© Габриэль Коста, 2023

© Miayoshi, иллюстрация на обложке

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Лунный цикл – временной отрезок в триста пятьдесят дней, за который малая луна делает полный оборот вокруг большой. Лунный цикл состоит из семи отрезков в пятьдесят дней. Возраст людей исчислялся в циклах лун. Например, двадцать лун от рождения.

Лунный путь – отрезок времени в пятьдесят дней. Семь лунных путей названы в честь материков: лунный путь людей и т. п.

Семьлунье – в небе Виарума светят две луны: малая и большая. Малая луна вращается вокруг большой. Ночь перехода одного лунного пути в другой сопровождается полным сиянием большой и малой луны.

Миновал тысяча шестьсот третий лунный цикл с момента появления первого упоминания человека о человеке, его осознанного решения объявить о себе. За это время слабые и не известные никому существа смогли полностью захватить один из семи материков. Судьба неизменно прокладывала им путь, находила менее тернистую дорогу. На первом материке не встречались опасные звери, с которыми они не в силах были бы справиться, а магия практически не затронула эти края. Будто сама природа пыталась оградить таких слабых и беззащитных на первый взгляд созданий.

Однако даже благосклонность мира не спасла людей от междоусобных войн. Только когда король Леона́рд Первый смог полностью объединить разные племена, города и страны под своим знаменем, люди обрели гармонию. Случилось это на две тысячи триста тридцать втором лунном цикле. У человечества наконец-то появилась возможность понять мир вокруг себя, и оно не упустило свой шанс. Нагло и жадно забирая плоды цветущих земель, пережив голод, страх и болезни, люди в итоге смогли заявить о себе и занять достойное место среди других рас.

И вот спустя тысячи лунных циклов своего существования они осознали своё бессмертие. Шёл один лунный цикл за другим, но старость так и не коснулась никого из них, в отличие от других существ Виа́рума. Как только человеку исполнялось сорок лун, время для него замирало. Единственное, что могло его убить, – воздействие извне. Люди считали себя избранными Великим пламенем – пожаром, тем, что породило жизнь. И они поставили цель заселить остальные материки Виарума. Но человеческие амбиции и алчность пресеклись самой природой их вечной жизни. Достигнув численности в миллион, они больше не могли иметь детей. Тогда между ними возникли споры за право иметь наследников. Кто будет этим правом обладать, решали на турнирах.

Вот так появились люди, так они нашли своё место в Виаруме и так они жили до событий Великой Войны, случившейся на двадцатитысячный цикл луны.

Источником магии и жизни в Виаруме служили семь камней, заброшенных по одному на континент. Откуда они взялись, кто их создал – оставалось тайной, но с их появлением у жителей Виарума появилось понятие о времени и пространстве. Каждый камень обладал великой мощью, давал жизнь целому континенту, и каждый был не похож на остальные. Они влияли на расположение материков и их природу. От континента к континенту различалось абсолютно всё: проблемы, условия жизни, страхи и задачи их обитателей. Материки населяли существа, питаемые магией камня, способные выжить под его влиянием. Некоторые достигли невероятного результата. И самоуверенные люди решили исследовать и покорить этот мир.

Но высокомерие сыграло с ними злую шутку. Ближайший материк представлял собой бесконечную пустыню, где встретить живых существ можно было только в поймах рек, озёрах, на берегу океана. И ими оказались совсем не те насекомые и животные, что обитали на первом материке. В мире пустынь заблудившиеся путники становились добычей гигантских скорпионов, пауки плели огромные сети в небесах и пытались поймать гигантских стрекоз и бабочек. Насекомые пожирали друг друга, чтобы размножиться и начать новый цикл развития. Один вид в динамичной борьбе замещал другой. Энергия камня будто заставляла их постоянно сражаться. Однако о Центральном оазисе ходили легенды, будто каждый, кто входил в его воды, обретал ни с чем не сравнимое могущество. Его поиски погубили множество живых существ, в том числе и людей, которые обосновались на юге второго материка Вечных Пустынь.

Третий материк – материк Живого Леса. Каждый клочок грунта там порос травой. Здесь растения обретали ноги, сердце и способность мыслить. Великая жизнь била ключом. Со стороны казалось, будто континент един во всех своих действиях. На нём нет места для войн, споров, недоразумений и боли. Словно растения взяли от человеческой расы лучшие качества. Никто так и не понял, есть ли под всей этой чащей грунт или же корни многовековых деревьев давно заменили его. Гигантское Древо Жизни росло в центре материка. Ни один человек так и не смог пробраться к нему по сей день. По легенде, именно там появилась первая жизнь. Единственным врагом Живого Леса был огонь, поэтому между третьим материком Живого Леса и четвёртым – Вечных Бурь – царила постоянная вражда.

На четвёртом материке никогда не стихала гроза, и тяжёлые тучи часто уходили в сторону вечнозелёного мира. Их войны отличались жестокостью. Любое живое существо – грифоны, четырёхкрылые орлы, громаднокрылые бабочки, обитавшие на материке Вечных Бурь, – рождалось без слуха. Сильные порывы ветра превратили жителей материка в высоких, тяжёлых и неповоротливых. Магические существа медленно бродили по вымоченному вечными дождями грунту и жили в постоянном страхе смерти. Каждую секунду над ними сверкала молния, которая грозила стать последней в их жизни. Горстка людей освоила восток материка и поселилась в пещерах. Тут они добывали лучшую руду во всём мире ценой сотен жизней.

Пятый материк никогда не имел ни определённого местоположения, ни имени. Он считался самым магическим и загадочным из всех. Он открывался сам – и только по-настоящему отчаянным, бескорыстным и чистым помыслом. По легенде, каждый цветок, каждое живое существо владело здесь особенной магической энергией, именно в этих землях можно было встретить единорогов, целиком и полностью состоящих из магии. Увидеть животных, а тем более пообщаться с ними поближе могли лишь единицы. Даже воздух на этом материке обладал особенными целительными свойствами и успокаивающим эффектом. Ходили легенды, что над ним было не властно само время. Именно на пятом материке все существа Виарума могли бы сосуществовать в мире. Только достойные имели право попасть туда, и только они могли сохранить там всё в первозданном виде.

Шестой материк находился на Северном полюсе, и имя ему – Долина Великанов. Вечный мороз и снег сделали эту территорию практически невозможной для жизни человека. Там находилась всего одна небольшая деревня, а все горы представляли собой не что иное, как погибших великанов. Многие люди верили, что великаны не прекращают расти и головой достают до самих небес. Ни одно живое существо не осмеливалось напасть на этот материк и забрать его богатства – травы, что росли на плечах старейших великанов. Именно он отделял весь остальной мир от континента, созданного убивать всё живое, – от седьмого материка.

Седьмой материк за всю историю Виарума так и не смог сохранить за собой постоянного названия. Кто-то звал его просто «седьмым», кто-то материком Теней, кто-то материком Отражений. Существа, что попадали на него, уже не возвращались домой. Именно его обитатели – тени, в последующем названные «воины пепла», начали Великую войну на двадцатитысячный лунный цикл. Они убивали всё на своём пути и превращали живых существ в прах, который, восставая, начинал воевать на их стороне. Чем выше был магический потенциал существ, тем больше становилось воинов, чем-то напоминающих людей. Живые стали называть их мертвецами. Мертвецов восстало бесчисленное количество, они двигались, словно чёрный туман, на весь Виарум. Они искали жизнь. И первыми приняли на себя удар великаны.

В той схватке погибло много великанов, которые были свидетелями едва ли не создания мира, и других населяющих шестой материк существ. На это время обитатели других континентов заключили союз. Каждый отправлял на войну магических воинов. И людей, как представителей первого материка, пригласили присоединиться. Но вот по сравнению с лесными оборотнями, небесными драконами и королевскими скорпионами они не могли предложить ничего особенного. Война затянулась и забрала жизни многих. Ровно сто десять лунных циклов шёл бой за выживание. Люди несли огромные потери и решили, что пора выходить из войны. На первом материке остались лишь те, кто пострадал в ходе военных действий, и подрастающие дети. Король тех лун объявил, что люди смогут отправить в битву своё войско ещё всего лишь раз, но состоять практически всё оно будет из детей.

Шансов на победу не было. Люди теряли веру в себя, наблюдая за громовыми раскатами грифонов; трупы бойцов становились едой для насекомых.

И именно тогда пятый материк, не участвовавший в войне, впервые в истории явился к человеку – к сыну короля, юноше шестнадцати лун. Принц всего-то пытался скрыться от полчища мертвецов на материке Вечных Бурь и выбежал к обрыву над океаном. Когда смерть шумно задышала в загривок, он рискнул и прыгнул, мечтая лишь оказаться дома, а не умереть в одиночестве, не стать частью тех, кто придёт за его семьёй. И тогда пятый материк услышал зов его чистого сердца и явил себя в качестве спасения.

На нём принц узнал способ, который мог бы положить конец войне. Люди были обязаны существованием своего материка камню, который раньше был слезой богини огня, упавшей с неба и превратившейся после падения в тот самый камень. Он содержал в себе невероятную мощь, впитав которую можно было бы обрести магическую силу. Но никто из людей не смог бы принять её единолично и остаться при этом живым. Однако чистое сердцем дитя всё же могло обуздать эту мощь и разделить между остальными ценой собственной жизни и потери бессмертия людской расой. Ведь именно камень даровал людям вечность. Людям придётся видеть морщины, бояться неизбежной смерти, но в груди каждого будет гореть пламя искры, даруя магические способности. Она наделит неописуемыми возможностями любого, независимо от происхождения или титула. И ребёнок короля, зачатый и выросший на войне, отдал свою жизнь, дабы другие дети не пошли на верную гибель.

Теперь древесные змеи не казались уже людям такими большими, многоножки перестали навевать ужас, а летать научились не только сияющие птицы материка Вечных Бурь. Люди отныне жгли своими способностями мертвецов, словно солому, могли исцелять союзников, возводить стены силой мысли, иссушать реки и двигаться быстрее ветра. В мировом дожде от камня жизни каждому досталось разное количество магической силы. В будущем сила искры могла превратить свинопаса в короля. Война продлилась в общем счёте сто сорок циклов лун. И именно люди сыграли в ней решающую роль. Они смогли подавить неизвестную силу седьмого материка. Но надолго ли? Никто не знает.

После Великой Войны исчисление лун началось заново. Люди с большим трудом оправились и научились жить в новом мире. В благодарность за жертву, которую они принесли в битвах, остальные континенты открыли им свои границы. Каждый, кто имел хоть малейшие способности противостоять жестоким условиям материков, мог поселиться теперь, где захочет, никто им больше не препятствовал. В мире всё ещё вспыхивали локальные войны и происходили стычки, но битв, подобных той, что произошла по вине седьмого материка, больше не случалось. Континенты хранили память о тех, кого потеряли. Спустя пятьсот лунных циклов после разрушения Камня Жизни способности, дарованные людям, поугасли, оставляя после себя лишь отпечаток былой мощи. Искры уже не внушали трепет и страх другим существам.

А вот любого, кому искра давала способности, связанные с тьмой, смертью, обманом и болью, к примеру способность скрывать биение своего сердца, считали изгоями. Люди не знали, что побудило седьмой материк начать войну, но любые проявления мертвецов среди людей вызывали у них страх. Зачастую невинных людей как предвестников седьмого материка сжигали. Но спустя много лун подобные расправы оказались под запретом. Растворялся во времени и страх перед всепоглощающим бедствием.

Однако на королевском дворе предрассудки поселились ещё очень надолго.

Тело принца, добровольно отдавшего свою жизнь во спасение человеческого рода и мира в целом, так и не нашли. Многие поговаривали, что его, оберегая от смерти, забрал Пятый материк. Даже ходила легенда, будто пламя жизни принца обрело истинное бессмертие и перерождалось раз за разом. Поговаривали, что его даже пытались найти. Но прошло сотни лун, а спаситель так и не объявился…

И вот настал тысяча шестьсот сорок первый лунный цикл от Великой войны, день, когда на свет появился Айо́н Бле́р – наследный принц королевства людей.

Айона с детства готовили к мирной жизни. Принц имел все блага королевства, какие только желал. В отличие от сверстников из обычных семей ему нанимали лучших учителей, он всегда засыпал, наевшись до отвала, в мягкой постели. Однако даже в такой жизни принц находил свои минусы. И одним из них он считал то, что уже с детства ему уготовили пост главы торговой компании. А это означало долгие путешествия на другие материки и извечную морскую болезнь. Ко всему прочему, в его обязанности входило общение с всевозможными жителями Виарума и заключение выгодных для королевства сделок. Ответственность за обеспечение страны деньгами и гарантиями светлого будущего легла на его плечи. А сердце его желало совсем другого…

Айону было всего двадцать лун, и он собирался в путешествие до материка Вечных Пустынь не по своей воле. Успокаивало лишь то, что в первое плаванье его скорее будут обучать, чем требовать судьбоносных решений и выгодных сделок.

Когда последний из трёх сундуков, забитых вещами до отказа, закрылся, двери его покоев распахнулись. Только один человек мог зайти к нему в комнату так бесстыдно – его сестра.

– Айон! Ну что, собрался?! Мама попросила узнать о твоей готовности к отправлению. Как же я тебе завидую. Ты наконец-то сможешь вырваться из этих стен и увидеть мир. Знал бы ты, братец, как мне надоело делать причёски, по несколько часов кружиться у портных… – Сестра пронеслась вихрем мимо и упала на кровать.

Айон ненавидел, когда люди садились на неё, и лишь сильнее сжал зубы, потому что сестра это прекрасно знала.

– Если не прекратишь так пыхтеть, придётся снова вести тебя лечить зубы. И вместо одного золотого зуба у тебя будет целая челюсть из золота.

– Обстоятельства и окружение не позволяют сохранить их целыми.

Айон считал себя храбрым парнем и поэтому однажды на одной из пирушек решил доказать кузену свою правоту с помощью кулаков. Привычка Айона быстро заводиться, а также отличный хук с правой от кузена Криса – и Айон получил минус один зуб, а Крис нос с горбинкой.

– Не знаю, чего удивительного ты нашла в этом мире… – прошептал Айон. – Я понимаю, в кампании участвуют пять кораблей, но мне всё равно как-то не по себе. В этих водах живёт слишком много гадости.

– Братец, почему ты всегда такой трусишка? Ты получил отличную искру. Кто может подойти лучше в капитаны торговой компании? Тебе не нужно дышать! – Сестра всплеснула руками и перевернулась на спину. Её распирало от восторга. – По сравнению с моей способностью твоя – самая полезная во всём Виаруме! Ты, считай, не можешь утонуть!

Айон посмотрел на сестру задумчивым взглядом.

В возрасте четырёх лун у каждого человека появлялась уникальная способность, искра и вместе с ней черная точка татуировки на теле. Главной проблемой было пробудить её. Случалось, что человек умирал от старости, так и не узнав суть собственной искры. Айон же просто перестал дышать по достижении им четырёх лун и на его левой голени появилась татуировка. Случилось это вот как: когда Айону исполнилось четыре, он играл с придворными детьми на пляже и просто скрылся под водой. Поначалу все думали, что вот и пришёл конец пареньку. Королева, его мать, знатно тогда перепугалась и подняла на уши буквально весь замок. Но принца нашли через час – спящим под водой недалеко от места, где он играл. Именно тогда отец и понял, как можно получить максимальную выгоду от искры своего сына, и решил связать его жизнь с океаном.

А вот сестра Айона, Бри́на, хоть и не обладала, по собственному мнению, ничем особенным, всё же имела поистине уникальную искру – её сердце стало невосприимчиво к боли и переживаниям. Несмотря на то что она была младше брата на пару часов, именно ей суждено занять престол. Брина не плакала. Никогда. Она перестала кричать в ту самую ночь, когда у Айона остановилось дыхание. Она не обижалась, не завидовала, не злилась. При всей её напускной беспечности Брина оставалась справедливой, рассудительной и не позволяла ничему туманить свои мысли.

Самой же ей хотелось быть путешественницей, увидеть семь континентов, побывать на каждом острове, но увы… Судьба решила всё за них.

– Я ничего не боюсь. Просто в отличие от тебя у меня нет такого огромного желания путешествовать и исследовать что-то новое. – Айон оглядел все свои собранные сундуки, сумки и прочее барахло. – И куда меня несёт?

– Хотела бы я сказать – на край мира, но это не так. Всего лишь путешествие до соседнего материка. Стоит напомнить, что он достаточно близко. Пара лунных путей – и вернёшься домой. – Она спрыгнула с кровати и подошла к брату. Её глаза странно блестели. – Айон, попробуй не бриться всё это время? Хочу увидеть, насколько сильно ты зарастёшь!

– Ты хочешь дать народу лишний повод посмеяться над принцем? Отстань от меня, Брина. В конце концов, когда-то мне придётся занять должность главы торговой компании. Не хватало, чтобы матросы вспоминали мою редкую бороду. – Он проворчал что-то себе под нос. – Меня и так уже кличут Мертвецом. Не самое хорошее прозвище для члена королевской семьи.

– А как ещё прозвать парня, который не дышит? Тебя же можно похоронить с мешком сухарей, и ты протянешь там дней двадцать как минимум. – Она подбежала к огромному окну. – Какой у тебя замечательный вид! Мне же приходится довольствоваться лишь садом.

– Ты можешь не подкидывать моим врагам идеи? У стен есть уши, Брина… С меня хватит и тех попыток покушения…

Его окна выходили на гавань и город. Вид и правда завораживал. Множество людей, кораблей, красивых вывесок вдалеке. Вот только сейчас от этого вида становилось тошно. Лучше бы он смотрел на птиц и цветы.

Сестра с интересом наблюдала за ним.

– Чего уставилась?

– Только поняла, что тебя не будет весь лунный путь людей и пустынь… Хочу запомнить, как ты выглядишь.

На странные выходки сестры Айон уже давно перестал обращать внимание, но тут не удержался и закатил глаза.

– Мы вот вроде появились на свет в одну ночь, однако совсем не похожи. Ты пошёл в маму, я в отца. Если бы не серебряный оттенок твоих волос и бронзовый цвет кожи, стал бы её мужской копией.

Они давно заметили, как сильно не похожи друг на друга. Чёрный, словно уголь, цвет волос Брины бросался в глаза.

– Кто знает, как ты изменишься спустя два лунных пути, братец?

– Всё будет как обычно. Два лунных пути – это всего сто дней. – Айон наклонил голову. – Брина, нам пора выходить. Мне пора выходить. Себастьян! Карлос! Выносите.

– Не хочешь им помочь? – Сестра обожала подтрунивать над ним и помогать слугам. Ох уж эти замашки мирового человека. – Нужно привыкать к тяжёлой жизни в плаванье и сну на досках. А еще не забывай о королевских манерах и речи…

– Нет уж, спасибо. Ты прекрасно знаешь моё отношение ко всем титулам. Между мной и народом итак пропасть… Не хочу отгораживаться еще и высокопарной речью. А насчет жизни на корабле… Просто не будет.

– А ты чего ожидал?

– Комфорта и спокойствия.

Их начинавший переходить в шутку разговор прервали двое слуг, которые появились на пороге комнаты. Айон жестом дал понять сестре, как нужно появляться в покоях другого человека, независимо от его звания, титула или степени родства. Он кивнул слугам на вещи и вновь подошёл к окну. Брина хотела что-то возразить, но решила оставить брата наедине с мыслями.

Он опустил глаза и посмотрел на бегущих по улицам людей.

Жизнь – странная штука. Кому-то она даровала королевские покои, из окон которых можно было наблюдать за другими, а кому-то ноги, чтобы бежать босиком по каменной дороге. Он посмотрел на свои ступни – идеально чистые, нежные. Айон совсем недавно осознал, что между ним и остальным миром пропасть; пропасть, которую ему вряд ли когда-нибудь преодолеть. Через мгновение его вниманием завладели настенные часы. Именно их и само слово «время» Айон ненавидел больше всего на свете. Благодаря часам он вставал каждое утро в определённый время и знал, когда ложиться спать. А теперь они указывали, что время пустых мыслей закончилось. Полдень – пора выдвигаться.

Он медленно шёл по главному коридору, где висели портреты всех членов их династии. Когда-то их способности завораживали и вызывали благоговение. Прапрапрадед Айона дышал огнём подобно вымершим драконам, за что его и прозвали Всесжигающим. Прабабка могла вылечить любую болезнь, её искру приравнивали по силе к древним. Мама также стала обладателем необычной способности. По достижении ею четырёх лун волосы будущей королевы стали прочнее металла, поэтому никто так и не смог постричь их. Даже в его поколении имелись примеры искр, которым сложно не завидовать. Например, его сестра. К Айону же сразу прицепилась ненавистная кличка – Мертвец. Она вводила придворных и подданных в замешательство и заставляла его сторониться. Может, именно по этой причине отец отправлял его как можно дальше от королевского двора.

В общении с отцом у Айона было не всё гладко. Возможно, если бы не мама, он оказался бы где-то на окраине страны и пас скот. Потому что способность, связанная со смертью, чёрным пятном мазнула по идеальной родословной королевской семьи. Айон даже не удивится, если однажды его экспедицию отправят так далеко, что вернуться уже не получится. Пока что отец обещал руководство торговыми компаниями. Догадывалась ли сестра о его ужасных взаимоотношениях с отцом? Или её способность блокировала даже это?

В таких странных мыслях он и дошёл до выхода из замка. Все слуги смотрели на него с какой-то излишней любовью. Сердце принца дрогнуло.

– Боже мой! Именно за этим парнем я гонялась по всему дому с ложкой каши! Посмотрите на него! Стоит весь нарядный, с широкой шляпой, даже шпага имеется! Боже мой, дорогой. Я буду скучать. Пожалуйста, береги себя. – Няня, смуглая женщина средних лун, без стеснения обняла его.

– Всё с ним будет хорошо. Его одного, считай, сопровождают пять кораблей. Тем более поездка всего лишь на соседний материк, к брату короля. Что может случиться? Только если русалки соблазнят его. – Слуга поиграл бровями и усмехнулся. В этот момент няня дала ему подзатыльник. – Эй! За что?!

– Нечего ему водиться с этими скользкими рыбёшками! Потомство-то от них какое? Не слушай старого дурака.

– Мне всего сорок.

– Не слушай очень старого дурака. И вообще…

– Так давайте без ссор в первый день кампании. Мэл, он действительно прав. Меня будут сопровождать пять кораблей и множество матросов на каждом. В давние времена это могло быть войско всей нашей страны. Успокойся. Я скоро вернусь домой, обещаю. – Он обнял каждого. – Ох, не любитель я этих приключений. Но, сами знаете, выбора мне не предоставили.

– Айон.

Этот голос принц узнал бы из тысячи. Он резко повернул голову. Около огромных дверей стояла мама. Она всегда выглядела чересчур строго. Чёрное кружевное платье с длинным подолом, макияж, подчёркивающий её бледную кожу. Синие, как утреннее небо, глаза, смотрящие на него, внушали страх и уважение.

Айон мог сказать, что любил свою маму, любил и боялся её больше всех. Она не носила шляпы. Никогда. И, может быть, за это её давно бы прозвали тёмной колдуньей, но собранные в длинную и толстую косу волосы светлого цвета спасали от незавидного прозвища. Две пряди из них были стального оттенка. И Айон знал, кто тому виной. Королева была по-настоящему прекрасна.

Принц кивнул слугам и направился в её сторону.

– Ты всегда заставляешь меня слегка поволноваться. – Мама взяла его под руку и направилась в сторону их кареты.

Идти до пристани не долго, но она при любой возможности использовала транспорт – ведь её волосы были не только прочны как сталь, но ещё и невероятно тяжелы. Не каждый способен поднять их. Айон испытал это на собственной спине.

– Я просто задержался, прощаясь с Бриной и слугами. Вот и всё. – Он знал, что врать маме бесполезно, но иногда испытывал судьбу на прочность. – Брина не отпускала меня целых двадцать минут.

– Я знаю, что тебе не хочется никуда ехать, Айон. Но у всех в жизни есть своё предназначение. И каждый должен попытаться понять свою судьбу. Если что-то кажется странным поначалу, необходимо набраться терпения. Ты никогда не будешь знать наверняка, пока не попробуешь.

Карета тронулась, и они поехали вниз по дороге. Айон невольно осматривал каждый дом. Его возвращение планировалось достаточно скоро, а он прощался с каждой вывеской магазина. Их город, столица первого материка А́ден-Нира́н, один из древнейших. Он и ещё одна деревня много лун тому назад стали домом для людей. Близкое расположение к океану, а также реки на окраине города послужили главной причиной основать тут первое поселение. И спустя тысячи циклов луны Аден-Ниран разросся до невероятных размеров. Королевский замок находился ровно на том месте, где люди построили свои первые хижины, бросив кочевать. Зато сейчас Айон то и дело задирал голову вверх, разглядывая высокие, расписанные яркими красками дома. Так как порт оставался самой оживлённой частью города, каждый стремился удивить гостей с других материков украшениями и достатком, словно огромного замка было недостаточно… Принц давно не выбирался из родительского гнезда и с радостью подмечал все изменения. Во всём виновата Брина с её странным настроением и разговором.

– То есть, если мне не понравится это «предназначение», я смогу вернуться и заняться чем-то другим?

– Ещё ни один из путешественников в итоге не променял океан на заточение в замке.

Айон знал, почему мама не давала ответ, который он хотел услышать. Как бы сильно она его ни любила, определённые вещи изменить ей не под силу. Единственное, что мог сделать принц, – это не заставлять её переживать свою беспомощность раз за разом. Поэтому он просто замолчал и посмотрел в сторону.

Уже через пару минут на глаза начали попадаться матросы. Внимание Айона привлёк один из них, с ног до головы покрытый татуировками в виде странных узоров. Его светлые волосы переливались сотней цветов на солнце, из-за чего Айон не мог оторвать от него взгляд. Он нёс какой-то тяжёлый с виду короб, пока рядом суетился его друг. В отличие от матроса с татуировками он казался человеком более высокого положения – его выдавала одежда, однако поведение совсем не соответствовало положению. Если принц правильно запомнил связь между должностью и преобладающим цветом в одежде у матросов, то второй парень был книгописцем – тем, кто записывал историю путешествия или вёл рабочую документацию. Айон не слышал, о чем они разговаривали, но через пару секунд и вовсе позабыл о них. Перед ним предстал корабль «Золотой дракон».

Принц быстро выпрыгнул из кареты, помог маме спуститься и постарался сделать вид, что ему совсем не интересно разглядывать гигантский корабль. Тот оправдывал своё название гальюнной фигурой в виде дракона. Богатство и власть – ёмкое описание главного корабля. Как большое чернильное пятно на чистом листе, корабль словно большая мишень для пиратов. По мнению Айона, никакой логики: красиво – да, но опасно – тоже да.

До отправления оставалось каких-то пятнадцать минут. Может быть, Айон и правда слегка припозднился. На корабль он должен был подняться полчаса назад. Благо ему не пришлось самому тащить свои сундуки.

– Капитан Ва́льдер, позвольте извиниться за опоздание. Сбор королевской семьи всегда долгое дело, сколько бы слуг ни вмещал замок.

Капитан, которому на вид не больше сорока лун, со светлыми глазами, обворожительно улыбнулся королеве, поклонился и поцеловал её руку.

– К тому же известный как мне, так и вам факт, что мой сын медленней судна в штиль.

– Ничего страшного, моя королева. С учётом того, что все вещи уже на борту и через несколько мгновений носильщики поместят к ним вещи принца, мы можем отправляться без опоздания. – Он рукой показал на корабль, куда действительно уже загрузили почти все вещи Айона. – Не хотелось бы злить никого из королевской семьи. Прошу, принц. Мы отчаливаем. Прощайтесь.

– Мой дорогой, я прошу тебя, будь осторожнее. Помни, что ценнее жизни нет ничего, и постарайся не влюбиться в какого-нибудь монстра. Ничего не имею против твоего выбора, но давай без лишних сложностей. – Королева достала из-за пазухи кулон в виде звезды с десятками пик. – Брина попросила передать это тебе. Кулон Небесного Прощения с инкрустированной слезой единорога. Он принесёт тебе удачу.

– Единороги вымерли, мам. – Он обнял королеву.

– Оттого он ещё ценнее. Да и мы не знаем наверняка. – Она быстро стёрла слезу. – Я очень надеюсь, что больше ты не подаришь мне седых волос. Я не желаю искать тебя на дне океана.

– А мне не очень хочется лежать на дне океана, знаешь ли. – Айон надел кулон. – Я люблю тебя, мне пора.

– Скоро увидимся!

– Конечно.

Темноволосый матрос крепкого телосложения затянул канат потуже и выпрямил спину. После того, как они готовились к такому пустяковому плаванию целый лунный путь, он был искренне рад наконец-то отправиться в экспедицию. Всё затянулось из-за важной персоны, которую необходимо будет охранять ценой жизни, – ради принца. Из-за этого любого, кто излишне пил, воровал и не внушал доверия, с корабля убрали. Сам он чудом прошёл проверку на вшивость. Все знали о его нелюбви к королевской семье. Но способность искры, знание дела и опыт помогли ему остаться на борту. И не на сопровождающем судне, а на «Золотом драконе». Парень не мог и мечтать о таком. Он всегда посматривал в сторону королевского замка, сжимая зубы и кулаки покрепче. Отбросив плохие мысли, матрос посмотрел за борт.

Капитан Вальдер закончил с кем-то разговаривать и поднимался по трапу. Матрос тоже хотел стать капитаном. Он перевёл взгляд на прощавшихся и сразу узнал королеву, а вот принца видел впервые – дорогая одежда, идеальная осанка, оружие, объятия с королевой – всё в нём выдавало титул.

Когда тот закончил прощаться с матерью, наблюдавший наконец-то смог увидеть его лицо и тут же застыл от удивления. По трапу шёл парень двадцати лун максимум – считай, ребёнок. Наивное лицо, светящиеся глаза, невысокий рост. Да, может, моряк и сам пришёл в гавань в двенадцать лун, а сейчас ему двадцать четыре, но в голове не укладывалось, насколько они не похожи. Стоило королевской особе подойти ближе, как в глаза сразу бросилась нашумевшая способность принца: его грудь оставалась неподвижна. Как оленёнок, делающий свои первые шаги, он поднимался на борт. Матрос никак не мог заставить себя смотреть в другую сторону, отвести взгляд от его неподвижной груди, но ему помогли. Кто-то опустил ему руку на плечо и выдернул из мыслей.

– Что, Ка́йл, засмотрелся на королеву? – Другой матрос, пошло улыбнувшись, подмигнул Кайлу. Тот лишь закатил глаза и наконец отвернулся. – Смотри, как бы король не отправил тебя в вечное плаванье.

– Да нужна мне эта королевская семья! Сам знаешь, где я их всех видел. – Кайл отвернулся от друга в красной форме.

– Ты пока никого из них толком не видел, чтобы понять, кто и для чего нужен.

– Азе́ль, иди займись чем-нибудь полезным. – Кайл указал на палубу. – Бесишь.

– Кто бы говорил, утрудился тут. – При этом Азель всё же ушёл к капитану обговаривать последние детали.

Кайл вздохнул и посмотрел на поднимающийся трап. Боковым зрением он заметил принца, идущего во внутреннюю каюту. Он не смог удержаться и недовольно хмыкнул, развернувшись к открытому океану.

Их приключения только начинаются…

Айон проклял весь мир, когда узнал, что практически все приёмы против морской болезни основаны на дыхании. «Расслабьтесь и дышите», – сказали ему матросы. Никто до этого ещё так жестоко нам ним не издевался. Неужели на первом материке остались те, кто не в курсе, какая у него способность? И что оставалось теперь делать? Все моряки сидели в главной каюте и праздновали отправление, а он уже семнадцать часов силился не оставить желудок за бортом. Благо никто не увидел его унижение. Айон долго просто так смотрел на свой ужин. Есть хотелось дико, но тошнота, то и дело подкатывающая к горлу, отнимала всякую возможность его съесть.

Схватив бокал вина и опустошив его, Айон зажмурился, что есть мочи.

Желудок неприятно забурчал. Раз дышать Айон не мог, он решил просто-напросто успокоиться, отпустить мысли о тошноте, море и проклятом корабле. Только когда принц немного запьянел, то почувствовал себя человеком и тут же накинулся на еду. Если понадобится, все два лунных пути он будет безостановочно пить и есть. Возможно, именно этим и занимались все моряки. Он сел на кровать и посмотрел в иллюминатор, облегчённо прикрыв глаза на мгновение.

Рука Айона потянулась к иллюминатору. Вероятнее всего, он замёрзнет через пару минут, но сейчас ему необходимо открыть его.

Может, вино, может, хорошая погода, но Айон зажмурился от удовольствия. Он взял кулон и начал рассматривать большой синий камень, в который, по словам мамы, инкрустирована слеза единорога. Принц не особо верил в эту легенду. В их мире осталось не так много волшебных существ, а существование единорогов и в прошлые времена вызывали сомнения. Он протянул амулет, похожий на звезду, к небу. Да, такой красоты он в своём городе не видел. Наверно, Брина права насчёт мира за городом, и он действительно завораживал. Жаль, ему не удастся показать ей всё это великолепие. Он никогда особо не желал свободы, но в эту секунду почувствовал её нехватку.

В дверь постучались, и Айону пришлось закрыть иллюминатор.

– Входите.

– Уважаемый принц, вы ещё не спите?

Айон удивился. Лицо моряка казалось смутно знакомым. Только когда гость зашёл внутрь, он вспомнил. Именно его он видел по пути на корабль – тот нёс увесистую коробку. Айон лишь утвердительно кивнул, увидев татуировки.

– Капитан Вальдер беспокоится по поводу вашего состояния. Как вы себя чувствуете? Меня зовут Ила́й Эла́нор, я приставлен к вам в помощники.

– Сколько тебе лун? – Айон удивлённо посмотрел на взволнованного Илая. В отличие от других матросов-шутников он казался искренне обеспокоенным состоянием принца. – Илай, мне всего двадцать, и здесь нет моего отца или матери. Называй меня, пожалуйста, просто Айон, без каких-либо титулов.

– Это будет непросто. – Илай смущённо улыбнулся. – Тогда можно нескромный вопрос? Ваша способность – это действительно отсутствие дыхания? Я даже не могу представить, каково это. Спрашиваю не для себя, а для своего друга. Он чересчур любопытный.

– Да, искра даровала мне именно эту способность. Я могу бегать час на полной скорости и не останавливаться, пока не закружится голова, могу плавать под водой сколько угодно и так далее.

Илай создавал впечатление доброго и наивного парня, по крайней мере, на первый взгляд. За пределами поместья у Айона было не так много друзей. В основном одни родственники и прислуга.

– А твоя какая? Я так мало знаю о команде.

– Думаю, у вас ещё появится возможность узнать каждого. – Матрос по-доброму улыбнулся.

Илай был одет в странную рубашку с высоким воротом, без левого рукава.

Он подвигал плечами и посмотрел на луны. Его глаза начали светиться.

– Моя способность – это поглощать и отражать свет. Моё прозвище – Маяк. Каждого из нас взяли в корабельное дело из-за наших способностей. Ваш отец, Великий Король, пристраивает людей в нужные места.

– Дай угадаю, ты используешь свою способность ночью? – спросил Айон, и Илай кивнул.

– Да, таким способом я предупреждаю и берег, и другие суда. Я даже могу менять цвет свечения. Если на нас нападут пираты, буду гореть красным, к примеру. Необходим только источник света для этого. Луны там, звёзды и так далее. – Илай поёжился. – Из-за этого я ненавижу непогоду. Облака закрывают небо.

– Мне кажется, у тебя замечательная способность. А насколько ярко ты можешь светиться?

Если бы Айону досталось нечто подобное, отец никогда бы не сослал его в «путешествие». Его няня имела феноменальное обоняние, но способности, которыми владели люди за пределами поместья, поражали воображение. Принцу даже захотелось, чтобы пираты на них напали, чтобы увидеть свечение Илая. Не ждать же два лунных пути, когда корабль подойдёт к берегу, так и со скуки можно умереть.

– Я могу ненадолго ослепить людей в пределах трёх метров, если засвечу, конечно, на полную мощность. – Илай улыбнулся. – Так что насчёт вашей морской болезни? На третьем корабле есть лекарь.

– Оказывается, вино неплохо справляется с тошнотой. Я и до этого пил вино, конечно, но при этом никогда не плавал, – Айон решил отшутиться.

Благо Илай, несмотря на его наивность, понял намёк и не стал больше поднимать эту тему. Принц перевёл взгляд на большое корыто, стоящее неподалёку от кровати.

– Илай, слушай, а это что? Ванна?

– Ох, при… Айон. Нет, это корыто для стирки. Мы стираем вещи, только когда они сильно запачкаются. По возможности пресную воду мы бережём.

Вопрос о том, где ему купаться, Айон решил задать в другой раз. Не стоило ему в своё время игнорировать уроки по корабельной жизни. Одно дело, когда тебя учат, а другое – обучаться уже на практике. Слышать, но не слушать, – это про Айона.

– Нет причин для беспокойства. Мы не будем стирать в вашей каюте. Просто она самая большая, и корыто удачно поместилось здесь.

– Понятно. Ты сколько лун работаешь моряком? Как тебе призвание? – Разговор с первым встречным о своей судьбе мама бы посчитала недостойным принца, но её здесь нет.

– Я всего на пару лун старше вас.

Айон скривился, услышав эти слова, и Илай тут же исправился:

– Тебя. Раньше я выращивал овощи, и весьма неплохо, но быть моряком оказалось прибыльней и увлекательнее. Я думаю, вы ещё найдёте своё призвание. И ваше прозвище будет нагонять страх на моря.

– Пока оно нагоняет страх лишь на моего отца, – тихо пробурчал Айон.

Он опять посмотрел в иллюминатор. Небо не переставало его поражать, но сейчас внимание привлекла вода.

– А нормально, что вон там что-то бурлит?

– Хорошо, что сейчас рядом нет Азеля с его дурацкими шутками.

Илай подошёл к иллюминатору и потерял дар речи. Поверхность воды вспузырилась и вспенилась по левому борту, ближе к остальным кораблям. И загадочное явление с каждой секундой всё разрасталось.

Илай считался хорошим и полезным моряком, но вот за смекалку на их корабле отвечал другой человек. Необходимо срочно поднять команду из-за стола. Им очень повезло, что Айон внимательный парень. Илай лишь надеялся на какое-нибудь неопасное природное явление. Гилем вроде говорил про подводные вулканы. Так или иначе, терять время – непозволительная роскошь сейчас.

Илай вылетел за пределы каюты принца.

– Что случилось?! Илай!

Но матрос уже не слышал его. А за иллюминатором тем временем поднялась буря. Айон ничего не знал об океане, но был уверен, что происходящее прямо сейчас – ненормально. Оставаться в своей каюте, как в тюрьме, он точно не собирался. Принц сделал пару глотков вина в качестве профилактики морской болезни и тоже поднялся на палубу. Кругом бегали и кричали матросы. Айон не знал практически никого. Лишь тот парень, который крутился вокруг Илая на суше, орал на какого-то моряка. Спокойная и весёлая обстановка обратилась в хаос. А они в путешествии всего восемнадцать часов. Прорываясь сквозь беготню моряков, Айон заметил нового знакомого.

– Илай!

Тот не обратил на него никакого внимания. И Айон быстро понял почему. Он перевёл свой взгляд за борт и замер от шока. Место, где ранее пузырилась вода, горело синим светом. Через секунду огромное щупальце появилось из воды и потянулось к ближайшему кораблю. На нос Айона упала капля дождя, но он просто не мог заставить себя поднять голову вверх. Неужели собрались тучи?

Из воды плавно появлялись остальные щупальца монстра. Айон с содроганием насчитал тринадцать… Тринадцать огромных щупалец, толщиной метра по два, потянулись к соседнему кораблю и принялись разносить его на мелкие кусочки, меняя цвет с ярко-зелёного до тёмно-синего, словно подавали кому-то сигнал, а огромные присоски горели насыщенным алым цветом. Кто-то толкнул принца в плечо, и он наконец-то пришёл в себя. Он не знал, как это – «перевести дыхание», но был уверен, что испытал сейчас нечто подобное. Принц схватил Илая за руку и дёрнул.

– А на это у тебя есть цвет? Скажи, что да!

– У меня есть цвет на все случаи жизни, Айон. И приказ на такой случай тоже. Отойди в сторону, иначе ослепнешь.

Принц поспешил последовать совету. И через несколько секунд вся палуба залилась ярким голубым светом. Сейчас, кроме глаз, сияли все татуировки Илая. Принц видел не так много диковинных вещей и необычных явлений в своей жизни, а подобное – никогда. Будто имея разум, синие языки пламени отходили от Илая. Он даже на секунду забыл, что их пытается уничтожить чудовище. Да, это и вправду увлекательнее, чем выращивать овощи. От света, ещё дальше в сторону, его отвели чужие руки. Он обернулся и вновь увидел знакомого парня. Несмотря на всю панику вокруг, тот улыбался, словно находил в ситуации нечто весёлое. Айон-то думал, что он один тут спятил.

– Мой дорогой Илай пытается изо всех сил. Не нужно стоять слишком близко! Дорис уже вон орёт от боли в глазах. – Он махнул в сторону матроса, потом перевёл взгляд на чудовище. – Это кракен с тринадцатью щупальцами. Обычно у них не более восьми! Меня зовут Ги́лем, и мы с большой вероятностью – покойники. Эта тварь плавает достаточно быстро, чтобы уничтожить некоторые наши корабли. Вероятно, где-то неподалёку её потомство. Или хозяин…

– Откуда ты знаешь всё это? Что чудище пытается сделать? – Айон переводил взгляд обезумевших глаз от Гилема к сияющему Илаю. – Я обещал матери беречь себя, но как можно сдержать слово, когда в первый же день после отправления на тебя нападает монстр?! Ну ничего. Сейчас переведу дыхание! – Он цокнул языком, отвечая себе же на собственный сарказм. – Мы можем что-нибудь сделать?!

– У нас не так много снаряжения, чтобы завалить такого гиганта. Нападение пиратов, кракена с восемью щупальцами – к такому экспедиция была готова. Но никто никогда не встречал в водах кракена с тринадцатью щупальцами!

– Что значит синий цвет? Илай говорил, что он может светиться разными цветами.

Гилем потёр подбородок и взглянул на Илая и лишь потом на Айона.

– Говори. Тут нечего скрывать, если всем грозит смертельная опасность!

– Синий означает отступление. Мы попытаемся отвести корабль на восток к острову Тысячи Желаний. Он достаточно большой, чтобы кракен не смог взять нас в осаду и уничтожить сразу. Но до него минимум час. – Он выдохнул. – Три корабля, по моему позитивному подсчёту, продержатся двадцать четыре минуты, плюс дорога от кракена до нас, и выходит минут сорок. Был бы на нашей стороне ветер, шанс бы был. А так… минимальный.

– И откуда ты всё это знаешь?

Один из кораблей пальнул по кракену пушкой почти в упор, но промахнулся. Снаряд горел каким-то зелёным светом. Все корабли успели мобилизоваться с помощью Илая и попытаться отбить атаку.

– Как много здесь людей с разными способностями?

– В общей сложности нас восемьсот один человек.

Айон шокированно распахнул глаза. С другой стороны, как ещё можно управлять такой махиной, как «Золотой Дракон». Однако стоило отметить, что другие корабли были почти в два раза меньше.

– Моя способность – никогда ничего не забывать. Правда, от этого мои мысли путаются, и время от времени я начинаю изливать не нужные никому факты. Вот, например: ты же слышал, что Илай в прошлом выращивал овощи? А ты знал, что растения лучше растут при синем и красном цвете? Он специально сделал отступление синим, якобы намекая на возвращение домой. Побег к истокам. Ну вот, именно за это Редла́й время от времени хочет меня убить… Ри́са… И много кто ещё!

– Получается, мы отступаем? Но как же мы бросим столько людей на верную смерть? Наш корабль больше остальных, неужели нам не дали людей, способных общими усилиями победить чудовище?! Отвечай, Гилем. – Гнев пересилил страх. Айон не хотел начинать своё путешествие со смерти всей команды. Если этот паренёк говорит, что у них не особо много шансов сбежать, почему они должны вести себя как трусы?! – Не хватало, чтобы моё прозвище пополнилось ещё и позорным «трус». Ну что ж, прости мама. Разворачивайте корабль. – Он на мгновение замолчал. – Мы идём на таран.

– Вы решили покончить жизнь самоубийством? – Гилем даже не удивился. Почему-то при первом взгляде на принца он подумал, что такие долго не живут. Обычно подобные решения принимаются с участием всех командующих элементов, в том числе и капитана Вальдера. Однако он на другом корабле, да и особо времени на обсуждения нет. – У нас не будет шансов победить.

– А я не собираюсь побеждать! Посмотри, Гилем, чудовище уже уничтожило второй корабль. Поднимается шторм. Ты говорил о ветре? Оглянись! – Айон выдрал волос и показал его направление. – Именно к кракену. Учитывая сложившуюся ситуацию, нам необходимо двигаться в сторону монстра и попытаться протаранить его, используя преимущество. Может быть, у нас есть люди, которые могут увеличить силу удара?

– С вами будет весело! Правда, недолго, но весело! – Гилем похлопал принца по плечу. – У нас есть человек, который может зажечь дракона на носу корабля, а другой увеличить его вес и… Си́на может заострить гальюн… Если мы правильно используем эти две способности, монстр погибнет, а мы сможем спастись в лучшем случае на другом корабле. Рулевой! Берём таран! Приказ принца!

Гилем подбежал к Илаю. Тот буквально свалился в бессознательном бреду, его сильно трясло. Два огромных моряка схватили его под руки и отнесли в сторону. Айон наблюдал, как Гилем крутился и пытался собрать команду для работы. Под конец он вновь начал спорить с каким-то матросом. Гилем показывал на Айона пальцем, махал руками. А тот не прекращал с ним спорить, но понял, что это бесполезно, и повернул горящие ярким пламенем глаза в сторону принца. Это впечатлило и совсем немного испугало. Однако не так, как корабль, несущийся на кракена.

– Ну что, Брина, путешествия – это круто? Чтоб его, этот мир с его магией и тупыми монстрами! В бездну всё!

Тем временем остальные корабли пытались то ли убить монстра, то ли задержать его, чтобы судно с принцем на борту могло уйти от опасности. И они неплохо справлялись с этой задачей. Они смогли уничтожить целых четыре щупальца благодаря матросу, который заставлял снаряды взрываться. Но начинающийся шторм порушил их планы добить монстра. Тварь оказалась не такая глупая, как хотелось бы. После уничтожения второго корабля кракен двинулся к кораблю, на котором находился этот самый матрос. Команде не хватило всего нескольких минут, чтобы успешно провести ещё одну атаку. Их судно переломилось пополам от пары ударов щупалец.

Обычные ядра практически не наносили чудовищу вреда, даже при попадании в упор. У уцелевших кораблей оставался всего лишь один шанс выйти из передряги невредимыми. На корабле номер четыре находился матрос, которого за способность прозвали Непогрешимым. Он никогда не промахивался. Последняя надежда заключалась в его выстреле из пушки по единственному глазу кракена. Вместе с матросом, способным нагревать металл, они могли бы победить. Каким-то образом монстр догадался выбрать из оставшихся кораблей именно их. До столкновения осталось несколько минут.

– Эта тварь нас сейчас уничтожит, долго тебе ещё заряжать? Не забывай, мне надо целиться, Джон. – Матрос нервно дёрнул плечами. Он многое видел в этой жизни, бывал в разных передрягах, но ещё ни разу не встречал кракена в трёхстах метрах от себя. – Вся команда надеется на нас!

– Эй, не дави на меня! Я и так стараюсь. Прекрасно знаешь же, что сила зависит от времени. Не дожмём – и второго шанса нам не дадут. – Матрос отошёл от пушки, которая буквально светилась. – У тебя ровно три минуты до того, как рванёт, так что виновником смерти корабля будет не кракен, а мы!

– Кто-то говорил о давлении, дружище?!

Пока матрос заряжал пушку, за ними пристально наблюдала тень. Только, когда наблюдавший убедился в точном исполнении плана, он вышел из укрытия.

– Вторая истина, тень, пожирающая совесть, – раздалось в темноте.

У матросов не было шансов. Для Непогрешимого всё закончилось быстро. Он не успел и посмотреть на убийцу, как упал на пол трюма. Лишь Джон смог разглядеть убийцу. Его лицо исказила гримаса боли, непонимания, удивления и страха. Через пару секунд из его шеи брызнула кровь.

Неизвестный посмотрел на кракена и вновь растворился в тени. Ему самому ещё необходимо убраться с корабля…

Единственное, что мог делать сейчас Айон, – это сокрушаться и вымещать злость на судьбу. Дурацкая способность не дышать оказалась сейчас не только бесполезна, но и грозила обречь его на муки. До кракена оставались считаные метры, но тварь не успела подойти к последнему целому кораблю, как тот взорвался со странным синим пламенем.

Айон до безумия возжелал увидеть, как кракена тоже разорвёт на мелкие кусочки. Злость обуяла его, не давая здраво мыслить. Принцу захотелось засмеяться, когда их «Золотой Дракон» тоже объяло пламя, а нос заметно наклонился к поверхности воды. Корабль напоминал летящее копьё.

Но кто-то не дал Айону предаться кровожадным мыслям о собственной смерти и смерти кракена. Сильные руки резко оттащили его к корме. Этого матроса принц не знал, но что-то кольнуло внутри: у него появилось предчувствие, что посмотреть на разлетающиеся мозги монстра ему не дадут. В отличие от всех остальных, с которыми успел познакомиться Айон, этот выглядел злым. Айон не любил пользоваться своим титулом, однако сейчас хотел уже было приказать этому моряку отпустить его, воспользовавшись таким правом. Не успел он и рта открыть, как корабль врезался в монстра, и послышались крики, в том числе нечеловеческие.

– Так, королевская задница, сейчас мы с тобой покинем корабль. Не отпускай мою руку, не хочется потом искать твоё тело среди обломков.

Корабль начал медленно уходить под воду. Умирающий монстр схватился за него, как за спасательный круг. Позади раздалось два взрыва. Это взлетели на воздух бочки с порохом. Огонь и горящее масло быстро осветили всё вокруг, задевая остатки других кораблей. Матрос с отвратительным характером пригладил свои тёмные волосы рукой и прищурил светлые глаза.

– Чего ты уставился?! У нас нет времени!

– Да как ты смеешь так со мной разговаривать?! Ты даже не успел представиться! Отпусти меня вообще! Нужно добить кракена! – Айон попытался вырваться, но его держали мёртвой хваткой.

Губы матроса исказила кривая улыбка.

– Чего ты ухмыляешь?!

– Да вроде принца-мертвеца спасать велели, а не шута придворного. Ты чем его бить собрался? В страхе так и выбежал в одних штанах да рубахе! Воин никогда не забывает своё оружие! У тебя вообще есть оружие? – Матрос потащил Айона к борту. Тот продолжал сопротивляться скорее из вредности. – Да чего ты как баран упираешься? Тут шлюпка. Садись уже и перестань трепать нервы!

– Да пошёл ты! Жаль, у меня нет ещё одного корабля, чтобы засадить его тебе прямо в…

В этот момент судно переломилось напополам, а спасательная шлюпка разлетелась вдребезги. Айон вместе с матросом подскочили, немного обескураженные крепким ударом. Первым пришёл в себя грубиян и схватился за голову. Последний шанс не тащить принца через всё море на своей спине потерпел крах. Матрос готов был свернуть шею упрямцу. Судно шло ко дну. В порыве гнева Айона вышвырнули за борт и прыгнули вслед. Оставалось лишь надеяться, что достопочтенная королевская задница умеет плавать. Хоть пару минут.

Пока корабль тонул, а Айон и незнакомый парень ругались, вокруг разыгрался настоящий шторм. Если бы у них была возможность, они обратили бы внимание на странные обстоятельства крушения, но оказались заняты спасением своих жизней. Матрос старался найти принца среди обломков и бушующих волн, и ему действительно это удалось, иначе не сносить головы. Вопреки его ожиданиям, Айон неплохо держался на воде. В этот момент грубиян заметил проплывающее рядом корыто для стирки, и в его голове родился идеальный план. Храброму принцу нашёлся новый корабль.

– Так, придурок, если ты сейчас начнёшь барахтаться и спорить, я тебя брошу.

Айон не сразу понял, откуда идёт звук, – только после того, как его вновь бесцеремонно схватили за руку.

– Хватайся за мою спину и держись изо всех сил.

И снова Айон оправдал ожидания. Он не стал сопротивляться, а вцепился в широкую спину незнакомца. Причиной тому послужило его минувшее погружение под воду на пару минут. Ему еле хватило сил вынырнуть и ухватиться за проплывающую доску. Не так он представлял себе путешествие. Мёртвый кракен, уничтоженные корабли, всё в огне, множество погибших и тонущих моряков. И волны, гигантские волны. Айон не понимал, каким чудом незнакомец тащит его на себе. Он бы уже давно пошёл ко дну. Его не спасла бы даже способность не уставать – на глубине его голову раздавило бы, как арбуз.

Они подплыли к корыту. Какое облегчение больше не барахтаться в воде!

Вот она – непревзойдённая плавучесть! В первые несколько секунд Айона вырвало водой. Он посмотрел загнанным взглядом на своего спасителя. Тот тяжело дышал, замерев с совершенно нечитаемым взглядом, и пытался прийти в себя. Если они выживут, Айон прикажет выпороть наглеца за язык и наградить за спасение. Никак иначе. Грубиян перевёл затуманенный взгляд на выбившегося из сил принца. Их уже начало откидывать в сторону от крушения.

– Не вздумай слезать с него. Я должен помочь остальным, пока есть возможность. Ты понял меня?

– Да, – в подтверждении своих слов Айон слабо кивнул. – Но как же ты? В такую бурю от тебя не останется и следа. Ты утонешь. Ты…

– Я не могу утонуть, дурак. Можешь звать меня Ка́йл-спаситель. – А потом он просто ухмыльнулся и скрылся в чёрных водах.

От всех этих приключений голова Айона в конце концов закружилась, мир перед глазами поплыл. Такое чувство появлялось после продолжительного бега. В голове застыло только одно слово – «ужас». Глупое корыто постоянно грозило перевернуться, но какая-то немыслимая везучесть Айона и гениальность создателя этого предмета препятствовали этому. Если бы принц выбирал между потерей сознания или продолжением наблюдения за происходящим, он бы точно выбрал первое. Оставалось только не проснуться где-нибудь на дне среди рыб. И лучше, если бы об этом не узнал его полоумный спаситель.

– Я буду звать тебя Кайл-придурок, – последнее, что слетело с его уст перед тем, как он всё же потерял сознание.

Айон очнулся и с радостью отметил, что не на дне морском. Он сел на колени в своём корыте и огляделся по сторонам. Как и ожидалось, принц увидел вокруг себя океан, но, присмотревшись повнимательнее, заметил вдалеке очертания острова. Айон тихо застонал и принялся грести руками в сторону суши. Ему повезло – был абсолютный штиль. Сил после непродолжительного сна не прибавилось. Голова то и дело шла кругом, а горло саднило от сухости. Теперь у него не осталось никакого желания смотреть по сторонам и любоваться миром вокруг. Перед глазами маячила цель – суша, и даже нападение ещё одного магического существа не способно отвлечь его.

Когда руки уже совсем онемели, его благородное «судно» причалило к берегу, а точнее, встало на мель. Айон попытался аккуратно выбраться из корыта, но зацепился ногой за край и упал головой на песок. Королева лишилась бы чувств от столь грациозного приземления принца.

Словно под гипнозом, Айон встал и побрёл в джунгли. Он совсем не волновался о том, кто может скрываться в тени высоких деревьев. Если в течение часа он не найдёт источник пресной воды, то точно умрёт.

Сегодня ему везло намного больше, чем вчера. Спустя пару минут поисков он наткнулся на ручей. Источник был полметра шириной, вода в нём обжигала холодом. Принц упал на колени, вымыл руки и начал аккуратно набирать воду в ладони и пить. Только после того, как Айон полностью утолил жажду, он привёл себя в порядок и огляделся. Пляж лишь слегка виднелся сквозь плотные заросли. Айон принял решение вернуться назад и поискать выживших. Он не продержится и пару дней на неизвестном острове без помощи.

Наконец-то у него появилось время осмотреться и пораскинуть мозгами. Уперев одну руку в бок, второй он прикрыл глаза от палящего солнца. Бесконечный песчаный пляж тянулся в обе стороны, впереди – синий океан, позади – джунгли. Присмотревшись повнимательней, принц постарался найти какое-нибудь судно, но водная гладь пустовала. Тяжёлые мысли о крушении корабля и нападении чудовища вытеснил прекрасный вид побережья. Он вытер пот со лба и запустил руку в волосы. Почему-то ему казалось, что настоящие приключения только начинаются. Кракен и полыхающие суда – лишь малая часть заготовленного судьбой испытания.

– Чтоб тебя, осьминог-переросток! Прошло всего ничего с начала путешествия! Представляю, какой забавный некролог напишут про принца-неудачника! «И вот так принц стал настоящим мертвецом»… И куда мне прикажете идти? – Айон посмотрел по сторонам. – Ох, и какая теперь разница?

Пожав плечами, Айон пошёл направо. Солнце сияло в зените. Он даже не пытался предположить, сколько времени потратил на скитания: может, час, может, минуты три, но в какой-то момент на горизонте он увидел пятно. Поначалу ему хотелось броситься на помощь, однако сил было мало уже в тот момент, когда он выбрался из корыта, а сейчас их тем более не хватило бы на бег. Когда Айон доковылял до человека, он узнал в нём Гилема. Сегодня удача и правда на его стороне. Ходячая энциклопедия лежала прямо перед ним, правда, без сознания. Матрос был не ранен, лишь вымотан. Даже будучи дохляком с виду, он смог доплыть до острова. Принц обернулся и, к счастью, не увидел там своего королевского «судна».

– Гилем, вставай, Гилем. – Он аккуратно похлопал матроса по щекам. Тот лишь отвернулся в сторону и захрапел. Значит, не без сознания, а просто спит.

Айону не оставили выбора, поэтому он решил ущипнуть его за бок. Гилем тут же зашипел и подскочил на месте. Он повертел головой в поисках раздражающего голоса.

– А ну отвали от меня! Редлай! – Гилем огляделся вокруг ещё раз и застонал. Всё быстро прояснилось. – О, принц! Вы живы! Перед тем как отрубиться, я подумал: какая разница, выживу я или кто-то другой, нам всё равно отсекут головы по прибытии назад. Приятно знать, что это не так. И кстати об этом: хороший вы придумали план! Сумасшедший, но хороший. Надеюсь, Стив и Роджерс не ушли на дно вместе с ним.

– Что с остальными матросами? Меня спас парень, искра которого не позволяет ему утонуть… Коул, по-моему…

Гилем резко остановил своё бесконечное словесное излияние и громко засмеялся. Айон удивился такой реакции.

– Что случилось? Да прекрати смеяться. У него те ещё манеры!

– Ой, и не говори. Вас спас Кайл. Следить за вами ему приказал Вальдер. Его обязали при необходимости спасти вас любой ценой. Как вы и сказали, он не может утонуть. Вода просто-напросто выталкивает его как поплавок. – Гилем поднялся на ноги и посмотрел вокруг. – Нам необходимо осмотреться и поискать выживших и пресную воду. Таков ход действий при попадании на неизвестный остров. Хм… Что странно, я знаю все острова около второго и первого материка.

– Пресную воду я уже нашёл. Я думаю, около километра назад, может, больше, и в джунгли.

Гилем кивнул.

– И, пожалуйста, давай со мной на «ты» и по имени. Не хочу ничего слышать о своём происхождении, пока мы не пойми где.

– Хорошо. Тогда предлагаю пойти в противоположную сторону той, откуда ты пришёл. Если первый, кого ты встретил, – я, значит, искать там некого. Где-то рядом должен валяться Редлай. Если бы не фыркающий древесный плот, быть мне кормом для рыб.

В отличие от самого Айона Гилем выглядел увереннее. Он не бежал в джунгли как умалишённый. Насколько же сильно принц был не подготовлен к этому путешествию…

– Редлай, кстати, оборотень. Да, именно тот самый оборотень тройной сущности или, по-другому, тройного лика. Уверен, ты наслышан о них.

– Оборотень? – Айон пошёл с Гилемом в ногу. – Как же он смог попасть в королевский флот? Тем более там, где находился я? Появление оборотней в мире людей почти легенда!

– Это неудивительно. В семьлунье оборотень тройного лика должен съесть сердце живого существа. В этот момент у него отключаются мозги, и пиши пропало. Если они не успевают заготовить жертву в виде кролика заранее, идут охотиться. Иногда целью становится человек.

Айон ловил каждое слово. Гилем видел его заинтересованность и не собирался молчать, редко ему попадался настолько благодарный слушатель.

– Сам понимаешь: когти, зубы, сила, скорость, связь с деревьями и небом делают их прекрасными убийцами. Ты же видел Редлая? Да он кроликов взглядом убивает.

– Да, – только и сказал Айон, вспоминая статного мужчину с длинными русыми волосами. После подробных описаний он не сомневался, что именно с Редлаем тот спорил на корабле во время крушения. Принц нервно закусил нижнюю губу. – Но ты так и не сказал, почему его допустили в команду людей? Наше путешествие планировалось ровно на лунный путь людей. Минимум дважды ему необходимо было бы съесть чьё-то сердце.

– Его искра – вот ответ. Я называю его Терпилой. Возможно, прозвище Редлая звучит как-то по-другому, но мне так нравится больше. Он способен терпеть любой недуг какое-то время. Всё зависит от серьёзности проблемы. Например, он может прожить без еды дней тридцать или больше. – Гилем ускорил свой шаг. – Вот и получается, в семьлунье ему необходимо сидеть смирно и терпеть свою лесную сущность, и в это время даже я не достаю его разговорами.

– Именно поэтому он сидит и просто смотрит на океан? – Айон указал рукой на оборотня впереди. Гилем удивился остроте его зрения.

Редлай сидел на песке и всматривался в даль. В этом был весь он. Только он с присущей ему ненавистью ко всему миру не искал выживших. А ведь учитывая его слух, обоняние и навыки поиска, уже давно бы мог обыскать остров.

Редлай наклонил голову в страдальческом жесте. Гилем перестал обращать внимание на недружелюбие оборотня, понимая, что тому просто сложно признаться в том, как сильно он скучал по компании неугомонного книгописца. Несмотря на то, что его обнаружили, Редлай продолжал сидеть и смотреть на океан, игнорируя непрошеных гостей. Айон надеялся, что Редлай вспомнит его и не кинется откручивать голову.

– Прохлаждаешься?

– Ты…

Айон смотрел то на одного, то на другого. Теперь он не переживал насчёт своей головы. В первую очередь Редлай сожрёт Гилема. Как можно оставаться таким безмятежным после заплыва в океане и под сжигающим солнцем? Пока они убивали друг друга взглядами, Айон заметил на песке капли крови. Он поднял голову и снова наткнулся на хмурое выражение лица оборотня. Только присмотревшись, принц увидел багровое пятно рядом с Редлаем. Вдалеке закричала птица. Она помогла Айону выйти из ступора и дёрнуть Гилема за руку.

– У него идёт кровь.

Редлай перевёл взгляд на принца и повалился набок. Айон заметил, что из его спины торчала какая-то доска; вероятно, обломок корабля. Видимо, она впилась в его тело ещё при крушении, и оборотень никак не мог её вытащить. Вероятно, так и проявлялась способность его искры. Айону стало интересно, насколько долго Редлай мог задерживать дыхание. Вряд ли его прозвали бы Мертвецом.

– Только вот не надо тут говорить, что ты вытаскивал меня с этой штукой в боку и терпел до самого берега. Учитывая твою способность, это выглядит так, будто теперь я обязан тебе до конца жизни. Но знай, я не замолчу, даже если умру. Я буду являться тебе во снах, читать лекции о лечебных травах и шутить про кусты.

Айон просто стоял и смотрел, как Гилем несёт сплошную ерунду. У его товарища серьёзная рана, а он не мог заткнуться и просто помочь. Может, сейчас принц стал понимать Редлая чуть больше.

– Знаешь, даже с моим языком я встреваю в неприятности реже, чем ты.

– Ты не хочешь ему помочь? Ты же знаешь как?

– Конечно я знаю как! Дамы и господа! Перед вами самый обычный оборотень трёх сущностей, и сейчас я спасу его клумбу от смерти!

Редлай угрожающе зарычал. Смотрелось это немного нелепо, потому что головой он продолжал упираться в песок. Без каких-либо бессмысленных выкриков и особых приготовлений Гилем подошёл к нему и резко вытащил кусок корабля, выглядевший словно гигантская зубочистка. Редлай как-то странно замолчал и дышал через раз. Вероятно, ему было очень больно. От количества заноз, оставшихся в его теле, бросало в дрожь. Но уже через пару мгновений оборотень начал приходить в себя. Кожа вокруг раны поменяла цвет и потрескалась, словно кора старого дерева. Однако спустя несколько мгновений верхний слой зашелушился, пока полностью не исчез. Айон моргнул, а раны как не бывало. Только после этого Редлай позволил себе перевалиться на спину и шумно задышать. Горе-спаситель выбросил деревяшку в море.

– Я перегрызу тебе горло, – совсем безэмоционально наконец-то произнёс длинное предложение Редлай.

Гилем же лишь хмыкнул и посмотрел по сторонам.

– Всего моего терпения не хватит, чтобы провести с тобой хоть час в одной комнате.

– Путешествия до шестого материка доказали обратное.

Оборотень резко поднялся и встряхнулся, точь-в-точь как собака. Свои наблюдения Айон решил оставить при себе.

– Итак, пока трое выживших. Учитывая наши способности, немудрено. Могу предположить, что Кайла выкинуло с кем-то на берег. Так что нас минимум пятеро. Риса не могла умереть. Это факт. И бросить Сину тоже. Факт. Если нам невероятно повезло, и они попали на этот же остров, мы скоро найдём их. Ты чувствуешь кого-то рядом?

– Я чувствую твою вонь. – На лице Редлая не дрогнул ни один мускул.

– Ты, между прочим, после заплыва не благоухаешь цветами Габо. Знаешь, Айон, как пахнут оборотни?

Принц заметил, как глаза Редлая потемнели. Видимо, Гилема это совсем не волновало.

– Они пахнут, словно собака в клумбе. Они всегда пахнут так. Даже после того, как ты примешь ванну. Единственный вариант избежать этих ароматов – это отойти от тебя на сотню километров.

Редлай без предупреждения схватил Гилема за шею и нахмурился. Его русые волосы потемнели около корней. Если на острове больше не окажется людей, Айон определённо сойдёт с ума с этими двумя. Гилем вообще не обратил внимания на выходку оборотня. Он лишь широко улыбнулся и хмыкнул. До поры до времени. Видимо, пока Редлай не сжал свою руку сильнее. Айон прикрыл глаза в немой благодарности миру, когда примерно в полкилометре от них засияло что-то чёрное. Все трое отвлеклись на это сияние. Редлай бросил Гилема на песок и застыл, прислушиваясь.

– Илай.

– Знаешь, это можно было понять и без твоих лесных способностей, – хрипло произнёс Гилем. – Илай может не только отражать свет, но и поглощать. Когда материал способен ухватить весь спектр видимого света, он становится чёрным. Дружище наконец-то перестал думать причинным местом и воспользовался моим советом.

– Не обольщайся. Я не удивлюсь, если так он пытается найти именно Сину, – сухо добавил Редлай. – Пошли. Там ещё и Кайл.

