб взаправду решиться.

И Андрей, храбрый, но безмозглый, стоит и не отходит. Как будто не понимает что произойдет.

Или они друг друга сейчас берут на слабо?!

Дурдом.

Обоим хочется вправить мозг.

Сафронов не пойдет на попятную. Это сразу понятно, но тогда я могу повлиять на другого. Могу же?!

Прежде чем все хорошенько обдумываю тело действует само по себе. Молниеносно.

Хватаюсь за ручку. Хочу выйти, но не успеваю.

Уже после того как дверь открывается, чувствую рывок назад.

— Сиди. Тут. — Встречаюсь с тихой яростью Романа. Глаза в глаза.

И я сижу, как будто выбрала сторону.

Дыхание перехватывает, когда понимаю что мы едем.

Резко стартуем и так же резко останавливаемся.

Меня швыряет вперед, но пока что без последствий. Да и я особо на это не обращаю внимание. Смотрю вперед, но ничего не вижу.

Страх все затмевает.

— Андрей. — Произношу одними губами.

Он все еще стоит впереди.

С места не сошел, но на лице появились эмоции. Во всяком случае я их вижу (возможно потому, что слишком хорошо его знаю).

Прежде чем я понять успеваю что происходит, чувствую, как клацает что-то и чувствую давление в районе грудной клетки.

Перевожу взгляд вниз — Роман пристегнул ремень безопасности.

И почти сразу же новый рывок вперед, который натягивает тот самый ремень и сейчас это уже больно.

— Стой! — Криком пытаюсь его остановить.

— Не вмешивайся. — Парень цедит и я понимаю, что будет и третий раз.

А дверь он заблокировал. Как и меня к месту пригвоздил мерами безопасности.

— Совсем с ума сошел?! — Начинаю биться в истерике. — Да будь вы все прокляты!

В сердцах это желаю и искренне верю в то, что произношу.

Правильнее всего будет забить на происходящее. От бессилия я так и поступаю.

Стекаю вниз по креслу. Расслабляюсь и беспомощно прикрываю глаза.

Будь что будет. Это вне моей ответственность.

Два взрослых барана сами решают как им дальше жить.

Но как только чувствую, что машина и в третий раз с места срывается, то я напрягаюсь настолько, что вдох сделать не могу.

Сердце окончательно в пятки уходит когда понимаю что мы и дальше едем. На этот раз не останавливаемся.

В сознании уже такие картины, от которых голова кругом.

Хочется верить в лучшее, но я уже ни в чем не уверена.

— А этот твой Андрей слабак. — Раздается как из глуши голос Сафронова. Довольный.

Я бы даже сказала, что в эйфории, которую я совершенно не разделяю.

— Что произошло? — В шоке начинаю лихорадочно оглядываться по сторонам. Запоздало. Мы уже значительно отъехали от парковки и выехали на основную дорогу.

— Ха-а-а-а! — Роман с запалом и нездоровым восторгом бьет в порыве по рулю. — Так его. Слышишь, Лиза!

Я-то слышу. И даже вздрагиваю от того, как сильно звук его голоса бьет по перепонкам.

— Останови. — Произношу ровно.

Равнодушно.

— Что?! — Не верит в услышанное, но это остужает его пыл.

Победоносная улыбка постепенно меркнет. Исчезает.

— Я хочу выйти.

— Повтори. — Если честно, то по тону это звучит как угроза, но я все равно стою на своем.

— Это не игрушки. Останови. Я хочу выйти. — Повторяю дословно все, что ранее сказала.

Я иду вдоль дороги, а тело как в лихорадке.

Эмоции не отпускает.

— Стой! Лиза!

Его голос позади меня только подгоняет.

Особенно, когда понимаю, что Сафронов за мной следует.

Хлопок двери авто.

Шаги, переходящие в бег.

— Лиза!

После этого я еще больше ускоряюсь.

Хочется как можно дальше отсюда оказаться, но не все так просто.

С трудом представляю где я, но это меньшая из моих бед.

— Ты же не серьезно?!

Чувствую, как рука парня смыкаются на моем локте, и резко разворачиваю меня к себе.

— Ты о чем? — Пока спрашиваю (и это еще похоже на вялую попытку потянуть время), пытаюсь от него отмахнуться.

Но это безуспешно. Силы неравны.

— А от чего ты бежишь тогда? — С усмешкой на лице парирует Роман и смотрит мне с вызовом в глаза.

Он и я вс понимаем. И этот разговор ничего не прояснит. Скорее он для того, чтобы как раз никто не сказал что у него на уме, а попытался выкрутиться.

— Я хочу вернуться домой. Отпусти. — Веду плечом, но его пальцы только сильнее сжимаются.

Хотя бы поэтому, а еще и по жёсткому выражению лица Сафронова, понятно, что он не отпустит. И чем больше я буду сопротивляться, тем больше он будет проявлять свою настойчивость.

— Я отвезу.

Неожиданно.

Особенно, если учесть, что его эмоции расходятся со сказанным.

Интуитивно я не верю, но сил спорить и отстаивать что-то нет. Так что я сдаюсь.

Просто потому, что устала.

— Да. Так вот…

Роман видит во мне перемену и времени не теряет. Мягко, но настойчиво ведет за собой.

К машине.

И я опять там, откуда начался мой неудавшийся побег. Но с одной лишь разницей: сейчас я настолько устала, что мне реально пофиг на происходящее.

Да, надо было бы поистереть и вообще высказать все, что я думаю насчет произошедшего, но из меня как будто все соки выкачали.

Сафронов открывает пассажирскую дверь и придерживает меня за затылок, чтобы я не задела борты пока сажусь.

А пока я лихорадочно пытаюсь нащупать ремень безопасности, слышу как он защёлкивается в замке.

— Ч-что?! — Сглатываю громко и как будто только сейчас выныриваю из прострации. Оглядываюсь и вжимаюсь в сидение, когда понимаю что нас разделяют считанные миллиметры.

Слышу как он дышит.

Если глаза закрою, все равно почувствую, как колыхнется воздух если Рома отстранится.

Парень медлит. Как будто зависает напротив и я не знаю чего ожидать.

Зажмуриваюсь и стискиваю зубы, на что слышу уничтожительный для моего самолюбия смешок — как будто я слишком многое о себе возомнила.

А потом вздрагиваю, когда снова хлопает дверь машины.

Закусываю губу и отворачиваюсь. Смотрю в окно и почти всю поездку игнорирую Романа, несмотря на то, что он изредка, но пытается привлечь мое внимание. То скорость увеличит, то резко затормозит. Еще эти эксперименты с музыкой: стилями и громкостью.

Если он привык, что после чего-то подобного его пассии устраивают громкие скандалы и выяснения отношений, то я, боюсь, немного разобью его шаблоны.

Моя внутренняя борьба и без того выматывающая. Да, больше всего мне сейчас хочется рвать и метать, но я не так воспитана. А на поддержание воспитания уходят остатки энергии…

За окном мелькают машины, улицы, огни, люди, деревья, витрины, вывески. Все превращается в калейдоскоп, от которого все идет кругом.

Это настолько раздражает, что я окончательно устаю и закрываю глаза.

Сама не понимаю как во всем этом сумасшествии я могу провалиться в сон, но именно это и случается.

Где-то во мне есть отголоски сознания, которые твердят, что машина остановилась, но я все игнорирую, — это же не опасность.

И дальнейшее меня не смущает плоть до того, что я понимаю как в воздухе парю. Тут я спохватываюсь и начинаю хвататься за все, что рядом.

А это Сафронов.

Потому что я у него на руках.

— Тихо! Тихо! — Шепчет, но это все равно звучит так требовательно, как будто он приказ отдает.

— Где…

— Я привез тебя домой. — Произносит и не ждет, что я отвечу. Даже не пытается меня поставить на руки, раз я проснулась. Просто идет вперед.

Здесь определенно что-то не так.

Верчу головой по сторонам (вяло, но на сколько способна спросонья) и понимаю, что ничего знакомого не вижу.

— Это не общежитие.

— Правильно. Общага — не твой дом. Так что я привез тебя к себе.

Раньше бы я возмутилась, но сегодня уже точно терять нечего.

— Я сама пойду. — Только на этом настаиваю и Рома все же ставит меня на ноги (правда аж возле лифта), но при этом берет за руку. — Боишься, что убегу?! — Фыркнула, но это ни разу не была шутка.

Сафронов мои слова игнорирует.

Пока мы поднимаемся на лифте он так же молча и беспардонно отбирает у меня мобильный телефон и, прежде чем я возразить успеваю, отключает его.

— Прекрасно. Я все равно собиралась сделать тоже самое.

У меня наступает следующая стадия этого вечера — дерзкая бравада.

Когда мы оказываемся в квартире Романа я на ходу сбрасываю туфли и иду в спальню. И так как я здесь уже бывала, то времени зря не теряю.

— Не так быстро. — Парень перехватывает меня за талию и оттаскивает как пушинку в сторону.

Какое-то мгновение и я оказываюсь на кухне сама того не осознавая.

У нас на лицо противостояние.

По глазам Сафронова вижу, что он его настроение крайне мрачное.

Вообще-то это я должна злиться. Тоже мне…

— Какой будешь чай? — Спрашивает, когда ставит чайник кипятиться.

— Кофе.

— Значит зеленый. — Заключает, из-за чего с моих губ срывается смешок.

Нервный.

Я на него очень зла и это чувство начинает меня накрывать новой волной. Стоит только прикрыть глаза и вспомнить все, что мне пришлось из-за Ромы пережить.

Но это цветочки.

Я в душе представить не могу того, что меня дальше ждет.

И, нет, на этот счет я иллюзий никаких не строю.

— Нам нужно поговорить. — Парень произносит в тот момент, когда ставит напротив меня чашку с ароматным чаем. Раскалено горячим.

Зеленым.

Даже притронуться к керамике дольше чем на секунду уже больно.

— А я думала, что ты меня на чаепитие пригласил. — Ерничаю. — А десерт будет? А то как-то не очень гостеприимно получается.

Понимаю, что Сафронову нужны ответы, но я сейчас не в том настроении.

Все, что случилось, произошло по его вине. По большей части.

То есть не так… я сама с ним пошла и это моя ответственность, но ситуация с Андреем целиком и полностью на Романе. Ее можно было не усугублять, но Сафронов все довел до крайности.

— Лиза!

— Зовя меня по имени хочешь показать как зол?! — Вопросительно веду бровью и немного откидываюсь назад. Упираюсь в мягкую спинку стула. — Но не думаю, что в этом ты можешь переплюнуть меня.

Да, Ромашка, это вызов. Я и не так дерзить умею, когда меня в угол загоняют.

Явление это, конечно, крайне редкое и контролировать подобное у меня не получается. Но сегодня у Сафронова супербонус.

Вот только дело в том, что я готова огрызаться, но изливать душу — нет.

У него азарт прошел, адреналин больше не зашкаливает, а я морально истощена.

Откровений от меня таких даже Марина не слышала.

Вообще никто не знает.

И что бы вот так раскрывать все… сидя ночью у парня на кухне? После того, как он избил моего охранника, а потом его чуть не переехал? После того, как об этом уже наверняка известно моим родителям и они выбирают меру пресечения…

И ведь пока что я даже не знаю за что именно меня будут наказывать.

За бунт?

За своеволие?

За то, что не такая примерная, как им бы хотелось и приношу проблемы?

За то, что в очередной раз напомнила о своем существовании?

— Я хочу знать кто ты такая. — Чеканит.

— Лиза Ларина. — Издевательски протягиваю ему руку и подмигиваю. — Приятно познакомиться.

Это бесит его еще больше.

То, что я не иду на поводу. То, что протестую.

Но это роскошь я могу позволить себе только с Сафроновым. Ну и разве что немного с предками, но уверена, что уже завтра они найдут способ выбить у меня из головы подобного рода глупости.

Они всегда находили способы.

Вот так что Рому я не боюсь.

Он не фриковатее моей семейки.

— Зачем тебе охрана? — Сафронов пристально смотрит на меня, а у меня истерика начинает проявляться все чудиковатее и чудиковатее.

Сначала я расплываюсь в улыбке, а потом и вовсе начинаю смеяться.

Убираю руку, так как он не собирается мне ее жать. Даже в шутку.

— Чтобы защитить от плохих людей! — Пожимаю плечами. — А зачем же еще?

— Тебе что-то угрожает?

А вот этот вопрос реально отрезвляет. Тем более Сафронов выглядит крайне серьезным и напряженным.

Роман спрашивает по факту, и я с горечью понимаю, что парень от меня не отстанет.

Даже, если я захочу уйти, то это сделать получится только после того, как он получит свои ответы.

Но, думаю, что стоит их ему получить, он и держать меня около себя особо не будет.

— Ой! — Закатываю глаза и смиренно киваю. — Даже не знаю с чего начать, Сафронов…

— Под мой рассказ зеленый чай не пойдет. Нужно что-то покрепче.

Его хмурый взгляд сканирует меня, после чего парень резко поднимается места, даже стул со скрежетом назад отъезжает.

— Тогда сделаю кофе.

— Американо. Двойной. — Не теряюсь.

Мой шантаж срабатывает.

Дело совсем не в кофе, просто это единственное, на что я сейчас могу повлиять.

— Начинай. — Парень стоит ко мне спиной, и я невольно зависаю, любуясь видом.

Как будто хочу это запечатлеть это в своей памяти: вот первый красавец на деревне на своей кухне готовит для меня кофе.

Разве когда-нибудь такое еще будет?

Горько осознавать, что я смирилась с будущим, которое выбрали мне мои родители.

И, раз уж на то пошло, то после случившегося (раз последствий все равно мне не миновать).

— Лиза!

Вздрагиваю и переключаюсь на происходящее. Не знаю с чего именно и как начать, поэтому выдаю первое, что в голову приходит.

— Ларина — это фамилия моей бабушки.

— То есть не твоя? — Аккуратно переспрашивает Рома когда поворачивается, чтобы видеть мое выражение лица когда я все это рассказываю.

— Она моя, н-но… — Призадумываюсь и считаю в уме. — Она как бы идет пятая по очереди в моем имени.

— Что? Как это?

Кажется, я только что сломала его видение этого мира.

— Официально меня зовут Мария Елизавета Патрисия Бас Ларина.

Эти слова из меня как заученные выстреливают, но до чего же непривычно их произносить.

— Что?! — Парень замирает с чашкой в руках и просто смотрит на меня.

Ждет, наверное, что я рассмеюсь и скажу, что прикалываюсь над ним. Но это не произойдет.

Я говорю на полном серьезе.

— Для всех я Лиза Ларина, но это лишь для того, чтобы не выделяться из массовки.

— А то что?

— Не поняла! — Я уже не так расслаблена, хотя бы потому, что темы мы затрагиваем не шуточные да и Роман, судя по всему, косо-криво, но верит моим словам.

— Что будет если ты будешь выделяться?

Даже не знаю как на это ответить. Я не знаю что будет, но со слов родителей все будет совсем иначе. То есть жить той жизнью, что у меня сейчас, больше не получится.

— Не знаю. — Отвечаю честно. — Сколько себя помню, я всегда жила как Лиза Ларина.

Вижу, что Роме требуется какое-то время обдумать услышанное и не сильно его тороплю.

Встаю и иду за приготовленным и уже остывающим кофе.

— Теперь понятно почему по твоему имени ничего не выдавало. — Слышу, как он это произносит себе под нос, но в таком состоянии парень даже скрыть не пытается, что наводил обо мне справки.

