<p>Тимофей Грехов</p> <p>Охота</p>

Глава 1

— Ярар, — обратилась ко мне профессор зельеварения, — после твоего возвращения в Академию, ты мягко говоря рассеян. Ты только чудом испортил всего одно зелье. Ответь мне, что происходит?

Этот разговор я предчувствовал.

— Простите, мастер, — начал отвечать я. — Я постараюсь исправиться.

— Очень надеюсь на это. И рассчитываю, что ты сможешь взять себя в руки в следующем учебном году. Последний месяц до экзаменов я отстраню тебя от работы ассистентом.

— Я понимаю, мастер, — ответил я.

После этого профессор зельеварения передала список с наименованиями книг на домашнее изучение и мы разошлись. Забрасывать зельеварение я не собирался. Но сосредоточиться порой мне было не просто.

Слишком много дел на меня навалилось одновременно. И я просто не мог не думать о мести Аконитовому убийце. А также о том, как найти и заставить ответить заказчика…

Вернувшись домой я узнал, что прибыл Анри. Сняв студенческую мантию, я отправился в свой кабинет.

Граф сидел за документами и что-то сосредоточено изучал. «Видимо он привёз какие-то документы», — подумал я. Ведь он даже не сразу заметил меня. — Давно не виделись, — сказал с улыбкой я. — Почему без предупреждения?

— Не стал доверять шифру полученную информацию, — ответил он, пожимая мне руку.

— Я правильно понял, тебе удалось что-то выяснить? — спросил я в надежде, что он нашёл Патрокла… К сожалению, тема оказалась другой.

— Да, — серьёзным тоном ответил он. — Я был под Кемерово, и вместе со звездой энергетиков искал подтверждение твоей догадки.

— Иии? — поторопил я графа с ответом, когда он ненадолго замолчал.

— Используя *зрение* они нашли место, где скорее всего находится вход. Под рисунками есть небольшое углубление, но попасть внутрь у нас не получилось. Вернее, мы не стали туда входить.

— Почему? — серьёзно спросил я.

— Ярар, — спокойным голосом сказал граф, — давай смотреть трезво. Если мы сейчас войдём туда, то существует большая вероятность, что об этом узнают остальные дети Моисея. И я уверен, там полно ловушек. Если мы войдём туда, то нам придётся идти до конца. Но я прошу тебя, посмотри на ситуацию с другой стороны. Символы на перстне и на скале идентичны. Ты должен понимать, что с большой долей вероятности в скалах находится оболочка именно Александра V. — Он сделал непродолжительную паузу, внимательно смотря на меня. — В общем, я и Эмери думаем, что сейчас оставлять империю без архимага будет ошибкой.

— А что Серек?

— Он ещё не в курсе. — И видя моё удивление. — Мы побоялись, что, узнав об этом, он отправится туда чтобы отомстить за смерть Талия.

— То есть, мы оставим пока всё как есть? — нахмурившись спросил я.

— Да, — ответил Анри. — Именно поэтому я прибыл поговорить с тобой. Ты сам видишь, я ничего не скрываю, но очевидно, пока ТАК будет правильно. Однако, — сделал он паузу, — это не мешает нам нанести удар, когда закончится война.

— А если император решит переместить своё убежище?

— Александр V фигура публичная. Он не сможет исчезнуть надолго. У него пока нет причин переживать за свою жизнь. К тому же я предпринял меры предосторожности и оставил энергетиков наблюдать за скалой.

Немного подумав я пришёл к выводу, что Анри прав. Первостепенная задача — выиграть в будущем конфликте.

— Хорошо, — произнёс я. И спросил о том, что меня больше всего волновало последние месяцы. — Что у тебя по поискам Аконитового убийцы?

— Он залёг на дно после того, как ты объявил награду за его голову. На сегодняшний день приняли заявку десять больших наёмных отрядов. Мы стараемся наблюдать за ними. Но пока всё без толку. Самуил обратился в Ковен, но, с его слов, они больше говорят, чем делают.

— А что оборотни? Они понимают, что Патрокол своими действиями может развязать войну между оборотнями и энергетиками?

— Они выгнали его из стаи. Он теперь сам по себе, — ответил Анри.

— Но мы-то с тобой понимаем, что это не так, — ухмыльнулся я.

— Я тоже думал об этом. И мои люди уже занимаются поиском их селений, — начал отвечать Анри. — Не может быть, чтобы Патрокол полностью откололся от стаи. — И внимательно посмотрев на меня, Анри спросил. — Ярар, я хочу понять, мы думаем об одном и том же? Ты ведь хочешь схватить оборотней, чтобы выманить Патрокла?

— Да, — ответил я.

— И тебя не смущает, что они невиновны?

— Ты сам-то веришь в это? — вопросом на вопрос ответил я.

— Не верю, — ответил он.

Ещё с тех пор, как Аконитовый убийца покушался на мою жизнь, нам удалось узнать сколько Патрокол берет за выполнение заказа. Орлов предоставил копии дел, в которых удалось установить заказчика. И судя по их показаниям, сумма выходила приличная. По идее Патрокол мог выполнить десять заказов, а после жить на широкую ногу. Но он продолжал убивать… А значит, он куда-то эти деньги тратил.

Плюс ко всему меня смущала поддержка со стороны оборотней, которые отказались предоставлять информацию о своём сородиче.

— Анри, подними ещё раз уголовные дела и попробуй отследить счета со схожими суммами. Не мог же Патрокол переезжать из города в город с набитыми золотом мешками. Он по-любому сдавал их в банк. Думаю, так мы сможем узнать в каком городе потом деньги снимали со счёта.

— Придётся подкупать банковских служащих, — подумав сказал Анри.

— Я тебе уже говорил, деньги не имеют значения, главное результат, — ответил я.

— Ярар, твоя мать обязательно спросит меня, что ты будешь делать, когда найдёшь селение оборотней. — произнёс граф.

— Мы обсудим этот вопрос, когда ты принесёшь карту, на которой будет указано селение оборотней, — ответил я. — Можешь передать Эмери, что я понимаю, что наша цель Патрокол. И я не хочу лить кровь невиновных.

— Хорошо, — ответил граф.

* * *

— Итак, класс, — произнёс профессор боевой магии. — Сегодня у нас практический экзамен. Ничего, чему вас не учили, делать не требуется. Вам всего лишь нужно поразить мишень. Кто будет первым?

Недолго думая я вышел вперед и когда профессор, дал команду приступить к выполнению задания, я создал сотни ледяных игл. До мишени было примерно сто метров и, взяв немного выше мишени, запустил их. Сложность этого задания была именно в том, что не все могли создать заклинание на столь дальнее расстояние.

— Ярар Де Тьер, «отлично», — произнёс профессор, когда несколько десятков игл буквально пронзили деревянную мишень.

Я кивнул и отошёл в сторону. Задание и впрямь оказалось несложным. Однако, пока ожидал прохождения экзамена остальными, убедился, что таковым оно является не для всех. И «отлично», помимо меня, получили всего трое студентов из пятнадцати.

— Хорошо справилась, Ланель, — похвалил я свою будущую невесту.

— Я думала, что нам придётся сражаться, но всё оказалось куда проще. Это задание больше подходит для магов ранга подмастерье.

— И тем не менее, не все справились, — ответил я, указывая в сторону, где профессор ругает двоих проваливших экзамен студентов.

В тот же день у нас был устный экзамен по зельеварению. Я справился буквально за двадцать минут, вместо отведённого часа. И когда положил на стол перед профессором лист, мне показалось, что она даже не читала его, поставив мне сразу отлично.

И когда и этот экзамен был завершён, я вместе с Ланель отправился домой.

— Когда отправляешься домой? — спросил я.

— Завтра, — ответила она. И немного зардевшись спросила. — Ты придёшь ночью проводить меня?

— Ночью? — понял я к чему ведёт принцесса. — И как я буду провожать тебя НОЧЬЮ?

Почти сразу я получил маленьким кулачком по ребрам.

— Ты прекрасно понял к чему я веду. Мне тебя ждать?

— Да. Только предупреди своих солдат, что я приду не через главный вход. — И поняв, что Ланель хочет спросить почему. — Сотрудники ГРУ ведут наблюдение за моим домом. Не хочу, чтобы они знали о наших горизонтальных взаимоотношениях.

— Фу, пошляк, — рассмеялась принцесса. — Нельзя было сказать романтических?

— Суть дела не меняет. Лучше скажи, отец прилетит с большой свитой?

— Пока речь шла о тридцати эльфах. Но это не считая экипажа. А что?

— Мама спрашивала. Она уже начала готовиться к торжеству, — ответил я, — а твой отец не отвечает на сообщения.

— Он лично возглавил поиски Аконитового убийцы. Об этом его очень сильно просил глава рода Дель.

— А он не хочет обменяться информацией? — спросил я.

— Нет, — ответила Ланель. — Он не верит в профессионализм Орлова и его управления.

— А мне? Мне-то он верит?

— Ярар, он не говорит со мной о делах. Тем более не обсуждает их в письмах. Когда мы приедем в замок Тьер, ты сможешь поговорить с ним на эту тему. Но если ты хочешь, я, как только вернусь на родину, передам ему твоё предложение.

— Не стоит, — ответил я, — лучше я поговорю с ним с глазу на глаз.

* * *

С первыми лучами солнца Ланель отправилась в Элинскую империю. Сам я домой собирался отправиться только через пару дней. Нужно было встретиться с морфами, а вернее с Юлизеей. Недавно она прислала мне письмо, и хотела что-то обсудить.

Также я готовился к операции Космоса. По большому счёту всё оказалось не так сложно, как я думал.

Моё магическое зрение стало в разы лучше. Это произошло после того, как я выпил зелье полнолуния. Я смог избавиться от свечения из глаз и, как говорила Ковалевская, стал видеть кровь в сосудах.

Осматривая Космоса, я увидел, что у него не развит ушной нерв, потому что в него поступает недостаточно крови. По крайней мере именно такие выводы я сделал, занимаясь изучением строения уха у бродячих котов. У тех к этому нерву крови поступало в разы больше, чем у моей рыси. И мне нужно было его расширить, а после напитать целительской энергией. Но ни в коем случае нельзя было использовать омолаживающую магию. Ведь Космос родился с этой патологией, и я был уверен, что, используя её, сделаю только хуже.

Когда я немного отдохнул, пошёл вместе с Космосом и Аяной в свой медицинский кабинет. Было видно, что кошак сильно нервничает, и погладив его «транслировал», что всё будет хорошо.

Положив Космоса на операционный стол, я погрузил его в сон.

— Ярар, ты уверен? — спросила Аяна.

— Если что-то пойдёт не так, я просто исцелю его, и на этом закончим. Мы всегда сможем отыграть назад, — ответил я, сбривая шесть рядом ушами рыси.

После этого я сделал глубокий надрез у барабанной перепонки, сразу перекрывая кровоток.

— Вытри кровь, — попросил я Аяну. И когда она закончила, я медленными аккуратными движениями стал пробираться к слуховому нерву под названием улитка. Делая надрез, я останавливался, чтобы *зрением* проследить, что с Космосом всё в порядке.

— Никогда бы не подумала, что буду заниматься лечением животных, — произнесла Аяна, светя артефактом на место разреза. И посмотрев на меня из-под марлевой маски, произнесла. — Ты на удивление очень спокоен.

— Не правда, — ответил я. — Я нервничаю… Смотри, вот оно! — показал я на крохотный слуховой нерв. Около минуты я осматривал его, после чего активировал целительскую энергию и, направив её на проводящие пути, стал воздействовать на мозг. После чего переключился на слуховой нерв.

Когда с одним ухом закончили, я исцелил Космоса. Однако ко второму уху я приступил только через двадцать минут. Нужно было подождать, когда я смогу унять дрожь в руках.

Со вторым ухом всё прошло почти так же. Когда и там я закончил, снова исцелил Космоса. На месте разреза не осталось и царапины. Однако я не стал сразу будить животное. Мозг должен привыкнуть, что теперь эта часть начала функционировать. Поэтому я вставил в уши космоса ватные пробки, и крепко перевязав ему голову, отнёс в свою спальню.

После этого я целый день отдыхал. Вещи уже были собраны. Зелья полнолуния сварены. Правда я не знал, смогу ли использовать его летом. Помимо помолвки, у меня был запланирован поход к космическому кораблю, что скован льдом.

Однако Инессе и Ярине я собирался дать по одному флакону. А для остальных близких оно было бесполезно.

* * *

— Ярар, нам стало известно, что твой род приступил к производству артефактных очков. Это так? — спросила Юлизея

«Быстро они узнали», — подумал я. Только месяц назад я получил партию от Светлара, и выдал их воинам, охраняющим мой особняк.

— Да, — ответил я.

— Это нарушение наших договоренностей! — тут же воскликнула морфиня.

— Не кричи, — спокойным голосом произнёс я. — Никаких договоров мы не заключали. Однако я не вижу причин для беспокойства. Очки предназначены для личного пользования.

— Они несут угрозу для моей расы.

— Юлизея, в прошлую встречу ты буквально угрожала мне и моему брату. И я напоминаю тебе, что тогда мы не подписали ни одного договора. Это ты сообщила, что между нами теперь нет никаких договоренностей. Производство очков — это простая мера предосторожности.

— Де Валишь очень недовольна.

— Это её проблемы. Не нужно было угрожать нам. К тому же очки показывают не только вашу истинную сущность. С их помощью мы обезопасили себя от вампиров и Аконитового убийцы.

На последних словах на лице Юлизеи появилась хищная ухмылка.

— Бедный мальчик, всё никак не забудешь свою Элин? Какая потеря…

Я понимал, что она провоцирует меня, но я, как мог, постарался сдержать свой гнев.

— Ты только за этим меня пригласила? — спросил я.

— Нет, — ответила она. — Я пришла сообщить тебе, что, если очки не будут уничтожены, мы начнём действовать.

— С каких пор морфы стали предупреждать о начале военных действий? — тут же спросил я.

— Мы даём роду Тьер одуматься, — ответила она.

— Что мы получим взамен?

— Нейтралитет, — ответил она.

— Который морфы снова разорвут? Нет, меня это не интересует. — И сузив глаза сказал. — Знаешь, я думаю ты пришла сюда, потому что твоё руководство боится, что ваша попытка нашего устранения провалится, и тогда эти очки появятся во всех странах.

Юлизея дернулась, услышав мои слова. Это дало мне основание полагать, что я оказался прав.

— А что, если я расскажу тебе кто заказал убийство Элин? — сделав непродолжительную паузу спросила Юлизея.

— Кто? — спросил я.

— А-а-а, — произнесла с ухмылкой Юлизея. — Вначале договор.

— Рано или поздно я и так узнаю кто за этим стоит. Но неужели ты и вправду думаешь, что жажда мести меня обуяла до такой степени, что я подставлю род в угоду своим чувствам? Вероятно, ты плохо меня изучила.

Улыбка на лице Юлизеи вмиг исчезла.

— Я хотела разойтись с тобой по-хорошему, — встав сказала она. — Но видимо я тебя и впрямь переоценила, раз ты не видишь дальше своего носа.

— Граф Фисто передавал тебе привет, — улыбнулся я.

— Ооо, и как он поживает? До сих пор мечтает о мести? — спросила она.

Тем временем я, окружив себя магическим щитом, сказал

— С твоей стороны было глупо приходить сюда, не подумав об охране.

В тот же миг в комнату вошли Анри, Зес и Аяна.

— Ты не посмеешь! — прошипела Юлизея. — Мои люди находятся на улице и придут мне на помощь.

Я перевёл взгляд на Аяну, и она, поняв, чего я от неё хочу, крикнула.

— Заносите!

В комнату вошёл один из энергетиков боевой звезды, и бросил на пол полный мешок, из которого выкатилась голова.

— Сдавайся.

— Чтобы что? Чтобы граф меня самолично убил? Этому не бывать!

Она сорвала с шеи амулет и бросила себе под ноги. В доме раздался страшный грохот, и на некоторое время вспышка света ослепила нас.

— Исцеление! — воскликнул я, но было уже поздно. Юлизея покончила с собой.

Она использовала что-то похожее на мои гранаты. А то, что морфы смогли узнать секрет их создания, после мятежа Романова было не удивительно. Думаю, сейчас во всём мире знают о способе их создания.

— Анри, ты как? — спросил я, когда друг наклонился над опалённым телом Юлизеи.

— Она мертва, но мне хотелось самому вырвать ей сердце, — ответил он. — На что она рассчитывала, придя сюда?

— Думаю, она поверила в свою безнаказанность, и забыла об элементарных мерах предосторожности. А может верила, что мы и впрямь подпишем новый договор. Ведь тогда твой план не удался бы.

Анри некоторое время смотрел на труп, после чего плюнул на него и со всей силы стал бить его ногами.

— Сука, тварь, тварь! Как ты могла! Сууукааа, — сорвался на крик Анри.

Я кивнул Зесу, и когда он встал рядом с другом, направил в него полусонную дозу энергии, чтобы он успокоился.

Зес успел поймать Анри, прежде чем он упал бы на тело Юлизеи.

— Анри, ты отомстил. Твой план удался, — успокаивающим голосом сказал я. — Ты сам не раз говорил, часто главное результат, а как ты его добился не столь важно.

Когда Анри успокоился, а тело унесли, он сказал.

— Нужно послать сообщение Светлару. С морфами пора кончать.

Я кивнул, и оставив Анри приходить в себя, написал зашифрованное сообщение Сереку. Он уже был в курсе, что нужно делать. В тот же вечер я отправил Орлову целый ящик очков с подробной инструкцией для чего они нужны.

Глава 2

Букингемский дворец

« Дзинг» — раздался звон позолоченного металла, врезавшегося в стену. На поднявшийся шум в кабинет заглянул охранник. Поняв, что госпожа находится не в духе, а её жизни ничего не угрожает, прикрыл дверь.

Все её грандиозные планы рассыпались прахом. Юлизею, её лучшего агента убили. И как убили? По глупости! Надо же было додуматься приехать к Тьеру, не обеспечив себе безопасность.

«Не уследила!» — корила себя Виктория. Юлизея заигралась, а она этого не увидела. И теперь надо в срочном порядке думать кем заменить Людмилу Рюрикович, в чьём обличии та прибывала достаточно долгое время.

— Вика, ты у себя?

— Да, Карл, — ответила она. Подняв глаза, она увидела нахмурившееся лицо мужа. — Я как раз собиралась идти к тебе.

— Что по переговорам с Тьер? Ты смогла договориться с ними?

— Возникли небольшие трудности. Но я решу этот вопрос.

— Да? — с иронией спросил Карл. — А как ты собираешься решить это?

На стол легло письмо, в котором говорилось о том, что по всем странам стали продаваться артефактные очки.

— Ты понимаешь, что это конец всему?

— Что нам делать? — с бледным лицом спросила Виктория.

— Тебе? Тебе уже ничего! — цедя сквозь зубы прошипел Карл.

— Ты убьёшь меня?

— Вика, я очень сержусь, но ты моя жена! И ты носишь под сердцем моего ребенка. В общем, — немного подумав сказал Карл, — я отправлю тебя в отпуск, а Тьерами и Славянской империей займусь сам.

* * *

Вечером того же дня Орлов прислал мне письмо с благодарностью за подарок. И в нём же сообщил о намерении заказать несколько сотен таких очков. Я написал ему стоимость одной единицы и что как только деньги будут переведены мы вышлем ему их.

Светлар через Смирнова запатентовал изобретение, поэтому я не переживал, что кто-нибудь наладит их производство. Торговая гильдия следила за тем, чтобы авторские права не нарушались. Если такой злоумышленник появлялся, правительство страны, в которой он живёт, должна была арестовать всё его имущество, после чего лишить жизни, предав позорной смерти через повешение.

Но если никаких мер государство не предпринимало, то Торговая гильдия накладывала санкции, и торговцы из этой страны не могли купить ничего у соседей, не продать им что-либо.

Были конечно нюансы, но за мной стоял РОД, и угрожать мне было чревато.

— Что читаешь? — спросила меня Аяна.

— Уже заканчиваю, — ответил я. — Мне осталось озадачить Столярова, отправить это письмо Орлову и всё, я свободен. Как у тебя дела?

— У меня наконец-то получилось создать земляное копье, — с радостью ответила Аяна.

— Поздравляю, покажешь? — спросил я.

— Я из-за этого к тебе и пришла. Хочу похвастаться своими успехами.

Я хотел ответить ей, что так-то ты почти полгода ничего создать не могла, но не стал вредничать, и поднявшись из-за стола пошёл с ней на задний двор.

— Земляное копье, — произнесла Аяна.

Я проследил за тем, как заклинание сбивает мишень, после чего бросил магический взгляд на девушку.

— У тебя осталось энергии максимум на три таких копья. Я так понимаю, большую часть энергии ты потратила на неудачные попытки?

— Да, — ответила Аяна. — И я хотела попросить тебя… — ненадолго замолчав она продолжала: — ты мог бы поискать зелье, которое сможет вернуть запас энергии?

Просьба меня удивила.

— Аяна, твои предки на протяжении полутора тысяч лет не смогли найти способ, как стать одаренными. Твоя просьба, мягко говоря, невыполнима.

— Может ты хотя бы попробуешь?

Сощурив глаза, я спросил.

— Самуил или Ковалевская попросили тебя об этом?

Поняв, что попалась, к тому же наша связь не позволяла ей врать, чтобы это осталось незамеченным, ответила.

— Они звенья одной цепи. Письмо мне прислал Самуил. Он почему-то верит, что мы потомки Туариан.

— Бред, — тут же сказал я. — В книгах церковников указано точное место, где нашли капсулы ваших предков. К тому же всех представителей этой расы на Теллусе уничтожили марфтамы.

— Самуил считает, что туариане выжили, но только на другой планете. А космические корабли привезли наших потомков с другой планеты.

— Ты сама-то слышишь, как это звучит? А почему он не хочет объявить себя потомком эльфов или гномов?

— Ярар, не заводись. Мы с тобой уже обсуждали вероятность того, что Самуил и остальные старейшины будут иногда просить меня о чём-нибудь. Со своей стороны, как мы и договаривались, я сдержала слово, и рассказала всё как есть. А дальше уже решать тебе, заниматься этим делом или нет.

Я кивнул.

— Извини, просто это и впрямь оказалось неожиданным. Самуил основывается в своей теории только на боевых стойках, которые были изображены на холсте. Больше никаких доказательств у него нет. Да и это выглядят очень слабо.

Закончив разговор с Аяной, я пошёл в свою спальню. Нужно было проверить проснулся ли Космос после операции.

Проверив магическим зрением работу слуховых нервов, я остался доволен проделанной работой.

— Ну что, малыш, давай снимать повязки, — сказал я, транслируя ему что собираюсь убрать его головной убор. Когда я закончил, спросил: — Ты меня слышишь?

Космос посмотрел мне в глаза и у меня в голове возникла картинка, как я что-то говорю ему, а он согласно кивает. Я погладил его, после чего он вышел из спальни. Рысь наверняка был голодным и как минимум хотел прогуляться на воздухе. И я заранее позаботился чтобы ему приготовили мясной бульон. А то ещё начнёт маяться с животом.

Перед отлётом я наблюдал за тем как Космос гоняет воинов по тренировочной площадке. Воины не привыкли, что рысь слышит их, и хоть я не был уверен понимает ли он человеческую речь настолько хорошо, но, когда воины переговаривались перед очередной атакой, он словно знал откуда ему грозит опасность.

Позавтракав мы выехали из столицы. Мы хотели проскочить прежде чем начнут открывать лавки и улицы наводнят толпы людей.

У маяка уже полностью разобрали обломки дирижаблей, что были уничтожены во время мятежа. Все уцелевшие части были перевезены в Балакина, где после тщательного осмотра и ремонта их ставили на строящиеся воздушные суда.

До дома мы долетели относительно быстро. Вначале мы полетели в замок Тьер. Нужно было решить, когда мы выдвинемся к космическому кораблю, а также обсудить приготовления к моей помолвке.

Как и в прошлые разы, первыми меня обняли Ярина и Афина. Они всегда были рады меня видеть, что очень грело сердце. Однако в этот раз и Тимофей решил проявить чувства и тоже обнял. Он сказал, что рад меня видеть, после чего отступил, дав возможность поздороваться с остальными.

Боковым зрением я заметил, что Зес обнимает своего старшего сына Ронака. Когда я подошёл к нему обратил внимание, что тот здорово раздался в плечах. Видимо в кавалерийской академии он не прохлаждался.

Мария не подходила ко мне, и лишь кивнула, когда я поздоровался с ней. Но я не стал заострять на этом внимание. Наталии Рюрикович я вообще не увидел среди встречающих.

Уже через пару часов после прибытия, я вошёл в кабинет Серека.

— Я так и знал, что ты захочешь обсудить вопрос сразу как прибудешь, — произнёс он.

В кабинете, помимо него, находились Эмери и Святозар.

— И ты заранее собрал всех? — ухмыльнувшись проницательности Серека, спросил я.

— Нет, простое совпадение. Мы обсуждаем последнее сообщение от тебя.

— Юлизея? — предположил я.

— Да, — ответил Серек. — Хоть мы и готовились к этому, но планировали начать действовать несколько позже.

— Надеюсь у вас нет возражений, что я поступил именно так?

— Нет. Просто время не походящее, — ответил Святозар.

— Оно всегда неподходящее. Насколько я понимаю, вы думаете над тем, как будут мстить морфы? — спросил я. Серек кивнул. — Я тоже думал об этом. И знаете, учитывая то, что по земле к нам не пробраться, остаётся только воздушное пространство. Если по нам решат ударить с помощью воздушных кораблей, у нас отсутствуют средства защиты.

— Я тоже пришла к таким же неутешительным выводам, — сказала Эмери. — При таком раскладе нам каждую минуту грозит опасность. И большие опасения у меня вызывает твоя помолвка. Я уверена, что морфы атакуют во время торжественных мероприятий. И если пострадают Исаврийские, то не только твой брак с Ланель станет под вопросом, но и союз между нашими странами.

— И что вы придумали? — спросил я.

— Мы решили построить вышки в двадцати километрах от замка, — ответил Серек. — На них будут находиться караулы, которые будут укомплектованы артефактными очками. Ведь они не только показывают истинный облик, но ещё и позволяют видеть в ночи на очень большие расстояния. И если они заметят приближение воздушного судна, то с помощью сигнальных огней сообщат об этом. А там Эмери сможет уничтожить его или изменить курс летающего корабля.

Я кивнул. Других средств противовоздушной обороны, кроме магистра магии воздуха, у нас не было.

— И мы подходим ко второму вопросу, по которому мы сегодня собрались, — сказала Эмери. — В связи с тем, что морфам угрожаем именно мы, они захотят уничтожить нас, а после уничтожить цех по производству очков. Поэтому я не полечу с вами в горы.

— Серек, а ты? — спросил я.

— Ты, я, Ля Фисто, Святозар, и мы ещё обсуждаем кандидатуру Светлара, — ответил дед.

— А Светлар-то зачем?

— А кто будет заниматься изучением всего, что вы там найдете? — спросил дед. — Светлар хоть и не боец, но голова у него умная. — В таком ключе слова Серека звучали логично. — Мы собираемся отправляться через неделю, продолжил дед. — Полетим на шлюпке, что мы «реквизировали» во время твоего похищения. Она менее громоздкая, и под покровом ночи сможем подлететь незамеченными.

— И как в ночи я должен буду найти ту самую скалу? — спросил я.

— Об этом не волнуйся. Я несколько раз летал к принцу Траину, (четвёртый принц Подгорного царства). — И словно предсказывая мой следующий вопрос: — Мы покупали у него кровь, которую преобразовали в накопители. Это произошло после событий в Белгороде, и нам нужно было восполнить столь ценный ресурс. Взамен мы продали ещё один дирижабль. — Дед сделал паузу, словно вспоминая о чём он говорил. — Так вот, когда мы летали в горы, нашли обломки твоего дирижабля. Однако, чтобы не привлекать внимание гномов, мы не обследовали ближайшие скалы.

— Хорошо, но как я увижу его в темноте? Если кто-то начнёт светить с неба вниз, нас обязательно обнаружат.

— Я разбросал небольшие артефакты, — ответил Серек. — Они излучают энергию, благодаря им мы и найдем то место. Я думаю, что даже с артефактными очками я смогу доставить нас на место. Тебе останется показать какая именно гора нам нужна. А дальше ты с помощью своей магии прячешь шлюпку, а после занимаемся исследованием корабля.

Немного подумав я произнёс.

— Звучит как план.

Обсуждение дел пришлось прервать, потому что все захотели перекусить. И когда я спустился в столовую, к своему удивлению заметил Инессу. Она находилась на соседнем от Эмери месте.

При появлении мамы и Серека все встали и, пожелав друг другу приятного аппетита, принялись за поглощение пищи.

— Я думал, вы снова накроете стол и устроите торжества, — приговорив свою порцию сказал я.

— А ты этого хотел? — спросила Эмери. — Ты быстрее всех покидаешь застолье.

— Напротив, я только за. — ответил я, и пользуясь случаем передал Инессе и Ярине зелья полнолуния.

— Это то, о чём я думаю? — спросила Эмери.

— Да.

— А как же моя просьба? — вновь спросила мама.

— Пока у меня не было времени заниматься этим вопросом. Единственное что я могу сказать, что зелий со схожим побочным эффектом ещё никто не открыл.

— Мама, но это не честно. Так и Ярина станет сильнее Тимофея! — воскликнула Мария.

— И что ты предлагаешь? — спросил я раньше, чем Эмери успела хоть что-то произнести.

— Забрать его, — ответила она.

— Может ты и мне хочешь запретить его употреблять? Ведь я планирую с его помощью развиваться и дальше. Просто скажи…

— ДЕТИ! — перебив меня воскликнула Эмери. — Прекратите спорить.

— Но я же права!

Я не стал лезть на рожон, но на мою сторону встал Святозар.

— Юная Тьер, быть может Вам стоит тоже искать способ развивать свою силу? Пока что я не наблюдаю особого стремления в магических науках. К тому же, что Вам мешает самой изучать зельеварение, раз считаете, что Ваш брат не проявил к ВАШЕМУ развитию должного внимания?

— Мария, Святозар прав, — решил тоже вставить своё слово Серек. — Никто не станет ограничивать развитие в магии членов рода. К тому же за этим столом сидят два магистра воздуха и огня. Однако не ты, не Тимофей ни разу не подошли к нам, чтобы позаниматься с нами.

— Серек, хватит, — твёрдым голосом сказала Эмери. Их взгляды столкнулись, и некоторое время они не сводили друг с друга взгляд. — Поговорим об этом позже и не в таком тоне.

— Хорошо, Эмери, будь по-твоему.

— Но Инесса, — показала Мария пальцем, — не Тьер. Почему он дал зелье ей?

— Мария Де Тьер, марш из-за стола! — прошипела Эмери. — Ты наказана и будешь сидеть там, пока я не разрешу тебе выйти. Ты поняла меня?

— Да, мама, — еле сдерживая слёзы произнесла Мария, после чего вышла из столовой.

— Ты не говорил мне, что всё настолько запущено, — не обращая внимания, что нас слышат остальные, обратился я к Анри.

— Не вини его, это я попросила, — сказала Эмери.

Я вопросительно изогнул бровь.

— Очень интересно, граф Фисто, а с каких это пор, ты стал игнорировать приказы сюзерена? Это очень сильно попахивает саботажем!

Анри побледнел.

— Ярар, я всё объясню.

— Очень надеюсь, — сказал я, отодвигая от себя столовые приборы. — Как доешь, жду тебя в беседке на улице.

Первым ко мне вышел Зес. Он молча сел рядом со мной и сделал вид, что рассматривает облака в небе.

— Знаешь, за всё время, что мы знакомы, я не помню, чтобы мы хоть раз поругались, — прервав тишину сказал я.

— Так-то не забывай, когда мы жили в особняке Эль Салу, я тебе всю спину исполосовал, — ответил Зес.

Я непроизвольно потёр свою спину.

— Да, кнутом ты пользоваться умеешь. Но ты же исполнял приказ. — Некоторое время я и Зес смотрели на облака. — Ты пришёл чтобы я не разругался с Анри? — спросил я.

— После того, как ты ушёл, Серек и Святозар выпроводили лишние уши, разрешив остаться только Инессе и мне. В общем, они ТАКУЮ головомойку устроили Эмери и Анри, что я решил оставить их.

— Что говорили? — спросил я.

— А то ты не догадываешься? — И видя, что я жду продолжения: — Они сказали, что, если такая ситуация повториться вновь, Эмери лишат права голоса в Совете рода.

— Знаешь, я бы снял Анри с должности, если бы у меня было кем его заменить. Кто бы что не говорил, но он подвержен эмоциям. И он не может разделять работу и личное.

Внезапно за нашими спинами раздался голос.

— Это очень обидные слова.

Когда я обернулся, увидел Анри и Эмери, которая помогла графу с помощью магии подобраться к нам бесшумно.

— Мама, зачем ты пришла? — спросил я.

— Поговорить, — ответила она. — Во-первых, я не считаю, что данная ситуация настолько серьёзная. На мой взгляд ты раздуваешь из мухи слона. Во-вторых, коли ты решил устроить выволочку Анри, то высказывай нам обоим. С твоих слов выходит, что я тоже виновата.

После этого они зашли в беседку и сели напротив нас с Зесом.

— Не хочу читать нотации. Надеюсь вы сделаете выводы. — И посмотрев в глаза Эмери продолжил. — Я ещё раз повторяю, хотите встречаться — встречайтесь. Но ваши отношения не должны мешать исполнению ваших обязанностей. Анри, — перевёл я взгляд, — я ясно выразился?

— Предельно.

— Хорошо. Теперь расскажи мне свою точку зрения, что происходит с Марией. Ей поменяли учителей? Что по окружению? Ты нашёл кто внушил ей эти мысли?

— Учителя и окружение полностью проверены. Те, кто вызывал сомнения в своей лояльности, поменяны. Насчёт последнего я уже начинаю думать, что это её собственные мысли. Дело в том, что она считала себя и Тимофея самыми лучшими. Но потом появился ты, и перетянул всё внимание на себя. А ей хочется, чтобы она, как и прежде, была лучшей, чтобы её также хвалили и всё в таком духе.

— И что с этим делать?

— Ждать. Рано или поздно она повзрослеет, — ответила Эмери. — Мария унаследовала мой характер. Ты же помнишь, как я сбежала из дома, чтобы поступить в Академию? — Я кивнул. — Как говорится, от осинки не родятся апельсинки. Просто её бунтарский характер направлен на тебя. Однако я уверена, она скоро поймёт сколько ты делаешь для благополучия рода.

Глава 3

Неделя пролетела очень быстро. До Балакина я так и не добрался.

— Наталия, ещё раз спасибо тебе, что согласилась помочь в подготовке к моей помолвке, — сказал я, примеряя очередной парадный костюм.

— Пожалуйста. Для меня это хоть какое-то развлечение, — ответила она. — К тому же это будет хороший опыт перед тем как состоится наша помолка.

— А почему ты отказалась совместить эти мероприятия? — спросил я.

Наталия тяжело вздохнула.

— Потому что я не хочу, чтобы меня сравнивали с Ланель. Она старше и за счёт этого выглядит куда привлекательнее меня. А я хочу быть единственной «королевой торжества».

К Рюрикович я обратился потому что хотел получше узнать невесту Тимофея. Мне было важно узнать, будут ли у меня и с ней проблемы, когда брат возглавит род, или может наоборот она будет сдерживать взрывной характер брата, что мне было более выгодно.

И наблюдая за ней я понял, что брату будет тяжело с ней. Наталия привыкла играть первую скрипку.

— Сними этот фрак и померь этот, — сказала Наталия.

Мы находились у лучшего торговца, что был в Орске. И я уже на протяжении двух часов занимался примеркой парадных костюмов.

— Но этот же сидит нормально! — возмутился я.

— Вот именно, что нормально. А нужно, чтобы он сидел отлично. Ты всё-таки будущий жених принцессы, а не крестьянки-доярки.

В руках у Наталии был блокнот, в котором она что-то рисовала, и когда снимал уже следующий фрак, спросил.

— Что ты делаешь?

— Почти закончила, — ответила она. И буквально через минуту она показала мне эскиз, как я понял моего костюма. — Вот это будет выполнено в зелёных тонах. На всех парадных костюмах их страны зеленый цвет обязательная атрибутика. Таким образом ты проявишь уважение к будущей супруге. Остальное будет в оранжевых или красных тонах. Этот цвет символизирует герб Тьер.

— Подожди, а зачем тогда я примерял столько одежды?

— А как по-твоему я представила бы какой наряд тебе подойдёт? — вопросом на вопрос ответила она. — Парадный фрак будем шить на заказ! — подняла она указательный палец вверх.

— Скажи, ты ведь просто надо мной издевалась? — спросил я.

На её лице появилась улыбка.

— Разумеется, нет, — ответила она, но я ни капли ей не поверил.

После магазина с костюмами мы поехали в обувной. Благо принцессе понравились туфли из крокодильей кожи и быстро купив их мы отправились обратно в замок. Пол дня было потеряно. Меня успокаивало только то, что уже завтра мы полетим в горы и моя пытка на время закончится.

Возвращаясь домой, ещё издалека я увидел огромное ледяное строение. И чем ближе я подъезжал, тем отчетливее стал узнавать очертания замка Тьер. Только в уменьшенной копии.

— Ярина и графиня выпили зелья полнолуния? — спросила Наталия. Она тоже сидела за столом, когда я передавал им его. — Наверное Тимофей и Мария сейчас сильно бесятся.

— Так-то девочки почти на месяц остались без магии, — произнёс я.

— Хм, — произнесла Наталия, — давай подумаем, что бы я выбрала: усиление магии за месяц отсутствия магии или годы изнурительных тренировок⁇ — И посмотрев на меня сама ответила: — Думаю, ответ очевиден. Но должна тебя предупредить, я написала отцу о том, какой способ развития магов водной стихии вы придумали.

Для меня это не было секретом, но я всё же спросил.

— Почему ты предупредила меня?

— Стоит тебе вернуться в столицу, и отец с Меньшиковым попросят продать им несколько магических растений.

— А им-то зачем зелье полнолуния?

— Чтобы развивать своих магов, — ответила она. — Ты очень вовремя перевёз свои растения в Балакина, — продолжила она через несколько секунд.

От удивления я даже лошадь притормозил. Наталия только что призналась мне, что в моей оранжерее были посторонние люди!

— В какую игру ты играешь? — спросил я. — Мне казалось, что я тебе мягко говоря не нравлюсь.

— Я девушка, мне свойственно поддаваться эмоциям, — ответила она, после чего пустила лошадь галопом.

Проводив её взглядом, я немного подумал и свернул в сторону ледяного замка, со стен которого вверх взлетали тонны снега.

Меня заметили, когда до замка оставалось ехать ещё метров сто.

— Инесса, смотри! — указала в мою сторону Ярина. Она стояла на крепостной стене и усилив голос магией прокричала — Стой, дракон! Тебе не пройти мимо нас.

Судя по всему, за дракона был я.

— Я злой огненный дракон! Я в прекрасных девах знаю толк! Я с утра не ел совсем, вас-то девушек я и съем!

Со стен раздался смех, а я, создав огромного ледяного дракона, запрыгнул ему на спину и серьёзным тоном спросил.

— Когда вы выпили зелье?

— Вчера перед сном, — ответила Ярина. — Еле-еле уснула.

Я кивнул и посмотрев на часы начал создавать снежки, которыми обстреливал девушек. Мы договорились, что они могут использовать всё, что умеют, даже с эффектом выпитого зелья я не думал, что они будут близки мне по силе. К тому же я закрылся магическим щитом.

Уже когда стало смеркаться мы пошли домой. Только тогда я заметил, что в настоящем замке на стенах стоят чуть ли не все жители замка.

— Ну вы устроили! — усмехнулся Серек. — Такого представления я давно не видел. А твоё завершающее заклинание, когда из пасти дракона полетел зеленый снег, пробивший стену замка, было впечатляющим.

— Влил больше энергии исцеления, — сказал я. — Думаю, когда замок растает, там можно что-нибудь посадить. — И видя, что дед не понимает к чему я это сказал: — Я опустошил весь свой резерв на последнее заклинание.

— Я передам Эмери, чтобы подумала над этим вопросом, — ответил дед.

После ужина я пошёл спать, и когда навстречу ко мне вышел недовольный Космос, я спросил его.

— Что ты здесь делаешь? — он посмотрел мне в глаза и показал картинку, как Аяна выгоняет его за дверь. В ходе короткой схватки она взяла его за шкирку и выкинула из спальни.

Я усмехнулся и пожав плечами ответил.

— Прости, я ничего не могу с этим поделать. Иди к Ярине, она будет рада тебя видеть. — Я тоже прислал ему картинку, в которой моя сестра гладит Космоса и ложится спать с ним в обнимку.

После этого он порыкивая пошёл в сторону спальни сестры. Видимо ему сильно не понравилось, как Аяна с ним поступила. Но шансов у Космоса победить энергетического вампира всё равно не было. Так что, если бы он сам ушёл из спальни, Аяна не выкинула бы его, словно нашкодившего котёнка, за дверь.

— Космос на тебя сильно рассердился, — произнёс я, заходя в спальню.

— Честно, я не понимаю как у Ланель и… — запнулась она, вспомнив об Элин, — как у неё получается с ним договориться.

Из-за нахлынувших воспоминаний я ответил грустным голосом.

— Элин приносила ему большую палку колбасы, после чего гладила его и тот сам убегал. Разницу в подходах чувствуешь?

Вместо ответа Аяна скинула халат и спросила.

— Мне уйти?

* * *

Пока не поднялось солнце мы погрузились в шлюпку и полетели в сторону Балакина. И когда замок Тьер стало не видно, мы начали потихоньку брать в сторону гор.

— Я думал мы полетим ночью, — обратившись к Сереку сказал я.

— В горы мы полетим ночью. Лететь до места крушения дирижабля чуть меньше шести часов. Темнеет поздно, светает рано. У нас может быть слишком мало времени на обнаружение твоей скалы. А ещё нам нужно спрятать шлюпку. И не стоит забывать, что в горах полно магических животных. Мой план таков. Мы подлетаем на безопасное расстояние, отдыхаем и с наступлением темноты выдвигаемся на место.

Я кивнул. После чего укутался в одеяло и закрыл глаза. Ведь что мне мешает начать отдыхать уже сейчас? Ни-че-го.

Как и говорил Серек, направление нам подсвечивали артефакты. Даже из-под снега я отчётливо видел энергетическую сигнатуру. О том, что мы подлетели к обломкам дирижабля, свидетельствовало то, что рядом с ним находилось сразу три артефакта. Именно так решил пометить финальную точку Серек.

— Ну что, Ярар, — начал спрашивать Анри, — куда нам дальше?

Активировав магическое зрение, я увидел силуэт нужной скалы.

— Она там, — указал я направление. — Серек, нам нужно пролететь с левой стороны от неё. Там должна быть отвесная скала, метров под пятнадцать в высоту, вот туда нам и нужно.

Дед кивнул.

И опустившись как можно ниже мы полетели. Вход в пещеру полностью занесло снегом.

Не больше минуты я потратил на то, чтобы убрать снег, забившийся в пещеру. После это я расширил проём, и вчетвером мы затащили шлюпку внутрь.

Достаточно быстро я дошёл до проема, в котором увидел часть космического корабля.

— Вот и он, — сказал я, когда убрал лёд с корпуса корабля.

— Поразительно! — с восхищением в голосе сказал Светлар. — Даже видя его воочию, мне сложно в это поверить!

— Есть идеи, как попасть внутрь? — спросил ученого Серек.

— Откуда? — спросил Светлар. — Прежде мне ничего подобного не попадалось. Даже письменности такой я нигде не встречал.

— Тогда, — создал Анри стихийный клинок, — остаётся только такой способ.

Другого варианта ни у кого не было. Анри и Святозар, Серек, и Светлар по очереди резали обшивку корабля, которая поддавалась очень медленно. Опытным путём мы установили, что мой ледяной клинок, не приносит никакой пользы. Поэтому я сидел неподалеку и разогревал перекус, пока остальные работали или отдыхали.

С громким стуком крышка упала вниз.

— Наконец-то, — произнёс Серек. — Никогда не думал, что придётся стихийный клинок использовать вместо пилы по металлу.

— А ты разве думал, что во льдах, будешь изучать космический корабль? — спросил я.

— Нет. — И чуть подумав сказал. — Я предлагаю покушать, потом с час отдохнуть, за одно восполним затраченную энергию, а потом отправимся вниз. Возражения есть?

Мы отрицательно покачали головами, после чего я стал раздавать чашки с едой.

Первым спустился Серек. И дождавшись, когда он сообщит, что можно спускаться, мы последовали за ним следом. Я спускался последним, и после себя заблокировал выход. Тем самым я хотел, как можно дольше сохранить целостность космического корабля. Внизу уже светили артефактными фонариками, спустившись я тоже зажёг свой, после чего начал осматриваться.

— Где мы? — спросил Святозар.

— Не знаю, — ответил я. — Я на корабле в первый раз. — И боковым зрением я заметил ухмылку на лице Анри. — А вы?

— Смотрите, тут проход, — показал Светлар на рукав коридора. Подойдя ближе, я заметил, что стенки шлюза были открытыми.

Корабль вмерз в скалу немного под наклоном, но это нам почти не мешало передвигаться. Идя по коридору, мы стали все чаще встречать закрытые двери. Но мы решили обследовать их позже, когда осмотрим весь корабль или его часть.

На одном из поворотов я увидел на стене план корабля. Он был сильно потёрт. Наверное, на нём сказалось время, хотя, судя по внешнему виду, он

был сделан из того же материала, что и обшивка корабля.

— Знать бы где именно мы находимся, — рядом со мной произнёс Анри.

— И не говори. Вот что значит варвары, хоть и космические! У них, как у людей, всё через одно место.

Моя шутка «зашла» и я услышал смех остальных. Светлар, увидев что мы рассматриваем, начал перерисовывать себе план-схему.

— Давай мы не будем тратить на это время, — обратился я к нему. Вначале обойдём корабль, а потом составим план, что будем делать.

В одну из кают нам всё-таки удалось войти, двери были чуть приоткрыты. И когда мы вошли внутрь, увидели скелет пришельца.

— Наверное он не смог выбраться и погиб здесь. Видите? — Святозар указал на стенки дверей с внутренней стороны. На них было множество царапин и опалин, словно их пытались прожечь.

Я сел рядом со скелетом и заметил на его пальце кольцо. Потянув руку к нему, хотел его снять, но вовремя одумался и ледяными перчатками спокойно снял его.

— Что нашёл? — спросил меня Серек.

— Кольцо. Только понять не могу, безделушка это или артефакт.

— Бери всё, потом разбираться будем, — ответил он.

Больше в каюте ничего интересного не было. Широкая металлическая кровать. Ткань, которая осыпается прахом после прикосновения к ней. И по большому счёту всё.

Ходили мы около десяти минут, и у меня уже закралась мысль, что мы ходим кругами. Коридоры сменялись коридорами. И в одном из рукавов мы увидели схему корабля, на которой было указано место, где мы сейчас находимся.

— Смотри, здесь есть стрелочка! — указал Светлар.

Присмотревшись поближе мне показалось, что это простая царапина. Но учитывая, что из этого рукава шло сразу аж три пути, мы пошли в направлении, которое указал Светлар.

Не прошло пары минут, как перед нами оказались самые высокие стены из всех, что мы видели на этом космическом корабле.

Глава 4

Створки дверей оказались не только высокими, но ещё и самыми толстыми. И чтобы вырезать небольшой лаз, мы потратили целый день.

Когда я прополз внутрь, то увидел перед собой столы, на которых стояли инопланетные приборы.

— Кажется, мы нашли капитанский мостик, — сказал я.

На меня сразу посмотрели остальные члены нашего отряда.

— Почему ты так решил? — спросил Серек.

«Блин, — выругался я про себя. — Не скажу же я, что такое количество мониторов может быть только в зале управления кораблём. Никто кроме меня даже слова компьютер не знает!»

— Читал в Александрийской библиотеке описание космического корабля, что упал в Египте в четвертом веке.

— А название случаем не помнишь? — с надеждой спросил Светлар.

Я отрицательно покачал головой. Я даже не был уверен, что такая книга вообще существует.

При осмотре мы увидели несколько тел, которые были похожи на остатки пришельца, уже обнаруженного нами в каюте. Однако останки этих были, на мой взгляд, больше. Одежды на костях не сохранилось, и когда я присел рядом, то никаких колец или других личных предметов не обнаружил.

Позади я услышал, как с грохотом что-то упало, и когда я повернулся увидел Светлара.

— Я случайно, — ответил он. Я подошёл к нему поближе, и посмотрел что он уронил.

— Тебе не кажется, что оно похоже на артефакт по сбору магической энергии, что установлен в Имперской магической академии? — спросил я у Светлара.

— Согласен, — ответил он. — Если убрать эти надписи, то, думаю, их будет не отличить. Думаю, теперь мы знаем откуда в магических академиях взялись эти артефакты.

Я оставил Светлара, а сам отправился осматривать остальную часть мостика.

Повсюду было много пыли. На двух столах я обнаружил кристаллические межзвёздные карты, думаю, если пустить к приборам энергию, то на них появится точка, указывающая наше местоположение.

— Кажется здесь был бой, — показывая на выпалены произнёс Анри.

— Думаешь их брали на абордаж? — спросил я.

Вместо ответа граф пожал плечами.

Внезапно приборы начали светиться, и когда я повернул голову, увидел, что Светлар начал напитывать артефакт своей энергией. В нескольких углах корабля начала искриться проводка, но большинство компьютеров начало загружаться.

— Ты понимаешь, что происходит? — очень тихо спросил меня Анри.

Я отрицательно покачал головой. Я немного вздрогнул, когда раздался механический голос, который начал что-то говорить на неизвестном языке. В его речи слышалось много «рычащих» звуков. «Не очень красивый язык», — подумал я.

Осмотревшись, я подошёл к консоли и заметив мигающую клавишу, нажал на неё. В тот же миг передо мной появилась голограмма корабля. Внимательно осмотрев голограмму, я понял, что от корабля осталось совсем немного. Даже странно, что Светлар смог запустить систему энергопитания. С левой стороны красными табличками выскакивали сообщения. Разумеется, я не понял о чём там говорится.

Около пятнадцати минут я разбирался в строении корабля, и только я стал запоминать дорогу к большому ангару, который светился зелёным цветом, экран потух.

— Что случилось? — спросил Серек.

— Наверное энергия закончилась, — ответил я.

Тогда дед подошёл к артефакту и сам начал вливать энергию в него, появилось освещение, однако, вместо схемы, голопроектор показал планету Теллус, вокруг которой летало огромное множество обломков космических кораблей.

— Как много… — сказал я, и задумчивым голосом добавил: — Страшно представить какой силой обладали враги урквайцев раз смогли уничтожить так много их кораблей.

Радар инопланетян поражал. Он детально отображал части кораблей, что находились на орбите планеты.

— Смотри, — сказал Светлар, — а этот относительно цел. — Он ткнул в изображение пальцем, желая указать нам на замеченный им корабль, и сразу же появилась надпись на неизвестном языке.

— Светлар, может ты прекратишь всё бездумно тыкать? — сердитым голосом спросил я. — Ты активировал системы корабля, но почему-то не подумал, что вместе с этим могли активироваться скрытые ловушки.

— Но я…

— Ярар прав, — произнёс Святозар. — Нужно вести себя осмотрительнее. И прежде чем в следующий раз что-то нажимать, спрашивай разрешения.

Светлар кивнул. Я потратил ещё немного времени, прежде чем смог вернуть изображение схемы корабля.

Перерисовав карту себе в блокнот, я предложил остальным обследовать ту секцию и на сегодня закончить осмотр.

— Думаешь там находятся капсулы с рабами? — спросил меня Серек.

— Было бы неплохо, — ответил я.

На самом деле я именно из-за этого и полез в космический корабль. Я надеялся, что, освободив инопланетян от рабского «ошейника», я смогу узнать от них тайны их магии, культуры и технического развития. Взамен я мог бы помочь им ассимилироваться на Теллусе.

Перед тем как отправиться, мы зарядили артефакт, чтобы энергии в системах хватило, пока мы занимаемся осмотром корабля. Спустя пять минут брожений по коридорам мы дошли до ангара, и стоило нам подойти к нему, как двери открылись.

— А почему пока мы шли по коридорам в другие помещения двери не открывались? — осторожно заглядывая внутрь спросил Святозар.

— Наверное сюда имели доступ все члены экипажа, — ответил я.

Внутри стояло два истребителя. Их внешний вид ясно говорил, что они побывали в тяжёлом бою. Множественные дыры в фюзеляже, вмятины, и заглянув внутрь одного из истребителей я снова обнаружил останки представителя расы урквай.

— Вот бы починить их! — осматривая корабли мечтательно сказал Светлар.

— Только не с нашим уровнем технического развития, — ответил я.

— Вынужден согласиться. Однако, если привлечь как можно больше людей для изучения этого корабля, то рано или поздно мы разберёмся как тут всё было устроено. И тогда мы сможем исследовать корабли, что находятся в космосе. Представляете сколько открытий мы сможем сделать?

— Для этого нам нужно перевезти корабль ближе к землям Тьер, — сказал Серек. — Это возможно, но только в долгосрочной перспективе. Сейчас мы прибыли сюда только для того, чтобы исследовать корабль. — Потом Серек перевёл на меня взгляд и спросил. — Больше ангаров, подобно этому, нет?

— Нет, — с сожалением ответил я.

— Печально. Ты ведь тоже надеялся найти инопланетных представителей? — спросил Серек. Я кивнул. — Что ж, значит нам не повезло. После этого мы пошли обратно. Заночевать решили на корабле, выбрав местом ночлега одну из больших кают. Мы попали в неё случайно. Просто, когда проходили мимо, кольцо, которое я положил свой мешок, издало пищащий звук, после чего дверь сбоку от меня открылась. Внутри было относительно чисто. Разве что металлическая кровать находилась в перевернутом состоянии. Немного прибравшись, мы там и остались.

Следующим утром мы снова приступили к осмотру корабля, складывая всё интересное в мешки. Когда будем улетать, я заморожу их, чтобы предметы из органического металла не стали разлагаться. На небольшом обломке мы удостоверились в том, что тепло от огня быстрее приводит к разложению. Тогда как низкие температуры наоборот сохраняют предмет в целости.

— Ярар, зачем тебе кости пришельцев? — спросил меня Серек.

— Хочу предать их огню, — ответил я.

— Зачем тебе это? — спросил он.

Прежде чем хоть что-то сказать, я тщательно обдумал свой ответ.

— Мне кажется это будет правильно. — И чуть подумав добавил: — К тому же мне не нравится повсюду натыкаться на их страшные черепа с огромными клыками.

Немного подумав, Серек начал помогать собирать останки. А по вечерам мы поднимали их по веревкам в пещеру, где дед их сжигал.

Нашими находками были: лазерное оружие, кольца, которые как были ключами в некоторые из кают, так и обычными украшениями. Также нам попалось несколько клинков. Большинство находок были созданы из другого металла и не разлагались в прах. Куб-артефакт, что служил преобразователем магической энергии, после долгих споров решили оставить. Корабль ещё изучать и изучать, а без энергии это будет сделать невозможно. К тому же пока есть энергия, корабль не будет разлагаться.

С наступлением ночи мы вытащили шлюпку и, загрузив мешки с находками, полетели обратно.

— О чём задумался? — спросил меня Анри.

— Странно видеть настоящее доказательство внеземной цивилизации, — ответил я.

— А там? — указал он взглядом в небо. — В том мире ваша раса летала по космосу и ни разу не встретила других разумных?

Я отрицательно покачал головой.

— Мы все были выходцами с одной планеты. После создания варп-двигателя началась колонизация других планет. Но ни одного свидетельства существования других разумных нам не встречалось. По крайней мере я такой информацией не располагал.

Вернувшись домой почти все находки на изучение забрал Светлар. Мы же, рассказав Эмери о том, как слетали, пошли отдыхать. В горах мы пробыли почти полторы недели, и смогли нормально обследовать всего тридцать процентов корабля. Несколько коридоров были обрушены, но голограмма показывала, что за ними есть целые помещения. И хоть мы не смогли туда попасть, меня не оставляла надежда, что может там я найду капсулы с живыми пришельцами.

Возвращаться пришлось из-за того, что скоро должны были прилететь Исаврийские и нам следовало их встречать. Пока мы отсутствовали замок преобразился. Казалось, что даже крепостные стены отмывали с помощью моющих средств.