Айон закатил глаза, когда услышал имя самодовольного грубияна. Сегодня его ждёт одна нервотрёпка за другой. Он уже на грани того, чтобы вычеркнуть этот день из списка лучших в его жизни. Стоило ли спасаться после нападения кракена, чтобы терпеть очередные выходки этого выскочки? Айон оглянулся в поисках корыта, желая немедленно покинуть остров. Пройдя лишь двести метров, они заметили парней. Илай стоял, раскинув руки, посылая сигнал другим выжившим, пока Кайл лёжа перебирал песок в руках. Именно он и заметил их первыми. Ухмылку на его губах Айон рассмотрел бы и за тысячу километров. Не так просто будет выбросить её из головы, а вот стереть с лица выскочки можно попытаться. Илай тоже заметил их и обессиленно упал на песок. Он тяжело дышал, но продолжал улыбаться и смотреть в небо.

– Ещё пара таких выживших, – Кайл фыркнул, – и соберётся команда мечты. Осталось лишь найти Азеля – и всё, драка обеспечена. – Он первый встретил их недовольным выражением лица. – А мы тут вот ищем подружку.

– Не только Сину, между прочим, – вяло начал оправдываться Илай.

– Давай без самообмана. – Кайл встал на ноги и сложил руки на груди.

Гилем и Редлай переглянулись.

– Что теперь? Может, вы его убедите сдвинуться с места и найти источник пресной воды? Я просто уверен, Илай, Сина ждёт нас там. Возможно, принц сможет убедить влюбленного светлячка?

– Я был у источника, и там никого нет. – Айон решил проигнорировать едкий комментарий Кайла и посмотрел на Илая. – Я рад, что ты жив.

– А мы рады, что ты жив.

Кайл закатил глаза и, всё ещё стоя в оборонительной позе, произнёс:

– Надеюсь, вы закончили с любезностями, и мы наконец-то можем обсудить, что делать? – Он пробежался взглядом по каждому, слегка задержавшись на Айоне, и в итоге остановился на Гилеме. – Итак, пробка в бочке, какие предложения?

– Предложение сейчас одно. Найти выживших. Мы должны оказать помощь всем, кому сможем, и только потом строить планы дальнейших действий, – на этот раз Гилем говорил по существу. – У нас только двое тех, у кого способности, дарованные искрами, подходят для поиска. Редлай – ищейка, Илай – маячок.

– Тихо, – прорычал оборотень.

– Хватит меня затыкать. Ищейка – ещё не самое плохое, что я мог выдумать.

– Заткнись, Гилем, сюда кто-то идёт. Джунгли. Восток, – зашептал Редлай.

Все парни развернулись на восток. Почти все. Айон не смог сразу сообразить, куда смотреть, и поэтому слегка замешкался. Кайл продолжал дерзко улыбаться. Из джунглей доносились голоса. Кто-то оживлённо спорил. Редлай расслабился раньше всех, видимо, узнав кого-то из своих. И спустя пару мгновений на пляж вышли трое: девушка невысокого роста с волосами цвета пшеницы, брюнетка, выше её на голову, и парень, буквально ослепляющий своей красотой. Айон узнал в нём их главного дипломата – Азеля. Он даже после крушения шел, гордо задрав голову. Азель смотрел на всех сверху-вниз своими светлыми волосам и время от времени поправлял волосы. Его пряди русых волос росли странно. Часть из них, что на затылке топорщилась, а на темечке и лбу были направлены вперёд. Спорили как раз он и блондинка. Когда их взгляды наткнулись на принца и компанию, лицо дипломата скривилось, будто ему запихнули в рот целый лимон. Высокая брюнетка же побежала к Илаю. Айон сделал предположение, что именно она и есть Сина. Их поцелуй без единого слова расставил всё по местам.

– Азель, сотри яд с губ. Гилем в три раза полезнее тебя в джунглях. Ты погибнешь в первые сутки, отравившись каким-нибудь плодом. – Блондинка подошла к книгописцу и обняла его. – Я так рада, что ты живой. Сина всю дорогу молчала, словно воды в рот набрала, а вот этот, – она указала на Азеля, – всё не затыкался.

– Риса, он твой парень и стоит, между прочим, рядом. – Гилем посмотрел на Азеля, который прожигал его взглядом и, вероятно, собирался наброситься на него с кулаками. – Эти обнимашки затянулись до неприличия.

– Посмотри на Илая и Сину, – сказала Риса и кивнула куда-то вбок.

Айон проследил за её взглядом и скривился, наткнувшись на всё ещё целующуюся пару. Он отвернулся и подумал, что, пожалуй, самый адекватный из всех сейчас Редлай.

– Может, Гилем и знает тысячу двести сорок семь безвредных фруктов, ягод и орехов, но он не сможет поймать и ящерицу в кустах! Долго на орехах не проживёшь. – Азель прищурился, став похожим на змею. – Прекратите обниматься.

– Для охоты у него всегда есть Редлай, – аргументы Рисы не кончались, но она всё же отошла от Гилема к своему парню.

– Он его первым и прикончит.

Кайл упал на песок, когда Гилем, Риса и Азель вновь начали какой-то бессмысленный спор. Илай так и стоял с Синой, не обращая внимания на остальных. Редлай только фыркал и метал глазами молнии в Гилема, когда тот в очередной раз цеплялся к его магической сущности. Когда спор достиг кульминации в громкости и бессмысленности, Кайл начал так же громко мямлить непонятные слова, передразнивая команду. Даже Илай обратил внимание на эту выходку и, засмеявшись, отцепился от своей девушки. Теперь Сина выглядела не такой подавленной, как в момент появления из джунглей. А Айон просто смотрел на них шокированным взглядом и время от времени открывал рот, порываясь что-то сказать.

Даже несмотря на чудесное спасение в корыте, он до сих пор не мог отойти от событий вчерашнего дня. После нападения кракена, крушения пяти кораблей, смерти, которая дышала в затылок каждому, они стояли, словно умолишенные, и спорили о травах, магии, волосах Азеля и прочей чепухе. Айон понял, что их всех объединяло что-то большее, чем просто экспедиция. Айону же казалось, будто он единственный реагировал так, как и положено: ему было страшно и не нравилась неопределенность. А вот своих спутников он понять не мог. Может, конечно, на них постоянно нападали кракены… Голова принца вновь пошла кругом. Голод сильно сказывался на его самочувствии.

Айон оглядел каждого и остановил свой взгляд на Кайле. Он перестал мямлить и посмотрел в ответ. Его глаза заинтересованно блеснули.

– Так! Замолчите! Иначе я опять пойду топиться. Мне кажется, принц хочет что-то сказать! – тон Кайла сочился ядом. Зато сработало. Все сразу повернулись к Айону. Даже Илай с Синой.

– Эм…

– Принц сказал своё слово! – Кайл вскинул кулак в воздух. Илай шикнул на него.

– Ты же в курсе, что тебе могут отрубить голову за непочтительное отношение к принцу? Думаешь, корона не сможет обойтись без тебя? – Риса жёстко осадила Кайла, останавливая его зарождающийся поток сарказма. Сейчас им точно не до выяснения отношений. – Давайте определим наш план действий. И в дискуссионную группу приглашаются только Гилем и я. Принц, прошу простить меня, это необходимое решение. Иди сюда, Гилем!

– Так, пойду-ка я пока обследую остров, – ответил на это Редлай и скинул с себя одежду, заставляя Айона краснеть.

Однако долго разглядывать тот себя не позволил, начиная превращаться в существо, которых принц не видел. Идеальная бронзовая кожа начала чернеть и трескаться, напомнив кору дерева. Вслед за этим его кости задвигались со звуком, напоминающим хруст поленьев в костре. Редлай упал на колени и в считаные мгновения превратился из человека в зверя. Айон видел перед собой какое-то странное подобие пса, словно выточенного из дерева, на котором паутины трещин горели синим цветом. Глаза Редлая пылали так же, как и в день крушения. На его шее красовалась небольшая грива, а ноги украшали пугающие когти. Длинный тонкий хвост вычерчивал кончиком замысловатые узоры на песке. Но сложнее всего Айону было оторваться от зубастой пасти. Морда Редлая могла упереться ему точно в грудь. Каждое движение оборотня сопровождалось скрипом, похожим на скрип несмазанных петель. Он фыркнул, повернув голову в сторону Гилема, и сорвался с места, оставляя за собой ямы из песка.

– И почему я не могу так же сбежать? – прошептал Азель.

– Потому что ты будешь вечно молодым и красивым, Азель, а теперь замолчи, – ответила ему Риса.

Она мотнула головой, откидывая волосы, и подошла к Гилему, аккуратно касаясь его руки. С виду Гилем никак не изменился, лишь глаза слабо сверкнули золотом. От расслабленной позы не осталось и следа. Создавалось впечатление, будто он ушёл глубоко в себя. Все затихли. Видимо, сейчас Риса использовала неизвестную принцу способность, дарованную искрой. Гилем оглянулся сначала назад, потом посмотрел налево, коснулся песка и глубоко вздохнул. Только спустя минуту его плечи наконец-то расслабленно опустились, и он снова стал похож на самого себя. Айон абсолютно не понимал, что произошло.

– Искра Рисы усиливает способности других, когда она касается их. – Илай незаметно подошёл к Айону и похлопал его по спине.

Принцу оставалось лишь воображать, что творится в голове у Гилема. Теперь понятно, почему Редлай удрал.

– Я не знаю, где мы, – это прозвучало как гром среди ясного неба. Шуточное настроение Гилема тут же растворилось в недоумении. В Виаруме было мало вещей, которые оставались ему неизвестны. – Учитывая всю информацию, которую мы получили за последний час и все имеющиеся данные, в моей голове с описаниями материков и прилежащих островов… я не знаю, где мы. Также, принимая во внимание скорость наших кораблей, время путешествия и то, что мы доплыли сюда, у нас не так много вариантов. Это не Вулканический остров, не остров Зелёного Дракона и не остров Золотого Песка. На другие острова мы просто не смогли бы добраться живыми. Поэтому либо мы на новом, не известном никому острове, либо кракен утащил нас в бездну. Причём по чьему-то желанию.

– Я тоже подумала об этом, когда увидела все его щупальца.

Айон перевёл взгляд на Рису. Он не хотел показаться недалёким, но единственное, что, возможно, понял правильно, – кракен напал с чьей-то подачи.

– Учитывая количество щупалец, ему не менее ста лун. Как могло произойти так, что настолько старое существо скрывалось так долго в водах первого материка? Мы шли по стандартному маршруту, а значит, его появление феноменально!

– Я не уверен, что такая старуха решила бы покинуть обжитое гнездо. Я редко чего-то не знаю, но сейчас у меня нет идей. На нашем судне не находилось ничего ценного! Ни пиратам, ни монстрам не нужны наши пожитки. И самое интересное – наш остров! Я без понятия, где мы находимся. Пока я не нашёл ничего примечательного, чтобы понять… Возможно, Редлай прояснит ситуацию.

– Так, а что нам делать сейчас? – влез в разговор Азель.

Риса лишь злобно фыркнула на него, чтобы заткнуть. Почему-то Айон уже боялся её больше любого зверя на неизвестном острове.

Гилем быстро пробежался глазами по всем.

– Необходимо разделиться, – бросил Гилем.

Илай притянул Сину поближе к себе, Азель попытался сделать то же самое с Рисой, но она хлопнула его по руке.

– Если сейчас Редлай не обнаружит ещё выживших, будем действовать по протоколу крушения корабля. Самое главное – найти источник пресной воды – это выполнено. Айон постарался. Около двух с половиной километров на юг и в джунгли. Там мы разобьём лагерь. Необходимо собрать чего-нибудь поесть. Илай и Риса отправляются к источнику пресной воды. И не смотри на меня таким взглядом, дружище. Вам необходимо произвести разведку вокруг источника на предмет гнёзд опасных животных, змей, пауков и так далее. Также необходимо, в принципе, подготовить место.

– Не слишком ли рискованно поручать им такую миссию? – Азель бросил взгляд на Рису и продолжил: – У них нет ни одной боевой способности. Если там окажется кто-то опаснее, чем змеи и паучки?

– Илай необходим, чтобы мы могли вернуться к назначенному месту. Риса, помимо своей искры, использует мозги, – иногда единственная среди нас. Она сможет прикинуть план действий на ходу. Тем более, если усилить способность Илая, то его искра может превратиться в крайне действенную защиту.

– Рису только пусть не подожжёт.

– Так или иначе, я и Редлай будем бродить неподалёку. Он попытается загнать какую-нибудь дичь, а я соберу ягод, грибов и какие-нибудь плоды. Никто из нас не подходит на роль охотника лучше него. Без обид, Сина и Азель. А собрать дары природы на неизвестном острове чревато отравлением и смертью. Будем надеяться, что моих общих знаний достаточно. Так. – Гилем посмотрел на Сину и Азеля. – Вам, ребята, необходимо сделать луки и копья. Редлай сдохнет, если мы заставим его мотаться по всему острову за дичью в одиночку. И наконец…

– Почему-то мне кажется, сейчас будет часть, которая мне не очень понравится…

– Кайл и Айон. Учитывая ваши способности, необходимо поискать еду в океане. Нам подойдут водоросли и рыба.

Принц посмотрел на море. Он считал своим долгом хоть чем-то помочь команде. Здесь, на неизвестном острове, он совсем не ощущал себя представителем королевских кровей. По факту, он был самым бесполезным членом группы.

– Не нужно ловить ничего цветного, яркого. Скорее всего, это что-то ядовитое. Кайл плюс-минус разбирается, так что справитесь. Редлай!

Из джунглей секунд через десять показался оборотень, но не стал подходить к ним, а решил подождать на границе между растительностью и песком. Айон предположил, что бегать по песку ему не нравится.

Каждый уже успел подойти к назначенной паре. Даже Илай отлип от Сины и обсуждал какие-то мелочи с Рисой. Принц перевёл взгляд на Кайла. Тот, казалось, делал вид, что Айона не существует, а заодно и всей их компании. Он продолжал лежать и перебирать руками песок. Он явно не выражал особого рвения работать вместе с Айоном. Почему-то принцу казалось, что проблемы Кайла – это его личное дело и лезть туда не стоит, во всяком случае пока. Из них получится странная команда. Тот, кому не нужно дышать, и тот, кто не может утонуть.

– Итак, судя по солнцу, сейчас где-то между четырьмя и пятью часами дня. Поэтому всем необходимо вернуться к месту сбора как только начнется закат. Если кому-то будет сложно ориентироваться, то по истечении срока Илай и Риса обеспечат вам световой сигнал. Идём в разных направлениях, но стараемся не уходить слишком глубоко в джунгли. Пожалейте Редлая, ему ещё со мной возиться. – Оборотень впереди еле слышно заскулил. Гилем взял одежду Редлая. – Вроде все инструкции озвучил. Постарайтесь не умереть, пожалуйста. А там что-нибудь придумаем. Погнали.

Прошло совсем немного времени, а команда выживших уже составила какой-никакой план действий и без колебаний начала ему следовать. Ребята разбились на пары и пошли строго в обозначенных направлениях, а Айон смотрел им вслед. По меркам принца, слишком многое произошло за последние пару дней. За все его двадцать лун с ним не случалось ничего настолько же масштабного. А теперь он стоял посреди неизвестного острова наедине с парнем, у которого, вероятно, самый отвратительный характер во всём Виаруме. Шум моря позади невольно напомнил о судьбоносном и не очень умном решении. Гилем оказался прав: таранить кракена – сумасшествие. Так или иначе, они живы. Это ли не успех?

– Так и будешь стоять столбом? – Кайл щёлкнул пальцами перед лицом Айона, привлекая внимание.

Принц удивлённо похлопал глазами. Кайл в очередной раз фыркнул.

– Я сказал, давай шустрей. Если пройти ещё триста метров, там будет парочка каменных пиков, торчащих из воды. Как правило, там растут водоросли и живут крабы.

И не говоря больше ни слова, Кайл пошёл вперёд. Отчего-то Айон предполагал, что они не сработаются вместе. О чём думал Гилем, когда объединял их в команду? Вероятно, они стали жертвой его холодного расчёта. При всём желании один не смог бы утопить другого в случае ссоры. Если это так, то книгописец действительно гений. Айон смотрел на широкую спину с тату у Кайла с любопытством. Чёрная точка татуировки находилась где-то между лопаток. Всю свою жизнь тот проработал матросом. Хоть работа на кораблях и тяжёлая, но и дураку ясно, что Кайл любил физическую активность. По сравнению с ним Айон походил на голодающего ребёнка.

– О чём задумался? Сколько людей отправит твой отец на обыск морского дна? – Кайл до сих пор держал дистанцию, не поворачивался, но принц чувствовал ухмылку.

– Нет.

Айон только сейчас задумался об этом. Может, он и благородных кровей и как минимум наследный принц, но он не питал иллюзий по поводу скорого спасения. По крайней мере, не с помощью своего отца. Мать, сестра, да даже слуги могут сесть в шлюпку и отправиться на его поиски. Они прочесали бы всё дно океана, чтобы найти его. Только вот королева не может надолго покинуть замок, а сестру они скорее посадят на цепь. Остаётся надеяться, что мама сыграла удачную партию и отец под гнётом мнения общественности отправит на поиски команду. Главное, чтобы им правильно поставили задачу и она не звучала бы как: «Не найти. А если и найдёте, то прикончить».

Через двадцать минут они вышли к каменным пикам, торчавшим из воды.

– Не трогай ничего яркого. Если ты не вернёшься живым, остальные подумают, будто я намеренно тебя убил. – Кайл снял рубашку, бросил на песок, а потом принялся подворачивать штаны.

Айон снова задумался.

– Что ты вечно витаешь в облаках? Снимай рубашку и подверни штаны.

– И что же нам делать с одеждой? Она очень быстро износится… – Кайл поднял левую бровь в недоумении.

– Это не самая большая наша проблема, – Кайл резко перестал говорить и сам задумался о чём-то. – Возможно, в ближайшее время стоит поискать обломки кораблей. Вдруг остатки прибьёт к берегу? А пока, королевская задница, прошу проследовать в воду и наловить на ужин крабов.

– Чего ты к ней привязался? – Айон сжал губы и со злостью бросил рубашку на песок. – Для меня ничего не значат эти титулы. Не надо каждый раз напоминать всем о моём происхождении. Во-первых, никто не успел забыть, а во-вторых, это не имеет никакого значения на берегу неизвестного острова!

– Потому что именно эту задницу мы и повезли путешествовать по миру. Так бы я сейчас сидел где-нибудь в портовой забегаловке и пил ром. Может, нашёл бы с кем провести ночь. А теперь застрял с высокопоставленной особой за ловлей крабов. Как думаешь, где мне хочется быть? – Кайл не стал ждать, пока Айон отойдёт от своего очередного шока, а просто прыгнул в воду. – Давай же, нам ещё потом надо высохнуть.

– Я, может, и сам не хотел путешествовать…

Мягко говоря, Айон плавал так себе. Когда океан в доступной близости, рано или поздно кто-то научит тебя плавать. Вот только, будучи не очень активным, принц избегал излишней практики. Пока Кайл лениво водил руками по воде, лёжа на спине, Айону приходилось усердно работать. Он ещё не знал, насколько здесь глубоко, поэтому не собирался рисковать и пытаться нырять под воду.

Когда парни добрались до первой выступающей скалы, Айон уже собирался потерять сознание и поспать пару часов на дне. Голод давал о себе знать, и любое движение давалось с великим трудом. Кайл усмехнулся и принялся плавать вокруг камня, пытаясь поддразнить уставшего принца.

– Держи.

Пока Айон переводил воображаемое дыхание, Кайл обследовал камень и протянул ему какую-то водоросль. Принц подозрительно посмотрел на сомнительный дар. Его недоверие вызвало лишь очередное фырканье.

– Это люцис, безвкусная водоросль, которую едят бедняки. В ней много питательных веществ. Не деликатес, но есть можно. Быстро усваивается, поэтому на время удастся избежать голодного обморока.

– Как ты узнал? – Айон аккуратно взял скользкую водоросль. Он откусил немного и чуть не выплюнул. Такой дрянью долго питаться просто невозможно. Так или иначе, Айон съел всё, что предложили. – Дай мне пять минут.

– Да пожалуйста. Я всё равно кроме них ничего здесь не нашёл. Всё спрятано под водой. Туда мне путь заказан.

Кайл вновь лёг на спину и положил голову на руку. Айону казалось, будто он не в воде, а на пуховой перине. Зря он съел эту водоросль.

– Легко догадаться, кстати. Если ты не дышишь, но искал источник воды, то, скорее всего, нужна и еда. Думаю, еда определяет уровень и интенсивность твоей физической активности. Это как подкидывать поленья в камин. Что-то типа того.

– Сколько к тебе необходимо прицепить груза, чтобы ты утонул?

Кайл подозрительно посмотрел на Айона. Тот не сразу понял, чем вызвал такую реакцию.

– Просто интересен предел твоей непотопляемости. Это ты вытащил Илая?

– Я думаю, примерно столько же, сколько вешу я. Я никогда не интересовался точной цифрой. Обычно, если людей в бурю выбрасывало за борт, то одного я с лёгкостью вытаскивал. – Кайл как ни в чём не бывало откусил мерзкую водоросль и продолжил с набитым ртом: – Да, я вытащил Илая. Правда, он больше орал, моля о спасении Сины.

Айон еле удержался от вскрика. Мама бы умерла на месте от таких манер.

– А какие у них искры? Ну, у девушки Илая и того самодовольного парня?

Айон испугался, что Кайл начнёт говорить про себя. Он смотрел на матроса чересчур наивным взглядом. От взгляда Айона Кайлу стало неуютно: слишком детский, любопытный и открытый.

– Сина способна прикосновением заострить любой предмет. Из палки сделать копьё, меч и прочее. Она отлично управляется с оружием. Поэтому Гилем и отправил её мастерить копья и прочее. – Теперь Кайл положил руки на живот и закрыл глаза. – А Азель… Просто вечно молодой. Подробностей не знаю.

– А почему его отправили вместе с Синой? – Айон чувствовал, как понемногу приходит в себя. Сомнительное угощение наконец-то подействовало. До полного эффекта ещё часа четыре, но и этого вполне достаточно. – Эм, разве эта способность не бесполезна в корабельном деле?

– Азель – дипломат. Он использует свою внешность и красноречие во время сделок. Так что, помимо королевской, у нас ещё и заносчивая задница есть. – Айон сжал зубы. – Так как его способность – лишь красивое лицо и молодость, то это мотивировало его брать уроки фехтования и прочих боевых искусств. Его не так тяжело ранить, но это не мешает ему вести себя как выскочка. Думаю, это настоящая причина, почему Риса до сих пор не бросила его.

– Понятно. – Айон огляделся по сторонам. – Кажется, я могу двигаться. Я тогда пошёл на дно. Какой у нас план?

– Всё просто: находишь краба побольше, может, моллюска, и поднимаешь его мне. Я тут его зашибу камнем. Как наберём побольше, я отнесу их на берег. И помни, ничего яркого. Не борись с морскими змеями, драконами и не трогай ежей. Иначе… – Тут Кайл остановился. – А, ну да, ты и так не дышишь. Ежей можешь трогать.

– Очень смешно.

Айон начал карабкаться по скале вниз. Им повезло: здесь оказалось неглубоко, всего около трёх метров. Принц отлично видел дно, скалу, так что ему не приходилось идти на ощупь. Водная толща слегка давила на голову, но пока это не доставляло серьёзных проблем. Ему пришлось порыскать по морскому дну, чтобы найти краба, зарывшегося в песок.

И вот тут их план слегка изменился – эта морская тварь была полметра длиной, с огромными клешнями, и решила побороться за жизнь. Айон не стал рисковать своими пальцами и перед нападением нашёл острый камень. Битва для принца прошла не так легко, как хотелось бы. Краб успел цапнуть Айона пару раз. Царапины лишь раззадорили принца. Он с остервенением и насколько хватало сил вколачивал камень в место, которое определил как голову краба. Люди, занимающиеся отловом морских существ на первом материке, по его мнению, явно получали недостаточно. Когда членистоногое перестало шевелиться, принц потащил его на поверхность.

– С первым убийством! – Кайл подплыл к Айону и забрал краба. – Песчаный краб. Неплохо. Но мяса в них обычно немного. Таких нужно штук пять, иначе смысла нет. Присмотрись к самой скале, там должны быть моллюски. Я пока отнесу его на пляж.

– Хорошо.

Айон наблюдал за уплывающим Кайлом. Отношение матроса к нему вызывало всё больше и больше вопросов. То он бросался своими едкими словами, то общался как воспитанный человек. Принц решил подумать об этом позже, пока он счёл более важным вновь отправиться отлавливать крабов.

Ему и правда придётся постараться. Охота могла затянуться, и не исключено, что он снова будет есть отвратительные водоросли. Айон оглядел скалу, но не решился без Кайла что-то пробовать на вкус. Не хватало только отравиться и пойти на дно тогда, когда с ним в команде был живой поплавок. Стоило крабу оказаться на берегу, Айон начал вновь погружаться в воду.

Охота на крабов, по скромной оценке принца, прошла «неплохо»: четыре краба, три больших моллюска и куча водорослей. Кайл дал более реальную оценку: «отстой». Они обплыли все скалы, но Айон, как ни старался, не смог ничего найти. Их время почти вышло, поэтому они приняли решение сделать последний заплыв и отправляться на берег. Несмотря на все усилия, ничего толкового парни не нашли. Зато отыскали ракушку с жемчужиной. Всё же лучше, чем ничего. Два раза поскользнувшись в процессе ныряния, чуть не уронив находку, Айон всё же смог добраться до поверхности и выплюнуть воду.

– Ты знаешь, как это мерзко выглядит? – поинтересовался Кайл.

Айон лишь высунул язык от усталости.

– Ничего не нашёл?

– Только это. – Айон протянул ему жемчужину.

– Отлично, ещё штук триста таких, и можно открывать ювелирную лавку. Два часа поисков – и одна жемчужина.

Айон после частых заплывов и двух серьёзных головокружений научился слышать издевательства через раз. При этом Кайл всё же забрал находку и повернулся к нему спиной.

– Держись. Не хватало ещё потерять тебя на полпути.

– В таком случае я просто пойду по дну.

Айон крепко схватился за плечо, и они не спеша поплыли в сторону пляжа. Если отбросить все обстоятельства и вообразить, что это обычный отдых вне поместья, то Айон не находил ничего необычного. Он покрепче схватился за Кайла, тот лишь буркнул что-то под нос о том, что «кому-то всё же нужно дышать», и погрёб чуть быстрее. Где-то в джунглях загорелся яркий свет. Это Илай подавал всем сигнал о завершении поисков и охоты.

– На песок не падать. Иначе опять придётся идти в воду. Наше время и так подошло к концу.

От слов Кайла Айон застонал и постарался удержаться на ногах. Его слегка повело вбок из-за ватных ног. Он покрепче ухватился за Кайла, тот в ответ вцепился в его шею.

– Я сказал – не падать.

– Да стараюсь я, стараюсь. – Айон отлип от спасительной руки. Силы понемногу возвращались к нему. – Ох, ещё и назад тащиться. Я без сил.

– Не ной. Здесь нет носильщиков.

– Ты опять начинаешь?

– А я заканчивал?

Айон постарался сделать максимально невозмутимое лицо, но Кайл лишь нагло и без зазрения совести улыбался. Плюнув на очередной бессмысленный спор, принц стал поднимать их добычу, силясь не охать. Не хотелось лишний раз давать повод для глупых шуток. Загрузившись по полной, они направились в сторону источника света. Айон сжимал зубы, смотрел в одну точку, менял опорную ногу, но всё равно выглядел как осёл, взбирающийся в гору. Хорошо хоть Кайл молчал и не кидал едкие комментарии. Когда они увидели костёр, Айону захотелось заплакать от счастья.

– Ты знаешь, когда ты исчезаешь на двадцать минут под водой или вот так идёшь без единого звука… это странно и немного страшно.

Айон подозрительно покосился на Кайла.

– Тяжело свыкнуться даже не с отсутствием у тебя дыхания, а с тем, что не слышно твоих вдохов и выдохов. Твоё прозвище… оно подходит тебе.

Они почти подошли к костру и уже слышали звуки голосов и журчание воды, но Айон резко всё бросил. Он с нескрываемой злостью ткнул в Кайла пальцем. Такая смена настроения удивила, и Кайл даже не успел изобразить это удивление на лице, не то что произнести хоть слово. Парой фраз он успел оскорбить Айона. Тот надеялся, что однажды его прозвище исчезнет со страниц истории Виарума. Но как это возможно, если каждый второй тыкает им в лицо?

– Знаешь что?! Может, я и Мертвец, но ты не Непотопляемый! Ты бревно! – Толкнув Кайла в грудь напоследок, он убежал к океану.

– Эй, ты чего? – появился из ниоткуда Азель.

– Не знаю. – Кайл посмотрел на друга. – А правда? Чего это я?

– И что это было?

– Отстань.

Азель лишь выгнул бровь, когда Кайл закатил глаза и понёс добычу к костру.

Айон сидел на остывающем песке и смотрел поверх водной глади. Он вспылил на замечание Кайла по поводу его искры и не мог успокоиться уже целый час. Ему повезло: он успел набить желудок отвратительными водорослями во время ловли крабов, поэтому чувство голода немного притупилось. Он время от времени задавался вопросом, почему ещё никто не попытался поговорить с ним. Нет, на самом деле Айон был благодарен за то, что они оставили его в покое, но он не мог перестать волноваться за свою жизнь. Посиделки на берегу неизвестного острова в сумерках – как будто бы не очень хорошая затея. Он боялся вернуться в лагерь и никого там не найти. Мало ли что могло произойти.

Принц перебирал руками песок, наслаждаясь ощущениями. Он не мог вспомнить, когда в последний раз выбирался к океану. Нельзя сказать, что отец запирал его, не давая свободно перемещаться по городу, но как-то так сложилось, что после наступления двенадцати лун практически всё время он проводил в замке.

Домашняя суматоха, сестра и другие родственники с прислугой отвлекали и не позволяли задумываться о слишком узком круге общения. Его новые знакомые общаются легко и непринуждённо, даже несмотря на их разные звания и статусы. Среди них Айон чувствовал себя чужим. Он понимал: даже после просьбы воспринимать его как равного они не смогут быстро поменять своё отношение. Тем более их жизни всегда были полны проблем, не то что у принца. И даже если они все ровесники, Айон еще слишком неопытный.

Когда он снова посмотрел на горизонт, сердце, как и в первый раз, пропустило удар. Солнце уже скрылось, но продолжало мазать лазурью по небу. Звёзды вспыхивали быстрее, чем Айон успевал моргать. Он ещё раз пожалел, что здесь нет Брины. Сестра почти каждый день выходила в свой сад и смотрела на небо – туда, где начинался рассвет. При всей их власти достаточно было пальцев одной руки, чтобы сосчитать, сколько раз в жизни она наблюдала закат на берегу океана. У короны всегда много врагов. И прямо сейчас Айон сидел и любовался небом и абсолютно не хотел домой. Возможно, завтра он будет ныть и просить богов о спасении, но не сегодня.

Он облегчённо прикрыл глаза, когда кто-то сел рядом. Айону, по правде, не очень хотелось разговаривать, скорее просто не быть одному. Так или иначе, компанию ему пришёл составить точно не Кайл. Да и с чего бы ему приходить? Он на самом деле не сказал ничего оскорбительного, фактически лишь правду. Ему и до этого шептали в спину: «Мертвец», – придворные и горожане, близкие и незнакомцы. Но вот неприятно стало именно из-за того, что человек, которого он видел второй раз в жизни, так точно смог разглядеть его страхи, и главное – подтвердить их. Может, Айон и слишком по-детски отнёсся к ситуации, но случилось что случилось.

Так или иначе, сейчас с ним сидит не Кайл. Может, оно и к лучшему… Принц аккуратно повернул голову и распахнул от удивления глаза. Рядом с ним сидела девушка Илая.

– Если что, напомню, что меня зовут Сина.

Изумлённый взгляд принца не остался ею незамеченным. Как успел понять Айон, она являлась настоящим бойцом в их группе, учитывая способность, дарованную ей искрой. Сина улыбнулась. Видимо, её предупредили, что Айон предпочитает общаться без титулов и званий. Он был благодарен, что Сина не начала петь дифирамбы его королевскому происхождению.

– А меня Айон, – принца смутил его же ответ.

Среди девушек только Брину он мог назвать своим другом, поэтому в присутствии симпатичной незнакомки заметно занервничал. Его отец всегда держался достойно. Правда, мама ни разу не спускала с него глаз.

– Это и так ясно. Принца знают все, а обычного воина – нет. – Она ни капли не стеснялась говорить о разнице в их социальном статусе, да и производила впечатление намного более уверенного человека, чем два Айона вместе взятых. Её взгляд мог напугать дикого зверя, но при этом внешне она была хрупка и нежна.

– Я знаю, что тебя зовут Сина. Вы с Илаем влюблены друг в друга, верно?

Во всех представительницах прекрасного пола, которые входили в их компанию, он видел некий стержень. Сейчас Айон лучше понимал слова матери, что леди видно издалека. Хотя непростые условия жизни и профессии сделали из Рисы и Сины нечто другое, отличное от слова «леди». Принц не мог найти нужного слова, но это ему нравилось больше, чем притворство королевского двора.

– Да, он мой парень. Мы хотели вступить в союз после поездки на второй материк. Может, даже остаться там жить.

Айон посмотрел на неё сначала заинтересованно, а потом открыл рот от удивления. Их первый материк не блистал гостеприимством, но, по крайней мере, на нём был благоприятный для жизни человека климат. В Бесконечной Пустыне вездесущая жара и мучит жажда.

– Не надо так удивляться. Там много света, и поэтому Илай сильнее, а это увеличивает наши шансы на выживание. Я уже ничего не говорю про собственную силу. Благодаря ей можно легко справиться со всеми тварями.

– Кайл рассказал, что ты можешь из палки сделать острое копьё или типа того. – Айон не знал, мог ли разбалтывать об их разговоре другим людям, но совесть его не сильно мучила. В конце концов, сам мистер Непотопляемый не задумывался о чужих чувствах.

Сина улыбнулась, заставляя Айона покраснеть. Благо темнота ночи скрывала его лёгкое смущение.

– Да, но тут есть оговорка, я могу заострить любой предмет.

Сина посмотрела по сторонам в поиске чего-нибудь подходящего. На песке ей удалось найти лишь небольшой гладкий камень. Глубоко вздохнув, она взяла его в две руки. На глазах с камня полетела пыль, его края осыпались до тех пор, пока не стали острыми, словно лезвия. Айон поёжился. Выглядело устрашающе. Она легонько прикоснулась пальцем к острому краю, и по её запястью тут же потекла тонкая струйка крови. Сина аккуратно прижала рану безымянным пальцем и выбросила камень в сторону океана. Айон загляделся на расходящиеся круги на воде.

– Невероятная способность. С такой можно пойти в армию прямо с четырёх лун. – Принц поднял глаза к небу с немым вопросом о том, кто распределял способности их искр. А главное – в чём их смысл. – Мне кажется или среди вас собрались какие-то уникальные люди? Ну или просто очень полезные.

– Насчёт моей способности ты ошибаешься. Когда дитя возрастом в четыре луны может превратить любую игрушку в смертоносное оружие – это проклятие. Как для родителей, так и для ребёнка. С тех пор, как открылась моя способность, я вынуждена носить перчатки.

Айон догадался, почему Сина совсем не боялась боли от пореза. Её жизнь – настоящая каждодневная схватка с собственной искрой. Любое неосторожное движение могло привести к ранению.

– Вся моя одежда заколдована. Многочисленные печати позволяют почти полностью снизить мощь способности. Я за одежду держалась сильней, чем за доску при крушении.

– Как же ты поцеловала Илая? Твоя способность искры не действует на людей? – Понемногу в процессе разговора негативные эмоции стали покидать Айона. Медленно, но верно Сина вытягивала ужасное послевкусие от фразы Кайла. Порочный круг самобичевания и бессмысленных вопросов наконец-то разорвался.

– Да, она не действует на людей. И хорошо. Знаешь, многие вещи стали бы невозможными, – она загадочно улыбнулась и понизила голос, и Айон тут же покраснел. Он даже и не подумал о подобном… – Ты так долго сидишь на пляже посреди неизвестного острова. Обычно ночью просыпаются хищники. Ты же не хочешь стать ужином для какой-нибудь кошки?

– Не думаю, что, пока Редлай поблизости, кто-то нападёт на нас, – это прозвучало логично.

Айону не хотелось об этом думать, но оборотень, скорее всего, успел обозначить территорию. Многие животные будут обходить место, которое охраняет оборотень трёх сущностей.

– Я не успел заметить, как наступила ночь. Я просто думал о всяком и наблюдал за солнцем. Никогда не видел такое количество звёзд…

– Редлай всё же не каменная стена. Уж поверь мне. – Сина отвела глаза в сторону и вновь улыбнулась.

За такой реакцией точно стояла какая-то интересная история, и Айон начинал потихоньку завидовать этим их общим тайнам и воспоминаниям.

– Я успела побывать на многих вылазках, когда сидишь в укрытиях по многу дней. За это время успеваешь насладиться природой так, что начинаешь её проклинать. Ты ещё не видел закат с северного побережья на материке Великанов. Перед заходом солнца в небе появляются тысячи цветных огней. Ты хоть раз выезжал из города?

– Нет. Нам с сестрой не позволяли. Мы как бы наследники трона. – Айон еле удержался от страдальческого скулежа. С четырнадцати лун даже кто-то такой недалёкий в вопросах власти, как он, понемногу начал понимать, что королём ему не быть. Их с Бриной готовили к совсем разным судьбам. – Иногда смотрел на красивое небо в саду сестры.

– Королевского размаха не чувствуется, – Сина не скрывала своего удивления. Каждый раз, когда она видела королеву, смотрела ей вслед до последнего. Многие не любили корону по разным причинам, но обычно из-за зависти. – Ты уверен, что не перепутал свой дом с темницей?

– Может, это все остальные перепутали темницу с королевским замком?

Сина окинула Айона оценивающим взглядом. В его голубых глазах отражались звёзды, а луны придавали какой-то неестественный бледный оттенок. Несмотря на полное отсутствие жизненного опыта, Айон иногда выражался чересчур мудро. Он не умел ничего. Выращенный как домашний цветок, Айон, конечно, не мог умереть от укуса комара, но в его взгляде было что-то такое, что Сина уже где-то видела раньше: когда загоняешь больное животное, оно уже не так отчаянно пытается спастись в отличие от молодого. И дело не в возрасте, а в желании жить и бороться. Она вспоминала эти глаза, и в них зачастую отражалось смирение. Вот и принц сидел на берегу неизвестного острова и не знал, есть ли смысл возвращаться…

Именно в этот момент Сина решила обдумать свою любовь к короне и королеве. Все знали, что Сина мягка и учтива в общении с кем бы то ни было, поэтому именно её попросили сходить и проверить принца. Его странное поведение беспокоило остальных. Но, отыскав Айона, она разглядела в нём куда больше проблем, чем просто обиду на отвратительное прозвище. Они смогли вытащить из Кайла лишь крохи информации, после чего тот просто куда-то ушёл, захватив лишь немного водорослей, и, как принц, пока так и не вернулся. Всем стало как-то не по себе, лишь Азель время от времени загадочно улыбался.

– Айон, почему ты так обиделся на Кайла? Я, конечно, понимаю, что это Кайл, но всё же. – Сина коснулась его плеча.

Ощущая тепло её ладони, принц слегка расслабился. Он чувствовал поддержку от человека, детство которого прошло под девизом «Нельзя! Не трогай!». Кому ещё приоткрыть свои сомнения и страхи на неизвестном острове, как не ему?

– Дело не в самом Кайле, – осторожно начал принц, и Сина слегка сжала руку на его плече в знак поддержки. – Дело в моей искре и статусе. Это две противоположные вещи. Люди зовут меня Мертвец. Как думаешь, каково это – быть принцем с таким прозвищем? Если среди обычных людей можно скрыть это, притвориться, то про члена королевской семьи сразу начнут ходить слухи. Мой отец умный человек и настолько же жестокий. Лишь моя мама спасла меня от ссылки в никуда. По крайней мере, пока мне не исполнилось двадцать лун.

– Почему мне кажется, что эта поездка и есть твоя первая ссылка?

Айон повернулся к Сине. В его глазах плескалось море благодарности. Она смогла так чётко и правильно сформулировать все мысли в его голове, что ему даже не верилось. Раньше он видел это лишь на дне глаз своей матери.

– Кайл назвал тебя Мертвецом?

– Да. – Айон кивнул. – Я понимаю, что он не со зла. Даже за такое короткое время я понял, что Кайл – придурок, но именно в этом случае его вины нет. Назвав меня так, он лишь указал на то, что действительно приметил. Мы ловили крабов с ним три часа. Я никогда этим не занимался. В любом случае не для пропитания. А по итогу он сделал вывод и связал это с моим прозвищем. Я находился под водой больше двадцати минут.

– Это удивительно, между прочим!

Сина попыталась сдержать удивление, но не смогла. Айон ответил укоризненным взглядом. Она в свою защиту тут же заулыбалась, и на этот раз принц решил не заострять внимание на её реакции. Тем более её слова прозвучали как комплимент.

– Не обижайся, но это невероятно. Всё, что связано с чем-то таким необходимым, как дыхание, завораживает. Я не со зла, правда.

– Сказала Девушка-Точильный-Камень.

Сина удивлённо охнула от придуманного прозвища, и настала очередь Айона улыбаться.

– Когда я разозлился на Кайла, я назвал его бревном. Ну знаешь, это не последняя ассоциация…

– Ха-ха, это определённо понравится Гилему, не забудь рассказать ему о новом прозвище. Наконец-то у него появился достойный соперник. – Она засунула руку в почти остывший песок и глубоко вздохнула. – Только про моё не рассказывай.

После непродолжительного разговора с Синой принцу стало легче. Глупые и раздражающие мысли окончательно покинули его голову. Ещё ни разу в жизни он ни с кем не делился переживаниями по поводу своего прозвища. В их небольшой ссоре вины Кайла нет, это всё чересчур взбалмошный характер Айона. В детстве он постоянно дрался с сестрой. Благо та умело давала сдачи, и так хорошо, что Айон вспоминал об этом каждый раз, когда разглядывал в зеркале спину, – тонкий шрам от ногтей поднимался от копчика вверх на три позвонка. Так Брина показала, что нельзя дёргать девочек за косички.

Где-то справа послышался надрывный вой. Сина и Айон развернулись в сторону звука.

– Редлай закончил прочёсывать территорию.

Вдали на берегу стоял оборотень и вглядывался в океан так же, как и они, но уже через мгновение Айон кожей почувствовал взгляд оборотня на себе. Однако лунного света не хватало, чтобы сказать наверняка, повернулся ли к ним Редлай.

– Это значит, нам пора возвращаться. Как думаешь, мы можем идти?

– Да, думаю я насмотрелся на эту красоту… И проголодался.

Они поднялись с холодного песка и отряхнулись. Сина улыбнулась и кивнула в сторону лагеря.

– О боже, я так хочу жрать!

– Принц! Что за слова?! – Она рассмеялась.

Айон замер от неожиданности. Она с такой точностью изобразила его маму, что он невольно выпрямил спину. От этого Сина засмеялась ещё громче.

Они пошли к лагерю, полностью скрываясь в тени джунглей. Редлай наконец-то прекратил смотреть им вслед и сделал один шаг вперёд к укрытию, но остановился. В стороне от места, где сидели ребята, стоял человек. Сначала оборотень напрягся и пригнулся, пытаясь стать незаметней, но, когда ветер подул в его сторону, расслабился. Редлай узнал, кому принадлежит запах, за считаные секунды. Кайл просто не успел подойти к ребятам. Кому-то нужно немного больше времени, чтобы набраться храбрости и совершить не свойственный для себя поступок. Редлай понимал его как никто – в прошлом у него у самого была похожая ситуация. Он сорвался в лес, оставляя Кайла со своими мыслями. Не стоит смущать его ещё сильнее.

– Проклятие! Это же засчитывается, Азель? – в пустоту спросил Кайл.

Кайл посмотрел на свои руки. В них он держал широкий лист, на котором собрал немного еды: пойманный вместе с Айоном краб, немного водорослей, пару нарезанных фруктов, орехи. Сколько же усилий ему стоило упросить Азеля принести это, не рассказывая об этом никому! Хотя Кайл был уверен, Риса точно догадалась. Она всегда всё примечала и знала. Этакий второй Гилем. Благо Азелю так же хватило мозгов молчать и не влезать не в своё дело. Кайл не мог похвастаться идеальным характером, но ушли времена, когда он не ценил близких людей или, по крайней мере, не пытался понять, что от него требовалось при общении с ними.

Так у него появились друзья.

Айон мог стать одним из них.

– В кои-то веки решил извиниться…

Айон еле продрал глаза, пытаясь понять, что происходит. Вокруг него то и дело сновали люди, перекрикиваясь между собой. Как бы принц ни пытался, но не мог понять время суток из-за плотной завесы деревьев. Лишь немного утренней лазури падало на ручей. Он и подумать не мог, что есть люди, способные встать в такую рань. Однако гомон голосов доказывал обратное. Айон повернул голову набок и увидел чьи-то стопы. Он прищурился, желая понять, кому они принадлежат, но потерпел полный крах. Нехотя он поднял голову и увидел хитро улыбающегося Кайла. Конечно, кто же ещё из команды мог так бестактно подойти и поставить ноги практически ему на лицо?

– Что, не выспался?

Глаза Айона слезились и горели пламенем, но подниматься и умываться он не спешил. Интересно, хватит ли у Кайла наглости его пнуть?

– Сидеть половину ночи на берегу – плохая идея.

– Отвали, пожалуйста.

Кайл хмыкнул и ушёл куда-то на целых десять минут, но всё же вернулся и уселся чересчур близко к лицу принца. Разум, затянутый пеленой сна, туго соображал. Буквально через десять секунд глаза Айона снова распахнулись, а сердце выпрыгивало из груди, и казалось, будто оно бьётся где-то в голове. Он перевёл взгляд бешеных глаз на умирающего от смеха придурка. Кайл держал в руках какую-то ёмкость со странной жидкостью, от которой тянулась вверх ниточка пара. Закончив смеяться над ним, он отпил оттуда и встряхнул головой. Теперь Айон не сможет заснуть, даже если от этого будет зависеть его жизнь. Рядом объявился Илай, пытающийся сдержать смех.

– Смотри, что Гилем нашёл вчера в лесу. Это ягоды с дерева эпора. Они бодрят лучше кофейных зёрен. Один глоток напитка – и ты сможешь бежать без остановки полчаса на полной скорости.

Айон со злостью посмотрел на Кайла. Принц с негодованием скинул с себя два больших листа, заменивших ему одеяло, и схватился за голову. Хотелось разбить эту непонятную скорлупу, где находилась жидкость, о голову Кайла.

– Я не знал, можешь ли ты различать запахи. Но, видимо, необходимо просто поводить перед носом.

– Айон, ты в порядке? – Илай решил узнать о его самочувствии, когда смог подавить смех. Хоть кто-то здесь оставался порядочным человеком.

Принц посмотрел на него вопросительно: «Почему ты не остановил его?! За что?» Илай лишь смущённо отвёл взгляд в сторону.

– Ты никак не хотел просыпаться, а нам необходимо поговорить, – прошептал Илай.

– Нам нужно сходить на разведку и охоту. Людей немного. Я знаю, что ты не делал ничего из этого, поэтому нам надо узнать, к какой группе тебя присоединить. Азель, Илай и Сина отправятся на северо-восток, Гилем, Риса и я – на запад, мы разведывательная группа. Редлай будет бегать где-то неподалёку. – Кайл усмехнулся и глотнул ещё своей странной жижи, допивая остатки. – Нам нужно выдвигаться минут через двадцать. Решай.

– Наверное, ему лучше отправиться с разведкой. Без навыков охоты и выслеживания будет туго. – Илай почесал подбородок и осторожно посмотрел на Айона. Тому явно хотелось пойти с ним и Синой. Компания странного Гилема и противного Кайла ему не очень нравилась. – Тем более рядом будет находиться Редлай, подстрахует в случае нападения или непредвиденной ситуации.

– Мы должны двигаться достаточно быстро. Он может нас задержать. До заката нам необходимо вернуться сюда, Илай. Может, стоит всё же оставить его на базе?

– Нет. Так он будет без защиты. Никто из нас не должен оставаться один. Третье правило выживания. – Складывалось ощущение, что Илай кого-то цитировал. Тут, в принципе, несложно догадаться. – Если пройдёте хотя бы половину пути, уже будет результат. А вот если мы вернёмся без еды, нас ожидает голодный вечер.

– У нас недостаточно людей. – Кайл дёрнул головой в нервном жесте, показывая свою раздражённость. Логика говорила ему согласиться с Илаем, но он до сих пор чувствовал неловкость в компании Айона. Кайл подслушал их разговор с Синой и знал причину их небольшой ссоры.

– Тогда решено. Пойду проверю готовность Сины.

– И Азеля, Илай? – уточнил Кайл.

– Да, и Азеля тоже.

Кайл посмотрел вслед Илаю и покачал головой со снисходительной улыбкой. При упоминании своей девушки тот светился и без искры. Даже Сина не особо радовалась этому решению. Всё же они с Азелем охотники, воины, а Илай – бывший фермер. Никто и никогда не видел бесшумных фермеров. Охота в такой компании обещала быть изнурительной и безрезультатной. Редлай, посмотрев на две сформировавшиеся команды, тут же предложил держаться неподалёку от группы разведки, но на приличном расстоянии. Так ему не придётся терпеть надоедливых и нерасторопных людей. Команда из Гилема, Кайла, Айона и Сины звучала как очень плохая шутка.

Айон смотрел на задумавшегося Кайла, не в силах подобрать слов, чтобы начать разговор. Без Илая неловкость между ними стремительно возрастала. Благо сам Кайл решил их проблему.

– Так, давай сразу всё решим. Маленький инструктаж. Нельзя уходить дальше чем на пять метров от меня или кого-нибудь в группе. Нельзя трогать, есть неизвестные плоды, цветы, ягоды, орехи и так далее. Нельзя идти в начале. Нельзя идти в конце. – Кайл строго и наигранно по-детски показал на Айона пальцем. Ещё и брови нахмурил на манер Редлая. Издевался, не иначе. – И самое главное! Не бесить меня.

– С последним не обещаю что справлюсь, капитан! – Айон начал подыгрывать Кайлу в его детской манере. В конце концов, он младше и имеет на это право. – А кормить тебя неизвестными ягодами, орехами и фруктами можно?

– Извини, я не ем с чужих рук, я дикий зверь. – Кайл ухмыльнулся. – Таких как я не приручишь.

– Да больно ты мне сдался.

– У меня есть пара полезных навыков. – Кайл усмехнулся.

А принц оказался не таким простачком. Образ Айона как беспомощного принца медленно исчезал. Их «маленькое» крушение уже приносило больше плюсов, чем минусов. – В любом случае засчитано, королевская задница. У тебя осталось минут десять-пятнадцать, чтобы поесть. Неизвестно, когда мы сможем перекусить.

– И?

– Что «и»? Ты думаешь, кто-то собрал тебе еды? Мы не в королевском замке, здесь нет слуг. Скажи спасибо, что Гилем нашёл фрукты и орехи, а то пришлось бы снова есть водоросли. – Кайл показал пальцем на стопку листьев, рядом с которой аккуратной кучей лежали плоды.

Вчера Сина услужливо положила Айону орехи и ягоды на импровизированную тарелку в виде листа, но в полумраке они отличались друг от друга лишь размерами.

Сейчас он решил с умным видом просто набрать всего по чуть-чуть.

Айон сел на своё спальное место и начал разглядывать завтрак. Времени на размышления осталось немного. Принц отбросил надоедливые мысли и просто закинул горсть непонятных жёлтых ягод в рот. Палитра вкуса не заставила себя долго ждать: кислый вкус мешался с приторно-сладким, заставляя охать и ахать от неожиданности. Айон изо всех сил пытался не меняться в лице, но, исчерпав все моральные силы, забавно скривился.

Кайл лишь усмехнулся. Скорчив недовольную рожу, Айон решил попробовать какой-то орех. Однажды за обеденным столом в королевском замке он переел винограда и, как следствие, его рвало на протяжении трёх часов. Вкус от ореха напомнил то незабываемое время. Не сдержавшись, он выплюнул его и вытер рот рукой. Кайл не пытался сдерживаться, его смех спугнул всех птиц в округе.

– Вы решили меня отравить?! Как это вообще можно есть? Прекрати уже ржать! Кайл, мать твою.

Он не обращал внимания на Айона. Принц понял, что по неопытности попался на уловку. У них осталось немного времени, но Кайл, видимо, не собирался успокаиваться. Айон кинул в него орехом и попал точно в лоб. Непотопляемый замолчал и с удивлением уставился на принца.

– Осталось пять минут. Ты можешь выйти из режима придурка?

– А ты можешь перестать быть высокомерным засранцем и попросить помощи? Да я сам половину из них увидел только вчера! То, что ты съел в первый раз, – ягода кальи. Ждал просто, когда ты удосужишься попросить помощи. – Кайл поднял бровь и хмыкнул.

Айон сжал зубы покрепче и досчитал до десяти.

– Кайл, помоги, пожалуйста.

– Ты даже знаешь слово «пожалуйста»?!

– Кто-то из нас должен быть обучен манерам.

– Сейчас договоришься. – Кайл махнул на него рукой и встал с насиженного места. Он подошёл и забрал у него лист с фруктовым набором.

Айон лишь закатил глаза и наклонил голову.

– Так. Вот это фрукт кальи. С него нужно снимать кожуру. Руки потом сладкие невозможно, но что делать. Этот орех нужно обязательно есть с ягодами рума – вот этими, синими. Огромное количество дубильных веществ ореха нейтрализуется его соком. Сама ягода рума солёная. Получается что-то типа копчёной рыбы. Вот эту зелёную и ту оранжевую можно есть без опасений. А вот в розовом фрукте наниби только сердцевину. Осталось ещё немного водорослей.

– Нет, спасибо. Я лучше вот это. – Выслушав краткий экскурс о собственном меню, Айон принялся есть.

Кайл остался сидеть рядом, наблюдая, чтобы принц ничего не перепутал. От орехов у Айона возникло чувство, словно желудок набился соломой. Он подумывал взять горсть с собой в разведку.

– О боги, это так вкусно.

– Да что ты говоришь! – Кайл состроил гримасу и отвернулся.

Их лагерь разбился на несколько частей. Илай и Сина сместились слегка южнее источника, и Кайлу не хотелось знать, чем они там занимались. Риса, Азель и Гилем расположились на востоке, а Кайл и Айон каким-то образом в центре, прямо у ручья. Редлай старался не выходить из животного обличья, но каждую ночь приходил в компании Гилема.

Когда желудок Айона набился до предела, а сердце наконец-то перестало бешено стучать, в нём проснулось желание действовать. Кайл продолжал сидеть и смотреть куда-то в сторону. Вскоре там показались Гилем, Сина и Редлай. Троица пребывала в полной готовности.

– Вот и всё, время отправляться. Мой руки.

– Привет, Айон! Готов приступить к занятию по ориентированию в дикой местности? – бодро спросил Гилем принца.

Редлай покосился на книгописца. Несмотря на то что оборотень пребывал в животном обличье, все поняли – он закатил глаза. Это не осталось незамеченным Гилемом.

– Не надо вот тут. Я в отличие от вас не забываю дорогу, по которой иду. Да и помню все ориентиры.

– И поэтому каждый раз просишь Редлая взять след. – Риса снисходительно улыбнулась и наклонила голову.

Оборотень лишь заскулил и оскалился на Гилема.

Странная у них компашка собралась.

– Неважно. – Айон окинул всех взглядом.

Вероятно, время разговоров пришло к концу. Гилем соорудил из листьев и лиан небольшую сумку.

– Итак, повторяю. Мы идём на разведку. Нам необходимо узнать как можно больше об этом острове. После первой прогулки я сузил круг «подозреваемых», но наверняка сказать сложно. Нам не в чем нести воду, так что мой совет – пейте её сейчас. Я предполагаю ближайший выход подземных вод минимум через восемь километров. Точно сказать очень сложно. Формация команды стандартная. Я иду впереди, за мной Риса, затем Айон и замыкает группу Кайл. Редлай отделится от нас через полтора километра и будет патрулировать неподалёку.

Ещё раз переглянувшись и не сговариваясь, команда направилась в джунгли. Раньше Айон не выходил из своей комнаты, пока не принял душ, не позавтракал… В общем, появлялся он перед людьми, как правило, лишь к вечеру. Сейчас же ни свет ни заря принц идёт в джунгли в сопровождении донельзя странной компании, а в зубах его застряла кожура какой-то ягоды. За три дня он превратился из принца в дикаря.

Буквально через десять минут трава по колено и редкие деревья сменились на почти непроходимые джунгли. Рейдлай сновал туда-сюда, нередко чуть не сбивая других с ног. Айон не хотел оставаться без сопровождения оборотня. Любое магическое существо в команде прибавляло уверенности. А ещё он чувствовал взгляд Кайла на своей спине, и казалось, тот хотел прожечь в нём дыру. Айон каждую минуту порывался повернуться и спросить, чего тому надо.

– Вот эту бирюзовую траву обходим. Её название – янтарная бузина – из-за сока янтарного цвета. Вызывает ожоги у людей. Так что, Редлай, можешь прыгать в неё!

Оборотень не обратил на выкрики Гилема никакого внимания, а просто сиганул туда, тут же скрываясь в ней.

– У меня к этим джунглям много вопросов! С каждым метром я замечаю всё больше знакомых и ещё больше незнакомых растений. Айон, не устал?

– Нет. Пока я сыт, загнать меня тяжело.

Кайл хмыкнул.

– Вы хотите сделать привал?

– Первый привал через пару километров. Так что нет. Просто для неподготовленного человека испытание может оказаться непростым. Если почувствуешь головокружение, скажи нам.

Айон кивнул, не зная, видел ли это Гилем.

День только начинался…

Айон проклинал Виарум и всё его разнообразие, богатства и неизведанность. Вот именно неизведанность не устраивала сейчас принца больше всего. Разведка продолжалась на протяжении пяти часов, а они уже сделали два привала для еды, и ел в основном Айон. И если до полудня всё шло неплохо, то, когда солнце достигло зенита, Айон познал истинное значение слово «мучение».

Гилем и Кайл без раздумий сняли свои рубашки, повязали их на бёдра, а штаны подвернули по колено. Айон же попросту стеснялся раздеваться. Пот собирался в огромные капли и стекал по его лбу, пропитывая волосы, рубашку; кровь стучала в висках. Ему срочно нужна ванна со льдом и час тишины, желательно в своей комнате в королевском замке. Гилем посмотрел на Кайла, пытаясь передать сотню мыслей одним взглядом. Тот лишь пожал плечами.

В итоге Кайлу надоело наблюдать за страданиями Айона, и он протянул руку к его плечу, но коснуться не успел. Вдалеке послышался шум воды. Все переглянулись. Выход второго источника оказался намного дальше, чем надеялся Гилем. И, наплевав на все правила по выживанию, Айон бросился к нему. Кайл в тысячный раз за сегодня закатил глаза, а Гилем еле успел отойти в сторону, пока разъярённый и потный «бык» не снёс его с ног. Им оставалось надеяться лишь на отсутствие диких зверей около воды, но криков и звуков борьбы не последовало. Все выдохнули. Все, кроме Айона. Троица направилась к ручью, и первое, что они увидели, – Айона с опущенной в ручей головой.

– Вот что происходит, когда гордость важнее самосохранения. Я так понимаю, мы делаем привал?! – Кайл посмотрел на Рису, которая поддержала его предложение снисходительной улыбкой.

Айон помахал им рукой, вероятно, соглашаясь. Риса села на камень, достала из такой же импровизированной сумки, как у Гилема, что-то фиолетовое и начала есть. Парни же решили подойти к источнику попить.

– Мы же сядем в темницу, если он здесь помрёт? – поинтересовался Кайл.

– Мы всегда можем сказать, что не видели его, – подметила Риса. – Никто не знает, куда пропали принц и мы. Он под водой уже минуты три-четыре. Это же нормально? Он захлебнуться может?

– В первый день его рвало водой после охоты на крабов. Не думаю, что это критично, но выглядит просто ужасно. – Кайл скривил лицо, вспоминая неприятный момент.

Айон вынырнул из ручья, выпуская фонтанчик воды изо рта.

– О боже, ну за что опять?!

– Сам догадайся. – Айон посмотрел на него затуманенным взглядом. – Мне кажется, я словил солнечный удар.

– Да, немудрено, – бросила Риса и, как ни в чём не бывало, продолжила есть своё фиолетовое нечто, а Кайл успел премного оскорбиться. Он уже подумал, что имеет особую привилегию подкалывать принца.

– Здесь выход пресной воды. Надо поискать траву арис. Её сок помогает с перегревами, диареями и поддерживает потенцию. Кажется, я видел её метрах в пятидесяти от нашей прошлой дороги. – Гилем умылся и намочил свои слегка вьющиеся волосы цвета шоколада, пока все смотрели на него с недоумением. – Риса, не составишь мне компанию?

– Пойдём.

Айон встал и подошёл к камню, лёг, уместив на нём свою голову. Приятная прохлада заставила головную боль и тошноту немного отступить. Кайл бросил на него взгляд и сокрушённо вздохнул. У него не было младших братьев или сестёр, немощных родственников, и вот судьба решила наградить его принцем. Выпало же счастье стать кому-то отцом и братом в одном лице, но его мнения никто не спрашивал. Все когда-то учатся, и даже принцу необходимо время и их терпение. Кайл ещё раз умыл лицо и пошёл в сторону Айона, которому становилось всё хуже.

– Так, Айон, давай-ка мы с тобой всё же попытаемся соответствовать образу нормальных разведчиков. Так ты долго не протянешь, поэтому снимай с себя рубашку, иначе совсем сгоришь. Она же у тебя, в отличие от наших, хорошего качества, более плотная.

Айон замычал и отвернулся в сторону. Кайл постарался проигнорировать его нытье.

– Прекрати стесняться. Никто не будет над тобой смеяться. Даже я!

И только после этого принц одобрительно кивнул. Кайл помог ему снять с себя рубашку и закатал штаны. Он оставил его на пару минут, чтобы дойти до ручья и прополоскать рубашку. Им не стоило надеяться на удачную вылазку, поэтому на обратном пути нужно хотя бы набрать еды. Гилем серьёзно просчитался по поводу ещё одного выхода подземных вод. Кайл стёр пот со лба: скрывать не стоит, даже для него стало в тягость идти последние полчаса. Он аккуратно свернул одежду Айона в валик, вернулся к принцу и начал обтирать его лицо, шею и грудь. Кайл ожидал облечённого выдоха, но шокированно замер, понимая абсурдность собственных мыслей. Он положил рубашку ему на лоб и достал из кармана какую-то траву.

– Так, давай мы тебя ещё и от насекомых обработаем. Сюда, сюда и сюда. – Кайл перекрутил пучок с травой и провёл им по рукам и груди Айона. Около воды насекомые представляли реальную угрозу. – Вон Гилем с Рисой возвращаются.

– Мы нашли! Странствие – один из самых полезных навыков. Редлай постоянно говорит про охоту и выживание, но он позволяет жить, не убивая никого. Не считая растений. – Гилем подошёл к Айону. – Так, как там в шутке: закрой глаза, открой рот. Ох, я один раз так жёстко попался. Никогда не верь матросам. Кроме меня.

Гилем взял несколько растений в руку и сломал их. Тонким ручейком потекла алая жидкость. На вкус Айон не почувствовал ничего особенного – лишь лёгкую горечь, и всё. Не самая большая жертва в борьбе с солнечным ударом. Благо через пару минут у него наконец-то прояснился разум. Принц без помощи Кайла поднялся на ноги и пошёл к источнику, чтобы ещё раз попить и заодно прополоскать рот.

Все занимались своими делами, пока Айон приводил себя в порядок.

– Ну всё, принц, теперь перегрев не страшен, как и сырая вода и казусы в первую брачную ночь. – Кайл улыбнулся в ответ на злобный взгляд Айона. – Что мы теперь будем делать? Мы шли почти полдня и не нашли ничего необычного. Ни одного животного, а главное, ни следа других людей. Даже троп к источнику пресной воды. Что, если это не остров, а часть какого-то материка?

– Невозможно. Мы бы просто не добрались куда-то так далеко. Тем более материки уж точно ни с чем не спутаешь. И большого ума не надо, чтобы понять это. А вот острова как раз очень разнообразны. Думаю, нам просто нужно обсудить план, как спастись с острова. – Гилем сел рядом с Рисой и положил голову ей на колени. – Я пытался понять, на каком острове мы очутились, не из-за любопытства, честно. И не надо на меня так смотреть. Чтобы решить, куда нам плыть, нужно знать, куда мы попали.

– У тебя же есть в голове чертёж какого-нибудь плота? – Риса провела Гилему по голове рукой.

– Начиная от бумажного кораблика, заканчивая затонувшим «Золотым драконом». – Он прикрыл глаза, давая своим мозгам передышку. – Нам просто нужны координаты, чтобы понять, что можно взять в качестве припасов. Всё так сложно.

– Прекрати думать об этом сейчас. У нас привал. Будет собрание, там и подумаешь.

– Я просто не могу заставлять волноваться свою семью ещё больше. Ох, жаль, нельзя послать им письмо с вестями о моём прекрасном самочувствии. – Гилем открыл глаза и посмотрел на Кайла и Айона. – Тем более надо доставить принца назад.

– Это не первостепенная цель… – Айон сжал губы. – Мне нужно отойти в туалет.

– Мы не разделяемся, Айон, трава слишком высока и тебя скроет с головой. – Принц точно не знал, на что ему намекает Кайл, но не собирался соглашаться ни с одним утверждением. – Может, тебе и там помощь нужна?

– Я справлюсь, господин, спасибо.

– Не дальше пяти метров, Айон, – Кайл резко стал серьёзным.

– Да помню я, помню.

Айон встал и пошёл в сторону, тихо жалуясь на своего няньку.

Трава и правда была выше него – настолько, что стоило в неё зайти, как не стало видно даже очертаний принца. Вообще, Айон боялся всяких тварей в этой траве и даже из вредности не собирался отходить дальше положенного.

Закончив свои дела, он осмотрелся. Оказалось, стена травы заканчивалась уже через пару метров от него. Он сделал несколько шагов вперёд и не нашёл ничего необычного: те же самые деревья, лианы и прочие растения, в которых он абсолютно не разбирался. Но стоило ему моргнуть и отвести голову в сторону, как из-за ближайшего дерева появилось нечто светящееся.

Айон замер от шока. Вместо того чтобы спасаться бегством, принц присмотрелся и увидел, что этот свет исходил от копыта… Перед ним показалась лошадь. Только прозрачная. Она светилась ярко-синим цветом с бирюзовыми переливами. Животное совершенно не боялось Айона, а вот у того от страха отказали ноги. Но лошадь оказалась спокойной. Постояв с полминуты, она пошла в сторону Айона и протянула морду, словно ожидая от него ласки. Решив, что он окончательно спятил, принц протянул руку, и лошадь тут же отозвалась. Ничего подобного он раньше не испытывал. Лошадь прикрыла глаза, полностью доверившись ему. Его сердце наполнилось каким-то странным чувством, словно он повстречал старого друга. Такое же ощущение, как вчера с Синой.

– Айон! Ты же выпил сок против диареи, чего так долго?! – послышался голос Кайла.

Лошадь наклонила голову и повернула в сторону джунглей. На месте её следов вырастали голубые цветы. Принц с трудом начал двигаться в сторону ручья, даже не зная, говорить ребятам о ней или нет. Он видел прозрачную лошадь – и это однозначно ненормально.

– Да здесь я, здесь.

– Ты чего светишься? – Кайл подозрительно посмотрел на Айона, тот лишь покраснел и отвернулся в сторону. – Айон?

– Ничего, просто теперь я готов идти дальше.

– Отлично! – Гилем вскочил с колен Рисы и потёр руки.

