История о девушке, которой пришлось научиться ходить заново… Понять, что привязанность не всегда является любовью…
Жизнь… Жизнь дана многому: людям, растениям и животным.
Смерть… Смерть забирает жизнь у людей, животных и растений.
Для чего дана жизнь?.. Чтобы умереть.
Но что может произойти в твоей жизни, до смерти, ты не знаешь. Но порою так хочется знать всё о своём будущем! Сбудутся ли твои мечты?.. Найдёшь ли вторую половинку?.. Ответы ты можешь найти, только прожив всю свою жизнь, если конечно с тобой не произойдет досадная случайность, которая унесёт твою жизнь намного раньше, чем тебе хотелось бы…
Так вот родилась одна девочка, которую родители назвали Анастасией. Она была очень крепкой и здоровой. Родители её очень любили, так как она была долгожданным ребёнком в их семье. Виктор и Жанна жили вместе уже пятнадцать лет, а дети всё не появлялись, и вот наконец-то появилась их Настенька.
Девочка росла очень сильной и здоровенькой. Когда ей исполнилось пять лет, родители поехали вместе с ней отдыхать на курорт. По возвращении с отдыха они попали в аварию. Виктор и Жанна отделались парой пустяковыми переломами и синяками. А вот жизнь девочки была под угрозой. Врачи сомневались в том, что она сможет выжить из-за серьёзной травмы позвоночника.
Проходили дни за днями, а девочка всё не приходила в себя. Ей становилось то лучше, то хуже.
Виктор перестал появляться в своём юридическом офисе, привозя из разных углов России врачей, чтобы они спасли жизнь его единственной дочери. Но все врачи как один лишь только разводили руки и ничего больше не могли сделать.
Жанна тоже перестала появляться в своём магазине, все дни, а порою и ночи, проводя в палате у своей единственной дочери.
Прошло три недели с того дня, когда они попали в больницу. Врачи сказали, что прошло слишком много времени, теперь совершенно нет шансов выжить, и она, скорее всего, умрёт. Но наперекор словам докторов Настя пришла в сознание.
Прошёл ещё месяц. Девочку выписали из больницы с диагнозом: «Она никогда не может встать на ноги, и никогда больше не будет ходить».
Несмотря на то, что Настя сидела в инвалидном кресле, она была весёлой и живой, говоря родителям: «Жизнь на этом не заканчивается, и я ещё смогу ходить! Я вам это обещаю!»
Для пятилетней девочки, Анастасия была очень умной и развитой. Она уже сама бегло читала книги, помогала маме готовить, убираться в доме. Даже порою разговаривала как взрослая. Порою, родители удивлялись тому, что не понимали, откуда их ребёнок знает решение взрослой проблемы, которую не способен решить всякий взрослый человек…
Когда Анастасии исполнилось шесть лет, она попросилась в школу. Но Жанна и Виктор хотели, чтобы их дочь обучалась на дому, хотя и понимали, что ей не хватает общения со сверстниками, хотелось ей быть в обществе, несмотря на то, что прикована к инвалидной коляске. Именно потому, что ей не хватает общения, они и согласились с еë решением.
Первого сентября, когда начался учебный год в школе, Виктор отвёз свою дочь на первый учебный день. В этот день Настя познакомилась со своими одноклассниками и учительницей.
День за днём Виктор отвозил на уроки и забирал дочь из школы. По прошествии двух месяцев Настю перевели во второй класс, так как она уже очень хорошо читала, считала, умела писать и знала таблицу умножения.
По прошествии первого учебного года Настёна закончила экстерном всю начальную школу. И всё это время её сопровождал тьютер, помогающий ей в перемещении по школе.
Когда Насте исполнилось десять лет, на свой день рождения, она обрадовала своих родителей, встав на ноги с инвалидной коляски. С тех самых пор, как она стала учиться в школе, она упорно разрабатывала свои ноги, училась шевелить пальцами, училась, вставать и удерживать равновесие, ни за что не придерживаясь. Увидев свою дочь на ногах, Виктор и Жанна не могли понять, как же так они ничего не заметили? Как упустили из виду то, что их дочь без их помощи научилась вставать на ноги?
За последующие семь лет она окончила школу, все одиннадцать классов, но, уже не перескакивая из класса в класс. За последние четыре года Настя восстановила свою ходьбу. Из маленькой беспомощной девочки она превратилась в сильную, здоровую и красивую девушку.
После окончания школы, Анастасия поступила на адвоката, чтобы потом работать в конторе своего отца.
Родители отговаривали её, чтобы она хотя бы год смогла отдохнуть, но девушка лишь говорила им в ответ:
— Я хочу учиться. Я не смогу постоянно сидеть на вашей шее. Я хочу выучиться, и устроится на работу, чтобы иметь хоть какие-то свои деньги.
— Разве тебе мало наших денег? — спросил Виктор у своей дочери.
— Прости, но эти ваши деньги, именно ваши. А я хочу иметь свои. Я ведь не ухожу от вас! Я никогда от вас не уйду! Я хочу быть просто самостоятельной.
Будучи маленькой, Настя очень любила мечтать о том, что когда вырастит, то станет адвокатом, как её папа, что будет работать вместе с ним.
Все окружающие видели, что Настя мечтала только о том, кем она станет. В то же время её никогда не интересовало то, о чём мечтали другие девочки — в основном у многих была мечта единой — принц на белом коне.
Когда после школы Настя поступила в институт на адвоката, была очень счастлива. Но никто в её окружении там не мог сказать, что этой красивой, статной, длинноногой девушке, всего четырнадцать лет. И высокой она стала, не смотря на то, что была в течение нескольких лет инвалидом, прикованным к инвалидному креслу.
Когда она начала учиться, все студенты из её группы относились к ней как к равной, хотя об её истинном возрасте знали лишь единицы.
А некоторые девушки завидовали её красоте и тому, что многие красивые парни пытались ухаживать за ней, пускали ей вслед комплименты, но только она, ни на что не обращала внимания: её не интересовали, ни восторженные взгляды парней, ни их комплименты, она даже не принимала от них никаких подарков.
Как-то ты на лекции по психологии Настя засиделась и осталась один на один с преподавательницей, которая спросила у Насти:
— Ты такая необычная! Почему ты не обращаешь внимания на парней?
— Мне ещё четырнадцать лет и забивать голову о парнях мне слишком рано!
