Для среднего школьного возраста

– Нет, Анна! Не надо! Это ловушка! Я уверен, это ловушка! – в ужасе закричал говорящий снеговичок Олаф.

Забыв себя от волнения, он вскочил с места. От резкого движения его руки-веточки разлетелись в разные стороны, Олаф потерял равновесие, едва не упал в костёр, затем споткнулся о духа огня Бруни – маленькую саламандру, дремавшую на небольшой кучке волшебного снега, – и плюхнулся на бревно между Анной и оленем Свеном, который как раз и «рассказы-вал» страшную историю голосом, подозрительно похожим на голос Кристофа.

– Не обижай мою Анну! – закричал разгневанный снеговик на Свена.

Олень фыркнул и шумно обнюхал его морковку. Испугавшись за судьбу своего носа, Олаф попятился, наткнулся на Анну и чуть не потерял голову – буквально. Девушка подхватила её на лету и со смехом вернула на место.

– Не бойся, – успокоила она Олафа, – это просто выдумка.

– К тому же, – добавила Эльза, поднимая его руки с земли и передавая сестре, – я уже догадываюсь, к чему всё идёт.

– Тсс! – шикнул Кристоф и погрозил Эльзе пальцем. – Не рассказывай! – Он повернулся к своему оленю и расплылся в ободряющей улыбке. – Продолжай, Свен. Они просто завидуют тому, как здорово ты рассказываешь страшные истории.

Эльза чуть не покатилась со смеха, заметив томный взгляд, которым олень проводил ускользающий от него нос-морковку. Она подумала (и уже не в первый раз), что как бы ни был талантлив Кристоф в «переводе» с оленьего на человеческий, Свену, наверное, хотелось бы говорить за себя самому. Правда, он отлично умел выражать свои мысли без всяких слов. Даже если все они были только о том, где достать морковку посочнее.

Олаф вздохнул, но послушно плюхнулся обратно на бревно рядом с Эльзой. Она ободряюще улыбнулась своему верному другу, приобняла его одной рукой и оглядела небольшую компанию, собравшуюся у костра. Её сердце переполнила радость. Как благодарна была Эльза сестре, что она смогла ненадолго отложить королевские обязанности и выбраться в Зачарованный лес. Эльза по своему опыту знала, как много приходится трудиться королеве Эренделла – всего пару месяцев назад она сама носила этот титул, пока не передала его младшей сестре. К счастью, Анне её новая роль нравилась и королевство отвечало ей взаимностью. Народ Эренделла любил новую королеву так же сильно, как и она его.

Но, разумеется, это и в сравнение не шло с любовью между сёстрами. Даже теперь, когда они жили порознь, обе старались находить время, чтобы побыть вместе. Бывало, они, как и сейчас, встречались в Зачарованном лесу, а иногда собирались на вечер семейных игр в Эренделле, который до сих пор был родным домом для Эльзы, хотя она там больше и не жила. Анна оставила за сестрой прежнюю комнату в замке, зная, как она важна для неё, ведь когда-то эта спальня принадлежала их родителям. Кроме того, Эльза собиралась провести долгие каникулы в Эренделле, чтобы помочь Анне подготовиться к важному празднику – фестивалю «Полярная ночь», который её сестра впервые должна была встретить в качестве королевы.

Фестиваль «Полярная ночь», любимый всеми жителями Эренделла, ежегодно проходил в период зимнего солнцестояния. А ещё он захватывал и день рождения Эльзы! Ночь в это время года длилась дольше всего, а солнце почти неделю не выглядывало из-за горизонта. Но сумерки, опускавшиеся на королевство, не были мрачными и промозглыми, как в странах, расположенных ещё севернее. Наоборот, небо над Эренделлом оставалось укрытым прекрасной синей дымкой, а света было вполне достаточно, чтобы жить обычной жизнью. А если повезёт, то можно было увидеть невероятное зрелище – северное сияние, раскрашивающее небо изумрудными всполохами.

Давным-давно, когда зародилась традиция этого торжества, люди боялись полярной ночи, считая, что солнце может умереть, как и весь мир вместе с ним. Но время предрассудков прошло, и теперь все знали, что в положенное время солнце вновь осветит небо и жизнь пойдёт своим чередом.

Тем не менее повод для праздника никуда не делся.

В эту же пору племя нортулдров отправлялось на поиски плодородных пастбищ для своих оленей. Больше они не были пленниками Зачарованного леса, так что могли свободно кочевать, как делали сотни лет до этого. Поэтому Эльза на время попрощалась со своими новыми друзьями и могла побыть с сестрой.

В конце концов даже Снежной королеве иногда нужна передышка.

Углубившись в свои мысли, она и не заметила, как Кристоф и Свен продолжили свой рассказ.

Свен драматично забарабанил копытами по земле. Стаза Олафа расширились от страха. Он посильнее прижался к Эльзе.

– Ночь... Ночь совсем... Ночь совсем без... – пытался держать слушателей в напряжении Кристоф.

– Без надежды? – пискнул Олаф. – Без призрачной, но обнадёживающей надежды на лучшее будущее?

– Или, может... без морковки? – предположила Эльза с хитрой усмешкой.

– Без морковки! – устрашающим тоном завыл Кристоф за Свена, бросив на Эльзу осуждающий взгляд. – Это была ночь без морковки.

Олаф завизжал от ужаса и ухватился за свой нос, пытаясь его защитить. Свен фыркнул, а Кристоф рассмеялся.

Эльза закатила глаза.

– Ночь без морковки, – повторила она, качая головой. – Настоящий... кошмар.

– Ох, да ладно! Что тут страшного? Этим никого не напугаешь! – запротестовала Анна, раздосадованная глупым поворотом в истории чуть больше, чем стоило бы. Она недовольно тряхнула головой, рыжие локоны качнулись из стороны в сторону. – Никакой морковки? Подумаешь! Вместо неё можно съесть брокколи. Или салат. Или шоколад... – Она ахнула. – А вот ночь без шоколада! Это же просто ужас! – Она игриво подтолкнула Кристофа локтем. – И поэтому я очень надеюсь, что ты не забыл о нашей...

– Шоковщине, – с улыбкой закончил за неё Кристоф. Он обнял Анну за плечи и притянул к себе. – Разве так можно? Ты совсем в меня не веришь. Думаешь, я мог забыть о шестой годовщине того дня, когда мы впервые вместе ели шоколад? Это же историческое событие! Однажды его непременно внесут в учебники по истории Эренделла.

Анна светилась от счастья. Эльза отвернулась, чтобы не расхохотаться. «Шоковщина». Разве могла эта сладкая парочка придумать что-то более умилительное? Конечно, временами Кристоф изрядно действовал ей на нервы, но Эльза не могла не поспорить с тем, что он идеально подходит её сестре. Скорее бы уже эти двое поженились и по Эренделлу начали бегать крошечные Анны и Кристофы. Эльза твёрдо была намерена стать потрясающей тётей.

Анна прижалась к Кристофу и заглянула ему в лицо, невинно хлопая длинными ресницами:

– И, чтобы отметить это невероятное историческое событие, ты собираешься...

Кристоф с улыбкой покачал головой и отодвинул Анну от себя:

– Нет. Даже не рассчитывай. Я ничего не расскажу. Хотя должен признать, что попытка хорошая.

Анна надулась.

– Нечестно, – протянула она, стараясь казаться рассерженной. – Мы же помолвлены, а значит, между нами не должно быть секретов.

– Но у него нет секретов! – вмешался Олаф, отчаянно желая помочь. – Он пока ничего не придумал!

– Олаф! – возмутился Кристоф. – Ты чего?

– Стой! Что? – в ужасе закричала Анна. – Ты ещё не придумал, как мы будем отмечать нашу шоковщину? Но она же меньше чем через неделю!

– Знаю, – заверил её Кристоф, испепеляя Олафа взглядом. – Я просто пока не решил, какая из моих гениальных идей эпической годовщины самая лучшая. Я хочу, чтобы всё было идеально, вот и всё. – Он взял её ладонь и нежно прижал к губам.

– О... – Анна задумчиво покусывала губу, пытаясь понять, лукавит он или нет. – Тогда, наверное, ничего страшного...

Эльза тихо хрюкнула, пытаясь сдержать смех, и решила, что пришло время сменить тему разговора, пока-Кристоф не влип в серьёзные неприятности.

– А как идёт подготовка к фестивалю?

Анна выпрямилась, сразу напрочь позабыв о шоколаде. В последнее время предстоящий праздник занимал все её мысли.

– Просто отлично! Я столько всего спланировала: конкурс художественной резки изо льда, гонки на оленях... и танцы, конечно! Будем танцевать до упада!

– Скорее бы! – улыбнулась Эльза. – Уверена, всё пройдёт замечательно.

– Я так рада, что ты поживёшь в замке, – сказала Анна сестре. – И только подумай! В этот раз даже духи будут нам помогать! – Она повернулась к Бруни, который снова спокойно посапывал на своём крошечном сугробе. – Будешь зажигать камины, малыш?

Бруни радостно подпрыгнул, явно заинтересовавшись такой перспективой, язычки фиолетового пламени заискрились на его спинке. Эльза улыбнулась и нежно погладила дух огня ледяным пальчиком, чтобы немного остудить его пыл.

– Как здорово! Уверен, это будет лучшая неделя в нашей жизни. А теперь давайте вернёмся к страшилкам? – попросил Олаф. – У меня будет самая страшная! Она о Саманте и её...

– Прости, Олаф, – перебил его Кристоф, – но вообще-то теперь моя очередь.

– Э-э-э... А разве только что не ты рассказывал? – спросила Анна.

– Нет. Это же был Свен, помнишь? – ответил Кристоф с хитрой усмешкой.

– О! Точно, – фыркнула Анна.

– И это была лучшая страшилка в мире! – сказал Кристоф голосом Свена. Олень, сидящий рядом, только закатил глаза.

– Кристоф, умоляю тебя, – взмолилась Эльза с озорной улыбкой, – просто начинай.

– Спасибо за разрешение, ваше снежное величество, – кивнул ей Кристоф и прочистил горло. Он подался вперёд, его голубые глаза блеснули в свете костра. – Итак, вот моя история. Её мне рассказал один торговец льдом, с которым я работал в детстве. Но, предупреждаю, она и правда страшная. Совершенно кошмарная. Самым юным, – он со значением поглядел на Олафа, – лучше заткнуть уши, пока не поздно.

Снеговик недовольно покачал головой и сложил руки на груди.

– Если она не о морковках, то я справлюсь.

– Не говори потом, что я не предупреждал, – пожал плечами Кристоф и повернулся к сёстрам. – Имейте в виду, что это не какая-то очередная старая сказка, а чистейшая правда. Эта история произошла совсем недалеко от Эренделла. На самом деле всё случилось ровно в эту же ночь пятьдесят лет назад.

– Серьёзно? – ахнула Эльза, совершенно заворожённая таким вступлением.

– Вы же слышали о Вестерланде?

– Конечно! Это королевство короля Йонаса и его дочери, принцессы Мари, – ответила Анна. Они с Мари познакомились несколько лет назад и с тех пор постоянно переписывались.

Кристоф кивнул:

– Ты права, но так было не всегда. Много лет назад эти земли принадлежали двум сёстрам. Двум принцессам, если быть точным.

– Хм... – протянула Эльза. – Где-то я это уже слышала.

– Нет, эти принцессы не были похожи на вас с Анной, – покачал головой Кристоф. – Потому что совсем не ладили друг с другом. Младшая сестра по имени Ингер ненавидела свою старшую сестру Сессия, ведь у той было всё, о чём она только мечтала. Сессия была красива и добра. Её все любили. И она должна была стать королевой Вестерланда, когда повзрослеет. А Ингер была...

– Обыкновенной? – попробовал угадать Олаф.

Анна нетерпеливо на него цыкнула.

– Поглощена завистью, – поправил Кристоф. – Больше всего на свете она хотела избавиться от старшей сестры и занять трон.

– Вот это вообще на меня не похоже! – возмущенно воскликнула Анна. – Я всегда считала, что Эльза – просто замечательная королева. Хоть и согласилась править вместо неё. И хорошо, ведь теперь мы обе нашли своё место. – Она улыбнулась сестре, и Эльза с готовностью ответила на улыбку.

Кристоф застонал:

– Можно я вернусь к своей страшной истории?

– Конечно! Пока она очень захватывающая! – закивал Олаф.

– Спасибо, – поблагодарил Кристоф и снова придвинулся ближе к слушателям. – И вот однажды желание Ингер исполнилось. Во время поездки в Эренделл она застала сестру одну на берегу реки. Улучив момент, Ингер подкралась к ней и столкнула в воду! Сессия пыталась выбраться, но течение было слишком бурным. Она звала на помощь, умоляла сестру спасти её. Но Ингер только смеялась, наблюдая, как Сессил падает с огромного водопада и тонет.

– Ничего себе! – воскликнула Анна. – Такого я не ожидала! – Кристоф недовольно посмотрел на свою невесту. – Ой... прости. – Она закрыла рот рукой. – Рассказывай дальше.

Кристоф закатил глаза, но продолжил:

– Ингер считала, что ей удастся всех провести и беспрепятственно занять место сестры на троне. Но у её злодейства был случайный свидетель, который рассказал обо всём вашему дедушке, королю Рунарду. Он арестовал Ингер и отправил её в заключение на тюремном судне, навсегда изгнав из Эренделла и Вестерланда.

– Наш дедушка поступил справедливо? Это... неожиданно, – сухо заметила Эльза.

Сказать по правде, их предок показал себя не самым лучшим королём. Скорее жадным до власти любителем интриг. Стоит только вспомнить, как он поступил с нортулдрами, коренным народом Эренделла: Рунард построил плотину на реке, якобы им в подарок, но на деле она нужна была лишь для того, чтобы осушить их земли и навсегда изменить исконный образ жизни.

– Но, к сожалению, справедливость так и не восторжествовала. Тюремный корабль сгинул в море, и Ингер, как и её несчастная сестра, утонула.

– Ого! – воскликнул Олаф. – Это и правда кошмарная история! Ладно, Кристоф, ты победил. Теперь будем жарить зефир? – Он с надеждой посмотрел на друзей.

– Погоди, Олаф. Это ещё не конец истории, – мотнул головой Кристоф. – На самом деле это только начало. Потому что Сессил не умерла. По крайней мере, не осталась мёртвой. Вместо этого она превратилась в ужасное существо, известное как драуг.

Эльза почувствовала лёгкий холодок, как будто дуновение ветра, от которого по коже побежали мурашки.

– Драуг? Что за драуг? – спросила она, хотя и не была уверена, что хочет знать.

Анна подняла руку.

– О! Я знаю! Я знаю! – закричала она. – Я читала о них в книге, которую нашла в потайной комнате библиотеки. Это существа из древнего фольклора. Люди верили, что они вызывают ужасающие бури.

– Совершенно верно, – согласно кивнул Кристоф.

– Наша отличница, – со смехом похвалила Эльза сестру.

В ответ Анна смущённо пожала плечами.

– Итак, злобный драуг поселился вблизи Эренделла, – продолжал Кристоф. – Когда-то он был милой принцессой Сессия, но теперь в нём не осталось ничего человеческого. Теперь это был просто бездушный монстр, готовый покарать любого, кто встанет на пути.

– Мораль истории – всегда будь добра к своей сестре, – подвела итог Анна. – Запросто!

Эльза заставила себя улыбнуться, хотя ей до сих пор было неуютно. Может, дело было в том, что история оказалась не из приятных. Или в том, что она и сама не всегда была хорошей сестрой. Эльза попыталась представить, как Анна превращается в злобного монстра и возвращается творить кровавое правосудие, но у неё ничего не вышло. В основном потому, что в Анне от чудовища была только её всепоглощающая любовь к шоколаду.

– А где драуг сейчас? – опасливо спросил Олаф. – Ты сказал, что это правдивая история. Значит, драуг совсем рядом?

– Разумеется, – кивнул Кристоф и повернулся к снеговику. Его густые брови нахмурились, голос стал напоминать угрожающий рык: – Согласно преданию, если рассказать эту историю – особенно в ночь, когда всё произошло, – чудовище очнётся ото сна и продолжит искать отмщения. – Кристоф угрожающе поднял руки, жуткая тень упала на испуганное лицо Олафа. – Так что, мой снежный друг, в следующий раз, когда небо потемнеет... или начнётся ливень... берегись. Ведь это может быть как обычная буря, так и Ужасная Сессия, подстерегающая тебя в темноте. Приготовься...

БАХ!

Раздался оглушительный раскат грома. Небо осветила молния. Олаф закричал и прыгнул Эльзе на руки.

– Драуг! Это Ужасная Сессия! – верещал он. – Она идёт за нами!

Эльза далеко не сразу смогла утихомирить перепуганного снеговика.

– Олаф, не бойся! Просто гроза начинается, – пыталась она его успокоить. Стоило ей это сказать, как в небе снова мелькнула молния, за которой последовал раскат грома. – Сказочные чудовища тут ни при чём.

Олаф нервно поглядел в небо:

– Ты в этом уверена? Очень необычное совпадение.

– Поверь, это не имеет никакого отношения к страшилке Кристофа, – сказала Анна самым спокойным тоном, на который была способна. – Всем понятно, что его история сегодня оказалась самой страшной. – Её жениху достался полный негодования взгляд. – А теперь лучше нам разойтись по палаткам.

– Из-за драуга? прошептал Олаф.

– Из-за дождя, – вздохнула Эльза.

Она вытянула, руку, и пара капелек упала ей на ладонь.

– Но мы ещё зефир не пожарили! – возмутился Свен голосом Кристофа.

– Прости, приятель. – Анна с сочувствием погладила оленя. – Отложим это на следующий раз. – Она встала на носочки и поцеловала Кристофа. – А теперь постарайтесь отдохнуть и больше не пугайте друг друга всякими небылицами.

– Ох! Точно! Моя очередь! – обрадовался Олаф, разом забыв все свои волнения. Он повернулся к Кристофу со Свеном и затараторил: – Ребята, а вы слышали, как я однажды потерял пуговицу почти на три часа? Вот что было действительно страшно...

– Увидимся утром! – крикнула Анна вдогонку друзьям, которые уже шли к своей палатке, достаточно просторной, чтобы в ней с удобством мог расположиться олень. Проводив их взглядом, девушка лукаво посмотрела на сестру. – Время девочек! Точнее, время сестёр!

Анна любила, когда они вот так собирались впятером, чтобы играть в шарады, вместе ужинать и весь вечер спорить о крайне важных вещах. Например, решать, в какое время года в Эренделле лучше всего. («Осенью! Нет, летом! Может, весной? Хотя и зимой тоже чудесно, если, конечно, это не вечная зима...») Но как бы ни наслаждалась она компанией Кристофа, Свена и Олафа, давно ставшими ей семьёй, было что-то особенное во времени, которое они с Эльзой проводили наедине.

– Я так рада, что теперь мы можем болтать до утра. Это плохо? – тихо спросила Анна. – Я совсем как Олаф, да?

– Ты совсем как Анна, – усмехнулась Эльза. – И нет, в этом нет ничего плохого. Мне тоже нравится, когда мы остаёмся одни.

Несколько секунд сёстры стояли и счастливо улыбались друг другу, но настойчивые капли дождя быстро вернули их к действительности. Девушки подхватили свои вещи и побежали к палатке. Они забрались внутрь как раз вовремя, чтобы не промокнуть насквозь. К этому времени гроза разыгралась в полную силу. Молния била почти каждую минуту, а нескончаемый поток воды обрушивался на землю с таким грохотом, что казалось, будто снаружи палатки дерутся земляные великаны.

Но Анна поймала себя на мысли, что внутри ей было очень тепло и уютно (отчасти потому, что Бруни обогревал палатку своим огненным дыханием).

– Олаф точно сегодня спать не будет, верно? – со смехом спросила она, устраиваясь под одеялом из оленей шкуры.

– Не сомневаюсь, – согласилась Эльза, проверяя, крепко ли вбиты в землю шесты, поддерживающие палатку. – Бедный Олаф. Или правильнее сказать: бедные Кристоф и Свен.

– Может, они споют ему колыбельную? – Анна представила, как Олаф и Свен лежат рядышком, а Кристоф играет им на лютне. – Он недавно сочинил песню под названием «Баллада о вредном лавочнике». Я полагаю, она про Окена.

– Ничто не убаюкает так, как песенка о владельце сауны, – рассмеялась Эльза, устраиваясь рядом с сестрой под тёплой шкурой.

Ветер бушевал и трепал стены палатки, но Анна знала, что она выдержит. И всё равно она теснее прижалась к сестре и произнесла слова, которые много раз слышала от мамы, когда они были маленькими: «А теперь садись ближе. Прижмись покрепче. И расскажи всё, что успела натворить».

– Что тут успеешь? Мы же только в прошлую пятницу играли в шарады в замке, – со смехом напомнила сестре Эльза.

– С тех пор же вечность прошла! – не сдавалась Анна. – Ты, наверное, столько всего невероятного сделать успела!

– И каждый день отправляла тебе обо всём подробные письма с Ветерком, – напомнила ей Эльза.

– Знаю! Но письма – это совсем другое. – Анна положила голову Эльзе на плечо. – В них мы пишем о всякой чепухе: как удались Олине пироги с брусникой, где искать папину книгу о своевольной русалке, которая решила, что хочет стать человеком, встретив смазливого принца, или просим помочь угадать слово из четырёх букв, означающее лёд.

– Иней! – тут же воскликнула Эльза.

Анна знала, что Эльза дразнит её, но не хотела, чтобы сестра прятала чувства за излишней весёлостью. Может, она и была младшей из них, но после всего, что случилось с Эльзой в прошлом году, Анна чувствовала ответственность за сестру.

– Я просто хочу убедиться, что у тебя всё хорошо, – тихо сказала она.

– У меня всё не просто хорошо. Всё отлично, – заверила её Эльза. Она погладила Бруни, дремавшего на крошечном сугробе, который помогал огненному духу не перегреться. – Я многому научилась у духов. Ханимарен, Райдер и остальные нортулдры продолжают знакомить меня с жизнью в Зачарованном лесу. А время, которое я провела в Ахтохаллэн... – Эльза замолчала, не в силах подобрать слова, чтобы описать восторг от знакомства с тайнами магической реки, хранившей воспоминания о прошлом. – Настоящее волшебство!

Анна улыбнулась. Именно это она и хотела услышать.

– Я очень рада! Значит, теперь ты лучше владеешь своими силами?

– Намного! Всю неделю я работала над новыми способами пробуждать воспоминания Ахтохаллэн. Я узнала столько удивительного!

На улице снова ударила молния, и в палатке стало светло как днём. Спустя мгновение всё вновь погрузилось в полумрак, но Анна успела заметить в глазах сестры испуг.

– Ну, хватит обо мне, – сказала Эльза. – Расскажи лучше, как дела у тебя. Справляешься с новыми обязанностями?

– Я? – переспросила Анна, поднимаясь с подушки. Она знала, что сестра пытается сменить тему, но на этот раз решила дать ей такую возможность. Всё равно ей не терпелось поговорить с Эльзой об Эренделле. – Я их обожаю! Все свои обязанности! Быть королевой и трудиться рука об руку с жителями Эренделла, чтобы все были счастливы, просто невероятно. Приятно, когда что-то получается, да? – Она начала загибать пальцы, перечисляя выполненные задачи: – Только на этой неделе мы с господином Олдрингом смастерили часы, чтобы преподнести в дар королеве Чато, когда она прибудет с визитом в следующем месяце, также я перерезала ленточку на церемонии открытия новой городской торговой лавки, а ещё провела трёхчасовое совещание о разных видах почв, встречающихся в Эренделле.

– Дай угадаю, с Оскаром Андерсом? – спросила Эльза, морщась от воспоминаний. – Сущий кошмар, да?

– Вообще-то, было интересно, – пожала плечами Анна. – Он с такой горячностью рассказывал, что земля в Эренделле гораздо плодороднее, чем в окружающих королевствах. – Она с улыбкой покачала головой. – Хоть целый день бы его слушала!

– Вот почему ты такая замечательная королева, – со смехом сказала Эльза.

– Я очень стараюсь, – застенчиво ответила Анна. – Хотя не всегда бывает просто. Хорошо, что у меня есть Маттиас. Он очень помогает. Особенно с пиратами.

– С пиратами? – От удивления Эльза даже села. – Это что-то новенькое.

– О, – Анна махнула рукой. – Да тут ничего особенного. Вот уже несколько недель нам поступают сообщения о пиратских кораблях, которые появляются недалеко от берегов Эренделла. Говорят, ими руководит легендарная королева морских разбойников по прозвищу Синее Око. Пока это все новости. Обнадёживает, что они пока так ни разу и не напали. Я только переживаю, как бы они ничего не затеяли во время фестиваля. Как будто у меня забот мало! В любом случае Маттиас заверил меня, что присмотрит за пиратами. Хорошо, что есть кому доверить такие вопросы.

– Жаль, его не было рядом, когда королевой была я, – вздохнула Эльза.

Удалой лейтенант – а теперь уже генерал, – надолго застрявший в Зачарованном лесу, прежде был верным другом отца сестёр, когда тот был ещё мальчиком. А теперь, спустя столько лет, стоял на страже Эренделла, давал советы Анне и... Ну... Ухаживал за своей прежней подружкой Халимой. Они практически не расставались с тех пор, как Маттиас вернулся в королевство, так что Анна и Эльза уже начали делать ставки, как скоро они поженятся.

– Не знаю, что бы я без него делала, – кивнула Анна. – Сама помнишь, как сложно управлять королевством в одиночку.

– О, я помню, – заверила её Эльза. – Это не просто работа, а образ жизни.

– Точно! И я постоянно переживаю, что забуду сделать что-нибудь ужасно важное. Или что по моей вине всё пойдёт наперекосяк. – Начав говорить, Анна уже не могла остановиться. Слова сыпались из неё быстрее, чем она успевала их обдумать. – Организовать фестиваль такого размаха, как «Полярная ночь», очень сложно! А если ледяная статуя легендарного короля Эрена будет походить на тролля Флемминграда? Или музыканты не придут? – Она осеклась, чуть не проговорившись про ещё одно очень важное дело, о котором пока нужно было молчать. День рождения Эльзы выпадал на время фестиваля, а точнее, на день зимнего солнцестояния. Поэтому Анна втайне готовила праздник для сестры. Торжество должно было стать кульминацией фестиваля, если, конечно, она успеет всё подготовить. – Я так боюсь, что ничего не выйдет.

– Всё пройдёт отлично. Обещаю, – твёрдо сказала Эльза. – И не забывай, я всё время буду рядом. Можешь на меня рассчитывать.

Анна понимала, что сестра права, но всё равно переживала:

– Я стала королевой совсем недавно, мне так хочется, чтобы всем понравилось. Чтобы тебе понравилось! Ты заслужила праздник.

Эльза обняла Анну:

– И ты тоже! Поверь, жители Эренделла это прекрасно знают. Ты замечательная королева, Анна. Ты управляешься с миллионом разных задач одновременно, и только посмотри – у тебя до сих пор улыбка на лице.

Анна с сомнением приподняла бровь.

Эльза рассмеялась:

– Ладно, может, не прямо сейчас. Но ты меня поняла. Эренделлу с тобой повезло. Я тобой горжусь.

– И я тобой горжусь! – улыбнулась Анна. – Лесу и духам тоже с тобой повезло. – Она мечтательно вздохнула. – Вот бы мама с папой нас сейчас видели, да?

Они ненадолго замолчали, погрузившись каждая в свои мысли. Только дождь продолжал барабанить по крыше и стенам палатки. Анна задумалась, какой была бы их жизнь, будь родители по-прежнему рядом. Что бы они сказали, узнав, что их младшая дочь стала королевой, а старшая больше не скрывает магический дар? К сожалению, им это уже никогда не узнать.

– Знаешь, – вдруг сказала Эльза, – однажды, когда мы были маленькими, во время фестиваля в городе не смогли установить традиционную ледяную скульптуру.

Анна пришла в ужас от одной мысли о таком бедствии.

– Нет!

– Да, – хохотнула Эльза. – Осень в том году выдалась на удивление тёплой, даже не верилось, что скоро зима. Ты была слишком мала, зато я хорошо запомнила, как переживал папа. «Без ледяной фигуры это не «Полярная ночь», – всё причитал он. Я хотела помочь и наколдовать снега, но родители побоялись раскрыть мой секрет. Поэтому мама взяла дело в свои руки. Она решила, что нужно просто заменить лёд на другой материал.

– На какой? – спросила Анна. Девушка всегда оживлялась, стоило её сестре вспомнить подробности об их родителях, которые она ещё не слышала.

Эльза не смогла сдержать смех:

–- Она заменила лёд на сыр!

– Сырные скульптуры? – ахнула Анна. – Неужели такое возможно? – Она вдруг серьёзно задумалась. – Ого! Это многое меняет!

– Ну да, – кивнула Эльза. – Но это ещё не всё! Мама решила сделать папе сюрприз, поэтому ничего ему не рассказывала. Я была в курсе, а вот тебе мы решили не говорить.

– Не виню вас, – пожала плечами Анна. – Я бы всё разболтала. А какой сорт сыра вы использовали?

От разговоров о еде ей сразу захотелось есть. Анна от души пожалела, что из-за грозы они так и не успели поесть жареного зефира.

– Кажется, чеддер или гауду, точно какой- то полутвёрдый сыр, – попыталась вспомнить Эльза. – Получившуюся скульптуру в виде герба Эренделла мама спрятала на кухне, уверенная, что отцу в голову не придёт туда ходить. Но она не всё учла. – Эльзу снова начал разбирать смех, так что понять её теперь было довольно сложно. – Как-то ночью папа проголодался... и решил устроить набег на запасы съестного...

– Нет! – выкрикнула Анна и покатилась со смеху. – Он не мог! Скажи, что он этого не сделал.

– Сделал! – сквозь смех проговорила Эльза. – Он не разобрал в темноте, что это, срезал верхушку герба и съел! Мама глазам своим не поверила, когда на следующее утро спустилась вниз. Разумеется, она ужасно рассердилась. «Как думаешь, что ты сделал?» – возмущённо спросила она. А папа ответил: «Перекусил?»

Не удержавшись, сёстры расхохотались в полный голос.

– Жаль, я этого не помню, – с лёгкой завистью протянула Анна.

– Хм... Может, у меня получится тебе показать?

Эльза скинула одеяло и встала, упершись головой в свод палатки.

Анна заворожённо наблюдала, как сестра сосредотачивается на магии. Она могла только гадать, что Эльза чувствует, создавая из воздуха ледяные слепки воспоминаний. Сначала перед ней появились мама и папа рядом с огромным гербом Эренделла из сыра. По лицу отца было видно, что его застали врасплох. Тут Эльза взмахнула руками, и перед Анной начала собираться новая ледяная картина, которая... Вдруг рассыпалась и. исчезла, оставив после себя только завитки снежных вихрей.

Это было странно! Анна удивлённо посмотрела на сестру.

– Что случилось?

Обычно магия Эльзы вот так просто не растворялась в воздухе.

Эльза нахмурилась, она тоже выглядела озадаченной.

– Не знаю, – пробормотала она. – Всё было как обычно, я ясно видела нужное воспоминание, а потом... – Она замолчала и пожала плечами. – Прости, Анна. Хоть я и стала мостом между духами и людьми, такая магия пока мне тяжело даётся.

Анна поднялась и крепко обняла сестру:

– Как и мне тяжело даётся роль королевы, но мы обе справимся.

Они немного постояли молча, прислушиваясь к раскатам грома, свисту ветра и грохоту дождя. На секунду у Анны появилось ощущение, что они единственные люди на земле. Но оно её не испугало – Анна твёрдо знала, что, пока они присматривают друг за другом, ничего плохого не случится.

Следующий удар грома, который оказался настолько оглушительный и внезапный, что обе девушки испуганно подпрыгнули, вывел её из задумчивости.

– Вот это гроза! – присвистнула Анна, наблюдая, как подрагивает верхушка палатки.

– Долго она не продлится, – успокоила сестру Эльза. – Постараемся отдохнуть, – предложила она, опускаясь на землю снова и укрываясь оленьей шкурой.

Анна послушно последовала её примеру, хотя сомневалась, что им удастся поспать этой ночью.

Вдруг Анна что-то услышала. Или ей только показалось. Шум был едва уловим, но всё же отличался от непрерывного гула ветра и дождя.

Больше всего это было похоже... на отдалённый вой.

– Ты ничего... не слышала? – испуганно спросила она Эльзу.

– Помимо грозы, которая скоро унесёт нашу палатку?

Анна вздохнула. Всё-таки ей показалось. Видимо, её тоже напугала дурацкая страшилка Кристофа.

Но вой повторился. Пронзительный, проникающий в самую душу. И на этот раз он был гораздо громче. Анна натянула шкуру до самого подбородка.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросила Эльза.

– Да! Конечно! – преувеличенно весело ответила Анна, выглядывая из-под одеяла. – Прости. Уверена, мне просто...

Договорить ей не дал внезапный пронзительный крик.

Полог палатки откинулся и внутрь влетел Олаф. Он истошно вопил и размахивал руками-веточками.

– Драуг! Там драуг! Он здесь!

Снеговик в один скачок оказался рядом с севшими сёстрами и укрылся у них за спинами.

Эльза сердито покачала головой:

– Олаф, мы это уже проходили. Нет никакого драуга – это просто ветер и...

Тут в палатку ещё две фигуры ввалились, так что внутри стало не повернуться.

– Олаф не придумывает, – проговорил Кристоф, дыша так, будто пробежал километр. – Там кто-то был! Мы со Свеном его тоже видели.

Свен согласно закивал. Он был ужасно мокрый, так что окатил сестёр холодными каплями.

У Эльзы по коже побежали мурашки, но не от ворвавшегося в палатку ледяного ветра, который трепал края полога. Дождь шёл стеной. Она не могла рассмотреть палатку ребят, хотя та стояла всего в нескольких шагах.

– Вы же не пытаетесь нас напугать? – спросила девушка, нахмурившись и отчасти надеясь, что это и правда просто розыгрыш.

– Так просто вам это не удастся, – заверила их Анна, преувеличенно отважно расправив плечи. – Знаете, я сражалась с голодными волками, никуда не годными женихами... и огромными снежными монстрами, созданными моей сестрой, чтобы выгнать меня же из её ледяной башни одиночества!

Эльза виновато опустила глаза. Не лучший её поступок как сестры, это точно.

– Слушайте, – сказала она, отцепляя от себя Олафа и усаживая его на землю, – нас всех немного напугала история, которую рассказал Кристоф. Потом подул ветер, началась гроза и...

– Нет, – твёрдо сказал Кристоф, он до сих пор не мог отдышаться. – Это не просто ветер. Я видел чью-то тень. А ветер теней не отбрасывает. Верно, Свен?

Олень согласно заржал и попытался показать, что видел, угрожающе размахивая передними копытами в воздухе. В мерцающем свете пламени Бруни по стенам палатки побежали призрачные тени. Эльза почувствовала, как её желудок тревожно сжался.

– А ещё мы слышали вой, – добавил Олаф. – Ужасные, леденящие душу стоны!

– Мне тоже показалось, что я слышала какой-то вой, – произнесла Анна, обеспокоенно глядя на Эльзу. – Как раз перед тем, как мальчики пришли.

– Может, это ветер так выл? – попыталась старшая из сестёр ухватиться за последнюю соломинку. Так она пыталась всех успокоить, но ей уже и самой было не по себе. Эльза твердила себе, что духи Зачарованного леса никогда не позволят, чтобы что-то случилось с ней или её семьёй. Но, поглядев на Бруни, она поняла, что дух огня тоже нервничает.

– Мы не шутим, – очень серьёзно произнёс Кристоф и опасливо покосился на полог палатки. – Говорю вам, там кто-то есть.

– Не просто кто-то! Это драуг! – настаивал Олаф. – Как в страшилке! Он хочет съесть нас живьём!

Эльза сделала глубокий вдох, готовясь к неотвратимому. Не то чтобы она и правда верила, что по лесу бродит драуг, но что-то всё же напугало её друзей. И она прекрасно понимала, что никто не уснёт, пока всё не прояснится.

– Ты это куда? – удивлённо спросила Анна, когда Эльза двинулась к выходу из палатки.

– Хочу понять, что происходит.

– Без меня никуда не пойдёшь!

– Ты же промокнешь, – вздохнула Эльза.

– Я не против, если благодаря этому тебя не слопает драуг, – отрезала Анна.

Эльза застонала. Ну, началось. Она ценила храбрость младшей сестры, но переживала, что однажды это плохо закончится.

– Анна... – начала она.

– Давайте пойдём все вместе? – предложил Кристоф.

– Все? – пискнул Олаф, которому явно спокойнее было внутри.

– Все люди, – пояснил Кристоф. – Олаф, вы со Свеном присмотрите за палаткой.

Олень фыркнул, недовольно глядя на своего приятеля.

Эльза выглянула на улицу из-за полога.

– Готовы? – спросила она, сама не зная, обращается к Кристофу, Анне или самой себе.

– Всегда готова! – бодро откликнулась Анна.

Без лишних сомнений она протиснулась мимо Эльзы и вышла прямо в дождливую ночь. Её сестра покачала головой и выскочила за ней следом, Кристоф постарался не отстать.

Дождь лил с такой силой, что вокруг ничего не было видно. Взмахом руки Эльза наколдовала между двумя деревьями ледяной навес, и все трое поспешили в укрытие. Спрятавшись от дождя, Эльза огляделась и нашла палатку парней. Она валялась на земле. Конечно, перевернуть её могло и ветром, вот только...

– Это следы когтей? – ахнула Эльза. Ей приходилось кричать, чтобы остальные слышали её за рокотом бури. Подойдя ближе, она провела пальцем вдоль рваного края, где брезент как будто разрезали ножом. – На вас напали? – спросила она Кристофа.

– Не уверен... – Он выглядел таким же сбитым с толку, как и она. – Мы услышали вой и сразу побежали к вам. – Он виновато потупился. – Проверить, всё ли у вас в порядке, разумеется. Не подумайте, что мы испугались.

– Конечно, милый, – понимающе кивнула Анна и повернулась к Эльзе. – Может, палатка зацепилась за острую ветку?

– Может, – пожала плечами Эльза.

Она оглядела ближайшие заросли – деревья были слишком далеко, чтобы ветвями разорвать палатку. Эльза не верила, что это сделал монстр из страшилки, но кто тогда? Волки? Они нападали только ради еды, а совсем рядом с потухшим костром осталась тарелка с целой горкой колбасок, которые они жарили на ужин. Хоть они и промокли, но до сих пор были вполне съедобны по волчьим стандартам.

Кто ещё это мог быть?

Она подняла глаза к небу и пропела несколько нот. Спустя мгновение подол её платья взметнул Ветерок. Даже такая сильная гроза не могла остановить духа ветра.

– Можешь здесь осмотреться? – попросила Эльза. – Вдруг попадётся что-то необычное.

Ветерок закружился чуть быстрее и исчез в темноте. Эльза повернулась к сестре и Кристофу.

– Если здесь кто-то есть, Ветерок его найдёт, – заверила она их.

Анна зябко поёжилась. Кристоф обнял её и покрепче прижал к себе.

– Ты как? – спросил он.

– В порядке, – чересчур резко ответила Анна и капризно оттолкнула жениха. – Просто замёрзла! И промокла насквозь! – Она сердито нахмурилась. – Зачем мы вообще сюда пришли?

Эльза ушам не верила.

– Я не просила идти со мной, – напомнила она сестре. – Ты могла остаться в палатке с Олафом и Свеном.

– Палатка... – неуверенно повторил Кристоф. – Стойте! Что случилось с моей палаткой?

– Прости? – Эльза повернулась к нему, совсем запутавшись. – Ты о чём?

– Она... порвана. Как это произошло? Я столько за неё заплатил! – Он недовольно посмотрел на Анну, но та только пожала плечами, будто понятия не имела, о чём он говорит.

Эльза окончательно перестала понимать, что происходит. Она переводила взгляд с Кристофа на Анну, а те рассеянно глядели на неё. Это какой-то розыгрыш? Если так, то время для шуток они выбрали самое неподходящее.

– Знаете, давайте вы проверите, как там Олаф и Свен, – сказала она, пытаясь скрыть тревогу. – А я подожду Ветерка.

Она думала, что Анна начнёт спорить, но её сестра только кивнула, взяла Кристофа за руку и потащила прочь. Они забрались внутрь палатки и плотно закрыли за собой полог. Эльза покачала головой. И что это сейчас произошло?

Вскоре она почувствовала, как порыв ветра разметал ей волосы – это вернулся дух.

– Нашёл что-нибудь? – спросила его Эльза.

Но Ветерок лишь качнул подол её платья из стороны в сторону, что на его языке означало: «Нет». Девушка вздохнула.

– Ясно, – ответила она. – Наверное, всё- таки дело в ветре.

Звучало не очень правдоподобно, но как иначе объяснить порванную палатку?

Гроза начала утихать. Что бы это ни было, оно уже исчезло.

– Спасибо, Ветерок, – сказала Эльза. – Увидимся утром. Не забудь, что завтра мы на неделю перебираемся в Эренделл.

Дух радостно подбросил в воздух кучку сырых листьев. Он обожал бывать в Эренделле, особенно теперь, когда Анна установила на городской площади скульптуру их родителей. Ветерок мог часами кружить рядом с королевой Идуной. Эльза знала, что они были дружны. Вот бы дух ветра мог говорить! Наверное, он столько бы смог о ней рассказать! Уже не в первый раз она поймала себя на мысли, что Ветерок скучает по Идуне почти так же сильно, как они с Анной.

Попрощавшись с духом, Эльза побрела к единственной оставшейся у них палатке. Дождь прекратился, но сырость и холод пронизывали до костей, не говоря уже о том, как сильно взбудоражило её всё произошедшее. Несмотря на усталость, она была уверена, что никому из них не удастся выспаться этой ночью.

Но ожидания Эльзы не оправдались, внутри её встретил дружный храп. Олаф, Свен, Кристоф и Анна уютно лежали вповалку – лучше всех устроился Олаф, который использовал Свена в качестве подушки, – и самым мирным образом спали, как будто ничего и не произошло.