Откуда в нём столько энтузиазма – даже боги не в силах ответить. Однако Риса резко схватила Гилема за руку и крепко сжала. Он посмотрел на неё удивлёнными глазами, которые в эту же секунду вспыхнули. Она случайно применила на нём свою способность, но, вероятно, не зря. Риса кивнула куда-то в сторону.

Ровно в метре от них из кустов появилась необычная фиолетовая змея. У неё были абсолютные чёрные глаза. Она странно пищала и проявляла нездоровый интерес к их группе. Кайл сделал небольшой шаг вперёд, слегка загораживая Айона; Гилем так же поступил с Рисой. Обычно змеи уползают, когда рядом появляется кто-то, но эта почему-то с интересом смотрела на Кайла. Айону хотелось озвучить пару шуток про то, что семья наконец-то воссоединилась, однако время, вероятно, неподходящее.

– Что за бред? Это комариная змея. Они питаются амфибиями и мышами. Она так называется из-за травы, где ловит грызунов. Трава си-инь отгоняет насекомых, – Гилем шептал размеренно, не сводя глаз со змеи. – Её яд вызывает удушение, обмороки, галлюцинации, рвоту и может привести к смерти.

– Ты специально обмазал меня этой травой, Кайл? – простонал принц.

– Ты дурак, Айон? Я бы ни за что так не поступил. Слышишь меня? – В глазах Кайла плескался страх и вина за совершённую ошибку.

Они поступили так необдуманно. С другой стороны, он даже не знал о том, что эта змея здесь обитала.

– Теперь она видит в вас двух сочных мышек. – Риса не теряла хладнокровия. – У кого-нибудь есть оружие?

– Да, – Кайл показал острый камень. – Работа Сины.

Змея, заметив движение, без промедления бросилась в атаку. Глаза Кайла расширились от удивления, потому что Айон толкнул его в бок и выставил руку вперёд. Та пришлась по вкусу ползучему гаду, и она повисла на руке принца, и Кайл отрубил ей голову в ту же секунду.

Гилем подбежал и аккуратно вытащил отрезанную голову змеи. Айон шокированно смотрел то на одного, то на другого члена команды. Место укуса загорелось огнём, и этот жар начал подниматься выше, к плечу. Сейчас принц не слышал звуков, в голове его не было ни одной мысли. Айона повело в сторону, но перед тем как он упал, Кайл и Гилем поймали его.

– Ты точно дурак! Зачем подставился под удар?! – Кайл наблюдал, как Гилем методично выдавливает яд в районе укуса.

Риса побежала к ручью и намочила рубашку Айона ещё раз, отдавая её Кайлу.

– И чего ты поперся в разведку? На охоту надо было! Герой!

– Гилем сказал, вызывает удушье… Ну и пусть душит. Посмотрим, кто кого, – Айон начал говорить, растягивая слова. – Да, ты прав. Надо было идти на охоту, я поймал змею. Вы же заберёте её с собой? Она метра четыре, не меньше. Много мяса. Я люблю змеиное мясо. Гилем, ты умеешь готовить змеиное мясо?

– Почему он начал разговаривать, как Гилем? – Кайл посмотрел на Рису, а потом на книгописца.

Тот лишь фыркнул. Мёртвая змея лежала рядом и была длиной всего полметра.

– Нам нужно срочно возвращаться.

– Потому что у него начался… бред? Я не несу бред! Ясно?! – Гилем показал на Кайла пальцем.

Риса, чтобы не разгорелся очередной спор по поводу поведения Гилема, опустила руку на его плечо.

– Нам действительно нужно возвращаться. Необходимо сделать противоядие, иначе всё станет ещё хуже, – заключил Гилем.

– Ну, от нехватки воздуха он не умрёт. Остальные симптомы не смертельны, – Кайл стер с Айона злосчастные остатки травы си-инь. – Поднимаемся. Поговорим по дороге. Айон!

– Кайл, не будь придурком, пока я умираю, – Айон схватил его за руку.

– Ты не умираешь.

– Я не могу дышать, мне не хватает воздуха.

– Это твоя способность.

– Ах да, точно.

А потом Айон просто вырубился. Кайл попытался привести его в чувство, но принц не реагировал. Гилем быстро собрал свои разложенные вещи. В любом случае хоть какую-то информацию о здешнем мире они получили. Возможно, нужно будет переселиться подальше, вглубь острова. Гилему не нравилось их местоположение на берегу. Им пока везло с погодой, но случись шторм – и им всем конец. С другой стороны, строить лодку далеко от океана – глупость. Никаких сил не хватит дотащить её до воды. Книгописец отбросил мысли об устройстве их жизни и плота. Сейчас нужно спасти Айона. Кайл поднялся с колен вместе с принцем на руках. Неосознанно Айон что-то замычал под нос и схватился за его руку сильнее.

– Кайл… – начал Гилем.

– Я сам.

Кайл обливался потом с головы до пят, его ноги подкашивались и тряслись, как у немощного старика. Горе-разведчики начали возвращаться в лагерь уже после полудня, однако это никак не помогло им спастись от жары. Они сделали лишь один привал, чтобы Кайл смог отдышаться хотя бы пару минут. Он всячески пытался отвлечь себя, пока нёс Айона. Даже при том, что ему приходилось тащить принца на руках после многочасовой разведки, назад они вернулись быстрее остальных. Азель с группой, отправившейся на охоту, ещё не вернулись, поэтому у источника царила тишина.

Кайл подошёл к спальному месту Айона и аккуратно положил его на листья, с трудом разжав затёкшие руки. Он еле дополз до дерева неподалёку и рухнул, облокачиваясь на него спиной. Дыхание окончательно сбилось. Единственное, что ему хотелось, – упасть в океан и пробыть в воде до вечера.

Риса подошла к ручью, умылась и вновь вымочила рубашку Айона, чтобы продолжать сбивать ею жар. Она смотрела на него с сожалением, лицо принца сводило судорогой от боли. Риса коснулась его лба холодной тканью, и мучительная складка на переносице тут же разгладилась. Она украдкой посмотрела на его грудь, а потом положила руку на свою. Как и все в их группе, Риса с интересом поглядывала на Айона и примеряла его способность на себя. Каково это – не дышать? Её судьба предопределилась в тот момент, когда она получила свою искру. Армия стала её призванием и судьбой. Суровая жизнь воина ужесточила сердце Рисы и сделала её хитрее. В мире, где смерть преследовала тебя по пятам, времени для раздумий нет.

– Лихорадка усиливается. Необходимо дать ему жаропонижающее либо отнести к океану. Смачивать его лоб – пустое занятие. – Риса посмотрела на Гилема, тот лишь развёл руки в стороны. – Что нам нужно собрать для противоядия? Почему мы не сделали это по дороге?

– Потому что нам нужен Редлай. – Как только Гилем отдышался, он начал копаться в ещё одной сумке, оставшейся в их лагере. Он достал оттуда какую-то полую трубочку с дырочками и, набрав воздуха в легкие, начал дуть в неё. Никто ничего не услышал. – Не представляешь. Забыл эту штуку здесь. Вчера сделал свисток. Только животные, способные уловить высокочастотные звуки, могут услышать его. Редлай имеет обострённый слух, поэтому, думаю, он уже летит сюда.

– Жду ответа на второй вопрос. – Риса продолжала смачивать лоб Айона, но, как она и сказала ранее, результат оставлял желать лучшего. Никто не знал, сколько должно пройти времени, чтобы тело принца справилось с отравлением. Да и сможет ли вообще. Помимо удушья могут возникнуть и другие осложнения.

– Нам нужен его нюх, чтобы найти королеву болот. По названию понятно, где растёт этот цветок. Задача найти болото, учитывая то, что мы незнакомы с местностью, практически невыполнима. А если всё же найдём, надо будет ещё отыскать низкорослый цветочек в высокой траве и умудриться не утонуть в трясине. – Гилем умылся и окинул Кайла быстрым взглядом. Тот тяжело дышал и не обращал на них внимания. – Мне нужно пойти с ним. Нам всем нужно пойти с ним. Дело может затянуться на часы без нашей помощи, но посмотри на Кайла. Ему сейчас едва ли лучше, чем Айону.

– Я в порядке.

– Ой, остынь, выскочка. – Риса махнула на него рукой. – Кто-то в любом случае должен наблюдать за принцем и оказывать ему помощь. И не обижайся, дорогой, но в поиске и знании трав ты немногим лучше Азеля. А он морковку только в салате видел. Гилем, что конкретно нам нужно для противоядия? Мы не можем бегать туда-сюда в лес.

– Королева болот, папоротник курпа, какая-нибудь рыба, любая, и солнцесветик. Рыбы полно в океане, Азелю и Сине не составит труда добыть её. Солнцесветик растёт почти на любых полянах, кроме материка Великанов, а папоротник курпа и королева болот на болотах соответственно. – Гилем выгреб из своей сумки лишнее и повернулся на звук, донёсшийся из леса.

Оттуда выпрыгнул Редлай, превращаясь в человека на ходу. Все уже давно привыкли к его наготе, поэтому он даже не стал прикрываться.

– Как всегда эффектное появление, а где обещанное мне в прошлый раз сальто?

– Я не обещал. Что случилось, Гилем? Ты использовал экстренный призыв. – Редлай бросил взгляд на Айона и сразу почувствовал неладное. От принца несло чем-то кислым, бледная кожа покрылась испариной. – Вам повезло, что я уже и без него возвращался.

– Айона укусила комариная змея. Нам нужно поспешить с приготовлением противоядия, так что времени на разговоры мало. Ты не видел наших горе-охотников?

Редлай перевёл удивлённые глаза на Гилема и слегка приоткрыл рот в немом вопросе. Книгописец сразу понял, о чем его хотят спросить, но озвучивать пока не стал. У них действительно мало времени на разговоры.

– Гилем, но это же невозможно, она…

– Да, я всё знаю. Ты забыл мою способность, поэтому хватит смущать Рису и пошли искать болота. Думаю, ты слышал наш разговор секунд пять назад. Ориентируйся на запах тины, и будем надеяться, что болото найдётся где-то неподалёку. Ещё нам нужна поляна, там Риса должна собрать достаточное количество солнцесветика, – Гилем снова начал тараторить. – Ты так и не сказал, видел ли охотников.

– Идут сюда с какой-то большой птицей. Кажется, я чувствовал помимо запаха крови дичи кровь Илая. Придут в течение полутора часов.

Гилем закатил глаза, он не сомневался в удаче Илая.

– Пробегал поляну в километре отсюда. Там нет звериных троп. Думаю, Риса успеет собрать необходимое количество солнцецветика, пока мы займёмся остальным. Как это случилось?

– Он пытался спасти Кайла. Никто не ожидал. Риса, готова? Возьми сумку побольше. Кайл, придумай что-нибудь, чтобы сбить жар Айона, и не позволяй ему ничего есть. Продержитесь всего пару часов. Редлай?

Оборотень косо посмотрел на него. Они не виделись полдня, и у кого-то накопилось немного сарказма. Редлай поднял бровь в немом вопросе.

– Это называется не экстренный вызов, это называется собачий свисток.

Гилем получил заслуженный подзатыльник.

Когда группа «спасателей» скрылась в джунглях, Кайл перевёл расфокусированный взгляд с зелёной стены на не менее зелёного Айона. Рубашка осталась на его лбу, и Кайлу мерещилось, будто с неё поднимался пар. Он вдохнул и выдохнул, напрягся и попытался встать. Оперевшись рукой на дерево, он выпрямился и пошёл к принцу. Стоило коснуться плеча Айона, как Кайл с удивлением отдернул руку. Его кожа горела, такой сильной лихорадки он прежде не видел. Необходимо срочно отнести Айона к океану, иначе он умрёт до возвращения Гилема.

Он склонился над принцем и вновь поднял его на руки. Голова Айона словно на верёвочке повисла, от него пахло чем-то кислым и горьким одновременно. Задержав дыхание, Кайл распрямился и, качнувшись, принял устойчивое положение; дал себе несколько секунд, чтобы оклематься, и, когда силы вернулись, сделал первый шаг в сторону большой воды.

Сначала он подумывал опустить Айона в источник, но вода в нём обжигала холодом. Так Кайл может сделать принцу только хуже. Решив не усложнять ситуацию бессмысленными размышлениями, медленно, но верно он отправился к океану. Каждый шаг отзывался болью в стопах. Благо они разместились неподалёку.

– Знакомы три дня, а уже второй раз надо спасать твою…

Шагнув на песок, он вновь чуть не упал. С ужасом Кайл обнаружил, что и со временем они сильно ошиблись. Небо затянуло розовым, и солнце начинало прятаться за горизонт. Неужели им потребовалось так много времени на возвращение назад? Он точно видел небо и с уверенностью мог сказать, что только к полудню они нашли второй источник. Неужели их группа забрела так глубоко в лес? Неудивительно, что состояние Айона ухудшилось. По всей видимости, ушла целая вечность на их возвращение. Кайл сжал зубы от злости. Он старался идти как можно быстрее. Ему не хотелось обвинять себя в слабости.

– Ох, проклятие!

Кайл зашёл в воду по колено и остановился. Двигаться дальше он просто не мог, вода старалась вытолкнуть его, словно поплавок. Кайл вспомнил своё глупое прозвище, данное ему Айоном. Тогда это его нехило задело.

Закатив глаза, Кайл начал аккуратно погружать принца в воду и, когда голова того оказалась на песке, а тело в воде, на лице принца появилась улыбка. Только горячая кожа напоминала Кайлу, что перед ним живой человек. Он осторожно положил руку ему на грудь и почувствовал биение сердца. Облегчённо вздохнув, Кайл решил немного освежиться и расслабиться. Что ни день, то сплошные неприятности. Он чуть прикопал голову принца песком, чтобы тот не ушёл под воду, и, подумав с пару секунд, скинул свою рубашку и прыгнул в воду.

На протяжении всего этого долгого дня Кайл заметил кучу странностей. Во-первых, день действительно закончился слишком быстро. Он просто не мог и не хотел верить, что тащил Айона до лагеря больше семи часов. Во-вторых, казалось, будто каждый человек, приходящий к океану, непременно видел закат. А до него, по подсчётам Кайла, оставалось не меньше часа. В-третьих, Гилем явно что-то скрывал относительно комариной змеи. В-четвёртых, розжиг огня – дело нелёгкое, и им обычно занимался Илай в команде с Рисой. А ещё Кайл не мог выбросить из головы поступок Айона. Зачем он вообще вышел вперёд? Может, дело было в том, что Айон хотел стать хоть чем-то полезным? Возможно, принц спас ему жизнь. Кайл медленно водил руками в воде, чтобы не уплыть слишком далеко. Стоял штиль, и это успокаивало. Сейчас он, как и в детстве, мог просто закрыть глаза и отпустить всё, что накопилось за невероятно насыщенный событиями день. Вода немного притупила его переживания. Кайл вновь перевёл взгляд на Айона, тот по-прежнему лежал на две трети в воде и выглядел сравнительно лучше. Непотопляемый попытался опустить руку в воду, чтобы проверить температуру в нижних слоях, но у него так и не получилось. Не хватало, чтобы Айон ещё и простудился. В итоге Кайл вернулся к мысли о возвращении в лагерь и о том, что принцу всё равно не опасен заложенный нос. Плавно перевернувшись на спину, он поплыл к берегу.

Кайл положил руку на лоб Айона, чтобы убедиться в своей догадке. Лихорадка спала. Теперь хорошо бы вернуться в лагерь и попытаться зажечь костёр. Передышка пошла на пользу, теперь у него появились силы, чтобы донести свою «ношу». Он легко подхватил принца и посмотрел на спокойное море. Синяя гладь окрасилась в фиолетовые оттенки. Солнце, будто напоследок, выжимало из себя последние силы. Кайл уже достаточно нагляделся на красоту заката, поэтому, развернувшись на пятках, двинулся в сторону лагеря, подгоняемый криком неизвестной ему птицы.

Кайл не стал укладывать Айон на его спальное место. В паре метров находилось дерево, именно его он решил использовать в качестве некоего кресла для принца. Ему нужно как можно быстрее разжечь костёр, чтобы Айон не успел остыть до температуры самого настоящего трупа. Он взял сворованные без зазрения совести у Гилема два куска кремния, быстро соорудил небольшой «домик» из палочек и сухих листьев и принялся выбивать искру. Мокрому и замёрзшему Кайлу это удалось не с первого раза, а зажечь огонь – так и подавно, но он упорно стучал камнями. И через невероятно долгие пятнадцать минут он уже подкидывал хворост в тлеющую траву, чтобы не потерять пламя. Напоследок ещё раз проверив температуру у Айона, он сел около костра, наблюдая за принцем через пламя: того вновь начало знобить.

– Не одно, так другое. Ты же не помрёшь, если я отойду на пять минут собрать веток? – махнув на Айона рукой, Кайл пошёл уже по протоптанной тропинке.

Айон слышал его, но даже вся природная вредность и воспитанная гордость не помогли найти силы для ответа. Он вообще пытался сообразить, где находится и как сюда попал. Последнее, что он помнил, как нёс чушь про своё отсутствующее дыхание в разговоре с Кайлом. Голова от водоворота мыслей стремительно закружилась. Айон попытался сфокусироваться и открыть глаза шире, но застонал от боли. Он находился на грани и всё же оставался чересчур упёртым для того, чтобы потерять сознание. И только с пятой попытки он наконец-то разлепил глаза. Победа. Но Айон вновь пожалел, что оказался настолько упрямым. Перед ним, буквально в полуметре, стояла та самая синяя лошадь. Она смотрела на него с нескрываемым любопытством и, кажется, чего-то ждала. Поняв, что Айон не сможет её погладить, животное слегка коснулось головой его лба. Принц почувствовал прохладу, а потом и то, что боль, раскалывающая его голову на мелкие кусочки, начала исчезать. Кулон на груди Айона нагрелся. В голову закралась сомнительная мысль: не единорог ли перед ним?

Проверить сей факт несложно, но на голове лошади не оказалось ни намёка на рог. Это была просто синяя лошадь, уже второй раз нагрянувшая, когда он оставался один. Айон обязал себя попросить у Гилема противоядие и от галлюцинаций тоже. Лошадь ещё раз посмотрела на принца и убежала в лес, исчезнув так же быстро и внезапно, как и появилась.

– Проснулся? – Айон перевёл расфокусированный взгляд на Кайла. Тот стоял с огромной охапкой веток. Только сейчас принц заметил костер прямо перед ним. Сегодня явно не его день. – Умираешь?

– По-моему, да. Головная боль опять возвращается, во рту и носу сухо, весь дрожу, болит всё тело и ощущение, словно кровь кипит под кожей.

Хмыкнув, Кайл бросил охапку в паре метров от костра.

– Как я попал сюда и где все остальные?

– Мы принесли тебя. – Кайл решил не рассказывать Айону, как надрывался с ним, когда нёс его назад в лагерь. Но тут он и сам призадумался, куда действительно все подевались. – Гилем, Риса и Редлай ушли за ингредиентами для противоядия. Перед уходом Редлай говорил, что команда охотников возвращалась назад. Видимо, их всех что-то задержало.

– Я нёс полную чушь, да?

– Уточни, ты про какой именно день? – Кайл не мог не съязвить.

– Прекрати. – Айон вяло фыркнул. Силы стремительно покидали его. – Ещё с самого детства лихорадка вызывает у меня бред. Не хочу, чтобы тайны королевского двора раскрылись из-за меня.

– И какие же тайны знает парень двадцати лун? – Кайл сел напротив принца так, что костёр откидывал на него тени.

Айон посмотрел на него странным взглядом. Ему нестерпимо хотелось попасть домой в свою кровать, где в комнате тёплый камин, где рядом надоедала сестра. Но одновременно он понимал, что подобное с ним впервые в жизни, и, несмотря на всё случившееся, оно ему даже нравится.

– Какие занавески использует королева, почему принцесса выбрала виолончель, а не скрипку, почему достопочтенный первенец занимался танцами. – Айон старался пошутить, но Кайл как-то серьёзно воспринял последнюю часть. – Моя сестра займёт королевский трон.

– И почему же это? Ты же первенец в семье?

Такой Кайл однозначно приятно удивлял Айона. Не спорил, не насмехался, не издевался, а просто сидел и задавал вполне уместные вопросы. Только вот сознание Айона вновь начало путаться, а это не очень хорошо.

– А сам-то не догадался? – Огонь внутри Айона разгорался с каждой секундой всё сильнее.

Голова превращалась в подожжённый факел, пот стекал по его лбу. Неужели ему действительно надо озвучить причину? Почему все постоянно спрашивали его о таких глупостях? Всё лежит на поверхности.

– Вчера мы повздорили именно по этой причине. Мое прозвище, моя способность… Те, кто знает меня давно, кто увидел меня впервые, друзья, враги и слуги – все! Все сразу видят это и не стесняются говорить!

– Говорить что, Айон? – Кайл слышал их разговор с Синой.

Он понял, что принцу не нравилась его способность, из-за неё у него сплошные неприятности. Но Кайл, как ни пытался, не мог понять, в чем истинная проблема. Для него испытывать терзания из-за чужого мнения – глупость. Если кого-то беспокоила способность его искры, они всегда могли отправиться куда подальше. Так думал Кайл, так и будет продолжать думать, но Айон… Что не так с этим маленьким дурачком?

– Что я птичка, Кайл! Пти-чка! – Айон дёрнул рукой и посмотрел в сторону. – Ещё эта непонятная синяя лошадь. Она же тоже не дышит, она же синяя. Синяя лошадь. Тяжело быть животным в нашем мире.

– Приплыли.

И ровно через три секунды глаза Айона закрылись и он вновь вырубился. Кайл с минуту наблюдал за его метаниями, пока не собрался с силами и не пошёл за злополучной рубашкой принца. Видимо, у Айона снова началась лихорадка. Он не мог таскать его к морю каждый раз, тем более вода в океане ночью становилась всё холоднее. Сначала у него будет температура от яда, потом от простуды, и это продлится бесконечно. Он огляделся вокруг, но не заметил никого из их группы. Прислушался – и тоже ничего. Кайл протёр лоб, плечи и грудь Айона мокрой тканью. И только это помогло унять его бесконтрольные движения рук и мелкую дрожь во всём теле.

– Ночь обещает быть долгой. Куда Гилем дел этот проклятый свисток?

– Так! Это уже совсем не смешно!

Гилем сокрушался не на пустом месте. Их вылазка за травами слишком затянулась. Он планировал потратить на неё час, максимум два, но ночь уже опустилась на Виарум. Оставив Рису в полкилометре от себя и попросив далеко не уходить, они с Редлаем отправились на болото. Им не составило труда найти папоротник курпа, но отыскать цветок всё не удавалось. Из-за спешки каждый их шаг мог стать роковым. Королева болот имела специфический сладкий запах, который способен почувствовать даже человек, не говоря уже об оборотне. Нужно было как можно быстрее выйти к болоту. Риса уже, наверное, обдумывала, как ей попасть в лагерь, и если в её способности ориентироваться Гилем не сомневался, то вот вероятность нападения на неё ночных хищников заставляла нервничать.

– Редлай, ну что там у тебя?!

Как и обычно, Редлай внезапно появился из ниоткуда, принимая человеческое обличье и тяжело дыша. Он не останавливался в поисках ни на секунду, но даже оборотня трёх сущностей можно загнать. Ещё час таких интенсивных поисков, и ему придётся прибегнуть к способности своей искры и начать терпеть усталость совсем на другом уровне. Гилем тоже подходил к своему пределу. Чем чаще он пытался вспомнить что-то новое о цветке, тем больше ненужной информации появлялось в голове. Ему не хватало Рисы, чтобы разложить все знания по полочкам, но, увы, они оставили её совсем одну на поляне. Не самое умное решение, но солнцесветик оказался тоже не так прост.

– Ты уверен, что он пахнет чем-то сладким? Единственное, что я почувствовал, помимо запаха болота, это запах орехов. – Редлаю требовалась минута отдыха. Он старался дышать не так часто, как ему хотелось. – Мне не нравится это место. На нашем континенте у тебя таких проблем с поиском ингредиентов не возникало!

– Ты издеваешься? Редлай, ты сам прекрасно понимаешь, почему возникают проблемы. Если ты спрашиваешь, возникают ли у меня проблемы с поиском ингредиентов в принципе, я отвечу «нет». Потому что обычно они все расфасованы у меня в шкафу. Дома! А это проклятое болото. В книгах описывается, что солнцесветик растёт на каждом шагу. Как думаешь, сколько шагов сделала Риса, чтобы найти хотя бы один? Я их там не видел, а ты? – Гилем вспылил не со зла. В лагере их ждал укушенный змеёй принц, а они спотыкались на каждом шагу. – Я видел твоё выражение лица. Ты же знаешь про комариную змею?

– Да.

– Её не видели на первом материке уже двести лун. Этот вид считается вымершим. Ни на одном из ближайших островов её тоже нет. Просто чудо, что я когда-то читал про неё и противоядие. Мы залезли в это по самые уши, Редлай. – Гилем схватился за голову.

– Я ещё понимаю, что на материке Живого Леса могла теоретически быть комариная змея, но мы стоим на грунте, а, как известно, на нём грунта нет. Так где же мы, если даже королеву болот не можем найти?

– Прямо сейчас мы просто упускаем какую-то важную деталь. Просто подумай. Почему я не могу почувствовать этот цветок? Разве эти два растения не растут в одном и том же месте? – Редлай подошёл к Гилему и положил руку ему на плечо в поддерживающем жесте.

Книгописец устало выдохнул.

– Папоротник курпа не произрастает на болотах. Он растёт рядом с ними. Сырой климат создаёт лишь видимость болота. Если подумать хорошенько: ты носишься в пределах километра как угорелый уже пару часов, но ни разу не попал в трясину, топь или воду. Так ведь?

Редлай кивнул. Гилем прав, это странно.

– Конечно мы не можем найти королеву болот! Мы же ещё не пришли в её королевство! – не выдержал Гилем.

– Нам надо сместиться восточнее, – проговорил оборотень.

Гилем поднял глаза на Редлая.

– Метров семьсот на восток я наступил на груду мокрых веток и сбавил скорость. Мне показалось, не только они, но и сам грунт намного мягче, чем здесь. Я побежал.

– И, да, Редлай…

Оборотень остановил себя от превращения в лесную гончую и посмотрел на Гилема заинтересованным взглядом, уловив в голосе того серьёзные нотки.

– Давай обдумаем уже собачий рюкзак. Тебе нужна хоть пара штанов.

– Ой, замолкни. – Редлай обратился и побежал на восток.

Гилем улыбнулся и двинулся в том же направлении, не забывая проверять почву под ногами. Не хватало ещё, чтобы к укушенному змеёй принцу прибавился утонувший книгописец.

Гилем уже через минуту отстал от оборотня. Он точно знал, где восток, и двигался в этом направлении, но сравниться в скорости с Редлаем шансов у него не было. Зато немного погодя он действительно заметил, что грунт под ногами начал хлюпать, он насчитал уже три новых вида растений, произрастающих именно на болотах, услышал одну птицу. Он решил позже отругать себя за потерю драгоценного времени из-за несобранности. Метрах в пятидесяти он увидел движение среди деревьев и резко пригнулся. Это точно не Редлай. Тот двигался бесшумно и быстро, заметить его ночью практически невозможно. Гилем опустился в траву, полностью скрывшись в ней. Ветер дул в его сторону. Тут неожиданно его схватили за шиворот и потащили вверх.

– Гилем, это наши охотники. – Редлай в человеческом обличье смотрел на перепуганного книгописца и не мог сдержать улыбку.

Гилем резко толкнул его в грудь и отошёл на пару шагов.

– Ты дурак?! Не отвечай, я знаю ответ. Ты опять забываешь, что я не могу чувствовать людей на расстоянии полкилометра?! Мы не пойми где, а передо мной шелестят деревья. Да меня сожрать успеют до того момента, как ты кору сбросишь! Так что не надо заставлять моё сердце работать почти так же, как и мозги. Дурак ты, Редлай.

Оборотень уже не пытался сдержать улыбку, а откровенно смеялся над Гилемом. Тот лишь закатил глаза и набрал в рот побольше воздуха, но задержался на долю секунды, услышав Редлая:

– Я бы успел спасти тебя.

– Илай! Прекрати играть в крутого охотника! Выходи!

Из-за стены деревьев появилась макушка их друга, а потом и голова Сины. Они неспешно направились к своим друзьям. Илай весь в грязи, мокрый и с раной на руке состроил страдальческое лицо. Сина же будто не с охоты возвращалась, а с похода по магазинам, лишний раз указывая на важность опыта в этом нелёгком деле. В руке она держала какую-то дичь, Гилем не стал вдаваться в подробности. Иначе они снова застрянут на полчаса с рассуждениями. Сина бросила добычу рядом с собой и села на большой выступающий корень дерева неподалёку. Теперь Гилем заметил, что она смертельно устала и, скорее всего, не охота была тому виной. Гилем не мог не отметить, что Азеля с ними нет.

– Куда вы дели Азеля? Неужели всё же посадили в бочку и выбросили в океан? Или его задрал дикий зверь? – Гилем махнул рукой, совершенно случайно указывая в сторону Редлая.

– Да какой зверь! Мы бродили несколько часов и не нашли ничего, кроме жуков. Каким-то чудом нам встретились две птицы. Мне сначала подумалось, что это пара и убивать их очень жестоко, но потом Азель запустил одной из них в голову стрелу. И оставлять другую тосковать тоже показалось бесчеловечно, – решил поведать интересную историю Илай.

Гилем не понимал, зачем им эти подробности.

– Мы гоняли вторую птицу около часа. Я поранил плечо и весь испачкался. А Азель, мерзавец, как был сверкающей монетой, такой и остался!

– И где сейчас эта сверкающая монета? – Гилем не помешало бы дать лучшему другу кружку успокоительного чая.

– Мы нашли Рису. Она сидела на пне с каким-то букетом и разглядывала деревья. Я сначала подумал, что она какое-то нетелесное магическое существо. И как ей вообще удалось сохранить хладнокровие одной в джунглях ночью на неизвестном острове? – Илай приближался к истерике.

Сина глубоко вздохнула, привлекая внимание Редлая. Она поднялась и обняла со спины Илая.

– Азель забрал её, и они направились в лагерь. А ещё она сказала, что у Айона проблемы.

– Айона укусила комариная змея, – поведал им Гилем.

Глаза Сины удивлённо распахнулись.

– Яд вызывает удушье, что не грозит ему смертью. Однако у него началась лихорадка сразу после укуса. Обычно люди умирали до появления следующих симптомов. Так что надо спешить.

– Гилем, но комариная змея вымерла! – Сина отпустила Илая и шагнула вперёд.

– Да, мы уже обсудили это. – Гилем нервно дёрнул плечами. – Редлай, пожалуйста, продолжай поиски. Время утекает.

– Королева болот? – Сина вскинула бровь. – Мы точно видели её в четырёхстах метрах на северо-восток.

Редлаю не требовалось повторять дважды. Он обратился в пару секунд и бросился в указанном направлении.

– Мы пойдём в лагерь! Возвращайся туда! – Гилем кивнул друзьям.

– Нам сюда, – Сина махнула рукой.

– На этом острове есть что-то странное. Оно будто решает за нас, когда и как нам попасть в то или иное место. Мы определённо точно следили сегодня за солнцем и скоростью нашего передвижения, и всё равно шли до второго источника с пресной водой одно количество времени, а вернулись за совсем другое, – Гилем говорил на ходу и быстро перебирал ногами. Он без страха раздвигал заросли впереди себя и перескакивал лужи. – За всё время нам встретилось минимум животных, я уже не говорю о людях или других разумных существах.

– А Кайл и Айон на рыбалке нашли только один вид крабов, два вида моллюска, один вид водоросли. На этом всё. Обычно рифы пестрят разнообразием. – Сина не отставала от книгописца ни на шаг. Она время от времени смотрела на запинающегося Илая и порывалась как-то помочь ему, но его гордость и так сегодня выдержала много испытаний, поэтому она решила не лезть к нему.

– Мы же не могли умереть и попасть к богам?

– Кто бы пустил к богам Азеля и Кайла?

– Ну мы встретили вымершую змею, вот я и подумал. – Илай наконец догнал их. – Ты точно сможешь сделать противоядие для Айона?

– Проще простого. Необходимо заставить его съесть в правильной последовательности все составляющие. Поэтому я попросил Кайла не кормить его. На голодный желудок сработает быстрее. – Гилем продрался через последнюю живую преграду и увидел свет от костра. Там он и застыл в удивлении. – Видишь! Сина?! Мы шли всего десять минут! Десять! А уже пришли к лагерю. С этого острова надо выбираться. План спасения обсудим завтра, пока приведём Айона в чувство.

– Предчувствую второе общее собрание, – тихо прошептала Сина.

В эту секунду мимо них промчался Редлай с голубыми цветами в зубах. Гилем облегчённо выдохнул. Осталось найти какую-нибудь рыбу посреди ночи.

Их группа выглядела не очень. Виновник ночных поисков спал, облокотившись на дерево, Кайл ходил туда-сюда и пытался сбить его жар. Редлай секунду назад превратился в человека и только успел надеть штаны. Он держал в руках несколько цветков королевы болот. Риса и Азель разложили собранные ими ингредиенты на лист дерева – Гилем по-настоящему обрадовался, когда увидел среди них небольшую рыбу. Риса не забыла состав противоядия и, судя по мокрому Азелю, заставила его рыбачить. Кайл оглянулся на них и облегчённо вздохнул.

– Наконец-то, где вы пропадали? – Кайл буквально выплюнул эти слова.

Гилем решил не разжигать конфликт. Видимо, тот успел натерпеться, пока находился в лагере совершенно один. Даже Азель молчал и не вставлял свои едкие комментарии.

– Что нужно теперь делать? Риса выложила всё необходимое? – в той же манере продолжил Кайл.

– Надо его разбудить. Он должен съесть всё по очереди с интервалом сначала в пятнадцать минут, потом в десять и дважды по пять. Постарайся хоть примерно придерживаться этому времени, часов то нет. Он ничего не ел? – на вопрос Гилема Кайл отрицательно покачал головой. – Хорошо. Тогда буди его.

Кайл посмотрел на Айона и состроил недовольную мину. Он без сожаления ущипнул его за бедро, руку и под ребрами. Принц вскрикнул и открыл глаза. Гилем оглядел его и подумал, что надо бы для начала напоить его жаропонижающим, но искать ингредиенты ещё и для него времени не осталось. Айон продолжал сидеть и смотреть в пустоту. Казалось, он узнавал только Кайла и Сину, на остальных он смотрел с недоумением.

– Кайл, лучше тебе этим заняться. Не хочу остаться без пальцев. Нужно начать с солнцесветика. Он совсем безвкусный, поэтому проблем возникнуть не должно. – Гилем указал на ингредиенты: – Вон тот, жёлтый.

– И без подсказок понял.

Кайл взял несколько цветков и подошёл к подозрительно встревоженному Айону. Кайл держался из последних сил, и если его тело успело сделать передышку, то мозги закипали.

– Так, Айон, открывай рот. Это должно помочь.

На просьбу Кайла принц замотал головой. Непотопляемый зарычал и заговорил сквозь зубы:

– Все. Птички. Едят. Этот. Цветок.

– Так, я не пойму, кто из них сошел с ума? – задал Азель интересующий всех вопрос.

Кайл злобно посмотрел на него, и Риса поспешила отвести его на их часть убежища. День выдался долгим, а ребята и сами справятся.

– Мы, наверное, тоже пойдём. – Сина потянула Илая за собой.

Тот явно переживал за самочувствие Айона, но позволил ей увести себя, на прощание лишь махнув рукой и сверкнув синим цветом.

– Я на ночное патрулирование. – И, не попрощавшись, Редлай покинул парней.

– Как долго мы отсутствовали? – Гилем решил разрядить обстановку.

Кайлу явно нужно отвлечься. Благо, Айон всё же съел солнцесветик и теперь просто таращился на книгописца.

– Не знаю. Я потерял счёт времени. По внутреннему ощущению, часа четыре вас точно не было. Он то приходил в себя, то снова отключался. Постоянно говорил о птицах и какой-то синей лошади, которая достала его. Не знаю, откуда у меня столько терпения. – Кайл махнул на принца рукой и опустил плечи. – Куда мы попали, Гилем?

– Повторюсь, я не знаю. У меня накопилось слишком много вопросов, и, если честно, моя голова с ними не справляется. Сейчас я вижу лишь один выход – это убираться отсюда как можно скорее. С каждым часом появляется всё больше необъяснимых моментов. Завтра в полдень, после поиска пищи, мы обсудим это. Думаю, уже можно давать следующий ингредиент. Вообще не доверяю времени теперь.

– Ты же съешь это без применения насилия? – Выражение лица отчаявшегося и уставшего Кайла подействовало на Айона, и тот без промедления начал есть рыбу. Сырую, как есть. – Остальные по пять минут?

– Да. Королеву болот последнюю. Она горькая и досталась нам с большим трудом. Так что надо впихнуть её в него во что бы то ни стало. Вообще нам повезло, что змея укусила именно Айона, а не кого-то из нас. Со всеми этими странными происшествиями мы бы точно не успели спасти кого-то другого. Его способность довольно полезная. – Гилем взял какой-то плод из вчерашних остатков и начал есть. – Завтра нужно будет всё обсудить. Сумасшедший день. Я так устал…

Кайл злобно посмотрел на него.

– Да, да, ты устал больше, я понимаю, – сказал Гилем.

– Как думаешь, его уже ищут? – Кайл снова перевёл взгляд на Айона. – Мне кажется, противоядие начинает действовать или у меня самого уже крыша поехала?

– Вполне возможно. И это ответ сразу на два вопроса, – Гилем доел плод и прополоскал руки в ручье. – Мне вот только кажется, что даже если всё королевство отправится искать, найти нас не смогут. Мы сами по себе. Я тоже пойду. Сил нет. Голова… Она…

– Давай.

Кайл проследил взглядом за уходящим Гилемом, потом подкинул веток в костёр и взял папоротник. К удивлению, Айон сидел и смотрел на него осмысленным взглядом. Кайл чуть не затанцевал от радости, поэтому без слов и лишних действий протянул принцу папоротник. Айон начал медленно и без энтузиазма обгладывать растение. Туман в голове наконец-то рассеивался, уступая место ясным мыслям и усталости. Глаза закрывались сами собой. Полдня Айон пребывал в бессознательном и бредовом состоянии.

– Прости.

– За что? – У Кайла уже не осталось сил злиться на глупые вопросы.

– Ну, валяюсь тут. Нёс бред, который не помню, – Айон говорил медленно и тихо, каждое слово давалось тяжело. Его глаза блестели, а волосы взмокли от постоянных трепыханий. – Ты был прав. Я балласт.

– Ты же не забыл, что это я обмазал тебя той травой? – Кайл не хотел признавать, но к сегодняшней суматохе он приложил руку. Откуда он мог знать, что глупая змея перепутает их с грызунами. – Давай мы просто сегодня сойдёмся на том, что каждый поступил неосмотрительно?

– Ты настолько устал, что не хочешь спорить?

– Смертельно.

– Так почему же ты не ложишься спать?

– Да надо тут одному герою цветок последний скормить, а он вряд ли сможет подняться.

– Ох. – Айон положил руку себе на бедро. – Неси его. Давай разделаемся с этим.

Кайл поднялся, вразвалку дошёл до королевы болот и обратно к принцу. Они обменялись взглядами, Айон положил цветок себе в рот и зашипел от противного вкуса. Все сегодняшние кулинарные эксперименты резко отошли на задний план: этой дрянью можно пытать врагов. Он даже не старался сделать вид, что всё нормально. Сейчас он плевать хотел на свой статус. Да и тем более он был почти уверен, что уже опозорил себя, когда нёс бред.

Кайл похлопал его по плечу, ехидно улыбаясь, и пошёл к костру. Он кинул ещё хвороста и заметил мерцающий вдалеке костер Гилема.

Кайл улёгся на своё спальное место и посмотрел на небо. Деревья мешали созерцать его, но свет нескольких ярких звёзд всё же пробивался. Уже почти засыпая, он услышал тихий голос:

– Спокойной ночи, Кайл.

– Ночи, – одними губами ответил тот, проваливаясь во тьму.

Этим утром Айон проснулся без чужой помощи. На сей раз никто не пытался разбудить его с помощью ягод дерева эпора, тычков или другими бесчеловечными способами, которыми пользовался лишь Кайл. Луч света, падающий сквозь заросли джунглей, подсказал принцу углом падения, что сейчас, возможно, полдень. Пробежавшись по части их лагеря взглядом, он быстро сообразил, отчего здесь царила тишина. Кайл ещё не проснулся, громко посапывая у потухшего костра. Принц аккуратно, почти бесшумно поднялся и подошёл к своему горе-спасителю. Тот до сих пор выглядел измученным, поэтому Айон решил не беспокоить его и направился к другой части лагеря. Голова всё ещё немного кружилась. Узкая тропинка привела его к Рисе, которая освежевала несчастную птицу, пока её парень таскал хворост в костёр.

– Как ты себя чувствуешь? – Азель бросил пару веточек в костёр и посмотрел на Айона испытующим взглядом.

Сейчас Айон смог рассмотреть их вечно молодого члена команды получше и по достоинству оценить его внешний вид. Не зря его назначили на должность дипломата, даже несмотря на не очень дружелюбный характер.

– Мы спорили, кто первым из вас очнется. Кайл проиграл. Слабак, да и только.

– Не обращай внимания, милый, он просто так выражает свое беспокойство. Слышал бы ты, какие дифирамбы он поёт Гилему, пока его нет рядом. Столько братской любви, что смотреть и слушать противно. – Риса наконец-то ощипала птицу и начала разделывать её заострённым Синой камнем.

Получалось у неё это мастерски, что, впрочем, неудивительно. Айон уже успел догадаться, что Риса полна скрытых талантов.

– Обычно в моей речи, где встречается имя «Гилем», есть слова «сдохни», «достал» и фраза «исчезни с глаз моих». – Азель фыркнул и, взяв несколько острых палок, начал насаживать на них куски мяса.

Вместе с Рисой им удалось сделать прекрасное место для готовки. Действительно, если не вспоминать о крушении корабля, складывалось впечатление, что они отправились на остров отдыхать.

Азель вновь перевёл взгляд на Айона. Так дикое животное смотрит перед тем, как напасть на врага; так смотрела на него и змея. Это немного напрягало.

– Ты так и не сказал, как ты себя чувствуешь.

– Со мной всё хорошо. Противоядие подействовало, осталось лишь лёгкое головокружение. Сколько сейчас времени? И куда все подевались? – Айон сел около костра и принялся буравить поджаривающиеся куски мяса голодным взглядом. – По-моему, я пропустил момент, когда вы поймали дичь. Выглядит очень аппетитно.

– Ты пропустил не только охоту. – Риса насадила последний кусок на палку и села около костра, подтянув ноги к себе поближе и положив голову на колени. За мясом следил Азель. – Мы ждали, пока вы оба проснётесь сами, не стали будить. Илай четыре раза проверял, не умер ли ты. Вчера выдался непростой денёк.

– Половину которого я не помню. – Айон посмотрел на их с Кайлом сторону лагеря. Он смог увидеть только его плечо. – Я помню, как упал кому-то на руки после укуса, потом случился один момент просветления уже здесь… В себя я пришёл после того, как съел рыбу.

– Теперь Гилем сможет внести в свой воображаемый дневник заметки об эффективности действия противоядия против укуса комариной змеи. Правда, информация не совсем актуальна, так как змея, как известно, давно вымерла.

Айон удивлённо посмотрел на Рису.

– Утром мы изучили остатки крабов, которых поймали вы с Кайлом. Оказывается, это не песчаный краб, а его подвид – каменный краб, и угадай что? Он тоже в числе вымерших, как и пойманная вчера птица. Лишь люцис и некоторые из ягод до сих пор можно встретить на семи материках. Однако Гилем подозревает, что мы могли наткнуться на вымерших представителей родственных видов, о которых он попросту не читал.

– Ты хочешь сказать, мы попали на какой-то остров вымерших существ? – спросил Айон едва слышно.

Риса улыбнулась и кивнула в знак согласия.

– Думается мне, что мы не сможем в ближайшее время пробраться в глубь острова.

– Это действительно так… Слишком опасно. Мы не знаем, с чем можем столкнуться. – Риса наблюдала, как Азель переворачивал птицу, чтобы та равномерно прожарилась. Ещё одна полезная черта её парня – умение готовить. – Ребята отправились собирать ягоды и орехи. В этот раз они решили поискать что-то менее экзотическое.

– Жрать невозможно. – Азель скривил лицо.

Айон не мог не признать, что он в чём-то прав. Запомнить все комбинации орехов и ягод способен лишь Гилем, поэтому, несмотря на скудный рацион, на обед уходило не меньше часа, что для них непозволительная роскошь.

– И давно они ушли?

– Пару часов назад, поэтому скоро должны вернуться. По крайней мере, я на это очень надеюсь. Вчера я осталась в лесу собирать солнцесветик, наслушавшись уверений от Гилема, что они с Редлаем вернутся через час. Айон, они ушли на три часа, не меньше, – Риса зевнула, аккуратно прикрыв рот рукой. – За это время я не увидела ни одного живого существа.

– Припоминая охоту с Илаем, будем надеяться, они вообще вернутся целыми и невредимыми. Он уговаривал Сину не убивать влюблённую пару птиц. Я удивлён, как Сина сама не всадила копьё ему в ногу. – Азель покачал головой и уставился на костёр. – В следующий раз мы берём с собой Айона.

– Судя по недавнему опыту, от меня толку не больше. – Принц поджал губы. – Илай лучше подходит на роль охотника, чем я… Не знаю, он может ослепить жертву.

– Ну вообще-то ты не прав. – Азель поковырял в углях палкой и перевёл взгляд внимательных глаз на Айона. – Во время охоты необходимо соблюдать тишину. Я и Сина дышали через раз, чтобы эти гадкие птицы нас не услышали. Если научишься подходить с подветренной стороны и тихо перемещаться, уверен, цены тебе не будет.

– Я мечтаю забить свою голову информацией поважнее, чем знаниями о разновидностях столового серебра, модных цветах и слухами о том, какой кузен переспал с проституткой. – Айон пожал плечами. – Вот сейчас я ем руками. К чему мне знать, какой вилкой есть моллюсков?

– Это что, какой-то зов о помощи? – улыбнулась Риса.

– Ещё какой, – ответил ей Айон.

– Если хочешь, я могу заняться твоими тренировками, – предложил Азель.

Услышав это, принц широко улыбнулся.

Азель создавал впечатление скрытного парня, но сейчас с такой искренностью предложил помощь, что Айон пожалел о своей предвзятости.

– Только не рассчитывай на поблажки. Я выжму из тебя все соки.

– Я думаю, птица готова. Пока дождёшься их фруктов, от голода опухнешь.

– И то верно, – поддержала его Риса.

Азель укладывал птицу на разложенные неподалёку листья, пока Айон размышлял, как скоро все деревья вокруг останутся голыми, если они постоянно будут их обдирать. Азель протянул принцу одну из палок с куском мяса.

– Наверное, стоит разбудить Кайла. Наши горе-собиратели скоро вернутся. Мне уже кажется, команда с Илаем обречена на неожиданные приключения… Кайл тот ещё соня, попробуешь его растормошить?

– Хорошо.

Айон встал с места и взял предложенную палку с мясом. Если ему не изменяла память, то у них осталось немного орехов и ягод, а это неплохой завтрак-обед. Азель и Риса странно на него посмотрели и принялись есть. Пожав плечами, принц направился на другую сторону ручья.

Кайл продолжал спать. Его грудь медленно вздымалась и опускалась, и это зрелище загипнотизировало Айона. Он положил руку на собственную грудную клетку и почувствовал лишь стук сердца. Пока принц подходил к Кайлу, он старательно придумывал способ отомстить за вчерашнее утро. Однако совесть всё же победила, и Айон решил прибегнуть к стандартному способу пробуждения. Он протянул руку к плечу матроса, но так его и не коснулся. Принц медленно повернул голову к собственному спальному месту. Дерево. Его мама бы умерла на месте, если бы увидела, как, подобно бродяге, спит её сын. Вот только совсем не это заинтересовало Айона…

Совершенно случайно, буквально чудом, чуть выше того места, где спал принц, появилась выцарапанная надпись. «Не трогай его». Первая мысль, возникшая у Айона, была такая: это написал кто-то из команды, чтобы он наконец-то смог выспаться. Вряд ли Кайл. Скорее всего, Сина, ведь помимо умения заострять предметы она ещё отличалась заботливостью.

Айон повернулся к Кайлу и аккуратно потряс его за плечо.

– Надеюсь, мне не дадут по башке.

– Не дадут, – сонно проговорил Кайл. Он открыл один глаз и как-то странно посмотрел на Айона.

Провалиться принцу прямо на этом месте, но на его лице сияла самая настоящая и неприкрытая радость. Скорее всего, через пять минут Кайл вновь станет невыносим, а пока он втягивал воздух носом и искал источник запаха. Айон резко вытянул руку с палкой вперёд, чуть не зарядив Кайлу в глаз, но из головы никак не выходила странная надпись. Он должен поговорить об этом с Синой.

– Завтрак – замечательно. Готов сожрать всё, что дадут. – Кайл фыркнул и схватил палку с птицей. Он так хотел есть, что решил не дожидаться ответной реакции Айона. А принц лишь надеялся, что ему не придётся смотреть на то, как Кайл говорит с набитым ртом. – Я вижу, ты жив.

– Боги, за что? – Айон сказал это шёпотом, боясь развязать очередную перебранку с Кайлом.

Принц только начал чувствовать себя человеком, а не мешком, набитым сеном. Кайл вопросительно посмотрел на Айона и, пожав плечами, продолжил есть. Настанет день, и у них состоится неприятный серьёзный разговор по теме этикета во время приёма пищи.

– Да, я жив. Ты как себя чувствуешь?

– Будто тащил не самого легкого мальчишку семь-восемь километров. – Кайл потянулся и принялся есть уже предложенные ягоды и орехи.

Айон состроил недовольное лицо, но вновь решил не раздувать пламя спора. Его оппонент всё-таки отчасти был прав.

– Ты не знаешь, общего собрания ещё не было? Гилем любит устраивать посиделки после очередной жизненной неурядицы.

– Ты считаешь сейчас это бесполезным занятием? – с иронией спросил Айон после того, как проглотил маленький кусочек.

Он с отвращением наблюдал, как тонкая струйка сока стекает по шее Кайла. Айону хотелось окунуть его в ручей, но он чудом сдержался.

– О нет, как раз наоборот. Возможно, это единственный раз, когда оно действительно необходимо. – Кайл закатил глаза. – На нас нападают животные, мы попали на непонятный остров, время сошло с ума? Знаешь… нам абсолютно точно нужно обсудить дальнейший план действий. О чем вы разговаривали с Рисой и Азелем?

– Ты подслушивал?

– Последние двадцать минут я просто дремал. Не просто же так я с ходу ответил на твой вопрос?

Айон кивнул.

– На заметку: подслушивать чужие разговоры через ручей тяжело.

– И не очень воспитанно. – Принц развел руки в стороны. – Я узнал, что Илай, Сина, Редлай и Гилем ушли собирать припасы. Азель пообещал начать меня тренировать. Он сказал, что из меня мог бы получиться неплохой охотник.

– Понятно.

– Что?

Атмосфера тут же резко изменилась. Приятное и непринуждённое общение сошло на нет. Кайл молча и как-то грубо сдирал кожу с плодов, выбрасывая её куда придётся. Айон наблюдал за ним, но так и не смог понять столь резкую смену его настроения. Он решил дать ему немного остыть и просто отошёл в сторону, чтобы умыться, а потом, обернувшись, посмотрел на Кайла – тот продолжал есть и дуться непонятно из-за чего.

Ситуацию спасло неожиданное появление команды собирателей.

– Вот же проклятие, народ. Это было ужасно! Никогда! Никогда не разделяйтесь. – Гилем еле дышал. Он весь вспотел и устало вытирал лоб, словно после долгого забега.

Рядом появились такие же вымотанные Сина и Илай. Только Редлай в обличье лесной гончей аккуратной походкой двинулся к ручью и начал пить. – Мы смогли собраться только с помощью Редлая. Он способен чувствовать ауру живых существ на определённом расстоянии. Остров не смог нас запутать.

– Ты считаешь, в этом виноват остров? – Риса встала с места и посмотрела в сторону океана.

К ним присоединились притихший Айон и нервный Кайл. Никто из команды пока не решился задать вопрос, отчего у него такое недовольное лицо. Это же Кайл.

– Информации всё ещё недостаточно, чтобы понять, на каком острове мы находимся?

– Поверь, Ри, тебе не понравится мой ответ. – Гилем нервно дёрнул плечами, подошёл к Редлаю и отодвинул того в сторону.

Книгописец начал умываться и жадно пить воду. Оборотень рыкнул на него и, ткнув лапой, отошёл под крону дерева, тяжело дыша. Все в гробовой тишине стояли и ждали, когда Гилем наконец-то закончит. Лишь спустя пять минут он встал, вытер лоб рукой и поправил волосы.

– Либо я сошел с ума, либо это проклятый – принц, прошу прощения за выражение – Пятый материк!

Илай, Сина и Редлай никак не отреагировали на заявление Гилема. Видимо, он сокрушался всю обратную дорогу назад. Зато Азель, Кайл и Айон открыли рты, даже Риса не смогла сдержать удивлённый вздох. Никто сразу не собирался принять столь смелое заявление. Истории уже были известны несколько человек, повидавших Пятый материк, но чтобы сразу восемь… Тем более легенды гласили: только люди с чистой совестью могли попасть в это особенное место. Их команда не очень подходила под это определение.

– Этому должно быть другое логическое объяснение. Гилем, вероятность попасть на Пятый материк даже одному человеку ничтожно мала, а нас восемь. Давай не делать поспешных выводов… У нас просто мало информации, – Риса попыталась успокоить перепуганного собственным заявлением Гилема.

– Тогда объясни мне, пожалуйста, откуда нам встретились уже несколько видов вымерших животных? Мы тут всего ничего! Дайте мне справочник по растениям королевского замка! Я уверен, что и половина этих растений вокруг тоже уже давно исчезла! – Он взял жареное мясо и принялся есть, вгрызаясь в него и чуть ли не брызгая слюной.

– Чтобы доказать свою правоту, мне нужно привести запряжённого единорога?

– Гилем, остынь. – Азель состроил хищное выражение лица, защищая Рису.

И вместо того чтобы наброситься на него, Гилем действительно притих. Айон попытался вспомнить, точно ли у той синей лошади отсутствовал рог… Может, и не придётся мучиться с доказательствами. Но, как ни старался, рог вспомнить не смог.

– Прости. Просто я плохо сегодня спал из-за усталости, и моя голова уже теряет связь с реальностью. Всегда находил это странным: чем больше устаёшь, тем хуже засыпаешь. С моей искрой это равносильно самовредительству. Если никто не против, я пойду посплю. Илай, я могу прилечь в вашем укромном месте?

Тот кивнул.

Гилем похлопал друга по плечу и неспешно удалился, а Редлай под шумок последовал за ним.

– Всё настолько плохо?

– Редлай дважды начинал ритуал очищения розами. Ему действительно необходим отдых, так что нам нужно быть тише. – Илай потёр глаза кулаками. – Всё стало намного хуже, когда он вспомнил про существование Пятого материка. После этого он так и не смог остановиться. Его искра рано или поздно сожжёт его изнутри.

– Если никто не против, мы перекусим и тоже отправимся вздремнуть немного. – Сина выглядела измученной. – Мы плутали по этим джунглям, казалось, вечность. Благо Редлай смог вывести нас. Все мои отметки на деревьях будто растворились. Простите за ненужные подробности.

– Всё нормально, – прошептал Кайл.

Сина прошла мимо Азеля и Рисы, присела на корточки и зачерпнула воду, Илай же, как и Гилем, накинулся на еду. Сина улыбнулась Айону и кивнула в знак приветствия, и он лишний раз убедился, что в их компании нет настоящих джентльменов, только истинные леди. Он вновь бросил взгляд на Кайла, у того всё ещё была недовольная рожа, но мысли самого принца сейчас кружились вокруг Пятого материка. Может, его пребывание здесь поможет ему избавиться от ненавистного всем сердцем прозвища? Ничего злого не могло попасть сюда. Не исключено, что отец пересмотрит своё мнение о нём и не будет пытаться отправить куда-то подальше, а даст спокойно жить в замке и время от времени видеться с новыми друзьями.

– Единственное, что я поняла, – нам нельзя разделяться. Здесь может быть намного опаснее, чем мы думали. – Сина взяла Илая за руку и потащила прочь.

– Пойду я рыбы половлю на ужин. Пойдёшь со мной? – с надеждой спросил Азель.

Риса покачала головой. Ей необходимо было время, чтобы хорошенько всё обдумать.

– Кайл? Составишь компанию?

– Много от меня толку будет, – фыркнул тот.

– Пошли. Сина сказала не разделяться.

Айон наблюдал, как парни берут копья и уходят к морю уже протоптанной дорогой. Принц же решил остаться в лагере. Он до сих пор чувствовал слабость в теле. Ему не хотелось потерять сознание и оказаться на дне морском. Тем более его вроде как и не звали. Он не стал обращать на это внимание, поэтому перевёл взгляд на Рису. Она просто сидела, положив голову на колени. Принц уже заметил, что это её любимая поза. Сам же Айон решил отдохнуть, пока есть возможность. Кто знает, что может произойти через несколько часов на этом острове-материке. Он встал и, не прощаясь, пошёл на свою половину лагеря.

Каждого волновали свои вопросы. Айон не мог отделаться от мысли о проклятой синей лошади.

На рыбалке от Кайла и правда было мало проку. Он, как ни старался, смог зайти в воду лишь чуть ниже колена. И даже так он покачивался, с трудом сохраняя равновесие. Погода охоте сопутствовала: стоял мёртвый штиль, и весь подводный мир лежал как на ладони. Кайл заметил, что на этом острове пока проблем с погодой не возникало – лишь иногда дул лёгкий ветерок да шла рябь по воде. Горе-рыбаки придерживались простой тактики: стояли и смотрели в воду, ожидая, пока какая-нибудь глупая рыба подплывёт поближе, и ловили её копьём. Кайл на самом деле не особо надеялся на хороший улов, так как помнил, что на мелководье водятся лишь мальки. Он делал вид, будто сосредоточен на рыбалке, но Азеля оказалось одурачить не так просто.

– Ты собрался убивать рыбу взглядом? – шёпотом, почти беззвучно спросил Азель.

Если бы не абсолютная тишина, Кайл не услышал бы его. Только сейчас он отметил, насколько сильно сжимает в руках копьё.

– Может, всё же скажешь, в чём проблема, и сразу найдём решение?

– Нет у меня проблем.

– Понятно.

Выглядели они крайне странно: два застывших парня выражениями лиц пытались послать друг друга куда подальше. С Азелем у Кайла сложились «уникальные» отношения. Не удивительно, что дипломат имел стойкий иммунитет к его яду и издевательствам, а порой и сам окатывал Кайла с головы до ног помоями, а сколько раз их разнимали – уже никто и не вспомнит. Но утопиться Кайлу на этом самом месте, если они с Азелем не лучшие друзья, хотя вряд ли их дружбу можно назвать нормальной, ведь их общей темой для разговора становились зачастую взаимные упрёки. Оба самовлюблённые и горделивые, однако, как есть.

Азель повернулся в сторону Кайла осторожно, чтобы не создавать лишних звуков и кругов на воде. Он посылал в его сторону понятные только им сигналы, но Кайл точно не собирался реагировать на злые глаза, сведённые брови и тонкую полоску губ Азеля. Отразив эмоциональное нападение фырканьем и не менее сильно сжав губы, он уткнулся взглядом в океан. Рядом послышался еле слышимый стон безысходности Азеля. Как ни странно, но в подобной ситуации дипломат повёл бы себя точно так же и не спешил бы делиться переживаниями. Риса всегда обзывала их двумя упёртыми придурками, а спорить с ней никто никогда не решался, кроме Гилема.

– Думаешь, Гилем прав и мы попали на Пятый материк?

Услышав этот вопрос, Азель закатил глаза. Если Кайл действительно хочет играть в кошки-мышки, придётся следовать его правилам. Он и сам понимал, что выложить всё с ходу не так-то и просто. Да и тема их местоположения действительно важная.

– Судя по легендам, нет. – Азель начал говорить чуть громче. Видимо, никому сегодня не видать на ужин рыбу. – Я и ты сразу отпадаем. Мы не очень похожи на людей с чистой совестью. Гилем бы сейчас сдох от смеха… Сина за доброй улыбкой скрывает жестокий нрав. Если ей нужно будет убить, она убьёт. Риса может сожрать тебя со всем, что у тебя есть, а Редлай по природе убийца. Он знает вкус человеческой крови, Кайл.

– Вот кто подходит на эту роль, так это Илай. Наивнее и добрее человека я не встречал в своей жизни. – Кайл поднял глаза на Азеля, наблюдая, как тот не терял надежды поймать какую-нибудь рыбёшку, поэтому сохранял неподвижность и внимательность.

При упоминании Илая он тряхнул головой.

– Он проронил слезу, когда мы убили первую птицу, и именно по этой причине мы бегали за второй так долго. Тварь успела скрыться, пока Илай сокрушался из-за жестокости мира.

Кайл отчётливо представлял эту сцену. Всё в духе Илая.

– Я думал, Сина прям там расстанется с ним и уйдёт в лес. Видимо, ей нравятся мямли.

– Как она вообще начала с ним встречаться? – Кайл улыбнулся и продолжил: – Гилем и мухи не обидит, но почему-то мне кажется, время от времени у него в голове роятся странные мысли. С его способностью это совсем не удивительно, ведь у него большая цена за уникальность искры.

– Ты думаешь, если бы это был Пятый материк, мы попали бы сюда из-за Айона?

Воцарилась тишина. Кайл вновь вспомнил о принце и замолчал. Ему опять перехотелось говорить, но штиль вокруг пугал его ещё больше. Он возжелал шторма. Лишь бы звук грома заглушил мысли. Азель решил с минуту-другую не трогать его, и это помогло ему понять, причину плохого настроения Кайла. Как лучший друг, он считал своим долгом обсудить назревавший конфликт. Однако если Кайл молчит или, наоборот, взрывается при одном упоминании об Айоне, нужно действовать осторожно – только драки на копьях им здесь и не хватало.

Решив вновь забыть о рыбалке, Азель повернулся к Кайлу.

– Он чем-то напоминает мне Илая. Такой же наивный, добрый и слегка недалёкий. Он как цветок в горшке, рос за стенами дворца и не видел дальше высоких стен. Ты просто посмотри, как он разглядывает мир вокруг! Ты что, сам хотел потренировать Айона? Отстойный из тебя шпион!

– Нет!

– Ну ты и даешь! – протянул Азель.

– Сейчас ты как никогда похож на Гилема. – Кайл начал петлять, как дичь на охоте, но Азель напал на след. – Зачем тебе связываться с принцем? Кайл, сколько тебя помню, ты ненавидел королевскую семью. Он – принц.

– Да при чем тут это? – Кайл скривился.

– Не будет между вами дружбы. Не будет дружбы у него и со мной. И с кем-то из нас. В его жилах течёт королевская кровь, его учили смотреть на нас сверху вниз. Кайл, я же знаю, что ты быстро привыкаешь к людям. Айон не тот человек. Мы уберёмся с острова, и через пару дней он не вспомнит наши имена.

– И откуда в тебе проснулась эта отвратительная правда? – злобно бросил Кайл.

Ему нестерпимо захотелось запустить в Азеля копьё. На таком маленьком расстоянии он даже без проблем попал бы… Да вот только друг совершенно прав. Скорее всего, Айон даже и не задумывался о дальнейшей дружбе с ними.

– Единственное, что я знаю точно: твои мысли провальные. То же самое я сказал и Илаю недавно. – Азель скривился скорее из-за привычки.

Кайл же закатил глаза. Но даже такая весёлая нота не могла сгладить по-настоящему горький привкус от разговора, а он ещё даже не закончился.

– При этом, учитывая мою должность и статус, даже я не думал никогда о дружбе с королевской семьёй. И уж прости, друг, ты сам впутываешься в эту трясину. И к чему вообще…

– Не знаю, Азель! Я не знаю. Айон другой. Не похож он ни на кого из королевской семьи. Не вижу я в нём той прикрытой расчётливости, жадности, алчности. Ты прав, он – наивное дитя, которое само, по ходу, не радо быть частью королевской династии. Просто, глядя на него, мне не хочется удавить его или унизить. Мне не хочется его обвинять ни в чём. Такие, как он, не заслужили подобного, хотя я ещё не могу простить королевскую семью за то, что они сделали… Айон же… подобные Айону заслуживают…

– Защиты, – улыбнулся Азель.

– Совершенно точно, – согласился Кайл.

Сегодня в Азеле вдруг пробудилось благородство. Время от времени в нём возникали такие порывы, и в эти моменты Кайл старался с ним не контактировать. Даже при условии, что они хорошие друзья, а Риса горячо любимая девушка, о его прошлом практически ничего не было известно. И Кайл думал, что эти его вспышки праведности – последствия каких-то неизвестных им всем событий. Азель словно менялся в одно мгновение, порой в его присутствии становилось неуютно. Редлай однажды обмолвился, что и его аура меняется вместе с ним. Кайл предполагал, что подобное случается лишь после сильного эмоционального потрясения. Он был осведомлён о причине поступления на морскую службу буквально каждого матроса на своём бывшем корабле. Кроме Азеля. С его внешностью он мог стать кем угодно, но отчего-то выбрал именно такой путь.

Сейчас Кайл просто не мог находиться с ним рядом.

– Знаешь что? Рыбалка – это явно не моё. Пойду лучше помогу в лагере. – Аккуратно выйдя из воды, чтобы не упасть и не намочить одежду, Кайл стремительно удалился. Он бросил копьё почти у самой воды. Азель же стоял по пояс в океане и смотрел ему вслед.

Пока Азель пребывал в своих мыслях, брошенное копьё подняла подошедшая к ним Риса. Она посмотрела на Азеля своим проницательным взглядом. Спустя несколько лун отношений у Азеля выработался своего рода иммунитет на него. Однако, по всей видимости, занимали Рису совсем другие мысли. Странный день – день разговоров и какого-то неспокойствия.

– Судя по его лицу, разговор прошёл как надо, – усмехнулась Риса. – Но меня сейчас больше волнует наше местоположение и дальнейшие действия, а не кто с кем хочет играть в песочнице.

– Ходячая энциклопедия проснулась? – Азель не мог не признать, что их единственная возможность свалить из этого странного места – это дать Рисе и Гилему возможность всё обмозговать и найти способ. Просто иногда он до скрежета зубов хотел оторвать книгописцу голову. Вот и всё.

– Нет. – Риса села на песок и приняла свою излюбленную позу, воткнув копьё рядом с собой.

Азель уже понадеялся, что она поможет порыбачить. Зря.

– Зато появился Редлай и сказал, что, возможно, проспит до утра. И, как ни странно, Гилем предвидел это. Поэтому собрание под названием «Валим» оставил на утро. Редлай передал, что он ругался по многим причинам и на многие вещи, но весь поток разрозненных фраз уловить было невозможно.

– Кто бы сомневался.

Последний час Риса вела себя странно. Азель понимал, что в таком состоянии её лучше оставить в покое и дать всё обдумать. В других обстоятельствах она уходила в другую комнату или в лес, пропадая там на весь день, но сейчас, имея в распоряжении гигантский остров, пришла к нему, чтобы просто посидеть в тишине. А из этого можно сделал вывод, что мыслей накопилось слишком много и держать их у себя в голове уже невозможно. Гилем, к примеру, в отключке от перенапряжения, Сина спит мёртвым сном, и вот Риса пришла к нему. Он давно перестал обращать внимание или тем более обижаться, что не являлся её первой жилеткой для слёз. Они удачно перешагнули ту стадию, где требовали стопроцентного внимания друг друга.