— Ты бы могла просто дружить с парнем «не забивая себе этим голову».
— У меня ещё будет для этого время в ближайшем будущем, когда я закончу здесь учиться.
— Меня ещё смущает то, что за полгода, что ты здесь учишься, не на одну из двух дискотек, что проводились здесь, не ходила. Ведь вся молодёжь ходит на дискотеки…
— Вас кто-то попросил со мной поговорить? Это были мои родители?
— Нет. Меня об этом никто не просил. Я сама беспокоюсь о тебе. Я ведь психолог и многое замечаю того, чего не замечают другие… Может, ты чувствуешь себя лишней среди других однокурсников?
— Нет. Лишней я себя не чувствую. У меня хорошие отношения с однокурсниками, меня даже выбрали старостой группы, — сказала Настя и посмотрела на часы. — Простите, но меня папа уже ждёт на улице.
— Хорошо. Иди. До свидания.
— До свидания.
… Приближалось 8 марта. В этот день, преподаватели отмечали двойной праздник прямо в здании института вместе с пятикурсниками, которым предстояло через несколько месяцев выпуститься из стен образовательного учреждения. В этот день они отмечали двойной праздник — женский день и день защитника Отечества.
И этот праздник Насте было не избежать, так как её выбрали ведущий праздничного шоу. Все прекрасно знали, что у неё прекрасная дикция, знали, что у неё хорошая фантазия, которую она умело применяла при проведении домашних праздников (знали об этом сначала три девушки, которые были у Насти на Новый год дома в гостях, а потом всё разнесли в своей компании, естественно прознали об этом и педагоги), знали, что она не боится выступления перед большой массой людей. Назначили её ведущей без её ведома, без её согласия, потому что отказ никто не собирался принимать.
Поэтому когда ей сообщили об этом, она собрала всю свою силу, творчество, смекалку и всё остальное, начала подготовку к празднику.
Составив подробный план проведения праздника, Настя отнесла его к декану, чтобы он ознакомился с тем, что им предстоит пережить в праздничный день.
Когда декан предоставил всё необходимое, Настя подключила свободных студентов от занятий. За два дня они оформили зал, в котором должен был состояться праздник: расставили столы для еды, оставив в центре место для танцев, развешали шарики, плакаты, светомузыку, установили музыкальную аппаратуру, то есть всё то, что необходимо для праздника. За день до праздника Настя приготовила планы с конкурсами для своих помощников и раздала их, чтобы они знали, что зачем идёт.
На следующий день, когда наступило 8 марта, Настя пришла в институт пораньше, чтобы проверить всё ли в порядке, чтобы встретить официантов из ресторана с едой и посудой, чтобы встретить ди-джея. После чего быстро сбегала домой переоделась и сделала причёску в парикмахерской. Вернувшись, она наткнулась на какого-то мужчину, который спросил у неё:
— А где здесь проводится праздничный вечер?
— В зале, — ответила Настя, указав направление.
— А Вы, на каком курсе учитесь?
— Я не учусь, — ответил мужчина.
— А посторонним вход воспрещён, — сказала Настя.
— Я не посторонний, я новый преподаватель.
— Простите, — сказала Настя, — чувствуя, что заливается краской, после чего вошла в зал, думая при этом: «Нужно было поинтересоваться, как его зовут и по какой дисциплине, он будет преподавать… В какое же я неудобное положение попала! Выставила себя полной дурой! Что мне теперь делать?»
Через полчаса собрались все преподаватели и студенты пятикурсники. Когда все уселись Настя, их поприветствовала и начала праздник с того, чтобы мужчины и парни открыли бутылки с шампанским. Пока бутылки стреляли, Настя подошла к декану.
— Вы что-то хотели спросить, Александр Юрьевич? — спросила Настя у декана.
— Дашь мне сказать несколько слов? — спросил он в ответ.
— Конечно, — ответила с улыбкой Настя и подала мужчине микрофон. Когда стрельба бутылок прекратилась, декан встал из-за стола и сказал:
— Для начала я хочу вам представить нового преподавателя, это Алексей Викторович, он будет преподавать специальные дисциплины, а кому очень интересно, то ему двадцать девять лет. Поздравляю всех с праздниками: Днём защитника отечества и женским днём всего всем хорошего!
Декан отдал микрофон обратно Насте и сел на своё место за преподавательским столом.
Когда вечер подходил к концу, конкурсы были проведены, начались самовольные танцы. Настю, пригласил к своему столу декан. За его столом сидел новый преподаватель, педагоги по психологии и физкультуре и ещё несколько других преподавателей. Её посадили между деканом и новым преподом, после чего налили шампанского.
— Я не буду, — сказала Настя, когда бокал стали ставить возле неё.
— Выпей один бокал, — сказал Виктор, садясь напротив дочери за преподавательский стол.
— Папа?! Что ты здесь делаешь?
— Я здесь когда-то выпускался, — коротко ответил Виктор, смело накладывая себе салатов.
— Ты давно пришёл? — спросила Настя.
— Не очень и, видимо, пропустил очень многое. Ты как? Не устала?
— Об этом поговорим дома и нечего об этом спрашивать, когда прекрасно знаешь ответ.
Александр Юрьевич поставил перед ней тарелку, наполню едой, и при этом говоря:
— Глупо было с моей стороны выдвигать тебя на кандидатуру ведущей.
— Почему? Я плохо провела вечер?
— Ты провела его просто чудесно! Я уверен, что никто не смог бы всё устроить, так как сделала это ты.
— И в чём же тогда дело? Неужели папа всё разболтал?
— Прости, доченька, но ведь ты знаешь, что когда я немного выпиваю, то мой длинный язык развязывается, и я начинаю много болтать, но кое о чём я промолчал, и ты это сейчас расскажешь сама, иначе я опять сам всё разболтаю.
— Я этого делать не собираюсь! И ты этого делать тоже не будешь, мне достаточно того, что теперь меня будут все жалеть.
Настя взяла бокал с шампанским, выпила его залпом и со своей тарелкой хотела уйти за другой стол, но остановилась, услышав, как за её спиной включилась музыка и стала петь её мама, поздравляя, дочь с днём рождения.
— За нас это сделала мама, — сказал Виктор, смотря на свою жену и тихонечко посмеиваясь.