Утром мир предстал с куда более светлой стороны. По крайней мере, так показалось Анне, когда она выбралась из переполненной палатки. У неё болела шея от того, что всю ночь она спала, свернувшись как крендель, рядом с Олафом и Свеном, зато хотя бы дождь утих. Небо было пронзительно голубого цвета, а прямо над головой радостно сияло солнце. Это означало одно – им пора было отправляться в путь! Перед полярной ночью дни становились всё короче, так что Анна не хотела терять ни минуты попусту.

– Пора вставать! – крикнула Анна, просунув голову обратно в палатку. – Дома нас ждёт куча работы!

Дома. От этого слова хотелось улыбаться. Эренделл был не просто местом, где Анна вешает на крючок плащ... и сапоги... и... ну, всю свою уличную одежду... Там жила её семья. Там жили её подданные. Это было её королевство, и она хотела – нет, она обязана была – сделать так, чтобы каждая минута фестиваля «Полярная ночь» прошла абсолютно идеально. Всё было так, как она говорила Эльзе накануне: ей нравилось быть королевой, но иногда за глобальными проблемами она упускала из вида более мелкие, но не менее важные задачи. Этот поход был не попыткой сбежать от обязанностей, а перерывом, необходимым, чтобы освежить голову и взяться за дело с новыми силами.

Поэтому этим утром Анна была крайне взволнована. Фестиваль «Полярная ночь» был первым большим торжеством, которое она организовывала в качестве королевы. Времени оставалось всё меньше, а ей ещё столько всего нужно было сделать. Не говоря уже о том, что к подготовке секретной вечеринки для Эльзы она ещё даже не приступила!

– Скорее! Не будем тратить время на сборы, – приветствовала она Кристофа, который сонно выбирался из палатки. – Просто кидаем всё в коляску и выдвигаемся! – Она сгребла в охапку котелки и походные тарелки и с громким лязгом высыпала их прямо на заднее сиденье. – Вот так! Проще простого!

– Спина просто отваливается, – простонал Кристоф, пока следом за ним из палатки вылезал Свен. – Я практически не спал. Свен, твой храп становится всё чудовищнее.

Олень одарил друга мрачным взглядом.

– Вообще-то, милый, мне показалось, что это ты храпел, – сказала Анна, стараясь не рас-смеяться.

– Я отлично спал! – заявил Олаф, едва высунувшись на улицу. – Обожаю совместные ночёвки! – Он с обожанием посмотрел на Свена, разминающего ноги. – Может, нам теперь всегда так делать? Интересный факт! Исследования показали, что люди, живущие большой компанией, меньше волнуются и гораздо лучше разрешают конфликты.

– Правда? – рассеянно спросила Анна. Она как раз собрала их корзину для пикника и забросила в груду остальных вещей. – А этот факт имеет отношение ко вчерашней страшилке?

Олаф подошёл поближе к Анне и Эльзе.

– Не хотел вас пугать, – прошептал он, – но я переживаю за Свена. Он постоянно говорит об Ужасной Сессил.

Анна скривилась:

– Ужасная Сессил?

– Ты что, забыла? Принцесса из Вестерланда, которая превратилась в кошмарного монстра! – объяснил Олаф. – Свен в ужасе!

– Свен, да? – с улыбкой переспросила Эльза. – Ему до сих пор страшно?

– Да. – Олаф переводил невинный взгляд с одной сестры на другую. – Он уверен, что Ужасная Сессил притаилась где-то рядом и ждёт возможности снова напасть. Как вчера ночью, когда она разорвала нашу палатку.

– Олаф, в тысячный раз говорю: палатку сдуло ветром, – закатила глаза Эльза, наблюдая, как Кристоф со Свеном переносят оставшиеся вещи в повозку. – Она зацепилась за ветки и...

– Погодите-ка. – Кристоф вдруг замер и озадаченно огляделся. – Куда я шёл?

Анна выхватила у жениха сложенную палатку, швырнула в повозку, потом за руку дотащила Кристофа туда же и усадила на сиденье впереди.

– Мы срочно едем обратно в Эренделл, – объявила Анна тоном, не терпящим каких-либо возражений. Хватит с неё сказок о глупых монстрах! – Я должна встретиться с Хельмутом, чтобы обсудить ледяную скульптуру. Вы же не хотите, чтобы я опоздала?

– Ни за что! – Кристоф чмокнул невесту и запряг Свена в повозку. В это время Анна, Эльза, Бруни и Олаф сложили остатки вещей и забрались на свои места. – Давайте поскорее вернём королеву во дворец!

Дорога до Эренделла была недолгой. Или им так показалось, потому что все задремали. Когда они выбрались из леса и покатились мимо пастбищ, даже Олаф перестал болтать о драуге и начал клевать носом. Анна тоже на время забыла о ночной грозе и своих королевских делах.

Когда она проснулась, коляска уже ехала по городку. Оглядевшись, Анна с удовольствием отметила, что на улицах кипит работа, хотя часы на городской площади только пробили два, а в это время местные лавочники и крестьяне устраивали перерыв на обед.

– Ваше высочество, понравилась поездка? – спросил Маттиас, который встречал их на главной площади. Он грациозно поклонился и протянул руку, чтобы помочь королеве спуститься. Хоть Маттиас вместе со всеми своими солдатами и провёл тридцать четыре года в ловушке в Зачарованном лесу, он всё равно смотрелся щёголем. Ему очень шла зелёная военная форма Эренделла, сверкающая на солнце медалями, а чёрные с проседью волосы и борода придавали ему особую импозантность. – Отдохнули на неделю вперёд? – спросил он.

– Анна не очень любит отдыхать, – заметил Кристоф, заработав возмущённый взгляд невесты.

– Я обожаю отдыхать, и я отлично отдохнула, – отрезала она, с удовольствием наблюдая, как на площадь выносят столы и стулья. Их расставляли вокруг скульптуры родителей Анны и Эльзы. – Зато, как я вижу, в городе никто без дела не сидел. Даже не верится, что вы столько успели!

Осенние знамёна в честь урожая, висящие на фонарных столбах, успели сменить на зимние – нежно-голубые со снежинками. Строители начали сооружать сцену, а оркестр уже репетировал вальс, который Анна надеялась станцевать с Кристофом. В воздухе витал невероятный аромат. Очевидно, братья Ваффл проверяли рецепты для конкурса выпечки, который был в программе фестиваля. А Хельмут уже начал понемногу надрезать огромный куб льда, который вскоре должен был превратиться в фигуру легендарного короля Эрена, основателя Эренделла.

Когда они проезжали порт, Анна успела заметить, как там разгружают торговые корабли, прибывшие из соседних королевств. Вот облегчение! Это означало, что королева пиратов по-прежнему держит своих разбойников в узде. Порт и торговля были невероятно важны для Эренделла: начнись осада с моря – в городе скоро закончились бы продукты. Тогда у них были бы проблемы посерьёзнее пира в честь фестиваля.

– Если королева просит помочь, Эренделл за делом не постоит, – сказал Маттиас с улыбкой. – Даже наш бесстрашный газетчик Ваэль работает сверхурочно, – добавил он, доставая из кармана сложенную газету. Это был номер «Деревенской короны», официальной газеты Эренделла. – Подумал, вы захотите прочитать ваше первое королевское интервью.

Кристоф, Эльза и Олаф зааплодировали, а Свен одобрительно фыркнул. Анна густо покраснела и забрала газету у Маттиаса.

– Не уверена, что мне удалось... – начала она, но замолчала и нахмурилась, увидев заголовок на первой полосе. «Синее Око направляется в Эренделл?» – было напечатано размашистым шрифтом через всю страницу, а рядом находился рисунок знаменитой королевы пиратов, свирепо глядящей на читателей. Лицо Анны потемнело. – Э...

– О! Прошу прощения! Статья о королеве пиратов оказалась такой важной, что вас пришлось передвинуть с передовицы, – объяснил Ваэль. – Просто переверните страницу!

Анна чуть не подпрыгнула, не ожидая внезапного появления газетчика.

– Откуда ты взялся? – спросила она.

– Был неподалёку, – ответил он, указывая одновременно в нескольких разных направлениях. – Статья о вас внутри, посмотрите сами.

Анна вздохнула и перевернула страницу. Поначалу она и там своего интервью не заметила, но, сощурившись, всё же рассмотрела его в самом низу.

– Простите, не нашлось места для иллюстрации, – извинился Ваэль. – Но пираты сейчас у всех на слуху! Жители Эренделла хотят знать, почему они обосновались в нашей гавани. А вот вы королева уже несколько месяцев, все и так об этом знают. – Он откашлялся. – То есть, разумеется, мы все счастливы...

– Уверена, интервью чудесное, – прервала его Эльза.

Анна с благодарностью посмотрела на сестру.

– Мне пришлось попотеть. Я ужасно переживала, что покажусь читателям неопытной или скучной, – сказала она.

– Правда, мне пришлось сократить ваши ответы, – добавил Ваэль. – Чтобы освободить место.

Этот разговор грозил превратиться в настоящую катастрофу, но, к счастью, Маттиас улучил момент, чтобы сменить тему.

– Королева Эльза! – воскликнул он, протягивая руку девушке. – Я так рад, что вы проведёте с нами это время.

– И я рада вернуться, генерал Маттиас, – улыбнулась Эльза.

Мимо как раз пролетел Ветерок и разом смёл с улицы все сухие листья, словно огромная метла.

– Вижу, вы привели помощника, – хохотнул генерал.

– Конечно! – Эльза улыбнулась духу ветра. – Ветерок с радостью сделает всё, что попросите. Я уже говорила Анне, что мы хотим помочь с организацией праздника.

– Праздника! – воскликнул Олаф, спрыгивая с коляски. – Как можно что-то праздновать, когда Ужасная Сессия шныряет поблизости? – Он с опаской поглядел в кристально голубое небо и вытянул руку-веточку, чтобы проверить, не начинается ли дождь.

– Только не снова! – Кристоф покачал головой. – Свен, давай разгрузим повозку, а потом займёмся мороженым. – Он посмотрел на Анну. – Мы будем поблизости, если понадобимся.

– Мороженое? – удивилась Эльза.

– Мальчики будут раздавать его на фестивале, – с гордостью сказала Анна.

– Если Ужасная Сессия им не помешает, – не сдавался Олаф.

– Ужасная Сессия? – удивился Маттиас.

Эльза заметила, что господин Олдринг, часовых дел мастер, шедший мимо, вдруг остановился и прислушался к их разговору.

– О, это просто монстр из страшилки, которую вчера рассказал нам Кристоф, – объяснила Анна, небрежно взмахнув рукой. Поняв, что всё ещё держит в этой самой руке газету, она быстро затолкала её в сумку. Прочтёт потом, когда будет одна. Много времени на это точно не потребуется. – История была о двух принцессах из соседнего королевства, одна из которых трагически погибла.

– Её убила родная сестра! И тогда она превратилась в злобного драуга и вернулась искать отмщения! – радостно поделился Олаф жуткими подробностями.

– А кто такой драуг? – неуверенно спросила маленькая девочка, держащая за руку ещё более крошечного мальчика.

– Это такой зомби, контролирующий погоду, – не унимался Олаф. Он запрыгнул на ближайший стол, чтобы всем вокруг было его слышно. – С клыками, острыми когтями и кошмарным запахом изо рта. Вчера вечером он напал на нас в лесу, вызвал ужасную грозу, а потом в клочья разорвал нашу палатку.

– Олаф! – Анна озабоченно посмотрела на детей, которые теперь держались за руки гораздо крепче.

– Драуг разорвал вашу палатку? – ахнула художница Гретхен. От испуга она застыла с поднятой кисточкой, которую только что обмакнула в краску. На брусчатку с неё капали зелёные капли краски. Она отвечала за праздничный плакат, встречающий гостей фестиваля, и как раз рисовала на нём северное сияние.

– Нет! – торопливо ответила Анна. – Палатка порвалась из-за ветра. А что касается Ингер и Сессия, то это всего лишь история.

– И если рассказать эту историю в ночь, когда всё случилось, драуг придёт за тобой, – добавил Олаф, с опаской оглядываясь по сторонам. – Кристоф так сказал!

– Точно, – согласилась Гретхен. – Мама всегда говорила, что вспоминать драуга – к неприятностям.

Олаф важно кивнул.

– Погодите-ка, – задумчиво протянул Маттиас. – Ингер и Сессия? Это же принцессы из Вестерланда?

– Вы о них слышали? – не поверила своим ушам Анна.

– А вы нет? – удивился господин Олдринг. – Наверное, в последние годы эта история забылась, но в прежние времена все о ней знали. Принцесса Ингер убила принцессу Сессил во время путешествия по Эренделлу.

– Всё потому, что Ингер завидовала сестре, – добавила Тува, женщина-кузнец. Она принесла два искусно выкованных подсвечника и поставила на один из столов.

– Они часто ссорились, – согласилась её спутница Ада, которая тоже несла подсвечники. – Я слышала, что Ингер была злой и жадной, она хотела сама стать королевой.

– Я тоже помню эту историю! Мама рассказывала её нам, когда мы с сестрой ругались, – вспомнила Гретхен. – Говорила, если мы не помиримся, то закончим как сёстры из Вестерланда.

– А потом принцесса Сессия стала драугом! – подытожил Олаф. – По крайней мере, так сказал Кристоф. А он не стал бы лгать о таких важных вещах.

– Это всё выдумка! – возмутилась Анна. Она вдруг заметила, что практически все на площади побросали свои дела и смотрят на снеговика. – По крайней мере, что касается превращения принцессы в драуга.

– Но, если разобраться, Сессия вполне могла стать драугом, – вмешался в разговор Эдгар, местный столяр. – Насколько мне известно, её тело так и не нашли. А причина восстать из мёртвых у неё уж точно была.

– Сессия есть за что мстить, – поддержала его Гретхен. – Сестра ей столько зла принесла!

– Разве стоит это обсуждать так близко к годовщине её смерти? – с опаской спросил господин Олдринг. – Мы не разозлим драуга?

По толпе пробежал обеспокоенный шепоток. Малыш, стоящий за руку с сестрой, испуганно поёжился.

– Не бойся, кроха! – попытался успокоить его Олаф. – Вряд ли ужасный монстр с острыми когтями всё-таки придёт в Эренделл.

Мальчик залился слезами.

– Олаф, прекрати всех запугивать, – простонала Анна, отгоняя снеговика подальше от детей.

Она встала на стул и хлопнула в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. Снова подул ветер, знамёна и флаги взметнулись в воздух. «Только не это! – в отчаянии подумала она. – Не хватало, чтобы снова началась гроза».

– Послушайте меня, – крикнула она. – Хватит обсуждать несуществующих монстров и погибших принцесс, давайте каждый вернётся к своим делам. У нас ещё много работы!

Но никто не обратил на неё внимания. Про подготовку к фестивалю тоже забыли. Все люди на площади теперь обсуждали сестёр из Вестерланда. Казалось, буквально каждый мог что-то добавить к их истории.

– До этого Ингер дважды пыталась отравить сестру фруктами! – сказала одна дама.

– Если Сессия покупали новую куклу, Ингер тут же отрывала ей голову, – кивал пожилой господин.

Некоторые даже имели собственный взгляд на повадки драугов.

– Я слышал, от них шоколад плесневеет! – заявила госпожа Блоджет.

– А мне рассказывали, что они воруют шлёпанцы, – сообщил господин Олдринг, – и сыр!

Олаф нахмурился:

– Если задуматься, я давно не видел свои шлёпанцы...

– Ты не носишь шлёпанцы, – напомнила ему Эльза. Анна заметила, что сестра нервно поглядывает на небо. Его постепенно начало заволакивать серыми облаками, которые могли в любой момент превратиться в тучи. – И даже если драуги существуют, это совсем не означает, что один из них вчера забрёл к нам на костёр. Мы с Ветерком всё там обыскали и никого не нашли. Будь там монстр, мы бы его не упустили.

– Может, он был невидимый? – предположил Хельмут. – Я слышал, драуги становятся невидимыми на полную луну.

– Мне рассказывали, что они превращают людей в драугов, чихая на них! – добавил рыбак, который шёл из порта с корзиной форели.

Женщина с цветами в руках вышла из лавки и громко чихнула. Все в ужасе закричали и разом повернулись к ней.

– Аллергия, – пожала плечами та.

Всё окончательно вышло из-под контроля.

– Послушайте, – снова попыталась Анна успокоить своих подданных. – Нам всем надо...

Но не успела она договорить, как небо в одно мгновение потемнело, словно в комнате без окон задули свечу. Сильный порыв ветра нагнул деревья почти до земли. Люди испуганно оглядывались.

– Ужасная Сессил! – закричал Олаф. – Она пришла за нами! Она хочет разрушить Эренделл!

Все с криками бросились врассыпную и попрятались в ближайших лавках. Вскоре на площади остались только Анна, Кристоф, Олаф, Маттиас и Эльза.

Анна с тоской смотрела на опустевший город. Ветер принёс к её ногам листовку фестиваля. Она вздохнула и подняла её с земли.

– Олаф, ты всех распугал!

– О! – Снеговик удивлённо огляделся. – Иногда я произвожу на людей такое действие.

Анна скомкала листовку.

– Почему все верят в эту чушь? Нет никакого драуга! – крикнула она в пустоту. – Это всё выдумки! И в этой грозе нет ничего необычного!

– Вы уверены? – Маттиас с сомнением поглядел в небо. – Даже во время полярной ночи не бывает так темно.

Тревога нарастала. Эльза не могла не согласиться, что темнота и правда была странной. В воздухе тоже ощущалось что-то необычное. Он был сухим, затхлым, с металлическим привкусом электричества.

– Маттиас прав. Полярная ночь тут ни при чём, – задумчиво произнесла она. – Обычно в это время начинаются сумерки, но сейчас небо гораздо мрачнее, как будто снова будет гроза.

– Но где тогда дождь? Или гром? – сомневался Кристоф. Вокруг стало так темно, что Эльза едва его видела, хотя он стоял всего в нескольких шагах. – Только ветер поднялся, и больше ничего.

Эльза кивнула. Её мучило мрачное предчувствие. Казалось, на солнце набросили тяжёлое одеяло. За всю жизнь она ни разу с таким не сталкивалась.

– Бруни, – тихо позвала она. – Зажги, пожалуйста, уличные фонари.

Дух огня радостно встрепенулся. Он забрался по фонарному столбу, зажёг лампу, а потом прямо уже сверху плюнул огнём в следующую, и она тоже засветилась. Эльза шла следом за загорающимися фонарями и создавала ледяные зеркала. Лёд отражал мерцающий огонь и освещал площадь. Вскоре вокруг снова стало светло.

– Ну хватит, – крикнула Анна, – можете все выходить! – Она подбежала к лавке мясника и громко постучала в дверь. Не дождавшись реакции, девушка постучалась к аптекарю. – Всё в порядке! Нечего бояться! Здесь нет никакого драуга! Никаких ужасных монстров поблизости!

– Ты в этом уверена? – уточнил Олаф, тревожно вглядываясь в темноту между домами.

Анна чуть не взорвалась от раздражения. Ну сколько можно!

– Давай-ка принесём всем шоколада! – Кристоф схватил снеговика за руку и потащил к пекарне Блоджет. Несколько человек испуганно поглядывали на улицу сквозь витрину. Они явно были не так отважны, как их королева. – Слышал, он отлично отгоняет монстров.

– Правда? – Глаза Олафа озарились. – Какой замечательный факт!

Кристоф вздохнул, и они скрылись за дверью.

Постепенно люди начали выходить на площадь. Они выходили из укрытий и собирались небольшими группками вокруг статуи Идуны и Агнарра. Ужас отступил, но они до сих пор выглядели напуганными. Эльза узнавала их обеспокоенные взгляды. Именно так её народ тревожился, когда она случайно пробудила духов Зачарованного леса.

Опять у них магические неприятности?

Анна забралась на сцену, откуда пару минут назад сбежала группа музыкантов. Отодвинув арфу, она громко хлопнула в ладоши.

– Послушайте, – начала она, – я знаю, что погода довольно странная, но этому должно быть разумное объяснение. Например, природная аномалия. Такое иногда случается, особенно в это время года.

– А если тут драуг? – крикнул мальчик, который прятался за юбку матери. – Если он съест нас?

– Во-первых, никаких драугов не бывает, – заверила его Анна. – А во-вторых, даже если бы они и были, в нашем королевстве отличные солдаты. Генерал Маттиас не позволит монстрам бесчинствовать в Эренделле. Верно?

– Разумеется, ваше величество, – кивнул генерал. Он стоял с очень прямой спиной, излучая спокойствие и уверенность. – Сегодня мы па всякий случай усилим патрули. Но я уверен, что вам не о чем волноваться.

– Кроме фестиваля! – поправила Анна, натянуто улыбаясь. – А он, как мы знаем, сам себя не организует! Ну что? Если прямо сейчас возьмёмся за работу, то всё успеем. А вечером мы угостим всех мороженым!

Толпа радостно ухнула и начала расходиться. Люди постепенно возвращались к своим делам, но продолжали вполголоса обсуждать случившееся. Эльза слышала, как некоторые жалуются на непривычную темноту, другие спорят о драугах, третьи обсуждают Сессил и Ингер. По крайней мере, они больше не прятались по домам. Им повезло, что Анна умела вдохновлять других, иначе всё могло закончиться гораздо хуже.

Королева спрыгнула со сцены и подошла к сестре.

– Вот и всё, нет причин переживать, – громко сказала она, чтобы её слышали люди, стоящие поблизости, а потом тихо добавила: – Но что, если это не так? Почему так темно? Это же очень странно, правда?

Эльза неуверенно кивнула. Она посмотрела в небо, надеясь, что оно стало хоть чуточку светлее. Но нет, оно всё ещё было абсолютно чёрным.

– Надо поговорить с Соренсоном, – сказала она. Это был главный учёный Эренделла, который жил вдали от города. Он уже выручал их советом, когда на королевство в прошлый раз наслали проклятие. – Возможно, он знает, что происходит.

– Согласна, – кивнула Анна. – Запрягу Хавски. – Этот конь был у неё с самого детства. – Дорога займёт несколько часов, но если отправимся прямо сейчас, то успеем... – Она осеклась и посмотрела в небо. – Ну, глупо говорить «до темноты».

Эльза покачала головой:

– Анна, ты должна остаться и готовиться к празднику. Сама говорила, что туг ещё много работы.

– Праздник подождёт, – заупрямилась её сестра. – Фестиваль – это, безусловно, очень важно, но не важнее тебя. И уж точно я не пущу тебя одну в лес, когда там может оказаться опасный монстр.

– О, значит, ты всё-таки веришь в драуга? – Эльза с сомнением изогнула бровь.

Она могла начать спорить, но понимала, что этот спор всё равно не выиграет. К тому же в компании Анны ей было намного спокойнее.

– Если я во что и верю, так в то, что я должна заботиться о безопасности сестры, – отрезала Анна. – Тем более Кристоф может остаться и за всем присмотреть. Скоро он станет частью королевской семьи, так что пусть привыкает.

Кристоф, который как раз шёл мимо с целой корзиной вафельных рожков с мороженым, споткнулся и чуть не упал.

– Стой, что?

Анна лучезарно улыбнулась в ответ:

– Останешься здесь, чтобы присмотреть за подготовкой к фестивалю? А мы с Эльзой пока попробуем разобраться, что происходит.

– Конечно, – кивнул Кристоф, ни секунды не помедлив. – Можешь на меня положиться!

Чтобы доказать свою решимость, Кристоф ударил себя в грудь и случайно уронил один из рожков. Не успело мороженое коснуться брусчатки, как тут же исчезло во рту у Свена.

– Милый, спасибо! Ты лучше всех!

Анна встала на цыпочки, чмокнула его и побежала в сторону конюшни.

Тут Кристоф повернулся к Эльзе, и его улыбка тут же исчезла.

– Ты присмотришь за ней? – спросил он.

– Мы присмотрим друг за другом, – сказала Эльза и успокаивающе положила руку ему на плечо. – Всё будет хорошо. Я обещаю.

– Ловлю на слове, – строго произнёс Кристоф, перехватил корзинку поудобнее и ушёл.

Эльза проводила его взглядом и повернула к замку. Прежде чем звать Нокке, нужно было зайти на кухню и взять еды в дорогу. Она снова посмотрела в тёмное небо.

– Всему есть простое научное объяснение, – убеждала она себя. – И Соренсон поможет его найти.

– Не имею ни малейшего понятия, что происходит!

Соренсон нервно мерил шагами рабочий кабинет, располагавшийся на верхнем этаже его башни. Он откинул за спину свою длинную бороду и сверился с таблицей, висевшей на стене. Затем взял со стола древние на вид солнечные часы, покрутил в руках и поставил обратно.

Эльза с тоской посмотрела на Анну. Мало всё это походило на простое научное объяснение.

– А не могла полярная ночь начаться раньше времени? – спросила она, прекрасно понимая, что ответ вряд ли её утешит.

– Нет, – покачал головой Соренсон. – Я проверил положение солнца для этих дат, и оно не опустится за горизонт ещё несколько дней. Кроме того, в нашей полосе полярная ночь всё-таки не вполне ночь, скорее сумерки. А сейчас на улице темно так, что в паре шагов ничего не видать. Больше всего это похоже на солнечное затмение. Но в ближайшие двадцать пять лет его не предвидится. – Он запустил пятерню в седые волосы. – Даже не знаю, что вам сказать. Наука тут совершенно бессильна.

Эльза устало опустилась на стул. Такой ответ учёного совершенно её опустошил. Добраться до Соренсона было непросто. Он жил в глуши, так что они еле нашли дорогу в темноте даже с помощью Нокке. Она до последнего верила, что эта поездка будет стоить всех усилий.

Но вместо этого они оказались в тупике.

– А может дело быть в... магии? – неуверенно спросила Эльза. Она не хотела упоминать глупую страшилку о драуге, но вдруг найдётся другая сверхъестественная причина.

Соренсон покачал головой.

– Я учёный, – напомнил он, – имею дело только с фактами и логикой. Если вам нужен магический совет, то лучше обратиться к троллям. Это по их части.

Анна нахмурилась:

– Тролли готовятся к Церемонии кристаллов, не хотелось бы беспокоить их без веской причины.

– Боюсь, выбора у вас нет, – мрачно произнёс Соренсон. – Однажды я уже видел столь необычайную перемену погоды. Давным-давно, когда был ещё ребёнком. – Он задумчиво пригладил бороду. – Помню, тогда во всём винили драуга.

– Что? И вы в них верите? – изумилась Анна. – Но вы же учёный!

– Мой отец был совершенно убеждён, что однажды встречал драуга. А его было не так просто обмануть! Он столько раз рассказывал мне эту историю, что я и сам начал в неё верить.

Эльза поёжилась. Если даже Соренсон считал, что драуг может существовать, то стоило начинать волноваться.

– Подчеркну, что своими глазами я ничего такого не видел. В любом случае вам стоит поговорить об этом с троллями.

– Мы обязательно с ними встретимся, – заверила его Анна. – Спасибо вам, господин Соренсон.

Эльза поднялась со стула.

– Сначала вернёмся в Эренделл, – сказала она. – Надо проверить, всё ли там в порядке. После подумаем, что делать дальше. – Она пожала плечами. – Кто знает? Может, завтра солнце взойдёт как обычно и всё вернётся в норму.

Сёстры попрощались с учёным и отправились в обратный путь. Дорогу им снова освещал Нокке, но даже сияние водного коня казалось намного тусклее обычного.

Темнота шла за ними по пятам, словно живое существо.

– Всё это довольно жутко, – сказала Анна, убирая с пути слишком низкую ветку. – Особенно учитывая, что Соренсон сам заговорил про драуга. Неужели страшилка Кристофа пробудила Ужасную Сессил?

– Ой, только не эта дурацкая кличка, – горько усмехнулась Эльза. – Даже если в округе и правда завёлся драуг, не обязательно это должна быть разгневанная покойная принцесса.

– Но может быть и она, – пожала плечами Анна. – И, если начистоту, я бы её винить не стала. Быть хладнокровно убитой собственной сестрой! На её месте я тоже могла бы превратиться в злобного монстра.

От этих слов Эльзе стало не по себе. Она вспомнила, как много лет назад Анна лежала на полу бального зала промёрзшая почти до самого сердца, а перепуганная Эльза в отчаянии звала родителей. Если бы той ночью с её сестрой что-то случилось...

Анна побледнела.

– Боже мой! Прости. Я не хотела... – Она закрыла рот ладонью. – Я лучше помолчу.

– Нет! Всё в порядке, – заверила её Эльза. – Мы обе знаем, что я бы никогда намеренно не причинила тебе вреда.

– Верно, – кивнула Анна. – Тогда всё вышло случайно. Я в этом не сомневаюсь, хотя ничего не помню.

Эльзе стало грустно. Её сестра так и не смогла вернуть воспоминания, которые забрали у неё тролли в тот день. Столько счастливых моментов из их детства остаются скрытыми от Анны.

А значит, она должна позаботиться о том, чтобы их сохранить.

Эльза чуть помолчала.

– Знаю, мы не часто говорим о том, что произошло, когда мы были детьми, – заговорила она наконец. – Я понимаю, что это тяжело. Но если ты когда-нибудь захочешь... Знай, что я буду не против.

– Правда?

– Иногда бывает полезно обернуться, – сказала Эльза. – Прошлое, даже если оно не было идеальным, часто помогает в настоящем. Этому меня научила Ахтохаллэн. Жаль, я пока не могу поделиться с тобой тем, что вижу там... – Она задумчиво погладила гриву Нокке, позволяя ледяным волнам свободно струиться сквозь её пальцы. – Пока мы росли, вокруг было много секретов. Наших родителей, моих... – Она посмотрела на сестру. – А у тебя были секреты?

– Всё тебе расскажи, – ответила Анна с хитрой улыбкой.

Эльза сделала оскорблённое лицо.

– Ладно-ладно, – сказала она и рассмеялась. – В любом случае я рада, что мы оставили это позади и можем говорить открыто.

– Я тоже, – согласилась Анна, но без особого воодушевления, а потом тяжело вздохнула.

– В чём дело? – удивилась Эльза такой реакции.

– Просто... Сама не знаю.

– Никаких секретов, помнишь?

– Ладно. Дело в том, что... Мне иногда становится ужасно жаль того времени, что мы потеряли, пока росли, – призналась Анна. – Это касается не только исчезнувших воспоминаний, но и тех лет, что мы жили порознь. Я должна была больше стараться достучаться до тебя...

Эльза невольно вздрогнула, вспоминая своё заточение в замке. Как же ей было тогда одиноко. Как непередаваемо грустно.

– Я тоже об этом жалею, – сказала она. – Мне тогда очень нужна была сестра. Но я сама тебя оттолкнула. Боялась, что снова наврежу тебе. И в итоге всё равно тебе навредила, только по-другому.

– Это была не твоя вина, – настаивала Анна. – Ты была ребёнком, ужасно напуганным ребёнком. Как можно тебя в чём-то винить? Хорошо, что ты больше не боишься своего дара. Магия – важная часть тебя, нельзя её отрицать. Ты Снежная королева. Могущественная. Волшебная. – Она тепло улыбнулась. – Знай, что ты всегда будешь моей сестрой.

Эльза посмотрела на сестру, и её сердце сжалось. Она не всегда была достойна любви Анны, но испытывала за неё невероятную благодарность.

– А ты всегда будешь моей, королева Эренделла.

Анна покраснела:

– До сих пор непривычно это слышать.

– Поверь, ты достойна своего титула, – заверила её Эльза. – Прошлого мы изменить не сможем, – со вздохом добавила она, – нам остаётся только двигаться вперёд. И вместе создавать новые воспоминания.

Анна улыбнулась:

– Мне это...

Окончание фразы утонуло в пронзительном вое.

– Что это было? – прошептала Эльза, осадив Нокке. Дух воды навострил уши. Очевидно, и он что-то слышал. – Волки?

Анна мотнула головой. Она выглядела не менее напуганной, чем Эльза.

– Не похоже это на волков.

– Верно, – согласилась Эльза. – Скорее это...

Она замолчала. Что же это? Ничего подобного она раньше не слышала. Эльза с тревогой всматривалась в темноту.

Рррр!

Нокке резко подался назад, обрызгав платье Эльзы ледяной водой. Из-за кустов прямо на них бросилась тень. Что это? Или кто? Сердце Эльзы бешено колотилось, она судорожно всматривалась в темноту. Фигура, скрытая тенями, формой напоминала человеческую. Но на этом сходство заканчивалось. Кожа у этого существа была потемневшая, кости торчали под странными углами, а из пор сочилась зелёная слизь. Оно усмехнулось, обнажив прогнившие зубы, с которых капало что-то подозрительно красное.

– О боже, – прошептала Анна, – это же...

– Драуг! – в ужасе закричала Эльза. – Это драуг!

Анна замерла.

Эльза только что сказала, что перед ними драуг? Она не хотела в это верить, но отрицать очевидное было невозможно – устрашающее существо неуклонно приближалось.

Драуг переводил взгляд мёртвых мутных глаз с одной сестры на другую и тянулся к ним почерневшими руками с острыми когтями, скрежетал тем, что осталось от его гниющих зубов. Вдруг он зашипел как змея, а затем издал мрачный вопль. Анна подпрыгнула от испуга.

Вдалеке раздался раскат грома, сильный порыв ветра согнул ветки. Небо оставалось всё таким же тёмным, но на этот раз буря приближалась гораздо быстрее.

– Анна, нужно уходить! За мной! – крикнула Эльза, поворачивая Нокке в противоположную от драуга сторону.

– Согласна! Хавски, скорее! – Анна повернула коня, чтобы последовать по ледяному следу, оставленному духом воды, когда... ХРЯСЬ!

Молния ударила в дерево прямо перед ней, ствол треснул и с грохотом повалился на дорогу. Анна успела натянуть поводья за секунду до того, как оно рухнуло бы ей на голову. Испугавшись, Хавски встал на дыбы.

– Тише! – закричала Анна, пытаясь успокоить коня. Но было поздно – она слетела со спины Хавски и упала, сильно ударившись о каменистую землю спиной и головой. Боль пронзила всё её тело, и мир на секунду потерял фокус, но Анна заставила себя остаться в сознании и сесть. Она увидела, как её перепутанный насмерть конь исчезает в лесу.

– Анна! Где ты? – закричала Эльза по другую сторону от упавшего дерева.

– Я здесь! Всё в порядке! – соврала Анна. Она дотронулась до головы и почувствовала, как пальцы стали сырыми и липкими. У неё шла кровь? Рана глубокая? Королева сделала вдох, чтобы успокоиться, и огляделась. Во время падения дерево зацепило несколько других, и они повалились друг на друга, как огромные костяшки домино, создав огромную баррикаду, такую высокую и широкую, что Анна даже не видела за ней сестру. Удивительно, что она была до сих пор жива. – Но я не знаю, как мне перебраться на твою сторону.

– Мы сами к тебе перепрыгнем! – ответила Эльза. – Только держись подальше от драуга!

Анна испуганно ахнула. Драуг. Как можно было о нём забыть? Она обернулась – существо продолжало медленно приближаться, из его рта капала отвратительная красноватая слизь.

– Сессссссттррра-а-а-а-а...

Девушка не поверила своим ушам. Что это было? Драуги говорят?

– Сессссссттррра-а-а-а-а...

Драуг точно умел говорить! Но что он хотел? Стать её сестрой? Нет уж, спасибо, у неё уже была своя. Скорее бы Эльза и Нокке нашли способ перебраться на её сторону. Голова болела так сильно, что Анне едва удавалось держать глаза открытыми.

– Мояяяяя сесссссстттрррра-а-а-а-а, – про-шипел драуг, медленно подбираясь к жертве.

Он подтаскивал своё уродливо тело в оборванной одежде с противным хлюпаньем.

Бах. Ших.

Бах. Ших.

Бах. Ших.

Анна решила попытаться бежать и заставила себя встать, хотя от боли почти ничего не видела. Уже выпрямившись, она поняла, что не может оторвать от земли левую ногу. Её удерживали переплетённые корни дерева. Анна попыталась высвободиться, но ничего не вышло, она была буквально привязана к месту.

Драуг был уже совсем близко. Анна зажмурилась. «Вот и всё», – подумала она и затаила дыхание. Но спустя несколько мгновений ничего так и не произошло. Открыв глаза, Анна увидела, что драуг держит в почерневших руках её номер «Деревенской короны». Наверное, выпал из сумки, когда Анна падала с лошади. Драуг смотрел то на газету, то на девушку перед собой.

Драуг умеет читать? Анна вдруг вспомнила, что в газете находится её интервью, в котором она подробно рассказывает, как заняла трон старшей сестры.

О нет!

– Сессия? – прошептала Анна.

Лицо существа, а точнее, его остатки, сморщилось, став даже ещё более пугающим, чем раньше.

– Сесссссстррррра-а-а-а!

Монстр ринулся к ней.

Анна отчаянно пыталась найти выход. Если драуг – это Сессил, значит, он хочет отомстить сестре, которая забрала её корону.

Прямо как она у Эльзы. О нет!

– Ты всё не так поняла, – взмолилась Анна, стараясь высвободить ногу. – Эльза сама не хотела быть королевой!

Но драуг её не слушал и напирал всё сильнее. Анна никак не могла вытащить ногу из силка. У неё начиналась паника. «Давай же, давай, давай», – молила Анна, надеясь, что её нога чудесным образом услышит её и освободится. Она пыталась раскачать сапог, посильнее дёрнуть его, пошевелить пальцами – что угодно, лишь бы помогло. Но ничего не выходило.

Драуг мог в любой момент наброситься на девушку. Монстр был настолько близко, что Анна ощущала тошнотворный гнилостный запах, исходящий от него. Она вспомнила, что болтали о драуге в городе. Если он чихнёт, она тоже станет драугом?

Анна огляделась, пытаясь найти, чем защищаться. Вокруг не было ничего, кроме веток упавшего дерева. Изо всех сил потянувшись, она смогла ухватиться за одну из них и отломать. Анна повернулась к драугу, держа палку как меч.

– Не подходи! – приказала она. – Назад!

На секунду драуг остановился.

– Вот так! Пошёл прочь! – снова закричала Анна, пытаясь убедить в первую очередь себя, что владеет ситуацией. – Держись подальше от меня и моей сестры!

Вспышка молнии осветила лес. Анна увидела, как пустые глаза драуга расширились, его лицо исказилось, став даже ещё более отталкивающим, чем раньше, а изо рта выпал червяк.

– Сессстррррра-а-а-а-а! – снова завыл монстр.

– Нет! – закричала Анна. – Не смей нас трогать!

Она отчаянно размахивала веткой, пытаясь отпугнуть чудище.

Существо зарычало и снова двинулось вперёд. До Анны ему оставалось не больше шага. Она откинулась назад и тут услышала – вжух! Между Анной и драугом выросла ледяная стена. Вжух! Нокке одним прыжком перелетел через завал. У него на спине сидела Эльза и метала в драуга льдинки.

Тонкая корочка льда подобралась к ногам Анны и быстро покрыла корни, в которых запутался её сапог. Нескольких мгновений хватило, чтобы заморозить все отростки и веточки. Теперь их легко можно было разбить. Она просунула между корнями ветку, надавила, как на рычаг, и услышала треск. Освободившись, Анна сразу же вскочила на ноги, но от резкого движения у неё закружилась голова. Девушка потеряла равновесие и снова упала на спину.

Взбешённый драуг снова бросился на Анну, огибая ледяную преграду. Королева перевернулась и попыталась встать, чтобы убраться с его пути.

Вжух! Девушку снова закрыла стена льда, но драугу хватило секунды, чтобы разбить её острыми когтями.

– Сестрррра-а-а-а, – выл он. – Моя-а-а- а-а-а-а!

Наконец Нокке остановился возле Анны. Одной рукой держась за поводья, Эльза наклонилась и помогла сестре встать. Драуг продолжал напирать. Ледяная преграда между ними почти не помогала, как ни пыталась Эльза сделать её выше и толще. Странно, но слои льда, которые ей приходилось создавать снова и снова, постепенно становились всё более хрупкими, как будто её магия улетучивалась.

– Ничего не выходит! – крикнула Анна.

– Знаю! – ответила Эльза. Она продолжала метать потоки льда в барьер между ними и монстром, но толку от этого было мало. – Что-то не так!

– Нужно выбираться отсюда! Только у меня нет лошади – Хавски убежал!

Ветер завывал всё громче, словно вторя драугу, который неумолимо продирался сквозь лёд.

– Поедешь со мной! – решила Эльза. – Забирайся на Нокке.

Анна шагнула вперёд и покачнулась. Ноги стали ватными, перед глазами заплясали чёрные мушки.

– Анна! – крикнула Эльза.

Она спрыгнула с лошади и подхватила сестру.

– Я в порядке, – попыталась успокоить её Анна. – Просто голова закружилась. И кажется, я ногу подвернула.

Эльза дотронулась до головы сестры и на кончиках пальцев увидела кровь.

– Тебе нельзя ехать верхом, ты не удержишься.

Хрясь! Драуг царапал острыми как бритва когтями ледяную стену. Надолго она их не защитит. Нужно было срочно что-то делать.

– Сесссттттрррра-а-а-а! – снова завыл монстр, отчаянно пытаясь пробиться к добыче.

Эльза закрыла собой Анну. Она выпрямилась и приготовилась отражать нападение.

– Эльза! Нет! – закричала Анна.

Драуг разбил последний слой льда, ринулся вперёд и схватил Эльзу за руку своими ужасными когтями. Она попыталась вырваться, но у монстра была железная хватка. Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга. Вдруг на лице Эльзы появилось странное выражение, словно она впала в транс.

– Эльза! – снова закричала Анна.

Услышав голос сестры, Эльза очнулась. Она снова дёрнула руку и на этот раз смогла освободиться. Драуг хрипло зарычал и кинулся в атаку, но путь ему преградил Нокке.

– Нужно уходить, – крикнула Эльза. – Давай туда! – Она указала на прогалину между деревьями. Там была тропа, достаточно широкая, чтобы пройти по ней даже в темноте. – Нокке его задержит!

Драуг издал истошный вопль, от которого кровь стыла в жилах. Водяной конь встал на дыбы и яростно заржал, угрожая монстру передними копытами. Анна заставила себя сделать несколько шагов, опираясь на Эльзу. Но силы её почти сразу покинули, мир закружился, и ноги подкосились. Сёстры повалились на землю.