Примерно сорок минут Азель простоял в воде. Сорок минут! Он действительно надеялся, что Риса начнет говорить чуть пораньше. И в итоге он просто перестал ждать и злиться на ровном месте. Последние минут двадцать он пристально вглядывался в воду. Никому не помешает кусок сочной рыбы, и будь он проклят, но перед ним появилось какое-то длинное змееподобное существо. Подумав с секунду и решив всё же рискнуть, он запустил в зверюгу копьё и отошёл в сторону, ожидая атаки. И не зря: рыба начала размахивать хвостом с каким-то шипом, но копьё, заточенное Синой, без труда пробило ей бок, и вода вокруг окрасилась в буро-фиолетовый цвет. Через полминуты рыба всплыла, и схватить её уже не составило труда. Чуть не надорвав спину, он вытащил добычу на берег. Одному не дотащить, а Риса продолжала молчать.

– Дорогая, я убил чудище. Если столько ждать, то оно успеет протухнуть.

Риса повернулась к нему и будто очнулась ото сна.

– Фиолетовый ядохвост. Ты поймал фиолетового ядохвоста. Последний раз его вылавливали около материка Вечных Бурь три полных цикла луны назад. Если бы не штиль, всё было бы логично. – Она вытянула ноги вперёд, запуская пальцы во влажный песок. – Попал бы под шип и повторил бы судьбу Айона и от яда зачирикал.

– Какая вероятность, что мне отрубят голову, если я буду дразнить его по этому поводу каждый раз при виде птиц? – Азель вытащил копьё из рыбы и воткнул рядом в песок. – Странный он мальчишка. Совсем не похож на члена королевской семьи. Он и сестра явно пошли в свою мать. Гордые, но понимающие.

– Голову не отрубят, но вот нос может начать смотреть в другую сторону. И я даже не знаю, кто выступит в роли костоправа. – Она улыбнулась. – Это место – рай. Если бы… Я не удивлена, что принц не похож на высокомерных выскочек. Есть в нём что-то особенное. Может, именно благодаря его чистой совести мы и попали сюда? Как думаешь?

– Я не знаю, правда. – Азель наклонил голову. – Мы с Кайлом уже обсуждали это. У нас ещё припасён в качестве варианта Илай. Но даже если они оба достойны попасть на Пятый материк, что мы делаем здесь? Мы живой контраргумент предположению Гилема! А он, к сожалению, очень редко ошибается!

– Мне кажется, он догадался тогда, в первый день. Просто не захотел казаться окончательно поехавшим. Только подумай, он терпел всё это время. Я несколько раз усиливала его способность, и страшно представить, что творилось в его голове. – Она поводила ногой по песку, кончиком пальца дотягиваясь до воды. – Подумай, насколько вероятно, что Гилем ошибается, если думал об этом на протяжении трёх дней?

– О боже… Я понял. – Азель удивился не только своей догадке, но и тому, что сразу не понял мотивов своей девушки. Это же Риса, его Риса! – Если этот остров действительно окажется Пятым материком, то ты не хочешь возвращаться так быстро!

– Только представь. Перед нами открылось то, что люди ищут на протяжении всей жизни, но так и не находят. Три дня, и мы уже натыкаемся на необъяснимые феномены, вымерших животных. Я не готова вернуться.

Азель понимал, откуда у Рисы такое рвение, прекрасно это понимал.

– Как думаешь, появится ли у нас ещё такая возможность?

– Нет.

– Вот именно.

После этих слов Риса будто заново родилась. С её плеч упала вся тяжесть, и теперь вместо сгорбленной позы она смогла расправить плечи. Азель замечал небольшие изменения в ней, а это сулило им завтра весёлый день. Панически настроенный Гилем против безмерно заинтересованной Рисы. Азель знал, что даже если все захотели бы уплыть с острова, а его девушка привязала бы себя к дереву, он остался бы с ней. Он предчувствовал, что завтра будет особенное собрание.

Сам же Азель не делал поспешных выводов. До тех пор, пока он не увидит единорога, всё равно не поверит в Пятый материк. На худой конец сойдёт и феникс. И то не факт, что, увидев всё это, он согласится.

– Тебе надо притвориться, что всё хорошо, и как можно правдоподобнее. Если Сина заподозрит неладное, скандал может начаться ещё до пробуждения Гилема. – Азель услышал шорох позади и обернулся. Со стороны убежища к ним шли Айон, Редлай и Илай. – И давай побыстрее. – Она обратилась к компании: – Вы чего?

– Я почувствовал запах странной крови, будто в неё намешали мяты. Мы решили проверить, всё ли у вас хорошо. – Редлай, как обычно, сложил руки на груди. – Кайл вернулся недовольный.

Их маленькой личной беседе пришёл конец, но, главное, сейчас Азель понимал, что тревожило Рису и занимало её мысли. День, не считая маленькой истерики Гилема, удался. Он смог поговорить с Кайлом и, судя по его реакции, достучаться до него. Азель решил не давать ход тяжёлым мыслям и взять передышку хотя бы на день. Завтра будет ругань, завтра будет жестокий спор, может, дойдёт до небольшой драки, но это только завтра. На сегодня все проблемы решены и можно идти спокойно готовить здоровенную рыбу.

– Всё нормально, мы поругались.

Айон посмотрел на Азеля. Как это всё нормально, если они поссорились? Принц накручивал себя всё это время, что нечаянно задел чувства Кайла, но, похоже, тому просто нравилось ругаться с людьми. Айон почувствовал облегчение. В прошлый раз Кайл доставал его с утра, будто ничего и не произошло. Принц решил дать ему время перебеситься с тараканами в голове. Видят боги, насекомых в голове Кайла немало.

– Пока все дрыхли и занимались непонятно чем, мы поймали фиолетового… – Азель посмотрел на Рису. Он напрочь забыл название того, кого убил. Совершенно случайно, но этот факт он унесёт с собой в могилу.

Риса покачала головой и встала. Она отряхнулась и ещё раз посмотрела на добычу.

– Фиолетовый ядохвост.

– Точно! Давайте дотащим его до лагеря и посмотрим, что у него внутри. – Азель потёр руки и обошёл рыбину со всех сторон. – Редлай повыше, поэтому хватайся за голову, а мы с Илаем – за туловище и хвост.

– А мне что делать? – спросил принц.

Все посмотрели на Айона. Он отставал от парней по росту сантиметров на пять, не меньше. Его помощь могла превратиться скорее в обузу, чем в нечто полезное. Он разглядывал всех такими наивными и заинтересованными глазами, что даже Азель не смог себя заставить съязвить по этому поводу. Благо в их маленькой компании нашёлся кто поумнее.

– А ты мне поможешь почувствовать себя королевой. Когда у меня ещё появится возможность пройтись с принцем по пляжу? Пусть эти рабочие несут нашу еду. – Риса подмигнула ошарашенному Айону. – Мои ноги утопают в песке по колено. Пойдёмте уже отсюда.

– Хорошо.

Айон жестом пригласил Рису схватиться за него. Азель окинул их взглядом и, заметив, что они не соприкасаются кожей, довольно хмыкнул.

Когда моряки забросили себе на плечи рыбину, Азель ещё раз поразился, как вообще смог убить её. Эта тварь могла покалечить его и без своего смертельного яда. Он обязан поблагодарить своих тренеров, что держали его в форме, если они всё же вернутся домой. Фиолетовый ядохвост весил не меньше пятидесяти килограмм и нещадно давил на плечи. Идти нужно было метров триста, но, когда Азель вступил на грунт, глубоко выдохнул.

Идущие сзади Айон и Риса неожиданно остановились и отошли друг от друга. Парни сразу обернулись.

– Ой, мы забыли копьё! – воскликнул Айон. – Риса, если ты не против, я сбегаю за ним, а вы пока идите. Постараюсь не заблудиться!

– Уж надеюсь!

Риса ещё несколько секунд смотрела, как Айон возвращается к воде, а потом дала команду парням двигаться дальше. Не хотелось валять рыбу в песке и вынуждать Редлая в одиночку тащить добычу, пока Азель и Илай падают от усталости. Сейчас она убедилась в словах своего парня. Может, Айон и королевских кровей, но ведет себя совершенно не свойственно снобам и выскочкам. Конечно, у него есть привычки, которые не могли не появиться при особом воспитании, но… Глядя на его ещё совсем детское поведение, наивность и доброту, Риса начинала чувствовать к нему тепло. Ей не захотелось бы терять такого друга в будущем. Она выдохнула.

Чуть погодя они зашли в джунгли.

В лагере послышалось удивленное восклицание проснувшейся Сины.

– Где вы это достали?!

Айон бежал по затягивающему его стопы песку. Он не понимал, почему Риса так недовольно отзывалась о прогулках по пляжу. Принцу не часто удавалось выбираться из замка. Когда до копья осталось совсем ничего, он замедлился и посмотрел на фиолетовую кровь. Только с близкого расстояния он уловил запах, о котором говорил Редлай. Такая тварь пугала Айона, даже будучи мёртвой, а под водой у него бы остановилось сердце.

Встряхнув головой, он подошёл и взялся за копьё, с легкостью выдергивая его из песка. Он посмотрел в сторону убежища и не торопясь, медленным шагом побрёл назад. Легкий шорох где-то слева от него привлёк внимание. Он резко развернулся.

– Кто здесь?

Кровь застучала в висках, но рядом никого не оказалось. На берегу было всё так же пустынно. Только повернувшись назад к убежищу, он смог заметить боковым зрением нечто необычное. Айон вновь развернулся. И, действительно, в нескольких метрах от него на песке появилась уже известная ему надпись: «Не трогай».

Вечер и ночь, по мнению Айона, прошли в странном напряжении. После пробуждения Гилем хранил молчание, явно обдумывая свою речь для предстоящего собрания. Редлай то и дело поглядывал на него и пытался прикинуть, когда книгописец взорвётся от нетерпения, чтобы вовремя сбежать в джунгли. Редлая совсем не пугали дикие животные, необъяснимые происшествия на острове, а вот словесный ураган книгописца держал в напряжении.

Оборотень трёх сущностей заметил какие-то изменения в их лагере. Аура каждого из команды настораживала: Кайл бесконечно злился, Риса нервничала, Азель отчего-то переполнен тоской, Гилем выглядел смертельно уставшим, только от Илая и Сины шла давно знакомая и крайне неприличная аура возбуждения. И Редлай не хотел думать о причинах её возникновения. Единственный, кто вёл себя более-менее адекватно – Айон. Его природная аура мерцала любопытством и заинтересованностью. Принц больше всех пытался взять от острова максимум опыта и положительных эмоций.

К вечеру команда собралась на половине лагеря Гилема. Когда все плотно пообедали остатками рыбы и фруктов, уже наступила ночь. Костёр медленно угасал, но никто не подбрасывал в него хвороста. День выдался жарким и утомительным, поэтому всем хотелось почувствовать ночную прохладу. В этом полумраке Айон не мог отвести взгляд от Редлая в обличье гончей. Его радужки будто горели синим пламенем. Принц с трудом перевел глаза Кайла, тот безучастно водил палочкой по грунту и думал о чём-то своём, как и все в последнее время. Илай еле слышно шептал Сине на ухо какие-то любовные фразочки, заставляя её заливаться краской. И, когда от костра остались лишь угли, Гилем поднялся со своего места. Айон заметил, как Азель слегка сжал руку Рисе, а Редлай заскулил и спрятал нос в лапах.

– Я уже наслушался твоего скулежа, Редлай. Если у тебя есть какие здравые мысли, можешь превратиться в человека, надеть штаны и выражаться понятным всем языком. Ты так часто в животном обличье, что я скорее построю тебе конуру, чем спроектирую нам лодку.

На заявление книгописца Редлай оскалился, но при этом замахал хвостом.

Айону стало интересно, неужели он не может его контролировать?

– Вот только не надо тут своим хвостом мотать. Извиниться можно и по-человечески. И даже если ты сейчас издеваешься, я буду так думать. А хочешь меня переубедить, вспомни сказанные пять секунд назад слова про человеческое обличье.

– Ну вот и началось, – тихо проговорил Кайл.

– Очень тяжело думать, когда единственное, что вы можете, – это жаловаться. Предлагаю доверить наши жизни Редлаю и Кайлу. Они здесь самые опытные и знают, как построить лодку. – Гилем вскинул руки в гневе.

Кайл не стал ему отвечать, хотя с языка то и дело пытались сорваться язвительные фразы. Книгописец потёр переносицу и повернулся к Рисе.

– Ты можешь усилить мою способность? Мысли разбегаются.

– Прости. Но я не буду этого делать.

Гилем удивлённо открыл рот на такое заявление. Желание продолжать нападать на Кайла и Редлая улетучилось в мгновение.

– Что ты хочешь этим сказать? Я не ожидал ножа в спину.

– Во-первых, это не нож в спину, Гилем. Во-вторых, посмотри на себя. Ты какой день не можешь расслабиться и думаешь об одном и том же. Осталось только замертво свалиться. В-третьих, я не хочу покидать остров, – последнее заявление Риса проговорила шёпотом.

Книгописец яростно замотал головой.

– Не пойму, кто сошёл с ума: вы или я? Что значит «ты не хочешь покидать остров»? Да это вообще не остров. Это Пятый материк! Я уверен в этом! Почти… Это тебе не исследовательская экспедиция. Мы не можем оставаться здесь слишком долго. И именно ты должна это понимать, ты здесь одна – моя опора. Когда ты успела позволить абсурду пустить в тебя корни?! – Гилем схватился за голову и театрально упал на колени. – Так, а теперь давай серьёзно и без шуток. Почему ты не хочешь убраться подальше с этого проклятого места?

– Потому что это может быть Пятый материк! Гилем, только вдумайся! Мы попали туда, куда люди мечтают попасть веками. – Она слегка подалась вперед.

Эмоции переполняли Рису. Такое случалось очень редко, и это произвело на Гилема ошеломляющий эффект.

– Даже если мы ошиблись и это никакой не Пятый материк, то мы открыли новый остров. В любом случае мы вернёмся домой героями после этого. И, может, тогда нам не придётся рисковать жизнями от одного лунного цикла к другому в открытом океане.

– Мы в опасности. Ты понимаешь это? Мы как раз попали в ситуацию, когда смерть дышит нам в спину. Этот мир совсем неизведанный. Его не познать так быстро, по щелчку пальцев. Никто из нас не в курсе, что скрывается за стеной из джунглей. – Гилем стал серьёзным.

Риса видела муки выбора в его глазах. Она слишком хорошо его знала.

– Никто не встречал единорогов, фениксов и водяных драконов уже сотни лун. Ты не боишься натолкнуться на кого-нибудь из них, отойдя в туалет? Сможем ли мы в восьмером справиться с чем-то подобным?

Айон посмотрел на Кайла. Тот оставался совсем непричастным к разговору. Единственный из всех.

Принц подумал, что настал тот самый момент, чтобы рассказать о странной лошади, которая наведывалась к нему несколько раз. Возможно, это галлюцинация, вызванная ядом, но впервые она появилась до укуса змеи. Он не заметил у лошади рога, по крайней мере, точно не мог сказать, был ли он, но вот в том, что она прозрачная и светится, – не сомневался. Вот только не разожжёт ли эта информация ещё больший конфликт? Если это затерянный остров, они просто открыли его заново, но вот если это Пятый материк, никто не знает, к чему может привести их путешествие. Комариная змея, возможно, лишь начало их исследований.

Айон фыркнул от этой мысли, чем привлёк внимание Кайла.

– На нас напал кракен, Риса. Уничтожил пять кораблей и чуть не погубил всех нас. Вот она – причина его появления: неподалёку находился Пятый материк. Других причин я попросту не вижу. И повторяю – это только начало. Ответь сама на вопрос, как часто я ошибаюсь, – нервно доказывал свою точку зрения Гилем.

Риса закусила губу, она прекрасно знала ответ. Гилем старался не озвучивать то, в чем не был уверен.

– По твоим ясным и красивым глазам вижу, ты понимаешь, что мы должны покинуть остров.

– Нет, – упрямо возразила Риса.

– Да.

– Нет.

– Да!

– Нет!

Риса встала напротив Гилема и для большей уверенности начала кричать ему свое громогласное «нет» прямо в лицо. Книгописец решил ответить ей тем же. Илай глубоко вздохнул: когда их аргументы полностью исчерпывались, они просто начинали соревноваться в упрямстве.

Айон смотрел на это с удивлением. Видимо, Кайл предполагал такое стечение обстоятельств, поэтому и оставался беспристрастным. А вот Айон не мог поверить, что два умнейших человека в команде в конце концов начнут просто перекрикивать друг друга. С этой минуты Редлай в его голове занял почётное первое место по рассудительности. Возраст всё же делал свое дело.

Почему-то никому не хватало смелости прервать «мирные» дебаты Рисы и Гилема.

– А что насчёт вот этого? – Всё-таки Кайл устал и задал вопрос, указывая палочкой на Айона.

Риса цокнула. Она, вероятно, совсем не учитывала то, что смерть принца могла превратить их не в спасителей и героев, а в заключённых.

– Именно его уже успела укусить змея. Мы не можем даже оставить его одного в лагере. Мне кажется, если и нужно хватать звёзды с неба, то без человека, за кончину которого нас могут повесить.

– Что ты скажешь на это, Риса? – Гилем махнул рукой в сторону немного ошарашенного принца, который неожиданно стал разменной монетой в споре, и эта роль ему явно не нравилась. – Всё может оказаться не просто напрасным, а смертельно опасным.

– Я…

– Вы можете поступить, как предложила Риса на втором источнике, – тихо предложил Айон, и спорящие раскрыли рты. Остальные даже не понимали, о чем идёт речь. – Если я погибну в этом путешествии, вы можете сказать, что никогда не видели меня. Не хочу и не буду камнем преткновения, остановившим вас. И несмотря на дурацкую змею, мне нравится всё это.

– Как удачно.

Гилем всплеснул руками и ушёл куда-то недалеко в джунгли. Если так пойдёт дальше, скоро все разбредутся по своим углам и не будут никого на них пускать. Редлай фыркнул и, поднявшись на лапы, отправился вслед за книгописцем. Риса мотнула головой и тоже удалилась, но только в сторону пляжа. Азель, посмотрев ей вслед, без особого энтузиазма пошёл за ней. Кайл как-то странно улыбнулся и решил не засиживаться у погасшего костра, поэтому вернулся к себе. Принц взглянул на Илая и Сину непонимающим взглядом. Как он ни старался избавиться от роли разменной монеты, пока это сделать не получилось. Случайно он занял сторону Рисы.

– Не переживай по этому поводу. Они устраивают подобное раз за три-четыре лунных пути. Всё всегда происходит по стандартному сценарию: нерешаемая проблема, две точки зрения, спор с аргументами, перекрикивание друг друга и разбегание по разным углам. Сейчас они выравнялись по счёту побед друг над другом. – От слов Илая Айон удивлённо открыл рот. – Да, мы ведём счёт. Это помогает отвлечься. Немного не по-дружески, но всё же.

– Просто не очень хотелось встревать, но это благополучно сделал за меня Кайл. – Айон взглянул на их половину и не заметил костра.

Видимо, Кайл решил лечь спать. Ночи здесь всё равно тёплые, и лишь под утро лёгкий холодок пробегал по спине принца.

– Ты поступил очень смело, что разрешил нам воспользоваться подобным. Просто добавил несколько очков в свою пользу. – Сина улыбнулась и положила Илаю голову на плечо, прикрывая глаза. – Иногда Риса перегибает палку, иногда Гилем. Тактичность в таких делах – явно не про них. Как же я устала сегодня. Ты не против, если мы тоже пойдём?

– Нет, конечно. Только сегодня я почувствовал, как мне стало получше. Хочется лежать и лежать. Не сказал бы, что это какое-то необычное для меня поведение, но последние пару дней я постоянно борюсь с усталостью. – Он зевнул и встал. – Надеюсь, завтра всё будет хорошо.

– Я думаю, к завтрашнему вечеру они уже будут любезничать друг с другом и извиняться замысловатыми фразами через каждое второе предложение. – Сина закатила глаза. – Илай прав, это происходит уже не в первый раз. Спокойной ночи, Айон.

– Спокойной.

Он махнул ребятам рукой и направился на свою половину ручья; точнее, на их с Кайлом сторону ручья. Ничего не нарушало ночную тишину, кроме еле слышного журчания воды. Не на такое завершение сегодняшнего дня рассчитывал Айон. Они могли пообщаться, рассказать смешные и не очень истории, поиграть во что-нибудь. Даже если остров или материк не подходил для отдыха, такие мелочи могли приукрасить их вынужденное заточение здесь. Айон прошёл мимо Кайла, который лежал на спине с закрытыми глазами и размеренно дышал. Хмыкнув, Айон подошёл к своему дереву, которое он использовал в качестве кровати, и сел, облокотившись на него. Спать не хотелось. Он ещё находился в состоянии лёгкого возбуждения после спора.

Айон посмотрел на небо. К сожалению, он не смог разглядеть практически ничего из-за густых крон деревьев. Он постарался уснуть, но в голову лезли разные мысли. Состроив недовольное лицо, он вновь раскрыл глаза и посмотрел на Кайла. В этот момент принц чуть не заорал на весь лагерь. Ясные и блестящие даже в полусумраке глаза притворщика смотрели на него. Айон, взяв себя в руки, начал разглядывать его в ответ. Кайл приподнялся и положил голову на руку, продолжая пристально смотреть на Айона, которого определённо поймали за подглядыванием. Вероятно, судьба указывала на то, что им пора поговорить. И пока принц витал в облаках и подбирал слова, Кайл нарушил ночную тишину.

– Почему ты всё это сказал на собрании? Разве ты не хочешь домой?

– Единственное, чего мне хочется, – это предупредить сестру и маму. Мама наверняка совсем поседела от страха. – Айон поёрзал на дереве, которое заменило ему и кровать, и подушку. – Не думаю, что хочу снова возвращаться в королевский замок. Пока…

– Ты держишься на удивление стойко. Мне казалось, королевские особы и дня не смогут прожить без удобств. – Кайлу тоже надоело лежать, и он поднялся, усаживаясь поудобнее. – Я ждал совершенно другого сегодня. Что-то типа… «Верните меня домой. Мне здесь тяжело». Ну знаешь, всякое нытьё.

– И с чего ты это решил? Я прыгнул на змею, закрывая тебя. Разве я похож на нытика?

Кайл поднял бровь в немом вопросе. Айон лишь фыркнул, но тут его осенило:

– О, неужели ты из-за меня сегодня влез в этот странный спор? Ты думаешь, что мне здесь не место?

– Скорее просто не хотел снова тащить тебя на руках через пол-острова. Если любая вылазка в глубь будет заканчиваться подобным образом, нам легче оставлять тебя где-нибудь под водой. Хотя и там тебя могут сожрать. Может, закапывать? – Кайл хмыкнул, увидев недовольное лицо Айона.

Эти шуточки уже понемногу надоедали, но принц догадался, что поймал Кайла с поличным.

– А ты сможешь взлететь, если Риса коснётся тебя?

Кайл удивлённо округлил глаза.

– Не смотри так. Если ты не можешь утонуть, то что будет, если Риса использует на тебе свою способность? Ты взлетишь?

– А что будет с тобой? – Кайл захотел задеть Айона, чтобы тот не шутил подобным образом, но, видимо, запустил новую цепочку мыслей в его голове.

Выражение лица принца резко изменилось с заинтересованного в крайне задумчивое. Сам же Кайл не ожидал настолько яркой реакции. Неужели он снова перегнул палку? Кайл решил не затягивать и не усугублять ситуацию, а сразу попытаться выкрутиться.

– Нет. Если Риса коснётся меня, то я просто смогу ходить по воде. Правда, для этого нужно сильно концентрироваться. Ты не видел лицо самой Рисы, когда это произошло в первый раз.

– Ты идёшь, почти не касаясь воды ногами? – Айон не мог представить себе это. Жаль, что сейчас ночь и Риса ушла проветриться. Он вряд ли смог бы сдержаться и не попросить показать, как это всё работает и выглядит.

– Нет. Мои стопы слегка погружаются в воду. Ощущение, будто меня заставили танцевать на разлитом масле. В первый раз я упал на колени и буквально полз по воде. Лунный путь людей! Мне понадобился целый лунный путь людей, чтобы встать на ноги. – Кайл обрадовался, что ему удалось избежать ненужных разборок с последующими обидами. Слова Азеля ещё свежи в его сознании, но всё же… – Я думаю, желание Рисы остаться на острове вызвано её способностью. Слишком много у неё с этим связано проблем и переживаний, о которых никто не любит распространяться.

– С чего ты взял? Её способность уникальная и такая полезная. Она буквально может пойти куда угодно, и ей будут рады. С таким характером и повадками Риса и сама по себе внушает страх и уважение. Почему она переживает? – Айон не мог поверить в заявление Кайла.

– Да в этом и смысл. Сама-то она ничего не может. Только усиливает, делает более уникальными людей вокруг себя. Если она окажется с проблемой один на один, у неё могут возникнуть неприятности. Думаешь, Азель пошёл просто так за ней? Да, она сожрёт его, пока не успокоится, но оставить одну он её не может. – Кайл улыбнулся. – По этой же причине с Гилемом пошёл Редлай. Им нужна защита.

– Как у вас тут всё запутано. – Айон состроил наигранно непонимающее лицо. – Нет, ну Редлай точно показал свое нежелание ошиваться где-то рядом с Гилемом. Если он может почувствовать всех на большом расстоянии, то зачем он пошёл за ним? Не думаю, что Гилем бы ушёл дальше двух деревьев.

– Не поверишь, но это тоже связано с искрой Гилема. Да и Редлая тоже. – Кайлу надоело шептать, поэтому он просто переместился ближе к Айону. – Ты, наверное, слышал, что Гилем под конец дня уже совсем сходит с ума. Если у него есть проблема или вопрос, которые он не может решить, у него начинаются головные боли. Помогает лишь сон. Ну и Редлай в самых худших случаях.

– Его способность распространяется не только на него? Удобно.

Кайл покачал головой. Оборотень трёх сущностей наверняка слышит их.

– Нет. Он может терпеть лишь собственные проблемы. Помощь Гилему связана с его природой оборотня трёх сущностей. Они способны исцелять живых существ с помощью ритуала цветов. – Кайл усмехнулся. – У каждого оборотня есть первичная лесная сущность и прямая связь с цветком. Когда оборотень лечит кого-то, вокруг больного вырастают цветы. Аватар Редлая – кровавая роза. Зайди к ним с утра и попадёшь в оранжерею.

– Как вы вообще собрались вместе? Мне кажется, вы такие разные. Вы же как масло и вода.

На первом их собрании на пляже Айон думал, что причиной смерти Гилема однажды станет Редлай, а оказалось, он его главный защитник и лекарь. Даже со всеми шутками и придирками книгописца, и в его адрес в том числе, Редлай не оставлял его и всегда приходил на зов.

У Азеля был ужасный характер, и Айону казалось, Риса то и дело хотела утопить своего парня в океане. На самом же деле скверным характером обладали они оба. Просто Риса прятала его куда-то поглубже, а Азель выставлял напоказ.

Кайл создавал впечатление одиночки в их группе, что не менее странно. Вроде со всеми и ни с кем.

– Похоже, в вашей больнице для сумасшедших Редлай единственный «здоровый». – Айон выпятил вперёд нижнюю губу, на что Кайл искренне, возможно, в первый раз, рассмеялся.

– Как же ты ошибаешься. Боги! Я бы тебе рассказал интересную историю, но Редлай, вероятно, невольно подслушивает нас. Не очень хочется потом иметь дело с разъярённым оборотнем трёх сущностей. Особенно в ближайшее время. – Кайла передёрнуло. – Я бы назвал тебя тоже «здоровым», но, видимо, члены королевской семьи лишаются этого статуса с рождения.

– Проверь свою родословную. – Айон показал язык Кайлу, а потом сам вспомнил свои же слова сегодня. – Мне бы пока не хотелось возвращаться домой. Здесь мне почему-то спокойнее.

– Какое-то нелогичное решение после случившегося.

– Вполне нормальное. – Айон наклонил голову. – Да, может, меня дома и ждёт моя кровать, регулярное питание и горячая ванна, но также обо мне не забыли корабельные каюты. Не уверен, что мне дадут доесть праздничный ужин в честь моего возвращения, как заставят идти собирать вещи в следующую экспедицию.

– И что в этом плохого?

– А ты не видел мою морскую болезнь? Конечно, видел. Думаю, тебе успели тысячу раз сказать, что принца рвёт дальше, чем он видит. Кататься туда-сюда, перевозить вещи, торговаться. В чём смысл? Да, отец говорит, что с моей способностью нужно идти в моряки. – Айон закатил глаза на манер Кайла. – И к чему это привело? Первый день кампании, и мы чуть не утонули. Вот твоя способность подходит работе моряком. А я что? Со временем пойду на дно, как камень.

Повисла странная тишина, которую нельзя было назвать неловкой. Просто Айон впервые высказал некие идеи и мысли по поводу собственной судьбы. Кайлу это откровенно польстило. Он проводил с принцем намного больше времени, чем с остальными, но никак не мог заслужить его доверия. Сине это удалось с первой попытки, Илаю тоже, и Азель, вероятно, теперь также в числе избранных. Настроение Кайла значительно улучшилось. Последние остатки сна улетучились. Он резко встал с грунта и жестом призвал Айона подняться.

– Пойдём туда, куда нас направляет судьба.

Айон непонимающе и удивлённо уставился на Кайла.

– Пойдём к океану. Поплаваем.

– А что ты ещё можешь сделать? – попытался пошутить Айон, но его не поняли.

Настала очередь Кайла ничего не понимать.

– Ты же не собираешься нырять?

– О, в этом у нас ты мастер!

Толкнув его в плечо, Айон неожиданно побежал по направлению к пляжу. Кайл улыбнулся и ускорил шаг, ему же не двадцать лун, а целых двадцать четыре! Однако ноги так и тянули сорваться на бег.

Когда он наконец нагнал принца, то остановился. Айон уже успел скинуть с себя рубашку и стоял около воды, задрав голову в небо, и там было на что посмотреть. Тысячи звёзд сияли, почти полные луны отражались на кристально чистой и абсолютно спокойной воде. Жаль, Кайл так и не стал художником, чтобы запечатлеть этот момент не только в своём сознании, но и на холсте. Мир вокруг него невероятен. Он только сейчас понял это. Его слегка кольнуло чувство зависти к искре Гилема. У него это мгновение осталось бы навсегда в памяти.

Наивность Айона удивляла. В реальном мире они бы вряд ли начали общаться. Принц и матрос? Какие из них друзья? За пределом этого недоострова между ними – бездна. Кайл знал, что Азель прав и ему никогда не перепрыгнуть её. Он, горько усмехнувшись, скинул с себя рубашку и направился в воду.

– Моя сестра отдала бы жизнь, чтобы увидеть это небо. Оно прекрасно. Я с нетерпением буду ждать полных лун. Говорят, эти ночи искрятся от магии. – Айон расправил плечи и посмотрел на воду. – Если мы всё же попали на Пятый материк… Жаль, я не умею рисовать.

– Подумал об этом полминуты назад. – Кайл усмехнулся и сделал шаг в воду, которая ещё не успела отдать накопленное за долгий день тепло и нежно приласкала его ступню. Он еле слышно замычал. Дойдя кое-как до середины голени, он просто опустился в воду и лег на спину. – Можно спросить Редлая о семьлунье. Правда, лучше быть метра за четыре от него.

– Больная тема?

– А как думаешь? Он знает вкус крови… вкус сердца.

Кайл счел собственную идею пойти поплавать ночью гениальной. Ничего умнее он не предлагал и не предложит уже никогда. Словно он попал в детство, где спускался с причала и плавал, смотря в небо. Вот только в тех водах, где он плескался, не было видно такого количества звёзд и Айона. Всё ощущалось совершенно иначе.

Он прикрыл глаза и глубоко вдохнул. Жаль, принц никогда не испытывал настоящего удовольствия от глотка свежего воздуха. Снова открыв глаза, Кайл будто запьянел от вида, голова пошла кругом. Он услышал, как около берега что-то плюхнулось в воду, и решил, что это очередной грациозный прыжок Айона. Но тут…

«Повелитель…» – раздалось от всплесков.

– Что? Как ты меня назвал?

– Как назвал? – Айон подплывал к ничего не понимающему Кайлу. – Ты бы подождал. Не все могут так быстро плавать. Мне приходится прилагать усилия, чтобы держать тело над водой, – проворчал принц и наконец-то догнал Кайла. – Иногда мне кажется, что я топор и вот-вот уйду на дно.

– Хм… Неважно.

Айон хотел пожать плечами, но они онемели.

– Переворачивайся на спину. Так ты сохранишь больше энергии. – Кайл посмотрел на запыхавшееся лицо Айона. – Чего? Мне так другие люди говорили. Какой я ещё могу дать совет, если сам не могу утонуть?

– Менее банальный? – Принц принялся плавать вокруг Кайла, разрушая своими всплесками завораживающую тишину океана. В конце концов, Айон, хоть и жаловался на усталость, но, сытый, мог кружить здесь подольше Кайла. Они очень странная, но хорошая команда. – Ты видел хоть раз Редлая в его полной трансформации?

– Нет, но Гилем видел. – Лицо Кайла стало угрюмым, будто он вспомнил нечто не совсем приятное. – Оборотень трёх сущностей – это довольно редкое явление на первом материке. Им тяжелее бороться с инстинктами. Будь у Редлая другая искра, уже давно бы казнили.

– А капитан Вальдер тоже оборотень трёх сущностей? – Айона вновь поразила интересная мысль. – Я только сейчас понял, что у Редлая и капитана одинаковая фамилия. Я понятия не имею, какая у капитана Вальдера искра.

– Да, он тоже оборотень, но, насколько мне известно, их фамилия ненастоящая. Слышал, что матросам приходилось закрывать его в трюме и подбрасывать какое-нибудь животное. Просто у этих Вальдеров, помимо их способностей, есть нечто ещё. – Кайл призадумался над тем, что умел капитан Вальдер, но так и не смог вспомнить. Забавно. Они ходили в открытое море довольно часто. – Мне вот интересно, как они вообще обрели способности. Оборотни трёх сущностей как бы не с первого материка.

– Уверен, Гилем знает на это ответ. – Айон даже остановился в своём бессмысленном заплыве вокруг Кайла. – Я начинаю понемногу понимать Рису. Столько в этом мире ещё неизведанного, столько вопросов!

– Так ты всё же за подвергание себя смертельной опасности или против?

– Мне казалось, я уже высказал свое мнение.

Почему Кайл начал задавать подобные вопросы снова? Он будто хотел услышать от Айона что-то вроде «Время убираться с этого проклятого острова».

Принц же сам не понимал, чего ему надо от жизни. За эти несколько дней он уж точно не смог разобраться. Почему они даже в такую прекрасную ночь должны ломать голову над глупыми вопросами? Айон свёл брови и сжал губы. Скорее всего, Кайл сам мучился от выбора, хочет ли остаться здесь или вернуться домой, поэтому и спрашивал об этом уже второй раз. Гилем ни за что не оставит Рису одну на острове, как и Азель. Так что им нужно прийти к какому-нибудь компромиссу, иначе они рисковали переругаться окончательно, а в их ситуации это тоже не совсем хороший исход.

– Прекрати так много думать. Вода перегреется.

Айон брызнул в Кайла водой. Тот натурально оскорбился и ответил тем же, и через минуту от спокойной прогулки они перешли к водным баталиям. Наверно, весь остров слышал ругань Кайла и смех принца. Дело в том, что в отличие от Кайла Айон мог нырнуть и не всплывать до тех пор, пока не захотел. Таким образом, он дважды утаскивал Непотопляемого под воду. Правда, не глубже полуметра, но всё же. Кайл успел разок наглотаться воды, поэтому решил взять реванш на грунте и заставить принца есть песок. Иногда очень полезно, когда твой друг не может задохнуться. Именно на этой мысли Айон вновь схватил его ногу под водой и потянул вниз.

– Я убью тебя! Кляну…

Но не успела голова Кайла полностью скрыться под водой, как его ногу отпустили, и он, словно поплавок, выпрыгнул из воды. В паре метров от него появился Айон, который гоготал на весь остров. Кайл двинулся к нему, чтобы успеть выловить его, но тот остановил его жестом. Он демонстративно выплюнул воду, заставляя неприятеля скривить лицо. Взгляд Айона был затуманенным и уставшим. Хорошо, что он не ушёл на дно. Они и не заметили, как далеко отплыли от берега.

– Мне нужен перерыв. Голова закружилась после второго ныряния, но я не мог не повторить. Честно. Ты, как сухое бревно, выпрыгиваешь из воды. – Айон наконец перестал смеяться и лениво задвигал руками и ногами, чтобы не пойти ко дну. – Ох, смогу ли я доплыть до берега или придётся идти по дну? Надеюсь, оно пологое.

– Я бы обозвал тебя ребёнком, но ты вроде как двадцати лун от роду… – Кайл закатил глаза и поставил галочку в пункте «месть принцу». Он перевернулся на живот. – Хватайся и поплыли на берег, нам ещё обсыхать.

Плавно и не спеша они направились к берегу. Кайл оказался прав, им пришлось плыть метров пятьсот. Ещё немного, и их бы унесло в океан. Повезло, что не подхватило какое-нибудь течение. Айон держался как можно осторожнее. Кайл же надеялся сам не обессилеть по пути.

– Как думаешь, что будет, если Риса использует свою искру на мне?

Кайл слегка притормозил и наконец-то смог перевести дыхание.

– Можно ли начать не дышать ещё сильнее? Звучит по-идиотски, но даже если ты начинаешь ходить по воде, то вдруг…

– Мы всегда можем это проверить, но только завтра. Думаю, сегодня Риса не в настроении открывать новые грани чужих возможностей, – Кайл снова зашептал.

Они почти добрались до берега, когда он произнёс:

– Вообще, очень интересная мысль. Даже не представляю, что из этого может получиться.

Кайл и Айон выползли на берег и рухнули на песок. Возможно, им придётся снова заходить в воду, но сейчас это неважно. Этой ночью вообще многие вещи теряли смысл и уступали место совсем другому. Даже несмотря на ссору между Гилемом и Рисой, день оказался удачный. У них осталась еда, поэтому появился выходной, и целый день они занимались всевозможными бесполезными вещами. И пусть Кайл провалится прямо сейчас в песок, заканчивался этот день тоже просто великолепно.

Из размышлений его вывел Айон, который поднялся и попытался отряхнуться.

– Чего ты так скалишься?

– Я всегда улыбаюсь, когда планирую месть, – соврал Кайл.

– Мне казалось, об этом не говорят тому, кому планируют отомстить.

– Не волнуйся, это тоже часть плана.

Помотав головой, Айон вновь зашёл с головой в океан. Кайл же просто лежал и таращился, как принц шаг за шагом скрывался под водой с безразличным выражением лица. Настоящий ужас во плоти, но Кайл решил оставить свои мысли при себе и не разрушать идиллию так и рвущейся ядовитой фразой.

Через минуту голова принца полностью скрылась под водой. Он встряхнул её, вымывая песок из волос, и начал возвращаться обратно. Когда Айон вновь показался из воды по пояс, то снова пустил изо рта фонтанчик воды.

Принц развернулся к лунам. Не хотелось возвращаться в лагерь, но пустой желудок и сонливость не оставляли выбора.

«Вернись», – раздался шёпот.

– Да выхожу я.

– Ты чего? – спросил Кайл у развернувшегося Айона.

Принц вопросительно выгнул бровь.

– Я не звал тебя. Купайся, пока не утонешь.

– Очень смешно. Что значит ты не звал меня? А кто же сказал…

В эту секунду их лагерь вспыхнул ярким светом. Даже находясь на приличном от него расстоянии, Айон резко закрыл глаза и отвернулся. Поставив руку перед собой, он попытался посмотреть, что же происходит, но яркая вспышка не позволила. Кто-то схватил его за руку и вывел из воды. Это мог сделать всего один человек. Кое-как собравшись с силами, Айон мельком поглядел в сторону лагеря и увидел уже чёрный дым. В это мгновение Кайл развернул его к океану и посмотрел в глаза, но, не увидев в них осмысленности, потрепал по щеке.

– Айон! – Он дёрнул его за ухо, приводя в себя.

– Хватит щипаться, я тоже так могу. – Принц потянулся к Кайлу, но его быстро перехватили. – А ну пусти.

– Нужно возвращаться. Риса усилила Илая, а значит, что-то произошло. – Кайл потянул Айона назад.

В это мгновение засиял бесконечно яркий поток света и по джунглям раздался протяжный вой Редлая.

Королева одиноко стояла на палубе и смотрела на спокойное море, покрытое небольшим туманом. Стояло ещё раннее утро, поэтому она одна вглядывалась в пелену. Её волосы заплели в аккуратную косу. Они потеряли свой золотой оттенок, став теперь полностью серебряными. Она мирно дышала и всматривалась в каждый кусочек открывавшегося моря. Вся её поза выражала напряжённость, усталость и боль.

На протяжении уже трёх дней, с тех пор как они в очередной раз добрались до места крушения «Золотого дракона», она стояла и искала глазами хоть кого-нибудь, хоть что-нибудь. Ни дождь, ни жаркое солнце не могли выгнать её с палубы. Сейчас она проклинала туман, который скрывал всё за пределами пятидесяти метров. Неудачное они выбрали время. Дверь трюма приоткрылась, издавая легкий скрип. К королеве направился господин.

– Королева, вы можете подхватить простуду. Не стоит таким холодным утром выходить без накидки. – Капитан Вальдер набросил на заметно продрогшую королеву накидку и встал рядом. Он всматривался в пустоту. Они уже забрали все остатки корабля давным-давно, остальное же исчезло в пучине или было унесено течением. – Вы не боитесь оставлять королевство без вашего светлого ума?

– Капитан Вальдер, оставьте попытки отговорить меня. Думаю, я уже ясно дала понять – это невозможно. – Ни один мускул на её лице не дрогнул.

Иногда казалось, что характер королевы прочнее её волос. Глава государства давно потерял надежду переубедить жену своими грубыми методами, поэтому подсылал капитана Вальдера с его обольстительными речами.

– Мой муж отлично справляется со своими обязанностями. Не вижу повода лишать хорошего жалованья вас и эту замечательную команду матросов.

– Боюсь, моя совесть не может позволить мне брать деньги за невыполнимую работу.

Королева наконец перевела взгляд с воды на капитана корабля. Тот быстро догадался, что ляпнул лишнее, но слова назад не вернёшь.

– Ваша работа – это командовать кораблём, капитан Вальдер. Хочу напомнить, что именно вы являлись капитаном кампании, из которой не вернулся мой сын. Ваш титул и голова на месте лишь из-за уверений, что вы сделали всё возможное для спасения Айона. Не заставляйте меня второй раз обдумывать, почему капитан жив, а его корабли – нет.

Зря вообще он вышел из своей каюты.

– После смерти тело моего сына, если он умер, рано или поздно должно было всплыть. Прошла половина лунного цикла, а поиски не привели ни к чему.

– Прошу простить меня, королева, за дерзость, но существует слишком много вариантов, при котором этого случиться не могло. – Капитан стиснул челюсти и сжал губы. Он ходил по тонкому льду. – Поиски продолжаются уже чуть больше половины лунного цикла. За это время океан и живущие в нём твари могли обмануть вашу надежду. Появление другого чудовища заставляет меня волноваться о вашей сохранности.

– Моему сыну без опыта хватило смелости пойти на кракена тараном, используя все ресурсы, что у него есть. Вам стоит поучиться чему-нибудь у молодых, капитан Вальдер. – Она снова отвернулась к воде. – А теперь, прошу, оставьте меня.

– Да, моя королева.

Королева вновь и вновь пыталась найти своего не то погибшего, не то чудом спасшегося сына. Брина каждый раз просилась взять её с собой, и королеве становилось всё тяжелее отказывать дочери. Но теперь из-за трагичной потери Айона она просто не могла подвергать опасности и дочь. Тем более муж уготовил ей трон. Капитан Вальдер, придворные, король и многие другие правы. Так много факторов могли скрыть тело её сына, но глупая надежда оставалась в сердце. Глядя на горизонт, она слышала, как Айон отвечал ей. Может, она и сломалась бы, забыла и отпустила его, но Брина даже после очередного спора о спасательной миссии говорила ей отправляться и вернуть брата домой, и это что-то да значило.

– Ещё рано сдаваться…

Айон никогда не бегал так быстро, как в эту ночь. Ему нравилось ощущать песок между пальцев ног, его тепло и прохладу, но в эти секунды спринтерского забега он проклял весь пляж вместе с островом. Не удивительно, что Кайл среагировал быстрее, но благодаря своей способности Айон всё же смог догнать его. Голова кружилась после их «битвы» в океане, но ему каким-то чудом хватило сил вернуться в лагерь. Принц схватился за дерево, попытался успокоиться и взять себя в руки. Единственное, о чем он мог думать, – еда.

Чья-то рука легла ему на плечо. Он присмотрелся и увидел перед собой взволнованного Кайла. Айон смог лишь кивнуть. Этим скудным жестом он «выпросил» пару лишних секунд. Ему просто нужно постоять и прийти в себя. Он услышал, как Кайл рванул дальше.

– Забудь!

Без сомнений, Кайл побежал вперёд, оставив Айона приходить в себя. Даже с размывающимися перед глазами джунглями и с тошнотой он мог поклясться – рядом никого не было, но знакомый голос всё повторял одну и ту же фразу: «Не смей». Принц зарычал от злости и безысходности. Он боролся с наплывавшей на глаза темнотой, головокружением и слабостью во всём теле. Ему так сильно хотелось есть и наконец-то прийти в себя, что он начал скулить от беспомощности. Однако скулежом делу не поможешь. Нужно успокоиться, взять себя в руки и позволить телу привыкнуть. Если Айон всё правильно понимал, их лагерь уже где-то в минуте ходьбы. На свой страх и риск он закрыл глаза, собираясь, и сделал первый шаг.

Сегодня явно его день. Громкий стук крови в ушах начал постепенно сходить на нет, мышцы перестало сводить от усталости, мелкая дрожь во всём теле прекратилась. Тошнота отступила, а головокружение уже не грозило ему падением в обморок. Теперь Айон боялся открыть глаза. Вдруг на самом деле он уже потерял сознание и чувствовал себя хорошо лишь во сне? Сжав зубы до скрипа, принц открыл глаза. Он стал видеть всё намного четче, но недолог час, когда мир снова поглотит темнота. Хоть ходить он уже мог, и то хорошо. Айон крепче схватился за ствол дерева, на который опирался, и расправил плечи, занеся ногу вперед, чтобы сделать шаг, как его ладонь зацепилась за царапину на коре.

Он медленно, во избежание очередного головокружения, перевёл взгляд на свою руку. Ладонь в порядке, а вот надпись на дереве заставила его лоб покрыться холодным потом:

«Тебе сказали – не смей».

Точно таким же почерком, как и на дереве, на которое он облокачивался для сна. Вот только сейчас никто не знал, что он будет здесь и наткнется на надпись.

«Кто и как мог написать это?» – подумал Айон.

Где-то недалеко послышался рёв дикого зверя, и Айона будто очнулся. Решив потом обдумать и обговорить с ребятами его прогрессирующие галлюцинации, он всё же двинулся в сторону лагеря, но не успел сделать и шага, как увидел, что на всех деревьях написано то же самое. Схватившись за голову и опустив её вниз, он быстро пошёл вперед. В памяти всплыла вдруг колыбельная мамы. Голос мамы всегда успокаивали его.

Кайлу хватило полминуты, чтобы увидеть весь творившийся в лагере хаос: Илай лежал на грунте, и из его ноги хлестала кровь, Риса старалась пережать ему рану рукой, пока Гилем наматывал жгут из лианы. Илай зажал ветку во рту и постоянно мычал. Буквально метрах в трёх катались в кровавой схватке Редлай и непонятное светящееся существо. Оно превосходило оборотня трёх сущностей в холке не меньше чем в два раза, но тому удавалось сдерживать натиск. Совсем рядом от гончей просвистела стрела. Кайл развернулся и увидел Сину и Азеля: они старались подобрать момент для атаки. Даже умея терпеть и быстро заживлять собственные раны, оборотень может не пережить прямое попадание стрелы, наточенной Синой.

Кайл попытался присмотреться и понять, что за тварь на них напала.

Только когда Редлаю удалось скинуть с себя животное и отпрыгнуть на пару метров, Кайл рассмотрел зверя. Им оказался не кто иной, как лунный ягуар. Такие встречались лишь на материке Великанов и в оазисах материка Вечных Пустынь. Да и этот лунный ягуар был намного больше сородичей. Его узоры на шкуре горели слабым синим свечением. Видимо, ему не повезло атаковать первыми Илая и Рису, потому что ягуар двигался немного неуверенно. Усиленная вспышка света ослепила его, и сейчас ему приходилось больше ориентироваться только на обоняние и слух. Редлай всё же имел преимущество в этом бою; помимо того, что он обладал сверхсилой, умел регенерировать и был быстрым, Сина и Азель держали ягуара на прицеле, подстраховывая Редлая.

Но вот попасть в него у них никак не получалось. Вся проблема заключалась в этих светящихся узорах. Кот-переросток постоянно двигался, путая охотников и сбивая прицел. Азель то и дело бранился и порывался броситься на животного с копьём, но строгий взгляд Рисы останавливал его.

Зато Кайлу никто ничего не запрещал, да и с его характером желающих нашлось бы немного. Подняв копьё, вероятно, обронённое Илаем при падении, он кинулся на ягуара со спины. Все отчётливо слышали, как Сина смачно выругалась. Ей уже порядком надоели тупоголовые парни, которые не могут держать себя в руках. Сначала Илай, суперзвезда-спаситель, теперь Кайл, отчаянный самоубийца. Ей всего-то нужно прицелиться и попасть твари в голову. Один Редлай скорее действовал инстинктам, чем просто из желания сыграть в героя.

– Если и ты сдвинешься с места, то я всажу стрелу тебе в ногу. – Сина от злости бросила лук за спину и пригрозила Азелю пальцем.

У него вновь пропало желание лезть в пекло.

Сина быстро схватила две наточенные палки и бросилась вперед.

– Держи тварь на прицеле! При удачной позиции стреляй. Кайл, и какого ты полез?! Метр влево!

Кайл же и не собирался спорить с ней. Откуда он может знать их тактику, мысли читать он ещё не научился. Мгновение, и тварь могла вцепиться кому-нибудь в глотку. Он сделал, как сказала Сина. Теперь они зажали ягуара в позиции «треугольник», тот потерял концентрацию и начал озираться по сторонам. Крик Сины отвлёк кошку, но та не стала бросаться на нее. Ягуар увидел опасность в приближающемся Кайле. В мгновение ока животное кинулось на него, он успел лишь подставить правую руку. Несчастливое копьё отлетело в сторону. Пасть ягуара сомкнулась почти на всём предплечье Кайла, и лишь секунда отделяла его от переломанных костей, но этого времени хватило Редлаю, чтобы вцепиться ягуару в горло. И первая сцена повторилась вновь, только теперь вместо Илая сам Кайл пережимал рану.

– Кайл!

Айон практически свалился на него. Сам при этом выглядел неважно. Совсем. Чуть лучше, чем Кайл с прокушенной рукой, но всё же. Глаза буквально собрались у переносицы. Ослабевшими руками принц схватился за повреждённую руку героя-неудачника выше раны, но его сил оказалось недостаточно, чтобы чем-то помочь. Кайл мог бы и смутиться от такой чистосердечной помощи, но умереть от потери крови пока не входило в его планы. Он здоровой рукой зажал между щиколоток одну из своих штанин и попытался оторвать кусок. Дешевая ткань тут же порвалась. Голова начинала кружиться, ему было необходимо действовать быстрее, но Айон никак не отпускал его руку, мешаясь. Он аккуратно оторвал слабые ладони принца от себя и начал накладывать самодельный жгут. Остатки ткани он использовал, чтобы накрыть рану. Рука начала понемногу неметь.

– Ты можешь съесть что-то? – прошипел Кайл. Время для перекуса он выбрал странное, но Айону необходимо было подкрепиться. Не хватало, чтобы он ещё свалился в обморок перед кошкой. – Эй, ты меня вообще слышишь?

– Он не слышит, – вяло ответил принц.

Кайл выругался, но принца это совершенно не напугало. Айон принял решение немного поспать и набраться сил. И неважно, что в паре метров от них шла жестокая схватка двух магических существ, а их лагерь залила кровь. Сознание принца начало стремительно угасать, несмотря на разверчивающиеся события. Кайл встряхнул его, пытаясь привести в чувство, но это не помогло. Совсем неаккуратно положив его на грунт, Кайл вскочил и пошатнулся. Потеря крови давала о себе знать. В любом случае ему досталось не так сильно, как Илаю. Тот продолжал истекать кровью, собираясь последовать примеру принца и тоже потерять сознание. Кайл перевёл взгляд на зверюгу. Что бы они делали, если Редлая не выкинуло бы на этот же берег?

Пока он возился с Айоном, оборотень трёх сущностей принял человеческое обличье и схватил кошку за шею, пытаясь удержать её и задушить. Животному не хватало силы для рывка, чтобы сбросить его со спины. Сина также не упустила момент и всадила два копья в заднюю ногу ягуара, который дернулся в её сторону, но сильные лапы Редлая не позволили тому вырваться. Скорее всего, тот уже задействовал свою способность, чтобы перетерпеть раны и усталость. Сина же продолжала атаковать ягуара ранее спрятанным за поясом деревянным ножом. В какой-то момент их яростной битвы Азель смог наконец-то прицелиться и попасть первой стрелой в туловище ягуара, угодив в бок. Животное ослабло, узоры на его теле начали понемногу затухать, пока совсем не почернели.

Сина свалилась подле врага и шумно задышала. Гилем подбежал к Редлаю с какой-то тряпкой и накрыл его. Тот вцепился в ткань мертвой хваткой. Он выглядел обессиленным и потрёпанным. Через пару дней действительно будет семьлунье, и ему потребуется много сил, чтобы сдержать животную сущность. Тратить их на бесполезную борьбу явно не входило в его планы. Обычно он отталкивал Гилема, но в этот раз благодарно принял помощь. Видимо, животная сущность сейчас преобладала над человеческой.

Кайл подошёл к Сине и помог ей подняться. Она со злостью посмотрела на него, но как только её взгляд опустился на его рану, а потом на Айона и в итоге на всё же потерявшего сознание Илая, глаза стремительно наполнились слезами. Она бросилась к принцу.

– Неужели тварь смогла зацепить его? Он-то куда полез? Куда вы вообще все лезете?! – Она оглядела Айона.

Руки и торс принца были все в крови, но Сина, не сумев найти открытой раны, вопросительно взглянула на Кайла.

– Почему на нём кровь, но нет ран? – спросила Сина.

– Это моя кровь. Он пытался пережать мою рану. – Кайл подошёл к первому попавшемуся бревну и упал, облокотившись на него. Может, сегодня ему повезло и хищник не нанёс серьёзных повреждений в отличие от Илая – тому действительно нужна была помощь. – Айон просто не рассчитал своих сил и вырубился в голодном обмороке. Дай мне пару минут, и я соберу для него чего-нибудь поесть, когда проснется. Пару минут.

Кайл вырубился. Потеря крови, усталость и напряжение не способствовали ясному сознанию.

В итоге теперь у них три человека, потерявших сознание, истощённый оборотень и одна убитая кошка. Не такой плохой результат для внезапного нападения и слишком большого количества промахов в командной работе. Если они останутся на острове, Сина обязательно проведёт с ними разъяснительную беседу. Только Гилему и Рисе хватило ума не лезть на ягуара с оружием. Тактика Азеля, Сины и Редлая была проста: оборотень трёх сущностей отвлекал животное и пытался найти удачные моменты для атаки, потом кто-то из них просто всаживал стрелу ягуару в голову, и готово. Они не обсуждали эту тактику, но опыт и боевая логика распределили их роли. А потом всё пошло не по плану.

– Неужели проклятая кошка пришла на запах от остатков еды? Нам нужно организовать свалку в полкилометре отсюда. Со временем может прийти кто и опаснее. – Гилем подошёл к своей сумке, которая с каждым днём становилась всё шире и шире от собранных трав. – Так, сначала нужно обработать раны двух дурачков. Не хочется потом лечить их от лихорадки. И надо убедиться, что кровь снова не хлынет ручьём из их ран.

– Ты в порядке? – Азель подошёл к Рисе и помог встать.

Она пребывала в полном шоке, потому что именно на неё и напал ягуар.

– Я теперь от тебя не отойду, – прошептал Азель.

– Я в порядке, – коротко бросила она.

Ситуация явно не в её пользу. Только недавно они спорили по поводу рисков пребывания на этом то ли острове, то ли материке, и вот на них напало дикое животное. Риса смотрела на Гилема, который колдовал над травами и накладывал новую повязку на ногу Илая. Лучший друг детства чуть не отбросил копыта. Прямой вины Рисы здесь нет, но косвенно – на все сто процентов. Именно это пытался доказать и объяснить ей книгописец: они рисковали, и сильно. У них мало информации об этом месте, они слишком уязвимы, у них нет достаточно средств для борьбы. Им повезло, что Сина, Азель и Редлай с ними. Тварь могла бы разорвать их на куски без особого труда. Риса опустила голову. Гилем слишком хорошо относился к ней и, может, был немного занят, но всё же не стал плеваться ядом.

– Риса, мне нужны твои прекрасные руки. Ты чего нос повесила? Ты же не думаешь, что я начну тебя упрекать в этом? Неважно, приняли бы мы решение уехать или остаться, эта тварь кинулась бы на нас, – постарался беззаботно подбодрить её Гилем.

Риса с трудом сдерживала слёзы. Слишком много эмоций для сегодняшнего дня. Она отошла от Азеля, чтобы слушать указания Гилема.

– Так, смотри. Вон тому горе-герою нужно тоже обработать рану. Возьми у меня траву кучо и намажь вокруг раны. Это обеззаразит, но не попади в саму рану. Иначе он проснётся и будет крайне злой. Потом наложи припарку из корней селеди, туго замотай. И проверь, целы ли кости.

– Я тогда займусь принцем. – Азель сделал шаг по направлению к оставшемуся запасу фруктов. Завтра им придётся заняться собирательством или охотой. Убийство фиолетового ядохвоста пришлось как нельзя кстати, но восемь человек быстро умяли добычу. Забрав всё оставшееся, он вернулся к Айону.

– Редлай? Ты там приходишь в себя? – спросил Гилем.

Редлай повернул к нему голову, и его взгляд уже выражал какую-то осмысленность. Гилем облегчённо выдохнул. Не хватало им ещё успокаивать разъярённого оборотня трёх сущностей. У них нет и шанса одолеть его в семьлунье без подготовки.

– Как до конца оклемаешься, помоги, пожалуйста, Рисе. Нужно переместить Кайла и Илая к ручью, там прохладнее и будет легче перенести первичное воспаление.

Редлай встал и обернул бёдра куском ткани. Он ещё чувствовал слабость в мышцах, но раны полностью затянулись, а человеческая часть взяла верх над животной и лесной. Кровь добычи напомнила об инстинктах убийцы.

Он подошёл к Илаю и взял его на руки. Риса проводила их взглядом и пошла следом. Илай дышал размеренно, хоть иногда и с трудом. Она взяла его за руку и села рядом. Редлай дождался момента, когда Риса закончит с обработкой и перевязкой раны, и так же отнёс Кайла к ручью. Он втянул носом воздух, проверяя опасность поблизости и, не найдя таковой, снова превратился в гончую. Никто не мог осуждать его за то, что он тут же свернулся калачиком и мирно засопел рядом с парнями. Гилем оглядел весь их лагерь и пришёл в уныние.

– Эта тварь разнесла всё в пух и прах. То немногое, что мы смогли собрать, отсортировать и найти подходящее место, – всё в хлам. И что прикажете делать с этим ягуаром? – Гилем подошёл к хищнику и пнул его ногой. – Как минимум можно снять с него шкуру и высушить. Может быть, его мясо пригодно для пищи. Во всяком случае, я уверен, оно не ядовито. Клыки, когти… Я лично сделаю из этого Редлаю оберег.

– Мне показалось, ягуар чем-то смахивал на Илая. – Сина отошла от своего парня, когда убедилась, что он в порядке, и направилась к тем, кто в сознании. Она выглядела уставшей, но пережитый шок давал о себе знать, поэтому она всё ещё находила силы на передвижения. – Он, по-моему, поглощал свет звёзд и лун. Правда, думаю, это происходило неосознанно.

– Вы не могли в него попасть из-за этого. Казалось, будто его узоры меняются местами. Вы думали, это из-за того, что он постоянно двигается, но это не так. Они действительно бегали по нему. В лунном свете, особенно на открытой поверхности, его, наверно, вообще трудно разглядеть. Нам необходимо начать разделывать тушу, иначе к утру она пропадёт, – заметил Гилем.

Риса глубоко вздохнула. Ночка обещала быть занимательной.

– Риса, займись костром. Как только Азель приведёт принца в сознание, поможет тебе приготовить мясо. Идите на половину Айона и Кайла, разграничим эти дела в пространстве.

Азель посмотрел на быстро удаляющуюся Рису. Даже после всего произошедшего её переполнял энтузиазм. Может, им она прикрывала чувство вины, но сейчас он не хотел в этом разбираться. Да и бессмысленно. Он похлопал Айона ещё раз по щекам. Азель делал так уже трижды. Ещё немного, и у принца проступят синяки. Он беспокоился. Определить, жив ли принц, можно было только по наличию или отсутствию сердцебиения. Ему просто-напросто хотелось заставить Айона наконец открыть глаза, затолкать в него еду и пойти помогать остальным. Веки принца задрожали, и, не теряя времени, Азель начал трясти его за плечи. И это, как ни странно, помогло. Айон открыл глаза и принялся озираться по сторонам, но у его спасителя исчерпалось терпение. Азель разломил фрукт кейбо – единственный из оставшихся фруктов, которые не нужно было ни с чем комбинировать, – и начал пихать принцу в рот. Не очень заботливо, зато быстро.

– Я подавлюсь, – Айон в процессе кормления пытался сказать что-то ещё, но другого Азель разобрать не смог. Только когда принц проглотил два огромных фрукта, в него перестали заталкивать еду. – Спасибо, конечно, но быть слугой тебе нельзя.

– Подавиться может тот, кто дышит. Так что не преувеличивай. У меня нет времени ждать, пока ты придёшь в себя. На нас напал лунный ягуар. Больше всех пострадал Илай. Тварь оставила глубокие раны на его бедре. Кайлу тоже досталось, но он сравнительно в порядке. Редлай спит без задних лап, – Азель быстро рассказал о нападении, не упустив возможность пошутить на манер Гилема про лапы «собаки». – Нам удалось его завалить, поэтому Гилем и Сина обдирают шкуру, а мы с Рисой разжигаем костёр. Попытаемся сохранить часть мяса. Тут осталось ещё немного фруктов. Приходи в себя и иди помогать.

– Мне надо кое-что сказать!

– Давай завтра. Сейчас все держатся на честном слове. Мы не должны упускать время. Кто знает, когда поднимется солнце, но до пекла мы должны зажарить это мясо. – Азель отдал принцу последние орехи и фрукты и пошёл в сторону их лагеря. Он окинул принца взглядом. – Мы надеемся на твою помощь, Айон.

Айон не мог злиться на него, хоть так и подмывало бросить колкость. Сейчас он уже не был уверен, видел ли те надписи на деревьях, или это снова галлюцинации – на сей раз от голода.

Принц крепко сжал лист с остатками еды. Он подошёл к ребятам. Илай действительно выглядел хуже всех. Его смуглая кожа стала неестественно бледной и казалась хрупкой, как старый пергамент, но рана выглядела не так ужасно, как описывал Азель, и совсем не кровоточила, однако от этого спокойнее не становилось. Травма Кайла казалась не такой тяжёлой, как у Илая. Редлай же спал и еле заметно дышал.

Айон даже не помнил об этой кошке. Он обернулся и тут же отвернул голову назад к ручью. Вид распотрошённого животного вызвал у него тошноту. Встряхнувшись всем телом, он быстро доел оставшиеся припасы, выкинул лист, умылся, попил и направился в сторону другой половины лагеря. Пускай Азель гонит его палками, дохлую кошку он трогать не станет.

По спине пробежал холодок. Какая-то странная мысль посетила его голову, она так и звала обернуться, посмотреть на дерево, которое Айон обычно использовал для сна. Непонятные паранойя и страх заставили его сделать это. Он медленно перевёл взгляд на ствол, но, как и ожидалось, ничего на нём не поменялось. Айон старался понять, что вообще сейчас произошло и почему он не мог перестать таращиться на дерево. Что-то явно не так. Какой-то изъян. С минуту принц искал его, осмотрел практически каждый листок. И в одно мгновение до него дошло…

Надпись!

Надпись исчезла! Та, что, по его мнению, нацарапала Сина, исчезла, словно её никогда и не было. Неужели она так быстро сошла с коры? Завтра он обязательно поговорит с ребятами, потому что пора поведать им про его галлюцинации и странные ощущения, а пока – костёр.

Айон проснулся рано. Притом, что они легли с рассветом, он не чувствовал хотя бы призрачного ощущения отдыха. Он предвидел, что день пройдёт «замечательно». Об этом ему с радостью сообщила заболевшая голова. Принц от силы проспал пять часов. После всего, через что прошла их горе-команда, это непозволительно мало. Еле продрав глаза, которые он тут же прищурил до едва заметной щелочки, попытался оглядеться. Вчера они приняли решение перенести Кайла на их половину, где тот и продолжал спать. Он так и не проснулся вчера, как и Илай с Редлаем. Айон с трудом поднялся со своего спального места, опираясь на проклятое дерево.

Уже при свете дня он хотел проверить, есть ли надпись. Конечно, как и ожидалось, её там не оказалось. Украдкой посмотрев на мирно посапывающего Кайла, он пошёл к океану – туда, где вчера вновь увидел мистическое послание. Дорога заняла у него всего пару минут. Видимо, когда силы на исходе и каждую секунду хочется упасть в обморок, каждый метр пути становится невыносимым. Погода стояла отличная, море снова спокойное и приветливое, но Айон не обращал на это внимания. Сейчас он пытался совладать с банальной истерикой. Он не нашёл ни одной надписи! Будто их никогда и не существовало. Принц потыкал ногтем дерево, на которое опирался вчера, но, не обнаружив ничего интересного, схватился за голову. Ему точно нужно рассказать кому-то об этом.

«Ещё не время».

– А когда настанет? – Айон сам не заметил, как сказал это вслух.

Подпрыгнув на месте, он развернулся в сторону лагеря, но не нашёл там никого. Посмотрев по сторонам и никого не заметив, он перевёл взгляд на океан.

Только его острое зрение помогло ему увидеть далеко стоящую девушку. Она была одета в платье из потускневшей бежевой ткани, в руках держала копьё, чёрные волосы волнами рассыпались на плечах. Попытавшись присмотреться, Айон отчётливо увидел на ней маску, скрывающую лицо. Все открытые части тела покрывали татуировки. Она смотрела именно на него и не двигалась с места. Принц же не знал, что ему делать: пойти вперёд и наконец задать вопрос, что происходит, либо дать дёру к лагерю, разбудить всех, но в эту же секунду девушка покачала головой из стороны в сторону.

Ещё не хватало, чтобы она читала его мысли.

Вытащив копьё из песка, незнакомка указала ему путь в джунгли. Айон всё равно не собирался подходить к ней. Он развернулся и быстрым шагом, пытаясь сохранить последние остатки своего достоинства, направился в лагерь.

«Не время», – вторили ему вслед.