Настя села обратно и принялась поглощать то, что ей наложили в тарелку, не разговаривая при этом ни с кем. Когда её тарелка опустела, декан поднялся из-за стола, и пригласи её на медленный танец. Настя послушная поплелась за ним в центр зала. Когда очередная песня закончилась, девушка вырвалась из объятий Александра Юрьевича и вышла из зала, а затем переместилась на улицу. Там, на крыльце, её нашёл декан, который почти сразу же проследовал за ней.
На улице уже стояла глубокая ночь, и практически ничего не было, видно. Декан повернул к себе лицом девушку и попытался всмотреться в её лицо, но темнота не давала понять ему, что чувствует Настя.
А девушка тем временем уткнулась ему лицом в грудь и заплакала. Александр Юрьевич стал гладить её по чёрным волосам, прижимая её к себе и укутывая в свой пиджак, чтобы она не замёрзла.
Когда Настя подняла голову, понимая и чувствуя, что декан целует её в макушку и очень-очень нежно гладит по спине, но, не переходя рамки приличия при этом.
— Зачем Вы это делаете? — спросила Настя, когда ей удалось вырваться из объятия мужчины.
— Я делаю это для того, чтобы ты поняла, что ты красива, что привлекаешь внимание не только смазливых мальчишек, но и взрослых мужчин. Тебе завидуют все девушки, а ты этого даже не замечаешь…
— Вы все думаете, что я бездушная Кукла, что я не замечаю откровенные взгляды парней. Но я всё чувствую, я всё вижу. Просто я отодвигаю всё это на последний план. Для меня сейчас самое главное — это получение образования. Думаете, я не завидую тем девчонкам, которые дружат с парнями? Я очень завидую… Многие даже не подозревают, что мне всего четырнадцать лет, а сегодня исполнилось уже пятнадцать. Вы все только думаете о том, что я робот, направленный на получение образования! Я себя сделала такой после того, как попала в аварию, после которой мне сказали, что я никогда не встану на ноги. Я долгое время просидела на шее родителей, не давая им покою. Им приходилось носить меня на руках до десяти лет. Как я себя тогда ненавидела! Я удивляюсь, как смогла остаться самой собой и не сойти с ума…
— Значит, ты только в десять лет смогла встать на ноги? То есть это случилось только пять лет назад? — спросил декан.
— Это так, — ответила Настя, смотря, как мужчина достаёт из кармана в рубашке микрофон.
Затем Александр нагнулся и положил его на пол. И попытался приглушить звук своей ногой. Настя с ужасом смотрела на тот предмет, через который все в зале слышали то, что она сейчас говорила.
— Я ненавижу Вас!.. Зачем вы это сделали?
— Тихо, не злись! Пожалуйста, послушай меня… Поверь мне, теперь девушки будут относиться к тебе совсем по-другому, они будут уважать тебя… Я понимаю, что это было подло с моей стороны, но я сделал это ради тебя. Ты мне очень нравишься, очень сильно, ты понимаешь? Понимаешь, что ты нравишься не только мальчишкам, которые живут за счёт своих родителей, но и взрослым мужчинам, которые обеспечиваю себя сами!.. Мне плевать на то, что у нас с тобой разница в возрасте почти в двадцать лет.
— Я хочу домой, — сказала Настя. — Я не хочу больше слушать эту чушь!!!
— Прости, но тебе ещё придётся зайти на праздник, — сказал декан.
— Я не хочу, у меня нет сил и настроения.
— Хочешь, не хочешь, всё равно пойдёшь.
Александр Юрьевич затащил девушку за руку в здание института, где в зале их уже поджидали для того, чтобы поздравить новорождённую с днём рождения.
Когда Настя показалась на пороге зала, то сразу же послышалась стрельба шампанских бутылок. И Настя посреди зала увидела огромного плюшевого белого медведя.
Когда праздник был окончен, все разъехались по домам. Проходили дни за днями. К Насте стали притягиваться люди из института. Порой у неё просили советов, просили помочь с заданиями на учебном фронте. И всегда у девушки находились вразумительные ответы и правильные решения заданий.
Иногда Настя стала соглашаться на дискотеки, вечеринки или просто прогуляться по городу со своими многочисленными друзьями. Она всегда была душой компании, даже находясь среди взрослых и среди педагогов института.
Когда подходил к концу последний год обучения уже в аспирантуре, 8 марта и 23 февраля опять традиционно устроили совместно. Настя уже исполнилось двадцать один год. Как никогда в этот день она была красива. И в этот день ей предложили остаться работать педагогом по специальным дисциплинам в институте.
За семь последних лет отец Насти и декан стали лучшими друзьями, хотя они и были ранее хорошо знакомы. Но Настя их сблизила ещё в большей степени. Она была для них чем-то вроде божества.
Постоянные визиты Александра Юрьевича Настя стала принимать, как нечто должное. И за это время декан больше ни разу не сказал Насте о своих чувствах к ней и ничем не выказывал их.
Хотя порою, Настя получала письма по интернету, в которых было много написано о любви, но эти письма были без обратного адреса, без подписи и вычислить, от кого эти письма, в которых было много написано о любви, и узнать не удавалось. Не смотря на всё, это Насте почему-то казалось, что это письма были от декана. Ей почему-то порой становилось обидно, что он больше не обращает на неё внимание. Довольно часто она ловила себя на мысли о том, что думает об Александре Юрьевиче, которого в домашних условиях называла Лекс-Ю. Её верхний ящик стола был полностью забит его фотографиями и портретами, нарисованными и её рукой.
В этот день рождения родители подарили своей дочери автомобиль, на котором Настя самостоятельно приехала на праздник. После праздника родители сели в свою машину, а Настя в свою, они поехали домой. Настя немного отстала от своих родителей и между ними влезла другая машина. Настя инстинктивно посмотрела на номер этой машины, и этот номер, почему ей показался знакомым. Когда они доехали до очередного светофора, возле которого движение было постоянно активным и днём, и ночью, загорелся красный свет. Родительская машина, притормозила, а вот машина, что была между ними, набрала скорость и со всего размаху, влепилась в багажник родительской машины и вытолкала её на перекрёсток. А потом эта же машина дала задний ход и вьехала в машину Насти, после чего девушка поплыла в темноте уже известно ей боли, страха и отчаяния, где всё сливалось воедино.
Когда Настя смогла справиться со всем этим и открыла глаза, а это была ночь того же дня, то увидела возле себя глаза Лекса-Ю.
— Где мои родители? — спросила первым делом Настя.