— У нас тоже без приключений не обошлось, — сказал Эмери, когда мы поведали о своих приключениях. — Через три дня после вашего отлёта, загорелись сигнальные огни. Когда я поднялась на стены увидела, что к нам приближается воздушное судно.

— Морфы? — серьёзно спросил Серек.

— Да, — ответила Эмери. — Почти весь экипаж состоял из людей, но одного морфа среди них я обнаружила с помощью очков. Заметив меня, они атаковали, но я справилась.

— Удалось кого-нибудь взять живьём? — вновь задал вопрос Анри.

— Нет. Они подорвали себя. Если бы не модифицированный щит, думаю я бы не выжила, — ответила она.

Немного подумав я сказал.

— Значит мы настолько разозлили морфов, что им важно уничтожить нас как можно скорее.

— Я тоже так подумала. В связи с чем я усилила боевое охранение сторожевых башен. Из-за того, что взрыв корабля был виден на многие километры, на днях прибыл Орлов. Я не стала скрывать информацию кто напал на нас.

— И как он отреагировал? — спросил Анри.

— Ты же сам знаешь, что он далеко не дурак. И он смог провести параллель между подаренными ему артефактными очками и нападением на нас. Он догадывается, что между нами произошёл конфликт, который перерос в открытую конфронтацию. И в ответ мы начали продавать очки в другие страны.

Также Эмери рассказала нам, что нескольких морфов уже поймали в других странах.

— Орлов назвал их спящими агентами, которые должны были постепенно занять ключевые должности в управлении государством. Также он предположил, что их подмена произошла в один и тот же период с твоим похищением, — сказала она смотря мне в глаза.

— Тогда становится понятно почему морфы так нас возненавидели, — произнёс я.

— А что, если, — начал говорить слушавший нас внимательно Святозар, — мы подарим патент на очки всем жителям Теллуса? Технология создания очков не такая уж сложная. Производственных мощностей большинства дворян хватит для их создания. Если мы это сделаем, морфы перестанут преследовать нас, им просто будет не до нас!

— Хорошая идея, — сказал Серек. — Ярар, ты как на это смотришь? Всё-таки идея с очками была изначально твоя.

— Думаю, — сделал я короткую паузу, — именно так и нужно поступить.

— Тогда сегодня же я отдам приказ юристам, чтобы они подготовили документацию и отвезли её в Торговую гильдию, — сказал Серек.

— Орлов до сих пор в замке? — спросил я.

— Да, — ответила мать. — В связи с тем, что твоя помолвка с Ланель Исаврийской носит политический характер, на торжество собирается прилететь император, и он занимается организацией его безопасности.

— Анри, — повернулся я к другу, — Орлов на тебе. После мероприятия нужно будет провести проверку всех слуг замка. Наверняка он кого-нибудь уже завербовал.

— Согласен. Однако я займусь этим сегодня же. Если у кого-то появилась мысль продаться, это остудит их пыл.

— Тебе виднее, — ответил я другу. — Мам, — повернулся я к Эмери, — что ещё произошло пока нас не было?

— Прибыл глава рода Долгоруковых. Он живёт в замке и наверняка видел, что вы прилетели. Отец просил передать, что очень заинтересован в зелье полнолуния для себя и своих родственников.

— И что ты ему ответила? — спросил я.

— Принимать решение тебе, но мне кажется, что несколько зелий ему можно продать. С его помощью он стал младшим магистром.

— Серек? — посмотрел я на деда. — Ты что думаешь?

Дед отрицательно покачал головой.

— Долгоруковы дружественный род, но стоит ли нам так сильно усиливать их? — И видя, что Эмери с ним не согласна. — В отличии от твоей родни, — глядя в глаза начал говорить он, — род Тьер в основном огневики и воздушники. Я готов согласиться на передачу зелий, если они принесут вассальную клятву. Но я уверен, они на такое не пойдут.

Эмери не понравились слова, сказанные Сереком. Но спорить она не стала. Всё-таки она должна ставить интересы рода Тьер выше интересов Долгоруковых.

— Значит Долгоруковы впервые за четыре сотни лет смогли вырастить магистра, хоть и младшего, — сказал я, чтобы сменить тему. — Как это скажется на внутриполитической арене Империи?

— Для нас никаких изменений, — ответил Серек. — Долгоруковы также слабее нашего рода. Недавно я решил составить список сильнейших магов нашей Империи, и он выглядит следующим образом: на первом месте стоит император с рангом архимага; на втором Макаров, потом Меньшиков.

— Почему Виктор на третьем? — спросил я.

— Потому что его учил его отец, который, напоминаю, был очень сильным архимагом. К тому же мне доложили, что он близок к тому, чтобы стать старшим магистром. И после смерти отца его развитием занимается император лично, — ответил Серек.

— Слепок с ауры снимали, используя артефактные очки? — спросил я. Дед кивнул. — Не слишком хорошие новости.

По нахмурившимся лицам было понятно, что с моими словами были согласны все присутствующие.

— Следующими идут Сусанин, Ефимов, потом ты, Эмери, следом глава рода Орловых, Ушаков, Корф. Вышеперечисленные имеют подтвержденный ранг магистра. Младшими же являются двоюродный брат главы рода Суворовых, Бестужев, Броф и теперь Долгоруков.

— Не густо, — сказал я.

— А что ты хотел? — усмехнулся дед. — Гражданская война, а потом мятеж в столице, унесли жизни многих сильных магов.

Перед тем, как встреча закончилась, я попросил Анри о том, чтобы он усилил охрану магических растений в Балакина. Слишком много заинтересованных лиц появилось за последнее время, и если верить словам Наталии Рюрикович, то в столице в моей оранжерее уже побывали люди императора.

— Я этим озаботился сразу, как ты мне сообщил о твоём разговоре с принцессой, — ответил Анри. — И мне очень интересно узнать, смогли ли мои люди кого-нибудь поймать пока нас не было.

— А почта ещё не пришла? — спросил я.

— Нет. Однако я уже отправил сообщение, что я вернулся в замок и жду подробнейший доклад.

— Будут интересные новости, сообщи мне, — сказал я, после чего мы разошлись: Анри пошёл к Орлову, а я к Долгорукову.

Дед, обняв меня, поздравил с помолвкой, после чего начал рассказывать, как он сам переживал перед этим событием. Потом наш разговор плавно сместился на события мятежа и как помогло моё зелье.

— Дед, я и регент рода не продадим тебе зелье полнолуния, — сказал я, когда мне стали надоедать его намеки.

— Могу я узнать почему?

— Роду Тьер не выгодно усиление Долгоруковых.

— О чём ты?

— Дед, я, как и ты, пил это зелье, и прекрасно ощутил на себе, как после него энергетические каналы были нестабильны…

— Раз ты тоже это ощутил, — перебил меня дед, — то должен понимать, что я готов заплатить за зелье любые деньги.

— Регент принял решение, и я ничего могу сделать.

— С каких пор ты стал слушаться того, что тебе говорят старшие? — спросил Долгоруков.

— Я слушаю их тогда, когда наши мнения совпадают, — ответил я. — Дед, я Тьер, и должен думать о благополучии своего рода. Займись поисками магических трав, как сделал это я, и тоже сможешь получить зелье полнолуния.

— Ярар, ты серьёзно думаешь, что никто не догадался, что ты использовал свою способность для получения магических растений?

Это было только предположение. Но подтверждать или опровергать его я не собирался. Поэтому я молча покинул гостиную.

Обижался ли я на деда, что он пытался хитрить при разговоре со мной? Определенно нет. Он глава рода. И должен думать, о благополучии рода Долгоруковых. Как, впрочем, и я.

Глава 5

Подготовка к помолвке в замке Тьер была в самом разгаре. Эмери и Наталия обладали обширным опытом в организации подобных мероприятий и полностью взяли на себя организацию торжества.

Зал замка был празднично украшен, создавая особую атмосферу. В центре зала была повешена картина, созданная при помощи артефакта, запечатлевавшего наше триумфальное возвращение с гражданской войны. Полумрак, пронизанный золотистым светом, исходящим от артефактов, придавал этому месту загадочность. Здесь же будет возведена небольшая арка, украшенная белыми цветами, где я и Ланель принесём друг другу клятвы верности.

Исаврийские должны были прибыть за день перед торжеством. Однако я за это время успел известись. Слишком много суеты, которую я считал лишней тратой времени. Эмери и Наталия в такие моменты лишь снисходительно на меня смотрели. А на их лицах так и читалось: все мужчины одинаковы…

Наконец-то от наблюдателей пришло сообщение, что к нам летят три дирижабля. Почти сразу им наперехват на шлюпке вылетела досмотровая команда, которая проверила, что на воздушных судах летят те, кого мы ждём.

— Думаешь не обидятся? — спросила Эмери у Серека. Это была его инициатива.

— Надо будет, объясним, но рисковать будущим рода из-за того, что мы чуть-чуть вышли за рамки гостеприимства, я не стану.

Рядом со мной стояли Ярина и Афина. Они внимательно слушали старших, но не могли понять о чём идёт речь. Они знали, что неподалёку потерпело крушение воздушное судно, но в подробности их никто не посвящал.

— Наталия, — обратился я к принцессе, — а когда прибывает твой отец?

— Обещал быть вечером, — ответила она. — По крайней мере так сказал Орлов.

Я кивнул, после чего стал ждать, когда дирижабли приземляться. Я с волнением ожидал выхода Ланель. Всё-таки я не бесчувственный сухарь, чтобы относиться к происходящему без эмоций.

Ещё раз оглядевшись я отметил, что даже посадочная площадка была продумана до мельчайших деталей. Прекрасные цветы украшали вымощенные дорожки. Деревья, которые мне пришлось напитывать магией, чтобы они прижились и быстрее выросли, стояли ровными рядами с обеих сторон. Даже река была облагорожена и заводь, в которой можно было увидеть высокий камыш, была очищена, а весь берег засыпан просеянным песком.

И вот наконец-то появился трап, по которому спускалась Ланель под руку с Мерином Исаврийским.

— Рады приветствовать вас в замке Тьер, — произнёс брат.

— Тимофей Де Тьер, я принц Мерин Исаврийский пришёл к Вам с миром.

Пусть ветви Вашего рода никогда не увядают и всегда стремятся к свету.

— Да прольётся свет на наши рода, — ответил Тимофей.

Пока они говорили, я не отрывал взгляда от Ланель. Она с живыми цветами в волосах, сияющим взглядом смотрела на меня.

— Ярар, ты так и будешь молчать? — вдруг спросил меня Мерин.

— Простите, что?

Со всех сторон послышался смех.

— Молодость. Сразу видно, что молодые соскучились друг по другу. Ярар, я тебя спросил, ты не передумал жениться на моей дочери?

— Это что, шутка? — спросил я.

— Тогда может пригласишь нас в замок? — с улыбкой спросил он.

И только тогда я понял, чего от меня хотят. Все уже сказали свои традиционные фразы гостеприимства.

— Дорогие гости, прошу проследовать в наш дом и за одним столом преломить кусок хлеба, — произнёс я.

— С благодарностью приму хлеб и съем его. Тем самым покажу я всем, что не таю зла и порчи роду Тьер, — ответил Мерин. Он церемониально поклонился, после чего заговорил более свободно. — Эмери, — обратился Исаврийский к будущей родственнице, — а твой сын не заробеет, когда дело дойдёт до клятв?

— Мерин, — произнесла мама, показывая всем, что в хороших взаимоотношениях с представителем правящей династией Элинской империи, — признаюсь честно, что сама потеряла дар речи, когда увидела твою красавицу дочь. Что уж говорить о молодом юноше⁈

— Ладно, думаю никто не будет против, если я передам своё сокровище тебе, Ярар, — передавая мне руку Ланель сказал Исаврийский. — Вижу, что соскучились, поэтому пока идём до замка можете поговорить.

Я кивнул. Нас пропустили вперёд, однако я почувствовал, как рядом со мной активировались подслушивающие заклинания.

— Вот неугомонные, — проворчал я.

— И это первое, что ты скажешь, идя рядом со мной? — спросила Ланель.

Я немного потупил, прежде чем сообразил, чего она от меня хочет.

— Ланель, ты выглядишь бесподобно. Думаю, мой взгляд, когда я тебя увидел, был красноречивее меня.

— Ярар, девушки любят ушами! И спасибо за комплимент. Ты тоже хорошо выглядишь. Наконец-то шил вещи под заказ? — спросила она.

— Невеста моего брата, Наталия, постаралась. Сегодняшний и завтрашний фрак полностью сшиты по её эскизам, — ответил я.

— Обязательно поблагодарю её за помощь, — произнесла Ланель. Потом она, слегка наклонив голову, спросила: — В мою спальню ведут тайные ходы?

— Кхрм-рхм, — раздался очень громко рык Мерина Исаврийского.

— Не обращай на него внимания. Он прекрасно знает в каких мы отношениях. Поэтому, если кому-то не приятно слушать нашу беседу, то прекратите подслушивать нас, — сказала Ланель глядя прямо перед собой. — Так что ты скажешь?

— Буду у тебя сразу после ужина, — ответил я.

То, что мы спим, многие и так знали. Но нравы в Славянской империи были строже, чем в большинстве других стран. По идее мы должны были вступить во взрослые отношения только после свадьбы. То есть ждать ещё два года, пока мне не исполнится семнадцать лет. Но я уже решил, что женюсь на Ланель, и мне было глубоко фиолетово, что подумают остальные. Пусть они живут как хотят, а в мою жизнь не лезут.

Как и говорила Ланель, вместе с ними прилетела делегация из тридцати эльфов. Благо замок был большой, и в нём мы могли разместить гораздо больше гостей. Когда мы прошли в большой зал, где уже были накрыты на столы. Я и Ланель сидели в центре. По левую сторону сидела моя родня, по правую — невесты.

Поднявшись из-за стола, я молча поднял свежеиспеченный хлеб, и руками разломил на две равные части, после чего передал одну часть Ланель, и отломив кусок для себя от второй, передал по рядам своих родственников. То же самое проделала принцесса.

Быстро покушав, мы разошлись по спальням. Гостям нужно было отдохнуть с дороги, а нам готовиться к встрече императора.

— Я думала ты придёшь только вечером, — ухмыльнулась Ланель, когда каменная створка стены отъехала, пропуская меня внутрь её спальни. В это время у неё были две служанки, которых она попросила оставить её.

— Я ненадолго, — ответил я. — Просто решил нормально встретить свою невесту, — с этими словами я нежно обнял её и поцеловал.

— Вот можешь же когда захочешь, — тихо проворчала она.

— Ты о чём? — спросил я.

— Вместо комплимента, ты что первое сказал? Вот неугомонные! Всю романтику порушил.

— Лани, тебе так нравятся все эти конфеты, цветы и пение серенад у балкона?

Она ненадолго задумалась.

— Я не знаю, — вдруг ответила она. — Просто у нас всё произошло не как у нормальных людей. И я не успела насытиться романтикой. — Сделав паузу, она спросила: — Ты понимаешь о чём я?

— Да, — ответил я. — Не обещаю серенад, просто со слов моих слуг, — начал объяснять я, — когда я пою в душе, то дохнут даже мыши… — И хитро улыбнувшись, погладил её по лицу. — А у тебя такие прекрасные острые ушки…

— Хватит, Ярар, — отстранилась Ланель. — Дождись вечера! Нам ещё встречать вашего императора. И я хочу выглядеть превосходно.

— Ты всегда выглядишь превосходно, — улыбнулся я. — И несколько складок на платье этого не изменят.

— НЕЕЕТ! — отрезала Ланель. — Семь часов, и я твоя. Не раньше.

Я кивнул и вернулся к себе тем же путем, которым и пришёл.

* * *

— Я, Ярар, князь Тьер, наследник рода Тьер, великой Славянской империи, перед лицом свидетелей клянусь быть верным и преданным принцессе Ланель Исаврийской. Обещаю защищать её и следовать рядом пока бьётся моё сердце. Клянусь стать опорой и защитой, а также взять её в жены, когда настанет возраст согласия.

— Я, Ланель Исаврийская, дочь принца Исаврийского, принимаю эту клятву верности. Я клянусь быть верной и преданной Ярару Де Тьеру. Моё сердце всегда будет открыто для него. Клянусь стать опорой и защитой, а также стать его женой, когда настанет возраст согласия.

Заиграла торжественная музыка и под всеобщие аплодисменты мы прошли на свои места. На Ланель было белое платье, которое в лучах солнца сияло зелёным светом.

«Всё-таки правильно говорила Наталия, — подумал я, — Для эльфов зелёный цвет многое значит».

Отца Ланель посадили рядом с Александром V. Когда начались танцы, я заметил, что они о чём-то увлеченно разговаривают. С императором прибыли Владимир Рюрикович и Виктор Ва Меньшиков. Оба кружились в танце со своими партнершами рядом с нами. Причём меня сильно рассмешило лицо Анри, когда Виктор пригласил на танец Эмери. Это не укрылось и от Инессы, за что та специально наступила ему на ногу.

В целом торжество прошло без приключений и неприятностей. Морфы в тот день не предприняли попыток напасть на нас. И на следующий день я узнал почему.

Рано утром я проснулся в объятиях Ланель. Не став её будить, я решил, что пора возвращаться в свою спальню.

Стоило мне появиться в спальне, как в неё вошёл Серек.

— Всё нормально? — спросил я, прежде чем он успел хоть что-то сказать.

— Император и Исаврийский хотят с нами поговорить. Даю тебе пять минут, потом жду в гостевой.

Я кивнул и побежал в ванную комнату.

— А вот и мой будущий зять, — произнёс Мерин. — Хорошо спал? — ехидным тоном спросил он.

— Не жалуюсь.

— Ещё бы ты жаловался! — воскликнул он. — Красивейшую эльфийскую принцессу прибрал к своим рукам! Да, в древности за наших женщин пролилось много крови.

— Которой ваши же предки также расплачивались, — серьёзным тоном произнёс я.

Мерин хотел возмутиться из-за грубости, сказанной мною.

— Я же тебе говорил, что он клал с высокой горки на твой имперский статус, — произнёс император Славянской империи. — Посмотри на регента, — продолжил он. — До меня дошли слухи, что он начал проявлять слишком большое участие в личной жизни Ярара. И знаешь, как твой зять на это ответил? — Мерин отрицательно покачал головой. — Он подлил ему зелье плодородия и оставил с нелюбимой женой в одной спальне. Теперь у Серека Де Тьера есть сын.

— Типа распоряжайся своими детьми, а не мной? — попытался прочесть скрытый смысл Исаврийский.

— А разве это имеет значение? Главное, что Серек больше не лезет к нему по этой теме, — ответил император.

— Ваше величество, Ваше высочество, — произнёс я, — может уже скажете зачем вы позвали регента и меня?

Обе венценосных особы были в изрядном подпитии. И мне не сильно нравилось, что меня в моём же доме вызывают к себе эти двое, чтобы что…?

— Исцеление — исцеление.

— Ярар, а тебя не учили, что нельзя направлять чары на императора? — сердито сказал Александр V.

— Я у себя дома. А Вы гость, который перебрал с алкоголем. И я как радушный хозяин имею право Вам помочь, — ответил я.

— Ваше величество, Ваше высочество, — произнёс Серек, — вы звали, мы пришли. О чём вы хотели поговорить? Или мне истолковать ваше поведение, как пренебрежение нашим гостеприимством?

Раздался звонкий смех Мерина.

— Хах-хах-хаха-ха, а с родней мне и впрямь повезло. Так и чувствуется стержень. Повезло тебе, Александр, — дружески хлопнув по плечу сказал Мерин, — мне бы такие союзники были кстати.

— На чужой каравай рот не разевай, Мерин. Лучше, пока я начну рассказывать, зачем мы позвали двух самых проблемных людей в Империи, доставай бутылку, что спрятал перед их приходом, — ответил государь, после чего, повернулся к нам. Он сам поставил перед нами по бокалу, после чего Мерин налил в них, как мне показалось, эльфийского вина. — Не знаю, чем вам насолили морфы, но уже вторую неделю по всей планете идут задержания. Из плохих новостей, сын князя Потёмкина оказался подменышем. Двоих задержали в Гальской империи и одного в Элинской, — сказал император, после чего замолчал, глядя на Мерина.

— Ваш государь прав, — продолжит Исаврийский. — Думаю все собравшиеся и так знают какую сферу я контролирую.

— Глава разведки, — произнёс я.

— Нууу, — задумчиво протянул Исаврийский, — мои полномочия несколько больше, но не суть. Просто я хотел дополнить, что также были обнаружены морфы в Халифате, Империи Тан, Египте и в одной из колоний Бриттов. И до нас дошла информация, что все дороги ведут к Колониальной империи Бриттов. А именно к принцу Карлу. В связи с чем между нами, галлами и славянами ведутся переговоры по поводу устранения этой заразы.

— Это хорошо, конечно, — сказал Серек, — но зачем это знать нам?

— Я думал, что вы, как никто другие, захотите принять участие в ликвидации морфов. Ведь именно вы вскрыли этот гнойник, — сказал Мерин.

— Вы говорите о полноценной войне? — спросил я. — Просто иначе я не представляю, как вы собираетесь устранить морфов, если они приняли облик членов правящей династии Бриттов. — И мне не понятно почему Гальская империя решила напасть на своего союзника?

— Морфы, — начал говорить Александр V, — представляют большую опасность для всех нас. Они могут притвориться твоим другом, сюзереном, правителем и натворить много бед. В древности из-за их действий вспыхивали страшные войны между союзными государствами. И именно из-за этого было принято решение об их уничтожении. Однако в те времена не было очков, с помощью которых можно было их распознать. Сейчас же, когда близится большая война, они слишком опасные игроки.

— И галлы побоялись, что морфы решат использовать и их?

— Да, — ответил Александр V.

— И что же вы хотите от нас? — спросил Серек, обращаясь к обоим «ВАШЕ В…»

— Пока мы стараемся наладить контакты с императором, — начал отвечать Исаврийский. — Артефактные очки запрещены в Колониальной империи Бриттов. Причём приказ отдан принцем Карлом, что приводит нас к мысли, что бритский император — не морф. В связи с чем, мы собираемся на Планетарном совете передать ему партию артефактных очков.

— Но что вы хотите от меня? — спросил я.

Исаврийский хитро посмотрел на Александра.

— Ярар, насколько нам известно, не только морфы могут менять облик. Ведь мы не ошибаемся?

— Прежде чем отвечать, — продолжил Александр V, — подумай над вопросом сколько жизней ты сможешь спасти, если поможешь нам. И чтобы ты понимал, мы хотим подменить императора бриттской империи и поставить во главе этой страны своего человека.

— Нам невыгодно разрушать Бритскую империю, — сказал Мерин. — Их флот нужен для того, чтобы сдержать вампиров. Хоть у тех есть воздушный флот, но большие войска они способны перевести только по воде. Поэтому, прежде чем отвечать, подумай хорошенько, стоит ли открытие маленького секрета, возможности получения сильного союзника?

Я переглянулся с Сереком.

— Хорошо, я могу сделать то, о чём вы говорите. Но я ни разу не видел императора бриттов.

— Об этом не переживай, — произнёс Исаврийский. — У всех есть двойники. За месяц до Планетарного совета в столицу прибудут мои люди, которые привезут двойника и человека, которого нужно будет сделать неотличимым от него.

Я кивнул. Через пару минут обсуждений к принцу подошёл кто-то из его свиты и что-то прошептал ему, после этого Мерин извинился и покинул нас.

— Зевс тоже умел менять облик, — нарушил тишину император.

— Откуда Вы это знаете? — спросил Серек.

Александр недолго думая ответил.

— Я уже говорил Ярару, что изучал его способности. Порой легенды вовсе не легенды, а очень фантастичная быль. — Он сделал паузу. — Хотя, смотря на тебя я уверен, что ты тоже меняешь себя. Слишком уж идеально сложён ты для своих пятнадцати лет, Ярар.

— Тренировки и труд всё перетрут, — ответил я.

Он некоторое время смотрел мне в глаза, а затем сказал.

— Раз предварительное согласие получено, то, пожалуй, пойду отдыхать. В отличии от остальных, ни я, ни Исаврийский спать ещё не ложились.

— Ты обратил внимание, что когда он произнёс имя Зевса, его глаза полыхнули? — спросил я.

— Да, — ответил Серек.

— Нужно попросить патриарха, чтобы он прислал всю литературу, что касается этого греческого бога. Что-то мне подсказывает, что Зевс мог существовать на самом деле.

— Да ну, Ярар, это бред. В своих выводах ты основываешься только на том, что у императора произошёл энергетический скачок? Но ведь он не спал всю ночь. Такое могло произойти из-за этого. Просто устал человек.

— А что нам мешает проверить? — спросил я. — К тому же я не тебя прошу заниматься поисками. Сам попробую раскопать что-нибудь.

— Ааа, — махнул Серек рукой. — Делай, что хочешь. — Он сделал непродолжительную паузу и продолжил. — Мне не сильно понравилось, что тебе пришлось рассказать о своей способности. Но если мы правы и император один из детей Моисея, то он лучше других может знать на что ты способен. И тогда твоя догадка про Зевса выглядит не так уж абсурдно.

Глава 6

Праздновали мою помолвку три дня. После чего гости стали постепенно разъезжаться. И сейчас в замке оставались только Долгоруковы. Дед очень надеялся на то, что сможет уговорить меня продать зелье полнолуния.

И пока в замке находились гости, Романову попросили не выходить из своей спальни. Её лицо было изменено, но аристократичные манеры заметят сразу. И хоть вероятность была очень низкой, я не мог недооценивать Орлова. Анри уже нашёл одного слугу, который продался за звонкую монету. Он продолжал поиски дальше, но пока было решено, что Романовой будет лучше находится в своей комнате.

Также, к моему счастью, Мерин разрешил Ланель остаться у нас до начала учебного года. А в столице она снова займёт дом по соседству от меня.

Когда принц Исаврийский и император со своими свитами отбыли, я рассказал невесте о том, кто у нас гостит.

— А как же Наталия? — тут же спросила Ланель.

— Анастасия прибыла в замок перед праздником вместе с женой Ля Фисто. Когда мы поедем в Балакина, Анастасия поедет с нами.

Ланель ненадолго замолчала, после чего спросила.

— Ярар, ты хочешь, чтобы я сделала её своей фрейлиной?

— Нет, — серьёзно ответил я. — Я просто прошу тебя быть с ней мягче. Мне не нравится, что придумала для неё Эмери. Поэтому, пока она не отошла от моральных травм, она не будет работать никакой служанкой.

— Скажи, она дорога тебе? — прищурившись спросила Ланель.

— Не ревнуй, — ответил я. — Я не стану отрицать, мне её жаль. Но никаких романтических чувств у меня к ней нет.

Мне показалось Ланель не поверила моим словам.

— Тогда для чего она тебе? — не отступала моя невеста.

— Не знал, что ты такая меркантильная, — постарался перевести её вопрос в шутку.

— Ты ошибаешься. Однако я не стану отрицать, что я жуткая собственница, — сказала она и подняв свою ладонь показала на кольцо. — Надев его, ты стал моим. Я готова была смириться с Элин, и даже готова терпеть Аяну, но на этом всё! Поэтому я хочу услышать от тебя внятный ответ, зачем тебе Романова? Согласись, я имею на это право.

Я ненадолго задумался.

— У неё сильная кровь, — начал отвечать я. — Я, Эмери и Серек, обдумываем вариант выдать её замуж за кого-то из моих родичей.

— И только? — с возмущением сказала Ланель. — Вы идёте на риск и можете попасть в серьёзную опалу за предоставление убежища Романовой и ТОЛЬКО ИЗ-ЗА СИЛЬНОЙ КРОВИ? Ярар, ты сам себя слышишь?

— Когда ты так говоришь, мне кажется, что это не такой уж хороший вариант, — ответил я.

Некоторое время Ланель молчала.

— Пойми меня правильно, у нас на днях была помолвка. По категориям моей страны наш брак мезальянс для Исаврийских, — сказала она, внимательно смотря в мою сторону. — И только из-за твоей способности омолаживать…

— Ланель, если ты пытаешься мной манипулировать этой темой, то я тебе напомню, что именно твой род решил заключить этот брачный союз. И как бы это не выглядело на твоей родине, это был твой выбор.

— Хорошо, — произнесла Ланель, — я больше никогда не буду подымать эту тему. И ты прав, выбор сделала я. Просто я хотела сказать тебе, что теперь мы в одной упряжке. — Она подошла ко мне и, обняв со спины, спокойным голосом спросила: — Твой дед, Долгоруков, ещё здесь? — Я кивнул. — Насколько я помню, он хотел заполучить Анастасию в свой род, но получил отказ от главы её рода. Нам нужно поинтересоваться у него, может он ещё заинтересован в этом браке?

— Но он столкнётся с теми же проблемами, что и мы. Зачем ему идти на это?

Ланель тяжело вздохнула.

— Я обязательно займусь твоим политическим образованием. Обсудив с тобой всего один вопрос, я вижу какие есть бреши в твоём образовании.

— О чём ты?

— Род Долгоруковых не отпускает дев своего рода учиться в Академии. Твоя мать и её сестра исключение из правил. В основном девушки из рода Долгоруковых проходят домашнее обучение. Из-за этого никому неизвестно сколько представительниц рода есть на самом деле. Поэтому твоему деду будет в разы легче легализовать Романову.

«После отказа деду в поставке зелья полнолуния он, мягко говоря, был недоволен. И возможно такое предложение могло бы нас примирить…» — подумал я.

— Тогда предлагаю вначале обсудить наше предложение с Романовой, — сказал я.

— Я сама с ней поговорю, — предложила Ланель.

— Хорошо, — согласился я.

Когда Ланель покинула мой кабинет, я имел смешанные чувства. Было видно, как она старалась мной манипулировать. При всём при этом, мне понравилось, как быстро она нашла решение. И хоть пока было не ясно, получится ли предложенное ей, но о варианте с Долгоруковыми я вообще не думал.

«Чувствую у меня с Ланель будет „веселая притирка“». — подумал я.

* * *

— Леди Тьер, — произнесла Ланель, постучавшись в дверь, — мы можем поговорить?

— Проходи, присаживайся, — ответила Эмери. — Что тебя привело ко мне? Всё ли в порядке?

— Да, спасибо, мне всё очень нравится. И я ещё раз благодарю, что разрешили погостить у Вас до начала учебного года. — Эмери кивнула. А Ланель немного помолчав, продолжила. — Ярар посвятил меня в тайну о Романовой и рассказал, что сейчас она находится в замке Тьер.

— Это так, — ответила Эмери. — И ты тоже хочешь помочь ей?

— Напротив. И чтобы у Вас не возникло мыслей, что я хоть как-то симпатизирую ей, скажу сразу, я хочу, чтобы она находилась как можно дальше от Ярара.

— Ты предлагаешь убить её? — серьёзным тоном спросила Эмери.

Ланель рассмеялась.

— А у Вас хорошее чувство юмора. — И дополнила: — Отцу это очень понравилось в Вас. А также умение принимать сложные решения, которые от Вас никто не ожидает, — с улыбкой сказала принцесса. — Однако Вы не угадали, я пришла с предложением выдать Анастасию замуж за Вашего племянника — Ставра Долгорукова.

Эмери ненадолго задумалась.

— Наверное это будет самый лучший вариант для неё. Но что-то мне подсказывает, что Романова откажется. И мы обе знаем причину…

— Да. Именно поэтому я здесь. Я хочу, чтобы мы вместе поговорили с ней и объяснили все перспективы её дальнейшей жизни. Если она выходит замуж за Ставра, то она вернётся к прежней жизни, что у неё была до мятежа. Но если она останется здесь, то…

— То я не стану делать ей поблажек, и она будет выполнять самую черную работу, так? — спросила Эмери.

— Да, — ответила Ланель.

Ненадолго в кабинете воцарилась гнетущая тишина.

— Хорошо, я помогу тебе. И даже постараюсь убедить в этом отца…

— Но? — спросила Ланель, когда Эмери сделала паузу и выразительно посмотрела на собеседницу.

— Без НО, — усмехнулась Эмери. — Просто мне стало смешно от того, что Ярар, который постоянно противится моим решениям, выбрал себе невесту с характером очень похожим на мой.

— Я слышала поговорку, что дети выбирают вторую половину по своим родителям.

Эмери кивнула и встав из-за стола сказала.

— Пойдём поговорим с Романовой. Ведь отец обязательно спросит, согласна она выйти замуж или нет.

— Можно вопрос? — спросила Ланель.

— Конечно.

— Что Вы сами планировали для Анастасии?

— Признаюсь тебе честно, я была уверена, что Ярар с ней разделит постель. Но я рада, что ты взяла этот вопрос под контроль. Осталось дело за малым.

— Но я же обратилась к Вам.

— Ты пришла ко мне с готовым решением. Я всего лишь помогаю тебе пока ты не освоилась. В будущем моей помощи тебе не понадобится.

— Спасибо, — с благодарностью сказала Ланель.

Около часа продлился разговор с Романовой. Как и подозревала Эмери, Романова вынашивала матримониальные планы в отношении Ярара. Иного объяснения её желанию остаться в замке Тьер или в Балакина у них не было.

И когда Ланель спросила у Анастасии напрямую на что она рассчитывает с Яраром, получила ответ, что та хочет стать его женой.

Тогда уже Эмери разъяснила, что её мечты не сбудутся, ибо она не позволит Ярару жениться на простолюдинке. Ведь теперь Романовой нужно всю жизнь скрывать кто она такая, если не хочет быть казнённой.

Конечно, Леди Тьер лукавила. Она уже не могла указывать Ярару, как и с кем жить. Вернее, он её просто не послушает. Но Романова об этом не знала. Её воспитывали абсолютно по-другому, и слово главы рода — закон.

В итоге они смогли убедить Романову, что для неё выйти замуж за Ставра единственный приемлемый вариант. А чувства, это дело наживное.

Разговор с Долгоруковыми прошёл ещё быстрее. Эмери договорилась, что в качестве приданого отдаст четыре зелья полнолуния.

И принцесса пожалела, что отдала ведущую роль в переговорах с дедом Ярара, Эмери. Ведь она была уверена, что Долгоруков согласился бы просто так женить своего внука на Анастасии. Она смогла разобрать бурчание главы рода о том, что у них была какая-то высокая совместимость. И что их дети будут очень сильными одарёнными. Сама Ланель в гадание или астрологические расчёты не очень верила, однако этим можно было воспользоваться, но Эмери так не поступила! Долгоруков выдал себя ещё в начале разговора, когда узнал, что Анастасия жива. Тем не менее Ланель промолчала, посчитав, что дочь лучше знает своего отца.

— Теперь тебе осталось убедить Ярара сварить зелье и жизнь Романовой устроена, — произнесла Эмери, когда они покинули Долгоруковых.

Ланель поблагодарила Эмери, после чего пошла к жениху.

Ланель обдумывала произошедшее, и когда на попросила Ярара сварить зелья и объяснила для чего они ей, то из его ворчания поняла: Эмери использовала её и провела красивую игру. Ведь она в обход решения регента нашла способ помочь своему роду.

И головой Ланель понимала, что скорее всего поступила бы точно также. Однако её, принцессу Исаврийскую, ПРОВЕЛИ! И это ей сильно не понравилось.

* * *

Спальня Романовой.

— Инесса, ты осуждаешь меня? — спросила Анастасия.

Графиня не сразу ответила. Всё-таки девушку, что сидела перед ней, собрались выдать замуж за Ставра, к которому она всё ещё питала нежные чувства. Так ещё Анастасия строила планы как попасть в спальню Ярара.

Сразу два парня, с которыми Инесса сама бы не отказалась провести время. И хоть у неё всё наладилось с Анри, и она смогла спокойно поговорить с Эмери, всё обсудив, она была недовольна. Да какая вообще женщина будет довольна тем, что ей приходится делить своего мужа с другой???

«Эх, будь Эмери не так сильна, или наоборот, если бы я не была такой слабой, то обязательно оттаскала бы леди Тьер за её шикарные космы! — подумала она, тут же себя отругав: — Вот дура, этот же надо восторгаться волосами любовницы своего мужа!»

— А тебе не стыдно будет смотреть Ставру в глаза? — попыталась образумить её Инесса.

— Инесса, ты как никто другой должна понять меня. Я же тебе рассказывала, что произошло в темницах ГРУ, когда меня поместили в общие камеры! — Подруга кивнула. — Пленным воинам было всё равно на моё лицо. Их волновало то, что у меня между ног. Они уже знали какой приговор им будет вынесен. Поэтому ничего человечного в них уже не было.

— Поэтому ты попросила казнить тех двоих покорных, что привели с тобой? Они тоже насиловали тебя?

— Да, — ответила Анастасия и не став зацикливаться на нахлынувших воспоминаниях, продолжила: — Я веду к тому, что Ставр хороший парень, но я хочу своего женского счастья. Хоть маленький осколочек, но должен греть моё сердце. И даже если Ярар меня прогонит, я буду знать, что сделала всё, что было в моих силах.

Слова Романовой, как ни в ком другом нашли отклик в сердце Инессы. Поэтому она сказала ей.

— Я проведу тебя тайным переходом до его спальни. А дальше всё зависит только от тебя.

— Спасибо, Инес, — произнесла Романова обняв её.

С наступлением темноты Анастасия очень тихо шла по секретному переходу, который показала ей графиня. Заглянув в спальню она никого не увидела. Кровать была застелена, и она подумала, что Ярар уже находится в объятиях Ланель. Но решив дождаться его, она вошла и прилегла на край кровати, сама не заметив, как уснула.

Допоздна мне пришлось варить зелья полнолуния. Ланель и Аяна уже легли спать, и когда я зашел в свою спальню, был сильно удивлён.

— Настя⁈ — с удивлением произнёс я. — Ты что здесь делаешь? — Романова резко открыла глаза и по её лицу ясно читалось, она не понимает где находится. — Ты у меня в спальне. Я только пришёл, и клянусь, я не прикасался к тебе, — сказал я, помня, что с Романовой, совсем недавно в жизни произошли страшные эпизоды.

Когда Анастасия села, я увидел на ней легкий шелковый халатик, который, пока она спала, развязался, оголив её грудь, на которую я беззастенчиво уставился. Она проследила за моим взглядом, после чего посмотрела на меня с превосходством.

— Завтра я уезжаю к Долгоруковым, — тихим голосом сказала она, — и у меня есть одна просьба к тебе.

— Какая? — спросил я стараясь смотреть ей в глаза.

— Ты уже знаешь, — ответила она после чего наши губы соприкоснулись.

Не сразу, но я отстранился от неё.

— Ты что творишь? — попытался возмутиться я. — Ты выйдешь замуж за Ставра, а я помолвлен на Ланель…

— Я тебе противна? — вдруг спросила Анастасия. — Но ты изменил мне лицо, и я уверена, ты сделал его таким, какое нравится тебе. Разве я не права?

Она была абсолютно права.

— Это неправильно.

— Вся моя жизнь была неправильной. А теперь я хочу… — она замолчала не договорив, после чего сняла с себя халат. И я увидел, что на ней из одежды ничего нет. Она, словно кошка, подползла ко мне и повалила на кровать.

Уже через пару минут, когда она оставила меня без трусов, я перестал терзать себя правильностью происходящего.

* * *

Под утро я провёл небольшую процедуру, чтобы в первую брачную ночь Ставр ни о чём не догадался. Я сообщил об этом Романовой. И в благодарность она опустилась передо мной на колени, и спустив мои штаны сказала:

— Ты будешь первым кому я это делаю…

После сегодняшнего небольшого приключения я понял, что ещё долго буду вспоминать Романову.

Скрыть от всех ночь с Романовой не удалось. Аяна на утренней тренировке почувствовала от меня её запах. Однако пока я не поднял эту тему, она ничего не говорила.

— Ты сердишься? — спросил я.

— Очень, — ответила она, отражая удар моего клинка. — После того, как прилетела Ланель, ты был со мной всего один раз. Ты уделяешь невесте много времени. Тогда как мне остаются сущие крохи. Так ещё и провёл ночь с другой!

Каждое предложение она сопровождала сильным ударом, который я успевал отбить, но вложенная сила очень чувствовалась. И я боялся, что клинок просто не выдержит и сломается.

— Ты права, — ответил я. — Сегодня же я исправлюсь.

Аяна кивнула, после чего наш спарринг проходил в обычном ритме. И о том, что я был этой ночью не один, больше никто не узнал.

Проводив последних Долгоруковых, которые уезжали полостью довольными (зелья я им передал, невесту Ставру они нашли и везли с собой), я вздохнул с облегчением. Наконец-то можно было отправляться в Балакина.

С собой я увозил клинок, обнаруженный на космическом корабле и предмет очень схожий с пистолетом. Мне было интересно их разобрать и посмотреть на каких принципах он работает. И ещё разобраться почему, когда я нажимал на курок, оно не стреляло. И это касалось всех пистолетов что мы нашли.

В лаборатории, сильно намучавшись, я разобрал его. Осмотр показал, что все части были целыми. По крайней мере мне так казалось. Но соединения, которые проходили ко всем частям пистолета, были очень похожи на лей-линии. Все они вели к сферическому предмету, который, скорее всего, отвечал за энергию. И к сожалению, у меня никак не получалось зарядить его. Энергия буквально рассеивалась при контакте с ним.

Рядом со мной стоял Корф, который наблюдал за моими манипуляциями находясь в артефактных очках.

— Этот элемент или сломан, или он работает от другой энергии, — произнёс Владимир. Он поднял сферичный зарядный модуль и продолжил. — Вещество, из которого сделана сфера, мне никогда не встречалось.

Потом мы попробовали подсоединить вместо сферы заряженный накопитель, но ничего не вышло.

— Значит мы не получим чудо-оружия, — печально произнёс я.

— Нууу, это с какой стороны посмотреть, — произнёс Корф.

— Что ты имеешь ввиду?

— Помните, когда мы вернулись из-под Кемерово, Вы передали мне пистолет?

— Да, — ответил я, — в отчете было указано, что за счёт того, что оболочка пули покрыта оксидом метеоритного железа, на порох не оказывалось воздействия от заклинания. И, поправь меня, если я ошибаюсь, — посмотрел я на Корфа, — по такому же принципу действуют наши гранаты. Но насколько я помню, пули взорвались в образце, который я тебе предоставил.

— Так и есть. Поэтому я предлагаю несколько другой подход. — Корф достал тубус и вынул из него пергамент, на котором была нарисована схема оружия, которое мне показалось довольно знакомым. — Это магомет! — с восхищением произнёс Корф. — За счёт пружины и давления воздуха в опорной плите, которое создаётся посредством артефакта, мы сможем забрасывать гранаты на очень дальние расстояния.

— А это что? — спросил я, внимательно изучая схему.

— Это прицел. Недавно его мне прислал Светлар. После того, как они начали создавать свои микроскопы, попробовали изменить концепции в другую сторону. И сделали несколько телескопов. В итоге у них получилось ещё и это.

— Покажи, — попросил я. Корф кивнул, и через пару минут вернулся с небольшой деревянной коробкой.

— Сам магомёт ещё не готов. Однако к концу лета я планирую закончить его и провести первые испытания.

Я же тем временем смотрел в простейший прицел. Светлар даже шкалу удаления внес в оптику.

— Мне нравится твоя задумка. Однако странно это…

— Что именно, господин? — спросил Корф.

— С твоим даром целителя, у тебя лучше получается создавать оружие. Интересно, как в тебе уживается созидатель и разрушитель?

На что Корф лишь пожал плечами.

— Я не задавался этим вопросом, — ответил он.

Тем же вечером ко мне в кабинет пришёл Анри. Он положил передо мной газету, где на первой странице было большими буквами написано:

ВОЛЬНЫЕ БАРОНСТВА ОБЪЯВИЛИ ВОЙНУ ИМПЕРИИ ТАН.

— И в чём причина? — спросил я у графа.

— На приграничной территории между Тан и баронами нашли богатые залежи метеоритного железа, — ответил Анри.

— Насколько богатые?

— Не знаю, — ответил он. — Я постараюсь это узнать. В общем, железо находится буквально на границах этих двух стран. И обе страны по-тихому занялись добычей его, но что-то у них пошло не так, в итоге бароны напали на Тан.

— Думаешь это начало большой войны? — спросил я.

— Я очень надеюсь, что нет. — ответил он. — Мы ещё не готовы. Однако я уверен, что скоро Серек и остальные члены Высшего совета полетят в столицу для обсуждения этой ситуации с императором.

В свете того, что я неделю назад принял зелье полнолуния, и снова остался без магии, эта новость была совершенно не кстати.

* * *

Император Славянской империи обдумывал ситуацию. По предварительным данным у них под носом добывали метеоритное железо, которого могло хватить на пятьдесят лет! Его было очень много, и это при том, что добыча столь ценного ресурса в остальных странах закончится через десять-пятнадцать лет.

— Николай, что слышно от Тан? — спросил император у главы ГРУ.

— Они передали сообщения, чтобы никто не вмешивался в их конфликт. С баронами они собираются справиться сами, а…

— А если на них нападут соседи, то они напомнят нам о союзном долге? — перебив Орлова спросил Александр V.

— Так и есть.

— Что ж, — подумав сказал император. — Через двадцать минут должен прийти министр иностранных дел. Он должен будет сообщить всем послам, что мы вмешательства в конфликт двух стран не позволим. Думаю, на некоторое время это остудит головы остальных правителей. — Про себя же он подумал, что не только его страна не готова к началу мировой войны. — Тебе же нужно проследить за тем, как отнесутся к этой новости наши соседи.

— А мы будем помогать империи Тан?

— Нет, — ответил Александр V. — Хотя можно сделать им предложение, — задумчиво сказал он. И сделав паузу: — Азиатам наверняка понадобятся заряженные накопители. Всё-таки за одно большое сражение уходит много магической энергии.

— И мы согласимся? — удивленно спросил Орлов.

— Мы поступим также, как и они во время гражданской войны. Будем принимать оплату метеоритным железом, за которое они теперь сами проливают кровь.

— Государь, а Вы не думаете, что они могут обратиться для этого к Халифату?

Император тяжело вздохнул.

— Халифат для Тан самый серьёзный противник в будущей войне. Они не станут их усиливать. Было бы очень глупо поступи они так. Поэтому они согласятся на наши условия. Что касается Вольных баронств, то империя Тан за счёт централизованной власти в разы сильнее, чем дезорганизованные бароны, которые будут тратить время на постоянные споры о том, кто главнее.

* * *

Как и предполагал Анри, Серек на следующий день отправился в столицу. Наши войска были приведены в боевую готовность, на случай если император решит поддержать наших союзников. Когда дед вернулся из столицы и сообщил, что мы никуда не собираемся, я вздохнул с облегчением. Мало того, что ещё две недели мне ждать, когда закончится побочное действие зелья, так ещё проливать кровь за чужие интересы мне не виделось радостным.

— Ярар! — буквально ворвался в мой кабинет Анри, за который следом шли Зес и Аяна. — Мне только что пришла информация, что со счёта Аконитового убийцы вчера сняли большую сумму денег!

— Где? — тут же спросил я.

— В городе Табул, — начал отвечать он. — Этот город находится на территории баронств и граничит с халифатом и Империей Тан. Думаю, из-за войны оборотни решили сменить своё место жительства на земли поспокойнее.

— Кто бы мог подумать, что война наших соседей так сильно поможет нам в поисках! — возбужденным голосом сказал я.

— Что мы будем делать? — спросил Анри.

— Есть предложения?

Он отрицательно покачал головой.

Достав карту, я нашёл город на карте. Он находился очень далеко от границ Славянской империи

— Анри, как считаешь, сколько времени понадобится оборотням, чтобы покинуть ту местность? — спросил я.

— Если Самуил прав и оборотней не больше пяти сотен особей, то времени у нас немного. Однако теперь, зная где они жили, их будет куда легче отследить.

— Подожди, — догадываясь о чём хочет сказать Анри, — ты предлагаешь дождаться, когда они где-нибудь осядут?

— Да. — ответил он. И показав на карту, продолжил: — В Империю Тан они не сунутся, ведь для азиатов они враги. К гномам тоже не пойдут. Слишком высокомерные они и других разумных за людей не считают. Остаётся Халифат.

— И чем нам это поможет? — спросил я.

— Хотя бы тем, — включился в разговор Зес, — что там проживает моя родня, и они могут помочь в том, чтобы отследить перемещение столь большого количества людей.

— В любом случае, нам нужно время как следует подготовиться. А также подумать над тем, чтобы, пока нас не будет, Патрокол не навестил нас.

— Аяна? — спросил я.

— Как только ты разрешишь, я напишу Самуилу о том, что ты планируешь сделать. Уверена, он полетит с нами или пришлёт Ковалевскую. Если Патрокол окажется среди переселенцев, то с ними у нас будет больше шансов его победить.

О том, что Анри нашёл след оборотней, мы сообщили не только энергетикам. Также я не стал утаивать эту информацию от Орлова. Всё-таки я планировал покинуть земли Славянской империи и отправиться в другой конец материка. К моему удивлению глава ГРУ не приехал сам, а прислал своего брата Андрея.

Я ожидал, что император будет топать ногами и пришлёт Николая, чтобы отговорить меня от этой мысли, а вместо этого он прислал своего зама, который сразу сказал, что полетит с нами и будет выступать в роли наблюдателя.

— А как Вы смотрите на то, — начал задавать вопрос Ля Фисто, — чтобы ответить на несколько моих вопросов с использованием артефакта лжи?

Младший Орлов усмехнулся.

— Смотрю на это отрицательно, — и видя, что такой ответ Анри не по нраву, добавил: — однако, если мы согласуем список вопросов, я готов на них ответить. Согласитесь, у меня могут быть тайны, которые вас абсолютно не касаются. — И немного помолчав, продолжил: — Как, впрочем, и у вас от меня.

Примерно через час Ля Фисто вернулся в мой кабинет.

— Ну что? Узнал, что хотел?

— Его цель твоё выживание. Это всё, что я смог от него узнать. — Он сделал небольшую паузу. — Честно признаться, я не понимаю почему Николай глава ГРУ, а не его брат. Пока мы общались я понял, что он большой профессионал. — Я вопросительно поднял бровь. — В середине разговора он перешёл на Гальский. Наверное, хотел проверить знаком ли мне этот язык.

— Но ты же по легенде граф Фисто, уроженец гасконского уезда.

— Думаю у него появились сомнения по этому вопросу. Но мне кажется он догадался, что я не тот, за кого себя выдаю.

Я ненадолго задумался.

— По большому счёту, если твой обман вскроется, чем нам это грозит?

— В принципе, ничего такого. Это распространённая практика для людей нашей профессии. Было бы в разы хуже, если бы я взял дворянский титул будучи простолюдином. Тогда бы меня казнили. Однако же, если мой обман вскроется, то мои старые шефы могут решить, что я мешаю им установить агентурную сеть в землях Тьер.

— А ты и впрямь мешаешь?

— Конечно! — усмехнувшись сказал граф. — Если они узнают, посчитают меня предателем, которого нужно устранить. Я их не волную пока они думают, что я молодой и умный человек, который хоть и нелегко, но предсказуем.

— Тогда может тебе остаться в Балакина, пока мы будем летать за оборотнями?

— Нет, я полечу с вами, — ответил Анри. — Через родню Зеса я нанял людей, которые должны отслеживать все большие группы людей, что двигаются в глубь Халифата. Слишком много завязано на мне и если что-то пойдёт не так, то мне будет спокойнее что я рядом.

Я кивнул. Однако настоял на том, что Анри с Орловым полетят на разных дирижаблях. Нужно было ограничить их контакты.

Каждый день Анри обрабатывал полученную информацию. Информаторы сообщили, что нашли группу подходящих под описание людей. Очень помогло то, что Самуил сообщил как, выглядят старейшины оборотней. И вместе с Зесом, который немного ориентировался в землях Халифата, они смогли составить примерный путь следования.

— Значит они хотят основать своё селение в прибрежной зоне, — выслушав Зеса заключил я.

— Да, — ответил он. — Дорога, по которой они двигаются, ведёт в малонаселённые горы. В тех местах скалистые берега, что не позволяет кораблям причалить. Люди очень неохотно поселяются там.

— Идеальное место это для оборотней, — начал в своей манере говорить Самуил. — Странно, что жить раньше они не переехали туда.

— Анри, — обратился я, — нужно узнать кто в этих горах живёт. — У меня появилось предположение, и я хотел в нём убедиться.

— Что тебя так напрягло? — спросил Зес.

Я посмотрел на Самуила и сказал.

— А что, если они как энергетики не стали класть все яйца в одну корзину.

— Сказать ты хочешь, что оборотни переселились к своим собратьям, нахождение которых скрывали в тайне ото всех? — спросил Самуил. Я кивнул. — Может такое быть, — немного подумав ответил он.

— Тогда я предлагаю, — произнёс Анри, — потратить ещё время и всё как следует разузнать. Наша цель выманить Патрокла, а для этого нам нужно как можно больше заложников из его соплеменников. Только представьте, если мы захватим не его соплеменников, а соседских? Не думаю я, что он пойдёт на выручку.

В итоге меня убедили отложить вылет. Пока что мы решили, что следует отправить на разведку энергетиков для того, чтобы самим всё как следует разузнать.

Самуил сам вышел с таким предложением. Хоть по нему и не было видно, но Аяна сообщила мне, что он очень хочет лично прикончить Патрокла за смерть его сородичей.

Но в этом он был не одинок. С той минуты, как Анри принёс новости о местоположении оборотней, я почти всегда думал, как отомщу убийце Элин.

— Через три недели начинается учебный год, и мне нужно лететь в столицу, — сказал я. — Если вы предлагаете отложить, то на сколько?

— До октября, — немного подумав сказал Анри. — Ты сможешь взять «отпроситься» на две недели?

— Мог и не спрашивать. Даже если мне не дадут, я полечу.

На этом разговор был окончен. Анри сообщил Андрею о том, что мы перенесли операцию на более поздний срок. И он отнёсся к этому с пониманием. Он сказал, что в таких делах и впрямь поспешность ни к чему. Однако просил держать его в курсе, если что-то изменится. На что Анри, ответил: всенепременно.

Прошло полторы недели с тех событий. И если я не занимался своим развитием, то проводил время вместе с девушками.

— Ты снова медитируешь? — подошла ко мне Аяна. — Ты же не чувствуешь магию, зачем тогда занимаешься ей?

Приоткрыв один глаз, я ответил.

— Потому что медитация меня успокаивает. И ты не права говоря, что я не чувствую магию. Напротив, мне кажется, что я её осязаю, но вот использовать не могу.

— Сколько ещё дней осталось, прежде чем твоя магия вновь вернётся? — спросила Аяна.

— По идее пять дней, но я думаю она проявится раньше, — ответил я.

— С чего ты так решил?

— Каждый раз после медитации, я ненадолго чувствую прилив сил.

Я сидел на берегу реки Волги, и близость водной стихии буквально щекотала мои каналы. Это были очень приятные ощущения. Приоткрыв нашу с Аяной связь, я постарался передать ей свои ощущения.

Она села со мной и тоже погрузилась в медитацию. Когда я снова начал медитировать, почувствовал, что к нам присоединился ещё один человек.

Приоткрыв глаза увидел по левую руку Ланель, которая молча присоединилась к нам.

Дорогой читатель! Нравится книга? Поблагодари автора. Поставь лайк перейдя по ссылке: https://author.today/work/307930.

Это седьмая часть цикла и, если вы дочитали до этой страницы, то уже можно сделать вывод, что в целом вам нравится моё творчество.

С благодарностью, автор Грехов Т. О.!)

Глава 7

На следующий день Анри сообщил плохие новости. Империя Тан в генеральном сражении потерпела поражение. Объединенное войско баронов разгромило азиатов и выкинуло их со своих земель. При этом они взяли под полный контроль рудник и близлежащую территорию.

— Как это произошло? — спросил я.

— Ярар, у меня нет там людей, — ответил Анри. — Всё, что я знаю, рассказал мне Андрей Орлов. Хуже всего то, что у баронов появился архимаг! Причём он из небезызвестного тебе рода Томул.

— Это те, что уже дважды хотели похитить меня? — вспомнив о ком речь спросил я.

— Да, — ответил Анри. — Барон Нурлан Томул, архимаг стихии воздуха. Со слов Орлова он буквально превратил в фарш пятерых магистров Империи Тан, после чего разгром вражеской армии был делом времени.

— А где архимаги азиатов? Неужели у них и впрямь их нет? — спросил я.