Айон почти вбежал в лагерь и наклонился, схватившись за колени и пытаясь прийти в себя, а когда поднял голову, то увидел, как на него вылупился крайне удивлённый Кайл. Они смотрели друг на друга несколько мгновений, пока Кайл не хмыкнул и не продолжил есть какой-то оранжевый фрукт. Сок тёк по его руке, рту и груди. Наверное, тяжело есть, когда работает лишь одна рука. Принц закатил глаза и на мгновение забыл, что принесло его обратно. Он оглянулся, прищурился, но не обнаружил никого. Почему-то напрочь пропало желание рассказывать обо всём случившемся. В голове засела мысль о невероятности и судьбоносном выборе. Айон подошёл к ручью и умылся, посмотрел на еле видимое сквозь джунгли небо.

– Вот кому это надо? Все вокруг…

– Походу, кто-то ещё не отошёл от действия яда, – послышался саркастичный голос Кайла.

Айон повернулся к нему. Как он скучал по полотенцам. Он мог бы сейчас вытереть ими лицо и насладиться чистотой и лёгкостью, а не ощущать себя побитой мокрой собакой.

– Ты меня слушаешь? – поинтересовался Кайл.

– Нет.

– Принято. – Кайл хмыкнул и тоже подошёл к воде, вымыть руку.

Айон осторожно взглянул на него: тот выглядело забавно. Он и так особо не отличался интеллигентностью и аккуратностью, а ещё и с одной повреждённой рукой, в порванных штанах и весь грязный выглядел как самый настоящий бродяга. Кайл поднял голову и посмотрел на Айона.

– Будешь смотреть на меня своим королевским взглядом, брошу в ручей.

– Нет у меня такого взгляда, – стушевался принц.

– Да ну, конечно. Извини, что не взял с собой свой набор столового серебра и не пью из бокала.

Айон немного испуганно посмотрел на резко взбесившегося Кайла. Тот, видимо, уловил, что вспылил чересчур резко и попытался взять эмоции под контроль. Не хватало им поругаться с самого утра.

– Тс, эта рука болит нещадно. Редлая не видел?

– Я ещё никого не видел, кроме тебя.

Может, он и королевская задница по привычкам, но хотя бы может извиниться после банальной грубости. Там, где вырос Кайл, видимо, учили только шипеть.

– Я проспал всего-ничего после ночного кошмара, но не обнаружил пока никого. Даже Илая нет. Не думаю, что он мог уйти куда-то с такой раной.

– Ставлю на кон всё своё имущество, но даже отрубленные ноги не остановят его от желания переместиться в их с Синой укромное местечко. – Кайл похабно улыбнулся. – Хотя с такой раной не до любовных утех. Хорошо хоть кошка не откусила ему кое-что важное, если вы понимаете, о чем я.

– Ты правша или левша? – проигнорировал его бредовые фразы Айон.

– Я одинаково хорошо управляюсь обеими руками. – Кайл подозрительно прищурился.

– Тогда тебе повезло.

– Айон… Подожди. Ты только что пошутил про…

Повисло странное молчание. Принца слегка захлестнуло чувство вины. За такое его вышвырнули бы из дома при первой возможности. Никто из королевской семьи никогда не будет шутить на такую низкую тему, но он имеет право сделать себе поблажку в честь недавнего ужаса.

Тем временем Кайл начал смеяться в голос.

– Люди! Люди! Звери! Айон! Принц и наследник престола шутит про рукоблудие! Редлай! Слышишь?! Передай остальным!

– Заткнись! Кайл, слышишь. Хватит. Хочешь, чтобы ещё одно дикое животное пришло покалечить тебя? – Айон покрылся красными пятнами от смущения. – Хочешь опозориться очередным глупым поступком?

Кайл перестал смеяться и посмотрел на него серьёзно.

– Да я лучше приму смерть, чем буду сидеть под деревом и утверждать, что я птица. – Кайл смотрел, как Айон продолжал покрываться пятнами. – О, или прогонять странную синюю лошадь. У тебя проблема какая-то с животными?

– Началась где-то после нападения кракена. – Айон слегка призадумался.

Единственным доброжелательным животным с момента посадки на корабль как раз и стала лошадь. Синяя лошадь. Так охарактеризовал её в своей голове принц. Он думал добавить ещё «не единорог», но тогда бы получилось слишком сложно и длинно. – Вообще-то ты вчера обещал не вспоминать больше про это. Я находился под действием яда.

– Этому нет оправдания. – Кайл театрально покачал головой. – Издеваться над человеком, который напился и нёс бред, – святое. В твоём случае – отравился. Просто живи с этим и радуйся, что Гилем не стал этому свидетелем.

– Будешь дразнить меня птицей, спрошу у Гилема, как чирикаешь ты. Уверен, ты любитель выпить больше нужного.

– Ничья, Айон, ничья… Но только пока.

Принц в ответ тоже поджал губы. Они не моргая смотрели друг на друга. У Айона уже натурально пересохли глаза, но в один момент он обратил внимание на джунгли позади Кайла. Что-то синее попалось ему на глаза – яркое и выделяющиеся на всём этом многообразии зелёных оттенков. Он отвлёкся на знакомый цветок и даже не обратил внимания, как Кайл вскинул здоровую руку в победном жесте. Принц встал со своего места и подошёл к растению. Оно на глазах развернулось в его сторону. Не желая срывать его, он встал на колени и попытался почувствовать его запах. Аромат очаровывал и давал ощущение свежести. На секунду Айон очутился дома. Перед глазами появился образ «полупрозрачная синяя лошадь» и как подобные цветы вырастали в момент на её следах. Она приходила, и она реальна. Айон открыл глаза. Прямо перед его лицом оказался Редлай, который тоже решил понюхать цветок.

Принц заорал на весь лес.

– Ха-ха! Айон, а как же наш уговор не орать на всю округу?!

Айон схватился за сердце и шлёпнулся на пятую точку. Редлай выглядел довольным, видимо, подобное входило в список его развлечений. Он тоже уселся и ещё раз понюхал запах цветка. Когда принц наконец-то успокоился, а произошло это не так быстро, он злобно зыркнул на Редлая. Возможно, Айон и выглядел как испуганный маленький ребёнок, но перед ним, между прочим, сидела настоящая лесная гончая, и не просто гончая, а оборотень трёх сущностей в животном обличье! Он только открыл рот, чтобы выразить всё своё недовольство подобными поступками, как захлопнул его. Разве не это доказательство того, что сейчас его воспринимали не как принца, а как обычного человека без всяких титулов? В груди Айона потеплело.

– По-моему, шкуры одной кошки будет недостаточно, – проворчал Айон и направился к своему излюбленному или не очень дереву.

Редлай же пошёл к ручью попить воды. Когда оборотень наконец-то утолил жажду, он принял человеческое обличье. Айон отвернулся в сторону, чтобы не смутиться его наготой.

– Они не стали вас ждать. – Редлай выгнул бровь и схватил кусок ткани, которым вчера его прикрыл Гилем. – Вы не проснулись после обеда, и они решили пойти на сбор без вас. Меня оставили сторожить. Как вы себя чувствуете?

– Смущённо. – Наглая рожа Кайла повернулась к Айону.

Принц чувствовал нутром: теперь Кайл будет донимать его и по этому поводу. Чего такого, если он стеснялся голого мужика неподалёку. Никто в королевском замке не бродил без нижнего белья.

– Рука разрывается от боли. Ты мог бы облегчить боль ритуалом роз?

– Конечно.

Айон с интересом наблюдал, как Редлай подходит к Кайлу и садится рядом. Оборотень трёх сущностей закрыл глаза и глубоко вздохнул. Вокруг парней закрутились сотни маленьких огоньков, похожих на пыльцу, и из грунта начала расти одинокая роза. Пока она превращалась из ростка в налитый кровью бутон, раны на руке Кайла становились меньше. Айон понадеялся, что теперь уж поток сарказма в его сторону уменьшится. Очень зря.

– С Илаем то же самое. Говорит, будто нога вот-вот взорвется от боли. Гилем предположил инфекцию, поэтому вернется он не только с набором странных фруктов, но и с лечебными травами. Никто не исключает, что слюна ягуара могла быть и ядовитой. – Редлай повернул голову в сторону, прислушиваясь. – Илай снова застонал во сне. Пойду к нему. Команда вернётся в ближайшее время. Мясо ягуара на нашей половине. Прости, что подлатал совсем немного.

– Спасибо, всё хорошо, – поблагодарил неожиданно Кайл.

Айон наблюдал, как Редлай уходит куда-то в сторону. Его потревожил звук кряхтящего Кайла. Тот поднялся со своего места и направился на чужую половину ручья.

– Ты куда пошёл?

– Поесть твари, которая обрекла меня на временную инвалидность. – Он махнул ему рукой, что походило на «присоединишься?». Кайл развернулся и посмотрел на Айона.

– Ты чего-то боишься?

– Ничего я не боюсь, – злобно пробурчал Айон.

Страх – это не то слово, а вот животный ужас от творившегося вокруг хаоса – да. Ягуар, по мнению принца, не самая большая его неприятность, как и змея, и выживание на непонятном острове, а вот появляющиеся повсюду и исчезающие на следующий день надписи – настоящая проблема. Но он понял: пока он находится с кем-то, странных вещей не происходит.

– Я тоже поем. В этих условиях нужно следить за питанием. Мне хватило вчерашнего головокружения.

Айон окинул взглядом их приготовленный с ночи «ужин». На растяжках висела шкура ягуара, в небольшом самодельном ящике лежало приготовленное мясо. Гилем постарался принять меры и продлить его свежесть хотя бы до завтра, но в условиях такой влажности и жары шансов было мало. На чужой половине творился настоящий ад. Вчера все дружно приняли решение убраться потом. Пока Айон думал, а не заняться ли ему уборкой, Кайл подошёл к коробке и теперь возился с лежащими поверх мяса листьями. Он бранился, потому что одной рукой делать это ему было неудобно. Айон покачал головой. Его психика не выдержит этого больше. Он решил закинуть куда подальше свою застенчивость.

– Так, называй меня кем хочешь, но я просто не могу на это смотреть. – Айон подвинул Кайла бедром в сторону. Он аккуратно набрал несколько кусков мяса и уложил на один из листьев. – Иди садись и постарайся молчать.

Кайл закатил глаза, но спорить не стал и пошёл к ручью.

– Вот и молодец.

– Чего не скажешь про тебя.

– Лучшее время с тобой – это время, когда ты спишь.

Айон уселся напротив Кайла и начал раздирать куски мяса на более мелкие. Кайл быстро отвлёкся от издевательств над принцем и начал следить за его руками. Они легко и грациозно превращали обед варвара в яства короля. Именно в этот момент он понял слова Азеля о разнице в их происхождении. В этих мелких привычках и повадках проглядывалось настоящее лицо Айона – выходца из королевского двора. Его друг оказался прав. Между ними бесконечная пропасть из титулов и родословной.

– Готово. И постарайся не разговаривать с набитым ртом. – Он протянул еду Кайлу и посмотрел на него самым своим укоризненным взглядом.

Кайл ел в полной тишине, пока Айон думал о своём. Наверное, ему всё же не стоило слушаться таинственных голосов и надписей на деревьях, а довериться собственной интуиции. Айон закрыл глаза и попытался вновь отвлечься от ситуации. В это время Кайл хмыкнул и смог вдоволь рассмотреть черты его лица и не быть при этом пойманным.

– Живы?

Айон раскрыл глаза и увидел, как Гилем сбрасывает несколько сумок и охапку трав. Принц кивнул.

– Вы вообще знаете, сколько сейчас времени? Через пару часов закат. Мы пытались дождаться вашего пробуждения, но после двух часов бросили это дело. В этот раз мы пришли с хорошим уловом.

– С Илаем всё в порядке? Где Редлай? – Сина задала вопросы в пустоту, потому что практически сразу развернулась и ушла к своему парню.

Азель и Риса проводили её взглядом, а потом посмотрели друг на друга, улыбаясь.

– Когда я проснулся, то решил, что и не спал вовсе. Редлай уже сказал нам, что мы проспали все сроки. – Айон потёр шею и посмотрел на пустой лист Кайла. Он бы столько съесть не смог. – Мне кажется, я сегодня без проблем усну. После прошлой ночи можно проспать трое суток.

– Отказано, – перебил его Азель.

– В смысле? – Айон посмотрел на Кайла, ища в том поддержки, но тот лишь дёрнул плечами и, отвернувшись к ручью, начал умываться и пить.

– Сегодня у нас пройдёт первая тренировка. Поэтому перекуси парочкой легких фруктов, и пойдём на пляж. Нам необходимо ещё потом искупаться, высохнуть и поесть. Я сказал Гилему набрать тебе соответствующий рацион. – Он хлопнул по своей сумке. Принц начинал жалеть о том, что влез в это дело. – Сегодня будет вводный курс. Следующие несколько занятий мы будем готовить твоё тело. И не жди поблажек!

– И не рассчитывал даже, – нахохлился Айон, чем вызвал одобрительное «хм» от Азеля.

– Пойду проверю Илая, – сообщил о своих планах Гилем.

– Полчаса назад Редлай применял на нас ритуал роз, поэтому сейчас вроде всё неплохо. – Кайл протянул руку Рисе на осмотр.

Она осмотрела его и действительно в этом убедилась. Рана Кайла уменьшилась. У Илая наверняка всё серьёзнее. Им повезло, что ягуар не повредил им кости.

Риса быстро обработала рану и наложила повязку.

– Спасибо, – поблагодарил Кайл.

– О боже, ты знаешь это слово, – тут же отреагировал принц.

– Ты, похоже, Рису до сих пор не просёк. – Кайл повернулся к Айону и вылупил глаза, кивая в сторону уходящей подруги. – Только попробуй не скажи всего, что она хочет.

Принц встал и подошёл к одной из сумок, вытянул оттуда нечто похожее на то, что Кайл ел с утра. Время на глупости стремительно заканчивалось. Азель же пристально сверлил взглядом Кайла:

– Договоришься.

– Доешь по дороге. Пошли. Не хочу купаться ночью. – Азель махнул в сторону пляжа и сам направился туда.

Айон посмотрел на Кайла. Тот, заметив его взгляд, улыбнулся и подмигнул, явно намекая, что ему предстоит пройти изнурительные испытания.

– Ты же знаешь, что можешь просто пойти с ними, да? – Риса вернулась и села рядом, опустив руку в ручей. Прохладная вода слегка остудила её – разгоряченную после долгой прогулки.

Кайл посмотрел на неё.

– Не хочу отвлекать Айона. Ему вроде это важно. Все когда-то начинают, но не в моём характере молчать о неудачах.

Риса улыбнулась. Она прекрасно поняла, что Кайл не хотел развязывать новый конфликт по поводу физической подготовки принца. Она умела складывать два и два. Особенно после многочасовой прогулки до второго источника. Кто угодно начинал чувствовать себя неуютно рядом с Кайлом. Кроме Гилема.

– Тем более у меня как бы рука повреждена.

– Отговорки. – Риса встала со своего места и откинула светлые волосы назад. Она решила отвлечь его от тяжёлых мыслей. – Тогда давай вместе разберём эту свалку?

– Будто у меня есть выбор.

– Не-а.

До этого утра Айон не знал, что волосы тоже могут болеть. Глаза, сколько бы он ни старался, не открывались, как будто веки придавило усталостью после вчерашней тренировки. Тело затекло ото сна в одной и той же позе, но принц ничего не мог с этим поделать. Он уже час сидел, опираясь на своё загадочное дерево, и страдальчески попискивал. Кайл, по всей видимости, куда-то ушёл, он бы ни за что не упустил возможность поиздеваться над его состоянием.

Вокруг Айона царила абсолютная тишина. Только ветер время от времени шелестел листьями деревьев и свистел над ухом. Принц понимал, что не сможет, к сожалению, провести всю оставшуюся жизнь около этого дерева. Но сейчас полностью поддерживал позицию Рисы и хотел навсегда остаться на острове-материке – просто потому, что сил даже продрать глаза не было. Азель переборщил вчера, и это отнюдь не его собственные выводы, а выводы самого тренера.

Отсутствие дыхания сбивало второго с толку. Он не понимал, когда Айон действительно уставал. У него дважды кружилась голова, но Азель был без понятия, достаточно ли этих «достижений» для тренировки мышц. Зато принц знал, прекрасно знал: это чересчур. Его искра порывалась трижды потухнуть после пробуждения. Лишь одна вещь на свете могла заставить его открыть глаза и подняться – невероятный голод. Перед сном, а точнее, просто до момента потери сознания от усталости, Азель услужливо положил ему рядом остатки мяса. И Айон всю ночь чувствовал его запах. Мясо не отличалось изысканными вкусовыми качествами, но принцу так сильно хотелось есть, что сошло и это. При возможности он бы накинулся сейчас и на живого ягуара.

– Почему болит даже язык?

Ответом ему стала тишина. Видимо, на их половине или во всём лагере действительно никого не было. Собрав всю волю в кулак и мотивировав себя едой, принц открыл глаза. Кто бы мог подумать: уже полдень! Неудивительно, что никого нет. Выживание на неизвестном острове-материке – задача не из простых. Наверное, лишь Илай лежал в их секретном или уже не очень секретном месте, с повреждённой ногой. Из-за раны он уже долго не вставал и практически всё время спал. Азель сказал, что все травы, которые собрал Гилем, призваны помочь ему с воспалением и возможным заражением. Книгописец явно не планировал отдать своего лучшего друга в лапы смерти так просто. Айон иногда искоса поглядывал на него и думал: вот Редлай – оборотень трёх сущностей, великое магическое животное, но зачастую в бою всё решали мозги. Он невольно вспомнил спор Азеля и Рисы в первый день. Он совсем не удивился тому, что Риса оказалась права и Гилем один из самых полезных участников группы.

Айон перевёл взгляд на тропинку, которая вела к месту, где спал Илай. Стоило бы его навестить, но сейчас принц пытался договориться со своей гордостью и решал, насколько позорно ползти на коленях до друга.

Решив, что не очень-то и позорно, когда никто не видит, он подался телом вперёд. Вот только руки не успели среагировать, и принц шлёпнулся лицом в грунт. В памяти всплыло обеспокоенное лицо королевы, и стыд накрыл его с головой. Ему резко захотелось обнять маму, прижаться к ней и забыть обо всём плохом. Именно её воображаемый взгляд заставил принца упереться руками в грунт и начать подниматься. Если он не сможет справиться с простой болью в мышцах, стоит спросить, на что он тогда вообще может рассчитывать? Сам себя жалеть он не собирался. Или по крайней мере не так часто.

Почти по запаху Айон добрался до свёртка с едой. Вчера, уже в полудреме, он слышал, что Риса предлагала выбросить мясо к утру, потому что им можно будет уже отравиться, и они снова заспорили с Гилемом. Айон очень надеялся, что победил именно книгописец и его жирный и хорошо прожаренный кусок мяса, пусть и посыпанный какой-нибудь травой, попадёт ему в желудок. И, может, день начался не с самых приятных ощущений, но продолжался вполне неплохо. Помимо мяса, в свёртке оказалось ещё немного фруктов и орехов. Он практически наяву видел, как Риса собирала все фрукты, которые необходимо есть, комбинируя между собой, проявляя заботу.

Айон аккуратно, скорее не из-за королевских привычек, а потому что любое движение отдавалось болью, принялся есть. С каждой минутой ему становилось всё лучше и лучше. Он не знал до конца, как работала его способность, но по итогу завтрака-обеда болели ноги, не разгибалась спина и ныла левая рука. А в целом всё было не так уж и плохо.

Принц добрался до ручья, умылся, привёл себя в порядок и попил воды. Он закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями, и снова открыл их, вглядываясь в своё нечёткое отражение. Рядом с его головой появилась морда уже знакомой лошади. Айон не стал орать от неожиданности, чтобы не привлекать внимание Илая. Он сжал зубы и постарался успокоить бешено стучавшее сердце. Этому животному нужно перестать неожиданно появляться из ниоткуда.

– Почему ты приходишь только ко мне? Ты же понимаешь, что рано или поздно сведёшь меня с ума?

Айон разговаривал с лошадью. Синей прозрачной лошадью. И даже не это являлось первым звоночком к сумасшествию, а то, что она вроде понимала его.

– Что вообще происходит? Мне кажется, я заслужил более четких объяснений, чем надписи на деревьях и твои внезапные появления?!

Неожиданно для Айона лошадь прижалась к его боку и закрыла глаза. Он не понимал причин такого жеста, но отчего-то это совсем не испугало его. Вдруг он ощутил, что уже знаком с ней миллионы лун. Такое тёплое ощущение дома и родства. Принцу захотелось погладить свою странную «подругу» и убедиться, что у неё нет рога: вдруг у неё он бесцветный? Как и ожидалось, в мягкой, пушистой гриве его не оказалось. Айон почувствовал, как лошадь дёрнула головой, побуждая его гладить её дальше.

– Я уже и не знаю, что думать, – Айон решил выговориться. В конце концов, кому ещё, как не синей лошади. Лучший кандидат. И принцу показалось, что его внимательно слушали. – Я хочу домой, увидеть сестру, маму, но боюсь холодных глаз отца. Снова услышать, как он придумывает оправдания, как пытается избавиться от меня. Лучше бы он сказал правду. Воображение страшнее реальности. Ты этому прекрасный пример. Что мне делать? Довериться своему страху и рассказать всем о неладном либо пойти на поводу у загадочной силы острова?

И в этот момент лошадь сдвинулась с места и пошла по тропе в сторону пляжа, оставляя за собой синие цветы. Айон смотрел ей вслед, пока она не притормозила и взглядом не позвала за собой. Принцу не осталось другого выбора, кроме как последовать за ней. Когда его ступни коснулись песка, он испытал боль от вчерашних тренировок. Он словно наяву увидел, как Азель изматывал его до полусмерти. Животное медленно шло к воде, поэтому Айон отбросил мысли и из последних сил принялся догонять лошадь. Когда до океана оставалось не больше метра, они остановились, и принц посмотрел на своего спутника, а потом перевёл взгляд на горизонт.

– Если бы мне перед началом путешествия сказали, что я буду стоять на берегу океана с непонятным магическим существом… мда… – Айон вновь почувствовал, как лошадь уперлась ему в бок, привлекая внимание. – И что ты хотела мне этим сказать? Вам надо научиться изъясняться конкретнее. Я видел этот океан уже много раз.

Он снова посмотрел на воду. Айон никак не мог понять, что не так. От него не утаились какие-то изменения, но вот только он не мог понять, какие именно. Он прищурился и постарался отбросить все мысли. В этот момент ему на щёку упала капля дождя. Принц поднял голову вверх, на облачное небо, и тут его осенило. В первый раз за всё их пребывание на материке он не изнывал от жары, и всё потому, что солнце скрылось за пеленой облаков. В первый раз вместо мёртвого штиля Айон видел рябь на воде, которая медленно и верно превращалась в волны. Ветер, свистевший час назад в его ушах, становился всё сильнее. Погода стремительно портилась – вот что хотела показать ему странная лошадь.

Айон нервно закусил губу.

– Я понял, уходить с острова ещё слишком рано.

Океан и все странные события говорили именно об этом. Риса угадала со своим желанием остаться на острове. Даже Гилем перестал с ней спорить, вероятно, из-за раненого Кайла и Илая. С ранеными плот не построишь.

Эта мысль прочно засела у него в голове. Культ судьбы в их жизни занимал одно из главных мест. Каждый искал свою судьбу и призвание. Айон не задумывался об этом, потому что за него всё давно решили, и именно сюда занесло его это решение. Может, в первый раз в жизни сейчас решение он принял сам.

Принц сильнее сжал гриву лошади, не зная, что ему делать с накопившимися вопросами. Он смотрел, как океан становился всё неспокойнее и из мелкой ряби вырастали волны, как где-то вдали ударила молния. Быть в эпицентре грозы в прошлый раз ему не понравилось, однако со стороны зрелище завораживало. Холодный ветер подул в его сторону, и Айон снова призадумался, каково это – вдохнуть полной грудью свежий воздух? Действительно ли это даёт заряд бодрости? Уверенности?

«Научись читать между строк», – сказал уже знакомый ему голос.

Айон знал: если он развернётся, то увидит ту самую девушку в маске. Почему-то он боялся узнать, кем она была. И пусть на ней была надета маска и сама она держалась на расстоянии, но принц нутром чувствовал: он не должен знать, кто это. Пока не должен.

Айон видел, как гигантский вал воды встал далеко в океане. Он оказался не в силах оторвать от него глаз. Если Айон не повернется к незнакомке, но продолжит беседу, может, она и ответит на интересующие его вопросы. Хотя бы на один.

– Почему вы появляетесь только передо мной?

– А с чего ты решил, что только перед тобой? Другие не имеют права на секреты?

Вопрос ввёл в ступор. А действительно… Просто непонятное животное, странная девушка и надписи на деревьях и песке преследовали его. И не просто преследовали, а «советовали» ничего никому не говорить. И теперь он стоял посреди пляжа с синей лошадью и делился с ней своими переживаниями. Ветер резко усилился, едва не сдув его с места. В какой-то момент Айон вынырнул из своих размышлений и посмотрел в сторону. Лошадь исчезла, единственным доказательством её существования оставались всё те же синие цветы. Где-то совсем близко вспыхнула молния, и за ней последовал гром. Буря! Вокруг него началась настоящая буря! Всего секунду назад она была так далеко… Но не успел он начать паниковать по-настоящему, как его схватили за руку и потянули в сторону.

– Отпусти меня! – Айон без оглядки толкнул нападавшего, но сам не удержался на ослабевших ногах и упал.

– Ты чего, больной? – Кайл удивлённо посмотрел на него.

Айон думал, что на него напала та девушка, но, как оказалось, это был всего лишь Кайл, на лице которого удивление сменилось раздражённостью и злостью.

– Ты стоишь на пляже и ждёшь, пока в тебя попадет молния или тебя снесёт ветром? Уши чистить не пробовал?! Ору тебе уже пять минут! Если собрался покончить жизнь самоубийством, так и скажи, мешать не буду!

– Что ты здесь делаешь? – Айон до сих пор не понимал, как так быстро одно действие сменилось другим.

Был ли вообще кто-нибудь на пляже, кроме него? Лицо Кайла вновь перекосило от гнева.

– Не понял? Мы вернулись в лагерь, как заметили первые признаки бури. Вернулись, а тебя там нет. Илай не знал, где ты, а вокруг тишина. Ты совсем дурак или просто хорошо прикидываешься? На нас напал прошлой ночью ягуар. – Кайл помахал перевязанной рукой перед его лицом. – Тебя могли сожрать, дубина.

– Перестань сыпать оскорблениями. – Принца даже мама так не отчитывала за опоздания, зато Кайл развёл целую истерику по поводу его небольшой прогулки.

Кровь Айона медленно закипала. Если бы не начинающийся дождь, быть драке.

Айон зашагал в лагерь. Кайл вновь скривил лицо и замахал здоровой рукой в охватившем его гневе.

– Вы тоже хороши. Ушли. Могли бы хоть на грунте что-то написать.

– Что написать? Не ходи топиться? – Кайл догнал принца, слегка толкнув плечом.

Сверху сверкнула молния, озарив гневное лицо Айона.

– Я не могу захлебнуться.

– Зато можешь попытаться.

Два дурака застыли друг напротив друга. Каждый пытался сжечь противника взглядом. В какой-то момент им стало совершенно наплевать на творившийся вокруг хаос. Еле моросящий дождь превращался в настоящий ливень, молнии то и дело вспыхивали неподалёку, уши закладывало от грома. Это совсем не помешало Айону первому накинуться на Кайла. Эффект неожиданности и повреждённая рука матроса сыграли своё дело, и принцу удалось повалить противника на песок. Айон даже успел разок ударить Кайла кулаком по скуле до того, как его отправили в полёт мощным толчком ноги и попутно зарядив кулаком в глаз. Он совсем не испугался злобно улыбающегося Кайла, нависшего над ним. Принц знал, что шансов выйти победителем из драки у него не так много. И теперь под глазом у него точно будет синяк.

– В следующий раз я привяжу тебя к дереву. Так, чтобы единственной мышцей, которой ты мог бы воспользоваться, стал язык. Что на тебя нашло? Айон?! – Кайл старался держать себя в руках. Не ожидал он такой ответной реакции на уже обычные издёвки. Однако ударить члена королевской семьи оказалось по-садистски приятно. – Нам нужно пробраться в глубь материка до того, как буря полностью опустится на остров. А из-за твоей выходки мы теперь не успеем! Редлай уже потащил Илая!

– Из-за твоего нытья и языка мы не успеем. – Айона не волновала разыгравшаяся вокруг стихия. Он готовился ко второму раунду.

Подул ветер, и Кайла буквально сбило с ног. Айон раскрыл глаза, наблюдая, как его противника, злого и сбитого с толку, опрокинуло на спину. Решив продолжить потасовку, когда природа успокоится, принц подбежал к нему и протянул руку. Такая резкая смена настроения лишь шокировала Кайла. У Айона явно не все дома. Кайл схватился за его руку и потянул вниз, пытаясь подняться.

– Я позже набью тебе морду, будь ты хоть сыном или посланником богов, но сейчас давай спасать наши задницы.

Парни выглядели ужасно. Все в песке, мокрые, промёрзшие до мозга костей, но драка помогла остудить пыл и привести мозги в порядок. Айон чувствовал, как синяк под глазом становится всё больше и начинает наливаться, но ссадина на скуле Кайла вызывала у принца гордость.

– Пошли, придурок, – бросил Кайл.

– Пошли, выскочка, – не заставил ждать ответа Айон.

Они бросили друг на друга ещё по одному недовольному взгляду и рванули в джунгли. Им предстояло добраться до второго источника до момента, когда буря полностью накроет их остров. В прошлый раз на дорогу ушло несколько часов, но Кайл надеялся, что сейчас время встанет на их сторону. Тем более они летели, будто за ними гонится сама смерть. Айон старался поспевать за Кайлом, ему несказанно повезло поесть перед началом катастрофы. Этого запаса сил должно хватить, чтобы бежать не менее часа на предельной скорости. Ну а Кайл… это Кайл. Такого быка попробуй завалить. Айон смотрел ему в спину. Пусть его тренировки только начались, он не собирался сдаваться просто так и уступать.

Парни выбежали на большую поляну, и если Айону не изменяла память, то они смогли пробежать половину пути. В их ситуации ещё не всё потеряно. Они не успели преодолеть и трети поляны, как высоко в небе появился столб огня и двинулся огромным шаром прямиком в центр поляны. Кайл успел среагировать, несмотря на стену из дождя и ветра. Он резко остановился и прыгнул в сторону Айона, отбрасывая и защищая их от прямого удара. Раздался оглушительный взрыв, и их обоих отнесло в сторону. Айон слышал, как что-то сломалось, но надеялся, что их кости целы. Вот только поломанных костей им сейчас не хватало. Дождь всё усиливался, но центр поляны сиял, словно рассвет.

– Что там происходит? – Айон выпутался из захвата Кайла и сделал шаг по направлению света, но его успели поймать за руку.

– Айон! Ты сошёл с ума?!

– Я не знаю! – Резко дёрнувшись, Айон вырвал руку.

Сегодня он слишком часто задавал этот вопрос сам себе. Принц чувствовал, что должен пойти, должен. Свет и пламя становились всё меньше с его приближением. Он с трудом сквозь дождь увидел кратер примерно в три метра диаметром и один в глубину. Однако вода не доставала до маленького уголька в центре. Присмотревшись, Айон удивлённо распахнул глаза, словно лягушка. Чёрный птенец, не больше его кулака, жался к угасающему огоньку. На плечо Айона легла рука. Почему Кайл весь день мешается ему под ногами? Он сбросил с себя ладонь и спустился в кратер.

– Зачем тебе этот цыплёнок?! Пошли, у нас мало времени. Мы и так рискуем погибнуть!

– Сам ты цыплёнок! Мы заберём его с собой! Посмотри на него! Он такой маленький и беспомощный! Он утонет в этой яме! Сейчас я его заберу, и мы двинемся дальше. – Принц аккуратно протянул руку к птице.

Птенчик в страхе поёжился, но не двинулся с места. Айон улыбнулся, совершенно не смутившись. Если он нашёл общий язык с полупрозрачной лошадью, то и с птенцом управится.

– Не бойся. Я отнесу тебя в сухое место подальше от этого ливня. Ну же!

– От принца в скотоводы. – Кайл подполз к Айону, потому что усиливающийся ветер грозил снести его.

Кратер уже начал наполняться водой. Их время истекло, поэтому принц схватил несопротивляющуюся птицу и прижал к груди.

– Взял своего цыплёнка? Пошли отсюда. Мы уже не успеем добраться до второго источника. Надо найти укрытие!

– Прекрати ёрничать!

Он схватил Кайла за здоровую руку и повёл за собой. Айон не жалел о том, что спас эту странную птицу, но его надоедливый приятель прав – добраться до второго источника они уже не успеют. Их единственный выход – это найти какое-нибудь убежище и пережить бурю. Они с трудом вылезли из ямы и посмотрели по сторонам.

Небо разразилось молнией и громом. Птица сильнее прижалась к груди принца. Айон с трудом смог разглядеть через непроницаемую стену воды огромное дерево с густыми корнями, поднятыми над поверхностью грунта. Без единого слова он побежал в его сторону.

Как только они смогли забиться в самый дальний угол лабиринта корней, небо сомкнулось над ними. Им повезло, и вода не доставала до них, так как дерево росло на небольшом холме и стало своеобразным щитом от непогоды. Кайл дышал словно загнанная собака, а Айон пытался привыкнуть к сумраку. Его одежда промокла, порвалась и испачкалась. После шторма останется только выбросить её, но разгуливать голым не входило в его планы. Айон поражался, какие мысли посещали его, когда ветер грозился вырвать половину леса и отправить в небо. Но их дерево стояло крепко и не вызывало сомнений. Он понемногу расслабился и ощутил усталость.

– Жаль, у нас нет зеркал, – тихо проговорил Кайл.

Птенец на груди Айона заворковал и уснул. Принц не жалел ни секунды, что спас его.

– Ты бы посмотрел на свой синяк и вспомнил, что шутить про мою способность чревато последствиями.

– Ты напал на меня, когда я не видел, а я ещё и с повреждённой рукой. Да ты храбрец. – Кайл саркастически улыбнулся. – Вообще-то я не специально пошутил про утопленников. Просто первая пришедшая в голову ассоциация на тему дурачка и моря.

– Это ты так пытаешься извиниться? – спросил Айон.

– Только на смертном одре и только перед родителями. Не мечтай, Айон.

Ветер засвистел между корнями. Принцу было не холодно, но такие пронизывающие порывы всё равно доставали его и забирались под остатки одежды.

– И как ты его назовешь?

– Кого?

– Его. – Кайл закатил глаза и ткнул пальцем в маленького чёрного птенца. – Теперь ты официально его мамочка. Я думал, что все птицы появляются из яйца, а этот просто свалился с неба. Мы точно попали на Пятый материк. Я таких никогда не видел.

– Я не его мамочка… – зашипел Айон, а потом призадумался. – Максимум гордый отец. Думаю, лучше всего спросить об этом у Гилема. Я не мог бросить его. Ты видел яму? Она чуть не стала его могилой. Может, это громовой грифон?

– Он похож на птицу, но вот что-то на льва не очень. Тем более он падал весь в огне, а они рождаются из разряда молнии. – Кайл посмотрел на бурю. Погода могла их запутать. С этим точно должен разбираться Гилем. – Я знаю, что фениксы красные. Цвет пламени и все дела.

– Но этот чёрный, словно уголь. – Айон посмотрел на своего нового друга и широко зевнул. – Может, Метеор? Как думаешь, если мы поспим пару часов, ничего не случится?

– Да мне всё равно. Глаза сами собой закрываются. Мы искали припасы несколько часов, потом возвращались в убежище. – Кайл отзеркалил действие Айона, даже не стараясь прикрыть рот рукой. Когда-нибудь они подерутся из-за манер Кайла. – Потом твоя внезапная истерика и буря. Я хочу спать. И пусть меня хоть снесёт потоком воды.

– Буквально.

Но Айону уже никто не ответил. Он аккуратно посмотрел в сторону и увидел, как Кайл уснул, слегка склонив голову. Принц ещё раз зевнул. Так или иначе, они всё равно не смогут двигаться дальше в такую погоду. Под защитой дерева даже гром не так сильно давил на уши. Сконцентрировавшись на дыхании Кайла и птицы, он и не заметил, как сам начал проваливаться в темноту. Между сном и явью он увидел синий силуэт, который стоял посреди поляны. Он смотрел вверх и наслаждался бурей. Последнюю пришедшую в голову принцу мысль он решил озвучить, не боясь, что его услышат:

– Скоро можно будет открыть магический зверинец… – звук голоса смешался с раскатом грома.

Айон проснулся от противного чириканья неподалёку. Он чувствовал, как мышцы ныли от позавчерашней тренировки, но уже намного терпимей. Ему не хотелось открывать глаза и начинать новый день, он ещё не до конца выспался. Ему было так тепло, уютно, хотелось как можно дольше растянуть это приятное чувство. Но к Айону начали понемногу возвращаться воспоминания, и, тихо застонав, он открыл глаза. От тусклого света болела голова, нестерпимо хотелось закрыть глаза и дать себе ещё несколько минут сна, но расплывчатая фигура на животе вмиг пробудила его. На нём спал довольный и ни на что не жалующийся птенец. Его перья на хохолке горели синим пламенем. Айон подумал, что именно пламя согрело его, но потом принц перевёл взгляд на своё плечо. Он судорожно тряхнул головой.

– Нет, ты вот это серьёзно?!

Кайл уткнулся принцу лбом прямо в плечо. Он совершенно так же, как и птенец, ни о чем не беспокоился. Видимо, Айон неплохо справлялся с ролью подушки. Принц думал, что загорится сейчас вместе со странной птицей. Его плечо промокло от чужих… слюней!

Собрав волю в кулак, он резко подпрыгнул, потревожив сон сразу двух существ. Только вот Айон не рассчитал, где и с какой силой прыгал. Перед глазами затанцевали звёздочки с птичками. У колена вспыхнуло что-то яркое.

– Ты чего творишь, больной? Надеюсь, сильно стукнулся. Силы небесные, что произошло?! Напугал Метеора! – Птенец в ужасе бросился на Кайла. Тот схватил его и зашипел от жара. – Боже, он горит как костёр! Ты что натворил?!

– Не волнуйся, я сейчас потушу его твоими слюнями! – Айон прокричал это прямо в лицо Кайла, когда зрение всё же вернулось к нему.

Птица начала дрожать ещё сильнее, и Кайл вылупил глаза от боли, потому что огонь на хохолке стал сиять ярче. Принца же это, наоборот, остудило. Ему стало стыдно, что он напугал бедного птенца. Он-то ни в чём не виноват.

– Хей, прости меня. Всё хорошо. Всё же хорошо? Иди сюда.

– Никуда я не пойду. Придурок.

– Да я не с тобой, дурак. Ты получил по заслугам.

Птенец спрыгнул с рук Кайла и осторожно пошёл к Айону. Кайл протестующе замахал руками и отвернулся в сторону, пыхтя и бормоча что-то себе под нос. Принц закатил глаза и протянул руки в сторону нового друга. Птица с радостью запрыгнула ему в ладони, согревая. Айон просто смотрел на всё это и старался не сойти с ума на месте. Он с Кайлом спас огненную птицу и сейчас сидел под корнями дерева на каком-то полном загадок острове. Он перевёл взгляд с Метеора, который простил его быстрее, чем Кайл, и наклонил голову. Он определённо не собирался извиняться перед ним за необычное пробуждение, но сидеть под деревом они вечно не могли.

– Можешь дуться хоть до старости, но просить прощения за то, что ты обслюнявил меня, не буду.

Кайл развернулся к Айону. На его лице застыла скучающая гримаса, ведь он просто издевался над принцем и, видимо, не собирался разводить ссору на пустом месте.

– Метеор испускал тепло, вот я и потянулся.

– И сразу решил потушить пламя слюнями. – Айон уставился на Кайла и попытался смутить его хоть чуть-чуть, но ничего не вышло. Тот лишь зевнул и потянулся. У него напрочь отсутствовала совесть. – Я думаю, нам стоит выбираться. Бури как не бывало. Мы проспали здесь до утра.

– В этом месте никогда не знаешь точно. Пошли.

Парни выбрались из-под густых корней и оглянулись вокруг. Они явно проспали дольше, чем планировали. Сейчас минимум обед, но их это мало волновало. Буря сделала своё дело. Она будто намеренно содрала старое и мёртвое с острова, оставив шанс лишь сильнейшим и прекрасным.

Всё вокруг пестрело красками: распустились тысячи цветов, летали насекомые, неподалёку бегали грызуны, пели надоедливые птицы. Деревья сбросили жёлтые и повреждённые листья, обзаведясь новыми, зелёными настолько, что резали глаза. Кайл глубоко вздохнул. Прохладный воздух освежал и забирал последние остатки сна. Может, пробуждение прошло не самым приятным образом, и буря потрепала нервы, но в это мгновение жизнь всё возместила.

– А тут стало намного приятнее. Может, остаться на острове и не такая плохая идея… – тихо проговорил Айон.

Птенец вырвался из его рук и устремился за бабочками. Маленьким его можно было назвать с большой натяжкой. Размером он не уступала курице, что не сходилось с первыми впечатлениями. Им ещё предстояло выяснить, кем точно являлся их новый друг. Пока что он лишь испускал своими перьями разноцветное пламя.

– Не думаю, что для Гилема это будет аргументом. Разве что небольшим плюсом в графу «за», – Кайл усмехался. – Вообще не удивлюсь, если такой список уже существует. Это один из его любимых способов решать проблемы. Правда, в конце его обязательно кто-то уничтожит. Слушать его рассуждения невозможно.

– Интересно, почему тут такие бури случаются? Думаю нам нужно будет перебраться в глубь как можно скорее. Бегать туда-сюда не вариант. – Айону казалось, что в одном из разговоров он слышал нечто подобное. Второй источник ассоциировался у него не с самыми приятными воспоминаниями. Где-то вдали раздался вой. – Это же Редлай? Не хотелось бы ещё и убегать от диких животных.

– Если он искал нас всё это время, то лучше уж дракон. В дождь найти кого-то по запаху практически невозможно. Тем более посмотри на всё это обилие цветов. Он, наверное, меняет направление каждые несколько секунд, – Кайл посмотрел в сторону звука. – Мне интересно, чем кормить Метеора. Надеюсь, не мясом.

– По-моему, он и сам справляется. – Айон показал на птицу, которая бегала за насекомыми, ловя их на лету.

Его аппетит напомнил Айону его собственный. В животе заурчало. Голова ещё не кружилась, но он чувствовал, что скоро ему поплохеет.

Кайл наблюдал за птенцом, думая о чём-то своём.

– Что за…

Они оба развернулись на звук. Из-за деревьев вышла Сина. Она была вся в грязи, изнурённая и злая. Видимо, не только Редлай патрулировал лес, пытаясь найти их. Принц посмотрел на её лицо внимательней: с таким выражением идут кого-то убивать, однако её глаза выдавали беспокойство. Синяк под глазом резко заныл. Не хватало, чтобы поставили ещё один. Айон сделал шаг назад, но тут ему неожиданно на голову приземлился птенец и вцепился когтями в кожу. Айон закричал и забегал по кругу, стараясь оторвать его от себя. Когда он почувствовал жжение на лбу, то закричал ещё сильнее. Пока принц спасал голову, птенец вновь загорелся, словно факел. Айон поклялся себе больше никогда не выпускать Метеора из виду и стараться не пугать.

– Метеор! Прекрати! Ай! Иди сюда. Она не собирается причинять нам вред. Я почти уверен в этом! Ну же! Ты сейчас сожжёшь ему полголовы. – Кайл успел отойти от шока и перестать смеяться от воплей Айона.

Он остановил принца, схватив его за плечо, и попытался снять с его головы птенца. Зашипев и выругавшись от злости, ему всё же удалось это сделать.

– Да прекрати трястись! Боги, как горячо. Ай-ай. Забери его! Забери!

– Да подержи его секунду! Моя голова горит! – Айон потрогал голову и не почувствовал на затылке часть волос.

– Да боже мой! Метеор, прекрати! Ай! Она не собирается тебя убивать! Может, нас, но не тебя! Стой! У меня сейчас последняя одежда сгорит! – Кайл поставил птицу перед собой и задергал руками.

Выражение лица Сины менялось каждую секунду, чего на нём только не промелькнуло: злость, страх, облегчение, а по итогу на нём застыл шок. Кайл взглянул на принца: тот продолжал оглаживать свой затылок и не обращал ни на кого внимания.

– Айон, волосы – не ноги, отрастут. Прекрати делать то, что ты делаешь!

– Мои волосы…

– У меня заканчивается терпение! Сина, он заслужил взбучку первый. Он с самого утра дурак похлеще меня! Айон!

Сина смотрела на них, и в её голове появлялось всё больше вопросов, но сейчас ей хотелось задать самый главный. Она нашла момент, когда общая паника сошла на нет.

– Где вы пропадали?!

– Знакомься, это Метеор, – Айон поднял птицу и прижал ближе, стараясь наконец-то полностью успокоить животное. – Именно из-за него мы и не успели добраться до вас. Он буквально упал на нас с неба. Правда, тот столб огня, который мы увидели, не соответствовал его размеру. Пока мы вытаскивали его из кратера, буря разошлась окончательно. Пришлось остаться вон под тем деревом.

– Нет, подождите. Что здесь происходит?! Почему…

– Это всё он. – Кайл злобно тыкнул в синяк Айона. – Когда я пытался забрать его ко второму источнику, он накинулся на меня. Пришлось поставить ему фингал. Поэтому не надо обвинять меня в избиении члена королевской семьи. Вообще не пойму, чему вас там учат? Что на тебя нашло вчера?

– Парни, да я не об этом! – Сина непонимающе хлопала глазами и смотрела то на одного, то на другого, но они уже не слушали её и вновь повернулись друг к другу.

Лицо Айона стремительно покраснело от злости.

– Мне казалось, ты уже понял, что шутить про мою способность нельзя! Тем более нельзя пускать слюни на мою одежду! – Айон посадил птицу себе на плечо. – Мы проснулись в грязи, в корнях! Вот чего мне точно не хватает, так это слюней.

– Когда Редлай найдёт нас, я не буду защищать тебя. Он перегрызёт твоё горло, а я буду смотреть и ухмыляться!

Птенец пригнулся и собирался снова загореться. В этот момент Сина дала Кайлу подзатыльник. Айон прыснул со смеху.

– Что за день? Только и делают, что дают тумаки. Хватит ржать.

– Редлай не будет никому перегрызать горло.

Они повернулись в сторону Сины. Она вскинула руки от радости, что смогла наконец привлечь внимание парней, и покачала головой. Выражение её лица сменилось с раздраженного на обеспокоенное. Сердце Айона кольнуло. Сейчас он услышит нечто нехорошее.

– В день, когда началась буря, Гилема похитили… Мы думали, и вас…

– В смысле его похитили? Как?! – Айон вылупил глаза и посмотрел на такого же ошарашенного Кайла.

Шуткам стало тут не место. Повисла пугающая тишина. Сина пыталась собраться, чтобы не расплакаться.

– Когда мы добрались до второго источника, там стояла девушка. Её лицо было скрыто маской. Мы пытались с ней говорить, но из-за суматохи и бури даже Редлаю не удалось заметить похитителя. Он исчез в считаные секунды. – Она заламывала руки. – Мы с ним бросились вслед, но дождь смыл следы. А где вы пропадали всё это время?! – будто опомнилась и закричала она.

– Мы просто… Мы… Не верится. Гилем пропал. Нам нужно вернуться в лагерь и тоже приступить к поискам. Боги, сколько мы провалялись.

Айон сразу понял, о какой девушке говорила Сина. Ему захотелось узнать о ней побольше, но он боялся выдать свою осведомлённость. Мысли начали мгновенно сменять друг друга в голове, но до момента абсолютной паники и самокопания его плеча коснулась рука.

– Так, Айон, отставить панику. Этим делу не поможешь. Давай вернемся в лагерь, обсудим и поможем всем, чем сможем.

На слова Кайла принц одобрительно кивнул.

Сина вдруг подошла к ним и резко обняла. Они оказались не готовы и просто стояли с широко распахнутыми глазами. Первым отреагировал Айон и приобнял её. Кайл последовал его примеру. Сина отошла в сторону и вытерла небольшую слезинку.

– Я рада, что хотя бы с вами всё в порядке. Если бы…

– Да что с нами могло произойти-то? Пережили кракена, поэтому буря нам нипочём. Подумаешь, вместо двух часов проспали до утра. Мы умотались за вчера. – Кайл постарался улыбнуться без примеси привычной желчи. Вышло немного наигранно.

Но вновь мелькнувший во взгляде Сины страх обеспокоил его. Он взглянул на Айона. Метеор так забавно сидел на его плече. Точно попугай.

– Кайл… Вы пропали тридцать дней назад.

Они шли в гробовой тишине. Прекрасная погода и свежий воздух уже никого не радовали. Айон смотрел вперёд на напряжённую спину Кайла и боялся раскрывать рот. Он время от времени сильнее прижимал Метеора к груди. Птица, поддавшись общему настроению, также вела себя тихо. В паре метров впереди шла Сина, показывая им путь. Принц со страхом подумывал, что он отчасти причастен к похищению Гилема из-за того, что так и не рассказал друзьям о странностях, происходивших с ним: обо всех этих животных, надписях и девушке в маске. Ему стоило сразу же рассказать о них хотя бы Кайлу. Птенец поёжился у него на руках и прижался ещё сильнее.

Они шли в тишине на протяжении часа, пока Сина не остановилась, без предупреждения запустив в небо сначала стрелу со странным мешочком, а следом за ней – обычную. Через мгновение в небе появилось фиолетовое облако с дымом. Айон понял, что не только она занималась поисками Гилема. Вероятно, Редлай также прочёсывал лес. Тем более Кайл и Айон сами пропали на тридцать дней – стоило дать всем знать об их обнаружении. Прождав где-то полминуты в тишине, они двинулись дальше. Принц почувствовал в воздухе запах чего-то терпкого. Хотелось чихать и кашлять. Вероятно, фиолетовый дым содержал кучу всякой дряни. Вдруг вдалеке послышался вой. Айона передёрнуло от его пронзительности и злобы. Гилем оставался их лучшим и единственным информатором. Без него их команде придётся несладко на неизвестном острове. В своих не самых радостных мыслях принц и не заметил, как они вышли ко второму источнику, застав там лишь Илая и Рису.

– О, боги! Вы живы! Неужели вас тоже похитили?! Как вам удалось сбежать? Где Гилем? – Илай рванул со своего места к Айону и Кайлу, порываясь обнять тех, но остановился.

Он странно посмотрел на птенца, тот окинул его таким же непонимающим взглядом.

– Откуда эта птица? Вы взяли вместо Гилема птицу? Я знаю, он много говорит, но это не причина…

– Илай, заткнись, сейчас это ты говоришь без умолку. Прекрати паниковать и дай им сказать хоть слово, – резко осадила его Риса.

Птенец с недоверием смотрел на незнакомца и постарался залезть Айону в подмышку. Сам принц тоже предпочёл бы сейчас куда-нибудь спрятаться. Риса выглядела злой и уставшей. Под её глазами залегли мешки, волосы были неаккуратно собраны в пучок, а кожа – неестественно бледная.

– Что случилось? Где вас носило столько времени? Сина, где ты их нашла?

– Их никто не похищал. Я просто услышала голоса на поляне и пошла проверить. А там они – стоят с этой странной птицей и ругаются. – Сина перевела взгляд на Кайла. Тот принял защитную позу и скрестил руки на груди. – Риса, их никто не похищал. Они спрятались от грозы тридцать дней назад в корнях дерева. Но они утверждают, что для них прошла всего одна ночь.

– Ничего не понимаю… – Илай встревоженно посмотрел на всезнающую подругу.

– Прекрати смотреть на меня своими щенячьими глазами. Я не Гилем. Я ничего не знаю. Недостаточно быть просто сообразительной. За плечами Гилема почти вся сознательная жизнь со способностью ничего не забывать! Я не знаю, что происходит.

Риса держалась только ради Сины. Она порывалась ударить Илая уже несколько раз. За это время он конкретно присел ей на уши своим беспокойством. В последнее время стало тяжело держать себя в руках и не кричать на остальных, когда саму трясёт от переживаний.

– Тогда откуда у одного синяк под глазом, а у второго ссадина на скуле?

– Потому что они подрались. Мне не хватило нервов и времени узнавать подробности. Мы постарались сразу же вернуться в лагерь. – Сина бросила своё обмундирование и сумки. Ей не хотелось абсолютно ничего. Просто сесть и перевести дыхание. Даже Илай не стал подходить к ней. Она умостилась под ближайшее дерево и прикрыла глаза, наслаждаясь прохладой. – Птицу нашли во время грозы. Азель и Редлай ещё не вернулись?

– Судя по вою, Редлай почти на месте. Азель же не планировал уходить настолько глубоко в лес, поэтому предполагаю скорое появление. Так, начнём с простого. Почему вы не добрались до лагеря? Мы искали вас последние тридцать дней в надежде, что вам удалось сбежать от похитителей. – Риса выгнула бровь на манер Редлая.

– Мы бежали назад, слегка задержавшись в первом лагере, но на нашем пути возник столб огня, который потом превратился в этого птенца. – Кайл показал на животное, потом на Айона. – Вот этот заорал громче бури, что мы не можем оставить его там, ведь он погибнет. Так что много времени мы упустили, спасая Метеора. Двигаться дальше уже стало опасно. Мы решили переждать в корнях огромного дерева. От усталости обоих вырубило. Проснулись, как казалось, утром, и нас обнаружила Сина. Это если кратко.

– Я рада, что хотя бы одна наша проблема решилась, и теперь вместо трёх человек нам нужно искать всего одного. – Риса покачала головой. – Что вам рассказала Сина насчет Гилема? Есть ли смысл вдаваться в подробности?

– Есть. Рассказала я мало. – Сина взмахнула рукой, привлекая внимание.

В этот момент из джунглей вышел Редлай. Он подбежал к какой-то куче листвы и превратился в человека, набрасывая себе на бёдра ткань. Где-то позади послышался хруст веток, и Азель показался из-за деревьев. Он удивлённым и неверящим взглядом уставился на парней. Его заносчивость не позволяла ему так же, как и Илаю, броситься к друзьям, но все заметили, как он облегчённо выдохнул и прикрыл глаза.

Редлай же шёл на них, словно разъярённый бык. Метеор в руках начал стремительно нагреваться, видимо, чувствуя присутствие ещё одного магического существа. Оборотень трёх сущностей не стал откручивать Айону и Кайлу головы, а сделал то, что порывались все: обнял по очереди и отступил на два шага.

– В этой части материка буря не так сильно разошлась. Видимо, крупные деревья и плотные заросли не пропустили непогоду. Я попала сюда первая. – Риса оглянулась на Сину и глубоко вздохнула. Прошло тридцать дней, а сцена до сих пор стояла перед глазами. – Я увидела девушку в маске. Она не разговаривала, просто стояла и пялилась на меня. Потом появились Редлай с Илаем на руках, Сина и Азель. Никто не осмеливался подойти к ней. Она не угрожала нам, но выглядела устрашающе.

– Она молчала. У неё не было запаха, сердцебиения, дыхания. Она или плод чьей-то способности, либо что-то не позволяло моей животной части почувствовать её. – Редлай перевязал ткань потуже, чтобы она не слетела. – Это худший расклад. Если это что-то наподобие способности искры или магии…

– Как только появились Гилем и Илай, её приспешники показались из-за стены джунглей. Даже Редлай не успел среагировать, как Гилем исчез. Они смахивали на бесформенные тени. Я просто стояла и смотрела на неё. Она не двигалась, будто бы находилась вне этого хаоса. Мне казалось, буря не касалась даже её волос, а ещё она смотрела прямо на меня.

– Всё потому, что она, возможно, и создала эту бурю, – Айон озвучил то, до чего никто не додумался.

Глаза всех, кроме Кайла, распахнулись в удивлении. Остров уже, кажется, перестал его поражать.

– Они попытались разделить нас, ослабить и схватить Гилема. И у них получилось абсолютно всё, и это моя вина. Это только моя вина.

– Что ты хочешь этим сказать? Ты бегал под дождём в другой части острова. Ты же не из тех, кто винит себя за то, что не был рядом в трудный момент? – Илай поочередно посмотрел на каждого и в итоге остановился на Айоне.

Принц потупил взгляд. Метеор почти до боли вцепился в его руку.

– Ты что-то знаешь о нападении? – поинтересовался Илай.

– Я уже видел эту девушку. На пляже.

– Что? Когда? – спросила Сина.

– На самом деле у меня ощущение, что её присутствие я ощущал практически сразу, как мы попали сюда, – ответил Айон.

– Не удивлён, что произошло что-то подобное, – прошептал Азель и покачал головой.

После этого вновь воцарилась тишина. Каждый задумался о своём, но никто не спешил откручивать Айону голову. Принц вновь перевел взгляд на Кайла. Он стал ещё более напряжённым, чем несколько минут назад.

– Почему ты нам сразу не сказал? – Риса вздохнула.

– Потому что эти надписи, видения и девушка появлялись лишь в момент, когда я пребывал в полуобморочном состоянии. Мне казалось, я просто схожу с ума. Ничего из этого не являлось мне в нормальном состоянии. – Только когда принц договорил эту фразу, он понял, что соврал. В день пробуждения, после рыбалки и укуса змеи… – Так или иначе, я планировал всё вам рассказать. Ещё эта синяя лошадь, которая являлась мне.

– Синяя лошадь? Надписи? Какие надписи? У тебя что, опять жар? – Кайл всплеснул руками.

– Нет у меня никакого жара! Синяя лошадь появилась в первый раз, когда мы были на втором источнике пресной воды. Она выглядела заинтересованной и любопытной. – Айон показал Кайлу язык. – Потом она появилась, когда у меня началась лихорадка.

– У костра ты лежал один. Я оставлял тебя лишь на десять минут, чтобы собрать веток.

Кайл просто не хотел затыкаться, и Айон уже чувствовал, как внутри всё закипает. Трудно рассказывать подобные вещи, когда тебя постоянно перебивают и не верят.

– Именно в этот момент она и приходила, придурок. Замолчи, пожалуйста. – Айон со злостью вручил ему Метеора. Принцу вдруг нестерпимо захотелось отгородиться от приставучего Кайла, сложив руки на груди. – И третий раз это случилось перед грозой. Я спросил у неё, что мне выбрать и делать. Она отвела меня к воде.

– Как думаете, эта лошадь связана с похитителями и той девушкой? – Риса посмотрела сначала на Сину, потом на Редлая. – Всё слишком запутанно. Если им нужен Айон, почему они сразу не похитили его? На пляже он оставался совершенно один.

– На месте следов, которые оставляла лошадь, вырастали синие цветы. Точно такие же я увидел и тогда, когда в первый раз встретился с ней. Помнишь, Редлай, как ты, решив напугать меня, нюхал один из них? – Айон заметил, как оборотень трёх сущностей ошеломлённо кивнул. – Я ощущал присутствие той девушки на пляже. Я не видел её, но мне казалось, кто-то пристально смотрит на меня. Потом появился Кайл.

– Этот дурачок стоял у края воды, а вокруг него – буря. Из-за ветра он не слышал меня. Пришлось идти за ним. Меня чуть не унесло. Серьёзно. – Кайл коснулся своей скулы. – Я подумал и решил, что спасение других всё же не моя профессия. Как оказалось, это совсем неблагодарная работа.

– Получил по заслугам. И если не закончишь паясничать, можем продолжить. – Айон сощурил глаза, а потом охнул, вспоминая важный, как ему казалось, факт: – Эта лошадь – точно не единорог! Я не видел рога. Из странного: она синяя, прозрачная и светится. Знания Гилема сейчас пришлись бы кстати.

– Нам надо решить, что делать, – наконец-то подал голос Азель и посмотрел на всех тяжёлым взглядом.

– Магическая лошадь, путаница в пространстве и времени, девушка и эти её тени. Предполагаю, лошадь никак не связана с похитителями. А вот путаница со временем точно связана. Думаю, их лагерь находится где-то неподалёку. – Сина встала и присоединилась к беседе. Она до сих пор чувствовала дикую усталость, но сейчас ребятам нужна была её рассудительность. – Мы не можем оставить Гилема, но без переговоров с ними ничего не получится. Нужен какой-то шаг с их стороны.

– Примерно такой? – Айон указал вверх на кроны деревьев.

Все одновременно повернулись в указном направлении. Даже сквозь густые заросли джунглей они увидели в небе огромный столб дыма. Айон посмотрел на Илая – такой насыщенный чёрный цвет он видел исходящим только от него.

Редлай сжал зубы, его кожа стала какой-то неестественно бледной. Там буквально огромный столб дыма, а он не почуял абсолютно ничего. Это лишь подтвердило их предположение, что способности их искр, в том числе и искры оборотня, здесь не помогут. Где-то там вдали сидит Гилем, наверняка с замотанным ртом, и ждёт, пока до них дойдёт очевидное, а именно – им нужен Айон. Ведь только после их с Кайлом возвращения в небе вдруг появился столб чёрного дыма.

– Пора собираться? – Илай посмотрел на Сину и Азеля.

– Нет, – жёстко ответил ему Айон. – Если только я получал странные сигналы, встречался с магическими животными, то не думаю, что вам стоит идти. В конце концов, они будут нас путать до тех пор, пока я не пойду один. Мне и самому интересно разобраться во всём этом. Кто-то, похоже, знает обо мне намного больше меня самого.

– То есть ты совсем один хочешь пойти к врагу? Без подготовки, без поддержки? – Кайл прищурился и буквально выплевывал каждое слово. – А что, если ты заблудишься или на тебя нападёт какое-нибудь животное? Я уже не говорю о возможной ловушке.

– Я возьму с собой мешок с едой. Буду надеяться, что вода, если я захочу пить, встретится по дороге. – Айон пожал плечами. – Если у тебя есть предложения получше, то с радостью выслушаю их по возвращении.

– Может, тебе ногу сломать? – каким-то кровожадным тоном произнёс Кайл. Он отдал Метеора ничего не понимающему Илаю.

Птенец почувствовал схожую с ним природу и блеснул красным огнём. Илай вытаращился на него и ответил таким же световым сигналом. Тем временем Кайл вцепился в плечо принца здоровой рукой.

– Не хочешь подумать головой? Ты не понял, что разделяться в этом месте нельзя? До этого столба дыма ты можешь несколько дней идти по джунглям. А тебя в первую же разведку укусила змея!

– Давай напомню, по чьей вине?! Надо было читать больше книжек, а не по трактирам ходить. Тогда, может быть, ты бы и знал, что не стоило обтираться той травой. – Айон закипел, словно котелок на огне: – И вообще, если бы змея укусила не меня, то сейчас кто-то лежал бы зарытым в песок. Ты не можешь обвинять меня в ошибках, причиной которых являешься сам! А уж тем более после спасения. И вообще… Прекрати закатывать глаза! Кайл!

– Прекрати чирикать.

– Что? – Айон остановил свой поток ругательств и от удивления открыл рот.

– Закрой, иначе туда залетит птичка.

– Ах ты придурок!

Айон бросился на Кайла и снова повалил его на грунт. Он успел только замахнуться, как Азель и Илай оттащили его. Принц вырывался и неистово хотел всё же добраться до шутника. Сейчас он чувствовал нестерпимое желание погладить кулаком другую скулу Кайла. Тот же лежал на грунте и смеялся в голос. Он и не планировал отвечать. В конце концов, именно этим и должна была закончиться его провокация. Но насладиться удачной издёвкой ему не дали. Метеор, оставленный Илаем, сел ему на голову и загорелся.

– Метеор! Слезь с меня! Перестань! Илай!

Кайл вскочил и кинулся к Илаю, потому что тот мог снять птицу без вреда для себя – температуру он ощущал иначе. Только забыл, что тот держал Айона, который ещё не пришёл в себя. И вот в одну секунду Кайл затряс головой, пытаясь отцепить Метеора, а в следующую – снова упал на грунт от подлой подножки.

– Да вы сговорились! Не смей настраивать Метеора против меня! Мы нашли его вместе. Да кто-нибудь, снимите его с меня!

– Ты хотел оставить его в кратере!

– Так. Предлагаю всем немного остыть. – Редлай снял с головы Кайла птенца, который тут же притих от недовольного взгляда оборотня.

Самому Редлаю пришлось применить свою способность, чтобы не получить ожоги. В конце концов, он состоял из дерева. Один висок Кайла полностью обуглился, а на лбу наливалось красное пятно.

– Кайл, у нас нет выбора. Айон может быть ключом ко всем неразберихам, которые здесь происходят.

– Редлай, просто скажи, зачем тебе нужен Айон, и всё. – Кайл подошёл вплотную к оборотню и отобрал у него птенца. Его голова несколько секунд назад горела, словно факел, и злость никуда не делась. – Тебе просто хочется вернуть Гилема назад. Но мы не можем просто так отпускать его одного в дикий лес к шайке разбойников.

– Кайл, у нас просто нет выбора. – Сина подошла к нему и положила руку на плечо, пытаясь успокоить. – По вашим ощущениям, вы здесь всего лишь несколько дней. А мы – уже тридцать дней. И за это время нам удалось понять, что этот мир непонятный, жестокий и играет по своим правилам. Наше попадание сюда может объяснить человек, который хочет увидеть Айона. Повторяю: мне кажется, они хотят, чтобы он пришёл к ним по собственной воле. И они используют Гилема как рычаг, чтобы мы соображали быстрей.

– Да только что бы сказал сам Гилем?! – Кайл скинул её руку с плеча и злобно окинул всех взглядом. – Вы знаете.

А потом он ушёл, как всегда куда-то в джунгли, чтобы никто не видел его – переживающего и озлобленного. Кайл просто не мог демонстрировать уязвимость, а спорить сил не осталось.

Все переглянулись. Каждый, кроме Айона, понимал, на что им указал Кайл. Гилем тысячу раз говорил не вестись на поводу у тех, кто шантажирует. Потому что выполнение условий таких людей ведёт к другим требованиям. Он всегда просил сначала воспользоваться головой и только потом действовать, однако, видимо, не учёл, что именно он является их мозгом. Спустя полминуты после всеобщего остолбенения Айон вырвался из захвата и пошёл в сторону ручья. У него снова закружилась голова.

– Пойду попью и поем, надо собираться в путь.

– И что нам теперь делать? – Илай снова задал свой наивный риторический вопрос.

Риса последовала за Айоном.

У неё никак не получалось угнаться за принцем. Она точно слышала, как Кайл шутил про его короткие ноги, но сейчас она могла бы с ним поспорить. Риса отставала на три шага от Айона, когда тот уже подошёл к ручью и по привычке окунул туда голову. Выглядел он, конечно, не очень: подпалённые волосы, синяк под глазом, множественные ссадины по видимым участкам кожи, мокрая одежда. И кто сейчас может сказать, что перед ней на коленях сидит принц? От этой картины чувство вины сильнее разрослось в её груди. Она хотела вернуть Гилема, но теперь слова Кайла засели в её голове. Не будет ли цена возвращения Гилема слишком высокой? Могут ли они обменять жизнь, по сути, неизвестного человека, но принца, на жизнь друга детства?

– Ты не обязан делать это кому-то назло или потому что считаешь правильным. Никто из присутствующих не будет тебя осуждать.

Она смотрела, как Айон умывался, и видела, как он вырос за эти несколько дней. Неопытный принц стал частью команды. От неуверенного мальчика не осталось и следа. Гилем рассказывал ей о принце, который в смертельной схватке с кракеном смог принять решение убить чудовище. Теперь же она стала свидетелем проявления отваги.

– Потому что именно я виновата в его пропаже. Нужно было просто убраться с острова – и всё.

– А с чего ты вообще решила, что попала сюда по воле случая? – сухо спросил Айон. – Думаешь, нас отпустят просто так?

От неожиданности Риса отступила на полшага, приоткрыв рот. Никто, даже Гилем не задавался этими вопросами раньше. Появление кракена на стандартном маршруте всем показалось странным, но об этом все позабыли. Остров, который невозможно опознать.