— Не беспокойся, с ними всё в порядке, — ответил Лекс-Ю.
— Лекс-Ю, пожалуйста, скажи, что с ними и где они? Только не надо врать!!!
— Ты чуть позже всё узнаешь об этом.
— Я хочу знать сейчас! Подумай сам, ведь потом будет тяжелее дать мне ответ на этот вопрос. Они умерли? — спросила Настя, чувствуя, что по её щекам начали бежать слёзы. — Скажи правду, пожалуйста, я прошу тебя!
— Да, они умерли! — произнёс Лекс-Ю после длительного молчания.
— Когда я смогу увидеть их?
— Завтра, если доктор не обнаружит у тебя серьёзных травм. У тебя разбита голова и доктор боится, что эта травма может оказаться очень серьёзной.
Последующие дни для Насти оказались мучительными: она похоронила своих родителей, ей пришлось съездить в контору отца и в магазин матери, чтобы уладить все дела незаконченные её родителями. Посетив рабочие места и мамы, и папы Насте показалось, что там жизнь шла своим чередом. Но при том ей приносили соболезнования. Все смотрели на неё с жалостью, её жалели из-за гибели родителей и из-за того, что она сама выглядела весьма жалко, так как была у неё забинтованная голова и левая рука была в гипсе.
Возвращаясь, домой на пути своём она встретила Лекса-Ю, который последние дни не отходила от неё надолго. Натолкнувшись на него, Настя произнесла:
— Можно я кое-что спрошу у тебя?
— Конечно, спрашивай, — ответил Лекс-Ю.
— Где твоя машина? — спросила у него Настя.
— А причём здесь и сейчас моя машина? — немного с удивлением спросил мужчина.
— И всё-таки? — переспросила настойчиво Настя.
— Она в ремонте, — ответила Лекс-Ю.
— Понятно, — сказала Настя и пошла дальше, оставив мужчину одного.
Придя домой, девушка закрыла входную дверь на замок и предохранитель, чтобы Александр Юрьевич не смог к ней войти. После этого она медленно сползла на пол по стене, по её щекам заструились слёзы горя и отчаяния.
— Как ты посмел убить моих родителей? Я знаю, что та машина была твоей! Зачем ты это сделал? Зачем погубил их жизни? — тихо прошептала она сквозь слёзы, после чего услышала звонок в дверь.
Она перестала всхлипывать, затаившись под дверью, чтобы её не услышали за дверью.
— Настенька, открой, пожалуйста! Я знаю, что ты здесь и слышишь меня… Мне хочется услышать объяснение на счёт того, что ты у меня спрашивала, — произнёс Александр Юрьевич, пытаясь не слишком сильно шуметь, чтобы не привлекать внимание соседей. Но, не дождавшись ответа девушки, он повысил голос и прокричал. — Да чёрт тебя возьми, открой же дверь!
— Я не собираюсь открывать тебе дверь, потому что ты убил моих родителей! Это ты на своей машине вытолкнул их на перекрёсток! Я узнала твою машину! И за это я тебя ненавижу, — прокачала Настя, глотая слёзы.
— Что за чушь ты несёшь! Я не делала этого! Открой мне дверь!
— Ни за что… Я запомнила номер той машины, что тогда сбила машину моих родителей, и это был номер твоей машины… Зачем ты это сделал, чего ты хотел добиться этим? Хотел получить через меня контору отца? Так знай, что у тебя ничего не выйдет. Ты меня слышишь?
— Настя, впусти меня и давай спокойно поговорим в квартире.
— Иди ты к чёрту! Я ни за что не впущу тебя в свою квартиру. Уйди прочь отсюда и из моей жизни!
— Дай хотя бы мне всё объяснить тебе.
— Тут нечего объяснять все факты на лицо: ты вошёл в доверие моей семьи, а потом погубил всё сразу и семью, и моё доверие к тебе. Уходи, я не хочу видеть тебя! Не хочу знать тебя!
Лекс-Ю, так и не сумев прорваться через преграду построенную Настей, ушёл. Но Настя знала, что встреча с ним неизбежна, так как ей нужно было идти в институт. После её выхода из больницы полицейский устроили ей допрос, на котором Настя назвала номер машины. Так что помимо встречи в институте им предстояло встречаться между допросами и возможно на суде.
Прошла неделя, адвокат Насти собрал доказательства, говорящее о том, что Александр Юрьевич был виновен в преступлении. Настя, всё это время знала, что Лекс-Ю сидит за решёткой и ни разу не сходила к нему. Вскоре назначили день суда, и когда суд начался единственным человеком, кто не появился на суде, оказалась пострадавшая Настя.
Присяжные, свидетели, адвокаты и подсудимый прождали её около часа. Судья по истечению этого времени решил, что суд стоит перенести до выяснения факта неявки в суд потерпевший. Но едва он это проговорил, как в зал сюда влетела Настя. Девушка была вся растрёпанная со свежими синяками и ранами помимо тех, то были у неё после аварии с родителями.
— Простите меня, пожалуйста, — сказала она, — подходила к судье, на ходу приводя себя в порядок, насколько это было возможно. — Разрешите обратиться, — сказала Настя, смотря на судью.
— Да, конечно, — ответил судья с жалостью, смотря на девочку, которая еле держалась на ногах.
— Моих родителей убил не подсудимый Александр Юрьевич, это ошибка. Его подставили, и у меня есть доказательства этого.
— Давайте устроим перерыв, а Вы пока обсудите всё со своим адвокатом и приведёте себя в порядок, — сказала судья. Здесь есть врач? Помогите девушке!
— Спасибо, — ответила Настя и направилась к своему адвокату.
Её усадили, обработали раны на руках и лице, и дали попить воды, а тем временем она всё рассказала адвокату и подала ему портативную видеокамеру.
— Всем встать, суд идёт, — услышала Настя.
— Ну что, как Вы себя чувствуете? — спросил судья, обратившись к Насте всё так же с жалостью смотря на неё.
— Нормально, я готова, — ответила Настя.
— Адвокат, вы готовы предоставить доказательства, которое предъявила пострадавшая, — спросил судья.