– Прости! – сказала Анна. – Я не могу...

Вдруг она поняла, что Эльза смотрит не на неё, а куда-то ей за спину. Её сердце сжалось от страха.

– Он прямо за нами, да? – спросила она.

– Вообще-то... – Эльза как будто не верила своим глазам. – Его там нет.

– Что? – Анна резко обернулась, готовясь нос к носу столкнуться с чудовищем. Но нет... Эльза была права. Никого не было.

Драуг исчез.

– Давай, Анна, осталась всего пара шагов.

Эльза помогла сестре добраться до входа в небольшую избушку и ударом ноги открыла дверь. Анна буквально ввалилась внутрь.

– Как ты нашла эту хижину? – спросила она, когда смогла отдышаться.

– Заметила по пути к Соренсону, – ответила Эльза, зажигая свечи. – Очень повезло, что нам есть где переночевать.

Много лет назад их родители распорядились построить такие хижины по всему Эренделлу, чтобы пастухи и их стада могли укрыться от непогоды. Поэтому, с одной стороны, там было всё необходимое для ночёвки, включая очаг и запас дров, но, с другой стороны, пахло сырой овечьей шерстью.

– Повезло – это не то слово. Правда, сюда давно никто не заглядывал, – заметила Анна. Она провела пальцем по столу, оставив в пыли след, и чихнула.

– Думаю, ты права, – согласилась Эльза, усаживаясь на стул. О возвращении в Эренделл и речи быть не могло, пока Анна хоть немного не отдохнёт, поэтому ближайшую ночь им предстояло провести в этом лесном домике. – По крайней мере здесь сухо. – В этот момент капелька воды, просочившаяся сквозь прохудившуюся крышу, упала ей на плечо. – Ну, практически.

– Подумаешь, – улыбнулась Анна. – Зато мы вместе.

Она села за стол напротив сестры и дотронулась до головы.

– Болит? – спросила Эльза, заметив запёкшуюся кровь в волосах сестры. Как сильно она ударилась?

– Нет! – быстро ответила Анна и отдёрнула руку. – Выглядит хуже, чем есть на самом деле. А вот нога... – Она поморщилась. – Надо же было застрять в этих глупых корнях ровно в тот момент, когда на нас напал драуг! Если бы не ты, он меня бы слопал.

– От меня помощи было мало, – пробормотала Эльза. – Странно, что драуг просто исчез. Как думаешь, куда он делся?

– Не знаю, – пожала плечами Анна. – Может, у него ограниченное количество магии? Она закончилась, и монстру пришлось вернуться в своё логово.

– Может... – Эльза озадаченно покачала головой. – Нужно побольше узнать об этом существе. Тогда мы поймём, что делать, если снова с ним столкнёмся. Хотя ты и так отлично справлялась! Кричала, палкой размахивала, как будто совсем и не боялась.

А вот Эльза ужасно испугалась. Испугалась, что может потерять сестру. После всего, через что они прошли, это ужасное существо могло оборвать жизнь Анны или даже жизни их обеих. Она вздрогнула. Думать о таком было невыносимо.

– Не могла же я позволить Ужасной Сессил напасть на нас, – хохотнула Анна, не обращая внимания на задумчивость сестры.

– Думаешь, это была Сессил? – спросила Эльза. – Страшилка Кристофа оказалась правдой? – Даже после всего, что они пережили, ей это казалось невозможным.

– Знаю, звучит безумно. Но факты говорят сами за себя, – абсолютно серьёзно ответила Анна. – Ты слышала Соренсона: драуг может управлять погодой, и ровно в ту минуту, когда Кристоф рассказал эту историю, – бум! – небо потемнело и началась гроза... а теперь и сам монстр объявился.

Эльза посмотрела в окно, там снова начиналась буря. Дождь барабанил по крыше.

– Может, ты и права. Получается, если верить Кристофу, драуга можно призвать, рассказав о нём.

Анна неуверенно поёжилась.

– Есть кое-что ещё, – вдруг вспомнила она. – Когда я упала, сумка открылась и из неё выпала «Деревенская корона» с интервью о том, как я стала королевой вместо тебя. Так вот, драуг поднял газету и начал выть, как будто статья его расстроила.

– Почему? – удивилась Эльза. – Какое дело драугу до газет? Они вообще умеют читать?

– Если когда-то были людьми, то могут и уметь. Ты сама подумай! – воскликнула Анна. – Я младшая сестра! Прямо как Ингер! И я стала королевой. Наверное, Сессия решила, что я поступила с тобой так же, как Ингер с ней. И теперь хочет отомстить!

Эльза недоверчиво выгнула бровь:

– Немного притянуто за уши.

– Тем не менее монстр из страшилки напал на нас в лесу, – взволнованно сказала Анна.

Эльза положила руку ей на плечо и почувствовала, что сестра дрожит.

– Анна, ты себя накручиваешь, – мягко сказала она. – Это не поможет. Скоро мы со всем разберёмся, обещаю. И, что бы ни случилось, я не дам драугу навредить тебе.

– Мне нужно вернуться в Эренделл. – Анна попыталась встать. – Там Кристоф. Это он рассказал нам о Сессия в годовщину её смерти, значит, он тоже в опасности. Нужно предупредить людей, они могут пострадать.

Она неосторожно наступила на больную ногу и скривилась от боли.

– Ты никуда не пойдёшь, – твёрдо сказала Эльза. – Только не с больной ногой и не в такой дождь.

– Но Эренделл...

– Продержится без тебя одну ночь. Тем более там остались Кристоф и Маттиас. Они справятся с одним крошечным монстром.

– Он показался тебе крошечным? – усмехнулась Анна.

– Ты меня поняла, – отмахнулась Эльза. – Обещаю, как только буря прекратится, я найду Хавски. Или кого-нибудь с повозкой. А пока нам обеим лучше побыть здесь.

Анна кивнула, но по выражению лица было ясно, что ей такая перспектива совсем не нравится. Эльза почувствовала укол стыда. Наверное, ей нужно было настоять, чтобы сестра осталась в Эренделле. Но тогда она и подумать не могла, что по лесу бродит опасный монстр. Эльзе вдруг стало очень страшно. Её магия оказалась практически бесполезной против этого существа, а под конец и вовсе пропала. Нортулдры говорили ей, что волшебство небезгранично, это противоречило бы законам природы. Но если её сил недостаточно даже для того, чтобы спасти сестру, то что им делать, если драуг будет угрожать всему королевству?

– Ненавижу быть бесполезной, – со вздохом сказала Анна.

Эльза прекрасно её понимала.

– Зато мы можем побыть вместе, – попыталась она развеселить сестру. – Тут нам никто не помешает!

Анна скривилась:

– Только если не наш дружелюбный сосед драуг.

Эльза встала и выглянула в окно. Там по- прежнему стеной шёл дождь, но, к счастью, монстра нигде не было видно. Тогда она подошла к двери и заперла её. На всякий случай.

– Драуг, если это и правда был он, от нас отстал, – сказала Эльза. – Так что пока нам ничего не угрожает.

Она открыла свою сумку и вытащила из неё свёрток.

Глаза Анны сверкнули от радости.

– Зефир? Ты взяла с собой зефир?

Эльза пожала плечами.

– Мы так и не смогли пожарить его на костре, вот я и подумала, что на этот раз нам может больше повезти. – Она позвала Бруни, и тот сразу же появился, пробравшись через трещину в двери. Эльза поманила его к небольшому каменному очагу в углу, где в хижине предполагалась кухня, и попросила помочь с растопкой. Спустя мгновение там уже разгорелось трескучее пламя.

– Обожаю тебя! Ты лучшая сестра на свете! – воскликнула Анна, её мрачное расположение духа тут же улетучилось. Девушка придвинула свой стул поближе к очагу, взяла у сестры шпажку, тут же насадила на неё зефирку и поднесла к огню. Эльза последовала её примеру.

– Жаль, у нас нет шоколада, – вздохнула Эльза.

– Ещё как есть! – воскликнула Анна и потянулась за сумкой. – Королева должна быть готова ко всему, – сказала она, доставая плитку изумительного молочного шоколада, аккуратно завёрнутую в бумагу. Она разломила её на две половинки и большую часть протянула сестре.

– Золотые слова, – рассмеялась Эльза.

Анна убрала зефир от огня и положила сверху кусочек шоколада. Эльза сделала то же самое и вдохнула тёплый аромат их любимого лакомства.

– Ммм, шоколад, – сказали они одновременно и рассмеялись.

– Ладно, теперь мне намного лучше, – признала Анна. – Я почти не думаю о монстре, бродящему по лесу. – Она посмотрела в окно. – Почти...

Эльза вздохнула. Она была уверена, что ни одна из них сегодня не сможет уснуть. Хотя это могло быть и к лучшему. Вдруг драуг вернётся. Эльзе меньше всего хотелось встретиться с ним внезапно, как в первый раз. Учитывая, что её собственные силы на исходе.

– Ой! – пискнула Анна.

Кусочек зефира соскользнул с её шпажки, упал в огонь и загорелся. Девушка смогла выкинуть его из очага, но теперь в опасности оказался деревянный пол хижины. Не задумываясь, Эльза взмахнула пальцем, и тонкий слой инея в момент потушил уже превратившийся в уголёк зефир. Анна бросила на неё благодарный взгляд.

– Спасибо, – улыбнулась сестре Анна.

Эльза обрадовалась, что её сил пока хватает на то, чтобы решить хотя бы такую незамысловатую проблему. Вообще-то, это было даже забавно. Когда-то она мечтала избавиться от своей магии, а теперь мысль о том, что она может её лишиться, вызывала ужас. Как и сказала Анна, магия стала частью её, хорошо это или плохо. Не проклятием, как она когда-то думала, но даром, с помощью которого она могла помогать другим. Духи доверили ей этот дар, и Эльза больше всего хотела доказать, что достойна.

И тут ей в голову пришла отличная идея.

– Думаю, я знаю, чем ещё тебя отвлечь, – сказала она сестре.

– Да? – удивилась Анна. – И чем?

– Могу снова попробовать показать тебе воспоминание, как вчера.

– Конечно, давай! – обрадовалась Анна. – А у тебя есть воспоминания о маме и папе? Может, о том, как они были детьми.

– Думаю, да, – сказала Эльза и закрыла глаза, чтобы подобрать что-нибудь подходящее. Спустя мгновение она открыла глаза и улыбнулась. – Да! То, что нужно! Я извлекла это воспоминание из Ахтохаллэн совсем недавно. У мамы с папой был танец, который они сами придумали, ужасно глупый. Кажется, они назвали его: «Олень, который очень хотел в туалет, но застрял в бальном зале».

– Ничего себе!

– Самой не верится, – кивнула Эльза. – Удивительно, насколько они любили дурачиться. И какими милыми были вместе. Я могу часами любоваться воспоминаниями о них.

– Везёт тебе, – вздохнула Анна. – Хотела бы и я их увидеть.

Эльзе было тяжело слышать тоску в голосе сестры. Нечестно, что Анна не может разделить это с ней. В конце концов Идуна и Агнарр были и её родителями. Но только Эльза могла попасть в Ахтохаллэн, поэтому считала своим долгом исправить эту несправедливость.

– И я очень хочу сделать так, чтобы ты могла увидеть эти воспоминания, – сказала Эльза. – Я специально учусь воссоздавать то, что извлекаю из Ахтохаллэн.

– Я уже говорила, что ты замечательная? – спросила Анна. – Потому что так и есть. Ты лучше всех!

Щёки Эльзы вспыхнули от похвалы. Анна всегда любила её магию, даже когда они были детьми, и радость в голосе сестры вернула её в те невинные времена. «Поколдуй!» – уговаривала её Анна, а Эльза никогда не могла устоять.

Вот и на этот раз, надеясь порадовать сестру, Эльза сделала глубокий вдох и сосредоточилась на магии. Когда почувствовала, что готова, она одним пальцем указала на лужицу воды, натёкшую на пол с крыши. Ей было гораздо проще работать с водой, ведь, как часто напоминал им Олаф, у воды была память. Закрыв глаза, она попыталась представить себе родителей так, как видела их в Ахтохаллэн. В бальном зале. В объятиях друг друга. Они кружатся, смеются и...

Вдруг её сознание потемнело. Совсем потемнело – как будто кто-то задул свечу. Воспоминание, которое она хотела пробудить, совершенно стёрлось, и на мгновение она даже забыла, что это было за воспоминание. Оно было про их родителей? Верно?

Эльза открыла глаза.

– Ох, вроде начало получаться, но всего на секунду... – Она вздохнула. – Прости. Наверное, это не самый подходящий вечер.

– Не подходящий вечер для чего? – спросила Анна, набивая рот горячим зефиром. – Знаю, нужно подождать, когда остынет, но это так вкусно. Каждый раз обжигаюсь!

Эльза озадаченно нахмурилась. Анна пыталась сделать вид, что ничего не произошло, чтобы она не переживала? На её сестру это было не очень похоже. Она точно спросила бы, в порядке ли Эльза.

А вместо этого Анна вела себя так, будто обо всём забыла. И сама Эльза забыла воспоминание, которое хотела ей показать.

Это всё было подозрительно. Очень подозрительно. Она вспомнила, как Анна и Кристоф вели себя прошлым вечером. Тогда они тоже были удивительно забывчивы. Эти события связаны? Имеют ли они отношение к драугу?

– Только Ахтохаллэн знает... – прошептал ей на ухо голос матери.

Эльза затаила дыхание:

– Знаешь, Анна, я тут вот что подумала. Завтра мы вернёмся в Эренделл, и ты сможешь поискать информацию о драуге в библиотеке родителей. А я тем временем отправлюсь в Ахтохаллэн и проверю там. Может быть, белая река расскажет мне что-нибудь полезное.

Анна проглотила зефир.

– Хорошая мысль, – сказала она. – А потом встретимся и сравним наши сведения. Не сомневаюсь, так мы точно разберёмся, зачем к нам забрёл этот мерзкий драуг.

Эльза обрадовалась, услышав уверенность в голосе сестры. Анна никогда не боялась, даже если ей и стоило бы. Она обожала эту её черту потому, что сама была не такая. Она часто боялась. И сейчас, когда снаружи завывал ветер, а ветки деревьев зловеще скребли по оконному стеклу, она очень боялась.

За себя.

За сестру.

И за Эренделл.

«Всё-таки лошади удивительно преданные животные», – подумала Анна, когда на следующее утро Эльза вернулась к хижине вместе с любимым конём сестры.

– Хавски! – воскликнула она и, слегка прихрамывая, подошла обнять его.

Нога болела намного меньше, чем предыдущим вечером, но пешком до замка она бы не добралась. Что бы они делали, не найди Эльза её коня? Наверное, сестре пришлось бы наколдовать сани изо льда или позвать Зефирчика с Северной горы, чтобы отнести её. Вот это было бы зрелище: королева едет в Эренделл на руках у огромного снежного монстра. Эффектное появление!

– Я так рада, что ты вернулся, – сказала Анна, протягивая руку, чтобы погладить Хавски, но конь испуганно заржал и попятился. Это было странно. Присмотревшись, Анна поняла, что он весь дрожит. – Что с ним? – спросила она.

– Могу только сказать, что нашла его на лугу, – пожала плечами Эльза. – Он был сухой, так что ночь, видимо, провёл в каком-то укрытии. – Она осторожно погладила его длинную чёрную гриву. – Бедняжка. Наверное, ужасно испугался, когда увидел драуга.

– Ничего, Хавски, – успокаивала его Анна. – Теперь всё хорошо, скоро мы будем дома и...

Вот странно. Она что-то должна была сделать, но никак не могла вспомнить, что именно. Анна беспомощно взглянула на Эльзу, та в ответ нахмурилась.

– Первым делом нужно проверить, в порядке ли жители Эренделла. Потом ты собиралась поискать информацию о драуге в королевской библиотеке, – подсказала Эльза и положила прохладную ладонь на щёку сестры. – Анна, ты же помнишь, как мы вчера об этом говорили?

Стоило Эльзе до неё дотронуться, как Анна почувствовала приятную прохладу, словно подул весенний ветерок. И память тут же вернулась! Ей нужно было домой, чтобы найти книгу о драуге, а сестра собиралась в Ахтохаллэн.

– Конечно, – сказала Анна, тряхнув головой. Её медные локоны качнулись из стороны в сторону. – Прости! Сама знаешь, я плохо соображаю, если ночью плохо спала.

– Кстати, о ночи...

Эльза с тревогой посмотрела в небо. Они обе знали, что утро давно наступило, но солнце так и не появилось. Вместо этого второй день подряд мир был погружён в темноту, которая не походила ни на день, ни на ночь. Воздух был плотным, как вата, и заглушал все звуки. Всё замерло, как будто в ожидании бури. Казалось, даже птицы и лесные животные попрятались.

Ближе к полярной ночи дни всегда становились короче, часто шёл снег, но на этот раз погода была... другой. Темнота казалась неестественной, пугающей. Наверное, и Хавски из-за этого был таким взвинченным.

– Чем быстрее мы выясним, что происходит, тем лучше, – сказала Эльза, помогая сестре забраться в седло. – Я вернусь из Ахтохаллэн как только смогу. И тогда решим, как быть.

– Как быть, – повторила Анна.

«Как быть с чем? – подумала она, а потом вспомнила: – Драуг! Библиотека! Надо узнать, правда ли этот монстр – принцесса Сессил. Точно!» Почему она вдруг стала такой забывчивой? Анна не хотела беспокоить сестру, поэтому решила не говорить, что снова на секунду погрузилась в туман.

– Скоро увидимся, – сказала она, натягивая поводья Хавски. – Будь осторожна.

Эльза улыбнулась и свистнула, чтобы позвать своего скакуна. Нокке тут же появился из-за деревьев, его ледяная грива взвилась в воздух. Анна с восхищением наблюдала, как Эльза перебрасывает ногу и усаживается духу воды на спину. Ей всегда было интересно, каково это – ехать верхом без седла, да ещё и на таком диком создании. Эльзе, разумеется, это удавалось с невероятной лёгкостью.

– Люблю тебя, – сказала Эльза сестре. – До встречи!

– И я тебя люблю! – крикнула Анна ей вдогонку.

Нокке развернулся и исчез в тёмном лесу.

Анна про себя пожелала сестре безопасного пути. Она не хотела признаваться Эльзе, но ей до сих пор был страшно после вчерашней встречи с драугом. Как всё могло закончиться, если бы Эльза не успела освободить её?

Она тряхнула головой, чтобы прогнать эти мысли. Нет смысла думать, что могло случиться, убеждала она себя. Нужно поскорее вернуться в Эренделл, пока что-нибудь действительно не произошло.

По прибытии в Эренделл Анне потребовалась вся сила воли, чтобы не начать бегать по улицам с криком: «На нас напал драуг!» Она должна была вести себя как королева, а королевы всегда сохраняют спокойствие и мыслят рационально.

Так что Анна сделала глубокий вдох и пообещала себе не терять присутствия духа, как бы страшно ей ни было.

Тут она заметила Кристофа, идущего через городскую площадь.

– Как я рада тебя видеть, – обрадовалась Анна.

– Что случилось? – спросил Кристоф, помогая ей спуститься с лошади. Он осторожно поставил её на землю и крепко обнял. – Всё в порядке?

– Не совсем. Только пообещай не паниковать, – попросила Анна, хотя сама была на грани.

Она быстро огляделась по сторонам, чтобы проверить, не притаился ли монстр в тени памятника её родителям. Но нет, всё было спокойно.

– Я решил не паниковать, пока твоя сестра не пошлёт нам снежный сигнал, – пошутил Кристоф.

– Это серьёзно, – сказала Анна, понизив голос. – Нужно предупредить всех о возможном нападении... драуга.

Она затаила дыхание, практически уверенная, что жених поднимет её на смех и скажет, что она даже нелепее Олафа. Но вместо этого глаза Кристофа удивлённо расширились, а его тело напряглось.

– Драуг? Ты серьёзно?

– К сожалению, да. Он напал на нас с Эльзой, когда мы возвращались от Соренсона. Если честно, нам повезло остаться в живых.

Она поёжилась, вспомнив, как беспомощна была, запутавшись в корнях. А драуг напирал всё сильнее и сильнее...

– Ты видела Ужасную Сессил? – закричал внезапно появившийся рядом Олаф. – Она хотела тебя съесть? Пыталась превратить в драуга? – Он подозрительно прищурился, пытаясь понять, изменилось ли что-нибудь в подруге. – Ты в порядке, Анна? Можешь сказать, если чувствуешь себя немного монстром. Я не стану тебя осуждать, обещаю!

– Я в порядке, – закатила глаза Анна. – Олаф, прости, что сразу тебе не поверила. Думаю, ты всё время был прав: драуг существует и именно он вызвал такую странную погоду.

– Так и знал! – воскликнул Олаф. – Она услышала, как мы говорили о ней у костра, и теперь хочет слопать нас. Как минимум украсть наш сыр. Или шлёпанцы. Или даже души. – Он посмотрел в тёмное небо и начал причитать: – За что, Сессил, за что ты так с нами?

– Так, погодите немного. Кто такая Сессил? И почему она хочет нам навредить? – удивлённо спросил Кристоф.

Анна ушам своим не поверила. Он правда только что спросил, кто такая Сессил? Это же Кристоф рассказал им её историю! Почему он ведёт себя так, будто ничего не помнит? Кристоф же никогда ничего не забывает! Например, однажды она сказала ему, что любит, как он готовит рыбный суп, и ей до сих пор приходится регулярно его есть. Бессмыслица какая-то! Если только...

Она судорожно вздохнула, пытаясь справиться с кошмарной догадкой, пришедшей ей в голову. Вдруг и здесь виноват драуг? Мог ли он вызывать у людей потерю памяти? Был только один способ это выяснить.

– Быстро ответь, – сказала она Кристофу, – какая важная дата у нас впереди?

Кристоф выглядел озадаченным.

– Дата?

– Так не честно, – вмешался в разговор Олаф, – их же несколько.

– Несколько? – переспросил Кристоф.

От волнения у Анны закружилась голова.

– Это связано с шоколадом... – намекнула она.

– И с тем, что у тебя скоро свадьба, – добавил Олаф. – Но пока никто не знает, когда точно, вы же никак не определитесь с датой.

– Свадьба? – Кристоф ошарашенно заморгал.

Анна почувствовала, как её сердце упало. Шоковщина всё-таки не такое важное событие, но вот забыть про помолвку – просто немыслимо.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросила она Кристофа.

– Анна? – Олаф дёрнул её за рукав. – Не хочется быть тем, кто приносит дурные вести, но не только Кристоф сегодня удивительно забывчив. Это происходит по всему городу.

Анне показалось, что её сейчас стошнит. Оглядевшись по сторонам, она вдруг поняла, что вокруг было на удивление тихо. Все должны были готовиться к фестивалю, но вместо этого люди потерянно бродили без дела, как будто забыли, чем должны заниматься. Художница Гретхен, рисовавшая праздничный плакат, растерянно стояла перед холстом, держа в руках кисточку, которую так и не окунула в краску. Скульптор Хельмут сидел на блоке льда и ковырял кайлом в зубах!

Из пекарни вышла госпожа Блоджет.

– Добрый день! – крикнула ей Анна. – Хочу у вас кое-что спросить, – прошептала она, подойдя поближе. – Как продвигается работа над шоколадным подарком для Кристофа?

Пожилая дама удивлённо моргнула.

– Что для Кристофа?

– Шоколадный подарок, – повторила Анна. – Вы делали для меня специальный заказ.

– Не помню такого, – ответила госпожа Блоджет. – Но буду рада помочь, если нужно.

Анна удручённо покачала головой. Попрощавшись с миссис Блоджет, она заметила поблизости братьев Ваффл. Впервые они не спорили. Что было странно само по себе.

– Привет, ребята, – неуверенно поздоровалась она. – Как ваши успехи? Готовы устроить настоящий пир?

Они озадаченно переглянулись.

– Устроить пир? Не помню, чтобы мы собирались готовить, – сказал Бьорн.

– Вы хотели устроить соревнование и выяснить, кто из вас лучше печёт вафли, – объяснила Анна.

– Ты печёшь вафли? – спросил Бьорн брата.

Бьорн пожал плечами, явно не понимая, о чём речь.

Анна застонала.

– И так всё утро, – нервно сказал Олаф. – Хор не помнит слова песен, пекарь забыл испечь пироги, а в магазине свечей не могут найти воск.

– Ты серьёзно? – Земля ушла у Анны из-под ног. Она устало прислонилась к фонарному столбу, чтобы не упасть. – Драуг, – прошептала она. – Уверена, это из-за него. – Анна вспомнила ужасающий вой монстра, который услышала прошлым вечером: «Сессстрррра-а-а-а». – Наверное, пробрался сюда ночью и украл их память. – Она испуганно зажмурилась. – Что же мне делать?

– Попытайся это прекратить, – радостно предложил Олаф. – Как один из вариантов.

– Но как?

– У костра ты упоминала книгу о драуге, которую нашла в библиотеке родителей, – напомнил ей снеговик. Оказалось, с его памятью всё было замечательно. – Можешь начать с неё.

Конечно! Анна ударила себя рукой по лбу. Она же поэтому и вернулась в Эренделл! Ей надо побольше узнать о драуге. Как можно было об этом забыть? Уже во второй раз.

– Мы должны срочно найти эту книгу! – воскликнула Анна.

Она взяла Кристофа и Олафа за руки и потащила к замку. На полпути она вдруг остановилась – нужно было сделать кое-что ещё. Анна достала из сумки лист бумаги с карандашом и быстро набросала пару слов для сестры.

– Ветерок! – позвала она, подняв записку в воздух.

Удивительно, но где бы ни был дух ветра, стоило ей его окликнуть, как он тут же появлялся рядом. И этот раз не стал исключением. Ветерок прошелестел по улицам городка, поднимая в воздух не развешанные украшения для фестиваля. Анна выпустила записку из рук.

– Найди Эльзу. Она должна как можно скорее вернуться в Эренделл!

– A-а, а-а, а-а, а-а...

Эльза не могла не петь, когда они с Нокке приближались к Ахтохаллэн. Это был её способ поприветствовать дух матери, заключённый в леднике. За прошедшие несколько месяцев Ахтохаллэн стала для неё практически вторым домом. Конечно, такое место мало подходило для жизни, зато там ей всегда было спокойно. Казалось, ледяные своды пещер оберегают её от всех бед внешнего мира. Когда она пыталась объяснить это сестре, выходило что-то несвязное. Но Анна всегда была готова поддержать её, даже если не совсем понимала. Наверное, так и должно быть у сестёр.

Как бы ей хотелось, чтобы и Анна побывала здесь. Но Тёмное море было слишком бурным, чтобы пересечь его без помощи Нокке, а он вряд ли согласился бы подвезти вторую наездницу. Поэтому Эльза искала способ перенести в замок воспоминания, которые смогла увидеть благодаря Ахтохаллэн.

Сколько всего она узнала за то короткое время, что провела здесь! Она спустилась по ледяным пещерам так глубоко, насколько отважилась, а тем временем история их семьи разворачивалась у неё на глазах. Эльза видела, как мама спасла жизнь папе в Зачарованном лесу. Наблюдала, как они росли вместе, стали друзьями, полюбили друг друга. Чувствовала, как больно было Идуне скрывать, что она из нортулдров. Она и сама отлично знала, чего стоят секреты.

Далеко не все воспоминания были радостными. Эльза видела страх в глазах отца, когда он понял, что магические способности дочери растут. Это не означало, что он её не любил. Наоборот, он искренне верил, что поступает правильно. Но Агнарр тоже рос среди тайн. Жизнь приучила его придерживаться ужасного правила: «Не открывай, храни секрет». Он передал его дочери, думая, что так поможет ей стать достойной королевой. Одобрил бы он то, что она передала корону Анне? В глубине души она верила, что одобрил бы. Он сделал бы всё на свете, чтобы его девочки были счастливы.

И теперь она по-настоящему была счастлива, подумала Эльза, спрыгивая со спины духа воды и входя в ледяную пещеру. Она жила в Зачарованном лесу, свободная от страхов и постоянного чувства вины. Теперь у неё было всё, что она хотела, что ей было нужно. У неё на душе было спокойно. Её магия становилась всё более искусной.

У неё была сестра.

И Эренделл.

Эльза была поражена тем, как все в королевстве отнеслись к тому, что она решила отказаться от трона. Больше всего она боялась, что они разозлятся, решат, что она их бросает. Но вместо этого они спокойно приняли её решение. Они поняли, что ей это необходимо. Что за эти три года она отдала им всё, что могла. Что пришло время ей пожить для себя.

Когда она объявила о своём решении своим подданным и услышала крики поддержки, слёзы благодарности потекли по её щекам. Они и правда любили её. Не просто как королеву, но и как обычного человека, рядового жителя Эренделла. Они были готовы отпустить её, и поэтому она никогда по-настоящему не покидала их.

Шаги Эльзы эхом разносились по ледяным пещерам. Их своды мерцали. Со всех сторон на неё смотрела королева Идуна, радостно улыбаясь дочери. Ахтохаллэн и сама была матерью – матерью всех духов. Поэтому она часто показывала Эльзе воспоминания о её маме, чтобы порадовать. Девушка прекрасно понимала, что это всего лишь отголоски прошлого, ведь королева давно умерла, но её сердце всё равно радостно сжималось при виде родного лица. Мама не просто подарила ей жизнь. Она любила безусловно. Верила, что её силы – это дар, а не проклятие. И в итоге пожертвовала жизнью в попытке спасти её.

Наконец Эльза оказалась в самом сердце ледника. Ледяные стены тянулись вверх насколько хватало глаз, на их поверхности плясали воспоминания о самых разных людях и событиях. Ахтохаллэн знала всё. И хранила эти знания в своих чертогах. Этот ледник вмещал больше, чем самая обширная библиотека. Эльза не сомневалась, что и на её вопрос здесь найдётся ответ. Она подумала о странной темноте, бурях и грозах, драуге, напавшем на Анну в лесу, а потом вспомнила, как её силы истощились без какой-либо причины, когда она попыталась показать сестре воспоминание об их родителях.

Вдруг Эльза кое-что поняла. Это не её магия испарилась. Это она напрочь забыла воспоминание, которое хотела вернуть к жизни.

И не только она вдруг теряла память. Ночью в Зачарованном лесу Кристоф собственными глазами видел порванную палатку. Но уже через несколько минут не смог вспомнить, что с ней случилось. А на следующий вечер, когда они были в пастушьей хижине после встречи с драугом, Анна так радовалась, что увидит воспоминание об их родителях, но вдруг совершенно потеряла к нему интерес. Еще через день оказалось, что она забыла о плане действий, который они составили перед сном.

Всему виной обычная забывчивость? Или потеря памяти связана с драугом? Значит, догадка Анны была верной? Этот монстр и правда когда-то был принцессой Сессил, а Кристоф случайно вернул её к жизни, рассказав её историю в годовщину смерти?

Эльза приложила ладонь к ледяной стене и попыталась сосредоточиться. Она искала воспоминание, которым хотела поделиться с Анной, о том, как их родители танцевали и смеялись в бальном зале. Она извлекала его уже сотню раз – оно было одним из её любимых.

Но на этот раз оно не материализовалось.

– В чём дело? – прошептала она, хотя и знала, что ледник не ответит. – Куда пропало воспоминание? Почему я больше его не вижу?

В горле встал неприятный ком. Что происходит? И как это связно со всем остальным? В конце концов не так страшно, если люди что-то забудут, но вот если Ахтохаллэн потеряет память – это будет настоящая катастрофа. Сердце Эльзы бешено стучало, от волнения у неё закружилась голова.

– Попробуй что-нибудь другое, – сказала она себе, пытаясь успокоиться. – Папа в юности сидит под любимым деревом. Мама свешивается с ветки вниз головой и разыгрывает его.

Ещё одно любимое воспоминание. Его она тоже пересматривала десятки раз. На секунду ей показалось, что она что-то видит. На зеркальной ледяной глади появилась рябь, воспоминание начало формироваться... но тут же растворилось. По льду пробежал туманный вихрь, и он потемнел. Воспоминание исчезло. Как будто его украли.

Когда Эльза уже была на грани отчаяния, своды ледника вдруг снова начали искриться. В воздух поднялся серый туман. Спустя мгновение прямо перед ней появились ледяные скульптуры. Но это были совсем не её мама и папа и их любимое дерево. Это были две девушки примерно её возраста в старомодной одежде. Эльза наблюдала, как лёд расползается во все стороны, превращаясь в окружающий их пейзаж. Вскоре стало ясно, что это берег реки.

Девушки ссорились. Эльза начинала понимать, что хочет ей показать Ахтохаллэн.

Она вспомнила рассказ Кристофа о сёстрах из Вестерланда: «И вот однажды желание Ингер исполнилось. Во время поездки в Эренделл она застала сестру одну на берегу реки».

– Что это значит? – прошептала она, холодок ужаса пробежал вдоль её спины.

Эльза хотела отвернуться, но понимала, что этого делать нельзя. Она должна была узнать правду. Словно ожив, ледяные изваяния начали двигаться. Одна из девушек покачнулась и упала в бурлящую реку.

– Ингер! – звала она сестру, барахтаясь в воде. – Ингер, помоги мне!

Её отчаянный крик эхом разлетелся по ледяной пещере.

Воспоминание изменилось – теперь Эльза видела вторую девушку. Она упала на колени,  её глаза были полны слёз.

– Сессил, – тихо сказала она. – Прости меня, Сессил!

Видение замерло. Только что живые фигуры превратились в ледяные статуи. Эльза была сражена тем, что только что увидела. Одно дело услышать историю о том, что произошло давным-давно. Но совсем другое – своими глазами увидеть, как Сессил борется с течением, умоляя сестру о помощи, а та неподвижно стоит на берегу, сама ужасаясь своему кошмарному поступку.

Эльзе совсем не было её жаль. Она заслужила свою участь. Но бедняжка Сессил! Эльза и представить не могла, что творилось у неё на душе в эти последние секунды. Узнать, что родная сестра настолько её ненавидела и настолько ей завидовала, что готова была пойти на такое.

Внезапный порыв ветра вывел её из задумчивости. Эльза обернулась и с удивлением увидела, что Ветерок кружит по леднику сложенный листок бумаги. Она поймала его и развернула, её пальцы до сих пор дрожали от пережитого волнения. Это была записка от Анны:

«В Эренделле творится что-то неладное. Возвращайся, пока не стало поздно!»

Возможно, некоторые вещи и вылетели у Кристофа из головы, но о своей любви к брусничным пирогам он не забыл. Оставив его и Свена в заботливых руках дворцовой кухарки Олины, которая как раз доставала свежую выпечку из духовки, Анна и Олаф отправились в потайную комнату библиотеки её родителей.

Анна потянула статую Нокке с одной из полок, и книжный шкаф распахнулся, открывая потайной проход. Сводчатый тоннель привёл Анну и Олафа в небольшую комнату без окон. Там было довольно пыльно, хотя Анна и постаралась избавиться от паутины, которой были покрыты книжные шкафы. До того как она нашла эту комнату, ею не пользовались много лет, так что она была идеальным убежищем для пауков и прочих мелких обитателей дворца, с которыми Анна предпочла бы не встречаться. И всё же она честно старалась выдворить их оттуда, зная, что мама настояла бы на чистоте во всём доме без исключений.

Она помедлила на пороге, рассматривая уходящие высоко вверх полки с книгами, свитками, мензурками разных размеров, серебряными весами и другими диковинами. На дальней стене висел портрет легендарного короля Эрена, основавшего Эренделл много лет назад. Вероятно, в потайном зале библиотеки практически ничего не изменилось с тех пор, как её родители впервые попали сюда, будучи ещё подростками. Воспоминания, которые Эльза смогла извлечь из Ахтохаллэн, рассказали, что это место было особенным для Идуны и Агнарра. Секретное убежище, где они могли проводить время только вдвоём. Идеальное место, чтобы влюбиться.

Анна вздохнула и решительно отмела мысли о романе родителей ради более насущных проблем и пошла прямиком к книжным шкафам. Её пальцы пробежались по кожаным корешкам в поисках книги, которую она уже читала однажды, о загадочном существе, появляющемся в ночи. Или среди дня, обратившегося в ночь. Но где же она?

– Я всё равно тебя найду, – пробормотала Анна.

Она бегло осмотрела одну из полок. Там стояли тома со старинными легендами, историческими сведениями об Эренделле и научными трактатами о разных видах почв, что было не так скучно, как могло показаться. Но ничего о драугах ей так и не попалось. Она вздохнула и перешла к другой полке.

– Кажется, я нашёл! – воскликнул Олаф, забравшийся по специальной лестнице почти к самому потолку. Он достал старую книгу в потрескавшейся кожаной обложке с самой верхней полки и бросил её на пол. Она приземлилась с оглушительным грохотом и подняла в воздух огромное облако пыли. – Она стояла за энциклопедией сыров, – хихикнул он. – Но от меня не спрячешься! – Он спрыгнул на пол, поднял книгу и положил на стол.

– Это она! – воскликнула Анна, увидев обложку с названием «О ночных кошмарах и водяных эльфах».

Она подошла к столу и открыла книгу. Быстро пролистав несколько страниц, Анна нашла главу под названием «Драуги». Там был рисунок пугающего создания в оборванной одежде, чья кожа практически отваливалась от костей.

– Именно его мы и видели, не перепутаешь, – сказала она, поёжившись.

– «Драугов, – прочитал Олаф, – зачастую считают призраками или духами. Но на самом деле эти создания – люди, восставшие из мёртвых, потому что не были похоронены подобающим образом».

– Фу-у-у! – сказали Анна и Олаф одновременно.

– Но знаешь, – размышлял снеговик, – это подходит к случаю Ужасной Сессил! Она же утонула, помнишь?

Анна передёрнула плечами, вспомнив существо, нависавшее над ней в лесу и скалившее почерневшие зубы, пока она лежала на земле. Значит, так теперь выглядит принцесса Сессил?

– Давай читать дальше, – предложила Анна, пытаясь забыть о своих страхах. – Здесь сказано, что у драугов есть магические способности. Например, они могут контролировать погоду и превращать день в ночь. – Она поморщилась. – Ну, это мы уже и так знаем.

Олаф указал на другой абзац.

– А вот здесь о памяти! «Драуги похищают память людей, когда они спят». – Он перевернул страницу. – Но почему здесь ничего не написано о том, что они воруют шлёпанцы? Это же очень важно!

Сердце Анны билось всё быстрее:

– Значит, драуг всё-таки побывал в Эренделле, пока нас с Эльзой не было, и украл у всех память!

– Но что ему было нужно в Эренделле? – спросил Олаф, поднимая глаза от книги.

Анна нахмурилась:

– Кажется, я знаю. Сессил приходила за мной. Она считает, что я обманом заняла место Эльзы на троне, и хочет отомстить. – Она покачала головой. – Нужно выяснить, забирает ли драуг память навсегда или её всё-таки можно вернуть. Есть тут что-нибудь об этом?

Анна остервенело переворачивала страницы, но буквы расплывались, потому что у неё из глаз текли слёзы.

– Анна, что с тобой? – озадаченно спросил Олаф.

– Что, если память не вернуть? – всхлипнула она. – Кристоф не помнит, что мы помолвлены. Если мы не избавимся от драуга, он может вообще всё забыть... включая меня.

Она не могла представить себе мир, в котором Кристоф не знал её. Не любил её.

Олаф мягко дотронулся до её руки.

– Не переживай, Анна, мы этого не допустим. Уверен, если мы прогоним драуга, то всё будет как прежде. И смотри! – Он указал на нужный абзац. – Здесь даже есть список способов это сделать!

– Правда? – с надеждой спросила Анна. Она быстро пробежала глазами страницу и нахмурилась. – Кошмар, здесь написано, что надо отрубить ему голову.

Снеговик поёжился:

– Жестоко. Зато, наверное, эффективно.

– И скорее всего, невозможно, – пробормотала Анна. Она вспомнила прошлую ночь и попыталась хотя бы мысленно заставить себя подойти к этой нежити достаточно близко, чтобы лишить головы. – Должно быть другое решение. – Она вернулась к чтению. – Ладно, а как тебе это? «Драуг исчезнет, если привести его к могиле, где он сможет обрести покой».

– Ну, этот способ не такой свирепый, – с явным облегчением сказал Олаф.

– Вот только... у Сессил нет могилы. Река должна была унести её тело в море.

Анна изо всех сил старалась держать себя в руках и не паниковать, хотя всё оказалось гораздо сложнее, чем она рассчитывала.

– А если Эльза заморозит драуга, а потом разобьёт на тысячу осколков, – задумался Олаф. – Сила льда! Жах!

Анна снова углубилась в книгу.

– Не думаю, что это сработает, – сказала она спустя пару секунд. – Здесь сказано, что у драугов есть защита от магии, а если их разозлить, они могут отнять силы у врага. Вчера в лесу Эльза пыталась создать ледяную стену. Она мало помогла, зато сильно разозлила драуга. И сразу после этого её сила исчезла.

– Это не очень хорошо, – пробормотал Олаф.

– Да. – Анна вздохнула и закрыла книгу. – Совсем не хорошо.

– Что не хорошо? – спросил знакомый голос.

Анна подняла глаза и увидела Эльзу. Она вихрем влетела в комнату и теперь пыталась отдышаться.

– Получила твою записку!

Вскочив из-за стола, Анна кинулась обнимать сестру.

– Как же я рада тебя видеть! Мы опоздали, драуг уже побывал здесь – теперь у людей в Эренделле пропадает память.

Эльза побледнела:

– Нет! Ох, Анна... Ты уверена?

– К сожалению, да. Даже у Кристофа... – Она замолчала и сделала пару вдохов, чтобы не расплакаться. – Но это ещё не всё: в книге сказано, что драуг может лишить силы того, кто на него напал. – Она посмотрела на сестру. – Как думаешь, может, поэтому вчера твоя магия не сработала?

Эльза устало опустилась в одно из бархатных кресел:

– Может быть. Я не смогла достать воспоминание из Ахтохаллэн. Всё не могла понять почему. До сих пор...

Она откинулась на спинку и закрыла глаза.