– Тебе не стоит переживать по этому поводу. Думаю, это место выплюнет нас, как только мы выполним свое предназначение. И без обид, я делаю это не ради Гилема.

– Для вас прошёл всего один день. Ты уверен? Твои слова звучат намного мудрее, чем слова каждого из нас. Да и Кайл какой-то не такой…

– Надеюсь, мне сейчас не сорок лун. Здесь так сразу и не скажешь. – Айон усмехнулся. – Я хочу найти своё предназначение с детства. Моя способность обрекла меня на двусмысленное изгнание. Мой отец там, наверное, отплясывает и молится, чтобы я не вернулся. Плевать на него! Если зловещая сила хочет пообщаться со мной поближе, то тот, которого зовут Мертвецом, не боится.

– Думаешь, они дадут тебе какие-то ответы?

– Они обязаны. Риса, если я пережил нападение кракена, укус змеи и лунного ягуара, пусть расщедрятся на ответы. Ты поможешь мне собраться? Я до сих пор не могу запомнить, какие ягоды с чем есть. Не хочу загнуться в пути по собственной глупости.

И вот перед ней снова тот мальчишка. Если бы не статус принца в реальной жизни, она непременно общалась бы с ним. Она видела в нём нечто необычное и притягательное.

– После исчезновения Гилема нам пришлось худо. Я смогла запомнить лишь те, которые не нужно ни с чем смешивать. Поэтому у нас из фруктов, орехов и ягод всего пять видов. Сина, Азель и Редлай охотились и рыбачили в основном. – Она улыбнулась. Принц сделал намного больше, чем мог сам представить. Он снял груз вины с её плеч. – Я соберу тебе что-нибудь из нескоропортящегося. Ну или попытайся съесть мясо раньше.

– Я согласен на всё. – Айон улыбнулся и повернулся к ней. Он вдоволь напился и теперь чувствовал себя намного лучше. – Будет смешно, если я войду в лес, сделаю десять шагов и найду их лагерь.

– Очень на это надеюсь. Судя по поднимающемуся дыму, идти не меньше четырёх километров. Наша первая и последняя разведка доказала, что глазам на этом острове доверять нельзя. – Риса пошла в сторону припасов. Она ловко вытащила самодельную сумку и флягу. – Мы тут даже её умудрились сделать. Азель стесал себе все руки. Иди сюда, я не знаю, чего тебе положить.

– Всё, что поможет мне не загнуться в дороге.

Айон прикрыл глаза на мгновение.

– Как думаешь, мне стоит поговорить с Кайлом?

– Определённо стоит. Потому что, пока ты не вернёшься, он будет грызть нам мозги и давить на совесть. Мой предел – два дня, потом мы свяжем его в лесу и оставим на съедение диким животным. Он кажется… придурком, но на самом деле готов броситься защищать нас ценой собственной жизни. Он очень принципиальный. – Она начала укладывать еду в сумку. – Не теряй времени.

– Да иду я! Иду!

Он сделал пару шагов и оглянулся на Рису. Она продолжала прожигать его взглядом, подгоняя. А принц и не думал останавливаться, почти не думал. Айон встал перед густой стеной джунглей и принялся собираться с мыслями. Айон надеялся, что Кайл ушёл не слишком глубоко в лес и сам он не потеряется во время его поисков.

Он сделал шаг вглубь зарослей и закричал что есть силы. Прямо в метре от него под деревом сидел Кайл и гладил Метеора. Птенец испускал синий огонёк, подсвечивая злое и нервное лицо Непотопляемого. Значит, подлец сидел рядом и слушал, как они обсуждали всё с Рисой.

– Ты собрался испугать меня до смерти?! – Айон злобно уселся рядом с Кайлом. Насколько это возможно вообще – злобно сидеть.

– Это моя программа минимум. – Кайл оскалился на него и отпустил птенца.

Метеор взмахнул крыльями и приземлился прямо Айону в руки. Цвет его огня сменился на красный, но при этом не обжигал.

– А какая тогда программа максимум? Мы вот так с Метеором совсем останемся без волос и будем все в ожогах ходить.

– Сломать ногу. Я же тебе говорил. Чтобы никакие глупые идеи не лезли тебе в голову. Айон… Ты действительно собрался идти к этому гигантскому столбу дыма? Может, этот костёр развели, чтобы сжечь тебя? Ведёшь себя, словно мотылёк. – Кайл всплеснул руками. Ему не хотелось начинать новую ссору. После того, что он услышал несколько минут назад, даже его чахлая совесть не позволит встать на пути. – Почему ты сразу не сказал, что кто-то оставляет тебе странные сообщения? Ну посмеялся бы я над тобой пару часов… Это намного лучше, чем говорить о таком после похищения!

– Ты думаешь, мы долго здесь пробудем?

– Не знаю. Я… Не хочешь общаться после возвращения?

– Я не хочу возвращаться.

Повисло молчание.

– Ты обещаешь, что они не зажарят Метеора при первой возможности? – спросил Айон. – Хотя такой сам кого хочет зажарит. Скажи честно, я ужасно выгляжу со своей новой причёской?

– Ты действительно пришёл поговорить о своей причёске? – Кайл вскинул бровь и улыбнулся. – Скажу, что она прекрасно подходит тебе, если ты ничего не скажешь про мой висок. Теперь я похож на плешивого.

– Не нападай ни на кого. Это не их решение, а моё. Если ты и хочешь на кого-то злиться за глупые поступки, то можешь высказаться прямо сейчас. Потому что я всё равно уйду.

Айон посмотрел на Кайла, сжавшего в тонкую полоску губы. Они играли в гляделки две минуты, пока Кайл не выдохнул сокрушённо, признавая поражение.

Он поднялся вместе с Айоном. Парни стояли друг напротив друга и изучали глазами. На них падали тонкие лучи жаркого солнца, подсвечивая фигуры. Тишину нарушало лишь дыхание Кайла и копошение Метеора. Сейчас их внешний вид не казался им комичным или жутким. Айон смотрел на такого же потрепанного Кайла и думал лишь о том, насколько он рад, что кракен напал на них и привёл сюда. Принц протянул руку, чтобы попрощаться. Кайл закатил глаза и протянул свою, в итоге всё равно улыбаясь.

– Ты же заклюешь их?

– Это моя миссия в этой группе.

– Тогда я пойду? – Айон опустил глаза на их до сих пор сцепленные руки.

– Конечно. – Кайл отпустил его руку. – Провожать не буду. Я ещё строю из себя крутого парня.

– Не скучай тут без меня и будь хорошей птичкой. – Айон посадил Метеора на руки Кайла и почесал за крылом. – Постарайся не сжечь весь лес.

– Если что-то случится… Мы так и поступим, Айон, – заверил его Кайл.

– Всё взял?

Айон посмотрел на обеспокоенную Сину, которая доброжелательно собрала ему набор первопроходца. Принц пробежался сначала в уме по списку, потом глазами по своим вещам: воду взял, еду, копьё, кинжал, парочку трав от заражения. Собрали его знатно, каждый пытался поделиться чем-то, по его мнению, важным. Даже Редлай дал аккуратную и небольшую связку из своей коры, чтобы он мог в любой момент отыскать его по запаху. Оружия, правда, по мнению Айона, дали многовато, но Азеля и Сину тяжело было переубедить. В итоге он стал похож на настоящего исследователя-спасателя. Айон перевёл взгляд в небо, пытаясь разглядеть дым.

– Да, мне уже не терпится отправиться и спросить, какого хрена здесь происходит. – Айон улыбнулся и посмотрел на всех по очереди.

Илай выглядел крайне взволнованным и озадаченным. Ему, как и Кайлу, не нравилась эта идея, но предложить альтернативу он не мог. Оставалось лишь пыхтеть и иногда светиться бордовым.

– Так, больше времени на прощание нет. Увидимся!

– Стой.

К уже развернувшемуся в сторону джунглей Айону подошла Риса. Она улыбнулась ему и поцеловала в лоб. Глаза принца блеснули. Где-то в противоположной стороне он увидел Кайла. Тот стоял и смотрел на них изучающе, с самодовольной улыбкой, на его руках сидел Метеор и тоже с любопытством наблюдал. Айон бы с удовольствием взял их с собой, но чувствовал, что попросту не может. Риса отошла от него под ворчание Азеля и ещё раз улыбнулась. Принц кивнул всем и, развернувшись на пятках, пошёл в сторону гигантского столба дыма. Его глаза до сих пор мерцали в тени деревьев. Он хрустнул шеей и ускорил шаг.

Странно, но в нём действительно не осталось ни капли страха, будто он шёл на встречу со старыми знакомыми. Может, в их приключении он потерял последний рассудок, но Айон шагал уверенной походкой. Неизвестный лес, дикие животные, ядовитые травы. Почему-то он знал, что ему нечего бояться. Человек обычно не знает, когда умрёт, однако сейчас Айон верил: с ним ничего не случится. Единственной проблемой принца стало отсутствие какого-либо собеседника. В этой полнейшей тишине он не слышал даже своего сердца, как ни старался. Птицы – и те притихли. Редлай говорил ему однажды, что нет ничего страшнее и более настораживающего, чем затихший лес. Тишина свидетельствовала о присутствии хищника, которого боялось всё живое. Айон отогнал от себя противные мысли.

– Ну и куда же мне идти? Неба не видно.

Айон постарался рассмотреть сквозь плотные ветви деревьев чёрный столб, но это оказалось безуспешным. Оставалось только лезть на одно из них.

Сделав шаг в сторону самого большого, он остановился. В полуметре от себя он заметил синий цветок, который узнал бы теперь и в лихорадке, и проснувшись посреди ночи. Лошадь как будто напоминала о своём существовании. Айон надеялся, что она хочет помочь ему найти дорогу. Она была умнее всех их вместе взятых и выказывала к нему нездоровый интерес. Осознав, что, в принципе, ему выбирать не из чего, он наклонил голову и пошёл за дорожкой из цветов в полную неизвестность.

Кайл смотрел на Айона и Рису. Ему показалось, что Риса применила на принце свою способность. Даже отсюда он мог различить мерцающие глаза. Метеор поёрзал на руках и начал нагреваться, стоило Айону скрыться в джунглях. Когда стало совсем невтерпёж, Кайл сделал шаг назад и посадил птицу на грунт. Она странно смотрела на него. Осуждающе.

– Да ну чего? Это был его выбор.

А потом он поднял голову вверх. Все силы ушли на то, чтобы не закричать, как испуганный ребёнок. Перед ним, всего в метре, стояла синяя лошадь. Без рога, как и говорил Айон. И она тоже смотрела на него осуждающе. Быть может, это ему всё казалось, но, вспоминая слова Айона, он всё же надеялся, что не сошёл с ума. Метеор совершенно нормально отреагировал на лошадь и теперь стоял, тоже горя синим цветом. По крайней мере, теперь Кайл понимал, почему Айон сразу не сказал о своей новой подруге. Говоря о таком, можно и за дурачка сойти как минимум, а как максимум – оказаться привязанным к дереву. Кайл развёл руками в вопросительном жесте и позаимствовав лучшую гримасу у Редлая. Лошадь тряхнула гривой и отошла в сторону, оставляя за собой синие цветы.

Где-то в джунглях послышался голос:

– Да вы издеваетесь! Я убью Рису! И никто не сможет меня остановить. Остаться, говорила она, на пятом материке! Вот пускай с Азелем и остаются. Надо же! Угораздило же потеряться! Невероятное стечение обстоятельств. Если прямо сейчас я не выйду к людям или им подобным, я за себя не ручаюсь! Кайл?..

Прямо там, где полминуты назад стояла синяя лошадь, появился Гилем. Он был весь мокрый, в ссадинах, в грязи и с какой-то палкой, служившей ему посохом. Он уставился на Кайла, как на единорога. Так они простояли минуту, пока Гилем не бросился к нему на шею. Кайл собрал всю волю в кулак, чтобы не оттолкнуть от себя друга – тот пах отнюдь не луговыми цветами. Однако он обрадовался. В какой-то момент Кайла прострелила мысль. Книгописец не выглядел как жертва похищения…

– Как ты здесь очутился? Отвечай, Гилем, быстрее!

– На нас напали какие-то неизвестные, я попытался отойти поближе к Редлаю, но споткнулся и упал. Кто же знал, что с северо-востока гора. Я катился, словно мешок с корнеплодом чару, минут десять. Мне понадобилось два дня, чтобы найти путь назад. Боги! Я так рад тебя видеть. Только никому не говори. Это будет нашим секретом. – Гилем выглядел испуганным и радостным одновременно.

Только вот Кайл стремительно бледнел. Получается, Гилема никто не похищал и Айон направился в никуда?

– Дружище, на тебе лица нет. Что случилось? Только не говори о новых временных и пространственных путаницах. Где все?

– Айон ушёл к неизвестным спасать тебя от похищения. Подробности позже. Группа в паре метров.

– Что?! Да как вы, блин, решили-то?! Дураки, что ли, совсем?! Кайл, ты куда?! Откуда у вас обсидиановый феникс?! Эй!

Кайл бросился сквозь джунгли напрямик туда, куда направился Айон. Метеор без раздумий последовал за ним, загораясь чёрным цветом. Это выглядело комично и странно – серьёзный и обеспокоенный Кайл, летящий через поляну, а за ним – птенец в виде чёрной огненной сферы. Группа попыталась отпрыгнуть в сторону от этой суматохи. Кайл сделал всего несколько шагов в лес, осматривая подложку. Но он не смог найти даже следов притоптанной травы. Айон будто и не входил сюда. Сзади послышались радостные и взволнованные крики. Видимо, Гилем вышел из джунглей. Кайл точно слышал скулёж Редлая.

– Айон! Айон! Он вернулся! Айон… – голос Кайла растворился в джунглях.

Ответом ему стала абсолютная тишина и не замеченная им надпись на дереве:

«Поздно».

Айон шёл вперёд по узкой тропинке несколько часов, за которые его одолевали совершенно разные эмоции. Сначала страх, ведь когда он уходил, то из головы случайным образом вылетело, что он идёт в джунгли, переполненные опасными тварями. Он вспомнил, чем закончилась его встреча с комариной змеёй, и его пробила дрожь. Через плотные кроны деревьев проглядывал свет, а принц надеялся, что не существует такого зверя, как солнечный ягуар. Причина, по которой Айон перестал бояться, но занервничал, – усталость: по его мнению, он шёл уже достаточное количество времени, но вечер странным образом всё не наступал. К тому же благодаря его способности он мог идти не останавливаясь, однако джунгли всё не заканчивались, не хотели показывать ему источник странного дыма и уж тем более его предназначение. Им, вероятно, хотелось просто довести его до точки кипения.

– Нет, ну и зачем мне посылать все эти сигналы, а потом заставлять пробираться через непроходимые джунгли в отвратительной духоте?! Если так хотелось меня прикончить, могли бы найти другой способ! – Айон сокрушался куда-то в пустоту.

Где-то рядом пели птицы, копошились насекомые. Никому не было до него дела. Он топнул ногой от раздражения, сжал руку в кулак и ударил по ближайшему дереву, тихо застонав. Принц резко отдёрнул руку от коры. С указательного пальца струилась кровь. Он только забыл о своём высоком положении и хотел высказать дереву своё негодование в крайне грубой форме, как резко замер. Он совершенно не удивился, когда увидел на коре ёмкое: «Ещё немного».

Айон дёрнул плечами. Он мог трактовать это послание по-разному, но единственное, что пришло в голову, – идти дальше. Короткое сообщение, по крайней мере, подтвердило наличие обратной связи. Никто не собирался загонять его до смерти, но получить какую-никакую ясность всё же хотелось. Глаза сами по себе опустились на синий цветок. Лошадь появлялась только в моменты полного одиночества, но сейчас и носа не показывала. Айон даже успел заскучать по этому непонятному магическому существу, но синих цветов хватало с лихвой.

После одной-единственной надписи на дереве его неизвестного собеседника словно прорвало на общение. Стоило Айону пройти пару шагов, как на деревьях то и дело начали всплывать странные, практически необъяснимые послания. В итоге принц пришёл к выводу, что спёкся в духоте плотных зарослей джунглей. После седьмой надписи: «Почему ты не слушаешь старших?» Айон снова взбесился и выругался в пустоту.

– Очень трудно слушать взрослых, когда они разъясняют хуже детей! На заметку! Не стоит посылать ко мне синюю прозрачную лошадь и делать двусмысленные намёки. Таким тупицам, как я, нужно говорить прямо. Точнее, написать прямо. – Айон отодвинул от себя огромный лист папоротника, чтобы пройти мимо. Кайл бы точно посмеялся над его ростом и сложившейся ситуацией, потому что принц победил растение далеко не с первого раза.

«Какую лошадь?»

– В смысле «какую»? – А вот от этого Айону уже стало дурно.

Принц искренне надеялся, что человек, стоящий за всем этим представлением с костром, разложит всё по полочкам и наконец прояснит ситуацию. Странный остров, синяя лошадь, совокупность случайностей, неправильное течение времени…

– Вот лучше вместо глупых вопросов сказали бы, когда и как выйти из этих дремучих зарослей.

«Поздно. Добро пожаловать».

Следующим своим движением Айон убрал последний невыносимый лист папоротника и увидел то, что примерно и ожидал. И вновь побил рекорд своих же впечатлений от острова. Посреди обычной поляны находилось три небольших глиняных домика, покрытых соломой. Крыша представляла собой высохшие листья того же ненавистного папоротника. Выглядело довольно мило, уютно и уместно. Почему никто из них не додумался построить нечто подобное? Неожиданный дождь, ветер, смену температуры – всё можно пережить в таком убежище. Если Айон покинет это место, обязательно закинет Гилему идею, а там останется только ждать, когда Редлай начнёт таскать солому и глину.

Чуть впереди от центрального и самого большого дома два неизвестных парня резко затушили костёр – тот самый, от которого, как оказалось, поднимался в небо чёрный дым. Девушка закашляла и начал бить ладонью по огромной спине одного из мужчин.

– Я́н, ну просила же затушить так, чтобы я не пропахла этой дрянью. Теперь я буду следующие десять лун вымывать эту гадость! Она и так горела целый час!

Айон непроизвольно охнул. Ему показалось, что прошла минимум одна вечность, пока он добирался сюда. Час, всего лишь час! Девушка резко прекратила ругаться на этого самого Яна и перевела удивлённый взгляд на принца, прищурилась, а на её лице расцвела улыбка.

Айон заволновался: кажется, его хотели сожрать.

– О! Посмотрите, какой он молодой! Госпожа не говорила об этом. И красавчик! Правда, на вид не старше…

– Ла́ра, прекрати. Он сейчас развернётся и убежит. – Тощий высокий парень ткнул в принца своим костлявым пальцем.

Айон не мог с ним не согласиться. От взгляда Лары хотелось развернуться и потопать обратно, сделав вид, что его здесь и не было. Айон не боялся показаться странным. Не в этой ситуации, очевидно.

– Ему нужны ответы. Может, дорогому гостю и страшно, но он шёл сюда по моим указателям, а значит, это его судьба.

На лице Айона отразилось изумление. Значит, именно эта блондинка ответственна за странные послания, но на пляже ему явилась явно не она. Лара обладала крепким телосложением, на ней не было татуировок, и цвет волос другой.

Лара зажала нос рукой и отошла подальше от костра.

– Богов ради, затушите уже его. Негоже, чтобы перед гостями пахло подобным.

– Сама же только что сказала, ему нужны ответы…

– Ян, туши, я сказала!

На одном из домиков появилась надпись, включающая в себя несколько непотребных слов. Тот мужчина, которого Лара называла Яном, закатил глаза и вылил ещё один кувшин с водой на тлеющие угли. Долговязый парень нехотя последовал его примеру. Теперь от костра не осталось ничего, кроме пепла.

Лара самодовольно улыбнулась и помахала Айону. Несмотря на то что Айон целенаправленно шёл к вероятным похитителям Гилема, по пути храбрость поубавилась, и теперь он опасался приближаться к странной троице.

– Интересно, он умеет говорить? – шумно зашептал на ухо Ларе тощий парень.

Только после этой фразы Айон вынырнул из своих мыслей. Он и не заметил, как подошёл к незнакомцам почти вплотную. А тот всё продолжал шептать:

– По-моему, всё же не умеет. Почему он выглядит как испуганный оленёнок?

– Потому что вы доставали меня всё это время! То надписи, то посланники. И главное, ничего конкретного!

Кудрявый долговязый парень изобразил максимально наигранное удивление. Почему все вокруг над ним издеваются? В какую бы компанию он ни попал, кому-то из неё становилось жизненно необходимо уколоть его.

– Я требую объяснений и нормального, человеческого разговора.

– А теперь он злой, как бурундук.

– У тебя что, какие-то проблемы? Почему ты говоришь обо мне в третьем лице, когда я перед твоими глазами? – Айон уставился на троицу.

Он снова начал стремительно закипать. Но, казалось, все плевали на его злость. Троица выглядела слишком самоуверенной и беспечной. Если в компании матросов он мог обратиться к Редлаю, как к островку рассудительности, то здесь надежды нет. Принц принял решение обратиться всё же к Ларе.

– Это же ты оставляла надписи? Кто вы и зачем вы это делаете?

– Прости. На такие вопросы тебе ответит наша госпожа. Мы можем пока поесть или ты хочешь воды? – На лице Лары наконец-то отразилось более-менее нейтральное выражение, а не кровожадная ухмылка.

Айон же всё равно остался недоволен её ответом. Не хотелось бы поднимать панику, но ему конкретно всё надоело. Видимо, всё это отразилось в его взгляде, поэтому Ларе пришлось пояснить:

– Наша госпожа появляется лишь с закатом. Поэтому до ночи мы вынуждены развлекать тебя.

– Мы и сами ничего не знаем толком, поэтому не злись. – Кудрявый парень протянул руку Айону. – Меня зовут Ма́нтас. И моя лучшая черта характера – это сарказм.

– Уверен? – Айон недоверчиво пожал ему руку. – А какая у тебя способность?

– Не очень вежливо спрашивать про чужие способности, когда ещё не рассказал о своей. – Мантас выгнул бровь.

Вот сейчас Айон действительно удивился. Видимо, ему действительно говорили правду. Эти трое совсем ничего не знали. Даже о его способности. Возможно, они и не знают о его происхождении.

– У тебя способность позволять людям читать мысли по твоему лицу? Лара сказала правду: мы ничего не знаем.

– Нет… Не такая. – Айон призадумался. Его мысли быстро зашли в тупик. Единственный выход для него сейчас – дождаться ночи и надеяться, что время в этот раз не сыграет с ним злую шутку. Не хотелось бы вернуться к Кайлу и увидеть его скелет.

Мантас покашлял снова, вытаскивая принца из круговорота мыслей.

– Простите. Моя способность в том, что мне не нужно дышать. И от этого я получаю соответствующие преимущества.

– Ну теперь многие вещи встали на свои места. – Лара улыбнулась. И на этот раз добрее.

Принцу стало интересно, насколько они старше него. Вообще, Айон не думал, что им намного больше, чем ему.

– Моя способность – заставлять людей видеть надписи. Но я не могу это контролировать. Когда я произношу имя человека, он видит надпись, – пояснила Лара.

– Но какой же смысл у всего этого? Неужели ты не знаешь, какие именно надписи я видел?

На вопрос Айона Лара покачала головой. Айон изумился и теперь начал действительно сомневаться, что получит долгожданные ответы.

– Ты постоянно призывала кого-то не трогать, и про время было!

– Я всего лишь называла твоё имя. Как и когда – мне велела моя госпожа. Ни секундой раньше, ни секундой позже. – Лара пожала плечами. – Это становится достаточно сложно, когда время относительно, но пока госпожа с нами, мы точно знаем время.

– Я могу перестать существовать для человека, которого коснусь. – Мантас почесал свою голову. – Ты полностью забудешь обо мне, перестанешь видеть, слышать, даже если я буду стоять перед тобой. Когда я отменю способность, всё вернётся на круги своя. Как я понял, работает только на разумных живых существах. Животные продолжают видеть и ощущать меня всегда. Из-за этого никто не верит мне, потому что не помнят моего исчезновения.

– По сравнению с ними у меня всё банально. Я могу общаться с любым живым существом: от муравья до дракона.

Айон охнул от удивления. Драконов? Они и правда существовали?

– Вижу вопрос на твоём лице, а потому отвечаю – они существовали.

– Неужели здесь водятся драконы? На нас нападал лунный ягуар. Двум из нас хорошо досталось, а один был истощён до потери сознания. Вот чего-чего, а нападение дракона пережить мы не сможем. – Айон всплеснул руками, как Гилем, когда тот нервничал и восхищался одновременно. – Риса будет просто в шоке от того, что здесь есть драконы. Неужели это и правда Пятый материк? Я не верю в это до сих пор.

– И не нужно. Потому что это не так.

Айон так и застыл с перекошенным лицом. Только что Лара уничтожила последние надежды на понимание происходящего. До этой секунды у его команды всё идеально сходилось. Каждой глупой вещи находилось оправдание. На каждую нелепость и недосказанность была отговорка про Пятый материк. У Гилема определённо случится нервный срыв, а Риса умрет на месте от любопытства. Айон опустил плечи и наконец-то взял эмоции под контроль. Никто не спешил прерывать его поток мыслей. Однако вся полнота вопросов сводилась к простому: «И?!» Принц решил попытаться зациклиться на другой вещи. Он не думал, что они будут говорить больше, чем им позволила их госпожа.

– Как я понимаю, ответ на это я тоже узнаю после заката?

Все трое одновременно кивнули.

– Хорошо. Ты сказала, время относительно. Мы уже сами успели это заметить. Прошлой ночью мы с другом попали в грозу и спрятались под деревом. Утром нас нашёл другой член команды и сказал, что мы исчезли на тридцать дней. А ещё вы похитили нашего друга, но я почему-то не вижу его здесь.

– Потому что мы никого не похищали. Твой друг потерялся в грозу. Время в этом мире зависит от погоды и расстояния. Погодное явление, его температура, скорость, если это, например, ветер, либо ускоряет течение времени, либо замедляет. Чем дальше вы друг от друга с конкретным человеком, тем больше пройдёт между вами времени. – Мантас довольно улыбнулся. – Для нас последняя гроза была два лунных пути назад. Вот и суди сам.

– Как же можно так жить? Вам необходимо постоянно находиться рядом друг с другом, чтобы не вернуться однажды стариками? – Айон посмотрел пристально на Яна. Он выглядел рассудительней всех. Теперь у него новая привычка: находить в новой команде максимально рассудительных людей. – А ещё тут много вымерших животных!

– Да, мы стараемся не разделяться по возможности. Сейчас только госпожа может назвать наш истинный возраст, – Ян всё же ответил Айону. – Для нас нет такого понятия. Мы попали сюда ещё детьми. Память о нашем прошлом уже практически стёрлась. Всё, что у нас есть, – это мы трое и наша госпожа.

– И что же вы тут делаете?

– Живем, в основном, – съязвил Мантас.

– А что мы можем делать здесь, Айон? У нас нет выбора. Наша госпожа несёт очень важную миссию. Мы охраняем её и черпаем мудрость. Тем более мы, считай, никто. Нам не о чем жалеть. – Ян свел брови и посмотрел себе под ноги.

На что ещё мог рассчитывать Айон? Он и сам радовался, что наконец-то выбрался из-под влияния своего отца. Пока что ни для одного человека пребывание на острове не являлось заточением. Слова Яна говорили лишь о том, что они не пытались и не будут пытаться покинуть остров. И остров ли?

Принц посмотрел на небо. До заката ещё несколько часов.

– По-моему, мы уже говорим больше положенного? – Мантас снова принялся громко шептать Яну на ухо, показывая тем самым, что пора остановиться.

Айон осознал, что колкие фразочки Кайла терпимее, чем поведение Мантаса, во сто крат. Он бы хотел посмотреть на компанию, состоящую из Азеля, Кайла, Гилема и Мантаса.

– Да ты прав, Мантас! – излишне громко сказала Лара.

На одной из хижин появилась надпись: «Заткнись». Видел её только Айон.

– Айон, пойдём. Тебе, наверно, хочется есть и пить, – позвала его Лара.

Она взяла его за руку и буквально потащила к небольшому пруду неподалёку. Видимо, они использовали его как источник пресной воды. Только вот принц никак не мог оторвать взгляд от новой записи: «Говорила, не трогай». Кроме него, никто её не заметил. Парни остались около затухшего костра и начали подкидывать в него хворост.

Пока принц не мог оторвать взгляд от глупого послания, Лара всё же дотащила его до воды. Айон собирался признаться, что действительно устал и хотел бы поесть и попить перед новым нервным срывом, а лучше поспать. Он почувствовал прохладу воды, когда Лара опустила его руки в озеро.

– Можешь умыться и попить. Пока что никто из нас не отравился. Не обращай внимания на Мантаса. Он просто-напросто аккуратен с новыми людьми. А так неплохой парень. Бывает, правда, иногда жутко раздражающим. – Она наблюдала, как Айон аккуратно опустил голову в воду не меньше чем на пару минут. – А я-то думала, у нас способности странные. Если вдруг почувствуешь жёсткий приступ злости без причины, то знай – это Мантас. Он разозлил тебя и стёр память об этом. Сердце помнит.

– В каждой компании должен быть такой человек. Язва, так сказать. У нас таких минимум два. Не заскучаешь. – Он посмотрел на всё ещё удивлённое выражение лица Лары. – Да, я не дышу. Я же говорил. Могу вот так хоть час провести под водой. – Взгляд, слишком удивлённый для человека, который пишет судьбоносные послания с неизвестным содержанием.

– И то правда.

– Вы не против, если я поем сейчас и посплю? Почему-то мне кажется, что ночка будет весёлой. – Принц нервно улыбнулся. После скитаний по джунглям ему стало неважно, куда и как лечь. Голова перегрузилась вопросами и требовала отдыха. – Интересно, если Риса коснётся тебя, что произойдёт? Её способность усиливает искры других. Она похожа на те ягоды, которые нужно с чем-то комбинировать. Никогда не знаешь, что в итоге выйдет.

– А у вас собралась странная компания.

Айон усмехнулся на слова Лары, встал и огляделся. Их маленький мирок смахивал на небольшую деревню. Вероятно, если они всё же решат остаться на острове, им надо организоваться так же.

– Чтобы не нападал лунный ягуар, необходимо просто не оставлять рыбу около своего жилища. Таким небольшим жизненным урокам учишься здесь в процессе.

– Как вы вообще нашли эту вашу госпожу? – Айону хотелось задать хоть несколько вопросов. Он чувствовал себя Гилемом на пике сумасшествия. – Вы думаете, случайно попали сюда?

– В этом мире ничего не происходит случайно.

Лара и Айон двинулись к одному из домиков. Она говорила уверенно и выглядела так же.

– Когда я попала сюда после крушения корабля, то просто без конца называла своё имя. Надписи вывели меня сюда. Они всегда знают истину. Иногда их невозможно трактовать, но если не хочешь ошибиться, необходимо им следовать.

– Мне кажется, я уже сделал пару глупостей, о которых меня предупреждали твои послания. И самое странное, я так и не смог понять, в чем дело.

Они зашли в одну из хижин. В ней не было ничего особенного: небольшое спальное место, сделанное также из соломы, только с виду более мягкой. На нём лежала небольшая подушка, набитая сухой травой.

Оказывается, стены дома состояли из глины, соломы и песка. На стенах красовались десятки рисунков животных и подбадривающие надписи. Но нашлись и те, что вселяли немного ужаса вроде: «Это всё?» Айон не думал, что Лара сама вывела её. Не совсем жизнеутверждающе. В любом случае внизу другим почерком кто-то ответил: «Не дождёшься». Принц обнаружил тут и много милых игрушек, очевидно, созданных рукой кого-то из троицы. Рядом с кроватью на стене висел мешок. Лара подошла к нему и выудила банан. Айон еле сдержал слёзы.

– О, боги! Это же банан. Кажется, я ел их сотни лунных циклов назад! Это же правда банан? Самый обычный? Я разверну кожуру, и там будет банан? Не красная жижа?

Лара захихикала и утвердительно кивнула. Она достала ещё парочку и протянула принцу.

– Где вы их достали? Нам срочно нужны координаты места, где растут нормальные бананы. Надеюсь, хоть бананы не считаются исчезнувшим видом.

– Этот мир странный. – Лара пригласила Айона сесть на её спальное место. – Я не помню бананов в прошлой жизни. Мы сами называем это бананами, потому что госпожа сказала так. Если бы не она, они так бы и остались желтыми бумерангами. – Она помолчала, а потом заметила: – Ты ешь как-то по-особому. Слишком аккуратно для парня.

– Мои родители следили за этим. Заставляли следовать приличиям, если так можно сказать. Рад, что кто-то заметил.

Для новой компании Айон был всего лишь аккуратным парнем: не принцем, не наследником – просто мальчишкой. Этот остров нравился ему всё больше. Он умял свои бананы за считаные минуты. Айон не сразу почувствовал, что в хижине Лары пахнет как-то по-особому приятно.

Он зевнул.

– Тут спокойно. Как же хочется спать.

– Не сдерживай себя в этом. Нет лучше способа скоротать время в этом месте, чем сон. Я могу разбудить тебя, когда появится возможность увидеть госпожу. – Она встала и забрала кожуру от бананов.

– Спасибо.

– Приятных снов.

Лара аккуратно вышла и прикрыла за собой хилую дверь. Комната наполнилась полумраком. Сквозь неё едва просачивались тонкие лучики света и падали на странные рисунки. Помутневшим взглядом Айон рассматривал свод хижины, разрисованный звёздным небом. Ему бы хотелось тоже каждую ночь засыпать и видеть перед собой десятки звёзд. Вероятно, Лара относилась к мечтательным и любящим свободу людям, если даже эту небольшую комнату наполнила бесконечным небом и звёздами. Среди всего этого многообразия картинок он увидел знакомые глаза. Они смотрели на него с любовью. И страшно, практически до реальной боли, скучали по нему.

– Мама?

В мыслях о доме Айон и не заметил, как уснул.

Айон сидел на фальшборте, свесив ноги, и смотрел вдаль. К его лицу без спроса прицепилась счастливая улыбка. Он пытался свести брови, опустить губы и постараться, чтобы глаза не блестели от переполняющего счастья, но ему не удалось. Как бы он ни тужился копировать Редлая, ничего не выходило. Поэтому, отбросив глупую идею казаться хоть немного серьёзным, он подставил голову тёплому ветру. Айон прикрыл веки из-за яркого солнца, которое заставляло его глаза слезиться. Он не стал хоть как-то реагировать на лёгкие шаги позади, потому что Айон прекрасно знал, кто это и зачем он пришёл. Принц открыл глаза и посмотрел вдаль, на голубое море. Там раздался знакомый рык. Однако и это не могло поколебать спокойствие Айона.

– Хей, а ты кто? Я раньше не видел тебя на корабле. Ты новенький из команды?

– Кайл, у меня сейчас не то настроение, чтобы спорить с тобой по поводу сидения на фальшборте. Я отдаю себе отчёт, что могу свалиться за борт. – Айон всё же соизволил повернуться к подошедшему.

Лицо того сияло своей обычной, слегка высокомерной улыбкой.

– Ой, да ладно, упадёшь, так упадёшь… Твоя искра спасёт тебя. – Кайл наконец-то перестал улыбаться и махнул в сторону своих друзей, намекая, кто его на самом деле будет спасать. – Будь добр, используй для своей пятой точки подобающие места. Например, лавочку.

– Хорошо. – Айон закатил глаза.

В небе далеко от них загорелся гигантский факел. Настолько большой, что мог посоперничать с солнцем. Айон покачал головой, пока Кайл махал рукой в небо. Принц облокотился на фальшборт и подставил ветру обнажённую шею. После недавних событий его ещё немного трясло. Он перевёл глаза на Кайла, который смотрел сначала в океан, потом отвлёкся на Айона. Он покачал головой и с улыбкой на лице сказал:

– Айон, просто расслабься и… Дыши.

Айон старался успокоиться и держать свои эмоции под контролем. Он всё не прекращал попыток нащупать свой пульс, но только раз за разом убеждался в словах Лины. Он пропал… Все эти надписи, загадочная лошадь и неизвестные люди пытались донести до него мысль – не позволять Рисе коснуться его и использовать на нём свою способность. Казалось бы, всё так просто, но и избежать этого ему всё равно не удалось. Он сидел и смотрел, как на его глазах молодая и красивая госпожа превращается в старуху. Всё происходило так стремительно, что Айону оставалось только охать и ахать от удивления. Этот остров стал для него и проклятием, и спасением. Страх сковал всё тело принца. Не хотелось умирать молодым.

– Прекрати. Паникой делу не поможешь. Сейчас я не вижу твоего будущего. Это связано с искрой другого человека. Но я не говорила, что спасения нет. – Став старой, она переменила свою свободную позу на более удобную. – Проклятие связано с тем, что ты умрёшь не резко, как обычный человек, а поэтапно. На данный момент ты ещё моргаешь, чувствуешь – и пусть даже вместо любви мерзкий и липкий страх – и тому подобное. Однако постепенно всё это будет исчезать. Нужно действовать быстро.

– Как это вообще могло случиться? – Айон почувствовал какое-никакое облегчение. Сколько живого ещё отделяет его от смерти? Сколько шагов от прозвища Мертвец к реальному мертвецу? Отец, бесспорно, возрадуется его кончине. – Я думал получить ответы на другие вопросы!

– Зато получил на более важные! Я не могу сказать, что понимаю тебя. Мое проклятие выбрала я сама и уже совсем не помню, когда мне было двадцать. Но посмотри на ситуацию с другой стороны. Ты получил свою судьбу, а главное, узнал о проклятии. – Она постаралась улыбнуться.

Принцу действительно нужна была сейчас поддержка. В Лине он увидел что-то особо притягательное и успокаивающее.

– С момента, как ты выйдешь из этой хижины, ты больше не брошенный принц, торговец. Ты выйдешь Айоном Блером, обычным юношей двадцати лун с проблемами. Теперь каждое решение – твоя личная ответственность.

– Но какой ценой?! Ценой своей жизни. – Он чувствовал, что Лина права. В её словах была одна лишь правда.

– Тысячи тысяч людей отдают жизнь, чтобы получить меньшее. Теперь ты точка, откуда начнётся твоё личное путешествие… Давай мы лучше обсудим, что тебе делать? Времени у нас не много. Способность Рисы ускорила процесс, так как твоё проклятие – это искра другого человека. Не позволяй ей больше касаться себя. Говорю тебе это прямо, а не как Лара. – Лина тряхнула головой и фыркнула. – Для начала вот что: тебе нужно разобраться в самом себе. Твоя способность – есть ключ к твоему проклятию. По какой-то неведомой причине я не знаю её.

– Немыслимо! – Может, он и умирает медленно и верно, но вот эта информация явно не могла его не порадовать. Если верить ведьме, а он и не собирался сомневаться в её словах, его искра – нечто невероятное. – Я столько лун думал, что моя способность – это проклятие! В итоге так и оказалось. За двадцать лун я так и не узнал её. И узнаю ли?

– Будем надеяться, что да. Твое сердце такое чистое. В этом мире необходимо бороться за каждого. Особенно если это ещё возможно. – Лина стала сразу какой-то серьёзной. – Я видела, как судьбы твоих новых друзей связаны с твоей. Остров. Это остров, а не Пятый материк. И никто, даже я не в курсе его истинного происхождения. Единственной ниточкой, которая связала их в единое полотно, являешься ты. До тебя они были просто матросами, с тобой они – команда по спасению.

– По крайней мере, это похоже на правду. Они все очень разные, даже их положение в обществе. Такое невозможно. – Айон закивал, соглашаясь с каждым словом ведьмы.

– А теперь к ним присоединился и принц. Выше некуда. – Лина позволила себе ещё раз беспечно улыбнуться. Её гладкое лицо теперь было испещрено морщинами. Что-то крутилось в голове Айона, но он никак не мог ухватить мысль за хвост. – Итак, после того как ты раскроешь свою истинную искру, тебе будет необходимо излечить себя. Но об этом позже. Мы не можем терять время на твои поиски себя. Ты должен отправиться на материк Живого Леса, там найти Королеву Леса – повелителя оборотней трёх сущностей.

– Она что, родственница Редлая? Он странный, но самый рассудительный среди нас! Себе на уме. Все оборотни такие?

– Это его мать. Его бессменный вожак.

Вот такого поворота событий принц не ожидал. Мать и глава всех оборотней. Звучит как очень большая проблема.

– Больше о его семье рассказать не могу. Это, как бы странно ни звучало, его тайна. Пусть он решает, что тебе стоит знать, а что нет. Однако у его матери есть способность видеть истоки чужих искр. Она буквально может сказать, что ты умеешь.

– Полезно, ничего не скажешь. – Айон кивнул. Если эта Королева Леса сможет сказать, на что он способен, острову придётся помахать ручкой. Теперь-то его точно ничто не остановит. Никто. – Это поможет как-то замедлить проклятие или снимет его?

– Нет. – Она медленно покачала головой. – Это лишь откроет путь к исцелению. Это первый шаг. Дальше необходимо будет раскрыть потенциал каждого из вас. Зажечь силу былых лун. С этим, как ни странно, тебе может помочь сестра одного из твоих друзей. К сожалению, её время ещё не пришло… Однако скоро…

– Ты не знаешь, где её найти? Было бы неплохо не тратить время на поиски. Может, кто-то из моих друзей знает?

Айон задумался. Почему-то иногда Лина говорила вполне конкретно, а в других моментах пускала пыль в глаза.

– Почему ты не назвала, чья это сестра? Ты тоже не знаешь её?

– Я не вижу ничего, что хоть как-то связано с твоей искрой. Надеюсь, после встречи с Королевой Оборотней трёх сущностей ты поймёшь это. Сейчас я выполняю своё предназначение и лишь вспоминаю то, что должна передать тебе. – Лина покашляла. – Ох, у нас осталось немного времени. Третий шаг в твоём будущем – это собрать необходимые элементы для снятия эффекта чужой искры. Запоминай, потому что записывать не на чем. Кровь солнцеподобного, слеза бессмертного, гранат Центрального оазиса, снежный цветок, твоя искра и пыль рога единорога. Вот и всё.

– Вот и всё. – Айон чуть не взвизгнул, резко хлопнув в ладоши.

Он даже не попытался скрыть свою панику. Его левый глаз задергался. Всё вышеперечисленное напоминало бред умалишённого.

– Как это – слеза бессмертного? Кровь солнцеподобного? Ты же говорила, неизвестно, есть ли боги, а солнцеподобные тогда откуда? И если это я хоть могу попытаться понять, но что за гранат Центрального оазиса? Снежный цветок? И моя искра.

– Айон, прекрати паниковать. Не зли старую женщину. – Лина покачала головой как-то слишком нервно. Её руки начали дрожать. – Я уже сказала, что судьба не просто так свела тебя с твоими друзьями. Всё будет именно так, как и должно. Просто будь собой и следуй своему пути. Настало время снять с тебя это мерзкое прозвище, и я сказала тебе как.

– Больше похоже на дорогу в никуда, – промямлил принц. – Что это вообще за остров? Почему он так похож по описаниям на Пятый материк? Кто меня проклял? Совсем не удивлюсь, если это мой отец.

– Всё можно решить. Пока мы живы.

Лина будто стала меньше и затряслась. Айону стало жаль её… Тут ему наконец-то удалось понять мысль. Лина улыбнулась.

– Ты знаешь. Этот остров… подумай над этим сам. Твой отец? Слабый человек. И недалёкий. Я дала тебе вожжи судьбы, надежду на спасение. Всё то, что меня когда-то попросили дать. Когда? Я не помню. Если ты не против, я прилягу.

– Кто попросил?

Ведьма, ничего не ответив, перебралась на своё спальное место и тяжело задышала. Айон понял, что больше ответов он от неё не добьется. Больше и не имел права требовать. Его воспитание приказывало покинуть хижину с теми дарами, что ему вручили. Он поднялся со своего места.

– Спасибо за всё, Лина. Увидимся. Меня ещё поражает, что ты мне помогаешь… Зачем?

Она улыбнулась ему и кивнула, уже не в силах что-то сказать. Айон аккуратно открыл дверь и вышел на улицу.

– Просыпайтесь!

Айон вздрогнул, но глаза не открыл. Орал на весь лагерь явно Гилем. Казалось, будто он стучит чем-то деревянным, пытаясь создать как можно больше шума, словно его крика недостаточно. Торнадо из возбуждённого книгописца приближалось к нему. Айон уже слышал, как все по очереди посылали нарушителя спокойствия куда подальше. Он надеялся, что у него будет хоть немного времени поразмышлять о своей горестной судьбе проклятого принца и о тех, кому это вообще надо, но, по всей видимости, у Гилема иные планы на его свободное для страданий время. Айон удивлялся сам себе: сегодня от страха перед судьбой мертвеца ничего не осталось. Несколько важных мыслей почти сформировались в его голове, как рядом с ней начали стучать палками. Когда особого эффекта это не возымело, эти самые орудия «пыток» опустились на бока принца. Распахнув от злости и раздражения глаза, Айон подпрыгнул и выхватил из рук Гилема две полые трубки, забросив их куда-то в глубь джунглей. Кайл наблюдал за ними и качал головой из стороны в сторону. У него на животе, положив голову и мерцая синим пламенем, спал Метеор.

– А погуманней способа разбудить нас не нашлось? – Айон всплеснул руками и опустился на своё новое спальное место.

Сон как рукой сняло, и Гилем, видимо, довольный выполненной задачей, ухмылялся.

– Откуда у вас привычка будить друг друга особо жестокими способами? Я сплю достаточно чутко, чтобы меня можно было разбудить лёгким пинком в спину. Где ты вообще достал эти палки?

– Мы в джунглях. Тут везде палки. – Гилем сощурился, глядя на зевавшего Кайла. – Ты, между прочим, выбросил мои единственные запасы травы тенор. Если её аккуратно спилить, то по прочности она не уступает металлу. Из неё делают мачты бедняки. Я планировал посадить её в грунт около берега и использовать для постройки корабля… плота? Не знаю! Что получится! – Его упрёк ни капли не возмутил Айона.

– Придётся нам с тобой искать те, что ты выбросил, и заниматься обустройством небольшого сада на побережье дольше обычного. Или я могу попросить Редлая отыскать пару палок в лесах. Пусть он ворчит и рычит на меня, но я-то знаю, ему нравится играть с палками.

– С твоим горлом, – оборотень появился из ниоткуда и дал потерянными палками Гилему по голове, – ты не только лагерь разбудил, да вдобавок ещё и всех обитателей джунглей. Гилем… Пусть Айон и в нашей команде, но напомню: он – принц, которого нам необходимо беречь. Стучать ему над ухом и орать, как дважды потерпевший крушение, чревато последствиями. Он может приказать нам отрезать тебе язык. – Оборотень трёх сущностей рыкнул. – И за ещё одну неудачную шутку я с удовольствием это сделаю.

– Ну и помрёте сразу здесь без меня. – Гилем совсем не испугался угрозы. – Я пропал на тридцать дней, а вы половину жуков и птиц переловили от голодухи. Илай забыл вкус ягод, а Азель, по рассказам Рисы, пролежал два дня с лихорадкой оттого, что перепутал гриб суру с грибом сару. – О показал всем язык. – А уж тех, кто помнит, как построить то, что будет худо-бедно держаться на плаву, я вообще не знаю.

– Если тебя прикопать под деревом, то и недокорабль будет нужен поменьше, – вставил свои пять копеек Кайл. – Эй, просыпайся. Все уже проснулись, и ты давай. – Он потрепал Метеора за холку и начал стаскивать с себя. Птица упиралась, вжимаясь в живот Кайла сильнее. – Сожжёшь мне последние штаны, и, клянусь богами, я найду способ подпалить тебе хвост.

– Чисто теоретически это можно сделать, если поймать фиолетового ядохвоста и смешать его яд с сахарным сиропом. Пахнуть будет похлеще всех носков Илая в долгом путешествии, – подсказал Гилем.

Послышался неразборчивый ответ оскорблённого друга и голос Сины, которая успокаивала Илая. Метеор поднял голову с Кайла и прищурился, глядя на Гилема.

– Не переживай. Чтобы поймать фиолетового ядохвоста, Кайлу придётся нырнуть. А мы все знаем, что… – он улыбнулся, – не тонет, в общем.

– Иди-ка ты вообще отсюда, а? – Кайл махнул на него рукой.

– У вас полчаса, чтобы привести себя в порядок, поесть и собраться. – Гилем наконец-то стал серьёзным. – У нас много дел. В ближайшие дней пятнадцать и не думайте расслабляться. Время поджимает, и я сейчас даже не о проклятии Айона говорю. У нас много переменчивых факторов. – он посмотрел на Редлая, потом на небо и в итоге на Метеора. – Встречаемся около главного костра.

После возвращения Айона они окончательно переместились ко второму источнику в попытке спастись от возможных бурь. Однако за всё время отсутствия парня погода радовала спокойствием. Тревожился принц по другой причине. Синяя лошадь и неизвестная девушка в маске знали о приближающейся буре, а первая – так вообще отвела его к берегу. В добрых намерениях магического существа он не сомневался, а значит, во всём случившемся есть определённый смысл. После разговора с Линой он вообще перестал верить в случайности. Знаки и намёки от Виарума превратились в самый настоящий язык, который он не собирался игнорировать. Лара, сама того не понимая, направляла его в абсолютной темноте. И даже так они умудрились всё перевернуть с ног на голову. Один Кайл, который чесал их обсидианового феникса, чего стоит. Он стал молчаливым и скрытным, не доставал глупыми вопросами и поступками. Айон практически наяву видел, как в его глазах мелькают вопросы. Вытягивать из него информацию пока нет смысла, ведь на любой вопрос будет ответ: «Я не знаю».

– Метеор! Иди сюда. – Птица подняла голову и подбежала к Айону. Она напоминал чем-то собаку. Вот только такую на цепь не посадишь. – Ты стал таким большим. Не знаю, чем они тебя кормили…

– Он всеядный, – подсказал ему Кайл и пошёл к их небольшому сколоченному во время отсутствия Айона ящику. – А ещё сам охотится. Спустя дней восемь он перешёл с насекомых на мелких грызунов, рыбу. Когда-то притащил огромную змею. Не брезгует нашими запасами фруктов. Удобно, что кормить не приходится. – Кайл проверил целостность запасов. – Ты есть собираешься? Гилем настроен очень серьёзно.

– Моя бедная голова в этом убедилась. – Айон тоже сел около коробки и начал выбирать по памяти фрукты и орехи, время от времени подкармливая Метеора. – Как я понял, мы начинаем строить корабль?

– Корабль – громко сказано. – Кайл закатил глаза. – В лучшем случае это будут три бревна, связанных лианой. Я, конечно, утрирую, но суть ясна. – На слова Кайла принц наклонил голову и состроил вопросительное выражение лица. – Нас слишком много. Если путешествие займёт много времени, мы все умрём от обезвоживания и голода. Хотя он, – Кайл показал на Метеора, – может помочь справиться с нехваткой еды. Так вот. Спустить наш недокорабль на воду, даже при условии его строительства на берегу, – тяжёлая задача. – Он зевнул. – Гилему необходимо совмещать сразу две вещи, которые зависят от лун.

– Ты говоришь сейчас о Редлае? – Кайл кивнул. – А разве есть какая-то взаимосвязь между его сущностью оборотня и кораблём?

– А как думаешь, кто будет главной силой, что потащит наш недокорабль в океан?

Айон открыл рот от удивления.

– Редлай очень сильный физически. Как минимум раза в четыре сильнее, к примеру, меня. Это я говорю про его человеческое обличье. Если он задействует свои другие два, не знаю, честно говоря, подробностей, то станет ещё на порядок сильнее. И всё равно этого мало, потому что его силы быстро исчерпаются. Для того чтобы не обессилить за десять минут, он будет применять свою искру и терпеть усталость. Поэтому есть риск, что в ближайшее семьлунье он не сможет перетерпеть желание кого-то сожрать. Семьлунье через двадцать три дня. Вот тут нам и поможет Риса, которая усилит его искру. – Кайл стал есть намного аккуратнее, чем обычно. – А ещё в семьлунье самый высокий уровень воды. Недокорабль должен очутиться в подготовленной зоне до ночи, иначе придётся снова ждать.

– Получается, Редлай должен дотащить корабль до зоны прилива и успеть немного оклематься до семьлунья. А уже после него начнутся сборы в плаванье. – Многие вещи встали на свои места. – Тогда нам и правда нельзя тянуть, – Айон насыпал в рот горсть орехов, без присущей ему аккуратности. – Ты ничего не хочешь мне сказать? – Тот не ответил. – Кайл?

– Помимо того, что я волнуюсь о беспокойном море во время плаванья, о монстрах на глубине и о том, как же Гилем собрался ориентироваться в океане без компаса, мне не дает спокойствия вопрос: тебе не страшно? – почти шёпотом спросил Кайл и отвёл глаза в сторону. – Знаешь… Гилем не разбудил меня. Я так и не уснул сегодня. Женщина в лесу пророчила тебе смерть и забила голову новыми вопросами. Что, если ты… Что, если мы не успеем спасти тебя? Какова скорость этого процесса?

– Нельзя сказать, что подобные вопросы не появлялись в моей голове. – Айон усмехнулся. – Но я по-настоящему счастлив от того, что познакомился с Линой. Да, мы наделали ошибок, и теперь я понемногу умираю. Зато… Кайл! Она сказала, что отсутствие дыхания – не способность моей искры. – От слов принца Кайл открыл рот от удивления. – Чувствуешь это? Словно всё, что я знал раньше, не имеет смысла. И дело даже не в моём прозвище или отце. Плевать на них. Сейчас я сам верю, что моё существование – не ошибка.

– Ты и до этого не являлся ошибкой, Айон, – серьёзно сказал ему Кайл. – Искры – нечто очень важное в наших жизнях, но они не определяют, кто мы есть на самом деле. Давай сами решим, чем хотим заниматься и какому пути следовать. – Кайл уверенно кивнул. – А эта Лина не дала хоть какой-нибудь намёк на твою настоящую способность?

– Не-а, – он пожал плечами, – никакой подсказки. А впрочем, это и к лучшему. Я сам найду ответ, на что способна моя искра. – Он начал есть какой-то фрукт и блаженно замычал. – Прекрасно. Надеюсь, я не пролежу в беспамятстве пару суток. Интересно, как отреагирует Риса на идею построить корабль?

– Недокорабль… В нынешней ситуации у неё нет выбора. Нам нужно делать ноги с этого острова. Может, ей и хочется узнать секреты здешнего места, но совесть не позволит и слова ляпнуть. Она не дура. Однако тебе лучше держаться от неё подальше.

Айон пока не рассказывал обо всех подробностях их будущего плана. Как ни странно, он решил обсудить его с Гилемом и вечером поведать команде.

– Бесспорно, – улыбнулся Айон. – Ну что, время отправиться к остальным? – Принц встал со своего места и погладил Метеора по голове. – Интересно, смогу ли я однажды на нём полетать?

– С твоим-то ростом уже сейчас можешь залезать. – Кайл усмехнулся. – Вот только таких, как он, больше не существует в мире. – Он посмотрел на птицу, пытаясь оценить, насколько Метеор понимал его слова. – Остров, по мнению Гилема, настоящий короб, полный вымерших существ.

– По этой причине мы и должны покинуть остров. – Айон улыбнулся, когда Метеор взлетел в небо, горя ярко-синим цветом. – Чтобы тоже не стать вымершими. Ну что?

– Пошли…

Айон отвернулся и уверенно зашагал в сторону главного костра, пока Кайл прожигал его спину взглядом, так и не избавившись от тяжёлых мыслей.

– Что ты скрываешь, Айон?

В отличие от взлохмаченного и грязного после долгого путешествия Айона остальные выглядели неплохо. Редлай и до этого не носил рубашку, чтобы избавить себя от лишних проблем во время смены обличья. Сина и Риса даже в джунглях на неизвестном острове находили способы выглядеть ухоженными. Азель ввиду его статуса всегда держался гордо и старался делать всё аккуратно, хотя его рубаха и штаны изрядно продырявились с момента крушения. А вот Илай, Гилем, Кайл и Айон мало чем отличались от диких животных. В особенности их ходячая энциклопедия. После падения в ночь ложного похищения его одежда превратилась в тряпьё. Илай умудрился раскрасить рубашку пятнами от фруктов и ягод, Кайл же словно постоянно дрался с колючими кустами, птицами и грызунами – по-другому объяснить его истрёпанный вид невозможно. Если они затянут с отправлением с острова хоть на один лунный путь, страх ходить в набедренной повязке превратится в реальность. Риса встретила Айона неуверенной улыбкой. Желая подбодрить подругу, он, наоборот, широко улыбнулся ей и помахал рукой. Азель отвлёк всех свистом. Через несколько секунд столб пламени обрушился неподалёку, и довольный Метеор полетел к нему навстречу.

– Давай, цыплёнок, у нас тут совещание. Ты член команды? – Он потрепал его по голове и всучил рыбу.

Метеора понижение в статусе никак не оскорбило. Всё его внимание сконцентрировалось вокруг угощения.

– Итак, начнём. – В Азеле снова взыграл дипломат. – Уже почти полдень. Дел куча, и дрыхнуть до вечера не вариант. Давайте определимся с главными задачами и путями их решения. Сумбур после возвращения Айона прошёл.

– Предполагаю, главное – это спасти Айона от окончательной смерти, – пискнул Илай.

Сам Айон оказался приятно удивлён, что он предложил спасти не принца, а его самого, своего друга. Кайл усмехнулся.

– Ну мы это и сами поняли! Может, Айон расскажет чуть больше подробностей? – Все повернулись к нему.

Выбора не осталось, поэтому принц встал с только что облюбованного места и окинул всех взглядом.

– Я, хоть и королевских кровей, говорить красиво не мастак.

Илай наклонился к Гилему, уточняя значение слово «мастак».

– Если в самую суть: отсутствие дыхания – не настоящая способность моей искры. Отсутствие дыхания – это проклятие, которое я, как понимаю, кто-то наложил, когда мне исполнилось четыре луны.

Все заохали. Гилем поднял руку.

– Нет, я не знаю, кто и зачем мог сотворить подобное.

Гилем опустил руку.

– Лина сказала, что не знает способность моей искры, но это точно не отсутствие дыхания.

– Ну тут всё просто, как мне кажется, – Сина неожиданно взяла слово, привлекая внимание. – Сами посудите. Многие способности просто невозможно скрыть. Моя искра, искры Рисы, Гилема, Кайла, Азеля просто на виду. Редлай и Илай, уверена, со временем поняли их суть. Если бы ты, Айон, летал или чего-нибудь подобное, скрыть искру проклятием стало бы невозможно.

Все закивали, соглашаясь.

Принц же удивлённо уставился на подругу.

– Ты принц, Айон. Этого факта никому не скрыть и не отнять. Нам ещё предстоит понять, почему выбрали именно тебя и твою искру.

– Для снятия проклятия необходимо собрать и как-то задействовать некоторые невообразимые элементы, – Айон снова обрёл дар речи. – Кровь солнцеподобного, слеза бессмертного, гранат Центрального оазиса, снежный цветок и моя искра. Вот что должно спасти меня от проклятия.

– Боги! Ты хоть представляешь, что сейчас сказал?! – неожиданно Илай подпрыгнул и засиял ярко-жёлтым светом. – Гранат Центрального оазиса – это реликвия Царя тысячи ног. Во-первых, найти этот оазис практически невозможно. Пустыня простирается на сотни, если не тысячи километров, но даже если мы найдём его, одолеть зверюгу просто нереально. Один человек! Лишь один человек смог удрать от него и рассказать, какой кошмар там творился. Семь тысяч воинов полегли в течение минуты. И он сожрал их всех. А там было два потомка драконов. Два! Ты хоть представляешь?! Это невозможно… Просто невозможно. На всех этапах.

– Ничем не легче, чем снежный цветок, – фыркнул Азель. – Он растёт на плечах и голове Первого великана, самого старого из всех. Облака скрывают его пояс. Каким образом нам добраться туда, тоже не представляю. Если до Центрального оазиса эти семь тысяч воинов добрались и передохли, то до Первого великана никто так и не добрался. Говорят, снежные цветы росли на его плечах, пока он был жив… Что с ними сейчас – загадка. У нас вообще есть время, чтобы решать подобные проблемы?

– Ну, в любом случае бросить Айона мы не можем, – пожал плечами Гилем. – Я уже не сомневаюсь, что все мы сидим здесь не просто так. Илай – единственный, кто знал про эти семь тысяч. Да. Я не слышал об этом. И знания Азеля о великане и снежных цветах – ещё одно доказательство, и… – он сделал паузу, – …то, что я знаю о солнцеподобных, вероятно, тоже. Они появились после Великой Войны на материке людей и жили там до тех пор, пока не вымерли сто пятьдесят лун назад. Люди, суть чьих искр заключалась в исцелении, полёте или огне. Они поклонялись собственному божеству с семью крыльями. За это их и прозвали солнцеподобными. Где взять их кровь – не понимаю.

– Ну, слеза бессмертного тоже звучит как место без координат на карте, – Редлай сделал весомое замечание. – Бессмертными были люди до войны. Сейчас старость косит всех. Хотя нож в сердце и тогда был смертелен.

– Не будь так категоричен, твоя искра позволит тебе прожить лишние полчаса. Немного потерпеть смерть, – ухмыльнулся Гилем. – В любом случае на каждом этапе нас ждут немыслимые преграды. Нам придётся воспользоваться не только грубой силой, но и мозгами.

– И ещё один элемент от проклятия – моя искра. Её способность тоже необходимо разгадать. – Айон не стал смотреть на Редлая. О его матери он решил поговорить позже и не с ним. – Есть одна вещь, которую поведала мне Лина…

Все, и без того напряжённые, подобрались.

– Всем нам известно, что искры древних горели намного сильнее, обожествляя людей. Оказывается, есть способ вернуть их силу, обретя несравнимое могущество.

– Откуда… Откуда тебе это известно?.. Нет! Ей! – вскрикнул Гилем.

– Лина и есть пример такого случая. Её способностью, как я понял, было видеть будущее. Насколько чётко и точно – мне неизвестно, но сейчас она способна смотреть куда угодно. Как она сама выразилась, и в будущее, и в прошлое, и в настоящее одновременно. Правда, моя искра – исключение. Её судьбу она не видит. – Он наклонил голову вперёд. – Но за это она заплатила цену. Она живёт ровно ночь. За пребывание в трёх разных временах она рождается с закатом солнца и умирает с восходом. За двенадцать часов проживает всю жизнь – от младенца до старухи. И так каждый день.

– Значит, способы залезть на плечи великана, победить царя насекомых, вернуть из мертвых солнцеподобных, найти бессмертного и заложены в наших искрах. – Риса не спрашивала, а сделала утверждение. Её глаза излучали лишь уверенность. – Поэтому нам надо найти информацию, как раскрыть наш потенциал и возможности, и тогда ни у кого не будет шанса справиться с нами, и мы восстановим справедливость.

– Предполагаю, начать нужно с ходячей и раздражающей библиотеки, – сказал неожиданно Кайл. – Только представьте. Он ничего не забывает. А что, если после раскрытия искры он вспомнит то, чего не знал? Или по желанию в его голове будет появляться информация? Вот, правда, с чего начать…

– Невероятно, – только и прошептал Илай. – Но с искрами неясно.

– Я так себе это представил после объяснения Лины. Наши искры – это лишь остаток былой силы. Ты же видел, как из костра вылетают мелкие искры? Вот это мы. Если искра упадёт в хворост, то получится новый костёр, а потом, может быть, пожар. Так и у нас: искра, костёр и пожар. Три ступени развития наших способностей. Три истины нашей сущности.

Их поляна погрузилась в тишину, нарушаемую лишь пением птиц. Каждый думал о своём, но это, так или иначе, касалось темы Айона и будущих путешествий. На этом острове мир открылся с новой стороны, лишний раз доказывая, что не всё так просто, как кажется на первый взгляд. Предел их способностей неизвестен. Даже предположение Кайла уже звучало немыслимо. И за такие возможности придётся платить по-настоящему высокую цену. Головными болями Гилем уже не отделается. Их будущее настолько неясное, насколько это возможно, и в равной степени настолько же захватывающее. Вряд ли Илай, будучи фермером, мечтал побродить в пустыне, а Азель держать в руках что-то тяжелее пары бумажек, но вот судьба распорядилась иначе для каждого из них. Остров и его живность уже начинали меркнуть перед завесой тайны их дальнейших путешествий. И чем больше они пребывали в состоянии абсолютного шока, тем меньше у них оставалось шансов выбраться из передряги. Риса, как обычно, взяла себя в руки раньше всех и встала с бревна, на ходу завязывая волосы в хвост узлом и разглаживая одежду. Она повернулась к Гилему и хлопнула в ладоши.

– Давай, мы слушаем твой план! – Она окинула всех взглядом. – Некогда нам сидеть. Пора вершить великие дела.

– Верно. – Гилем подпрыгнул и встал рядом с ней. – Но перед тем как обрести неведомую силу, необходимо покопаться в грязи, а точнее, выбраться с острова. После разговора с Линой, как я понимаю, он уже не имеет для нас большого значения. И даже тот факт, что она не ответила на вопрос про суть самого острова, странной синей лошади и той девушки в маске, ждать ответа нет времени. Кто знает, сколько у нас его вообще осталось. – Он повернулся к Редлаю. – Поэтому твоя задача на сегодня – изучить правый, или восточный, берег острова от места крушения и поискать бухту, чтобы сплавить корабль. За Рисой и Илаем – левый берег, или запад. Нужно что-то не очень крутое, но… Чтобы он аккуратно съехал в воду. Кайл, Сина и Азель занимаются охотой и собирательством. На вас можно положиться. Мы с Айоном будем искать подходящее место для выращивания травы тенор. Любой, кто найдёт деревья для постройки плота-корабля, – запоминайте маршрут и делайте зарубки. Чем легче и прочнее, тем лучше. Постарайтесь найти дерево стук и дерево грио, но кто знает, есть ли они тут.

– Но как нам потом вернуться? Время непредсказуемо! – Илай сыпал сегодня серьёзными вопросами.

– Всё просто, мой друг. Я кое-что прикинул. Мы должны ориентироваться по небу. Солнце зайдёт в то время, в которое необходимо. И никакой магический остров ему не помешает. На наши ощущения времени нельзя вообще полагаться. Как только начнётся закат, всем необходимо возвращаться к источнику. Учитывая нашу скорость передвижения и количество людей в группах, время начнёт течь одинаково для всех. Если всё пройдёт как надо, то мы вернёмся примерно в одно время. Я надеюсь на это. – Он строго показал пальцем. – Однако запомните: закат – и сразу ко второму источнику. Ясно?! – Все кивнули. – Прекрасно. Наш план-максимум на сегодня – найти бухту, посадить тенор и прикинуть чего по брёвнам. Благо наша прекрасная Сина ускорит вырубку леса. А горбы Редлая и Кайла – перевозку брёвен. – Он повернулся к Азелю. – Постарайтесь поймать чего поесть при возможности, и нам нужны шкуры. Я пока не понимаю, из чего делать паруса…

– Жаль, нельзя обратить твои слова в полотно, хватило бы на целый фрегат… – прошептал Редлай.

– Всем всё ясно?! Тогда погнали! – Гилем махнул рукой. – Метеора отправим с Рисой и Илаем. На всякий случай. Обсидиановый феникс вам не шутка!

Птица замахала крыльями, соглашаясь, и подбежала к Рисе.

– Айон? – спросил Гилем.

Все начали расходиться по командам. Обычно никто не спорил с планами Гилема, кроме Рисы. Но в этот раз именно она вывела его держать слово перед всеми и отвечать за их распорядок дня. Его голова и без помощи подруги и собственной искры работала отлично.

– Айон! Очнись! Все готовы. У нас нет времени на глупости, – позвал принца Гилем.