— Орлов сказал, что у них есть два пожилых архимага. Просто Тан никак не ожидали, что маг такой силы есть у баронов. — Анри сделал паузу. — Я считаю, что война еще не проиграна, однако не стоит забывать, что оба архимага азиатов огневики. И Андрей предполагает, что Тан побоятся отправлять их в бой, ведь бароны в последнем сражении использовали гранаты.

Я нахмурился. Прошло сравнительно немного времени после того, как Серек передал секрет создания гранат императору. В итоге они появились у наших будущих противников. И я, мягко говоря, был недоволен этим фактом.

— Однако, — произнёс я, — как быстро маги самой сильной стихии стали столь уязвимы. Ведь стоит им прикрыться огненным щитом, и они могут погибнуть даже от простого пехотинца, вооруженного этим оружием.

— У меня появилась идея как с выгодой для нас использовать эту ситуацию, — вдруг сказал Анри.

— О чём ты? — подобравшись спросил я.

— Нужно обнародовать информацию о том, что на территории баронств, в их глубоком тылу, находится крепость гномов, — с ухмылкой сказал граф.

Я задумался. Стоит баронам найти подтверждение и они, скорее всего, отправят армию, чтобы уничтожить нарушителей их границ. Плюс им придётся выделить силы на то, чтобы укрепить гарнизоны на границе с Подгорным царством.

— Это слишком рискованное решение, которое мы не можем принимать без одобрения Совета рода, — ответил я.

Анри был согласен с этим.

— Тогда, если ты не против, — произнёс он, — то я могу сегодня же отправить сообщение в замок Тьер. А через три дня на Совете высказать своё предложение.

— А как ты собираешься сообщить об этом баронам? — спросил я. — Ты не забыл, что мы подписали магический договор о неразглашении информации касательно крепости гномов?

— Я уже думал об этом. И решил действовать через наших старых знакомых, — и видя, что я не догадываюсь о ком он говорит, — Акакия и Ясула.

— И как они нам помогут? — спросил я.

— На днях со стапелей спускают новый дирижабль. Его строили для Элинской империи, но время ещё есть и, даже если мы продадим его нашим «карманным» торговцам, всё равно будем идти на опережение графика. Ясул и Акакий стояли в очереди на приобретение дирижабля, и я собираюсь продать его им, но с условием.

— И каким же?

— Они должны будут лететь в Арабский халифат, по маршруту, который составлю для них я. Заодно, когда дирижабль долетит до Халифата, с него высадятся боевые звезды энергетиков.

— Думаешь Акакий и Ясул догадаются, что им нужно постоянно смотреть вниз? — спросил я.

— Конечно, тем более я «случайно» капну чернила на карту в место, где стоит крепость. Учитывая, что я никогда не вмешивался в их дела, они истолкуют намёк в верном направлении.

Идея была неплохой. У Акакия и Ясула есть подорожные грамоты всех государств на Теллусе. И никаких нарушений границ им предъявить не смогут. А если кто-то решит попробовать взять их на абордаж, то им придётся здорово потрудиться чтобы догнать их.

— Передай им на продажу артефактные очки и как-нибудь намекни, что горы они должны пролетать глубокой ночью. Сереку и Эмери я сообщу сам.

Заметив, что Анри недоволен моим решением, я спросил.

— Что не так?

— Я хотел проведать леди Эмери, — ответил он, после чего отвёл взгляд.

— Хорошо, полетим вместе, — спокойным голосом сказал я.

Он с улыбкой кивнул, и когда собрался уходить, я спросил у него.

— Как у тебя дела с Инессой? Я обратил внимание, что она и Эмери стараются найти точки соприкосновения.

— Да, — ответил Анри, при этом всем своим видом показал, что ему не нравится отвечать на мой вопрос. — Они поговорили. Эмери принесла извинения за возникшую ситуацию. — Мне показалось, что Анри что-то не договаривает, о чём я ему сказал. — Эмери пообещала, что в следующем году Инесса поступит в Академию магии.

«Интересно получается, — подумал я. — Судя по реакции Анри, мама приняла это решение в обход Анри».

— Я рад, что у тебя всё нормализовалось, — произнёс я, после чего начал разбирать бумаги. Он же, поняв намёк, что я больше не задерживаю его, ушёл.

Ответ на наше сообщение мы получили в тот же день. Серек написал, что Совет он соберёт, но в усеченном составе. Не все из них знали о том, что в горах находится крепость Подгорного царства.

И пока у меня выдалось несколько свободных дней, я провёл их изучая документацию Смирнова. Мэр города относился к своим обязанностям с полной самоотдачей.

И при каждой нашей встрече я замечал улыбку на его лице. Такие изменения произошли с ним после его свадьбы. Анри докладывал мне, что в первые месяцы он начал набирать вес, после чего его молодая жена занялась приведением его физической формы в норму.

Одаренные жили во много раз дольше простецов, а раз она бережёт его здоровье, значит и впрямь любит его. По крайней мере я пришёл именно к таким выводам.

Вместе мы разбирали большую папку с документацией, в которой были схемы с описанием изобретений, спроектированных работниками моих заводов. После того, как я наградил нескольких работников, которые придумали рессоры, подшипники и, чем больше всего меня удивили, сварочный аппарат, дал задание Смирнову объявить конкурс изобретений. И раз в два месяца проводятся презентации. Там их осматривают, описывают, проверяют работоспособность согласно заявленным характеристикам, после чего откладывают для меня.

Конечно относительно некоторых изобретений Смирнов сам решал кого наградить, но проверка этой папки показала, что Виктор разбирался не во всём что, приносили изобретатели.

Учитывая, что метеоритного железа у простых рабочих быть в принципе не могло, а большинство из них раньше жили в деревнях, где слово «свет» ассоциировалось со свечой, из-за которых довольно часто происходили пожары, я был приятно удивлен обнаружив лампаду. Простая в производстве, и очень безопасная в употреблении. И разумеется Смирнов на неё не обратил внимания из-за того, что в Балакина было артефактное освещение.

Но когда я посмотрел на один из рисунков, то не сразу понял, что на нём было изображено.

— Виктор, что это? — спросил я.

— Это? — спросил он. После того как я объяснил ему, что лампада будет замечательно продаваться во всех деревнях, где не проведено артефактное освещение, и что это буквально золотая жила, он мягко говоря расстроился, что проглядел это изобретение. И сейчас он не понимал моего интереса к этому документу. — Этот агрегат под действием пара подымает массу, после чего клапан выпускает пар и он падает вниз. Но, господин, у нас же есть подобные устройства, работающие от метеоритного железа!

Не став терять время, я взял карандаш и как мог изобразил паровой двигатель. Получилось не очень, но полного цикла работы двигателя я не знал.

— Вот это передай мастеру, что сделал паровой молот, — придумал название. — Освободи его от всех работ. Он должен заниматься только этим изобретением.

— Господин, так это Славянов придумал, что изобрёл сварочный аппарат, — сказал Смирнов, снова вызвав у меня удивление. — Он только своими изобретениями и занимается.

— А ещё от него отчёты есть? — спросил я.

— Был ещё один, — ответил Смирнов.

И когда он достал рисунок пилорамы, которая работала от водяного колеса, я сказал.

— Выплати ему пятьдесят тысяч золотом. Узнай с кем и где живёт. Если не женат, то… Хотя это не по твоему ведомству. — Я послал слуг за Анри и продолжил. — Он не должен ни в чём нуждаться. Нужно создать для него рабочую атмосферу, но и про отдых нельзя забывать. Ежемесячно Славянов должен проходить медосмотр у Герека и Корфа. И будет лучше, если ты выделишь ему квартиру в центре города.

— А не слишком? — спросил мэр.

— Сколько магов ты освободил после введения в работу сварочного аппарата? — И не дав ему ответить: — Сколько метеоритного железа используется на прокатных станках? Сколько магов воздуха и воды делают доски для домов?

— Если брать в расчёт тех, что мы освободили за счёт использования сварочных аппаратов, то пятая часть где-то выходит… — ответил Смирнов.

— А он нашёл решение, которое освободит людей и сэкономит накопители, которые, между прочим, тоже нужно заряжать.

В этот момент, постучавшись, вошёл Анри.

— Ты меня звал?

— Да. Помнишь Славянова? — спросил я. Граф кивнул. — Нужно «привязать» его к нам.

— Полностью? — спросил Анри.

Я кивнул.

— Нужно узнать женат ли он и, если нет, подобрать женщину, которая будет его во всём поддерживать, но и за хозяйством будет следить, также, по-моему, он упоминал, что его отца убили. Ты разбирался с этим делом?

— Разбирался, но прошло много времени и мои люди не нашли за что зацепиться, — ответил Анри. — А что касается полной лояльности, я знаю, что делать. Но хотелось бы понимать для чего?

Минут пять я объяснял Анри, что придумал Славянов, и что я собираюсь ему поручить. Анри молча слушал и потом, не обращая внимания, что Смирнов рядом, накрыл нас двоих чарами от прослушивания.

— Ярар, а ты сам не можешь это изобрести? — спросил Анри.

— Я знаю устройство термореактора, понимаю принципы работы варп-двигателя, могу проложить курс к любой звёздной системе, провести сложные математические расчёты и многое другое. Но с нынешним уровнем технологий почти все мои знания бесполезны. — Я показал ему на схему парового двигателя. — Когда мне было двенадцать лет, меня водили в музей, в котором стоял макет паровоза, это всё, что я запомнил. И хоть я примерно понимаю, как он работает, я потрачу много времени, пока сделаю рабочий экземпляр. Славянов — гений! Он смог создать паровой молот, который имеет схожие принципы работы с паровым двигателем. И я думаю, что он справится с этой задачей.

— Хорошо, — выдержав паузу сказал Анри. — Я приставлю людей к нему. И сделаю всё, как ты говоришь. К тому же в прошлом мне уже приходилось с таким сталкиваться.

* * *

Возвращение магии началось, когда в небе появилась полная луна. Я уже засыпал, когда почувствовал, как энергия льётся по моим каналам. Сонное состояние вмиг исчезло, и я поспешил поближе к реке.

— Ярар, ты куда? — услышал я голос Зеса.

Оглянувшись я увидел, как он прогуливается держа своего младшего сына на руках

— К реке, — ответил я. — Магия вернулась, и она меня буквально переполняет.

Он кивнул и последовал за мной.

Не обращая внимания на людей в порту, что даже ночью занимались разгрузкой кораблей, я создал водный ураган, на самом верху которого находился я. В тот момент мне казалось, что не я управляю водой, а я и есть сама вода. Мощные потоки вихрем окутали всё вокруг. Я создавал огромные волны и наоборот раздвигал воду, осушая приличный участок речного дна, на котором билась рыба, не успевшая уплыть подальше.

Мой взгляд зацепился за ночной город, который казался таким маленьким по сравнению со мной. Я чувствовал всю разрушительную мощь и силу природы, могущую с легкостью разрушить все, что находится на ее пути. Эта сила будоражила моё сердце и заставляла дрожать колени.

Я пропускал через себя огромное количество стихийной энергии, и *зрением* видел, как мои каналы увеличиваются. И когда стало светать я ощутил сильную усталость. Я понял, что пора возвращаться на берег.

— Как ты? — спросил меня Зес, который всю ночь наблюдал за мной.

— Нормально, — ответил я. — А где твой сын?

— Когда я понял, что твоё представление надолго, я послал слуг за Ерби. Она пришла вместе с Ланель и Аяной, и некоторое время они наблюдали за тобой, а спустя час, забрав сына, ушли спать.

— Ясно, — сказал я, принимая медитативную позу. Сил идти не было и нужно было восполнить резерв, чтобы не уснуть прям на берегу. Спустя некоторое время я активировал магическое зрение, чтобы посмотреть на свои каналы и заодно проверить ранг. К сожалению, я не прыгнул на следующий, и хоть я понимал, что столь быстрое развитие в принципе невозможно, но, как говорится, «мечтать не вредно, вредно не мечтать».

В тот же день я отправился с Анри в замок Тьер. И потратив около трёх часов на обсуждение деталей, Анри получил разрешение действовать.

Времени до начала учебного года оставалось впритык, чтобы успеть к первому сентября, поэтому я сразу начал собираться в Балакина, планируя уже завтра лететь в столицу. К тому же Андрей Орлов сообщил, что его брат, Николай, очень хотел со мной поговорить. Правда тему беседы тот называть отказался.

— Анри, ты возвращаешься в Балакина? — спросил я.

Он замялся, и оглянувшись в сторону Эмери, ответил.

— Я хотел ещё переговорить с Самуилом. Лети без меня.

Я усмехнулся, понимая с кем и как именно он собирается обсуждать план мероприятий, но не став продолжать эту тему, полетел домой.

* * *

Столица встретила нас прохладным весенним ветром. И уже по сложившейся традиции стоило мне вернуться домой, ко мне наведался глава ГРУ.

— Князь Тьер.

— Князь Орлов, — тоже поздоровался я. — Какими судьбами на этот раз?

— Как всегда, работа, — ответил он. — Я слышал, что у тебя появились очень редкие магические растения. Не желаешь ли их продать?

— Нет, — сразу ответил я.

— А если немного подумать? — надавив голосом спросил он.

— Николай, ты ведь про подснежник приехал говорить? — спросил я и заметив, как тот кивает, продолжил: — Он у меня в единственном экземпляре, продать его, значит самому остаться ни с чем. К тому же мне известно, что твои люди уже побывали в моей оранжерее и хотели выкрасть его.

Ненадолго Орлов задумался.

— Ярар, помнишь мы с тобой говорили о том, что император имеет непростой характер и небольшому кругу лиц приходится фильтровать его желания.

— К чему ты ведешь?

— Я хочу сказать, что в этот раз зелье полнолуния хочет заполучить не сам император, а этот самый круг лиц. В вашем роду уже два магистра. Плюс родственный род Долгоруковых, чей глава недавно достиг ранга младшего магистра. Вы нарушаете статус-кво.

— Очень интересно, — задумчиво сказал я. — То есть, ты представляешь интересы не императора, а этого самого круга? — Орлов кивнул. — А что если Александр V узнает о вашем небольшом заговоре по ограничению моего развития?

— Я думаю ты понимаешь, что если эта информация до него дойдёт, то это вызовет реакцию среди лиц наделённых огромной властью.

— Ты мне что, угрожаешь что ли? — усмехнувшись спросил я. Но внутренне я подобрался, готовясь в любой момент отражать атаку.

— Я тебе не враг. Просто ты не видишь всей картины…

— Нееет, — перебил я Орлова, — я прекрасно всё вижу. Ты и те, кого ты представляешь, стали бояться нашего усиления.

— Бестужевы, Орловы, Меншиковы, Ефимовы — это лишь малая часть магов, с которыми у вашего рода могут быть проблемы.

— Что ты хочешь? — ещё раз спросил я. — Уверен, ты сразу знал, что я откажу в этой просьбе. Какие условия выдвигают твои кураторы, — сказал я, заметив как скривилось лицо Николая.

— У меня нет кураторов! — возразил он. — Мы все равны.

Я усмехнувшись сказал.

— Успокаивай себя этой мыслью, если станет легче. Я жду…

— Первое, по пять зелий в год будут передаваться нам. Второе, ты не будешь продавать его в другие страны, это касается и Элинской империи. Третье, ты не будешь принимать зелье чаще, чем раз в год…

— Остановись, — серьёзным тоном сказал я. — Я ещё был готов продавать вам зелья, но отдавать? Скажи, Николай, твои кураторы вообще с головой дружат? Они что, во мне мецената увидели? По второму пункту, я сам прекрасно понимаю, что усиливать магов соседних стран может быть чревато. Однако я буду пить зелье столько, сколько захочу, и тогда, когда захочу, и никто мне не смеет запрещать!

— Тогда мы зашли в тупик, — сказал он.

— Чего на самом деле боится ваш «круг по интересам»? — спросил я.

— Я уже ответил. Два магистра — это слишком много для одного рода.

— Николай, скоро война, и каждый сильный маг будет на вес золота. У тебя перед глазами яркий пример того, как вольные бароны, взрастив архимага, победили более сильную армию Империи Тан. Серека и Эмери просто может не хватить, если угроза архимага из Вольных баронств будет не устранена до начала мировой войны.

Орлов нахмурился.

— Я передам твои слова. Однако предупреждаю, к этому разговору мы ещё вернёмся, и надеюсь ты будешь идти на уступки.

— На уступки, возможно. Но на условия — нет!

В этот момент в комнату вошла Ланель и поздоровавшись с Орловым села рядом со мной.

— Принцесса, примите ещё раз мои поздравления. Брак с этим юношей, — начал разливаться соловьём Орлов, указывая на меня, — принесет Вам много счастья.

— Спасибо на добром слове, — ответила она. — Жизнь покажет, а пока не будем загадывать наперёд.

— Скажи, — решил сменить тему я, — откуда вы узнали, что Аконитовый убийца оборотень?

Глава ГРУ нахмурился.

— Очень плохо, что род Тьер, зная о его расовой принадлежности, не поделился с нами. Как минимум, могло бы уцелеть очень много хороших людей.

— Последний мятеж показал, что вы не сильно-то дорожите жизнями других, — ответил я. — Но, если не секрет, я бы хотел услышать ответ.

— Мы пытались поймать его используя Светлану и Льва Щегловых. — «О как! Они поженились?» — быстро пронеслась у меня в голове мысль. — Через них мы разметили заказ и устроили засаду.

— Он оставил кого-то в живых? — удивился я.

— Да, — ответил Орлов. — Выжившие смогли добраться до дирижабля и спастись на нём. Мои люди сообщили, что Аконитовый убийца превратился в огромного волка и преследовал их судно.

«А ведь ни я, ни Анри, даже не подумали сделать то же самое,» — подумал я.

— То есть вы упустили его? — Орлов кивнул. — Если не секрет, в каком краю страны вы устроили засаду?

— Рядом с Кемерово, — ответил Орлов. — Но меня и императора волнует вопрос, как ты собираешься справиться с целой стаей, если мы не можем поймать одного.

Я переглянулся с Ланель, которая знала всё, что касалось розыска убийцы Элин, и ответил.

— Аконитовый убийца был изгнан из стаи. Он не стал делиться знаниями и техниками как он стал таким сильным. За это его изгнали. Как мне сообщили, если ставить друг против друга энергетика и оборотня, то с большим перевесом победит первый.

Орлов знал о том, кто такая Аяна. И я был уверен, что он сможет понять откуда у меня такая информация.

— Допустим. Но что ты собираешься с ними делать? — спросил глав ГРУ.

— Мы перевезём их в какое-нибудь глухое место. К примеру, в Уральские горы, — подумав предложил я, — и разместим в банке, на счёт которого он кладёт деньги, и в Торговой гильдии, в которой он получает заказы, информацию о том, что его родичи у меня.

— А если он нападёт на твоих родных? — спросил я.

— Их будет охранять Эмери. И если он приблизится к замку Тьер, то я вырежу всё его племя. Об этом я тоже укажу в записке.

Обговорив детали, Николай напомнил, что, когда я соберусь, должен предупредить его брата, Андрея, после чего он ушёл.

С его уходом у меня остались противоречивые чувства. И когда я и Ланель направились в столовую, меня посетила мысль. А что, если Орлов опять хотел предупредить меня? Ведь его никто не вынуждал называть фамилии сильнейших магов Империи, которым не нравится, что род Тьер вырывается в лидеры.

* * *

В первый учебный день меня вызвал к себе Меньшиков. И когда я вошёл в его кабинет, увидел профессора зельеварения.

— Мастер, — с уважением поклонился я. — Ректор, — смотря ему в глаза, продолжил я. — Чем обязан этому вызову?

— Ярар, — первой произнесла профессор Зельеварения, — светлейший князь Меньшиков, хочет, чтобы ты в благодарность передал Академии отросток цветка подснежника.

— А Вы что думаете, мастер? — спросил я.

Профессор усмехнулась, и посмотрев в сторону ректора ответила.

— Послала бы всех идти лесом, — и видя, что Меньшикову такой грубый ответ не понравился, добавила: — чтобы сами поискали магический подснежник, а не на чужие смотрели, — не удержалась от шпильки она.

— Графиня Можайская, я вообще-то позвал Вас, чтобы мы вместе смогли уговорить Вашего ученика, а не…

— Говорите прямо, обворовать, — перебила она. — Вы, Виктор, совершенно не изменились с тех времен, когда сами были студентом. Увидели, чем можно поживиться, и, если раньше прикрывались отцом, теперь сами решили обворовать студента?

— Вы можете идти, графиня, — прошипел Меньшиков.

Профессор усмехнулась и, подмигнув мне, покинула кабинет ректора.

— Разве Орлов не передал мой ответ? — спросил я.

На миг я заметил, что Меньшиков растерялся. А значит остальные члены «кружка по интересам» не знали о его визите.

— И что же он должен был нам передать? — спросил Меньшиков.

— Цветок погиб, — ответил я. — Не пережил переезда из столицы.

Такой ответ вчера после отъезда Орлова мне предложила Ланель. И заинтересовавшимся лицам понадобится время, прежде чем они узнают, что я соврал.

— А как же зелья, которые ты передал своему деду Долгорукову?

— Меня крайне возмущает, что Вы лезете не в своё дело, Виктор. Однако, раз уж вокруг этого растения завертелись такие события, я отвечу: у меня осталось ещё три склянки. И нет! Продавать их я не буду, — заметив интерес Меньшикова сказал я.

— Это в корне меняет дело, — не то обрадовался, не то расстроился ректор. — Можешь идти на пары, — продолжил он, — если ты мне понадобишься по этому вопросу, я тебя вызову.

Пары пролетели очень быстро. Всё-таки был первый учебный день. Наша группа сократилась до одиннадцати человек. Двое не сдали экзамены и их отправили в армию отрабатывать долг, образовавшийся за два года. Всего с нашего курса водного факультета отчислили семерых студентов. И все они сейчас топчут плац, чеканя строевой шаг.

О том, что я и Ланель помолвлены, все узнали от Апраксина, который и здесь оказался впереди планеты всей. Спросив на перемене откуда он узнал, получил ответ, что ему сообщил Ставр.

— Он вроде тоже должен быть помолвлен, — как можно громче сказал я.

В коридоре, где мы стояли, сразу наступила тишина. Я-то знал, что Ставр пользуется успехом у женской половины общежития. И такие новости мигом распространятся, оставляя моего двоюродного брата без «сладенького».

Апраксин понял весь мой замысел в ту же секунду.

— И кто же та счастливица? — спросил он, таким же громким голосом, что говорил до этого я.

— Не знаю, но по слухам, что до меня дошли, она сильная магесса, которая обучалась с малых лет боевым искусствам. Сам глава рода Долгоруковых занимался её обучением, и я уверен, если она узнает, что кто-то подогревает постель Ставра, то той девице не позавидуют.

После этого мы сменили тему, наблюдая за тем, как в коридоре почти никого не осталось.

— Зачем ты это сделал? — спросила меня Ланель, когда Апраксин тоже покинул нас.

— Уберёг многих девушек от ошибок молодости?

Ланель внимательно посмотрела на меня.

— Ты сделал это не ради них, — сказала она, — Ты сделал это из-за Романовой. Чтобы Ставр не изменял ей.

— Да, брось Лани, ты же знаешь, что эти слухи ни за что не отобьют желание у самых ретивых. Всё-таки место второй и третьей жены свободно.

Моя невеста некоторое время молча смотрела на меня.

— Забудь её. И впредь не делай поступки, за которые самому будет стыдно.

Сказав это, она прошла в аудиторию и заняла своё место. Я был уверен, что Аяна никогда не поделится с Ланель тем, что я переспал с Романовой. Но тогда как истолковать только что произнесенные слова?

* * *

На обеде Ланель немного оттаяла и больше мы к прошлой теме не возвращались. Последней парой было фехтование. И раз моя невеста посещала эти занятия, их стал посещать и я.

За одним исключением. После непродолжительного спарринга, на котором я за минуту разоружил нашего инструктора, я попросил о том, что теперь сам буду заниматься фехтованием с Ланель. А чтобы инструкторша смотрела на это более лояльно, я пообещал ей сто золотых.

Мы стояли позади остальных студентов. И вместо обычных тренировочных клинков, мы использовали стихийные. Вернее, сражением это можно было назвать с большой натяжкой. Ланель нападала, а я отбивал её удары, указывая на её ошибки.

— Ногу левее, — сказал я и, сместившись в другую сторону, показал ей остриём клинка открытую зону. — И клинок чуть выше.

Через пять минут Ланель уже вся вспотела, а её дыхание стало учащаться.

— Может я лучше со всеми потренируюсь? — положив руки на колени сказала она. — С чего ты вообще решил заниматься моей подготовкой?

— Хочешь быть слабачкой? Вперёд! — указал я на остальных студентов. Инструктор, конечно, помогала и подсказывала студентам как правильно наносить удар. Но их было слишком много, и она ко всем просто не успевала. — Ладно, убедил, — сказала Ланель вновь подымая клинок.

— По утрам я тренируюсь вместе с Зесом и Аяной, если есть желание, можешь присоединиться к нам, — подумав предложил я.

— Раньше ты не звал меня, — ответила она. — Что изменилось?

— Скоро мы поженимся. Разве это не повод?

Она кивнула, и наши клинки зазвенели снова. Однако на моё предложение по поводу утренних тренировок она не ответила. Из чего я сделал вывод, что ей нужно время всё обдумать.

* * *

— Патрокол, ты снова уходишь? Ты ведь не пробыл дома даже двух недель.

— Ева, ты и наша дочь в безопасности, — ответил мужчина под два метра ростом. По сравнению с остальными сородичами он сильно выделялся. И именно поэтому она выбрала его в мужья. Она знала, чем зарабатывает на жизнь Патрокол, и хоть ей это не нравилось, она понимала, что именно он больше всех делает для их стаи. Не старейшины, не охотники, а именно он.

Не будь денег, которые так легко отдавал на благо стаи Патрокол, им бы пришлось куда сложнее преодолеть столь дальний путь.

— Ты уже много сделал для нас. Может тебе стоит прекратить? Ты ведь понимаешь, что в любой момент можешь бросить вызов Максимуму, — назвала она имя вожака, — и победить. Тогда ты сможешь вернуться в стаю и быть с нами всегда рядом.

— А как же деньги? — спросил Патрокол.

— Ты зарабатываешь убивая. Это кровавые деньги.

Патрокол усмехнулся.

— Кровавые деньги говоришь? Почему ты так не говорила, когда весь скот заболел и пришлось закупать новый? Или когда барон, на чьих землях мы жили, повысил налоги и стая заплатила ему моими деньгами.

— Я не это хотела сказать, — виновато сказала Ева, опустив глаза вниз.

— Впредь думай, что говоришь!

— Но я же пытаюсь сказать тебе не об этом!

— Хватит! — резко ответил Патрокол. — Я делаю это для стаи!

Когда двери за мужем закрылись, Ева тяжело вздохнула. Она уже давно поняла, что её мужа не изменить, хотя попыток не прекращала. Патроклу, как и любому волку, нравилось охотиться. Но если остальные оборотни могли контролировать своего хищника, то Патрокол — нет. Его способности и сила требовали куда большего контроля, которым, к сожалению, он не обладал. И его хищнику требовалось во много раз больше острых ощущений, чем остальным оборотням.

Глава 8

Царское село

Усадьба Рюриковичей

— Государь, разрешите задать вопрос? — спросил Орлов после обсуждения срочных дел.

— Говори, — спокойным тоном ответил император.

— Скажите, Вы считаете, что Ярару Де Тьеру ничего не грозит в Халифате?

— С чего ты так решил? — спросил Александр V.

— Но как же… — не понял вопроса Николай. — Тогда почему мы спокойно наблюдаем за тем, как Тьер готовятся к этой операции? Не благоразумнее было бы как-то им воспрепятствовать?

— Князь, — тяжело вздохнув произнёс император, — ты ведь сам знаешь, мы не можем запретить Тьерам действовать. Они не нарушают ни одного закона Славянской империи. Аконитовый убийца несколько раз пытался убить Ярара, и его род в своём праве.

— Но он же очень ценен для Вас, для Империи! — попытался возразить Орлов. — Можно же что-нибудь придумать.

— Скажи, а когда ты организовал засаду на Аконитового, разве исполнял не мой приказ?

— Разумеется Ваш.

— Но ты провалился. Имей ты успех, этого разговора не было бы вообще.

Орлов почувствовал раздражение императора, поэтому понял, что разговор нужно закруглять.

— Я могу отправить своих людей в усиление? — спросил Орлов.

— Можешь попробовать. Но я не уверен, что Тьеры согласятся. Насколько я помню из сообщения твоего брата, они возьмут на операцию Серека. Скажи у тебя есть маги ранга магистр? — Орлов отрицательно покачал головой. — Вот и я так думаю. — Император сделал паузу. — Если не знаешь чем заняться, то наладь нормальную разведку в Вольных баронствах. Это же надо, целого архимага проворонили! А если бы мы узнали о его существовании, когда началась война? Что тогда?

Это был досадный эпизод. И за последнее время их было очень много, поэтому Орлов лишь виновато опустил голову. К его удивлению, Александр V не стал его распекать, а просто указал на выход из своего кабинета.

Стоило двери за ним закрыться, как Александр подошёл к книжному стеллажу и надавив на подсвечник, который служил ключом для разблокировки тайника, активировал артефакт связи.

Несколько минут он ожидал, когда в сфере появится лицо брата.

— Гавриил? Всё в порядке?

— Ты разместил заказ?

— Разумеется, в тот же день, когда ты попросил меня. Однако я хотел с тобой поговорить по этому поводу.

— Я слушаю, — ответил Гавриил.

— Аконитовый где-то раздобыл информацию по ментальной магии. И прежде чем его схватить, я хотел бы как следует его допросить.

— Менелай, не стоит этого делать. У главы моей разведки светлая голова. Когда он докладывал о провале операции по поимке Аконитового, то я пришёл к выводу, что даже мне было бы очень сложно вырваться оттуда. А оборотень это сделал, словно вышел по лесу прогуляться. Только представь, сорок один маг погиб. У троих из них на теле обнаружены следы пыток.

Менелай нахмурился.

— Я понял. И приму все меры предосторожности. Приказ остаётся тем же, мои люди будут бить на поражение. Но если его смогут сильно ранить и взять живым, то я всё-таки попытаю удачу.

— Хорошо, я доверяю тебе, брат.

— Гавриил, а оборотень знает кто заказал женщину Тьера?

— Нет, конечно, — ответил император Славянской империи. — Думаешь я бы вёл себя так спокойно? Все пути, ведущие ко мне, уже давно покоятся на дне Невы.

— Хорошо если так.

Когда изображение Менелая пропало, Александр посмотрел на календарь. Его план был прост. Через брата он разместил заказ на члена императорской семьи Бриттов. И Аконитовый ни за что не успеет вернуться домой. А пока его не будет, Тьер смогут спокойно сделать задуманное. Когда же Тьер вернутся с пленниками в Империю, он окажет Ярару поддержку в поимке оборотня. А в том, что оборотень примчится спасать своих сородичей, он не сомневался. Что ещё взять с животного…

* * *

Учеба в Академии магии отвлекала меня от рутинной работы. В первые дни меня завалил отчётами мой управляющий, Столяров, который, помимо финансовых документов, также принёс стопку бумаг о важных событиях, происходивших в столице в моё отсутствие.

Анри и Смирнов тоже не отставали от него. Первый готовил людей и амуницию к полёту в Халифат, а второй отчитывался о проделанной работе.

Каждый день я оттачивал заклинания стихии воды, настойчиво работая над своими навыками, стремясь достичь совершенства. Профессора увеличили нагрузку, и теперь после уроков мне приходилось дольше разбираться с домашним заданием. Библиотеку Академии, которую стали посещать все студенты моего курса, приходилось посещать почти каждый день. Раньше я в ней своих сокурсников почти не встречал.

Так мне попалось интересное заклинание под названием сонмус. Оно погружало в сон живых существ, понижая температуру в организме. Мне показалось, что сонмус очень перспективное заклинание, ведь оно могло бить по площади.

Ежедневно я проводил по несколько часов в своей магической лаборатории, экспериментируя с управлением и манипулированием этим заклинанием, стараясь переделать его под свой целительский дар.

Также мои энергоканалы были эластичны, поэтому в оставшееся время я медитировал в подземелье рядом с источником. Рядом с ним энергия в моём теле двигалась с большей скоростью. С каждым вдохом я ощущал, как она наполняет меня, а с каждым выдохом покидает.

Когда я заметил, что рисунок стал слегка менять очертания, сильно обрадовался. Это значило, что я очень сильно приблизился к тому, чтобы стать на ранг выше.

В тот же день я написал Светлару письмо с просьбой поискать в сокровищницах Тьер артефакт, который не позволит никому увидеть мой текущий ранг. С появлением артефактных очков узнать насколько силен тот или иной маг стало очень легко. А мне хотелось, чтобы об этом знало, как можно меньше людей.

С начала учебного года мои занятия по зельеварению возобновились. Профессор, узнав, что я занимаюсь исследованиями по её предмету, пересмотрела свои взгляды касательно меня. В первый день, когда я пришёл к ней на кафедру, она сказала, что раньше думала, что я занимаюсь зельеварением из баловства и что очень скоро мне это надоест. Но раз я начал заниматься этим в поисках силы, то она возьмётся за меня всерьёз.

— Пойми, Ярар, — начала она говорить, — наши подходы к этой науке отличаются. Я занимаюсь зельеварением, потому что мне это очень нравится. Мне нравится создавать что-то новое. Зельями лечат многие болезни, можно увеличить урожай на полях вымочив зерна в специальном составе. Да много чего ещё. — Она сделала паузу. — Ты же занимаешься этим для увеличения своей силы и силы своего рода. Как я и сказала, наши цели отличаются. Но если ты добьёшься успеха, то сильные мира сего уже по-другому станут смотреть на зельеварение. И будут вкладываться в эту науку куда больше, чем сейчас.

— Мастер, я не совсем с Вами согласен. Вы должны были слышать, как я изменил жизнь простолюдинов. Голод почти побеждён. Болезни лечатся. И я не стану отрицать, что я хочу стать сильнее. Но делаю я это для того, чтобы улучшить жизнь всех людей, которые меня окружают.

— Но род прежде всего? — ехидно улыбнувшись спросила профессор, стараясь указать на то, что я не прав.

— Не все, но многие рода стоят на защите своих людей. Если не будет нас, то простолюдинов просто угонят в рабство. Мне кажется справедливым, что за то, что мы обеспечиваем им спокойную жизнь, имеем больше привилегий, чем простолюдины.

Профессор тяжело вздохнула.

— Всё так, — произнесла она. — Но не так.

Я скептично посмотрел на профессора, абсолютно не поняв её слов. Однако продолжать эту тему не стал. Рассуждать о том, как человеку в Империи было бы жить хорошо, можно очень долго. И правильного ответа не найти. Правда всегда у всех своя.

Через пару минут в класс зашли первокурсники огненного факультета, и я впервые вёл занятие самостоятельно. Профессор же сидела за своим столом и слушала как я веду урок.

* * *

— Ярар, ты слышал новости? — зашла ко мне в кабинет Ланель.

— Смотря какие, — откладывая листок, на котором была изображена схема заклинания сонмус. Ланель посмотрела на него и спросила.

— Зачем ты тратишь на него время? Захотел усыпить кого-то, используй водную стихию. Зачем тебе понадобилось переиначивать его на целительскую магию?

— Потому что мне кажется оно будет сильнее именно с целительской магией. Вспомни, моё заклинание исцеления проходит через артефакты и стихийные щиты, не обращая на них никакого внимания. В их конструктах не предусмотрено рун, которые блокируют его.

— Ну это же логично. Целители не могут навредить магу, — произнесла Ланель.

— Полностью с тобой согласен. Но вспомни как действует исцеление на вампиров. А что если меня окружат, и я смогу активировать заклинание сонмус и ударить по площади?

Ланель приняла задумчивый вид.

— С такой точки зрения я не смотрела, — и она уже более внимательно стала рассматривать мою схему.

— Так зачем ты пришла? По-моему, ты хотела сообщить какие-то новости!

— А? Да! — вспомнив зачем пришла произнесла Ланель. — Царь Подгорного царства прилетел в Империю.

— О как! — удивился я. — И что ему надо?

Ланель пожала плечами.

— Не знаю. От отца новостей никаких не приходило. Или меня снова решили не посвящать. На самом деле, я хотела узнать может ты знаешь, что он тут забыл.

— Ты с ними пересекалась? — спросил я.

— Да. Мерзкий старикашка, так смотрел на меня, что мне становилось очень неуютно.

— Ну, он уже год как выглядит довольно-таки молодо, — сказал я. — Вполне симпатичный правитель, для гнома.

— Фррф, — произнесла Ланель. — Даже не начинай. Ты прекрасно понял о чём я.

Я кивнул, после чего взял со стола папку с важными документами и достал оттуда листок.

— Что это? — спросила Ланель.

— Прочти и ты сама всё поймёшь.

Несколько минут она вчитывалась в отчёт Анри.

— Но зачем им крепость в горах? У них что, своих гор не хватает?

— Это не столь важно, — не стал я полностью раскрывать все карты. — Важно то, что об этой крепости стало известно баронам. И я думаю, что царь гномов хочет попросить нас влезть в войну против баронов.

— Извини, я что-то не понимаю. А Славянской империи от этого какая выгода?

— В чём и дело, что никакой, — подумав сказал я. — Но гномы хотят, чтобы за их интересы проливалась человеческая кровь, а не их. Раз ты общалась с гномами, то должна помнить, как они относятся к другим разумным. Наглые высокомерные, понимают только силу. Думаю, царь попробует подкупить Александра V, но вначале напомнит про союзнический договор, который подписан между нашими странами.

— И как думаешь, к чему это приведёт?

Война нам сейчас не нужна. Серек как-то показывал мне копию этого договора. Мы будем обязаны выступить, если бароны перейдут границу Подгорного царства. Поэтому надеюсь, что император откажет ему.

— Хорошо, но я пришла к тебе чтобы обсудить ещё один вопрос.

— Я внимательно тебя слушаю.

— Через неделю ты полетишь в Халифат, а меня и всех своих друзей отправляешь в замок Тьер.

— Всё верно.

— Но я хочу полететь с тобой! — возмущенно сказала Ланель.

— Мы уже обсуждали этот вопрос, — ответил я. — Почему я должен тебе напоминать, что ты в первую очередь принцесса, а уже потом боевой маг?

— Но я тоже хочу отомстить Патроклу!

— Ланель, я сказал нет, и это не обсуждается. Если с тобой что-то случится, это может сильно отразиться на политических взаимоотношениях наших государств.

Немного помолчав Ланель спросила.

— Тогда почему ты запретил мне сообщать о твоих планах отцу? Уверена, он бы тоже принял участие и…

— Потому что род Тьер достаточно силен, чтобы справиться с одним разумным, — перебил я.

Ланель нахмурилась. Я знал, как ей сложно было слышать слово «нет». Но теперь я за неё нёс ответственность, и рисковать её жизнью я не хотел.

* * *

Когда наступил день вылета, к столице прилетело сразу семь дирижаблей.

— Не много? — спросил я у Анри, смотря в небо.

— Думаю в самый раз, — ответил он. — А где Орлов?

— Он полетит на своём дирижабле.

Андрей Орлов хотел взять с собой людей из ГРУ, которые будут заниматься моим прикрытием. Разумеется, я постарался отказать ему, сославшись на то, что для его воинов мест уже нет. Тогда он сказал, что договориться с императором и полетит на своём дирижабле, и мне ничего не оставалось как согласиться.

Поднявшись на борт, я увидел на капитанском мостике Серека и Самуила, которые о чём-то спорили, но увидев меня замолчали.

— Ярар, мы можем вылетать, — сказал Анри. — Всё готово.

Я кивнул, после чего Анри начал отдавать распоряжения.

Наш путь лежал к Каспийскому морю, преодолев которое на большой высоте собирались достичь Халифата. Дирижабли без посадки могли преодолеть порядка десяти тысяч километров и этого с лихвой хватит, чтобы слетать до места и вернуться обратно.

Энергетики, что были отправлены на разведку, сообщили, что в той местности есть небольшое плато окружённое горами. На нём и расположено селение оборотней. По прикидкам энергетиков их там проживает порядка тысячи.

Новые дома были хорошо отличимы от старых. Дерево на домах ещё не успело потемнеть, и мы с легкостью должны будем понять где находится стая Патрокла.

— Их точно не заметили? — спросил я у Самуила.

— Ни в чём нет уверенности точной, — ответил он. — Но в одном мы уверены, Патрокла нет сейчас там.

Нападение на селение мы планировали начать под покровом ночи. Десять боевых звёзд энергетиков должны будут обезвредить наблюдателей, после чего мы высадим пехоту. Помимо нас, в семи дирижаблях находилось порядка четырёхсот воинов. И хоть оборотней было больше почти в два с половиной раза, но не стоит забывать про женщин, детей и стариков. К тому же у каждого моего воина были артефактные щиты, стальные доспехи и на руке каждого из воинов был четырехзарядный метатель игл, которые были смазаны сонным зельем.

Также в дирижабли были загружены сети, пропитанные всё тем же зельем. Эти меры были предприняты, чтобы пострадало как можно меньше разумных.

Ведь моим врагом были не они. Даже тот факт, что оборотни жили за счёт денег, полученных от убийств, совершенных Патроклом, не делал их виновными в них.

В одну их ночей меня и Аяну, спящую со мной, разбудил Анри.

— Что случилось?

— Ярар, мы пролетаем над границей гномов и баронов. Там идёт сражение.

Я кивнул, и быстро собравшись прошёл на капитанский мостик. Там уже стоял Серек, который смотрел вниз через артефактные очки. Мне и Самуилу они были без надобности, и мы все начали следить за сражением.

* * *

Траин Каменный пребывал в плохом настроении.

Обнаружение крепости стало неожиданностью для всех, кто был посвящён в этот секрет. «Ну как эти варвары могли её обнаружить? — задавал себе вопрос гном. — Ведь до ближайшего селения больше пятисот километров непроходимых гор!»

Траин подозревал коменданта в том, что тот решил сэкономить на энергии в кораблях, и пролетел ниже, что и привело к провалу. Также он помнил, что Тьер тоже знали о крепости, но раньше в подобных комбинациях замечены не были. Они решали проблемы идя напролом. Однако комендант был убит, как и весь гарнизон крепости, который просто не ожидал нападения большого отряда противника. Разумеется, гномы знали, что у баронов запрятаны несколько воздушных судов, но чтобы к их крепости прилетело сразу двенадцать судов, из которых сразу же начали высаживаться солдаты, никто готов не был.

Всего из крепости выжило двадцать три воина. Они все находились в секретных лазах, из которых контролировались подходы к крепости. Из них они не могли увидеть приближающиеся воздушные суда, как и не могли помочь своим собратьям.

Когда воины баронов покинули крепость, предварительно полностью разрушив её и казнив пленных, караульные выбрались из своих лазов. Они собрали всех павших гномов и на спрятанном судне покинули крепость, в которой когда-то жило больше тысячи гномов.

Разумеется, гномы не могли это оставить без ответа. Не прошло и недели, как первый наследник престола отправился во главе армии наказать наглецов, посмевших пролить кровь высших!

Тогда Траин умолял отца отказаться от этой затеи. Из-за того, что баронов никто не считал за серьёзного противника, разведка в их стране работала спустя рукава. Другого объяснения разгрома стотысячной армии Тан у него не было. А наследник повёл в бой всего пятнадцать тысяч! Да, эти воины были элитой! Их возглавляли мифриловые щиты. Три магистра и один архимаг. Но наследник престола был не стратегом. Траин считал его напыщенным индюком, который не научился слушать и слышать более опытных советников и военноначальника.

Стоило войску гномов перейти реку, проходящую через границы двух стран, как в бой против баронов вышло пятидесятитысячное войско.

Два дня шли переговоры и хоть Траин находился в мифриловом дворце вместе с отцом, его люди уже сообщили ему, что архимаг баронов прибыл к войскам.

Люди Траина сообщили наследнику об этом, но тот их не послушал. Как итог, первый наследник проиграл сражение. После чего ему отрубили руки и ноги, положили в кучу навоза и отправили вместе с пленными обратно.

Наследника успели спасти. И с помощью ритуала исцеления вернули тому и руки, и ноги. Но после такого позора его отправили к Артаку, четвёртому наследнику, на единение с горой. Теперь они вместе работают молотком, прорывая пещеры в скальных породах.

— Принц Траин, второй принц, Бофор, вызывает Вас к себе.

Траин кивнул, после чего вышел из палатки. Славянская империя отказалась вмешиваться. Эльфы тоже. Однако такой позор от баронов терпеть никто не хотел. В одном сражении потерять архимага и двух магистров. Хорошо хоть одному удалось уцелеть. И хоть тот сбежал с поля боя, но сделал это только когда пали все остальные маги.

В палатке брата шёл военный совет и, не став привлекать к себе внимания, Траин сел в дальний угол. Второй брат хоть и был умнее первого, но тоже верил в свою неуязвимость.

Однако планам Траина по-тихому отсидеться, не суждено было сбыться.

— Брат, хватит отсиживаться, подойди ко мне.

Эти вроде простые слова, сильно не понравились Траину. Не мог вечно дразнящий старший брат так по-доброму к нему обращаться.

— Я слушаю тебя, брат.

— Ты до сих пор считаешь, что нам не следует идти против вольных баронов? — Траин кивнул. Бофор скривился. — Не будь ты моим братом, я бы подумал, что ты трус. — И следующие слова произнёс громче: — Но в роду Каменных не может быть трусов! Хотя, смотря на тебя, могут быть слабаки. Оглянись, с нами два архимага! Семь магистров! Тридцать тысяч воинов. Думаешь наш хирд сможет кто-то победить?

— Что-то нашему брату хирд ничем не помог! — ответил Траин. — Наша сила в горах. На своих землях мы могли бы истощить врага используя наши пещеры. Обвалы, нападение из засад спасли жизни многих наших собратьев. Пойми, стоит нам пересечь реку, и мы лишимся всех наших преимуществ.

— Замолчи! — повысил голос Бофор. Он выдержал паузу, после чего прошипел: — За это я лишу тебя воинской славы. Ты останешься в ставке и будешь наблюдать за тем, как я вношу своё имя в историю!

Прошло три дня после того собрания. За это время Траина больше ни разу не позвали на военный совет. И третий принц просто не знал, как спасти гномов от грядущей катастрофы.

Утром колонна выдвинулась через реку по единственному мосту, что отделял Подгорное царство от баронов.

В принципе, было бы логично баронам не дать гномам её пересечь, но враг наверняка знал, что у них есть архимаги воды и земли. И сражаться с таким сильным магом рядом с его стихией было крайне глупо. Поэтому бароны отступили вглубь.

Однако, стоило всему войску перейти на другой берег, как по гномам стали стрелять из катапульт. И били они настолько четко и быстро, что за каких-то пять минут ранеными и убитыми войско недосчиталось больше сотни гномов.

Стоило гномам заполнить поредевший строй, как в него полетел огромный камень. Правда, после первой атаки архимаг стихии земли стал сбивать эти глыбы и они не долетали до войска. Однако камней было очень много, и архимагу пришлось только и делать, что спасать армию от них.

После этого по ним ударили всадники, которые начали с дальних расстояний стрелять из луков. И снова гномы стали нести потери.

Нет чтобы отступить, но Бофор встал в первой шеренге и пошёл на вражеское войско, подавая всем своим воинам пример.

Находясь на возвышении Траин видел, как в небо поднялась человеческая фигура. Причём через несколько секунд он увидел второй силуэт. А значит у баронов, как минимум, есть помимо архимага, маг воздуха ранга магистр.

Архимаг воды пытался достать противников, но что он мог? Его заклинания не успевали за вёрткими магами.

Однако своё дело он сделал, и воины гномов наконец-то скрестили мечи с баронами. Пол часа Траин наблюдал за сражением и ему уже начало казаться, что они могут победить, но вражеский архимаг невероятно быстро оказался за спиной архимага земли, и спустя пару минут отделил голову от его тела.

Тогда уже Траин не выдержал, поняв, что ещё немного и они останутся вообще без сильных магов, сам подул в рог, давая сигнал к отступлению.

До самого берега гномы отступали под огнём катапульт. Магистры и оставшийся архимаг старались вывести как можно больше своих воинов, поэтому ни о каких атаках речи не шло. Только щиты и только отклонение вражеских снарядов.

Стоило последнему воину перейти на берег Подгорного царства, как Траин узнал, что его брат Бофор погиб.

Два дня ушло на то, чтобы оказать помощь раненным. Траин хотел отступить, но бароны пошли на подлость. Они скидали тела павших гномов на своём берегу, и не давали никому к ним приблизиться. Однако шанс, что он сможет отвести войска, ещё был. Но бароны, когда похоронили своих товарищей, развесили тела гномов на быстровозведённых висельницах.

Траину и архимагу воды огромных усилий стоило удержать сородичей от того, чтобы те не кинулись на врага даже голыми руками.

На пятый день Траина разбудили раньше обычного. И новости, которые ему сообщили, были очень плохими. Бароны выстроились на противоположной стороне реки и готовятся к переходу на ИХ БЕРЕГ.

Глава 9

Я и Серек внимательно следили за ходом сражения. Я надеялся, что наше присутствие оставалось незамеченным. Всё-таки мы находились в трех километрах от земли, плюс стояла достаточно тёмная ночь, благодаря которой нас не должны были увидеть.

Вольные бароны почти захватили мост. И судя по горам трупов, бой был очень жарким. С обеих сторон стреляли огненные шары катапульт. То тут, то там вспыхивали очень сильные магические заклинания.

— Смотрите, это архимаг баронов, — указал я на человеческую фигуру.

Все посмотрели куда я показал, и мы стали наблюдать за тем как воздушник начал сражаться с архимагом водной стихии.

Битва между ними была в самом разгаре. Воздушник создал несколько воздушных вихрей, которые устремились в сторону гнома. Водник, находясь на вершине водного урагана, создал перед собой ледяную стену отбив атаку. Стена начала рушиться, но гном создал из её осколков тысячи копий, которые полетели в архимага баронов.

Раздался грохот, и от места, где находился воздушник, разошлась ударная волна, которая повалила на землю многих воинов, что находились поблизости.

Эта атака потрепала воздушника, но сдаваться он не собирался. В ответ перед ним засветилась серая сфера, в которую устремлялись десятки ветряных потоков.

— Что он делает? — спросил я у Серека.

— Мортис диаблика, заклинание, которое подвластно сильнейшим архимагам. Если бы сам не видел, то никогда бы не поверил, что у баронов есть такой сильный маг…

Серек хотел сказать ещё что-то, но в этот момент мы увидели, как архимаг гномов начал создавать такое же заклинание, за одним исключением: в магическую сферу голубого цвета устремились уже водные потоки.

— Они равны по силе! — произнёс Серек.

Не прошло двух минут, как они активировали заклинания, и два огромных луча столкнулись. Между магами начался поединок силы. Оба вливали весь свой резерв в эти лучи, стараясь рассеять и раздавить своего врага. Но прошло совсем немного времени, как стало видно, что луч водника постепенно уменьшается, уступая в силе заклинанию воздушного мага.

— Это может вылиться в проблему, — сказал Анри. — Если воздушник победит, то рано или поздно он придёт в Славянскую империю. — И сделав паузу, продолжил: — Думаю все понимают, что бароны нападут на тех, кто нанёс им самое обидное поражение? — напомнил граф про то, как Талий разгромил баронов и захватил крепость Артуил.

— И что ты предлагаешь? — спросил у него Серек. — Вмешаться?

— Да. Мы взяли много гранат, и можем закидать воинов баронов, пока два архимага сражаются друг против друга.

— А потом что? — возмутился Серек. — Когда он победит гнома, думаешь, он не полетит за нами, чтобы отомстить за смерть своих собратьев?

— Он не сможет нас догнать, — задумчиво сказал я. — Если мы разгоним дирижабли до максимума, то воздушник нас не догонит. И хоть мы израсходуем много энергии, но помощь гномов того стоит.

Тем временем заклинание просело настолько, что всего пара метров отделяла его от неминуемой смерти. Наверняка гном тоже это понимал. Поэтому он создал огромную стену перед собой и, дезактивировав водный ураган, упал в реку.

Воздушник сразу полетел к месту его падения и стал бить заклинаниями по тому месту, но гном оказался в родной стихии откуда его будет достаточно сложно достать.

И когда архимаг баронов опустился достаточно низко над водной гладью, его ноги оплели водяные щупальца, что потащили его в воду.

Огромный торнадо собрался вокруг него, кружась все сильнее и сильнее. Мощный воздушный смерч ударил в архимага воды с необыкновенной силой, которой его буквально выволокло из толщи воды. Водник окружил себя ледяной сферой и ушёл в глубокую оборону.

Было очевидным, что архимагу гномов осталось совсем недолго.

— Дед, надо принимать решение. Если водник погибнет, то гномы проиграют сражение.

Серек сжал губы. Он обдумывал все последствия своих действий. Но не прошло и минуты, как он скомандовал.

— Передать сообщения всем судам. Занять позиции над армией Вольных баронов. Приготовиться к сбросу ста гранат с каждого судна.

Гранаты должны будут упасть с большой высоты, но перед этим у них вытащат запальные чеки, которые откроют доступ к пороху. И когда те достигнут земли, Серек активирует пороховое заклинание, подрывая заряды.

После этого мы полетим за позиции гномов, где постараемся поддержать их. Это решение мне показалось лишним.

— Ярар, я уверен, что после многочисленных взрывов войско баронов впадёт в панику. Оно по-любому начнёт отступать. Но скажи, какой смысл помогать гномам, если они не узнают кто их спаситель?

— Но ты забываешь воздушного архимага, — попытался возразить я. — Он один может разгромить армию гномов и нас.

— Поэтому надо успеть пока гном держится. К тому же архимаг баронов тоже сильно устал. Диаблика потребляет колоссальное количество энергии. И мне бы хотелось знать, как этот маг получил такую большую силу.

Тем временем начался сброс гранат. Дирижабль, на котором летел князь Орлов, начал что-то сигнализировать с помощью светового артефакта, но на него старались не обращать внимания. И так было понятно, что он требует прекратить атаку на баронов.

Когда от всех дирижаблей пришёл сигнал о том, что приказ о сбросе гранат выполнен, Серек прошептал.

— Ну, Стихия, не подведи! — после чего он активировал пороховое заклинание.

Прежде чем до нас дошёл грохот, мы увидели, как земля под нами осветилась множеством ярких вспышек. Однако задерживаться мы не собирались, стараясь быстрее покинуть территорию Вольных баронов. Мы быстро начали снижаться, забирая в сторону палаточного лагеря гномов.

Когда нам оставалась пара сотен метров до земли, Серек создал огненного дракона, чтобы нас не приняли за врагов.

— Ты думаешь нам это поможет? — спросил я.

На что дед молча показал мне на палатку с гербом третьего принца Траина. Я кивнул и поспешил в свою каюту надевать доспехи и артефакты. Там меня встретила Аяна, которая была уже полностью экипирована. Она помогла мне, и мы поспешили к выходу из гондолы, рядом с которой уже стояли воины Тьер.

Мы зашли на посадку одними из первых. И стоило дверям открыться, я увидел, что к нам скачет всадник, держа в руках знамя Траина.

— Тьер? — удивленно воскликнул всадник. — Оползень мне в зад, это ты!

И пока всадник не поднял забрало шлема, я не мог понять кого я вижу перед собой.

— Приветствую тебя, Траин. Помощь нужна?

Прежде чем ответить, он ловко спрыгнул с лошади и обнял меня.

— Клянусь камнем, я этого никогда не забуду! — и сделав паузу, которая ему понадобилась чтобы справиться с эмоциями: — Это вы уничтожили резервный легион баронов?

— Да, — ответил подошедший к нам Серек. — Траин, твой архимаг ещё держится?

— Он как закрылся сферой, так в ней и сидит. Но воздушник давит его со всех сторон. Ещё немного и царство гномов лишится своего последнего архимага.

Серек кивнул, после чего мы поспешили к месту сражения. Среди воинов, что мы отобрали, были выпускники школы Тьер. Хоть их подготовка была хуже, чем у выпускников магической Академии, но всё же сильнее большинства неодаренных. Когда мы добрались до основного сражения, то увидели, что гномы смогли откинуть прорвавшихся на наш берег воинов обратно на мост.

Краем глаза я обратил внимание на гнома, который с огромным молотом стоял на острие атаки набегающих вражеский воинов.