– И что же нам делать? – вздохнула Анна.

С каждой минутой всё становилось только хуже.

Эльза распахнула глаза.

– Но я не всё рассказала! – вдруг воскликнула Эльза. – Ого! Чуть не забыла.

Эльзу тоже подводила память? Анна решила пока не заострять на этом внимание.

– О чём чуть не забыла? – спросила она.

– Я не смогла извлечь из Ахтохаллэн воспоминания о наших родителях, зато увидела другие. Те, что я раньше не видела. Воспоминания об Ингер и Сессия.

Анна опешила. Ахтохаллэн хранила память о сёстрах из Вестерланда? Ничего удивительного, ведь мир не ограничивался Эренделлом. Но могло ли это воспоминание содержать подсказку ко всему случившемуся?

– Что ты увидела? – Анна едва дышала от волнения.

– Как Сессил упала в реку, а Ингер плакала на берегу и звала её, – сказала Эльза. – Знаю, это ничего не объясняет.

– Совсем ничего. – Надежды Анны снова не оправдались. – Зачем Ингер звать сестру, если это она её столкнула?

– Не знаю, – пожала плечами Эльза. – Из-за вины? Она же утопила собственную сестру. – Эльза тяжело вздохнула. – Об этом просто думать страшно, а увидеть своими глазами в сто раз тяжелее. Но самое странное, что я не вызывала это воспоминание. Оно просто появилось. А вот те, которые я хотела увидеть, – например, как мама с папой читали под их любимым деревом, – исчезли. Я не смогла их извлечь, как ни старалась.

– Думаю, дело в Сессил, – сказала Анна.

Она быстро пересказала Эльзе всё, что они с Олафом успели узнать.

– Значит, драуга практически невозможно уничтожить, он вызывает странную погоду, а ещё мог украсть мою магию и часть наших воспоминаний, – подвела итог Эльза.

– И хочет превратить Анну в драуга, – добавил Олаф. Вдруг он с подозрением прищурился и спросил: – Эй, а давно ты видела свои шлёпанцы?

У Анны внутри начинала закипать злоба. Они не сдвинулись с места. У них было много новых сведений, но что с ними делать, было решительно непонятно. К счастью, она знала, кто сможет им помочь. Он и раньше указывал им верный путь. Анна посмотрела на сестру.

– Нужно поговорить с дедом Пабби, – сказала Анна и встала из-за стола. – Надеюсь, он подскажет, как избавиться от этого монстра, пока не стало слишком поздно.

На следующее утро начался сильный снегопад. Это делало их путешествие ещё опаснее, но Анна и Эльза понимали, что время работает против них – нужно было как можно скорее увидеться с троллями. Поэтому, наспех позавтракав, они уложили в сани Кристофа всё необходимое для путешествия, включая самого Кристофа. Анна ни за что не хотела оставлять его одного, опасаясь, что он позабудет всё на свете.

– А что, если он забудет, что такое обрыв, и прыгнет с него? Что, если он съест отравленный гриб, решив, что его кладут в фирменное жаркое Флемминграда? – причитала она, пока сестра не согласилась, что юноша должен ехать с ними.

Олаф тоже не захотел остаться в замке. Так что все пятеро во главе со Свеном, который, к счастью, пока не забыл, как везти сани, отправились в Долину живых камней, где обитали тролли.

Когда они добрались до подножия горы, снегопад превратился в метель с сильным ветром, пронизывающим до самых костей. Эльзу холод мало беспокоил, зато всем остальным приходилось гораздо тяжелее. Правда, даже Снежной королеве пришлось признать, что ехать на санях по узким тропам довольно сложно, когда они покрыты снегом и льдом, а вокруг практически полная темнота. Солнце так и не появилось. На самом деле небо стало даже темнее с тех пор, как два дня назад исчез свет. Они закрепили на санях факелы, но дорога всё равно была едва различима.

– А куда мы едем? – в тысячный раз спросил Кристоф с заднего сиденья саней. – К Северной горе, чтобы найти твою свихнувшуюся сестру?

Анна застонала. Даже она начала уставать от повторения этого разговора.

– Нет, Кристоф, это мы уже сделали. Помнишь?

– Да, конечно помню, – кивнул Кристоф и с недоверием посмотрел на Эльзу, сидящую рядом с Анной. – А ты кто такая?

Она слабо улыбнулась:

– Свихнувшаяся сестра?

Анна снова застонала:

– Только не усугубляй.

– Прости, – сказала Эльза и успокаивающе положила ладонь Анне на плечо. – Знаю, ты за него волнуешься. Но всё будет хорошо, я уверена. Сама знаешь, тролли отлично управляются с памятью.

– Вообще-то, не знаю, – со вздохом ответила Анна. – Они же мою забрали.

– Точно. Прости. Снова.

Эльза от души пожелала себе онеметь и уставилась в темноту, нервно покусывая нижнюю губу.

– Нет, это ты меня прости, – сказала Анна. – Знаю, ты пытаешься меня приободрить. Просто... это же какой-то кошмар. Ты только погляди на него! – Она указала на Кристофа, который как раз удивлённо рассматривал Олафа.

– Ого, – прошептал он. – Это же снеговик!

– Я Олаф, – представился тот. – Люблю жаркие объятия.

– Говорящий снеговик? – воскликнул Кристоф. – Это очень странно. – Он повернулся к Анне. – А куда мы едем?

Анна откинулась на спинку и в очередной раз застонала.

– Не переживай, – шепнула ей Эльза. – Тролли быстро приведут его в порядок. Надо только до них добраться. – Она внимательно вгляделась в лицо сестры. – Ты сама как себя чувствуешь? – спросила она. – Мысли не путаются? – Достаточно было того, что Кристоф и добрая половина Эренделла совсем потеряли рассудок, если это случится и с Анной...

– Немного, – призналась Анна. – Но всё не так плохо, как у остальных. – Может, потому что мы прошлой ночью были за пределами Эренделла.

– А вот я себя прекрасно чувствую! – объявил Олаф. – Острый ум! Быстрая реакция! Наверное, всё потому, что у воды есть память.

– Вообще-то, ты можешь быть прав... – задумчиво произнесла Эльза.

– Я всегда прав, – заявил Олаф и драматично ахнул: – Или ты не помнишь?

– Ого! – воскликнул Кристоф, глядя на Олафа. – Это что вообще такое?

– Снеговик. Говорящий. Да, это странно. – Анна повернулась к Эльзе. – Мы скоро приедем?

– К сожалению, нет, – извиняющимся тоном ответила Эльза, оглядывая крутой склон горы, по которому они взбирались.

Ветер становился всё сильнее, снег летел в глаза. Эренделл был так далеко, что казался крошечной игрушечной деревушкой. Но до цели было ещё далеко. И судя по тому, как дрожали все сидящие в санях, вряд ли им по силам было проделать такой путь без остановки.

Тут она заметила далеко впереди свет. Просто отблеск, но там точно что-то было.

– Что это там? – спросила она, прищурившись. – Чья-то хижина? – Если хозяин окажется дома, то может пустить их погреться у огня. Она была уверена, что у неё ещё осталось немного зефира.

Глаза Анны радостно вспыхнули, когда она тоже заметила свет.

– Нет! Кажется, это лавка Окена! – Она с улыбкой посмотрела на сестру. – А это значит...

– Сауна! – воскликнули сёстры одновременно.

– Скорее, Свен! – крикнула Анна оленю. – Последний в сауне – тухлый снеговик!

– Интересный факт: снеговики не тухнут! Они тают! – не упустил возможности поделиться знаниями Олаф.

Свен основательно набрал ходу. По тому, как он ускорился, Эльза сделала вывод, что олень всё ещё помнит о морковке, которую Окен хранил под стойкой. Возможно, у животных, как и у снеговиков, был иммунитет к магии драуга.

Спустя несколько минут они уже вылезали из саней. Заметив их через окно, Окен распахнул дверь, встречая гостей радостной улыбкой. Дородный рыжеволосый хозяин лавки был одет в невероятно уродливый свитер с надписью «Полярная ночь» во всю грудь и узором, напоминающим северное сияние.

– Приветствую! Рад встрече, ваши величества! – воскликнул он. – Вот это декабрь выдался, да? Заходите, пока до костей не промёрзли!

Лавочник пропустил их внутрь и поспешил закрыть дверь. Стоило путникам перешагнуть порог, как их окутало уютным теплом. Все облегчённо вздохнули. Даже Эльза была рада на время укрыться от метели.

Сняв пальто, она огляделась. В лавке явно готовились к празднику. Кругом стояли ящики с наборами разных безделушек с символикой фестиваля «Полярная ночь», в том числе бенгальские огоньки, специальные очки, чтобы смотреть на северное сияние, и дурацкие носки. Странно, но складывалось впечатление, что праздничные сувениры не пользуются особой популярностью – лавка была буквально забита ими от пола до потолка. Сначала Эльза подумала, что всему виной плохая погода, но потом заметила ценники и решила, что дело скорее в стоимости.

– Проходите! – скомандовал Окен, открывая дверь в сауну. Оттуда вырвалось облако горячего пара и укутало гостей лавочника тёплым одеялом. – Давайте-ка вас согреем!

Через несколько минут они все переоделись в пушистые белые халаты и набились в небольшую парилку. Даже Олаф благодаря заморозке Эльзы смог расслабиться на деревянной полке.

– Ах, – блаженно вздохнул он, закрывая глаза. – Как будто наступило лето.

– А я бывал здесь раньше? – спросил Кристоф. Он с сомнением изучал лицо Окена. – Мы с вами дружим?

Лавочник удивлённо приподнял бровь.

– Он в порядке? – спросил Окен, поворачиваясь к девушкам.

– Не совсем, – ответила Анна. – В Эренделле происходит нечто странное. Потому мы и оказались здесь в такой буран. Нам нужно поговорить с троллями.

– Да! Я заметил, что с погодой что-то не так, – хмуро согласился Окен. – У меня не было клиентов уже несколько дней, хотя обычно в это время года в лавке не протолкнуться. Люди словно забыли, что я здесь!

– Вы даже не представляете, насколько правы, – сказала Эльза. – Многие в Эренделле начисто лишились памяти, как и наш Кристоф. Мы пытаемся разобраться, что происходит.

Она не стала упоминать драуга, чтобы не пугать лавочника, но Окен всё равно выглядел взволнованным этими новостями.

– Какой кошмар! – воскликнул он. – Надеюсь, моя семья в порядке. Они уехали в Эренделл три дня назад, чтобы принять участие в подготовке фестиваля. Я хотел присоединиться к ним, когда продам все сувениры.

– Возможно, стоит устроить распродажу, – сказал Олаф, глядя на большую кучу праздничных наборов, которые Окену приходилось хранить даже в сауне.

– Мы проведаем ваших родных, как только вернёмся в Эренделл, – заверила его Эльза.

Окен мрачно кивнул:

– Так вы думаете, что тролли смогут помочь?

– Соренсон так считает, – ответила Эльза. – И, если честно, вариантов у нас не так много.

– Тролли очень мудрые. Уверен, они подскажут, как быть, – сказал Окен. Он немного помолчал, а потом добавил: – А вы знаете, что дед Пабби бывал в моей лавке? Он тогда купил все грибы, что у меня были. И по полной цене!

Он указал на ряд портретов, висящих на стене сауны, на которые Эльза раньше не обращала внимания. Там были изображены все знаменитости, посещавшие лавку, догадалась она.

– О! Это же мы! И наши родители! – сказала Анна, найдя изображение их с Эльзой, стоящих рядом с королём Агнарром и королевой Идуной. – О! Здесь и Ханс есть. – Она поморщилась, увидев бывшего жениха, который, как они все от души надеялись, до сих пор прозябал в тюрьме на Южных островах. – Совсем не похож, – добавила она. – Вообще-то, он не такой высокий. И симпатичный. И нос у него гораздо больше. И крючковатей...

– Это я? – прервал её Кристоф, указывая на противоположную стену.

Там висела надпись: «Не пускать в лавку», а прямо под ней красовался грубый рисунок

Кристофа с уродливой ухмылкой на лице, грозно размахивающего ворохом морковки. Эльза подавила смешок. Кристоф мог этого не помнить, но у них с Океном были очень сложные отношения. Вообще-то, им повезло, что рыжеволосый лавочник не оставил его на морозе.

– Ох, прости! – поспешно сказал Окен и густо покраснел, встретившись с возмущённым взглядом Анны. – Давно пора снять, раз скоро он породнится с королевской семьёй. – Он вскочил с лавки, подбежал к рисунку и красными чернилами написал «Допущен» на лице Кристофа. Он обернулся на Кристофа, немного подумал, а потом добавил внизу: «На время!»

Анна недовольно покачала головой.

Эльза улыбнулась и подошла к первой серии портретов, чтобы поискать среди них деда Пабби. Но вместо этого наткнулась на изображение двух девушек, у одной из них были длинные волосы, завязанные лентой, а у другой – аккуратная короткая стрижка. Они держались за руки и счастливо улыбались. Где-то она их уже видела.

– Это же... – начала она.

– Знаменитые принцессы из Вестерланда! – закончил за неё Окен. – Да! Они с родителями часто останавливались здесь во время поездок. Мой папа был тогда ещё ребёнком, так что они часто играли вместе. Он всегда говорил, что принцессы были очень милыми девочками. И отлично ладили друг с другом. – Он улыбнулся Эльзе и Анне. – Прямо как вы!

– Этого не может быть! – запротестовала Анна. – Сессия и Ингер ненавидели друг друга. – Она повернулась к Эльзе. – Я ведь права? Или у меня тоже с памятью проблемы?

– Нет, ты права, – подтвердила она слова сестры. – Ингер ненавидела Сессил, потому что хотела стать королевой.

– Ингер? – удивился Окен. – Папа говорил, что она мечтала стать учёным. Он рассказывал, что она вечно копалась в земле и знала все виды почв. – Он рассмеялся. – Ещё он говорил, что она мучила его бесконечными лекциями о важности сохранения естественного ареала обитания животных.

– Ингер была защитницей природы? – спросила Анна. – Как интересно. Никто до сих пор этого не упоминал. – Она посмотрела на сестру, и Эльза буквально увидела, как у неё в голове крутятся шестерёнки. – А если мы ещё чего-то не знаем?

Эльза пожала плечами:

– Сначала нужно сосредоточиться на более важных вещах.

Например, на том, чтобы прогнать монстра из Эренделла. Или вернуть людям память. История двух сестёр точно может подождать.

Эльза поднялась на ноги и вытерла пот со лба.

– Ладно, погрелись и хватит, – объявила она. – Пора ехать к троллям.

Время словно застыло. Невозможно было сказать, ночь сейчас или день. Путникам оставалось только двигаться вперёд, пока оставались силы. Они оставили сани перед крутым подъёмом, который вёл к Долине живых камней, потому что Свен ни за что не смог поднять их всех так высоко, и дальше пошли пешком. К счастью, они смогли купить у Окена несколько факелов, так что практически не рисковали свалиться с обрыва.

К счастью, Олафу так понравилось в сауне, что они смогли уговорить его остаться с Оке- ном. Сперва он колебался, но, когда лавочник затянул гимн фестиваля «Полярная ночь», всё же согласился. Тем более на улице так холодно! Совсем не похоже на лето.

Эльза предложила оставить и Кристофа, но Анна и слышать об этом не хотела. Тролли были его приёмной семьёй, а также экспертами по памяти. Если кто и смог бы ему помочь, то точно они. Кроме того, она боялась, что Кристоф поругается с Океном и окажется на улице в такой холод.

Они спустились по секретной тропе и оказались в долине. Эльза обрадовалась, увидев, что тролли не спят и заняты делом. Подготовка к торжеству здесь шла полным ходом! Долина была украшена гирляндами из мха и стеблей, тут и там были расставлены светящиеся кристаллы. Сами тролли тоже нарядились – на них были праздничные накидки, сделанные из мха, все со сложными узорами и замысловатыми украшениями. В центре поляны красовалась статуя легендарного тролля по имени Флемминград, сделанная из грибов и мха, а у её основания стоял котелок удивительно зловонного жаркого.

– Ваши величества! – закричал юный тролль, бегущий к ним. Он раскинул руки и радостно обнял колени Анны, чуть не сбив её с ног. Он был маленьким, но тяжёлым, как булыжник. – Как я рад вас видеть! Вы пришли на Церемонию кристаллов?

Эльза тут же узнала Камешка, которому они как-то помогли пройти испытания Церемонии кристаллов – особенного торжества, во время которого молодые тролли получают свои первые кристаллы, показав мастерство в чтении следов, собирательстве и наблюдении за звёздами.

– В этом году в церемонии участвуют сразу пять троллей, – с гордостью рассказал он друзьям. – А я буду помогать им, если понадобится. Прямо как вы мне. – Он переводил взгляд с Эльзы на Анну и на Кристофа. – Вы тоже пришли помочь?

Эльза покачала головой:

– Боюсь, что нет. В Эренделле возникли серьёзные проблемы. Подскажи, дед Пабби здесь? – Она оглядела долину. Там было столько троллей, бродящих туда-сюда в темноте, что было сложно найти знакомые лица.

Раньше, чем Камешек успел ответить, к ним подкатился ещё один тролль. Это была Бульда, троллиха, которая воспитывала Кристофа с тех пор, как тот был маленьким мальчиком. Она была одета в нарядное платье из мха, украшенное яркими цветами. Её лицо расплылось в широкой улыбке, как только она увидела своего приёмного сына.

– Кристоф! – радостно воскликнула она. – Пришёл навестить старушку Бульду! И... – Она посмотрела на Анну и её улыбка стала ещё шире. – И свою невесту привёл! Неужели вы двое наконец-то готовы пожениться? Можем устроить! Конечно, мы немного заняты подготовкой к церемонии, но у нас всегда найдётся минутка для настоящей любви.

– Э... – протянул Кристоф, ошеломлённо глядя на троллиху. – А вы кто такая? Или что вы такое? Потому что больше всего вы походите на камень. – Он почесал голову и растерянно огляделся по сторонам. – Говорящий снеговик, говорящий камень... – бормотал он себе под нос. – Что дальше? Говорящий олень?

За их спинами фыркнул Свен. Анна закрыла лицо руками.

Бульда удивлённо подняла кустистую бровь и повернулась к будущей невестке.

– Давай считать, что он сегодня сам не свой, – сказала королева троллихе вполголоса. – Это первая причина, по которой мы здесь. Вторая – странная погода.

– Ах да, погода.

Все обернулись на голос и увидели, что к ним ковыляет дед Пабби. На нём была торжественная церемониальная мантия из мха, а на шее висело столько кристаллов, что Эльза удивилась, как он не заваливается вперёд.

– Так и знал, что вы придёте, – мрачно произнёс старый тролль. – Я и сам хотел вас навестить, но сейчас у нас очень важное время, как вы и сами знаете. Если пропустим северное сияние, то этим юным троллям придётся ждать целый год, чтобы получить кристаллы.

– Нам жаль, что приходится вас отвлекать, – сказала Эльза, опускаясь на колени, чтобы оказаться на одном уровне с троллем. – Но мы не знали, к кому ещё обратиться. В Эренделле творится неладное. Небо потемнело, грозы и метели не прекращаются, люди теряют память. – Она прикусила губу. – Мы думаем, что дело в драуге.

Она немного помолчала, до последнего надеясь, что дед Пабби рассмеётся, услышав такую глупость. Но вместо этого лицо старого тролля стало ещё более серьёзным, а его пальцы скользнули к большому красному кристаллу на шее.

– Драуг, – задумчиво протянул он. – Да. Это многое объясняет. Но драуги не появляются просто так. Когда это произошло?

Эльза нахмурилась. Они с Анной видели его в лесу, когда возвращались от Соренсона. Но Кристоф и Олаф уверяли, что он напал на них предыдущим вечером. Именно тогда Кристоф рассказал им ту злосчастную страшилку.

Спустя ровно пятьдесят лет после того, как Ингер убила Сессил.

– Пару дней назад Кристоф рассказал нам историю одной принцессы, которая стала монстром, – объяснила Эльза. – Тогда и начались все эти странности. – Она закусила губу. – Как думаешь, мы могли случайно призвать драуга?

– Все имена обладают силой, – мрачно ответил дед Пабби. – Возможно, вы действительно привлекли его внимание или даже разозлили.

– Мне кажется, он охотится за мной, – вмешалась Анна. – Хоть и по совершенно надуманной причине!

Дед Пабби удивлённо наклонил голову:

– В каком это смысле?

– Мы считаем, что драуг – это принцесса из Вестерланда, которая должна была стать королевой, – объяснила Эльза. – Но её убила младшая сестра, которая сама хотела взойти на трон. Анна тоже младшая сестра, занявшая место старшей, поэтому ей кажется, что драуг будет мстить ей, раз не может поквитаться за собственную смерть.

– Точно! Драуг прочитал статью обо мне в «Деревенской короне», – добавила Анна. – А потом начал рычать: «Сестра! Сестра!» Как будто я такая же, как и та злобная принцесса из истории.

Дед Пабби понимающе кивнул:

– Понимаю, что ты могла провести параллель. Но есть одно важное отличие.

– Какое? – удивилась Анна.

– Ты не убивала сестру.

– О, верно... – сконфузилась Анна.

– Драуги очень простые существа, – продолжал дед Пабби. – Обычно они восстают из мёртвых по единственной причине – у них есть незаконченное дело. Что-то в их прошлом, что они хотят исправить. – Он посмотрел на Анну и Эльзу. – Драуг не станет требовать расплаты с незнакомцев.

Эльза облегчённо вздохнула. Хоть что-то хорошее. Правда, это всё равно не проясняет происходящего.

– Тогда почему он появился сразу после того, как мы рассказали ту историю? И чего он хочет? – спросила она, не особо надеясь на ответ.

Дед Пабби ненадолго задумался.

– Возможно, звёзды нам подскажут, – наконец сказал он.

Эльза затаив дыхание наблюдала, как тролль взмахнул руками несколько раз и тучи над их головами разошлись, открыв взгляду небо, полное восхитительно сияющих звёзд. До этого она не понимала, насколько соскучилась по ночному небу. По тому, что можно поднять глаза и увидеть над собой целую вселенную.

Взгляд тролля стал отрешённым, словно он впал в транс.

– Морем бежала – морем и ходит, – спустя несколько мгновений нараспев произнёс дед Пабби. – Повесть о ней злосчастья прогонит.

– Что? – удивлённо спросила Эльза. Это какая-то загадка? – Надо рассказать историю сестёр? Но Кристоф это уже сделал! С неё как раз всё и началось.

– Боюсь, ответ не настолько прост, – покачал головой дед Пабби.

– И этот ответ заключается в том... – попыталась надавить на тролля Эльза, но он ничего не ответил.

– Дед Пабби? – пыталась растормошить его Анна. – Может, есть что-то ещё?

Эльза увидела, что тучи снова затягивают небо, делая его непроницаемо чёрным. Старый тролль посмотрел на двух королев, его каменное лицо стало мрачным, как могила.

– Не сможешь распутать лжи вереницу, и мир навеки во тьму погрузится.

Анна безмолвно застыла от ужаса.

Она не могла поверить своим ушам. Вечная ночь? Чтобы королевство погрузилось в беспросветную тьму? Не говоря о нескончаемых буранах! Что они тогда станут делать? Если не будет больше солнца, урожай в Эренделле зачахнет и погибнет. Бураны потопят суда, спешащие в порты с продовольствием и лекарствами на борту. Верить словам деда Пабби Анна никак не хотела, но в подобных вещах он никогда не ошибался.

Кроме того, ещё один вопрос донимал её, вселял ужас, требовал ответа. И Анна не была уверена, что действительно готова его задать. Положим, бури не сулят ничего хорошего, вечная ночь – и подавно, но...

Воспоминания? Что с людскими воспоминаниями?

– Дедушка Пабби, – отважилась она, – если мы не избавим Эренделл от этой напасти...

– Избавим, – твёрдо вставила Эльза.

– Но что, если вдруг не выйдет, – осторожно продолжила Анна, – получится тогда... Может ли так получиться, что...

Её взгляд упал на здоровяка Кристофа, и она осеклась. Торговец льдом и его верный олень стояли в отдалении, и Кристоф не мог наглядеться на троллей, которые вовсю балаболили, катались, прыгали, – будто такого отродясь не видал. Даже Свен глядел на него не без тревоги.

– Тогда люди... Тогда Кристоф...

– Мне очень жаль, королева, – ответил ей дед Пабби тем же мягким голосом. Продолжать нужды не было.

В надежде, что переливающиеся разноцветные кристаллики на шеях у троллей успокоят её, Анна попыталась сосредоточиться на них. Но ей хотелось только одного – кричать. Зачем, ну зачем Кристофу взбрендило рассказать тогда эту историю?

– Но вам ведь должно быть известно какое-нибудь заклинание, какое-нибудь средство для восстановления памяти? – снова обратилась она к деду Пабби. Анна и не заметила, что уже чуть не кричит. – Вы же раньше стирали воспоминания! Значит, должны знать, как их вернуть!

С другой стороны, подумала она с досадой, даже ей тролли так и не смогли вернуть воспоминания до конца – те самые, которые были стёрты в детстве, дабы защитить Анну от магии старшей сестры. И по сей день в памяти оставались пробелы, многих драгоценных моментов, проведённых с сестрой, не хватало.

Дед Пабби бросил взгляд на Кристофа:

– Прости, королева. Мы и с собственными методами не очень-то ловко управляемся. А пытаться овладеть чужими, почитай, невозможно. Я не в силах отменить то, что натворил драуг.

– Но это значит, что... Кристоф... – На его имени голос Анны оборвался. Она подумала об этом трудяге с гор, который покорил её сердце своей любовью к ледяным глыбам, своей манерой говорить за собственного оленя, своим пристрастием к кулинарным причудам.

Кристоф. Её Кристоф.

Воспоминания захлестнули Анну. Их первый поцелуй, когда она подарила ему новые сани; первая игра в шарады. Тот момент, когда он опустился на одно колено и предложил ей выйти за него замуж. Кристоф – её Кристоф! Который теперь с трудом мог вспомнить, кто такая Анна.

У Анны подкосились ноги. Тролли и Эльза ринулись к ней, но она отшатнулась, не желая ничьей помощи.

Нет. Принять то, что любовь Кристофа исчезнет из-за проделок какой-то нежити, она просто не может. И заставить свой народ страдать от вечного мрака или нескончаемых буранов тоже не может. Она королева Эренделла. И её долг – исправить зло.

Уж как-нибудь.

Мысли Анны заметались; она припомнила слова деда Пабби, когда он обращался к звёздам. Пабби говорил загадками, но между строк обычно скрывалась подсказка.

Морем бежала – морем и ходит.

Повесть о ней злосчастья прогонит.

Повесть... Но ведь они уже рассказали историю Сессил! Тогда, у костра. И потом снова в Эренделле...

Внезапно в голове всплыла картина, как они смотрят на портреты принцесс в лавке Окена и как Окен уверяет их, что Ингер и Сессил очень дружили, а совсем не враждовали, как оно выходило со слов Кристофа и остальных. Окен тогда твердил, что Ингер хотела стать учёным, а не королевой, как сестра. Анне даже показалось тогда, что история могла быть и глубже, чем им рассказали.

И теперь она была уверена, что так и есть.

С решительной миной Анна повернулась к Эльзе.

– Сессил – наш ключ к разгадке, – заявила она. – Нужно разузнать как следует, что произошло между ней и Ингер. Помнишь, что говорил Окен? Ему оказалось известно об Ингер больше, чем нам успели рассказать. Наверняка найдётся ещё какая-то деталь, которую мы не знаем. Возможно, эта самая деталь и поможет нам понять Сессил, понять, чего она может хотеть.

– Неплохая идея, – кивнула Эльза. – Только как мы разузнаем точно, что произошло? У всех, по-видимому, остались разные воспоминания о тех событиях. А у половины города воспоминаний не осталось вообще никаких.

– Верно. Но где-то это же должны были записать, – напомнила ей Анна. – В смысле происшествие ведь наверняка наделало много шуму, так? Две принцессы с визитом в Эренделл, и тут одна убивает другую... Да я зуб даю, что это история для первой полосы.

Глаза Эльзы расширились:

– Ну конечно! Газета! «Деревенская корона». У нас хранятся её архивы за много лет.

– Наверное, можно начать с неё, – согласилась Анна. – По крайней мере, хоть что-то, верно?

– Конечно. Надо срочно возвращаться в Эренделл. – Эльза повернулась к троллю. – Спасибо за помощь, дед Пабби. Дальше мы сами.

Дед Пабби откашлялся.

– Надеюсь, вы найдёте что ищете, – сказал он. – И очень скоро. – Он с опаской взглянул на Кристофа, который бесцельно шатался по долине и восторженно обращался к валунам – к настоящим валунам, не троллям. – А покамест – почему бы вам не оставить Кристофа у нас? Мы бы за ним присмотрели до той поры, как вы... справитесь с этим, гхм... делом.

– Что? Оставить Кристофа? – вскричала в ужасе Анна. В минуту вся её решимость и обретённый было оптимизм насчёт разгадки улетучились. Ей предлагают оставить возлюбленного в сторонке?

– Зато здесь ему не грозит драуг, – мягко вставила Эльза.

Анна опустила голову. Да, сестра права. И всё-таки одна мысль о том, чтобы бросить Кристофа...

– Ладно. Но тогда уж заберите и Свена, – выпалила она. – Пусть Кристоф его и не помнит, всё равно их нельзя разлучать.

На её колено легла ладошка Бульды.

– Само собой, милая! Свена мы всегда с радостью примем...

Анна с отсутствующим видом кивнула, не отводя глаз от своего суженого, и внутри у неё в который раз что-то перевернулось.

– Дайте мне минутку проститься. В смысле попрощаться. На время, – поспешно исправилась она.

– Конечно-конечно, – откликнулась Эльза, и глаза её наполнились состраданием. – Мы вас оставим ненадолго вдвоём.

К такому прощанию Анна готова не была. Молодая королева приблизилась к Кристофу и Свену, которые теперь беседовали хотя бы с настоящим троллем, а не с безжизненным камнем.

– Так, значит, кристалл тебе на церемонии даётся? – басил Кристоф. – И что эти кристаллы умеют?

Камешек – а это был он – рассмеялся.

– Ох, Кристоф, Кристоф... – Тут он заметил Анну и заулыбался. – О, смотри-ка, твоя невеста идёт. – И он ускакал к остальным.

Кристоф уставился на Анну во все глаза.

– Неве-е-ста? – протянул он и покраснел.

Анна покраснела не меньше.

– Я не невеста, – поспешно сказала она. «Во всяком случае пока», – добавила мысленно. – Но ты для меня очень важен. – Она взяла его лицо в ладони; его щеки были шершавы от ветра и холодны. – Именно поэтому я оставлю тебя и Свена на несколько дней здесь, с Бульдой. Бульда позаботится о тебе, пока я не вернусь.

– Ладно! – беззаботно согласился Кристоф. – А вернёшься ты зачем?

Внутри у Анны до того сжалось, что даже дыхание перехватило. «Смелее!» – сказала она себе. Она не подаст виду, как боится за Кристофа и Эренделл. Она распутает «лжи вереницу» и восстановит порядок. А потом никогда, никогда в жизни не позволит больше Кристофу рассказывать страшилки.

Анна приблизилась и поцеловала его в губы.

– Затем, что люблю тебя, – ответила она, держа его лицо в ладонях близко-близко. – А ты любишь меня, и у нас с тобой вся жизнь впереди, как только я вернусь и ты снова всё вспомнишь. – Она отступила на шаг назад. Сердце невероятно щемило. Когда девушка снова заговорила, голос звучал хрипло. – А до того дня ты береги себя, ладно?

– Ладно, – ответил Кристоф. – Пошли, Свен. Надо найти эту Бульду. – Он помедлил, обернулся к Анне. – До свидания, невеста!

И побрёл себе через гурьбу троллей как ни в чём не бывало. От этой картины у Анны снова сжалось сердце. «Не помнит нас, – подумала она. – Не помнит меня». Ей хотелось заплакать, но Анна понимала, что для слёз не время. Поэтому она расправила плечи и внимательно проследила за ним глазами, пока Бульда не взяла Кристофа за руки и не принялась что-то наскоро причитать про какую-то похлёбку, которая якобы мигом поставит Кристофа вместе со Свеном на ноги.

Анне очень хотелось верить, что похлёбка сработает, но в глубине души знала, что ничто не вернёт ей любимого, пока с драугом не будет покончено раз и навсегда.

Сёстры заехали в лавку к Окену за Олафом, и, когда они все втроём отправились дальше в Эренделл, снова пошёл снег. В городских окнах уже мерцали огни, но возни по подготовке к фестивалю что-то не наблюдалось. Вид был скорее такой, точно про фестиваль вовсе забыли.

Анна, Эльза и Олаф направились в редакцию «Деревенской короны» и по дороге наткнулись на Маттиаса, который притулился под памятником королю Агнарру и королеве Идуне. В руке он держал свой с Халимой фотоснимок и озадаченно глазел на него, покачивая головой.

– Мы вернулись, – известила его Анна. – Как у вас тут дела шли, пока нас не было?

Маттиас обвёл каждого из них пустым взглядом с ног до головы.

– Всё в порядке, – безразлично протянул он. – Чему бы тут случиться?

У Анны сдавило в груди:

– Ну, не знаю там. Пиратам, например? Бешеным буранам? Жутким мертвецам, рыскающим в темноте?

– Не слышал, – пожал плечами Маттиас. У Анны рухнуло сердце. Маттиас протянул сёстрам фото и спросил: – Вы случайно не знаете, кто это такая? Выглядит знакомо, никак не могу вспомнить.

– Скорее всего, её можно найти вон там, – ответила ему Эльза, подняла на ноги и мягко развернула в сторону пекарни Хадсона – той самой таверны, которой заправляла любовь его жизни, женщина, им теперь позабытая. Маттиас с отсутствующим видом кивнул и пошёл было к таверне; но, не пройдя и полпути, очевидно, забыл, куда шёл. Он повернул в сторону и, насвистывая что-то неопределённое, скрылся.

Эльза с тревогой взглянула на Анну.

– Плохо дело, – заметила она. – Если и Маттиас потерял память, то больше следить за Эренделлом некому.

– Тем более нужно поскорее докопаться, что же там случилось между Ингер и Сессия, – заявила Анна, стараясь не выказывать своей собственной тревоги. Народ Эренделла рассчитывает на свою королеву. Кристоф рассчитывает на свою невесту – не важно, помнит он её или нет. Она просто не может никого подвести.

«И не подведу, – твёрдо сказала она себе. – Так или иначе, но мы остановим этого драуга. Мы восстановим порядок».

– Пошли, – бросила она Эльзе. – Надо найти Ваэля.

– Ба! – воскликнул Ваэль, стоило ему распахнуть дверь редакции «Деревенской короны», на верхнем этаже которой жил он сам.

Анна, Эльза и Олаф вошли внутрь, тут же ощутив приятный запах чернил и тёплой бумаги.

– Вот хорошо, хоть будет с кем поболтать! – продолжал восторгаться Ваэль.

– С кем поболтать? – удивился Олаф. – Это что-то новенькое. – Обычно на болтовню у Ваэля времени не находилось, если только он не брал у кого-то интервью, а когда брал, то разговор шёл предельно серьёзный.

– Ваэль, мы на самом деле собирались задать тебе пару вопросов насчёт газеты, – приступила к делу Анна.

Лицо у Ваэля посерело.

– Боюсь, свежего номера на этой неделе не будет, – признался он. – Кажется, я подзабыл, как управлять печатным станком и... не могу отыскать чернила. Кстати, карандаш мой не видели?

Эльза протянула руку и извлекла карандаш у газетчика из-за уха.

– Ой! – хихикнул Ваэль. – Вот балда! Такой забывчивый сегодня.

– Этого мы и боялись, – проговорила Анна, взглянув на сестру.

Похоже, от Ваэля следовало ожидать не большей помощи, чем от остальных в Эренделле. Все поиски придётся выполнять самостоятельно, поняла Анна.

– Ваэль, – обратилась к нему Эльза. – Мы хотели взглянуть на твои архивы. Где тут у тебя хранятся подшивки со старыми номерами?

Ваэль просиял.

– В кладовке! У меня там все-все собраны, вплоть до самого первого издания. – Он торопливо повёл их в глубину дома, ловко огибая штабеля позабытого недельного номера. – «Деревенской корона» выпускается уже целых... э-э...

– Шестьдесят лет, – подсказал Олаф.

– Верно! – растянулся в улыбке Ваэль. – Так приятно, когда имеешь дело с поклонниками твоего творчества. – Он отпер кладовку, и перед гостями выросли стеллажи до самого потолка, забитые газетными подшивками. – Вы не торопитесь, листайте спокойно, что пожелаете, – сказал Ваэль. – Я пока буду в соседнем помещении, э-э-э... поработаю там кое над чем. – И он, хихикнув, исчез.

– Что ж, – проговорила Эльза, подходя к первому стеллажу. – Может, и забыл всё, зато теперь добренький.

– Так, давайте, разделяем и властвуем, – скомандовала Анна и шагнула к следующему стеллажу. – Ищем репортаж, выпущенный примерно лет пятьдесят назад.

– Это сужает поиск, – пискнул Олаф и запрыгнул на табурет у третьего стеллажа.

Довольно долго они копались в подшивках, пока Ваэль в соседней комнате беззаботно насвистывал, чем заметно подтачивал терпение Анны. Вскоре кладовка приобрела такой вид, точно буран прошёлся и по ней: у стеллажей громоздились наваленные в беспорядке кучи подшивок, на полу валялись номера. (Как оказалось, поиск в понимании Олафа – занятие не слишком... аккуратное.) Им попадались самые разные интересные истории прошлых лет: объявление о свадьбе родителей, торжественное открытие пекарни Блоджет, трагичное исчезновение королевы Риты – супруги короля Рунарда, бабушки Эльзы и Анны, когда их отец был ещё мальчиком. И ничего о сёстрах из Вестерланда.

– Ой, Анна, заметка о твоём рождении! – восторженно воскликнул Олаф и сунул ей растрёпанный номер. Анна проглядела первую полосу и сдвинула брови.

– Э-э, где? – не поняла она.

– Как где, вот! – указал Олаф на самый низ страницы. – Сразу под большим репортажем про капитаншу пиратов Синее Око, которая угрожает берегам Эренделла!

– Ах, ну да, точно, – пробормотала Анна, в самом деле наткнувшись на малюсенький заголовок: «В Эренделле прибавление – вторая принцесса!» Очевидно, интерес «Деревенской короны» к пиратским историям уходил корнями глубоко в прошлое.

– Кажется, нашла! – вскрикнула Эльза и с кипой газет спрыгнула с лестницы. Она шлёпнула газеты на стол и ткнула пальцем в верхнюю. – Статья про визит сестёр из Вестерланда. По времени подходит. – Она раскрыла газету. На развороте, как и следовало ожидать, красовались обе сестры: одна с длинными волосами, заплетёнными в искусные косы, другая – с короткой стрижкой. Эльза провела рукой по рисунку. – Это они. Те же лица, что на портрете у Окена. – Она показала на длинноволосую. – Ингер. – Перевела палец на девушку с короткой стрижкой: – Сессил.

– Должен заметить, Сессил при жизни куда симпатичнее, чем после смерти, – заключил Олаф. – То есть не то чтобы внешность имела значение. Внутренний мир, конечно, важнее.

Анна всмотрелась в портрет Сессил. Даже не верилось, что то чудовище, которое на них накинулось, когда-то было вот этой прелестной девушкой. С рисунка на Анну смотрели такие счастливые глаза, будто ни единая забота не омрачала жизнь Сессил. Да и Ингер вообще-то казалась не менее довольной жизнью – до того восторженно улыбалась своей старшей сестре, будто готова была целовать землю, по которой та ходила. Одно становилось ясно наверняка: эти девушки совсем не смахивали на заклятых врагов.

Эльза начала читать статью вслух.

– «Деревенская корона» с радостью сообщает, что принцессы королевства Вестерланд почтут Эренделл своим визитом с целью важных переговоров с его величеством королём Рунардом.

– Важных переговоров? – нахмурилась Анна. – Это насчёт чего?

– Не говорится, – ответила Эльза, перелистнув газету. – А вот и ещё статья, о происшествии на реке.

Все трое склонились над газетой и принялись одновременно читать.

– Ровно как и рассказывали нам городские, – заключила Анна не без разочарования в голосе. – Сёстры поссорились, Сессил утонула. Ингер обвинили в убийстве, и дед велел отправить её в заключение на тюремном судне, которое попало в шторм. До берега судно так и не дошло. Вот и вся история.

– Если Ингер погибла, тогда что же не даёт Сессил покоя? – задумалась вслух Эльза. – Очевидно, не месть.

– Не знаю. Во всяком случае ничего нового мы отсюда не почерпнули. – Анна отложила газету. – Надо разведать побольше о самих сёстрах. Точнее, о причине их раздора, раз он смог довести младшую до убийства.

– Ну, этого мы из газеты не узнаем, – заметила Эльза.

Разочарованная, Анна медленно кивнула.

– И в Эренделле никто уже ничего не помнит... – начала было она, как вдруг её осенило. – Точно! Как же я раньше не догадалась!

– Что? – подняла на неё вопросительный взгляд Эльза.

– Нам надо съездить в Вестерланд! – воскликнула с энтузиазмом Анна. – Может, король Йонас и принцесса Мари знают, зачем Ингер и Сессил посещали Эренделл и из-за чего повздорили. Это же их родное королевство! Если кому что и знать, так это Йонасу с Мари!

– Отличная мысль! – согласилась Эльза. – Пожалуй, стоит навестить короля Йонаса – кто знает, может, и разгадаем все эти загадки.

С мечтательной улыбкой Анна закрыла газетную подшивку. «Разгадаем загадки, – пронеслось эхом у неё в голове. – Вернём Кристофа». К ней неожиданно возвращалась надежда.

– Надо поставить Маттиаса в известность – и завтра же утром в путь, – решила она.