Точно знаю, чтобы не проверить мою состоятельность или законопослушность. Но мне становится интересно отчего парень будет заморачиваться и разузнавать о девушке, которая даже кроме как знаниями ничем другим среди сверстников не отсвечивает.

— Ты меня разыгрываешь? — Я хочу отойти, но Сафронов хватает меня за руку и я пугаюсь от этого действия. Кофе выплескивается, но я успеваю руку оставить и основной урон приходится на Сафронова.

Но он даже внимания на это не обращает.

— Нет. — Отрицательно и на полном серьезе верчу головой, а сама оглядываюсь по сторонам в поисках тряпки.

Пол необходимо протереть, а и парню руку под ледяную воду не мешало бы поместить.

— Ты в программе по защите свидетелей? — Он все никак не унимается и строит нереальные теории.

— Боже, нет! — Отмахиваюсь от еще более бредового предположения.

— Тогда что?!

— Тебе нужно руку под холодное! — На своей волне на полную открываю кран и перевожу в сторону “синего”. — У тебя есть лед?

— Потом.

— У тебя вздуются волдыри! — Это мне кажется сейчас более важным, ведь тайна моей семьи никуда не денется, а у Сафронова тут потенциальный шрам маячит, если ничего не сделать.

— Плевать! — Цедит.

Спорное утверждение, но он меня все еще удерживает и никуда на шаг дальше я отойти не могу.

— Ты реально хочешь, чтобы я тебе рассказала? — Все, я официально устала. Отпускаю его руку. Если ему все равно, то почему я должна больше париться?!

— Ты обещала мне рассказать.

Точно помню, что не обещала. У меня в подкорке сидит одно правило, вбитое туда родителями: “никто не должен знать кто я такая”. Так что таких обещания я подавно дать не могла, но глотаю его слова.

— Я расскажу, если ты отвезешь меня домой. — Это мое условие. Сейчас я сорву пластырь. Скажу то, что никто не знает. Поставлю себя под удар, если о такой выходке узнают родители и поэтому мне нужно в мой кокон. В уютную комнатку общаги, где я могу, лежа на своей кровати, укрыться с головой одеялом, и отгородиться от всего мира. — Обещай мне это!

Требую, но Роман молчит.

Мрачным пристальным взглядом пытается проникнуть в душу, но там он все равно ничего не найдет.

— Ни слова не скажу, если…

— Обещаю. Рассказывай. — Резко перебивает меня и так же резко я решаюсь все сказать.

— Мой отец посол. Моя мать владеет дорогостоящими месторождениями.

Пауза.

У меня такое чувство, что Сафронов с первого раза не понял сказанного. По его лицу как раз такое создается впечатление.

— И что в этом такого?

Теперь приходит моя очередь потеряться.

Если брать сухие данные, то в этом реально ничего нет. В моем ну очень престижном вузе учатся отпрыски семейств, чьи регалии на первый взгляд выглядят куда более значимо.

Но это на первый взгляд, потому что, например, в руках моих родителей сосредоточена реальная власть. И это помимо должности и статуса в обществе.

— Ты прав. — Отмахиваюсь и прилагаю усилие, чтобы улыбнуться. — Ничего в этом нет, но моя семья сильно заморачивается. У них такой пунктик.

Если бы. Я бы и сама хотела, чтобы нечто такое было исключительно их личными “загонами”.

— А теперь давай обработаем твою руку, и ты отвезешь меня домой.

— Нет. — Практически сразу резко и категорично останавливает меня парень.

Судя по голосу его опять не устроил мой ответ.

— Ну что еще?! Я же ведь сказала тебе правду!

— Руку не нужно обрабатывать. — Чеканит Роман. — Я не неженка, как твою Андрюша.

У меня челюсть отваливается. Поверить не могу, что сейчас (после всего сказанного мной) мы вернулись к обсуждению моего телохранителя.

Да это какой-то абсурд. Честное слово!!!

Разговора спокойного не выйдет.

— Знаешь, Ром, я, наверное, пойду. — Встаю из-за стола, вещи собираю, но и шагу в сторону двери сделать не успеваю.

Сафронов меня останавливает.

— Извини, если надавил. — Смотрит мне в глаза. И я уже готова купиться на услышанные слова, когда он внезапно произносит. — Расскажешь мне правду когда будешь готова. Не обязательно придумывать что-то на ходу, тем более такое…

Он подбирает слова, но я с уверенностью в сто процентов за него заканчиваю.

— Нелепого?!

— Да. — Кивает не задумываясь и только потом подмечает, как я меняюсь в лице.

Реакция Романа разочаровывает.

— Стой. — Хватает меня за руку. — Я не то собирался сказать.

А на что я, собственно, рассчитывала?! Какой же глупой был, раз сочла, что он поверит.

— Забей. — Выворачиваю руку и теперь он в растерянности, но это недолго.

Собирается. Становится более серьезным.

— Я заеду за тобой завтра. — Смотрит спокойно и достает из кармана телефон.

Сначала вертит немного в руке, а потом разблокировывает.

Вижу, что такси вызывает.

С горечью и легким разочарованием делаю вывод, что удержать он меня сегодня не попытается.

— Не заедешь.

— Почему? — Сафронов снова меня останавливается, когда я собираюсь уйти.

Смотрит на меня пристально. Вглядывается, как будто все ответы написаны у меня на лице.

— После случившегося родители не позволят. — Я говорю сущую правду, а он в этот момент устало сжимает переносицу. Чувствую себя в этот момент ничтожно, но все равно продолжаю. Это его дело верить или нет. — У них есть на это все возможности.

— Ладно. — Вздыхает. — Если хочешь и дальше играть в это, я подыграю.

Смотрю на него с недоумением и непониманием. Мол, что ты этим сказать хочешь?!

— Допустим, это все правда.

— Допустим. — Уже я киваю и сглатываю. — И что будем делать тогда?

Нет, не он в мою играет, а я в его. Делаю вид, что меня не обижает его реакция.

Но делать вид, что все хорошо — это мой конек.

— Спать.

Прежде чем я успеваю помниться парень выходит из кухни и тащит меня следом.

— Но я н-не могу. — Останавливаюсь в дверях его спальни.

— Можно подумать ты у меня не ночевала. — Бросает вскользь.

Подумать можно все, что угодно, но тогда мы вроде как не встречались. А последний факт существенно меняет это безобидное действие.

Во всяком случае в моем восприятии.

— Я кофе еще не допила. — Пытаюсь отсрочить дальнейшую неловкость и позорно сбегаю. Но долго я так прятаться не смогу.

Если буду пить кофе всю ночь, то стану на сову похожа.

Сижу на кухне. Вцепилась в кружку и вздрагиваю от каждого шороха.

Мне не хочется перед парнем выглядеть глупо, но я прекрасно понимаю, что между нами пропасть. В восприятии отношений. И если мне придется выбирать между Сафроновым и своими убеждениями, то я выберу последнее. Принципиально.

В моем понимании люди с искренними чувствами никогда не заставят выбирать ни из чего.

— Ты можешь хоть всю ночь тут провести, но в спальне удобнее. — Чуть не вскакиваю с места, когда парень бесшумно входит на кухню.

Или это я так сильно задумалась?!

— О чем ты? — Сжимаю губы и отвожу взгляд.

Не хочу, чтобы он заметил как я напряглась.

— Постель перестелена. В шкафу чистые футболки. — Смотрит как я пытаюсь натянуть платье чуть ли не щиколоток. Такими темпами оно скоро по швам треснет. — Ну, ты и сама знаешь. Не так ли?!

Это намек многозначительный, но я все равно киваю.

— Я сейчас в душ или ты первая?

— Нет! — Вскакиваю и почти выкрикиваю. Это резко контрастирует с моим поведением мышки последние несколько часов. — Иди! Я-я. Потом.

Никогда-нибудь.

Пока парень моется, я со скоростью света переодеваюсь в одну из футболок. Из шкафа.

На душ забиваю и лезу в кровать. Натягиваю плед до самых глаз и несколько раз колбаской кручусь на кровати, заворачиваясь в кокон.

Жарко, конечно, но зато спокойнее.

Слышу как вода в душе перестает литься и зажмуриваюсь.

Так нервничаю, что заснуть не могу. А лучше бы спала — актриса из меня так себе.

Когда парень выходит из душа, сердце у меня бьется оглушающе сильно. Наверняка даже соседи слышат.

Зажмуриваюсь, и все остальные органы чувств обостряются.

Мне кажется, я слышу как он дышит. Как делает каждый шаг.

Как останавливается напротив спальни…

И тут сердце замирает.

Пытаюсь ничем себя не выдать, когда слышу смешок.

Мое поведение слишком очевидно?! Закусываю губу от отчаяния.

Как ни крути, но при всем при этом я старалась не выставить себя дурочкой. Судя по всему, не удалось.

План провалился.

Поэтому нужно мужественно принять свой провал.

Набираю воздух в легкие и зависаю.

— Да, Дим. — Рома, похоже, снял трубку и решил поговорить со своим другом. — Что там…

Дальше я слышу смазано, потому что Сафронов уходит на кухню.

Первое время пытаюсь понять что такого важного в разговоре с другом, раз это настолько захватывает внимание Романа, но потом понимаю какой мне выпал шанс.

Или судьба. Или Роман сам так решил.

Засыпаю.

И, судя по всему, крепко.

Не слышу толком как парень освобождается и приходит в комнату. Только чувствую, что кровать прогибается. Но я не уверена, что и это на самом деле. Может тоже мне снится?

Во снах разные мультики можно увидеть.

Но вот то, что тебя обнимают уже точно невозможно спутать ни с чем.

Сначала напрягаюсь с непривычки, но потом отпускает, когда слышу как Сафронов размеренно дышит и расслабленно сопит мне в ухо.

Если так подумать, то он тоже стрессонул сегодня. С его чувствами мне так же надо считаться.

Проснувшись, утром обнаруживаю, что Ромы нет рядом.

Но я ведь уверена, что мне не приснилось как он ночевал именно тут.

На удивление я выспалась и даже спала достаточно крепко (это несмотря на все события ушедшего дня).

Оглядываюсь по сторонам несколько раз, а потом пару минут просто лежу.

Прислушиваюсь, но вокруг абсолютная тишина.

Я тут одна?

Ну раз так, то первым делом берусь за поиски телефона, который не помню куда положила.

Брожу по комнате и заодно все как будто невзначай осматриваю. Так сказать, я в поисках изменений (если они были).

Замираю на месте, когда неожиданно слышу, как открывается дверь и в комнату входит Сафронов с подносом в руках.

На подносе стоит две чашки кофе и тарелка с круассанами.

— Завтрак с доставкой заказывали? — Усмехается так, что я зависаю как старый компьютер.

Завтрак в постель — это очень мило, но формально то я уже не в постели, а стою перед кроватью.

— Доброе утро! — Рома удивлен немного и сбит с толка — это потому, что я уже на ногах, а он надеялся меня разбудить и сделать сюрприз. Безусловно сюрприз приятный и он удался.

Манящий аромат бодрящего напитка и запах свежей (я полностью уверена) выпечки заполняет всю комнату.

— Д-доброе. — Отвечаю и откашливаюсь в кулак, произнеся первые утренние слова как будто не своим голосом.

— Я думал ты еще спишь. Всегда так рано вскакиваешь? — По внешнему виду можно смело сказать, что Рома обеспокоен.

— Я просто искала телефон. — Отвечаю и дальше принимаюсь за его поиски. Заодно увиливаю от возникшей неловкости.

В постель мне приносили завтрак дома у родителей только когда я очень болела, поэтому я не знаю, как себя вести, когда такое делает парень.

— Он лежит на кухне. На столе. Выключенный.

Слышу, как Сафронов ставит поднос на тумбу рядом с кроватью, а сам садится.

Точно, я так быстро слиняла в комнату пока Рома был в душе, что забыла обо всем на свете.

— Я и забыла. — Поворачиваюсь медленно и мнусь на месте, переступая с ноги на ногу.

И постепенно вспоминаю почему именно он выключенный со вчерашнего. И если я хочу немного передохнуть от того, что меня ожидает, то и включать его не стоит.

— Ты садись. Завтракай, я принесу его. — Рома уходит на несколько секунд и сразу же возвращается с моим мобильным в руках, который буквально приковывает (как заколдованный) к себе все мое внимание.

— Спасибо. — Беру телефон и верчу его задумчиво в руках.

В конце концов откладываю в сторону несмотря на интерес включить и посмотреть, что там. Даже интересно становится: истерика со стороны родителей была сильной или не очень, раз группа захвата до сих пор не ворвалась в квартиру Сафронова.

— Пей кофе, он скоро остынет. — Мне немного неловко от одной мысли, что мне завтрак в постель приносят.

Но, наверное, это нормально. Раз в фильмах такое показывают (и девушки не реагируют на это как встречу с инопланетянами), то и в реальной жизни возможно же.

— Ты всегда круассанами завтракаешь? — Подкалываю его и сажусь рядом. Тянусь за кофе.

Делаю первый глоток и смакую вкус.

Красота. Даже глаза закрываю, чтобы насладиться происходим по полной.

— А ты булки не ешь? Следишь за фигурой? — Я, вроде, задала безобидный вопрос, а Рома напрягся. — Могу салат сделать или яичницу приготовить.

Распахиваю глаза и смотрю на него, отчаянно качая головой.

Я понимаю, что он хотел меня порадовать, но все же решила спросить исключительно любопытства ради.

— Можем что-то заказать. Что ты хочешь? — Сафронов развивает излишне бурную деятельность. Останавливаю его, когда он хватается за телефон.

— Нет, не нужно, я шучу. — Замечаю, как он в этот момент пристально смотрит на меня (как будто понять пытается вру я или правду говорю) и этим самым еще больше смущает.

— Мне нравится, когда ты так улыбаешься. — Я чуть было не давлюсь кофе и застываю с открытым ртом. Глазами хлопаю, а в голове одна мысль: чего это он такой милашка сегодня?

Меня озадачивает его разное поведение.

Один день он злится. Другой — ревнует. — Третий — милашка, коих еще поискать надо. А в четвертый запросто может проигнорить в угоду друзьям.

Сегодня, видимо, “пятый” день. Сегодня Сафронов малашка.

— Ты то комплиментами разбрасываешься, то грубиян каких еще поискать нужно. — Неуклюже откашливаюсь, маскируя свою первоначальную реакцию.

Вот почему вместо обычного “спасибо” я зачастую выдаю то, что думаю?! Причем выдаю это сразу? Может со временем этот фильтр все же начнет функционировать, и я буду вначале оценивать риски и последствия своих слов?!

— Я расценю это сейчас как ответный комплимент. — У Сафронова прекрасное настроение, которое он не пытается прикрыть грубостью.

Честно говоря, в таком ключе я совсем не ожидала его увидеть, поэтому сейчас прибываю в молчаливом шоке.

— Чем займемся сегодня? — После короткой паузы, которую я использую на глоток кофе, спрашивает Рома. — У нас целые выходные впереди.

Парень спрашивает это так буднично, как будто решено, что я проведу все эти два дня с ним.

Отгоняю от себя мысли, что это, скорее всего, мои последние спокойные выходные.

Вероятнее всего, как только представится случай, мои родители вытащат меня из универа (после закрытия сессии) и я при самом лучшем раскладе всё свободное время просижу в их доме взаперти. Наказанная.

То, что Андрей донес им все у меня не вызывает никаких сомнений.

