В приведенной цитате описано первое небесное видение, данное 17–летней Елене Г. Гармон в декабре 1844 г.

Елена и ее сестра–близнец родились 26 ноября 1827 г. в Горхаме, штат Мэн, они был самыми младшими из восьмерых детей. Ее отец, изготовитель и продавец шляп, в конце концов перевез семью в город Портлэнд, штат Мэн.

В Портлэнде с 9–летней Еленой произошел несчастный случай, сильно повлиявший на ее жизнь. Одноклассница бросила в лицо Елене камень, в результате травмы девочка несколько недель находилась при смерти. В конце концов она поправилась, но здоровье ее оставалось настолько слабым, что она не могла посещать школу, хотя всячески пыталась это делать. Слабое здоровье будет беспокоить Елену значительную часть ее жизни. Тем не менее Елена продолжала усиленно заниматься самообразованием. Из ее автобиографических очерков зримо виден образ девушки, обладающей глубоким мышлением и чувствительной натурой.

Эта чувствительность проявляется не только в ее отношении к другим людям, но прежде всего к Богу. Фактически даже беглое чтение биографии Е. Г. Уайт приводит к выводу, что, судя по ее самым ранним воспоминаниям, Елена очень серьезно относилась к религии.

Юной Елене особенно страшно становилось от мысли, что Иисус может возвратиться в ближайшее время. Впервые учение о Втором пришествии поразило ее в возрасте 8 лет, когда однажды по дороге в школу она подобрала клочок бумаги. На нем было написано, что Иисус может прийти уже через несколько лет. «Меня охватил ужас, — вспоминала Елена. — То, что я узнала из этого небольшого клочка бумаги, произвело на меня предельно сильное впечатление. Я почти не спала несколько ночей и постоянно молилась, чтобы быть готовой к возвращению Иисуса» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 20, 21). Эти чувства усилились в марте 1840 г., когда в Портлэнде Елена услышала проповедь Уильяма Миллера о том, что Иисус возвратится около 1843 г.

Елена боялась Второго пришествия по двум причинам. Во–первых, она испытывала глубокое чувство собственного недостоинства. «В моем сердце, — писала она, — живет чувство, что я никогда не стану достойной называться дочерью Божьей… Мне казалось, что я не была достаточно хорошей девочкой, чтобы попасть на небо» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 21).

Во–вторых, чувство собственного недостоинства усугублялось ее верой в вечные муки ада. Едена боялась, что из–за грехов она «осуждена всегда гореть в адском пламени, и это будет продолжаться, пока существует Сам Бог». Елена Гapмон не только боялась за себя. Мысль о вечных муках ада рождала в ее разуме вопросы относительно Бога. «Когда моим сознанием овладела мысль, что Бог наслаждается мучением Своих творений… между мною и Богом, казалось, встала темная стена… Я перестала верить, что такое жестокое и деспотичное существо когда–либо сходило на землю, чтобы спасти меня от вечной гибели». Подобные мысли повергли ее «почти в полную тьму» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 31).

Эти вопросы беспокоили Елену в течение нескольких лет. Ее проблема осложнялась двумя ложными представлениями: во–первых, она должна быть хорошей, даже совершенной, прежде чем Бог сможет принять ее; и, во–вторых, если она воистину спасена, то должна находиться в состоянии духовного подъема.

Тьма, окутывавшая сознание Елены, начала рассеиваться летом 1841 г., когда она посетила лагерное собрание методистов в Бакстоне, штат Мэн. Там из проповеди Елена узнала, что надежда на себя и на свои усилия тщетна и не приносит благоволения Божьего. Она поняла, что, «только соединившись с Иисусом Христом посредством веры, грешник обретает надежду и становится верующим чадом Божьим». В дальнейшем она искренне искала прощения своих грехов и стремилась полностью посвятить себя Господу. Елена Уайт писала так: «Сердце мое твердило одно: «Помоги, Иисус; спаси меня, или я погибну!»». «Внезапно, — продолжает она, — бремя, тяготившее меня, оставило меня, и на сердце стало легко» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 23).

Но случившееся показалось Елене слишком простым, чтобы быть действительностью. В результате она пыталась вновь взвалить на себя бремя страданий и вины, которые и так были ее постоянными спутниками. Как однажды Елена выразилась: «Мне казалось, что я не имею права чувствовать себя радостной и счастливой» (Очерки жизни Едены Уайт, с. 23). Елена только начинала понимать полноту Божьей искупительной благодати и изумляться ей.

Вскоре после возвращения с лагерного собрания Елена была крещена погружением и присоединилась к методистской Церкви. Невзирая на доводы тех членов церкви, которые отвергали крещение погружением, она предпочла его, потому что верила, что это единственный библейский способ крещения.

Но, несмотря на новое понимание веры в живого Бога, Елену еще терзали сомнения, потому что она не всегда переживала состояние духовного подъема, по ее мнению, служившего доказательством истинного спасения. В результате Елена продолжала бояться, что недостаточно совершенна для встречи со Спасителем при Его пришествии. Как раз в это время, то есть в июне 1842 г., в Портлэнд с серией лекций снова приехал Уильям Миллер.

Миллер проповедовал, что Иисус придет во второй раз «около 1843 г.». Частично объяснение этой даты основывалось на его понимании пророчества из Дан. 8:14 («На две тысячи триста вечеров и утр; и тогда святилище очистится»). Он объяснял, что святилищем является земля и церковь, что святилище очистится огнем при Втором пришествии Иисуса Христа и что конец 2300 дней является датой, когда огонь очистит землю. Вместе со многими другими толкователями он предсказывал, что пророчество о 2300 днях осуществится в сороковых годах около 1843 года, если быть точнее. Следовательно, Миллер учил, что Иисус явится в это время. По мере приближения указанной даты десятки тысяч человек принимали учение Миллера.

Елена Гармон была одной из них. Но именно эта вера вызывала у нее беспокойство, так как Елену все еще мучил страх, будто она не была «достаточно совершенной». Кроме того, ее постоянно терзала мысль о вечно горящем пламени ада.

Коль скоро Елена находилась в состоянии потрясения, ее мать предложила ей посоветоваться с Леви Стокманом, методистским пастором, принявшим миллеризм. Стокман успокоил Елену, рассказав ей «о том, что Бог любит Своих заблудших детей; что Он не радуется их гибели, а, наоборот, жаждет, чтобы они пришли к Нему через простую веру и доверие. Стокман рассказал ей о великой любви Христа и о плане спасения». «Будь спокойна, — сказал он Елене, — возвращайся домой, доверившись Иисусу Христу, потому что любой искренний искатель Бога не лишится Его любви» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 36, 37).

Этот разговор явился одним из великих поворотных моментов в жизни Елены Гармон. С того времени и до конца жизни она взирала на Бога как «на доброго нежного Отца, а не как на сурового тирана, принуждающего людей к слепому послушанию». Ее сердце «устремилось к Нему в глубокой и пылкой любви. Послушание Его воле стало казаться радостью, а участие в Его служении — наслаждением» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 39).

Примерно в этот же период Елена пришла к более полному пониманию учения о состоянии мертвых. Ее понимание данного вопроса сводилось к следующим трем выводам: 1) душа от природы не бессмертна, 2) смерть — это состояние, при котором люди спят в могиле до воскресения при Втором пришествии Иисуса Христа и 3) «в Библии нет доказательства существования вечно горящего ада» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 49).

Такое понимание столь важного вопроса принесло огромное облегчение уму и сердцу Елены. Впоследствии она писала: «Если бы при смерти душа наследовала либо вечное счастье, либо вечное страдание, зачем нужно было бы воскресение бедного, разложившегося тела?» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 49, 50). Ее новое понимание условного бессмертия не только помогло ей уяснить библейское учение о воскресении, но также освободило ее от ошибочного представления о Боге как о страшном существе, мучающем людей в адском пламени всю нескончаемую вечность. Позднее Елена разъяснила, что «человеческий разум неспособен оценить то зло, которое принесло с собой ложное учение о вечных муках». Оно породило «миллионы скептиков и безбожников» и не могло, по ее утверждению, находиться в согласии с библейским учением о Божьей любви (Великая борьба, с. 536).

Открытие, сделанное Еленой Гармон о Боге как о «нежном Отце», вдохновило ее провозглашать весть о Втором пришествии, чтобы и другие люди могли приготовиться к радостному событию. Поэтому вопреки своей природной застенчивости она начала молиться публично, делиться с другими методистами своей верой в спасающую силу Иисуса Христа и Его скорое возвращение, а также зарабатывать деньги, чтобы покупать и распространять литературу об адвентистском учении. Но она не могла много работать, и это обстоятельство особенно тяготило ее. Из–за слабого здоровья она вынуждена была, устроившись на постели, вязать чулки за 25 центов в день.

Елена была чрезвычайно убежденным человеком, и эта убежденность проявлялась в каждом аспекте ее жизни. Многих своих молодых друзей она привела к вере в Иисуса Христа.

Адвентистскую истину, которую проповедовал Миллер, приняла с энтузиазмом не только Елена, но также ее родители и родные братья и сестры. Но местная церковь, учившая, что Христос придет только после 1000 лет мира и благоденствия, не поддерживала доктрины о скором пришествии Христа. В результате в сентябре 1843 г. всю семью Гармон исключили из методистской Церкви. Их опыт отобразил переживания многих людей, когда повсюду миллериты–адвентисты отказывались молчать о возвращении Иисуса Христа в близком будущем. Конфликт достиг критической точки, когда предсказанная дата приблизилась.

Но миллеритов–адвентистов не слишком беспокоило их исключение из различных церквей. Ведь Иисус придет через несколько коротких месяцев, и все скорби закончатся. Окрыленные этой надеждой, миллериты продолжали встречаться вместе и подкреплять друг друга, поскольку предсказанное время приближалось. Радость наполняла их сердца. Как позднее напишет Елена, период с 1843 до 1844 г. «был самым счастливым годом в моей жизни» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 59). Адвентисты едва могли дождаться встречи с Иисусом лицом к лицу.

Наконец после изучения праздников иудейского года миллериты пришли к выводу, что очищение святилища (которым, по их мнению, являлось Второе пришествие Иисуса) произойдет 22 октября 1844 г. Но эта дата пришла и ушла, а Иисус Христос не явился. Как написал потом Хайрам Эдсон: «Наши самые сокровенные надежды и ожидания потерпели крах, и мы рыдали, как никогда прежде… Мы плакали и плакали до рассвета» (Рукопись Эдсона).

Разочарование, случившееся в октябре 1844 г., произвело хаос в рядах адвентистов. Возникшее замешательство почти невозможно преувеличить. Многие оставили надежду на Второе пришествие Христа. А среди тех, кто сохранил эту веру, начали пускать ростки всевозможные теории. Хотя верующие повсеместно признавали, что их ожидание Второго пришествия будет недолгим, они разделились во мнении, произошло ли 22 октября 1844 г. какое–либо значительное событие или нет. Некоторые продолжали верить: да, что–то случилось, но в конце ноября и начале декабря 1844 г. большинство пришло к заключению, что в определении даты была допущена ошибка. Елена Гармон принадлежала к этой последней группе. Она перестала верить, что пророчество Даниила 8:14 исполнилось в октябре. Именно в таком душевном состоянии она увидела свое первое видение.

В декабре 1844 г. Елена Гармон молилась вместе с другими женщинами в доме г–жи Хайнс в Портлэнде. «Когда мы молились, — пишет Елена, — сила Божья сошла на меня, как никогда прежде» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 64).

Во время этого опыта, вспоминала она, «мне показалось, что я поднималась все выше и выше — намного выше этого мрачного мира. Я обернулась, пытаясь взглядом отыскать на земле адвентистский народ, но не могла никого найти. Тогда голос сказал мне: „Взгляни снова, но немного выше». Я подняла глаза и увидела прямой и узкий путь, вознесенный над землей. По этому пути по направлению к городу, находившемуся на дальнем конце пути, шел адвентистский народ. Позади него в начале пути горел яркий свет, который, по словам ангела, был „полночным криком». Сияние света освещало всю дорогу, чтобы люди не спотыкались. Пока их взоры были сосредоточены на Иисусе, Который находился прямо перед ними и вел их в город, они оставались в безопасности. Но вскоре некоторые утомились и стали говорить, что город слишком далеко, а они рассчитывали войти в него раньше. Тогда Иисус ободрил их… Другие же поспешили отвергнуть свет, горевший позади них, говоря, что не Бог вел их до сего времени. Тогда свет для них погас, и ноги разуверившихся оказались в кромешной тьме. Они начали спотыкаться, потеряли из виду и путеводные знаки, и Иисуса, сбились с пути и упали вниз, во тьму — в нечестивый мир» (Ранние произведения, с. 14, 15).

Очевидно, видение имело цель ободрить разочарованных миллеритов–адвентистов, дать им надежду и утешение. Говоря конкретнее, в нем содержалось наставление, имеющее несколько аспектов. Во–первых, движение, указавшее дату, то есть 22 октября, не было ошибочным. Напротив, 22 октября свидетельствовало об исполнении пророчества. Как таковая данная весть была тем самым «ярким светом» позади них, чтобы помочь разочарованным адвентистам выбрать правильное направление и в будущем руководить ими. Во–вторых, Иисус Христос будет и дальше вести их, но адвентистам нужно неотрывно взирать на Него. Следовательно, руководящими для адвентизма были два отправных момента: октябрьская дата его минувшей истории и продолжающееся водительство Иисуса Христа в будущем.