Эльза обожала спать в родительской постели. Сколько она себе ни твердила, что это невозможно, ей упорно чудился запах маминых духов на подушке – такой простой, скромный аромат, который всегда напоминал Эльзе о Зачарованном лесе, его густом благоухании, смешанном с запахом дыма. Эльза была благодарна Анне, что та оставляла за ней родительскую спальню, пусть официально Эльза и не жила больше в замке. Но ведь Анна есть Анна, верно? Она всегда старается, чтобы старшая сестра чувствовала себя здесь как дома.

И Эренделл всегда останется домом для Эльзы. Пусть когда-то он казался ей тюрьмой, в конце концов благодаря воспоминаниям из Ахтохаллэн и заботе сестры Эльза словно заново полюбила Эренделл. Конечно, на вольных просторах ей по-прежнему было лучше – там, где она смогла слиться с природой и духами воедино, где она смогла по-настоящему «отпустить и забыть». Зато отныне ей тепло и уютно вновь оказаться в стенах родного замка, в окружении близких людей.

Вот уж воистину Эльзе досталось лучшее от обоих миров.

Не считая, разумеется, тех ночей, когда ветер завывает столь громко, что не уснуть. И воздух сухой и морозный, а вихри снега пытаются пробить оборону замковых ограждений. Вот она, очередная вьюга, накрывает город белым покрывалом. И на этот раз учинила его отнюдь не Снежная королева.

Сегодня на то, чтобы загнать скот в хлева и запереть двери и ставни от ветра, ушли часы. Особенно с учётом того, что полгорода позабывало напрочь, как спасать скот во время бури. Да и о том, что они вообще имеют скот. Память утекала всё заметнее, и Эльза начинала волноваться, как бы кто не погиб – например, забыв, что такое огонь или что под водой нечем дышать, – если несчастью в самом скором времени не будет положен конец.

И потом, Кристоф. Ради сестры Эльза храбрилась, как могла. Но на самом деле боялась не на шутку за этого торговца льдом, который покорил сердце Анны. Каким бы он ни был неотёсанным малым, Эльза успела полюбить его как брата. Она любила его за доброту к сестре, за то, как он ей подходит. Конечно, Анна и сама независима, умна, способна позаботиться о себе. Но ведь всегда хорошо, когда рядом есть кто-то, на кого можно в случае чего положиться. С кем посмеяться. Что будет с Анной, если Кристоф потеряет память навсегда?

Эльза ворочалась с боку на бок, но сон никак не приходил. Слишком уж громыхал за окнами ураган, слишком много всего роилось в голове. Раз за разом звучали слова деда Пабби: «Мир навеки во тьму погрузится».

Такие новости никому не понравятся. Но для Эльзы, которая после стольких лет жизни в тёмной комнате едва-едва начала привыкать к тёплым солнечным лучам, эта перемена будет особенно жестока. Вечная ночь страшнее вечной зимы. Если солнце больше никогда не позолотит деревья в Зачарованном лесу, как жить дальше? Если тёплые лучи не лягут больше на прохладную колу Эльзы, как ей быть?

Она потёрла глаза – на сон уже можно махнуть рукой. Эльза села в кровати, спустила ноги – они сами скользнули в пушистые тапочки. Может, Анне тоже не спится. Может, они спустятся вместе на кухню, разогреют молока, о чём они, бывало, просили в детстве Олину. Поговорят о предстоящей поездке в Вестерланд, обдумают детали. В буран, конечно, добраться будет непросто, если к утру он не уляжется, – особенно с учётом того, что сани Кристофа и Свена остались у троллей. Для обратного спуска из Долины в Эренделл Эльза сотворила ледяные сани, но и за коротенькую поездку до замка Анна чуть не окоченела, несмотря на толстый слой мха, которым тролли устелили сиденье. Можно поехать верхом, и хотя это и рискованно, учитывая тот случай на обратном пути от Соренсона, всё-таки, судя по всему, это единственный доступный им вариант.

Эльза поднялась с постели и уже у самой двери бросила взгляд на пургу за окном. Та, кажется, только усилилась. Ветер колошматил в окна, будто молил впустить его внутрь.

– Да успокойся уже, – пробормотала Эльза, точно Сессия могла её слышать. – Иди сестре своей докучай, если тебя она так бесит. Это же она тебя убила, в конце-то концов, а не мы! – Как бы это ворчливо ни звучало, Эльза ничего не могла с собой поделать. Надо же им было ввязаться в чужую вражду полувековой давности! Как будто своих проблем не хватало.

Она выскользнула за дверь и на цыпочках двинулась по коридору. Кругом царили тьма и тишина, отчего Эльзе в её теперешнем настроении стало даже жутковато. Она постаралась изгнать из мыслей образ драуга, который притаился в тёмном закутке. Притаился и выжидает момент для атаки.

Вдруг по портрету родителей на том конце коридора пробежала тень. Эльза замерла на месте, затаив дыхание. Но тут же выдохнула, сообразив, что это всего лишь Сасси, замковая кошка, которая гоняется за мышами. Эльза нагнулась и сгребла полосатое создание в охапку, с радостью запустив дрожащие пальцы в мягкую шёрстку.

– Не пугай ты меня так, – мягко наказала Эльза кошке и почесала ей за ушками. Сасси мяукнула и уткнулась носом в ласковую ладонь. Эльза улыбнулась. – Может, это тебя нужно попоить тёплым...

Она не договорила, потому что из глубины коридора до её слуха донёсся новый звук. Эльза тяжело сглотнула и прислушалась. Другая кошка? Да нет, скорее будто кто-то воет, чем мяукает или мурчит. Эльза опустила Сасси на пол и под громкий стук собственного сердца стала красться вперёд.

Звук раздался снова. Не просто звук. Голос:

– Ло-о-ожжжь... Ло-о-ожжжь...

Эльза застыла в ужасе, сердце застучало в груди. Драуг! Где-то здесь, совсем близко! Эльза побежала вперёд по коридору как можно быстрее – насколько позволяли тапочки.

– Анна! – закричала она. Пусть проснётся весь замок, всё равно. Если только драуг сотворит что-то с сестрой... – Анна! Проснись!

Эльза на лету завернула за угол и чуть не шлёпнулась, поскользнувшись на коврике. К её ужасу, дверь Анны была открыта нараспашку. Спать с открытой дверью Анна не любила, вечно жаловалась, что слуги по утрам громко возятся и будят её. Что же заставило её сейчас распахнуть дверь?

Или... кто?

Эльза влетела в комнату и застыла как вкопанная, вытаращив глаза. У себя в кровати, скованная крепким сном, лежала Анна – на подушке гнездо из спутанных волос, рот приоткрыт, а над ней нависает мерзкий драуг.

– Не-ет! – завопила Эльза. Совершенно не думая, она подняла руки и запустила в драуга поток льда. Лёд ударил монстра прямо в грудь и откинул назад, драуг завыл. Эльза бросилась вперёд и вскочила на кровать между ним и Анной.

– Оставь Анну в покое! – выкрикнула она. – Анна тебе не сестра! Она не твоя злая Ингер!

Тварь застыла, в недоумении наклонив голову. Может, имя Ингер прозвучало знакомо? Эльза мысленно взмолилась, чтобы мертвец не разозлился ещё больше от упоминания своего убийцы.

Она перевела взгляд на сестру, спящую как ни в чём не бывало, и страх ледяными пальцами сковал ей сердце. Неужели драуг пытался похитить у Анны воспоминания?

Неужели-таки похитил?

Драуг ринулся в сторону, метя проскользнуть мимо Эльзы в дверь. Эльза на мгновение замешкалась. Остаться с сестрой, убедиться, что она в порядке, или броситься в погоню за монстром? Чего бы потребовала от неё Анна? Эльза знала ответ. Она соскочила с кровати и пустилась вдогонку.

Драуг оказался прыток и юрко мчался по коридорам, Эльза еле поспевала. Вниз по лестнице, через весь вестибюль, через замковые кухни, мимо Олины, храпящей в старом деревянном кресле, дальше к двери в каморку со льдом.

Эльза ахнула. Тропа Земляных великанов, тайный коридор под стенами замка – вот куда направляется драуг. Но откуда ему известно? Знают только Эльза и Анна...

Анна. Драуг выкрал-таки её память и завладел воспоминаниями о тайном коридоре. Ну конечно!

Эльза бросилась в ледяную каморку. Три плиты, скрывавшие лаз, валяются по углам каморки, а на их месте в полу зияет чёрная дыра, что ведёт вниз под землю. Драуг, видимо, уже где-то там. Рассчитывает улизнуть с воспоминаниями Анны – и кто его знает, скольких ещё жертв?

– Не уйдёшь! – завопила Эльза и нырнула во тьму прохода, перескакивая по две ступеньки зараз. Про фонарь она в спешке не подумала. Мысль оказаться наедине с драугом, которого не видно, ей что-то не слишком нравилась; впереди, совсем неподалёку, уже раздавался вой мертвеца наряду с леденящим душу скрежетом, отдалённо напоминавшим заточку когтей о камни.

– Бруни? – позвала Эльза в надежде, что дух огня последовал за ней, когда она вышла из своей комнаты. – Мне бы сейчас пригодилась твоя помощь!

Вмиг перед глазами вспыхнул лиловый огонёк. Эльза испустила вздох облегчения, а крошечная саламандра вскочила ей на плечо.

– Спасибо, – шепнула Эльза. – Что бы я без тебя делала.

Бруни курлыкнул и лизнул её в щёку тоненьким язычком, чем обязательно рассмешил бы свою королеву, не будь она сейчас так напугана и возбуждена.

Эльза прерывисто втянула воздух. Что ж, пора найти этого драуга и разобраться с ним раз и навсегда. Она ринулась вперёд по тоннелю со всей поспешностью, на какую могла отважиться в эту минуту. Огонёк Бруни оживлял престранные тени на неотёсанных камнях по бокам, отчего идти становилось ещё страшнее. Что, если драуг притаился за углом и ждёт, чтобы выпрыгнуть? Или он рвётся на свободу? Угадать не было никакой возможности. Как помнила Эльза, тропа упиралась в водопад, который ниспадал на утёс над Эренделлом. Может, ей удастся срезать путь и поймать драуга там... Пора задать ему пару вопросов.

Если он вообще умеет говорить...

Эльза свернула за угол и застыла на месте, вдруг оказавшись лицом к лицу с монстром. Мерцающая стена водопада прямо у мертвеца за спиной множила его очертания. В тусклом свете он казался ещё злобнее, а тень на каменной стене выросла до гигантских размеров. Эльза нерешительно отшатнулась назад, а монстр попёр на неё, скрипя гнилыми зубами.

Внезапно в голове стало легко. Эльза мотнула ею в сторону, и Бруни тревожно зачирикал. Она ухватилась за стену, с трудом выпрямилась и положила ладонь на лоб. Под кожей расходился странный холодок.

О нет! Драуг крадёт и её память тоже! Что же, прямо вот так, прямо сейчас? Нет! Этого Эльза не допустит. Она встряхнула головой, выпрямила плечи. Подняла подбородок.

– Оставь мою память в покое! – приказала она и вскинула руку. Из пальцев хлынул ледяной поток – чуть-чуть не задев драуга. Монстр взвыл с нотками чего-то вроде смятения в голосе и повернулся бежать, но бежать было некуда. За спиной бушевал водопад. Со страхом и удивлением Эльза следила, как мертвец нерешительно пятится назад – и жалобно стонет.

«Вода! – осенило Эльзу. – Так ты, значит, боишься воды...»

А как же ему не бояться. Принцессу Сессил утопила собственная сестра. Поток унёс её в море. «Это мой шанс», – поняла Эльза. Она вновь подняла руки, и на кончиках пальцев затрещал хрупкий иней. Она выпустила магию, и удар пришёлся прямо в драуга. Ледяная струя окатила кусок старой плоти, и драуг заверещал во весь голос, скованный на месте. Он попытался было вырваться из ледяных оков, но Эльза оказалась быстрее. Второй выстрел снова попал в цель. Драуг испустил мучительный вой и моментально застыл в ледяных тисках.

Эльза вздохнула с облегчением. Долго её магия не продержится, но немного времени даст. Например, на то, чтобы выбить из этой нежити какие-нибудь ответы.

– Зачем ты творишь зло? – приступила Эльза. – Зачем вредишь нашему городу? Что мы тебе сделали?

– Сес-с-с-стра-а, – печально промычало чудовище.

– В смысле Ингер? – уточнила Эльза. – Я знаю, она тебя утопила, и это, конечно, ужасно, но зачем ты крадёшь память у жителей Эренделла? – Неожиданно для себя Эльза, кажется, начинала сочувствовать этому созданию. – Их ведь твоя гибель никак не касается! Оставь Эренделл в покое!

В ответ драуг снова дёрнулся на волю. На сей раз по ледяному кокону поползли трещинки. Надолго его таким способом не удержишь, это ясно. Эльза попробовала выпустить ещё одну ледяную струю, но ничего не вышло. Её магические силы, ровно как тогда в лесу, начинали ослабевать. Воздействие драуга, поняла она.

А значит, нужно уходить отсюда. Как можно скорее.

Но ведь другого шанса не будет.

– Если хочешь нам что-то сообщить, сообщи! – крикнула она драугу. – Только хватит красть у людей память! Жители Эренделла тебя в реку не толкали! Тебя погубила твоя сестра, а не они! Убирайся из Эренделла и верни нам солнце!

Драуг уже ревел вовсю, свирепея на глазах. Лёд трещал с неумолимой скоростью, Эльза не могла даже прикинуть, насколько его ещё хватит. Как выяснилось тут же – нинасколько. Ледяной кокон разлетелся вдребезги. Эльза едва успела пригнуться, чтобы не попасть под град острых как бритва осколков. Когда она вновь подняла голову, над ней нависало перекошенное в ужасной мине лицо мертвеца.

– Ло-о-ожжжь. Сесссстра-а. Лжё-о-о-оте...

Драуг воздел руки. К ужасу Эльзы, на кончиках гниющих пальцев проступал, потрескивая, иней. Нет! Эльза метнулась в сторону, но не успела. Драуг выстрелил потоком льда и приковал Эльзу к стене.

Её – её же магией. Драуг обернул оружие Эльзы против неё.

Она попыталась высвободиться – тщетно. Монстр окинул её взглядом и направил струю льда в водопад, пока тот не застыл целиком. Затем монстр ударил по ледяному столбу кулаком, и замёрзший водопад разлетелся на миллионы осколков. Драуг обернулся на Эльзу в последний раз, перемахнул за край обрыва и был таков.

В следующий миг ледяные оковы вокруг Эльзы лопнули, и Снежная королева оказалась на свободе. Она ринулась к краю бездны и глянула вниз. От драуга не осталось и следа.

Ушёл.

Только...

Эльза нахмурилась, протянула руку и подняла с каменистой земли небольшой предмет. Браслет? Она ахнула. У неё на ладони лежал тот самый серебряный браслет, который она подарила Анне несколько лет назад на день рождения.

Её подарок сестре. В знак любви к ней. Эльза даже гравировку заказала: «Любимой сестре».

Любимой...

В голове внезапно отозвались обрывки мертвецкого воя: «Ло-о-ожжжь. Лжё-о-о-оте».

Перед мысленным взором мелькнула картинка, виденная в Ахтохаллэн. Сессил уносит бурный поток, Ингер плачет на верху обрыва. И тогда Эльзе вспомнились слова Окена о том, как с этими принцессами играл его отец. О том, что девочки были чрезвычайно близки. Пожалуй, Анна права: чего-то они ещё не знают, и если не узнают, то Эренделл постигнет беда.

Анна вздрогнула и проснулась. Над ней склонялась Эльза, её лицо было тревожно нахмурено.

– Что произошло? – спросила Анна и поскорее села в постели. – Что, драуг?..

Эльза чуть на пол не осела.

– Ты помнишь про драуга? – к удивлению Анны, в её голосе звенела дрожь. – Ты помнишь... меня?

Анна заморгала.

– В смысле? Конечно, помню, ты что! Ещё бы, ты же моя сестра! Да к тому же с магическими способностями! Потом, умеешь ценить шоколад...

Эльза опустилась на край кровати и притянула Анну к себе, стиснув в крепких объятиях. Анна заметила, что сестра дрожит. Её объятия были холодны как лёд.

– Эй-эй, Эльза... что с тобой? – прошептала Анна.

– Я думала... Уже уверена была... Просто не могла понять, вовремя ли я... – сбивчиво и испуганно залепетала Эльза. Такой сестру Анна видеть не привыкла. Эльза отодвинулась и внимательно посмотрела Анне в глаза. – Я застала драуга у тебя в комнате.

– Что?! – резко вдохнула Анна и схватилась за грудь. Только не это. Мертвец был прямо здесь? У неё в комнате? Анну бросило в дрожь от одной мысли о том, как драуг нависает над ней, спящей. И крадёт память! Она закрыла глаза и постаралась припомнить всё, что любила – Эльзу, Кристофа, Олафа, Свена, своё королевство, папу и маму, – и убедилась, что на каждого в голове всплывают отчётливые воспоминания. – Не думаю, что он что-то украл, – заключила она, открывая глаза.

– Замечательно, – с облегчением выдохнула Эльза.

– Только как я моту быть уверена? – Анна принялась разглаживать волосы, которые, по обыкновению, торчали после неспокойной ночи во все стороны. Анна с трудом сглотнула; её вновь охватила тревога. – Давай, спроси меня о чём-нибудь! О чём угодно! Ну же, мне надо убедиться, что я всё помню.

Эльза задумалась:

– Любимая еда?

Анна закатила глаза:

– Сэндвичи. Не, давай что-нибудь посложнее. И поконкретнее.

– Ладно. – Эльза сжала губы. – На этой неделе планируется торжество. Какое?

– Ну Эльза! – взвыла Анна. – Естественно, я помню про фестиваль «Полярная ночь»! Это же грандиозное событие!

– Так, так! Но уже хорошо. Ты помнишь самое важное, – с облегчением отметила Эльза.

– Спроси меня что-нибудь заковыристое, – потребовала Анна и сжала кулаки, точно готовилась броситься в бой.

– Самая большая ошибка твоей жизни?

– Ханс, конечно! – прорычала Анна и откинулась на подушки. – Ты всё неправильно спрашиваешь. Давай что-нибудь максимально конкретное, вроде там, что я ела вчера на завтрак. – Она снова села и растянулась в улыбке. – Овсянку! – с торжеством выпалила она. – Ха!

– Та-ак, – закивала Эльза. – А после овсянки мы отправились...

– Пф, легкотня. Мы отправились... – Вдруг Анна побледнела. Если на предыдущие вопросы ответ приходил в голову моментально, то на этот раз что-то задерживался. – Мы отправились... – Она хорошенько напряглась, стараясь припомнить, куда же они ездили, но вчерашний день сразу после завтрака был как будто стёрт ластиком. Анне поплохело. – Не знаю.

Эльза накрыла руку сестры ладонью:

– Мы отправились к троллям, повидать деда Пабби. А Кристоф...

Всё вдруг прояснилось. Анна закрыла глаза, к горлу подступила тошнота.

– Кристоф, – прошептала она. – Он меня... не помнит. – Голос застрял где-то в горле и не мог прорваться наружу. Сердце билось так часто, словно готово было лопнуть. – Он забыл про нашу помолвку. Про нашу шоковщину...

– Он вспомнит, – ответила Эльза твёрдо. – Он вспомнит всё, вот как ты сейчас. Осталось разобраться, что произошло с Сессия, и этому сумасшествию мы сможем положить конец.

Анна кивнула и поёрзала в постели, нащупав рукой в складках одеяла какой-то предмет. Она схватила его покрепче и вытянула на свет... потускневший кулон с серебряной подвеской.

– Это ещё что?

– Не знаю, – призналась Эльза. – Разве не твоё?

– За кого ты меня держишь. Я свои украшения до такого не довожу. – Анна склонилась над почернелым кулоном и нажала на защёлку. Медальон в форме сердечка распахнулся, и её взору открылись два покоробленных портрета. На одном – девочка с длинными косами, на другом – коротко стриженная девушка. Анна ахнула. – Это же...

Эльза поражённо вгляделась в портреты в медальоне:

– Ингер и Сессия? Да, похожи. Хотя портреты такие смазанные... Как будто пролежали под водой сотню лет.

Сёстры уставились друг на друга. Под водой. Сессил.

Глаза у Эльзы расширились.

– О господи. Чуть не забыла! – Она скользнула в кармашек платья и положила Анне на ладонь знакомый обеим браслет. – Когда я погнала драуга прочь из твоей комнаты, он обронил вот это. Стянул, наверное, из твоей шкатулки!

Анна повертела браслет в руках и прочла на внутренней стороне тиснёную надпись: «Любимой сестре».

– То есть Сессил оставила мне свой медальон и забрала мой браслет. Что она пыталась этим сказать?

– Не знаю, – ответила Эльза. – Но что-то это должно значить. Драуг всё мычал какие-то слова вроде «ложь, вы лжёте».

– Как будто мы ещё не поняли, – простонала Анна. – Лучше бы сказала прямо, как оно по правде.

– Вот именно это мы сегодня и попробуем выяснить, – решительно сказала Эльза и потянула Анну из постели. Затем помешкала и вопросительно взглянула на Анну. – Ты помнишь, куда мы сегодня едем?

Анна задумалась на минуту.

– Мы едем в Вестерланд! – победно воскликнула она. – Говорить с королём Йонасом и принцессой Мари! – «Ну держись, Сессил», – подумала она и спрыгнула с кровати. – Чего мы ждём? Поехали скорее, решим уже эту загадку сестёр из Вестерланда!

Дорога в Вестерланд заняла куда больше времени, чем они ожидали. Буран совсем не стих, а, напротив, разбушевался и, казалось, следовал за ними по пятам. Снег валил до того густо, что ни Анна, ни её верный Хавски не могли различить дороги, несмотря на усилия Нокке, который бежал впереди и прокладывал путь. Небо нахмурилось ещё больше, хотя больше было уже некуда, а меж туч нет-нет да и пробивалась вспышка молнии под низкие раскаты грома, похожие на надвигающуюся лавину. Не будь с ними Бруни, который освещал путь, вокруг было б не видать ни зги. В какой-то момент Анна уже было решила, что они не доедут (и что, неужели поворачивать?), как вдруг уловила впереди, в конце дороги, знакомый силуэт вестерландского замка с большим фонтаном впереди.

Наконец добравшись, сёстры спешились. Анна отвела Хавски в королевские стойла, а Нокке испарился, и сёстры двинулись через завалы снега к дверям замка. Вокруг не было видно ни души. Эльза взялась замёрзшими до костей пальцами за массивное кольцо и стукнула им о дверь.

Двери медленно раскрылись, и взору сестёр предстали двое слуг и с полдюжины стражников, причём последние уже выстроились в шеренгу с мечами наготове, направленными точно в Анну и Эльзу.

Анна ахнула. «Это ещё что за дела?» – мелькнуло у неё в голове.

Эльза, не мешкая ни минуты, вскинула руки, готовая применить свои магические способности. Анна метнулась вперёд и еле успела схватить её за запястья, прежде чем началась война королевств. Затем обернулась и обратилась к стражникам, теша себя надеждой, что в её тоне они слышат уверенность, а не угрозу:

– Я Анна, королева Эренделла. А это моя сестра Эльза. Мы приехали просить аудиенции у короля Йонаса и принцессы Мари...

Стражники переглянулись, но мечей не опустили. «Что за чёрт тут творится?» – подумала Анна.

– Приносим свои извинения за неожиданный визит, но наше дело не терпит отлагательств, – не сдалась Анна. – Не могли бы вы...

– Анна? Эльза? – Вниз по ступеням крыльца за спинами стражников к гостьям уже летела Мари. Она обратилась к солдатам: – Можете опустить оружие. Это мои друзья. – Стража неохотно повиновалась, и Мари с извиняющимся видом пожала плечами. – Простите. Мы тут все начеку.

«Это из-за драуга», – решила Анна. Видимо, Сессил и в родной Вестерланд успела заявиться.

– Именно по этой причине мы и приехали, – сообщила она принцессе и заключила её в объятия.

– А Олафа не захватили? – спросила Мари и обернулась обнять и Эльзу тоже. Мари очень любила обниматься со снеговиком. А Олаф очень любил угощаться её печеньем.

– Нет, он остался в Эренделле, – ответила Эльза.

– Пришлось поставить его там вроде как главным, – неловко прибавила Анна. – В общем, долго объяснять. – Олаф очень хотел поехать с ними, но сёстры настояли, чтобы он остался. В конце концов кто-то же должен приглядывать за королевством, пока их нет, – кто- то, неподвластный силам драуга. И на беду или на удачу, однако после того, что случилось с Маттиасом, Олаф остался единственным вариантом. Об этом Анна сейчас старалась не думать. – Нам нужно поговорить с твоим отцом. Он в замке?

– Разумеется! – ответила Мари, схватила обеих сестёр за руки и повела в королевские покои. – Мы и сами собирались к вам в Эренделл, на фестиваль, но, когда такое началось, решили, что отправляться в дорогу небезопасно.

– Из-за бурана? – спросила Эльза.

– Из-за драуга? – спросила Анна одновременно с ней.

Мари в недоумении оглядела сестёр и постучала в двери отцовских покоев:

– Да нет же! Из-за пиратов.

Двери короля Йонаса раскрылись, и, прежде чем Анна с Эльзой успели что-то выяснить, перед ними предстал его величество собственной персоной.

– Королева Анна, – сказал Йонас и протянул ладонь для рукопожатия. – Королева Эльза. Рад, очень рад приезду. Всё ли там у вас в порядке? Мы опасались худшего, когда прослышали, что пираты идут в эренделльский порт.

Анна уставилась на него в смятении. Надо же: за суматохой последних дней она совершенно забыла о возможном нападении пиратов. По сравнению с остальными заботами эта казалась несущественной. Однако и пиратами предстояло в какой-то момент заняться – в лучшем случае, когда Анна и Эльза разберутся с текущим.

– Мы пробовали слать гонцов в Эренделл, узнать, не нужна ли вам помощь, – продолжал король Йонас. – Но когда они возвращались, то вели себя странно, как будто забыли, зачем вообще ездили. – Он почесал голову. – М-да, дела.

– А ещё бураны такие поднялись, – добавила Мари. – Из-за них народ места себе не находит.

Анна кивнула, глубоко вздохнула и приготовилась к объяснениям.

– Отчасти поэтому мы здесь. И это по нашей вине гонцы теряли память, – призналась она. – Судя по всему, мы ненароком пробудили драуга, и теперь он наносит нам всяческий вред, в том числе отнимает у людей память и поднимает гибельные бури. Собственно, единственная беда, которая пришла независимо от драуга, это как раз пираты.

– И вы приехали, чтобы предупредить нас? – спросила Мари.

– Э-э, да, – с сомнением выдавила Эльза. – Но ещё потому, что именно вы, вероятно, сможете помочь нам одолеть его.

– Правда? – вскинула брови Мари. – И как же мы можем помочь?

– Мы практически уверены, что этот наш монстр когда-то был Сессил, принцессой Вестерланда, – ответила ей Анна. – Наследницей престола до твоего отца. – И она вкратце пересказала историю Сессил и Ингер, какой её знала. Затем повернулась к королю Йонасу и продолжила: – Об этих двух сёстрах ходит много слухов, а мы хотим узнать, как на самом деле было дело. Возможно, ваше величество знали их раньше, в детстве? Вы ведь должны быть родственниками, верно?

– Они были моими двоюродными сёстрами, – кивнул король. – И мы были заочно знакомы. Кажется, я даже видел их пару раз, когда был совсем маленьким. Но после смерти родителей они всё реже покидали замок. Такая трагедия, честно сказать. Хорошо хоть, они были вместе. – Он переступил с ноги на ногу. – Пока, значит... Ну вы поняли.

Анна и Эльза обменялись быстрым взглядом, и Анна поняла, о чём думает Эльза. Судьба сестёр из Вестерланда во многих отношениях напоминает их собственную. Случись с ними то же, что с Сессил и Ингер, – кто станет во главе Эренделла? (Ханс? Анна тут же решила, что в таком случае обязательно восстанет в качестве драуга и утащит его за собой в могилу.)

– Вот именно о том, что мы как бы поняли, мы и хотим разведать поподробнее, – ответила королю Эльза. – Нам надо узнать, что же на самом деле случилось во время их визита в Эренделл до того, как Сессил утонула. У нас о том визите каждый помнит своё. Но зачем они вообще приезжали – этого, кажется, не может точно сказать никто.

– А, так это я вам объясню, – выпрямился король Йонас. – По-моему, они ездили встречаться с королём Рунардом по поводу возведения дамбы. Её тогда только начинали строить, и Рунард пытался добиться от соседних королевств помощи в финансировании.

– Ах вот оно что, – сказала Анна, и в её глазах блеснула догадка. – Дамбу строили полвека назад. Как раз по времени подходит.

– И что, Сессил одобряла проект? – спросила Эльза с ноткой неприязни в голосе – и не без причины. Как им теперь было известно, строительство дамбы, затеянное их дедом, привело к катастрофе для окружающей среды, отрезало нортулдр от источника воды и иссушило их земли. Только недавно, после того как Анна с помощью Земляных великанов наконец-то разрушила дамбу, край начал восстанавливаться и всё потихоньку вернулось на круги своя.

Король Йонас почесал бороду:

– Точно не могу сказать, но, если и не одобряла, вряд ли осмелилась бы возразить королю Рунарду. Насколько я понимаю, Сессил была довольно робкой по натуре. Вот Ингер, та была боевая. – Король призадумался. – Хм-м. Может, поэтому Сессил и взяла её тогда с собой в Эренделл?

– Насчёт боевой... Вы не знаете, они хорошо ладили? – вставила Анна. – Одни говорят, ссорились постоянно, другие – что жили душа в душу. Трудно понять, чему верить.

Король Йонас гоготнул и взглянул на Мари.

– Ну разве не типичные сёстры? То цапаются, как кошка с собакой, то друг за друга горой. Это же так похоже на правду, а?

Анна с Эльзой переглянулись и хором промямлили что-то вроде «пожалуй».

Король Йонас щёлкнул пальцами.

– Знаете, кого бы вам стоит на этот счёт расспросить? Хельгу и Ольгу Файгел. Они служили у сестёр в замке экономками и ходили за ними. Нынче больше не служат, но, пока молодые были, принцессы у них практически на руках росли.

– Экономки Файгел! Отлично! С удовольствием с ними поговорим, – подхватила Анна, чувствуя прилив энтузиазма. Ровно то, что нужно: люди, знавшие сестёр лично.

– Могу вас к ним проводить, – вызвалась Мари. – Они живут здесь, в городе. Вам они понравятся! – Она помедлила, затем добавила с ухмылкой: – Только... постарайтесь не есть ничего, что они вам предложат. Серьёзно, потом спасибо скажете.

К счастью, скромный домик старушек Файгел стоял сразу за воротами замка. Что ещё лучше, дверь открыли на первый же стук. В нос гостям моментально хлынул густой запах чеснока, лука и чего-то рыбного.

– Ого, – буркнула Эльза, резко втянув носом воздух.

– Мари, вот это да! – воскликнула высокая пожилая женщина с проседью в чёрных волосах. На ней был ярко-рыжий передник, а под ним – кричаще-голубое платье. – Вы как раз вовремя! Мы тут с Ольгой решили испробовать новый рецепт рагу.

Мари искоса взглянула на Анну и ответила:

– Ой, что вы... Не хочу навязываться – просто заглянула ненадолго познакомить вас с подругами.

– Чепуха! – вскричала бабуля и заулыбалась Анне. – Гостям мы всегда рады! Меня зовут Хельга. Сейчас скажу Ольге поставить ещё три прибора. – Она схватила Мари под локоть и потянула её в дом. – Ольга! МАРИ ПРИШЛА!

В домике было темно из-за опущенных занавесок, однако чисто и кругом сплошное вязание и груды носков. Запах съестного до того сгустился, что у Анны заслезились глаза.

– Это очень мило с вашей стороны, но мы на самом деле уже поели, – рискнула она.

В унисон словам предательски заурчал живот. Хельга рассмеялась.

– Кажется, местечко под добавку найдётся, – заявила она и подставила Анне стул. Эльза и Мари тоже сели за стол. – ОЛЬГА! ЕЩЁ ТАРЕЛКИ! Она последнее время немного туговата на ухо, – объяснила гостям Хельга.

– Иду-иду!

Ловко лавируя с тремя тарелками дымящейся еды в руках, из соседней комнаты вынырнула Ольга. На затылке наспех собранный пучок седых волос, поверх платья – похожий рыжий передник, заляпанный всевозможной снедью. Ольга оглядела застывшие в ожидании лица и расплылась в улыбке.

– Здравствуйте, мои хорошие! Какой чудесный сюрприз. Я так рада, что вы можете с нами пообедать.

Она со стуком шлёпнула тарелки на стол, и Анна готова была поклясться, что от бурого густого варева пахнуло морошкой. Она осторожно взялась за ложку.

– Очень... мило. А что это?

– Лабскаус, – ответила ей Хельга. – По рецепту Ольгиной матушки. Кой-чего из рецепта у нас, правда, не оказалось, пришлось импровизировать.

– О, это мы любим, – подхватила Ольга. – Просто кладём, что там завалялось, – обычно выходит очень даже ничего.

– Обычно да, – подтвердила Хельга. – Ой, надеюсь, вы досидите до десерта. Сегодня мы готовим «крестьянок под вуалью». Невероятная вкуснятина, если вы любите яблоки.

– Яблоки же кончились, – напомнила ей Ольга. – Можно попробовать на луковицы заменить. Лука у нас много!

– Точно, отличная идея! – захлопала в ладоши Хельга.

При мысли о луковом десерте у Анны засосало под ложечкой.

– Пожалуй, не будем отрывать вас от готовки, – быстро сказала она. – Мы только хотели поспрашивать вас насчёт сестёр-принцесс, Сессия и Ингер. Мари нам сообщила, что вы были при них экономками.

– Это мои подруги, Анна и Эльза, королевы Эренделла, – пояснила хозяйкам Мари. – Я им рассказала, что вы хорошо знали принцесс.

– О! – оживилась Хельга. – Принцесс мы частенько вспоминаем.

В комнату снова влетела Ольга, на этот раз с тарелками для себя и Хельги.

– Да-да, мы же за ними присматривали после кончины королевской четы, ну и прикипели к ним очень...

– Понимаю, – мягко сказала Анна. – Мы с Эльзой тоже очень близки с нашими придворными, которые нам всю жизнь помогали. – Она подумала о Кае и Герде, и сердце у неё ёкнуло. Нынче они, скорее всего, даже не помнят, кто такие Анна и Эльза.

– О, это славно! – сказала Хельга. – Мы, знаете ли, очень любили служить королевской семье. Девчонки были неразлейвода, столь близких сестёр ещё поискать...

Тут взгляд Ольги упёрся Анне в грудь, и она разинула рот.

– Этот медальон! – вскрикнула она и подозрительно прищурилась. – Откуда он у вас, ваше величество?

– Э-э, там такая долгая история... – забормотала Анна.

– Вы узнаёте медальон? – с интересом подхватила Эльза.

– Узнаёте! Ещё бы мне не узнать! Я сама девочкам эти медальоны подарила в тот самый год, как погибли их родители. В качестве напоминания, что они не одиноки. Что всегда есть друг у друга. – Ольга осела в кресле, и глаза её затуманились. – Ингер свой, конечно, сразу же посеяла. Ужасная была растяпа. И всё-то ей с рук сходило – как посмотрит своими глазками, синими-синими...

– Как магниты прямо! – подхватила Хельга. – Такой необычный цвет. А Сессия... Она всегда о внешности заботилась. Медальон ни на минуту не снимала. Говорила, это её любимое украшение – а у этих девчонок, должна вам сказать, по части украшений был приличный выбор.

Хельга, прихрамывая, обошла стол, любовно взяла в руку медальон и раскрыла. Потом жестом пригласила Ольгу подойти. О вареве в тарелках обе, к счастью, моментально забыли.

– Вот они, наши красавицы, – печально произнесла Хельга. – То есть не наши, конечно, это я так...

– Они нам как родные были, – закончила за неё Ольга. – Ингер всегда вроде как за старшую, такая командирша, как я её называла, а Сессия, наоборот, тише воды ниже травы. Но старше на самом деле была Сессия, – пожала плечами Ольга, – и унаследовала престол она, а Ингер помогала ей всеми силами.

Анна взглянула украдкой на Эльзу. Поразительно, до чего же сходились некоторые детали их историй – например, в плане характеров.

– А вы не помните, Ингер не высказывала желание самой стать королевой? – спросила Эльза.

Хельга повозила ложкой в тарелке:

– Не помню такого. Ингер, она природой интересовалась – очень переживала насчёт вырубки деревьев, загрязнения воды. Очень радела за охрану вестерландских озёр, лесов, живой природы. А Сессил больше заботило укрепление союзов. Она всё о народе думала.

Ровно как рассказывал Окен. Кажется, картинка прояснялась.

– Хм-м, – протянула Анна и встретилась глазами с Эльзой. – Похоже, насчёт строительства дамбы они могли разойтись во мнениях. Я имею в виду, если Ингер понимала тогда, какой вред лесу нанесёт дамба...

У Эльзы расширились глаза.

– Думаешь, они из-за этого поссорились? Из-за дамбы? Это ведь в Эренделле произошло, сразу после встречи с королём Рунардом.

Анна поджала губы.

– Возможно... Но так уж рассориться, чтобы убивать друг друга? – Анна повернулась к Хельге с Ольгой. Хватит ходить вокруг да около. – Как вы считаете, могла ли Ингер убить Сессия?

Ольга даже ложку обронила.

– Ни в коем случае. Слыхала я все эти россказни и не верю ни одному слову. И ни за что не поверю! Уж я Ингер хорошо знала, она бы никогда... – Она осеклась, не в силах закончить фразу. Хельга обвила её рукой и предложила носовой платок, который тут же выудила из кармана. Ольга с шумом высморкалась.

– Простите, не хотели нагонять на вас печальные воспоминания, – тихо сказала Эльза. – Мы просто пытаемся понять, что на самом деле произошло в тот день. Может, мы чего-то до сих пор не знаем.

Хельга кивнула:

– Мы и сами много думали да гадали, но давно уж забросили это дело. Решили запомнить девчонок такими, какие они были.

У Анны упали плечи. Опять тупик!

– Да, стараемся не забывать покойниц, чтим их память в меру сил, – тяжко всхлипнула Ольга, – приглашаем вот посетителей к небольшому памятнику там, у вас, в Эренделле.

Анна замерла с ложкой в руке.

– Памятнику? Это какой ещё памятник?

– Да вот сразу после трагедии мы поехали в Эренделл, – ответила ей Хельга, – надеялись хоть что-нибудь разузнать. Нашли проводника, он отвёл нас на то самое место, где, значит, Сессил... – голос старушки оборвался. – Там мы и поставили небольшой памятничек нашим принцессам. И вы знаете, за прошедшие годы уж столько народу там перебывало – все, кто их любил...

Ольга с гордостью улыбнулась:

– Хельга вырезала из дерева статую девочек, и мы отвезли её туда, в Эренделл, на своей колымаге. Посадили вокруг луговые цветочки... Сессил их особенно любила.

Анну вновь охватила волна нетерпения. Памятник. Что ещё важнее – в том самом месте, где утонула Сессил. Если они его найдут, возможно, у Эльзы получится извлечь воспоминание. А из него – что же на самом деле произошло в тот день.

Похоже, это их лучшая зацепка на данный момент.

– А как нам найти этот памятник? – спросила тем временем Эльза; голос у неё подрагивал. Судя по всему, она думала сейчас о том же, что и Анна.

– Мы вам карту дадим, – сказала Ольга. – Мы их специально побольше сделали, раздаём желающим совершить путешествие и почтить память принцесс. ХЕЛЬГА! Дай их величествам КАРТУ!

– Да не кричи ты! – отмахнулась Хельга.

– А я не кричу, – возразила Ольга и добавила, обращаясь к Анне: – Она немного туговата на ухо.

Хельга подошла к шкафу, выдвинула нижний ящик, достала кусок пергамента и протянула его Эльзе. На пергаменте были нарисованы реки королевства Эренделл, и на той, что течёт ближе всех к городу, стоял крестик. Хельга указала на него.

– Вот сюда вам надо. То самое место, где всё и случилось пятьдесят лет назад.

Анна подняла глаза от карты и посмотрела на Эльзу.

– Кажется, это наш шанс.

Как оказалось, место на карте Ольги указано было не очень-то точно. Эльза с Анной успели трижды заблудиться в тёмном лесу, прежде чем набрели наконец в излучине реки на маленькую грубоватую статую из дерева, водружённую на каменный пьедестал. Эльза с ликованием указала в её сторону, и Анна, испустив вздох облегчения, спрыгнула с Хавски и поспешила к статуе. Перед самым памятником она остановилась, уткнула руки в бока и вгляделась получше в изваяние.

– Ты знаешь, может, Сессил просто хочет себе новый памятник, – заключила она и потыкала пальцем в обрубок на том месте, где полагалось быть руке старшей сестры. Очевидно, за долгие годы рука откололась, часть дерева прогнила насквозь. – Ты посмотри, он же просто на куски разваливается.

– Эх, было бы и вправду всё так просто! – улыбнулась Эльза, соскользнула с Нокке и присоединилась к Анне. Подойдя к деревянной статуэтке поближе, она увидела, до чего обветшал памятник. Да и любой кусок дерева обветшает – за пятьдесят-то лет под дождём и ветром. И всё-таки подпись у основания ещё можно было разобрать.

Да, было бы неплохо – и желательно поскорее.

– Это то самое место, которое я видела в Ахтохаллэне, – задумчиво проговорила Эльза и проследила глазами за стремительным потоком воды. – Помню валун почти у самого берега. И вон дерево, оно тоже там было, только теперь гораздо выше, – добавила она и указала на массивный дуб, раскинувший ветки над самой рекой. – Да, однозначно то самое место, где утонула Сессил, – кинула Эльза.

– Но нам по-прежнему надо найти ответ на вопрос, столкнула ли её Ингер, – заметила Анна. – И если да, то почему. Исходя из того, что мы уже знаем о сёстрах, они были очень близки. Любили друг друга.

– Вот-вот. В смысле, конечно, имели разногласия, но что с того? – поддержала Эльза. – У нас же, к примеру, тоже бывают разногласия.