— Да, готов… Я повторю то, что сказала моя подопечная: Александр Юрьевич, не виновен в предъявленном ему преступлении, хотя машина, которая погубила жизни родителей Насти, была его машиной. Только за рулём был не Александр Юрьевич. Это был совершенно другой человек, и этим человеком является сводный брат Насти, о котором она до сегодняшнего дня ничего не знала. Он сам признался в совершённом им преступлении, и Настя смогла заснять его признание на видеокамеру. Разрешите предоставить Вам доказательства? Мы можем посмотреть запись, а после слушания эксперты проведут экспертизу видеозаписи, чтобы мы могли удостовериться, что запись не смонтирована.
— Что Вы знаете сейчас о своём брате? — спросил судья.
— Разрешите, я расскажу, — вмешался адвокат. — Как вам известно, Настя была единственным ребёнком в семье у Виктории и Жанны, была очень долгожданным ребёнком. Виктор по глупости ещё до рождения Анастасии связался с другой женщиной, и она родила ему сына, которому Виктор дал свою фамилию, но не принял в свою семью. Одно время та женщина пыталась каким-то образом навредить Виктору и его семье, но потом смирилась со своей судьбой. Их сын вырос в нищете, но выбрался в люди, не смотря на то, что его мать была хронической алкоголичкой. Он получил образование, нашёл нормальную работу. Сейчас Алексею двадцать девять лет, и он решил отомстить своему отцу за то, что он обрёк его на нищету, а сестру наказать за то, что судьба дала ей все радости жизни, а у него отняла всё. Сначала он устроился педагогом в институт, в котором учится Настя, чтобы быть ближе к ней, чтобы всё узнать про неё и про её родителей. И вот он выбрал удачный момент для своего деяния и убил родителей Насти, оставив её одну на белом свете. Была праздничная вечеринка в институте, где были все педагоги и родители Насти. Алексей сел в машину Александра Юрьевича и поехал вслед за Настей и её родителями. На перекрёстке ему удалось каким-то образом вытолкнуть машину Жанны и Виктора на сам перекрёсток, где в их машину врезались другие машины. У меня на этом всё… Запись с камер на перекрестке уже имеется… Теперь включите, пожалуйста, запись с видеокамеры, — попросил адвокат Насти.
По его просьбе подключили видеокамеру к проектору, и на экране сразу же появилось изображение, на котором были Настя и Алексей.
— Какая же ты дура! Это я убил твоих родителей, а не этот глупый деканишка, на которого ты свесила обвинение. Ты теперь ничего не сможешь изменить! Он будет сидеть в тюрьме. А ты будешь жить дальше в полном одиночестве!.. Поверь мне, я испорчу тебе и это одиночество, я не дам тебе спокойно жить!
После этих слов Алексей стукнул Настю по лицу, от чего та отлетела в сторону и упала на пол. Алексей подошёл к ней и начал пинать, не смотря на то, что Настя со всех сил старалась обороняться. Вдоволь искалечив девушку, он спокойно, как ни в чём не бывало ушёл, а Настя кое-как встала на ноги и выключила видеокамеру.
— Когда это произошло? — спросил судья и стал внимательнее разглядывать тело девушки, ужасаясь бесчисленным синякам девушки. «Как же ты, детка, смогла всё это пережить, как смогла справиться с болью и прийти сюда?» — думал он.
— Это случилось перед моим приходом сюда, поэтому я опоздала на суд.
— Тебе надо было идти в больницу, у тебя наверняка рёбра переломаны, — сказал судья, — суд было решено перенести минимум до завтрашнего дня.
— Я хотела, чтобы Александр Юрьевич знал, что я его не обвиняю в смерти моих родителей, — сказала Настя, смотря на судью, но затем перевела взгляд на Александра Юрьевича и продолжила. — Прости меня?!!
— Не переживай, из-за этого! Я не сержусь, — сказал Лекс-Ю мягким и нежным голосом, чтобы Настя смогла немного успокоиться. — Сейчас не время думать об этом, главное то, что ты смогла всё разрешить.
Судья подошёл к Насте и спросил:
— Вы на машине?
— Нет, я бы физически не смогла её вести, потому что одна рука у меня в гипсе, а вторую, скорее всего, мне сломали.
— Может, стоит вызвать «скорую помощь»?
— Нет, спасибо, я сама дойду, больница рядом.
— Вы уверены?
— Конечно, я себя более-менее адекватно чувствую.
— Конвой, подсудимого освободите из-под стражи. Адвокат пусть Ваш подзащитный подпишет бумаги о невыезде.
— Спасибо Вам за всё, — сказала Настя, обращайся к судье, не смея больше смотреть на Александра Юрьевича.
Она вышла из здания суда и направилась в больницу, где ей сделали рентген грудной клетки и руки, после чего наложили тугую повязку на рёбра и наложили на руку гипс. Когда Настя вышла из больницы, то увидела, что её ждёт Александр Юрьевич на своей машине. Пока Анастасия была в больнице, он успел помыться, побриться и переодеться в чистую одежду.
— Ну как ты? — спросил нежный и заботливый мужчина, подойдя к девушке.
— Нормально, если не считать пары пустяковых синяков, второй сломанной руки и ещё двух сломанных рёбер. Я теперь ничего не смогу делать сама. Я даже переодеться не могу самостоятельно. И самое обидное, мне никто не сможет в этом помочь, и я не знаю, что мне теперь делать.
— Не забивай себе этим голову. И в том, что тебе никто не может помочь, ты ошибаешься, есть один человек, который сможет это сделать, — загадочно улыбаясь, сказал Лекс-ю.
— И кто же этот человек? — спросила Настя.
— Это твоя бабушка, она приехала к тебе погостить и помочь тебе.
— Бабушка? Она уже здесь?
— Да она уже приехала. Раньше она не смогла приехать на похороны своей дочери и зятя, потому что умер твой дедушка. А теперь она будет с тобой.
— Ну, где она сейчас? В квартире или…
— Или… Она приехала со мной, — сказал Александр Юрьевич и открыл дверь своей машины, из которой сразу же вылезла бабушка Насти.
— Бабулечка! — произнесла Настя, и прижалась к пожилой женщине, пряча свои слёзы на её груди.
— Не плачь, малыш. Теперь я буду с тобой рядом всегда. Я люблю тебя, моя милая девочка, — произнесла почти шёпотом бабушка, вытирая со щёк своей внучке слёзы. — Поехали домой. Там обо всём с тобой и поговорим.
Они сели в машину Лекса-Ю и он их отвёз домой. Там Настя приняла душ при помощи бабушки и легла отдохнуть, но уснуть не смогла от того, что постоянно слышались различные непонятные звуки и шорохи. И в один из моментов тишины к ней через балкон ворвался Алексей.