Как и говорил Серек, вольные бароны после взрыва почти тысячи гранат были дезориентированы. Но передовые отряды после уничтожения резерва не дрогнули. Подгоняемые своими командирами, они шли в атаку, стараясь закрепиться на нашем берегу.

Тем временем архимага гномов буквально выковыряли из сферы, в которую он спрятался.

— Огненные смерч — феникс — копья! — закричал дед, мешая воздушнику добить архимага. На пути вражеского мага появился огромный огненный поток, который преградил ему путь до гнома. И пока было время, я поспешил туда, где был раненный архимаг.

— Исцеление, — произнёс я, исцеляя гнома.

— Кто вы? — удивленно спросил потрёпанный архимаг.

— Род Тьер, Славянская империя. — И прежде чем он ещё что-нибудь у меня спросил, я подал ему склянку. — Пей, это зелье полнолуния. На двадцать четыре часа ты станешь сильнее, но лишишься магии…

— Знаю я что это такое, — проворчал гном, быстро выхватив склянку и опрокидывая в себя её содержимое. — Мне нужно пять минут, прежде чем оно подействует. Накопители есть?

Вместо меня ответил Траин, который невероятно тихо оказался рядом с нами.

— Держи, Вулф. Восполни силы, — он подал слиток из тёмно-красного металла, в котором я узнал искусственный накопитель, после чего архимаг стал выкачивать из него энергию.

Тем временем раздался сильный взрыв. Посмотрев в сторону взрыва, я увидел, как дед буквально летит спиной снося собой несколько палаток. А над ним летел архимаг баронов.

Не думая о намеченной нами миссии и последствиях, которые могут произойти из-за того, что я останусь без магии, тоже выпил зелье. Используя магию исцеления ускорил наступление эффекта зелья.

И пока архимаг старался пробить модифицированный щит, созданный Сереком, я воскликнул.

— Ледяная тюрьма — цельсий — иглы! — Архимаг успел заметить, что его атакуют с другой стороны, отлетел в сторону пропуская заклинания под собой.

Успев закрыться щитом, в который прилетели воздушные копья, я разрядил в него иглы, которые были заряжены в моём наруче. Он отбил все быстро созданным стихийным клинком, но буквально через пару секунд он воскликнул, вытаскивая из своего плеча иглу. Посмотрев в сторону, откуда прилетел снаряд, я увидел Аяну. Отстрелявшись она поспешила скрыться из видимости архимага. И чтобы архимаг не приложил её какой-нибудь убойной магией, я создал несколько сотен ледяных копий, которые врезались в щит архимага, закрывая то место огромным количеством ледяной крошки.

Следом за мной дед вновь создал огненный смерч прямо над архимагом, и того стало затягивать в воронку.

— Убью! — раздался разгневанный голос воздушника. — Как вы посмели влезть!

Внутри огненного смерча прорвалась яркая вспышка, после чего заклинание развеялось. Вражеский маг стоял между мной и Сереком, и когда он воскликнул:

— Гравитация! — не ожидая такой мощи, я в ту же секунду упал на колени. Посмотрев в сторону деда, я понял, что у него дела обстоят куда лучше, чем у меня. По крайней мере он устоял на ногах.

Прошло не более десяти секунд, в течение которых воздушник старался пробить щит Серека, когда давление на меня прекратилось.

— А ну-ка подвиньтесь-ка, — услышал я бодрый голос. И в этот момент вперёд вышел гном.

Воздушник сразу увидел возвращение «прошлого» противника, и решив закончить с ним как можно быстрее, наверное, считая, что гном уже выдохся, приземлился рядом с нами. Он активировал заклинание и в обеих его руках появились стихийные клинки, которые приобрели формы сабель, и очень быстро приблизился к нам.

Гном тоже создал клинок и, когда они столкнулись, от них пошла воздушная волна. В отличие от воздушника, гном постоянно создавал атакующие заклинания, стараясь пробить щит и ранить или, что ещё лучше, убить врага. На стороне стихийного мага воздуха была скорость и ловкость. Но вот опыт был определенно за гномом. Хоть прошло не больше четверти минуты, но противники уже успели обменяться большим количеством колющих и режущих ударов.

Я заметил, что рядом со мной появилась Аяна. Она, подав мне запасные иглы, сказала.

— Лезть к ним опасно, но вот помочь издалека…

Я кивнул, и как можно быстрее перезарядился, после чего мы начали стрелять в воздушника артефактными иглами каждый раз, когда представлялась такая возможность.

Не знаю чья игла попала в цель, но вражеский маг стал прихрамывать. И когда мы начали вновь перезаряжаться, рядом с архимагом приземлился ещё один воздушный маг.

— Магистр, — одновременно произнесли мы. В нас без предисловий полетели копья, и ещё до того, как они добрались до нас, враг придавил нас гравитацией. Однако сил у него было меньше, чем у архимага, и мы остались стоять на ногах закрытые моим щитом.

— Цельсий — ледяная поступь — вихрь, — атаковал я. Серек тоже не стал вмешиваться в битву архимагов, полностью переключившись на нашего противника.

Однако этот маг оказался ещё более вертким, чем архимаг. Почти от всех наших атак он уклонялся. Когда Серек посылал в него ледяные копья, тот уворачивался от них, даже несмотря на то, что они преследовали его и меняли траекторию полета.

Когда мы оказались рядом с дедом, он направил в нашу сторону обе руки, из которых сорвались две огромные молнии. Они оставили на наших щитах темные выпалины, которые стали исчезать на наших глазах.

Тогда магистр воздуха, как и его соратник, создал две сабли и пошёл в нашу сторону.

Первый с ним скрестил клинок Серек. Я же и Аяна, находясь за спиной деда, который закрывал обзор для магистра, разрядили в него сразу восемь игл, которые тот успел отбить.

— Цельсий! — воскликнул я, покрывая щит воздушника льдом. Из сферы, в которой находился противник, вырывались яркие вспышки, и тогда я поднял несколько тонн воды из ближайшей реки, которые опрокинул сразу же, стоило льду осыпаться.

— Ааааааа, — раздался страшный крик магистра. Как я и рассчитывал, стоило ему высвободиться, как он атаковал нас молниями. А учитывая, что его в этот момент окатило водой, он сам себя ударил своим же заклинанием.

Магистр упал на колени, и я, не став тратить время, ускорился, чтобы закончить этот бой. Вероятно, к такому же решению пришли Аяна и Серек. В итоге мы втроем насадили вражеского мага на наши клинки. После чего Аяна вытащила свой клинок и одним взмахом лишила магистра головы.

Стоило этому произойти, как почти над всем полем раздались радостные крики победы. Не сразу поняв, что происходит, мы втроём встали плечом к плечу, готовясь отразить новую атаку. Но оказалось, это гномы и наши воины, наблюдавшие за тем, как мы победили сильного мага. Пока мы сражались, гномы смогли обратить баронов в бегство. И теперь они наблюдали за тем, как закончится эта битва. Ведь если мы проиграем, то они ничего не смогут противопоставить архимагу.

При этом гномы не сидели без дела. Несколько десятков стреляли по вражескому архимагу из своих арбалетов. А бой между двумя сильнейшими магами не прекращался.

Сверкали молнии, разбивались огромные ледяные глыбы, вода из реки летела сплошным потоком, которую архимаг гномов тут же пускал в бой. И со стороны казалось, что воздушник начал проигрывать. Наверное, сказалось то, что он израсходовал просто колоссальное количество энергии.

Вот воздушный маг отразил удар, создавая бушующий шторм ветра, который заставил мага воды отступить на пару шагов назад. Молнии стали бить в землю, не давая никому подойти поближе. Арбалетчикам пришлось отступить, ведь молнии были созданы, скорее всего, против них. Грохот раскалывал небо, оставляя огромные трещины в земле.

Потом два архимага направили друг на друга воздушный и водный потоки, которыми, как и заклинанием Диаблика, начали давить магической силой.

Одержимые решимостью истощить друг друга, два архимага продолжали бороться на пределе своих возможностей.

Мы тоже не стали отсиживаться. Я и Серек создавали сотнями копья, которыми атаковали воздушника. К этому делу присоединились и маги гномов.

И наконец-то архимаг баронов пропустил атаку, которая отрубила ему ногу ниже колена. Он начал заваливаться, и в этот момент архимаг гномов развеял воздушный вихрь и обрушил силу своей стихии на воздушника.

Однако стоило атаке закончиться, как мы увидели, что воздушник ещё жив. Он, оглядев поле боя и сплюнув, начал подыматься в воздух.

— Да что он такого принял⁈ — разочарованно воскликнул дед, вставая снова в боевую стойку. Но воздушник, подобрав свою отрубленную ногу, создал заклинание молний, которые снова стали бить вокруг нас с грохотом врезаясь в землю, и улетел.

— Победа! УРАаааааа… — раздались крики тысячи глоток. А мы тем временем наблюдали за тем, как улетает наш враг. Сильный враг, с которым нам наверняка ещё придётся встретиться в будущем.

Такой же вид был у архимага воды, который, скорее всего, думал о том же самом.

Следующий день я провёл медитируя. Лишь пару раз меня отвлекали для того, чтобы я нормально покушал. Когда в первый раз я вышел из медитативного состояния, увидел сидящего рядом со мной архимага гномов. В броне гнома было огромное количество дыр.

— Вы ранены? — спросил я, когда тот открыл глаза.

— Нет. Вернее, уже нет. Ты вовремя исцелил меня. — И немного помолчав продолжил. — Да и вообще, ваше появление было очень своевременным. Ещё немного и битва была бы проиграна.

На всякий случай я проверил магическим зрением состояние гнома и убедившись, что тот говорит правду, поднялся к столу, который был накрыт рядом с нами.

Оглядевшись я увидел на обоих берегах множество повозок, на которые грузили раненных и убитых.

После того, как я покушал, Серек попросил меня помочь нашим раненым. Их было всего около тридцати. Однако за этот бой мы потеряли сорок три воина.

Сил у меня было ещё очень много, сказывалось действие зелья, поэтому я накрыл площадь заклинанием исцеления и в два подхода исцелил воинов Тьер, а также гномов, что лежали рядом с ними.

После чего я снова погрузился в медитацию. Я хотел пройтись по всем раненым гномов, но меня остановил архимаг.

— Ты неправильно мыслишь, — сказал он. — Сейчас ты спасешь сотни, но став сильнее ты сможешь уберечь от гибели тысячи гномов. — Мне слова гнома показались странными. Ведь они очень ценили жизни своих собратьев и, наверное, мои мысли отразились на моём лице. — Я обязан тебе и твоему роду жизнью. Вернее, все гномы обязаны вам жизнью. Мои ученики, пока ты медитировал, посмотрели на тебя через артефакт. Ещё немного и ты станешь старшим мастером. Мои собратья помогут, мы взяли много пленных, — показал архимаг свою осведомленность о том, что род Тьер знает про ритуал исцеления. — Для тебя же должна быть в приоритете личная сила.

Я не стал спорить. Поэтому, быстро перекусив, я отправился к берегу реки снова медитировать. С наступлением ночи я и архимаг вместе кружились, покоряя воду. Хоть полнолуния не было, но по приказу Траина нам привезли по пять слитков искусственных накопителей, энергию которых мы тратили, пока силы не оставили нас.

Три дня мы пробыли на том берегу. Гномы помогали раненым, и даже нашего воина, что лишился глаза, пропустили через ритуал. Погибших гномов сжигали на кострах. Воинов врагов просто закопали в братскую могилу, перед этим сняв с них доспехи и оружие.

А к вечеру прискакал гонец от царя Подгорного царства, после чего нас вызвали в шатёр Траина.

— Ярар, Серек, спасибо, что так быстро пришли.

— Что случилось? — спросил Серек.

— Нет, нет, всё нормально, — замахал перед собой руками Траин. — Просто мой отец, узнав, как мы достигли победы, приглашает вас к нам в гости.

— Это, конечно, великая честь, — произнёс я, — но мне как-то не хочется на всю жизнь оставаться у вас в горах.

Траину понадобилось время на осмысление моих слов.

— Ярар, вас приглашают в качестве гостей. Такого не было со времен большой войны. Никто не посмеет навредить вам. Мой отец, конечно, интриган, но Бриго, — назвал по имени архимага, принц, — признал долг жизни и оторвёт голову любому, посмевшему вам навредить.

— И он не подчинится твоему отцу? — скептично спросил я.

— Бриго последний архимаг нашего царства. Последний защитник. Дураков ссориться с ним нет, — ответил Траин. И слегка улыбнувшись, хотя из-за усталости это больше выглядело как оскал. — Скажу по секрету, отец хочет наградить вас, после чего объявит друзьями Подгорного царства.

Серек, услышав слова Траина, присвистнул.

— Что это значит? — спросил я.

— Беспошлинная торговля, покупка самых дорогих артефактов без очереди, — начал отвечать Серек, — уравнивание в правах купцов, имеющих на плаще герб рода Тьер, скупка редкоземельных металлов и многое другое.

— Ого! — удивленно сказал, переведя взгляд на принца. — Раз так, то я думаю нам и впрямь стоит посетить твоего отца.

Серек был согласен со мной. Хоть у нас и были другие планы, но перспективы от посещения царя Подгорного царства были очень заманчивыми.

— А как же война против Вольных баронов? — спросил Серек.

Траин скривился.

— Я смог убедить отца, что если продолжим наступление, то можем остаться без войска и без архимага. — Уже более тихим голосом он добавил: — Мы сильно недооценили баронов. В особенности их архимага.

— Удалось узнать о нём информацию? — спросил я. Всё-таки в плен вражеских воинов попало несколько тысяч, и там по-любому должны быть знатные воины.

— Нет, — ответил Траин. — Даже вассал рода Томул не знает подробностей.

Когда мы возвращались в палатку, то встретили довольно подвыпившего Анри. Пока мы сражались с магами, он возглавлял атаку наших воинов. После чего он смог подружиться с несколькими гномами. И когда все погибшие были похоронены, начались массовые попойки, на одну из которых пригласили графа.

И судя по всему, сегодня он снова шёл оттуда.

— Ты так всё здоровье пропьёшь, — ухмыльнувшись сказал я.

Анри словно специально запнулся, и переступив с ноги на ногу навалился на меня.

— Пока я там пил, многое узнал про культуру и политическую обстановку у гномов, — прошептал он, после чего воскликнул. — Господин, не ругайся! Я так больше не буду! Обещаю, в последний раз. Иии-кк… — после чего он навалился меня, и изображая изрядно захмелевшего человека пошёл с нами.

Вернувшись в палатку фигуру Ля Фисто осветила ярко-оранжевая вспышка. Таким образом он отрезвил себя, после чего принялся рассказывать о том, что удалось узнать про принцев. Тогда мы узнали, что первый наследник находится вместе с Артаком, четвертым принцем, на единении с горой. Его сильно опозорили, засунув в кучу с навозом, и для элиты общества он стал, мягко говоря, изгоем. С принцем Траином ситуация наоборот изменилась в лучшую сторону. Помимо того, что он участвовал в сражении, так ещё смог неведомым образом позвать на помощь нас. Что и сыграло решающую роль.

— Это так говорят среди гномов? Что Траин позвал нас?

— Да, — ответил Анри. — И хоть принц этого не говорил, но простые воины сделали именно такие выводы. Ведь иначе бы они задали вопрос, как мы здесь оказались.

— Но представители великих родов Подгорного царства знают правду, — возразил Серек.

— И мы переходим к самому главному! — сказал Анри, подняв указательный палец вверх. — Насколько я понял настроение среди знати, с которой я сегодня выпивал, они хотят, чтобы принц Траин занял престол после своего отца. Ведь именно он смог в практически проигранной битве, одержать большую победу.

— Как всё запутано, — задумчиво сказал я. — Однако, мне кажется, тебе сказали не всю правду.

— Ты имеешь ввиду, что Траин магически слаб и не сможет без поддержки родов усидеть на престоле? — тут же спросил Анри.

— Да, — ответил я. — И царь Торин должен это понимать. Насколько я помню, Траин говорил, что Гимли (первый наследник на престол), имеет ранг мастера. А Траин всего лишь аколит, и я не думаю, что он подымится выше подмастерья.

— В любом случае, — начал говорить внимательно слушавший нас Серек, — это важная информация. В свете того, что род Тьер станет друзьями подгорного царства, мы начнём поддерживать Траина. И не стоит забывать, что царь твоими стараниями, Ярар, стал молодым. И престол он будет занимать ещё долгое время.

Когда мы улетали, Траин отдал приказ войску, чтобы они начали строить подземную крепость, в которой будет размещён гарнизон.

Траин рассказывал, что если бы его брат Бофор дождался, когда перевезут катапульты на тот берег, то, возможно, он смог бы победить. Но его глупая спешка привела к тому, что он погиб сам и унёс с собой в Стихию несколько тысяч лучших гномов. Также Траин распорядился установить пороховые заряды под мостом, соединяющим два государства. Их должны будут подорвать, если Вольные бароны вернутся вновь.

Хотя сам принц в это не верил. Его разведка доложила, что империя Тан выдвинула армию к месторождениям метеоритного железа. И сражаться на два фронта они просто не смогут. К тому же в последнем поединке был сильно ранен воздушный архимаг.

На следующие сутки мы долетели до замка императорского рода Каменных. Траин и его свита полетели вместе с нами. И почти всю ночь мы нещадно пили с гномами. Они даже на войну привезли несколько подвод с элитным виски.

Если бы не мои зелья от похмелья, то, скорее всего, когда выносили тело второго наследника престола, мог бы произойти конфуз, и его просто бы уронили. Нам сообщили о прилете всего за час, а мы из-за стола даже не выбирались.

— Анри, — привлёк я внимание друга, — а где Орлов?

— Не знаю откуда, но гномы прознали, что дирижабль с людьми князя приземлился только когда сражение закончилось. Орлов просился на аудиенцию к принцу, но ему сказали, что ему не рады.

— Да? — удивился я. Но не получив ответа, я ещё раз спросил. — Анри, а где сейчас Орлов?

Только сейчас Анри понял, что именно я у него спрашиваю. Он начал вглядываться в небо, и после того, как надел очки, показал мне направление.

Я кивнул. Видимо Орлов не стал даже пытаться выехать на наших лаврах при встрече с царём.

Мы приземлились на большой площади, окруженной высокими стенами. В центре стояла высокая конусообразная башня, при взгляде на которую создавалось впечатление, что она была высечена прямо в скале. Сам же город, со слов Траина, находился глубоко под землей, а эта площадь и подобие замка, служили для встречи высоких гостей.

Именно по ней мы сейчас медленно шли, замыкая процессию, а во главе несли тело наследного принца Бофора.

Когда тело донесли до царя, тот на несколько секунд склонился над телом, и внимательно посмотрев на сына дал знак, чтобы того несли дальше. Царь обнял стоящего рядом Траина, после чего гномы, идущие впереди нас, расступились и царь поклонился нам.

— Я, Царь Подгорного Царства, Торин Каменный, рад приветствовать в своем доме регента и второго наследника Рода Тьер. С сегодняшнего дня и до тех пор, пока между нами не прольется кровь, вы официально объявляетесь друзьями нашего великого народа. Пусть этот камень станет свидетелем моей клятвы перед вами.

— Я, Серек де Тьер, регент рода Тьер, испытываю глубокую радость в своем сердце от этого великого момента и с гордостью принимаю почтенное звание друга Подгорного Царства. Да будет Стихия и крепчайший камень вашего царства свидетелем моих слов.

Вечером наступил мрачный момент. Мы собрались на похоронах принца Бофора. Безжизненное тело принца было осторожно поднято и помещено на высокий деревянный помост. Взгляды толпы гномов, собравшихся вокруг помоста, были наполнены тяжелой печалью и скорбью. В последний раз все могли проститься с погибшим. Были слёзы женщин и детей. Рядом со мной стоял Траин, который показал сына и дочь погибшего брата.

Гномы полностью погрузились в атмосферу горя. И когда помост подожгли, несколько минут были слышны крики и плач.

— Мой сын погиб, как воин! — сломавшимся голосом произнёс царь. — Разве так провожают своих героев члены царского рода?

После этих слов в округе воцарилась тишина. И если звучали слова, то очень тихо. Было видно, как Торину было тяжело. Он стоял с гордо поднятой головой, но мне было видно, что из его глаз текут слёзы.

Спустя некоторое время к горевшему помосту подошли гномы в церемониальных белых одеждах. Окружив помост, они создали огненные потоки, которые за считанные секунды превратили помост и тело на нём в прах.

После этого вперед вышел царь и, топнув ногой о пол, создал каменную нишу, которая через мгновение закрылась.

Когда мы пошли обратно в замок, я задал Траину вопрос, почему прах не был развеян, как у других народов?

— Ярар, наша культура связана с горами и камнем, что мы добываем. Ты, наверное, не видел, но прах погибших воинов мы тоже погрузили в скальные своды. По легенде, первый гном был рождён горой Эрасу, что находилась на нашей материнской планете. Так сказать, ту энергию, что она потратила на наше рождение, мы возвращаем ей.

— Траин⁈ — удивленно произнёс я. — А откуда вы знаете эту легенду?

— Ты же знаешь ответ, — ухмыльнувшись ответил он. — Теперь ты друг нашего народа, и некоторые тайны мы можем тебе доверить.

— Хочешь сказать, что урквайец вам поведал о ней? — догадавшись спросил я.

— Да, — ответил Траин. — Он знал откуда наш народ. В записях моих предков рассказывается, что он часами мог рассказывать о том, как наш народ героически сопротивлялся их экспансии. На этих сказках мы воспитываем наших детей. И как ты, наверное, догадался, именно из-за этого многие гномы так высокомерно себя ведут с остальными расами.

После поминального обеда меня проводили в спальню, которую я делили вместе с Аяной.

— Ты как себя чувствуешь? — спросил я, заметив легкую дрожь её тела.

Она посмотрела на меня и, прежде чем ответить, словно обдумывала свои слова.

— Такое чувство, что энергия переполняет меня.

Надев артефактные очки, я не мог поверить своим глазам.

— Что? — испугавшись выражения моего лица спросила Аяна.

— Твои каналы, — начал отвечать я, — разве ты не видишь?

Она отрицательно покачала головой.

— Я думала, что перенапряглась и моё *зрение* пропало. Ярар, не тяни, что ты видишь?

— Ты стала магессой стихии земли, — ответил я. И чуть тише добавил: — А ещё нам придётся думать о твоей легализации в роде Тьер.

— О чём ты? — не понимая к чему я веду, спросила она.

Прежде чем ответить ей, я обнял её.

— Ты беременна…

Глава 10

— Аяна, ты беременна, — сказал я.

— Ярар, ты уверен? — словно не веря моим словам, спросила она.

Мне показалось, что она хочет услышать, что я ошибаюсь. Но ошибки не было. Вторая аура отчётливо просматривалась. Я нежно провел ладонью по её щеке, после чего произнёс.

— Да, я уверен. — Посадив девушку на кровать, я спросил у неё: — Ты не рада?

Она посмотрела на меня.

— Просто это так неожиданно.

— Как думаешь, Самуил уже знает? — спросил я

Она пожала плечами.

— Думаю, если бы он знал, то уже давно поздравил бы нас. — ответила Аяна.

— Скажи, когда у тебя пропало магическое зрение? — спросил я.

— На третий день после битвы. — ответила она.

— А в последний раз мы были близки неделю назад. Мне кажется он тоже ещё не знает. Всё-таки на столь раннем сроке беременность распознать очень сложно.

— Ярар, тебе не стоит забывать, что магическое зрение Самуила куда развитее, чем наше, — попыталась возразить Аяна.

— Ты боишься его? — почувствовав эмоции Аяны спросил я.

— Не то чтобы…

— А что тогда?

— Ты же сам понимаешь, что это многое меняет. Если ты не ошибаешься и мои энергетические каналы наполнились силой, то Самуил и Ковалевская оказались правы, и ты ключ к тому, чтобы наша раса стала магами.

— Так ты боишься, что Самуил попробует отобрать ребенка? — напрягся я.

— Неет, что ты! Он так никогда не поступит. Но ты ведь его знаешь. Он начнёт планировать как подложить под тебя дев нашей расы, чтобы как можно больше одаренных энергетиков появилось от тебя.

— С кем спать, а с кем нет, я могу разобраться и сам.

Когда я это произнёс, Аяна усмехнулась.

— И это ты говоришь после того, как переспал с Романовой?

— Это другое.

— Нет, это одно и то же. Романова хотела переспать с тобой и грамотно всё спланировала. Но только Анастасии было всего пятнадцать. А Самуилу больше двух столетий. У него опыта в разы больше.

— И что ты предлагаешь?

— Дай мне свой артефакт, который скрывает твою ауру и ранг. Если Самуил ещё ничего не знает, то пусть так и остаётся как можно дольше. А когда закончим нашу миссию по оборотням, ещё раз вернёмся к этому вопросу.

Я кивнул, после чего снял со своего плаща брошь-артефакт и передал её Аяне.

* * *

— Ярар, всё нормально? — спросил меня Анри.

— Да, а что?

— Ты слышал, что я тебе говорил? — я отрицательно покачал головой. Мои мысли были посвящены беременности Аяны. — Я говорю, — продолжил Анри, — что, когда стемнело, дирижабль Орлова приземлился, после чего князя провели к царю.

— Откуда информация? — спросил я.

— Ночью я вновь отдыхал с гномами. Они поделились со мной, — ответил граф.

— Анри, я не хочу учить тебя твоей работе, но тебе не кажется, что они тоже сливают тебе только нужную им информацию?

— Более того, — начал отвечать Анри, — я уверен в этом. Если в лагере мы выпивали небольшой компанией, то вчера там было достаточно много гномов.

— И что этим они хотели тебе сказать?

— Они предположили, что царь передал через Орлова сообщение Александру V. Но о чём говорили за закрытыми дверями их царь и заместитель главы ГРУ они не знают.

Немного подумав, я ответил.

— Ну, можно предположить, что царь благодарил императора за то, что мы так вовремя оказались в том месте и в то время, когда им была нужна помощь. Но Торин наверняка знает от Траина, что мы летели не им на помощь. А из основных тем, они могли затронуть союзные договоренности между нашими государствами.

— Я тоже пришёл к таким выводам. Гномы сейчас слабы. Их царство граничит с Халифатом и Вольными баронствами. Если первые очень сильны, то вторые показали, что могут сражаться с гномами на равных. А значит, для них будет благоразумнее, когда начнётся большая война, отсидеться в своих пещерах.

— А значит, что наш род примет основной удар от Вольных баронств.

— Скорее всего, так и есть, — произнёс Анри. — Александр V не сможет прислать нам на помощь военную поддержку. Ведь с востока мы ожидаем нападение вампиров. С запада объединенную армию шляхты, галлов и бриттов. А центр останется на нас, и бароны обязательно попрут к нам. — Прежде чем продолжить, граф создал чары от прослушивания. — Сейчас мне не кажется такой уж замечательной идеей, то, что мы поспособствовали началу военных действий между Подгорным царством и Вольными баронствами. Ведь не сообщи я о том, что в горах находится крепость гномов, всего этого не было бы.

— Никто из нас не думал, что гномы окажутся столь неподготовленными, — ответил я. — Их теория превосходства над остальными, сыграла с нами злую шутку. Мы ведь даже не предполагали, что гномы могут проиграть. Поэтому не стоит винить себя. Принимали это решение мы все. К тому же пока для нашего рода ничего фатального не произошло. Нам стоит только как следует подготовиться.

— Но что мы противопоставим воздушному архимагу? — спросил Анри. — Серек ему не соперник. Эмери не на много сильнее твоего деда. Не думаешь же ты, что они вдвоём смогут справиться с архимагом?

— Вряд ли, однако у нас есть время всё хорошенько обдумать. К тому же не забывай, что бароны всё ещё воюют с Империей Тан. Может Стихия улыбнётся нам и избавит Теллус от Нурлана из рода Томул.

* * *

— Ваше величество, Вы понимаете в какую ситуацию нас ставите? — спросил Орлов.

Царь хмурым взглядом посмотрел на князя.

— Разумеется, я всё понимаю. И мы не отказываемся от союзного соглашения. Но воевать мы будем только с противником, что перешёл границу моего царства.

— А как же земли, на которые вы претендовали после заключения мира? Вы отказываетесь от них.

— Разумеется, нет, — вновь усмехнулся Торин.

— Воины Славянской империи не будут воевать за интересы Подгорного царства. Если вы сами не займёте эти земли, мы не станем поддерживать вас при проведении переговоров.

— Князь Орлов, — прищурившись начал задавать вопрос царь, — а у Вас есть полномочия произносить такие слова?

Теперь настала очередь хмуриться Орлову.

— Уверен, император скажет то же самое.

Торин внимательно посмотрел в сторону Орлова.

— Вам повезло не родиться гномом. Будь у меня такой поданный, что смеет говорить от моего лица и без моего разрешения, я бы напоил его раскалённым золотом.

— Я передам Ваше сообщение императору, — поклонился Орлов.

* * *

Я веревочку сучу,

Я удавочку кручу,

Крепкую, пеньковую

На бошку бедовую…

Патрокол, используя свои способности, пробрался в замок Джона Шеффилда, 1-го герцога Бекингема. Заказ обещал быть очень простым, но, что самое главное, прибыльным.

Герцог не обладал какими-то выдающимися магическими силами, но за счёт огромных финансовых накоплений смог выбраться в высший свет. Он был всегда желанным гостем у императора Бритской империи и, наверное, из-за этого его заказали.

Однако Патроклу по большому счёту было плевать из-за чего кому-то понадобилась смерть герцога.

Патрокол двигался в темноте, тихо напевая песенку. Он не боялся, что его кто-то услышит, ведь он создал иллюзию, которая поменяла его обличье на служанку, запертую им в кладовой.

Когда он приблизился к спальне герцога, заметил на охранниках артефактные очки.

«Откуда они здесь взялись?» — прошипел Патрокол. Он ускорился настолько быстро, что воины просто не успели повернуть к нему головы, а они уже летели вниз отдельно от туловищ.

— Что у вас там произошло? — раздался мужской голос из спальни герцога.

— Всё нормально, господин, — ответил Патрокол, подражая голосу служанки. Патрокол провёл с молодой девушкой три дня, выведывая расположение спальни, смену караулов и график дежурств.

— Кристи? — послышался удивленный голос. — Это ты? Но что ты делаешь здесь так поздно? — дверь спальни начала открываться. — Сегодня же не твоя очередь быть со мн… — продолжить фразу герцог не успел. Патрокол буквально втолкнул мужчину внутрь спальни.

Почти сразу в спальне раздался женский крик, и на рефлексах Патрокол бросил кинжал, ориентируясь на звук. Послышались хрипы, и только тогда Аконитовый убийца увидел, что на кровати лежит умирающая в судорогах девушка. Острие кинжала вошло той прямо в глазницу.

— Я заплачу. Скажите сколько вам заплатили. Я удвою сумму, нет, утрою! — пятясь назад испуганно говорил герцог.

— Дешево же ты себя ценишь, — ответил Патрокол.

— Скажите сколько! Я богат. Не убивайте, прошууу! — завыл он.

Патрокол приблизился к герцогу и ударил его по шее, отчего тот потерял сознание. Аконитовый убийца прислушался к происходящему в замке. Острый слух позволял слышать за многие сотни метров вокруг себя. И удостоверившись, что на вызванный переполох никто не идёт, он начал доставать из рюкзака свои вещи.

В этот раз заказ был специфичным. Ему нужно было изуродовать тело герцога и только потом убить. Патроклу иногда попадались такие заказы, и он предпочитал их не брать. Но за это убийство были предложены столь огромные деньги, что он не смог отказаться.

Примерно через три часа пришла смена караула. Они сразу увидели, что охрана, дежурившая до них, мертва. И когда, оголив клинки они вломились в спальню, увидели перед собой повешенного герцога, у которого с лица была срезана кожа.

Через пять минут в замке началась суета, словно в растревоженном муравейнике. И разумеется, убийцу никто не поймал. Когда прибыли следователи, они обнаружили на столе высушенный цветок аконита. А когда тело было снято с петли, на спине они прочитали послание.

«Это последнее предупреждение, змееликие!»

* * *

Перед тем как отправиться в Халифат, царь устроил в нашу честь пир. Архимаг воды, Бриго, ликовал над своей победой, он рассказывал всем желающим свой эпичный бой против архимага вольных баронов.

Наверное, он заметил моё выражение лица, потому что тем же вечером подошёл ко мне.

— Как Вы думаете, что я делаю? — начал разговор с вопроса архимаг.

— Не понимаю о чём Вы?

— Ой, Тьер, прекращай Вы-кать и прекращай придуриваться. Я уже навёл справки у Траина. Ты далеко не глупый молодой человек, способный анализировать ситуацию. — Слегка подвыпившим голосом сказал он. — Ты думаешь, что я хвастаюсь?

Сделав небольшую паузу, я ответил.

— Да, именно так я и думаю.

Он усмехнулся.

— Допустим. Но для чего я это делаю? — У меня появилась догадка. Но гном, продолжил. — Что будет, если я начну говорить всем правду, что мне чуть не надрали задницу? Что я ещё почти месяц не могу использовать магию?

— Появятся панические настроения, — с пониманием ответил я.

— Вот именно. Но, что ещё хуже, это может отразиться на царе напрямую. Сейчас я единственная опора Торина. Никто не любит слабаков у власти, а его отпрыски проиграли две битвы и потеряли самые боеспособные части нашего войска. Поэтому для всего нашего народа, в особенности для глав великих родов Подгорного царства, я не лишенный магии гном, а могущественный маг страны.

— Бриго, а разве ты не хочешь сам стать царём? Ведь пройдёт месяц, и ты снова обретешь свои силы.

— Опасные разговоры ты ведёшь! — прошипел архимаг. Но не прошло и пары секунд, как он уже спокойным голосом продолжил: — Позволь представиться, моё полное имя — Бриго Каменный, троюродный брат Торина. — Сказав это он замолчал, внимательно смотря на мою реакцию. Для меня это было неожиданностью, но я постарался сделать вид, что на меня его фамилия никак не подействовала. Меж тем архимаг продолжил. — Сама власть мне не интересна. К тому же у Торина куда больше задатков управленца, именно такой царь нужен нашему народу.

— Могу я поинтересоваться, зачем ты мне всё это говоришь? — спросил я.

Гном улыбнулся.

— Считай, это просто алкоголь развязал мне язык.

Праздник продолжался до полуночи. По крайней мере я посчитал, что мне на сегодня хватит. Алкоголь непривычно быстро начал влиять на мой разум, а учитывая, что до возвращения магии оставалось ещё двадцать три дня, я отправился в спальню.

К моему сожалению, Аяны там не было. Мы решили, что ей будет безопаснее находиться на дирижабле. Мало ли что у коротышек в голове. К тому же я не сомневался, что они знают природу Аяны. А если они узнают ещё и о том, что она беременна и её энергетические каналы ожили, то предсказать их действия будет сложно.

Когда настал день нашего отбытия, нас вышел провожать сам царь, Траин, и к моему удивлению я заметил Артака. Тот выглядел изрядно похудевшим и бледным. И хоть у него была возможность поздороваться с нами, он остался стоять на месте.

— Ты уверен, что вы сами справитесь с Аконитовым убийцей? — спросил Траин.

— Хочешь предложить помощь?

— Нууу, — оглянувшись на отца, начал отвечать принц, — ты можешь всех схваченных оборотней привезти к нам. У нас много гор, куда их можно будет поселить. А взамен мы поможем с его захватом и ликвидацией.

— Держи карман шире, — усмехнулся я.

— Эхх, — совсем не расстроившись произнёс Траин. — Жаль конечно, что мы раньше об этом не подумали, а так могли неплохо защитить свои наземные территории.

— Траин, тебе ведь оборотни не нужны, вернее, тебе нужен конкретный оборотень, чтобы его изучить…

— Смотрю вы хорошо стали разбираться, — произнёс царь, — как думают гномы.

— Отец, если бы я сам лично не проследил родословную Ярара, то до сих пор думал бы, что в нём течёт наша кровь!

Серек усмехнулся.

— Вот уже никогда не думал, что мой внук, похож на гнома…

После столь теплого прощания, мы наконец-то поднялись в воздух. С текущей скоростью до местожительства оборотней нам было лететь порядка двух суток. Почти всё время я проводил вместе с Аяной, которую начал обучать медитативным техникам. У неё только начал появляться узор, отвечающий за ранг мага. И пока я не мог понять, какой силой она будет обладать при полной инициации. Используя очки, я видел, что каналы Аяны довольно упругие, поэтому развитие её резерва пойдёт ей на пользу.

Когда мы вышли на обед, напротив нас сел Самуил, который бросал на нас заинтересованные взгляды.

— Артефакт носишь ты, скрывающий ауру твою, — обратился он к Аяне. — Что прячешь ты о нас?

— Ничего, — ответила Аяна. — Просто понравилась брошь, — указала она на артефакт, приколотый к её одежде.

— Хммм. Ложь я чувствую, Аяна. Сказать ты мне ничего не хочешь?

— Нет, — вмешался я в их разговор. — Самуил, это не твоё дело.

Такой ответ не понравился Самуилу, и он нахмурившись сказал.

— По возвращению я отстраню тебя от охраны Ярара Де Тьера.

— Я против! — резко встав из-за стола, сказал я.

Однако я не ожидал того, что произошло дальше. Там, где сидела Аяна, послышался плач.

— Воооот, оно как… — пригладив свою небольшую бороду задумчиво произнес Самуил. — Понесла ты от него! — и заметив моё замешательство: — Прощения я прошу. Проверить хотел правдивость догадки своей. По-иному проходит беременность у дев энергетических вампиров. Раньше эмоции сильные они начинают испытывать.

Поняв, что скрываться уже нет смысла, я посмотрел на Серека.

— Дед, нужна помощь. Самуил прав, она беременна. И Аяна станет моей женой. — Достав артефактные очки из кармана, передал их Сереку, и когда я отстегнул брошь, продолжил. — А ещё Аяна стала одаренной.

— Многое меняет это, — произнёс Самуил. — Прав всё-таки оказался я. Ключом ты, Ярар, стал в обретении силы у расы нашей.

— Самуил, Аяна, останется со мной, — тоном, не терпящим возражений, сказал я.

— Даже не думал я лишать внучку свою счастья семейного…

— Чего? — воскликнула Аяна. — Ты мой дед? — Самуил кивнул. — Но почему меня тогда воспитывала приёмная семья, а не ты?

— Времена сложные были, — ответил Самуил. — За жизнь твою я опасался. Сына не уберёг я. Из-за разногласий внутри общины погиб он. Но теперь ты представляешь большую ценность для расы нашей. Никто не посмеет тронуть тебя.

Аяна ничего не ответила, и посверлив злым взглядом только что приобретенного деда, покинула столовую.

— А почему нельзя было сказать ей раньше? — спросил я. — Почему именно сейчас?

— Сердится она. Хотя хорошую жизнь я ей обеспечил. Приёмная семья любила и воспитывала её, как свою дочь. Не смог бы дать я ей такого. Хотя, может признаться и раньше нужно было. Однако другое волновать вас теперь должно. Селение, в котором живут сородичи мои, не единственное. Стоит только распространиться этой информации, проблемы могут грозить всем нам.

— О чём ты? — спросил его Серек.

— Ты решения не изменил своего насчёт дев нашей расы? — спросил меня Самуил.

— Спать я буду только с тем, с кем захочу сам. Быка-осеменителя из меня сделать не позволю.

— Это проблемой может стать. Теперь ты стал средством по получению магической силы энергетическими вампирами. Охота на тебя будет объявлена.

— А вы? — внимательно следя за мимикой Самуила спросил Серек.

— Вассальный договор чтить будут соплеменники мои. Мы и так в выигрыше. Дитё одаренное родится. — Он перевел на меня взгляд. — Не смотри на меня волком. Никто твоего ребенка не тронет. Сам решать будет свою судьбу. И помнить прошу тебя я: правнук мой ребёнком будет твоим. Роднёй получается станем. Многое менять во взаимоотношениях будем мы с этого дня.

— Куда ты? — спросил я, когда увидел, что Самуил подымается.

— Прощения просить никогда не поздно. Пойду к внучке поговорить, если не против вы, — посмотрев на меня и Серека сказал он.

Конечно у нас появились вопросы к Самуилу. Однако я заметил, одобрительный кивок головы деда, после чего мы отпустили старейшину энергетиков.

— Обдумать и проанализировать информацию эту следует, — произнёс Серек, когда дверь за Самуилом закрылась. — Будь уверен, мы ещё не раз вернёмся к этому вопросу.

Потом я принимал поздравления от Серека и Анри со скорым пополнением. Дед приказал принести бутылку коньяка, и мы отметили это дело. С наступлением темноты я пошёл к себе в спальню. Аяна ещё не спала, но спрашивать её о том, как прошёл разговор, я не стал.

Когда мы ложились спать, меня посетила мысль о том, как отреагирует Ланель на эту новость…

* * *

Под покровом ночи мы высадились вблизи селения оборотней. Из ближайшего леса в нашу сторону выбежала боевая звезда энергетиков.

От них мы узнали, где находятся наблюдательные пункты оборотней. После этого Самуил отдал приказ прилетевшим с нами энергетикам выдвигаться туда.

Нам пришлось ждать около полутора часов. И за это время каждая пятёрка возвращалась со связанным оборотнем. Насколько я понял, никто обратиться не успел. И энергетики без особых проблем схватили их.

— Ну что, — произнёс Серек, — пора выдвигаться?

Я кивнул. За нами выстроились почти четыре сотни воинов, полностью закованных в броню. Энергетиков было решено пересадить на лошадей. В их мастерстве не было сомнений, и именно им предстояло обезоружить самых ретивых оборотней.

Лишней крови я не хотел. Но другого варианта, как выманить Патрокла, у меня не было.

С первыми лучами солнца мы вышли к краю холма и перед нами показалось селение оборотней.

— За Тьер! — закричал Серек, создав в небе большого огненного дракона. Это был сигнал для экипажей дирижаблей о том, что мы начали атаку и они должны выдвигаться в нашу сторону, зависая прямо над деревней.

Энергетики сработали на отлично. Судя по всему, в селении до начала нашей атаки так никто и не узнал, что на них организовано нападение. И когда всадники уже скакали меж деревянных строений, а воины начали окружать большие дома, появились первые оборотни.

— Нападение! Враги! — закричал выбежавший мужчина с мечом. Его тело стало увеличиваться в размерах, но полностью трансформироваться он не успел. В его грудь влетело несколько игл, заряженных сонным зельем. Оборотень бросил удивленный взгляд на иглы, которые не глубоко вошли в тело, и его глаза стали закрываться.

Повсюду стал разноситься звон стали, и на этот звук сразу скакали энергетики. Мы старались как можно меньше проливать кровь оборотней, но, когда из окон полетели арбалетные болты, которые смогли пройти сквозь артефактные щиты, сильно ранив трёх наших воинов, миндальничать мы прекратили. Дома, откуда по нам стреляли метательным оружием, Серек и Анри сразу же поджигали, тем самым сопротивляющиеся оборотни были вынуждены покидать свои дома.

Несколько раз мне пришлось самому вступить в рукопашную схватку. Немногочисленные оборотни успели надеть броню и в самом центре селения организовать сопротивление.

— Кто вы такие? И почему напали на нас? — спросил воин, чьё лицо было скрыто под забралом.

В этот момент вперёд выехал Самуил.

— Сдавайтесь и тогда вы останетесь живы.

— Старейшина Самуил? Ты предатель! — воскликнул воин, после чего бросился на энергетика. Но он не смог пройти и двух шагов, как в обе его ноги угодило по болту.

— Я не оборотень, чтобы вас предавать, — жёстко ответил Самуил. — Ваш сородич напал не на того. И я предупреждал вас, что последствий вам не избежать.

Постепенно центральную площадь стали окружать со всех сторон воины Тьер. И несколько десятков оборотней оказались зажаты.

— Мы никогда не сдадимся, — прорычал кто-то из их толпы. Однако именно в этот момент их сковала сеть, канаты которой были пропитаны сонным зельем.

Разумеется, оборотни начали рвать сеть, и хоть они были закованы в броню, у них стали появляться бреши, в которые начали стрелять сонными иглами.

— Ну что, Фенрир, поговорим? — спросил Самуил у мужчины, которому успели вынуть болты и перевязать раны.

— О чём ты хочешь говорить? О Патрокле? Так я не знаю где он, — сплюнув ответил оборотень.

— Ты мыслишь в верном направлении, — произнёс я. — Однако я хочу знать, почему я должен оставлять в живых вашу стаю.

— Делай то, зачем пришёл, — отвернувшись ответил Фенрир.

— Наверное ты не понимаешь, что сейчас будет, — я подал знак Анри и он завёл в дом двух детей и женщину.

— Только тронь их, и я убью вас всех! — дернувшись на стуле, к которому он был привязан, закричал Фенрир.

— Что, не нравится пёсик, когда твоих близких собираются убивать? — наклонившись над ухом, прошипел Анри. — Так вот, теперь ты ощущаешь на себе, что чувствуют все близкие убиенных Патроклом людей.

— Но мы же изгнали его! — возразил оборотень.

— И при этом вы живете на деньги, которые он зарабатывает! А значит, если мы убьём вас, то ему незачем будет убивать, — нажав на рану в ноге, оскалившись произнёс Анри.

— Ааааааа, — закричал оборотень.

— Мне кажется он ещё не осознал, что сейчас произойдёт, — рассматривая ногти на пальцах сказал я. — Анри, отруби руку его сыну.

— Правую или левую? — посмотрев на меня спросил граф.

— Мальчик, ты какой рукой ешь? — сев перед ребёнком лет одиннадцати спросил я. Он тут же обнял за ногу женщину, и та постаралась закрыть его за собой.

— Не трогайте детей, сволочи! — прорычала она. На её лице появились волчьи черты, и я сразу же уколол её иглой, обработанной зельем.

— Тише, сучка пса, — подошёл к женщине Анри. — У девушки, что убил Патрокол, тоже есть сын. Каково ему было остаться без матери? Однако я даю тебе шанс. Поговори с мужем. Убеди его рассказать, что нас интересует, и мы не станем вас убивать.

Иглы действовали не совсем так, как мы полагали. Они лишь успокаивали оборотней, не давая им обернуться. И лишь молодые оборотни после контакта с ними засыпали.

Перед тем, как выйти из дома, мы связали Фенрира и его жену. А детей под громкие крики вывели из дома.

— Фух, — произнёс Анри. — Ненавижу эту часть своей работы.

Я кивнул и, присев рядом с двумя мальчиками, достал из сумки шоколад.

— Держите, — сказал я. — Это шоколад, он вкуснее мёда. — Младший потянул руку за плиткой, но старший одернул его. — Не бойтесь, мы вас не тронем. Если хотите, мы можем отвести вас к остальным.

— А вы за дядей Патроклом пришли? — спросил старший ребенок. На вид ему было лет тринадцать. Но из-за его худобы я мог ошибаться.

— Да, — ответил я. — Он убил очень дорогого для меня человека. — И немного подумав я решил поговорить с мальцом. — Скажи, если бы кто-то убил твою мать, ты бы захотел ему отомстить?

Он кивнул.

— И за это ты пришёл убить Еву и Сифу?

Я заметил, что после этого к нашему разговору стал прислушиваться Анри.

— Это родные Патрокла? — спросил я.

— Жена и дочь. Если я покажу тебе их, ты не тронешь моих мать и отца?

— Даю слово, они останутся живы. Однако тебе и твоему брату некоторое время придётся пожить у меня в гостях. Обещаю, что жить вы будете, словно маленькие принцы. И когда я решу свой вопрос с Патроклом, мы вернём вас домой.

— И магический договор подпишешь? — спросил он, на что я и Анри переглянулись, не ожидая такого вопроса.

— Да, — недолго думая ответил я.

Уже через пятнадцать минут мальчик показал нам на связанную взрослую женщину и девочку. Потом я попросил показать родственников всех старейшин их стаи. Позже мне доложили о том, что Фенрир дал согласие на сотрудничество.

— Ярар, — обратился ко мне Серек, — вы с Анри закончили?

— Да, — ответил я. — Все, у кого на одежде есть красный крест, летят с нами. Остальных мы оставляем здесь. — Он кивнул. Серек никогда не присутствовал во время допросов пленных. Мне об этом было хорошо известно. И когда штурм селения закончился, он занимался обратной организацией дороги.

Пока мы получали ценные сведения, воины пополнили запасы питьевой воды и свежего провианта. Хоть это и была мародёрка, но от пары десятков свиней и полсотни кур оборотни не помрут с голоду.

— Зачем они вам? — прошипел Фенрир.

— А ты сам не догадываешься? — вопросом на вопрос, ответил я.

— Но брать в заложники детей и женщин, это же бесчестно! Ты же князь! — распылялся Фенрир. — Возьми лучше меня.

Я долго думал кого именно мы возьмём в заложники. И в итоге с нами на дирижабли грузились женщины и дети, чьи родные занимали не последнее положение в обществе оборотней. Именно оставшиеся родственники заложников должны будут вынудить Патрокла отправиться в земли Тьер. Где мы и будем его ждать.

Прежде чем закрыть дверь в гондолу дирижабля, я ответил Фенриру.

— С волками жить, по волчьи выть! — И сделав паузу. — Предупреждаю тебя, если кто-то решит помочь Патроклу, и последует за ним, соглашение между нами будет разорвано. Тогда я прилечу обратно и не снижаясь сброшу всех заложников с огромной высоты. Ты меня понял?

Фенрир зло посмотрел на меня.

— Ты был услышан.

Глава 11

— Что происходит? — спросил я, подымаясь на капитанский мостик.

— Седьмой дирижабль сообщает, что у них попытка мятежа, — ответил напряженным голосом Серек.

В седьмом и шестом дирижаблях летели наши пленники, и было понятно, что именно они предприняли попытку захватить воздушное судно.

Сейчас же мы наблюдали за тем, как дирижабль пошёл на быстрое снижение. Соответственно Серек отдал приказ следовать за ним. Когда мы приземлились, Серек, я и Самуил вместе с несколькими боевыми звёздами, побежали в сторону к нему.

— Докладывайте, — запрыгивая в открывшийся люк, ведущий прямо на капитанский мостик, приказал я капитану.

— Господин, женщины-оборотни обернулись и напали на солдат.

— Пострадавшие? — тут же спросил я.

— Слава Стихии, они получили только легкие раны. Однако двое стражников находятся у них в плену. Мы сами успели закрыться, но что происходит в остальной части гондолы нам неизвестно.

Посмотрев в сторону лежащих воинов, я увидел, что у одного из них на руке следы от укуса, а у второго сильно исцарапано лицо. Им уже оказывали помощь и их раны обрабатывали спиртом.

— Самуил, передай воинам, что там женщины и дети, нужно избежать ещё большего кровопролития.

Он кивнул и, пропустив первую пятёрку, отправился усмирять оборотней. Когда три звезды вместе с Самуилом вышли с капитанского мостика, послышался волчий рык, который сопровождался криками и звоном стали. Через пять минут, когда бой стал затихать, я и Серек направились разбираться что здесь произошло.

— Что с нашими воинами? — сердито спросил Серек у Самуила.

— Раненых много. Но пока все живы. Предположу я, оборони не хотели никого убивать, — ответил глава энергетиков.

Когда мы зашли в помещение, где содержались наши пленники, то увидели побитых женщин, которые уже были в человеческом обличье. Рядом с ними стояли энергетики с обнаженным оружием.

Осмотрев помещение, я увидел жену Фенрира. Она держала раненую руку, а под глазом наливался сильный синяк.

— И что это ВСЁ значит? — спросил я.

— Это я подняла сородичей на мятеж, меня и наказывай, — со злостью ответила она.

— А остальные что… стояли в стороне? — усмехнулся Серек.

— Мы хотим домой. Отпусти нас! — со злостью ответила она.

— Нет, — ответил дед. Он подал знак воинам, и жену Фенрира скрутив подняли на ноги. — За организацию мятежа тебя казнят!

— Дед, — заградил я собой оборотня. — Это слишком. Никто не погиб.

— Это послужит уроком для остальных. — ответил он, и прищурившись спросил. — Или у тебя есть идеи получше?

— Да. Мы оставим женщин на этом дирижабле, а детей заберём к себе. — И повернувшись к женщинам, обвёл их взглядом. — И, если они повторят своё восстание, мы сбросим их детей.

— Тварь! Ты не посмеешь! — прокричала одна из женщин. Однако сразу раздался глухой звук от удара.

— Сука, как ты смеешь так разговаривать с князем! — навис над ней воин.

— Тише-тише, — произнёс я. За ней стояла девчушка лет семи. Она жалась к матери. И откровенно говоря, мне было очень жалко ни в чём неповинных детей. Но я не собирался им навредить. Уверен, и дед тоже упомянул про казнь только для того, чтобы напугать оборотней. Не такой у него был характер. Однако нужно было отыгрывать спектакль до конца. Я оторвал девочку от матери и взял ту на руки. — Если они начнут бунтовать, то она отправится в полёт первой.

После этого воины начали забирать детей от женщин и уводить их. Поднялся страшный вой. Женщины молили не забирать их детей. Но повторения ситуации я не хотел допускать. И когда мы вышли я спросил у Серека.

— Сколько у нас осталось сонного зелья?

Дед сразу понял, что я хочу сделать.

— Предлагаешь добавить им его в воду?

— Да, — ответил я. — Наверняка они учуют его, но если мы подымем температуру в их помещении, то у них не будет иного выбора, как пить. Вдруг они всё-таки решат попробовать захватить судно. Сам понимаешь, детей мы трогать ни за что не станем.

— Да я уж понял, — усмехнулся дед.

После этого мы вернулись в расширенном составе к себе. А на шестой дирижабль мы послали приказ передать пленникам, что если они решатся на мятеж, то мы отберем детей и у них.

По возвращении я попросил Самуила выделить женщин энергетиков для пригляда за детьми. Оставлять их одних было опасно. Проблем я от них не боялся, но вот сами дети запросто могли их найти на ровном месте.

— Что случилось? — спросил я у Аяны, когда увидел, как изменилось ее лицо после моего рассказа о том, что произошло.

— Просто на миг представила, что кто-то отбирает моего ребенка. И мне, мягко говоря, стало не по себе, — ответила она.

Немного подумав, я сказал.

— Пойми, нам очень повезло, что никто не погиб. Семнадцать воинов, что занимались охраной оборотней, не ожидали нападения, за что они, кстати, ещё будут наказаны. Но если бы кто-то из них погиб, у нас не было бы другого выбора, кроме как казнить зачинщиков. Взять в заложники детей, чтобы не было повторения этой ситуации, мне кажется самым оптимальным решением.

— Я понимаю, — ответила Аяна. — И верю, что ты поступил правильно. Просто мои эмоции усилились. Так что не обращай внимания.

Я кивнул, после чего направился на капитанский мостик. Сама же девушка пошла к детям, чтобы помочь им успокоиться.

Во время штурма, из воинов Тьер никто не погиб. Очень выручили артефакты, которые были у каждого. Однако со стороны оборотней погибшие были. Довольно сложно обойтись без смертей, когда захватываешь людей обладающих большей силой, чем ты сам. А оборотни, что бы кто не думал, по своей природе были сильнее.

Это для магов и энергетиков они не на много отличаются. Но для простых воинов там вставал вопрос или ты, или тебя. И я никого из них не винил. Было сразу понятно, что без смертей не обойдётся.

— Самуил, — обратился к нему дед, — ты выяснил чем занимались люди Орлова во время захвата селения?

— Да. Он и его люди находились под постоянным наблюдением.

— И что удалось узнать? — подключился к разговору я.

— Они следовали плану по началу. Штурма зданий опыт у них выше, чем у ваших людей, — начал отвечать Самуил. — Почти без крови обошлись они. Допросом занимался Орлов, когда вы беседовали с Фенриром.

— Иии? — не выдержав затянувшегося молчания, спросил я.

— Не знаю я что выяснить хотели они. Окружён был дом людьми ГРУ. Не подобрались к нему мои люди.

— А кого допрашивал Орлов? — спросил Серек.

— Старейшину селения этого, — Самуил замолчал.

— Он остался жив?

— Жив и здоров он был. Также не заметили мы на теле его следов пыток.

— Может он завербовал оборотня? — спросил Анри.

— Я тоже так подумал, — кивнув сказал Самуил. — Поэтому не стали мои люди приближаться к нему.

— А его родственники у нас есть в плену? — спросил я.

— Не думаю, — ответил Самуил. — По крайней мере из дома никого не выводили.

— Точно завербовал, — уверенным тоном сказал Ля Фисто. И с одобрением добавил: — Я бы точно так же поступил.