И даже если бы не он, то найдется еще сто желающих, которые готовы услужить моим предкам ради скупого взгляда в свою сторону,

Так что пока у меня есть возможность вдыхать свободу, я собираясь жадно это делать. Чтобы потом было что вспомнить сидя в своей клетке все каникулы.

— Обычно по выходным я учусь. — Пытаюсь быть откровенной с Романом, раз на то пошло. Ничего неожиданного парню не выдаю.

— А я обычно никогда. — Смеется. — Может давай тогда сходим….

Ой. Надеюсь, не в какой-нибудь клуб. Перебиваю его пока предложение не поступило — машу рукой перед его носом так активно, что она рискует отвалиться.

Я телефон не рискую включать, чтобы родители до меня не дозвонились, а уж покидать стены этой квартиры точно нет желания (если только я не мечтаю о встрече с семейством — а я не мечтаю).

К Роману в квартиру мои родители возможно не пошлют никого вломиться, но это не значит, что нанятые моей маман Андреи не утащат меня где-нибудь на улице.

— А давай никуда не пойдем?! — Предлагаю осторожно и тщательно слежу за его реакцией.

Сафронов, кажется, удивлен такому повороту. Может он, конечно, и планировал что-то на целый день, но, честно говоря, я не очень-то горю желанием выбираться в свет.

Парень молчит и у меня появляется необходимость аргументировать свои слова.

— Вчера находились. Впечатлений более чем достаточно. — Немного давлю на его совесть.

— А давай! — Крайне для меня неожиданно соглашается Рома. Удивительно как это он не стал спорить и уговаривать меня.

Все же есть у парня совесть!

Или все эти жертвы ради меня одной?!

По идее, в таком случае я должна предложить какую-нибудь альтернативу его невысказанном плану, но в голову ничего путного не приходит.

И мне ничего не остается, кроме как сделать вид, что я самоотверженно ем всё, что парень мне притащил на подносе.

— Давай тогда я приготовлю нормальный завтрак и потом мы посмотрим фильм? — Сафронов говорит, а я тем временем кусаю круассан.

Жую медленно, чтобы не ослышаться.

У Романа сегодня эксклюзивный бенефис?!

Если бы мы с ним пару лет встречались, то я бы с уверенностью сказала, что он натворил дел и теперь ищет способ загладить вину.

— Можешь уже не заморачиваться. — Улыбаюсь довольному Сафронову. — Булочек достаточно, а потом можно реально будет что-то заказать.

Не знаю, что в его понимании “нормальный”, но больше чем на яичницу надежды не возлагаю. А если и она не получится, то это будет удар по его самолюбию (потому что я из тех, кто не всегда тактично молчит в узком кругу знакомых мне людей).

— Значит сейчас фильм?

Это вопрос с подвохом.

— Ты не забыл, что с понедельника у нас начинается сессия? — Захожу аккуратно с нужного мне ракурса и опускаю глаза в пол (понимаю же, что звучит это занудно). — Отдыхать, конечно, нужно, но…

— Давай тогда и тебе, и мне! — Чувствую как его пальцы ложатся мне на подбородок и немного приподнимают лицо. Сафронов таким образом хочет, чтобы я посмотрела на него. — Сейчас смотрим фильм, а потом уделим время университетским заботам. Как тебе?

А знаете что?! Его план срабатывает!

Он смотрит на меня заговорщицки. Как хитрый кот.

И это подкупает. Особенно, когда я тоже говорю сейчас об учебе только потому, что так надо!

Раньше я бы однозначно ответила отказом и сослалась на экзамены, но сегодня я решила быть рискованной девушкой.

— Похвально, Сафронов, похвально. — Складываю руки на груди и пытаюсь говорить серьезно. При этом не рассмеяться. — Ты предлагаешь хорошую сделку. Я согласна на такой вариант выходного дня.

Сафронов садится рядом и слегка приобнимает меня.

Включает фильм, который, по его мнению, должен мне понравиться.

А я сижу как деревянная и не двигаюсь.

Привыкаю ко всему, что происходит и пытаюсь понять как правильно реагировать. Вот буквально на каждое его действие, чтобы не спугнуть или себя не выставить в неприглядном свете.

Рома выбрал романтическую комедию. Я прекрасно понимаю, что это далеко не его самый любимый жанр и он просто хочет, чтоб мне было нескучно смотреть два часа в экран телевизора.

Постепенно я втягиваюсь в сюжет и уже скоро с интересом наблюдаю за происходящим.

Пока смотрим фильм, я не замечаю, как Рома улегся мне на плечо и… спит.

Обращаю я на это внимание только тогда, когда он начинает сопеть и тактично игнорировать его вовлеченность в совместное времяпрепровождение уже невозможно.

Слегка подталкиваю его плечом.

— Я не сплю! — Недовольным сонным голосом произносит Сафонов и откашливается, прочищая горло.

— Да, да! Просто медленно моргаешь? — Подкалываю его.

— Вроде того. — Спокойно отвечает парень и, самое интересное, что он головы даже не поднимает в этот момент.

Более того, устраивается поудобнее и вид делает, что ему интересно хотя уже больше половины фильма прошло.

— Кто главный герой? — Усмехаюсь.

— Парень.

— Замечательно. А героиня?

— Девушка. Я прошел твой тест? — Вымученно протягивает парень и немного разминает затекшие от неудобного положение плечи и шею.

— Да ложись ты уже нормально. — Сжаливаюсь над ним, но Рома воспринимает это буквально и укладывается мне на колени.

— Спасибо, так гораздо лучше. — Заявляет на полном серьезе и еще какое-то время он смотрит фильм, а потом снова засыпает.

Понимаю, что бороться с этим бесполезно и наслаждаюсь тем, что имею.

Парень, который мне нравится, скрутился калачиком и спит рядом со мной, а я смотрю интересное кино вместо того, чтобы выслушивать сдержанную истерику матери или готовиться к экзаменам.

— Фильм интересный? — Спрашиваю его, когда Сафронов почти под титры просыпается и сладко потягивается.

— Отличный! Я получил незабываемые впечатления!

— И выспался в придачу. — Оба ухмыляемся с этой ситуации. — Ну, а теперь что у нас по плану? Учеба или приготовление обеда?

На дворе чуть за пол день, но пока мы соберемся, начнем и закончим, то уже как раз придет самое время.

— Лиза, зачем так заморачиваться? — У Романа такое выражение лица, как будто я его буду пытать шнуром от блендера.

Смотрю на парня молча и понимаю, что он по жизни вообще не заморачивается. Наверное, хорошо так: ни о чем не думать и не париться ни за что.

— А как тогда? Вообще есть не будем? — Хлопаю его по прессу, а там непробиваемая сталь. — У нас спорт диета?!

— Давай приготовим ужин, а обед я сейчас закажу. — И снова смотрит на меня как кот из популярного мультика. Такому взгляду противиться сложно, и я киваю.

Ну хоть на ужин согласился.

Шутки шутками, а я не готова как его подружки томно пить целый день обезжиренный латте и смотреть (но не трогать) листья салата.

— Я тогда подготовлю все для учебы пока ты будешь вести переговоры с доставкой. — Собираюсь встать, чтобы достать свои книги, но потом вспоминаю, что их тут никак не может быть. — Блин, учебники и конспекты же в общаге.

— У меня все есть за прошлый год. А чего нет у меня, то есть в интернете. — Спокойно и просто заявляет Рома и кладет мне голову на плечо, берет телефон и набирает номер. — Какую кухню ты предпочитаешь?

Как быстро он, однако, темы меняет. Просто порхает с одной на другую.

Ну хоть спросил, — думаю про себя с улыбкой. Несмотря на то, что из динамика его мобильного уже доносятся гудки (а значит звонит он в конкретное какое-то заведение).

— На твое усмотрение. — Хочу быть милой. — Мне нравится то, что нравится тебе.

Это же правильный ответ?

Судя по тому, как Рома смотрит на меня (но голову не поворачивает) — это нестандартный для него ответ.

А как тогда надо было?!

Да, я не заказала салат из рукколы под йогуртовым соусом и не накинулась на суши, как будто вижу их в первый раз. Это выделяет меня из толпы его остальных фанаток?

— Тебе удобно? — Спрашиваю и немного веду плечом, чтобы привлечь внимание парня, а самой приятно безумно как мы сейчас сидим.

Это моя романтическая идиллия.

— Очень. — Едва слышно, очень быстро говорит Рома, попутно общаясь по мобильному.

Слышу названия нескольких знакомых блюд европейской и азиатской кухни. И, судя по перечню, у нас тут будет фуршет-столовка.

Сомневаюсь, что мы все это съедим за раз, поэтому у меня возникают подозрения, что парень просто не хочет готовить ужин и заказывает впрок.

Больше я не отвлекаю его. И даже не вслушиваюсь в заказ.

Честно говоря, хочу, чтобы это стало для меня сюрпризом.

— Еда в пути! А сейчас вперед к новым знаниям! — Сафронов резкое встает с дивана (видимо забывая, что я рядом и поэтому отпружиниваю на матрасе в сторону, как мячик), поднимает свои длинные руки под самый потолок и громко это произносит.

— Для кого они новые, а для кого…

Вдох получается сделать лишь когда Рома возвращается в комнату.

И вроде бы уже привыкнуть надо к тому, что мы встречаемся и обнимашки — это ничего из ряда вон выходящего, а все равно пока что дух перехватывает.

Жду пока заварится чай и сердце поймать привычный ритм, после чего возвращаюсь к Сафронову.

— Все, что тебе может понадобиться, на столе. — Смотрю как парень уныло переворачивает странички свода законов. — Я пока тут почитаю.

То есть у нас зональное обучение? Он на кровати, а я за столом?!

— Ты точно готовишься или снова заснешь? — Прищуриваюсь, когда прохожу мимо него и занимаю свое место. — Такое чтиво даже на меня нагоняет сон.

— Краснов любит, когда мы ее цитируем. — С ухмылкой трясет книгой в воздухе.

— Но он же другой предмет ведет. — Хмурюсь, потому что мне бы не хотелось в следующем году учить все это наизусть.

— А он так развлекается, когда приходит на экзамены к другим преподам. — Киваю сдержанно, мол мне все понятно. — Ладно. Тогда не буду отвлекать.

— Если тебе непонятно что-то будет, спрашивай. — Доносится голос парня пока я во всю пытаюсь разобраться в его заметках… которые, кстати, оказываются на высоте.

Если приплюсовать все это к моим знаниям, то выходит, что по некоторым предметам я буду готова на все сто. У меня даже такое чувство возникает, будто их курсу начитывал информацию другой преподаватель — все преподнесено с другого угла и примеры, которые они разбирали на семинарах, более наглядны чем те, что есть у меня.

С головой погружаюсь в учебу и мало замечаю происходящее вокруг. Понимаю, что Рома больше не сидит рядом, а куда-то ушел. Но меня это сейчас мало волнует. Я слишком сконцентрирована и знания впитываю как губка.

— Лиза! — Рявкает парень над ухом, и я роняю ручку, вздрагивая. — Ну хоть сейчас услышала. Третий раз зову уже!

— Что-то случилось? — Опасливо оглядываюсь, но на вид комната совсем не изменилась.

— Еду доставили час назад. — Ой, закусываю губу, потому что даже не обратила внимания как в дверь кто-то звонил и что Рома куда-то выходил. — Я уже накрыл на стол. И пока тебя звал все успело остыть.

Парень смотрит на меня сверху вниз, давая понять что я слишком увлеклась.

— Извини. Я не заметили.

— Ага. Не увидела и не услышала. — Вроде бы он меня и передразнивает, но все же немного злится. — Ты можешь сделать паузу или мне еще подождать?!

Натягиваю на лицо извиняющуюся улыбку и захлопываю толстенную тетрадь с конспектами.

— Пожалуй, оставлю это здесь. — Похлопываю по самому захватывающему чтиву этих выходных и встаю из-за стола. — Что у нас на обед?

— Уже не знаю обед ли это. — Усмехается, а я невольно бросаю взгляд на часы.

Пять.

Становится немного стыдно и неловко. Совсем потеряла счет времени.

— Как все замечательно выглядит. — Решаю отвесить пару комплиментов накрытому столу. — Все такое аппетитное!

Понимаю, что очень сильно проголодалась. Парочка круассанов с утра давно забыта и мой желудок уныло завывает и требует добавку.

Это слышит Рома, а мне со стыда сгореть хочется.

Стараюсь есть сдержанно и не набрасываться на еду, но блюда безумно вкусные!

— А у тебя здоровый аппетит. — Совершенно серьезно произносит парень, когда я тянусь за добавкой.

Намек понят. Наверное, больше не стоит.

Возвращаю ложку в салатную миску.

— Это не упрек. — Рома растерянно накладывает мне салатик сам. А потом и себе.

Слово за слово и неловкость за столом начинает рассеиваться.

Разговор плавно перетекает из одной темы в другую, и я понимаю, что с Сафроновым есть о чем поговорить.

То есть там не только внешность и внутренний мир, который он явно ото всех (или от многих скрывает).

Мы обсуждаем кино, путешествия, книги и еду.

Разговариваем взахлеб, иногда с жадностью перебивая друг друга пока за окном не наступает ночь.

— О чем задумалась? — Интересуется парень, когда я зависаю на виде из его окна.

— Город ночью выглядит потрясающе. Отсюда. Все как на ладони. — Мечтательно.

— Мы можем выйти на балкон и продолжит ловить общение там. — Возьми чай, а я пока принесу пледы.

Звучит заманчиво, но не в этот раз.

— Экзамены. — Скрипя сердцем произношу, как будто извиняясь. — Нам надо учиться.

Жду, что на этот раз точно он меня занудой назовет, но ничего подобного не происходит. Парень начинает убирать со стола и сгружает грязную посуду в посудомойку.

Я же молча упаковываю оставшиеся блюда в контейнеры и складываю в холодильник.

Мы тестируем бытовуху и мне это нравится.

Комфортно.

Душевно.

Когда со всем покончено, мы снова садимся за учебники. Я так точно, но на это раз влиться в учебу не так просто.

Настроение уже не то и мысли тянутся куда-то в сторону. В сторону Сафронова.

— Могу тебе помочь. Что-то непонятно? — Парень оказывается позади меня и обеими руками опирается на стол, как будто сверху нависая.

Так сконцентрироваться еще сложнее, но неожиданно для себя я соглашаюсь.

С трудом удается собраться, когда он рядом и что-то говорит мне почти на ухо. Я просто слушаю как звучит его голос и вдыхаю аромат парфюма. И все — это уносит меня из реальности. Наверное, если бы рядом со мной взрывались хлопушки, я бы не сразу это заметила.

— Все понятно, Лиза?

— Д-да. Конечно. — Киваю немного заторможено.

Но выныриваю из этого состояния, когда на столе начинает вибрировать телефон парня.

Видимо звонок не важный, потому что он сбрасывает вызов и снова начинает мне объяснять материал. На этот раз я слушаю более вдумчиво.

— Ты бы мог заменять преподавателей на парах.

— Так себе перспектива. Мой талант не для всех. — Подмигивает и я заливаюсь краской.

Говорит так, будто я реально особенная для него.

— Спасибо тебе…

— Секунду. — Останавливает меня, потому что телефон снова оживает.

Но только Рома читает имя звонящего как снова сбрасывает вызов.

— Ты можешь поговорить. — Произношу на тот случай, если ему не ловко прерываться.

— Ничего важного. — И я верю, потому что интереса к звонившему парень не проявляет.

Тем не менее, не проходит и минуты как история повторяется.

И это раздражает не только меня.