— Ну что, сволочь, успела меня заложить? — прошипел парень.
Настя медленно встала с кровати.
— У тебя была возможность убежать спокойно, — сказала она, — но ты не воспользовался этой возможностью. Тебя найдут, глупый!
— Но не здесь, они даже не станут искать меня в твоём доме.
— Ты ошибаешься! Первым делом, они будут охранять мой дом. Если ты не уберёшься отсюда, то утром окажешься в тюремной клетке.
— А ты в аду, крыса! Ты даже не представляешь, насколько сильно я тебя ненавижу!
— Ты всё-таки глупый. Мы ведь могли стать дружной семьёй — братом и сестрой! Мы бы поделили наследство нашего отца, ты бы мог управлять папиной юридической конторой.
— Заткнись и послушай меня, мне ничего не нужно от твоей семейки, которая вся мигом схлынула с лица земли: сначала родители, а сейчас умрёшь ты, после чего я расправлюсь с твоей бабушкой!
— Ты не посмеешь этого сделать!
— Ещё как посмею, — сказал Алексей, и Настя не успела понять, как он стукнул её чем-то по голове, после чего она свалилась без сознания на кровать.
Когда она пришла в сознание, то увидела, что на ней кто-то навис, рассматривая её. Когда туман в глазах рассеялся, Настя увидела, что рядом с ней снова сидит Лекс-Ю и беспокойно рассматривает её лицо.
— Как ты? — спросил он.
Настя закрыла глаза и тихо сказала:
— Голова раскалывается от боли… Что с твоей рукой? — спросила она в ответ у мужчины, у которого была в гипсе кисть левой руки.
— Сломал, когда спасал тебя, — ответил Лекс-Ю.
— А где Алексей? И где я?
— Алексей в тюрьме, а ты в больнице, — ответил Лекс-Ю, осматривая её с ног до головы: из-под одежды отовсюду виднелись кровоподтёки. Мужчина протянул руку к лицу Насти и дотронулся до синяка на щеке. — У тебя, наверное, всё тело болит? — с небывалой нежностью спросил мужчина, после чего поцеловал девушку мягко прямо в губы. — Прости, я не знаю, что на меня нашло, — начал он оправдываться после поцелуя, — отдыхай, малыш, — сказал он и ушёл.
Вскоре Настю выписали из больницы. Лекс-Ю отвёз её к ней домой и сразу же уехал. Настя, зашла к себе в комнату и легла на кровать. К ней следом вошла бабушка и села рядом со своей внучкой.
— Значит, про этого Александра Юрьевича рассказывала мне дочь? — спросила бабушка.
— А что она рассказывала? — спросила внучка.
— Твоя мама говорила о том, что этот мужчина очень любит тебя, что он боится и не хочет причинять тебе боль, что он готов благотворить тебя… И я теперь убедилась в её словах.
— Бабушка, это всё глупости!
— Любовь — это не глупости и говорю вполне серьёзно! По нему сразу видно, что он любит тебя. Но он не хочет навязывать тебе свою любовь. Ему достаточно того, что он просто видит тебя.
— С каких это пор ты стала так хорошо разбираться в чувствах других людей? Или ты стала профессиональным психологом, пока мы не виделись?
— Не нужно быть психологом, чтобы понимать элементарные вещи. Ладно, больше не буду приставать к тебе с этим, отдыхай, — сказала бабушка и поцеловала внучку, вышла из её комнаты.
Через неделю Настя продолжила учёбу в институте, но на лекциях она ничего не писала из-за гипса на руках. Она брала с собой диктофон, и всё записывала на него, а потом дома прослушивала, чтобы закрепить пройденный материал на лекциях.
По окончании последнего года в аспирантуре, когда уже была защищена дипломная работа, состоялся праздничный вечер для выпускников. На этом празднике впервые после гибели родителей, Настя позволила себе расслабиться, она танцевала вместе с молодёжью пила горячительные напитки и шутила, иногда бросая колкости в сторону надоедливых парней.
Весь вечер девушка чувствовала на себе взгляд декана — Александра Юрьевича, который не осмеливался подойти к компании, в которой находилась Настя.
Когда объявили медленный танец, только тогда Лекс-Ю подошёл к Насте, приглашая её на танец.
К этому танцу Настя была уже уставшая и изрядно напившейся спиртных напитков, но вела себя как трезвая, не давай хмелю наделать глупостей. Несколько раз наступив на ноги Лекса-Ю во время танца, Настя всё-таки тихонько хохотнула и уткнулась в плечо мужчины и сказала:
— Простите, Александр Юрьевич!
Лекс в ответ лишь улыбнулся. В конце танца, он пригласил Настю за преподавательский стол держа её за руку, он подошёл к столу, за который рассаживались другие педагоги.
— Позволите мне присоединиться к вам? — спросила Настя, чувствуя, что Лекс-Ю отпустил её руку.
— Конечно, присаживайся, — ответили почти хором педагоги.
— Ты всё ещё трезва? — спросила психологичка.
— Не-а. Я сегодня пьяная, как никогда!
— Не похоже, — сказал педагог по физкультуре, наливая ей в бокал вино, которое Настя быстро выпила.
— Больше не наливать, — попросила Настя, закрывая свой пустой бокал ладонью. — Иначе я где-нибудь здесь под столом пристроюсь спать прямо у ваших ног. И ещё я могу наговорить очень много глупостей, а мне этого совсем не хочется! И вообще, я пошла танцевать.
Лекс-Ю проводил её пристальным взглядом, но останавливать не стал.
По окончанию праздника, когда все начали расходиться Лекс-Ю остановил Настю и попросил подождать его. Собрав свои вещи, Лекс-Ю усадил Настю в свою машину и повёз её домой.
Возле подъезда Настя пригласила Лекса-Ю пройти в квартиру, там она поставила чайник, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить бабушку. Затем она достала бутылку вина.
— Не советую тебе пить, ты и так пьяна! — тихо сказал мужчина.
— Ты говоришь, что я пьяна, да я пьяная! Так наливай бокал вина, наливай вина! Какая жизнь поганая!
— Замолчи и не говори глупостей!
— Это не глупости… Моя жизнь — это сплошная огромная глупость и ошибка.