— А почему так не сделал? — посмотрев в сторону графа спросил Серек.

Анри усмехнулся.

— А кто сказал, что не сделал? — он показал на меня взглядом. — Ярару, я сообщил о своих планах.

— Вот как! — с удивлением сказал Серек. — И кого же ты завербовал?

— Двух женщин. Они вдовы, и за обещание несмотря ни на что сохранить жизнь их детям, они согласили передать мне информацию, — ответил Анри. — Связь они будут поддерживать через моих людей, что будут приезжать к ним с купцами. А те будут передать зашифрованные сообщения через Торговую гильдию. Таким образом мы хоть и с запозданием, но всё равно узнаем, когда Патрокол был в деревне и когда покинул её. Так мы сможем примерно знать, когда ожидать Патрокла у нас.

— Как думаешь, как он будет добираться до нас? — спросил я.

— По морю, — не раздумывая ответил Анри. — Бароны сейчас воюют с Империей Тан, и хоть Патрокол может пройти незамеченным, но через горы он будет пробираться очень долго. Поэтому я думаю, что он пройдёт через земли Подгорного царства, а там сядет на корабль и по Каспийскому морю доедет до нас.

— И что ты дальше планируешь делать?

— Как только мы вернёмся, я и Самуил отправим своих людей следить за портами. Мои группы будут оснащены артефактными очками. И когда Патрокол появится, они сообщат нам. А дальше его будем ждать мы.

— Самуил, а ты что думаешь? — спросила у него Серек.

— Патрокол не воин, он убийца. Очень хороший убийца, — задумчивым голосом повторил он. — Нападёт из засады он. Спровоцировать на ошибки ему нас надо. Чтобы выманить и напасть не там, где мы ждать его будем. А там, где он сам на нас засаду устроит.

— Да, — продолжил мысль Анри, — поэтому всех близких нужно собрать в замке и, пока не разберёмся с Патроклом, все должны находиться там.

— Но мы так будем ждать слишком долго, — сказал я.

— Нетерпеливы волки, — произнёс Самуил. — Когда добыча перед ними, недолго ждать атаки приходится. Целью его ты, Ярар, будешь главной. Попытается он обменять тебя или твоих близких ради свободы своих соплеменников.

Я думал точно также. Но сейчас я был как никогда слаб. До возвращения магии ждать ещё двадцать дней. И для меня оставался вопрос успеет ли Патрокол добраться до нас раньше.

* * *

— Гавриил, Клео, — с улыбкой поздоровался Менелай. — Как у вас дела?

— Смотрю, брат, ты навеселе, — произнесла Клео. — Неужели ты решил отметить смерть герцога Букингемского?

— Разумеется! — отсалютовав бокалом ответил Менелай. — Этот ублюдок переспал с моей женой и…

— Ой, — перебил его Гавриил, — с каких пор тебе есть дело до зверюшек. Ну спариваются они…

— То есть я должен был простить? — сердито спросили Менелай.

Немного подумав, Гавриил ответил.

— Нет, прощать такого нельзя. — И сделав паузу. — Просто мы не ожидали увидеть тебя выпившим. Однако перейдём к делу. Ты в курсе про архимага баронов?

— Разумеется слышал, — ответил Менелай. — Этот ублюдок очень силён.

— Вы задавались вопросом, как у одного из слабейших родов Вольных баронств мог появиться столь сильный одаренный? Насколько я помню, род Томул не обладал огромными знаниями по увеличению силы⁈

— Смотрю, ты тоже пришёл к определённому выводу? — задал вопрос Менелай.

— Хммм, я думал, раз ты находишься ближе всех, ты смог найти подтверждение моим мыслям, — ответил Гавриил.

— Пока нет, — сказал Менелай. Его силуэт осветился оранжевым светом, и он абсолютно трезвым голосом продолжил. — Если это правда, и на их территории находится склеп матери, то нам нужно срочно узнать так ли это.

— Брат, — обратилась Клео, — обучением Сепфоры отец занимался лично…

— Да помню я! — перебив сестру воскликнул Менелай. — Но я уже потерял три группы! Их архимаг словно знает, где и когда появятся мои агенты.

— Хммм, — раздался звук от Гавриила. — А вы не думаете, что наша мать забрала радар?

Ненадолго установилось молчание.

— Гавриил, это лишком натянутое предположение, — сказала Клео. — Ведь с момента уничтожения Вавилонской башни прошло много лет.

— Сестра, ты ведь сама сказала, что обучением Сепфоры отец занимался лично. Так что ей мешало собрать новый артефакт?

— Давайте на минуту предположим, — произнёс Менелай, — что наша мать жива. Что мы тогда будем делать? Надеюсь ни у кого не возникает сомнений, что на ней лежит груз ответственности за гибель отца?

— Ты до сих пор считаешь, что это она ввела корректировку звездных координат, и из-за этого марфтамы засекли сигнал отца? — спросил Гавриил.

— Иначе зачем ей надо было сразу после этого скрываться от нас? Ведь мы её дети и она видела, что мы живы. И я напоминаю вам, что она исчезла сразу, как только я нашел ошибку в координатах, которой в изначальных расчётах не было.

— Менелай, — начала говорить Клео, — мы получим ответы, если Сепфора будет жива! Пока же у нас есть только предположения.

— Согласен, — произнёс Гавриил. — Всё-таки её присутствия мы не замечали ранее.

— Но это не значит, что она мертва, — гнул свою линию Менелай. — Она могла не подумать, как ещё можно использовать капсулы и…

— Хватит, — прервала разгорающийся спор Клео. — Менелай, постарайся узнать больше информации об архимаге. Не мне тебе говорить, что деньги развязывают языки большинства смертных. — Сделав паузу. — Гавриил, ты тоже находишься недалеко от баронов…

— Я понял, сестра. И я подумаю, чем можно помочь.

* * *

Дальнейший полёт до замка Тьер прошёл без происшествий. Долетев до замка, мы рассказали родным о нашем «путешествии».

— А что у вас произошло нового в наше отсутствие? — спросил Серек у Эмери.

— Слава Стихии, больше на нас никто не нападал, — ответила она.

— Однако, — начал говорить Михаил, — недавно пришли новости об убийстве герцога Букингемского. И знаете, что нашли рядом с его телом?

— Аконит? — тут же спросил я.

— Да, — ответил дядя. — Герцога убили четыре дня назад, а значит Аконитовый может уже быть на континенте. Если предположить, что у оборотней, оставшихся в их селении, налажена связь с Патроклом, то он может не возвращаться домой, а выдвинуться сразу к нам.

— Такой вариант исключать нельзя, — нахмурившись сказал Анри. — А значит, наши группы наблюдения могут в пустую тратить время.

— Поэтому, — начала говорить Эмери, — мы передали три тысячи очков главе ГРУ Орлову Николаю. Взамен он отправит наблюдателей ко всем пограничным постам. И если они засекут Патрокла, должны будут сообщить нам.

— Самуил, — обратился Серек, — ты можешь выделить больше боевых звёзд?

Он отрицательно покачал головой.

— В те десять звёзд, что летали с нами к оборотням, я лучших набрал. Остальные и минуты не смогут против Патрокла продержаться. Погибнут они почём зря. Предлагаю я не рассредоточивать силы, а сконцентрироваться на замке этом. Две звезды охраной заниматься будут оборотней, что мы привезли. Остальные будут дежурить на стенах с воинами простыми.

— Хорошо, — расстроено сказал Серек. — Лишние жертвы нам и вправду ни к чему. Тогда, — повернулся он к графу, — Анри, убирай наблюдательные посты из портов на Каспийском море. Твои люди могут пригодиться здесь. Наблюдательнее они простых воинов.

— Предлагаю дирижабли отправить патрулировать близлежащие селения, — выступил с инициативой я. — И под наблюдением держать всё, что происходит внизу. Даже в лесу оборотень не сможет спрятаться, если на него будут смотреть сверху. К тому же наши наблюдатели будут вне досягаемости Патрокла.

* * *

— Карл, что происходит? — спросила принца Виктория.

— Быстро собирай свои вещи, нужно срочно уходить! — ответил Карл.

— Ты можешь толком объяснить, что происходит? — смотря на нервничающего мужа, ещё раз задала вопрос.

— Меня раскрыли! — ответил он. — Эти проклятые очки дошли до Георга, и надо же было ему примерить их, когда я вошёл к нему в кабинет.

— И что? Что произошло?

— Я убил императора и слугу, что принёс ему очки, — ответил Карл.

Хоть у Виктории было плохое самочувствие из-за сильнейшего токсикоза, но на способность быстро мыслить это никак не повлияло.

— Остановись, — прошипела она. Принц уставился удивленным взглядом на супругу. — Георг мёртв, я правильно поняла? — Карл кивнул. — Тебя кто-нибудь видел? Их тела обнаружили?

— Нннн… неет… не знаю… — сбивчиво ответил он. — Когдаа йаа ввыыышел, то на входе стояли воины, они спокойно меня пропустили. Думаю они не видели, что в кабинете лежит мертвый император.

Виктория быстро подошла к шкатулке и достала оттуда цветок.

— Ты должен вернуться и прежде чем закричать в панике о том, что императора убили, положить рядом с его телом этот цветок. Где очки? — тут же спросила принцесса.

— Я наступил на них, когда сворачивал шею Георгу. — В его глазах начало появляться понимание, что не всё кончено. Что ещё можно выйти победителем в этой ситуации.

И начав приходить себя он почувствовал, что его ладони сжимает его жена.

— Это твоё первое убийство? — спросила она.

— Да, — отводя взгляд ответил Карл, и чуть тише добавил: — Извини за эту слабость.

Виктория усмехнулась.

— Я рада, что только я видела момент твоей слабости, — она поцеловала мужа, и с нежностью проведя рукой по щеке продолжила: — Я пойду с тобой и когда мы «обнаружим» труп императора, я сделаю вид, что потеряла сознание. Воины запаникуют, и ты воспользуешься этим. Ты же должен будешь положить аконит на видное место. Лучше всего на рабочий стол Георга. И убедись, что очки уничтожены. Ты меня понял?

— Да, любимая. И прости, что отстранил тебя от дел.

— Мы поговорим об этом позже, — произнесла Виктория. Ей стоило больших усилий не улыбнуться, от того как она вывернула эту ситуацию, а также вернула себе расположение мужа. И когда они пошли на выход из их спальни, она сказала: — Император умер, да здравствует император… Карл!

Долорес никогда не думала, что ей когда-нибудь может пригодиться цветок аконита, подобранный с тела её цели. В итоге она приняла облик убитой графини и на протяжении трёх месяцев вживалась в роль.

Отступление (девять лет назад)

— Шхх — шхх, — послышалось чьё-то дыхание. Резко обернувшись Долорес увидела перед собой незнакомого пожилого человека. — Ты не графиня Полонская, — утвердительно произнёс незнакомец. — Кто ты такая?

— Я не понимаю о чём Вы! — возмущённо ответила она.

— Три месяца назад я перезал графине горло. И я был к ней настолько близко, что хорошо запомнил её запах. А ты пахнешь иначе. От тебя несёт влагой и змеями. Поэтому я повторяю свой вопрос. Кто ты?

Долорес хотела соврать, но у неё ничего не получилось. Она ощутила сильное давление и у неё закружилась голова. Сама не осознавая что делает, она предстала перед убийцей в своём истинном обличии.

— Морф, — продолжил Патрокол. — Не думал, что когда-нибудь встречу вас наяву. Ты плохо поступила, морф! Скажи, что мне теперь с тобой сделать?

Долорес создала водный клинок и постаралась атаковать. Но ещё на взмахе её рука была перехвачена, и в её глазах отразилась волчья голова.

— Отпусти! Мне больно! — не выдержав стальной хватки зарыдала Долорес.

— Если хочешь жить, то больше не делай резких движений.

— Ты не убьёшь меня? — с недоверием спросила Долорес.

— Да, только если ты выполнишь два условия.

— Я слушаю, — посмотрев на Аконитового убийцу произнесла Долорес.

Мужчина оказался оборотнем. До этого она никогда их не видела. Однако Долорес никогда не думала, что они настолько сильны. Только спустя несколько лет она узнала, что Патрокол был таким сильным не с рождения. А получил он силу позже, неизвестным способом. Когда оборотень закончил допрос, узнав сколько всего морфов живёт на Теллусе, а также какое задание она выполняла, он сказал, что графиня Полонская должна исчезнуть.

На этом Долорес думала, что выполнила всё, что хотел Патрокол.

— Ты не выполнила второе условие, — сказал оборотень, после чего перед ней появилась иллюзия девушки. — Прими её личину, и сделай так, чтобы я остался доволен.

На утро Долорес подожгла усадьбу, инсценируя смерть графини.

Этот эпизод в её жизни никто не знал. Хотя она часто сравнивала мужчин в своей постели с оборотнем. Увы, лишь единицы были также хороши, как он.

Принцесса посмотрела на супруга и подумала, что правду говорят стерпится слюбится. Так и Карл научился доставлять ей удовольствие.

Она посмотрела на цветок, что сжимал в руке Карл. А ведь не будь у неё разрешения от Патрокла один раз свалить всю вину на него, она бы ни за что не рискнула так поступить.

После той миссии Долорес наводила справки об Аконитовом убийце, и знала с какой жестокостью он убивал подражателей.

Но ещё больше она понимала, что после смерти герцога Букингемского никто не подумает, что кто-то решил свалить всю вину на Аконитового убийцу. Ведь с момента его убийства прошло всего неделя. Главное — правильно разыграть карты.

* * *

Прошло шесть дней со дня нашего возвращения. И с каждым днём градус напряжения повышался всё выше и выше. Новостей от Николая Орлова никаких не поступало. Однако, узнав про смерть императора колониальной империи Бриттов, Георга IV, мы начали думать, что до появления оборотня у нас, ещё много времени. Но никто патрулирование не отменил. Никто не знал, что может предпринять Патрокол, когда он узнает о захвате его родных.

К патрулированию замка мы привлекли собак, с которым теперь ходили в караулы. Разумеется, это нововведение очень не понравилось Космосу, и хоть он подрал несколько напавших на него собак, но я смог ему объяснить с чем это связано. И когда очередная собака напала на рысь, тот лишь его сильно побил.

Посмотрев на кровать, на которой спал мой питомец, я постарался как можно тише покинуть спальню. В отличие от меня, он всю ночь ходил по коридорам замка, и лишь когда начинало светать возвращался назад.

— Ты сегодня рассеянный, — произнесла Ланель. — Что с тобой?

— Да вот подумал, что и ты могла бы выпить зелье полнолуния. Ты же стихийный маг не только воздуха, но и воды.

— А я всё думала, когда ты спросишь, — усмехнулась она, убирая клинок в ножны.

— Почему сама не предложила? — спросил я.

— Хотела понять насколько у нас с тобой всё серьёзно. Если бы ты не предложил, то я пришла бы к выводу, что ты не рассматриваешь себя как ровню…

— А теперь? — спросил я.

— Как минимум ты прощён за то, что тебя только сейчас посетила эта мысль. — И приблизившись ко мне, она прошептала на ушко: — А благодарность ты получишь перед сном.

Моё настроение стало подыматься, однако стоило нам зайти домой, как меня тут же встретил Анри. Он стоял с протянутой запиской.

— Что это? — спросил я.

— Патрокол рядом! — ответил он.

Дорогой читатель! Нравится книга? Поблагодари автора. Поставь лайк перейдя по ссылке: https://author.today/work/314508

Это восьмая часть цикла и, если вы дочитали до этой страницы, то уже можно сделать вывод, что в целом вам нравится моё творчество.

С благодарностью, автор Грехов Т. О.

Глава 12

«Что, крысёныш, думаешь ты меня загнал в ловушку? Наоборот ты мне развязал руки! Теперь никто не посмеет мне предъявить, что я не справился с заданием. Поверь мне, скоро ты умрёшь…»

Прочитав записку, Ланель взволнованно произнесла.

— Кажется он настроен серьёзно. — И сделав паузу добавила: — Может ты всё-таки свяжешься с моим отцом? Помощь нам не помешает…

— Это прислали голубиной почтой? — не став сразу отвечать, спросил я у Анри, смотря на небольшой клочок бумаги, на котором было написано сообщение от Патрокла.

— Да, — ответил Анри.

— Голубя отпустили? — задал я вновь вопрос.

— Пока нет. А ты хочешь послать ответ? — задумчиво спросил Анри.

— Разумеется. Уж точно не оборотню диктовать нам правила игры.

Не переодеваясь после тренировки, мы прошли в мой кабинет. Там мы подготовили короткое сообщение оборотню.

«Патрокол, у тебя есть три дня, чтобы сдаться. Если ты не сделаешь этого, твои дочь и жена будут повешены на крепостной стене.»

Прежде чем отправлять письмо, мы решили оповестить остальных родственников. Продолжаться эта ситуация может сколько угодно. А я хотел форсировать события и вынудить Патрокла действовать. Поэтому отведенные оборотню три дня станут решающими.

— Думаю это правильное решение, — подумав сказал Серек. — Никто же не сомневается в том, что оборотень придёт сюда?

— От многих факторов зависит это, — произнёс Самуил. — Нужно понимать за кем придёт Патрокол. За семьей своей или за всеми пленниками. Если освободит он семью только свою, то не будет ему дороги к стае своей. По-настоящему он и семья его изгоями станут.

— Тогда, он будет добиваться освобождения всех заложников, — высказал я своё предположение.

— В верном направлении мыслишь ты, на мой взгляд, — ответил Самуил. — Но нельзя забывать, что непредсказуем Патрокол. Сложно предвидеть его действия.

После того, как к лапке голубя привязали послание и отпустили его, мы все наблюдали в какую сторону тот полетит.

— На запад, — произнёс Анри.

— А как голубь найдёт оборотня? — спросил Тимофей. Он, как и все сестры, знал о происходящем, и когда мы пошли на крепостную стену, они отправились с нами.

— Он зачарован, — начал отвечать Анри. — Как бы это правильно сказать-то? В общем у птиц есть внутренний компас и они чувствуют куда надо лететь. Однако есть голуби, которых ещё в древности вывели римляне. Для них ориентиром служит человек, который отправил послание.

— Здорово, — с восхищением сказал брат. — Сейчас таких голубей разводят? Наши голуби тоже так могут?

— Да, — ответил граф, — зачаровать голубя не сложно, поэтому все почтовые голуби обладают такими навыками.

Возвращаясь назад, я обратил внимание, что к крепостной стене, стали свозить лес, из которого будут строить висельницу. Проследив за моим взглядом, ко мне обратилась Ярина.

— Брат, неужели ты казнишь женщину и ребёнка? — Она остановилась рядом, внимательно посмотрев на мне в глаза.

— Нет, — сразу ответил я. — Однако оборотням этого знать не нужно. Пусть считают, что мы настроены абсолютно серьёзно.

Она кивнула, услышав всё что хотела, и мы пошли в дом.

С наступлением ночи в небе со стороны леса появилась огненная вспышка. Это был сигнал о том, что наблюдатели, находящиеся на дирижабле, кого-то заметили. Все солдаты замка были приведены в боевую готовность, однако до самого утра никто так и не появился. Человеческий силуэт, что был замечен, скрылся в горах, до которых было около семидесяти километров.

— Почему его не смогли отследить дальше? — спросил я у Анри.

— Там есть несколько заброшенных шахт. Энергетики и наши воины хотели последовать за Патроклом под землю, но я приказал вернуться на дирижабли.

Я повернулся к Сереку и Эмери.

— У нас есть план этих шахт?

— Нет, — ответил дед. — Примерно два столетия назад там добывали железную руду. И когда их полностью выработали, закрыли.

— А почему их не засыпали? — спросил я.

— Не знаю, — ответил дед. — Думаю из-за того, что у нас нет и не было сильных магов земли. А засыпать многокилометровые шахты вручную — долго и дорого.

Проанализировав ситуацию я пришёл к выводу, что у нас нет точного представления откуда и когда может появиться оборотень. Но уже было хорошо, что мы смогли его заметить. Однако теперь Патрокол знал, что его ищут с воздуха, и подобраться к замку ему станет сложнее. А значит он будет искать другие ходы.

— Мам⁈ — с напряжением сказал я. — А в замке Тьер есть секретные туннели, ведущие из замка?

Про один такой ход я знал, нашёл план замка, когда копался в библиотеке. Но когда я полез вместе с Михаилом его обследовать, мы увидели, что он капитально обрушен.

— Есть, — напряженно ответила она. Не говоря больше ни слова, она встала и быстрым шагом пошла в сторону кухни. Разумеется, мы все последовали за ней. — Фух, — услышал я её вздох, — здесь никто не проходил.

— Куда он ведёт? — рассматривая отодвинувшуюся стену спросил Серек. — И почему ты решила, что этим проходом никто не пользовался?

— Туннель проходит под рекой, — начала отвечать Эмери, — а выход находится в ближайшем лесу. Про то, что никто не проходил, поняла по следам пыли на полу, а также Талий, поставил с наружи картину, которая сдвинулась бы с места.

— Патрокол мог её поправить, — предположил я.

— Она специально наклонена влево. За этим коридором закреплён слуга, который знает, что картину трогать запрещено. Поэтому было бы логично, если бы Патрокол пробравшись в замок и заметив криво висящую картину, повесил бы её ровно.

— Ладно, с этим определились, — сказал Серек, и тут же спросил: — Но что мы будем делать со входом?

— Закроем его, — сказала Эмери. — Стена выдвижная и должна отодвинуться наружу, чтобы проход полностью открылся. Поставим стальной засов и выставим пост охраны, — и чуть подумав добавила, — с собакой.

— Больше никаких ходов нет? — спросил я.

— Нет, — ответила Эмери. — По крайней мере Талий мне больше ничего не показывал.

После собрания я пошёл в кабинет разбирать скопившуюся почту. Со мной пошла Ланель, которой не то чтобы нравилось заниматься бюрократией, но она понимала, что ей нужно вникать в дела, чтобы она могла помогать в управлении городом.

— Смотри, Зес вышел против Орлова, — показала Ланель в окно. Поглядев на две фигуры, стоящие друг напротив друга, я отвернулся назад. — Тебе совсем не интересно кто победит?

— Это я и так знаю.

— Как? Ты так уверен в победе своего вассала?

Прежде чем ответить, я встал напротив принцессы в ту же стойку, что и Орлов.

— Что ты видишь?

Она подошла поближе, стараясь понять, но никаких ошибок не заметила.

— Не знаю. Мне кажется всё нормально.

— Смотри, — похлопал я по правой ноге, — она слишком близко к левой, неправильно распределенный центр тяжести не позволит Орлову быстро отреагировать на атаку Зеса. Из-за этого ему будет сложнее отбить атаку справа. Но если бы он встал так, — сместив ногу чуть вперёд, — то с лёгкостью отбил бы выпад и был готов к сражению дальше.

— И ты думаешь Зес сможет победить одним ударом?

— Нет, конечно. Уверен, Орлов не такой слабак в фехтовании. Однако Зес обязательно воспользуется этим, и Орлову придётся весь поединок находится в обороне. Зес будет использовать любую ошибку, и в конечном итоге его противник просто не сможет отреагировать вовремя. — И с делав паузу добавил: — Однако, если Орлов начнёт использовать магию, то исход поединка я не берусь предсказывать.

В этот момент на улице раздался звон стали, и когда я повернулся убедился в своих выводах. Примерно через двадцать секунд Зес выбил клинок из рук Орлова.

— Быстро, — произнесла Ланель. И сделав паузу спросила: — А как ты отнесёшься если мои эльфы возьмут пару уроков у барона Балакина?

— Я не против, но решающее слово за Зесом, — ответил я.

Она кивнула, и продолжила дальше читать отчёты, что я уже подписал.

Позже к нам пришёл Анри. Он сообщил мне, что завершил обход пленников. Семидесяти трём оборотням отвели для проживания одну из казарм. Сажать в темницу женщин и, уж тем более, детей, никто бы не стал. Территорию вокруг казармы огородили вышками, и пленники могли выходить на улицу.

— Что удалось узнать про физиологию оборотней? — спросил я.

Анри, словно ждал этого вопроса, начал докладывать.

— Ковалевская провела осмотр нескольких женщин и детей. Как мы уже знали, физически они сильнее. Кроме того, среди них есть одаренные, однако оборотни даже не догадываются об этом и не занимаются магическим развитием. Также удалось узнать, что перекидываться в оборотней они могут только когда начинается переходный период. Больше они ничем не отличаются от людей.

— Как они в целом настроены к нам? — спросил я.

— Настороженно, — ответил Анри. — Но подготовкой к побегу не занимаются.

Я кивнул.

— А что по Еве и Сифе?

— Они ничем не отличаются от остальных оборотней, — ответил Анри. — Самуил предположил, что способности Патрокла его дочери не передались. Она нам не интересна.

— Даже не знаю, — подумав сказал я, — хорошие это или плохие новости. А что по Патроклу? Удалось узнать что-нибудь новое?

— Нет, — нахмурившись ответил Анри. — Оборотни сразу замолкают стоит только начать спрашивать о нём.

Учитывая, что ночью поспать не удалось, я решил лечь сегодня пораньше. Однако ночью гарнизон замка снова был поднят по тревоге. И в этот раз Патрокол вышел из леса. Он остановился примерно в шестистах метрах от нас. И словно чего-то ждал.

— Стой, — схватив Эмери за руку произнёс Анри. — Разве ты не видишь, что он выманивает нас?

— Но я нападу с воздуха, — ответила она. — Мне ничего не угрожает.

В этот момент к нам сзади подошли Самуил и Ковалевская.

— Забываешь ты, что он внушить может мысли тебе, — произнёс Самуил. — Не знаем мы насколько далеко его способности простираются.

— Анри, — обернулся я к другу, — прикажи привести Сифу и Еву.

Он кивнул поняв, что я хочу спровоцировать оборотня. Расстояние до Патрокла было большим. И в темноте мы видели только его энергетический силуэт.

— ВОТ ОН Я! Вы искали встречи со мной, и я пррришёл! Так почему меня никто не встррречает? — раздался рычащий голос Патрокла. — Вас так много, неужели вы испугались меня ОДНОГО⁈

— Где дирижабли? — спросил я. — Почему они до сих пор не сбрасывают на него гранаты?

— Им уже передали сигнал. И они скоро будут. Патрокол каким-то образом смог обойти их.

— Серек, — произнёс Самуил, — я могу взять своих людей и попробовать схватить его. На нас его внушение не подействует…

— Нет, — не раздумывая ответил он. — Анри прав, Патрокол что-то затеял. Наверняка это ловушка.

Внезапно все собаки в замке начали лаять. И как раз в этот момент в небе над Патроклом завис дирижабль, из которого тут же полетели гранаты.

Рядом с оборотнем появилось больше сотни вспышек. И когда туман развеялся, я спросил.

— И это всё? — В очки я наблюдал за тем, как аура Патрокла затухала. Не прошло и минуты, как она полностью потухла.

Тогда мы отправили две боевые звезды к месту гибели Патрокла. Самуил же остался вместе с нами на стене. Он был слишком ценен, чтобы рисковать им. К тому же меня и моих родных не отпускало ощущение, что это ещё не конец. Слишком легко это было.

Когда энергетики верхом на конях добрались до места, то они, окружив тело, начали медленно приближаться к нему. Однако через очки я видел, что лежащий на полу Патрокол абсолютно не излучает ауры. Наконец, они полностью подошли к телу, после чего подали нам знак, что оборотень мёртв.

— Слишком легко, — вслух сказал я. — Столько сил и времени на подготовку, и он так глупо погиб. Не верится.

— Может он решил сделать мужской поступок и пожертвовал собой чтобы жили его родные? — предположил Серек.

Мы спускались со стены, когда я увидел, что воины ведут с Еву и Сифу. И как раз в этот момент открылись ворота, в которые въехали энергетики, которые, связав ноги оборотню, волоком везли тело Патрокла.

Не обращая внимание на пленниц, я подошёл к телу врага. Мне сразу бросилось в глаза его лицо, которое представляло собой страшное месиво.

— Это не он! — вдруг воскликнул Андрей Орлов.

— Что? Почему ты так решил? — не понимая почему он сделал такие выводы спросил я.

— Я повторяю, это не он. Она, — указал он на жену Патрокла, — принюхалась и вздохнула с облегчением. Патрокол жив!

Посмотрев на Еву, я заметил испуг на её лице. Для меня стало понятно, что Орлов не ошибается.

Патрокол мог внушить человеку, которого мы убили, что он и есть оборотень. По крайней мере, именно это бы всё объясняло. И всё это представление было для отвлечения внимания.

— Собаки, — воскликнул я. — Вы помните? Собаки залаяли?

Эмери побледнела.

— Он в замке! Дети! — Эмери поднялась в воздух и направилась в сторону дома.

— Обыскать замок! — на ходу начал отдавать приказы Серек. — Используйте собак! Будьте очень внимательны. Если пёс где-то заскулит, зовите подкрепление. Самуил, на тебе Исаврийская и Аяна. Ярар, где они?

— Перед тем как уйти на стену, я сказал им идти к Ярине и Афине, — ответил я.

Он кивнул.

— Софья, — повернулся он к Ковалевской, — ты вместе с Орловым к Рюрикович. — Та кивнула и, не дожидаясь князя, поспешила вперед.

— Я к девуш… — не успел я закончить мысль, как в одной из башен раздался взрыв.

Подняв голову, я увидел Эмери. Она кидалась воздушными лезвиями в сторону пролома, в котором из-за пыли было ничего не видно. «Именно в этом крыле спальни Афины и Ярины», — подумал я.

Когда я добежал до спальни сестер, то увидел, что охрана была убита, а дверь была выбита. Забежав внутрь я увидел, что на полу лежит Ланель, и она своим телом накрыла Аяну.

Страх охватил меня. На негнущихся ногах я подошёл к девушкам. И проверив пульс, с облегчением выдохнул. Обе девушки были живы, однако находились без сознания. Встав я стал искать сестер. Те оказались под кроватью, и когда увидели моё лицо, кинулись ко мне.

— Что здесь произошло?

— Мы не видели, — ответила Ярина. — Когда за дверью раздались крики стражи, Ланель велела нам спрятаться. Потом мы слышали, как выбили дверь. Завязался бой, но всё очень быстро закончилось. — сестра сделала паузу, и со слезами на глазах спросила меня: — Ярар, они мертвы?

— Нет, — тут же ответил я, — он не убил их.

— Слава Стихии, — произнесла Афина, и продолжила: — Мужской голос с сильной обидой крикнул слово «предательница», после чего раздался звон, как будто разбился магический щит, и два сильных удара.

Поднявшись я внимательнее осмотрел Ланель и Аяну. Визуально не найдя у них следов сильных ран, переложил их на кровать, и с артефактным клинком наперевес, поспешил на звук разгорающегося боя.

Когда я добрался до пролома в стене, понял, что основное действие сместилось во двор. И увиденное мне не понравилось… Патрокол стоял, прижав к шее Марии клинок.

Оборотень, словно почувствовав мой взгляд, посмотрел в мою сторону.

— Ааа, вот и ты! Что же ты? Давай, спускайся к нам! — прокричал Патрокол. — Ну же!

Патрокол был зажат со всех сторон, но никто не нападал на него, боясь, что он убьёт Марию.

— Я спускаюсь, — крикнул я, и как можно быстрее побежал во двор. — Я здесь. Скажи, чего ты хочешь?

— Ты похитил моих родных, и думал, что я оставлю это без ответа⁇ — сильно прижав кинжал к шее Марии, откуда появились капли крови, с ухмылкой произнёс оборотень.

— Патрокол, ты окружён, — в ответ сказал я. — Если ты убьёшь её, то мы убьём тебя и всех оборотней.

— Нееет, — протянул он, — ты так не поступишь! Ты слишком праведный. Это-то тебя и погубит. Ты не готов проливать кровь невинных!

— Скажи это тем, кого убили мои воины, когда мы захватили оборотней из твоей стаи. — И сделав паузу, я продолжил. — Предлагаю обмен. Ева и Сифа в обмен на неё.

— Меня не устраивает такой обмен, — ухмыльнулся он. — Ты похитил не только моих жену и дочь, но и родных моих близких.

— Зато у меня рука не дрогнет, — произнесла Эмери. У Патрокла увеличились глаза, и когда я посмотрел в сторону матери, увидел, что она нависла с поднятым стихийным клинком над Сифой. — Тронешь мою дочь, и потеряешь свою.

— Мне нет до неё никакого дела! — ответил Патрокол.

— Даа??? Ну тогда ты не будешь против, — сделала она резких взмах клинком…

— Стой, — дернулся Патрокол вперёд.

— Ооо, кажется у нас дилемма, да, собачка? — надменным тоном сказала Эмери.

Нависла гнетущая тишина, которую нарушил Патрокол.

— Я сдаюсь. Не трогай моих близких, — откинув кинжал и отпустив Марию произнёс Патрокол.

Сестра на негнущихся ногах медленно пошла в нашу сторону. Я быстро заслонил её собой, а в это время Патрокла повалили на пол энергетики. Пока его связывали, он не оказывал сопротивления. Лишь с ненавистью глядел мне в глаза. И когда на его лице появилась ухмылка, я спросил.

— Чего ты скалишься?

— Скоро узнаешь, — ответил он.

И в тот же момент я увидел, как из моей груди торчит острие клинка. Боль появилась позже. Вначале мне даже показалось, что острие клинка мне привиделось.

— Кхр-хр, — сплюнул я кровь на снег. Падая, я увидел лицо Марии, что сжимала клинок в своих руках. Она с очень высокой скоростью замахнулась, чтобы ударить меня вновь, но её тут же обезоружил Самуил, после чего оглушил её.

— Извини, цветочка положить рядом не могу, — услышал я слова Патрокла, прежде чем отключиться.

* * *

— Как он? — спросила Ланель у Аяны, садясь рядом с кроватью.

— Без изменений, — хриплым голосом ответила она. — Ля Фисто узнал почему ритуал исцеления не сработал?

— Да, — ответила Ланель. — На допросе Патрокол сказал, что кинжал был смазан ядом, который погружает жертву в забвение.

Аяна нахмурилась.

— Ты слышала про такие? — Принцесса отрицательно покачала головой. Аяна тяжело вздохнула. — И что нам делать?

* * *

— Эмери, ты хотела меня видеть? — спросила Ковалевская.

— Да. Скажи, как двигается возвращение сознания Марии? Есть подвижки?

— Пока небольшие. Сказывается её… скажем мягко, нелюбовь к Ярару. Поэтому внушение Патрокла легло на благодатную почву.

— Но ты же смогла помочь Ярару!

— Эмери, Ярар любил Элин, — начала отвечать Софья. — И его подсознание само боролось с внушением. Здесь же всё наоборот, — сказала она и, сделав паузу, продолжила: — Признаюсь честно, у меня нет уверенности, что я справлюсь.

Этот ответ очень не понравился леди Тьер.

— И что ты предлагаешь? — серьёзным тоном спросила она.

— Нам нужен Патрокол, — ответила Софья. — Или нужно узнать, где он получил эти способности. Другого пути я не вижу.

— С этим могут быть проблемы, — побледнела Эмери.

* * *

В подвалах темницы, прикованный толстыми цепями, висел Патрокол. Его глаза были выколоты после того, как он внушил одному стражнику убить своего напарника, а потом освободить его. Благо пришла смена караула, и остановила воина.

Тогда же Анри лично ослепил оборотня. И это очень сильно ударило по Патроклу. Нет, физически он был также силён. Но его дух удалось сломить. Он стал наконец-то осознавать, что в этот раз он не выберется.

— Я ещё раз тебя спрашиваю, кто заказал тебе Элин Ка Дель?

— Отвали, — тихо ответил он.

Граф уже понял, что с Патроклом нельзя быть мягким. Он понимает только силу и боль. Только под пытками тот выдал тайну, откуда получил свои способности.

И Анри немало удивился, снова услышав фамилию баронского рода Фец. Оказывается, когда гномы объединились с эльфами и уничтожили головной замок Фец, в нём было уничтожено не всё.

Во время своего путешествия по миру Патрокол встретил раненую девушку, которой он решил оказать помощь. В те времена он ещё не был убийцей, а был обычным юношей, который отправился в путь в поисках приключений. Он выхаживал девушку около месяца, после чего она отплатила ему.

Она сразу предупредила, что его инстинкты усилятся и он уже не будет таким, как прежде. После чего она провела ритуал, который сделал Патрокла таким сильным. Он прожил с девушкой, которую звали Клео, ещё два месяца. За это время он узнал, что знания о тех ритуалах, а их было далеко не один и не два (Патрокол сам не знал сколько ритуалов провела магесса), она получила от Фец, которые продали ей библиотеку за баснословные деньги.

Спустя время в Патрокле проснулся зверь. Вначале он начал охотиться на животных. Он выучил повадки всех животных, и охота на них стала неинтересна. Однажды, вернувшись домой он обнаружил, что Клео ушла от него. И сколько бы он её не искал, так нигде и не нашёл. Потом он отправился в Париж, где в одной таверне, ему предложили подзаработать легких денег… Так он и стал убийцей, и со временем он прославился как Аконитовый убийца.

От Клео у Патрокла остался только один дублон. На одной стороне было изображение орла, а на второй был запечатлён рассвет внутри змеи, которая кусала свой хвост.

Вторую такую монету он получил перед тем как отправиться убивать Ярара в замке Кеннеди. И это был первый раз, когда Клео дала о себе знать.

Анри понял, что до знаний, благодаря которым Патрокол получил свои способности, не добраться. И найти девушку с именем Клео, которую за всё это время не смог найти Патрокол, казалось нереальным.

— Аааа, — закричал Аконитовый убийца, после того как почувствовал, что к его коже прислонили раскалённый металл.

— Скажи, а что будет, если я также сделаю с Сифой или Евой? — спросил Анри.

— Я убью тебя! — гремя цепям дернулся оборотень. — Я уже сказал тебе, что я не знаю кто заказал эту девку!

— Имя! Назови мне имя! — ещё раз прислонив раскалённый прут задал вопрос граф.

По прошествии двух часов Анри, обессиленный, вышел из темницы. Он сразу отправился в спальню, где, прижавшись к Эмери, постарался уснуть.

«Видимо он и впрямь не знает» — подумал граф, перед тем как закрыть глаза.

* * *

— Ктооо тыы? — услышал я чей-то голос.

Открыв глаза, я начал всматриваться в темноту, в которой находился очень долго. Я никого не увидел и подумал, что у меня начались глюки. Я прекрасно помнил, что был смертельно ранен, и своё пребывание в кромешной тьме ассоциировал с миром мертвецов. Я не знал сколько времени прошло и сколько ещё пойдёт. Поэтому я вновь закрыл глаза. Но вдруг я ещё раз услышал мужской голос, который спросил меня.

— Ты немой? Я спрашиваю, кто ты?

В этот раз я понял, что мне это не послышалось. Открыв глаза, я увидел перед собой силуэт мужчины, от которого исходило легкое изумрудное свечение. Он был одет как античный воин, изображения которых я видел в учебниках по истории.

— Меня зовут Ярар Де Тьер, — ответил я. — А ты кто такой?

— Это не столь важно. Хотя… можешь обращаться ко мне Геркулес.

Глава 13

— Рад знакомству, — с осторожностью сказал я. — Ты знаешь где мы? — постарался я выведать интересующую меня информацию.

— Мы находимся в Тёмных планах Теллуса, — ответил он. — И предсказывая твой следующий вопрос, я не знаю как отсюда выбраться.

После этого Геркулес исчез. Я долго звал его, и время, проведенное в одиночестве, показалось мне вечностью. Поэтому, когда он появился вновь, я очень обрадовался.

— Куда ты пропал? — спросил я.

— Это не так важно, — надменно ответил он, и тут же спросил: — Лучше расскажи мне, как ты сюда попал.

Не видя в этом большого секрета, я поделился с ним своей историей. Выслушав меня, он стал относиться ко мне теплее… или что-то около того. Такой вывод я сделал, потому что Геркулес поведал мне свою историю. От него я узнал, что Геркулес обладал таким же даром, что и я. И поначалу, когда он рассказывал про своего учителя, я не придавал этому никакого значения. Геркулес в своём рассказе часто его упоминал. Учителя звали Гавриил, и только по ходу рассказа я понял кто занимался обучением Геркулеса!

— Зачем ты отправился в подземный мир? — спросил я, дослушав историю Геркулеса.

— За энерцией Моисея, — ответил он.

— Энерцией? МОИСЕЯ? — с ещё большим удивлением задал я второй вопрос.

— Энерция, это… нууу… дух, душа, понимай как хочешь, — произнёс он более знакомые мне термины. — А что касается моего попадания сюда, то это, можно сказать, была моя плата за силу и могущество.

Узнав правду, я не знал, как себя вести. Поэтому, разговаривая с Геркулесом, стал осторожнее. Мне было важно понять, как он относится к детям Моисея и какие отношения их связывали. Поэтому я старался как можно больше слушать, к тому же Геркулес и сам был любителем поболтать. Хотяяя… любой бы стал болтуном, проведи он тысячи лет взаперти. «Как он ещё с ума не сошел?» — подумал я.

— Странно, что ты не распадаешься, как остальные, — вдруг сказал он.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ты здесь недолго, но я провёл много времени в поисках способа как покинуть это место. В этом пространстве время — вещь относительная, иначе… я умер бы от старости, — посмеялся своей шутке Геркулес. — Со временем я стал замечать, что на какие-то доли секунды сюда попадают энерции других разумных. Их энерции… Эммм, оболочки, распадаются на мелкие частицы. Я думаю это своеобразный процесс очищения частиц, которые потом переносятся на другой план бытия. — Он выдержал паузу. — Ты же — другой! И я думаю это как-то связано с нашим даром! Хотя, если бы это было так, то за пару тысяч лет, я обязательно встретил бы кого-то ещё. — И словно разговаривая сам с собой: — Не могло же быть такого, что так долго не появлялось магов с подобным даром. — И немного подумав воскликнул: — А значит ты не умер!

— Ты уверен? — желая ещё раз это услышать спросил я.

— Да! — ответил он. — Правда я всё равно не понимаю, почему ты оказался именном в Тёмном плане.

А потом Геркулес снова исчез. Правда в этот раз он предупредил, что его не будет некоторое время. Но куда он уходил говорить отказывался.

— А почему ты сам не распался? — как-то задумавшись спросил я.

— Потому что Зевс заточил сюда мою физическую оболочку. Старый ублюдок не смог убить собственного сына, зато для него было допустимо сослать меня сюда на вечность.

— А ты задавался вопросом почему он так поступил? Вы плохо ладили?

Геркулес задумчивым голосом ответил.

— Я не знаю ответа. По началу мне казалось, что он наблюдает за мной. Но потом это чувство пропало. Скорее всего он просто сдох. Вот же старый ублюдок. Он единственный знал, как меня отсюда вытащить, и помня каким он был параноиком, умер никому не поведав этого секрета. — Он посмотрел на меня. — Думаю, это как-то связано с Гавриилом. Он мало рассказывал о себе, но тогда я был ослеплен теми знаниями, которые он открыл передо мной. Кстати, мои размолвки с Зевсом начались именно из-за него.

— Ты что-то упоминал про знания, которым тебя обучал Гавриил? — спросил я.

— Ишь, хитрый какой! — усмехнулся Геркулес. — Ты, возможно, вернёшься, а я останусь тут. Вот скажи, что ты мне можешь предложить взамен?

Немного подумав я спросил.

— А ты знаешь заклинание исцеления?

Тот отрицательно покачал головой.

Тогда мы договорились, что я учу его заклинанию, а после он учит чему-нибудь меня. Однако я столкнулся с проблемой — Мне заново пришлось учиться оперировать энергией в этом пространстве. Что интересно, я мог использовать только магию иллюзий. Но даже так я смог научить Геркулеса заклинанию исцеления.

Когда у Геркулеса получилось активировать заклинание, он задумчиво посмотрел на меня.

— Ты и так долго здесь задержался! — произнёс он, направив на меня руку. — Твоя магия не действует здесь, потому что ты — лишь энерция. А моё тело находится в этом измерении. Прощай!

— Что ты делаешь? — напрягшись спросил я. Бежать мне было некуда, и я стал подозревать, что Геркулес сейчас нападёт на меня.

Вместо ответа, он произнёс.

— Не верь Гавриилу! Исцеление!

* * *

Открыв глаза, я не сразу поверил, что нахожусь в своей реальности.

— Мастер? — хриплым голом произнёс я. — Это вправду Вы? Это не сон?

— Дааа, — раздался укоризненный старческий голос. — Хах, давно меня в своих снах никто не представлял… — Учитель подала мне стакан с водой. И пока я пил, заметил на прикроватной тумбочке несколько склянок, в которых обычно хранились зелья.

— Что со мной произошло?

— Думаю тебе об этом расскажут твои родные, а я пока пойду передохнуть. Измоталась я сильно.

После чего профессор зельеварения ссутулившись пошла на выход. Не прошло и пяти минут, как в мою комнату буквально вбежали Ланель и Аяна.

— Слава Стихии, ты жив! Как ты себя чувствуешь? — одновременно спросили они.

Не успел я ответить, как в комнату начали заходить все мои близкие. Все радовались, что я пошёл на поправку. Однако, когда появились Герек и Корф, они попросили остальных покинуть помещение, а сами приступили к моему осмотру.

— Ну как? Жить буду? И вообще, почему я провалялся в отлучке целый месяц?

— Ярар, — начал отвечать Герек, — когда мы прибыли, Эмери уже провела ритуал исцеления.

— Ты знаешь про ритуал? — тут же спросил я.

— Да. Меня и Владимира посвятили в эту тайну, — посмотрев на Корфа ответил Герек. — Рана была очень серьёзной и, если бы Серек не прижег её, ты истёк бы кровью. Как я уже говорил, Эмери провела ритуал, но оказалось он тебе помог не полностью. Ты не приходил в сознание. Тогда же мы узнали про яд, которым был смазан кинжал.

— И что это за яд такой?

— Патрокол сказал, что он называется забвение. Графу Фисто удалось узнать список магических трав и частей животных, что используют для его создания. Все ингредиенты по отдельности обладают полезными свойствами для организма, но вместе они купируют мозговую активность. И мы полагаем, что именно из-за этого не подействовал ритуал. Патрокол помнил, что ты можешь исцелить любую рану, поэтому приготовил запасной вариант на случай, если рана окажется не смертельной.

— Я так понимаю, мой учитель по зельеварению приготовила противоядие?

— Да, она уже около двух недель находится здесь. Вначале она изучала яд, а потом готовила противоядие, — ответил Герек.

В этот момент я подумал, что нужно, помимо того, что придумать как отблагодарить мастера, узнать все о составе яда и его противоядия.

Когда меня оставили отдыхать, я задумался. А было ли в реальности то, что я видел Геркулеса, или это была игра моего подсознания (или воображения)?

Ответа на этот вопрос у меня не было.

Моё тело было ещё сильно ослабленным, и когда меня напоила куриным бульоном Джу Ли, а потом она же сделала мне расслабляющий массаж, я уснул.

* * *

— Эмери, ты плачешь? — спросил граф, войдя к ней в кабинет.

— Извини, — отвернулась она. — Это минутная слабость.

— Перестань, — обнял он её сзади. — Ярар очнулся, теперь всё наладится. Патрокол в камере, и твоему сыну никто больше не угрожает.

Эмери повернулась к Анри.

— А как же Мария? Ты забыл, что она не в себе? Стоит её выпустить, как она тут же побежит убивать Ярара.

Граф нахмурился. Он отошёл к барной стойке, где налил почти полный бокал коньяка.

— Выпей.

— Это слишком много. С него меня развезёт.

— Тебе станет легче, — держа бокал в протянутой руке, сказал Анри. — Пожалуйста, выпей, — чуть мягче попросил он. — У меня есть решение, но я не думаю, что оно тебе понравится. — После того, как Эмери, не сводя глаз с Анри, выпила полный бокал коньяка, он продолжил. — Патрокол это сделал, значит он может и исправить.

— Но ты же ослепил его!

— А ритуал исцеления нам на что? — тут же спросил граф, и наблюдая за мимикой на лице Эмери, продолжил: — Нам нужно договариваться с оборотнем, если мы хотим вернуть Марии рассудок.

— Ты шутишь? — с возмущением воскликнула Эмери.

— Ты сама понимаешь, что это единственный вариант, — настаивал Анри.

— У нас есть его дочь. Можно использовать её! — попыталась возразить Эмери.

— Ты готова пытать ребёнка? — спросил Анри. — Я, нет! Хочешь идти этим путём, я мешать не буду, но и поддерживать не стану. — Эмери с возмущением посмотрела на графа, не ожидая услышать такие слова. — К тому же ты уверена, что после того, как мы добьёмся своего, Патрокол не обманет нас и не сделает Марии ещё хуже.

— Мы заключим магический договор! — нашла решение Эмери.

— А если Патрокол использует на себе внушение и изменит своё сознание? Ты ведь знаешь, что договор, как артефакт детектор лжи, считывает мозговую активность. Конечно я не уверен, но мне кажется Патрокол сможет его обмануть.

— Получается, он может обмануть нас в любом случае!

— Может, — не стал отрицать Анри. — Но его целью был Ярар. Он бельмо в его безупречном «списке убийств». И он до сих пор считает, что добился своего. У него нет причин вредить Марии. — Анри сделал паузу. — Договор мы в любом случае подпишем, но в наших интересах, чтобы оборотень сам пошёл на сотрудничество.

— А что будет, когда он узнает о Яраре?

На лице графа появился хищный оскал.

— Теллус большой, — ответил Анри. — Мы переправим Патрокла на какой-нибудь необитаемый остров. Главное, чтобы он не почувствовал подвоха. Мы отпустим его на свободу, но только там, где МЫ пожелаем.

Эмери замолчала. Ей нужно было всё как следует обдумать. К тому же она не могла принимать столь серьёзные решения самостоятельно. Как минимум она должна заручиться поддержкой Серека, а ещё лучше Совета рода.

На следующий день после того, как я пришёл в себя, ко мне вошёл Анри. Мы поговорили о моём самочувствии, после чего я попросил.

— Хватит ходить вокруг да около, рассказывай с чем пришёл. — Он кивнул, после чего выложил мне ситуацию по Марии, и о придуманном им плане. — Насколько я понимаю, Ковалевская не смогла ей помочь?

— Да, — нахмурившись ответил он, после чего дополнил свой рассказ, озвучив вердикт Софьи.

— Нууу, об отношении ко мне Марии ты меня совсем не удивил. Нужно быть слепцом, чтобы этого не замечать. И когда будет Совет рода? — спросил я.

— Завтра в первой половине дня.

— Хорошо, передай маме, что я отдам свой голос ЗА этот план.

— Уверен? — спросил Анри. — Будь на твоём месте Мария, она так бы не поступила.

— Анри, я — не моя сестра. — И прищурившись спросил. — Зачем ты проверяешь меня? Есть сомнения в моей адекватности?

— Прости, — усмехнулся он. — Разведчик всегда остаётся разведчиком. Или, как у нас говорили, бывших не бывает.

Я кивнул, и когда дверь за графом закрылась, в неё тут же вошла Джу Ли. После оздоровительных процедур, она помогла мне одеться. Лежать на кровати мне уже надоело, и вместе с ней я, переступая с ноги на ногу, спустился в столовую.

Ко мне кинулись Ярина и Афина, при этом чуть не сбив меня с ног. И если бы не поддержка рабыни, я скорее всего упал бы.

Потом были ворчания Герека, который, увидев меня, сказал, что я самый худший больной в мире, потому что не выполняю его указаний. С его слов мне ещё пару дней нужно лежать в постели.

Но я решил остаться, настояв на своём. И в целом я хорошо посидел, однако после завтрака вернулся в свою спальню.

Совет прошёл нормально. Несогласных с планом Ля Фисто не было. Хотя я заметил, что во время голосования, большая часть ждала пока я подниму руку. С одной стороны, меня это радовало. Но, как мне показалось, это не скрылось от Тимофея, потому что он очень внимательно смотрел в мою сторону после голосования.

— Поговорим? — спросил я, заходя в кабинет отца, который уже начал использовать Тимофей. Брат кивнул. — Навевает воспоминания. Ты очень похож на Талия. Когда я был маленьким, то часто забегал к нему и прятался от служанок. Он точно так же сидел в этом кресле, и корпел над очередным документом.

— Спасибо, брат, — дав понять, что начало разговора ему нравится, ответил Тима. — Что тебя привело ко мне?

— Разговор, который мы давно откладываем, — ответил я. — Скажи, чего ты во мне боишься?

— Ты сейчас серьёзно об этом спрашиваешь?

— Да, — ответил я. — Пойми, я твой брат. Мы самые родные у друг друга люди, и то, что между нами стало происходить, мне абсолютно не нравится. Ответь мне, что заставляет тебя проявлять столь открытую враждебность ко мне?

Тимофей с серьёзным лицом посмотрел на меня.

— Хорошо, давай поговорим. — И сделав паузу. — Ярар, ты решил мстить Патроклу, используя ресурсы рода, и при этом решил, что самым удачным местом, где можно ждать нападения оборотня, будет замок Тьер. И хоть ты голосовал сегодня за план, благодаря которому Мария выздоровеет, но именно на тебе лежит ответственность за её нынешнее состояние.

— Ты сейчас это говоришь на полном серьёзе? — спросил я. — Про какие ресурсы рода ты говоришь? Дирижабли⁈ Тима, они все мои! Род Тьер у меня их не покупал. Это мои заводы, моё производство, на которое род не потратил ни одной медной монеты. Оружие, амуниция — это тоже всё моё. Даже воины были по большей части МОИ. Что касается Марии… — я сделал непродолжительную паузу, — я согласен, что часть вины лежит на мне. Но я напомню тебе, что Патрокол пытался убить меня несколько раз, и именно поэтому Совет рода полностью поддержал мою инициативу по его ликвидации.

— Ты просто мстил за Элин.

— Да! — не стал отрицать я. — Даже спорить не буду. Я преследовал свои цели. Но при этом собирался ликвидировать опасность для всего рода. Аконитовый убийца имел зуб на нас, и давай на миг предположим, что рано или поздно ему придёт заказ на кого-нибудь из нас. Ты уверен, что ты, я или даже Эмери и Серек смогут отбиться от него, если он нападёт из засады?

— Это лишь твоё предположение! — возразил Тимофей. — Однако я не стану отрицать, что такая вероятность существует. Но согласись, все проблемы из-за тебя…

— Вот это здорово! Мне что, нужно было умереть, когда Аконитовый убийца напал на меня в первый раз?

— Ты должен был решить проблему сам!

— Тима, ты часом не охренел⁈ — перешёл на повышенный тон я.

Он бросил на меня сердитый взгляд.

— Нет, Ярар, не охренел. И не надо так со мной разговаривать, я напоминаю тебе, что я хоть и несовершеннолетний, но глава рода!

— Прошу прощения, — сделал я жест будто снимаю шляпу, — хочешь говорить по-другому, давай. Скажи, я Тьер?

— К чему этот вопрос?

— Ответь, будь добр, глава рода Тьер, — попросил я.

— Да, — прищурившись ответил он.

— Отлично! — усмехнулся я. — Ты, я смотрю, занимаешься отчётами. — И найдя на столе папку с гербом города Балакина, я, не спрашивая разрешения, достал первый лист. — Так, что это у нас? О, просто прекрасно! — И посмотрев на итоговую цифру: — Род Тьер получил семьсот двадцать три тысячи золотых, только с торговли в моём городе! — Достал второй лист. — Так, ну тут сумма поменьше, налоги за землю и проезд, всего триста тысяч, если не считать медяки.

— К чему ты ведёшь? — спросил Тимофей.

— Тимофей, я понять не могу, почему я буквально спонсирую род Тьер, помогая с перестройкой водных путей, предоставляя в безвозмездное пользование дирижабли и многое другое, и при этом не могу использовать ресурсы Тьер? А ты хоть знаешь, что я могу платить шесть процентов? — И видя не понимание на лице брата. — Если уж быть совсем дотошным, то я могу вообще не платить налоги двадцать лет, ведь согласно закона, изданного ещё тридцать лет назад, я построил город и вложил в него колоссальные средства. Этот закон был принят, чтобы дворяне расширяли границы Империи, укрепляя её обороноспособность и инфраструктуру. Только из-за того, что мне не было об этом известно, а Талий воспользовался этим, я начал платить налоги. Я могу прекратить спонсорскую деятельность, когда захочу! Но при этом я понимаю, то, что мы сейчас строим, нам понадобится в ближайшем будущем!

— То есть, тебе все должны быть благодарны? Так что ли?