В–третьих, видение, похоже, указывало, что времени пройдет больше, чем ожидалось прежде, до той поры, когда Иисус Христос придет снова. В–четвертых, было серьезной ошибкой отказываться от прошлого опыта, пережитого в движении 1844 г., и говорить, будто он был не от Бога. Сделавшие эту ошибку погрузятся в духовную тьму и сойдут с истинного пути.

Благодаря видению было извлечено несколько полезных уроков. Но, пожалуйста, обратите внимание: оно не указывало на то, что произошло именно 22 октября 1844 г. Ясное понимание случившегося пришло через изучение Библии, как мы увидим ниже. Вместо того, чтобы дать какие–либо особые объяснения, первое видение Елены Уайт ярко высветило тот факт, что Бог действительно продолжает вести Свой народ, несмотря на постигшее его разочарование и замешательство. Оно было первым знаком Его заботы и руководства посредством дара пророчества, данного Елене Гармон.

Примерно неделю спустя Елена получила второе видение, в котором Господь велел рассказать другим адвентистам то, что было ей открыто. Ей также было сказано, что она встретит большое противодействие.

Елена уклонилась от исполнения своего долга. В конце концов, рассуждала она, у нее слабое здоровье, ей всего 17 лет, и к тому же по природе она была застенчивой. «В течение нескольких дней, — писала позднее г–жа Уайт, — я молилась, чтобы это бремя было снято с меня и возложено на того, кто мог бы его нести. Но поручение, данное мне, осталось прежним, и слова ангела постоянно звучали в моих ушах: «Расскажи другим то, что Я открыл тебе»» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 69). Она продолжала утверждать, что предпочла бы смерть стоящей перед ней задаче. Потеряв душевный мир, обретенный при обращении, она вновь погрузилась в отчаяние.

Не удивительно, что Елена Гармон боялась публичных выступлений. Ведь люди в основном отрыто презирали миллеритов, а серьезная доктринальная ошибка и различные проявления фанатизма подтачивали разочарованием ряды самих миллеритов. Говоря конкретно, в 1844 г. большинство людей вообще и миллериты–адвентисты в частности относились к пророческому дару с особым подозрением. Летом 1844 г. в Иллинойсе при нападении толпы погиб Иосиф Смит, мормонский пророк, а в конце 1844 и начале 1845 гг. появилось большое количество сомнительных пророков–адвентистов, причем изрядное их число заявили о себе в штате Мэн. Весной 1845 г. многие адвентисты единодушно решили, что они «не верят никаким новым вестям, видениям, языкам, чудесам, необычным дарам, откровениям» и так далее (Утренний страж, 15 мая 1845 г.).

Неудивительно, что в этой обстановке юная Елена Гармон сознательно уклонялась от призыва к пророческому служению. Но, несмотря на внутренние страхи, она все–таки отважилась и начала передавать Божий утешительный совет смущенным адвентистам. Даже беглый взгляд на ее ранние автобиографические высказывания показывает, что Елене часто приходилось сталкиваться с сопротивлением и фанатизмом. Ее некоторые ранние видения противостояли этому сопротивлению и фанатизму, передавая советы и обличения, нередко носившие личный характер.

Часто она пыталась смягчить вести и сделать их настолько благосклонными для адресата, насколько это представлялось возможным. Но Елена понимала, что поступать так означало разбавлять водой Божью весть. В конце концов ей дано было такое видение: люди, получившие искаженную весть, пришли к ней. «На их лицах застыло выражение отчаяния и ужаса». «Они подошли ко мне, — писала она, — и стали вытирать об меня свои одежды. Когда я взглянула на свою одежду, то увидела, что она запачкана кровью». Подобно Иезекиилю в древние века, Елена Гармон узнала в видении, что она будет нести ответственность, если не проявит верность в передаче Божьей вести Его народу (Свидетельства для Церкви, т. 5, с. 656, 657).

В результате этих и других опытов Елена начала больше ездить, чтобы передавать свои вести как целым группам миллеритов, исследующих истину, так и отдельным лицам. Но стали возникать проблемы. Она не могла ездить одна. Ее брат Роберт болел и не мог сопровождать ее, а отец все время заботился о семье.

Разрешил эту проблему Джеймс Уайт, молодой миллеритский проповедник из Церкви христианского объединения. В течение некоторого времени Джеймс, а также одна или две женщины сопровождали Елену на различных встречах. Но это обстоятельство не оградило Джеймса и Елену от сплетен. Поэтому они вступили в брак, хотя многие миллериты в те дни считали, что новые браки — это отрицание веры в скорое пришествие Христа. Ведь заключение брака предполагало, что жизнь на этой земле будет продолжаться. Несмотря на критику, 30 августа 1846 г. Елена Гармон и Джеймс Уайт поженились в Портлэнде, штат Мэн.

Ездить стало легче, но материальное положение осталось затруднительным. Оно особенно осложнилось с рождением их первых сыновей — Генри в августе 1847 г. и Джеймса Эдсона в июле 1849 г. Первые годы после брака были временем бедности и непрерывных поездок, когда Уайты проповедовали и несли Божьи вести рассеянным и смущенным бывшим миллеритам–адвентистам. Единственное, что побуждало молодую пару ездить, — это надежда на скорое пришествие Иисуса и убеждение, что Елена имела слово от Бога для передачи его адвентистскому народу.

К этому времени адвентистское движение стало приобретать форму организации. Адвентисты предприняли первые попытки сформулировать ряд доктрин, основываясь на опыте, пережитом миллеритами. И эти доктрины, и участие Елены Уайт в их создании относятся к важным темам данной книги.

Пожалуй, самым важным при рассмотрении роли Елены Уайт в развитии учения субботствующих адвентистов (субботствующие адвентисты организовали Церковь адвентистов седьмого дня между 1861 и 1863 гг.) является тот факт, что ее первые видения почти всегда подтверждали доктринальные положения, к которым другие адвентисты уже пришли посредством глубокого изучения Библии. Следовательно, в формировании учения она выполняла роль вестницы Божьей, подтверждающей доктрины, а не создающей их. Однако это обобщение, относящееся к доктринам, не всегда оказывалось верным в вопросах практического образа жизни. Как мы увидим в следующей главе, иногда Елена Уайт играла более важную роль в развитии положений, относящихся к адвентистскому образу жизни, нежели к формированию доктрин.

Главный доктринальный вопрос, вокруг которого начала объединяться увеличивающаяся группа субботствующих адвентистов, заключался в том, что 22 октября 1844 г. действительно произошло нечто важное. Первое видение Елены Уайт в декабре 1844 г. подтвердило этот факт, хотя в нем не было представлено объяснение того, что же именно произошло. Первый проблеск понимания данного вопроса открылся через Хайрама Эдсона (методистского фермера из местечка Порт Гибсон, Нью–Йорк) 23 октября. Годы спустя Эдсон вспоминал, что в этот день он впервые понял, что «наш Первосвященник (Иисус) вместо того, чтобы выйти из Святого святых небесного святилища и прийти на эту землю в десятый день седьмого месяца в конце 2300 дней (22 октября 1844 г.), в первый раз вошел во второе отделение этого святилища и что Он должен совершить служение во Святом святых, прежде чем прийти на землю» (Рукопись Эдсона).

Откровение Эдсона побудило его, О. Р. Л. Крозиера и доктора Ф. Б. Хана к более основательному изучению Библии по данному вопросу. Они обнаружили, что святилище, об очищении которого сказано в Дан. 8:14, обозначает не землю, а небесное святилище, упомянутое в Послании к Евреям. Они также пришли к выводу, что небесное служение Христа проходило в два этапа. Первый начался в Святом при Его вознесении, а второй –22 октября 1844 г., когда Христос перешел из первого отделения небесного святилища во второе, чтобы начать небесный день примирения, на который указывали земные символы. Христос не возвратится на землю, пока Он не завершит Своего служения во втором отделении небесного святилища.

Эдсон, Хан и Крозиер пришли к этим выводам независимо от Елены Гармон. В дальнейшем Крозиер опубликовал свои открытия в статье «Закон Моисеев», помещенной в приложении к газете «Дневная звезда» от 7 февраля 1846 г. Год спустя Елена в письме к Эли Куртис указывала, что Господь показал ей «в видении… что брат Крозиер имел верный свет относительно очищения святилища и связанных с этим вопросов и что по Его воле брат К. изложил свой взгляд в приложении к «Дневной звезде» (Слово к «малому стаду», с. 12).

Тем временем в середине февраля 1845 г. Елена Уайт получила видение, которое указывало на служение Христа в двух отделениях и на изменение, происшедшее в служении в 1844 г., но без деталей, описанных Крозиером и его сподвижниками после углубленного изучения Библии. Она опубликовала это видение 14 марта 1846 г. — месяц спустя после статьи Крозиера. Таким образом, видения Елены Уайт подтвердили правильность развития учения о святилище. Изучение Библии послужило основой адвентистского понимания данного вопроса. Роль г–жи Уайт заключалась в подтверждении того факта, что их изучение Библии продвигалось в верном направлении.

Эта роль Елены Уайт в формировании доктринальных положений субботстствующих адвентистов не всегда была ясна их оппонентам. Так, Майлз Грант (руководитель другой группы миллеритов, также ожидающих Второго пришествия) написал в 1874 году: «Адвентисты седьмого дня заявляют, что святилище, о котором упомянуто в Дан. 8:13, 14 и которое должно быть очищено в конце 1300 [2300] дней, находится на небесах и что очищение началось осенью 1844 г. по Р. Х. Если кто–нибудь спросит, почему они так считают, ответ будет следующим: благодаря информации, полученной через видения Елены Уайт».

В ответ на это Урия Смит (редактор «Ревью энд Геральд», а также другой периодической литературы адвентистов седьмого дня) заметил, что «на эту тему были написаны сотни статей. Но ни в одной из них видения никогда не упоминались как авторитетное свидетельство по данному вопросу или как источник, из которого мы заимствовали какую–либо точку зрения… Мы неизменно обращались к Библии, которая подтверждает наши взгляды относительно указанного вопроса» (Ревью энд Геральд, 22 декабря 1874 г.).

Разумеется, мы можем подтвердить точность ответа Смита, так как документы еще существуют. Пол Гордон предпринял исследование по данной проблеме и опубликовал его под названием «Святилище, 1844 год и пионеры» (издательство Ревью энд Геральд, 1983 год). В своей работе Гордон подтвердил, что Смит был совершенно прав.

К сожалению, некоторые современные адвентисты седьмого дня в отличие от основателей адвентистского движения более склонны выставлять Елену Уайт как наивысший авторитет в вопросах доктринальных положений. Для этого существует несколько причин. Во–первых, в самом движении соблюдавших субботу ее принимали постепенно, так как люди не сразу видели своевременность и уместность ее советов, даваемых как отдельным лицам, так и движению в целом. Во–вторых, и что более существенно, первые адвентистские руководители были людьми Библии. Именно изучение Библии привело их в ряды миллеритов, а затем заставило отделиться и образовать Церковь адвентистов седьмого дня. Сама Елена Уайт полностью соглашалась, что основой веры и религиозной жизни должна быть только Библия. В последней главе нашей книги мы увидим, что она всегда возвышала Библию в качестве главного авторитета в христианской жизни. Как г–жа Уайт говорила, ее произведения должны были постоянно обращать взоры людей к Библии.

То, что мы сказали о роли Елены Уайт в смысле подтверждения ею развития учения о святилище среди субботствующих адвентистов, можно также сказать и о доктрине о субботе как седьмом дне.

Благодаря влиянию баптистов седьмого дня вопрос о седьмом дне, субботе, стал обсуждаться среди некоторых миллеритов–адвентистов еще до постигшего их разочарования в октябре 1844 г., когда Иисус не пришел во второй раз. Но первым человеком среди основателей движения субботствующих адвентистов, изучившим библейскую доктрину и принявшим ее, был Иосиф Бейтс. Он принял истину о субботе в начале 1845 г. и впоследствии поделился ею с Крозиером, Ханом и Эдсоном. И во всяком случае двое из них приняли новое библейское открытие. Одновременно они поделились с Бейтсом плодами их изучения Библии по вопросу небесного святилища, которое тот охотно принял.

Позднее Бейтс представил свой новый свет о седьмом дне, субботе, Джеймсу Уайту и Елене Гармон. Их первоначальная реакция была негативной, но после тщательного изучения Библии Елена и ее муж «осенью 1846 г…. начали соблюдать библейскую субботу, проповедовать и защищать ее» (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 75).

Только позднее, в апреле 1847 г., Елена получила видение, подтверждающее важность седьмого дня субботы. В результате она могла написать: «Я поверила истине о субботе до того, как мне было показано видение о субботе. Важность субботы, а также ее место в третьей ангельской вести были показаны мне спустя месяцы после того, как я начала соблюдать субботу» (Е. Уайт, Опубликованные рукописи, т. 8, с. 238). К этому времени Бейтс опубликовал детальное описание результатов своего собственного изучения Библии на эту тему. Они не только ярко освещали важность субботы, но также включали понимание Бейтсом Второго пришествия, небесного святилища и трехангельской вести из Откр. 14, основанное на Библии (см. Бейтс, Седьмой день суббота: венное знамение, январь 1847 г.).