— Перестань! Давай иди, ложись спать, завтра обо всём поговорим, — сказал Лекс-Ю, поднимая девушку со стула для того, чтобы отправить её в спальню.
— Не-а, а я не хочу спать. И говорить я ни о чём не хочу, — сказала Настя, цепляясь за шею мужчины.
После этого мужчина кое-как отобрал, у неё бутылку с вином и практически унёс девушку в спальню на руках, там он уложил девушку на кровать и тихо прошептал.
— Я люблю тебя, малыш!
— Ты в этом уверен? — спросила Настя, голосом совершенно трезвого человека, при этом медленно закрывая глаза.
— Да… Я не могу жить без тебя!
— А ты подумал о том, что я кого-то уже люблю, что у нас с ним какие-то отношения?
— А это действительно так? — переспросил Лекс-Ю, думаю о поговорке «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». Он понимал, что сейчас сможет выяснить всё о той, которую любил до безумия, до беспамятства.
— Допустим, — уклончиво ответила Настя.
— Значит, я буду бороться, — сказал Лекс-Ю.
— С кем? — спросила девушка, открывая глаза и смотря на мужчину, что сидел рядом с ней на кровати.
— Как с кем? С тем, кого ты любишь!
— А я кого-то люблю? — спросила Настя голосом мертвецки пьяного человека.
— Да, ты действительно пьяна в стельку! С тобой сейчас невозможно разговаривать.
— Я не пьяная, — сказала Настя уже совершенно трезвым голосом, — просто я пошутила.
— Ты издеваешься надо мной? Я ведь могу и обидеться, — сказал Лекс-Ю.
Настя села на кровать и обняла Александра Юрьевича, затем стала целовать, медленно расстёгивая пуговицы на его рубашке.
— Постой! Что ты делаешь? — спросил мужчина, пытаясь остановить девушку.
— Что я делаю? Пытаюсь соблазнить какого-то мужчину!
— Перестань надо мной издеваться, — сказал мужчина, отталкивай Настю от себя. Затем встал с кровати и подошёл к двери.
— Ты говоришь, что любишь меня? Так научи
«Господи, что мне делать? Если я сейчас принесу ей боль? Как мне быть?» — судорожно думал Александр, обернувшись к ней и отвечая на поцелуи.
— Не бойся причинить мне боль, — сказала Настя, будто прочитала мысли Лекса-Ю, — я хочу, чтобы в эту ночь ты был со мной!
«Если потом мне будет плохо, то это будет моя вина», — подумала Настя про себя, чувствуя, что мужчина поддаётся под её напором и уже несёт её обратно на кровать.
Проснувшись утром с головной болью, Настя медленно открыла глаза. «Что это было ночью? Сон? Пьяный бред? Или явь?.. Его нет… Лекса-Ю со мной рядом нет. Значит, всё было пьяным бредом», — думала Настя, рыдая в подушку, чувствуя всё же при этом саднящее чувство между своих ног, дающее понять, что «первый раз» всё-таки в её жизни произошёл.
Вскоре, отодрал голову, от подушки Настя сходила в ванную комнату, где приняла душ и переоделась, на кухне она поставила греться чайник, и пока он грелся, Настя нанесла на лицо макияж, собрала волосы. После чего попила чай, выпила таблетку от головной боли и отправилась на работу. Сначала она отправилась в контору отца. Зайдя в кабинет отца, Настя обнаружила на столе большой букет цветов, а за ним в её кресле сидел Лекс-Ю.
— Доброе утро, — сказала Настя сухо, уклонилась от объятий мужчины. — Прости, мне нужно работать, ты что-то хотел узнать? — спросила она, садясь в своё кресло.
— Что с тобой?.. Ты хочешь, чтобы я ушёл?
— Да.
— На сейчас или навсегда?
— Навсегда.
— Объясни мне, пожалуйста, почему ты хочешь, чтобы я ушёл? Я сделал что-то не то этой ночью?
— Нет, всё в порядке. Чего ты ещё сам ждёшь от меня? Ведь ты получили от меня то, что хотел! Сделал своё дело и убежал. Вы все мужики одинаковые!
— Я не получил того, что я хотел. Я думал, что ты и вправду любишь меня.
— А разве я этой ночью не любила тебя?
— Не о такой любви я говорю тебе.
— Скажи мне, пожалуйста, тебя любила первая жена? А вторая?.. Нет, и после этого ты веришь, что существует любовь?
— А ты сама в это веришь? — с печалью спросил Александр Юрьевич и ушел, оставив Настю одну.
«Ну вот, опять сбежал, как и ночью, разве это любовь?"» — спросила Настя, то ли у неодушевлённых предметов, что окружали её, то ли у самой себя. И была она такой сухой, с Александром Юрьевичем, потому что предыдущим днём успела выяснить то, что Александр Юрьевич всё ещё был женат. Поэтому и напилась на празднике в институте… Зачем согласилась переспать с ним? Чтобы хоть раз в жизни узнать, что такое нежность от того человека, к которому испытывала непонятно какие чувства. Хотелось бы повторить эту ночь? Определённо нет, так как не было никакого послевкусия после неё, хоть все ощущения и телодвижения сохранились в памяти, несмотря на хмельную голову в эту ночь.
Настя сбегала домой, перекусила и побежала в магазин матери. Там она встала за прилавок, помогая продавщицам отпускать покупателей, которые стояли в очереди. Когда магазин опустел Настя, прошлась по всему магазину. Увидела за витриной Лекса-Ю, который с грустью смотрел на неё. Пошёл ливневый дождь, промочив мужчину с головы до ног. Едва Настя отвернулась, чтобы спрятать слезу, скатившуюся со щеки, как Лекс-Ю пропал за окном. Настя посмотрела на часы и сказала девушкам-продавщицам закрывать магазин.
Когда девушки выполнили приказ, Настя сказала им:
— До завтра.
— До свидания, — ответили ей девушки.
Настя после этого медленно пошла домой, промокнув насквозь под дождём. Зайдя в квартиру, она наткнулась на бабушку.
— Ты вся промокла. У тебя же был зонт с собой.
— Я забыла его в конторе отца. Я пойду, погреюсь в ванне, и всё будет хорошо, не переживай, моя любимая бабулечка, — с улыбкой сказала Настя.
— Иди, грейся, а я пока пойду, сделаю тебе горячий чай с травами, чтобы ты не заболела.