— Да на хрен мне не нужна твоя благодарность? Я хочу нормального к себе отношения. А не твоих детских обид. Признайся, тебе ведь просто завидно, что я этого достиг сам!

— Пошёл вон! — прорычал Тимофей.

— И не подумаю, — ответил я. — Я ещё не получил ответы на свои вопросы.

— Хочешь ответов! — воскликнул он. — Да, я завидую тебе! Ты переключил всё внимание на себя. Даже когда я делаю свою работу, знаешь, что мне говорят? Ты совсем как твой старший брат! Меня всегда сравнивают с тобой! А когда находят ошибки, я слышу, что ты бы их не совершил!

— Так в чём проблема-то? Я что ли виноват в том, что ты плохо занимаешься? Или что приходишь на занятия по развитию дара только для галочки?

— Ааа, ТЫ вспомнил про дар! И это после того, как ты стал пить своё зелье полнолуния? Каково это быть самым молодым старшим мастером в пятнадцать лет? — и набрав в легкие воздуха, — Как мне догнать тебя?

Я на некоторое время замолчал.

— Тим, — уже спокойнее начал говорить я, — я уже дважды был в рабстве. И открою тебе страшную тайну, я боюсь, что кому-то из вас, моих близких, придётся пережить то же самое. Я боюсь, что кто-то решит навредить вам, и я не смогу вас защитить. Что бы ты себе не надумал, ты, Мария, Ярина и Афина, самые родные для меня люди. Я лезу из рубашки вон, чтобы стать сильнее не для того, чтобы возглавить род, а чтобы я смог защитить вас… — Сделав паузу я продолжил. — Хватит этого глупого соперничества. Брат, давай попробуем жить в мире.

— Хорошо, — спустя время ответил он.

— Мир? — протянул я ему руку.

— Мир, — ответил он на рукопожатие.

* * *

Через три дня Анри вместе с юристами закончили «сочинять» магический договор. Патрокол согласился исправить то, что сотворил с Марией. И тогда Эмери провела ритуал исцеления. Во время ритуала Патрокол спал, мы напоили его несколькими литрами сонного зелья. А после Корф, используя целительскую энергию, усилил эффект.

Когда он очнулся в темнице, около часа изучал договор. После чего поставил свою подпись.

Прежде чем начать обратный процесс, граф «поработал» с Патроклом используя детектор лжи, стараясь поймать его на лжи. Но оборотень всегда отвечал правду. После этого к нему завели Марию. Около трёх минут Патрокол не моргая смотрел в глаза Марии.

— Всё, — произнёс он. — Вы можете забирать её.

— Хорошо. — ответил Анри, передавая Эмери погружённую в сон девочку. — Как и договаривались, пока мы не убедимся, что ты нас не обманул, будешь находиться здесь.

— Но не более пяти дней, — ухмыльнувшись произнёс Патрокол. — Скажи, граф, каково это стоять рядом с убийцей своего сюзерена, но не иметь возможности отомстить?

— Тебе воздастся, — ответил Анри, постаравшись не выдать своих истинных чувств.

Последующие дни Ковалевская провела, разговаривая с Марией. Сестра стала нормально реагировать на моё имя, даже высказывала желание посетить мою могилу. Это было связано с тем, что она не знала, что я живой и здоровый. Поэтому последним этапом проверки стал момент, когда я показался ей на глаза.

— Ну как? — с легкой издёвкой спросил я. — Убить меня больше не хочешь? Может быть проткнуть чем-нибудь?

На её лице читалось сильное удивление.

— А ты живучий, — произнесла она. — Нет, убивать тебя я не хочу. Но желание побить не пропало.

— Значит ты стала такой, какой была прежде? — приблизившись спросил я, готовясь в любую минуту отразить атаку.

— Думаю, да, — ответила она.

Решив пойти до конца, я обнял её. Мы вообще редко обнимались, поэтому, когда я посмотрел в лицо сестры, заметил, что она ошарашена моим поступком.

— Я рад, что с тобой всё в порядке, — сказал я.

* * *

На следующее утро дед улетел в сторону острова под названием Земли Франца-Иосифа. Они находились ближе всех к северному полюсу. И именно туда Серек собирался доставить тело спящего Патрокла.

Примерно через два часа после отлёта деда я увидел, что дирижабль Андрея Орлова подымается в небо.

— А он куда? — спросил я у Анри.

Друг усмехнулся.

— Бешеных собак нужно сразу убивать.

— Что ты сделал? — тут же спросил я.

— Всего лишь занёс ему карту, на которой помечен остров, куда Серек доставит оборотня. А также сообщил, что род Тьер дарит лично ему пятьдесят ящиков с гранатами, — ответил Анри.

— И как он отреагировал? — спросил я.

— Орлов усмехнулся и попросил за эту услугу выписать ему чек в банке.

— Не думал, что его можно купить.

— Мы не купили, а наняли его, — поправил меня Анри. — Понимаешь, он не обязан это делать, но при этом Орлов не выходит за рамки своих полномочий. Патрокол опасен, и сотворил много плохого на территории Империи. И к тому же любая работа должна быть оплачена.

Вечером я возвращался в свою спальню чувствуя, что меня отпускает напряжение последних дней, или правильнее сказать месяцев. С Патроклом было покончено. Оставалось только дождаться возвращения Серека, и можно было лететь в столицу. К тому же профессор зельеварения, мягко говоря, достала меня своим брюзжанием на тему, что она хочет вернуться домой.

— А ты что здесь делаешь? — спросил я, встретив Космоса.

Рысь посмотрел на меня, но передавать по мыслесвязи ничего не стал, он лишь фыркнул и пошёл дальше. Пожав плечами, я тоже продолжил путь.

В спальне было темно, но я сразу почувствовал знакомый запах. Так могло пахнуть зелье сексуального желания.

— Тебя долго не было, — услышал я голос Аяны.

— Совсем о нас не думает, — словно жалуясь, произнесла Ланель. — Нужно его проучить!

Активировав магическое зрение, я увидел, что в моей кровати лежат девушки, которые находились под одеялом.

— Сразу вдвоём? — не веря своим глазам, спросил я.

Конечно у меня уже был такой сексуальный опыт, проведенный с Элин и Аяной. Но чтобы Ланель согласилась на такой эксперимент, я совершенно не ожидал.

В этот момент девушки переглянулись и начали целоваться друг с другом, при этом с хитринкой косясь в мою сторону.

— Нууу, — промурлыкала Ланель, — если хочешь, то можешь посмотреть, как мы будем наслаждаться… без тебя. — И хихикнув: — К тому же тебя и впрямь долго не было, и мы немного начали без тебя.

Тем временем рука Аяны легла на грудь принцессы, которая, почувствовав ласку, начала тяжело дышать. И пока я стоял, не веря тому, что всё это происходит на самом деле, она опустила руку под одеяло, после чего Ланель задышала ещё чаще.

Больше я терпеть не стал и, быстро раздевшись, забрался на кровать. Под одеялом девушки были абсолютно голыми. И судя по смятым простыням, они и впрямь не теряли времени зря.

Я тоже стал чувствовать эффект зелья, которое витало в воздухе, и сев за спину Аяны, стал целовать её шею, одновременно лаская рукой грудь. И постепенно я начал опускать руки ниже.

— Вы так и будете целоваться друг с другом? — спросил я. Девушки были сильно возбуждены, и словно забыли о моём присутствии.

Вместо ответа, Аяна легла поверх Ланель, тем самым открывая мне чудесные виды.

— Ты пока не заслужил! — с насмешкой сказала Ланель. Девушки продолжили целоваться, и смотря на разведенные ножки я понял, что всё, что я сегодня получу, они мне уже показали.

Наивные…

Дорогой читатель! Нравится книга? Поблагодари автора. Поставь лайк перейдя по ссылке: https://author.today/work/314508

Глава 14

Большие потери в военном конфликте вынудили Подгорное царство подписать мирный договор с Вольными баронствами. И даже обещание Империи Тан оказать помощь в войне против баронов не возымело эффекта. Договор был подписан.

Никаких земельных или иных политических уступок бароны не получили. Поначалу послы баронов пытались говорить с коротышками с позиции силы, но, когда Империя Тан подвела большую армию к границе близ рудника с метеоритным железом, они быстро согласились на условия гномов. Всё-таки воевать на два фронта им было крайне невыгодно.

Как только все подписи были поставлепны, армия баронов переместилась к руднику. И там всё шло к тому, что скоро начнётся генеральное сражение.

После возвращения Серека, который уверил меня, что с Патроклом покончено, я начал сборы в столицу. Оставался ещё месяц до зимних каникул, и мне, помимо того, что нужно было навёрстывать пропущенные занятия, так ещё сразу готовиться к экзаменам.

— Как самочувствие? — спросил я у Ланель.

— Превосходно, — начала отвечать она. — Такое ощущение, что энергия переполняет меня! — Потом она перевела на меня взгляд, попросила. — Посмотри на меня магическим зрением, я стала сильнее?

Я кивнул.

— Лани, ты так и осталась мастером, — ответил я, и сделав паузу, продолжил. — Но это не значит, что ты не стала сильнее. Этот месяц, пока твои каналы нестабильны, ты должна как можно больше медитировать.

Ранговая схема силы была отчётливо видна, и после одного приёма зелья полнолуния Ланель не сможет стать старшим мастером.

Ланель выпила зелье пока я был без сознания. И я был согласен с ней, что она правильно использовала появившуюся возможность.

— Может это из-за того, что я двустихийница? — предположила она.

— Не думаю, — ответил я. — Ведь у меня нет перекоса энергии? — напомнил, что я как бы тоже имею две направленности в магии.

Она согласилась со мной после чего я оставил её медитировать. В связи с тем, что я долгое время находился без сознания, не успел вовремя начать прокачивание своего резерва, и в итоге, когда я проснулся, каналы уже успели потерять свою пластичность.

Миссия по возвращению пленных оборотней была поручена моему дяде Михаилу. И когда я встретил его выходящего из кабинета Серека, спросил.

— Когда отправляешься в Халифат?

— Через три дня, — ответил он.

Ситуация с оборотнями была непростой. Патрокол был основным добытчиком стаи. Оборотни почти ничего сами не производили. Анри, пока они находились у нас «в гостях», узнал, что за последние десять лет им удалось найти всего одно магическое растение, которое они продали за сто пятьдесят тысяч золотых. И как бы велика не была сумма, но для столь многочисленной стаи в тысячу разумных, этого хватило ненадолго. Если оборотни ничего не начнут производить, то максимум через ещё десять лет, они пойдут по миру с протянутой рукой.

Читать, писать оборотни не умели. Они были очень изолированными от остальных разумных. И поэтому торговцы, что приезжали в селения к оборотням (разумеется не догадываясь о расовой принадлежности жителей), скупали шкуры животных, можно сказать, за бесценок. Но даже если они начнут продавать шкуры по нормальным ценам, это им мало поможет.

Поэтому на очередном Совете было высказано мнение предложить оборотням переселиться в наши земли. Гор у нас много, и теснить они нас не станут. Помимо того, что в горах есть каменный карьер, который не использовался со времен нападения гномов, так ещё оборотней можно было загрузить работой по добыче крови.

И хоть такая идея казалась мне неплохой, я считал, что оборотни не согласятся на это. По крайней мере сразу. Но если их прижмёт, то возможно в будущем они могут согласиться. Всё-таки когда у них окончательно закончатся деньги и им нечем будет кормить детей, то кровь, пролитая в ходе захвата их селения, отойдёт на второй план.

— Ты разговаривал с Анри? Понял, как нужно говорить с Фенриром? — спросил я у дяди.

— Да, — ответил Михаил. — Анри вместе со мной был у Серека. И мы только что закончили совещание.

Я кивнул, и дядя пошёл по своим делам. Открыв дверь кабинета, я услышал обрывок фразы Серека.

— … не отдам её руку!

— Это то, что я думаю? — прислонившись к косяку, спросил я.

— Я не умею читать мысли, — без шуток ответил дед.

— Ты просишь руки моей матери? — повернувшись к Анри спросил я.

— Да, — не стал он отрицать.

Я кивнул, и после того как сел напротив Серка и Анри, спросил у последнего.

— Мы вроде обсуждали этот вопрос. Я думал ты всё понял!

— Эмери заслуживает большего… — начал говорить Анри.

— А что Инесса? — перебил я друга. — Она согласна на роль второй жены? Или ты с ней не говорил об этом.

— Она поймёт. И для неё ничего не изменится, — ответил Анри.

— Значит ты не говорил с ней, — констатировал я факт.

— Да. Не говорил.

— Граф Фисто, — обратился к нему Серек, — я уже говорил, если Эмери выйдет за тебя замуж, то она потеряет право голоса в Совете. К тому же сейчас совсем не время думать тем, что находится между ног. Ведь сейчас вся воздушная оборона замка Тьер состоит из одной Эмери. И на мой взгляд, твоё импульсивное решение подвергает весь род Тьер опасности.

— Значит вы оба говорите нет? — серьёзно спросил Анри.

Дед тяжело вздохнул.

— Граф, я не говорю НЕТ. Просто я пытаюсь донести до тебя, что сейчас не время. У Эмери есть обязанности. И твой брак с ней может помешать.

— Когда? Когда я смогу назвать Эмери своей женой?

— После совершеннолетия Тимофея, — ответил Серек.

Немного подумав граф произнёс.

— Хорошо, через семь лет я снова приду с этим вопросом.

С этими словами Анри встал из-за стола и покинул нас.

— Да уж, не простой у тебя вассал… — сказал дед, смотря на закрывшуюся за Анри дверь.

— От него больше пользы, — пожал я плечами. — К тому же он верен роду.

— Так верен, что забывает свои обязанности, когда дело касается твоей матери.

Я усмехнулся.

— А кто из нас идеален?

Дед тоже улыбнулся.

— Может ты и прав. Надеюсь за это время чувства Анри и Эмери остынут, и мне не придётся обсуждать этот вопрос ещё раз.

— Время всё расставит на свои места, — сказал я и выдержав паузу, спросил: — Ты придумал, как мне легализовать Аяну? — спросил я.

— Да, — ответил дед. — Но не думаю, что ответ тебе понравится. — И видя, что я жду продолжения. — Статус любовницы.

— Хм, — задумчиво произнёс я, — думал, что ты придумаешь что-нибудь другое.

— После свадьбы с Исаврийской ты сможешь взять Аяну второй женой. В любом случае, твой ребенок от Аяны будет считаться законнорождённым. Главное поставить подпись в ратуше до того, как Аяна родит.

— А что если нам обратиться к Долгорукову? — спросил я.

— Ярар, я уверен, дед не откажет. Но тебе стоит усвоить одну простую истину: никто не знает, что будет завтра. К примеру, если, не дай Стихия, твой дед завтра умрёт, а следующий глава, потребует от нас за сохранение в секрете тайны происхождения Аяны ежемесячно предоставлять зелье полнолуния? Что тогда? — Он выдержал паузу. — Я может и нагнетаю, но считаю, что такие вопросы, лучше всего не выносить из рода.

— Я понял. Осталось поговорить с Аяной, — расстроено сказал я.

* * *

Следующим утром мы вылетали обратно в столицу. Разговор с Аяной прошёл буднично. Оказывается, она уже давно подозревала о том, в какой ситуации находится. И поэтому спокойно восприняла мои слова.

— Мне уже всё это объяснила Ланель, — произнесла Аяна.

— И как ты к этому относишься?

— Ярар, мы живём в сословном обществе. И я неглупая девочка, звёзд с неба не хватаю. Главное, что наш ребенок будет Тьер. К тому же спустя два года, я надеюсь, ты сделаешь мне нормальное предложение руки и сердца?

— Разумеется, — ответил я, повалив Аяну на кровать, после чего начал осыпать её поцелуями.

— Эй! — послышался от двери голос Ланель. — Без меня развлекаетесь?

— Мы только начали, — ответила Аяна. — Присоединишься?

Ланель на секунду зависла, а кончики её ушей показали, что она снова смущается. На меня сразу нахлынули воспоминания, о том утре, когда мы провели ночь втроём. Ланель буквально стала выглядеть как спелый помидор. Она усиленно прятала глаза, стараясь скрыться под одеялом.

Оказывается, она восприняла слова Джу Ли не всерьёз. И думала, что это обычная ароматическая свеча, которая просто приятно пахнет. А когда почувствовала эффект, то уже не смогла остановиться.

И как мне по секрету сказала Аяна, что пока я лежал без сознания, они много говорили. Так вот, первый сексуальный опыт у принцессы, оказывается, был не со мной, а с другой эльфийкой!

Узнав это, Аяна дождалась, когда я снова окрепну, после чего попросила у Джу Ли одну из магических свечей. Ну а после произошла та самая ночь, которую я буду вспоминать до самой старости.

— Тебя долго ждать? — расстегивая на мне рубашку спросила Аяна у Ланель. — Смотри, а то всё самое вкусное мне снова достанется первой!

Столица нас встретила пасмурной погодой. В небе не было ни одного лучика света, а всю дорогу к особняку нас сопровождала пурга.

— Ты чего улыбаешься? — спросил я у Аяны, когда завезли Ланель к себе.

— А то, что теперь ты только мой! — усмехнулась она, сев рядом со мной.

— Мне кажется, ты стала себя вести… иначе.

— Я беременна, — ответила она. — И мне сложнее контролировать себя. Кстати, — изобразила она серьёзное лицо, — тебе же говорил Самуил, что он пришлёт ко мне помощницу?

— Ты хотела сказать служанку?

— Сам ты служанка! — толкнув меня в бок, произнесла Аяна. — Это у тебя слуги, а у нас в общине нет сословного разделения. Хотяяя, — задумчиво протянула она, — я должна согласиться, ведь если посмотреть со стороны, она как раз-таки будет мне прислуживать. Просто это у нас не считается зазорным. Таким образом смотрит и запоминает, как протекает беременность. К тому же я в своё время тоже была помощницей у беременной.

— Так она моложе тебя? — спросил я.

— Ага, — ответила Аяна. При этом сделала вид, что не понимает к чему я веду.

— Значит Самуил не успокоился?

— Ты сам-то понял, что сказал? — усмехнулась Аяна. — Теперь дед хочет закрепить результат.

— Но он же говорил, что не станет мешать твоему счастью?

— Не дели постель ни с кем, кроме меня и Ланель, тогда никто моему счастью не помешает, — ответила Аяна.

Смотря на девушку и чувствуя её эмоции по связи, я понял, что этот разговор для неё самой неприятен, поэтому я не стал его продолжать, а лишь крепко обнял её.

* * *

Тем же вечером прибыл Николай Орлов. Он сообщил мне не сильно хорошие новости. Оказывается, его брат, Андрей, не вернулся в столицу. Услышав это у меня засосало под ложечкой.

Мы думали, что А. Орлов после того, как разобрался с Патроклом, полетел в столицу. Серек говорил, что Патрокла спустили на остров пока тот ещё спал, и когда дед улетал, то видел, как Орлов начал бомбардировку.

И я очень надеялся, что брат главы ГРУ задержался из-за какой-нибудь поломки. Не став ничего скрывать от Орлова, я рассказал, куда и зачем летал его брат.

— Так значит острова под названием Земли Франца-Иосифа… — произнёс Орлов.

— Да, — после чего я показал на карте, принесённой Столяровым, остров, на котором нашёл своё последнее пристанище Патрокол. — Николай, ты же не думаешь, что оборотень смог допрыгнуть до дирижабля?

— А если он спустился проверить мёртв Патрокол или нет? — И не успел я ответить, как он продолжил: — Андрей привык всё доводить до конца.

— Полетишь туда? — спросил я у Н. Орлова.

— Вначале доложу императору, а после полечу туда, — ответил он, и с очень хмурым лицом начал собираться.

— Как будет возможность, сообщи мне новости. Если Патрокол жив и смог выбраться, то мне и моим близким грозит большая опасность.

— Хорошо, — ответил Орлов.

Тем же вечером я послал сообщение домой. Хоть вероятность того, что Патрокол смог сбежать с острова, крайне мала, но лучше перестраховаться. Однако прошла неделя и напряжение меня начало отпускать, несмотря на то, что новости от Орлова ещё не пришли.

Я же тем временем полностью включился в учебный процесс. Ланель, как и я, тоже много пропустила. Поэтому, используя связи Столярова, мы наняли нам репетиторов. В основном это были студенты старших курсов, которые были не прочь подзаработать. Однако не стоит забывать, что я наследник великого рода, а Ланель принцесса Элинской империи, и заниматься нашей подготовкой в некоторой степени очень почётно. Поэтому к нам домой приезжали даже профессора из Академии магии.

В остальном всё шло своим чередом. Стройка в замке Тьер шла полным ходом. Герек сообщил, что на днях был выпуск повитух и знахарок. Желающих получить бесплатное образование, капитальный дом и стабильную заработную плату было много. За это женщинам нужно было отработать пятнадцать лет в Балакина или в его окрестностях.

Мэр города, Смирнов, писал, что недавно закончили строительство дамбы, и теперь осталось дождаться весны, когда запустят ветку водного пути.

Также встал вопрос производства бытовых приборов, которые будут работать от электричества. Печки, чайники, нагреватели, лампочки, утюги — всё это уже было изобретено. Но ни о каком серийном производстве речи не шло. Поэтому перед тем как улететь в столицу я написал Смирнову, чтобы он начал скупать лицензии на бытовые приборы, а если изобретения ещё не запатентованы, то пусть сам их оформляет. Тут кто успел, тот и съел.

Что касалось Славянова, то юный изобретатель оценил, как сильно изменился его образ жизни. Новый дом, прислуга и даже охранник из отставных воинов, освободили ему много времени, которое он с пользой тратил в своей лаборатории, из которой его могла вытащить только его девушка.

Не знаю кого там ему подобрал Анри, но именно из-за этой дамы пришлось приставить охранника к изобретателю. Сам я её не видел, но, со слов Анри, девушка была и впрямь хороша собой. В связи с чем появились завистники посчитавшие, что Славянов ещё слишком молод, чтобы жить настолько хорошо.

Все электрические приборы я поручил передать Славянову с целью проверки возможной модернизации и приведения их в божеский вид. Хотя для последнего я собирался нанять художника, который сможет нарисовать приборы «симпатичными». Работа над паровым двигателем у него пока шла медленно. Но я не отчаивался и просто ждал. Время ещё было.

Рельсовая дорога пока была только на территории металлургических заводов, но уже этим летом мы планировали проложить её до порта. Чтобы поступающее сырье сразу увозилось на склады, откуда его будут перенаправлять на заводы. И пока Славянов не создаст паровой двигатель, вагоны будут тащить несколько троек лошадей.

Кстати, из-за этого поднялся вопрос о строительстве второго порта. В первый, что уже работал, будут заходить корабли с товарами для города. А в том, что мы построим позже, будут разгружать руду и строительный материал. Однако, пока идёт строительство водного пути, о втором порте приходится только мечтать. А вот годика через два-три, когда избавимся от всех подтоплений, которые обязательно поначалу будут, начнётся его строительство.

Откладывая очередной документ, услышал стук в дверь.

— Зес? Какими судьбами?

— Пришли новости от Николая Орлова.

— И что? Что он сообщил? — с напряжением спросил я.

— Он долетел до острова, который ты указал на карте, и даже нашёл место, где остались следы взрывов, но ни Патрокла, ни дирижабля со своим братом он не смог найти.

— И что же это может значить?

— Ты меня спрашиваешь? — вопросом на вопрос ответил Зес.

Мне эта ситуация совсем не нравилась.

— Где сейчас Орлов?

— У Долгоруковых в гостях. По крайней мере сообщение мне пришло из их города.

Немного подумав я предположил.

— Значит Орлов ищет брата. Что ж, нам остаётся только ждать.

— Ярар, я бы хотел перевезти Ерби и своих детей в Балакина.

Хоть Зес этого не сказал вслух, но и без этого было понятно, что если Патрокол смог выбраться с острова, то скорее всего отправится за мной.

— Хорошо, можешь брать мой дирижабль и отправляться с ними.

— Нет, — сразу возразил он. — Я останусь с тобой.

— Отговаривать не стану, — ответил я, — но прежде чем принимать такое решение, поговори с Ерби.

Он не стал спорить и покинул мой кабинет.

* * *

— Что, оборотень, не получается? — спросил Андрей.

— Рррааввв, — раздалось от Патрокла, который сейчас находился в волчьей ипостаси.

Патрокол уже несколько дней как очнулся. Он находился в узкой камере, выполненной из крепкого железа. Лишь маленькое окошко связывало его с внешним миром. И когда пришёл Орлов, Патрокол старался выбить дверь, но у него ничего не получалось.

— И долго ты будешь сопротивляться?

— Почему ты не убил меня? — хрипя спросил Патрокол. — Тебе же заплатили за мою смерть. Я вижу это в твоих глазах!

— Не ври, — усмехнулся Орлов, — ты не умеешь читать мысли. Твой удел иллюзия и внушение.

Оборотень начал ходить из стороны в сторону, лишь изредка бросая злобный взгляд на своего тюремщика.

— Какой умный человечишка. Только откуда тебе знать, что я умею?

— Наверное от той, — надменно улыбнулся Андрей, — кто дал тебе эту силу!

Патрокол чуть не споткнулся, когда услышал слова Орлова.

— Кто ты? Нет… Кому ты служишь?

— Патрик, — назвал его Орлов именем, которым называла всего одна женщина в мире, — ты разве сам не догадался о ком я говорю?

— Клео? Ты знаешь Клео?

— Ооо, — наигранно улыбнулся Андрей, — вижу я смог тебя заинтересовать?

— Отвечай мне! — резко дернувшись, оборотень постарался достать Орлова через маленькое окошко, но Орлов находился на расстоянии, до которого Патрокол его не мог достать.

Орлов подошёл к вытянутой руке и, посмотрев на когти оборотня, произнёс.

— Ты плохая собачка. И хоть время поджимает, тебя нужно проучить. Поэтому я пойду покушаю, а ты подумай над своим поведением.

— Нет. Стой. Стой! Вернись!.. — Услышал Орлов прежде чем он покинул грузо вую часть гондолы.

* * *

Находясь в своей каюте, Андрей достал шар, и подождав несколько минут услышал голос из него.

— Докладывай, князь, — произнесла девушка.

— Госпожа Клео, — начал отвечать Орлов, — как Вы и приказывали, я спас оборотню жизнь. Сейчас он находится взаперти.

— Ты сказал ему обо мне? — с интересом спросила она.

— Да, я назвал Ваше имя. Однако, — сделал Орлов паузу, — его адекватность вызывает у меня сомнение.

— Ритуалы, с помощью которых я дала ему силу, не могли пройти бесследно. Но ты правильно поступил, оградив его от остальных. — И тут же спросила: — Он был сильно ранен, когда ты его вытащил?

— Несколько осколков и опалённая шерсть. Ничего серьёзного, — ответил Орлов. — До того, как он пришёл в себя, полностью восстановился.

— Хорошо, — покачав головой произнесла Клео. — Корми его, но не выпускай из камеры, пока я с ним не встречусь.

— Я могу сказать, что он скоро увидит Вас?

Немного подумав Клео ответила.

— Можешь.

Девушка уже собиралась отключать артефакт, когда Орлов спросил.

— Госпожа, почему Вы решили спасти его?

— Потому что я обязана ему жизнью, — ответила Клео. — И даровав ему силу, которая привела к столь сильному изменению его психики, я не считаю, что расплатилась с ним сполна.

— А если кто-то узнает, что я помог ему спастись?

— Ты сбросил бомбы и улетел. Вниз ты не спускался. Как обойти детектор лжи я тебя научила. Так что к тебе вопросов не будет. — И сделав паузу Клео спросила: — Ты ведь позаботился о том, чтобы у тебя была правдоподобная версия твоего отсутствия?

— Да, разумеется, госпожа. Но всё же, я хотел бы предупредить Вас. Патрокол был зациклен на Яраре Де Тьере. Боюсь, когда он узнает, что тот жив и здоров, отправится завершить начатое.

— Я тебя услышала, — холодно ответила Клео и, когда артефакт отключился, она тяжело вздохнула.

Самым сложным для Клео было подобрать слова, чтобы объяснить Гавриилу и Менелаю почему она спасла заклятого врага Ярара де Тьера. И если поставить на чашу весов и сравнить ценность обоих, она однозначно понимала, что выигрывает светлый маг. Но также она понимала, что долг платежом красен.

В отличие от братьев, она хранила подходящие сосуды, которые смогла найти в течение своей долгой жизни, в лаборатории. И когда лорд Фолиант обнаружил её, Клео только чудом удалось спастись. Клео пришлось бежать в своём истинном теле, которое позже и нашёл Патрокол.

Некоторое время она жила, как простая смертная, деля кров и… постель с этим грубым и в то же время чутким мужчиной.

Когда её нашли братья, они помогли восстановить лабораторию, но уже в другом месте и на другом континенте. Около трёх лет она провела в капсуле в поисках подходящего сосуда, и когда ей подвернулся очень удачный вариант, она загрузила матрицу заклинания, которое должно было начать процессы по изменению лица сосуда на то, которое у Клео было в истинном обличии.

Клео именно за те короткие месяцы полюбила этот мир! И ей понравилось жить. Ей уже не так сильно нравилась идея воскрешения Моисея.

Ведь что они видели при отце? Войны, кровь, убийства…? Желание найти путь к своей расе? Но Клео ещё тогда задавалась вопросом, а кому они там будут нужны? И её мать, Сепфора, говорила о том же.

«Было бы интересно пообщаться с ней сейчас», — подумала Клео.

Что же касалось Патрокла, то она хотела ощутить себя девочкой. Той беззащитной девочкой, которую он спас от окончательной гибели. А зверя она уж каким-нибудь образом сможет усмирить. Ведь, если она правильно поняла из дневников Фец, знания были получены от вампиров. И ритуалы были предусмотрены именно для них. И именно из-за этого в Патрокле проснулся хищник.

Но сейчас у её ног вся Инкская империя. Она самостоятельно смогла возвыситься в стране тех, кто по праву может называться альфа- хищниками. И хоть на престоле сидит её старший брат, все во дворце знают к кому стоит обратиться, чтобы его просьба была удовлетворена.

Клео посмотрела на себя в ростовое зеркало, которое могли себе позволить единицы на всём Теллусе, и произнесла:

— Уж с одним оборотнем я смогу справиться. К тому же не он один прошёл через ритуалы Фец.

* * *

Через две недели я вздохнул с облегчением. Орлов Андрей лично прислал сообщение, что с ним всё в порядке. Он сообщил, что накопитель в артефакте-двигателе оказался старым, и надо же было такому случиться, что он вышел из строя как раз тогда, когда в море поднялся шторм. Дирижабль отнесло на многие сотни километров на восток, и чтобы добраться до берега ему пришлось заряжать двигатель напрямую. Поэтому он совсем недавно смог долететь до земель князя Ушакова. Пока производили ремонт дирижабля, Андрей сообщил брату о том, что с ним всё в порядке. А Николай уже попросил, чтобы тот послал и мне весточку.

— Хорошие новости, — улыбнулась Ланель. — Значит с Патроклом кончено?

— По-видимому, да, — вздохнув с облегчением ответил я. После чего передал записку Зесу: — Сообщи родным, что всё в порядке.

Он кивнул и тут же меня спросил.

— Можно я сам отправлюсь за женой и детьми в Балакина?

— Хорошо, — ответил я. — Но дождись, когда я вернусь из Академии. Я подготовил расчёты парового двигателя для Славянова. Может с ними ему будет проще сделать рабочий экземпляр.

— А мы точно не полетим в замок Тьер на новогодние каникулы? — тут же спросила меня Ланель. — Не хочешь повидаться с родными?

— Нет, — ответил я. — А ты разве не хочешь пойти на императорский бал?

— Что за глупые вопросы? — усмехнулась она. — Конечно на бал я хочу попасть больше! И тем более мы и здесь можем неплохо отпраздновать Новый год.

До Академии мы добрались в приподнятом настроении. И когда я помог Ланель спуститься с лошади, я сказал Зесу.

— Наверное тебе стоит сегодня же послать сообщение в замок Тьер. Наталия Рюрикович собиралась тоже попасть на бал. На обратном пути заберёшь её с собой.

Зес кивнул, и пожелав нам удачного учебного дня, поскакал обратно. Нам же с Ланель предстояло сдать сегодня два экзамена: по магическому конструированию и боевому координированию.

Первым на очереди был экзамен по магическому конструированию. При входе в зал моё внимание сразу привлекли иллюзорные конструкты, из которых я должен буду собрать целую матрицу. Для этого в центре был нарисован круг, внутри которого были небольшие артефакты, и используя их я должен буду собрать конструкт.

Не более пяти минут я старался разобраться какое заклинание должно было получиться. Задание было для меня не таким уж и сложным, учитывая то, что я всегда перед активацией вижу конструкт заклинания. Собрав иллюзию водного тарана, я направился дальше.

Потом была теоретическая часть. С ней я повозился подольше. И дело не в том, что вопросов было много. Просто к некоторым ответам подходить логически.

После того, как я написал последний ответ, подошёл к экзаменаторам. За столом сидели два профессора, которые быстро проверили мои ответы и сообщили мне:

— Вы успешно сдали экзамен по магическому конструированию! Поздравляем Вас, князь.

— Благодарю за науку! — поклонившись ответил я.

Первый экзамен был сдан. И когда я вышел, то около получаса ждал Ланель.

— Справилась? — спросила я.

— Да, я засыпалась на двух вопросах в тесте, поэтому мне поставили четвёрку.

— Не расстраивайся, — обнял я её. — Это всего лишь оценка, которая никак не влияет на твоё будущее.

Она кивнула. Сверившись со временем, мы решили, что у нас есть время для небольшого перекуса, поэтому мы быстрым шагом отправились в столовую.

Дорогой читатель! Нравится книга? Поблагодари автора. Поставь лайк перейдя по ссылке: https://author.today/work/314508

Глава 15

— Как вы оба можете в такое время кушать? — удивляясь нашему спокойствию спросил Апраксин.

— А что, лучше с голода упасть в обморок? — делая глоток сладкого чая спросил я.

— Ааа, — отмахнулся рукой Апраксин. — Неужели вам без разницы, если вы провалите экзамены?

Мы с Ланель переглянулись.

— Ты забываешь, что мы учимся на платной основе, — начал отвечать я. — Остальным стоит переживать, ведь если их отчислят, сразу отправят в армию отрабатывать долг. Но мы учимся здесь чтобы получить системное образование. И нам не стоит переживать, что нас отправят в войска.

— Дааа, хорошо вам, — уныло произнёс Апраксин. — К сожалению, глава рода Апраксиных готов только платить за членов рода главной ветки.

На это нам оставалось лишь пожать плечами. Граф Апраксин родился в великом княжеском роду, но ещё его бабушка вышла замуж за графа, и глава рода хоть и разрешил носить ту же фамилию, но не титул.

Взглянув на часы, я сказал Ланель, чтобы она поторопилась. У нас оставалось не так много времени до начала второго экзамена.

На экзамене по боевому координированию нам понадобятся не только логика и знания, но и способность работать в команде. Роли были распределены, и наша боевая тройка, в которую мы позвали Апраксина, выдвинулась в сторону арены.

У входа в зал я видел, как другие студенты были поглощены обсуждением своих тактик и стратегий.

В связи с тем, что в Академии уже знали, что я достиг ранга старшего мастера, одним из наших экзаменаторов был сам Меньшиков.

Дождавшись своей очереди, мы прошли в центр площадки.

— Для прохождения экзамена по дисциплине «боевое координирование» приглашаются принцесса Исаврийская, князь Тьер и граф Апраксин, — раздался усиленный магией голос распорядителя.

Напротив нас стоял Меньшиков вместе со деканом огненного факультета.

— Вы готовы? — спросил нас ректор.

Прежде чем ответить, я создал усовершенствованный щит и активировал стихийный клинок.

— Да, мы готовы.

После чего начался обратный отсчёт. Мы готовились к бою и собирались показать всё, на что мы способны. Декан огненного факультета тоже имел ранг старшего мастера. И при всех раскладах я понимал, что шансов победить у нас очень мало.

— Три, два, один, БОЙ! — раздался голос распорядителя.

Сразу же я почувствовал, что земля под нами стала нагреваться. И взглянув на Меньшикова я увидел сосредоточенный взгляд, направленный на меня.

— Цельсий, — произнёс я, остужая лаву под нами. От взаимодействия огня и льда поднялся пар. Этим моментом решил воспользоваться огневик. *Зрением* я видел, что он достаточно быстро сократил расстояние до нас, и воспользовавшись тем, что мы ничего не видим, нанёс удар стихийным клинком в место, где стоял Апраксин. Предвидя эту атаку, я оттолкнул графа, и удар клинка прошёл мимо.

Ланель и граф сразу контратаковали.

— Копья — водное лезвие — ледяной град — воздушный вихрь, — послали они одни из своих самых сильных заклинаний. Сам же я стоял чуть позади, занимаясь их прикрытием.

Суть экзамена была в том, что нужно было продержаться ВСЕЙ команде три минуты против более сильных противников, используя численное преимущество. Разумеется, экзаменаторы сражались не в полную силу, по крайней мере я так думал. Будь иначе, то этот предмет завалили бы почти все студенты.

Пар рассеялся, и я создал на полу ледяную корку, чтобы держать противников на расстоянии от нас. Однако огневик наоборот хотел перейти в ближний бой. И он создал небольшой силы огненный смерч, который растопил лёд на его пути. А тем временем Меньшиков ударил по нам каменными копьями, и заметив, что никакого эффекта нет, создал землетрясение, чтобы сбить мою концентрацию.

— Ледяная тюрьма — Сонмус! — воскликнул я, направляя оба заклинания в огневика. От первого луча маг ушёл перекатом, но от второго он не увернулся, ведь я бил им по площади.

Я уже думал, что с ним покончено, но Меньшиков создал выступ, который подбросил декана огненного факультета вверх, после чего приземлил его, создав горку.

Прошло всего несколько секунд, как огневик смог сбросить чары. Активировав магическое зрение, я стал наблюдать за тем, как он пропускает через себя огромный поток огненной энергии, словно занимается отрезвлением организма.

Меня удивило столь быстрое решение вопроса. Я почти два месяца бился над его созданием, а маг смог в считанные секунды разработать контрчары!

Тем временем Ланель, чтобы избежать падения от постепенно усиливающегося землетрясения, создала нечто похожее на воздушную подушку, которая на десяток сантиметров подняла нас над полом.

Наши противники переглянулись и уже вместе пошли со стихийными клинками на нас. Решив воспользоваться моментом, я быстро прокричал:

— Осталось меньше минуты, они хотят вывести одного из нас из строя, поэтому всю энергию в копья и бьём по ним пока не закончится время или энергия!

— Копья! — одновременно произнесли мы. И хоть на обоих магах были стихийные щиты, им пришлось отбивать нашу атаку клинками. Мне даже удалось немного сместить их назад, когда по ним стали бить ледяные шипы.

— До окончания экзамена, — раздался голос, который стал вести обратный отсчёт, — три — два — ….

Стоило мне подумать, что мы продержались, как под нами пропала пол. Мы провалились и оказались в кромешной темноте. И хоть я видел, что Ланель и Апраксин в порядке, я был расстроен, что мы не смогли сдать экзамен.

Примерно через полминуты нас вытащили наружу.

— Хм, — услышал я голос подходящего к нам декана огненного факультета. — Вы абсолютно не пострадали. — И взглянув на меня, он спросил. — Это ведь не стихийный щит? Родовая разработка?

Я кивнул.

— Что ж, — повернулся он в сторону ректора, — я вынужден признать, что студенты водного факультета сдали экзамен на «превосходно».

— Согласен, — ухмыльнулся Меньшиков.

— Но вы же нас поймали в ловушку? — удивился я.

— Ммм, Ярар, — обратился ко мне Меньшиков, — последнее заклинание, что я применил, оно магистерского ранга. Давай смотреть правде в глаза, изначально у вас не было шансов. И если ты помнишь, цель этой дисциплины научить вас действовать вместе, используя сильные и нивелируя слабые стороны товарищей. Я бы зачёл вам экзамен только за то, что ты занял оборону, прикрывая остальную команду. Ведь мы оба знаем, — ухмыльнулся ректор, — оборона, с твоими навыками фехтовальщика, не для тебя. Однако именно такая расстановка в поединке помогла вам продержаться без потерь.

На арену уже выходила следующая тройка студентов. И перед уходом ректор сообщил нам, что мы сдали экзамен на «отлично».

— Ярар, — обратился ко мне Апраксин, — скажи, сколько ты хочешь за обучение заклинанию щита?

Я аж поперхнулся, не ожидая от графа такого вопроса. Но мне на выручку пришла Ланель.

— Лёша, он даже меня ему не обучил, а я его невеста. Смекаешь?

Было видно, что Апраксин расстроился.

— Жаль, с ним я бы мог рассчитывать на место в Совете рода.

— Алексей, это секрет рода. И создавая его было пролито много крови и потрачено много денег, — не моргая врал я. — Однако тебе ничего не мешает подумать, как улучшить свой стихийный щит. Конструирование ты сдал на «отлично», годик-полтора и, возможно, сам что-нибудь придумаешь.

Он кивнул, после чего с задумчивым видом покинул нас.

— А ты права, — направляясь в столовую сказал я.

— В чём? — не поняв о чём я говорю, спросила Ланель.

— Заклинание модифицированного щита. Я научу тебя ему.

— Ооо, — удивилась Ланель, — наши отношения переходят на новый уровень?

— Хватит паясничать, — не оценил я её шутку. — Ты ведь понимаешь, что оно может спасти тебе ж…

— Извини-извини, только не заводись, — обняв меня произнесла Ланель. — Просто я даже не думала с тобой говорить об этом. По крайней мере пока.

— Подпишешь договор о неразглашении, и начиная с завтрашнего дня приступим.

Ланель кивнула, и с улыбкой на лице проследовала со мной в столовую, чтобы нам упаковали деликатесы, которыми мы будем отмечать окончание семестра у меня дома.

Повара в Академии готовили поистине настоящие шедевры. И хоть цена на них кусалась, но лучше переплатить и наслаждаться каждым съеденным кусочком, чем переводить продукты.

Императорский бал, посвящённый празднованию Нового года, прошёл как-то буднично. После речи императора начался пир, который плавно перетёк в бал.

В этот раз мои родственники не поехали в столицу, хотя приглашение они получали. За исключением одного медленного танца, я не расставался с Ланель. Но когда ко мне подошёл один из слуг императорского рода и сообщил, что Наталия Рюрикович ждёт что я приглашу её на следующий танец, я не мог отказать.

— Зачем ты это сделала? — спросил я у Наталии, наблюдая как Владимир ведёт в другую часть танцевальной площадки мою невесту.

— А ты думаешь меня кто-то спрашивал? — вопросом на вопрос ответила Наталия. И хмыкнув посмотрела на меня с вызовом. — Или ты решил, что я воспылала к тебе нежными чувствами и сама проявила инициативу на сближение?

— Да, — решил тоже поиздеваться я. — Я подумал, что тебе нравятся юноши постарше. И раз ты согласилась, то так оно и есть.

Наталия хотела возмутиться, но поняв по моему лицу, что я просто-напросто издеваюсь, звонко рассмеялась.

— Ты от скромности не умрёшь, — улыбаясь произнесла Наталия. — Однако тебе стоит внимательнее смотреть за своей невестой. Мой брат не из тех, кто отступается, когда ему что-то, и уж тем более кто-то, нравится.

С серьёзным выражением лица я спросил.

— Он понимает, что я не оставлю его ухаживания без последствий?

— И что ты можешь сделать? Вызовешь на дуэль? Ты случайно не забыл, что Владимир будущий наследник престола.

Немного подумав, решил зайти с другой стороны.

— А как относится к этому император?

— Хм, всё-таки я понимаю почему ты мне сразу не понравился.

— Кха-ха, — поперхнулся я. — Интересно узнать, почему же?

— Мы похожи, — ответила она, и грустно улыбнувшись, продолжила. — Будь на твоём месте Тимофей, то, даю руку на отсечение, он бы пошёл разбираться с наследником. Ты же успеваешь обдумать действия на несколько ходов вперед. — Наталия сделала паузу. — Отец ни за что не допустит отношений с эльфийкой, тем более чистокровной. Он прекрасно понимает, что в таком случае Славянская империя, скорее всего, повторит судьбу Византии. Однако… мнение отца редко, когда останавливало Владимира. Наша мать всегда прикроет своего любимого сыночка.

— И что бы ты мне посоветовала?

— Дать отпор. Приди к императору и попроси поговорить с Владимиром в его присутствии.

— Чтобы быть обязанным твоему отцу? — усмехнулся я.

Наталия снова посмотрел на меня очень внимательно.

— Дааа, они тебя совсем недооценивают, — произнесла она, и приблизившись ко мне спросила: — Скажи, а ты когда-нибудь думал насчёт того, что пройди твоя инициация раньше, то я вышла бы за тебя замуж?

Танец как раз подходил к концу, и я не смог понять с какой целью задала последний вопрос Наталия. Да и, честно признаться, я не знал, что ей ответить. Проводив Наталию к столу, за которым сидели император и императрица, я под пристальными взглядами её родителей поблагодарил Наталию за танец и пошёл к себе.

Вернувшись за стол, за которым уже сидела Ланель, я заметил, что она чем-то недовольна.

— Что случилось? — спросил я. — Приставал?

Ланель поджала губы прежде чем ответить.

— Слишком много восторженных комплиментов. Словно крестьянку какую-то решил совратить. — И тяжело вздохнув, она спросила: — А у тебя как?

— Мне поговорить с ним? — не стал отвечать на заданный вопрос я.

— Не стоит. Поверь, я могу сама справиться с ухажерами. — И прищурившись, она спросила: — Ты ревнуешь?

— А у меня есть повод?

Ланель усмехнулась.

— Мне приятно твоё внимание и доверие. Но чтобы у тебя не возникало мыслей о том, что у тебя появился конкурент, говорю тебе прямо, тебе не о чём переживать. Владимир никогда не сможет добиться моего расположения.

Я кивнул и с ехидно спросил.

— Лучше любых слов за человека говорят его действия.

Ланель положила свою ладонь на мою.

— Будь уверен, сегодня я докажу тебе всё. И делиться сегодня я ни с кем не намеренна, — дополнила она.

Примерно через полчаса мы отправились домой. Хоть бал ещё был в самом разгаре, но мы и так приятно провели время.

Когда мы выходили из зала, я вначале почувствовал на себе чей-то взгляд и повернувшись в ту сторону увидел смотрящего на меня Владимира. Не знаю, чем я тогда думал, но я резко развернул к себе Ланель и поцеловал её.

Принцесса растерялась и ответила на поцелуй не сразу. Но потом она нежно провела рукой по моему лицу и, хитро улыбнувшись, сама поцеловала меня.

Едя в карете, Ланель спросила меня.

— Как думаешь, он поймёт намёк?

Принцесса прекрасно поняла ДЛЯ КОГО я прилюдно поцеловал её.

— Надеюсь на это. Но всё же, я прошу тебя, если Владимир не остановится, то сразу сообщи мне.

— Ярар, я прекрасно понимаю, что ухаживания Владимира, могут отразиться не только на моей репутации, но и на твоей. Поэтому мог даже не просить об этом.

Как и планировала Ланель, ночь мы провели только вдвоём. В этот раз я показал чему меня научила Джу Ли. Однако в этот раз я попробовал использовать ледяные иглы, которые буквально светились изумрудным цветом.

И произведенный эффект был в разы сильнее. Это навело меня на мысль, что эмоции, которые я испытываю во время создания игл, тоже имеют своё влияние. Тонкие иглы, прежде чем растаять, вливали изумрудную энергию в тело Ланель.

— Ты в порядке? — гладя по спине обнаженную Ланель спросил я.

— Это потрясающе, — ответила она мне. Она ластилась о мою руку, прижималась всем телом и тихо постанывала. — Почему ты раньше так не делал?

— Я только сегодня подумал, что так можно попробовать.

— У меня все мышцы сразу расслабились, — начала рассказывать она, — и я чувствовала, как энергия, твоя энергия, — поправилась она, — такая теплая стала наполнять моё тело.

Потом Ланель посмотрела на меня.

— Ты так и будешь лежать одетым? Или может мы уже займёмся традиционной любовью?

— Я уж думал ты меня уже и не спросишь… — снимая с себя рубашку ответил я.

Проснувшись утром я перепрыгнул через забор, разделяющий наши с Ланель дома, переоделся на тренировку.

Аяна уже была на третьем месяце беременности. И по утрам у неё всё ещё был токсикоз. Поэтому я тренировался с Зесом и иногда к нам присоединялись энергетики, которые занимались наблюдением за мной.

Информация о том, что Аяна беременна, и что её магические каналы стали активны, мы как могли скрывали. Но тем не менее Самуил направил к нам три звезды, которые день и ночь находились поблизости.

Что касалось помощницы для Аяны, то она должна была прибыть со дня на день. И пока мы её ждали об Аяне заботилась Джу Ли.

После тренировок я спустился в свою лабораторию. В ней у меня находились несколько клеток с крысами, на которых я иногда проводил свои опыты.

— Что ты делаешь? — спросила Аяна. — Тебя не было на завтраке, я беспокоилась.

Взглянув на часы, я удивился, что уже доходит до двенадцати часов дня.

— Хочу кое-что проверить, — сказал я. — Как ты себя чувствуешь?

— Ужасно, — пожаловалась она, и когда она села я заметил её бледное лицо. — Ты не мог бы мне помочь?

Я кивнул, ведь мне уже приходилось приводить в бодрое состояние Аяну целительской энергией.

— Ты сможешь подождать пару минут? — я одернул руку, придумав как мне получить негативные эмоции.

Аяна блокировала нашу ментальную связь, чтобы я не чувствовал того, что приходится переносить ей. Но сейчас я попросил её об обратном. Она выслушала меня, и спросила.

— Могу, но зачем тебе это?

Я немного скривился. Мне было неприятно говорить, что после ночи с Ланель я просто не мог злиться. Но Аяна уже открыла нашу связь, и я знал, что она почувствует фальшь.

— Так значит ты использовал иглы, переполненные твоей энергией, и Лани закончила, а ты сам до этого к ней не притрагивался? — подбирая слова, заинтересованно спросила она.

— Да, — ответил я. При этом я не почувствовал никакой обиды или ревности, что несомненно меня порадовало.

— Ну тогда держись, — открывая на полную канал, связывающий нас, сказала она.

Не сказать, что мне стало резко плохо, но ночная эйфория улетучилась в миг. Я почувствовал слабость, тошноту, легкую головную боль.

«О, Стихия! — подумал я. — Как же хорошо, что я родился мужчиной и мне не нужно этого переживать!»

Сконцентрировавшись на эмоциях, я создал несколько игл, которые светились темно-зелёным цветом. Я был уверен, что энергия в них была иного характера.

Надев перчатку, я подошёл к клетке, из которой достал крысу. После я активировал *зрение* и нашёл место, где у крыс проходит артерия.

— Шшшпи, — прошипело животное и начало вырываться из рук словно ужаленное. Она старалась дотянуться до иглы, энергия которой начала впитываться в тело. Она всё яростнее шипела и, вероятно поняв, что не сможет до неё дотянуться, стала биться о стены клетки, стоило мне посадить её обратно.

— Исцеление, — произнёс я, и крыса резко успокоилась.

— Что это было? — спросила меня Аяна. — Может ты попал в нерв?

— Не думаю, — ответил я.

Не став больше мучить Аяну, я активировал целительскую энергию. Я до сих пор не проверил на практике, можно ли использовать заклинание исцеления на беременных. Поэтому помог Аяне старым способом.

Аяна не заблокировала нашу связь, и я сразу стал ощущать тепло и бодрость. Обняв Аяну, я поцеловал её. После чего сразу создал иглу, наполнив её сексуальной энергией.

— Ярар, только не говори мне, что ты только что целовал меня и проверял целостность моего тела в интимных местах только для того, чтобы и дальше проводить свой опыт? — с легким раздражением спросила она.

— Простиии, — ответил я. — Но я хочу закончить с этим. Целительский дар мало изучен и…

— Не объясняй, — прервала моё оправдание она. — Загладишь свою вину вечером.

Я ухмыльнувшись кивнул, после чего достал всё ту же крысу, и поместил иглу в то же самое место. И результат был абсолютно другим. Вместо шипения крыса раздвинула ноги и начала тереться своими причиндалами по полу клетки.

— Хм… — произнес я. Было очевидным, что эмоции при использовании изумрудной энергии играют не последнюю роль. Недолго думая я взял крысу, над которой проводил опыты, и поместил её в клетку к самке.

— Зачем ты это сделал? — спросила меня Аяна, внимательно следя за моими действиями.

— Должен же я понять можно ли использовать исцеление на беременных. — ответил я.

* * *

Конфликт между Империей Тан и Вольными баронствами после весенней распутицы стал обостряться. Газеты писали о страшных потерях с обеих сторон. Два архимага Империи Тан только вместе могли сражаться на равных с воздушником. Стоило Тан пойти в наступление, как Нурлан Ка Томул очень быстро прилетал и сдерживал противника.

Из сообщения Анри было понятно, что воздушный архимаг был очень сложным противником. Он был быстрее, сильнее и мобильнее, и наносил удары везде, где только успевал воспользоваться тем, что архимаги огня прибывали позже.

Засадно-жалящая стратегия приносила свои плоды. Но всё равно войска вольных баронов оттягивались назад. Однако не о какой победе Империи Тан вопроса не стояло.

Бароны понимали, что если они примут бой в генеральном сражении, то могут потерять всё. И хоть они и отступали под натиском более крупных сил, инициатива была на их стороне.

В связи с этим Александр отправил посольство к баронам, чтобы предложить заключить мир и вернуться к границам, существовавшим до начала военного конфликта. Учитывая, что за неделю до этого к нему прибыли представители из Империи Тан, было понятно чья на самом деле это инициатива. Тан просто не хотели сами унижаться и просить мира. Однако если это сделает третья сторона, то это спасёт их репутацию.

Две недели переговоров не принесли результатов. И тогда Александр V пошёл ва-банк. Он объявил сбор войск, которые должны будут в течение месяца подойти к крепости Артуил, а оттуда вторгнуться в Вольные баронства.

Реакция других стран была незамедлительной. Арабский халифат сделал то же самое, после чего передал ноту протеста Александру V. Он предупреждал, что, если хоть один солдат Славянской империи пересечёт границу с баронствами, это послужит началом войны.

Уже на это отреагировало Подгорное царство и Элинская империя, которые тоже объявили о сборе войск. Но что меня больше всего удивило, Гальская империя никаких действий не предпринимала. Впрочем, так же поступили Польская шляхта и Колониальная империя Бриттов. В большой политике я не разбирался, но даже так я понимал, что Александр V смог договориться с императором галлов. Но что он мог пообещать за невмешательство, я просто не мог предположить.

Совет Вольных баронств понимал, что даже при поддержке Халифата, против четырёх стран они не выстоят. И когда оставалось несколько дней до того, как армия Славянской империи вторгнется в Вольные баронства, те попросили посредничества в проведении переговоров.

Не передать словами, как я был рад узнать об этом. Когда пришёл приказ императора о сборе войск, Серек одним из первых прибыл к крепости Артуил и занимался размещением подтягивающихся войск со всех уголков страны. На плечи нашего рода легла тяжелая ноша обеспечения провиантом всех прибывающих в лагерь. И хоть император компенсировал наши расходы, но это не возмещало потери времени и сил.

Почти полностью встало строительство водного пути. Это касалось и наших земель, и канала между Каспийским и Черным морями. Большие силы и средства были затрачены на то, чтобы прибывающие войска не занимались разграблением деревень, что расположены на землях Тьер.

Ведь те, видя, как хорошо живут простые крестьяне, а они, воины, даже представить себе такого не могли, начали потихоньку мародёрничать и, что ещё хуже, насильничать.

В связи с этим у нас осложнились взаимоотношения с несколькими великими родами, чьи воины вместе с благородными были пойманы на «горячем».

Воинов казнили сразу, развешав их вдоль дороги, вместе с прибитой к ним на гвозди табличкой, на которой было написано разбойник. Это должно было послужить уроком для всех кто прибывал в наши земли. А летающие в небе дирижабли давали понять, что их незаконные действия не останутся безнаказанными. Что касалось благородных, то те находились в темнице замка Тьер. Но теперь, когда воины «дружественных» великих родов покидали наши земли, Анри и Эмери ждали, когда за преступниками явятся люди Орлова и сами проведут расследование. Анри уже допросил всех пленников и подготовил объёмный отчет, в котором были указаны все нарушения закона, которые те совершили за свою жизнь.