– Выражение «нет времени» я уже уяснил и ненавижу. – Принц повесил голову и пошёл назад к спальному месту.

Там лежал небольшой мешок, который ему вчера вручил Гилем.

Айон не очень верил в план Гилема, который должен помочь им избежать шуток со временем. Он склонялся к мысли, что остров устроен намного сложнее, чем они вообще могут себе представить. Парни, на удивление, шли молча, поэтому нашлась минутка, чтобы привести мысли в порядок на свежую, не укутанную сном голову. Несмотря на проклятие, воспоминания о видении, странном поведении Кайла и загадке о природе своей искры, главным секретом оставалось существование острова. О Пятом материке слагались легенды, многие бросали жизни на его безрезультатные поиски. Многие уже даже перестали верить в существование неизведанного материка, да ещё и с такими невероятными особенностями. Если существование вымерших птиц и рыб ещё хоть как-то объяснялось их средой обитания, то комариная змея и лунный ягуар явно не могли самостоятельно попасть на остров. И, что самое интересное, оба вида ранее обитали на разных континентах. А значит, их или завезли сюда, или виновата магия. Айон вдруг подумал, что покинуть остров они смогут лишь тогда, когда он им позволит это сделать сам. И если Лина сама попала сюда, то как же трое её ребят? И как попала сюда их госпожа? Куча вопросов!

– А я вижу, ты не очень сильно переживаешь по поводу собственного положения. Или это всё королевская выдержка? На твоём месте я бы метался из угла в угол, – Гилем наконец-то заговорил.

Принц облегчённо улыбнулся. Мысли грозили сожрать его со всем, что у него осталось.

– А ещё ты выглядишь как человек, который хочет задать пару вопросов. С радостью отвечу в подробностях.

– Так ты понял, что я не договорил?

Айон услышал самоуверенное хмыканье. Каждый в их небольшой компании читал его как открытую книгу.

– Поэтому не отправил меня с Кайлом? Скажу честно, исследовательские группы ты организовал странные. Если на нас нападёт какое-нибудь чудище, отбиваться нам нечем.

– Небольшая плата за разговор без лишних ушей. – Они свернули куда-то вбок. За эти тридцать дней, которые они просидели под деревом, а сам Гилем катился с горы, команда успела проложить тропы.

– Я даже Редлая отправил в дальнюю часть джунглей для проверки. Он способен подслушать разговор примерно за километр и в зависимости от ветра. Правда, не во всех деталях. В любом случае, принимая во внимание его скорость, считай, свидетелей, кроме меня и неведомых чудовищ, нет.

– Тебя одного с лихвой, – фыркнул Айон. – Хорошо, что Редлая нет. Разговор пойдёт как раз о нём.

– Прекрасно! Люблю посплетничать про него! – пошутил Гилем.

Видимо, подобные шутки – обязательная часть его существования.

– Лина назвала ещё два необходимых условия для поиска лекарства от проклятия. – Айон невольно пожал плечами. – Одно из них – это поиск моей искры, но времени на её понимание она, к сожалению, не нашла. Она утверждала, что только одна женщина в состоянии помочь, и это – мама Редлая. Способность её искры – это видеть потенциал живых существ и, в частности, искр. Она и только она способна приоткрыть завесу тайны. В противном случае шансов у нас не много.

– Ох… А вот это уже проблема. – Гилем остановился и посмотрел на Айона через плечо. После десяти секунд пристального разглядывания он вновь пошёл вперед. – Она Королева Оборотней с самой Великой Войны, мама Редлая и хранитель тайны рождения оборотней трёх сущностей.

– Это проблема? Разве люди и оборотни враждуют?

Айон слышал, что материки Живого Леса и Вечных Бурь вели постоянные сражения из-за близкого расположения. Люди в основном отмалчивались при любых конфликтах. Их искр хватало для сражений, но невероятный магический потенциал остальных материков мог обернуться для них сотнями тысяч жертв.

– Это очень большая проблема. Практически такая же, как и поиск Центрального оазиса и битвы с местным божеством. – Гилем вздохнул. – Ты же прекрасно знаешь, что оборотни не могут служить в других армиях или жить в каких бы то ни было королевствах, если Королева Оборотней не позволит? – На вопрос Гилема принц неуверенно кивнул. Что-то такое ему рассказывали. – Она не давала разрешения Редлаю покидать материк. Они с дядей покинули его против её решения, и возвращение… Ну, оно может обернуться не самыми приятными последствиями. Их минимум убьют.

– Минимум убьют? А я думал, это мой отец жестокий!

– Ладно, я слегка преувеличил. Их не убьют, но покинуть материк второй раз не позволят. – Гилем отодвинул огромный лист в сторону. – Почти пришли. – Этот самый лист ударил Айона по лицу. – Понимаешь, каждый оборотень трёх сущностей в девяносто девять лун посвящается в великую тайну их существования. Её и защищают вечной изоляцией. Редлай и словом не обмолвился о ней. Как я только не просил этого упёртого придурка! Он почти согласился, когда я предложил откусить себе язык. – Айон усмехнулся от слов друга. – В итоге он всё же отказался.

– А что такого особого в происхождении оборотней трёх сущностей? Оборотень – существо, умеющее по собственному желанию менять облик. Редлай превращается в лесную гончую. Многие магические существа многолики. Не высока ли цена?

– Ни капли. – Гилем покачал головой.

Впереди между деревьев замелькал океан.

– Во-первых, оборотни трёх сущностей не просто так носят это название. Они имеют три обличья – человеческое, животное и лесное. Их главная сущность именно лесная. То, что мы видим Редлая в обличье человека, – тоже превращение. Оно требует от него полного контроля над силой и разумом. Животная сущность выбирается судьбой. Редлай гончая, есть другие. Сначала из лесной сущности перерождаются в животную, потом в человека, и их магическое развитие заканчивается. В девяносто девять лун.

– А сердце требует животная сущность?

Гилем кивнул и показал Айону большой палец.

– А что же нужно для контроля лесной части?

– Ничего. Быть собой никто не запрещает.

– О, логично…

– Человеческая сущность открывается как раз в девяносто девять лун, после погружения в тайну. Прошло семь лун, как Редлай научился говорить и не рычать одновременно. Сам видел, иногда воспитание даёт сбои. – Гилем засмеялся. – Тайну обращения в человека скрывает Королева Оборотней, носитель этой тайны. Редлай на удивление хорошо держится. Уверен, помимо этой тайны есть ещё что-то… В любом случае она не откажет в помощи принцу, но своего сына уже с материка не отпустит. Если нам и плыть туда, то без него. А куда деть оборотня трёх сущностей на корабле, чтобы самый чуткий нос во всём Виаруме его не почувствовал, я не представляю.

– А что такого в этой инициации, по твоему мнению? Раз она действует только на оборотней в обличье животного и обращает их в людей, какой резон охранять её с такой бережностью? – Они наконец-то вышли к берегу. – Вопрос: хоть у кого-то здесь нормально с родителями? Спокойствие в королевских семьях вообще существует?

– Не думаю, Айон. – Гилем смотрел на безмятежный океан. – Суть тайны в том, что оборотни трёх сущностей не могут иметь искры. Она появляется ровно в тот момент, когда в них пробуждается человеческая сущность. До Великой Войны они не превращались в людей. Искры делились между людьми, не лесными обитателями. – Гилем повернулся к Айону с серьёзным выражением лица. – Каким образом они, и в частности Королева Оборотней, научились зажигать в оборотнях искры – и есть секрет. А учитывая то, что есть ещё куда расти… Возможно, Редлай скрывал и эту информацию от нас по причине происхождения и клятвы, данной матери.

– А что касаемо их лесной сущности? Ты видел Редлая хоть раз…

– Да, собственно, единожды.

Айон понял, что Гилем не хочет вдаваться в подробности.

– Зрелище настолько прекрасное, насколько и ужасное. Если оборотень не справляется с животной сущностью в семьлунье… Тогда вступает лесная. Их объединение и сносит крышу оборотню. Лесной не нужно сердце, а вот животной да. И именно животная часть толкает лесную в семьлунье искать жертву. Какой-то нарушенный баланс… И не дай боги попасться ему на глаза. Чем реже сущности оборотня сливаются в семьлунье по разным причинам, тем сильнее жажда и его сила в будущем. Капитан Вальдер в семьлунье, к примеру, уплывал на острова и творил бесчинства. А вот Редлай, – Гилем вздохнул и шёпотом произнёс, – только раз, в нашу первую встречу…

– Понял.

– С оборотнями трёх сущностей мы что-нибудь придумаем. Но пока ты должен хранить это в секрете. Я лично поговорю с Редлаем и решу проблему. – Гилем помолчал и задавал вопрос: – А что за второе условие? Думал, я забыл?

– Сестра одного из вас должна помочь мне. – Айон посмотрел на Гилема. – У кого из вас вообще есть сестра? Предполагаю, что у того же Редлая! Ему же сто шесть лун. Сколько вообще живут оборотни?

– В зависимости от лесной сущности. – Гилем усмехнулся. – Но тайны их жизни тоже под вопросом. Нам столько и не снилось. А я вот думаю, с поиском сестры он нам не поможет. Сущность материка Живого Леса в том, что там каждый друг другу брат, а когда все братья – сложно найти кровных брата или сестру. Если «кровь» вообще правильное слово для обозначения их родства… Типа того. Поискать можно и поспрашивать у ближайших родственников Редлая, да вот придётся весь лес опрашивать. И рано или поздно они заподозрят неладное. Тогда материк не покинем уже мы.

– А вы? Разве ни у кого из вас нет никого?

– У Илая, меня, Рисы и Сины точно никого нет. Про Кайла и Азеля не знаю. Кайл выглядит как тот, у кого и птички дома не водилось. Уж больно он эгоист. А Азель… Мы не знаем о нём ровным счётом ничего. Даже Риса. Она уважает его желание хранить секреты собственного происхождения. – Он покосился на Айона. – В любом случае, как я понимаю, сначала мы решаем, как узнать твою способность искры?

– Да. Гилем, только представь. – Айон повернулся к нему. – Я даже вообразить не могу, какими силами обладаю, а главное – это не предел. Я… Мы имеем возможность зажечь свою искру подобно древним. Не слишком ли это большое бремя для нашей команды? И конечно же цена.

– Пока тебе не стоит об этом задумываться. – Гилем улыбнулся. – Знаешь, у нас будет так много возможностей умереть. Давай дадим этим возможностям хоть шанс попытаться. В конце концов, мы думали, наше путешествие началось на этом острове и закончится, когда корабль отчалит от его берега. Если отчалит… А как оказалось, всё ещё впереди.

– Да! Что нам нужно сделать с этой твоей травой тенор?

– Время действовать, тут ты прав, – усмехнулся Гилем. – Итак, смотри, это трава тенор. Она очень прочная. Просто так не взять. Макушка растущего растения самая прочная. У грунта, наоборот, можно спокойно срубить. Один удар импровизированным топором, и она повалена. День на воздухе, и свехкрепкая мачта тебе обеспечена. – Они пошли вдоль пляжа и остановились в трёх метрах от океана. – Мы не просто так пришли к большой воде. Трава тенор растёт только на берегу океана.

Гилем, не задерживая ни Айона, ни себя, вставил две палки в песок, слегка прикопал и пошёл к океану. Зачерпнув воды в остатки скорлупы какого-то огромного ореха, он вернулся и начал поливать растения. На глазах жёлтый цвет стеблей приобретал ярко-зелёный, но долго красоваться у него не получилось. Примерно через три минуты от палок начали отламываться куски в виде небольших стебельков. Гилем не стал дожидаться, пока от растения не останется и следа, а уверенным и точным ударом ноги разнёс его щепки по всему пляжу. Айон поморщился от странного запаха, не успев прикрыть лицо. Когда за всю сознательную жизнь ты не сделал и вдоха, такие простые и очень важные рефлексы отсутствовали. Жёлто-розовое облако поднялось на несколько метров ввысь и начало с мерцанием опускаться на песок. Парни поспешили убраться подальше. Айон смотрел на друга с возмущением и недовольством. Глаза чесались и в отличие от него он нормально покашлять не мог. Просто-напросто не умел. Принц направился к первому источнику – умыться и промыть голову.

– Трава тенор, как и другая трава, способна размножаться вегетативно. Даже одного маленького кусочка достаточно для развития целого растения. Дня через три пляж скроется из виду из-за стены стеблей. Выберем нужные и срубим, потом покроем древесной смолой, и будут и крутые мачты, и материал для строительства. – Айон вынырнул из ручья, наконец-то в состоянии соображать.

– Мог бы и предупредить заранее!

– Ну прости, некоторые вещи забываются. Так, мы с тобой выполнили нашу задачу. В принципе, давай поищем подходящие растения для создания парусов. Было бы замечательно найти то, из чего можно плести нить. Вряд ли шерсть и ткань можно найти на острове. Нечто такое… Хм. В любом случае нам нужно ждать заката или сигнала кого-то из команды о прекращении поисков бухты.

– Листья могут подойти вместо парусов?

– Тебе предстоит ещё очень много раз удивиться за этот день. Мы с тобой впервые остались наедине. Мы или станем лучшими друзьями, или поубиваем друг друга. – Он усмехнулся. – Пошли, сейчас будем искать папоротник кексаль. Он прочнее шкуры трирога.

– Кто такие трироги?!

– Обо всём вам, юнцам, надо рассказывать!

Парни медленно удалялись в лес. Их голоса с каждой минутой становились всё тише и тише. Они настолько увлеклись разговором, что в очередной раз не заметили пристальный взгляд с берега. Всё та же неизвестная девушка с маской на лице наблюдала за действиями «кораблестроителей». Только их голоса стали трудноразличимы в шелесте листьев, она подняла правую руку в воздух, и от её пальцев потянулись тёмные нити, обрывающиеся в паре метров от неё. Они, казалось, горели пламенем. Спустя мгновение она сжала руку в кулак, и огонь перекинулся уже на неё, поглощая. Девушка стремительно принимала очертания змееподобной птицы, пока окончательно не обратилась в животное. Она взмахнула крыльями и бесшумно поднялась в воздух. Перья, оставленные на песке, переливались в лучах солнца, со временем бледнели и вскоре исчезли.

Закат разлился по острову алым цветом, сопровождаемый протяжным воем Редлая – сигналом об удачном завершении поисков.

– Просни…

В этот раз Гилем не успел договорить свое каждодневное приветствие, сопровождающееся концертом из выкриков и барабанной дроби палок друг о друга, – ему точно в голову прилетел заготовленный Айоном с ночи плод. Он специально сохранил его, фиолетовый и увесистый, с ужина, чтобы хотя бы в знаменательный день спуска их впечатляющего плота-корабля на воду никто не мучил его уши.

Все в команде уже были на пределе сил. После сегодняшнего семьлунья им необходимо будет подождать пару дней, пока Редлай восстановится, а потом погрузить на плот припасы. Азель и Сина охотились и занимались собирательством почти каждый день, чтобы их запасы еды не исчерпались в первый же день путешествия. Гилем чудом обнаружил плоды дерева киори, каждый из которых вмещал в себя не меньше двенадцати литров воды, как губка. Планы побыстрее вырваться с острова с треском провалились из-за нехватки времени на строительство. Отсутствие даже такого простого инструмента, как молоток, сильно тормозило процесс. Поэтому они решили задержаться ещё на один лунный путь.

– Ах, проклятие! – воскликнул Гилем, ощутивший удар плода прямо по лбу.

– Отличное попадание! – Кайл начал хлопать в ладоши, восхваляя меткость Айона.

Сегодня они договорились поспать лишних три часа, на большее их надзиратель-книгописец не согласился.

– Почему у меня ощущение, будто меня всю ночь колотили муравьи? – пожаловался Гилем.

– Вчера на тебя свалились заготовки для креплений, неудивительно. – Айон хмыкнул. – Как же я раньше не додумался чем-то в него кидать?! Понятно, почему Редлай то и дело даёт ему подзатыльники. Пока он занят своей головой, он молчит.

– А я, между прочим, дал вам лишние полчаса поспать сверх трёх обговорённых! В следующий раз я возьму траву кесо, которую я, кстати, нашёл в ста метрах на востоке, разожгу, и вы у меня все попляшете. Противоядие от зловония знаю только я и, к сожалению, Риса. – Гилем тронул ушибленное место и вздрогнул. – Ай, будет шишка!

– Редлай первый откусит тебе голову, Гилем. Возможно, это будет последнее его действие в жизни после травы кесо, но знай, я лично поддержу тебя. – Кайл закатил глаза и покачал головой. – А теперь иди подоставай кого-нибудь ещё. Нам надо собраться, а пока ты маячишь тут, хочется бросить в тебя не только ужином, но и завтраком. – Кайл подошёл к их с Айоном кострищу. – Что будешь есть? Тут осталась только зелёная дрянь и что-то голубое.

– Да мне без разницы, можешь доесть и то, что я бросил Гилему в голову. – Айон нехотя встал и подошёл к Кайлу. – Я скучаю по рыбе. Нам нужны удочки или что-то типа того. Рыба так быстро портится и так долго сушится. Я бы убил за солёного морского летунчика. Так, всё. Ем голубое нечто.

– Это ягода дей-рай! Дей-рай, неучи! Она, между прочим, содержит много питательных веществ для ваших неокрепших мозгов. Советую каждому из вас поесть их побольше. Видят боги, мозги вам понадобятся. – Гилем недовольно вскинул руки.

Айон как-то заметил, что игнорировать Гилема – лучший способ избавиться от него. И первый же эксперимент принёс результаты. Однако у Редлая этот приём не работал. Оборотня трёх сущностей всезнайка доставал по поводу и без, даже когда тот не отвечал.

– Может, останемся на острове ещё на лунный путь? Мне кажется, после такой стройки нам всем необходим отдых. – Айон быстро доел завтрак и поник.

Кайл вскинул бровь, наблюдая, как принц раскисал на глазах.

– Как по мне, я как будто вернулся от Лины только вчера. Время быстро пролетело… Я специально делал зарубки.

– Я знаю, – сказал Кайл, как только прожевал ягоды. Общение с Айоном шло его манерам на пользу. – Больше сообщений от твоих друзей не поступало? Хочу заметить – это пугает.

Однажды они увидели на бревне сообщение: «Крылья бабочки прекрасны, как пожар». Тогда Кайл чуть не закатил истерику и полночи не спал, раздумывая над смыслом. Айону же это не помешало проспать до самого утра.

– Они странные. – Кайл прикончил завтрак. – Так или иначе, ждать мы не можем. В этом месте уследить за временем невозможно, а значит, мы без понятия, как быстро будет прогрессировать твоё проклятие.

– Как будто там, за океаном, ты сможешь его отследить. – Айон кинул в Кайла палочку. – Я устал. Мне нужна передышка.

– Интересный каламбур. – Кайл в ответ бросил в него камушек. – Пока Редлай будет отсыпаться, мы, в принципе, можем присоединиться к нему. Никто не гонит снаряжать недокорабль, как только он окажется в воде. Однако времени мало, – пробурчал Кайл. – Но для начала нужно всё же стащить плот вниз. Редлай нашёл прекрасный пологий участок берега с наклоном, но даже так нам сегодня придётся поднапрячься.

– Нам бы не помешал ещё кто-то со сверхсилой, – прошептал Айон. – Наверное, только на Редлая и остаётся надеяться. Ну, и на Метеора. Он вымахал будь здоров. Такого на плечи не посадишь и гусеницами не накормишь. Настало время, когда он носит нас на своей спине. Как быстро растут дети!

– Заботливый родитель, ничего не скажешь. – Кайл улыбнулся.

Метеор кричал где-то на другой половине лагеря, вероятно, споря с Азелем. Они, хоть и много «спорили», всё же отлично ладили. Азель умел договариваться не только с моряками, но и с любым живым существом.

– Нет, я правда не представляю, как нам толкать эту махину. Там от силы двадцать метров до воды… Пару лошадей бы… – призадумался Кайл.

– Интересно, а синюю лошадь можно запрячь? – хмыкнул Айон.

Они с Кайлом до сих пор оставались единственными, кто видел её воочию.

– Она не появлялась с того самого раза, как я ушёл к Лине. Знаешь, я даже скучаю по ней. Она помогла мне справиться с лихорадкой, когда меня укусила змея.

– Даю голову на отсечение, это существо может всех нас отвести, куда пожелает. – Кайл фыркнул. – Такое забыть не получится, даже если очень захочется. – Он вздохнул. – Знаешь… Я люблю портить веселье, но сейчас слишком устал для язвительности. Я верю, что эта лошадь вела и тебя и нас к какой-то идее, и раз она не видит смысла появляться, значит, мы всё делаем правильно.

– Давай не будем отдыхать после сплавления? Изнеможённый ты меньше язвишь. Я очень хочу выжить и разгадать тайны собственного проклятия, да и мира в целом. Какова моя искра? Её пределы? Ваши пределы… – Айон посмотрел на Кайла.

– Я…

– Всё, время чесать языками вышло! – послышался голос Азеля, приехавшего к ним на Метеоре. – Как вам? Я наконец-то научил его не сбрасывать меня. На нём ещё смогут трое уместиться. А ну, давай покажем им, чему мы научились, мальчик.

Метеор истошно закричал и загорелся синим пламенем. Трава рядом с ним вспыхнула, а вот Азель оставался невредим.

– Оказывается, Гилем бывает иногда прав. Обсидиановые фениксы сами выбирают, насколько жарким будет их пламя.

– Метеор, подожги ему зад… – прошептал Кайл. – Выдвигаемся?

– Я всё слышал, Кайл. Даже то, что он слушается меня, не означает, что он не послушается и вас с Айоном. Так что давай без вот этих шуток. – Азель спрыгнул с Метеора. – Следующий этап – это полёт.

– Мы выдвигаемся через пять минут. Берите свои сумки и пойдём. – Азель выразительно посмотрел на Кайла, тот жестами попытался послать его куда подальше.

– Хорошо, пойдём. – Айон похлопал Кайла по плечу и встал. Принц отряхнул остатки одежды и направился к своему дереву.

– Вокруг одни язвы… – прошептал Кайл.

– И если взглянуть в отражение – тоже! – крикнул ему Айон.

Прогулка до берега, как и предполагалось, по ощущениям заняла всего минут десять. Они пришли ближе к вечеру, чтобы жара не сморила их раньше. Как бы сильно Азель и Кайл ни издевались над несуразным видом плота-корабля, к итоговой работе придирок у них не возникло. Однако осталась прекрасная тема для шуток, а именно – сплавление. Весь прошлый вечер Гилем то и дело возвращался с предложением привязать их непотопляемого собрата к плоту, а вечно молодого посадить к нему на спину и так отчалить. Да, нужная бухта была найдена Редлаем, но, даже учитывая подходящий, пусть и не полностью, наклон берега и способности команды, выполнение задания могло растянуться на несколько дней.

– Так! Слушать меня, мои нерадивые ученики! – Гилем улыбнулся и созвал всех на пляже в одно место. Желающих спорить и противиться поучающему тону не нашлось. – Я решил, что сегодня спускать плот на воду будем мы все вместе, а не только Редлай. Чем меньше ему напрягаться, тем больше он сохранит сил для контроля в семьлунье. – Гилем показал на небольшие брёвна, которыми они уложили берег до воды. – Наклон недостаточный, чтобы плот под собственным весом скатился на воду. А жаль! Однако так его передвигать всё равно будет намного проще. Я боюсь, если толкать слишком сильно, Редлай, то он развалится, когда подойдёт к воде. Старайся скорее задавать общий тон движениям, чем геройствовать. Хорошо? Крепления из лианы конгус прочные, но кто их знает, да?

– Понял тебя, – кивнул оборотень трёх сущностей.

– Я поставлю за тобой Азеля, Кайла и Илая. За ними сразу я и Айон. Девчонки будут координировать наши движения. И ещё один наш помощник в сплавлении замечательного плота, Метеор. – Гилем охнул от того, что птица гордо шагнула вперед. – Хороший мальчик. Ты летишь над Редлаем и тащишь чуть слабее его, понял? – На вопрос Гилема Метеор взмахнул крыльями. – Хорошо. Желаю всем не сорвать спины и не остаться погребёнными под плотом. Айон, хорошо поел? Тогда начинаем. Тросы уже закреплены. Не бойтесь, не порвутся. Надеюсь.

– Хорошо! – Все, не сговариваясь, двинулись к своим позициям.

Айон смотрел, как, довольный тем, что ему поручили важное дело, Метеор схватил лиану в лапы и взмыл в воздух, ожидая сигнала от Сины. Редлай взял лиану и повернулся к остальным, проверяя готовность. Его глаза загорелись ярко-зелёным, сигнализируя о начале движения. Айон успел в последний раз посмотреть на солнце. По температуре воздуха и его положению он бы предположил, что сейчас уже близится к пяти часам. И в следующую секунду на него накатила странная волна страха и ужаса. Он поднял глаза и увидел, как Редлай буквально увеличился в размерах примерно в полтора раза. Руки, ноги и торс его раздулись до пугающих размеров, кожа поменяла цвет на землистый, и он, похрустев шеей, сделал шаг. Однако плот остался на месте, даже когда оборотень потянул его вперёд. Только после сигнала от Сины и после применения совместных усилий он заскрипел и сдвинулся с места. Айон почувствовал, как всё его тело напряглось.

Самым тяжёлым, неожиданно для Айона, стало закатить плот на первое бревно. После стало немного, но легче. Ещё до первой трети пути принц поглядывал на Кайла, Азеля и Илая, как они пыхтели над своими канатами-лианами и тащили изо всех сил. А вот уже к середине потерял интерес к окружающему миру. Он не знал, что такое дыхание и каким образом должно открыться второе, третье или сколько их бывает у нормального человека. Он уже замечал за собой, как после длительных физических нагрузок он переставал задумываться о том, что делает, и просто растворялся в работе Он скорее сломается пополам и умрёт, не дождавшись проклятия, чем устанет или бросит дело. Пребывая в этом состоянии, он не заметил странного взгляда Рисы, Сины и Гилема, – плот с его стороны начал еле заметно вырываться вперёд. Силу, которая росла с каждой минутой в теле принца, пришлось брать под контроль.

– Айон! Возьми запасной центральный канат! Илай, замени его. Кайл и Азель, разойдитесь слегка в стороны, – закричала Риса.

Принц не ответил ничего, а просто бросил свою лиану и взялся за указанную. Айон даже малость не понимал, зачем и почему делает то, что говорит Риса. Однако, возобновляя работу, даже Кайл и Азель заметили, как плот начал двигаться намного ровнее и быстрее. Редлай, Метеор и Айон вошли в шаг, будто прилагали одинаковые усилия. Оборотень трёх сущностей мог бы ощутить почерневшую ауру принца, но был слишком сконцентрирован на работе. Айон практически обогнал Редлая в перетягивании каната, но в эту самую секунду плот коснулся воды и уже под собственной тяжестью полностью продвинулся вперёд.

Принц очнулся, увидев, как Метеор завершал их работу, и отпустил лиану. Когда Редлай повернулся, аура уже исчезла.

– Боги всевышние, мы что, дотащили его? – закричал Гилем. – Редлай, ты в порядке? Айон? – Он посмотрел на принца.

– В порядке, – хором ответили они, стоя по колено в воде.

– Знаете, я никогда не думал, что мы способны на такое. – Гилем упал на песок и, ошарашенный, уставился на их в действительности огромный плот. Совместными усилиями они смогли сплавить его на воду и не развалить по пути.

Рядом с Гилемом упал подошедший к нему Айон.

– Мамочки, моя голова идёт кругом. Еды. Срочно.

Собственно, любая просьба принца – закон. Метеор с радостью притащил ему половину туши недоеденной им же рыбы и опустил точно на лицо Айону.

– Ай! Гадость! Метеор! Обалдел, она же весит пять килограмм! Сними её с меня! Сними её с меня!

Напуганная птица загорелась красным пламенем и не очень ловким ударом ноги сбила рыбу в сторону, попутно засыпая принца песком.

– Ну прекрасно. А у меня даже сил сделать из тебя жаркое нет.

– Прошу. – Сина присела неподалёку и протянула Айону ягоды и орехи. – Не хочется говорить банальности, но от тебя пахнет рыбьими потрохами.

Он перевёл на неё злобный взгляд.

– Да неужели?! Это почему же? – Хоть и ерничая, но Айон всё же широко улыбнулся.

Радость от сплавления плота на воду никуда не делась. Ему так или иначе необходимо зайти в воду с головой и смыть пот после немыслимых нагрузок. Остальная часть команды присоединилась к ним.

– Сколько у нас осталось времени до семьлунья? – спросил он.

– Судя по солнцу, не больше часа. Закат начнётся вот-вот, – сказал Гилем и повернулся к оборотню: – Редлай, думаю, возвращаться в лагерь – плохая идея. Не очень хочется из-за джунглей упустить начало семьлунья. Мы, конечно, возьмём с собой Рэки, нашего зайца-жертву, но нет ничего крутого, чтобы размахивать перед озлобленным оборотнем зайцем в случае чего. Не знаю, есть ли у вас там градация по сердцам или нет.

– Твоё я и просто так могу сожрать, не беспокойся, – бросил оборотень.

Айон боковым взглядом пытался оценить, насколько устал Редлай.

– Думаю, для сохранения контроля нужно будет воспользоваться способностью Рисы. – Оборотень посмотрел на подругу. – Я чувствую себя неплохо, но лучше не испытывать судьбу и мои нервы.

– Пока ты будешь дрыхнуть после семьлунья, нам необходимо будет закрепить мачты и натянуть псевдопаруса из листьев ку. Они непрочные. – Пока остальные пытались прийти в себя, Гилем без умолку вещал о ближайших планах. – Пару креплений тоже нужно установить. Плот получился отличным, но недолговечным.

– Одна буря – и мы погибнем. Один Кайл останется плавать бревном в открытом океане. – Азель фыркнул. – А Айон потонет как камень.

Феникс истошно закричал.

– А ты чего разорался? Ты, в отличие от нас, плавать не умеешь, зато летаешь превосходно.

– Обсидиановые фениксы уже вымерли, – добавила Риса. – Давайте попытаемся этого сохранить.

– А мы вообще имеем право забирать его с острова? – поинтересовался Илай.

Метеор и остальная команда уставились на него.

– Нет, в смысле, я хочу забрать его с собой. Тут даже не обсуждается, но… Представьте, мы попадём домой и расскажем о месте, наполненном магическими вымершими существами. Люди же тут же опустошат его. – Он призадумался. – Хотя для этого им предстоит сначала найти остров.

– Метеор сможет остаться в качестве домашнего животного у принца, и тогда ни один браконьер не посмеет на него даже взглянуть, – вмешался в его рассуждения Азель. – Королевских животных трогать нельзя, не то что убивать или похищать. Мы позабыли, откуда родом и какие там, вне этого острова, законы.

– Это точно… – прошептал Кайл.

Неужели, когда они вернутся на первый материк, судьба вновь разведёт их по разные стороны? Вдруг королева, узнав про проклятие сына, соберёт для его спасения команду лучших из лучших, а тех, кто не смог уберечь её сына от кракена, сошлёт куда подальше? Принц, поймав взгляд Кайла, уловил в нём то, что сейчас ощущал и сам, – страх. Им всем вдруг стало не по себе от осознания, что вскоре они покинут остров.

– Значит, мы заночуем на берегу? – спросил Кайл, и Гилем кивнул ему. – Тогда, думаю, нам необходимо разбить лагерь. На сегодня, предполагаю, наша работа с плотом закончена. В любом случае лично я ничего не собираюсь делать. – Он посмотрел на солнце, медленно приближающееся к горизонту. – Я хочу немного искупаться и потом сходить смыть соль к первому источнику. Пришвартуйте плот без меня, пожалуйста!

– Ни у кого тут не осталось сил, – заключила Риса. – Кто захочет сейчас начать перетаскивать вещи на борт, – она покосилась на Гилема, – этому придурку же жизнь дорога, верно?

– Этот придурок даже встать не может, какие вещи. – Гилем закатил глаза. – Хорошо, идите, кто хочет купаться. – Он усмехнулся. – Мне надо принести зайца в клетке поближе на всякий случай и поставить её прямо перед Редлаем. Мы должны исключить любые возможные проблемы. У нас недостаточно боевых способностей, чтобы справиться с Редлаем или убежать от него, – спокойно, без привычного ёрничества, объяснял Гилем. – Давай отведём тебя подальше по берегу и там ты усядешься, как удобно? – Он посмотрел на Редлая и указал пальцем вдоль пляжа. – Подальше от плота. Разожжём тебе костёр и попросим Рису усилить твою искру?

– Хорошо, – ответил Редлай.

Айон удивился, увидев, как спокойно Редлай подчиняется всем инструкциям Гилема. Сколько таких семьлуний их команда уже пережила? Неужели Редлаю будет так тяжело вынести грядущую ночь? Айону хотелось бы понаблюдать за ним.

– Я с тобой. – Айон встал и побежал за Кайлом.

К ним присоединились Илай, Азель и Сина. Метеор не оценил их идею поплавать, поэтому задрал голову повыше и взмыл в небо. Риса смотрела ему вслед, пока он не исчез за облаками, потом перевела взгляд на Гилема и Редлая, которые что-то обсуждали по пути. На секунду она осталась одна и ни капли не расстроилась по этому поводу.

– Вы не знаете, а есть ли возможность утопить Кайла? – Айон улыбнулся и посмотрел на Азеля и Илая.

Он специально говорил громко, чтобы абсолютно все услышали его. Принц вступил в прогретую воду и прикрыл глаза от удовольствия. Он уже без стеснения скинул с себя остатки рубашки, закатал штаны и пристально уставился на Кайла.

– В прошлый раз у меня почти получилось.

– Только попробуй вновь меня хватать за ноги, я отомщу тебе на суше. – Кайл попытался угрожать ему, но наглая улыбка так и манила Айона начать ещё одну водную битву. – Посмотрим, кто упрямее – ты или океан. Я знаю, он на моей стороне! – Кайл рванул дальше, чуть отплывая от их плота.

– А на моей стороне проклятие и безрассудство! Трое против двоих! – Айон закричал это на весь остров.

– Им что, пять лун? – спросила Сина у Илая. Её парень лишь улыбнулся и плеснул в неё водой. – Хей!

А Азель смотрел, не отводя взгляд, как Айон медленно нырял. Может, его истинная способность и не отсутствие дыхания, но к его неподвижной груди они уже привыкли. Азель уже успел понять, что Айон больше не переживал по поводу собственного прозвища и проклятия. Вероятно, он столько лун корил себя за то, что не подошёл на роль короля. Сейчас он нападал на Кайла из-под воды, громко смеялся и выглядел как самый счастливый человек на всём белом свете.

Илай же целовался с Синой. Их водная битва сразу закончилась по всем известному сценарию.

– Сколько лун живу… Столько и удивляюсь детям… – прошептал Азель.

– Какой же ты подлец! – только и успел выкрикнуть Кайл, когда Айон обхватил его за талию и потащил на дно.

Принцу удалось проплыть всего полтора метра, как искра Кайла вытолкнула его обратно с громким хлопком.

– Я наглотался воды! – запротестовал тот.

В паре метров от него показался довольный донельзя принц и выпустил струю воды изо рта. Кайл в очередной раз скривился и закашлялся.

– Ну-ну. – Айон поднял бровь, сложил руки по швам и вновь начал погружаться под воду под проклятия Непотопляемого.

Айон решил не тратить оставшиеся силы, чтобы заплыть поглубже. Он смотрел на свою цель, которая размахивала головой из стороны в сторону, желая предотвратить нападение. Усмехнувшись, подводный охотник поплыл к левой ноге жертвы, но стоило его пальцам коснуться лодыжки Кайла, как его взгляд зацепился за что-то яркое. Даже кристально чистая вода из-за недостатка света не давала ему разглядеть этот объект. Зелёно-голубое облако переливалось от насыщенного изумрудного до небесно-голубого. Айон и не стал бы вглядываться, но пятно постоянно двигалось, направляясь к берегу. Принц старался поменьше трепыхаться и поплыл ко дну. Света становилось всё меньше. Возможно, он, как последний придурок, преследует огромный валун. Благо хоть свидетелей его глупости нет.

Кайл на поверхности перестал крутить головой и начал вглядываться в воду, подзывая Айона. До принца долетали только обрывки фраз. Спустя пару мгновений к его голосу присоединились голоса Азеля, Илая и Сины. Переливающееся «облако» неожиданно замерло. Он не придумал ничего умнее, как потрогать его, и, чтобы это ни было, но камнем не являлось.

Айон понял, дело дрянь, когда слева на него посмотрел огромный, размером не меньше полуметра, ярко-зелёный глаз. Ему очень захотелось заорать, но вода скрывала все звуки. Не думая ни секунды, он начал плыть в сторону берега, старясь не смотреть назад и вынырнуть где-то на поверхности.

Тем временем «облако» взбаламутило песок, поднимая его клубы почти до водной глади. Проклятие Айона сейчас играло ему на руку. Он не уставал, не дышал и не боялся наглотаться воды. Неопознанное существо вновь стало ярко-изумрудным, а потом сменило цвет на песочный, стараясь запутать своего возмутителя спокойствия. Айон с громким всплеском вынырнул и начал выплёвывать воду в разные стороны. Кайл и Азель сразу бросились к нему, Илай не отходил от Сины. Принц же старался собрать мысли в кучу и заорать хоть что-то вразумительное. Он посмотрел на взволнованных ребят и краем глаза заметил, как зеленоватое облако приближается к поверхности. Айон указал пальцем на врага и начал тащить Кайла на берег.

– Там какая-то тварь! Она…

Следующие слова уже никто не слышал. Взрыв раздался на весь берег. Из воды показалось огромное подобие хвоста и ударило совсем рядом с плотом, и тот закачался. Айон зашипел от страха, отойдя быстрее всех от шока, и вновь потащил Кайла на берег. Они рванули из воды, стараясь отбежать подальше от их небольшой бухты. Хвост начал раскачиваться из стороны в сторону. Азель успел оценить его длину. Явно не меньше четырёх метров. Учитывая, что им показалась в лучшем случае его половина, тварь в воде просто огромных размеров. Он понятия не имел, помешал ли его неожиданному нападению Айон или это они со своим плотом залезли в его владения.

Им посчастливилось вылезти из воды до того момента, как монстр попытался затащить их на глубину, и судя по тому, что принца ему так и не удалось поймать, чудовище было небыстрое. Азель кивнул Сине, и она бросилась к джунглям, а потом посмотрел на Кайла, и тот без слов закинул ничего не понимающего Айона себе на плечо и тоже рванул в джунгли. Сам же Азель сделал два шага назад и слегка согнул колени, вглядываясь в воду.

– Ну же… – он посмотрел на горизонт – солнце опустилось лишь наполовину, – Азель быстро взглянул на Рису, которая пошла к Редлаю. Гилем уже мчался к нему. – Видел?

– Мало. Сейчас покажется.

Ровно в следующее мгновение водная гладь стала натягиваться, и из океана показалась огромная овальная голова. Азель кинул взгляд на ошеломлённого друга, понимая: дело плохо. Их плот заскрипел и отплыл в сторону. Парням пришлось отступать ближе к Редлаю, чтобы плот не попал под трепыхания монстра. Существо тем временем полностью показало свою голову и начало выползать на берег. Шириной не менее двух метров, длиной четыре. Оно открыло рот, и оттуда хлынула слизь, которая начала сразу же испаряться с жёлтым переливом. Зубов Азель не заметил, из воды показались небольшие ножки без когтей ближе к хвосту. От такого убежать не составило бы труда, но Редлай уже вошёл в состояние транса, и сдвинуть его с места не было возможности. Азель приоткрыл рот от удивления. Такую махину им просто так не завалить. На воздухе чудище, похожее на ящерицу, начало дополнительно выделять бесцветную слизь в виде брони, покрывающей её толстым слоем. Из леса раздался хлопок – сигнал от Сины о полной боевой готовности. Азель посмотрел на Илая и кивнул в сторону Рисы.

– Старая тактика не сработает, – тихо сказал Гилем. – Перед нами вымершая изумрудная саламандра. Детёныш, который только-только выплыл из родительского гнезда. Их размер достигает тридцати метров в длину. Судя по старым писаниям, они ядовиты, хоть и не сильно. От яда не умирают. Главная опасность в том, что чем дольше мы с ней сражаемся, тем больше испаряется яда со слизи, которую она выплюнула вначале. Он тяжелее воздуха. Смотри, стелется, как туман. – Он указал пальцем вперёд. – Жёлтая слизь отравляет нас, та, что на коже, бесцветная, действует как кольчуга. Саламандра не очень быстрая и ловкая, поэтому ждет, пока мы все тут попадаем, отравившись.

В этот момент саламандра открыла рот и, словно пушка, плюнула в них огромным сгустком слизи уже розового цвета. Азель и Гилем еле успели прыгнуть в разные стороны. Снаряд улетел куда-то им за спины.

– У него высокая вязкость. Оно хочет нас замедлить. Я не знаю… Ничего не помню про розовую слизь! Осторожно! Нужно избегать прямого попадания. Илай! И она почти не видит! Ослепить его не получится! – быстро бросил Гилем.

– А нам и не надо! Построение номер два! – Азель засвистел так громко, что Гилем зажал руки.

Илай уже мчался к ним на всех парах. Его многочисленные татуировки горели ярким красным цветом. Гилем успел только понять, что ему стоит немедленно спрятаться в кусты. Тем временем из джунглей появилась Сина. Она бросила копья Азелю и Кайлу, а сама оставила себе лук. Мир словно замер на долгие пятнадцать секунд. Чудовище взревело и начало выделять ещё больше бесцветной слизи на коже.

Гилем заметил, что оно собирается вновь начать плеваться розовой слизью. Возможно, насчёт силы яда и его природы он заблуждался. Он забежал за дерево, когда существо выстрелило в Илая и Азеля слизью, но промахнулось. Усиленного Рисой Илая это, впрочем, не остановило. Он подбежал к саламандре практически впритык, уже в последний момент замечая, как та начала поднимать хвост.

– Азель! – закричал Илай.

– Ещё немного! – Илай находился буквально на краю смерти, когда небеса разорвал крик.

– Илай! Время! – вторил ему Азель.

Дважды повторять ему не требовалось. Татуировки на его теле начали двигаться и гаснуть. Вся накопленная солнечная энергия заката, усиленная Рисой, собралась в правом кулаке. Параллельно с ним, подобно настоящему метеору, их обсидиановый феникс обрушился на врага столбом огня. Гилему оставалось только смотреть, как Илай, находясь под действием чужой искры, впитывал чистый свет из огненного тайфуна рядом и возвращал его в виде сжигающего луча назад в саламандру. Тем временем Метеор не ждал и прорывался сквозь наращённую броню врага. Никто ещё не видел его таким неистовым. Он переливался сотней оттенков и старался сжечь противника до углей. Вероятно, лишь Илай мог находиться рядом с ним в этот момент. Тяжёлый хвост чудовища прошёлся прямо по птице, отбрасывая её в сторону воды, в тот момент, когда последняя слизь монстра исчезла. Метеор активно размахивал крыльями, тем самым разогнав весь скопившийся яд.

Азель, не теряя времени, дал сигнал их небольшой засаде в джунглях и сам замахнулся, чтобы запустить своё копьё точно в голову саламандре. Кайл попал в бок, а Сина успела всадить четыре стрелы. Илай дал дёру в джунгли. Сина же не прекращала всаживать стрелы в монстра. Он уже точно не жилец, но одно из лучших качеств Сины – доводить дело до конца. В итоге голова саламандры превратилась в подобие подушечки для иголок.

– Боги! Когда это вы успели стать такой хорошей командой?! – закричал Гилем на весь берег. – Что ещё за построение номер два? Сколько их вообще существует? – Он замотал головой из стороны в сторону.

Метеор, слегка прихрамывая, подошёл к Азелю. Тот положил ему руку на голову и почесал.

– Молодец, ты прекрасно справился.

Птица расправила крылья в ответ на похвалу. Азель кинул взгляд на Гилема.

– После нападения лунного ягуара мы с Синой, так сказать, находились в состоянии «лёгкой злобы», – он показал кавычки. – Опытных бойцов тут только три: я, Сина и Редлай. Илай, Кайл и Айон недостаточно опытные, чтобы быстро реагировать на ситуацию и менять тактику боя, не знают команд и иногда туго соображают. Редлай – оборотень трёх сущностей, поэтому действует на рефлексах. Ты и Риса – наш мозг. Вы сильные, но рисковать вами нельзя. – Он посмотрел на Метеора. – Вот мы и разработали некоторые стратегии и формации, и смотри, в этот раз никого не покусали.

– А меня вот как мешок с зерном оттащили в джунгли! – Айон ударил Кайла в плечо. – Это какая ещё такая формация?!

– В прошлый раз, придурок, ты настолько вымотался, что падал с ног! – закричал на него Кайл. – Разбираться, насколько тебе плохо, пока какая-то гадина размахивает в разные стороны хвостом, нет времени. Вон, смотри, Гилем дал дёру в кусты, как запахло жареным! Ты же считаешь птиц на дереве.

– Тебе конец! – Айон уже хотел броситься на Кайла, но Метеор встал между ними. – Эй, ты чего его защищаешь?!

– Ха! Так тебе и надо!

Птица тем временем повернулась к Кайлу и несильно клюнула его в лоб. Настало время Айона смеяться.

– Азель, посмотри. Розовая слизь на самом деле не яд, а кислота. Вот, – Сина аккуратно вытащила стрелу, – начинает обугливаться.

– Хм, да. Думаю, мы сможем это как-то использовать. – Азель посмотрел на неё. – Давай разделаем её аккуратно и поищем железу. Эй, Гилем! Как думаешь?!

– Азель!

К ним бежала перепуганная Риса. Она редко когда позволяла себе показывать эмоции, но в этот раз сдержать ужас и панику у неё не получилось. Кожа на её руках покраснела, как от ожогов, на щеках виднелись следы слёз, но Азель даже не успел задать вопрос, что произошло. Она указала ему на Редлая. Оборотень трёх сущностей сидел сверху донизу в розовой слизи саламандры. По всей видимости, когда та обстреливала парней, часть угодила прямо в него. Риса старалась избавить его от слизи и позвать на помощь, но в пылу сражения её голос затерялся за криками Метеора. Азель тут же взял её за руки, осматривая повреждения, но он совсем ничего не понимал в лечении, поэтому сразу отправил её к Гилему. Тот начал её успокаивать, но сам никак не мог оторвать глаз от Редлая. Оборотень трёх сущностей дымился, как раскалённый меч в чане с водой. Он с ужасом перевёл взгляд на луны, которые выглядывали из-за горизонта. Осознание происходящего дало ему крепкую пощёчину.

– Боги… Нет… Нам надо убираться! Нам надо убираться отсюда! Редлай! Он… – затараторил Гилем.

Из ног оборотня трёх сущностей показались корни.

– Он… Он обращается! Бежим!

– Куда ты собрался убежать от оборотня в лесном обличье? В джунгли? – Азель схватил Гилема за руку. – Как его усмирить?! Где твой проклятый заяц?

– Это… – прошептал книгописец, но, сделав от силы шагов десять, потерял сознание. – Мы покойники, – только и успел прошептать он.

– Гилем! – крикнул и шагнул к нему Азель. – Проклятие! Надо его забирать!

– Что же делать? – Кайл дёрнул Азеля за руку. – Я вроде видел, куда он поставил клетку из прутьев как их там… – Он повернулся в ту сторону, где предположительно должна была находиться клетка с зайцем, но она тоже попала под обстрел саламандры. – Проклятие, там уже нет никакого кролика! Только рагу! – Он посмотрел на принца. – Эй, Айон! – Он обернулся на сто восемьдесят градусов.

Принц игнорировал ситуацию с Редлаем и шёл куда-то по пляжу в противоположную сторону от Редлая. Только Кайл хотел пойти за ним, как Азель схватил его за руку.

– Чего?

– Бери копьё. Начинается. Метеор! Илай! На позиции. – Он посмотрел на Кайла. – Унеси отсюда Гилема и отведи Рису, потом Айона. – Азель повернулся к позеленевшему Редлаю и прошептал еле слышно: – Первый мой оборотень за двести семьдесят три луны.

Кайл вновь попытался окликнуть Айона, но всё оказалось бессмысленно. Принц почему-то упрямо шёл в противоположную от опасности сторону, поэтому пока что его спасать не требовалось.

Принц же тем временем шёл к девушке в маске, чья кожа и татуировки мерцали в лунном свете неестественной белизной. Она смотрела на него. В голове Айона звучал неразборчивый голос, противиться которому он уже не мог. Маска всё так же скрывала её лицо. Через плащ проглядывали татуировки в виде языков пламени. Она не исчезала, не убегала и не нападала. Айону казалось, что он одновременно и контролирует своё тело, и нет. Позади раздались оглушительный рёв и крики, однако он не в состоянии был развернуться. Ему хотелось наконец-то узнать, почему она явилась к нему именно в свете полных лун, на волосок от гибели, он не знал, что делает.

– Кто ты?

– Я Леда́я. Старшая сестра Редлая.

– Я не понял: ты тоже выжила после кораблекрушения? – Айон открыл рот от удивления и во все глаза уставился на девушку.

– Нет.

– Тогда как ты попала на остров? Может, знаешь, что это за место? – Айон сыпал вопросами, потеряв интерес к битве с саламандрой, завершившейся за его спиной. – И как ты выбралась с материка Живого Леса? Оттуда же невозможно сбежать…

– Я не сбегала оттуда. Не многие из Галуа смогли сбежать, и одни из них мой брат и дядя. Один умчался в поисках ринханто, а второй – за богатством.

– Что за ри… Если ты не участвовала в торговой компании, а только Редлай с дядей покинули Живой Лес, как ты здесь очутилась?

– Однажды, сотни лун назад, а может быть, и вчера, я очнулась на берегу. – Ледая говорила спокойно, даже безэмоционально. – Скиталась по пескам и джунглям, а потом… Потом я наткнулась на тебя. Точнее, услышала, как ты зовёшь меня, и вот, когда стало невозможно терпеть этот зов, я смогла заговорить.

– Но как же я звал тебя, если не знал твоего имени?! – Кажется, чем больше Айон задавал вопросов, тем непонятнее всё становилось. – То есть ты всё-таки как-то сбежала с третьего материка?

– Я покинула его благодаря тому способу, что тебе не нравится. – Она замолчала и одарила Айона долгим пронзительным взглядом.

Только сейчас он заметил, что радужки её глаз светились, точно костёр.

– Благодаря смерти. Я умерла.

– Ты умерла?! Как такое вообще возможно? В смысле… Умереть-то можно, но ты же сейчас стоишь передо мной!

– Я умерла. Меня убили из зависти. – Она начала выводить пальцем в воздухе непонятные Айону знаки. – Я одна из немногих, кто смог пробудить вторую силу своей искры – костёр. Моя мама выбрала меня в качестве наследницы трона правителя Леса. Однако спустя пятьдесят три дня после этого я очнулась на этом острове.

– Ты пробудила второй уровень?.. – Айон закрыл лицо руками и застонал. – Единственное создание, которое могло хоть что-то рассказать про раскрытие истины искры – и то мертво! Редлай вряд ли захочет вернуться домой и поговорить с мамой, а как пробиться к самой королеве, даже боги не в курсе. Я обречён превратиться в труп!

Она пристально наблюдала за Айоном:

– Как самый настоящий труп, заявляю: даже без дыхания ты ещё живой. В отличие от меня. – Она вновь начала выводить какие-то знаки. – Как же давно я не слышала зов лун! Как я скучаю по этому разрушающему чувству! Я вообще скучаю по любым чувствам.

– Разве это не ужасно – пожирать чужое сердце? – Айон пока не мог прийти в себя и задать самый, казалось, важный вопрос. – Это же убийство.

– Поедание оборотнем трёх сущностей сердца – необходимый ритуал. Он поддерживает три наших обличья в балансе. Сила, которую мы получаем после того, как приобретаем человеческое обличье, требует сохранения баланса. – Она посмотрела куда-то за спину принца. – Благодаря своей искре Редлай стал исключением. Дядя так и не научился контролировать себя. Ну по крайней мере пока я была жива.

– А как же тогда связаны искры, жертвы и сущности? – не унимался в своих вопросах Айон.

– Животной сущности не нужно жертвы в виде сердца до приобретения человеческого обличья. После обряда инициации оборотни не могут сбалансировать три сущности. Однако тот, кому это удаётся, с одной стороны, перестаёт желать крови, а с другой, пробуждает второй уровень искры – костёр. Это так называемая полная инициация. – Она кивнула. – Только четыре оборотня смогли завершить её и получить костёр. Три из них живы, один мёртв – и это я. Но не исключено, что есть те, о ком я не в курсе.

– Но если ты мертва, то каким образом я разговариваю с тобой?

– А ты посмотри вокруг, Айон. Просто посмотри.

До этого самого момента принц не обращал внимания ни на что, кроме Ледаи, словно мира и не существовало. Но её вопрос вернул его в реальность. Однако он её уже не узнавал. Всё вокруг будто частично лишилось цвета. Луны уже не мерцали синим цветом, подсвечивая воду, зелёная листва стала чем-то похожа на подпалённый пергамент, жёлтый оттенок песка и вовсе исчез. Сомнений не оставалось: куда бы ни бросал взгляд Айон после обнаружения Ледаи, назвать это привычным миром не поворачивался язык. Помимо потери красок в воздухе ощущалось нечто тяжёлое, сковывающее и не позволяющее двигаться. Как бы принц ни пытался, но повернуть голову к своим друзьям не смог. И самое страшное, что состояние полного оцепенения продолжало усиливаться, а тень наложила свою руку уже почти на всё вокруг. Только Ледая до сих пор смотрела на него глазами, в которых горел огонь, её каштановые кудри падали на плечи, и светлая кожа, похожая оттенком на кожу Редлая, контрастировала с пейзажем. К сожалению, Айону не удалось долго цепляться за образ яркой и реальной Ледаи. Стоило миру окончательно потускнеть, и её тоже коснулась завораживающая иллюзия.

Её твёрдый взгляд стремительно терял жизнь, цвет волос тускнел, а кожа натянулась. На ней осталось всего два цветных пятна: упрямое пламя на дне радужки и разрастающееся кровавое пятно на животе. Плащ Ледаи разлетался на куски, являя отвратительную рану: рваные края кожи не прикрывали двух ребер, место около пупка превратилось в месиво из органов. Сомнений не оставалось: именно эта рана и стала для неё смертельной. Вот так выглядела Ледая, когда убийца совершил свою казнь. Кровь начала капать на песок и сразу же темнела, словно чернила. Пламя в глазах упрямо продолжало бороться с наступающей смертью. Айон не сразу догадался, что это горело её истинное проявление искры. Видимо, даже после смерти силы не покидали оборотня, оставаясь в теле. Или же остров помог сохранить эту силу? Ледая подняла иссохшую руку и неразборчиво что-то произнесла. Кончики её пальцев вспыхнули красным пламенем. Оно не причиняло ей вреда. Красные нити потекли от её кисти вдоль всей руки. Ледая наконец-то посмотрела на Айона.

– Мое животное обличье стало прообразом моей искры – Огненной Гириены. Она не встречается ни на каком другом материке. Знаешь о ней?

Айон отрицательно покачал головой. Название знакомо, но никаких ассоциаций на ум не приходило.

– Гириена – змея с крыльями, но без возможности летать, с плавником на конце хвоста, но без способности плавать. – Она улыбнулась потрескавшимися, словно пепельными губами. – Их единицы на самом третьем материке. Питаются они один раз в несколько десятков лун, размножаются тоже. Во время её охоты лишь у моей мамы хватает храбрости высовывать нос из подземного убежища. Именно обличье Огненной Гириены дало мне право быть наследником, и мне казалось, что я так или иначе заменю маму на посту, как сильнейшая. Я смогла расправить крылья и летать… Хоть и ненадолго.

– Всё оказалось не так просто, да?

– Совсем не просто. После пробуждения человеческого обличья я поняла – маму мне не заменить ещё несколько сотен лун, – она хмыкнула, взглянув на удивлённое выражение лица Айона. – Человеческое обличье пробуждается у любого оборотня после знакомства с истинным лесным обличьем главы клана Галуа. – Она посмотрела на большую луну, пытаясь вспомнить, каково это – чувствовать на своей коже её свет, и через секунду вернула внимание принцу. – По правде говоря, даже после того, как я нашла баланс между тремя сущностями и пробудила костёр, я осталась маленькой сошкой по сравнению с мамой. Она невероятна.

– Но как ты нашла баланс? Это работает для людей? – Айону казалось: ещё немного, и их луны превратятся в бутафорию и свалятся в море.

– Да. – Ледая кивнула. – У нас не очень много времени на разговоры. Давай будем честными, у вас его вообще нет. Редлай высвобождает лесное обличье, а унять его шансов нет.

Айона прошибло осознание, а вместе с ним страх.

– И всё же я скажу, что знаю. У человека, как у первородного носителя, три искры, или, по-другому, истины. Пробудить первую, вторую и третью истину можно только поочерёдно, иначе пожар сожжёт тебя. Пробудить их, по сути, очень просто. Нужно воззвать к ним, понять их суть, и они пробудятся. А уже дальше развивать. Ваши способности ограничены сейчас. Но потом… Вероятно, человек, постигший три истины, уже и не человек. – Она сделала паузу, а потом продолжила: – Хм… Теперь надо придумать, что делать с моим глупым братцем.

– Он нас убьёт! – Айон так и не смог повернуться. – Все выдохлись из-за боя с изумрудной саламандрой. Проклятие! Метеор и Илай исчерпали свои силы, Сина, вероятно, осталась без оружия, а что могут сделать обессиленные Азель, Кайл и Гилем? Нам крышка. Ещё и заяц-жертва расплавился!

– Вам надо его успокоить. Единственное, чего боятся лесные существа, – пламя. – Она горько усмехнулась, и Айон увидел, как ей непросто с этим жить. – Вашему Илаю и Метеору придётся черпать силы из лун и их света. По-другому вам грозит неминуемая смерть. Но вот вопрос… Хватит ли ему одного сердца?

– Ты должна нам помочь. – Айон посмотрел на её руку, потом на удивлённое лицо Ледаи. – Твоя сила должна нам помочь. Нам нужен человек, нет, оборотень трёх сущностей, который сможет усмирить другого оборотня. Ты нашла баланс и пробудила костёр и должна научить брата. – Он улыбнулся. – Какая же из тебя тогда старшая сестра, если ты это не сделаешь?

– Я любила Редлая. – Она на мгновение притихла. – И сейчас, наверное, люблю, просто, Айон… Я мертва. Причина, по которой ты меня видишь, вероятно, игры твоего разума и острова. Я дала совет. Большего от меня получить невозможно.

– Мне надоело, что какой-то остров вершит мою судьбу! Тут я сам принимаю решения. Пусть указывает, пусть помогает, но именно за мной останется выбор, куда ступить, ясно?! – Айон фыркнул. – Ты думаешь, что остров подкинул мне тебя, а я думаю, что мои глаза сами нашли тебя. Я вижу, как твоя искра горит, и погаснуть ей не позволю. Ледая?!

– Да?

– Время остановить твоего младшего брата.

Он, не говоря больше ни слова, схватил Ледаю за руку. Она не ожидала, что такое возможно, что когда-то вновь почувствует тепло. Айон, то ли с позволения острова, то ли правда по собственному желанию, стал для неё спасением.

Свет лун вновь окрасил серебром всё вокруг, воздух наполнился запахом соли и рыбы, стало жарко, влажно, и Айон вновь смог двигаться. Перед ним стояла ошарашенная Ледая без раны в животе, без поломанных рёбер, без мертвецкой белизны. Глаза, которые горели загадочным пламенем, наконец-то погасли. Теперь перед ним, без сомнений, стоял живой оборотень трёх сущностей. В ту пару секунд, пока принц держал её за руку, её сердце отчётливо билось под его пальцами.

– Итак, Ледая, что нам делать? – Он улыбнулся ей и наконец-то повернулся к своей команде. – Какого… – И практически сразу обомлел, и Ледая тоже посмотрела на него ничего не понимающим взглядом.

– Это всё, конечно, прекрасно, но… откуда ты знаешь моё имя? Мы вообще где?

– По всей видимости, глубоко в…

С того самого момента, как Айон кинулся в противоположную сторону от Редлая, прошла, видимо, одна секунда. Остров нагло издевался над ним. Посмотрев сначала на океан, потом на джунгли, он мысленно, ещё опасаясь влияния непонятного места, хмыкнул.

Гилем лежал без сознания, Илай и Метеор пытались с помощью Рисы воссоздать хоть немного пламени и света, чтобы начать питать друг друга, Азель и Сина перебрасывались идеями о занимаемых позициях и удивлённо поглядывали на незнакомую девушку.

А Кайл смотрел на него. В его глазах плескалось непонимание, удивление. Он пытался докричаться до Айона, но так и не смог привлечь внимание того. А сейчас, словно между первым криком и последним прошла тысяча лунных циклов, мир сжалился над ним, возвращая Айона в реальность. Правда, вернулся он в неё не один. Рядом с ним стояла странная девушка, которая одним лишь видом вселяла страх. Кайл в очередной раз убедился: куда бы ни привели их дальнейшие путешествия, с этого острова им необходимо убираться как можно скорее. Айон, как ни в чём не бывало, кинулся к нему. Неизвестная же осталась стоять на месте, держась за свой живот.

– Ну что, какой план? – Принц стоял рядом с Кайлом, но обращался явно к Азелю и Сине. – Может, у нас есть кто живой поблизости. Птица?

– У тебя явно какая-то проблема с птицами. – Кайл покачал головой, с усилием переводя взгляд со странной девушки на Айона. – Да и с лошадьми. – На его заявление принц только фыркнул. – И змеями, и саламандрами… Королём животных тебя не назовёшь.

– Ну и на козлов везёт как никогда – Айон ткнул его в грудь. – Прекрати бесить меня. Я нашёл изумрудную саламандру, не прилагая усилий, разве нет возможности отыскать ещё хоть кого-то живого поблизости?

– Боюсь, у нас уже нет ни времени, ни возможности, – прошептала подошедшая Риса. – Айон, Кайл… Вы разве не слышите?

Первым пришёл в себя Айон. Он подпрыгнул и побежал к ней навстречу.

– Ледая, я не знаю, что ты сейчас сделала, но это круто!

Она с удивлением смотрела на него, всё ещё не понимая, с кем она разговаривает.

– Да, я знаю… Сейчас я несу чушь, однако с час назад, может, больше, мы общались с тобой. Искры – это что-то с чем-то! Я не мог и подумать, что они настолько невероятные!

– Оборотни могут открыть только одну истину, она равна человеческой второй, – она запиналась от неожиданности. – Третью истину заменяет лесная. Как тебя зовут, парень, и почему мой брат не подготовил себе жертву заранее?

– Его зайца расплавило кислотой от изумрудной саламандры, – кивнул Айон. – Меня зовут Айон Блер, наследный принц первого материка.

– Невероятно! Такая особа в таком тряпье и бросается на оборотня в лесном обличье с ножом? Ты точно принц, а не король?

Айон смущённо потупил глаза. Он по привычке назвал ей свой титул.

– В любом случае вы бы с ним не справились. Ваш феникс почему-то не горит, а того света от парня с татуировками недостаточно. Я вовремя вмешалась в битву.

– Ты подпалила ему хвост! – засмеялся Айон. – Знаешь, он такой хмурый и серьёзный всегда. Всё ругается и поучает. Однако в этот раз его способности не хватило.

– Так-то у моего брата искра намного лучше моей. – Ледая улыбнулась. – Пламя – враг леса, поэтому после пробуждения второй истины я стала изгоем на своём материке. А мой брат… Мой брат может вытерпеть всё, даже косые взгляды и осуждающие речи. Вот только что он делает так далеко от дома? Где мы вообще?

– Знали бы мы… – Айон повернулся к своей команде. – Эй! Вы чего сидите там?! Идите сюда. Больше нам ничего не угрожает! – Он повернулся к Ледае. – Ведь так? Редлай не вернётся, чтобы сожрать чьё-то сердце?

– Нет. – Она улыбнулась. – В любом случае моего пламени хватит ещё на один воспитательный пинок. – Ледая моргнула, и из её глаз вылетели настоящие искры. – Слушай, тому пареньку за деревом тоже нужна помощь. Братец вырубил его цветами джонго. Яд не сильный, но через полчаса у него начнётся лихорадка. Надо отнести его к морю. Справитесь? – Она показала им на их неожиданного спасителя.

– Проклятие! Я совсем забыл про Мантаса! – Айон сделал шаг к нему, но сразу остановился. – Стоп, а ты куда собралась? Без ответов не уйдёшь.

– Хей! Всё нормально. Я просто подойду к тому парню, если ты не против, – она указала на книгописца, – потом посплю, поем и отвечу на все ваши вопросы. – Она улыбнулась.

Айон кивнул ей и побежал к Мантасу, махая своим друзьям.

– Ох, если бы я знала ответы на твои вопросы, Айон Блер, наследный принц первого материка. Если бы я только знала…

Она направилась прямиком к Гилему. Сила, которая потекла по её венам, пьянила. Ледая обожала взывать к своей истине. Вместе с крыльями ей давалась необъяснимая уверенность и вдохновение. Отбросившая кровавую жажду, она наслаждалось светом лун и единством с природой, дышала морским солёным воздухом, пальцы её ног утопали во влажном песке, лёгкий ветерок колыхал её волосы, а улыбка не исчезала с лица.

Она подошла к Гилему, продолжавшему лежать в ложе из кровавых роз. Он мирно дышал и чувствовал себя отлично. Ледая провела по его щеке рукой, а потом выпрямилась и посмотрела за спину, прислушиваясь. Редлай, вероятно, уже гонялся за зайцами и птицами, пытаясь утолить столь сильную жажду крови. Ей же ещё придётся поработать с его контролем и помочь пробудить костёр. Она вновь посмотрела на Гилема, улыбнулась и глубоко вдохнула, закатив глаза.

– А кому-то знатно повезло… Не думала, что воочию увижу ринханто моего братца. С его-то характером… Давай, просыпайся, будем знакомится. – Она не стала заглядывать себе за плечо и смущать наблюдателя. А Азель и не старался прятаться.

Ледая в отличие от странной компании матросов, в которую она попала, прекрасно понимала, что Редлаю понадобится намного больше времени после сдерживания лесной сущности на протяжении многих лун. Способность его искры, по мнению Ледаи, превратилась в отличное оправдание против поиска баланса. Она также знала, что не многие оборотни трёх сущностей смогли достичь хотя бы такого уровня познания истины собственной искры, подобно тому, что достигла она. Однако Ледая верила, что у брата есть потенциал к пробуждению костра. Характер Редлая полностью совпадал с его проявлением. Она до сих пор отчётливо помнила, как поняла истину собственной искры. Пламя, которое шокировало её сородичей в лесу, было настоящим отражением её личности. Старший ребёнок новейшего поколения главной стаи материка Вечного Леса не мог родиться слабохарактерным. Королева уже на тридцатый лунный цикл нарекла дочь наследницей и главным претендентом на познание костра – единственной возможной силы для оборотней. Когда Ледая самостоятельно пробудила её в себе, соперников у неё не осталось. Мало кто мог с ней побороться, разве что мама. Единственным способом убрать практически всемогущую наследницу стала подлость.

Именно о ней вспоминала Ледая, стоя на краю джунглей, где трава переходила в песок, и наблюдая за спокойным океаном. Ни странная компания моряков, ни остров, ни рассказы принца про синюю лошадь, ни собственная потеря памяти, ни её странное, необъяснимое пока возвращение к жизни не занимали её голову так, как причина собственной смерти. Она помнила, как резко стало больно в животе и трудно дышать. Она была уверена, что неизвестные подлым образом убили её в постели. И, к сожалению, Ледая приходила к самому ужасному выводу: убийство совершил кто-то из главного клана их стаи. На тот момент стая насчитывала не менее двухсот оборотней трёх сущностей, и понять, кто именно убийца, просто так не представлялось возможным. Животная сущность внутри неё отреагировала бы, если бы к ней приблизилась птица или другое неизвестное существо со злыми намерениями. Оставалось только догадываться, а ещё – продумывать возвращение домой.