Выйди из ванной, укутавшись в тёплый махровый халат, Настя увидела, что на кухне за столом сидит Лекс-Ю. Она села за стол напротив негои взяла из рук бабушки чашку с чаем и поставила её на стол.
— Откуда ты узнала о моих жёнах? — спросил Александр.
— От твоей второй жены, которая не желает тебя отпускать, которая не желает давать тебе развод, потому что ей нужны ты и твои денежки. Я не хочу вмешиваться в ваши отношения. Живите счастливо и дружно. И любовницей быть мне тоже не прельщает. Так что извини, Александр Юрьевич, у нас не может быть с тобой ничего общего.
— Ты могла бы заметить, что моя жена психически больная, поэтому я живу с ней до сих пор.
«До сих пор живёт с ней! — повторила Настя внутри себя, еле сдерживает себя, чтобы не послать его куда подальше прямо при бабушке. — Я столько времени думала, мечтала, что смогу с ним быть вместе. И как я смогу с ним быть вместе, если у него жена психичка? Да и к тому же все мои чувства успела закончиться, превратившись в полную гнетущую пустоту в моём сердце и в душе!»
— Я люблю тебя. А с ней я живу только из-за её болезни, ты можешь услышать это, поверить в это? — спросил Александр.
— А зачем мне это слышать и понимать, если у нас ничего не может быть? Я не хочу, чтобы из-за меня у твоей жены что-нибудь случилось на нервной почве! Я не тот человек, который может так просто переступить через трупы других людей! За то время, что мы знакомы, ты должен был хорошо меня изучить. Но этого, видимо, не случилось, и я думаю, что мы сейчас всё выяснили. Нам больше не нужно встречаться!
— Прощай, — сказал Александр, вставая из-за стола, понимая при этом, что эту девушку не переубедить в обратном. И в последний раз взглянув на неё, он ушёл. А бабушка села на его место и услышала:
— Вот она реальная жизнь, бабушка! — тихо произнесла Настя, роняя слёзы. — Любовь существует где-то, только вот любить нельзя!
— Может, всё будет хорошо? — спросила бабушка.
— Нет, бабушка! Ничего у нас не будет. Всё закончилось, не успев начаться. Если бы он вправду меня любил, то уже давно уладил все проблемы со своей второй женой. Он бы с ней развёлся… Я уже давно совершеннолетняя, и он не предпринял никаких действий по отношению ко мне. Так что всё! На этом точка! И я больше ничего к нему не чувствую, кроме жалости.
… Прошло девять месяцев, Настя медленно вышла из магазина матери и натолкнулась на Александра и его жену, которые шли, держась за руку. И, похоже, они были в этот момент на счастливую семейную пару.
— Добрый вечер, — сказала жена Александра, вспоминая их последнюю встречу, и разговор об Александре.
— Добрый вечер, — ответила Настя, улыбнувшись. — Как поживаете?
— Нормально. Мы только сегодня вернулись из-за границы, мы так прекрасно провели время, — сказала счастливая жена, которая выглядела в данный момент, как нормальная женщина с нормальной психикой. Александр, в этот момент разглядывал Настю, у которой был огромный живот.
— Вам рожать скоро? — спросила женщина.
— Да, врачи ставили срок на сегодня. Но только малыш не слишком-то торопится на свет, — с нежной улыбкой, сказала Настя.
«Как ты прекрасно сейчас выглядишь, тебе идёт беременность! Интересно тебе об этом кто-нибудь говорит?» — думал Александр, смотря, как к Насте подошёл какой-то мужчина и обнял её.
— Здравствуйте, — произнёс он.
— Здравствуйте, — ответили Александр и его жена.
— Это Александр Юрьевич и его жена, — сказала Настя, обращаясь к незнакомому для Лекса-Ю мужчине. — А это мой муж Саша, — продолжил Настя.
— Муж? — хором спросили Лекс-Ю и его жена. — Ты успела за это время выйти замуж? — спросила жена Лекса-Ю.
— Конечно, ведь времени уже прошло вполне достаточно, — сказала Настя, всё так же улыбаясь.
— У нас всё действительно кончено? — спросил Лекс-Ю у Насти.
— А у нас ничего и не начиналось, чтобы чему-то быть «кончено». Те старые слова «я люблю тебя», были в то время лишними и не к месту. Всё было ошибкой. Между нами была просто привязанность, не более того!
— Ты изменилась за эти девять месяцев! — с грустью сказали Александр Юрьевич.
— Жизнь заставила измениться. Я не хотела, но так получилось. Уходи! Будь счастлив со своей женой! А я люблю другого! До свидания!
— До свидания, — ответил Александр со своей женой
Они разошлись в разные стороны, и Саша спросил у Насти:
— Почему ты не сказала ему, что ты ждёшь его ребёнка?
— А зачем? У него всё хорошо с его женой. Вот пусть живут тихо и спокойно… Я не хочу, чтобы он появлялся в моей жизни. И мне нет места в его жизни. Я хочу спокойную размеренную жизнь и не желаю теребить прошлое. Мне хорошо с тобой, а он может внести в нашу жизнь проблемы.
— Он, наверное, и так догадался, что это ребёнок его.
— Ну и пусть! Это уже не моя проблема. Он ушёл от меня тогда с лёгкостью, а это значит, что не любил.
— А ты его любила?
— Тогда думала, что любила. Хотелось быть рядом с ним, хотелось чувствовать его тепло и нежность, а сейчас я уже даже и не знаю, было ли это любовью. И сейчас я понимаю, что он никогда не был мне родным человеком, он всегда был слишком далёким и чужим, а сейчас и тем более. Я не хочу видеть его.
— Спасибо тебе, малыш, за эти слова, за твои откровения. Я так долго ждал этих слов! Я думал, что ты любишь его!
— Если бы я его любила, то ты не стал бы моим мужем. Пойдём домой, я устала.
— Конечно, моя девочка. Дома тебя ждёт сюрприз.
— Какой? — спросила с улыбкой Настя, понимая уже в сотый раз, что не ошиблась в выборе мужчины и мужа.
Этот мужчина любил её по-настоящему не так, как Александр Юрьевич. И он готов каждый день делать ей подарки… Всегда приласкает, если ей станет грустно и когда ей плохо. Всегда и во всём уделяет внимание. И полностью поддерживает во всём.
Её родители были бы рады, зная, что её дочь счастлива, только не с тем человеком, который помог стать ей такой, какой она стала теперь.