Видения Елены Уайт подтвердили также два других центральных учения субботствующих адвентистов, отличающихся от учения ведущих церквей, а именно: пришествие Христа до тысячелетнего царства и отрицание бессмертия души. Как мы заметили выше, оба эти учения существовали до того, как началось пророческое служение Елены Уайт. Первые адвентисты седьмого дня были людьми Библии.

Этот факт, однако, не должен восприниматься так, будто видения формально ставили печать на том, во что каждый уже верил. Следует отметить, что центральные отличительные доктрины, открытые субботствующими адвентистами, были основаны на библейском изучении, а не на видениях Елены Уайт.

Но ее видения остерегли первых субботствующих адвентистов от некоторых заблуждений. Первым из этих возможных заблуждений было отвержение пророчества, исполнившегося в октябре 1844 г. Как отмечалось ранее, первое видение Елены Уайт указало на исполнение пророчества, хотя в нем не было показано, в чем оно заключалось. В результате видение побудило ее и других в Портлэнде, штат Мэн, пересмотреть миллеритское толкование Дан. 8:14.

Другим заблуждением, против которого предостерегали видения Елены Уайт, было назначение времени Второго пришествия Христа. Как уже отмечалось, миллеритское движение частично основывалось на той идее, что посредством изучения Библии можно установить приблизительное время пришествия Христа. Этот подход особенно преобладал летом 1844 г., когда некоторые миллериты утверждали, что очищение святилища по Дан. 8:14 произойдет 22 октября. Было вполне естественно, что разочарованные адвентисты продолжали устанавливать время пришествия Христа и после октября 1844 г. В результате Елена Гармон, Джеймс Уайт и многие другие пришли к выводу, что Второе пришествие Христа произойдет в октябре 1845 г. Однако Джеймс Уайт пишет, что в 1845 г. за несколько дней перед назначенной датой Елена «увидела в видении, что нас ожидает разочарование и что святым надлежит пережить «время скорби Иакова», которое наступит в будущем. Ее представление о скорби Иакова было как для нас, так и для нее совершенно новым» (Слово к «малому стаду», с. 22). Данное видение не только спасло большинство субботствующих адвентистов от повторного разочарования относительно назначенного времени, постигшего многие другие адвентистские церкви (не соблюдающие субботу) в конце 1840–х годов, в 1850–е и 1860–е годы, но усилило значение ее первого видения относительно того, что пришествие непременно произойдет через какое–то продолжительное время в будущем.

Следовательно, видения не только подтверждали принятую доктрину. Они также служили руководством для развивающегося движения субботствующих адвентистов, когда те прокладывали свой путь через лабиринт всевозможных опасностей, окружавших их в конце 1840–х годов.

Возможно, самую ясную картину об отношении Елены Уайт к формированию доктрин субботствующих адвентистов дает нижеследующее утверждение. Она писала: «Многие из нашего народа не понимают, насколько твердо заложены основания нашей веры. Мой муж, пастор Иосиф Бейтс, отец Пирс, Хайрам Эдсон и другие глубокомыслящие, благородные, верные собратья оказались среди тех, кто после 1844 г. исследовал истину как скрытое сокровище. Я встречалась с ними, мы занимались изучением и ревностно молились. Часто мы оставались вместе до поздней ночи, а иногда всю ночь, молясь о свете и изучая Слово. Снова и снова эти братья собирались для изучения Библии, чтобы познать ее смысл и приготовиться проповедовать ее истины с силой. Когда они заходили в своем изучении в тупик и говорили: «Мы ничего больше сделать не можем», на меня сходил Дух Господень, я была восхищена в видении, и мне давалось ясное объяснение изучаемых нами мест с наставлением о том, как нам следует трудиться и эффективно их преподавать. Таким образом, нам был посылаем свет, помогающий правильно понимать Писания относительно Христа, Его миссии, Его первосвященнического служения. Мне было ясно показано развитие истины от настоящего момента до времени, когда мы войдем в город Божий, и я передавала наставления, которые Господь давал мне.

Все это время я никак не могла понять рассуждения братьев. Мой ум был как бы закрыт, и я не понимала значения тех отрывков Писания, которые мы изучали. Это было одно из самых больших огорчений моей жизни. Я находилась в таком состоянии до тех пор, пока все главные вопросы нашей веры не становились ясными для нас и не оказывались в согласии со Словом Божьим. Братья знали, что когда у меня не было видения, я не понимала данных вопросов, и они принимали откровения как свет, посланный прямо с неба» (Избранные весты, т. 1, с. 206, 207).

Г–жа Уайт продолжала отмечать, что ее разум оставался «закрыт к пониманию Писаний» в течение двух или трех лет. К этому времени доктринальные положения адвентистов седьмого дня были выработаны, и они были готовы распространять свою весть на библейских конференциях и в периодической печати. Но прежде чем двинуться дальше, нам нужно внимательно взглянуть на связь дара, данного Елене Уайт, с Библией и рассмотреть некоторые первые отклики на ее служение.

Первые субботствующие адвентисты верили, что, согласно учению Библии, духовные дары, включая пророческий дар, будут существовать в Церкви до Второго пришествия. Урия Смит предложил первым адвентистам отличную иллюстрацию по этому вопросу. «Предположим, — писал он, — что мы собрались в морское путешествие. Владелец корабля вручил нам книгу с руководящими указаниями и сказал, что в ней содержатся инструкции на весь наш путь, так что если мы будем внимательно следовать им, то безопасно достигнем места назначения. Итак, поставив парус, мы открываем нашу книгу и изучаем ее содержание. Оказывается, автор излагает основные принципы руководства для нашего путешествия и дает практические инструкции, как поступать в разных непредвиденных обстоятельствах до конца пути. Автор также говорит нам, что последняя часть путешествия будет особенно опасной, что очертания берега будут постоянно меняться по причине зыбучих песков и ураганов. «Но для этой части пути, — предупреждает он, — я предусмотрел для вас лоцмана, который встретит вас и даст такие указания, какие требуются в подстерегающих вас опасностях. Вы должны отнестись к нему с вниманием». Имея эти указания, мы достигаем опасного места, и, в соответствии с обещанием, появляется лоцман. Но когда он предлагает свои услуги, некоторые из команды противятся ему. «У нас есть подлинная книга с руководящими указаниями, — говорят они, — и этого нам хватит. Нам достаточно инструкций, и мы не нуждаемся в лоцмане». Кто же послушен этой книге с руководящими указаниями? Те, кто отказывается от лоцмана или кто принимает его, как рекомендует сама книга? Судите сами.

Но некоторые… могут возразить нам: «Следовательно, вы хотите, чтобы мы приняли Елену Уайт как нашего лоцмана, не так ли?» Каким бы ни было наше желание, мы говорим не об этом. Вот что мы заявляем со всей определенностью: нашему лоцману даны дары Духа, чтобы провести нас через эти опасные времена, и мы обязаны ценить эти дары и уважать тех, в ком они проявляются, иначе мы будем виновны в отвержении Слова Божьего, которое побуждает нас принять их» (Ревью энд Геральд, 13 января 1863 г.).

К текстам, найденным первыми субботствующими адвентистами для пояснения своей точки зрения о присутствии дара пророчества вплоть до Второго пришествия, относятся 1 Кор. 12:8—10 и Еф. 4:11—13. Но они особенно подчеркивали Иоил. 2:28—32, где дается указание о том, что в последние дни Бог изольет Своего Духа на всякую плоть, и «будут пророчествовать ваши сыновья и ваши дочери».

Важен также текст 1 Фес. 5:19—21, в котором Павел наставляет верующих: «Пророчества не уничижайте. Все испытывайте, хорошего держитесь». В итоге первые адвентисты начали учить, что христианам не следует огульно отвергать тех, кто заявил о наличии у себя пророческого дара. Необходимо соотнести их учение с «законом и откровением» (Ис. 8:20) и обратить внимание на их «плоды», чтобы определить, являются ли они истинными или ложными пророками (Мф. 7:15—20).

В добавление к этим текстам первые адвентисты седьмого дня сделали вывод, что Божья Церковь последних дней («остаток») будет учить «заповедям Божьим и иметь свидетельство Иисуса Христа» (Откр. 12:17). Последнее, считали они, было даром пророчества (Откр. 19:10).

Основываясь на этих и других стихах, Урия Смит советовал читателям «Ревью» «избегать совета тех, кто заявляет, будто принимает Библию как мерило веры и жизни, но игнорирует или отвергает ту ее часть, которая учит нас искать и ожидать силы и даров Духа» (Ревью энд Геральд, 24 июля 1856 г.).

Что касается связи Елены Уайт с Библией, первые адвентисты не только считали, что учение самой Библии предусмотрело и предсказало подлинное проявление дара пророчества, но и признавали превосходство Библии в духовных вопросах, когда Божьи последователи искали духовный свет. Таким образом, Джеймс Уайт мог написать, что «возобновление любого или всех даров никогда не заменит необходимости в исследовании Слова (Библии) для научения истине» (Ревью энд Геральд, 28 февраля 1856 г.).

Вновь он писал, что христианин «не вправе отворачиваться от Писаний, думая, что его даров будет достаточно. Отвергая Библию, он не сможет правильным образом распорядиться этими дарами и окажется в крайне опасном положении. Слово Божье должно возвышаться над всем остальным, и Церкви следует неотрывно смотреть на него как на руководство в жизни и источник мудрости, чтобы из него узнать о своем долге… Но если часть церкви заблуждается относительно библейских истин, ослабевает и болеет, а стадо рассеивается, тогда Бог использует дары Духа, чтобы исправить, возродить и исцелить заблудших, и нам надо позволить Ему сделать это. Более того, мы должны искренно молиться, чтобы эта цель была достигнута посредством силы Духа (Ревью энд Геральд, 28 февраля 1856 г.).

Еще в одном случае Джеймс Уайт особенно ясно показал свое понимание приоритета Библии над даром своей жены. В ноябре 1855 г. ведущие адвентисты седьмого дня после тщательного изучения Библии пришли к согласию по теологическому вопросу о начале субботнего дня, который разделял их в течение ряда лет. Однако Бейтс и Елена Уайт не были согласны со всей Церковью. И вот как раз в это время Елена Уайт получила видение, подтверждающее вывод, сделанный в результате тщательного изучения Писаний. Этого было достаточно, чтобы привести Бейтса, г–жу Уайт и других в согласие с большинством.

Возник вопрос, почему Бог не разрешил вопроса, сразу послав видение. Ответ Джеймса Уайта проливает свет: «Создается впечатление, — сказал он, — что Господь не желает учить Свой народ библейским истинам посредством даров Духа, прежде чем Его слуги не станут прилежно исследовать Его Слово… Пусть дарам будет отведено надлежащее место в церкви. Бог никогда не ставил их впереди Библии и не повелевал нам взирать на них как на руководство на пути к истине и на пути к небу. Писания Ветхого и Нового Завета — это светильник, освещающий человеку путь к Царству Божьему. Следуйте ему. Но если вы уклонились от библейской истины и вам угрожает опасность быть потерянным, то, может быть, Бог в назначенное Им время исправит вас, вернет обратно к Библии и спасет вас» (Ревью энд Геральд, 25 февраля 1868 г.).

Итак, первые адвентисты были людьми Библии. Поскольку адвентисты верили Библии, они были открыты для принятия дара пророчества. Но этот дар должен был только дополнить их изучение Библии, а не занять место Писаний. Фактически назначение дара заключалось в том, чтобы привести людей обратно к Библии как к авторитетному Божьему Слову.

Как и следовало ожидать, в начале своего пророческого служения Елена Уайт не пользовалась значительным авторитетом. Большинство верующих восприняли ее как один из многих других голосов. Только некоторое время спустя, когда приверженцы адвентизма вникли в ее вести и оценили их в свете Библии, они пришли к заключению, что г–жа Уайт излагала вести от Бога.

Но не все, знавшие о ее служении, приняли его как вдохновленное Богом. Один адвентист в середине 1840–х годов сказал следующее: «Я не могу согласиться, что видения Елены Уайт вдохновлены Богом, как думаете вы (Джеймс) и как думает она. Однако я не допускаю мысли даже о малейшей нечестности с вашей стороны… Я считаю, что называемое вами видениями от Господа является лишь религиозными фантазиями, плодом ее воображения относительно тех вопросов, которые более всего ее интересуют… Я никоим образом не думаю, что ее видения похожи на видения от дьявола» (Слово к «малому стаду», с.22).

Другие не проявляли такого великодушия. Некоторые адвентисты были вполне уверены, что она была одержима, и не стыдились говорить об этом. Это особенно относилось к людям, склонным к фанатизму, которые несколько лет после разочарования 1844 г. досаждали различным адвентистским церквам. Елена Уайт так писала об этом: «Когда я предостерегала собратьев об опасностях, некоторые радовались, что Бог послал меня; другие же отказывались прислушиваться к моему свидетельству, как только узнавали, что я не была одного духа с ними. Они говорили, что я вернулась обратно к мирскому образу жизни из–за моего несогласия с их неверными идеями» (Елена Уайт, Опубликованные рукописи, т. 8, с. 233).