– Обычно по поводу поведения в опасных ситуациях, – подсказала Анна.

Эльза ухмыльнулась и снова повернулась к памятнику:

– В том моём видении Сессия уже билась в реке. Но нам надо попасть в него раньше. Надо услышать, почему принцессы поссорились и что произошло. Только так и узнаем наверняка.

Она отвернулась к реке. Вода стремительно неслась мимо них, легко играя глыбами льда. Это было совсем непохоже на то медленное, степенное течение через центр эренделльского городка, которое привыкли видеть Анна с Эльзой. Эльзе пришло на ум, что где-то поблизости должен быть ледник, из которого река подпитывается оттоками талого снега. В любом случае из подобной стремнины даже отменному пловцу было бы непросто выбраться.

Эльза опустила ладонь в воду, и вода заскользила сквозь пальцы.

– Чувствуешь что-нибудь? – нетерпеливо спросила Анна.

Эльза покачала головой.

– Холодную воду, больше ничего, – нахмурилась она. Затем закрыла глаза и сосредоточилась на Сессил и Ингер. Постаралась представить их здесь, на берегу. Как они ссорятся. О чём же?

Никаких мыслей.

И тут она поняла, в чём дело. Вода обладает памятью – это верно. Но река перед ней – не та же самая вода, какая текла здесь, когда Сессил утонула. Вода постоянно течёт, сменяется. Будь они сейчас в Ахтохаллэн, вероятно, Эльза и смогла бы выудить какое-нибудь воспоминание при помощи духа памяти. Но здесь она одна, и у неё вряд ли что-то получится.

Эльза удручённо осела на землю. Какой прок в её магических способностях, если все их старания были напрасны?.. Эльзу охватила досада. Она сжала кулаки.

– Эй-эй! Эльза! Расслабься! – Королева почувствовала, как её обнимают руки сестры. – Всё хорошо.

– Ничего не хорошо! – огрызнулась Эльза. – Я просто обязана с этим разобраться!

Она высвободилась из объятий и снова сунула обе руки в студёную воду. Может, если взять поглубже, то что-нибудь и найдётся. Эльза зажмурила глаза. Напряглась...

И тут...

Эльза пошатнулась, взвизгнула и рухнула головой вперёд в ледяной поток. Она забарахталась, тщетно пытаясь опереться на скользкие камни, но только набрала полный рот мутной воды и стала захлёбываться. Поток был чрезвычайно силён, и её быстро потащило вниз по реке.

– Анна! – закричала Эльза и попыталась применить свою магическую силу, чтобы заморозить бегущую воду. Но ничего не произошло. Точно на Эльзе были перчатки, хотя их не было. Возможно, она копнула слишком глубоко, истощила свои магические способности, вот они и ослабли...

Только не это! Нет-нет-нет!

– Анна! На помощь! – крикнула она снова и сама испугалась, как отчаянно прозвучал её крик. Она силилась удержаться на поверхности, то и дело пыталась втянуть воздух, но вместо этого только глотала воду и задыхалась, а попытки нащупать речное дно оставались тщетны. Река в этом месте была глубока, и ноги только метались беспомощно в пустоте, тем временем как быстрина относила Эльзу всё дальше. Тело уже начинало уставать. Берег казался невероятно далёким.

– Эльза! Держу!

Внезапно её обхватили чьи-то руки и вытянули на берег. Анна оттащила её на место посуше, перевернула и принялась хорошенько хлопать ладонью по спине, пока Эльза не откашляла всю грязную воду. Сердце в груди ещё бешено колотилось, когда в лёгкие наконец ринулся свежий воздух.

– Ты как, в порядке? – тревожно спросила Анна. – Эльза! Скажи же что-нибудь!

Эльза с трудом села.

– Вроде в порядке. – Она сглотнула ком в горле и попыталась унять дрожь, которая била всё тело от страха и холода. – Просто слишком низко наклонилась.

– Да, я видела. – Анна сжала губы в ниточку. – Ты меня до смерти напугала. Я уже думала... – Она не смогла договорить. Но что Анна хотела сказать, старшая сестра знала прекрасно. Что Эльза чуть не повторила судьбу Сессил.

Подавленно глядя на реку, Эльза отжала подол своего белого платья.

– Теперь я, кажется, понимаю, как Сессил могла утонуть, – проговорила она. – Поток тут ого-го.

– Тебе повезло, что у тебя сильная сестра, – откликнулась Анна, собирая в кучу сухие ветки и листья. – Бруни? – позвала она, как только куча была готова. – Согреешь свою подругу?

Дух огня вспрыгнул на кучку и без труда подпалил её. Вскоре у них уже был небольшой костерок, от которого исходил мягкий уютный свет. Эльза благодарно вздохнула и потянула к огню ладони. Сердце, однако, по-прежнему не могло уняться.

– Хватит, с этим планом покончено, – горестно признала она и бросила раздосадованный взгляд на реку. Обхватила себя руками и добавила: – Прости, что затянула тебя в такую даль... Пожалуй, глупая была идея. Я просто подумала... Понимаешь, мне вспомнилось, как я извлекла воспоминание из родительского корабля. Но та вода оставалась на месте всё время, воспоминания хранились в ней. А эта вода новая. Из неё нечего извлекать. Прости меня. Я вправду очень хотела раскрыть тайну Сессил и положить этой беде конец... – голос Эльзы осёкся.

– Вода обладает памятью, – задумчиво пробормотала Анна.

– Ну да, я и говорю. Но...

– Но вода, которая здесь, не та же. Нам нужно нечто с остатками той воды, что была здесь в день происшествия, верно?

– Верно – но невозможно. Тот день был полвека назад.

– Почему же невозможно.

Эльза вопросительно склонила голову набок. Анна сняла с шеи медальон Сессил и протянула сестре.

– Помнишь, оба портретика там внутри покоробились? Как будто под водой лежали? Может, на них ещё сохранились остатки той самой воды.

– Анна! Да ты гений! – Эльза выхватила медальон из рук сестры и взвесила на ладони. – Файгел говорили, что Сессил без своего медальона нигде не показывалась. А значит, когда она утонула, медальон был на ней. – Внезапная надежда озарила Эльзу, у неё перехватило дыхание. Она попыталась сдержать непомерное воодушевление, но ничего не могла с собой поделать.

Девушка обхватила пальцами медальон. Закрыла глаза, углубилась в себя в поисках магических сил.

Поначалу она не чувствовала ничего и уже начала волноваться, что они действительно иссякли. Но затем внутри постепенно стало нарастать знакомое ощущение.

– Получается! Эльза, сработало!

Эльза распахнула глаза. В самом деле, из её стиснутой ладони струилась вверх кисейная дымка. Эльза разжала пальцы один за другим. Струйка тянулась от медальона.

Внезапно перед глазами Анны и Эльзы ясно предстало видение. Две девушки. Одна с длинными волосами, заплетёнными в сложные искусные косы. Другая с короткой стрижкой.

– Ингер и Сессил, – выдохнула Эльза.

Анна обмерла, зачарованная видением, но что поразило её окончательно, так это голоса, в следующий миг зазвучавшие в воздухе.

– Ингер, хватит с ним спорить! Это совершенно бессмысленно.

– Но, Сессил, надо хотя бы попытаться! Он уже приступил к подготовке. Построит дамбу – уничтожит и Зачарованный лес, и край нортулдр. Природная катастрофа – вот что это такое!

Эльза ахнула. Они действительно поссорились из-за дамбы! Ингер определённо не поддерживала идею строительства.

– Послушай, я всё прекрасно понимаю. Правда, – прервала её Сессил. – Но что же нам, по-твоему, делать? Рунард нас ни за что не послушает. А если пойдём ему наперекор, обрушится на Вестерланд. Пострадает народ. Пойми, я тоже болею душой за всяких там лосей и кроликов, но о своих подданных пекусь не меньше. И как их будущая королева я обязана их защитить. Эренделл контролирует порт, а это провиант, лекарства, вообще все товары из других королевств. Без них нам придётся туго.

– Нам придётся ещё туже, если животные лесов вымрут или уйдут дальше на север, – возразила Ингер. – На что тогда охотиться? Надо объяснить Рунарду, какой ущерб нанесёт его дамба нашим землям.

– Да знает он и без нас, – вздохнула Сессил. – Ему просто нет до этого дела.

– Значит, надо добиться, чтобы было! Вот в чём обязанность королевы!

Сёстры упрямо уставились друг на друга. Эльза взглянула на Анну – та не отрывала от видения полных ужаса глаз.

– Что ж, может, тогда тебе и взять на себя эту обязанность? – выпалила Сессил. – Раз уж ты в этом мастак?

– Ты знаешь, что я не этого хочу, – с обидой отрезала Ингер. – И знаешь, какого я высокого мнения о твоих талантах правительницы. И сестра ты тоже замечательная. Я просто пытаюсь помочь! Зачем ты отторгаешь мою помощь? Пожалуйста, перестань!

Сессил сердито надулась. Но потом опустила плечи. Глубоко вздохнула. И посмотрела на сестру извиняющимся взглядом.

– Ну прости меня. Я не хотела. Ты же знаешь, как я тебя люблю.

– И я тебя люблю. – Ингер протянула руку и взяла ладонь Сессил в свою. – Уж как-нибудь разберёмся.

И к полному замешательству нынешних сестёр, там, на берегу реки, сёстры прежние обнялись. Ссора прекратилась, и они стояли, крепко сжимая друг друга. Ровно как Эльза с Анной после того, как помирятся.

– Так это правда. Ингер не хотела стать королевой. Она просто пыталась помочь Сессил, – прошептала Анна с ошарашенным видом. – Она любила свою сестру.

– Тогда что же привело к гибели Сессил? – задумалась Эльза. – Не понимаю.

– Надо смотреть дальше! – предположила Анна. – Наверняка будет продолжение.

Но видение уже таяло. Магия ускользала сквозь пальцы. Эльза сжала зубы, стараясь удержать её, но и сама чувствовала, как наваждение уходит. Дымка из медальона вырывалась клочками, образы девушек поблёкли. Эльза зажмурилась, напряглась. Кожа покрылась ледяной корочкой... Нельзя упустить! После всего, чего они добились... Она просто не может этого допустить!

– Эльза, смотри!

Эльза распахнула глаза – и раскрыла рот. Они были не одни. Рядом с деревянной статуэткой стоял сам драуг. Как он здесь очутился? Неужто проследил?

Плохо дело. Очень плохо.

– Анна, медленно отступай назад. Никаких резких движений. Я его отвлеку, потом встретимся, – шепнула Эльза сестре, лихорадочно соображая. В прошлый раз лёд драуга не остановил. Но, может, он хотя бы задержит монстра, пока они успеют скрыться.

Эльза бросила взгляд на Анну – та застыла на месте.

– Чего ты ждёшь? – воскликнула Эльза. Сердце билось неимоверно. – Ну же! Беги!

Но Анна не побежала. Она шагнула вперёд и встала между драугом и сестрой.

– Ты что делаешь?.. – в ужасе зашипела Эльза. Она не отрываясь следила за монстром, готовясь, что тот нападёт в любой момент. Анна уже совсем близко к нему. Слишком близко. Один взмах когтей, и... – Анна, он сейчас набросится!

– Нет, – твёрдо сказала Анна, не отводя глаз от мертвеца. – Если бы хотел, уже бы набросился. Думаю, ему самому зачем-то потребовалось, чтобы мы побывали здесь. Думаю, ему надо что-то нам показать. Это ведь он нам медальон оставил, – напомнила она Эльзе. – Наверное, понадеялся, что ты что-нибудь из него вытянешь. И вообще, может, он потому за нами и гнался всё это время. Потому что ты единственная, у кого есть способность увидеть прошлое. Раскрыть тайну произошедшего с сёстрами.

– Сес-с-с-стра-а... – прошипело чудовище, и глаза его как будто вспыхнули при этом слове. – Сес-с-с-стра-а. Моя-а-а.

Драуг поднял палец, подёрнутый гнилью, и направил его на медальон в руке у Эльзы. Какое-то время ничего не происходило. А затем всё ещё текущая из него дымка усилилась, загустела.

– Ага! – радостно вскрикнула Анна. – Есть!

К удивлению Эльзы, из медальона хлынуло целое облако тумана, оно заполонило речной берег. Совместными магическими усилиями Эльзы и драуга видение прояснилось, окрепло, стало почти реальным. Как будто две принцессы стоят прямо перед ними.

– Что ж, посмотрим, в чём же там было дело, – взволнованным голосом объявила Анна.

Закусив нижнюю губу, Эльза повернулась к сцене, что разворачивалась прямо перед ними, и как следует напрягла свои магические способности.

Ингер и Сессил разняли руки и, улыбаясь, отступили на шаг.

– Прости меня, – сказала Ингер. – Не хочу с тобой ссориться.

– Нет, это ты меня прости! – воскликнула Сессил. – Ты права. Я просто трушу, когда надо дать отпор этому Рунарду. Он наводит на меня страх. Но куда пущий страх наводит на меня перспектива опустошённого края. Наш народ заслуживает лучшей доли.

– Ты поговоришь с ним? – спросила Ингер с надеждой в голосе.

– Да. Поедем с тобой вместе в Эренделл, я потребую новую аудиенцию. А потом так и скажу, что Вестерланд в его задумку вкладываться не будет.

– А без нашего содействия дамбе не бывать! – закончила Ингер. – Выкуси, Рунард! – Она победно вскинула кулачок и со свистом рассекла им воздух, точно врезала невидимому королю в нос.

Эльза рассмеялась. Ингер определённо начинала ей нравиться!

Однако её смех быстро оборвался. Со стороны реки донёсся какой-то шум. Рёв надвигающейся волны.

– Наводнение! – ахнула Эльза. – Случился внезапный паводок!

Стоило ей озвучить догадку, как они увидели ответ. Вдоль русла на них с небывалой скоростью надвигалась водяная масса. Сессил завопила от ужаса и бросилась прочь от реки.

– Ингер! – закричала она. Волна неслась прямо на Ингер.

Та стояла бледная как полотно и не двигалась с места. Точно приросла к земле от страха.

– Ингер! – не сдавалась Сессил. В голосе прозвенела паника. Она ринулась к сестре и потянула прочь от надвигающейся воды. Но, когда они уже почти были в безопасности, старшая сестра зацепилась ногой за корень, покатилась и упала в реку.

– Сессил! – вскрикнула Ингер. – Нет!

Ингер бросилась к краю берега. Но Сессил была уже далеко. Она беспомощно билась в волнах, ровно как Эльза какие-то минуты назад. Внезапный паводок разъярил и без него бурную реку настолько, что волны вздыбились выше берегов. Ингер была вынуждена отступить назад, подальше от бурлящей пучины.

– Ингер! – донёсся крик Сессил. – Ингер, на помощь! – Видно было, как она пытается ухватиться за упавшее бревно, потом за ветки прибрежного деревца – за что угодно, лишь бы удержаться на месте. Ингер с криками помчалась вдоль реки по берегу.

Эльза взглянула на Анну и бросилась бежать следом за видением. И вдруг остановилась как вкопанная и вытаращила глаза. Она вдруг осознала, куда несёт Сессил.

К гигантскому водопаду.

– Сессил, держись! – кричала ей Ингер, обливаясь слезами, и беспомощно бежала вдоль берега. – Держись!

Сессил оглянулась и ахнула от ужаса, увидев, что ждёт её впереди. Она сделала новое усилие приблизиться к берегу; на сей раз ей удалось схватиться за тонкую веточку. Сессил стала с трудом подтягиваться по ветке, как по верёвке. Но поток бил со страшной силой, и ветка треснула.

На этом моменте видение застыло и обратилось в лёд. Эльза нахмурилась, попыталась подбавить магической энергии в воспоминание, чтобы снова расшевелить его. Но оно застыло намертво, точно кто-то нарочно прервал представление.

Эльза обернулась на драуга, который по-прежнему стоял у деревянной статуи. Однако взгляд мертвеца больше не был прикован к двум принцессам на реке. Он был обращён к чему-то за их спинами.

Или... к кому-то.

– Смотри! – вскрикнула Анна и ткнула пальцем. – Это ещё кто?

Эльза сощурилась, разглядывая новую фигурку – та по-прежнему стояла неподвижно, заключённая в ледяной каркас. Кажется, совсем юнец – лет четырнадцати-пятнадцати на вид. Косматые волосы, большие глаза, в руках пастуший посох. Взгляд Эльзы упал чуть ниже, и она заметила ягнёнка у ног парня.

– Ого, – прошептала она.

– Это же свидетель! – вскричала Анна. – Тот самый, из страшилки Кристофа! Я уже совсем про него забыла, но Кристоф ведь говорил, что нашёлся очевидец событий! Именно так и доказали потом вину Ингер! – Она повернулась к Эльзе. – Ну же, показывай воспоминание дальше. Посмотрим, что он скажет.

Эльза закусила губу.

– Э-э, для начала, это не я остановила воспоминание. – Она посмотрела на драуга. – Можешь показать нам дальше?

Монстр шевельнулся, вроде как кивнув. Видение ожило. И снова по ушам резанули вопли Ингер.

– На помощь! – кричала она, обращаясь к юноше. – Помоги спасти сестру! Скорее! Прошу!

– Оставайся на месте, – приказал ей парень, – иначе и тебя унесёт! – Он подбежал к самому берегу, к тому месту, где Сессил висела на кончике ветки, и обхватил рукой ствол дерева для страховки. Он попытался дотянуться до той же ветки со своей стороны, но никак не мог достать. Ингер беспомощно стояла и смотрела, объятая ужасом.

– Давай же, Сессил, – бормотала она. – Держись, ещё немного.

Сессил подняла взгляд на младшую сестру. В карих глазах больше не было страха, только какая-то странная решимость. Эльза вдруг поняла – и ужаснулась. Сессил знала тогда, что умрёт. И приняла свою судьбу.

– Люблю тебя, Ингер, – выкрикнула Сессил. – И верю в тебя! Ты меня не подведёшь.

– Не-е-ет! – взмолилась Ингер с перекошенным от отчаяния лицом. – Не оставляй меня, Сессил! – Голос предательски надломился. – Я не смогу без тебя!

Но сестра только качнула головой.

– Сможешь, – печально сказала она уже совсем не испуганным, но решительным голосом. – Ты сможешь всё. – Она помедлила и добавила: – Ты моя сестра. И ты сильнее, чем сама думаешь.

На этих словах ветка треснула пополам. Сессил отшвырнуло и скинуло за грань водопада, точно тряпичную куклу. Ингер испустила истошный вопль и рухнула наземь, сотрясаемая рыданиями.

– Сессил... – всхлипывала она. – О, милая моя Сессил...

Через минуту к ней подскочил пастушок. Он попытался поднять Ингер, но её ноги отказывались идти. Она всё вглядывалась в бурлящую стремнину, не в силах унять нервную дрожь. Парень наклонился к ней, мягко откинул прядь волос с её лица, и их глаза встретились.

– Как тебя зовут? – ласково спросил он.

– Ингер, – прошептала она, держась за его руку.

Парень кивнул:

– Ингер. Я Стиг. Я тебе помогу.

И всё, на этом видение растаяло. Река снова успокоилась.

Эльза медленно повернулась к драугу. Тот по-прежнему стоял на берегу и смотрел на воду. Эльза не сразу заметила, что с его лицом творится что-то странное.

Драуг плакал – Сессил плакала.

– Сестра тебя не убивала, – тихо-тихо проговорила Анна. – Ты ведь это нам хотела сообщить, верно? О ней ходили ложные слухи! И ты хотела, чтобы люди узнали правду. Что это был несчастный случай. Что твоя сестра была не виновата. Что она любила тебя. А ты её.

Сессил кивнула, не отводя несчастных глаз от воды. Всем сердцем Эльза сейчас сопереживала ей, даже захотелось подойти и хорошенько обнять. До сих пор они страшились ужасного драуга. А теперь Эльза смотрела на это несуразное создание, и внутри была только жалость к нему. Ну и ещё к Ингер, которую обвинили без вины. Потерять сестру – удар, должно быть, пожёстче, чем потерять руку. Эльзе оставалось лишь надеяться, что ей никогда не доведётся испытать подобную утрату на себе.

Потому что потерять Анну... Её родную Анну... Она тряхнула головой. Нет! И думать не стоит. Невозможно представить.

Эльза снова посмотрела на драуга.

– А ты ведь и раньше пыталась поделиться со мной этим воспоминанием, верно? – внезапно догадалась она. – Ещё там, в лесу. Ты схватила меня за руку. Я-то думала, ты хочешь стереть мои воспоминания. А ты хотела поделиться своими. – Она с жалостью встряхнула плечами. – Прости, что я тогда не понимала.

Драуг помялся на месте, негромко подвывая. Эльза решила, что можно посчитать это за прощение. Она обернулась к Анне.

– Что ж, теперь мы по крайней мере знаем, что там произошло, – сказала она. – Что на самом деле произошло.

– Ты уверена? – спросила Анна, почёсывая в затылке и переводя взгляд с драуга на остатки воспоминания. – Тогда почему во всём обвинили Ингер? Был же как-никак очевидец! Почему они вместе с тем парнем, Стигом, не пошли и не рассказали людям, как было дело? Она была бы чиста перед законом!

Драуг с мычанием помотал головой. Очевидно, он не знал ответа – Сессил ведь к тому моменту уже умерла. Новая загадка, поняла Эльза. Очередная во всей этой запутанной истории.

– Не волнуйся, – сказала она драугу. – Мы всё выясним. Найдём способ. А затем расскажем людям правду. Что там на самом деле произошло. Раз и навсегда очистим память твоей сестры от обвинений.

Драуг как будто оживился.

– Сес-с-с-стра-а, – промычал он, как бы выражая согласие. – Моя-а-а... Сес-с-с-стра-а... – И не прекращая выть, мертвец побрёл обратно в лес.

Эльза и Анна проводили его удивлёнными глазами, пока он не скрылся в чаще.

– Зато теперь примерно понятно, чего хочет драуг, – подытожила Анна.

– А заодно – куда двигаться дальше, – согласилась Эльза. – Надо найти того единственного участника событий, который ещё может быть жив. Того единственного, который видел всё своими глазами.

– Стига, – подхватила Анна. – И я как раз знаю, как его отыскать.

Точно сам дух ветра, быстро и без оглядки мчались Анна и Эльза и, пока не достигли Эренделла, накрытого бураном, не перекинулись ни одним словом. С неба валила смесь снега с дождём, и мостовые утопали в слякоти, а над головой не прекращались раскаты грома. Но рассуждать о погоде было некогда. До замка сёстры скакали не останавливаясь.

– Вы вернулись! – вскричал Олаф, сбегая вниз по ступенькам парадной лестницы к ним навстречу. – Доброе утро! Или скорее доброй ночи? На улице совсем стемнело, – добавил он с тревогой на лице. – Хорошая новость: пока вас не было, драуг в округе не появлялся! И пираты тоже ведут себя прилично!

Анна шлёпнула себя по лбу.

– Точно, – простонала она. – Пираты же ещё! – Она помедлила, обуреваемая желанием повернуть обратно на этих самых ступеньках, выйти из замка и отправиться в порт прямо сейчас. – Так они здесь? В Эренделле? Что делают? Они мешают нашим кораблям на выходе из порта? А на входе?

Парадный вестибюль осветила вспышка молнии.

– Честно говоря, нашим кораблям мешает буря, а не пираты, – сказал Олаф. Он взял Анну за руку и добавил: – Но зато и пиратов она удерживает. Во всяком случае пока.

«Ну спасибо, Сессия», – подумала Анна. По крайней мере, можно разбираться с драугом, пока не заботясь о пиратах. Красота.

До чего же порой выматывает работа королевы.

– Ваше величество! – у подножия лестницы появился Маттиас и вытянулся по стойке смирно. – Порт оцеплен постами береговой охраны! Любой пират, который осмелится подойти близко к берегу, весьма пожалеет об этом. – Он прочистил горло. – Как только непогода уляжется, мы пошлём вестового к их капитану с требованием вступить в переговоры, как вы и приказывали.

– О, замечательно, – кивнула Анна. Хотя ничего подобного она, конечно, не приказывала. Очевидно, с памятью у Маттиаса было по-прежнему не лучше, чем у остальных. Зато он хотя бы снова вёл себя как боевой офицер. – Будут изменения – дайте знать.

Маттиас странно посмотрел на неё, потом перевёл глаза на Олафа.

– Можете идти заниматься своими офицерскими делами, – сказал ему Олаф.

Маттиас кивнул и исчез из виду. Анна взглянула на Эльзу. М-да, похоже, им срочно надо разделаться с проклятием драуга...

Вдруг Олаф оживился:

– А вы куда? Можно мне с вами? Чтобы... не оставаться одному на съедение Ужасной Сессил?

Эльза подхватила Олафа на руки.

– Для начала давай-ка покончим с этими прозвищами. Сессил почти наверняка не такая ужасная и не собирается нам вредить. На самом деле ей нужна наша помощь.

– Ага, и, кстати, оказывается, сестра её не убивала, – добавила Анна. Глаза у Олафа поползли на лоб, и она пожала плечами: – Мы тебя попозже введём в курс дела, там долго рассказывать. Для начала нужно найти Стига.

– Стига? – переспросил Олаф. – Что-то не припомню такого. – Он вдруг замер. – О нет! Неужели и я теряю память?..

– Нет-нет! Ты его не знаешь, – успокоила снеговика Эльза. – Мы тоже. Но, когда Сессил погибла, он был на месте событий и, возможно, подскажет нам, как так вышло, что во всём обвинили Ингер.

– Мы рассчитываем найти его по переписи населения и выяснить, где он живёт. – Анна закусила губу и добавила: – Если ещё живёт...

– Чего же мы ждём? – вскричал Олаф, соскочил на пол и зашаркал прочь. – Идёмте искать эту вашу летопись поселения! Точнее, перепись населения! Это же книга такая, да?

Троица направилась в королевский кабинет, который ныне принадлежал Анне, а до неё – Эльзе, а до неё – их отцу, королю Агнарру, и, скорее всего, когда-то их деду, королю Рунарду, пусть Анна и не любила представлять, как дед сидел в том самом старинном кожаном кресле, в котором сидела теперь она. Эльзе она ещё не высказывала своих догадок, но в душу ей закрадывалось нехорошее подозрение, что вся эта история, по крайней мере отчасти, – дело рук их деда. В конце концов именно из-за него Сессил и Ингер оказались в Эренделле.

– Перепись, к счастью, производится каждые лет десять, не чаще, – объявила Эльза, раскрыла верхний фолиант и перелистнула на самую последнюю сводку.

Палец побежал по строкам, в которых значились подданные королевства, занесённые в реестр по адресам вместе с их ремеслом, возрастом, материальным положением, датами рождения, а также с именами всех членов семьи.

– Посмотрим-ка, много ли Стигов работали пастухами и уже разменяли седьмой десяток, – проговорила Эльза и покачала головой. – М-да, это будет не быстро, тут же пофамильный перечень...

– Поэтому давайте заодно посмотрим в записях судебных заседаний, – предложила Анна и вытянула с полки толстенную подшивку. – Раз мы знаем дату посещения принцесс из Вестерланда, поиск сужается. – Она быстро стала листать страницы, пока не открыла на нужном годе. Вскоре замелькали и имена сестёр-принцесс. – Вот, нашла! Слушание по делу Ингер!

Эльза с Олафом подошли к Анне и заглянули ей через плечо.

– «Свидетель, Стиг Петтер», – прочла Эльза. – Отлично. Значит,…

– Ого! – вырвалось у Анны, и она ещё быстрее забегала глазами по странице. – Да ладно!

– Что?

Анна откинулась на спинку кресла.

– Он солгал! Стиг дал ложные показания в суде.

– Что-о? – Эльза и сама склонилась над протоколом заседания.

– Согласно этой записи, Стиг показал, что видел, как Ингер столкнула Сессил в реку и стояла и смотрела, пока та не утонула, – вкратце пересказала Анна. – Ингер его показания отрицала, но Стиг был единственным свидетелем, и суд принял его сторону. – Анна в смятении захлопнула подшивку. – Зачем ему было лгать? Он же был там и всё видел!

– Стиг Петтер, в чём же твоя тайна? – пробормотала Эльза и вернулась к переписи. Палец снова побежал по строкам. – Вот он! Ещё жив, – с облегчением сообщила она. – Только, видимо, уехал из Эренделла.

– И где же он теперь? – спросила Анна с досадой. Оставалось только надеяться, что не очень далеко.

– В горах. Примерно там, где Гармон.

Что ж, это близко. А кроме того, раз Стиг оставался за пределами Эренделла, то с памятью у него должно быть всё в порядке.

Шансы невелики. Но есть.

«Стиг, пожалуйста», – мысленно взмолилась Анна, когда они наконец добрались до его одинокого дома, измотанные очередной поездкой сквозь стену дождя и ветра. «Помоги нам распутать этот клубок», – заклинала Анна. К сожалению, надеяться, что Стиг будет им активно помогать, не приходилось. В конце концов тогда ведь он зачем-то солгал. Что, если и сейчас не откажется от своих показаний? И всё же он оставался их последней зацепкой, единственной живой душой, которая была на месте событий, видела всё воочию. Значит, как-то надо было склонить его к содействию. Иначе Сессил никогда не обретёт покой.

А Эренделл будет навсегда низвергнут в бушующую тьму.

Анна соскользнула с лошади, Эльза – с Нокке, и они быстро подошли к двери домика. Стучать пришлось что есть сил, чтобы пробиться сквозь оглушительные раскаты грома. Дверь мигом распахнулась. Сквозь очки в тонкой оправе на сестёр злобно уставился лысый старичок с островками седого пушка над ушами.

– Вам что, дома не сидится в такую погоду? – сухо спросил он сестёр.

– Вы господин Петтер? – с энтузиазмом обратилась к нему Анна, не обращая внимания на струйки воды, сбегавшие по лицу. – Стиг Петтер?

– Ну, положим, – раздражённо ответил старик. – А вы, положим, королева Анна, а она вот – королева Эльза. Единственное, чего я не знаю, – это что вы забыли у меня на пороге.

– В Эренделле происходит нечто из ряда вон выходящее, и нам могла бы понадобиться ваша помощь, – объяснила ему Эльза и с просящей улыбкой добавила: – Можно войти?

– Извиняйте, – отчего-то взволнованно ответил им Стиг, – но помочь я вам ничем не могу. – И уже приготовился захлопнуть дверь.

Очередной раскат грома заставил всех троих вздрогнуть.

– Пожалуйста! – взмолилась Анна. – Только на минуточку впустите нас в дом. Мы промокли до нитки.

Стиг вздохнул:

– Ладно. Так уж и быть, входите. Но большего от меня не ждите. Я уехал из Эренделла пятьдесят лет назад. И делами вашего королевства больше не интересуюсь.

Звучало не очень-то многообещающе. Но по крайней мере их впустили внутрь. Авось удастся расписать ему, до каких кошмаров дошло дело, и он дрогнет. Главное, хоть не мокнуть под дождём. Сёстры поспешно нырнули в дом, и Стиг запер дверь. Жилище оказалось довольно скромным, зато в очаге жарко горел огонь, а в котелке над огнём вовсю бурлила какая-то стряпня – суп, по всей видимости. В отличие от снеди Файгел, этот суп пах аппетитно.

– Спасибо, – сказала Стигу Эльза, выжимая подол платья. – Мы не хотели навязываться...

– У нас только пара вопросов к вам по поводу одного случая из вашей молодости, – приступила Анна, вытирая руки о юбку. Ходить мокрой ей начинало откровенно надоедать.

Стиг посерел лицом.

– Если вы имеете в виду, откуда у меня взялись средства на покупку дома после того, как я перестал пасти овец, то это не ваше дело! Я уже тысячу раз им говорил, что ничего объяснять никому не должен! Дом достался в наследство, честно и... по закону! – Он осёкся.

– Дом нас не интересует, – сказала Эльза.

– А, – неловко помедлил Стиг. – Тогда что же вам от меня надо?

Анна решила идти ва-банк:

– Мы хотим знать правду о принцессе Ингер. Нам достоверно известно, что вы были там, на берегу, в день ссоры Ингер и Сессил, когда Сессил снесло в реку. – Анна старалась что было сил сохранять спокойный тон. Чисто деловой. Как будто задаёт простой вопрос о погоде. Но внутри всё клокотало. Этот Стиг солгал, и его ложь разрушила жизнь человека, совсем молодой девушки! Зачем он так поступил? Признается ли сейчас, пятьдесят лет спустя?

Стиг напрягся.

– Понятия не имею, о чём вы, – пробормотал он. Но по щекам разливалась пунцовая краска.

Опять врёт, поняла Анна.

– Да что вы! Мне удалось воссоздать воспоминание, и мы сами видели, как было дело, – вмешалась Эльза. – Видели, как Сессил силилась защитить Ингер, но упала в реку, и как вы выбежали и попытались спасти её. У вас не получилось, и тогда вы отошли на безопасное расстояние и стали успокаивать Ингер.

– И даже пообещали ей, что поможете! – выпалила с негодованием Анна. – А потом взяли и сами же обвинили в убийстве! При всех! Это из-за вас её приговорили к смерти! За то, в чём она была невиновна!

Стиг побагровел.

– Уходите. Немедленно, – проговорил он и потащил Анну за руку к двери. – Прошу прощения, ваши величества, но об этом случае я давно предпочитаю не вспоминать. – Он осёкся, но затем выдавил: – Ни о каких сёстрах из Вестерланда я слышать больше не желаю.

До того близко он был сейчас от Анны, что она могла в деталях разглядеть глубокие морщины у него на лбу, красные пятна на обветренных щеках, голубые – почти серые от старости – глаза, полные страха. Нечто, что случилось тогда, долго преследовало его потом. Но что? Зачем ему было лгать насчёт Ингер? Почему он удалился сюда жить в одиночестве, спрятался от мира, а теперь кидается на всех, кто заведёт разговор о его домике и финансах, если он...

И вдруг Анне вспомнились свои подозрения, пока они были в замке. Она повернулась к Стигу и зашла с другой стороны.

– Кое-кто другой попросил вас дать ложное свидетельство, верно, – ровным тоном произнесла она – даже не спросила, а именно сказала.

Стиг отвёл взгляд в сторону, и Анна поняла, что угадала.

– Но кто это мог быть? – в замешательстве обратилась к сестре Эльза.

– Да разве не ясно? Наш дед, – объявила Анна. – Когда Сессил погибла, а Ингер оказалась под стражей за убийство, Вестерланд больше не мог помешать Рунарду строить дамбу, – объяснила она. – Ты же слышала в воспоминании: принцессы хотели вернуться и отказать ему. Ингер убедила Сессил не участвовать в проекте, и они вполне могли бы привлечь на свою сторону и другие близлежащие королевства, а тогда бы у Эренделла не хватило средств на постройку. – Она с силой втянула воздух. – Дед, очевидно, не мог этого допустить.

– Кошмар, – прошептала Эльза. – Но звучит логично. Даже в одиночку Ингер не отступила бы перед дедом. – Она бросила взгляд на Стига. – А ему достаточно было заполучить свидетеля, готового показать, что это Ингер столкнула Сессил в реку, и больше никакие принцессы из Вестерланда не стояли бы у него на пути.

Стиг закрыл лицо руками. Из-под ладони выскользнула одна-единственная слезинка. Когда он поднял глаза на сестёр, на его лице отражалось внутреннее терзание.

– Вы всё верно сказали. Я тогда солгал. Вот уже полвека прошло, а моя ложь и по сей день меня мучает. – Он достал платок и шумно высморкался. – Клянусь, никогда себя не прощу за то, что с ней стало, с бедной несчастной девочкой. Только теперь-то что уж – поздно, ничего не поделаешь.

– А вот здесь вы как раз ошибаетесь, – сказала ему Анна, взяла за руку и подвела к стулу. – Нам надо поговорить. Итак, это король Рунард велел вам солгать?

– Да. – Голос Стига задрожал и осёкся. Анна терпеливо ждала, и он продолжил: – Я поначалу не собирался никому лгать. Рассказал его величеству ровно как было. Когда сестра-то погибла, принцесса Ингер была не в себе. Мы с ней побежали в город, позвали на помощь, но сделать уже, конечно, ничего нельзя было. – Анна сжала его руку. – Потом король лично переговорил с Ингер, и что-то изменилось... – Стиг опять замялся.

– Продолжайте, –- мягко подбодрила его Эльза. – Всё в порядке.

– Король Рунард снова прислал за мной и объявил, что насчёт Ингер я ошибся и что надо при всём честном народе сказать, мол, я видел, как она свою сестру убила. – Стиг снова закрыл лицо руками. – Грозился, что если не дам показания, скажет, что я действовал с Ингер заодно, и сгноит меня в тюрьме. – Его голос надломился. – Я тогда ответил, дескать, всем растрезвоню, как он мне тут угрожает, а король ну хохотать. – Стиг уставился перед собой стеклянным взглядом. – «Да кто тебе поверит?» – спрашивает. Ты же, дескать, ничто и звать никак, простой пастушок.

– Это так низко! – не выдержала Анна. – Королю не пристало угрожать своим подданным!

– Может, и не пристало, да что мне было делать-то? – хрипло ответил Стиг. – Выбор передо мной стоял – либо солгать на суде, либо отправляться в тюрьму, если чего не похуже. Ну я и сделал, как мне велели, и король наградил меня за это. Пасти овец мне больше не надо было, у меня появились деньги вот на этот домик, чтобы уехать подальше и скрыться из виду.

Он обвёл рукой стены вокруг, и сёстры умолкли, прислушиваясь к стуку дождя по крыше.

– Стыдно мне было после всего, что случилось, оставаться в городе, – продолжил Стиг. – Вечно боялся, как бы кто не спросил насчёт принцесс из Вестерланда. Вот и улизнул подальше. От людей-то спрятался, а совесть изнутри знай себе грызёт. Сёстры по ночам годами донимали. – Он прикрыл глаза. – Порой прямо слышу, будто младшенькая с берега к утопленнице взывает, ну ровно как тогда, истошно так... – И старик заплакал.

Анну окатила волна гнева. Но на сей раз злилась она не на Стига. Стиг, как она теперь понимала, был такой же жертвой дедовской лжи, как и обе сестры из Вестерланда. Пусть он поступил в своё время недостойно, понять его не составляло труда. Анна положила руку старику на плечи и постаралась унять его терзания. Взглянув на Эльзу, она заметила, что сестра крепко задумалась.

– Всё встало на свои места, – мягко подвела итог Анна. – Теперь ясно, почему никто не знал правды. Дед об этом позаботился.

– И теперь Сессил жаждет справедливости, – согласилась Эльза. – А от нас хочет, чтобы мы её добились.

Стиг поднял на них удивлённые глаза:

– Погодите, а что, Сессил жива? Но я же видел, как она погибла! Из того водопада ей было точно не выбраться...

Анна помялась. Выдержит ли старик такие новости?

– И да, и нет. Сессил обратилась в драуга, напала на Эренделл и отнимает у его жителей память, чтобы те перестали считать Ингер её убийцей. И бураны эти, и потёмки – её рук дело.

Стиг аж рот разинул.

– В драуга?.. – пролепетал он.

– Именно. Но, если вы выступите с заявлением, возможно, Сессил и успокоится, – ответила ему Эльза. – Дед Пабби сказал: «Повесть о ней злосчастья прогонит». Вам нужно выйти перед людьми и рассказать правду о принцессах.

Стиг задумался:

– Вряд ли меня, конечно, станет кто слушать, старого-то пастуха, ну да попытаю судьбу. Всё-таки перед младшей принцессой я в долгу. Может, хотя бы так расплачусь. Хотя, если она меня и после этого не простит, винить её не стану. – И он уставился в пол, всем видом выражая печаль.

Анна и Эльза переглянулись.

– Очень не хочется огорчать вас ещё больше, – мягко начала Анна, – но, к сожалению, простить вас Ингер не сможет. Она тоже погибла.

Старик бросил на сестёр быстрый взгляд.

– А, да, так оно считается, – сказал он. – Но на самом деле она вполне ещё жива. И, думается, где-то поблизости.

– Жива?! – повторила Эльза, в замешательстве глядя на старика. – Но нам рассказывали, что тюремное судно, на борту которого её держали, затерялось в море, не дойдя до берега! – Неужели им и здесь сказок понарассказывали? Да нет же, так значилось в официальных эренделльских документах.

С другой стороны, в них же значилось, что Ингер совершила убийство.

Стиг смущённо пожал плечами.

– Судно-то, может, и затонуло, только вот принцессы Ингер на нём не было, – сказал он и сел на стуле ровнее. – Ещё прежде, чем корабль отчалил, ваша бабушка помогла ей сбежать.

– Наша бабушка? – эхом откликнулась Анна и сделала большие глаза. – Вы имеете в виду королеву Риту?

О своей бабушке по отцовской линии Эльза с Анной знали немного. Из Ахтохаллэн Эльзе удалось выведать, что, когда их с Анной отец был ещё мальчиком, Рита сбежала из Эренделла, не вынеся тягот неудачного брака и несчастной жизни. Что с ней случилось потом, не знал, однако, никто.

– Она единственная поверила принцессе Ингер, – пояснил Стиг. – Знала ведь, что за человек король Рунард, и с принцессами из Вестерланда общалась до этого. Наверняка понимала, что Ингер не была способна на преступление, в котором её обвинили. Помню даже, королева пыталась защищать её в суде, но Рунард от неё быстро избавился, просто отослал в свои покои, и всё. Конечно, Рита и сама видела – хоть что она на суде скажи, дела ничего не изменит, а, может, только хуже сделает. И она исхитрилась помочь иначе.

– Помогла Ингер сбежать?

– Да. Я всё видел. Меня корила совесть за то, что натворил, и я шатался в ту ночь бессонно по городским улицам. В порту я заметил королеву Риту, она стояла неподалёку от тюремного судна, а рядом два эдаких головореза и, собственно, принцесса Ингер. Та, правда, завернулась в чёрный плащ, я её не сразу узнал. Но потом глаза увидел. У неё такие синие глаза – враз узнаешь. До меня донеслись обрывки разговора – очевидно, королева заплатила тем двум бандитам, чтобы они выкрали Ингер с корабля и добыли ей пропуск на другой. Потом Рита сказала принцессе, чтоб она уезжала и никогда больше не возвращалась, а если вернётся, то здесь её ждёт верная смерть.