Для себя я сделал вывод, что к большой войне, начало которой все ждут и боятся, ещё никто не готов. Если бы бароны не проявили благоразумие, именно в неё всё и перетекло. Ведь кто сказал, что наши «добрые» соседи будут весь конфликт отсиживаться у себя.

В итоге Тан пришлось выплатить контрибуцию, но своей части рудника они не лишились.

* * *

— Гавриил, — обратился к брату Менелай, — ты хоть понимаешь, как сильно я ради тебя подставился?

— Спасибо, брат. Но ты сам понимаешь, что сейчас война была бы вялотекущей. А нам нужна война с участием всех стран. При текущем раскладе мы бы получили, что Африка и вампирские континенты остались ждать, когда мы окончательно ослабнем. И только потом нападут на нас.

— Он прав, Менелай, — произнесла Клео. — Инкская империя вела переговоры с советом Майя. Вампиры не собирались начинать свою экспансию.

— Разве я спорю? — удивленно спросил Менелай. — Просто у меня в столице прошли две попытки мятежа. И это случилось только из-за моего решения о невмешательстве. Я потерял старшего магистра, а это, я смею вам напомнить, немаленький ресурс в войне, к которой мы все готовимся.

— Я уверен, мы что-нибудь придумаем, — улыбнулся Гавриил. — Каждый из нас является лидером военных коалиций. И если кому-то из нас будет угрожать опасность, мы сможем друг другу помочь.

— Так и было задумано, — произнесла Клео. — Египетская республика и Королевство Африканских племен слабы. У них нет ни одного архимага. А магистры, что живут в Египте, подчиняются Араксу даже после его перерождения. Так что, можно сказать, этот континент у нас в кармане.

— Менелай, — произнёс Гавриил, — ты в курсе что происходит в Бритской империи? Почему они не поддержали Халифат, хотя их колония очень близка к ним?

— Как я и говорил ранее, — начал отвечать Менелай, — после смерти Георга у них началась междоусобица среди членов императорского рода.

— И каковы прогнозы? — спросила Клео.

— Как мы и думали, Карл сядет на престол.

— Ты хотел сказать морф⁈ — поправил его Гавриил.

— А не всё ли равно? Сразу после смерти императора ему присягнула на верность цитадель магов. После этого стал вопрос времени, когда он дожмёт всех, кто не согласен с его коронацией.

— Молодец, — с восхищением сказал Гавриил, — был четвёртым в очереди, а стал сразу первым. Однако, если ты говоришь, что Карлу присягнула цитадель, то почему он так долго возится?

— Даниэль Виндзор, пятый претендент на престол, знает кто на самом деле Карл. Он успел сколотить небольшую армию. Однако сейчас он доживает свои последние дни, и скоро родовой замок под Уэльсом падёт.

— Значит всё идёт как мы и планировали? — спросила Клео.

— Да, — ответил Менелай. — В будущем мы сможем использовать компромат на правителя бриттов. И если они не согласятся пропустить корабли, идущие от вампирских континентов, мы обнародуем информацию о них всему миру. Но, — сделал он паузу, — в наших интересах чтобы морфы согласились.

— Ладно, — серьёзным тоном произнесла Клео, — мирный договор вот-вот подпишут. Но, надеюсь, вы не забыли, что нам нужно узнать каким образом Нурлан Томул получил силу?

— Мы помним, — ответил за себя и брата Гавриил. — И этим летом я отправлю нашего лучшего шпиона.

Клео прищурилась.

— Ты ведь говоришь о князе Андрее Орлове? — спросила она, и по лицу брата поняла, что не ошиблась. — Брат, — примирительным тоном начала она говорить, — он служит нашему делу.

— Он служит мне! — возразил Гавриил. — Он служит императору Славянской империи.

— А что для тебя важнее? Корона или наше общее дело? — не уступала Клео.

— Исполни он твой приказ, который касался ИМЕННО НА-ШЕ-ГО ДЕ-ЛА, — по слогам прошипел Гавриил, — я бы и слова не сказал.

— Я прошу у тебя прощения, — опустив глаза произнесла Клео. Она уже видела брата выходящим из себя, и тогда с ним разговаривать было бесполезно. Поэтому она применила давно испробованную тактику.

— Гавриил, Клео, ну в самом деле, что вы сцепились друг с другом из-за какого-то смертного? — попытался примерить родных Менелай.

— Хорошо, — через некоторое время молчания произнёс Гавриил. — Я не стану его отправлять на эту сложную миссию.

— Спасибо, брат, — улыбнулась сестра.

— Но я знаю кто, как никто другой, подходит для этой миссии, — ухмыльнулся Гавриил. — Ты ведь посвятила в нашу тайну своего пёсика?

— Да, — холодно ответила Клео. — Разумеется, только в известную всем версию. — И немного подумав добавила: — А знаешь, я согласна. Патрокла нужно иногда выгуливать. Я отправлю его на континент.

Разумеется, Клео не хотела отпускать Патрокла. Она уже привыкла купаться в лучах счастья рядом с ним. Но братьям свою привязанность она не хотела показывать.

— Тогда на том и остановимся, — сказал Гавриил, после чего отключил связь.

Глава 16

Император сидел в кабинете и слушал финансовый отчёт о том, сколько было получено денег и метеоритного железа от торговли с Империей Тан. И с каждой минутой его настроение подымалось. Как можно не радоваться тому, что они возместили все убытки после гражданской войны, которые, кстати, произошли из-за тайного сговора взбунтовавшихся великих глав с Империей Тан.

— Таким образом мы получили семьдесят три килограмма метеоритного железа и семнадцать миллионов золотых монет, вырученных за магическую энергию, оружие и продовольствие, — зачитывал отчёт министр финансов.

— Отлично, — потёр руки император. — Деньги перевести в казну, а пятьдесят процентов железа направить на создание артефактного оружия. Оставшиеся пятьдесят перевести в сокровищницу Рюриковичей.

Когда министр покинул кабинет императора, Александр V вызвал к себе своего сына. До императора дошли слухи, что он нарушил обещание и снова искал встречи с принцессой Исаврийской. В связи с чем произошёл конфликт с Яраром Де Тьером.

С приходом наследника император придал серьёзное выражение своему лицу.

— Скажи мне, сын, тебе что, девок мало? Ты хоть понимаешь, как меня подставляешь своим поведением?

— Я сам разберусь! — сердито ответил Владимир.

«Бабах» — раздался звук от удара ладони по столу.

— Решил зубы скалить! — прошипел император. — Я думал ты уже вырос, а оказывается ты совсем ещё ребенок.

— Отец… — примирительно произнёс Владимир.

— Не «отецкай» мне! — перебил его Александр V. — Зачем тебе понадобилась Исаврийская? Ведь я никогда не позволю ввести её в наш род. Надеюсь причин называть не надо? — Владимир отрицательно покачал головой. — Ну хоть это. На что ты рассчитывал, заявившись к принцессе домой? Думал она тебя сразу к себе в спальню поведёт? Растает перед твоим ликом и сразу ноги разведёт?

— Отец, я сам разберусь!

— Даа? А может мне разрешить Тьеру вызвать тебя на дуэль? Как ты тогда запоешь?

— Ты думаешь я его боюсь? — разозлившись воскликнул Владимир. — Я люблю её! И она станет моей!

— Ты любишь только себя! — перебил его император. — Принцесса — невеста Тьера! Ещё год и она станет его женой. К тому же она уже делит постель с ним. — И уже тише добавил: — Если ты хочешь экзотики, я могу договориться с эльфами и тебе наймут служанку с острыми ушками, — и сделав паузу, — разумеется с определенными обязанностями. Однако ты должен отстать от принцессы.

— Я не собираюсь отступаться. Что касается дуэли, то я сам хочу сразиться с ним, и доказать принцессе, что она выходит за слабака.

— Ты себя слышишь? Тьер в свои шестнадцать уже достиг ранга старшего мастера. И я подозреваю, что ещё год-два и он станет младшим магистром. Самым молодым магистром в истории!

— Отец, меня с детства учили лучшие воины империи, — произнёс Владимир. — Я напомню тебе, что имею такой же ранг, что и Тьер.

«Бабах» — ещё раз ударил император по столу.

— Хватит! Ты отстанешь от принцессы. И если тебя ещё раз увидят рядом с ней или её домом, я назначу наследником другого.

Владимир готовился возразить отцу, но услышав, что он может лишиться трона, побледнел. Раньше отец никогда настолько сильно не вмешивался в его дела. Даже когда он спал с благородными замужними женщинами, отец лишь слегка журил его. Но во всём, что касалось Тьера, отец сразу вставал на сторону этого молокососа.

— Отец, — холодно спросил Владимир, — почему ты принимаешь сторону Тьера, а не своего сына?

— Да потому что это ты лезешь к его невесте, а не он к твоей, — ответил император.

— Раньше тебя это не волновало.

— Сын, — сердитым голосом произнёс Александр V, — Ярар Тьер и его род очень важны для страны. Нам с ними никак нельзя ссориться.

— Ты ведь не забыл, что косвенно виновен в смерти Талия Де Тьера?

Александр начал уставать от затянувшегося разговора, и потерев виски он ответил.

— Я всё сказал. Если я узнаю, что ты ослушался, то короны тебе не видать.

После этого император нажал на шнурок, и дверь в его кабинет открыли слуги, тем самым показывая, что разговор окончен.

* * *

Тем временем в доме Тьер находился князь Н. Орлов.

— Ты хоть понимаешь, что выставил наследника престола в дурном свете! — с возмущением спросил Орлов.

— Николай, — сердито произнёс я, — он пробрался в спальню моей невесты. Мне ведь не надо объяснять с какой целью он туда пришёл?

— Но принцесса была у тебя. Зачем ты пошёл разбираться с ним? Ты ведь понимал чем всё закончится.

* * *

Двенадцать часов назад.

Мы с Ланель сидели рядом с Аяной и держали руки на её округлившемся животике. Шёл седьмой месяц, и ещё не родившаяся девочка начала толкаться.

Однако мы были прерваны стуком в дверь.

— Что случилось, Зес? — спросил я.

— К нам пришёл граф Тауриелий. Он просит переговорить с принцессой по срочному делу, — ответил Зес.

Через пару минут мы прошли в гостиную, где нас ждал нервничающий граф.

— Артанис, что случилось? — сразу спросила Ланель.

Но не посмотрев на принцессу, он посмотрел мне в глаза.

— В спальню принцессы пятнадцать минут назад забрался Владимир. — Мгновение и вокруг меня появился морозный ветер. — Он думает, что его никто не заметил и… — замялся он, — мы не знали, как себя вести в таком случае.

— А если бы там была я? — рассердившись спросила Ланель.

— Госпожа, — он опустил голову, — я ни за что не дам Вас в обиду. Однако мы знали, что Вы в гостях, поэтому я принял решение, что лучше решить эту ситуацию мирно.

От последних слов я усмехнулся. Владимир выбрал не самый лучший день, чтобы пробраться к моей невесте. В небе стояла полная луна, и я, больше не говоря ни слова, пошёл в сторону дома Ланель.

— Обе сидите дома, — строго сказал я. — Зес, проконтролируй.

— Ты не смеешь… — возмутилась Ланель, но быстро осеклась, увидев каким взглядом я на неё смотрю.

Наверное, Владимир всё-таки понял, что он был замечен. Или просто устал ждать, но для меня это было не столь важно. И когда мы пересеклись с ним у забора, который он как раз норовил перепрыгнуть, я со всей силы ударил его по челюсти. Удар принял артефактный щит, но тем не менее, его голова немного отъехала в сторону.

— Подлец! — воскликнул я, нанося один удар за другим.

Владимир пропустил ещё несколько ударов, но потом стал отвечать. В отличие от него, у меня не было щитовых артефактов. И он первым же ударом разбил мне губу.

Я сплюнул кровь на пол, ухмыльнулся. Однако стоило мне приблизиться, как Владимир активировал стихийный клинок. В ту же секунду и у меня в руке появился клинок, и я выставил модифицированный щит.

— Немедленно прекратить! — раздался голос. Обернувшись я увидел спешащих к нам нескольких всадников. По нашивкам я понял, что это свита, или по-другому сказать личные телохранители, наследника.

— Я поймал вора, который хотел похитить драгоценности принцессы Исаврийской! — сказал я, не опуская клинка.

— Князь, не за чем продолжать. Вы прекрасно знаете кто перед Вами стоит. И если с головы наследника упадёт хоть один волос, то мы будем вынуждены вмешаться.

Свита наследника не видела, зато я, ещё когда шёл к дому Ланель, заметил моих воинов, притаившихся в соседних окнах.

— Что Тьер, испугался? — усмехнулся наследник.

— Ваше высочество, помолчите, — произнёс телохранитель. — Мы обязательно доложим о произошедшем Вашему отцу. — После чего воин перевел взгляд на меня. — Расходимся миром?

— Ещё раз замечу рядом с Ланель, и это будет наша последняя встреча.

* * *

— Николай, я слышал ты недавно женился?

Орлов сразу понял куда я веду разговор.

— Ты направил оружие на наследника… — проигнорировал он мой вопрос.

В этот момент к нам в комнату зашла Ланель. Она извинилась, что отвлекла нас от важного разговора, и положив передо мной конверт, сказала.

— Я написала отцу о вчерашнем инциденте с участием наследника Славянской империи. Сможешь попросить Зеса отправить его вместе с остальной почтой?

— Кхм-хм, — поперхнулся Орлов.

— Ты же спросила отца о том возможно ли сохранение княжеского титула, если я присягну эльфийскому императору?

— Конечно, — ответила Ланель. — И уж тем более я спросила, так ли хорош союз со Славянской империей, если у них такие неприятные личности со временем займут трон.

— Послушайте, — обратился к нам Орлов. — Я всего лишь пытаюсь сказать, что Владимир ещё слишком молод. Он сильно раскаивается и…

— Император обещает, что этот инцидент не повторится? — спросил я.

— Он поговорит с наследником. Поэтому я прошу не придавать огласке этот эпизод.

— Это будет зависеть не от нас, — с намеком ответил я.

* * *

В середине лета у меня родилась дочь. Имя мы выбрали сразу, как только узнали пол ребёнка. И таким образом в роду Тьер появилась княжна Элин Де Тьер.

Роды у Аяны принимал я сам, и когда взял маленькую дочь на руки, почувствовал поток эмоций, который невозможно описать словами. Мое сердце затрепетало от радости, нежности и желания защитить эту кроху от всех опасностей этого мира.

— Исцеление, — произнёс я, и тут же спросил у Аяны. — Как ты себя чувствуешь?

— Хочу спать, — честно призналась Аяна. — Она приложила нашу дочь к груди. — Можешь попросить Селену зайти? Мне нужна будет её помощь, чтобы привести себя в порядок.

Я кивнул, после чего позвал помощницу, присланную Самуилом, в палату.

Помощница прибыла в начале февраля. И каждый раз видя Селену, я понимал, чем руководствовался Самуил, когда отправлял именно её. Девушка была очень похожа на погибшую Элин. И в те короткие беседы, которых я старался избегать, девушка старалась себя вести, как она.

Однако через пару месяцев Селена вернётся назад. И откровенно говоря, я очень ждал этого. Смотря на неё у меня постоянно всплывали тяжелые воспоминания об утрате моей Элин.

Оставив девушек, я пошёл вниз, чтобы сообщить остальным, что роды прошли успешно и я стал отцом.

— Анри, можешь сообщать Эмери, что она стала бабушкой, — принимая поздравления, усмехнувшись сказал я.

— Думаю, лучше сразу выслать дирижабль за ней, — ответил граф. — Она наверняка захочет лично познакомиться с внучкой.

Я кивнул.

Ерби, Инесса и Ланель через полчаса пошли навестить Аяну. А я же поднялся в кабинет, в которой следом за мной зашёл Самуил.

— Как наши дела? — спросил я.

— Собираются через неделю старейшины расы нашей, — ответил он. — Поэтому обсудить есть что нам.

— Говори, — нахмурившись сказал я.

— Разногласия могут возникнуть среди энергетиков. Одарёнными многие хотят стать.

— Нам угрожает опасность? — напрягся я.

— Пока у власти я, ничего не грозит Аяне и правнуку моему. Однако есть решение, которое полностью удовлетворит остальных старейшин.

— О чём ты? — догадываясь к чему ведёт Самуил, спросил я.

— Знаешь ты ответ, Ярар.

Немного подумав, я ответил.

— Самуил, мои дети — это только мои дети. Я никому не собираюсь никого отдавать.

Старейшина встал из-за стола, направился в сторону выхода

— Предложил я как можно закрыть этот вопрос. Дальше уже принимать решение тебе.

Через неделю Самуил сообщил, что, как он и предполагал, старейшины узнали о появлении одаренных энергетиков. Более того, он смог узнать кто не сумел держать язык за зубами. Он прибыл в столицу, и привязав Селену к столбу отхлестал её кнутом. После чего ревущую девушку он забрал с собой.

Тогда я предъявил Самуилу, что именно он прислал помощницу ко мне домой. И вина о распространении информации лежит полностью на нём.

— Или ты специально прислал Селену, чтобы поставить меня в безвыходную ситуацию? — с гневом спросил я.

Глаза Самуила расширились. Как мне позже сказала Аяна, она ещё ни разу не слышала, чтобы с Самуилом кто-то обращался в подобном тоне.

— Не думаю, что смогу убедить тебя в обратном. Однако сделанного не вернёшь.

— Самуил, передай старейшинам, если с Аяны и Элин упадёт хоть волос, я уничтожу всех рискнувших думать, что они могут безнаказанно навредить моей семье.

— Горяч ты, — в своей манере ответил Самуил. — Но, как я уже говорил, им ничего не грозит пока я у власти.

На этом мы закончили столь непростой разговор. После этой ситуации наши отношения охладели. Я не мог доверять Самуилу. Он уже не раз показал, что раса энергетиков для него важнее всего остального.

* * *

Не успел я оглянуться, как прошло два года. Самым ярким событием за это время была свадьба с Ланель. На праздник были приглашены император, принц Исаврийский и почти все главы родов, с которыми род Тьер не рассорился после суда над благородными. Тех казнили позорной смертью через повешение за то, что во время сбора войск грабили и убивали жителей наших земель.

Сама же свадьба была роскошной и великолепной. Ее размах впечатлил каждого гостя, оставив незабываемые воспоминания на долгие годы. Организацией мероприятия занималась Ланель вместе с Наталией Рюрикович. И я мог с уверенностью сказать, что она была продумана до мельчайших деталей, и даже ни одна деревня не осталась без своего угощения.

А когда гости разъехались, я наконец-то узаконил наши взаимоотношения с Аяной. Эти два года Аяна каждую свободную минуту занималась развитием своего дара. И её успехи не могли не радовать. За короткий срок она проделала путь от аколита до младшего мастера. Теперь, когда она взяла фамилию Тьер, многие двери перед ней были открыты, но несмотря на это, поступать в Академию магии она не собиралась.

Элин была ещё слишком маленькой и требовала к себе постоянного внимания. И всё время, что Аяна не тренировалась, она проводила с ней.

Также было закончено строительство водного пути, и теперь началось возведение крепостей по всему периметру. И хоть до сих пор требовалось на это очень много денег, моя способность омолаживать здорово нас выручала. Со всех уголков Теллуса к нам по-прежнему прибывали разумные, которые готовы были заплатить огромные суммы, чтобы вновь стать молодыми.

Но и это было ещё не всё. Производство зелий под руководством барона Корфа и Мели приносило не на много меньшую сумму в казну, чем я сам. Корф меня, кстати, тоже сильно удивил. Он смог добиться расположения дикарки, и та расколдовала медведя, отпустив его на все четыре стороны.

Как вспомню, как она упиралась, так смешно становится. Что касалось самого Флинта, то он нашёл успокоение, когда постарался в одном из портов, расположенных на Каспийском море, украсть двухмачтовый корабль. При чём надо же было ему нарваться на разжиревшего Ясула (просто, назвать его в меру упитанным у меня язык не повернется). Ясул в скоротечном поединке выбил у того клинок, и одним быстрым движением укоротил пирата на голову. Как говорится, горбатого могила исправит. Видимо, эта поговорка была точно про него.

О случившемся я узнал от Анри. И недолго посовещавшись, мы решили, что будет лучше не рассказывать об этом Мели.

Что же касалось Корфа, то он готовился скоро стать отцом. И через пару месяцев я буду сидеть на его свадьбе.

С оборотнями договориться не получилось. Нас смогли опередить гномы, которые помогли им переселиться в их царство. Но я ни капли не расстроился. Оборотней нельзя было назвать хорошими соседями, даже если они принесут вассальную клятву. К тому же мне и энергетиков хватало. Хоть Самуил сдержал слово, и к нам до сих пор никто не совался, я держал руку на пульсе.

Поэтому я добился встречи со всеми старейшинами энергетиков, и после того как омолодил их, взамен стребовал магический договор о ненападении. Кстати, Самуил единственный кто отказался проходить процедуру. И когда я его прямо спросил почему, тот ответил, что смерть — это не то, чего он боится. В общем Самуил оставался Самуилом, которого было очень сложно понять.

В горах мы всё-таки разметили артефакты по сбору крови. И каждый месяц Зес улетал менять заполненные цистерны на новые. И за пару лет мы смогли создать около десяти килограмм железа.

Магическую Академию я и Ланель закончили с красными дипломами. Ей дали возможность пересдать экзамен по магическому конструированию, и в её аттестате стояли одни пятёрки.

Сейчас в Академии учатся Инесса вместе с Тимофеем и Марией. Я разрешил им занять мой особняк, в котором они, насколько я знал, жили довольно дружно. Из старших за ними приглядывали мои дядьки Григорий и Безруков.

Также стоит отметить, что отношения брата с Наталией стали налаживаться. Хоть они учились на разных факультетах, но в столовой всегда обедали вместе. И пару раз их видели гуляющими по набережной.

Моего управляющего я им не оставил, убедив того перебраться вместе с матерью и сестрой в Балакина. Столяров почти не упирался, и сейчас он, помимо того, что занимался своими привычными обязанностями, помогал Смирнову в управлении городом.

— Анри, скольких ты решил забрать в свою контору из последнего выпуска? — спросил я.

— В школе Тьер из семнадцати выпускников только двое показались мне более-менее перспективными, — ответил он.

— Виктор, — обратился я к мэру, — значит пятнадцать магов достанутся тебе. Я договорился с Сереком, и он согласился, что они нам сейчас нужнее. Второй порт должен быть запущен уже к этой осени. Но не забывай, что также нужно достроить железную дорогу от Каспийского моря до Балакина, а потом и к Орску.

— Да, господин. — ответил мэр. — А что с церковью? Вы говорили, что скажете, как мне следует поступить.

Я повернулся к Анри, ожидая от него информацию.

— Всё чисто, — ответил граф. — Завещание было составлено в нотариальной конторе, и со слов сотрудника, никакого физического или психического воздействия на усопшую не оказывалось.

Я нахмурился.

— По закону они, как и любое другое юридическое лицо, имеют полное право получение недвижимости. Но вы же понимаете к чему это может привести? — спросил я. — История может повториться и получится, что церковь стала собственником огромных земельных наделов.

— И что ты предлагаешь? — спросил Анри.

— Земля должна приносить доход! Один земельный налог меня совершенно не устраивает. Поэтому, — посмотрел я на мэра, — передашь митрополиту Кириллу и патриарху Иосифу, что я отказываюсь передавать им права собственности. — И сделав паузу добавил: — Однако, если они станут выращивать или что-то производить, или построят новую деревню, скажем, за два года, то земли перейдут в их собственность.

— Если они согласятся, то они тоже будут пользоваться льготами упрощённого налогообложения? — тут же спросил Виктор.

— Да, — ответил я.

— А я тебя предупреждал, — ухмыльнулся Анри. — Ты пустил змею в свой огород. Теперь приходится за это расплачиваться.

В чём-то Фисто был прав. Однако не стоит забывать, что почти во всех деревнях построены школы. Когда нужно было переселить десятки деревень, чтобы проложить водный путь, очень сильно помогли именно священнослужители, которые убедили крестьян не сопротивляться. И хоть в новых деревнях их ждали новые дома с «печами по белому», простенькой канализацией и мощенными дорогами, многие боялись обмана и буквально упирались ногами, когда их просили покинуть обжитые дома. Постоянные службы, на которых церковники объясняли, что есть хорошо, а что плохо, сказалось на преступности, которая пошла на спад.

И это сильно перевешивало все остальные минусы. Патриарх и папа собирались через год открыть школу паладинов, в которую будут отбирать одаренных простолюдинов, как они выразились, «с предрасположенностью». Узнать, что за «предрасположенность» такая, мне пока не удалось. Но книги, которые я получил от клыкастой архимагессы Алисы Милано, описывали полный цикл ритуалов, с помощью которых церковь создавала своих паладинов. Вернее будет сказать, как их получали вампиры.

Проводились десятки ритуалов, что буквально разрывали магические каналы, а потом слепляли их вновь. И для этого им подходили только одаренные стихией земли. Одаренный должен был быть не старше семи лет, иначе после ритуалов энергоканалы могли не восстановиться. И ранг у них должен был быть не выше аколита.

У меня была только пара условий к церковникам. Никакого воздействия на ребенка и родителей оказываться не должно. И все сделавшие свой выбор должны будут принести клятву верности роду Тьер. Она отличалась от вассалитета, но таким образом я не буду переживать, что церковь решит «вонзить нож в спину».

Не став отвечать на ехидное замечание Анри, я спросил у Смирнова.

— Как дела у Славянова? — сколько паровых машин он успеет подготовить к осени.

Словно вдалеке нас услышал машинист, и за окном послышался гудок паровоза. Посмотрев в окно, я увидел, как паровоз, таща за собой семь груженых вагонов, едет в сторону складов.

— К имеющимся трём, он пообещал сделать ещё два. После этого он передаёт производство в руки назначенного мною директора. Сам же Славянов будет заниматься только консультациями при возникновении неисправностей.

Я кивнул.

Славянов был гением. Однако налаживать производство, а уж тем более руководить целыми предприятиями было не его. Он любил творить! Но для него было мукой заниматься повторением того, что он уже создал. И только из-за того, что паровой двигатель был сложен в производстве, его смогли упросить помочь в налаживании производства. В этом, кстати, как всегда помогла его супруга, которую к Славянову «подвёл» граф Фисто.

— Хорошо. — И немного подумав, спросил: — Известно над чем он корпит по вечерам?

— Нет, — ответил Анри. — Чертежи он прячет в свой сейф, и даже когда к нему приходит его жена, он накрывает их.

— Хм, странно, — произнёс я. — Ладно, этим будем заниматься, когда вернёмся назад. Анри, у нас всё готово к вылету?

— Да, — ответил он. — Матвеев уже на дирижабле, и перед тем, как мы начали совещание, от него пришло сообщение, что все ящики загружены и он ждёт только нас.

— Когда вас ждать назад? — спросил Смирнов.

— Думаю через неделю вернёмся, — ответил я.

После этого я и Анри разбежались по своим домам, чтобы забрать свои сумки. После окончания Академии я каждый день думал над тем, что скрывают под собой скалы Томской писаницы. И сегодня я, Зес, Анри, Матвеев и Космос, вместе с несколькими десятками самых проверенных воинов отправлялись под Кемерово.

Нужно было понимание правильным ли путём мы идём и там ли действительно тайник Александра V? Или мы ошибаемся и нам следует искать в другом месте?

В принципе, я мог бы и подождать, но Анри принес дурные вести, что соседние государства начали готовиться к войне. И если он не ошибался, то может ещё год-другой и вспыхнет вторая великая война. И что-то мне подсказывало, что дети Моисея будут играть в ней не последнюю роль.

Глава 17

Проходя по коридорам гондолы, я заметил Космоса, смотрящего в иллюминатор.

— Что, вспоминаешь родные леса? — спросил я.

— Мяу, — раздалось мне в ответ.

— Не волнуйся, скоро ты уже увидишься с родными, — представил я образ встречающего его семейства рысей, который переслал ему.

Космос положил лапу на окно и тяжело вздохнул. Погладив его за ухом, я пошёл на капитанский мостик.

— Сколько нам ещё лететь? — спросил я у Анри.

— Пока не могу сказать. — услышал в ответ я. — Совсем недавно рассвело, но из-за облаков мы не знаем, где точно летим. Однако Матвеев, перед тем как уйти спать, сказал, что ночью мы летели со средней скоростью в девяносто километров в час. А значит, нам осталось лететь около пяти часов.

В принципе я мог и не спрашивать, нам всё равно нужно было дождаться темноты, чтобы незаметно приземлиться рядом с Томской писаницей. Просто уже не терпелось оказаться на месте.

С наступлением сумерек, мы начали снижение. Перед этим на шхуне, которую мы прицепили к дирижаблю, Зес разведал местность, и сейчас подавал короткие сигналы артефактным фонариком, показывая нам куда следует держать курс.

Когда мы наконец-то сели, вместе с воинами стали накрывать дирижабль маскировочной сетью, и только потом пошли отдыхать. Узнать в темноте местность, где мы приземлились, я не смог. Однако это никак не мешало Космосу почти сразу отправиться на поиски своей семьи.

— Ты ведь можешь остаться здесь, — послал ему образ, представив картинку, как улетаю, а он остаётся с семьей.

Но Космос отрицательно покачал головой, после чего побежал в дебри леса. Я дал ему семь дней, после чего ждал его назад. Дольше я не планировал задерживаться. Однако человек предполагает, а жизнь располагает…

С рассветом мы отправились в путь на привезенных на дирижабле лошадях. Как сообщил Зес, до писаницы по прямой было около трёх километров. Однако верхом на лошадях мы бы не смогли пробраться по лесному бурьяну. Поэтому нам пришлось сделать небольшой зигзаг, чтобы выехать на обнаруженную Зесом лесную тропу.

Воинов мы оставили разбивать лагерь. А я вместе с Матвеевым, Зесом и Анри отправился в путь.

По дороге мы проехали братскую могилу, где были захоронены дезертиры. На меня нахлынули воспоминания о том, как они напали на нас во время изучения мной наскальной живописи. Тогда мы отделались небольшим испугом. Хоть в то время я ещё не пробудил стихийную магию, но Зес очень быстро склонил чашу весов на нашу сторону. И напавшие на нас дезертиры нашли покой в сырой земле.

И в этот момент мы услышали уханье совы.

— Анри? — задал я вопрос, приготовившись к нападению.

— Спокойно, — ответил он, — это энергетики. Помнишь я говорил, что Самуил оставил наблюдателей? — Смутно припоминая что-то такое, я кивнул. Однако я всё равно активировал магическое зрение и начал осматривать округу. И каково было моё удивление, когда буквально в двух метрах, на ровной ложбинке, стали подыматься два энергетика.

— С прибытием, — произнёс знакомый мне женский голос.

— Софья? — удивленно произнёс я. — Почему ты здесь?

— Самуил рассказал, что вы скоро отправитесь сюда, и я решила присоединиться.

— Но как ты добралась раньше нас?

— Я здесь уже две недели, — ответила она. — Знакомьтесь, — показала она на своего напарника, — это мой муж, Борис.

— Очень приятно, — заторможенным голосом сказал я. То, что Ковалевская замужем я не знал. Она ни разу за всё наше общение не говорила о муже ни слова.

— И мне, — улыбнулся коренастый мужчина. — Судя по вашим удивленным лицам, моя благоверная не говорила вам о моём существовании? — недовольно посмотрев на жену, спросил он.

— Да, — не стал отрицать я.

Он посмотрел на Софью взглядом не сулящим ничего хорошего. И пока они вели «немой диалог», мы слезли с лошадей.

— Софья, — обратился к ней, Анри, — ты смогла найти место предполагаемого входа?

— Пока нет. Энергетические линии уходят на несколько десятков метров в глубину. Возможно они тянутся и дальше, но моё зрение увидеть это не позволяет. Однако кое-что мы смогли найти.

Привязав лошадей, мы проследовали за Софьей и Борисом, которые остановились у подножия скалы, и когда я подошёл ближе, то увидел тот самый символ, который был изображен на перстне императора.

Перевернутый треугольник, а снизу две переплетающиеся змеи.

Тем временем Борис достал кинжал и аккуратно поддел выступ в скальной породе. Вначале мне показалось, что он решил расковырять скалу, и я уже хотел его остановить, но, когда скальная порода с противным скрежетом отъехала в нашу сторону, я увидел мигающий прибор.

— Что это? — удивлённым голосом спросил Матвеев.

— Если бы мы знали, — начала отвечать Софья, — то давно уже проникли бы внутрь.

Я прислушивался о чём говорят остальные, и параллельно изучал прибор. Прямоугольный предмет с кристаллической панелью, на котором снизу вверх мигала горизонтальная линия зеленого света, скорее всего был сканером.

Но это мне казалось не логично. Папиллярные линии при смене оболочки не могли быть одними и теми же. «Или дети Моисея умеют вносить изменения в тело реципиента?» — задался я вопросом. Технология, что использовалась для входа в лабораторию, была за гранью понимания жителей Теллуса. Структура этой панели не была похожа на то, что я видел в корабле урквайцев, однако это лишь означало, что мы идём правильным путём. Хотя и не объясняло, как нам попасть внутрь.

Не заметив никакой опасности, я приложил ладонь к панели, и на ней сразу стали проявляться контуры моей руки. Когда я убрал руку появилось изображение папиллярных линий моей руки. Раздалось негромкое механическое пищание, и с левой стороны от места, где я прикладывал руку, появилось второе изображение.

— Что происходит? — спросил меня Анри.

— Не знаю, — соврал я. Не буду же я при Софье и Борисе рассказывать о своих мыслях.

Я понимал, что сейчас наблюдаю за тем, как прибор сличает отпечаток моей руки с отпечатками, загруженными в него.

— Мы тоже прикладывали руку к прибору, — сказала Софья, когда панель с противным скрежетом стала задвигаться назад, — но у нас ничего не вышло.

— Когда я был в Египте, — начал я придумывать на ходу, — читал тракт, в котором говорилось, что если измазать руки чернилами, а потом аккуратно прижать испачканную ладонь к папирусу, то можно увидеть, что линии на руках у каждого человека отличаются.

— Так получается, что мы не сможем попасть внутрь без руки императора? — спросила Софья.

— Ну почему же? — улыбнулся я. — Но нужно перерисовать структуру линий руки, что появляется при сравнении. А после, с помощью своего дара, буду стараться переделать линии своей руки.

— А ты сможешь? — заинтересовано спросила София.

— Не попробую — не узнаю.

После этого мы почти до вечера перерисовывали изображение ладони. Сложность была в том, что рисунок появлялся всего на пару минут, после чего панель загоралась красным светом и задвигалась обратно. Потом приходилось ждать пока можно будет снова попробовать выдвинуть панель. Думаю, это было связано с перезагрузкой системы. Но когда звучал характерный щелчок, словно отодвигается щеколда, мы снова выдвигали панель.

Когда солнце начало садиться, мы стали возвращаться обратно. На месте стоянки воины уже разбили лагерь. Были вырыты ямы, из которых виднелись огненные всполохи. Расставлены палатки, метрах в ста сколотили отхожее место.

— Неплохо, — произнес Борис. — Сразу видно, что людей вы взяли с собой не простых.

— С чего такие выводы? — с прищуром спросил Анри.

— Граф Фисто, я наслышан о Вас. Думаю, будет правильно сразу сказать, что я занимаюсь тем же родом деятельности, что и Вы.

— Вот оно как, — произнёс Анри. — Честно признаться, я думал у Вас за всем следит Самуил.

— Он скорее курирует, — оправил, Борис графа. Но поймав взгляд Софьи он не стал вдаваться в подробности.

Два дня мы безвылазно находились в лагере. Работа по изменению папиллярных линий оказалось очень сложной. Требовалась большая концентрация. Плюс ко всему я был правшой. И левой рукой концентрировать энергию в узкий луч было тяжело. В итоге на третий день ко мне подошла Софья.

— Тебе стоит передохнуть. — Я поднял на неё вопросительный взгляд, и она продолжила. — Я же вижу, что у тебя не получается.

Посмотрев на свою ладонь и несколько рисунков, я ответил.

— Может ты и права. Есть предложение чем можно заняться?

Она предложила мне съездить к Кузнецкому мосту. И недолго подумав я согласился. Мы переоделись в походную одежду, и примерно через час выехали. Помимо Софьи с нами поехали Зес и Матвеев.

Подъезжая к мосту ещё издалека мы увидели город Кемерово. За прошедшие годы, он был отстроен заново и почти ничего не говорило о том, что когда-то он был практически уничтожен. Однако больше не было видно высокого замка княжеского рода Щегловых.

Анри как-то упоминал, что землями Щегловых руководит какой-то граф, назначенный императором. Сильно в подробности я не вдавался, и не испытывал никакого желания посещать сам город. Хоть за прошедшее время многое изменилось, но знакомые очертания тоской разливались по сердцу.

Неспешно мы доехали до небольшого склона, откуда до моста оставалось не больше несколько сотен метров.

Стоило мне взобраться на склон, как на меня в тот же миг обрушились воспоминания. Именно отсюда я наблюдал за поединком моего отца, Талия Де Тьера, и князя Щеглова. Я посмотрел в сторону, где раньше располагался императорский шатёр, у которого когда-то стояли император и Меньшиков. И я отчётливо вспомнил слова императора, определившие судьбу моего отца.

— Мы много говорим, — произнёс Меньшиков.

— Так иди сюда, — усмехнулся Щеглов, — покажи всем, как сражаются архимаги.

У императорского знамени началось шевеление. И вроде бы я узнал по мантии Меньшикова. Он начал движение в сторону моста. Но по округе разнесся третий голос.

— Щеглов, не по статусу тебе сражаться с архимагом. На тебя хватит и главы рода Тьер! — произнёс император, усиленным магией голосом.

— Тьер? — удивился Щеглов. — Ну пусть будет Тьер, — меланхолично произнёс он: — На одного сильного магистра у тебя станет меньше!

Все наши ссоры, произошедшие между нами за это время, затёрлись в моей памяти. Сейчас я вспоминал только всё самое хорошее, что связывало меня с отцом. Несмотря ни на что я всегда знал, что он будет рядом и прикроет меня в сложную минуту.

На мосту до сих пор осталась большая темная выпалена. Именно здесь Щеглов бросил гранату в отца.

— Прости, отец, — произнёс я. — Нам не удалось до конца понять друг друга. И я не могу сказать, что в этом виноват только ты. С твоей смертью нам пришлось очень сложно, но мы справились. И думаю это во многом благодаря тебе…

В моём горле стал ком, и некоторое время мне понадобилось, чтобы справиться с эмоциями. Через пару минут я вернулся к Софье и Зесу.

— Поехали обратно, — сказал я.

* * *

Вернувшись в лагерь, я решил почтить память отца, и приказал воинам вытащить пару бочек с алкоголем. Всем, кто сегодня не стоял в карауле, я разрешил расслабиться. Большинство прилетевших с нами солдат участвовали в гражданской войне. И вечером я сидел с ними за одним костром и слушал их воспоминания о тех днях.

Эту ночь я спал очень крепко, а наутро моя голова словно очистилась от лишних мыслей. Мне стало интересно понять, откуда Софья знала, что поездка к месту гибели отца мне поможет, ведь я почти не вспоминал об этом. Но спрашивать я её ни чём не стал. Сконцентрировавшись на работе, стал изменять папиллярные линии.

И к вечеру, я наконец-то закончил.

— Ты уверен, что ты сделал такой же узор, что и на панели? — спросил меня Анри.

— Разумеется, нет, — ответил я. — Однако если мы найдём какие-то неточности, то мне придётся исправлять их на месте.

Он кивнул. И зная, что завтра рано выезжать, мы разбрелись по палаткам.

С первого раза ничего не получилось. И даже не с пятого и не десятого. И когда я уже стал отчаиваться, думая о том, что прибор считывает ещё какие-то параметры, он осветился зелёным светом, и примерно в пяти метрах над нами стали осыпаться небольшие камни.

Отбежав на несколько метров, мы увидели, как в скале появился проём, который с каждой секундой открывался всё шире и шире.

Потом начали отъезжать каменные блоки, которые образовывали что-то наподобие лестницы. И когда тряска прекратилась, мы начали подыматься наверх.

На стенах туннеля были нарисованы необычные символы, которые отличались ото всех, что мне приходилось видеть раньше. Включив артефактные фонарики, мы осторожно пошли вперед. Туннель сужался книзу и оглядывая стены я стал замечать рисунки чем-то похожие на египетские. На них люди преклонялись перед одним мужчиной. Но никаких деталей мы рассмотреть не смогли.

Внезапно я услышал, как напольная плитка под ногой Анри ушла вниз. И в ту же секунду в него прилетело несколько арбалетных болтов. Но его артефактный щит, хоть и пошёл трещинами, выдержал.

— Фух, — выдохнул Анри. — Ещё немного и… — провёл он у горла большим пальцем.

— Ловушки, — констатировал я, осматривая вместе с Софьей место, откуда прилетели болты. — Первым пойду я, — и заметив, что остальные собираются возразить, — мой модифицированный щит не пробьют даже артефактные болты.

Нехотя, они согласились со мной. После чего они шли в некотором удалении от меня, ступая по моим следам. Благо пыли в этом месте скопилось много, и можно было четко видеть где я прошёл.

Однако в следующий раз, когда под моей ногой отъехала напольная плитка, вместо арбалетных болтов обрушился пол. И я в последнее мгновение успел отскочить в сторону. Посмотрев вниз я увидел заостренные гранитные пики.

Думаю, мой сферообразный щит не разбился бы от падения, однако падать было около десяти метров и вряд ли без травм я смог бы обойтись.

— Нужно быть осторожнее, — произнесла Софья. — Странно, что даже со зрением мы не можем увидеть ловушки заранее.

Когда мы собирались назад, чтобы принести сюда какое-нибудь дерево для того, чтобы по нему пройти через образовавшуюся десятиметровую дыру, створки пола стали самостоятельно подыматься наверх. И через несколько секунд пол стал прежним.

В этот раз вперед пошёл Борис. Его обвязали верёвкой на случай, если ловушка срабатывает из-за веса, но обойдя напольную плитку, на которую наступил я, он преодолел ловушку.

Мы шли медленно, прислушиваясь к каждому звуку, и меня посетила мысль, что ловушки хоть и были эффективными, но прибор, сличающий отпечатки пальцев, был очень технологичным.

— Стойте! — сказал я.

— Ты что-то заметил? — спросил меня Зес.

Я поделился своими мыслями с остальными.

— И чего нам ждать? Есть идеи? — спросила Софья, оглядывая всех нас.

Я отрицательно покачал головой. Даже с моими воспоминаниями прошлой жизни, это могло быть всё что угодно. Хоть лазерные турели, хоть магнитные репульсоры… Я просто не знал какой уровень знаний был у детей Моисея.

— Это не логично, — произнёс Анри.

— О чём ты? — тут же спросил я.

— Давайте подумаем вместе. Предположим, мы и вправду нашли убежище Александра V. Но тогда возникает вопрос, почему он не совершит технологическую революцию? Ничего даже близко похожего на тот прибор я никогда не видел. — И сделав паузу: — Мне кажется, что ту панель он откуда-то снял и смог использовать её для защиты этого места.

В принципе слова Анри были логичны. Однако я всё равно решил, что именно мне стоит идти первым. С моим щитом я мог преодолеть больше остальных.

В итоге один раз я угодил в ловушку с быстро сжимающимися стенами, которые не смогли расплющить мой щит. А в следующий раз я вообще не понял, что происходит. Я словно в воздушную стену упёрся. И когда я пригляделся, то увидел за щитом тончайшие стальные нити. Однако в этот раз никаких плит не сдвигалось.

Наверное, чтобы пройти мы должны наоборот куда-то наступить или что-то нажать. Больше часа мы надавливали на стены и пол, но ничего не происходило. И только когда Матвеев решил потянуть за подставку для факела, стальные нити разъехались в сторону.

— Повезло, — произнёс он, но его взгляд стал серьёзным, и проследив за его взглядом, мы увидели дверь.

Я потянул за ручку и дверь легко открылась.

Шагнув внутрь, мы оказались в комнате, где на полках лежали старые пергаменты. Но не это привлекло наше внимание, впереди была ещё одна дверь. И она была сделана из металла. Рядом со стеной стоял такой же прибор, что мы видели в начале пути. И стоило приложить к нему руку, как дверь с громким щелчком открылась.

— Мы нашли его! — произнёс я, разглядывая капсулу, в которой плавал в какой-то жидкости мужчина. С нашим приходом в помещении загорелся свет. И все наши взгляды были устремлены на тело, которое, как мы полагали, принадлежало сущности, что находилась в теле Александра V.

— И что мы будем делать? — спросила Софья.

— К капсуле не приближаемся, — ответил я. — Если это и впрямь тело императора, то он ещё нужен нам живым.

Рассматривая на расстоянии мужчину, находившегося в капсуле, бросалась в глаза его нагота. Он был среднего телосложения, мускулист, а распущенные черные длинные волосы, закрывали его лицо. Активировав магическое зрение, к своему удивлению, я увидел у него магическое ядро, которое излучало коричневый свет.

— «Он маг стихии земли», — подумал я.

И у меня возник вопрос, как он смог развиться до архимага. Став внимательнее осматривать ядро, я заметил, что оно немного отличается от ядра, что я наблюдал у Афины. У той я не видел рангового узора. А у мужчины в капсуле, оно было отчётливо видно.

От изучения Моисеевича меня отвлёк голос Анри.

— Ярар, подойди сюда. Тебе стоит это увидеть.

За капсулой оказалась консоль. И когда я подошёл ближе, мне снова пришлось приложить руку к прибору, считывающему папиллярные линии. Почти сразу передо мной загорелся кристаллический монитор. И благодаря универсальному переводчику я понимал, что там было написано. Однако вместе с всплывающими сообщениями перед нами появилось изображение Теллуса.

— Смотри, там что-то мигает, — сказала Софья.

Я кивнул, и предположив, что экран может быть сенсорным, нажал на мигающую точку. Почти сразу же изображение стало приближаться, и мы увидели очертание материка, которое с каждой секундой становилось всё чётче.

— Это ведь то, о чем я думаю? — спросил Анри.

— Если ты думаешь, что именно в этой части материка находится Санкт-Петербург, то ты прав. — И сделав паузу, я повернулся в сторону капсулы. — И на экране нам показывают местонахождение сосуда, в который вселился этот человек.

Глава 18

Кто ж поставит девятьсот первый лайк на первой части Ярара?)

https://author.today/work/255158

— Вавилонский царь Хаммурапи, Борис Троянский, Гай Юлий Цезарь, Гальский завоеватель Аттила, Папа Римский Бонифаций II, император Элинской империи Корнелий Исаврийский, лорд Совета старейшин Майя Луи Кеннеди, Александр V Рюрикович, — вслух читал я для остальных о том, что обнаружил в компьютере Гавриила.

Из личных дневников я узнал, как зовут мужчину, что находился в капсуле, и остальных оставшихся в живых детей Моисея. Однако информации о том в чьих телах находятся их сущности и уж тем более о местонахождении их убежищ не было.

— Получается за всеми великими событиями стоят Моисеевичи, — задумчиво произнёс Анри.

— Думаю ты прав, — ответил я и тут же спросил. — Что ты делаешь?

— Мне кажется я уже видел такой шар, — Анри показал на постамент. — Если мне не изменяет память, такой шар находился в личном кабинете императора Гальской империи.

— Вот оно как, — поняв к чему клонит Анри, сказал я. — А что ты там делал?

— Забирал верительную грамоту на открытие посольства в королевстве Африканских племен, — ответил он.

— И что думаешь? Он может быть одним из подселенцев?

— Я очень быстро отказался участвовать в придворной жизни. Поэтому однозначного ответа у меня нет.

Но иметь даже предположение о том в чьей оболочке мог находиться один из детей, было уже хорошо. По возвращении домой мы обязательно вернёмся к этой теме.

Когда часы показали полшестого мы отправились в лагерь. Оставаться на ночь в этом месте ни у кого из нас не было не малейшего желания. Нужно было переварить увиденное.

Тем временем у нас в лагере появились нежданные гости. Космос привёл с собой своих родных, которые абсолютно не боялись людей и ходили по лагерю, не обращая ни на кого внимания. Но того же нельзя было сказать про моих воинов, которые постоянно озирались на диких животных.

Когда мы слезли с лошадей, ко мне сразу подбежал Космос.

— И что ты тут устроил? Уговора, что ты приведёшь своих родных, не было.

Космос подставил свою мордашку под мою руку, начал ластиться. Но вместо того, чтобы погладить его в ответ, я слегка поставил ему щелбан, посмотрел ему в глаза и снова задал вопрос.

Ответ меня сильно рассмешил.

— Что смешного? — спросил Борис. Он с опаской смотрел на животных.

— Мой питомец позвал своих родных вкусно покушать и… — ухмыльнулся я, смотря на Зеса, — сразиться с ним.

— Он что, до сих пор не забыл о своей идее побить меня по заднице? — удивился Зес.

— По-видимому нет. И раз у него не получается это сделать один на один, он привёл помощь.

Взгляд Зеса, брошенный на Космоса, не предвещал тому ничего хорошего. На это кошак оголил свои клыки и провёл языком по губам, внимательно смотря на Зеса.

— По-моему он настроен серьёзно, — сказал я.

— Ярар, — обратился ко мне Анри, — ладно Космос, но остальные рыси не перейдут черту? Это же дикие животные.

— Не волнуйся. Ты же сам видишь, что им абсолютно не интересны люди.

И словно в доказательство, мы услышали отборный мат воина, который гонял половником родственника Космоса.

— Сука! Всё мясо съел! Иди сюда, я из тебя котлеты сделаю!

Я видел, что другие рыси смотрели на это и не собирались вмешиваться. В итоге воришка забрался на дерево и оттуда смотрел на воина, оставшегося стоять на земле.

— Видишь, — обратился я к Анри. — Они настроены абсолютно мирно.

Примерно через десять минут из кустов показалась ещё одна рысья морда. Им оказался отец Космоса. Диалог с ним был куда сложнее нежели с Космосом. Сказывалось постоянное общение между нами.

Насколько я смог разобраться, рыси не собираются перебираться ко мне. И в лагерь они пришли потому, что им было интересно как мы живём, но большую роль сыграли вкусные запахи, распространившиеся по всей округе. Что касалось завтрашнего поединка между Зесом и рысями, то главный рысь послал мне образ, что Космос и ещё двое его братьев проведут поединок. Остальные же останутся в роли наблюдателей.

Чтобы сильно не ранить рысей, Зес вооружился щитом и тренировочным мечом.

— Ну что, готов? — спросил я.

— А по мне не видно? — вопросом на вопрос ответил друг, и сделав паузу дополнил: — Не понимаю, зачем я вообще на это согласился.

— Потому что тебе самому интересно, сможешь ли ты одолеть сразу трёх магических животных.

Неподалеку от лагеря уже собрались все воины. Им было интересно посмотреть на это представление. Многие воины видели, как проходят поединки между Зесом и Космосом. И судя по тому, что я слышал, болели там далеко не за Зеса.

Многим хотелось увидеть, как их командира сможет кто-нибудь одолеть. Но кроме меня и энергетиков такое никому не удавалось. Хотя, когда я наблюдал за своей личной гвардией, видел, что они стали очень сильными за последнее время.

Идея личной гвардии воинов, что будут экипированы самыми лучшими артефактами и доспехами, а также лошадьми, клинками, самострелами и даже стреляющими огненными шарами наручами, пришла ко мне после окончания Академии. Нужно было только решить мотивационный вопрос. А что его решает лучше, чем деньги?

В итоге Зес начал формирование моей личной гвардии. Сначала Анри проверял кандидатов на лояльность. Потом уже ими занимался Зес. Из четырёх тысяч воинов, что служили в Балакина и его окрестностях, он отобрал всего пятьдесят одного воина. Крайним был сам Зес, и он же был назначен командиром над остальными.

Полгода он занимался с ними подготовкой, прежде чем решил проверить их в деле. После того, как канал между Черным и Каспийском морем был прорыт, завелись пираты. Проблема была в том, что они ходили под торговыми флагами и все документы у них были в порядке. При захвате корабля они убивали весь экипаж, перегружали себе в трюм всё самое ценное, а после затапливали судно. И если бы каким-то чудом один человек с захваченного судна не спасся, то мы так и не знали бы о том, кто «безобразничает».

Морская торговля с открытием канала возросла многократно. С открытием новых рынков сбыта, торговцы ломанулись к нам, скупая всё, что мы заготовили на экспорт.

В итоге в трюм одного корабля были спрятаны пятьдесят гвардейцев. Анри во всех тавернах пустил слух, что капитан корабля очень прибыльно расторговался и, когда он вернётся в Египетскую республику, будет жить на широкую ногу. И стоило кораблю выйти в открытое море, как на него напало сразу три пиратских судна. И учитывая, что на каждом корабле могло находиться до трёхсот человек экипажа, то было очевидно превосходство пиратов.

Однако через три дня в мой порт вернулось четыре корабля, на которых плыла моя гвардия.

Ни один член экипажа не погиб. И даже тот факт, что против них был маг в ранге младшего мастера, пиратам никак не помог. Выживших пиратов после суда сделали покорными рабами, лишившимися воли и чувств. Корабли, за исключением того, на котором была организована засада, были проданы, а вырученные деньги, в качестве премии, получила моя гвардия.

После этого другие воины, что крутили пальцем у виска, когда смотрели за тем, как над ними измывается Зес, приуныли. И теперь всеми правдами и неправдами старались попасть к гвардейцам.

Три огромные кошки сразу начали обходить Зеса со всех сторон. Тактика была выбрана правильно. Когда у тебя численное превосходство, то нападение с нескольких направлений самое выгодное. Главное ударить всем одновременно.

— Ррах, — раздалось от рыси, что стояла по левую сторону, и в Зеса полетел крошечный огненный шарик.

Сразу же на поле выскочил отец Космоса, который сильно ударил лапой своего сына. И в ходе взаимных перерыкиваний младший опустил голову.

— До чего же они разумные! — подивился я.

— Это касается только стайных хищных животных, — произнесла сидящая позади меня Софья. — Волки, большинство кошачьих — все они умнее, потому что живут хоть и в животном, но социуме.

Бой возобновился. И сразу же рыси решили атаковать в прыжке, на что Зес отбил одного щитом, второго пропустил над собой, а третьему не повезло больше всех — Зес с разворота ударил того точно в голову.

Отряхнувшись от пыли, рысь поднялся, и все трое снова начали окружать Зеса.

Я стал замечать, что с каждой секундой рыси и Зес начали увеличивать темп схватки. Постоянные прыжки, уклоны, контратаки. И Зес всё-таки стал уставать. Простому человеку против магического животного не выстоять. И хоть Зес не совсем обычный, но и не одарённый.

Поэтому всё приближалось к концу. Космос обошёл противника со спины, и запрыгнув тому на спину, постарался вцепиться в шею. И у него это получилось. Артефактный щит разлетелся на мелкие серебряные кусочки.

Сразу за этим остальные рыси помоги повалить Зеса на землю.

— Ты ведь поддался! — возмутился я, когда остался с Зесом один на один.

— Один удар по заднице лапой, не так уж и много. Но теперь твоё животное от меня отстанет. Ты хоть представляешь сколько раз за день это чудовище мелкое нападает на меня из засады? — Я отрицательно покачал головой. Мне всегда казалось это какой-то забавой между ними, и я не сильно придавал этому значение. — Не меньше пяти раз. Мне постоянно приходится быть начеку.

— Что-то ты раньше не жаловался, когда оставлял на Космоса охрану детей. Или когда он натаскивал вместе с тобой гвардейцев.

— А я и не спорю. Просто сегодня мне представилась прекрасная возможность закончить этот спор, — ответил Зес.

* * *

После бесплатного представления и плотного завтрака мы поехали в убежище Гавриила.

На новые ловушки мы больше не натыкались, всё также наступая на оставленные нами же следы. Когда мы закончим с изучением этого убежища, Матвеев, используя заклинание стихии воздуха, уберёт все следы нашего присутствия.

При изучении записей первое, что меня заинтересовало, это был выбор ребенка или, как писал Гавриил, сосуда. Детям Моисея подходили оболочки тех, в ком текла их кровь. Поэтому им приходится появляться в обществе в своих истинных оболочках. И при этом они используют артефакты иллюзий, чтобы принимать «подходящую» личину, после чего делят постель с чужими женами. И к сожалению, я нашёл отметку, что в Тьер тоже текла кровь Моисеевичей. Судя по дате, это произошло, когда наш род проживал в Гальской империи. Подробностей не было, но было и так понятно, что раз фамилия Тьер записана в этот список, то в любой момент они могут вселиться в оболочку одного из моих детей или родных.