Особенно интересен отклик Иосифа Бейтса, человека, который работал сообща с Джеймсом и Еленой Уайт, создавая Церковь адвентистов седьмого дня. Бейтс заявляет, что впервые он услышал рассказ Елены Уайт о ее видениях в 1845 г. Но они не произвели на него впечатления. «Хотя я не видел в них ничего, противоречащего Слову, — писал он, — однако я был чрезвычайно встревожен, обеспокоен и долгое время не хотел видеть в этом явлении ничего большего, чем результат истощения ее организма. Поэтому, чтобы докопаться до истины, я искал возможности исследовать это явление в присутствии других, когда ее ум, казалось, был свободен от возбуждения (вне собрания), расспросить ее саму, друзей, сопровождавших ее, особенно ее старшую сестру… Я видел Елену Уайт в состоянии видения много раз… и те, кто присутствовал во время этих захватывающих сцен, знали, с каким интересом и напряжением я прислушивался к каждому слову и следил за каждым движением, чтобы обнаружить обман или гипнотическое влияние» (Слово к «малому стаду», с.22).

Для Бейтса поворотный момент наступил в ноябре 1846 г. после видения в Топшеме, штат Мэн. В этом видении Елена Уайт передала информацию по астрономии, знать которую она не могла из–за своего ограниченного образования. Бейтс, бывший моряк, хорошо осведомленный в астрономии, потом расспросил Уайт, чтобы определить ее знания в этой области. Обнаружив, что она ничего не знала, Бейтс сделал вывод, что Бог в видении действительно открыл ей факты относительно позднейших достижений в области астрономии. После этого опыта он твердо уверовал в служение Елены Уайт.

Для всех вышеупомянутых откликов на пророческое служение Елены Уайт характерно нечто общее. Каждый человек был вынужден, столкнувшись с ее заявлениями, испытать ее и оценить, было ли ее призвание от Бога или нет. Именно так первые субботствующие адвентисты учили относиться к заявлениям Елены Уайт. Согласно высказываниям апостола Павла, они считали, что человек не вправе отвергать тех, кто претендует на пророческий дар, не испытав их заявления в свете Библии. Людям следует «все испытывать» и «хорошего держаться» (1 Фес. 5:19—21). Следовательно, принятие Елены Уайт в качестве пророка было процессом, требовавшим времени для сравнения ее служения и вести с Библией.

Супруги Уайт и Иосиф Бейтс рассматривали годы между 1844 и 1848 как «время рассеяния» для миллеритов–адвентистов. Но около 1848 г. руководители адвентистов седьмого дня пришли к единому пониманию основных доктрин и того, что на них возложена ответственность поделиться данными открытиями с теми адвентистами, которых еще смущали события октября 1844 г.

Поэтому в течение времени, которое было названо «временем собирания рассеянного стада», руководители субботствующих адвентистов разработали два подхода к их основной аудитории. Их цель заключалась в том, чтобы объединить верующих в понимании событий 22 октября 1844 г. и сплотить их посредством единого вероучения. В обоих подходах особую роль играет пророческое служение Елены Уайт.

Первый подход заключался в целой серии субботних конференций или встреч, проходивших с 1848 по 1850 гг. По словам Джеймса Уайта, целью конференций было «объединение братьев вокруг великих истин, связанных с вестью третьего ангела» из Откр. 14:9—12 (Ревью энд Герольд, 6 мая 1852 г.). Начало казалось малообещающим. О конференции в Волни, штат Нью–Йорк, Елена Уайт писала, что там едва ли можно было найти «двух согласных друг с другом людей», и «каждый ревностно защищал свои взгляды, заявляя, что они соответствуют Библии». Хотя все намеревались усердно отстаивать свои воззрения, «им было сказано, что мы преодолели такое огромное расстояние не для того, чтобы слушать их, но чтобы научить их истине» (Духовные дары, т. 2, с. 97, 98).

Бейтс и супруги Уайт верили в плоды своего изучения Библии и энергично взяли на себя инициативу в проповедовании доктрин друзьям–адвентистам. Только благодаря такому волевому руководству из разрозненных и разочарованных миллеритов им удалось собрать группу верующих с похожими воззрениями. Как и следовало ожидать, в течение этих конференций действовал пророческий дар Елены Уайт. Очевидно, что ее видения играли центральную роль, когда дело заходило в тупик, принося с собой единство духа и общность взглядов.

Второй подход, используемый руководителями субботствующих адвентистов во время собирания рассеянного стада, заключался в публикации их воззрений. Здесь особенно проявился пророческий дар Елены Уайт. В течение ноября 1848 г. субботствующие адвентисты опубликовали несколько небольших книг и брошюр, но у них не было налажено издание периодической литературы. В этом месяце Елена после завершения одного видения обратилась к своему мужу с вестью. «Ты должен издавать небольшую газету и рассылать ее людям. Пусть в первое время она будет небольшой, но, когда люди прочитают ее, они станут присылать тебе средства для ее издания, и ее успех будет обеспечен. Мне было показано, что это скромное начало сможет превратиться в потоки света, очищающие весь мир» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 125).

В то время ее предсказание о всемирной издательской деятельности не имело под собой никакого основания, обещавшего успех в будущем. С человеческой точки зрения оно выглядело безнадежным. Что могли совершить несколько неимущих проповедников, поддерживаемых сотней верующих?

Однако, несмотря на все эти обстоятельства, в июле 1849 г. Джеймс осуществил первый выпуск «Истины для настоящего времени» (впоследствии — «Адвентист Ревью»). С той поры издательская деятельность адвентистов седьмого дня достигла небывалого размаха. В 1994 году Церковь насчитывала 56 издательств, выпускающих 335 видов периодики, помимо огромного количества другой литературы. Воистину предсказание, о «потоках света, очищающих мир», стало реальностью, несмотря на безнадежные обстоятельства, в которых было дано видение.

Елена Уайт, Ранние произведения, Заокский: «Источник жизни», 1998. Книга является сборником некоторых ранних произведений Е. Уайт и раскрывает ее раннее служение.

Gordon, Paul A. Herald of the Midnight Cry. Boise, Idaho: Pacific Press, 1990.

Knight, George R. Anticipating the Advent: A Brief History of Seventh–day Adventists. Boise, Idaho: Pacific Press, 1993, pp. 1–46.

Millennial Fever and the End of the World: A Study of MilleriteAdventism. Boise, Idaho: Pacific Press, 1993.

Robinson, Virgil. James White. Washington, D. C.: Review and Herald, 1976, pp. 13–67.

White, Arthur L. Ellen G. White. Washington, D. C.: Review and Herald, 1981–1986, vol. I, pp. 1–178.

White, Ellen G. Life Sketches of Ellen G. White. Mountain View, Calif: Pacific Press, 1943, pp. 17–128.

White, Ellen G. Spiritual Gifts. Battle Creek, Mich.: James White, 1858–1864, vol. 2, pp. 7–143.

Елена Уайт, Свидетельства для Церкви, Заокский: «Источник жизни», 1997, т. 1, с. 9—96. Еще одно автобиографическое описание начала служения Е. Уайт.

White, Ellen G. William Miller: Herald of the Blessed Hope. Hagerstown, Md.: Review and Herald, 1994.

К 1850 г. ранняя стадия развития Церкви адвентистов седьмого дня закончилась. Хотя адвентизм седьмого дня еще не был мощным движением, он имел определенные отличительные особенности и растущее число приверженцев.

То же самое можно сказать и о пророческом служении Елены Уайт. Все больше и больше адвентистов седьмого дня чувствовали пророческий авторитет личности г–жи Уайт и ее вестей, хотя еще и не приняли ее повсеместно.

Адвентизм седьмого дня и его пророчица переживали рост между 1850 и 1888 гг. Более того, Церковь АСД все больше стала ассоциироваться с именем Елены Уайт.

В этот период формировались основные структуры и налаживалась жизнедеятельность деноминации. Росло не только издательское дело субботствующих адвентистов; развивающаяся деноминация организовывала миссионерскую работу и развивало деятельность в области санитарной реформы и образования. Разумеется, в каждой из этих сфер активное участие принимала Елена Уайт. Помимо описания жизни Церкви во второй главе будет более внимательно рассмотрена семейная жизнь Елены Уайт, а также вопрос веры в ее пророческий дар в связи с церковным членством.

Среди адвентистов седьмого дня поднимался вопрос: зависит ли принятие в члены Церкви АСД от веры в видения Елены Уайт. Так как их критики постоянно заявляли, что руководители адвентистов седьмого дня сделали видения критерием для церковного членства, то последние не могли молчать. Поэтому Джеймс Уайт в начале 1856 г. написал следующее: «Хорошо известно, что нас обвиняют, будто мы испытываем веру людей на предмет принятия видений и делаем эти видения критерием веры. Это откровенная ложь» (Ревью энд Геральд, 14 февраля 1856 г.). Джеймс утверждал, что Библия всегда была для него мерилом веры и жизни.

С другой стороны, первые адвентисты считали, что вера в библейскую доктрину о духовных дарах должна быть критерием для принятия в члены Церкви. Поэтому Урия Смит в 1862 г. заявил, что «постоянное присутствие даров — одно из фундаментальных положений в вероучении нашего народа; и если кто не согласен в этом с нами, мы можем иметь с ним единство и общение, но не более, чем с теми, кто не согласен с нами по другим важным вопросам: о пришествии Христа, крещении, субботе и так далее» (Ревью энд Геральд, 14 января 1862 г.).

В 1870 г. Джон Невинс Андрюс удачно выразил позицию Церкви, когда написал: «При принятии новых членов в нашу Церковь нам следует учитывать два положения: 1) их вера в библейское учение о духовных дарах и 2) их готовность беспристрастно познакомиться с видениями сестры Уайт» (Ревью энд Геральд, 15 февраля 1870 г.). Другими словами, Андрюс предложил, чтобы члены Церкви следовали библейскому совету испытывать пророков (см. 1 Фес. 5:19—21).

Однако если только члены принимали видения как исшедшие от Бога, Джеймс Уайт настаивал, чтобы эти видения занимали авторитетное место в личной жизни человека. Поэтому он написал, что в данном контексте они действительно являются «критерием для тех, кто верит, что они посланы Небом» (Ревью энд Геральд, 14 февраля 1856 г.). С другой стороны, Джеймс полагал следующее: если люди, имевшие доказательство, что дар Елены был от Бога, все же активно и открыто противодействуют ему, они могут быть исключены из членов Церкви. В таких случаях «наши люди вправе отделиться от таковых, чтобы они могли наслаждаться своим мнением в мире и спокойствии» (Ревью энд Геральд, 13 июня 1871 г.).

Елена Уайт была согласна с позицией руководителей Церкви, отраженной выше. В 1862 г. она указала, что некоторые лица имели достаточно оснований для скептицизма из–за фанатичного отношении к видениям со стороны ряда членов. Некоторые испытали разочарование вследствие крайностей со стороны других, не имея возможности исследовать видения для себя, а многие не пришли к определенному заключению. «Таковых нельзя лишать преимуществ и прав церковного членства, если их христианская жизнь во всем остальном была безупречна и сами они стремились выработать добрый христианский характер… Таковых нельзя отвергать, но надо проявить к ним долготерпение и братскую любовь, пока они не определятся во взглядах и не начнут твердо выступать или в поддержку видений, или против них». Но никого не следует «вытеснять», если они «не приняли решения относительно видений» (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 328).

С другой стороны, продолжает она, «если эти люди борются против видений» открыто и раздражаются от того, что другие им не верят, «Церковь может знать, что эти люди не правы. Божьим детям не следует раболепствовать, уступать или жертвовать своей свободой ради таких недовольных. Бог дал Церкви дары, чтобы она обогащалась ими; и если люди, заявляющие о своей вере в истину, противятся этим дарам и борются против видений, значит, души подвергаются опасности из–за их влияния, и тогда самое время поработать над ними, дабы они не соблазнили слабых» (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 328, 329).

В результате такого понимания вопроса Джордж И. Бат–лер (президент деноминации) написал в 1883 году, что согласен с заявлением противников Церкви, утверждавших, что многие в ней не верят видениям. Однако он также подчеркнул, что они «находятся в Церкви и не исключены» (Приложение к Ревью энд Геральд, 14 августа 1883 г.).

Весть, по убеждению Елены Уайт посланную ей Богом, она распространяла как устно, так и посредством печатного слова. С самого начала своего служения г–жа Уайт активно проповедовала и преподавала как группам, так и отдельным личностям. Она работала в основном с местными церквами и отдельными лицами, но и все общие собрания Церкви также предоставляли ей большие возможности обратиться к руководителям движения. После организации в 1868 г. системы ежегодных лагерных собраний г–жа Уайт пришла к заключению, что такой съезд является замечательной возможностью для представления ее вести. Большую часть своей жизни она посещала эти огромные лагерные собрания и проводила там курс лекций.

Хотя Елена Уайт была успешным оратором, печатное слово во много раз приумножило ее влияние. Материал печатных изданий не ограничивался ее самыми важными проповедями, лекциями и советами. Большую часть времени и сил она начала посвящать составлению статей, предназначенных главным образом для печати. Она стала непосредственной участницей в исполнении своего видения об адвентистской литературе, которая подобно «потокам света» наполнит весь мир (Очерки жизни Елены Уайт, с. 125).

Ее самые ранние произведения появились в газете «Дневная звезда», издаваемой адвентистами, не соблюдавшими субботу. Однако вскоре она лишилась возможности публиковаться в этом журнале, так как принявшие субботу адвентисты в конце 1840–х годов начали обосабливаться от других адвентистских групп.