Сафронов уже нервно хватает телефон и прежде, чем он сбрасывает звонок, я вижу что названивают ему то девушки. При чем каждый раз другая.

На пятом вызове Рома выключает звук и переворачивает телефон экраном в низ.

Но опять и опять его не желают оставлять в покое. С каждым последующим звонком мелодия не играет, но телефон елозит по столу.

Наверное, ни одна из его поклонниц не может больше и дня прожить без него.

— Суббота вечер. — Как бы оправдываясь произносит, а я смотрю на время.

Не вечер, а ночь.

Парень подмечает куда направлен мой взгляд и, скорее всего, правильно читает мои мысли.

— Выключу его. — Невозмутимо роняет, но при этом уже убирает телефон, пытаясь сделать это как можно аккуратнее. — Продолжим?

Киваю, но осадочек все равно остается.

Червячок сомнений меня гложет и гложет, возвращая к мысли и напоминая кто же таком Роман Сафронов и кто для всех я.

— Я вот здесь немного не понимаю. — Тычу в один пункт договора, который мы взяли за образец для разбора. Но не понимаю не потому, что глупая. А потому, что не вслушивалась в его пояснения сейчас. — Можешь еще раз?

Понемногу вникаю опять в объяснения и даже умудряюсь впопад задавать вопросы.

Я сосредоточена и собрана. Для себя решила, что больше не на какие сторонние мысли отвлекаться не буду.

Рома аккуратно обнимает меня, пока мы сидим рядом, попутно рассказывая, что он усвоил, когда проходил этот материал.

Рассказывает он, конечно, хорошо и по делу, но я чувствую, как мои веки тяжелеют с каждой секундой.

Все. Батарейка разрядилась.

Сама не понимаю как засыпаю, но включаюсь я только тогда, когда его сильные руки аккуратно укладывают меня на кровать. Я стараюсь не подавать вида, что проснулась.

После того как укладывает меня, чувствую, как он подается вперед и аккуратно целует в щеку. А потом выпрямляется и снова куда-то уходит.

Просыпаюсь от того, что солнце заливает комнату и буквально слепит глаза.

Кажется, никто из нас не подумал вчера задвинуть шторы.

— Доброе утро. — Доносится рядом, когда я начинаю ворочаться и я сразу же замираю.

На этот раз Роман никуда не ушел. Или же ушел, но успел вернуться.

— И тебе. — Зажмуриваюсь и отворачиваюсь в другую сторону.

Представляю, как выгляжу, когда заспанная.

Хочется побыстрее мыться в ванную и привести себя в порядок, но это будет через чур очевидно.

— Ты всегда засыпаешь во время учебы? — Рома притягивает меня к себе и обнимает.

— Это называется “ответственный подход”. — Отшучиваюсь. — Иначе не видать мне первого места на потоке.

— Я вот не на паревом месте и не жалуюсь.

Ему и не обязательно быть. У меня же, с учетом контроля со стороны родителей, это единственный способ самоутвердиться.

— А кофе и круассанов сегодня не будет? — Меняю тему. — Или я проснулась слишком рано?

Оказывается, я умею вести себя, как и все девушки, — мило.

— Хочешь сплавить меня? — Парень как будто мои мысли читает, но и от свежей выпечки я бы тоже не отказалась. — Не знаю, что ты себе надумала, но ты милая когда спишь.

Это типо комплимент?

Смотрю на него с недоумением.

А когда не сплю, значит, нет.

— И когда злишься тоже очаровашка. — Рома кладет мне руку на затылок и взъерошивает волосы, что они становятся похожи на аварию на макаронной фабрике.

— Угу. Особенно сейчас. — Бурчу возмущенно, пока рыками пытаюсь устранить этот беспорядок, но кто-то слева решает мне и тут помешать.

— Улыбнись!

Так и хочется крикнуть “что?!”, но я не успеваю. Слышу, как щелкает фотоаппарат и до меня доходит происходящее.

— Ты собираешься меня этим шантажировать?! — В шутку бросаюсь на него, чтобы отнять мобильный, но попадаю в капкан и Сафронов, удерживая мои руки, делать еще несколько совместных фото.

А я на них такая звезда, что огородное пугало не позавидует.

— Выберу лучшее и поставлю на заставку. — Заявляет фотограф-любитель и без особых усилий продолжает меня сдерживать одной лишь рукой пока вносит коррективы в свой мобильный.

— Даже не думай! Не смей! — Я только и могу, что возмущаться.

— Как тебе? — Довольный собой, Роман меня отпускает и практически сразу перед моим лицом оказывается экран мобильного, а там мы вдвоем.

— Ты получился отлично, что не скажешь о бабке-ежке рядом с тобой. — Резко подаюсь вперед, но и на этот раз у меня не получается добраться до цели.

— Это все, на что ты обратила внимание?!

Делаю паузу всматриваюсь и не сразу понимаю что именно мне надо увидеть.

Но потом доходит.

Я подписана у него как “любимая”.

— А не рано ли? — Вырывается как-то то, что у меня на уме и я сражу же рот захлопываю, когда слышу свой голос.

Сафронов хмурится.

Смотрит внимательно на меня, а потом в сторону.

О чем-то думает и я уже жалею, что опять все испортила, как неожиданно слышу ворчливое:

— Что-то я не понял. Так ты меня не переименуешь в своем мобильном?!

Переименую. Как только осмелюсь включить телефон, так сразу это сделаю.

Или почти сразу. По ситуации.

Завтраком сегодня снова занимается Роман (и что-то там организует из остатков вчерашнего пиршества), а я пока брожу по кухне-гостиной.

— У тебя много книг. — Подмечаю вслух.

Не библиотека, конечно, но сейчас редко у кого даже журналы в квартире найдешь.

Выбираю сборник рассказов, чтобы почитать на досуге.

— Развлекаюсь иногда. — Отзывается.

— А почему нет фото семьи?

Не ожидаю увидеть портреты в рамочках, но просто фотки как бы просятся, когда есть книги. Объяснить не могу, но мне это кажется более душевным.

— Мы мало общаемся.

Ответ скупой, и я понимаю, что большего не дождусь. Поэтому в душу даже и не пытаюсь влезть.

Узнаю в этом себя. Тоже променяла бы томики на бездушный снимок, где и не пахнет искренностью.

Мы завтракаем в относительной тишине.

Каждый занят собственными мыслями, но на удивление я понимаю, что мне с Романом уютно даже просто молчать.

Не напрягает. Нет неловкости.

Все размеренно и как будто так надо.

Все правильно.

Пока я мою посуду, парень умащивается возле дивана и включает какую-то видео игру.

Протягивает мне второй джойстик.

— Это не мое. — Беру со стола сборник рассказом и кручу им перед собой. — Вот мое!

Ложусь рядом. На диван.

Пока Сафронов гоняет с симулятором наперегонки я читаю классику.

Тишина. Безмятежность. Погружаюсь полностью в мир вымышленных персонажей и чувствую, как Роман запрокидывает голову на диван. Смотрит в потолок, а потом резко поворачивается и целует мою ладонь.

От удивления ничего сказать не могу. Просто смыкаю и размыкаю губы, а он самодовольно улыбается и возвращается к игре.

И все это кажется так естественно. Просто привыкнуть нужно.

— Ром, я могу воспользоваться твоим компьютером? — приподнимаюсь на локтях и откладываю книгу в сторону. — Почту проверить надо.

— Да, н-но… твой телефон?! Разве с него не удобнее?

Понимаю его изумление. И логику.

С мобильного реально проще, но для этого его нужно включить.

— Там буквы маленькие. Замучаюсь читать. — Отмахиваюсь и иду за парнем, чтобы он его включил и подключил как надо.

— Готово.

Пароль введен, экран загорелся, и Сафронов тактично отходит на несколько шагов назад.

Вряд ли он подозревает, что именно я сейчас собираюсь сделать, но все равно ценю его уважение к моему личному пространству.

Мне нужно всего несколько минут пока я не передумала. Потому что решение очень важное и в любом случае изменит мою жизнь.

Захожу во входящие письма и ищу нужное — “Мотивационное письмо о зачислении”. Это последнее, что я не отправила приемной комиссии в иностранный университет.

“Большое спасибо за предоставленную возможность, но я решила продолжить обучение в своем университете. Надеюсь, что вы предоставите шанс на стипендию более достойным студентам. С уважением, Елизавета Ларина.”

В получателях ввожу канцелярию своего университета и иностранного.

Закрываю глаза и нажимаю “отправить”.

Сижу так несколько минут и поверить не могу в то, что я это сделала.

С одной стороны, мне стало легче. Больше ничего не давит. А с другой…

Как минимум все равно остаются сомнения, а правильно ли я поступила? Да и когда родители об этом узнают, то будет полный финиш.

— Лиза, ты уже все? — Рома зовет с противоположного конца комнаты, и я “включаюсь” в происходящее.

Снова на лице у меня приклеенная улыбка и я оборачиваюсь к парню, делая полукруг на крутящемся офисном стуле.

— Да. — Не глядя хлопаю крышкой ноута и встаю. — А что такое?

Мне вмиг становится любопытно, потому что Ромашка буквально расцвел. Стоит довольный возле шкафа, как будто сам его смастерил.

— Вот твои полки. — Показывает рукой на пустые ниши.

Хлопаю глазами. Не понимаю что должна туда класть? У меня при себе только платье, туфли и сумочка.

— Ты шикарно смотришься в моих вещах. — Слежу за его взглядом и вспоминаю, что на мне его футболка до колен и спортивные штаны, которые пришлось в два раза подвернуть. — Но возможно иногда в другие дни ты захочешь надеть что-то свое. Пайты, там, по размеру и футболки без машинок.

— Про переезд к тебе говорить точно слишком рано. — Делаю медленно и осторожно шаг назад.

— А кто про это говорит? — Настораживается Сафронов из-за моей реакции и тут же смеется — Нет, Лиза, ты все не так поняла. Я не беру тебя в жены и не предлагаю жить вместе, но за последние две недели это уже второй раз, когда ты у меня ночуешь. И что-то мне подсказывает, что не последний.

И что на это ответить.

Не знаете? Вот и я не знаю.

— Я подумаю. — Неловко поправляю волосы, чтобы чем-то занять себя и думаю какой бы предлог придумать, чтобы как минимум поменять тему. — Но тогда тебе придется выделить мне еще место за рабочим столом, потому что…

— Тебе нравится учиться. — Заканчивает он за меня мысль с задорным блеском в глазах.

— Вот именно! — Щелкаю пальцами и громко, наигранно смеюсь.

Происходящее превращается в ломаную комедию, из которой срочно надо искать выход.

— Так что как раз этим я собираюсь сейчас заняться. — Шагаю спиной назад, не сводя взгляда с парня пока не натыкаюсь на стол.

Смеюсь неловко и плюхаюсь в кресло, зарываясь в конспекты.

Они мое спасение сейчас.

За ними и пролетает оставшаяся часть дня.

И я рада бы и дальше находиться в этой сказке, но реальность такова, что завтра первый день сессии.

Пока Рома общается с кем-то по телефону (надеюсь, что не со вчерашними подругами, которые до него дозвониться не смогли), я аккуратно прикрываю дверь и переодеваюсь в свою одежду.

Без спроса беру несколько Роминых тетрадей и выхожу в коридор.

— Ты куда? — Парень замечает меня, когда я уже оказываюсь возле двери, и говорит своему собеседнику, что перезвонит.

— Еду к себе. — Отчитываюсь неуверенно. — Буду ночевать уже в общаге.

— Я что-то не так сделал? — Настороженно и хмуро приближается и я понимаю, что между нами опять стена из недопонимания.

— Нет! Что ты! — Рьяно пытаюсь его разубедить.

Мне совсем уезжать не хочется, но я прекрасно осознаю, что Сафронов мог вполне устать от моего присутствия. Не хочу надоедать и быть навязчивой. Так что лучше уйти первой, чем ждать, что тебя выгонят.

— Тебе и мне завтра надо быть в универе с самого утра. Не могу же я заявиться туда в платье, которое надевала в пятницу в клуб. — Сглатываю и начинаю говорить быстрее, потому что нервничаю с каждой секундой все больше. — Мне еще книги нужно взять и свои конспекты. Не то, чтобы твои были плохими! Они отличные! Но мне нужны мои вещи. — Тараторю.

— Ладно. Я все понял.

Дальше без слов и с максимально серьезным выражением лица он берет ключи от машины и засовывает в карман джинс кошелек.

— Поехали.

— Ты можешь просто вызвать мне такси.

Чувствую себя не в своей тарелке. Наверное, Сафронов не рассчитывал сегодня никуда ехать, а тут я образовалась.

Этим, скорее всего, обусловлена его реакция.

— Я могу просто закрыть дверь и никуда ты не поедешь. — Захлопываю рот. — А завтра утром я подвезу тебя до общаги. Как вариант?

— Никакого такси. — Соглашаюсь молниеносно и послушано плетусь позади парня всю дорогу до машины.

Настроение у него скверное, поэтому я решаюсь заговорить спустя пол часа после того, как мы начали ехать.

И то потому, что мы плетемся как черепахи. Это на его то спортивном авто.

— Ты специально выбрал самый долгий маршрут и едешь кругами? — Смеюсь, когда понимаю, что этот цветочный магазин у кафе мы уже раза два минимум проехали.

Сафронов делает вид, что не расслышал. Хмурится и молчит, а меня это еще больше веселит.

— Ты заблудился? — Подкалываю его.

— Похоже на то. — Невозмутимо. — Может вернемся, а? Дорогу назад я найду. Об этом можешь не переживать!

Когда мы на светофоре останавливаемся, он берет мою руку в замок и смотрит в глаза так искренне, что я почти меняю решение.

Но в последний момент благодарю за стойкость свою силу воли и ответственность.

— Отсюда направо. — Не оправдываю его надежд и жестом указываю на нужное направление.

Сама при этом не знаю как не выдать себя. Я одновременно смущена и польщена.

Хорошо, что на дворе темно и парень не видит проступившего на моих щеках румянца.

Но это не значит, что меня при этом не проняли его слова и неуклюжие (кто бы мог подумать, что это слово когда-либо будет применено по отношению к Сафронову) действия.

Мы плетемся в нужном направлении со скоростью раненой черепахи. На полупустых улицах нас обгоняют другие машины, потому что всем интересно заглянуть и узнать что там происходит в салоне.

— Твоя езда точно вызовет вопросы у патрульной службы. — Смотрю на спидометр, а там пятьдесят.

— Они, скорее, будут использовать меня как пример для подражания.

Это уж точно. Такие машины созданы для трассы, и никто явно не рассчитывает, что они будут ехать чуть быстрее повозки с лошадьми.

К моей общаги мы в общей сложности доезжаем через час.

Останавливаемся возле центрального входа и-и-и-и ничего.

— Может дверь откроешь? — Улыбаюсь и смотрю в его хмурое лица, для наглядности дергая за ручку.

— Лиз! — Начинает Роман свою песню снова, чем вызывает у меня умиление.

— Спокойной ночи, Ромашка. — Немного медлю и нерешительно тянусь в его сторону, чтобы обнять и чмокнуть в щеку. Попутно этим немного притупляю его бдительность и щелкаю кнопочкой на руле, чтобы разблокировать машину.

— Какая ты коварная. — Парень немного смягчается, но все равно недоволен моей выходкой и что я не повелась на все его уговоры.

Раньше никогда бы не подумала, что он такой. И, кажется, очень сильно ошибалась на его счет.

Пробравшись в свою комнату в общаге, не сразу включаю телефон. Медлю до последнего. Откладываю.