– Ого. – Эльза присвистнула. – Бабушка молодец!

Стиг кивнул:

– Слышал, Ингер перед посадкой на корабль дала клятву королеве. Что, мол, исходит море вдоль и поперёк, если нужно – до самой смерти ходить будет, пока не отыщет тело сестры и не предаст земле как подобает. И только тогда обе они обретут покой.

– И вы думаете, она ещё ходит по морю? – спросила Анна. – Всё-таки уже пятьдесят лет прошло. Если она и жива до сих пор, то уже очень стара.

– Это да. Но клятву она свою держит. При чём, как я слышал, прямо у берегов Эренделла.

Эльза уставилась на Стига в замешательстве.

– Что вы имеете в виду?

Старик потянулся к небольшому шкафчику и вытянул ящик. На свет показался экземпляр «Деревенской короны»; Стиг развернул его на столе и указал пальцем на заголовок:

Эльза ахнула, бросила взгляд на сестру и поняла, что Анна думает о том же.

Стиг постучал пальцем по изображению синеглазой королевы пиратов.

– Постарела, конечно, куда деваться. Волосы уж не те. Но глаза – эти глаза меня в страшных снах с полвека преследуют. – Он поднял лицо и посмотрел на сестёр. – Это принцесса Ингер. Вот с места мне не сойти.

– Поверить не могу! Прямо у нас под носом была всё это время! – бушевала Анна, меряя шагами палубу, пока матросы ставили паруса и налаживали снасти. Узнав от Стига тайну Ингер, сёстры тотчас вернулись в Эренделл и велели готовить корабль, чтобы идти навстречу пиратам под предлогом переговоров. Стиг обещал ждать их в городе, чтобы рассказать правду о смерти Сессил. Если бы его могла услышать и Ингер, это было бы в сто раз лучше. Она бы знала, что в конце концов оправдана.

В какой-то момент Эльза заметила, что Анна уткнулась в газету и рассматривает ту самую полосу «Деревенской короны», где напечатано про неё. Эта заметка шла сразу за статьёй о пиратской предводительнице Синее Око.

– Я-то думала, когда драуг подобрал газету, он прочитал про меня! А он всего лишь смотрел на сестру! Он даже мычал тогда: «Сес-с-с-стра-а», – простонала Анна. – Я такая тупица.

– Ну откуда тебе было знать, – успокоила её Эльза, хотя и сама немного досадовала на себя за то, что не догадалась. В замке они сравнили портрет из статьи с последними изображениями Ингер и обнаружили, что сходство налицо, несмотря на все пятьдесят лет. – Мы ведь думали, что она мертва.

– Ну да, – согласилась Анна. – Верно. – Она вздохнула. – Надеюсь, Ингер согласится хотя бы поговорить с нами. И не заставит пройтись по доске и что-то в таком духе. – Она вздрогнула.

– Вы уверены в своём решении? – обратился к ней Эрик, капитан корабля. На лице у него застыла суровая мина. Идея пуститься по морю навстречу пиратам, да ещё в эдакую погодку, его отнюдь не вдохновляла. Однако Ола фу как-то удалось уговорить его собрать команду и поднять паруса. (Сам снеговик, впрочем, решил остаться на суше. Кто-то же должен присматривать за Эренделлом!)

К тому моменту, как настала пора отчаливать, погода только ухудшилась, и моряки еле вывели шхуну в бушующее море. Ветерок помогал как мог, дул в паруса в нужном направлении, а впереди по воде скакал Нокке и расчищал им дорогу меж крутых волн. Но с неба по-прежнему лило как из ведра, а качка заставляла пассажиров цепляться за борт руками, чтобы удерживаться на палубе.

К счастью, пиратский флот стоял не очень далеко от берегов, и вскоре над гребнями волн затрепыхались чёрные флаги. У Эльзы по спине пробежал холодок – и совсем не оттого, что она вымокла и замёрзла.

– Замедлите ход, – крикнула Анна морякам; те согласно кивнули. – Поднимите белый флаг. Пусть видят, что мы идём с миром.

Матросы послушно рванули с мест, но, прежде чем они успели выполнить приказ, раздалось громкое – бум-м! Мелькнула огненная вспышка, и палубу вмиг накрыло всплеском воды у самого борта.

– Они пальнули по нам из пушек! – в ужасе выкрикнула Анна. – Стой, ближе не подходить! – отдала она новый приказ.

– Очевидно, в переговорах они не заинтересованы, – пробормотала Эльза.

– Но как же нам поговорить с Ингер, когда мы не можем к ней приблизиться? –; всплеснула руками Анна.

– Оставайся здесь. К ней отправлюсь я, – решительно сказала Эльза и двинулась к борту.

Анна схватила её за руку:

– Что? Нет! Нельзя! Они же убьют тебя!

– Попасть в меня из пушек куда сложнее, когда я одна верхом на Нокке, чем когда я на борту большого корабля. Не волнуйся, я до них доберусь. Втолкую им, что мы с мирными целями. А потом мы пошлём за тобой.

Анна с усилием стиснула руки. Эльза видела, что сестра не согласна, но одновременно пытается довериться ей. Честно-то говоря, Эльза и сама себе до конца не верила, но выбора не было. Надо подобраться к пиратам ближе, иначе достучаться до них нет шансов. А верхом – единственный способ.

Эльза свистнула Нокке. Тот вмиг вынырнул из морской пучины, осыпав корму корабля градом брызг. Эльза взобралась к нему на спину и твёрдой рукой взяла удила. Обхватила ногами покрепче холодные бока водяного коня и пригнулась к его ушку.

– Ну, – шепнула она, – вперёд к пиратским кораблям!

Нокке согласно заржал и пустился галопом, а Эльза стала стрелять магией направо и налево, покрывая море льдом на ходу, чтобы не дать коню уйти под воду.

Бу-ум-м!

Ещё один пушечный выстрел: на этот раз пираты целились именно в Эльзу. Чугунный шар пробил ледяную тропу впереди, и кругом расползлись миллионы трещин. Нокке встал на дыбы и дико заржал. Эльза выстрелила льдом направо и послала коня в обход.

– Давай! Ну же! – крикнула она водяному духу. – Прорвёмся во что бы то ни стало!

Нокке послушно рванул дальше. Раздался новый залп, ядро упало ближе, и волна ледяной воды окатила Эльзу с головы до ног. Она ещё крепче вцепилась в лошадиную шею и устелила льдом новую тропу, налево.

На этот раз магия далась ей труднее. Эльза с тревогой подумала, что её магические силы снова могли ослабнуть из-за встречи с драугом. А ведь если здесь, посреди моря, они иссякнут совсем, останется одна дорога – на Дно.

Мысли в голове заметались от страха. Идти дальше вперёд или повернуть назад? Понадеяться, что успеет вернуться на шхуну до того, как совсем ослабеет? Но, если Эльза сейчас вернётся, это будет полное поражение. Больше они не смогут остановить драуга. На Эренделл опустится вечная тьма.

Ни за что! Эльза не может этого допустить. Народ Эренделла рассчитывает на неё. На неё рассчитывает Анна.

Внезапно ей пришла в голову мысль. Она свистнула. Дух ветра завихрился вокруг, выдавая тревогу.

– Мчись к пиратским кораблям, – приказала ему Снежная королева. – Дуй в их паруса и неси их ко мне!

Ветерок прыснул солёными брызгами в знак согласия и помчался над водой. В следующее мгновение Эльза увидела, как пиратские суда стали быстро надвигаться на неё. Она смогла разглядеть на борту людей, те в панике бегали по палубам, напуганные внезапным порывом ветра, и тревожно голосили. Эльзу они из внимания выпустили и палить из пушек явно не собирались, пока суда не восстановят нарушенное построение. А значит, у Эльзы появился шанс.

Она похлопала коня по шее.

– Ну что. Последний рывок! Давай, ты сможешь!

Дух воды рванул вперёд, а Эльза выстрелила льдом через оставшееся морское пространство прямиком до ближайшего корабля. Нокке летел столь быстро, что слёзы застили Эльзе глаза, а щёки заныли от солёных брызг. Но она крепко вцепилась в конскую гриву и с мыслями об Ингер и Сессил припустила вперёд. О них и об Анне. И народе Эренделла. В конце концов она ведь их Снежная королева. Ей такое по плечу.

Подойдя вплотную к кораблям, она смогла расслышать голоса пиратов с палубы:

– Что это?

– Может, сирена?

– Может, русалка?

– Она верхом на коне!

– На обычного коня не похоже...

Эльза сморгнула и обнаружила, что они прискакали к самому борту одного из пиратских кораблей покрупнее. Сверху на неё пялились несколько человек, разевая рты в изумлении.

Эльза робко им улыбнулась.

– Здравствуйте, – крикнула она пиратам. – Меня зовут Эльза. Я пришла к вам с миром. – Лёд под копытами Нокке затрещал. – Скажите, может, я могу подняться к вам на борт? Пожалуйста.

Пираты нерешительно переглянулись. Поднялась какая-то возня, толпа стала почтительно расступаться перед кем-то, кто продирался вперёд. Очевидно, приближался лидер. Ингер?

К изумлению Эльзы, на борту показалась молодая девушка примерно её возраста и посмотрела на Эльзу сверху вниз. Одета она была в кожаный плащ, подпоясанный красным кушаком, а копну ярко-рыжих волос венчала пиратская шляпа.

У неё были невероятно, неописуемо синие глаза.

– Ингер? – ахнула Эльза. В голове ничего не складывалось: Ингер ведь должно было давно стукнуть под семьдесят. Но и сходство было несомненное. – Это ты, Ингер?

– Вообще-то, – ответила девушка, – меня зовут Сессил.

– Да что там происходит? – буркнула себе под нос Анна, вглядываясь в неспокойные воды, вдалеке за которыми крошечная фигурка Эльзы спрыгнула со спины Нокке и теперь поднималась на палубу пиратского корабля, готового взбунтоваться в любую минуту. И захватить Эльзу.

Сердце Анны ушло в пятки. Конечно, Эльза не беспомощное создание. Конечно, дух воды мчится быстрее ветра и в случае чего легко увернётся от пушечных залпов, но всё-таки... Унять тревогу эти соображения не помогали. На море по-прежнему свирепствовал шторм, и даже на таком расстоянии до Анны доносились обрывки пиратских выкриков.

– Не стоило ей одной туда соваться! – выпалила Анна, когда сестра на её глазах влезла на палубу, полную пиратов.

– Пожалуй, не стоило, – подтвердил Эрик.

Шхуну качнуло огромной волной, и судно чуть не легло на борт. Анна с капитаном крепко вцепились в первое, что оказалось под рукой, и еле устояли на ногах.

– А пираты, кажется, не очень дружелюбно настроены, – заметил капитан. – С другой стороны, вряд ли они заботятся выказать гостеприимство.

– Точно не заботятся! Именно поэтому ей и не стоило так опрометчиво браться за дело в одиночку! Надо было мне настоять и отправиться с ней! – пилила себя Анна.

Тем временем на пиратском корабле Эльза отчаянно жестикулировала, из чего Анна поняла, что идёт горячее объяснение.

– Из нас двоих я дипломат, – сообщила Анна капитану, на случай если тот вдруг забыл. – У меня язык что надо подвешен, уж это все знают. Если кто и смог бы достучаться до этих пиратов, то это... Ой. Так. Что там происходит? Ничего не разглядеть! – Анна прижала ко лбу ладонь, прячась от дождя, который только усилился. Небо разорвала вспышка молнии, и палуба пиратского корабля на миг осветилась.

Эрик приставил к глазу бронзовую подзорную трубу.

– Кажется, её ведут к… это что, их капитан?

Анна выхватила у него подзорную трубу и увидела, как Эльза обращается к какой-то пиратше в большой шляпе. Из-под шляпы торчали рыжие волосы знакомого оттенка. Анна ахнула. Неужели Эльза отыскала принцессу Ингер? Хотя, постойте-ка, пиратша вроде молода на вид. Анна как могла вгляделась в крохотные силуэты, но завеса дождя скрывала все детали. Анна разочарованно вздохнула. Хорошо уже, что Эльза в порядке, но о чём они говорят? Нашлась ли Ингер?

– Эх, ну почему я не там... – вырвалось в отчаянии у Анны.

– Кажется, они как раз идут сюда! – вскрикнул Эрик, глядя, как пиратские корабли двинулись по коридору скалистого фьорда курсом прямо на их шхуну. Они без труда рассекали бушующие волны и приближались с такой скоростью, что Анна уже было решила, что сейчас непременно разобьются. Однако лавировали они мастерски, ничуть не хуже моряков эренделльского флота, и Анна поняла, что единственное возможное объяснение этому – Ветерок. Корабли остановились и бросили якорь, а в следующую минуту на шхуну уже протянулся трап, и с борта пиратского парусника Анне активно замахали, мол, поднимайся к нам.

– Это она? – выпалила Анна, как только Эльза вытянула её за руку на палубу. – Ты нашла её? Что она сказала? – Вопросы так и сыпались один за другим, ничуть не уступая беспрестанным толчкам бушующего моря, которые нагоняли на Анну тошноту.

– Анна, познакомься с внучкой Ингер, – объявила Эльза и махнула рукой в сторону девушки в эффектной шляпе. – Её зовут Сессил.

Анна обомлела.

– Сессил? – едва выдохнула она.

– Можешь звать меня Рыжей. Все так зовут. – Девушка коснулась шляпы и улыбнулась, сверкнув золотым зубом. Известное сходство, однако, бросалось в глаза. Пусть она носила имя своей погибшей двоюродной бабушки, которую никогда не знала, но на свою родную бабулю она походила как две капли воды. И конечно, те же поразительно синие глаза, о которых не упускали случая вспомнить все, кто видел Ингер.

Рыжая кивнула и расправила плечи.

– Да-да, это моя бабушка Ингер поставила меня во главе судна. Эльза мне уже передала, что ты хочешь с ней говорить. – Она осторожно обвела взглядом палубу. – Не уверена, что бабуля готова принимать посетителей. Она уже в летах, знаешь ли, и обычно торговые переговоры оставляет на меня.

– Мы не насчёт торговли, хотя к этому вопросу я как королева Эренделла ещё вернусь, – заговорила Анна, чувствуя, что к ней возвращается смелость. – Но вначале мы хотели обсудить с твоей бабушкой дело личного характера. – Она бросила взгляд на Эльзу. – У нас есть новости касательно её сестры.

– Ты про мою двоюродную бабку, которая тоже Сессил? – Рыжая сделала большие глаза. – Вы нашли её тело? Мы годами ходим по морю, его ищем! – Выражение её лица смягчилось. – Собственно, потому мы и вернулись в Эренделл. То есть мы сюда каждый год приплываем, ко дню гибели, почтить память. Но обычно снимаемся с якоря сразу после поминального ужина – ну чтобы народ на берегу лишний раз не пугать. А тут вдруг бабуля заладила, дескать, сестра ей во снах всю неделю является, зовёт её. Ну и не дала нам уйти, всё твердит, что сестра где-то рядом. Я-то думала, она на старости лет того... Но если у вас какие вести на этот счёт...

Оглушительный раскат грома заставил всех подскочить на месте. Корабль накренился на левый борт, волна захлестнула палубу, корабль качнулся в обратную сторону и выпрямился. Похоже, шторм усиливался с каждой минутой. В подобную бурю Анна попадала только однажды в своей жизни – в день коронации, когда Эльза наслала на королевство волшебную зиму.

Забавно, подумалось вдруг Анне. Что, если покончить с этой бурей им поможет то же средство, какое помогло им с бураном тогда? Любовь сестёр.

– Мы знаем, где Сессил, и готовы всё объяснить, как только ты отведёшь нас к бабушке! – объявила Анна.

Рыжая задумалась.

– Так уж и быть. Идите за мной. – И она повела их к большому люку в палубе корабля. На крышке люка красовалась искусная деревянная резьба, изображающая морскую битву судна с кракеном. Рыжая наклонилась и потянула за ручку. Крышка, скрипнув, открылась, и взорам гостей предстала хлипенькая лесенка в трюм, откуда пахнуло порохом. Рыжая стала спускаться. На полпути она подняла на сестёр глаза и махнула:

– Ну же, она тут, внизу.

Анна и Эльза последовали за Рыжей в темноту трюма. Корабль качало и вертело, отчего пробираться по полутёмному проходу, освещённому тусклыми фонарями, было сложно. Но для Рыжей, кажется, не составляло никаких затруднений шагать и здесь так же уверенно, как по твёрдой земле. С другой стороны – она, наверное, с рождения с судна не сходила.

Рыжая провела их через ряд тесных кубриков, завешанных гамаками, пока они не упёрлись в небольшой отсек в самой корме – очевидно, капитанскую каюту. Внутри на койке дремала старушка. У неё были длинные седые косы и обветренное морщинистое лицо, но не по ним Анна узнала, что перед ней действительно Ингер.

По всей каюте были кругом развешаны чёрно-белые рисунки. Десятки набросков, и на всех одна и та же девушка с короткой стрижкой, в элегантном платье, с улыбкой на юном лице, навсегда застывшая в том возрасте, в каком она предстала в ледяном видении, вызванном Эльзой.

– Анна, смотри, это же Сессил, – прошептала Эльза. Она протянула руку и коснулась куска пергамента на стене, где Сессил сидела на камне и смотрела в воду. Эльза сжала руку Анны. – Мы нашли обеих сестёр.

«Да, – подумала Анна. – Главное теперь – успеть помочь им прежде, чем будет слишком поздно».

– Ба? – шёпотом позвала Рыжая. – Ты спишь?

– Я никогда не сплю, – буркнула старушка. Она подняла дрожащие веки, и на гостей обратились те самые знаменитые синие глаза. – Ты как была моя питомица, моя лапушка, так и осталась, и я буду присматривать за тобой даже с закрытыми глазами.

Рыжая гоготнула и повернулась к Анне с Эльзой:

– Как видите, хоть с постели почти не встаёт, но голова в полном порядке.

– Принцесса Ингер? Из Вестерланда? – обратилась к ней Анна, уверенная, что угадала верно. Ей просто хотелось, чтобы та сама подтвердила их догадки.

Ингер поджала губы:

– Кто там меня спрашивает и зачем? По судам меня таскать точно без толку, в мои-то годы. Допрос начать не успеете, как я окочурюсь.

– Ба, ну прекрати, – недовольно перебила её Рыжая. – Ты будешь жить вечно.

Ингер фыркнула.

– Ага, именно так себя и чувствую. – Она всмотрелась в Анну и Эльзу. – Но упрятать меня в камеру на остаток дней не дам. Уведите этих двух.

– Нет! Погодите! – крикнула Эльза. – Мы не арестовывать вас пришли.

– Мы пришли вам помочь, – подхватила Анна.

– Ах, помочь? – Ингер вздёрнула правую бровь. – Такого я давненько не слышала. Собственно, с тех пор как ваша же королева выкрала меня из тюрьмы и отправила прочь на этом самом судне.

– Рита была нашей бабушкой, – гордо сообщила Анна.

– Это королевы Эренделла, Анна и Эльза, – пояснила Рыжая.

Услышав последнее, Ингер села на кровати.

– Ах вот как? Что ж, тогда вам полезно будет узнать, что это ваша бабушка спасла мне жизнь. Потому что дедушка отправил меня на виселицу.

Эльза неловко переступила с ноги на ногу:

– М-да, нам частенько приходится приносить за него извинения.

– Весь белый свет думает, что я отчалила на тюремном судне, которое потом, как я слышала, затонуло в море, – сказала Ингер. – Но на самом деле ваша бабушка выкупила мне проезд на другом корабле, который вскоре захватили пираты.

– Расскажи им эту историю, ба, – попросила Рыжая.

Ингер повернулась к Анне с Эльзой.

– Меня поначалу заперли в трюме, но ненадолго. У меня же научный склад ума. – Она постучала пальцем по лбу. – Я умела прокладывать маршруты, могла подсказать, как ветер повлияет на скорость, знала, как измерить глубину. Я их быстро покорила. – Она пожала плечами. – Конечно, как тут устоишь.

Рыжая усмехнулась:

– Не обращайте внимания, она всегда такая наглая. За то дед её и любил.

– Ой, да, это точно, – подтвердила Ингер. – Когда мы с Дагом только познакомились, он был жуткая злюка, особенно для капитана. Я его сердце быстро завоевала, стала помощницей капитана, потом женой. Помогла ему в итоге легче относиться к жизни, а не воспринимать серьёзно каждый пустяк, как сестра...

Она смолкла. Сессил, очевидно, до сих пор была больной темой, поняла Анна.

– У них родилась моя мама, а у мамы – вот я, и меня назвали в честь моей двоюродной бабушки, которую я и видеть никогда не видела, – влезла с объяснениями Рыжая. – А теперь вот веду корабль на пару с бабулей.

– Ты помощник капитана, – резко перебила её Ингер, но затем смягчилась. – Но, надо заметить, неплохой.

– Значит, вы с тех самых пор ходили по морям? – протянула Анна, блуждая глазами по рисункам на стенах.

Лицо Ингер потемнело.

– Исходила это взморье вдоль и поперёк. Довольно долго я надеялась, что, может, Сессил выжила после падения. Ударилась головой, забыла, кто такая, бродит где-то по ближним берегам, ждёт, когда я её отыщу. – Голос Ингер смягчился. – А теперь все мои надежды только на то, чтобы найти её тело и предать земле как полагается, если только кто-то не успел уже до меня. – Она прикрыла глаза. – Вот как только с этим разделаюсь, тогда и отправлюсь на покой. Обе мы упокоимся. Вместе.

Эльза бросила взгляд на Анну. Такая печальная история. Анне даже думать не хотелось, во что превратится её жизнь, если в ней не будет Эльзы.

– Я очень сочувствую вам во всём, через что вы прошли, Ингер, – сказала Анна. – Но мы здесь для того, чтобы восстановить ваше доброе имя. Мы знаем, что вы не толкали Сессил в реку.

Ингер снова прикрыла глаза, на этот раз точно от боли.

– Вы единственные, кто в это верит. Там даже очевидец был, на том берегу, но перед королём Рунардом и он солгал на суде.

– Да, Стиг Петтер, – подхватила Анна, голос зазвенел увереннее. – Его мы тоже нашли. Выяснилось, что король Рунард вынудил его дать ложное свидетельство. Теперь Стига мучает совесть, и он в кои-то веки готов выйти перед людьми и раскрыть правду.

– А как вы его выследили? Как заставили признаться? – встряла Рыжая.

– Я Снежная королева, – отозвалась Эльза. – От рождения мне даны силы снега и льда. А поскольку вода обладает памятью, я смогла увидеть, что на самом деле произошло в тот день на берегу.

Ингер подняла на неё глаза:

– Снежная королева... Я столько слыхала о твоём даре. Никогда не думала, что доживу до того дня, когда и мне будет ниспослано желанное. – Ингер потянулась вперёд и дотронулась до руки Эльзы. – Но теперь уже не до меня. Только бы найти сестру... – Слова оборвались, но тут внезапная надежда блеснула в её синих глазах. – Может, ты знаешь, где её тело?

Анна напряжённо застыла. Как объяснить этой старушке, во что превратилась её сестра? Анна обернулась на Эльзу и приступила:

– Вот мы как раз на этот счёт. Дело в том, что похоронена Сессил не была, поэтому она... – Анна замялась и снова бросила взгляд на Эльзу.

– Поэтому она – что? – с нажимом переспросила Ингер.

– Поэтому она обратилась в драуга, – закончила за сестру Эльза.

Рыжая ахнула, а Ингер отпрянула, прижавшись к внучке.

– Нет-нет, – прошептала она, и слёзы тихо заструились по её щекам. – Бедная сестрёнка. Где она? Мне надо её видеть.

– Ба, не надо, – взмолилась Рыжая. – Это не то. Она теперь монстр.

– Монстр не монстр, а сестрой она мне будет всегда, – с вызовом заявила Ингер. – Если кто и может дать ей покой, так это я. – Она подняла глаза на Анну с Эльзой. – Вы можете отвести меня к ней? Вы знаете, где её найти?

Судно накренилось, и стоявшие повалились на пол. С палубы донеслись недовольные выкрики.

– Пожалуй, да, – ответила Анна. – Но надо торопиться. Сейчас некогда объяснять, но если мы хотим освободить вашу сестру и помочь ей обрести покой, то отправляться надо сию минуту.

– Ну же, Ветерок! Быстрее!

Эльза лихорадочно вглядывалась в тёмное беспокойное небо, и ветер нещадно теребил её волосы – она даже пожалела, что не забрала их в косу. По крайней мере дождь со снегом прекратились. Море, однако, ничуть не улеглось, и королевская шхуна продиралась к берегам Эренделла вот уже, казалось, не первый час, причём порывы ветра отнюдь не помогали. Наоборот, мотали судно, словно игрушечный кораблик, отчего в животе у Эльзы всё ходило ходуном.

Ветерок старался как мог продвигать судно, но даже самому духу ветра непросто идти в лоб бушующему шторму. К тому же и Нокке не слишком-то удавалось прокладывать дорогу меж бешеных волн, на которых усилия водяного коня не производили, казалось, ни малейшего впечатления.

– Спускайтесь в каюту и уведите с собой остальных, – скомандовал капитан Эрик, едва перекрикивая шум ветра. – Здесь небезопасно.

Экипаж с криками носился по палубе, и даже самые бывалые моряки еле держались на ногах в такую качку.

Эльза упрямо тряхнула головой.

– Со мной всё в порядке, – заверила она капитана. – Я должна видеть, что Ветерок и Нокке не нуждаются в помощи. – Не то чтобы в подобных обстоятельствах магия льда могла как-то пригодиться...

В голове на мгновение мелькнули родители: похожий шторм, похожий корабль. Их последние часы. И никакие мистические духи им не помогают. В какой момент они осознали, что не доберутся до суши? Эльзу до сих пор терзала мысль, что в путешествие по Тёмному морю они отправились ради неё. Но в глубине души Эльза знала, что, будь она на их месте, поступила бы ради них точно так же.

Они сделали всё, что было в их силах, лишь бы оказать ей помощь. И теперь Эльза вместе с сестрой могут помочь Эренделлу.

Если только доберутся до него вовремя.

И вдруг...

– Земля!

Сквозь шум ветра до Эльзы донёсся голос с вороньего гнезда на мачте. Эльза шаткой походкой пробралась на нос корабля посмотреть самой, что там разглядел вперёдсмотрящий. И действительно, вдалеке мерцали мелкие огоньки. Окна домов.

Эренделльский берег.

Эльза с облегчением выдохнула. Кажется, никогда ещё она не была так рада видеть родной город – а это кое-что значило! Хотя слово «видеть», строго говоря, сейчас не очень-то подходило, учитывая, что берег лежал окутанным кромешной тьмой. Эльза давно потеряла счёт времени и понятия не имела, ночь ли сейчас или разгар дня.

– Эренделл, – прошептал кто-то у неё над ухом, как только впереди показались очертания замка. – Вот уж не думала, что увижу его снова.

Эльза обернулась и увидела Ингер – та тоже вышла на нос корабля. Как и у внучки, у бабушки обнаружилась неплохая сноровка удерживать равновесие при качке, совершенно не цепляясь ни за что руками. До Эренделла Ингер решила доплыть на королевской шхуне, а Рыжую поставила командовать пиратскими кораблями.

– Я понимаю, с Эренделлом вас связывают не самые хорошие воспоминания, – извиняющимся тоном предположила Эльза.

– Нет... Хотя, пожалуй, кое-что связывает, – призналась Ингер, и её ярко-синие глаза заволокли слёзы. – Это последнее место, где мне довелось побывать вместе с Сессил. В детстве мы сюда часто приезжали. Очень любили к вам кататься. Люди кругом такие милые, гостеприимные. Ну и потом – шоколад, конечно! – Старушка облизала сухие губы. – М-м, обожала в детстве шоколад!

– Кажется, у нас с вами много общего, – мягко заметила Анна, подходя к ним. Из-за шторма её лицо по-прежнему сохраняло зеленоватый оттенок, но уже выражало облегчение по поводу скорого прибытия.

Ингер тепло ей улыбнулась.

– Возможно. Только ты куда смелее меня, – ответила она Анне. – У тебя, насколько я слышала, хватило мужества что-то изменить. Сломать дамбу, спасти лес. То хорошее, что ты сделала для нашего мира, невозможно переоценить.

Анна вспыхнула:

– Просто это нужно было сделать.

– Порой именно то, что нужно было сделать, сделать труднее всего, – ответила Ингер. Она с задумчивым видом вгляделась в берега Эренделла. Невозможно было не посочувствовать ей в этот момент. Почти всю свою жизнь она провела в бегах. Вдали от дома, от семьи, потеряв сестру. Эльзе вдруг подумалось, что таким мог стать и её жребий, если бы Анна не решила за неё бороться. Но представить себе жизнь в мире, где сестры рядом нет, Эльза не могла.

Шхуна, а за ней и пиратская флотилия зашли в порт, послышались окрики моряков. Шторм понемногу стихал, но беспокойные воды по-прежнему не давали как следует причалить, и первые пару раз шхуну ударило с размаху о пирс, отчего все на палубе попадали с ног. Тут вмешался Ветерок, он затормозил подходящие к причалу корабли, и в конце концов матросы смогли спрыгнуть на пристань и пришвартовать суда.

Как только пассажирам дали «добро», Эльза первая шагнула к трапу.

– Ну же, – махнула она сестре и Ингер. – Сделаем что задумали.

Они стали спускаться на берег, как вдруг...

– Стойте! Именем короля!

Эльза застыла на месте. Перед компанией выросла высокая фигура, преграждая путь. Это был Маттиас, а за ним стояла группа вооружённых стражников. Маттиас вынул меч из ножен и направил острие в горло Эльзе.

– Кто вы такие и зачем высадились на наш берег? Вы пираты? Потому что с пиратами в нашем славном городе разговор короткий.

Эльза в недоумении уставилась на Маттиаса. Пока наконец не поняла.

Он её не помнит. Он не помнит никого из них!

– Маттиас! – выкрикнула она в ужасе. – Это же я! Эльза!

– Эльза?.. – Маттиас эхом повторил её имя, но в глазах не мелькнуло догадки. – Не знаю никакой Эльзы. – Он повернулся к стражникам. – Кто-нибудь знает, кто такая Эльза?

Те переглянулись в полнейшем смятении. Только не это. У них же стёрта память! Начисто!

– Прошу прощения! Позвольте пройти!

Эльза заглянула за спину Маттиаса и увидела Олафа, который пробирался через толпу солдат. К удивлению Эльзы, на нём красовались весьма изысканный галстук и вышитая жилетка.

– Олаф! Что за чёрт?.. – начала было Анна. Но Олаф приложил палец к губам.

– Тсс, – шепнул он. – Просто подыграйте, ладно?

Он запрыгнул на ближайший валун и повернулся к ошеломлённым горожанам и солдатам.

– Всё в полном порядке! – сообщил он. – Это мои друзья, Эльза и Анна. Они прибыли к нам на помощь!

К облегчению Эльзы, Маттиас согласно кивнул.

– Простите, ваше величество, – сказал он снеговику. – Я не знал.

И опустил меч в ножны, после чего покорно поклонился... Олафу.

Тот хихикнул, как бы смущённый.

– Долго объяснять, – шепнул он Эльзе, в то время как толпа понемногу начала расходиться. – Скажу только, с памятью у них стало совсем худо. Собственно, про вас обеих они забыли совершенно.

– Я заметила, – сухо отозвалась Эльза.

– Дошло до беспорядков. До рукоприкладства. Никто не помнил, что такое законы. Надо было придумать, как сохранять порядок, ну и я... скажем так, сочинил небольшую историю.

– Про то, что ты их правитель? – вскинула бровь Анна.

– И главное, сработало! – Снеговик растянулся в гордой улыбке. – Они стали меня слушаться, и королевство до сих пор как-то держится.

– Отлично придумано, – похвалила Эльза и похлопала снеговика по голове. – Спасибо, Олаф.

– Да я только рад! – выпалил тот. – Но я очень надеюсь, что вы нашли способ разобраться с этой бедой, потому что никто больше не помнит, как обниматься! Это так грустно!

– Кажется, нашли, – ответила ему Анна. – Но для этого нам нужно обратиться к народу Эренделла. Можешь проследить, чтобы минут через десять все собрались на главной площади у статуи наших родителей? Нам тоже нужно рассказать кой-какую историю.

– Король Олаф к вашим услугам! – объявил снеговик, но тут же смущённо потупился. – То есть я хотел сказать, положитесь на меня!

И Олаф заспешил прочь, раздавая приказы направо и налево. Эльза взглянула на Анну, и та неуверенно улыбнулась в ответ. О чём она думает, Эльза знала: только бы сработало! Иначе придётся Анне остаток жизни провести в роли серого генерала.

Эльза обернулась к Ингер – та мешкала у трапа, и вид её выдавал крайнее волнение.

– С вами всё в порядке? – обратилась к ней Эльза.

– Мне просто... Пожалуй, мне просто страшно, – помедлив, ответила Ингер. – Уж сколько лет прошло. Что, если мне не поверят? Потребуют упрятать в тюрьму?

– Главное – вам верим мы. И обязательно поверят остальные, когда услышат, как было дело, – успокоила её Анна.

– И потом, с нами Стиг, он подтвердит ваши слова, – добавила Эльза, обводя глазами площадь. Добрался ли Стиг до Эренделла? Пока его что-то не видать. Остаётся только надеяться, что он не струсил и не пошёл на попятный.

Ингер колебалась, охваченная сомнениями. В эту минуту ей на плечи легла рука внучки, которая как раз подошла к ним сзади.

– Давай, ба, – мягко сказала она. – Пора это сделать.

– Пожалуй, пора, – согласилась Ингер. – Будь что будет, хоть не придётся помирать, не сказав людям правды.

И они всей компанией направились на главную площадь. Со своим заданием Олаф справился, и вокруг подмостков у фонтана уже скопился народ. Рыжая помогла бабуле взобраться по ступенькам, и Эльза с Анной поднялись следом.

– Народ Эренделла, – обратилась к толпе Анна.

К своему разочарованию, Эльза обнаружила, что их никто не слушает. Все только болтали друг с другом, а на людей на возвышении не обращали никакого внимания. Анна сердито вздохнула.

– Олаф! – позвала она. – Можешь помочь?

Олаф пробрался через толпу и запрыгнул на подмостки. Затем он повернулся к горожанам, сунул в рот руку-веточку и громко свистнул. Толпа моментально затихла. Все обратились к сцене. Анна закатила глаза.

– Дамы и господа, – торжественно начал Олаф. – Позвольте представить вам наших сегодняшних рассказчиков! Они приготовили дивную историю, которая непременно позабавит вас и ваших детей. Море интересного и увлекательного! А посему прошу предоставить им ваше безраздельное внимание. Это мои дражайшие, милейшие друзья, и они заслуживают всяческого уважения.

Сказав это, он спрыгнул со сцены, оставив Анну с Эльзой и Ингер с Рыжей наедине с толпой. Анна окинула взглядом людское сборище, которое теперь пристально уставилось на гостей, и закусила губу.

– Я начну? – шепнула она сестре.

– Пожалуй, – нахмурилась Эльза. – Только я надеялась, что Стиг тоже придёт. Ты его не видишь случайно?

Анна пошарила глазами по толпе.

– Нет. Думаешь, сдался?

– Если сдался, то доказать нашу версию будет непросто.

– Может, ещё подождать, вдруг появится?

Эльза подняла глаза на небо. Тучи сгустились. Вот-вот пойдёт дождь. Если опять польёт, слушатели разбегутся. Нельзя упускать шанс.

– Нет, начинай. Если не появится, придумаем что-нибудь, – ответила Эльза Анне.

Анна откашлялась и обратилась к народу.

– Слушайте все! – начала она весьма царственным голосом, пусть никто в толпе этого не оценил. – Как уже сказал Олаф, мы поведаем вам историю. Настоящую историю сестёр Ингер и Сессил. Они же сёстры-принцессы из Вестерланда.

В толпе вежливо захлопали. Часть детей помладше уселась в первом ряду на землю, скрестив ноги по-турецки. Эльзе вдруг пришло в голову, что и ненастоящую-то историю сестёр из Вестерланда вряд ли кто помнит, раз они позабывали всё остальное. С другой стороны, может, оно и к лучшему, что лживая версия не сохранилась в памяти. В таком случае осталось только изложить правду.

Может, в этом и состоял изначально план драуга-Сессил?

Анна приступила к рассказу. Горожане слушали с нарастающим интересом. Когда Анна дошла до того места, где Сессил унесло в водопад, по толпе пронеслось шумное – ах! – и Рыжая обняла бабулю покрепче, а та зарылась лицом в её плечо, очевидно подавленная тяжёлыми воспоминаниями.

– Принцесса Ингер сделала всё, что было в её силах, чтобы спасти свою сестру, – подвела Анна итог. – Это был несчастный случай. Простое, но трагичное стечение обстоятельств. И оно считалось бы таковым, если бы не наш дед, король Рунард, который решил воспользоваться ситуацией в своих политических целях и обвинил невиновного.

Она перешла к описанию козней короля: к его упорному намерению во что бы то ни стало, пусть даже ценой чужой жизни и репутации, построить дамбу.

– Но почему ему поверили? – выкрикнула художница Гретхен, когда Анна остановилась перевести дух. – Его же самого там не было! Откуда ему было знать, что на самом деле произошло.

– Ему поверили, потому что я подтвердил его слова.

Все обернулись на внезапно раздавшийся голос. За толпой показалась знакомая фигура, и Эльза возликовала про себя. Стиг! Он всё-таки пришёл! И как раз вовремя.

– Я был свидетелем, – объяснил он и заковылял к подмосткам.

Люди перед ним расступались и давали дорогу. Он тяжело дышал и заметно прихрамывал, но вот наконец-то добрался до ступенек. Заметив Ингер, виновато склонил голову.

– Мне так стыдно, принцесса, – проговорил он. – Да, он угрожал мне, но это не оправдывает мой поступок. А тем более моё молчание все эти годы. Вы не заслужили того, что я вам причинил. Целую жизнь я сожалел о содеянном.

Какое-то время Ингер сурово смотрела на него, и синие глаза буравили Стига, пронзали насквозь. Но затем её морщинистое лицо смягчилось. Она протянула руку и положила ладонь ему на плечо.

– Я понимаю, – медленно проговорила она. – Ты стал такой же жертвой, как и я. Мы ведь тогда были совсем детьми. Пешки в беспощадной игре королей. Если бы ты не подыграл Рунарду, он бы, скорее всего, убил тебя и нашёл бы кого другого взамен на роль свидетеля. Он хотел от меня избавиться и не остановился бы ни перед чем, чтобы добиться своего.

– Такой подлец! – проворчала Анна. – Поверить не могу, что он нам родной дед.

– Так вы... – Стиг тяжело сглотнул. – Вы... прощаете меня?

Ингер торжественно кивнула.

– Прощаю. И надеюсь, что ты и сам себя когда-нибудь простишь. – И они сжали друг другу руки.

Толпа радостно загудела. Пусть истории целиком они и не знали, но явно сопереживали. Эльза выдохнула. Что ж, уже неплохой результат.

– Итак, теперь вам известно, – объявила Анна, поворачиваясь к народу Эренделла, – что на самом деле произошло с сёстрами из Вестерланда. А также почему мы больше не потерпим жадность, ложь и эгоизм в нашем королевстве. С сегодняшнего дня правдивое изложение тех событий войдёт в анналы нашего королевства и распространится по землям вокруг нас. Ингер никого не убивала. Она борец за природу. И она любила свою сестру.

Площадь зашлась в восторженном крике и аплодисментах. Ингер обвела толпу недоверчивым взглядом и встряхнула головой.

– После стольких лет... – пробормотала она. – Вот уж не думала...

– Ну ба! – встряла Рыжая и обняла старушку покрепче.

Эльза вглядывалась в лица, закусив губу. Получилось или нет? Они рассказали правду. Значит ли это, что к людям вернулась память?

– Маттиас? – позвала она офицера в надежде удостовериться. Но тот стоял, склонившись к Олафу, и внимательно слушал снеговика.

Эльза с упавшим лицом повернулась к Анне.

– Ничего не выходит! – воскликнула она. – Почему?

– Не знаю! – в не меньшем смятении ответила Анна. – Может, что-то забыли? Что ещё может хотеть Сессил?..

Её слова оборвал пронзительный нечеловеческий вопль.

Небо расколола молния, грянул раскат грома. Вопль раздался со стороны пристани. Все повернулись в ту сторону и застыли в ужасе от того, что увидели.

Из морской пучины вздымался мертвец-драуг. Медленно вылезал он из воды, опутанный чёрными водорослями, и хлюпал бесформенными ступнями по зыбкой отмели.

Выйдя на берег, драуг поднялся в полный рост и сверкнул налитыми кровью глазами. Воздел руки. С гнилых уст сорвался новый вопль.

– О господи! – хрипло вырвалось у Ингер, и она прижалась к внучке сильнее. – Это?.. Не может быть! Она... Она...

– Монстр! – завопил Хельмут-ваятель и выхватил свою стамеску наподобие оружия. – Бежим! Все в укрытие!

Толпа заверещала и принялась разбегаться кто куда. Драуг взревел и попёр на людей.

– Сес-с-с-стра-а, – вопил он. – Сес-с-с-стра-а!

– Погодите! Остановитесь! – закричала Анна, но её никто не слушал, думая только о том, как бы сбежать.

Вдруг перед драугом выпрыгнул Маттиас с мечом наголо. Генерал шагнул навстречу монстру, буравя его глазами. Лицо воина выражало суровую решительность.

– Именем Эренделла, остановись! – приказал он. – Или тебе не сносить головы!

– Не-ет! – в ужасе закричала Ингер. – Не убивайте её!

– Маттиас! – вмешалась Анна. Но он даже не обернулся. Перед Анной он больше не отвечал. А Олаф... А где Олаф? Анна забегала глазами и вдруг обнаружила снеговика на том конце площади – тот пытался успокоить маленького мальчика. Слишком далеко! Не поспеет...