Около 1849 г. субботствующие адвентисты приступили к изданию своей собственной периодической литературы. Однако это обстоятельство не сразу разрешило проблему. Джеймс Уайт, ее муж и главный редактор литературы субботствующих адвентистов, испытал большое давление по вопросу опубликования видений, так как многочисленные враги заявляли, что субботствующие адвентисты уделяют слишком много внимания видениям, делают их мерилом и основой своего учения, вместо того чтобы основываться на Библии.

В результате, хотя Джеймс в 1849 и 1850 гг. и опубликовал несколько видений своей жены, начиная с конца 1850 г. и в течение следующего десятилетия, на страницах «Ревью энд Геральд» редко можно было встретить публикации Елены Уайт. За этот период в «Ревью» появилось только 15 ее статей. В 1860–е годы была напечатана 31 статья, но в 1870–е годы темп изданий статей Е. Уайт изменился, и в «Ревью» появилось 100 ее статей. И далее с начала 1880–х годов до смерти пророчицы в 1915 г. «Ревью» помещало ее статьи почти каждую неделю.

Такая статистика много говорит нам о вызванном критикой опасении первых адвентистов седьмого дня делать слишком большой акцент на видениях в своем основном периодическом издании (газете, предназначавшейся как для членов деноминации, так и для других читателей). Но поскольку Джеймс верил, что адвентистам, соблюдающим субботу, было важно получить вести Елены Уайт, в 1851 г. он издал «Приложение к Ревью энд Геральд» для узкого круга читателей. «Этот выпуск, — объяснил он 21 июля 1851 г., — является чем–то вроде газеты, которую мы надеемся издавать раз в две недели… Так как многие имеют предвзятое мнение относительно видений, мы считаем, что лучше в настоящее время не помещать подобный материал в основной газете. Поэтому мы сами будем публиковать видения во благо тем, кто верит, что Бог может исполнить Свое слово и посылать видения «в последние дни» (Приложение к Ревью энд Геральд, 21 июля 1851 г.). Разумеется, предполагалось, что особый выпуск будет иметь намного меньший тираж, чем регулярное издание «Ревью».

«Приложение» просуществовало недолго, выдержав только одно издание. Основное содержание «Приложения» вскоре появилось в форме брошюры под названием «Очерк христианского опыта и видений Елены Уайт». Этот 64–страничный буклет вышел из печати летом 1851 г. Руководители Церкви вскоре решили, что трудй Елены Уайт лучше публиковать небольшими книгами или брошюрами, так как это давало возможность всегда иметь под рукой ее советы.

Первая брошюра Е. Уайт являлась автобиографическим описанием ее служения, в котором приводилось содержание некоторых первых видений. Ее следующая

брошюра вышла в 1854 г. под названием «Дополнение к опыту и видениям Елены Уайт».

Затем в 1855 г. в писательской деятельности Елены Уайт произошло событие выдающегося значения — увидело свет издание ее первого «Свидетельства» для Церкви. Эта брошюра на 16 страницах стала началом серии регулярных дополнительных изданий в различном виде, пока в 1909 г. опубликованные свидетельства Духа пророчества не достигли в общей сложности почти 5000 страниц.

Наконец г–жа Уайт нашла эффективный способ передавать свои вести собратьям — субботствующим адвентистам. Опубликованные «Свидетельства» содержали ее предшествующие основные советы в форме, которая обеспечивала их постоянное и легкое распространение среди тех, кто ими интересовался.

В добавление к опубликованным основным «Свидетельствам» Елена Уайт с самого начала давала советы отдельным людям через частные беседы и личные письма. Однако по прошествии нескольких лет она поняла, что многие из ее советов имеют ценность для Церкви в целом, так как многие люди хотели получить ответы на общецерковные вопросы и решить подобные проблемы. Поэтому в опубликованных «Свидетельствах» дополнительно к основным советам для Церкви вскоре были помещены избранные вести, первоначально адресованные отдельным лицам.

Елена Уайт писала: «Обличая грехи одних, Бог надеется исправить многих… Он выявляет неправду и зло некоторых людей, дабы предостеречь таким образом многих, чтобы они убоялись и оставили эти заблуждения… Мне было велено осветить общие принципы и одновременно указать на ошибки и грехи некоторых людей и на опасности, им угрожающие, чтобы все получили обличение, предостережение и совет… Я видела, что всем следует внимательно исследовать свое сердце и жизнь, чтобы убедиться, не допустили ли они тех ошибок, которые Господь пытался исправить в конкретных людях… Если эти ошибки были допущены, они должны осознавать, что совет и обличение относятся непосредственно к ним, и последовать наставлениям» (Свидетельства для Церкви, т. 5, с. 659, 660).

Г–жа Уайт имела обыкновение вычеркивать личные имена из публикуемых «Свидетельств», желая защитить личную жизнь людей, для которых они были первоначально предназначены. Поэтому человек, изучающий опубликованные «Свидетельства», читает о брате А или сестре С.

Развивающаяся Церковь вскоре признала ценность «Свидетельств» Елены Уайт. В результате самые первые брошюры много раз были переизданы в различных форматах. Но вот в 1883 г. Генеральная конференция адвентистов седьмого дня приняла решение издать все «Свидетельства» (к тому времени их насчитывалось 30) в «четырех томах по семьсот или восемьсот страниц каждый» (Ревью энд Геральд, 27 ноября 1883 г.). Решение было исполнено, «Свидетельства» вышли и сохранились до настоящего времени в том же самом стандартном формате, пополнившись томами с 5 по 9–й.

Перед переизданием «Свидетельств» Елена Уайт решила, что необходимо проделать соответствующую авторскую переработку. По ее мнению, это было нужно, поскольку некоторые из первоначальных вестей готовились для печати в спешке, так как к этому вынуждали обстоятельства. Елена Уайт и ее сын У. К. Уайт придерживались гибкой точки зрения относительно процесса редактирования, когда осуществлялся пересмотр ее слов и предложений. Эта гибкость привела к серьезному спору среди руководителей деноминации относительно того, насколько допустима степень изменений в «Свидетельствах» при их переработке.

В ходе приготовления к переизданию «Свидетельств» члены сессии Генеральной конференции в 1883 г. пришли к выводу, что «просвещение разума пророка в процессе инспирации совершается через передачу мыслей, а не (за редким исключением) самих слов, которыми должна быть выражена идея» (Ревью энд Геральд, 27 ноября 1883 г.). Но руководители Церкви, хотя теоретически и признавали инспирацию мысли, с трудом соглашались с ней на практике. В итоге Елена Уайт вынуждена была отказаться от многих поправок, внесенных ею в первоначальный текст «Свидетельств» с той целью, чтобы ее предложения были лучше сформулированы и точнее выражали ее мысли. Следовательно, опубликованные тома не получились такими, какими она хотела их видеть.

Помимо первых автобиографических брошюр и «Свидетельств», третий этап в писательской деятельности Елены Уайт имел место между 1858 и 1864 гг., когда создавались четыре тома трудов под названием «Духовные дары». Хотя эти книги содержали некоторый автобиографический материал, советы по здоровью, а также отдельные выдержки из ранних «Свидетельств», их основное значение заключалось в первом описании великой вселенской борьбы между добром и злом. Так, первая книга, появившаяся в результате видения в марте 1858 г. в местечке Ловетс Гроув, штат Огайо, носила название «Великая борьба Христа и Его ангелов с сатаной и его ангелами». Эта небольшая книга стала предшественницей нашего настоящего издания «Великой борьбы» (1911 г.). Подобным образом в 3–м и 4–м томах «Духовных даров» описан патриархальный период библейской истории и впервые представлен материал, ныне содержащийся в «Патриархах и пророках». В «Духовных даpax» мы находим основные идеи, которые впоследствии были развиты автором в четырех томах «Духа пророчества» (1870—1884 гг.) и в конце концов преобразованы в пятитомную серию «Конфликт веков» (1888—1917 гг.).

Последней значительной областью литературной деятельности Елены Уайт между 1850 и 1890 гг. являются книги о санитарной реформе. Мы поговорим об этом позднее, в ходе обсуждения вклада г–жи Уайт в адвентистскую концепцию здорового образа жизни.

Получение и передача видений Елены Уайт — сложная тема (подобно многим другим, описанным в этой книге), и здесь мы можем только вкратце коснуться ее. В предлагаемой главе мы не станем детально рассматривать этот сложный вопрос, а просто изложим отдельные основные принципы, которые помогут нам понять данную тему.

В 1860 г. миссис Уайт писала, что ей часто задают вопросы относительно ее состояния во время видения и после завершения видения. В ответ она сказала: «Когда Господу угодно дать мне видение, Он переносит меня в присутствие Иисуса и ангелов, и земное перестает существовать для меня. Я могу видеть не больше того, что ангел показывает мне. Часто мое внимание направляется на сцены, происходящие на земле.

Иногда я переношусь в далекое будущее, и мне бывает показано, что тогда произойдет. Потом мне вновь открываются события прошлого. После того, как завершается видение, я не сразу вспоминаю то, что видела. Происшедшее не кажется мне ясным, пока я не начинаю записывать открытое в видении. Тогда содержание видения ясно встает передо мной, и я могу описывать его свободно. Иногда после окончания видения полученное мною остается для меня сокрытым, и я ничего не могу вспомнить, пока не оказываюсь перед обществом, к которому относится это видение. Тогда виденное всплывает передо мной с поразительной ясностью. Я настолько же зависима от Духа Божьего при устной передаче или описании видения, как и при его получении. Я не могу вспомнить виденное, если Господь не воскресит этого в моей памяти в то время, когда Ему будет угодно, чтобы я рассказала или написала об этом» (Духовные дары, т. 2, с. 292, 293).

Подобным образом несколько лет спустя пророчица сказала, что была «так же зависима от Духа Господня в описании видений», как и при их получении. «Однако, — добавила она, — виденное мною я описываю своими словами» (Избранные вести, т. 1, с. 37). С другой стороны, г–жа Уайт подчеркивала, что временами, когда она затруднялась выразить свою мысль словами, Бог подсказывал ей самое точное слово, и тогда она выражалась «ясно и отчетливо» (Письмо 127, 1902 год).

Следовательно, по мнению Елены Уайт, ее опыт был подобен опыту библейских пророков — наблюдалось взаимодействие человеческого и Божественного элементов. Бог давал ей видения и помогал передавать их людям. С другой стороны, она описывала видения своими словами за исключением тех случаев, когда, согласно ее заявлению, она получала точные слова от Бога. Последнее, судя по ее утверждению, происходило сравнительно редко.

Мы не должны думать, что все, написанное Еленой Уайт, было непосредственно связано с видением. Например, в одном из своих ранних автобиографических произведений она заметила: «Работая над следующими страницами, я трудилась в крайне неблагоприятных условиях, потому что могла положиться только на свою память, поскольку не вела дневник в течение нескольких лет. В некоторых случаях я посылала рукописи друзьям, присутствовавшим во время описываемых событий, чтобы те проверили рукописи, прежде чем они будут отданы в печать» (Духовные дары, т. 2, с. iii). E. Уайт продолжала показывать, что многие даты восстановила благодаря просмотру своих ранних писем. Короче говоря, для восстановления воспоминаний она пользовалась методами историка, а также своей памятью.

Историческое исследование прослеживается в написании «Великой борьбы» (1888 г.). В этой книге автор свободно цитировал историков не столько для придания авторитета своему труду, сколько потому, что их высказывания предоставляли «готовый и убедительный материал по данной теме» (Великая борьба, с. xii).

Поэтому во время пересмотра «Великой борьбы» в 1911 году сын Е. Уайт обратил внимание руководителей Генеральной конференции на то, что «мать никогда не претендовала на обладание широкими познаниями в истории. То, что она писала, было констатацией предоставленных ей фактов относительно поступков людей и влияния этих поступков на работу Божью ради спасения человечества, а также описанием событий прошлого, настоящего и будущего в свете этой работы. В связи с этим она использовала достоверные, не вызывающие сомнений исторические материалы, желая ясно показать читателю то, что она старается представить». У. К. Уайт продолжал отмечать, что чтение церковной истории «помогло матери поместить в хронологической последовательности и описать многие события и действия, показанные ей в видении» (Избранные вести, т. 3, с. 437). Итак, исследования Е. Уайт помогли ей восполнить исторический фон и контекст событий, показанных в откровении.

Елена Уайт использовала книги других авторов не только при описании истории. В результате постоянного чтения она использовала при передаче своей вести как идеи, так и язык других писателей, когда чувствовала, что не сможет сказать лучше.

Итак, У. К. Уайт заметил, что его мать не только много читала о жизни Христа у других авторов, но «восхищалась языком, которым разные писатели раскрывали читателям сцены, показанные ей Богом в видении, и ей было… приятно, удобно ради экономии времени использовать их язык полностью или частично в передаче тех истин, которые были открыты ей и которые она желала передать своим читателям» в книге «Желание веков» (Избранные вести, т. 3, с. 460). Аналогичные замечания могут быть сделаны в отношении других произведений Елены Уайт. Подобно тому как библейские пророки использовали в своих книгах литературные и исторические документы, так поступала и г–жа Уайт (см. например, Чис. 21:14, 15; 1 Пар. 29:29; Лк. 1:1–4; Иуд. 14, 15). Инспирация не всегда подразумевает то, что написанное автором является первоисточником. С другой стороны, инспирация претендует на Божье водительство в пророческом изложении и подборе материалов.