Меня переполняет тревога. Но потом всё же решаюсь.

Андрей все равно все доложил родителям. Тогда мне точно не сдобровать. По полной отхвачу и уже нет смысла тянуть.

Считай, и так эти выходные стали мне подарком судьбы за все то, что ожидает в будущем.

Родители могут и устроят мне не слабую взбучку.

Пришла пора столкнуться лицом к лицу с неизбежным, поэтому я, замерев от ужаса, включаю мобильный.

И тут меня с новой силой паника охватывает.

Возвращает из мыслей разрывающийся телефон, который покраснел в один миг от входящих сообщений. Тут и пропущенные звонки, и смс, и сообщения в мессенджерах, спам и прочее.

Помимо всего выделяется гора сообщений от Андрея.

Ладно, Андрей — это еще не так страшно, как, например, сообщение от мамы, которое было отправлено не так давно.

Вот на этом момент у меня сердце замирает. Я просто сижу и смотрю на дисплей телефона, не зная, что ответить.

Может лучше позвонить? Нет, отвечу сообщением. Споры с самой собой продолжаются по кругу, я как белка в колесе.

Мечусь из стороны в сторону и не знаю как поступить.

Но ответить надо пока в мою комнату не вломилась какая-нибудь группа захвата или еще кто покруче.

“ Во сколько заканчивается учеба? Я отправлю к тебе водителя” — В который раз перечитываю и каждый раз с новой интонацией. Пытаюсь понять в каком настроении находилась мама, когда это писала.

У меня уже это сообщение отпечатано на сетчатке глаза. Даже когда закрываю глаза, я продолжаю отчетливо видеть каждое слово.

Решаюсь на ответ во избежание еще больших неприятностей. Мама же все равно поймет, что ее слова были доставлены и прочитаны.

“ У меня сессия начинается”. Я прекрасно понимаю зачем она спрашивает, поэтому привожу контраргумент.

“Машина будет к пяти”.

Тут же приходит ответ, а значит родительница все мониторит и держит руку на пульсе в режиме настоящего времени.

Дело плохо. А на что я, собственно, надеялась с такой консервативной мамой? Она как будто бы уже все знает обо мне. И время, когда заканчивается учеба, не исключение. Ей скорее всего доложили все про меня.

А это значит только одно — мои догадки верны.

Что ей ответить я не знаю. Сколько я просидела с телефоном в руке — понятия не имею. Последнее слово остается за мамой все равно. И сейчас она мне четко дает понять, что возражений не потерпит.

Рано или поздно нам все равно пришло бы поговорить, поэтому я мирюсь с этим. Как и со многими другими вещами, которые за меня решают родители.

Душевные метания до добра не доведут, время позднее и надо попытаться поспать.

Сплю я ужасно плохо.

Из головы никак не выходит предстоящий разговор с родителями, который я представляю как кошмар наяву. Я даже представить не могу в какое русло он пойдет и как начнется.

От этого просто ворочаюсь по кровати. Я вымотана, но заснуть никак не получается.

Только глаза сомкнуть успеваю, как меня практически сразу будит звонок будильника.

В итоге утро, естественно, не задается.

Я как в тумане собираюсь на учебу. Хожу по зданию универа и ничего не замечаю. Врезаюсь в нескольких бедняг пока иду по коридору, где проводят консультации перед экзаменом.

Я морально уже настроилась на разговор с родителями, но все равно страшно. Даже более страшно, чем предстоящая сессия. Тут я хотя бы в себе и своих знаниях уверена.

Каждый раз, когда мне предстоит серьезный разговор с родителями, у меня будто бы землю из-под ног выбивают и я прекращаю ориентироваться в пространстве.

Наверное, семья не должна такое неизгладимое впечатление производить на человека, но это когда речь идет об обычных семьях.

А моя — это что-то с чем-то.

Кое-как высиживаю консультацию, но по факту там только моя оболочка. Мысли далеко-далеко.

Ни слова из того, что произносит преподаватель не улавливаю.

— Лиза, привет! Куда пропала? — Спрашивает Марина когда я попадаю в зону покрытия ее зорких глаз. — На консультации сегодня была?

— Была. — Киваю растерянно. — Все хорошо. — Отвечаю и просто проплываю дальше не останавливаясь. Могу только представить ее выражение лица от того, что ее продинамили по максимуму сейчас.

Но мне плевать.

Вот честно.

Не до Марины сейчас.

Я сейчас полностью погружена в свои мысли и мне нет дела до окружающих.

Реальность, которую я сознательно избегала все выходные, меня настигает.

Увы, не вовремя, потому что и Рома в скором времени показывается на горизонте.

Обнимает у всех на виду, целует аккуратно в щеку.

— Ты как? Вид такой невыспавшийся? — Заглядывает мне в глаза, а я смотрю на парня и как будто в первый раз вижу. Все так запутанно. — Почему не отвечала на сообщения? Учеба?

Столько вопросов с его стороны, на которые просто банально нет сил отвечать.

— Все хорошо, устала просто очень. — Сафронов не отпускает из объятий и продолжает что-то говорить. И в я вроде это все понимаю, но не запоминаю.

В памяти информация не откладывается.

Я не обращаю внимания, но осознаю, что сейчас за нами следит много глаз.

Вот, например, сейчас Марину помог слить Рома (своим присутствием), и я внутри ему очень благодарна. Подруга бы наверняка меня догнала и засыпала вопросами, пока я бы с ног не свалилась на них отвечать.

Чего уж таить: вряд ли пятничный инцидент в клубе не дошел до широкой общественности.

— По тебе не скажешь, что все нормально! — В голосе Ромы я улавливаю тревогу. — Я что-то сделал не так, и ты в обиде?

Блин только не это! Я не готова сейчас изливать душу или участвовать в разборках. Если Сафронов выдумывать проблемы между нами начнет, а я буду оправдываться, то у меня просто на просто не хватит сил на разговор с родителями.

— Рома, все хорошо. Просто дел много. Давай потом поговорим, ладно? — Стараюсь как могу не обидеть его. Скорее всего мои мнимые старания ни к чему хорошему не приведут, но я до последней капли из себя выжимаю тактичность.

Он никакого отношения к моим родителям не имеет, но сейчас я не могу разграничивать.

Я же не робот, чтобы переключать чувства по ситуации.

— Ладно. Как скажешь. — Аккуратно целует меня снова и отпускает из своих объятий. — Тогда я тебе позже напишу. Есть планы на вечер?

Судя по его взгляду, он считает, что ответ будет отрицательный. Ведь какая девушка в здравом уме променяет Сафронова на что угодно.

Но я ж и тут особенная (сарказм).

— Сегодня я занята. — Сдержано, но все же неловко улыбаюсь. — Я сама тебе позвоню.

Прячу взгляд, когда вижу недоумение на его лице и пока есть возможность, смываюсь.

И как за угол поворачиваю, понимаю, что я попала. Со всех сторон сегодня, блин, прилетает. И я нигде, нигде! не могу решить ситуацию.

Не могу и десяти метров пройти как позади опять слышу голос Марины. Она как банный лист приклеилась и даже появление Сафронова ее не отпугнуло.

Со страдальческим лицом поворачиваюсь к ней, но девушка намек не понимает.

— Ты видела, как все девки в шоке стояли? — А я надеялась, что мне все-таки удастся избежать дальнейшего разговора с ней. Но когда мои надежды соответствовали реальности?!

— Нет. — Натянуто улыбаюсь. — Если честно, мне не интересно, что и кто там видел и почему они там была в шоке.

Вот серьезно, мне бы Маринины проблемы.

Особенно, когда на часах без пяти минут пять.

Вижу, как подъезжает машина на парковку и узнаю в ней одну из тех, что числятся в семейном автопарке.

Значит, мне пора.

Тем более, когда выходит Андрей и высматривает меня.

Марина никак не отстает. И дела ей не совершенно никакого несмотря на то, что я явно не в духе.

— Мне идти надо. — Отмахиваюсь от подруги и выхожу на улицу в надежде, что Маринка следом не последует и оставит меня в покое.

Делаю первый вдох, и морозный воздух немного проясняет рассудок. Как будто заставляет тревогу немного отступить.

Иду быстро, но осторожно, чтобы не поскользнуться. Натягиваю воротник пальтишка до подбородка, потому что минусовые температуры уже слишком бодрят.

Увидев меня, Андрей машет рукой и заблаговременно открывает мне дверь машины.

— Лиза! Подожди! — Слышу позади голос подруги, которая вылетает следом, но очевидно, что сразу же и притормаживает.

Марина присвистывает, увидев это все. А у меня руки вниз опускаются. Как в прямом, так и в переносном смысле.

Ну почему мне так не везет?!

— Вау! Какой мужчина! А Сафронов в курсе о таком конкуренте? — До меня начинает доходить, что Марина на самом деле та еще змея и это ее обычное состояние, а не юмор и попытки казаться круче.

Оборачиваюсь и смотрю в ее глаза, а там коктейль из эмоций.

Несколько я читаю без труда: ревность, ехидство и жгучее любопытство.

Она всегда так всем завидует, но я никогда бы не подумала что и мне тоже.

Наверное, потому, что у меня раньше ничего не было из того, что она бы себе хотела.

Или я себя этим просто тешила?

Вопрос Марины (про Сафронова и Андрея) остается без ответа, но что-то мне подсказывает, что Рома узнает обо всем этом уже через минуту.

И пусть так.

Я все равно сажусь в тачку к Андрею и хлопаю дверью, не говоря ни слова. Никому.

В машине царит молчание довольно продолжительное время.

Мы едем уже час, а в воздухе только напряжение и недосказанность.

По Андрею видно, что он тоже злится.

— Не спросишь как я? — С претензией в голосе интересуется Андрей.

Я просто отворачиваюсь, не желая вступать в диалог. Еще и в таком тоне.

Ясное дело, что он обижен и рассержен из-за того, что произошло в клубе. С Сафроновым.

— Ладно. — Парень кивает как будто сам себе. — А как прошли твои выходные? — Делает короткую паузу — Навеселилась с хахалем?

А вот это уже нагло с его стороны. Да, у нас приятельские отношения, но как ни крути, а дочь его начальницы.

Я не ханжа и не снобка, но сейчас принципиально хочется спросить на счет субординации.

— Можешь ехать быстрее и сделать музыку погромче? — Вижу, как его скулы напрягаются, но просьбы он мои выполняет и замолкает на этом.

Понял намек.

Но все же, что это было?! Порывы ревности? Как мне это сейчас расценивать?

Просто отмахиваюсь от этого, потому что есть сейчас более актуальные вещи, которые стоят моего внимания, а не чувства Андрея.

Сегодня мне нужно сохранять самообладание до конца.

Когда мы доезжаем до дома, парен уже не так галантен.

Не выходит и з машины, чтобы мне дверь открыть и не бежит впереди, чтобы впустить меня в дом.

Плевать. Не барыня. И сама справлюсь.

В конце концов, меня совсем не как цветочек растили.

Зайдя домой, вижу, как идет активная подготовка к предстоящему ужину. Суетятся слуги, накрывается стол, и я стою в прихожей как не родная, не зная, чего ожидать от дальнейшего.

Усмехаюсь.

Оказывается, я уже успела отвыкнуть от этого пафоса.

— Ваша одежда готова к ужину и находится в вашем шкафу. Начало ужина в семь. — Любезно сообщает горничная, увидев меня. И на лице у нее ни капли удивления.

Ну вот как будто я каждый день ужинаю в кругу семьи, а не была тут последний раз несколько месяцев назад.

— Спасибо. — Поддерживаю игру и вежливо улыбаюсь.

Значит у меня есть время принять душ и переодеться.

Поднимаюсь к себе. Проверяю телефон по инерции.

Там только сообщение от Сафронова, но не текст, а просто фото.

Открываю и ни капли не удивляюсь увиденному.

На снимке, что мне прислал парень, видно, как я сажусь в авто, а Андрей закрывает за мной дверь.

И кто бы мог быть этим беспринципным папарацци?!

Риторический вопрос.

Все мы, конечно, знаем на него ответ.

Совершенно понятно, что это претензия в мою сторону. И мне придется потратить уйму времени, чтобы объясниться с ним.

Но не сейчас.

Проблем у меня горы, и решать их надо постепенно. Одна за другой.

Потом разберусь — у меня тут другая битва. Пострашнее.

Семья сегодня в приоритете.

Дома действую на автопилоте и в соответствии с правилами.

После душа сразу переодеваюсь и спускаюсь в низ.

Стол накрыт. Ужин подан. Отец сидит во главе стола, мама сидит рядом. Все, как всегда.

Кроме меня…

Я реально не вписываюсь и это бросается в глаза!

— Ты опоздала. — Спокойно говорит отец, и я машинально смотрю на часы.

Да, я опоздала на четыре минуты. Родители очень не любят непунктуальность. А особенно, если непунктуальна я.

— Простите. — Смотрю в пол смиренно.

— Садись. — Получаю разрешение, после которого прислуга сразу выдвигает стул, чтоб я присела.

У нас тут аристократическая Спарта. Не иначе.

Беседа, на которую я опоздала, ведется о Сафронове. Начинается как бы невзначай и с общих фраз, но в конце концов все сводится к конкретике.

Про себя я все же усмехаюсь: кто бы сомневался, что мою жизнь предки исследуют под микроскопом. Не только студенческую, но и личную.

Я молча сижу и пытаюсь уловить суть их разговора, на который, к несчастью, я опоздала.

Или к счастью.

Если бы меня спросили — я бы вообще сейчас предпочла провести вечер с другим человеком и в другой части города.

— Не повиновение или протест? — Спрашивает недовольная мама, и я понимаю, что от меня ответ ждут.

Просто кивнуть и сделать вид, что я каюсь, уже недостаточно.

— Это моя жизнь. Можете хоть раз не вмешиваться?! — Мама перебивает не дает продолжить.

— Пока ты наша дочь, ты будешь делать то, что мы тебе скажем. То же касается и жениха. — Ну ничего другого я не представляла в своей голове. Ожидала, что мама будет перебивать меня без конца.

А мои аргументы — вообще не аргументы.

В общем, заезженная пластинка.

И на что я только надеялась? Что родители повзрослели?!

Чушь!

— А потом? — Спрашиваю с горечью на душе.

— А потом будешь делать то, что говорит твой муж. — Мама переключает свой взгляд на отца, который сидит молча.

Но, как мы уже давно знаем, самые судьбоносные решения принимаются с молчаливого согласия.

— Получается, что моя жизнь будет постоянно находится в чужих руках? — Набираюсь немного смелости и высказываю.

Накипело.

— Не заставляй меня повторяться! — Недовольная мама возвращает свой пронзающий взгляд ко мне. Ужин резко становится не так интересен как дочь.

А я уж было подумала, что всегда была на последнем месте в списке приоритетов.

Опять сарказм!

— Я даже не вправе выбрать. — Пытаюсь продавить дальше. Мне ничего не остается.

— Ты выбрала университет. Дальше мы позаботимся о твоем будущем. — Включился отец.

Спокойно так говорит, что даже бесит.

Они с матерью на одной волне.

Это идиллия, но в моем понимании она как будто наизнанку.

— Вы и мужа мне выберете небось? — Ухмыляясь спрашиваю и начинаю размазывать по тарелке то, что там лежит. Просто, чтобы занять себя чем-то, а то с ума сойду.

— Учитывая, как изменилось твое поведение за столь короткое время, то да. — Комментирует мама. Отец явно недоволен таким разговором, но придерживается линии, которую они естественно обсудили ранее. Скорее всего, еще до моего рождения.