Из круговорота мыслей её выдернул звук сломанной ветки.

Ледая улыбнулась.

– Очухался?

– Да.

Она повернула голову и посмотрела на брата. Редлай, набегавшись вдоволь, вернулся в лагерь, юркнул на своё спальное место и уснул ещё на два дня. Несмотря на его желание всех сожрать, никто на него зла не держал. Особенно Гилем, который весь следующий день пролежал на ложе из роз. Волнение, которое испытывал книгописец, легко было заметить и без способностей оборотней трёх сущностей. Айон упоминал, что на острове, помимо Мантаса, есть ещё двое ребят и некая госпожа. Мантасу неплохо досталось, и восстановление прошло не лучшим образом. Всё то время, пока Редлай охотился за бабочками, он валялся с лихорадкой. Его способность никак не помогала в уходе за ним: то и дело, не контролируя искру, он заставлял людей забыть о собственном существовании. Но Ледая не могла не отметить её уникальность. Пробуждение костра в нём – по-настоящему интересная задачка. После раскрытия собственного потенциала она невольно задумывалась об истинных способностях других оборотней и людей. Особенно её интересовала тайна полного превращения, которую скрывала мать.

– Ты же понимаешь, что если бы ты не бросился исцелять того паренька, то даже я бы с тобой не справилась? – Ледая укоризненно посмотрела на брата. – Ты потратил большую часть сил на воссоздание ложа дерева жизни в сотни, если не тысячи километров от него. Ты, вероятно, рехнулся. Они все так важны тебе?

– Важны. – Он ответил на её укоризненный взгляд строгим. – И перестань подтрунивать надо мной.

– Не скаль зубки, братишка. – Она хмыкнула и махнула на него рукой. Точно так же, как и в детстве, когда она не обращала на угрозы младших братьев и сестёр никакого внимания. Запугать Ледаю было невозможно. – В любом случае нам надо поговорить и о случившемся три дня назад, и… – Она остановилась.

– Ты уже тридцать три лунных цикла как умерла, Ледая.

Потрясённая, она уставилась на Редлая.

– Да. Прошло целых тридцать три лунных цикла. Я проиграл бой по большей части из-за того, что учуял твой запах. – Он сложил руки на груди. – Так обычно выражается Гилем, но Ледая, какого хрена ты жива? И здесь?

– Тридцать три луны. – Она неловко улыбнулась. – Значит, тебе сейчас примерно столько же, сколько было мне, когда я умерла. Я стала менее старшей сестрой… Такое вообще возможно? – Она вздохнула и на мгновение закрыла лицо рукой. – Это всё не имеет значения. Я без понятия, каким образом вернулась… Это определённо связано с Айоном и магией острова. Я осознала себя ещё до того, как встретила вас здесь.

– А сейчас? Сейчас ты ничего не помнишь? Как долго ты скиталась по пляжу? – Почему-то упоминанию принца Редлай ни капли не удивился. С его появлением в их жизни всё встало с ног на голову.

– Прозвучит странно, но я и помню, и нет. До восстания из мёртвых я знала намного больше. И почему умерла, и как оказалась на острове, и какую роль в моём возвращении сыграл Айон. Да кучу всего. Однако, перешагнув черту, забыла всё напрочь. Я очень хочу помочь вам спасти принца первого материка, но не знаю, с чего начать. Меня терроризирует мысль о причине смерти. И самое главное… Что ты тут забыл?

– Не тебе, знаешь ли, задавать мне этот вопрос! – вскипел Редлай. – Ледая, многие вещи поменялись после твоей смерти. Мне пришлось бежать через полгода, как я обрел человеческую сущность. – Он фыркнул. – Ни у кого, кроме мамы, не было и шанса одолеть тебя. Ледая, ты пробудила истинную способность. Наша мама, вожак стаи, смогла понять её только в сто пятьдесят лун. А она считалась гением! Но мы до сих пор не знаем, как у неё это получилось.

– Ну что поделать, раз я такая талантливая. – Она самодовольно хмыкнула, прекрасно понимая, о чём говорит её брат. – До пробуждения костра я могла взывать к обряду цветами без особых усилий. Хотя так, как у тебя в семьлунье, у меня никогда не получалось. Редлай… Ты невероятен. Этот мальчик сломал позвоночник в трёх местах, ногу, руку, получил гематомы по всему телу. Я чувствовала приближение…

– Это моя вина. – Он нахмурил брови. – Я не мог позволить погибнуть парню из-за того, что плохо себя контролирую. – Редлай скромно улыбнулся. – Мне до твоего контроля как пешком от первого материка до седьмого. Я устал от жизни на материке Живого Леса. Ты знаешь, я никак не мог найти своего ринханто. Мама сказала, что даст мне ещё лунный путь на поиск.

– Боги! Это всё из-за того, что я умерла? Ты же стал старшим в новейшем поколении, по-другому говоря, наследником стаи и целого клана. Я же знаю, как важно для тебя одиночество и желание найти ринханто. Проклятие, Ри, прости меня, пожалуйста.

– Ты извиняешься за то, что какой-то неизвестный убил тебя? – Редлай усмехнулся. – Дорогая моя сестра, Ледая Галуа, я не жалею, что сбежал с острова. Этот путь привёл меня к мыслям о природе оборотня трёх сущностей, помог найти ринханто и каким-то невообразимым способом вернуть тебя к жизни. Плевать. Мама далеко и всё равно не убьёт меня. Максимум погоняет по лесу. Я так и не рассказал секрет перехода из животного обличья в человеческое. Не рассказал и миру людей о балансе, о том, что у них есть несколько уровней развития искры. Сидел и молчал, пока Айон приносил якобы новую информацию от местной прорицательницы. Независимо от того, что удрал, я сын своей матери и часть стаи, часть клана. Традиции есть традиции. – Он покачал головой. – Тем более после твоей смерти мама слетела с катушек, желая найти убийцу. Я бы так или иначе заключил союз, хоть на оборотне трёх сущностей, хоть на камне.

– Ты сказал, что не раскрыл тайну оборотней трёх сущностей? – Она не собиралась злиться на брата больше ни минуты, искренне понимая причину его побега. А вот новые крупицы их природы не скрылись от внимательных ушей.

– Как ты знаешь, найти ринханто – того, кто может привести в баланс все три сущности без усилия над собой, сложно, практически невозможно. Поиски могут занять сотни лун. – Редлай улыбнулся. – Но кто же знал, что ринханто для оборотня может стать не только оборотень, но и человек… Как я понимаю, вообще любое живое существо. Для баланса нет разницы. Ты понимаешь, о чём я говорю?

– Да, что оборотни трёх сущностей, вероятно, появились намного позже, чем говорится в нашей истории… – Ледая закусила верхнюю губу. – Мы считали, что оборотни трёх сущностей жили раньше людей. Великаны – вот кто по-настоящему стар. – Она кивнула головой. – Неужели, исходя из того, что ты сказал, люди произошли от оборотней? Или наоборот… А вдруг у нас пробуждается искра только потому, что… мы и есть люди?

– Это я сказать тебе не могу. Ничего не знаю. – Он снова покачал головой. – Единственный способ узнать правду – разрешить Гилему войти в архив нашей матери или храм поклонения. Способность его искры – ничего никогда не забывать. Мне приходится проводить ритуал кровавых роз, чтобы он не сошёл с ума. Только он способен разобраться в тайне происхождения оборотней и людей.

– И ещё интересно, почему одна из наших истин – это лесная сущность? Мы словно лишены какой-то очень важной части. Вот только я не понимаю… Оборотню повезло, если он нашёл ринханто. Но что насчёт человека? Ему-то что с этого?

– Ты хочешь сказать, что поиск ринханто для оборотня трёх сущностей важен так же, как и оборотень для ринханто? – он охнул от выводов, к которым они пришли. – Нам срочно нужно разобраться и с этим тоже. Спасение Айона… Мы так и не решили, с какой стороны подойдём к этому. Нам нужно так много вещей… В первую очередь, как я понял из его рассказа, необходим гранат из Центрального оазиса.

– Ох, вам легче сразу сдаться. – Она упрямо начала качать головой. – У этих ребят невероятные способности, но до тех пор, пока они не познают хотя бы вторую истину, у них нет и шанса.

– Почему-то все как-то излишне истерично реагируют, когда говоришь про гранат Центрального оазиса. – Редлай пожал плечами.

– Расскажешь про свою искру? Как ты пробудила костёр? – послышался голос Айона.

Развернувшись, Редлай и Ледая обнаружили его за собой. Обнаружить человека любой оборотень трёх сущностей в состоянии за пару секунд, однако отсутствие дыхания и сердцебиения у принца, а также подветренная сторона вкупе с захватывающим разговором окончательно усыпили их внимание.

– Если у нас нет и шансов получить гранат Центрального оазиса в бою с нынешними способностями… Тогда нам надо постараться и понять истину наших искр, – добавил Айон.

– Хм… – Ледая посмотрела на Редлая, и тот кивнул. – Да, ты прав. Мы и так нарушили кучу правил. Не думаю, что эта тайна так уж важна маме. – Она кивнула в сторону океана. – Давайте выйдем к воде. – Троица вышла на песок и оглянулась. Оборотни проверили, не подслушивает ли их кто. Редлай знал: Гилем, когда заметит его отсутствие, кинется его искать и доставать вопросами. – Боюсь, ничего полезного ты по факту не услышишь.

Редлай вынырнул из пучины своих мыслей после слов Ледаи.

– Когда мы разговаривали, ты казалась очень осведомлённой. – Айон кивнул сам себе. – У нас осталось совсем мало времени перед отправлением. Мы потеряли много сил в сражении и с саламандрой, и с Редлаем.

– Моя искра… я могу лечить. – Она хмыкнула. – Довольно бесполезная способность для оборотня трёх сущностей. Каждый из нас на самом деле состоит из сущности леса, а уж на материке, полностью состоящем из деревьев… – Она вздохнула. – Видел, как Редлай вылечил того паренька? Так вот, раздели на десять – и получишь мою способность. На роль наследницы сил, предводителя стаи я ну никак не тянула. А потом… – Она сделала паузу и посмотрела в океан. – Я задумалась. Как я, с таким неустойчивым характером, с небольшой склонностью к разрушению, могу лечить? – Она покосилась на Редлая. – Потом по моей вине произошёл пожар.

– Пожар? – Айон посмотрел на Ледаю, но та продолжала гипнотизировать горизонт.

Благо за неё ответил Редлай.

– Пожар случился не по вине Ледаи. Ну, не напрямую. – Он недовольно посмотрел на сестру. – Тебе даже мама сказала, что ты не виновата. А уж она выражений не выбирает, – фыркнул он. – Ледая обрела контроль над сущностью животной, тем самым пробудив костёр. Вот она и подожгла парочку домов…

– Семнадцать, Редлай, – рыкнула она на брата. – Это, собственно, были все дома, которые находились поблизости. – Она перевела взгляд на Айона. Её глаза полыхали так же, как в вечер сражения на берегу. – Искра пробуждается тогда, когда понимаешь свою суть. Так вот моя – находить баланс между созиданием и разрушением. В ту ночь я так и сказала: «лечение словно вода – поток добра от одного существа к другому. А что, если истина моего костра заключается в противоположном – уничтожении? Моя истина – это выбор: уничтожить или создать», – она подняла руку в воздух. – Истина: жидкое пламя. Гириена.

Айону и Редлаю пришлось прыгать в разные стороны, потому что Ледае неожиданно захотелось показать всё своё мастерство. И вновь, как и в семьлунье, вокруг неё заиграли оттенки алого и оранжевого, сразу принимая вполне чёткую форму крыльев. Ледая сказала, что её искра – это жидкое пламя. Именно поэтому оно так точно отражает заданное обличье. Крылья чем-то напоминали крылья летучей мыши, только представляли собой переплетения тысячи тонких стеблей цветов. Даже на расстоянии в пару метров он чувствовал исходящий от них жар и был уверен, что это далеко не предел. Вода и пламя, созидание и разрушение соединились в такой невероятной искре. Пламя невозможно потрогать, им невозможно ударить. В семьлунье Редлай оказался отброшен назад именно крепким ударом. А значит, Ледая умеет сочетать физическую силу напора воды и жара пламени. Айон понял, что, если такое невероятное проявление силы оборотня трёх сущностей соответствует второй истине или «костру» для людей, то пожар… То силу пожара он не мог даже вообразить.

– Тогда крылья превратились во взрыв. – Она склонила голову. – Благо никто не умер. Пострадали, лежали сутками с ожогами, но не погибли. Я бы себе не простила. – Она посмотрела на океан. – Развейся. – Крылья разлетелись на сотни тысяч лент из пламени и устремились в небо. Айону оставалось только открыть рот от удивления. – С того самого дня я взяла животную сущность под контроль, чего и брату своему советую. На плоту я не смогу воспользоваться истиной.

– Тебе и не нужно, – уверенно сказал Редлай. – Моей способности будет достаточно.

– Прекрати жить во лжи, Редлай, и убегать. Слышать больше не могу. – Она взмахнула рукой, словно рубила на корню все отговорки брата. – А если в очередное семьлунье будет шторм? Или на нас нападёт чудище? Хочешь, чтобы кому-то из нас пришлось принять решение о твоей смерти? Нет, не так. Хочешь, чтобы я убила своего младшего брата и разнесла его прах по всему океану? – Она сжала губы в тонкую полоску. – Отвечай!

– Ледая, я стараюсь, стараюсь понять и себя, и свою искру! Не дави! Не все такие гении, как ты. Я сотню раз говорил тебе. – Его глаза загорелись зелёным. – Я не хочу заставлять кого-либо страдать. Мне о вине ты можешь не говорить. Посмотрел бы я на тебя, когда мама рвала и метала в поисках убийцы. Его так и не нашли, между прочим!

– Может, тебе стоит вернуться и понять, что быть трусом всю жизнь невозможно? – Она хмыкнула.

– И вернуться домой к маме? – Редлай побледнел.

– А я бы вот вернулся к маме, – неожиданно сказал Айон, и брат с сестрой посмотрели на него.

– Я очень соскучился по своей сестре и маме. – Он пожал плечами. – Нескоро же вернусь. Нескоро. – Айон замолк и почесал затылок. – Вообще-то Гилем дал мне добро на разговор с тобой, Редлай. Из-за Ледаи, в частности. Нам и правда придётся вернуться к тебе домой…

– О, боги… – прошептал Редлай и стал ещё бледнее. – Зачем?

– Первый пункт снятия проклятия, а точнее, моего пути к этому… Мне нужно понять хотя бы свою искру. В отличие от вас всех я даже не знаю собственные способности. – Он нервно улыбнулся. – Ваша мама… Вы же знаете, какой искрой она обладает.

– Нет, не знаем.

И тут Айон впервые обрадовался отсутствию сердцебиения, иначе сердце точно остановилось бы. Он открыл рот, но так и ничего не произнёс.

– Думаешь, почему наша мама считается гением, самым сильным оборотнем трёх сущностей и нашим вожаком? – Ледая улыбнулась. – Она стала им, не используя собственную искру.

– Да, я знаю. Это мне поведала Лина, местная предсказательница. – Айон хлопал глазами. И тут он попытался вспомнить ту часть разговора Ледаи и Редлая, которую услышал, незаметно к ним подбираясь. – Кто-то из вас сказал, что Ледаю избрали в наследники практически сразу? Или типа того?

Редлай кивнул. И до Айона дошло почему. Их мать знала истинную силу дочери в тот момент, когда провела ритуал.

– Ну, многое встало на места.

– Так что? Какая тайна?

– Искра вашей мамы – видеть проявление чужих искр. Другими словами, она сразу знает, кто на что способен. Твоё пламя она увидела ещё до момента, как ты раскрыла истину. А злость после твоей смерти её взяла, потому что погибла не только её дочь, но и достойная наследница.

– Теперь и нам стало понятно. – Ледая засмеялась, пока Редлай стоял с открытым ртом. – Она не просто так организовала стаю. Она великий стратег. Думаю, она видит наши искры и силы, но никак не может помочь открыть истины. – Ледая толкнула брата рукой. – Хватит уже охать и ахать. Придётся вернуться домой, раз Айону надо.

– Придётся, – прошептал Редлай.

– Прости. – Айон виновато отвёл глаза в сторону. – Я не хотел тебе говорить, но, боюсь, других вариантов, как вернутся на материк Живого Леса и попросить вашу маму о помощи, у нас нет. Потом мы уже примем решение, куда отправиться дальше. Пока мы не найдём способа пробудить наши искры, соваться на другие материки нет смысла. – Он пнул ногой песок. – Хотя, предполагаю, у вас дома тоже будет весело.

– О, в этом не сомневайся! – Ледая усмехнулась и кивнула за спину. – К вам тут гости.

Редлай и Айон обернулись и обнаружили там Гилема и Кайла.

– Давайте оставим план без тайн на вечер и тёплый ужин? А сейчас… Идите к своим друзьям. Мне надо подумать над разговором, братишка. Я как бы недавно была мертвой…

– Хорошо, мы будем ждать тебя. – Редлай сделал пару шагов вперёд и остановился. – Я так скучал по тебе, Ледая. Так скучал…

– Я тоже скучала по тебе, Ри. – Она улыбнулась.

Она провожала брата и принца грустным взглядом. Разговор облегчения ей не принёс.

Убийцу так и не обнаружили, Редлай с дядей сбежали с материка, а значит, мама точно в ярости. Айона – принца первого материка – прокляли, и их компания собиралась спасти его ценой даже собственных жизней. Остров, где она вернулась к жизни, – одна сплошная загадка. Вопрос о происхождении людей и оборотней трёх сущностей стал ещё острее. Но сильнее прочих её волновали три вопроса: кто за всем этим стоит? Кто и зачем проклял принца? Не играли ли они по нотам, написанным специально для юных глупцов? Смерть дышала им в затылок, а в случае с Айоном – буквально. Путешествие будет долгим и тяжёлым. Она не знала, есть ли ей в нём место. Сомнения одолевали Ледаю. Однако она смотрела, как Айон ругался с Кайлом, а Редлай уже мечтал оторвать Гилему голову, и понимала: с ними всё будет хорошо. Проблем предостаточно, но только судьба в силах рассказать, куда приведёт их дорога.

– Даже у человека есть ринханто? – произнесла одними губами Ледая.

А глаза упрямо наблюдали почему-то за Айоном.

– Ну что? Тайн ни у кого ни перед кем нет? – Гилем хлопнул в ладоши и улыбнулся. – Тогда давайте устроим последнее собрание?

Гилем – единственный из команды, кто стоял, остальные расположились на песке. Что странно, они внимательно слушали ходячую энциклопедию. Закат только-только начался, наложив на берег розовый оттенок.

С того момента, как Редлай очнулся, прошли сутки. Пока он бегал по лесу и валялся без задних ног, всем приходилось работать в поте лица. Плот потихоньку нагрузили вещами и припасами, начали проверять конструкции и, в целом, уже готовились к отплытию. Айон порывался забрать с собой и странную троицу из леса, но лаконичный отказ в виде подписей практически сразу появился на ближайших деревьях. Принцу не верилось, что они так и не раскроют, что же это за остров. А ещё ему хотелось хоть раз повидаться с синей лошадью, поблагодарить её за помощь и попрощаться, но она не появлялась уже очень давно.

– Итак, первая наша задача – разгадать секрет способности нашего ненаглядного принца. В этом нам поможет мама Редлая и Ледаи. Проблемы тут две: нужно подумать, куда деть Редлая, чтобы его не отлупили за самовольное бегство, а также продумать план побега на случай, если она его обнаружит и не захочет отпускать. Он – наследник трона после смерти Ледаи.

– Так она же жива? – удивился Илай. – Разве это не решит сразу все наши проблемы? Ледая возвращается домой, их мама счастлива, бьёт Редлая не так сильно, как планировала, и отпускает с нами дальше спасать Айона от проклятия. – Он надул щёки, подобно маленькому ребёнку. – Хотя нам бы пригодилась помощь оборотня трёх сущностей с контролем и пробуждённой силой. Я ни за что не поеду на второй материк без должной подготовки.

– Хорошо, Илай, мы все поняли, ты не хочешь умирать в пустыне. – Гилем закатил глаза. – Давай сначала не умрём в лесу, ладно? – Он перевел взгляд на Айона. – Вообще, ты наш единственный адекватный шанс покинуть материк Живого Леса целыми и невредимыми. Как сына короля первого материка никто трогать тебя не будет. Мы – твоя свита. Проблема остаётся в Редлае.

– Нам всё равно не удастся уйти от последствий, – произнёс оборотень. – Мама должна применить свою способность на Айоне и дать ход следующему этапу в нашем сумбурном плане. Одно я знаю наверняка – нас не убьют. Меня не убьют. Максимум – вы отправитесь на поиски следующего элемента без меня.

– У нас и так не много сил, Редлай. – Сина шикнула на Илая, собирающегося вновь открыть рот со своим причитанием. – Мы не можем потерять боеспособного члена команды. Давайте говорить честно. Мы – кучка дилетантов. И наличие Ледаи и Редлая в нашей группе, а также Метеора, увеличивает наши шансы на выживание.

– Вам необходимо познать свои искры, ребята, – Ледая присоединилась к беседе. – Любая искра имеет невероятное проявление. Вы, скорее всего, даже не понимаете, с какой стороны подойти. – Она вздохнула. – И это нормально. Однако даю вам лучший совет, по моему мнению: подумайте иначе. Вы всю жизнь воспринимаете искры как некую данность.

– Если ты догадалась о наличии нескольких истин у искр, тогда почему так много людей на первом материке о них ничего не знают? – Риса задала вопрос, который мучил её на протяжении нескольких дней. – Столько лун, столько людей – и никто ни разу не догадался?

– Есть две мысли. – Ледая усмехнулась. – Первая: ты должна понять суть истины и назвать её. Как я взываю к форме пламени, так должны делать и вы. Ваша искра как пёс. Пока не позовёте, не подбежит. – Ледая видела, как на лице Рисы расцветает понимание. – А вторая мысль: многие лгут. Я уверена, десятки людей узнали свою истину, и даже, может, не одну. Вот только рассказывать об этом, наверное, боятся. Если ты всю жизнь возделывал поля, оказаться вдруг воином и пойти на погибель – отвратная перспектива… Не очень хорошая идея.

– Значит, судьба, которую стремится найти каждый человек, и есть наш путь? – спросил Айон, привлекая к себе внимание. – Многие вещи обрели смысл. Мы ищем себя и предназначение, место, которое занимает наша искра в Великом пламени. Как оказалось, на самом деле мы – большее, чем представляли ранее. У каждого есть шанс повлиять на судьбу Виарума.

– Ну ты и закрутил, – присвистнул Гилем. – Во всяком случае… думаю, ты прав.

– Хочу отметить, что Айон пока ближе всех из вас к пониманию своей искры, – усмехнулась Ледая. – Он пока даже без понятия о её возможностях, однако превзошёл всех вас. – Она в очередной раз посмотрела на океан задумчивым взглядом. – Загляните в себя и спросите, какова ваша роль в этом хаосе? И кто вы на самом деле такие? Пламя, дарующее тепло холодной ночью, или пожар, уничтожающий всё на своём пути?

– Без открытия хотя бы костра нам не выжить, – констатировал факт Азель. – Но давайте вернёмся к самой поездке. Редлай, Ледая, вы знаете, как добраться до материка Живого Леса? Компаса у нас тут нет.

– Конечно. – Ледая кивнула. – Во-первых, по звёздам, а во-вторых, с помощью особого чутья оборотней трёх сущностей.

Азель удивлённо приподнял брови.

– Любой оборотень трёх сущностей, покинувший дом, чувствует тоску, и его лесную сущность тянет назад. – Она посмотрела на Редлая. – Способность моего брата терпеть, вероятно, помогла ему справиться с этой тягой. Я, если честно, уже скоро завою на луны.

– Ты так хочешь домой? – спросил Гилем.

– Да. – Редлай посмотрел на него серьёзным взглядом. – То, как я покинул стаю, не согласуется ни с одной из моих сущностей. Вина за побег… Её убрать просто так не получится. – Его взгляд стал стеклянным, словно он что-то вспомнил. – Однако я ни разу не пожалел, с того самого дня.

– Боюсь, нам нельзя пользоваться именем принца до самого последнего момента, – строго сказала Сина. – Напомню вам, что мы так и не знаем, случайно ли напал на нас кракен. Уверена в заговоре с вполне чёткой целью – крушение всех пяти кораблей. Нам вообще лучше там не распространятся о том, кто мы и зачем прибыли. Для всех мы мелкие торговцы.

– Согласен с Синой. Это в принципе опасно. – Азель кивнул. – Вряд ли Редлая ищут по всему свету, как нашего принца. – Он заметил, как Айон отвёл взгляд в сторону. – Постараемся не предавать огласке наше происхождение. Тем более посмотрите на наше фруктовое корыто. Ни на кого другого, как на чокнутых торговцев, мы не похожи.

Метеор закричал где-то в стороне.

– Ещё и зверинец с нами.

– Хорошо, тогда отправляемся завтра с закатом! Выберем нужный курс и поплывём! – Гилем вскинул руку вверх и улыбнулся. – Считайте меня придурком, но я рад. Путешествия только начинаются, а сейчас предлагаю всем расслабиться, поесть и поспать.

– Да!

Несмотря на подбадривания Гилема, команда дружно застонала от усталости. За день все настолько вымотались, что подняться и отправиться в лагерь стало непосильной задачей. Однако там их ждали последние запасы еды, костёр и какие-никакие спальные места. Где-то в небе, переливаясь сотней цветов, летал Метеор. На фоне полотна из проступающих звёзд зрелище поражало воображение.

Айон смотрел вокруг: на джунгли, на покачивающийся корабль-плот, уходящую команду, песок и Кайла. Только они и остались сидеть на берегу. Вместе с уходящими ребятами звуки разговоров, смеха, рычания сменяли звуки природы. В этот момент принц почувствовал единение со всеми, которое никогда не чувствовал до этого. Непередаваемое ощущение сопричастности к общему потоку окутало его сердце.

Айон был рад, что сохранил способность наслаждаться миром, чувствами и людьми, окружавшими его в этом путешествии. Собственно, как и сказал Гилем в начале путешествия, где-то там, за горизонтом, ждут приключения, как и его проклятие и сотни других тайн.

– Я до сих пор не могу поверить, – прошептал в полной тишине Кайл.

Айон перевёл на него взгляд. Тот упрямо искал что-то в океане.

– Ледая разнесла в пух и прах моё старое представление о мире. Вот я Кайл Гато, матрос по призванию. Хах! Он не тонет, куда же ему ещё идти, как не в матросы… – Он запустил руку в песок. – В чём же суть моей искры? Почему мне не удаётся утонуть? Океан ненавидит меня или любит? Какие слова мне нужно произнести, чтобы пробудить истинную силу?

– Думаю, тебе стоит отпустить эти мысли. – Айон усмехнулся. – Решение и слова найдутся, когда придёт время. То, что искра – это лишь начало, пугает и… вдохновляет, знаешь ли.

– Хватит говорить такие умные вещи, – фыркнул Кайл. – Может, твоя искра – это сказать ту самую, спасительную фразу.

– Что угодно, кроме отсутствия дыхания, Кайл, что угодно. – Он улыбнулся. – Я так рад, что «Золотой дракон» разлетелся в щепки и на нас напал кракен. Не говори остальным.

– Ты вдруг захотел покончить жизнь самоубийством? – Кайл усмехнулся, хотя уже догадывался, о чем говорил Айон. – Потому что ты наконец-то за всю жизнь почувствовал, как решаешь нечто большее, чем что съесть на завтрак? Да. Я понимаю тебя… Мы все понимаем тебя. Ниточки сплетаются в полотно. Вот только…

– Вот только что, Кайл?

Он на мгновение замер, не зная, как сформулировать свою мысль.

– Я… Я… Сможем ли мы спасти тебя? Что, если у нас не получится? Хватит ли моей искры, чтобы спасти тебя? Или я бесполезный…

«Позови нас… Позови нас, и равных тебе не будет», – послышался голос с океана.

– Куда позвать? – дернулся Кайл, не понимая, кто говорит, если Айон сидит с закрытым ртом.

– Кайл, ты чего? – Принц удивлённо начал оглядываться по сторонам. – Куда позвать?

– Ничего, пошли, – бросил Кайл и встал с песка.

– Ну, пошли.

– Надеюсь, все готовы! Ночка будет долгой и мучительной!

Кайл покосился на жизнерадостного Гилема и еле удержался от фырканья. Он за последние сутки превратился в замученного жизнью человека. Они выполнили большую часть работы ещё вчера и последний день на острове планировали посвятить отдыху, а на закате отплыть от острова. Каждый с превеликим удовольствием согласился на это предложение. Все, кроме Кайла. После сна, наполненного странными, беспричинными переживаниями, его вчерашняя галлюцинация на берегу превратилась во вполне ощутимую проблему. Кто-то то и дело звал его, но как только он оборачивался, голоса стихали. В таких муках ему не удалось отдохнуть. Остальные матросы искупались в океане, доели последние запасы еды, полежали около костра, устроили шуточную драку и даже перетягивание лианы. Во всём этом Кайл участия не принимал, сославшись на головную боль. Редлай пару раз порывался помочь ему, но тот лишь отмахивался и посылал того следить за Гилемом. После ужасного семьлунья что-то изменилось во взаимоотношениях оборотня трёх сущностей и команды в целом.

– Я знаю, лежать у костра приятно, – Гилем потянулся и зевнул, – но нам пора выдвигаться. Ночью Ледая поможет нам по звёздам определить курс на материк Живого Леса. Звёзды, к сожалению, не пребывают на небосклоне в полном составе постоянно. Доверимся памяти Ледаи и Редлая. – Он посмотрел на Азеля. – Можешь позвать Метеора? Он реагирует только на твой свист и крики Кайла.

– Хорошо, – кивнул Азель и, отойдя на пару шагов в сторону, засвистел на весь остров.

В небе тут же загорелся огонёк, стремительно приближающийся к команде.

– Какое благо, что оболтусы нашли его. Он поможет переправиться через океан. Он даже сейчас становится всё больше в размерах. Видимо, не всем источникам стоит доверять, – последнюю фразу Азель прошептал.

– Но тому, где твой язык метр длиной и острее ножа, стоит верить, – отрекошетили слова Гилема.

Все понемногу начали подниматься на ноги.

– Хорошо. Тогда давайте отнесём последние мешки на корабль – и понеслись. Точнее, поплыли. Или лучше сказать пошли?

Редлай закатил глаза и пошёл в сторону припасов.

И вновь Кайл у костра остался один. Он стеклянным взглядом наблюдал за тем, как работали друзья, но сил подняться и помочь так и не нашёл. Сотни голосов в голове уже сводили его с ума. Они словно обволакивали его, не давали и секунды продохнуть. Когда-то крики стихали, но вот с утра они ещё ни разу не замолкали. Кайл поглядывал на Рису и Гилема, набираясь решимости спросить, что происходит. Не хотелось сойти с ума в начале путешествия. Скорее всего, остров нашёл новый способ потрепать им нервы. Через час они уже отчалят навстречу новым проблемам, и если голоса в голове не утихнут, придётся всё же рассказать о них остальным.

Кайл повёл ладонью по прохладному песку, пропуская его сквозь пальцы. Он старался отвлечься, но с удивлением отметил, что его руки трясутся. Он был готов уже сделать всё, что прикажут голоса в его голове, лишь бы крики прекратились, однако они не давали никаких указаний, только повторяли его имя. Он со всей силой ударил по грунту рукой и поднялся. Под заинтересованным взглядом Айона он начал тушить костёр песком, погружая их берег в темноту.

– Эй, приятель! Притормози! – Азель бросил небольшой мешок и поднял руки, останавливая Метеора. – Ты куда так разогнался? Нам пора в путь. Будь послушной птицей и лети в загон. У нас пока нет времени нянчиться с тобой.

Недовольно задрав голову, Метеор пошёл в сторону плота.

– Кайл, ты остаёшься на острове или всё же отправишься с нами? Смотри, мы можем и не вернуться, – поинтересовался Азель.

– Азель, отстань, и без тебя тошно, – Кайл махнул на него рукой и пошёл в сторону их недокорабля.

– Ещё хуже меня, – бросил Азель и направился к небольшому импровизированному трапу, сооружённому из двух брёвен.

– Всё забрали?! – закричал с корабля Гилем, окидывая команду взглядом.

Только сейчас, стоя словно уже за границами загадочного острова, он по-настоящему смог его разглядеть. Звёзды на сиренево-чёрном небе, как на полотне художника, вложившего в него помимо труда – жизнь. И при этом они всё равно играли лишь роль фона для подробно выточенной скульптуры острова. Тот вдруг показался Гилему творением чьей-то руки, как фигура на шахматной доске. Выполнив свою роль, она исчезнет в коробке с другими свергнутыми с поля во время игры фигурами. Гилем невольно затаил дыхание. Он никогда ничего не забывал, и эту последнюю ночь на острове не забудет тоже. Книгописец пытался прикинуть, сколько времени здесь провела команда. Вряд ли хватит и нескольких жизней, чтобы разгадать секреты острова.

Но, покачиваясь на их корабле, Гилем наконец-то осознал, что этот этап закончился и им нужно двигаться вперёд. По коже побежал прохладный ветер, принося с собой осознание перемен. У него не было слов, чтобы описать щекочущее в груди ожидание приключения. Зато есть ночь, остров и свобода.

– Вроде всё! – крикнула ему Сина. – Припасов должно хватить минимум на лунный путь при грамотном использовании. Воды также! Будем надеяться, что долго дрейфовать в океане не придётся.

– Ну, знаете… – Ледая покосилась на Редлая. – При особом желании мы можем вырастить на наших лесных обличьях плоды. Это дело сложное, и, скорее всего, братишка пока и яблоко организовать не сможет, но всё же шансы есть. Вот с водой сложнее. Если станет совсем туго – будем выпаривать морскую воду.

– Тогда у нас начнутся драки за стакан воды, – улыбнулся Илай. – Всегда можно понадеяться на дождь. Немного опасно, но в таких ситуациях выбирать не приходится. Я постараюсь светить каждую ночь. Повезёт – и проходящее судно заинтересуется. Лишь бы не пираты…

– Поверь, им не повезёт больше, – Ледая ухмыльнулась. – У нас как минимум две активные способности, связанные с огнём. Тем более Метеор может осматривать ближайшую территорию и возвращаться на твой свет, Илай. Паранойя Гилема – злая штука. У нас орехов больше, чем на торговом судне.

– Не знаю, можете ли вы расти, как деревья на солнце, но ещё одно слово – и придётся учиться впитывать лучи вместо каши, – строго сказал он и скрылся за одной из перегородок. – Смотрите на них, какие. Будете на свои веточки рыбу ловить, а Редлай преспокойно может терпеть недостаток еды и воды. В принципе пусть хоть сейчас начинает… – его причитания стихли для ушей обычных людей.

Редлай же с Ледаей закатили глаза.

– Нет, ну и угораздило же тебя! – шикнула на брата Ледая.

– Замолчи!

На берегу остались только Азель и Ледая. Они до сих пор разглядывали их плот как нечто не совсем надёжное. Азель то и дело отпускал колкие замечания по поводу прочности судна, ведь на борту будут два существа, так или иначе связанных с огнём. Пара необдуманных поступков, и они пойдут ко дну. За исключением Кайла, конечно. Ледая посмотрела на него и постаралась успокоиться. Она уже знала: сила её искры напрямую зависит от силы эмоций. Ей и правда стоило держать себя в руках, иначе корабль превратится в горящую клетку.

Она глубоко вздохнула и прислушалась сначала к своей лесной сущности, потом к животной и только потом взяла под контроль человеческие мысли, полные опасений. Вся команда, в том числе и Редлай, смотрела на неё с ожиданием и каким-то волнением. Оборотни трёх сущностей могут чувствовать ауру других людей, но те, кто не в балансе, делают в восприятии ошибки. Животная сущность всегда защищает стаю, и враги зачастую пользовались их инстинктами. Но даже найдя баланс, Ледая умерла бы и второй раз, если потребуется защитить Редлая. Она часто вспоминала того мальчика, которого она качала на руках. У неё много братьев и сестёр, но Редлай первый, к которому она так привязалась.

Но стоило ей только шагнуть на их самодельный трап, как её отнесло на несколько метров назад. Она чуть не снесла собой Азеля. Он даже успел среагировать и попытался поймать её, но Ледая пронеслась рядом на запредельной скорости. Редлай слышал, как её рука сломалась, и его сердце болезненно замерло на несколько секунд. Айон, глядя на всю эту сцену, почему-то не удивился. Он по какой-то причине ощущал, что просто так остров Ледаю не отпустит, потому что за такое чудо, как возвращение к жизни, ей придётся заплатить невероятную цену. Поначалу принц понадеялся, что это он причастен к возвращению Ледаи из мира мёртвых, но, видимо, сила его искры заключалась в другом, а вернул её всё-таки остров.

Идей, как помочь Ледае, не нашлось.

Тем временем Редлай кинулся к ней.

– Стой! – зашипела на него Ледая, заставляя замереть на месте. – Остров не на ту напал. Раз я вернулась в Виарум, значит, не только найду своего убийцу, но и научу глупого младшего брата контролю баланса. А заодно спасу задницу одного очень доброго и наивного принца, – рык из её глотки заставил дремавших птиц разлететься в панике. – Я стала заложником чужой зависти и теперь не собираюсь отсиживаться в кандалах. Я уйду отсюда живая или мёртвая. Я получила свою способность, осознав сущность баланса. В пекло баланс! Пусть всё сгорит!

– Ледая! – закричал Редлай.

Азелю не оставалось ничего, как дать дёру. Ледая напрочь забыла о нём. Собственно, как и остальные. Редлай никогда прежде не ощущал подобную ауру. Сестра хотела сжечь всё вокруг, не думая ни об их корабле, ни о людях на нём. В этом странном преображении Гилем заметил одну интересную особенность: Ледая будто взяла контроль над лесной сущностью, над животной, а вот человеческую усмирить так и не смогла. Над загадкой он решил подумать чуть позже. Словно гром, рычание покатилось по берегу. Гилем сделал шаг назад.

– Какого…

– Жидкое пламя! Воля Гириены! Пробудись и даруй мне силу превратить моих врагов в пепел.

Ледая закричала, и Айон отметил, что пламя, которое раньше, словно вода, формировало призванное обличье, не появлялось. Наоборот, складывалось впечатление, будто Ледая потеряла силы.

– Я хочу максимум. Максимум!

Айона откинуло волной горячего воздуха на пару метров, чуть не выбросив за борт. На ногах смогла устоять только Сина, уцепившаяся руками за их жалкое подобие фальшборта. Как только принцу удалось поставить мозги на место и взять под контроль ноги, он кинулся обратно, ожидая увидеть очередное невероятное представление. Однако Ледая продолжала стоять на том же месте, улыбаясь. Только присмотревшись, Айон заметил: песок под её ногами плавится, и вокруг аура, словно контур вычерченной формы гигантской змеи с крыльями.

Ледая, ухмыльнувшись, подошла к трапу и, размахнувшись, ударила по невидимой стене, кулак застыл в воздухе, и теперь её не отнесло назад. Ледая сморщилась, и по её коже пошли трещины, из которых повалил самый настоящий пар. Она как будто превращалась в вулкан. Тем не менее барьер, не пропускающий её, поддался лишь на пару сантиметров. И тут Айон задумался: а вдруг ей просто нельзя покидать остров? Не нарушится ли баланс между миром острова и миром за его пределами? В силах острова изменять время и пространство, творить невероятные вещи и, как оказалось, возвращать людей в мир живых. Что, если Лина с ребятами не могут покинуть его только по этой причине: они тоже когда-то умерли и вернулись в мир живых подобно Ледаи… Айон, кажется, понял, что Ледая навряд ли сможет покинуть это место.

– Что же делать… – прошептал принц, наблюдая за бесполезными попытками Ледаи прорваться сквозь барьер.

Тем временем, словно спасаясь от самого злейшего врага, в джунгли бежал Азель. Кровь стучала в его голове кузнечным молотом, а дыхание сбилось. Азель прекрасно понимал, что ситуация с Ледаей неизбежна, но надеялся, что не ввяжется в неё. Риса наверняка заметила, как быстро он дал дёру в противоположном от оборотня трёх сущностей направлении. Ему понадобится найти хорошее оправдание для такого подозрительного побега. Если посмотреть с другой стороны, Азелю захотелось ещё раз окинуть остров взглядом изнутри. Он даже не предполагал, что всё начнётся уже совсем скоро и, главное, так неожиданно. Поднимаясь в миллионный раз на торговое судно, он и предположить не мог такую цепочку событий. Время в этом месте могло сыграть с ним злую шутку. Он один и находится достаточно далеко от команды. Возвращение рискует затянуться на пару лунных путей. В любом случае у его оболтусов нет и шанса забрать Ледаю с острова, если он не переговорит кое с кем. Азель перешёл на быстрый шаг, понимая, что абсолютно выдохся. До поляны осталась всего пара сотен метров, и ему стоит отдышаться, раз он собирается произнести хоть одно слово.

Поляна, наполненная синими сияющими цветами, поразила Азеля, заставив невольно застыть на месте. Он здесь уже второй раз, но впервые столкнулся с чем-то по-настоящему невероятным. Цветы тянулись к небу, словно впитывали свет лун и звёзд, тут же рассеивая его вокруг. Трава превратилась в сияющее покрывало с тысячей оттенков от синего до жёлтого цвета. Деревья вокруг покачивались на ветру, пуская по поляне хороводы из упавших листьев. Тишина и красота наполнили всё вокруг Азеля. И ровно посередине, с гривой почти до грунта, стояла синяя лошадь. Она пристально всматривалась в Азеля, ровно так же, как и он в неё. Их игры в гляделки могли продолжаться до последнего дня Виарума. В глазах каждого пряталась история, которую ни одно живое существо осознать в полной мере не в силах. И всё же время Азеля ограничено в отличие от его соперницы по игре в гляделки.

Он сделал шаг навстречу, и цветы повернули свои бутоны к Азелю.

– Ты прекрасно понимаешь, что время пришло. Я сам в ужасе. Кажется, я до сих пор сплю… Однако, когда я услышал про тебя от Айона и даже Кайла… Поверить в такое невозможно. – Он улыбнулся и подошёл к лошади вплотную. – Нам пора покинуть остров. То, что случилось с Ледаей, – не твоих же рук дело, да? Или… Или ты просто не хочешь мне говорить? – Он выдохнул. – Прости, но вынужден попросить тебя отпустить её, если ты всё же причастна. Без неё у нас и шанса нет уговорить королеву Галуа помочь Айону и спасти его от проклятия. – Он закусил губу. – Я вообще думаю, что это всё взаимосвязано.

Лошадь молчала.

А он ждал от неё ответа так, будто она могла говорить.

– Я, кажется, знаю, почему ты её не отпускаешь… – Он улыбнулся. – Знаешь же, что без неё мы никуда не сможем уплыть. Придётся потерпеть ещё совсем немного. – Он посмотрел на неё серьёзно. – А сейчас я прошу отпустить нас. Ты выполнишь мою просьбу?

Лошадь глядела ему в глаза.

– Пожалуйста.

И ей пришлось подчиниться. Лошадь медленно кивнула, и из цветов, что росли вокруг неё, в небо полетела пыльца, превращаясь в настоящую бурю из сияющих искр, словно языки пламени устремились в небо.

– Никогда не перестану удивляться миру вокруг меня.

Лошадь вновь кивнула ему и направилась в лес. Вместе с ней исчезали цветы и магия.

– Подожди ещё немного… сестра.

А потом ему пришлось снова бежать изо всех сил – к несчастью, ему ещё необходимо забежать в их второй лагерь, ведь там он забыл своё любимое копьё. Риса не позволила ему тратить время на возвращение за бесполезной, по её мнению, палкой. Знала бы она, насколько это идеальное копьё, которое когда-либо создавала Сина, не спорила бы. Но это сыграло на руку: ведь никто никогда не догадается, по какой причине он на самом деле удрал после высвобождения искры Ледаи. Все подумают, что он всё-таки захотел забрать это копьё.

Азель не без удивления заметил, что быстро добрался до второго источника. Значит, кое-кто действительно решил их отпустить и шуток со временем больше не предвидится. В нос ударил стойкий запах гари, смешенный с солью. По ощущению, он пробежал не больше трёхсот метров, но уже увидел между деревьев пламя, рвущееся прямо к небесам. Азель негромко выругался, понимая, что они часами проходили, а тут от силы полкилометра, и остров почти полностью не исследован. Он покрепче сжал копьё и закрыл рукой лоб от жара.

– Ну же! – заорала не своим голосом Ледая.

– Настало время… – Азель повернулся к лесу. – Пора.

И в эту же самую секунду их корабль покачнулся от очередного мощного потока воздуха. Ледая наконец-то смогла попасть на трап. От потери сил и равновесия она упала коленями на брёвна и тяжело задышала. Если бы их плот не защищал невидимый барьер, то плыть было бы не на чем. Мощь, которую продемонстрировала Ледая, не шла ни в какое сравнение с той, которую она применила в бою против Редлая. Ему повезло, что сестра находилась в ослабленном состоянии в семьлунье во время сплавления плота. Песок вокруг неё, остывая, превращался в замысловатые кристаллы.

Стоило Рисе заметить в руках Азеля копьё, как она не смогла сдержать стона. Они спорили с ним полчаса о том, нужно или не нужно тому возвращаться за оружием, ведь Сина в любой момент могла создать новое. Даже в такие невероятные, наполненные переживаниями моменты Азель оставался Азелем.

– Придурок, – заключила Риса. – Нашёл момент забрать копьё.

Редлай подбежал к Ледае и перекинул её руку через плечо. Сестра потеряла сознание.

– Она истощена, – только и сказал Редлай.

– Пока, Азель! – Гилем помахал последнему оставшемуся на острове человеку рукой и начал отсоединять их трап от плота. – Такой охотник, как ты, обязательно выживет на острове.

Риса дала ему подзатыльник.

– Да ты же сама предлагала его оставить.

– Вместе с тобой! – фыркнула она. – Возвращайся и давай уже убираться отсюда. – Она окинула остров взглядом и исчезла где-то в подобии кают.

– Метеор! – Азель забежал по трапу, дал Гилему ещё один подзатыльник и скинул бревна с плота.

Птица появилась словно из ниоткуда, готовая действовать.

– Позиция «И». Пора поиграть в перетягивание каната. – Он дал Метеору лиану. – Редлай, ты сможешь показать нам хотя бы примерное направление к материку Живого Леса, пока Ледая отключилась?

Оборотень трёх сущностей лишь кивнул и на несколько мгновений прикрыл глаза.

– Звезда Орис. – Он отдал сестру в руки Илая и показал в небо. – Туда.

– Слышал его? – Азель повернулся к Метеору. – На восемь с половиной часов, давай полный ход. Мы должны выбраться с острова!

Громко закричав, птица взмыла в воздух и под руководством Азеля нашла нужную сторону. Метеор вспыхнул ярко-красным цветом и активно замахал крыльями.

Айон наблюдал, как вся команда скрылась в общей каюте, обсуждая ужин, температуру воздуха и перекидываясь шутками. Как только Метеор точно определился с направлением и разогнался, Азель тоже зашёл в крытое помещение.

Айон же не мог не удивляться. Они потерпели крушение, прожили на магическом острове не пойми сколько времени, чуть не оставили на острове Ледаю, а его друзья ведут себя, будто ничего необычного не произошло. Принц развернулся к острову, на котором он узнал так много секретов и набрал ещё больше вопросов, и, к своему ужасу, обнаружил, что никакого острова… нет.

Он протёр глаза. Не помогло. Огромный зелёный остров просто-напросто исчез! Айон открыл рот, чтобы выругаться, но так и захлопнул его.

Может, на этот остров можно попасть только в корыте?

– Прощай…

Принц скрылся в каюте под крик Метеора.

– Твою же мать! Прошло только три дня! Какого хрена это вообще всё происходит с нами? – Азель орал так громко и истошно, что даже начинающаяся буря не смогла заглушить его. – Метеор, давай же! Поднимайся! Я знаю, ты устал, но без тебя мы все здесь пойдём ко дну! Это плавучее недоразумение не выдержит и пары волн! Балансировки никакой! – Он положил на голову птицы руку. – Ну же.

– Да что ты к нему пристал-то! Я тебе говорю: не сможет он сейчас взлететь! Он буксировал корабль на протяжении трёх дней без остановки! Ледая так и не очнулась. Мы надеялись на её крылья, но она валяется без сознания. – Гилем схватил Азеля за плечо. – И не называй наше творение недоразумением. Как минимум это не корыто! Мы должны попытаться выбраться из этого сами.

– Мы ничего не сможем сделать. – Азелю очень сильно захотелось его толкнуть, но он сдержался. – Мы даже не можем скоординировать движение плота-убийцы. Наши никчемные паруса разорвались на лёгком ветру, и только Редлай на вёслах не даёт нам окончательно угодить в эпицентр стихии. Те волны, что падают на стены, лишь жалкая пародия на то, что ждёт нас вон там! – он указал куда-то в сторону.

– Но что же нам делать?

Все посмотрели на Айона, который побледнел от страха. В отличие от всех остальных, которые не раз ходили в бурю, для принца всё это было в новинку. Те волны, что Азель называл жалкой пародией, уже казались ему невероятной стеной. Два часа назад Метеор полностью выбился из сил, а спустя десять минут после того, как приземлился на отдых, поднялся ветер. Словно весь мир вокруг ждал, когда феникс выдохнется и надежды на спасение не останется.

Редлай и Илай изо всех сил старались не дать плоту окончательно попасть в самый эпицентр шторма. По мнению Азеля, главная проблема заключалась в том, что у них не было руля. Их постоянно мотало из стороны в сторону, волны становились всё выше и выше, а ещё недавно мелкий дождик превратился в стену из воды. Надвигающаяся ночь усугубляла положение. Без яркого света Метеора ничего дальше трёх метров рассмотреть не получалось.

Принц боролся с желанием забиться в угол, закрыть уши и глаза. Почему вместо сердцебиения у Айона не исчезло чувство страха? Кто-то коснулся его плеча.

– Всё будет хорошо, не переживай. – Сина улыбнулась ему. – В конце концов, мы в океане, и кто бы мог подумать, что нас настигнет буря, да? Так что соберись. Рано или поздно нечто подобное должно было случиться.

– Ну не без Ледаи же…

– Ладно. – Кайл хлопнул в ладоши. – Сина в чём-то права. Буря не стала сюрпризом. Температура воздуха все три дня находилась на отметке «Я сейчас вас всех поджарю».

Айон кивнул: жара стояла невыносимая.

– Значит, мы где-то недалеко от четвёртого материка. Тут бури нередкое явление. Вот только удивляться их наличию нам не хватало. – Кайл положил руку принцу на плечо. – А ты не трясись. Сейчас будем выходить из положения.

Азель выбежал из каюты, прихватывая Гилема за плечо, и воскликнул:

– Тебя понял!

Книгописец завопил громче бури.

– Что? Что происходит? Что понял? – Айон посмотрел по сторонам. Сина и Риса переглянулись. – Кайл, твою мать, говори, что здесь происходит. Дайте мне задание! Я тоже могу помочь!

– Конечно можешь! Всё хорошо.

Голоса так и не замолкли. Стоило им выйти в открытый океан, и Кайл задумался о самоубийстве. Рой голосов не стихал теперь даже во время сна. И вместе с ними в его голову закрались кошмары. Перед глазами стояла картинка, как сотни тысяч кораблей идут от порта прямиком в бурю. Кайл всё приказывал им остановиться, но ни один из них так и не развернулся. И чем больше кораблей исчезало в пасти горизонта, тем сильнее его звали голоса. Странно, но только этой буре удалось их перекричать. Гром, падающие волны и дождь оказались неплохим шумоподавителем.

Кайл единственный, кто смог наконец-то расслабиться и чувствовать себя спокойно в творившемся хаосе. Ему, наоборот, хотелось попасть в самый эпицентр бури и узнать, неужто его зовёт сама природа? Жаль, что это, скорее всего, приведёт к гибели всей команды, в том числе и Айона, а этого он допустить не мог. У них оставался всего один план.

– Помнишь, я тебе рассказывал, что Риса может усилить мою способность? – Кайл смотрел принцу прямо в глаза, ожидая хоть какой-то реакции.

Айон медленно кивнул, припоминая один из первых разговоров.

– Наша команда довольно часто попадала в одну и ту же торговую компанию. Мы давно знаем друг друга, и Риса помогала нам раскрыть наш потенциал и за пределами работы. Когда она касается меня, я смогу без проблем стоять на воде. Именно я и стану той силой, что отвадит нас подальше от бури.

– Но там такие волны! Кайл, тебя снесёт, как бы хорошо ты ни умел ходить по воде. – Айону самому не верилось, что он говорит подобное. Ходить по воде, даже после рассказа Ледаи о существовании у каждого искры истин, представлялось чем-то невероятным. – Это опасно.

– Нам крышка, Айон, если мы не вытащим плот из бури. Стоит одной волне упасть на нас… я не смогу спасти всех. Наш план на самом деле очень простой. Такую махину я утащить не смогу. Редлай будет толкать плот вперёд, прыгнув в воду и прибегнув к помощи своей лесной сущности и искры. Илай, Гилем, Азель и… ты будете помогать ему вёслами и играть роль рулевых. А я просто направлю плот, – Кайл как-то смущённо улыбнулся – Конечно, это опасно, но… Съезжать по волнам – как скользить по льду. В конце концов, ты помнишь… я не могу утонуть. Упаду – встану. Одна лиана будет привязана ко мне, другая в руках.

– Но…

– Не хочу отвлекать вас от поучительного разговора, мальчики, но мы скоро пойдём на дно. – Риса встала рядом и осуждающе на них посмотрела. – Ледая не должна умереть во второй раз. Магический остров остался за плечами, а без неё задобрить Королеву Леса не получится. Не говоря уже о том, что мы и сами помрём. – Она шлёпнула Кайла по плечу, и зрачки его загорелись золотым. Способность Рисы подействовала.

– Ой, отстань! – фыркнул он.

– Давай ты лучше постараешься всех спасти, а не страдать. – Спорить с Рисой практически невозможно – это знал каждый. – Кайл, милый мой, давай. Время показать буре, кто тут главный.

– Хорошо. – Он снял с себя лохмотья, которые раньше назывались рубашкой, и бросил в угол, потом подвернул изорванные шорты чуть выше бёдер. Теперь одежда не могла помешать ему балансировать на волнах. – Попытайтесь разбудить хоть кого-то из наших магических существ. Метеор, я думаю, не очнётся ещё несколько дней, а вот до Ледаи есть шанс достучаться. Ну что, я пошёл спасать ваши задницы.

– Стой! – выкрикнул Айон.

Кайл не стал его слушать, исчезая во тьме бури. Страх, которым полнилось сердце принца, куда-то исчез. Он оглянулся на Сину и Рису и рванул из каюты помогать друзьям. И, сделав первый шаг, замер. Перед ним предстал вид, который, с одной стороны, завораживал, а с другой – хватал ледяной рукой ужаса за горло. Солнце почти скрылось, уступая место лунам, однако ещё продолжало заливать оттенками зелёного воду и чёрные облака. В какое-то мгновение Айону показалось, что небо и океан поменялись местами или слились в единое целое. Молнии то и дело сверкали в непозволительной и пугающей близости, оглушая.

Не верилось, что Кайл собирался бороться со всей этой силой, да ещё и тащить их тяжеленный плот в тихое место? Всё вокруг будто приготовилось сожрать их со всем, что у них есть. В моменты, подобные этому, Айон задумывался о цене, которую им всем приходится платить. Он – проклят. Каждый день может стать последним, и однажды, проснувшись утром, он обнаружит: исчезло ещё нечто важное. Например, способность любить или в принципе чувствовать. Как он может потерять это всё? И ему вновь стало страшно. Буря показалась никчёмной по сравнению с будущим. Он сжал руки в кулаки, пообещав себе бороться до конца. Ему хотелось бы воспользоваться фразой «до последнего вдоха», но в его ситуации получится комично. Только плохих каламбуров им сейчас не хватает. Он заметил Кайла с Азелем у поломанного борта. Их плот начинал трещать по швам.

– Так, смотри, мы готовы. Редлай уже собрался с силами и сконцентрировался на искре, Илай и Гилем сели по правому и левому борту. – Азель кинул быстрый взгляд на подошедшего принца. – Мы с Айоном присоединимся сразу. Учитывая течение, волны, ветер и саму бурю, постарайся двигаться на юго-восток. Пока Риса не усилила способность Редлая, у вас есть минута переброситься парой слов. Я пошёл следить за Гилемом. – Он посмотрел серьёзно на принца. – Я жду тебя, Айон.

– Хорошо, – кивнул ему принц.

– Айон, – позвал его Кайл. – Будь осторожен, хорошо?

– Это мне говорит человек, собирающейся буксировать плот в бурю, бродя по огромным волнам? – Айон усмехнулся, пытаясь понять, что чувствует. Его сердце перестало биться на острове, но сейчас он отчётливо ощущал, как оно будто останавливается второй раз.

– Пожалуйста, не утони.

– А ты не задохнись, – ответил шуткой на шутку Кайл. – Будем воспринимать эту бурю как ещё одно испытание, хорошо? В конце концов, мы уже через многое прошли, чтобы нас убило нечто такое обыденное, как шторм. В прошлый раз мы нашли Метеора, в этот раз, думаю, мы найдём ответы на другие вопросы.

– Да, видимо, буря – наша стихия.

– Тебе пора, нам пора.

На его слова Айон ответил лишь кивком и пошёл на помощь парням.

– Погнали. Время укротить океан.

Айон недолго наблюдал, как Кайл бежит по воде. Он двигался почти свободно, словно под ним и не плескался бушующий океан. Редлай протяжно завыл, подавая сигнал. В эту самую секунду Кайл со всей силы бросился, вероятно, на юго-восток, сразу же смещая движение плота. Айон ахнул от того, как под ногами Редлая забурлила вода. Его глаза горели жёлтым от способности Рисы. Они оба вложили максимум своих сил, чтобы плот наконец-то начал смещаться в сторону, противоположную эпицентру бури. Принцу казалось, они двигаются еле-еле и их совместных усилий недостаточно. Через десять минут активной работы веслом он начал замечать, как перед глазами побежали блики, Гилем уже почти не двигал рукой. Даже подбадривания Илая не помогали. Силы оставались в полной мере только у Редлая и Азеля. Вдалеке Кайл повернулся спиной к плоту и тянул руками изо всех сил, не давая ему сойти с курса. Однако океан жаждал их тела и жизни. Буря разрасталась над ними. Им нужно приложить больше усилий, но Айон видел, как каждый подходит к своему пределу. А есть ли предел у кошмара вокруг них?

– Айон, не отвлекайся, – сказал ему Азель. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Чаек рядом точно не летает.

Азель покосился на него подозрительно. Эту шутку с птицами поймёт только Кайл.

– Я несерьёзно. Всё хорошо. Просто устал. Мы особо не сдвинулись.

– Ты не прав. Если бы мы активно не работали, уже плавали где-то под волнами в эпицентре. – Он зажмурился. – Нужно сражаться. Будем надеяться, буря утихнет или уйдёт в другую сторону. Мы не можем погибнуть здесь.

– Не можем.

И стоило ему кивнуть, как сзади, подобно цветку, расцвела молния и ударила в воду. Айон успел только повернуться и посмотреть на сеть из тысячи ломаных цветных линий, восхититься переливами зелёной воды, как на него двинулся океан. Маленькая волна так стремительно набирала размеры, что он не успел даже шага сделать, как она смыла его в открытый океан.

Крик Азеля поглотил гром. Айон понимал: если расслабится хоть на секунду, его уже никто не спасёт и не найдёт. Ему нужно сделать всё возможное, чтобы остаться на плаву. Однако голова закружилась почти сразу. Он никогда не мог похвастаться хорошими навыками плаванья, а гребля отняла последние силы. Он с ужасом отметил, как плот стремительно удалялся. Крики, вой смешались в какой-то адский гул. Редлай плыл всё это время. Перед тем, как волны схлопнулись над ним и потянули на дно, он успел восхититься искрой оборотня. Если бы Айон имел подобную искру, не пришлось бы тонуть в открытом океане. Те, кто спланировал крушение «Золотого дракона», могут радоваться:

Принц идёт на дно.

– Айон!

Кайл сразу заметил, как Айона смыло волной. Редлай и Азель без промедления кинулись ему на помощь, Илай попытался осветить им путь, но безумство стихии полностью потопило его усилия. Кайл с таким отчаянием сорвал с себя страховочную лиану, что чуть не завыл громче бури. Он бежал по воде, по волнам, понимая: если Айон скроется под водой, то не выживет – вода раздавит его, и найти его будет невозможно. Сам король поручил ему спасти его сына, но стоило светлой макушке скрыться под водой, как сердце Кайла ухнуло на дно. Он молился всем богам о том, чтобы принцу хватило силы вынырнуть, и там его уже никто не отпустит. Однако Айон всё не выплывал и не выплывал. Кайл развернулся и заметил, как Азель и Редлай ныряли, казалось бы, совсем в другом месте. Он звал их, просил попытаться здесь, но никто его не услышал. Поэтому, закричав громче самой природы, Кайл начал бить ногами по поверхности воды, желая побороть силу собственной искры. Способность, усиленная Рисой, превратила для него океан просто в стену. И шанса проломить её у него не было, но он не собирался отступать. Когда силы окончательно покинули Кайла, он упал на колени и принялся колотить по воде, проклиная и себя, и океан, и судьбу.

– Мы не можем позволить ему умереть! Я тот, кто не может утонуть! Я обязан! Обязан его спасти! Вы слышите! Вы меня слышите! Он не умрёт так просто! – Он закричал прямо в волны, которые обходили его стороной. – Я требую! Спасите Айона! Я приказываю!

«Тогда назови наше… своё имя, хозяин…»

Кайл обернулся. Миллионы голосов сложились в один. Его наваждение вдруг превратилось в мелодию, смутно напоминающую шелест волн.

«Прикажи – и мы сделаем всё. Мы устали звать тебя, хозяин».

– Кто вы?.. – Кайл осмотрелся по сторонам. У него однозначно самые настоящие галлюцинации. Волны вокруг него словно замедлились. В груди начало гореть. Он приложил к ней руку и прикрыл глаза. – Неужели…

«Позови нас хозяин, позови! И мы подчинимся! Позови!»

Голоса звучали всё громе, но не оглушали, как прежде.

«Ты наш повелитель! Только ты! Сотни лун мы ждали твоего появления и готовы склонить головы второй раз…»

– Второй раз?! – Он посмотрел вниз и увидел под ногами синее пламя. Прямо под водой оно разгоралось всё ярче. – Неужели вы… – Кайл вновь вспомнил сон, где сотни кораблей уходили в шторм и погибали. Все эти люди… Утопленники? – Вы те, кто погиб в шторме? Вы… Сколько вас?

«Миллионы… Позови нас как следует, и мы спасём того ребёнка, он не станет частью твоей армии».

Кайл охнул, вспоминая об Айоне. Даже если он окончательно сошёл с ума, ему нужно попытаться. Кайл посмотрел на их плот, вспомнил Ледаю и то, как она обращалась к собственной искре. Он заметил, как его грудь горит тем же цветом, что и океан вокруг. Кайл задержал дыхание и…

– Вторая истина…

Вода закипела вокруг него. Вероятно, на него ещё действовала искра Рисы.

Он и океан на мгновение замолкли.

В помещении было темно. Единственным скудным источником света были два окна, которые представляли собой две небольшие дыры в стене. Однако это не помешало группе людей занять свои места за вытянутым прямоугольным столом в ожидании предводителя. К счастью, он не заставил себя ждать. Высокий мужчина с проседью в волосах появился в дверях. Никто из двенадцати присутствующих не шевельнулся, не порывался встать в приветствии. Напряжённую тишину нарушало еле слышимое шарканье обуви. Высокий резной стул из чёрного дерева подчёркивал почётное место предводителя за столом. Он уселся и окинул всех тяжёлым взглядом. Его серые глаза забегали по присутствующим и остановились на мужчине средних лун с седыми волосами и бледной кожей. Он, как и все, смотрел перед собой и ждал приказа.

– Лукас, свет, – прохрипел предводитель.

– Есть, – коротко ответил Лукас и поднял руку перед собой. – Вторая истина. Хранитель блеска звёзд. Мерцание пути людей.

Над столом в то же мгновение появился сгусток света, переливающийся подобно воде в стеклянной бутылке. Он осветил все углы в не заставленной мебелью комнате. Лукас убрал руку под стол и с тем же беспристрастным лицом кивнул, сигнализируя, что приказ выполнен надлежащим образом.

– Наоми. Отчёт.

– Итак. – Наоми, девушка невысокого роста с фиолетовыми волосами и с жёлтой кожей, поднялась со своего места. Она положила перед собой кучу бумаг. – Я отмечала активность искр всех затонувших на золотом корабле матросов. Задача была бы проще, знай я хотя бы примерно, где и кого, но точная искра Айона неизвестна. Однако ровно два дня назад я засекла вспышку искры. – Наоми кивнула. – Я, даже не применяя костёр, смогла понять, что это один из бывших матросов, – она взяла лист бумаги, – или, точнее сказать, уже нынешних матросов, владел схожей искрой, что засекла я. Имя: Кайл. Способность искры – не тонет. Предположительное развитие неизвестно. Искра вспыхнула на юго-западе четвёртого материка. Предположительно направляется туда. Есть ли принц поблизости, неизвестно. Что прикажете делать?

Предводитель посмотрел на человека, что сидел в доспехах по его правую руку, без слов давая право говорить.

– Назначаю две команды по перехвату, – его голос был грубым и низким, безжизненным. – Первая команда во главе с Лукасом, Рикардо и Кирасой направляется к четвёртому материку и пытается разузнать всю информацию. Вторая команда во главе со мной, Джун и Динарутарионом направляется к третьему материку. – Мужчина сделал паузу. – Главная цель – получить полную информацию насчет принца.

– Главная цель – убить принца, – прохрипел предводитель.

– Главная цель – убить принца, – повторил за ним человек в доспехах. – Каждому хранителю разрешено взять двух оруженосцев первого класса. Остальных в секретную миссию по спасению Виарума не посвящать. Наказание – смерть.

– А что делать с королевой, которая исследует как раз те воды? – вмешалась Наоми. – К сожалению, не думаю, что она будет довольна целью нашей миссии. – Наоми посмотрела в свой лист. – Костёр королевы представляет опасность категории «С», что в магическом ранге занимает третье место. Для полной…

– Этот вопрос я решил, – перебил её предводитель. – С ней разберётся капитан Вальдер при угрозе выполнения плана.

– Поняла. Что делать, если принц действительно выжил и попадет не на четвёртый материк, где у нас есть Зинард, а на материк Живого Леса? – Наоми, как главный картограф и книгописец первого материка, не могла оставить некоторые вопросы без прояснения. – Есть ли способ договориться с Королевой Оборотней?

– Никакого, – сразу осадил её мужчина напротив с бычьими рогами. – Она никого не выдаст, не пойдёт на переговоры такого плана. Убить… Понадобится не менее трёх из нас с оруженосцами первого порядка для победы над Королевой.

– Ну не знаю, о чем ты, Ниронай, лес отлично горит. – Молодой парень с русыми волосами и овальным лицом улыбнулся рогатому хранителю. – Может, и пойдёт на уступки. – Он закусил губу, и раздался легкий хлопок.

– Ты не представляешь, о чём говоришь…

– Довольно, – прервал спор предводитель. – Хранитель Гелеос, как обычно, доверяю вам выполнение миссии. – На слова предводителя доспехи кивнули. – Полная секретность, полная тишина. Все свободны.

– Есть, Ваше Величество.