Следует отметить, что Елена Уайт не использовала источники автоматически. Напротив, она выбирала те мысли и те фразы, которые гармонировали с ее видением истины, и избегала идей и слов, не соответствовавших ее вести.

Если осознать, что не все ее советы отдельным лицам и Церкви в целом брали свое начало в особых видениях для конкретной ситуации, то раскроется еще один аспект служения пророчицы Божьей. Она сравнивала свой опыт с опытом апостола Павла, который узнал о христианских принципах и опасностях, грозящих Церкви, в общем и широком смысле через видения, полученные раньше. В итоге апостол смог оценить события, происходящие в Церкви, с Божественной проницательностью, хотя он не имел специального видения в связи с особой ситуацией. Вот почему г–жа Уайт написала: «Господь не дает видений по поводу каждой опасности, которая только может возникнуть». Часто Его метод заключается в том, чтобы «внушить Своим избранным слугам нужды и опасности, подстерегающие как Его дело, так и отдельных людей, и возложить на этих служителей обязанность советовать и предупреждать» (Свидетельства для Церкви, т. 5, с. 684, 685). Большая часть ее советов, видимо, попадает под вторую категорию, в которой Божественные принципы, первоначально данные в видении, нашли свое выражение посредством влияния Святого Духа в широком спектре определенных ситуаций, где эти принципы могли быть применены.

Важной сферой развития движения адвентистов седьмого дня в 1850–х годах, в которой Елена Уайт играла решающую роль, была церковная организация. Вообще говоря, участники миллеритского движения негативно относились к самой идее организации по нескольким причинам. Во–первых, времени оставалось мало, и миллериты считали, что они не нуждаются в организации, так как Иисус скоро придет.

Во–вторых, такое отношение миллеритов к организации объяснялось их прошлой принадлежностью к движениям, принципиально не воспринимавшим никакой, разве что самой скромной формы организации. Одним из таких движений было Христианское объединение. Иосиф Бейтс, Джеймс Уайт и несколько ведущих миллеритов принадлежали к этому движению.

Третья причина неприятия церковной структуры со стороны миллеритских групп после 1844 г. объясняется их исключением в 1843 и 1844 гг. из церковных организаций, к которым они ранее принадлежали. Большинство миллеритов вследствие своих переживаний пришли к выводу, что церковная организация является наследием зла. В результате Джордж Сторрз (известный лидер миллеритского движения) написал в 1844 г., что «ни одна церковь не может быть организована человеком, ибо она становится Вавилоном в тот момент, когда приобретает очертание организации» (Полночный крик, 15 февраля 1844 г.).

Вследствие подобных взглядов все постмиллеритские группы были против создания церковных организаций. Никто из них так и не сделал этого до начала 1860–х годов, и единственными образовавшими организованную структуру, были адвентисты, соблюдавшие субботу.

Елена Уайт и ее муж стали главными инициаторами развития организации Церкви адвентистов седьмого дня в 1860–х годах. Пытаясь трудиться вместе с верующими, объединенными общей доктринальной платформой, Уайты вскоре пришли к выводу, что необходим «евангельский порядок», как они называли его. В противном случае адвентистов ждал хаос, характеризовавший постмиллеритский адвентизм в конце 1840–х и начале 1850–х годов.

Самые ранние заметки Елены Уайт на эту тему появились в декабре 1850 г.: «Я видела, что на небе все было в совершенном порядке. Ангел сказал: «Посмотри, Христос — Глава; двигайтесь упорядоченно, двигайтесь упорядоченно. Будьте целеустремленны. Посмотри и уразумей, как совершен, как прекрасен порядок на небесах; следуйте ему»» (Елена Уайт, Рукопись 11, 1850 год).

Между 1850 и 1854 гг. адвентисты, соблюдающие субботу, быстро выросли численно, собрав в свои ряды многих верующих, переживших разочарование, связанное с ожиданием Второго пришествия. Однако они столкнулись с проблемой отсутствия квалифицированных проповедников и с необходимостью церковной дисциплины по отношению к тем верующим, которые не стремились к единству в церкви.

Именно в этой ситуации в начале 1854 г. Елена Уайт опубликовала знаменательную статью под названием «Евангельский порядок». «Господь, — писала она во вступлении, — показал мне, что многие братья относятся к евангельскому порядку с боязнью и пренебрежением. Нужно избегать всякого формализма, но при этом не следует пренебрегать порядком. На небе царит стройный порядок. Порядок царил и в Церкви, когда Христос жил на земле, а после Его вознесения за порядком строго следили апостолы. И сейчас, в эти последние дни, когда Бог приводит Своих детей в единство веры, порядок нужен, как никогда прежде. Ибо пока Бог объединяет Своих детей, сатана и его злые ангелы всеми силами мешают этому единению, стараясь уничтожить его» (Ранние произведения, с.97).

Обратите внимание, Елена Уайт связывала церковную организацию с миссией адвентистов седьмого дня приготовить людей к последним дням земной истории. Следовательно, она связала организацию с эффективной миссионерской деятельностью. Организация была не самоцелью, а средством достижения цели.

В течение 1850–х годов супруги Уайт совместно боролись за то, чтобы субботствующие адвентисты создали Церковную организацию. Но в собственном движении они постоянно наталкивались на сопротивление со стороны известных руководителей. Так, Р. Ф. Коттрелл высказывал свое мнение: «Неверно «делать себе имя», так как это желание лежит в основании Вавилона. Я не думаю, что Бог одобрит его» (Ревъю энд Геральд, 22 марта 1860 г.).

Джеймс и его супруга не согласились с Коттреллом и силами, направленными против организации, и открыто встретили их вызов. Они видели слишком много отрицательных последствий отсутствия церковной организации и порядка. В ответ на рассуждения, направленные против организации, Елена Уайт сказала: «Мне были показаны опасения некоторых братьев относительно того, что наши церкви станут Вавилоном, если у них появится официальная организация; но именно те, кто находится в центре штата Нью–Йорк, представляют собой настоящий Вавилон, подлинное замешательство. Если церкви уже теперь не будут организованы таким образом, чтобы сохранять и поддерживать порядок, они рассеются и исчезнут. Слишком долго мы держались учений, способствовавших разобщению… Если служители Божьи займут одинаковую позицию и будут решительно отстаивать ее, Божье стадо сплотится… Тогда в рядах чтущих субботу появится сила и крепость, намного превосходящая все, что мы до сих пор видели» (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 270, 271).

Борьба за организацию, которую так упорно вели Елена Уайт и ее муж между 1861 и 1863 гг., наконец окончилась победой. К 1863 г. под началом Генеральной конференции разные церкви и местные конференции были объединены в единое тело — Церковь адвентистов седьмого дня. Это организационное событие обеспечило небольшую пока группу адвентистов седьмого дня структурой, которая в дальнейшем помогла им окрепнуть и на рубеже веков вырасти в самую крупную адвентистскую организацию. Однако к этому времени организация уже переросла структуру, созданную в 1863 году. Адвентизм отчаянно нуждался в реорганизации, поскольку ожидался постоянный рост.

В 1901 и 1903 гг. Елена Уайт снова была (как мы увидим это в нашей следующей главе) в центре движения по реорганизации Церкви ради эффективного выполнения ее миссии. Она продолжала считать, что для расширения Церкви и проповедования Евангелия по всей земле решающим фактором должна стать действенная церковная организация. В отличие от некоторых коллег по служению она не путала поверхностную и устаревшую структуру с динамичной организацией, необходимой Церкви, чтобы объединить в своих рядах людей в ожидании Второго пришествия.

Одно из самых важных видений, оказавших влияние на формирование адвентизма, имело место 5 июня 1863 г. «Я видела, — рассказывала Елена Уайт на следующий день, — что наша священная обязанность — заботиться о своем здоровье и побуждать к этому других… на нас возложена задача говорить, выступать против невоздержания любого рода — невоздержания в работе, еде, употреблении лекарств, а затем указать на Божье великое целительное средство — воду, чистую мягкую воду для лечения болезней, для обретения здоровья, для поддержания чистоты и для удовольствия… Я видела, что мы не должны молчать относительно вопросов здоровья, но побуждать наш ум к размышлению о них (Избранные вести, т. 3, с. 279).

Обратите внимание — санитарная реформа не стала для адвентистов седьмого дня только их личным делом. Она имела социальное и миссионерское значение. Это стало очевидным в декабре 1865 г., когда Елена Уайт получила второе важное видение о санитарной реформе. Оно призывало адвентистов учредить свой собственный центр здоровья. Целью подобного учреждения было обеспечение адвентистов местом, где они могли бы не только поправлять свое здоровье в духовной, благоприятной атмосфере, но и «учиться заботиться о своем здоровье и предотвращать болезни» (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 553), а также оказывать влияние на неадвентистов.

«Когда неверующие попадут в учреждение, предназначенное для успешного лечения болезней и возглавляемое врачами, чтущими субботу, — писала г–жа Уайт, — они испытают непосредственное влияние истины. Когда они познакомятся с нашим народом и нашей верой, то избавятся от своих предрассудков, и это знакомство произведет на них благоприятное впечатление. Оказавшись таким образом под благотворным влиянием истины, некоторые люди не только освободятся от телесных недугов, но и обнаружат целительный бальзам для своих душ, израненных грехом… Одна такая драгоценная спасенная душа стоит больше, чем все средства, необходимые для организации лечебного учреждения» (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 493).

Полученное 25 декабря 1865 г. видение не только выявило необходимость в лечебном учреждении, но и соединило санитарную реформу с теологией адвентизма, указывая, что «санитарная реформа — часть вести третьего ангела и что она связана с ней так же тесно, как рука с телом». Санитарная реформа, по убеждению Елены Уайт, должна была выполнять подготовительную функцию. Она была предназначена приготовить Божий народ к «громкому кличу третьего ангела» и помочь ему «приготовиться к переселению на небо» (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 486). Другими словами, санитарная реформа — это орудие в деле приготовления адвентистов ко Второму пришествию. Подобно церковной организации, санитарная реформа является средством выполнения цели, а не самоцелью.

Но отдельные проповедники и часть верующих, вероятно, упустили из виду этот аспект ее учения и с восторгом увлеклись вестью о санитарной реформе. В результате через несколько месяцев Елена Уайт тщательно исправляла всякие ложные представления по данному вопросу. Она писала: «Санитарная реформа тесно связана с проповедью вести третьего ангела, но это не сама весть. Нашим проповедникам следует преподавать санитарную реформу, однако им не надо преподавать ее вместо вести. Ее место — среди тем, помогающих готовиться к событиям, о которых возвещает эта весть». Среди различных тем «приготовления», — писала она, — санитарная реформа должна занимать «видное» место (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 559).

Вышеприведенный совет имеет решающее значение, так как некоторые адвентисты склонны к проявлению крайностей в вопросах санитарной реформы, а другие отвели ей центральное место в вести, возвещаемой Церковью. Г–жа Уайт вынуждена была всю оставшуюся жизнь приводить доводы против таких искажений ее учения. Для нее санитарная реформа не являлась центром адвентистской вести, поскольку она должна была только приготовить людей ко Второму пришествию.

Плоды учения Елены Уайт по вопросам здорового образа жизни имеют широкое распространение и непреходящее значение. Ее наставления привели к изменению образа жизни адвентистов и со временем способствовали значительному улучшению здоровья членов Церкви христиан адвентистов седьмого дня. К сожалению, многие, считавшие себя последователями ее советов, впадали в крайность в том или ином вопросе, но Е. Уайт призывала к уравновешенности, а не к крайностям. По ее мнению, существует восемь естественных средств лечения: «чистый воздух, солнечный свет, воздержание (умеренность), отдых, физические упражнения, надлежащее питание, употребление воды и доверие Божественной силе» (Служение исцеления, с. 127). Для хорошего здоровья требуется сбалансированное использование каждого из этих средств и избежание крайностей.

Видение 1865 года о санитарной реформе привело к немедленным последствиям. На четвертой сессии Генеральной конференции в мае 1866 г. Елена Уайт говорила о необходимости создания адвентистского лечебного учреждения. Церковь ответила на призыв, открыв 5 сентября 1866 г. Западный институт здоровья в Батл–Крике, штат Мичиган, и начав в том же году выпуск периодического издания «Реформатор здоровья», посвященного вопросам здоровья.

1876 год был ознаменован тем, что 24–летний Джон Харви Келлог был назначен на пост главного администратора Западного института здоровья. Под руководством Келлога институт превратился в санаторий Батл–Крик. На рубеже веков он достиг известности за рубежом. К середине 1990–х это прежде единственное учреждение создало сеть из 152 больниц, 330 диспансеров, клиник, медицинских кабинетов, 95 домов для престарелых и сирот с общим капиталом почти в 5 миллиардов долларов. Таковы были некоторые последствия видений Елены Уайт, вдохновивших адвентистов седьмого дня.

Прежде чем закончить рассмотрение вопроса о санитарной реформе, следует заметить, что идеи Елены Уайт относительно здорового образа жизни не были уникальны. Она преподнесла их в контексте реформационного движения в области здоровья, уже известного в это время в США. Видения Елены Уайт показали адвентистам их роль в более широком движении за здоровый образ жизни и дали им духовный стимул заботиться о своем здоровье и распространять весть посредством своих учреждений. Сам факт плохого состояния здоровья адвентистских руководителей в начале и середине 1860–х годов, усилил этот стимул. Джеймс Уайт и несколько других ведущих руководителей были в это время слабы здоровьем, и некоторые из них, в том числе и Уайты, посетили центр здоровья, действующий в Дэнсвилле, штат Нью–Йорк, до открытия собственного учреждения в Батл–Крике. Весть о здоровом образе жизни была в первую очередь необходима адвентистскому руководству, и оно соответственно на нее откликнулось.