— И как же оно изменилось? — Вижу, как мама вскипает, но ничего с собой поделать не могу.

Кайфую хотя бы потому, что могу ее намного подраконить.

— Послушай, милочка, чтоб больше я его рядом с тобой не видела! — Брови мамы смыкаются посередине. Обычно она не оперирует такими словами, это значит, что разговор дальше пойдет сложнее.

— Мы с ним любим друг друга! — Вспыхиваю. Мама скептически приподнимает бровь и ухмыляется, смотрит на меня оценочным взглядом.

Она не верит.

Может это в ее мире не существует любви, но в моем она точно есть!

— Даже если это действительно так, то это пройдет. — Делает небольшую паузу. — Возможно ты его да, но он… — Замолкает.

— Любовь — это не болезнь, чтобы проходить, мама. — Внутри меня все чувства резонируют.

Мама жестом подзывает одного человека из прислуги, и передней кладут папку на стол.

Она лениво, медленно начинает листать файлики.

— Сафронов, хм-м-м. Какая ирония. — Снова ухмыляется теперь уже, про себе читая написанное. — Неплохой вариант, но мы присмотрели тебе партию получше. — Мама смотрит на листы, содержание которых мне не видно с моего места.

Так и хочется просить в чем тут ирония, но я принципиально молчу.

— Я все равно буду встречаться с ним хотите вы этого или нет. — Не выдерживаю весь этот спектакль. Я не собираюсь жить ради их счастья.

— Интересно как?! Если тебя будут сопровождать в университет и из него домой? — С пребольшим интересом спрашивает мама. Значит у меня теперь личный охранник появится.

Интересно они доверят обе функции Андрею, или он разжалован исключительно до роли водителя?!

— Домой?! — Пришла моя пора показать характер. — У меня же сессия!

Что это еще за новости с сопровождением? Я теперь важная персона? Заключенный? Или может их личная вещь?

— Ты подорвала наше доверие и очень нас расстроила. — Подводит итог отец и это звучит как какой-то приговор.

Он у нас редко вмешивается в разговоры, но его слово последнее.

Мать начинает ужинать, а это означает лишь одно: разговор окончен. Мне никак не удалось хоть что-то изменить в свою пользу.

Ужин прошел весьма и весьма плохо. Далеко не так, как я себе все представляла.

Что бы там ни было, а такой категоричности в адрес Сафронова я точно не ожидала.

Как только трапеза закончилась, я тут же поднялась к себе.

И вот я снова в комнате. Телефон с собой осознанно не брала поскольку и так было понятно, что разговор намечается серьезный, а отвлекаться на сообщения было бы неуместно.

Еще до того, как спуститься на ужин, я не ответила на сообщение-фото Сафронова и на телефоне вполне ожидаемо высвечивается несколько пропущенных и сообщения от него.

Нервничает?!

Так я тоже.

Правда по другому поводу.

Его Андрей беспокоит, а меня то, что наши отношения могут потенциально прекратиться стоит моим родителям только захотеть.

“Где ты? Нам нужно поговорить!”

Читаю его сообщения и откладываю телефон в сторону.

Я пока не в состоянии вести беседу. Я морально истощена.

Понимаю, что информацию, которую получила за столом, должна передать Сафронову, но как это сделать? Это точно не телефонный разговор.

Нужно лицом к лицу.

А что, если за мной реально постоянно будет установлен контроль? Как в таком случае это провернуть?!

Сбегать в форточку?!

Эта задача еще потребует решения и не малых усилий для ее разрешения.

“Дома. Сейчас не могу разговаривать.” — Не особо долго думая отвечаю, когда все же принимаю решение напомнить о себе.

Пишу под воздействием порыва.

“У себя или у Андрея?” — Ответ приходит сразу и прям сквозь буквы чувствуется раздражение Сафронова. Наверное, точнее будет сказать его злость.

Не мешкая скидываю ему фото своей комнаты.

А как еще положить конец этой необусловленной ревности?!

“Родители приехали. Мы долго не виделись, и они просят побыть с ними”. Пишу по фото.

Звучит неправдоподобно и ожидаемо мой телефон начинает томно вибрировать в руках от звонка Ромы.

За секунду до того, как я решаюсь снять трубку, из-за двери слышится шорох.

Усмехаюсь и сбрасываю вызов парня.

За мной уже подслушивают. Ничего нового — методы в этом доме не меняются из года в год.

Резко дверь открываю и вижу на пороге Андрея.

— Ты уже шпионом заделался? — Прислоняюсь к косяку и смиряю парня пренебрежительным взглядом. Хотя наверняка его родители заставили. Вряд ли он по своей воле под дверью стоит сейчас.

Но это все равно дико раздражает и бесит.

— Нет. Если им нужен будет шпион, они смогут позволить себе нанять частного сыщика. — Андрей отвечает и немного мнется.

А как по мне, он неплохо и сам с этим справляется. Иначе откуда мом предкам все известно?!

— Тогда зачем под дверью стоишь?

— Спросить как ты? Может нужно что? — Заботливого включил.

— Если бы мне нужна была нянька, я бы попросила родителей. — Да, я могу быть резкой и безжалостной. Могу ставить людей на место, но для этого нужно довести меня до предела.

Как, например, сейчас.

— Я стараюсь быть любезным. Я понимаю, что тебе тяжело. — Что-то мне подсказывает, что его послали втереться мне в доверие и ни-че-го-шень-ки он не понимает. И даже не пытается.

— Спасибо, Андрей! — Улыбаюсь во все тридцать два. — Все хорошо! Скажи родителям, что я в поддержке посторонних не нуждаюсь!

Прежде чем парень успевает ответить, я захлопываю перед его носом дверь.

Сафронов тем временем наяривает на телефон без перерыва.

Рома не оценил сброс звонка.

Такое ощущение, что это на него подействовало как будто наоборот — он поставил себе за цель дозвониться до меня.

Даже не знаю, что хуже? Если родители узнают, что я с ним общаюсь после их “серьезного” разговора или, что я его так игнорить сразу начала.

В любом случае, одна из сторон будет в жуткой на меня обиде. И мне сейчас надо выбрать меньшее из зол.

Сафронов ведь не из тех, кто будет молча ждать и ничего не делать. Им это наверняка уже известно.

Поразмыслив, звонок Ромы сбрасываю в очередной раз и сообщение пишу. Вдруг Андрей стоит за дверью и все-таки пытается подслушать.

“Не могу сейчас разговаривать. Давай завтра встретимся?” — Тарабаню громко по столу пока жду ответа на свое сообщение.

Оно же сразу загорается как прочитанное.

“Не получится. Завтра еду в горы с друзьями”.

Хлопаю глазами и ничего не понимаю.

Перечитываю, но результат тот же.

Какие еще горы?!

“Ну тогда послезавтра” — Я не совсем понимаю, что он затеял.

“Лиза, меня не будет до пятницы. Я хотел взять тебя с собой, но ты, похоже, занята.”

Между строк читается обидка, но не это сейчас важно.

В моей голове сейчас совсем другие вопросы: что? Но как? Я вроде как помню его расписание экзаменов и у Роминой группы на этой неделе их будет аж целых четыре.

“ Ты собрался завалить сессию ради поездки в горы с друзьями?” — Я немного в недоумении.

Поверить не могу в происходящее, поэтому на всякий случай уточняю.

“Возьму справку, что болел. Лиза, только не нуди!” — Мне, получается, тоже надо было бы (если бы я согласилась на его авантюру) сессию под откос пустить просто ради тусовки?

“Отложить на потом не вариант? Мне тоже сессию завалить ради гор?”- Я не совсем понимаю, что происходит.

“Я так понял, ты все равно не поедешь. Поговорим, когда я вернусь и успокоюсь.”

Ничего кроме возмущения у меня его слова не вызывают.

Ну вот прям отлично, он еще и разозлился на меня получается.

Смотрю на это последнее сообщение и не знаю, как это все понимать в целом!

Выглядит это так, как будто бы Сафронов хочет, чтоб я теперь от него отстала хотя наяривал первый он.

Сафронова на следующий день немного отпускает после обиды на то, что я с ним не поехала.

Мы переписываемся с ним все время, что он в отъезде.

Сначала наша беседа выглядит немного натянуто, но потом лед все больше и больше тает.

Каждый переступает через себя, но, видимо, это так жертва, на которую необходимо идти в отношениях. И называется она “компромисс”.

Мы часто обмениваемся повседневными фотографиями.

Его фото, конечно же, гораздо интереснее нежели мои: красивые пейзажи, большая компания, много парней и девушек. Наверняка я бы превосходно провела там время, если бы не несколько больших “НО”! Учеба и родители.

Рома еще многого не знает, поэтому обижается, когда считает, что я отдаю предпочтение учебе, а не ему.

Это не совсем так, но он мне все равно не поверит.

Равно как и не поверил на счет моих родителей (а вы думали, что я этого не поняла?!). Прекрасно все поняла — не такая я и наивная.

Глядя на то, как парень весело проводит время в компании друзей, а я в это время в копании книг и конспектов, часто появляется едкое чувство ревности. Но я стараюсь его глушить поскольку повода не доверять он мне еще не давал (даже несмотяр на то что на фото с ним то и дело где-то в глу мелькают всегда разные девушки, которые смотрят на него как на мешок с подарками).

А я хочу ему доверять!

И доверяю!

(Скрепя зубами убеждаю себя в этом).

******

Дни один за другим сменяют друг друга и я в какой-то момент начала бы терять счет времени, если бы не расписание экзаменов. Только они меня заставляют следить за днями в календаре.

И все равно я хожу как потерянная.

Мало обращаю внимание на происходящее вокруг.

Дома меня ждут родители. Рома все равно в отъезде, поэтому оставшееся внимание приковано к телефону.

Но это окружающие потеряна для меня, а не я, к сожалению, для окружающих.

После очередного экзамена встречаю Марину в универе.

В последнее время я ее сознательно игнорирую, потому что внутри все как будто протестует против общения с подругой.

Не могу объяснить это чувство, но Марина меня начала напрягать.

— Привет, Лиз. — Она обнимает меня так, как будто никакого напряжения нет. — А где Рома? Давно его не видела. — С неподдельным интересом спрашивает подруга.

— Болеет. — Придерживаюсь его легенды.

Отвечаю только бы она побыстрее от меня отстала.

— А почему ты вместе с ним не болеешь?! — Я чуть опешиваю. Вот прям не ожидала подобного вопроса.

Мое выражение лица не требует комментариев.

— Ой, да знаю, как он там болеет в компании друзей и подруг! — Марина смеется коварно. Мне становится некомфортно в ее обществе все больше и больше с каждым разом.

Какое ей дело вообще, чем он занимается? Или таким незаурядным способом она хочет вывести меня из себя? Какую именно реакцию она ожидает от меня, поддевая мои чувства?

К счастью, именно в этот момент проходит мимо Краснов и бросает на нас короткий, но очень вдумчивый взгляд.

Мы тут же замолкаем как видим его. Во избежание проблем.

Одно дело сплетничать и чесать языком, а другое — стоять перед ректором (у меня уже был опят) и оправдываться.

— Не понимаю о чем ты! — Я спешно покидаю неприятную компанию Марины, пока представился случай.

Пусть и косвенное присутствие Краснова подругу немного сдержит от того, чтобы навязываться ко мне со всякими провокациями и расспросами.

Да, мой побег от части позорен, но…

Во-первых, не хочу лишний раз Краснову на глаза попадаться. Во-вторых, нет никакого желания, чтобы он слышал этот разговор.

К моему везению Марина следом не идет. Удивительно как для нее.

Я ожидала продолжения ехидных вопросов и выуживание информации для дальнейшего ее распространения, но появление преподавателя на горизонте неожиданно играет мне на руку.

Скорее всего Маринка по привычке просто затаит обиду на меня. Но это пять же одна из проблем для решения в перспективе.

Далеко не первоочередная.

Мне сейчас не до этого детского сада, если откровенно. Да и Андрей уже тут как тут. Мой охранник-водитель.

Ждет, как по расписанию, что я выйду из универа по окончанию экзамена и уеду домой, под зоркий присмотр родителей.

На Андрея я зла.

И в обиде.

Умом понимаю, что он просто наемный рабочий. Но в то же время, мы с ним уже столько лет знакомы, что я в какой-то момент потеряла бдительность и начала считать его своим другом.

В машине с ним мы не разговариваем уже несколько дней. И это слегка сохраняет мою нервную систему. Спасибо ему за то, что выбрал такую позицию.

Уезжать и приезжать каждый день выматывает. От дома родителей до университета полтора часы езды в одну сторону.

И я понимаю, что это время можно использовать куда более благоразумно. Тем более, что во всем этом фарсе при имитации семейной идиллии, последние соки выжимают ужины с родителями. И обсуждение их насущных проблем, которые они обсуждают сугубо вдвоем.

Еле-еле в таком темпе дотягиваю до вечера четверга. Спасает только то, что в моей жизни есть Рома.

Он, как лучик света, вырывает меня из серых будней и дарит желание стремиться стать лучше.

Только сейчас осознаю, что всё это время моя жизнь была бесцветной и только Сафронов своим присутствием наполнил ее красками.

Если бы не он, я так бы и не знала что есть мир за пределами моей коробки!

Возможно поэтому я жду его приезда.

Не дни считаю, а часы. С глупой улыбкой на лице представляю как мы встретимся.

И в этот момент понимаю, что мне безразлично мнение родителей.

У меня есть Рома, а мама с отцом просто ошибаются на его и мой счет.

И я безумно хочу им доказать это. Хочу, чтобы они со мной считались и пока что могу сделать это только по средствам учебы.

Куча нервов и времени уходит на подготовку к экзаменам. Еще два и все!

Каникулы!

Останется только придумать как из дома уходить, потому что я понимаю, что у меня кроме академических успехов еще есть и личная жизнь!

И она не менее важна!

Скорее бы увидеться с Ромой, — мечтательно улыбаюсь, глядя в потолок.

Улыбка с лица не сходит, когда я в очередной раз повторяю себе, что он завтра уже должен будет вернуться. Это хоть какой-то стимул продержаться из последних сил.

Пишу Сафронову сообщения, но вижу, что они не доставлены.

Спустя час пишу еще несколько — тоже не доставлено. Берусь звонить — вне зоны.

Начинаю переживать немного, хотя понимаю, что может сейчас в горах просто нет связи и с ним все в порядке.

Тревогу вроде как получилось отогнать, осталось приятное предвкушение. Сафронов обещал в пятницу (сразу после возвращения) заскочить в универ.

Так что я в эйфории и на эмоциях теряю бдительность.

В то же время, как я и предполагала, не могу уснуть.

Волнуюсь слишком, что сердце бьется как бешеное.

Никогда ничего такого не испытывала и сейчас мне кажется, что все мое восприятие происходящего в несколько раз острее!

Но раз спать все равно не выходит, то я подрываюсь с кровати попробую заняться подготовкой к завтрашним экзаменам.

Завариваю себе чай и сажусь за повторение материала пока в глазах не начинает рябить.

У меня получается сосредоточиться на учебе, но все равно не долго.

Перед сном, когда силы меня уже совсем покидают, решаю зайти на электронную почту, чтобы еще раз посмотреть список вопросов и убедиться лишний раз в том, что подготовилась я правильно.

Типо ничего не пропустила и все такое.

По привычке ввожу адрес в поисковую строку, вижу знакомый интерфейс ящика, примерно представляю как выглядит и где искать нужный мне файл…

Но!