Маттиас ринулся на драуга. В этот момент вмешалась Эльза, подняла руку и возвела стену изо льда прямо перед Маттиасом. Тот ударился об лёд и упал на спину. Эльза сморщилась. Потом извинится, конечно, но сейчас она не может позволить ему убить сестру Ингер.

– Сес-с-с-стра-а. Моя-а-а...

Эльза сжала руку Ингер.

– Поговорите с ней, – попросила она. – Это ведь ваша сестра. Только вы можете остановить её!

Ингер медленно кивнула и втянула носом воздух. В её облике мелькнуло что-то от королевы пиратов Синее Око. Она стряхнула с плеч руки внучки, шагнула вперёд и гордо выпрямилась. По спине у Эльзы пробежал холодок.

– Сессил!

Драуг застыл на месте и склонил голову набок. Повернулся на звук, и на лице, тронутом разложением, отразилось смятение.

– Сес-с-с-стра-а? – прошамкал мертвец.

Ингер слезла с подмостков и встала ровно там, куда смотрел монстр.

– Да. – Голос её подрагивал. – Это я, твоя сестра. Ингер. Прекрати немедленно.

Драуг издал негромкий стон. Посмотрел с прищуром на Ингер, точно пытался понять, а не дурят ли его.

Очевидно, на молоденькую девчушку, которую могла помнить Сессил, эта старушка совсем не походила. Столько лет прошло. Узнает ли её драуг?..

– Ничего, Сессил, всё в порядке теперь, – тихо проговорила Ингер. – Ты меня нашла. Покойся ныне с миром.

Драуг опять испустил вопль, но на этот раз в нём звучало что-то новое. Не печаль. Не злость. Не смятение. Нечто вроде радости.

– Сес-с-с-стра-а? – не верил монстр. – Моя-а-а?

– Сестра, – подтвердила Ингер, и было видно, что её душат слёзы. Она сглотнула и крикнула: – Да! Сестра! Ты моя любимая сестра. Мне тебя так не хватало!

И вдруг, к удивлению Эльзы, драуг стал растворяться в воздухе. По толпе пробежал изумлённый вздох, и монстр исчез. На его месте возник призрак девушки с короткой стрижкой и в старомодной одежде.

Призрак Сессил, какой она была тогда. Стояла перед ними как живая.

– Ингер! – вскричала она. – О, моя Ингер!

Ингер бросилась к сестре с такой прытью, точно ей самой было двадцать лет. Сейчас попытается обнять её, поняла Эльза. Сердце в груди забилось, и голова моментально придумала решение. Эльза выпустила в призрака струю льда, и тело Сессил затвердело – теперь сёстры могли воссоединиться, пусть и всего на пару мгновений. Ингер крепко обняла Сессил, зарылась лицом в её ледяное плечо, и народ Эренделла зашёлся в восторженном «о-о-о!».

– О, Сессил. Наконец-то я тебя нашла. Как же мне тебя не хватало!

– Мне тоже тебя не хватало. Про тебя говорили такую дрянь. – К Сессил вернулся её настоящий голос, каким его помнила Эльза из своих видений. – Утверждали, будто ты меня убила. Будто ты столкнула меня в реку. Я пыталась объяснить им... Ты бы никогда не подняла на меня руку! Мы же сёстры в конце-то концов!

– Да, знаю, – ответила Ингер, освобождаясь от объятий. Лицо её было залито слезами. – Но теперь нас это больше не будет донимать. Спасибо этим двум смелым девочкам. – Она указала на Эльзу и Анну. – Этим двум сёстрам. Благодаря им никто больше не будет перевирать историю наших жизней.

Сессил подняла глаза на Эльзу и Анну.

– Спасибо вам, – прошептала она. – Спасибо, что восстановили справедливость. И что подарили нам с сестрой ещё одну встречу. Вы просто не представляете, как много это для меня значит.

– Думаю, примерно догадываемся, – улыбнулась Эльза. Она подняла руку к лицу и коснулась щеки – щека была мокрая от слёз счастья. Анна обняла её за талию. Она не сказала ни слова, но Эльза прекрасно знала, о чём она сейчас думает.

Нет в мире ничего, подобного любви двух сестёр.

Ингер и Сессил снова обнялись и залились слезами.

– Что ж, – вымолвила Анна и повернулась к Эльзе. – Похоже, наконец-то выяснилось, что было нужно Сессил. Думаю, могли бы с самого начала догадаться. Всё-таки, сама посуди, кто не захочет вернуть себе сестру?

Эльза улыбнулась в ответ.

– Действительно, кто ж не захочет, – согласилась она.

– Эй! – Между ними внезапно встрял Олаф. – Смотрите! Солнце!

Что?! Эльза подняла голову к небу. Её до того захватило счастливое воссоединение сестёр, что она совсем не заметила, как посветлело вокруг. Грозовые облака успели разбежаться, и взору эренделльцев открылось заходящее солнце в лазурной дымке зари и звёздная бездна над морем. У Эльзы захватило дыхание.

Больше никаких буранов. А значит...

Она повернулась к сёстрам из Вестерланда. К её удивлению, на прежнем месте стояла одна Ингер. Сессил исчезла. Ингер, прихрамывая и улыбаясь во всё лицо, подошла к королевам Эренделла.

– Её больше нет, – сообщила она. – Как только из-за туч показалось солнце, она исчезла.

– Мне очень жаль, – сказала Эльза и положила руку на плечо старой пиратши.

– А мне нет, – ответила Ингер и перевела влажные, но радостно сияющие синие глаза с Эльзы и Анны на свою внучку. – Вы дали мне то, чего мне не хватало всю мою жизнь. Возможности как следует попрощаться. А Сессил... Благодаря вам она наконец-то упокоится с миром.

– Я так рада, – сказала Анна. – И клянусь вам, я никому не позволю забыть правду о вас с Сессил! Мы поставим памятник. Нет, мемориал! Ещё попросим Ваэля написать статью в «Деревенской короне»! Изложить историю целиком – как оно на самом деле было! И пошлём газету в самые дальние края, чтобы и в других королевствах, включая Вестерланд, наконец-то узнали правду.

– Прекрасное намерение, – сказала Ингер. – Спасибо вам, мои милые. В вас определённо есть что-то от бабушки, – и она окинула их любовным взглядом.

– Жаль, что мы её совсем не знали, – про-тянула с тоской Анна.

– Как-нибудь я заеду к вам ещё разок и обязательно расскажу о ней, – пообещала старушка. – А сейчас мне надо возвращаться к экипажу. Им же надо знать, как быть дальше. Эту цель мы преследовали очень уж долго. И теперь нам открылась возможность начать что-то новое.

– Вы уверены, что не хотите остаться? – спросила Анна. – Мы бы пригласили вас на наш фестиваль «Полярная ночь». И ваш экипаж тоже, всех. В Эренделле вас всегда рады принять, если потребуется.

– Спасибо большое. Но сперва мне надо сделать ещё кое-что. – Она с тревожным видом закусила губу. – Мне надо наконец-то побывать дома.

– Дома – в Вестерланде? – удивилась Эльза. Хотя, наверное, удивляться было особо-то нечему.

Ингер кивнула:

– Всё-таки полвека прошло. Хотелось бы повидать родную землю перед смертью.

– Чудесная идея, – согласилась Анна и с энтузиазмом добавила: – Я могу выслать наперёд гонцов к королю Йонасу и его дочери, принцессе Мари. Уверена, они примут вас с распростёртыми объятиями теперь, когда истина раскрыта.

– Благодарю, – сказала Ингер и низко поклонилась обеим королевам. – А сейчас, с вашего позволения, я вас покину. Вам наверняка ещё надо успеть навести тут порядок. – И добавила не без иронии: – Но за вас я не беспокоюсь. В конце концов что двум сёстрам не по плечу, раз уж они вместе взялись за дело, м?

Эльза обернулась на Анну, и они обе ухмыльнулись.

– Вот теперь уж точно – истина раскрыта, – заметила Эльза.

Анна взяла её за руку, и они вместе стали смотреть, как Ингер с Рыжей поднимаются на борт пиратского корабля и готовятся отчаливать. Море стояло спокойное, небо сверкало глубоким синим цветом. Больше никакие монстры над Эренделлом были не властны.

– О нет! – крикнул вдруг кто-то за их спинами. – Нет-нет-нет!

Анна и Эльза обменялись недоумёнными взглядами. Это ещё что такое? Обернувшись, они к своему замешательству увидели Хельмута-ваятеля, который убивался над блоком льда.

– Что стряслось? – спросила его Эльза.

– Фестиваль – вот что стряслось! – в смятении закричал Хельмут. – Я ещё даже не начал вырезать ледяные скульптуры, когда я успею их закончить?

– А я – праздничный плакат! – подхватила Гретхен-художница, застыв перед полупустым холстом, кое-как растянутым над площадью. – До сих пор конь не валялся!

– Главное, чтобы тесто на вафли нормально получилось, – проворчал Бьорн. – Не хватало ещё, чтобы Бьорн в этом году выиграл!

– И выиграю, и выиграю! – не преминул встрять Бьорн. – Осталось только яиц раздобыть. И как я мог забыть про яйца?.. – С досады он стукнул себя ладонью по лбу.

– Ничего-ничего! – вскричала Анна, запрыгнула обратно на подмостки и обернулась к толпе. Её прямо трясло от счастья – к людям возвращалась их память! – Всё в полном порядке. Мы немного припозднились с подготовкой к фестивалю, но это не так уж важно.

– Как же не важно, когда мы ничего не успеем подготовить? – запротестовала госпожа Блоджет. – Праздник будет испорчен!

– Мы так хотели сделать фестиваль в этом году особенным, – добавила Халима, заламывая руки. – Мы же знаем, как много он для вас значит, ваше величество. И нам так не хотелось подвести свою королеву.

Анна с улыбкой покачала головой.

– Вы и не подвели. Как же вы не понимаете? Всё это не важно! И скульптуры изо льда не важны, и плакаты, и вафли – и даже шоколад! Единственное, без чего фестиваль не состоится, – это... – Она выдержала эффектную паузу. – Мы с вами!

Толпа возликовала. Братья Ваффл обнялись. Музыканты похватали свои инструменты и заиграли весёлую мелодию, а дети пустились в пляс по улицам города. Анна с улыбкой взглянула на Эльзу, и та улыбнулась ей ещё шире. Речь одобрена, поняла Анна.

Вскоре в городке уже кипела жизнь. Пускай солнце давно скрылось за горизонтом, на площади без устали расставляли столы, развешивали украшения, готовились к предстоящему празднику. В воздухе витал аромат свежих вафель. Фермер принялся жарить на гриле кукурузу, а рыбак – толстые ломти трески. Уличные торговцы расставили палатки, которые ломились от снеди. А в ворота города на сверкающих новых санях, гружённых подарочными наборами к фестивалю, торжественно въехал, разодетый в нарядный красный сюртук и того же цвета шляпу... Неужто сам Окен?

– Надеюсь, не опоздал! – воскликнул он, вылезая из саней и обнимая подбежавших родных. Те так и прыгали вокруг, радуясь встрече после вынужденной разлуки. – Зимняя распродажа! – вскричал Окен и вручил какому-то ребёнку, который с интересом подбежал к нему, подарочный набор. – Совершенно бесплатно!

Вокруг сновали занятые горожане, и до Анны то и дело доносились обрывки разговоров. «Помнишь принцесс из Вестерланда? Так вот, Ингер была невиновна! Слыхал?» Или: «Этот подлец Рунард! И как ему совести хватило заставить бедного пастушка лгать на суде?» Или: «А королева-то, Рита, вот молодец! Спасла Ингер. Нет, ты представляешь?» Правдивая история разлеталась по свету.

Только одного недоставало Анне для полного счастья. Она повернулась к Эльзе.

– Как думаешь, можно дать Ветерку небольшое заданьице? – неуверенно попросила она. – Ты не против?

– Уже дала, – заверила её Эльза. – И он мчится на всех парах. Наверняка уже у троллей. У тех самых, где остался наш бравый торговец льдом, – подмигнула она сестре.

При мысли о Кристофе сердце у Анны радостно ёкнуло. Её Кристоф. Когда же она наконец сможет броситься к нему в объятия и сжать его так, что он ойкнет! Анна решила, что ещё подумает, отпускать его из объятий или необязательно.

– Королева Анна?

Она развернулась и увидела Ваэля, который пробирался к ней с пером и бумагой наготове.

– Найдётся минутка? Хотел бы взять у вас интервью для «Деревенской короны». На сей раз первая полоса. С большим портретом! Про то, как вы спасли Эренделл от Ужасной Сессил и...

– Вообще-то Сессил была совсем не такая ужасная, – встрял Олаф, вперевалочку настигнув репортёра. От галстука он успел избавиться и теперь ощущал себя куда свободнее в своём, так сказать, естественном виде. – Я бы даже добавил, она была весьма мила.

– Верно, верно! – подхватил Ваэль. – Сам видел. М-да, не подумал, а подумал бы – так бы не назвал. Ну, значит, Милая Сессил. – Ваэль застрочил в блокноте. – Вот именно для этого и нужно интервью. Чтобы я не написал чего неправильно.

– С этим я вам помогу, – заверил его Олаф и посмотрел на Анну взглядом опытного специалиста. – Давайте предоставим королеве её королевские дела, а интервью вы возьмёте у меня как у единственного эренделльца, который не терял памяти ни на секундочку. Я настоящий очевидец событий!

– И я очевидец, – откликнулся Стиг и подошёл к снеговику с репортёром поближе. – Настала пора и мне рассказать, как оно было. Раз и навсегда.

Ваэль с энтузиазмом потёр руки:

– Великолепно! Вы двое дадите мне полное освещение событий. Однако надо поторапливаться. Номер должен уйти в печать не позднее чем через час, чтобы к началу фестиваля у меня был на руках готовый выпуск.

– Ваэль? – окликнула его вдруг Анна. – Как насчёт специального выпуска после фестиваля? – Она взглянула на Эльзу и продолжила мысль: – Надо будет, конечно, договориться на этот счёт с королём Йонасом, но, мне кажется, Ингер и Сессил заслуживают отдельного мемориала. А не ту заросшую развалившуюся статую. И для его создания нам потребуется помощь. Может, даже ещё прежде, чем Ингер снова уйдёт в моря.

– Прекрасная мысль, – улыбнулась Эльза.

– Специальный выпуск! «Деревенской короны»! – повторил Ваэль. – Конечно, ваше величество! О, сколько дел! Уже приступаю!

И он поскорее увёл Олафа и Стига. Анна с интересом проводила их взглядом. Олаф, кажется, уже успел начать болтать.

– Ещё вопрос, удастся ли Стигу вставить хоть словечко, – заметила Анна.

– Бедный Стиг, – хмыкнула Эльза.

– Бедный Ваэль, – добавила Анна.

И они рассмеялись. Хорошо было снова посмеяться после нескольких дней мучительных опасений, как бы всё не пропало пропадом. Включая личные воспоминания. Анна закрыла глаза и стала перебирать мысли в поисках возможной бреши в памяти. Покамест, кажется, всё было на месте.

– Ну что ж, – счастливо вздохнула она. – Мы справились! Мы спасли Эренделл.

– В который раз, – добавила Эльза. – Знаешь, это уже какая-то традиция...

– Которой пора заканчиваться! – заявила Анна. И добавила, нахмурив брови: – Это ведь был последний такой случай?

– Ой, ну конечно. Вне всякого сомнения, – задорно улыбнулась Эльза.

Анна игриво ткнула её в бок.

– Надеюсь, Ингер приедет к нам как-нибудь ещё в гости, – вздохнула она. – Хотелось бы послушать её истории – про её приключения, про Сессил. Ну и про нашу бабушку тоже.

Не успела Эльза ответить, как раздался грохот – такой громкий, будто началось землетрясение. Горожане побросали дела и повернулись на шум: по главной улице на площадь катилась добрая дюжина здоровенных валунов. Валуны подмахнули точнёхонько к Анне с Эльзой, подскочили в воздух и обратились хорошо знакомыми сёстрам троллями. Самый крупный валуи выкатился вперёд остальных, перекувыркнулся и оказался дедом Пабби.

– Мои королевы, – пробасил он своим густым голосом. На сей раз на его каменистом лице играла улыбка. – Вы успешно спасли фестиваль «Полярная ночь» и помогли драугу обрести вечный покой. Молодцы! Будущее королевства снова в безопасности.

Тролли радостно загудели, но Анну эта речь не успокоила. Она не угомонится, пока не...

– А где Кристоф? – поспешно спросила она, ища его глазами за толпой троллей. Столь долгой разлуки им не приходилось терпеть вот уже... в принципе, никогда. И Анна скучала по Кристофу безмерно. Вернулась ли к нему память?

– Анна!

Вот и он. Скачет на олене по городскому мосту, и Свен несёт его так быстро, что Анна чуть было не перепутала его с Нокке.

Глаза её наполнились слезами. Кристоф не просто здесь – он окликнул её по имени. Окликнул по имени, потому что вспомнил это самое имя.

– Кристоф! – вскрикнула Анна и пустилась бегом к нему навстречу.

Шшух! В спину толкнул порыв ветра, и Анна догадалась, что это Ветерок хочет помочь ей поскорее оказаться рядом с возлюбленным. Пара мгновений – и вот они уже вместе. Наконец-то!

– Анна, – проговорил Кристоф, одним махом спрыгивая со Свена. Олень в качестве приветствия лизнул Анну в щеку, но Кристоф пошёл куда дальше. Он схватил Анну в свои крепкие объятия, поднял высоко в воздух, закружил на месте, а потом опустил на землю и прижался к ней в долгом поцелуе. Наконец он взял её лицо в ладони и спросил:

– С тобой всё в порядке? У меня такое чувство, будто мы не виделись несколько дней! А то и недель! – Он тряхнул головой. – Мысли были как в тумане, а потом туман рассеялся, и как только сознание прояснилось, то я глянул на Свена и говорю: «Анна! Нам надо скорее к Анне, вдруг с ней что-то стряслось!» Ну так как? Ты в порядке?

– Это я-то в порядке? – вскричала Анна сквозь смех и слёзы. – А ты – ты в порядке? Ну-ка, кто я? Отвечай, быстро!

Кристоф уставился на неё во все глаза, а потом растянулся в широченной улыбке:

– Ты моя вздорная, бесстрашная, колючая, милая невеста.

Анна обвила его шею руками:

– Ты снова со мной!

– Я снова с тобой, – подтвердил Кристоф и прижал её к себе покрепче. – И если я не ошибаюсь, сегодня день нашей шоковщины.

– Да! – чуть не во всё горло выкрикнула от облегчения Анна. И, покраснев, добавила: – Конечно, я понимаю, последние несколько дней выдались не из лёгких... Так что самое главное – мы снова вместе.

– Ой, да ладно тебе, – усмехнулся Кристоф. – Думаешь, я мог забыть про нашу шоковщину? Что ж я за жених такой?

Он свистнул, и Свен, который уже убрёл куда подальше, пока на него не обращают внимания, подскочил к парочке. У него на спине покачивалась большая коробка. Кристоф потянулся к ней и поставил перед Анной.

– Поздравляю с нашей шоковщиной, любимая! Та-да-ам!

Обступившие их тролли испустили радостный возглас.

Анна потянула за крышку; сердце готовилось выскочить из груди. Крышка распахнулась, и её взору предстал... Погодите, что это вообще?

– Э-это шоколадный грибной тролль Флемминград? – спросила она, не веря своим глазам.

– Господи боже, – вырвалось у Маттиаса – достаточно громко, чтобы его услышали все.

– Да! Сам сварганил из корений и шоколада со вкусом грибов! – восторженно ответил Кристоф, отломал от уха шоколадного тролля подозрительно лиловый листочек и сунул в рот. – М-м! Вкуснятина! Отломить тебе кусочек?..

– Э-э, да нет, спасибо, – быстро ответила Анна и слегка отступила назад. – Может, подождём, пока... пока мой подарок тебе не будет готов! – радостно нашлась она.

– Лапушка, да ведь он готов! – выглянула из своей пекарни госпожа Блоджет. За собой она вытянула большого шоколадного оленя, которого Анна заказала ещё пару недель назад. Уму непостижимо, как госпожа Блоджет умудрилась успеть с заказом после всего, что тут было.

Анна застенчиво улыбнулась Кристофу:

– Э-э, с шоковщиной?..

– Красота! – провозгласил Кристоф, не отрывая глаз от своей невесты. Кажется, речь не только о шоколадном олене, поняла Анна и почувствовала, как по телу разливается приятное тепло. Она взяла Кристофа за руку.

– Я люблю тебя, – прошептала она.

– Я тоже тебя люблю, – ответил Кристоф. – Никогда не забывай об этом.

– Вообще-то, – хмыкнула Анна, – из нас двоих это ты...

Не успела она договорить, как вокруг раздалось протяжное «о-о-о!». А за ним многоголосое «а-ах!». Анна оторвала глаза от Кристофа и огляделась.

– Смотрите! – крикнул Маттиас. – Северное сияние!

Город притих. Все стояли, задрав головы, и заворожённо ахали, пока на их глазах зелёные и золотые полосы переливались над горизонтом, точно ночная радуга. Полярное сияние. Наконец-то оно явилось здесь, у них. По спине у Анны пробежал холодок. Она прижалась поплотнее к Кристофу и положила ему голову на плечо.

– Восхитительно, – прошептала она. – Само совершенство.

Кристоф обнял её, Олаф запрыгнул на руки к Эльзе, к компании подошёл Свен, и Анна почесала оленя за ушком. Кругом них стояли эренделльцы и как зачарованные глядели в небо.

– Заказывали незабываемый грандиозный фестиваль? – прозвучал над ухом Анны шёпот сестры. – Получите, распишитесь.

– Грандиозно – не то слово, – кивнула Анна. – Эту ночь я действительно ещё нескоро забуду.

Поразительно, до чего иным ощущается место, где былую печаль сменила надежда.

Стоя на берегу реки неподалёку от границы между Вестерландом и Эренделлом, там, где погибла Сессил, Анна задумалась, сколько всего они успели сделать за такое короткое время.

Крохотную прогалину с самодельной статуэткой расчистили от поросли и густого кустарника, а на освободившемся месте поставили резную беседку, сиденья из натурального камня (идея Кристофа), а также деревянные лавки (идея Ольги), чтобы посетители могли присесть и поразмышлять. Земля уже скрылась под покровом снега, но Анне легко представлялось, как весной здесь всё зазеленеет, а вокруг беседки вырастут луговые цветы (любимые цветы Сессил, по словам Хельги).

Под пологом беседки ждал своего часа па-мятник принцессам, с которого Анна вместе с Эльзой, королём Йонасом и принцессой Мари должны были торжественно сорвать покрывало в это утро. Последние две недели Хельмут трудился не покладая рук над статуей сестер-принцесс из Вестерланда, правду о которых в кои-то веки узнал свет.

А для тех, кто эту правду ещё не слышал, рядом стоял большой камень с вмурованной табличкой, где рассказывалось о судьбах Сессил и Ингер и о том, за что они боролись ради своего королевства. Там также подробно излагалось, что на самом деле произошло между сёстрами в тот роковой декабрьский день на берегу реки и что пришлось перенести Ингер в последующие недели, когда её обвинили в убийстве Сессил.

Однако деревянная статуя Ольги с Хельгой, стоявшая здесь в качестве памятника изначально, тоже не была забыта. Её планировалось перенести в исторический музей Вестерланда в качестве экспоната новой выставки о Сессил и Ингер, которую принцесса Мари проводила при участии Ольги и Хельги. Трудно было представить, кто, кроме этих двух бывших экономок, столь преданных королевской семье, мог бы лучше рассказать о сёстрах-принцессах. Ну разве что сама Ингер.

На плечо Анне легла прохладная рука. Спрашивать, кто это, было не нужно.

– Думаешь, придёт? – спросила Анна, не оборачиваясь.

– Не знаю, – задумчиво ответила Эльза, глядя на бурлящую быстрину всего в паре шагов от них. По настоянию Анны площадку, где стояла беседка и лавочки, обнесли ради безопасности деревянным ограждением, чтобы никто не свалился случайно в реку – опять. – Возможно, ей будет больно снова оказаться на том самом месте.

С Ингер Анна не виделась со дня фестиваля. Когда она встречалась с пиратами ради нового торгового соглашения, за Ингер вела переговоры Рыжая. Теперь, когда сделка была заключена, Анна получила от Рыжей весть, что через несколько дней пираты покинут фьорд. Приглашение на торжественное открытие памятника осталось без ответа.

– Думаешь, Ингер может опасаться встречи с жителями Вестерланда? – спросила Эльза.

– Рыжая передала, что Ингер просила личной аудиенции с королём Йонасом и Мари. А уж они её всяко должны были заверить, что в родной стране ей всегда рады.

Анна оглядела толпу занятых людей вокруг, которые торопились закончить последние приготовления к церемонии открытия. Эренделльцы бок о бок с жителями Вестерланда трудились, забыв об отдыхе, чтобы успеть привести это место в порядок. Сейчас подданные обоих королевств дружно обвязывали приготовленные для гостей стулья голубыми и лиловыми ленточками – это были любимые цвета Ингер и Сессил; другие оплетали самодельными цветами из шёлка стены беседки.

– Очень хочется, чтобы она приехала, – проговорила Анна. – Чтобы увидела, как много она и Сессил значат для нас всех. Сегодня памятный день в их честь.

– Нет, ну вы только подумайте! – подскочил к сёстрам Олаф, держа сразу два шёлковых цветка – и голубой, и лиловый. – Где это видано, чтобы за две недели успевали подготовиться сразу к двум праздникам? – Он провёл ручкой-веточкой по лбу. – Я уже даже устал готовиться к праздникам!

– Эх ты, – поддразнил его Кристоф, подходя к ним вместе со Свеном. – Тебе и надо- то было всего ничего – рассказать всем о церемонии и памятнике. Это тебе не таскать сюда тяжеленные валуны и не вырезать беседку, как нам со Свеном.

Анна поднялась на цыпочки и чмокнула Кристофа:

– Выглядит просто потрясающе, милый. Лучшего памятника сёстрам трудно и представить.

– Следующий праздник, к которому надо готовиться, это ваша с Кристофом помолвка, – вставил Олаф. – У нас со Свеном уже даже тема для вечеринки готова. Верно, Свен?

Свен фыркнул.

– Дай мне вначале хоть немного передохнуть, – ответил Кристоф басом за Свена. – Я ещё от «Полярных ночей» не отошёл.

– Очень кстати, потому что я тоже хочу поучаствовать, – с задором вмешалась Эльза и обернулась к Анне. – Жаль, конечно, что свою помолвку ты не можешь организовать сама. У тебя так хорошо получилось с «Полярной ночью».

Анна зарделась, а Кристоф обнял её и притянул к себе.

– Подтверждаю! У тебя вышел лучший фестиваль за всю историю Эренделла, скажу я тебе. – Тут он понял, что ляпнул. – То есть я не хочу обидеть нашу Снежную королеву...

– Её так просто не обидишь! – рассмеялась Эльза.

– Спасибо, спасибо, – сказала Анна; румянец по-прежнему не сходил с её щёк. – С учётом того, что большую часть времени, запланированного на подготовку, полгорода не помнило себя, в итоге получилось действительно довольно неплохо.

– Только благодаря той, под чьим чутким руководством дело всегда спорится, – напомнила ей Эльза.

– Той, которая прекрасно умеет подбирать и подбадривать помощников! – воскликнула Анна и победно вскинула кулак. – Чем я сейчас и займусь, чтобы церемония открытия прошла так же гладко. – И она снова оглядела толпу подтянувшихся людей в надежде, что на этот раз заметит среди них Ингер или хотя бы кого-нибудь из пиратов. Но нет.

Солнце начинало смелее пробиваться сквозь облачную завесу серого утра. Кристоф сжал руку Анны и оптимистично заметил:

– Не унывай! Даже если пираты сегодня не приедут, это не значит, что они не ценят твоих усилий. И потом, я прямо печёнкой чую, что Сессил по-прежнему наблюдает за нами.

– Но уже не как драуг, надеюсь? – заволновался Олаф.

– Знаете, мне нравится думать, что Сессил теперь вроде нашего духа ветра – просто приятный вечерний бриз, который, бывает, проскользнёт по щеке мимоходом, а сам уже далеко-далеко, летит повидать мир, раз теперь у него есть такая возможность, – проговорила Эльза.

Мысль навеяла на Олафа умиротворение.

По стуку копыт в отдалении стало ясно, что едет король Йонас. У самой опушки его карета остановилась, король вышел и направился прямиком к своим соседям.

– Королева Анна, королева Эльза, – обратился он к сёстрам. Пока они здоровались за руки, к ним подошла принцесса Мари. – Очень, очень рад, что удалось всё это организовать, да ещё так быстро! Спасибо вам огромное за помощь в эти недели.

– Вестерланд и Эренделл не просто соседи и союзники, мы ещё и друзья, – напомнила королю Анна. – А восстанавливать справедливость и порядок для нас Эльзой важнее всего.

– Вот и чудесно. Мы как раз прихватили с собой на праздник ещё пару друзей, – вмешалась принцесса Мари и шагнула в сторону. Стоявшие вокруг тоже расступились, и, к удивлению Анны, перед ней предстали знакомые пиратские лица.

– Приехали! – запрыгал на месте Олаф.

Анна не могла поверить своим глазам. Пираты всё-таки явились на церемонию и даже разоделись по случаю: начищенные ботинки, новые кожаные ремни, шляпы с перьями, и у каждого голубая ленточка в память о Сессил – либо в волосах, либо на груди. Возглавляла процессию Рыжая, ведя под руку бабушку. Приезд Ингер стал для Анны, конечно, главным сюрпризом. Она не отрываясь следила за старой пиратшей, пока та с изумлением обводила глазами место. Капитан Синее Око смахнула слезу, но сквозь слёзы она улыбалась. В руках Ингер держала букетик луговых цветов – тех же, что были вплетены в её две длинные белые косы. Где она их раздобыла посреди зимы, Анна не могла и представить.

– Рада встрече, – сказала сёстрам Ингер и слегка поклонилась. – Надеюсь, мы не опоздали.

– Это вы-то? Да мы бы без вас и не начинали, – ответила ей Анна и сжала её руки в своих. – Мы очень рады, что вы приехали. Так здорово снова вас видеть, – добавила она, не отпуская рук старушки.

– И вас тоже, и вас, – мягко улыбнулась ей Ингер. – А тут много что изменилось. Такое спокойное место теперь. Сессил бы понравилось.

– А она в итоге... обрела покой? – вырвалось у Кристофа.

– Да, – с облегчением вздохнула Ингер. – Да и я тоже. Душа моей сестры ныне свободна, а значит, и моя заодно. Буду снова ходить морями вместе с родными и близкими. – И она покрепче сжала руку внучки.

– Надеюсь, вы помните, что ворота Вестерланда всегда открыты для вас, – сказал король Йонас. – В конце концов это ваш родной край.

– Мы бы вам местечко могли подыскать, помогли бы осесть, – добавила Мари. – У нас так много людей, которые по вам скучают и хотят, чтобы вы вернулись. – Она оглянулась на Ольгу с Хельгой, которые при виде Ингер начали плакать и обниматься.

Стоило Ингер заметить своих бывших экономок, как слёзы потекли сильнее по её щекам.

– Спасибо. Благодарю вас за щедрое предложение. Давненько мы не делали долгих стоянок. – Она взглянула на Рыжую. – Сама я хотела бы провести остаток дней в море, оно теперь мне дом родной. Но это для меня так, не для всех. А у внучки пусть лучше будет возможность пожить нормальной жизнью в Вестерланде.

– Разумеется, – сказал король Йонас и откашлялся. – Кроме того, как продолжательница королевского рода, ваша внучка Сессил сможет претендовать на...

– А вот здесь я вас прерву, ваше величество, – остановила его Рыжая. – Ценю ваше предложение унаследовать престол, но я, видите ли, вся в бабушку. – Она посмотрела на старушку. – Я пират, и место мне на море, а не при дворе. – На этих словах бабушка и внучка обнялись. – Зато мне будет греть душу мысль о том, что где-то ещё на свете меня готовы приютить, если мне надоест мореходство.

– Здесь тебе всегда будет уготовано место, – кивнул король.

– Надеемся, что и этому памятнику вы не останетесь чужды и будете часто его навещать, – вмешалась принцесса Мари. – В музее Вестерланда планируется даже специальная выставка, посвящённая вам, Ингер, и вашей сестре Сессил, – сообщила она.

– Вот как? – удивилась Ингер. – Что ж, надеюсь, Ольга и Хельга приложат к ней руку. У них столько историй из нашего детства найдётся порассказать, даже наши прозвища помнят. – Она хихикнула. – Сессил своё терпеть не могла – мы её Пахучей Сессил звали, это когда она чесноку наестся...

Все рассмеялись.

– Запомним! – сказала Эльза.

Громче других смеялся Олаф.

– Ой, это куда лучше, чем...

– Только не говори «Ужасная Сессил»! – оборвала его Анна и тут же осеклась, осознав, что сболтнула лишнего. Делать нечего, надо срочно менять тему. – Э-э, итак, раз уж все в сборе, думаю, пора начинать.

Анна взяла Ингер под свободный локоть и подвела вместе с Рыжей к толпе зрителей, застывших в ожидании у постамента. В руках они держали свечи, и теперь их зажгли по цепочке от одной к другой. Король Йонас, Мари и Эльза выступили вперёд, и Анна шагнула вслед за ними. Она обвела глазами собравшихся, пришедших почтить столь важный момент в совместной истории двух королевств, и встретилась глазами с Ингер.

– Спасибо всем, кто приехал сегодня сюда, на открытие памятника сестрам – принцессам Вестерланда, – начала Анна.

– Правда о тех событиях раскрылась слишком поздно, – подхватил речь король Йонас. – Но мы надеемся, что жители Вестерланда и Эренделла станут приходить на это памятное место, чтобы задуматься о судьбах сестёр, а также о том, чего юные принцессы стремились достичь ради своего королевства.

Анна потянулась к покрывалу на статуе:

– А теперь позвольте представить вашему вниманию памятник, созданный главным скульптором Эренделла Хельмутом-ваятелем. Он называется «Любовь сестёр из Вестерланда».

И при помощи Кристофа королева стянула покров. Под ним оказалась искусная статуя Сессил и Ингер, застывших в крепких объятиях. Скульптура запечатлела сестёр молодыми и полными жизни. С надеждой на будущее смотрели они друг другу в глаза. «Такими их и должны запомнить, – подумала Анна, – единым целым. Сёстрами, которые вместе боролись за лучший Вестерланд и любили друг друга до самой смерти. Безвременно погибшая девушка и её сестра, которую безграничная любовь заставила всю жизнь положить на поиски своей милой подруги».

При виде себя молодой и рядом с Сессил Ингер тихо ахнула, поднялась с места и медленно приблизилась к статуе. То же сделала её внучка. Обе они коснулись ладонями гладкого камня и застыли, в изумлении рассматривая фигуры.

– Вам нравится? – робко спросила Анна и потянулась рукой за ладонью Эльзы.

Ингер оглянулась на них обеих, и глаза её были полны любви и слёз:

– Потрясающе. Просто потрясающе.

В этот самый момент внезапный порыв ветра шелестнул голыми ветками деревьев и с такой силой взметнул последние осенние листья на поляне, что собравшиеся похватались за шляпы и удивлённо заахали.

На губах Анны заиграла улыбка. Она посмотрела на Эльзу – ей вспомнились недавние слова сестры.

Сессил.

Она была здесь. И теперь обрела покой навсегда.

– Ну и денёк! – воскликнула Анна и картинно рухнула, будто обессиленная, на постель в комнате Эльзы. Она уже успела переодеться в своё любимое зелёное домашнее платье и расплести косы. «А так ей на вид ещё меньше лет», – подумала Эльза. Практически та самая девчоночка, которая умоляла Эльзу сделать ей снеговика.

Только теперь она была королевой, и эта королева не далее как на днях спасла свой край от гибели. Не без помощи старшей сестры, понятное дело.

– Сядем рядышком, кучнее! – шутливо скомандовала Эльза, притягивая сестрёнку к себе. Анна положила ей голову на плечо и счастливо вздохнула.

– Даже не думала, что у нас что-то получится, – пробормотала она, устраиваясь поудобнее. – Серьёзно. Но всеобщими усилиями мы справились.

– М-да, и фестиваль, и открытие памятника! – припомнила Эльза. – Не говоря уж о сюрпризе на мой день рождения! Ну и пора выдалась. Этот месяц все ещё долго будут помнить. Я по крайней мере точно не скоро забуду.

– Ах, память! – вздохнула Анна. – До чего ж хорошо, когда она снова на месте.

– Это точно, – согласилась Эльза. – Я уже побывала в Ахтохаллэн, и там всё, кажется, вернулось на круги своя. Прежние воспоминания можно найти без помех. Так здорово было снова их увидеть...

– Могу себе представить, – с тоской протянула Анна. – Мне бы и самой очень хотелось посмотреть...

– Кстати. – Эльза села прямо на кровати и задорно сверкнула глазами. – Вообще-то у меня есть для тебя небольшой подарок.

– Подарок? Но день рождения-то у тебя был, не у меня.

– Ой, перестань. И дай мне кое-чем поделиться. – Эльза загадочно улыбнулась сестре, закрыла глаза и попыталась мысленно воспроизвести воспоминание, вытянутое из Ахтохаллэн специально по этому случаю. Когда она открыла глаза, в центре комнаты перед ней вихрились клубы ледяного ветра, из которого проступали двигающиеся фигуры.

– Ничего себе! Мама с папой! Где это они, на корабле? – ахнула Анна.

Эльза молча вгляделась в видение: король Агнарр и королева Идуна в корабельной каюте.

Глаза матери наполнены слезами. «Может, мы вообще неправильно поступили, что разделили их. Может, надо было...»

«Мы поступили ровно так, как считали наилучшим, – твёрдо отвечает отец. – Правильно – неправильно, это время покажет. Я лично в них верю. Совсем ещё девочки, а уже такие стойкие. И если Эльзе кто и в состоянии помочь, то только Анна. – Мягкая улыбка появляется на его устах. – Этой малышке многое по плечу».

«Тут я с тобой соглашусь, – отвечает мама и, встряхнув головой, добавляет: – В ней столько любви, что весь мир объять сможет».

Отец кивает. «Совершенно уверен, что, когда настанет пора, они поступят правильно».

«Ради Эренделла?»

«Да нет же, – качает головой отец. – Ради друг друга».

На этом бледное видение угасло, ледяной дымок растворился в воздухе. Какое-то время обе сестры молчали. Безмолвно смотрели на то место, где только что стояли их родители. А потом Эльза подняла глаза на Анну и заметила, как та смахнула слезу.

– Они и в самом деле в нас верили, – чуть охрипшим голосом выдавила Анна. – С начала и до конца.

– И не ошиблись, – заметила Эльза, тоже едва владея голосом. – Без твоей любви из меня и вправду ничего бы не вышло.

Она притянула Анну к себе. Сёстры обнялись, крепко-крепко, так что у Эльзы дыхание спёрло. Но ей было всё равно. Главное – сестра рядом. И воспоминания никуда не делись. И королевству ничего не угрожает. Снова будет всходить солнце. Снова будет возрождаться жизнь.

Внезапно дверь распахнулась. Сёстры повернули головы и увидели Олафа, следом за которым влетели Кристоф и Свен. В руках у снеговика была толстенная книга рассказов. Он помахал ею перед лицами сестёр.

– А когда мы в следующий раз поедем в поход с палатками? – спросил он. – Теперь мой черёд рассказывать страшилку! И у меня будет самая лучшая! Думали, драуг страшный? Да вы только послушайте про ужасную чуму, которая сметает целые города и несёт с собой страх и погибель!

Эльза испустила стон. Она выхватила книгу из рук Олафа, свистнула Ветерка в открытое окошко и бросила книгу ему. Тот с радостью унёс вредоносный том прочь.

– Эх! Такая хорошая история была! – пожалел Олаф, глядя, как книжка исчезает вдали.

– Больше никаких страшилок, – строго наказала ему Анна и пригрозила пальцем. – Отныне чтобы все истории были со счастливым концом!

Эльза улыбнулась и закинула руку на плечи сестре.

– Счастливый конец – это по мне, – согласилась она. – И чтобы море общих воспоминаний.

Можно ли сделать больший подарок двум писателям – фанатам Эльзы и Анны, – как попросить их сотворить совершенно новую историю для серии «Холодное сердце»? Разве что попросить их сделать это вместе! (Это ведь всё равно что заканчивать друг за другом фразы, когда вы влюблены!)

Нам было невероятно весело придумывать сюжет и писать эту книгу в сотрудничестве с нашим потрясающим редактором и такой же фанаткой историй Disney, как мы, Хедер Ноулз, которая всегда полна идей, энтузиазма, а в особо тяжёлые дни ещё и шоколада (ммм! шоколад...).

Хедер, о лучшем соратнике мы не могли и мечтать. Была б возможность, мы бы подарили тебе отдельную персональную сауну, как у Окена, чтобы выразить, как ты нам дорога!

Над одной книгой может биться целое королевство, и нам крупно повезло, что нас поддерживал замечательный коллектив издательства Disney Publishing, включая руководителя проекта Монику Васкес, менеджера по печати Энн Питерс, иллюстратора Ольгу Москеду (спасибо за невероятно зловещую обложку!) и дизайнеров Альфреда Джулиани, Винни Хо и Сьюзан Гербер, а также Сила Белленджера и Лиссы Гурвиц. Хотелось бы крепко обнять вас всех. Отдельное спасибо Хедер Блоджет из Walt Disney Animation Studios, чьи познания о вселенной «Холодного сердца» воистину бесконечны.

Сердечные благодарности и связка столь любимой Свеном морковки в подарок – нашим прекрасным агентам, Мэнди Хаббард и Дэну Манделу, без которых мы бы точно пропали.

Но самое главное – поклонники «Холодного сердца», эта книга для вас. Каждая фраза была написана с мыслями о вас, и мы ждём не дождёмся, когда вы сможете отправиться в новые неведомые приключения вместе с парой ваших любимых сестёр и их друзьями. Надеемся, вам так же понравится читать эту историю, как нам понравилось писать её.

Ну и напоследок, спасибо нашим близким: дома, как известно, всегда лучше, и мы считаем, что лучше – благодаря вам!