Следует отметить, что адвентистам были известны учения более крупного современного им движения за здоровый образ жизни. Они не только посещали некоторые учреждения, созданные в рамках этого движения, но и познакомились с некоторыми публикациями. Подобная осведомленность особенно заметна в книге «Здоровье как образ жизни», изданной Джеймсом Уайтом в 1865 г. Она содержит статьи многих ведущих сторонников санитарной реформы, а также шесть статей о здоровье, написанных его супругой.

С 1863 г. вопросы здоровья и сопутствующие им темы занимали значительное место в трудах Елены Уайт. Возможно, ее самой важной книгой на эту тему стала книга «Служение исцеления» (1905).

Всемирная миссионерская деятельность адвентизма — это третья особо важная область, где Елена Уайт давала советы адвентистам седьмого дня в период с 1850 по 1888 гг. Принимая во внимание теперешнюю широкомасштабную миссионерскую деятельность деноминации, трудно представить себе, что первые адвентисты были противниками миссионерской деятельности. По примеру Уильяма Миллера адвентисты, соблюдавшие субботу, в начале 1850–х годов верили, что дверь благодати закрыта, а их миссионерская деятельность для мира полностью завершилась. Так, в декабре 1844 г. Миллер заявил: «Мы только ободряем друг друга (то есть других адвентистов) быть терпеливыми» до пришествия (Адвентистский вестник, 11 декабря 1844 г.). Определенно такой же была позиция Джеймса Уайта и Иосифа Бейтса во «время собирания рассеянного стада», когда они трудились исключительно среди прочих бывших миллеритов, чтобы привести их в ряды адвентистов, соблюдавших субботу.

Тогда и Елена Уайт разделяла это мнение. Позднее она писала: «После того, как минул 1844 год, я считала, что грешники больше не будут обращаться». Однако она поспешила добавить, что «никогда не имела видения о том, что не будет обращения грешников» (Избранные вести, т. 1, с. 74).

Напротив, несколько ее видений четко показывали противоположное тому, во что она сознательно верила. Например, в видении, описанном в ноябре 1848 г., она предсказала, что небольшая газета ее мужа будет «малой вначале», но в конце концов превратится в «потоки света, очищающие весь мир» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 125). Подобным образом в июле 1850 г. она написала, что «не слышавшие адвентистское учение 1840–х годов и отвергшие его воспримут его и займут место противившихся этому учению и оставивших» ряды адвентистов, соблюдающих субботу (Елена Уайт, Опубликованные рукописи, т. 18, с. 13).

В тот ранний период ни Елена Уайт, ни ее собратья по вере полностью не понимали миссионерской направленности ее видений. Как она написала впоследствии, «наши братья не могли понять этого», учитывая «нашу веру в безотлагательное явление Христа. Некоторые, особенно фанатично настроенные, обвиняли меня, будто я говорю, что Господь откладывает Свое явление» (Избранные вести, т. 1, с. 74). Только постепенно адвентисты седьмого дня пришли к пониманию своей миссии в этом мире. Этот переходный период имел место между 1850–ми и 1860–ми годами.

Около 1863 г. Джеймс Уайт пришел к выводу, что адвентисты действительно получили «всемирную весть». Но у них не было служителей для работы за рубежом. С другой стороны, в Европу были переправлены публикации, и деятельность служителя М. Б. Чеховского -адвентиста седьмого дня польского происхождения, который возвратился в Европу, не имея финансовой поддержки субботствующих адвентистов Америки, привела к появлению нескольких церквей христиан адвентистов седьмого дня вдоль атлантического побережья уже в конце 1860–х. Это обстоятельство в свою очередь вызвало в 1869 году интерес адвентистских руководителей Северной Америки к миссионерской деятельности за рубежом. Но ничего конкретного в тот момент не произошло.

В декабре 1871 г. Елене Уайт было дано видение, послужившее стимулом растущему интересу адвентистов седьмого дня к всемирной миссии. Она видела, что деноминация проповедовала «жизненно важные истины», назначение которых было «испытать мир». Следовательно, молодым адвентистам надлежало освоить «другие языки, чтобы Бог мог использовать их как посредников в передаче Его спасающей истины другим народам».

Деноминация должна была посылать в другие страны не только свои публикации, но и «живых проповедников». «Миссионерам, — говорила Елена Уайт, — необходимо идти к другим народам, чтобы проповедовать истину старательно и тщательно». Адвентистская «весть предостережения» должна «возвещаться всем народам». «Мы не должны терять ни мгновения. Если раньше мы были беспечны в этом вопросе, то теперь должны добросовестно наверстать упущенное время, чтобы наши одежды не были запятнаны чужою кровью» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 203—206).

Летом 1873 г. Джеймс Уайт предложил, чтобы Джон Невинс Андрюс поехал в Европу как первый официальный миссионер деноминации, но этого не произошло.

Елена Уайт начала разделять глобальное видение миссионерской деятельности, высказываемое ее мужем. В апреле 1874 г. она видела «впечатляющий сон», который помог развеять оставшиеся у адвентистов сомнения относительно миссионерской деятельности за рубежом. «Вестник», явившийся ей во сне, дал мешкающим адвентистским руководителям следующее наставление: «У вас слишком ограниченные представления о работе в настоящее время… Ваше видение должно быть более широким… Ваш дом — это весь мир… Весть достигнет всех уголков земли: Орегона, Европы, Австралии, островов моря, всех племен, языков и народов». Ей «было показано», что миссия Церкви значительнее того, «что представляют себе наши братья, о чем они помышляют и что планируют». В итоге г–жа Уайт призвала к более сильной вере, проявляющейся в действии (Очерки жизни, с. 208—210).

Прошло два десятилетия, прежде чем церковные руководители начали понимать, что видение Елены Уайт в 1874 г. имеет прямое отношение к миссионерской деятельности. Они приняли решение послать Андрюса в Швейцарию, «как только это будет осуществимо» (Ревью энд Геральд, 25 августа 1874 г.). Андрюс отправился на новое место в сентябре. С этого времени Церковь адвентистов седьмого дня постоянно посылала поток миссионеров во все уголки земли. К началу 1995 г. Церковь провела программы в 208 из 236 стран мира и проповедовала весть на 732 языках.

Елена Уайт не была просто теоретиком миссионерского движения. Она стала его непосредственной участницей. Ее миссионерская деятельность началась в далекой Калифорнии, где она с мужем много сделала, чтобы поставить зарождающуюся адвентистскую Церковь западного побережья на твердое основание.

Ее первая миссионерская деятельность по ту сторону океана продолжалась с 1885 по 1887 гг. В это время она и ее сын У. К. Уайт много сделали, чтобы укрепить и направить развивающуюся миссионерскую деятельность в Европе. Ее основная канцелярия была расположена в Базеле, Швейцария, а сама г–жа Уайт много путешествовала, начиная от Италии и до Скандинавии, чтобы наставлять как членов Церкви, так и руководителей.

Верующие адвентисты в Англии первыми воспользовались результатами ее служения. Е. Уайт провела в этой стране несколько недель, разрабатывая специальную программу для работы с огромным населением Лондона. Из Англии г–жа Уайт отправилась в Швейцарию, где она встречалась с церковными руководителями на ежегодных совещаниях недавно организованного Европейского Совета христиан адвентистов седьмого дня.

В целом она встречалась и беседовала с верующими восьми европейских государств — Англии, Швейцарии, Голландии, Швеции, Норвегии, Франции, Германии и Италии. Ее деятельность в Европе совершалась в важный период развития адвентизма в этой части мира, так как Церковь в Европе достигла такой стадии, что появилась необходимость в более адекватном планировании, расширении ее структурной основы и создании учреждений. Елена Уайт приняла участие в этом планировании. Более того, она стала популярным докладчиком в области воздержания в ходе выступлений в нескольких европейских государствах.

Последнее путешествие Елены Уайт за границу длилось с 1891 по 1900 гг., в течение которого она осуществляла важное руководство вновь образованными миссиями в Австралии и Новой Зеландии. В следующей главе мы рассмотрим некоторые результаты деятельности тех лет.

Между тем нам необходимо исследовать роль Елены Уайт на ранней стадии развития адвентистского образования. К началу 1970–х годов образование стало важным \ для Церкви. Ведь если Церковь собирается посылать миссионеров, она должна их где–то научить хотя бы основам миссионерства.

Не случайно, что в один и тот же год адвентисты седьмого дня открыли свой первый колледж и послали за рубеж своего первого миссионера. К 1874 г. Церковь АСД нуждалась в образованных работниках как в США, так и за границей.

Но эта необходимость в образовании не всегда понималась. Фактически образование было последней программой в рамках деноминации. Учреждение издательства в 1849 г., создание централизованной церковной организации в 1863 г., принятие успешной программы по здоровому образу жизни в 1866 г. — все это предшествовало программе образования.

Первые субботствующие адвентисты с неодобрением смотрели на официальное школьное образование. В конце концов, рассуждали они, «зачем посылать детей в школу, если мир скоро придет к концу, и они никогда не вырастут, чтобы воспользоваться плодами добытого тяжким трудом образования?» Многие из первых субботствующих адвентистов даже считали, что позволение детям посещать школу указывало на недостаток веры в близость пришествия Христа. Следовательно, в 1850–е и 1860–е годы школьное образование не было важным вопросом, хотя адвентисты уже основали несколько начальных школ, просуществовавших некоторое время. Другие верующие посылали своих детей в общественные школы.

Учитывая недостаточный интерес к столь важному вопросу, совершенно не удивительно, что г–жа Уайт не писала статей по школьному образованию в течение первых 28 лет ее пророческого служения. Но эта позиция изменилась в 1872 г., когда руководители Церкви основали в Батл–Крике школу, переросшую в колледж два года спустя.

В 1872 г. Елена Уайт написала для школы, образованной в Батл–Крике, очерк «Правильное воспитание» (опубликованный в Свидетельстве для Церкви № 22). «Правильное воспитание» оказало влияние на преподавателей–адвентистов, потому что они справедливо рассматривали этот очерк как руководство в вопросах адвентистского образования. В нем Елена Уайт указывала на необходимость «физического, умственного, нравственного и религиозного воспитания детей» (Принципы христианского воспитания, с. 15). Понятие о гармоничном воспитании личности было отражено во всех произведениях г–жи Уайт на эту тему на протяжении следующих 40 лет.

В «Правильном воспитании» подчеркивается также тот факт, что адвентисты должны быть «реформаторами» в области образования. В этой публикации содержится рассуждение о разнице между дрессировкой животных и обучением людей, о дисциплине как о самообладании, раскрывается необходимость внимательного изучения вопросов здорового образа жизни, исследования Библии и приобретения «общего образования», а также дается совет приучать молодых людей к физическому труду в сочетании с учебной программой, чтобы они могли упражнять тело и ум и готовиться к практической деятельности.

«Правильное воспитание» подвергло критике непрактичное книжное образование тех времен, делавшее молодых людей «образованными тупицами». С другой стороны, оно отвергало мнение, будто невежество является признаком кротости и духовности. Елена Уайт высказала мысль, что «лучше всего истины Божественного слова может оценить мыслящий христианин. Христос лучше всего может быть прославлен человеком, который служит Ему разумно» (Принципы христианского воспитания, с. 44, 45).

Ее изложение философии, призванной укреплять адвентистское образование, относилось, конечно, к передовому направлению в американском образовании. Елена Уайт своими советами стремилась оградить Церковь от влияния греческой и латинской классики, веками преобладавшей в западном среднем и высшем образовании. «Правильное воспитание» содержало советы по здоровому образу жизни, много идей по критическим вопросам реформы. Следовательно, хотя представления Е. Уайт опередили всеобщие методы образования ее дней, тем не менее ее предложения и программа не были уникальными. Скорее, они находились в соответствии с идеями и программами других реформаторов в области образования.

К сожалению, ни руководители в области образования, ни церковное руководство в ранний период адвентизма полностью не понимали проблемы традиционного образования и того, как осуществлять реформу образования. В результате адвентистский колледж в Батл–Крике превратился в традиционное учебное заведение с классической направленностью, так и не осуществившее реформаторской программы Елены Уайт.

Оставаясь классическим учебным заведением, не применившим принципы реформы, колледж в Батл–Крике все же выполнял некоторые задачи, но в нем случилось нечто совершенно неожиданное — он исключил из программы серьезное изучение Библии. Около 1881 г. учебное заведение пережило самый тяжелый кризис. Незадолго до этого директором учебного заведения стал человек новообращенный. Новый человек не только не интересовался вопросами реформы образования, но и не проявлял особого интереса к идеалам христиан адвентистов седьмого дня.

Это обстоятельство побудило Елену Уайт написать сильную весть под названием «Наш колледж», которая была прочитана перед руководством колледжа и Генеральной конференции в декабре 1881 года. В ней Елена Уайт отчетливо заявила, что колледж в Батл–Крике не выполняет своего назначения. Изучение гуманитарных и естественных наук, утверждала она, необходимо, но «исследование Писаний в нашей системе образования должно стоять на первом месте» (Свидетельства для Церкви, т. 5, с. 21).