Что-то кажется мне непривычным, однако я не могу понять что именно.

Я устала, время позднее. Мыслю я поэтому заторможенно.

Пока ищу входящее письмо с нужными мне вопросами, замечаю странность. Некоторые из сообщений я вижу в первые, но они уже прочитаны.

Открываю сообщение и не могу ничего сообразить сразу.

В письме написано не много текста, но мозг на это сразу реагирует. Распознает как угрозу: “ Поздравляем! Вы зачислены в наш университет на второй семестр.”

И написано это на иностранном языке. А адрес отправителя совпадает с тем, куда я не так давно написала отказ о зачислении.

Вот тебе и лютый прикол!

Когда это могло произойти?

Как я могла это пропустить?

Что вообще происходит?

Столько вопросов без ответа!

Когда шок немного проходит, то я начинаю понимать, что это дело рук родителей. А кому это кроме них понадобиться могло?

Видимо я их хорошо взбесила. Мне и дозорного поставили под дверь, может и камеру установили в комнате.

Уже ничему не удивлюсь.

Не хочу это все в паранойю превращать, но не исключено, что после моей очередной выходки это устройство может появиться в моей комнате.

Зачем переводить меня в другой универ, да еще и в другую страну, если я против?! А все просто — получается, чтоб я больше с Сафроновым не виделась.

Чем Рома им так не угодил? Тем, что он популярен? Не достаточно серьезен?

Так они просто его не знают.

Но дело тут скорее всего в другом.

Вероятнее всего, они уже видят у меня в женихах кого-то другого. Того, кого сами выберут и утвердят.

Продолжаю себя накручивать еще долго. Мысли разные лезут в голову и возмущение нарастает.

Не могу успокоиться пока хоть что-то не сделаю!

Так ведь нельзя!

Уже два ночи, но мне все равно в нервном порыве иду к спальне родителей. Тарабаню так, что рука начинает болеть с самых первых ударов о деревянную дверь. Особого значения этому я не предаю, потому что внутри меня кипит негодование.

Злость меня просто переполняет и такое ощущение, что я сейчас вынесу эту дверь одной рукой, если мне ее никто не откроет.

Открывает мама.

Сонно моргает и только собирается возмутиться, как я начинаю говорить первая. Не даю ей возможности даже слово вставить.

— Как вы посмели?! — Говорю очень громко и слышу, как просыпается отец и внизу зашевелилась прислуга.

— О чем ты? — Мать предельно спокойно даже когда ее вырвали из сна. Поражаюсь ее невозмутимости. Вероятно, она ожидала подобной реакции поскольку удивления на ее лице нет от слова совсем.

— Я никуда не поеду! — Жестко отвечаю ей.

— Ах, ты об э-э-этом! — Мать спокойно складывает руки на груди. — Перевод уже оформлен и согласован в обоих учебных заведениях. Все билеты уже куплены. Мой секретарь уже подыскивает тебе жилье. Вылет назначен на воскресенье.

Говорит так спокойно, что меня то в холод, то в жар бросает.

— Ты не слышала, что я только что сказала? — Стискиваю зубы и сжимаю кулаки так сильно, что боль получается очень острой. Мне сейчас обидно, что мной распоряжаются как собственностью, игрушкой какой-то.

— Это ты из-за этого парня Романа так бунтуешь? И отказываешься от такой возможности? — Она спокойна как стена. На контрасте со мной.

— Это моя жизнь! — Продолжаю гнуть свою линию. — И я решила остаться. Почему ты всегда поступаешь по своему?!

— Да! Да! И ты только что чуть ее не испортила! Хорошо, что мне вовремя сообщили о твоем отказе университету и я успела вмешаться, и все уладить. — Мама немного приподнимает тон голоса.

— Так ты следишь за моей почтой? — Иначе кто бы и как ей обо всем доложил. — Тогда понятно почему я ничего не знаю и письмо прочитано!

Мама немного хмурится от обвинений.

— Нет! В этом нет необходимости. — Спокойно произносит. — У меня везде есть свои люди.

— Я никуда не поеду! — Стою на своем.

— Вижу, что этот парень хорошенько запудрил тебе мозги. — Мама качает головой. — Со временем ты всё поймешь и будешь мне еще благодарна.

— Не буду!!! Это должно быть мое решение! Не нужно вмешиваться! — Я потихоньку успокаиваюсь и снижаю тон, понимая, что весь дом сейчас на ушах и все слушают наши внутрисемейные разборки.

— А твоя поездка заграницу — мое решение! — Мама шумно выдыхает воздух и разминает шею — это показатель того, что она уже на грани. — Экзамены ты все сдала, так что можешь ехать.

Спорить дальше бесполезно — нужно действовать!

Иду к себе в комнату и закрываю дверь. Хлопаю так, что стены дрожат.

Сколько еще будет продолжаться манипулирование мной?

Надо думать, как выкрутиться из этой ситуации.

Первым делом нужно собрать тревожный чемоданчик: документы, деньги и ценные вещи, — ничего лишнего.

Порываюсь написать Сафронову, но это не лучшее время, да и не телефонный разговор.

А плюсом ко всему, он так и не ответил мне еще на прошлые сообщения.

Тем более, что в доме наверняка есть куча ушей. Безопасней всего писать сообщения, но учитывая то, что мою почту читают, то и телефон, наверное, тоже не составит труда.

Держать все эти эмоции внутри тяжело, но и поделиться ими пока не с кем.

Я собираюсь поступить вопреки желанию родителей. Я больше уже не могу быть куклой и делать как скажут, я уже не маленькая.

Нервы натянуты как струны и от круговорота мыслей в голове это напряжение только усиливается.

Решение мое непоколебимо. Я собираюсь остаться в этом городе. Никуда я ехать не собираюсь!

— Силой же меня никто заталкивать в самолет не будет! — В слух проговариваю это пока собираю все необходимые вещи в сумку. Стараюсь мыслить как можно рациональней.

Все основное у меня хранится в общаге. Она оплачена до конца года.

Хотя мама не полениться и наверняка сделает так, что меня выпрут из общаги.

Значит мне потребуются средства для существования. Выгребу все из копилки и соберу завтра первым делом все необходимое.

Мама не постесняется заблокировать все счета и назвать все это жизненным уроком.

Посматриваю на телефон и начинаю нервничать немного больше. Теперь уже видно, что сообщение Роме доставлено. Значит он наверняка видел и пропущенный звонок от меня, но не пишет и не звонит.

Кое как засыпаю под утро и просыпаюсь при первом же звонке будильника. Состояние как в прострации из-за регулярных переживаний и недосыпа.

Как в такой ситуации можно выспаться? Когда решается мое будущее.

На завтрак решаю не спускаться. Я не голодна, или организм ввиду стресса не понимает, что голоден. Выхожу из комнаты под самый выезд в универ, чтоб лишний раз с родителями не пересекаться.

Прохожу мимо гостиной, где мама с папой трапезничают, мама демонстративно закатывает глаза при виде меня.

Она скорее всего полагает, что я перебешусь, как всегда. Но на этот раз я не собираюсь идти у них на поводу как они привыкли.

С меня точно хватит!

Послушный песик родителей по кличке Андрей уже стоит возле машины в ожидании.

Сухо обмениваемся приветствием и садимся по своим местам.

— Совсем напряг с родителями? — Неожиданно спрашивает Андрей.

— Как видишь. — Мне нужно сосредоточиться на экзамене, который скоро начнется, а потом перенастроиться на еще один.

— Утрясется, как всегда. — Чего-то он сегодня разговорчивый через чур.

— Не утрясется. — Говорю тихо и скорее всего Андрей этого не слышит.

Остаток дороги мы едем в тишине.

В универе сразу же натыкаюсь на Марину.

С виду по ней не скажешь, что она обиженна.

— Выглядишь так себе. — С некой жалостью в голосе комментирует подруга.

— Ты Рому не видела? — Кручу головой в попытках увидеть его в бесконечном потоке студентов. Просматриваю места где он обычно задерживается, но его нигде не видно.

От этого только тревожнее становиться.

— Нет, но… — Если Марина его не видела значит мне этого уже вполне достаточно.

— Тогда я сейчас быстро сбегаю к себе в общагу. — Не даю ей договорить. — Встретимся перед экзаменом. — Стартую быстро с места.

— Лиза, экзамен на четыре часа перенесли! — Кричит вдогонку Марина, но я уже на своей волне и не сразу понимаю в сем соль.

У меня сейчас цель добраться до комнаты и собрать вещи каки планировала.

Только в комнате до меня доходит, что еще есть куча времени и это меня успокаивает.

Пишу Андрею сообщение, что экзамен перенесли на вечер и если он хочет, то может пойти посмотреть расписание, чтоб убедиться, что я не лгу.

В комнате оказавшись одна я понимаю, что меня начинает трясти от напряжения.

Начинаю собирать сумку, немного успокаиваюсь от этого занятия.

Хватаюсь за телефон и набираю номер Сафронова. Но он сбрасывает мой звонок.

Пока есть время, иду снова в универ в попытках найти Сафронова.

Обычно я не обращаю внимания на выпады и смешки со стороны студентов в отношении меня, но в этот раз их как-то через чур много.

Мне становится не ловко ведь куда я не пойду везде шепот, усмешки и косые взгляды — кое кто даже смеется в открытую.

Все это не так уж и важно. Мне нужно найти Сафронова, чтоб поговорить и как можно скорее.

Иду к доске расписания экзаменов у Ромы, чтоб посмотреть аудиторию, в которой он скоро будет проходить. Времени остается не так много, а это значит, что он скорее всего уже там.

Из далека вижу его в компании незнакомых девушек. Сафронов не стесняется флиртовать. Даже когда замечает мое приближение не перестает заигрывать с девушками.

Пока Сафронов меня не видит звоню ему еще раз.

Вижу, как он достает телефон из кармана и сбрасывает звонок продолжая общаться с девушками.

Неужели это важнее меня? Так больно и неприятно.

— Привет, везде тебя ищу. Нам нужно поговорить. — Сафронов посмотрел искоса на меня.

— У меня скоро экзамен, я немного занят. — И продолжает строить глазки незнакомой мне красавице.

— Они разве не в курсе, что у тебя есть девушка? — Мне жутко неловко особенно когда это слышат окружающие, которые после моих слов еще начинают посмеиваться с меня.

— А разве она у меня есть? — С улыбкой на лице спрашивает Рома. Я его совсем не узнаю. Его будто бы подменили за эти дни.

Стоящие рядом девушки начинают смеяться уже в открытую.

— Прошу прощения, вас вызывают к декану. — Проговорила девушка, которая проходит там практику. Сафронов окидывает ее взглядом явно оценочным.

— Сейчас расскажу там как я болел и вернусь к вам! — Говорит довольный и самоуверенный Сафронов.

Я не выдерживаю всего этого — Разворачиваюсь и ухожу.

Я так понимаю ему сейчас не до меня. Иду в общагу по пути пытаюсь не разреветься. Нужно как можно скорее добраться до комнаты и прийти в чувства.

Закрываюсь в комнате и сажусь на кровать. Все это как будто бы не со мной! Я как будто бы сплю. Что вообще происходит? Зачем Рома так себя ведет?

Все же было хорошо. Что могло случиться во время его отъезда.

Надо успокаиваться, может он на что-то обиделся?

Так у меня экзамен на носу. Надо собраться с мыслями, чтоб не завалить его.

Мне удается немного успокоиться благодаря учебе. Я понимаю, что мне нужны силы для сдачи экзамена, а значит нужно максимально отстраниться от своих личных проблем.

Выхожу из комнаты за пять минут до экзамена, чтобы прийти и сразу начать сдачу.

Как обычно Краснов разбил экзамен на две части. Сначала нужно написать ответы на вопросы, а потом тет-а-тет защитить ее тем самым доказав, что экзамен не списан и студент получил необходимый набор знаний, требовавшийся от него.

— Ларина, с тобой все в порядке? — Спрашивает Краснов, видя мое состояние. Внутреннее уже сильно сказывается на внешнем значит. Я таки себя вымотала.

— Все нормально, просто устала. — По его выражению лица я понимаю, что он мне не верит ни чуть.

После недолгой беседы он таки ставит мне пять за мои старые заслуги.

Краснов ничего не говорит и не спрашивает. Зовет следующего студента.

Выйдя из аудитории вижу Марину которая сдала раньше меня но по какой-то причине еще не ушла.

— Во даешь! Я просто поражаюсь твоему хладнокровию! — С искрой в глазах спрашивает подруга.

— Ты о чем, Марина? — Спрашиваю устало. На сплетни, если честно, не осталось сил вовсе.

— Узнать что на тебя поспорили и так спокойно разгуливать по универ…

— Кто поспорил? — Туплю и механически продолжаю идти вперед пока подруга не хватает меня за руку.

— Лиза, ты прикалываешься? — До меня наконец начинает доходить, о чем она.

Отрезвляет как холодный душ. Только это не распространяется на мои ноги и мне жутко хочется присесть.

Сажусь на ближайшую лавку.

Марина с удивленным выражением лица рассказывает мне что и как.

— Да уже весь универ в курсе, я думала ты уже знаешь. Ты еще достойно держишься. — Марина говорит, а я опять как во мгле все никак не нащупаю реальность. Мне все кажется, что это сон или возможно розыгрыш.

— Мне нужно поговорить с Ромой и все выяснить. — Марина замолкает.

— Да что ты заладила? Рома, Рома? — Смотрит на меня и понимает, что я настроена серьезно и не в том состоянии чтобы шутить.

— Знаешь я слышала, что он со своей компашкой сегодня в клубе собираются, чтобы отпраздновать свою победу.

Выбегаю их универа на своих ватных ногах. Возле входа ждет Андрей.

— Поздновато ты! — Хмурится и смотрит на часы.

— Экзамен перенесли и так вышло, что сдавала я не в первых рядах.

— Садись. — Открывает дверь, но вместо того, чтобы присесть я высматриваю такси в проезжающих машинах.

— Ты ведь не собираешься, да?! — До Андрея доходит, что я собираюсь делать.

— Собираюсь. — Взмахиваю рукой, чтобы остановить попутку.

— Это чревато проблемами.

— Еще большими чем сейчас? — Дерзко веду бровью, мне уже все равно.

Андрей надумал меня остановить, отбегает от машины и мчится в мою сторону.

Я действую на упреждение.

— Ты или помогаешь мне, или просто не мешаешь. — Он застывает. МОИ слова заставляют его задуматься.

— Девушка, ну вы едете нет? — Водитель легковушки помогает Андрею определиться.

— Если ты потом вернешься домой…

— Вернусь! — Заверяю парня.

Благодарю таксиста, но отказываюсь от поездки с ним.

— Куда? — Серьезно спрашивает Андрей и заводит машину. Называю название клуба где любит проводить время Сафронов, наверняка он будет там, на крайний случай есть Марина- она то все знает. — Это как то связано с тем парнем? — Андрей не спрашивает, а скорее пренебрежительно констатирует факт.

— Да. — Киваю и игнорирую его красноречивое выражение лица.

Мол, “я же говорил”, но с ноткой неприязни и долей снисходительности.

Едем молча. Атмосфера напряженная. Настроение на нуле и лишь больв голове усиливается все больше и больше.

Нет, я не тешу себя надеждой и иллюзиями, просто поверить не могу, что все это правда.

От третьих людей услышать этот как будто бы не по настоящему.

На глаза наворачиваются слезы, но я пытаюсь держаться.