Это привело меня к мысли, что нам нужно скрывать ото всех информацию о беременности кого-то из рода Тьер. По крайней мере пока опасность в лице детей Моисея не будет устранена.

Но самыми приоритетными оболочками для вселения служили те, в ком загоралось магическое ядро. Афине уже ничего не угрожало. Вселиться в ребенка можно было до того момента, пока ему не исполнится три месяца. После у ребёнка просыпалось сознание, и сущность Моисеевичей не могла завладеть телом. Однако детям Афины может угрожать опасность. Хоть её ядро неполноценное, но если она родит от мага земли, то у её детей оно не будет отличаться от того, что было у туров. И когда Моисеевичи узнают об этом, могут попытаться завладеть ими.

Прочитав эту информацию, нажал на появившуюся вкладку. В тот же момент послышался скрежет металла, и подняв голову я увидел четыре капсулы, что немного отличались от той, в которой лежал Гавриил. Две из них были пусты. Но в остальных лежали новорожденные дети.

— Надо освободить их! — увидев кто там находится, воскликнула Софья.

— Рано, — положил ей на плечо руку Борис. — Александр V не должен знать, что мы были здесь. Но когда-нибудь мы вернёмся, покончим с ним, — показал он на капсулу с Гавриилом, — и заберём их. Обещаю!

— Он прав, — сказал я Софье. — И поверь, мне очень не нравится так поступать, но так требуют обстоятельства. К тому же им ничего не угрожает. Эти дети помещены сюда, как последний шанс на спасение. А именно, если не останется ни одного подходящего сосуда.

Ковалевская скривилась, всем своим видом показывая, что эта ситуация ей не нравится. Но возражать больше не стала.

Я попытался найти данные, кем были родители этих малышей, но к сожалению, ничего не нашел. Повторно нажав на вкладку, капсулы с детьми спрятались за стеной. Мне было тошно, что приходится так с ними поступать. Но выбора не было.

Я просматривал все подряд папки. И вспомнил «добрым словом» Алису Милано, что дала мне книги с техниками крови. Хорошо, что я пока не сильно продвинулся в этой школе магии. В папке описывались эксперименты с кровью, которые проводили вампиры. Гавриил смог переслать информацию из убежища брата, которого нашёл и убил лорд Фолиант. И сейчас я читал о том, что если бы и дальше продолжал изучать магию крови, то повредился бы рассудком. По крайней мере именно к таким результатам пришли вампиры, что ставили опыты над целителями.

При этом они написали, что водники могут использовать воду в крови, но не её саму. Однако такая способность открывается, когда маг достигает ранга старшего магистра. Но такие маги уже представляют большую ценность и их склоняют к обращению в вампира. От этого их сила не уменьшается.

Жаль здесь не было установлено аппарата, на котором можно было перенести информацию на бумажный носитель. Слишком много интересной информации содержалось в этих папках.

Следующее открытие меня ждало, когда я наткнулся на вкладку под названием Зевс. И каково же было моё удивление, когда я понял, что Геркулес мне вовсе не привиделся. Он реально существовал и был учеником Гавриила. Когда я сопоставил даты жизни Геркулеса, то понял, что список людей, в кого вселялся Гавриил, был неполным. Судя по всему, Гавриил не вёл точный перечень всех людей в кого вселялась его сущность или удалил данные об этом. Однако я нашёл ритуалы, которые проводил Гавриил для того, чтобы Геркулес стал сильнее. И эту возможность я уже не собирался упускать. Я скрупулёзно принялся переписывать всё, что было в этой папке. Информации оказалось очень много и мне потребовалось ещё два дня, чтобы переписать всё.

Когда мы уже собирались уходить, шар, на который ещё в первый день обратил своё внимание Анри, начал менять цвет.

— Быстро все прячемся! — закричал я.

Учитывая, что помещение стало наливаться всеми цветами радуги, все видели, что происходит, и мы как могли затаились.

Я стоял за капсулой, в которой находился Гавриил, и мог краем глаза видеть, что в артефакте появилось чьё-то лицо. Почти минуту артефактный шар был активирован, после чего он погас.

— Кто-нибудь смог рассмотреть лицо? — спросил всех Анри.

— Да, — ответил я. — Теперь я точно знаю, что мы оказались правы. Александр V — один из сыновей Моисея.

— Как думаете, он понял, что его убежище обнаружено? — спросил Борис.

— Не вижу смысла рисковать. Если он решит проверить это лично, то лучше, чтобы нас здесь не было, — ответил Анри.

— Согласен, — произнёс я. После чего повернулся к консоли и начал отключать экран. После этого мы прошлись по помещению, убирая любые свидетельства нашего здесь присутствия, а потом Матвеев поднял небольшой вихрь пыли который положил её ровным слоем, скрывая наши следы.

Уже вечером мы загружались на дирижабль. Воины не понимали с чем связана такая спешка, и тем не менее не роптали, молча выполняя мои указания. И когда стало совсем темно, мы полетели домой.

* * *

Наблюдая за красивым, загадочным, звёздным небом, я думал над тем, могла ли это быть моя вселенная или всё-таки я попал в альтернативный мир? Росманская империя простиралась на пару галактик, но исследовательские миссии, в одной из которых принимал участие я сам, летали на очень большие расстояния. Но ни о каких турах и марах, и уж тем более урквай, я не слышал.

И сегодня я пришёл к мысли, что грызня, которая выльется в большую войну, в сравнении с тем, что нас может ждать в любую минуту из космоса, куда страшнее.

От моих мыслей меня отвлёк Анри. Он сходу задал мне вопрос, от которого я забыл о чём думал до его прихода.

— Что мы расскажем Сереку и Эмери? Ведь ты не собираешься говорить, что мы слетали впустую?

Перед отлётом я рассказал деду о том, что нами возможно обнаружено убежище Александра V. И как предполагал ранее Фисто, Серек возжелал полететь с нами. Больших трудов стоило уговорить его остаться.

— Скажем правду, — подумав ответил я. — Мы объясним ему как нам удалось проникнуть внутрь. В любом случае, без меня он туда попасть не сможет.

— Ярар, он магистр огня. Ты думаешь его остановит какой-то кусок скалы? Было бы желание, он стихийным клинком смог бы проделать километровый туннель.

Ненадолго я задумался.

— Ты же понимаешь, что Славянской империи ещё понадобится архимаг? — Сделав паузу продолжил: — Если ты прав, и такой же шар находился у правителя Гальской империи, то вся эта война спланирована детьми Моисея.

— Я тоже думал об этом, — сказал Анри. — Но я думал несколько шире. На минуту представим, что мы убили Гавриила. Как думаешь, что тогда произойдёт?

— Нас сметут, — ответил я. — Дети Моисея приложат все силы для того, чтобы избавиться от всех Тьер. Если один из них — это император Гальской империи, то скорее всего остальные Моисеевичи тоже находятся у власти, — мне понадобилось время, чтобы ещё раз подумать над вопросом, из-за которого ко мне пришёл Анри. — Мы расскажем Сереку правду.

* * *

— Клео, что нашёл твой пёс? — спросил Менелай. — Сколько он ещё будет…

— Его зовут Патрокол, — перебила его сестра. — И сколько понадобится, столько он там и пробудет. — Несколько секунд брат и сестра сверлили друг друга взглядом. — Брат, я уже говорила, он не вернулся, потому что его интуиция говорит, что рядом с горой Хан-Тенгри у мраморной стены что-то есть. Но он не может понять что.

— Но почему так долго? — более спокойным голосом произнёс Менелай. — Сестра, ты уверена, что он занимается именно твоим поручением?

— Он был у своей семьи, если ты об этом. И тем не менее, я точно знаю, что он не возвращается назад, потому что не хочет подвести меня, — ответила Клео.

— Мне прислали портрет его жены, — усмехнулся Менелай. — Если бы я не знал, что ты находишься на другом континенте, то подумал бы, что портрет рисовали с тебя. Но, сестра, надеюсь ты понимаешь, что наша цель выше низменных чувств?

— Да. — И прищурившись добавила: — Но не тебе мне говорить об этом. Или ты забыл, как глупо себя повёл из-за Клеопатры, когда был Марком Антонием?

— Мы договорились не вспоминать этого! — прошипел Менелай.

— Я пытаюсь сказать, что не совершала в прошлом таких ошибок, в отличие от тебя.

— Через неделю я прилечу сам к Патроклу и посмотрю, что он смог там найти. Ещё немного и разгорится война, и нам снова придётся отложить поиски Сепфоры.

— Я передам Патроклу, чтобы он встретил тебя.

— Не надо, — возразил Менелай. — На днях я разговаривал с ним. И скажу тебе, что его манерами следует заняться.

— Не трогай его, Менелай, — предостерегающе произнесла Клео.

— Не бойся, не стану я его убивать. Разве что шерсть немного опалю… — добавил он, после чего сразу отключился.

Глава 19

Возвращаясь домой, мы решили, что лучше сразу доложить о результатах миссии под Кемерово и поэтому завернули в замок Тьер. И я с облегчением выдохнул, когда наши прогнозы касательно поведения Серека не оправдались.

— Вы правильно поступили, — произнёс он. — Однако я прошу всех здесь присутствующих об одном… — он выдержал паузу: — Именно я должен проткнуть сердце Гавриила.

Помимо Анри, Зеса и Софьи, в кабинете находились Эмери, Святозар, Михаил и сам дед. Все отнеслись с пониманием, и никто из нас не стал перечить его просьбе.

Совет длился недолго, и как только нам прекратили задавать вопросы, мы разошлись. После чего я и Зес отправились в Балакина. А граф Фисто, как в принципе и ожидалось, остался в замке Тьер. Он решил воспользоваться временем пока не вернётся из столицы Инесса, и побыть подольше с Эмери.

В их отношения я уже давно не лез. Кто я такой чтобы их судить. Они взрослые люди и сами разберутся как им жить.

Вернувшись домой, я почти безвылазно сидел за изучением записей, которые сделал в убежище Гавриила. Первые ритуалы я провёл уже на второй день.

На протяжении целого года я поил две дюжины мышей водой из источника, а после напитывал их целительской энергией. Тем самым я подталкивал процесс быстрого роста и размножения. И после того, как сменилось сорок три поколения, я получил магических мышек с целительским даром.

Их органы мы использовали во многих зельях, и они являлись универсальным усилителем магических свойств растений. И до нашей поездки в Томскую писаницу другого применения у них не было. Именно мыши стали подопытными, над которыми я проводил ритуалы.

После проведения ритуалов я изучал их тела магическим зрением и заметил, что каналы у животных стали больше, но самое интересное было то, что в местах, где у них находились нервные окончания, стали образовываться небольшие уплотнения.

Из записей Гавриила я знал, что после нескольких ритуалов из нервных окончаний начнётся передача энергии, в результате чего у мышей должно будет появиться магическое средоточие. И если всё будет идти так как надо, то я начну проводить эти ритуалы над собой.

Разумеется, моё постоянное пропадание в лаборатории не осталось незамеченным для моих жен. В итоге мне пришлось сознаться, где мы были и чем я сейчас занимаюсь.

— Ярар, — выслушав меня произнесла Ланель, — эти знания опасны. Стоит только просочиться этой информации наружу, и на род Тьер ополчатся не только великие рода Славянской империи, но и всего мира.

— Нам придётся носить артефакты иллюзий, — серьёзным тоном ответил я и продолжил: — Нужно наладить массовое производство артефактов иллюзий, которые будут полностью скрывать магическую ауру.

После распространения артефактных очков любой разумный мог увидеть одарённый перед ним или обычный человек, а также установить со стопроцентной точностью какой у мага ранг. Когда мы наладили массовое производство артефактных очков перед нами не стоял вопрос, что нам придётся самим скрывать свою ауру. Но ситуация изменилась…

Пока я проводил время в лаборатории, у меня было время подумать. Я пришёл к выводу, что рано или поздно многие станут задаваться вопросом, почему Тьер скрывают свою ауру. Однако, если иллюзорные артефакты будут продаваться повсюду и по доступной цене, то многие станут их носить. И тогда к нам будет минимум вопросов. Ведь по сути ношение таких артефактов будет расцениваться как реклама нашей продукции.

Для меня было очевидным, что, проведя эти ритуалы я стану сильнее. И я очень рассчитывал, что со временем разберусь как перенастроить эти ритуалы для других стихийных магов.

— А как же морфы? — вдруг спросила Аяна.

Я нахмурился. Вероятно, из-за постоянных тренировок Аяны и заботы о нашей дочери Элин, я упустил из вида сообщить ей о том, что морфы уже давно используют артефакты иллюзий. По крайней мере, такую информацию я получил от Орлова Николая.

Год назад был проведён Всеобщий совет глав мировых государств. И на нём находился Карл IX. То, что под его личиной скрывается морф, каким-то образом узнали сотрудники ГРУ.

Когда я читал письмо от Орлова, то мне было крайне любопытно посмотреть, как прошла их встреча. Как минимум Александр V знал кто такой Карл IX, но ничего с этим поделать не мог.

Наброситься на правителя другой страны и начать его раздевать, до тех пор пока артефакт не будет снят с тела императора Бритской империи? Поэтому славянскому правителю приходилось лицемерно улыбаться и слушать предложения по мирному урегулированию надвигающегося конфликта.

С использованием иллюзорных артефактов морфы снова ушли в тень. И хоть они получили тяжёлый удар, когда их спящие агенты были раскрыты, змееликие смогли довольно быстро оправиться от него.

В связи с этим мы постоянно ждали ответного удара от них. Но после тех последних атак, новых так и не последовало. Да и мы не остались совсем уж без защиты. Моё магическое зрение, как и зрение энергетических вампиров, иллюзией, скрывающей облик морфов, не обмануть. И выдав информацию Аяне, я продолжил.

— Именно поэтому я попросил Самуила приставить к каждому человеку, занимающему большой пост, твоих сородичей.

Она кивнула, но я заметил, что она сделала в блокноте пометку. Видимо она свяжется с Самуилом и постарается узнать больше информации по этой теме.

Через пару дней я пораньше закончил со своими экспериментами и, записав последние результаты, отправился к Корфу и Мели. На днях должно было состояться открытие торговой лавки с зельями. За два года мы смогли увеличить количество магических растений, из-за чего у нас появился избыток зелий.

Я решил сделать из этого события небольшую рекламную акцию. Заранее мы разместили объявления во все «проверенные» газеты. И уже несколько недель со всех уголков Империи к нам съезжались купцы.

В лавке я не собирался продавать что-то дорогостоящее. В основном зелья были двух и, в редких случаях, трёхкомпонентные. При их создании использовалось части магических растений и обычных трав, а также органы моих мышек.

В природе животных, обладающих целительским даром, не попадалось. Возможно они существовали, но в гильдиях зельеваров никаких записей по исследованию животных с таким даром не было. Но во многом благодаря мышам у нас появился избыток зелий.

Больше всего нами было создано зелий малого исцеления. Оно могло спасти при отравлении, вылечить травму средней тяжести и даже исцелить трещину в костях. Из минусов — оно было комплексным. То есть оно действовало на весь организм, а не точечно, как это могли делать я, Корф и ещё пара десятков целителей, что подписали со мной магический договор, и после обучения у Владимира сейчас работают в больнице.

Также у нас были зелья, которые улучшали свойства семян, саженцев и даже почвы. Мы даже смогли сварить зелье, которое опресняло солёную воду, и я был уверен, что оно очень понравится мореплавателям.

— Как у нас дела? — спросил я у Корфа, который стоял за прилавком и перечитывал какие-то бумаги.

— А… Господин, — слегка заторможено ответил он. — У нас почти всё готово. — И смахнув несуществующий пот с лица: — И я очень рад, что скоро сниму с себя заботу об этом магазине.

— Владимир, я тебе уже объяснял почему именно тебе было поручено заниматься этим проектом. — И не дав ему что-то ответь, продолжил: — Если бы во главе стоял человек не благородного происхождения, то многие дворяне посчитали бы зазорным прийти в эту лавку.

— Но они нигде не смогли бы купить такие зелья, тем более по таким ценам.

И впрямь посмотрев на таблички с ценами, которые стояли рядом с наполненными склянками, я обратил внимание, что самым дорогим было зелье плодородия, оно стоило целых семьсот пятьдесят золотых. По сути это были огромные деньги. Но если я сделаю цену ещё ниже, то оно будет продаваться в убыток. Хотя я был уверен, что никто жаловаться на такую цену не станет. Ведь когда-то я сам покупал это зелье, и оно обошлось мне в пятнадцать тысяч.

Благодаря Мели и моему дару мы смогли заменить некоторые магические травы на простые. Просто в конце я использовал изумрудную энергию на жидкой субстанции, после чего она приобретала нужные свойства. Разумеется, магической реакции без мышек не получается.

Но меня мало интересовала этическая часть. Зельями я мог улучшить жизнь людей. К тому же рассказывать про секретный ингредиент я никому не собрался.

В общем на доступные магические зелья я сделал ставку для привлечения иностранных купцов, которые, разумеется, будут покупать не только зелья, но и другую продукцию.

Взглянув на Мели, я для себя отметил, что беременность протекает хорошо. И через пару месяцев у барона Корфа появится на свет девочка.

— Кстати, мне уже несколько раз поступало предложение о монопольной продаже зелий, — произнёс Владимир, не заметив моего взгляда, направленного на его супругу.

— Не угрожали? — тут же спросил я.

— Нет, — ответил Корф. — И я был заранее проинструктирован Ля Фисто, после чего подавал знак его людям, — взглядом он показал в дальний угол магазина, где сидел неприметный мужчина, у которого на пояске висел богато украшенный клинок, — и они отводили этого человека подальше, где проводили разъяснительную беседу.

Я кивнул своему гвардейцу немного удивившись, что в охранники был приставлен один из элитнейших моих бойцов. Но раз он тут, значит Анри посчитал, что именно такой человек должен заниматься охраной Корфа.

На город, который стал насчитывать тридцать семь тысяч человек, было полторы тысячи сотрудников, которые занимались обеспечением безопасности. И помимо охраны города, по всей территории Тьер в небе кружили дирижабли, которые тоже занимались этими же вопросами.

Безопасность в Балакина была ещё одним пунктом, на который я потратил много сил и средств. Во-первых, после строительства гидроэлектростанций было проведено освещение большинства улиц, и работа по этому направлению ещё продолжалась. Во-вторых, были организованы патрули и группы быстрого реагирования, которые выдвигались к месту происшествия, откуда в воздух светил артефактный луч красного цвета. Это был условный сигнал, что в этом месте нужна помощь.

— Что интересного пишут? — спросил я у Ланель, когда во время завтрака заметил, что она что-то хмурясь читает.

И весь её вид говорил о том, что новости мне не понравятся.

— Это снова Владимир, — ответила Ланель.

Я вопросительно изогнул бровь, ожидая продолжения, но вместо слов она передала мне письмо.

'Дорогая принцесса Исаврийская! — начиналось письмо, хотя Ланель уже давно носит фамилию Тьер . — Не проходит и дня, чтобы я не вспоминал твоей красивой улыбки и сияния глаз. Твоя красота поразила меня в самое сердце и болью разносится по всему телу от того, что мы не вместе.

Я понимаю, что твоя свадьба — это долг перед своей страной. Но зачем нести этот тяжкий груз без личного счастья? Скоро император будет давать бал в честь годовщины победы в гражданской войне. И я надеюсь, что к этому времени ты примешь мои чувства, и мы сможем с тобою встретиться. Одно твоё слово, и я организую наше свидание.

С искренней любовью, Владимир Рюрикович.'

— Неплохо пишет. Только стиль слегка изменился, — прокомментировал я, бросая пергамент в камин.

— Согласна, — ответила Ланель. — Прошло уже два года, а он всё никак не успокоится. Однако я ничего не знала про бал.

— Мне тоже не поступало пока приглашение. Но это лишь значит, что в скорости оно придёт.

Наследник императорского престола не прекратил искать встречи с Ланель. И мне даже пришлось бросить перчатку в лицо Владимира, когда он в очередной раз приехал встречать нас после занятий в Академии.

Однако дуэль отменил император и на какое-то время Владимир исчез. Не знаю куда его отправил отец, но полгода мы о нём не вспоминали. Вернее, мы не вспоминали о самом Владимире, но тот факт, что я посмел бросить вызов наследнику, журналисты мусолили ещё очень долго. Начали появляться статьи, в которых обсуждалось какой длины у меня рога и многие другие неприятные мне вещи.

Такое терпеть я не стал. Три звезды энергетиков за одну ночь подожгли семь полиграфий, и помогли совершить суицид девятерым самым ретивым журналистам. А также мне принесли имя заказчика этих проплаченных статей.

И ею оказалась Вера Рюрикович.

За поджоги в любые времена казнили не только самого поджигателя, но и его семью, поэтому сотрудники правоохранительных органов тем же утром пришли ко мне под двери.

Выслушав их голословные обвинения, я создал огромную волну и смыл их со своей территории. Предъявить обвинение мне могут только в дворянском суде или сам император. Но, разумеется, этого не последовало.

Естественно, через пару часов ко мне приехал Орлов. С ним мы вели неспешную беседу обсуждая погоду и превосходный сорт чая. И только напоследок он с усмешкой сказал: «чисто сработал».

Несколько раз Орлов говорил про императрицу, что она любит такие пряники к чаю. Или такая погода её не устраивает. Таким образом он мне дал понять по чьей указке он приехал ко мне. И хоть он не подчиняется императрице, но и отказать они ей не может.

В итоге уже на следующий день не было ни одной статьи, в которой упоминалось бы моё имя. А самые умные прислали денежную компенсацию в шестизначном эквиваленте.

Именно с этими конторами я в будущем стал иметь дело. Через них я сообщал о новинках в Балакина или об очередном наборе молодых людей на работу в моём городе.

— Может его лишить способности размножаться? — задумчиво произнёс я, на что Аяна подавилась чаем.

— Хм… а что, хорошая идея. Но сможешь ли ты сделать это незаметно?

В ходе изучения акупунктуры, с использованием игл с целительской энергией, я открыл побочные эффекты. Самым простым был понос, который буквально мог свести человека в могилу. Нужно было направить всего одну иглу в район поджелудочной железы, и через пару часов подопытный уже не мог себя контролировать.

Тоже самое касалось эрекции. Используя энергию в иглах можно было сузить кровоток в определенном месте, и «лучший друг» никогда не примет боевого состояния. Конечно такое применение игл было очень широким. Ведь кровоток можно было уменьшить в любом месте. Просто нужно было попасть иглой в нужную точку.

— Смогу, — ответил я. — Нужно вместо одной иглы использовать две. Первой обезболю участок, что вызовет у Владимира лишь небольшое желание почесаться, а второй завершу задуманное.

— А как ты обойдёшь артефакты? — спросила Ланель.

На что я ухмыльнулся, и резким движением пальцев метнул в неё крошечную изумрудную искру.

— Никто не создаёт артефактные щиты, которые сдерживают целительскую энергию, — ответил я, наблюдая за тем как Ланель трёт место, куда я попал своей магией.

— Что ты только что сделал? — тут же спросила Аяна.

— Заряд бодрости. Вы же собирались потренироваться? — спросил я у девушек.

— Но ты же раньше не мог использовать целительскую магию на расстоянии? — спросила Ланель. — Как тебе удалось?

— Я нашёл многие ответы в записях Гавриила, — произнёс я и, сделав глоток чая, продолжил. — Как я и думал ранее, мне просто не хватало знаний о рунах. В основе всех рун лежит стихийная магия. Тогда как целительских рун очень мало. А те что есть, являются по сути своей нейтральными. Однако в записях Гавриила я нашёл рунический алфавит целителей.

— То есть, — выслушав меня до конца, начала спрашивать Ланель, — против твоей магии нет защиты?

— Ты правильно поняла, — усмехнулся я. — Однако стоит внести несколько цепочек в щитовые чары, и моя магия тоже не будет действовать против них.

— Это… пугает, — подумав сказала Аяна. — Но что касается Владимира, вы не считаете, что это жестоко?

— НЕТ! — одновременно ответили я и Ланель.

Аяне оставалось лишь пожать плечами, а после того, как они допили чай, ушли тренироваться.

Я же отправился и дальше проводить исследования над мышами, и выискивать магические конструкты, которые использовались при начертании ритуалов по созданию средоточения.

Не сразу я смог включиться в работу. Мне запомнилось испуганное лицо Ланель, которой не понравилось, как легко я прошёл её магическую защиту. Но давать свои разработки по целительской магии я не собирался.

Пока никто не знает о «тузе» в моём рукаве, у меня был шанс выйти победителем даже против сильнейших магов. Правда для этого мне всё-таки нужно было попасть в тело противника. А если вспомнить скорость, с которой двигался архимаг Меньшиков или тот же лорд Фолиант, что мне порой было сложно уследить за их движениями. А пока заклинания, которые я использовал, имели очень низкую скоростью. Всё-таки целители не стихийники…

Но это я считал вопросом времени, и ответ как увеличить скорость чар будет найден.

Что касается целительских чар, то я уже внёс в свой щит защитные руны, которые будут блокировать энергию, поступающую извне. На это меня сподвигло то, как был побеждён Зевс.

В записях Гавриила говорилось, что Зевс был сильнейшим архимагом воздуха. Своими молниями он мог уничтожить города и утопить целые острова. К моменту, когда за ним пришли дети Моисея, Зевсу насчитывалось более полутора тысяч лет. По крайней мере так было записано в дневнике Гавриила.

И погиб он только потому, что имел слабость к красивым женщинам. Клео, сестра Гавриила, смогла привлечь внимание громовержца, и используя целительский артефакт, оставшийся со времен Вавилона, она усыпила сильнейшего архимага. Но даже во сне у него был активирован щит от физических и магических атак. Три часа семерым детям Моисея понадобилось чтобы пробить щит архимага, после чего с ним было кончено.

Какой-то простой артефакт, работающий на целительской магии, способный лишь усыплять, послужил причиной гибели сильнейшего архимага всех времен.

Именно это привело меня к мысли, что у Моисеевичей тоже есть защита от этой магии. Но вот в чём вопрос: а есть ли она у Владимира?

Пока что из всего рода Рюриковичей я мог нормально относиться только к Наталии. И если уж быть полностью откровенным, именно на неё была сделана ставка в будущей игре.

Нужно легитимно занять престол. И когда у Тимофея и Наталии появится наследник, он должен будет сесть на престол, рядом с которым окажутся все представители рода Тьер.

Глава 20

За день до прибытия Инессы из столицы, граф Фисто вернулся из замка Тьер. Брат и сестра не захотели у меня гостить, и высадив подругу отправились к себе.

Тем же вечером мы устроили небольшое застолье.

— Как дела в столице? — спросил я.

— Нормально, — ответила Инесса, и чуть погодя задумчиво добавила, — хотя в воздухе ощущается напряжение.

— Что ты имеешь ввиду? — присоединился к разговору Анри.

— На улицах стало появляться больше воинов. Преподаватели уже начали делать больший акцент на боевые заклинания. В общем, — сделала она паузу, — начинается подготовка к войне.

— А что говорит Наталия? Кстати, почему она не вернулась в замок Тьер вместе с Тимофеем и Марией? — задал вопросы я.

— Отец не делится с ней информацией такого рода, но она пришла к таким же выводам. В Академии не проходит и дня без обсуждения грядущей войны. В начале учебного года несколько студентов написали заявления об отчислении. Насколько я поняла, они надеются, что смогут уволиться раньше, чем «разгорится пожар».

— И много таких отчисленных среди знати?

Инесса усмехнулась.

— Большинство.

— Дааа ужж… — протянул я. — Те, кто должен идти в первых рядах, защищая своих людей, решили отсидеться у себя в имениях.

— А что ты хочешь, Ярар, — произнесла Инесса. — У них есть деньги и власть. Зачем им рисковать жизнью, когда для этого есть чернь.

— Ты тоже так думаешь? — напряженно посмотрел на подругу.

— Разумеется, нет. Я просто хочу, чтобы ты видел картину целиком. Ведь очень мало родов разделяют наши взгляды.

Я кивнул. За столом все начали прислушиваться к нашему разговору, и мне не хотелось, чтобы на такой ноте закончился этот вечер. Поэтому, когда заиграла музыка, я пригласил танцевать сначала Аяну, а потом Ланель.

Позже я узнал, что Наталия осталась в столице заниматься подготовкой к балу. А после него она, как и прежде, переедет на лето в замок Тьер. Также Инесса сообщила мне, что хоть Тимофей и Наталия стали проводить больше времени вместе, но отношения у них остались холодными. Что уж говорить, раз за всё это время они даже ни разу по-настоящему не поцеловались. Пару раз они «клюнули» друг друга в губы, но это было сделано на публику.

Когда Инесса об этом мне сказала, я выразительно посмотрел на графа. Ведь он докладывал мне несколько другую информацию.

— Я узнаю в чём дело, — с серьёзным выражением ответил он. — Завтра же я отправлю наблюдать более подготовленных людей.

— Доложишь мне в чём дело, — произнёс я.

Лишь единицы знали, что Тьер подготавливают «место под солнцем», и очень многое будет зависеть именно от союза Наталии и Тимофея. Я же видел сложность в том, что Натали очень умна. В будущем, если наш план удастся, и мы подберёмся к власти, она наверняка начнёт вести свою игру. Именно поэтому для ДЕЛА было важно, чтобы между ними были хотя бы дружеские взаимоотношения.

Через пару дней мои выводы относительно Наталии нашли прямое подтверждение. Уже год как люди, которых приставил Анри, были подкуплены ею лично.

— Это жесткий косяк, Анри! — сердито сказал я.

— Я знаю, — ответил он. — Моя вина в том, что я недооценил её.

Я сделал большую паузу, и тяжело вздохнув, спросил.

— Какие меры будут предприняты, чтобы эта ситуация не повторилась?

— Ежемесячно люди будут проходить детектор лжи.

— Хорошо, — ответил я. — А что ты будешь делать с предателями?

— После допроса я довёл информацию до начальников подразделений, после чего казнил предателей.

Анри принял жесткие меры. Но в его организации должны все понимать, что они не в бирюльки играют. К тому же разведчики получают очень высокую заработную плату, и смогут в старости жить безбедно. Для разведчиков за любой серьёзный проступок, смерть.

— Ясно, — произнёс я. — А что насчёт Тимофея? Неужели он не видит, что происходит?

— Эммм, Ярар… тут такая проблема образовалась… — начал мяться Анри и, набрав воздуха в легкие, выдал на одном дыхании: — Твой брат ещё ни разу не был с женщиной.

— Ты шутишь? — удивился я.

— Нет, — серьёзно ответил Анри. — Эмери запретила твоим дядям дарить ему рабынь или ещё кого-то под него подкладывать.

— А что служанки? Разве они перестали мечтать о том, чтобы родить одаренного бастарда? — задал я, очевидный вопрос.

— Они боятся Марии и Наталии, — ответил граф.

Немного подумав я произнёс.

— Вот и ответ почему Тимофей себя чувствует неуверенно. Наверняка он капается в себе и думает, что с ним что-то не так, раз на него не обращает никто внимание.

— Думаю, это один из факторов из-за чего он тебе завидует. Ведь тебя окружают красивые девушки, — дополнил Анри.

Стало понятно, что с самооценкой Тимофея нужно что-то делать. Первой мыслью было заключить с Джу Ли новый контракт. Но Анри меня отговорил от этого.

В тот же день я пригласил в свою комнату Джу Ли. Рабыня уже давно перестала греть мою постель. Однако отпускать её, пока она не отработает каждый золотой, не собирался. И чтобы ей совсем не было скучно, я поручил ей вести курсы акупунктуры и целебного массажа в медицинской Академии рода Тьер.

— Вызывали, господин? — пройдя в мой кабинет спросила она.

— Да. Скажи ты хочешь свободы?

— Разумеется, — сразу приободрилась она. И сделав паузу дополнила: — Я хочу завести семью, однако не хотела бы покидать этот город.

— Тогда, — произнёс Анри, — твоей последней задачей будет обучить трёх девушек своему искусству.

— И тогда я буду свободна? — посмотрела на меня Джу Ли.

Я кивнул. После чего Анри вместе с Джу Ли покинули мой кабинет. Граф решил сразу приступить к плану, который заключался в том, что он приставит к Тимофею трёх служанок, которые начнут оказывать ему знаки внимания. Но первыми никаких действий предпринимать не станут, пока Тимофей сам не переборет свой страх.

Не знаю почему Анри выбрал такой долгоиграющий план, но я ему доверял. К тому же он сам вызвался поговорить с Эмери. Однако, если он потерпит неудачу, то уже я пойду на разговор к Сереку.

Для меня оставалось вопросом, почему эта часть «обучения» главы рода была упущена.

* * *

После яркой вспышки мне потребовалось время чтобы глаза снова стали нормально видеть. И когда я проморгался, нецензурно выругался.

— Снова не получилось? — спросил меня Матвеев.

— Да, — ответил я. — Судя по всему Гавриил специально сделал ошибку в пентаграмме.

— А может она рассчитана на человека? — вдруг спросил Матвеев. — А Вы проводите эксперименты над мышами…

Некоторое время я смотрел на Егора и старался понять то, что услышал. И в итоге он оказался прав! Хлопнув себя по лбу, я воскликнул.

— Бл@@ь!

До этого все проводимые ритуалы шли в соответствии с описанием, но, когда оставалось совсем немного, я зашёл в тупик. Именно поэтому я позвал Матвеева, чтобы он вместе со мной перепроверил пентаграмму, и пока я проводил ритуал, проследил за мной через артефактные очки.

И когда мы всё исправили, ритуал наконец-то сработал, и мы стали свидетелями зарождения средоточия у мыши. И судя по тому, как металось животное, ему было больно. Хотя так быть не должно! Я погрузил животное в целебный сон, чтобы нервные окончания привыкли к изменениям. На этом я решил закончить. Всё что мог сделать для мыши я уже сделал. А если это не поможет, то придётся снова искать ошибку в ритуале. Но на это у меня уже времени не оставалось, ведь завтра мы собирались лететь в столицу.

Приглашение на бал подписал лично император. Причём на бумаге голубого цвета, что свидетельствовало о том, что Александр V очень хорошо относится к нашему роду.

Мне сразу же вспомнился ответ Эмери и Талия царю гномов, когда к нам прибыл посол с требованием, чтобы я прибыл в Подгорное царство и омолодил их правителя. Тогда Эмери выкинула наглого посла в окно прямо в реку, что протекала за крепостной стеной. А вместо ответа мы отправили лист черной бумаги, которой свидетельствовал о том, что переговоры между нами крайне нежелательны. С голубым цветом бумаги было всё наоборот. Этот цвет в дипломатии означал, что противная сторона готова к переговорам и уступкам. Но в нашем случае, это было всего лишь приглашение на бал, где нам будут очень рады.

* * *

В столицу мы полетели вдвоём с Ланель. Хоть я имел полное право пойти на бал и с Аяной, но всё-таки Ланель была принцессой, и люди могли подумать, что между нами не всё гладко. А учитывая неспокойную обстановку на Теллусе, да и про наследника В. Рюриковича не стоит забывать, такие слухи крайне нежелательны.

Меня немало удивило, что отдельное приглашение было направлено чете Фисто. Хотя, недолго подумав я понял, что это связано с тем, что Инесса живёт в одном доме вместе с Наталией, которая собственно и подписала приглашение.

Остальные родственники из замка Тьер полетят на своём дирижабле. Это было связано с тем, что на обратном пути я собирался слетать до главы рода Долгоруковых.

Это было чрезвычайно редкое событие, когда Долгоруковы кого-то приглашают в гости. Насколько я помнил из рассказов матери, её род был очень скрытен. Хотя стоит вспомнить о том, что они смогли легализовать Анастасию Романову, которую представили «в свет» своей дальней родственницей, не имеющей близкого кровного родства с главной ветвью рода, и выдать замуж за Ставра. Они это сделали настолько легко, потому что никто не знал точной численности рода Долгоруковых.

И когда я узнал про Моисеевичей, которые могли вселяться в тела новорожденных, понял, что в будущем буду поступать точно так же. Однако у меня появился вопрос: почему Долгоруковы уже с древних времен прячут своих детей? «Уж не знают ли они тоже про детей Моисея?» — зародились у меня мысли.

* * *

С первых шагов, сделанных по особняку, я почувствовал силу источника, которая прямо тянула меня в подвал. Повернув голову, я заметил, что Ланель и Инесса тоже ощущают нечто подобное.

— Что с вами происходит? — напряженно спросил нас Анри.

Инесса постаралась ему объяснить, а я и Ланель пошли вниз. Только оказавшись на краю водной глади ощущение стало отпускать меня.

А когда я сделал несколько глотков из источника ощущение, что меня куда-то тянет, окончательно пропало.

— Что это было? — спросила Ланель.

— Не знаю. Но кажется по нам соскучились. Не знаю, как тебе, а мне до сих пор хочется искупаться в нём, — ответил я.

Ланель прикрыв глаза, словно прислушивалась к себе, произнесла.

— У меня такого желания нет. Испив воды, мне стало легче.

В этот момент к нам подошла Инесса. Я без разговоров подал ей кружку с водой, которую она сразу осушила.

В воду лезть при чужой жене я, разумеется, не стал. Однако это не помешало нам около часа медитировать около переполненного энергией источника.

Пару раз я слышал, как к нам спускался Анри. Но видя, что мы ещё не закончили, покидал нас.

— Что это? — скривившись спросила Ланель. Опустив взгляд, я увидел, что на её руках и ногах, и даже шее была какая-то чёрная слизь. То же самое было у Инессы, и когда я посмотрел на свои руки, то увидел её и у себя.

Не став тратить время мы все разошлись по спальням, чтобы сменить испачканную одежду. И когда мы собрались в гостиной я стал внимательно осматривать девушек.

— Что ты видишь? — спросила Ланель.

— Кажется источник вывел из нас все вредные вещества, которые были в наших организмах.

— Нас что травили? — подскочила Ланель.

— Нет, — сразу ответил я. — Такое я бы точно заметил. Просто по нашим каналам энергия стала струиться куда сильнее, чем раньше. Будто то, что ей мешало прежде, просто исчезло.

— Или вышло через кожу, — произнесла Инесса.

— Не понимаю, — задумчиво сказала Ланель, — а почему такого не происходило раньше?

Мне оставалось только пожать плечами. Однако я твёрдо решил, что хотя бы раз в полгода нужно появляться в столице, чтобы провести время у источника.

А когда я вернусь домой попробую ещё раз выпить зелье полнолуния, и что-то мне подсказывало, что после его приёма я наконец-то смогу переступить порог младшего магистра. Последний приём зелья дал уж совсем небольшой прирост к силе, и я уже начал думать, что остальное развитие будет происходить, как и у всех остальных магов.

Тем же вечером к нам в гости приехал Орлов.

— Николай? — немного удивился я. Ведь, если вспомнить, каждое моё возвращение Орлов приезжал ко мне почти в тот же день. И сегодняшний день не стал исключением.

— У меня плохие новости, — с порога начал он.

— Что случилось? — напрягся я.

— Первый наследник Подгорного царства был убит три дня назад.

— Гимли Каменного убили? — удивился я, и тут же спросил: — Только не говори, что у гномов началась гражданская война…

— Нет, — перебил меня Орлов. — На месте убийства нашли аконитовый цветок.

— Ты шутишь? — не веря в услышанное сказал я.

— Ошибки быть не может. Оборотень жив.

— Где-твой-брат? — делая паузу перед каждым словом спросил я.

— Не знаю, — отвёл взгляд Николай. — Ещё полгода назад его куда-то отправил на секретное задание император. К сожалению, мне не удалось узнать какую-то информацию по нему, да и откровенно говоря, для этого не было большой необходимости.

— Для вас такие длительные командировки норма? — спросил я.

— Разумеется, — ответил Орлов. — Но по сути, что он может сказать? Он мог просто недооценить регенерацию оборотня.

Немного подумав, я отложил вопрос касательно А. Орлова на потом.

— Кого Торин объявит наследником престола? Артака или Траина?

— Послы гномов, после того как сообщили об убийстве Гимли, намекнули на Траина. — И предвидя мой последующий вопрос: — Траин имеет большое уважение народа и знати после победы в битве четырёх архимагов.

Я кивнул, после чего прищурившись спросил.

— Когда?

Орлов сразу понял о чём я у него спросил.

— Два, максимум три года. Я совсем немного узнал о чём говорили за закрытыми дверями на Всеобщем совете глав мировых государств. Но точно одно, мирного урегулирования не будет.

— И чего хотят правители? Что им мешает договориться?

— Деньги, власть, людские и ископаемые ресурсы, и даже твою личность обсуждали. Халифат, бароны и вампиры, они в своих предложениях мирного урегулирования указали в пунктах требований тебя.

— О, как! — улыбнулся я. — То есть на меня в любой момент могут напасть?

— Я точно не знаю, но думаю, раз император не поручил мне заниматься твоим прикрытием, то он смог договориться. Однако это не значит, что стоит расслабляться.

На следующий день мы отправились по магазинам. До бала ещё было время и девушки захотели обновить свой гардероб. Пока мы ехали в центр я стал замечать, что Инесса была абсолютно права, и почти на каждой улице нам встречались повозки, груженные оружием, и идущие за ними строевым шагом солдаты.

На одном из перекрёстков я дал сигнал кучеру, чтобы тот остановил карету. Мне стало интересно о чём говорит глашатай. И стоило мне подойти поближе, как глашатай начал по новой доводить объявления для столпившегося народа.

— УКАААЗ! — воскликнул мужчина. — Именем его императорского величества Александра V, я довожу до вас, что с этого дня объявляется набор добровольцев в ряды имперской армии! Каждый желающий может заключить контракт и, в зависимости от его здоровья, он будет определен в подходящий ему род войск.

Те граждане, что заключат контракт, будут получать жалование в ползолотого в месяц, они будут поставлены на полное довольствие и после проверки пригодности прохождения к воинской службе, а также первичного обучения, будут направлены в войска. Минимальный срок заключения контракта — пять лет. В случае гибели или получение ранения, из-за которого воин больше не может нести службу, гарантирована пожизненная пенсия. В случае гибели кормильца, эта пенсия перераспределятся на всех членов семьи…

Дальше я уже не стал слушать и вернулся в карету. Общий смысл и так был понятен. Император готовит регулярную армию и начал укреплять её заранее. А то, что желающих заключить контракт будет много, я не сомневался. На пол золотого можно жить несколько месяцев, не думая о том, где достать еду. А тут ещё новобранца ставят на полное довольствие, что включает в себя одежду, питание и лечение.

— О чём задумался? — спросил меня Анри.

— Если мы не хотим гнать на убой ополчение, то нам тоже нужно начать набор добровольцев.

— Но они же крестьяне! — возмутилась Инесса. — Они, кроме своей сохи и лопаты, ничего другого в руках не держали.

— Ты видимо никогда не интересовалась войной, — произнесла Ланель.

— О чём ты? — с непониманием спросила Инесса.

— Если люди в армии заканчиваются, то как ты думаешь откуда их берут? — и не дав ответить графине, Ланель продолжила: — Дворянин просто набирает их среди своих крестьян. В древности вообще отсутствовало понятие — регулярная армия. У феодалов были небольшие гвардии, а остальную часть его войска составляли вчерашние крестьяне. Их первыми бросали в бой, чтобы враг устал, а после вступали в бой элитные воины.

— Как это ужасно! — произнесла Инесса.

— Тем не менее, — произнес я, — у нас будет время, чтобы увеличить нашу армию на несколько десятков тысяч.

— Десятков? — поперхнулся Анри. — Ты шутишь? Откуда мы столько людей возьмём?

— А что, у нас соседи перевелись? К тому же, что нам мешает разместить объявления в газетах, что Тьер добровольцам будут платить пол золотого и четыре серебряных монеты. Уверен, люди пойдут к нам охотнее.

По взгляду Анри я понял, что он догадался на кого я хочу повесить эту задачу.

— Нет, Ярар, даже не начинай. Я и так перегружен! — И сделав паузу, он чуть громче добавил: — Пусть этим занимается Безруков.

— Хорошо, — ответил я. — Попробуем скинуть это на него.

Про себя же я подумал, что я как-то забыл, что Антон и впрямь отсиживается в тени и его ни к чему не привлекают. А ведь этот воин имел большой военный опыт, был предан роду, и несколько лет назад выяснилось, что в нём течёт кровь Тьер. В принципе идеальная кандидатура.

Правда остался вопрос финансирования. Уверен, что в данном случае инициатива тр….т, накажет инициатора, и мне придётся «жертвовать» свои честно заработанные деньги на благо рода.

К вечеру мы вернулись из похода по магазинам. Иначе у меня язык не поворачивался сказать. Это же надо было провести целый день в магазинах, а купить только пару сумочек и новенькие туфли. И это за семь часов!

Благо платья девушкам сшили заранее, ещё пока мы находились в Балакина. А то, я чувствую, завтра поход по магазинам продолжился бы.

Дома уже разместились родные, прилетевшие из замка Тьер. К моему удивлению Серек остался дома. А из старших, не считая нас, была только мама.

За поздним ужином мы рассказали, как провели сегодняшний день. И я аккуратно поинтересовался у остальных почувствовал ли кто-нибудь что-то необычное войдя в особняк. Из полученных ответов я предположил, что источник так действует только на водных магов.

И жаль, что Ярина не прилетела вместе с остальными. Возможно нахождение её рядом с источником тоже очистило бы её от… ОТ ЧЕГО?

К сожалению, когда я уезжал из столицы, то забрал всю лабораторию с собой. И у меня не было под рукой микроскопа, чтобы посмотреть из чего состоит черная слизь. Однако я поместил небольшую часть слизи в склянку, и по возвращении домой обязательно посмотрю, что можно сделать.

На следующий день меня ждало одно малоприятное знакомство. И в этот раз я уже не сдержался и высказал, не стесняясь в выражениях, всё чем думает мой глава разведки.

— Анри, объясни мне, как бл@@ь, ты проморгал, что в окружение Марии входит Анна Щеглова⁇! — перешёл на крик я.

А всё началось с того, что после тренировки с Тимофеем, на которой я слегка поддавался брату, и хвалил его за неплохие атаки, зашёл в гостиную, где сидела Мария и пила чай с какой-то молодой девушкой.

— Леди, — произнёс я слегка поклонившись, — прошу извинить нас за внешний вид, мы только закончили тренировку.

— Ярар, прекращай смущать нашу гостью, — сказала Мария, улыбнувшись заметив смущенное лицо, подруги, которая не сводила взгляда с моего голого торса.

Прежде чем что-либо произнести, я специально поиграл мышцами.

— Не понимаю о чём ты?

Вместо ответа в меня полетел слабенький воздушный таран, который максимум мог меня подтолкнуть, но никак не ударить. Однако и этому было не суждено произойти. Направив чистую энергию, я сломал магический конструкт воздушного тарана.

— Видишь, княжна, — обратилась Мария к подруге, — теперь ты сама могла убедиться, что мой старший брат просто невыносим!

Я уже собирался уходить, когда услышал слова Тимофея.

— Прошу прощения, княжна Щеглова, я совсем забыл, что Вы собирались с нами по магазинам.

— Анри, — сердито произнесла Эмери, — я всегда была на твоей стороне, но сейчас я разделяю чувства Ярара.

— Эми, я уже докладывал, что работа проведена. Виновные наказаны и…

— Граф, — обратился официально я, — Вы перекладываете вину с себя на своих подчинённых? Если у тебя нет людей, на которых ты можешь положиться, то у тебя есть дирижабль, который может доставить тебя в любую часть нашей страны меньше, чем за неделю. Но ты же всё свободное время думаешь не головой, а тем что у тебя находится…

— Ярар! — окрикнула меня Эмери. — Не переходи границы.

— Мама, сейчас я разговариваю не с твоим любовником, а со своим вассалом. К тому же у меня есть вопросы к тебе! Как так получилось, что Тимофей и Мария спокойно общаются с родом, с которым у нас кровная вражда?

На наши крики в комнату зашла Ланель, а следом за ней и Инесса.

— У вас тут так шумно, — произнесла моя жена. — Что случилось?

— Инесса, а ты куда смотрела? — проигнорировал я вопрос супруги. — Ладно Тима и Маша ещё дети. Но ты-то прекрасно понимаешь, что значит кровная вражда?

— Они просили не говорить, — тихо пробурчала графиня.

Теперь все взгляды скрестились на Инессе. Я уже хотел просто разораться, но мне на плечи опустились руки Ланель. Она лишь покачала головой, как бы говоря, что криком делу не поможешь. Но мне было уже очень сложно успокоиться.

На некоторое время воцарилась тишина.

— Получается они знали, кто такая Щеглова?

— Разумеется, они знали, — ответила Инесса. — Первый раз к нам в дом её привела Наталия. — Услышав имя невесты брата, я скривился. И здесь она приложила свою руку. — Но спустя полгода мы приняли её в свою компанию.

— А что думает сама Анна поэтому поводу? У неё нет мыслей отомстить нашему роду за смерть всех её родных, и за брата, которого отправили в ссылку?

— Ярар, — также тихо начала отвечать Инесса, — она осталась совсем одна. За ней нет рода, который смог бы её защитить. По сути на факультете она была изгоем, пока её не взяла под своё крыло Натали. Разумеется, глупой её назвать нельзя, и она прекрасно понимает, что с ней станет, если она проявит агрессию к нам.

— Я всё равно этого не понимаю, — произнёс я.

Мы закрыли на время эту тему. Всё-таки Эмери с родными и гостьей собиралась ехать по магазинам. И судя по обрывкам фраз, в одном из ателье их уже должна была ждать Наталия.

Вместе с ними я отправил Анри. По его лицу я видел, что ему очень не понравилось, что Эмери его не поддержала. И опыт мне подсказывал, что такие вопросы нужно решать, как можно быстрее.

Я же отправился туда, куда меня тянуло с самого утра. Поэтому, быстро приняв душ, я спустился по тайным ходам, проведенным из моей спальни в подземелье.

«Пшшшх» — раздался звук от расплескавшейся воды, в которую я нырнул. Мне было всегда интересно посмотреть: а что же находится в самом низу!

Создав заклинание головного пузыря и включив артефактный фонарик, начал погружаться под воду. Благодаря этому заклинанию я мог находиться под водой сколько угодно. Всё дело в том, что оно преобразовывало воду рядом с барьером в воздух. И раньше только это мне мешало достать до дна.

Это специфичное заклинание я недавно нашёл в одной из книг, которые привезли церковники. И когда я прочёл, что автором книги является член рода Фец, живший в семнадцатом веке, то даже не удивился.

С каждым метром я чувствовал, что концентрация энергии становится сильнее. Было такое ощущение, что сегодня полнолуние, а энергия рядом со мной — мягкая субстанция, подчиняющаяся каждому моему движению.

Не знаю сколько я так опускался, но в какой-то момент я понял, что дальше меня не пускают. Вода стала плотной, словно камень. Но дна я ещё не видел. Свет фонарика ясно показывал, что ниже есть ещё вода.

В итоге, не придумав ничего лучше, я сел на странный купол и стал медитировать.

Прошёл час, может больше, но я стал чувствовать, что энергия в моём теле начинает перестраивать каналы. А в груди появилась боль, которой никогда не было, когда прежде я переходил на следующий ранг. Но в этот раз что-то было не так.

Меня крутило и гнуло. Я кричал, стараясь как можно скорее выбраться на поверхность. Но у меня не получалось. Благо заклинание воздушного пузыря было закольцовано не на контроле, а то с теми чувствами я бы давно его потерял и банально задохнулся бы под водой.

— Исцеление — исцеление — создал я заклинание, чтобы хоть как-то облегчить боль, и к моей радости мне это помогло.

Когда наконец-то я перестал ощущать боль в груди, посмотрел на себя магическим зрением.

«Даже зелье не нужно теперь пить! — И уже более радостно добавил: — Я теперь младший магистр!»

Правда магические каналы в нескольких местах были повреждены. Наверное, это было связано с тем, что я провёл огромное количество энергии через каналы. И хоть это спровоцировало переход на следующий ранг, от которого я и так был невдалеке, но без травм не обошлось.

Поэтому, прежде чем подыматься наверх, я исцелил себя, залечивая все мелкие повреждения, которые только смог обнаружить.

И переполненный эмоциями счастья я поплыл на поверхность.

Придав ускорение своему телу, я буквально вылетел из источника, и каково было моё удивление, когда я понял, что нахожусь в нём не один.

— Ланель? Инесса?

Девушки были абсолютно голые, как в прочем и я. И если моя жена меня абсолютно не смутилась, то Инесса не знала, как себя вести.

Прошло немного времени, прежде чем я услышал ехидный голос Ланель.

— Долго будешь на нас так смотреть?

— Как, так? — хищно улыбнулся я. Для Ланель не было секретом, что Инесса испытывает ко мне чувства. И хоть это было некрасиво, та откровенно издевалась над ней. Ведь когда Инесса старалась спрятаться за ней, Ланель специально отплывала, давая мне рассмотреть ту в подробностях.

И хоть это длилось недолго, я немного испугался, когда услышал голос Эмери, которая спускалась по лестнице вниз. Уверен, если она увидит графиню, купающуюся голышом вместе со мной, то об этом скоро станет известно Ля Фисто. Поэтому я быстро создал воздушный пузырь и нырнул в воду.

На поверхности вода была прозрачной, и чтобы меня было не видно девушкам пришлось буквально прижать меня своими телами к стене. И пока я прятался, заметил, что супруга будто специально подталкивает меня под Инессу. Вначале мне показалось, что это случайность, но, когда она взяла меня за руку и положила её на попу Инессы, причем сделала это так, что сама рука была между ног графини, я понял, что та решила побаловаться.

* * *

— Ооо, вы купаетесь? — спросила Эмери. — Я думала, что просто медитируете. И как вам водичка?

— Превосходно! — ответила Ланель. — Да же, Инес?

— Да, — смущённо ответила она.

— Я почему к вам спустилась. Не знаете где находится, Ярар?

— Нет, — вновь ответила принцесса. И повернувшись к подруге спросила: А ты видела его?

— Нннееет, — опустив взгляд произнесла графиня.

— С тобой всё в порядке? — заметив состояние Инессы, спросила Эмери.

— Да, просто холодно, — ответила она.

— Так зачем ты мучаешь себя? Вылезай.

— Леди Тьер, — произнесла Ланель, — мы уже скоро закончим. Просто, когда Вы пришли, мы занимались медитативной техникой. Вы же знаете, как источник положительно влияет на наши магические каналы. — И дождавшись согласного кивка Эмери, продолжила. — Ярар снова раскопал одну технику, которую нам надо опробовать, чтобы понять подойдёт она для нашего развития или нет.

Когда Эмери вышла из подземелья, и раздался отчётливый звук закрывающейся двери, которую теперь никто снаружи не сможет открыть, Ланель спросила у подруги.

— Инес, — положив руку на грудь подруги, — ну ты как, помучаешься ещё или уже будешь выходить?

Ланель отчётливо видела насколько далеко забрался Ярар в познании тела графини: его голова находилась у разведенных в разные стороны ножек.

— Ты ведь отдаешь себе отчёт в том, что происходит? — постаралась как можно серьёзнее спросить Инесса.

На лице Ланель заиграла хищная улыбка…

Через пару часов я вернулся по секретным ходам в свою спальню. Одевшись я выпрыгнул в окно, а после и через ограду. А ещё через пару минут я вошёл через главный вход, откуда направился в свою спальню, при этом специально попался на глаза Тимофею и Марии.

За ужином Ланель лукаво бросала взгляды на Инессу, а та как могла делала вид, что ничего не замечает.

Родным же я рассказал, что пошёл прогуляться, и когда меня начали расспрашивать где гулял, то решил сменить тему сообщив, что я стал младшим магистром.

Мне показалось, что всем понадобилось время прежде чем поверить в то, что я сказал. Но когда до всех дошло, то меня начали поздравлять. Даже Мария сподобилась до похвалы.

Когда я зашёл в спальню к Ланель, чтобы спросить зачем она спровоцировала произошедшую ситуацию, она перебила меня.

— На, прочти…

В её руке находилось письмо, и я сразу узнал почерк.

— А он не успокаивается, — ухмыльнулся я.

— Тогда нужно его проучить, — отзеркалила мою улыбку Ланель, и сделав паузу добавила: — На всю жизнь!