— Приехали. — Андрей паркуется. — Надолго? С тобой пойти?

— Скоро вернусь. — Нахожу в себе силы выйти из авто и вхожу в клуб, где на контрасте грохочет музыка.

Я так и не прониклась подобными местами.

Осматриваюсь, и когда вижу относительно знакомые лица уже понимаю куда нужно идти.

Поднимаюсь на второй этаж, но натыкаюсь на охранника.

— Хочу осмотреться. — Максимально хладнокровно и спокойно произношу.

Из трех зон занята только одна.

— На сегодня весь этаж забронирован.

Лезу в кошелек, чтобы вручить охраннику “пропуск”, но тут меня замечают.

— Впусти ее! — Раздается из толпы, но я не знаю кому принадлежит голос. — Она к нам.

Еще секунду я была уверен в том, что делаю, но с каждой секундой эта уверенность тает.

Тем более, когда вижу в центре знакомую фигуру.

Все взгляды устремлены на меня, и ощущение, что присутствующие ждут начала шоу.

— Что ты тут делаешь? — Рома откидывается на спинку дивана. — Тебе же не нравятся такие места.

— Мы можем поговорить? — Хочу развернутся чтобы уйти, но меня останавливают его слова.

— Говори.

— Наедине.

— Зачем тратить время если ты и так судя по всему все уже знаешь? — Смотрит на меня пристально, мрачно исподлобья.

— О чем знаю? — пусть он говорит.

— Хочешь, чтобы я сказал это при всех? — Дерзко, нагло, бесчувственно. — Ты и так уже посмешище.

И прямо сейчас, я это отчетливо чувствую.

Взгляды как будто бы стали более колкими чем прежде, а насмешки — более громкими.

Пока еще в силах это терпеть, достаю телефон и набираю его номер.

Из-за музыки звонка не слышно, но Сафронов чувствует вибрацию.

И вот телефон у него в руках и он смотрит на экран как и я.

Тоже смотрю на его экран.

Когда-то там высвечивалось “Любимая”, а сейчас просто цифры.

Сафронов не глуп и понимает, что я делаю и бросает телефон на столик между нами. Машинально беру его.

Сам встает медленно обходит стол и оказывается возле меня. И чувствую, как из моей руки выхватывается уже мой мобильный.

— Ты такая наивная, Лиза. — Смотрит на наше фото, которое на заставке, а потом поворачивает, чтобы все остальные увидели. — Что я говорил?! — Самодовольно.

А потом брезгливо пихает мне в руки мой телефон.

Поверить не могу, что все это происходит со мной.

В ушах шумит. Перед глазами все плывет. Теряю контроль над ситуацией и отшатываюсь в сторону.

Ноги не держат.

Упасть мне мешают только руки, которые как клинья смыкаются вокруг локтя.

— Отпусти! — Резко и раздраженно вырываюсь, чем на секунду вызываю недоумение на лице Сафронова.

Но потом там опять самодовольная маска.

Или, наоборот, это его естественный вид.

— Думала, что между нами все серьезно?

Сафронов идет за мной, не замечая ничего и никого вокруг. Расталкивает, бортует других посетителей клуба.

Как и я.

Но я в роли убегающего, а он догоняющего.

Это прострация. Просто хочется спрятаться под одеялом.

Подальше отсюда.

Меня переполняет сразу несколько чувств: обида, отчаяние и злость.

Злость скорее на саму себя за то, что смогла-таки подпустить к себе его так близко. И, главное, поверить в лживые слова.

Какая же я ничтожная!

Слезы струйками стекают по лицу, но я их не чувствую. Только вижу все смазаннее.

Сбегаю по лестнице под хихиканье и колкие шуточки друзей Сафронова, но мне все равно кажется, что их слова вобьются в сознание.

Такое не свести.

Выбегаю из клуба, где стоит верный своему делу Андрей.

Смотрю в знакомое, взволнованное лицо.

Какая же я дура.

Вокруг меня столько людей, которые реально переживают, а я повелась на Сафронова?!

Андрей говорил, Марина говорила… да что там они, даже мама говорила, а я уши развесила.

Мне хочется, чтобы меня пожалели и успокоили. Хочется обвинить в этом всех, но это только моя ошибка.

Жаль только, что это лишь сейчас, запоздало доходит.

— Все нормально? — Андрей теряет интерес к своему телефону мгновенно и меня сканирует с таким взволнованным видом, что я буквально готова броситься ему на шею.

— Поехали! За мной Сафронов гонится. — Сажусь в машину пулей, пока парень обрабатывает полученную информацию.

Но неожиданно Андрей вместо того, чтобы сесть за руль и уехать, идет ко входу в клуб.

На встречу ничего не подозревающему Сафронову.

Андрей просто сносит Рому, выставив руку на уровне его груди.

Одновременно захватывающе и ошеломляюще. Быстро и эффектно.

Сафронов падает от неожиданности на красный ковер прям перед входом. Хватаясь за солнечное, и пытаясь встать.

Яростно.

Но между парнями уже вырисовывается личная вендетта я не хочу быть ее частью.

Я хочу как можно дальше отсюда оказаться.

И все же Андрей не растерялся! Пока Сафронов приходит в себя от резкой смены положения в пространстве, мой охранник быстро садится в машину и блокирует двери.

— Родители будут довольны таким раскладом вещей. — Андрей заводит тачку, но сам при этом улыбается.

Не вижу повода для радости. Мне, вообще-то, сердце сегодня растоптали.

— Как и ты. — Подмечаю ровно.

Если все будут рады, что я оказалась дурой, а они правыми, то у меня ничего из происходящего улыбки на лице не вызывает.

— Рад, что ты не паришься.

— Поехали от сюда. — Дрожащим голосом прошу его. Но дело не только в голосе.

Все тело пробивает озноб, стоит мне немного прислушаться к себе.

А внутри меня самая настоящая буря.

Странно, что я держусь так долго и до сих пор не сорвалась в истерику.

— Едем, едем! Не переживай! Все уже позади! — Успокаивает меня Андрей с улыбкой на лице, но при этом я чувствую запах паленой резины.

Слишком быстро парень срывается с места, но по нему я вижу, что он тоже нервничает. Скорее всего это адреналин в его крови.

Тачка летит по ночному шассе, но я слишком далеко от того, чтобы это оценить.

Сейчас на мня наоборот накатывает реальность.

— Неужели я настолько ничтожна? — Вслух задаю вопрос сама себе.

— Нет! Лиза! — Неожиданно на это вопрос отвечает Андрей, отвлекаясь от дороги. — Не смей так думать!

По голосу понимаю, что парень не врет.

Серьезен, как никогда.

Но от этого легче не становится.

В мыслях уже совсем другое, нелогичное: но, если Андрей считает особенной, то чего не хватило Сафронову?!

Хотя это — риторический вопрос.

Спрашивать никого не нужно, я и сама на него ответ знаю.

Он — король, а я — простушка. Ему было скучно, поэтому решил разнообразить привычные будни. А потом, видимо, надоело.

Наши миры никогда не пересекутся, потому что мы как плюсы на магнитном поле — априори стремимся оказаться подальше друг от друга.

Самое обидное в этом то, что я всегда это понимала и не надеялась ни на что. Но Роман…

Как будто специально крушил и рушил мои устои. Словно он доказывал мне обратное, а я на это в итоге наивно купилась.

— Ты знал, что он на меня поспорил? — Произношу чисто вслух, потому что сама в это поверить не могу.

Как будто так предательство станет более реальным.

— Что?! — Андрей хмурится.

Расслышал все, но больше от удивления переспрашивает.

— Да. Прикинь! — Догоняет меня уже истерика, и я чувствую прилив сил.

Мне хочется что-то делать и все отрицать. Хочется бежать марафон и лететь в космос только бы доказать окружающим, что моя жизнь клином на Сафронове не сошлась.

Но так я лишь сама себя обманываю.

На самом деле я себя до слез жалею.

Обидно так, что душу на части рвет. И худшее, что это только первый час.

Во что я превращусь дальше даже представить не хочу.

Опустив голову вниз, смотрю на свои руки, и в какой-то момент осознаю, что в моем поле зрения оказывается телефон.

Но не мой.

Концентрирую на мобильнике внимание, как на раздражителе, а потом я внезапно понимаю, что захватила телефон Сафронова.

Это уже интересно.

Минуть пять у меня уходит, чтобы все обдумать, но потом я произношу спокойно:

— Поехали обратно в университет, пожалуйста. — В голове созревает план, подогреваемый злостью на Романа.

И плевать мне, что на часах ночь.

Думаю, что нужные мне люди не дремлют.

— Уже вроде конец учебы, что там забыла?! — Андрей не спорит и делает, как я говорю, но вопросы все равно задает.

— Надо к ректору пойти поговорить, и попрощаться заодно. — Произношу пространственно, хотя вынашиваю совершенно другую идею.

Если Сафронов только что дал мне понять, что между нами ничего нет, тогда… и секреты друг друга беречь не стоит. Правильно?!

— Дело нужное. Поехали. — К счастью, Андрей не спорит.

Хоть кто-то сейчас на моей стороне.

Видимо во мне переплелись все гениальнейшие актрисы столетия, потому что даже меня поражает собственная сдержанность. Но это пока сила воли берет контроль над эмоциями. Скоро все будет наоборот.

Машин на дорогах мало. Ректор обычно сидит чуть ли не до полуночи на рабочем месте. Я думаю, что я успею к нему на аудиенцию.

Дело-то важное.

Усмехаюсь и уже предвкушаю все.

Раны я зализывать буду одна и позже, Возможно уже заграницей, а сейчас на дно с собой потащу Сафронова.

Рома недооценил меня и последствия.

— Буду ждать тебя тут. — Андрей глушит машину, но не выходит.

Отлично. Даже лучше так. Я сама справлюсь.

— Позвони, если что. — Он усмехается, а я в ответ киваю.

Не позвоню я, потому что в кабинете ректора все будет чересчур просто.

У ректора меня встречает секретарь.

Становится возле двери, загораживая возможность зайти в кабинет.

— Часы приема уже давно окончены, девушка. — Констатирует секретарь. — Для студентов…

— А я не просто студент. — Парирую нагло. Это поведение я у матери подсмотрела и надеялась, что никогда не пригодится. Но зарекаться нельзя. — Я Ларина-Бас.

Звучная фамилия бьет по слуху.

— Раз вы так настаиваете. — Девушка все понимает по моему выражению лица, что дело серьезное действительно. Да и родители уже себе наработали авторитет, который бежит впереди паровоза.

— Лизочка! — Довольный ректор почти сразу же появляется в дверях своего кабинета. — Проходи!

— Прошу прощение за столь поздний визит. — Начинаю, а потом останавливаюсь.

Вспоминаю как недавно меня сюда вместе с Романом вызывали и прошлись по нам вдоль и поперек.

А теперь я слышу “Лизочка”!

Как же достали лицемеры!

— Ничего страшного, ты не помешала. Чем могу помочь? — Ректор указывает на кресло напротив.

— Я пришла от лица родителей. Хочу поблагодарить вас за содействие в переводе, а так же сообщить одну неприятную новость, касающуюся одного из ваших самых “любимых” и перспективных студентов. — Вижу, как у Ректора приподнимаются брови.

— Не стоит благодарности — это все твоя безупречная успеваемость, так что…

Ой, ну давайте только без этих дифирамбов.

— Ах да, теперь о главном! Речь о Сафронове. — Вижу, как мужичку становится все интереснее. Дядька отслоняется от спинки кресла и локтями опирается о колени.

— Романе? — Его глаза блестят. Но я не знаю какая там кошка пробежала между ректором и Сафроновыми, но лишней сплетне мужик будет рад. — И что с ним? Вы же с ним встречались?!

Ой, ну только перед ректором я о своей жизни не отчитывалась.

Просто улыбаюсь дядьке, а дальше пусть думает что хочет

— Сегодня он приносил справку по болезни. — Ректор задумывается, но потом все же кивает. — И декан, и лично вы отсрочили ему сдачу экзаменов.

— Да, так и есть. Но исключительно по причине болезни. — Ректор как будто защищается, хотя я еще даже не пыталась нападать.

— Вот только есть один большой нюанс. — Важно закидываю ногу на ногу.

Это, оказывается, эффектно.

— И какой же?

— Он не болел вовсе, а прохлаждался на известном горнолыжном курорте с друзьями, которые, как и он, тоже получили отсрочку экзаменов. И тоже по болезни.

В то же время ректор наклоняется вперед еще больше. Как будто я ему тайну нашего происхождения окрою.

— Секунду. — Вместо слов я беру телефон Сафронова, разблокирую его — благо он не сменил пароль. Открываю галерею и листаю последние фотографии.

Доказательств там полно. Все это демонстрирую ректору.

— Что это? — Мужик опешил от просмотренного.

— Больничный Сафронова. — Тяну победоносно. — Это, если что, его медсестры окружают. А не то, что вы и я сначала подумали. — Усмехаюсь, глядя на его одногруппниц в лыжных костюмах возле камина.

А подумала я только некультурными словами.

Ректор достаёт из внутреннего кармана пиджака платочек и протирает свою лысину.

В руках у меня находка. Если ректор имеет зуб на Романа, то этого достаточно, чтобы устроить ему веселые деньки.

— Такое не останется безнаказанным. — Дядька багровеет, когда смотрит фото и параллельно на видео отчеты, считай, от первого лица. — Спасибо, Лиза.

— Если что, я сделала копии. — Блефую. — У вас не получится, тогда я сама всё сделаю. Думаю, что университету не стоит прикрывать такое. Скандал может быть.

По лицу ректора я вижу, как он недоволен такой выходкой Сафронова. И моим давлением тоже.

В любой другой ситуации закрыл бы на это глаза.

Но явно не тогда, когда к нему Ларина- Бас обращается. Лично.

Теперь мы с ректором поменялись местами.

Сначала он меня… доводил. А теперь я его.

— Как обстоят дела с переводом? Уже все подтвердили? — Переключается с темы ректор, лицо его выражает небольшую злость.

Ну простите. Беспредел у себя не я допустила!

— Да, спасибо, все подтвердилось, жилье вот-вот найдут и через несколько дней, я вылетаю.

Реально вылетаю.

Пока с Андреем в машине ехала, то мне этого времени хватило, чтобы все максимально понять.

Я хочу начать с чистого листа.

— В таком случае, я желаю тебе всего наилучшего и успехов на новом поприще! Передавай привет родителям. — Ректор протягивает руку для рукопожатия и у меня не остается другого выбора, кроме как протянуть ему в ответ.

— Обязательно передам и по возможности загляну к вам с заморскими сладостями на чашечку чая. — Выдавливаю из себя улыбку и уже мечтаю отсюда сбежать.

Тошно от всего этого.

Хочется оказаться одной. В своей комнате, наедине с отчаянием.

Вообще, с трудом сдерживаюсь и не знаю как получается не разреветься.

Удивляюсь сама себе и этому хладнокровию.

— Мои двери всегда открыты для тебя, Лиза. — Слушаю напутствия в пол уха, а думаю о своем. Киваю лишь бы он закончил побыстрее говорить.

Мы прощаемся на этой ноте. Когда выхожу из приемной телефон Сафронова начинает звонить, я просто по привычке сбрасываю звонок и иду к выходу.

Но он звонит опять и опять.

На экране высвечивается имя какой-то девчонки, поэтому долго я не выдерживаю: в приемной ректора просто швыряю мобильный в сторону.

С глаз долой, из сердца вон. И телефон его, и самого Романа.