Если изучение Библии, поставленное в центр учебной программы, сделало учебное заведение непопулярным, заявила г–жа Уайт, то студенты, согласные с этим, должны «перейти в другие колледжи», больше соответствующие их вкусам. «Если в нашем учебном заведении светское влияние возобладает, тогда продайте колледж мирским людям, и пусть они полностью им распоряжаются. А те, кто вкладывал средства в это церковное учреждение, откроют новое учебное заведение, которое будет руководствоваться не программами известных колледжей, не желаниями и вкусами руководства и преподавателей, а планом, установленным Самим Богом… Бог заявил о Своем намерении иметь один колледж в стране, в программе которого Библия будет занимать надлежащее место в воспитании молодежи» (Свидетельства для Церкви, т. 5, с. 25, 26).

Однако, несмотря на все усилия церковного руководства и Елены Уайт, положение дел в Батл–Крикском колледже в начале 1882 г. ухудшилось. Фактически оно стало настолько безнадежным, что совет попечителей среди всеобщего замешательства и внутренних разногласий принял решение закрыть учебное заведение на 1882/1883 учебный год.

Перед тем как вновь открыть учебное заведение, попечители приняли решение осуществлять образовательный процесс в колледже «по плану, который будет во всех аспектах соответствовать свету, посланному Богом» в Свидетельствах (Ревью энд Геральд, 22 января 1883 г.). В восстановленном колледже все больше и больше прилагалось усилий, чтобы действовать по принципам, изложенным Еленой Уайт. Это также осуществилось в новых адвентистских школах, открытых в 1882 г. в Южном Ланкастере, штат Массачусетс (позднее Атлантический унионный колледж) и в Хельдсбурге, штат Калифорния (позднее Тихоокеанский унионный колледж). Все эти три учреждения всеми силами пытались осуществить образовательную программу в соответствии с принципами реформы. Но ни одному из них на тот момент не удалось решить эту задачу частично из–за непонимания радикальной природы необходимых реформ. Основательная реформа произошла лишь в 1890–х годах, и снова Елена Уайт оказалась непосредственной участницей событий. В следующей главе мы вернемся к этой теме.

Жизнь Елены Уайт состояла не только из публичного служения. Ее семейная жизнь, как и жизнь всех семей, имела радостные и печальные стороны.

У Елены и Джеймса родились четыре сына — Генри Николе (1847 г.), Джеймс Эдсон (1849 г.), Уильям Кларенс (1854 г.) и Джон Герберт (1860 г.). Эдсон и Уилли дожили до старости, трудясь для Церкви как адвентистские служители, хотя в свои молодые годы Эдсон причинял своим родителям много боли и беспокойства. В конечном счете Эдсон посвятил свою жизнь христианскому служению, когда минуло четвертое десятилетие его жизни. Он сделал значительный вклад в евангелизацию темнокожего населения на юге США. Уилли после смерти отца стал помощником матери и ее правой рукой. Джон Герберт умер в возрасте 3 месяцев, а Генри умер от воспаления легких в 16–летнем возрасте.

Из жизнеописания Елены Уайт явствует, что она была заботливой матерью, наслаждавшейся общением со своими детьми. Как и следовало ожидать, ее глубоко интересовало их духовное развитие. Пение и другие элементы духовного становления и формирования характера являлись повседневной частью жизни семьи Уайт. Г–жа Уайт много читала детям и с ранних лет привила им любовь к природе и естественной красоте. Мальчики были совершенно разными и как «нормальные» братья, они любили друг друга, иногда завидовали друг другу и даже ссорились. Уайтов не назовешь совершенными родителями, но они были заботливыми, и эту заботу дети ощущали. Письма их матери полны беспокойства и советов, когда она убеждала их оставаться «хорошими ребятами», любить Иисуса и в дальнейшем.

Одним из самых величайших испытаний для Елены Уайт были ее вынужденные разлуки с сыновьями из–за частых и длительных поездок. В эти периоды она оставляла мальчиков близким друзьям, которые могли создать для детей столь необходимое христианское окружение. Однажды Елена Уайт написала: «Для меня разлука с ребенком была суровым испытанием, но мы не позволяли своей привязанности к сыну увлечь нас с пути долга. Иисус отдал Свою жизнь за наше спасение. Любая наша жертва в сравнении с Его жертвой ничего не стоит (Очерки жизни Едены Уайт, с. 110). В ее произведениях часто выражаются подобные чувства.

Однако г–жа Уайт не была столь хладнокровной, как можно судить по ее высказыванию. Подобно нам, она мучилась сомнениями, часто размышляла, стоила ли жертва, на которую она шла, оставляя своих детей на чье–то попечение, всех душевных мук и страданий. Не утешало ее и то, что движение адвентистов седьмого дня вначале было таким малым, слабым и на вид незначительным. В 1850 г. Елена Уайт писала, что пролила много слез из–за расставания с детьми. И, мучаясь от одиночества, она выдерживала критику со стороны тех, кто считал ее поездки приятным времяпрепровождением, тогда как критиканы вынуждены были оставаться дома и заботиться о своих семьях. Подобная несправедливость только усугубляла страдания Елены Уайт.

В один из таких мучительных моментов, когда г–жа Уайт была эмоционально истощена и молилась о ниспослании мужества, она, наконец, заснула. Ей приснилось, что к ней подошел «высокий ангел». «Я делаю так мало добра, — излила она свое сердце ангелу, — почему мы не можем жить вместе с нашими детьми и наслаждаться общением с ними?» Ангел ответил, что ее жертва очень важна, если посмотреть на нее глазами веры. Ее работа будет иметь большое влияние, несмотря на кажущуюся в то время маловажность ее служения. «Ты не должна смотреть только на видимое, — заявил ангел, — но обязана направить свой взор на свой долг и на славу Божью, следовать Его открытой воле, и тогда путь перед тобой станет ярче» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 132).

Елена и Джеймс Уайт последовали совету. Влияние их служения было очень существенным, несмотря на трудные, часто приводящие к разочарованиям условия, в которых супруги начали свою работу.

В первые годы их супружества за ними неотступно следовала бедность. Читателю не приходится слишком углубляться в ранние автобиографические заметки Елены, чтобы найти упоминание о взятой взаймы и сломанной мебели, о жизни у других людей и о Джеймсе, бравшемся за любую работу, чтобы поддержать их служение. Даже в середине 1850–х годов, когда Уайты приобрели наконец свой дом, он часто служил гостиницей или даже офисом для других христиан адвентистов седьмого дня, в то время когда они стремились наладить работу адвентистского движения. Лишь постепенно улучшилось материальное положение Уайтов. И впоследствии при каждом новом этапе в развитии адвентизма Уайты стояли среди первых, кто предлагал свои средства на становления деноминации, когда создавались новые учреждения и начиналась работа на новых территориях. Можно смело сказать, что без особого видения, руководства и личной жертвы супругов Уайт сегодня не было бы Церкви адвентистов седьмого дня. Но такая посвященность нанесла тяжелый урон здоровью Джеймса. В августе 1865 г. его сильно разбил паралич, и врачи уже не оставляли надежды на выздоровление.

Джеймс выжил, но с этого момента переутомленный и перегруженный руководитель Церкви переносил последствия подорванного здоровья. Иногда он делался угрюмым и трудным в общении. Однако, несмотря на рецидивы болезни, Джеймс старался оставаться оптимистом и продолжал вносить существенный вклад в развитие адвентистской Церкви и ее учреждений. Он был инициативным администратором в каждом новом начинании Церкви адвентистов седьмого дня в течение всей своей жизни.

Но постоянное переутомление раньше времени состарило его. Он умер в августе 1881 г. в санатории Батл–Крика в возрасте 60 лет. Елена пережила его на 34 года. В течение этого времени она продолжала руководить растущей деноминацией.

Delafield, D. A. Ellen G. White in Europe. Washington, D. C.: Review and Herald, 1975.

Graham, Roy E. Ellen G. White: Co–Founder of the Seventh–day Adventist Church. New York: Peter Lang, 1985, pp. 1–170.

Knight, George R. Anticipating the Advent, pp. 46–70.

Knight, George R., ed. Early Adventist Educators. Berrien Springs, Mich.: Andrews University Press, 1983, pp. 1–94.

Mustard, Andrew G. James White and SDA Organization: Historical Development, 18441881. Berrien Springs, Mich.: Andrews University Press, 1987.

Robinson, Dores Eugene. The Story of Our Health Message. Nashville, Tenn.: Southern Pub. Assn., 1955, pp. 1–284.

Robinson, Virgil. James White, pp. 68–311.

White, Arthur L. Ellen G. White, vol. I, pp. 179–485; vol. 2, vol. 3, pp. 1–384.

White, Ellen G. Life Sketches, pp. 129–308.

В 1888 году Елена Уайт уже не была той молодой женщиной, что получила свое первое видение в декабре 1844 года. Ей исполнился 61 год, и она руководила растущей Церковью адвентистов седьмого дня более четырех десятилетий. Короче говоря, г–жа Уайт была зрелым христианским руководителем.

Однако ее руководство являлось скорее духовным, нежели административным. Она никогда не занимала официального положения в руководящей структуре Церкви, оставаясь старшим советником этого руководства. И хотя со времени смерти мужа Е. Уайт получила удостоверение рукоположенного служителя Церкви адвентистов седьмого дня, она никогда не была рукоположена братьями. Елена Уайт верила, что ее полномочия исходили непосредственно от Бога.

Последние 27 лет жизни пророчицы Божьей (1888— 1915) во многих отношениях были самыми плодотворными годами. В течение указанного времени обретенная ею мудрость во многом помогла стремительно растущей Церкви. В эти годы происходило дальнейшее распространение адвентизма седьмого дня по всему миру, и Елена Уайт лично продолжала работу на международной арене, проведя почти все последнее десятилетие XIX века в южной части Тихого океана.

На протяжении многих лет служения в Церкви на ее долю выпало немало трений и конфликтов. Но самая трудная борьба ждала г–жу Уайт впереди. Она произошла на главной сессии Генеральной конференции, проходившей в Миннеаполисе, штат Миннесота, в октябре–ноябре 1888 года.

Вспоминая сессию 1888 г., Елена Уайт писала: «По Своей великой милости Господь через Ваггонера и Джоунса послал самую драгоценную весть Своему народу. Эта весть должна была еще отчетливее представить миру возвеличенного Спасителя, жертву за грехи всего мира. В ней было представлено оправдание через веру в Поручителя и содержалось приглашение людей принять праведность Христа, которая проявляется в послушании всем Божьим заповедям. Многие потеряли из вида Иисуса. Им необходимо направить свой взор прямо на Его Божественную личность, Его заслуги и Его неизменную любовь к человеческой семье… Весть о Евангелии Его благодати должна быть представлена Церкви ясно и отчетливо, чтобы мир больше не говорил, будто христиане адвентисты седьмого дня говорят только о законе, а не учат о Христе и не верят в Него» (Свидетельства для проповедников, с. 91, 92; курсив мой. — Дж. Н.).

Предпосылкой такой оценки сессии Генеральной конференции в 1888 г. явилось постепенное теологическое смещение, происходившее в адвентизме седьмого дня между 1844 и 1888 гг. Чтобы понять суть этого смещения, нужно согласиться с тем, что адвентистская теология состоит из двух видов связанных между собой истин. Первая категория включает верования, разделяемые с другими христианами, а именно: спасение исключительно по Божьей благодати, сила молитвы, историческая роль Иисуса как Спасителя мира. Вторая категория доктрин включает те учения, которые отличают теологию адвентистов седьмого дня от других церквей. К ним относятся доктрины о седьмом дне, субботе, о состоянии умерших, о служении Иисуса в двух отделениях небесного святилища и о Втором пришествии, предваряющем тысячелетнее царство.

Поскольку адвентисты XIX в. большей частью жили в христианской культуре, они не выделяли те аспекты своей веры, которые разделяли с другими христианами. Зачем, например, проповедовать о благодати баптистам, когда те уже верили в нее? Казалось вполне логичным и важным представлять отличительные адвентистские верования, чтобы убедить людей в таких вопросах, как святость субботнего дня.

Но 40 лет подобного акцентирования привели к своего рода разделению между адвентизмом и основным христианством. К 1888 г. проблема приобрела непомерные масштабы. Елена Уайт видела, что «самая драгоценная весть» Алонзо Т. Джоунса и Эллет Дж. Ваггонера восстановит требуемое равновесие. Надо сказать, что Джоунс и Ваггонер были в то время относительно молодыми служителями из Калифорнии, которые подчеркивали роль Христа и Его спасающей благодати сильнее, чем адвентистские служители того времени.

К сожалению, многие руководители расценили их проповедование как измену адвентистской теологии, а не исправление ее. Подобное видение привело к тому, что признанные руководители деноминации стремились заставить замолчать молодых проповедников. И когда это не удалось, они довольно резко обошлись с ними.

Такая несправедливость поразила Елену Уайт. Она с трудом верила, что руководители Церкви могут проявлять подобное нехристианское поведение в ходе так называемой защиты христианского учения. В результате она настаивала, чтобы с молодыми проповедниками поступили справедливо и чтобы их выслушали в Миннеаполисе. Поскольку Елена Уайт поддержала их, к ней была проявлена та же враждебность, что и к Джоунсу с Ваггонером. Как она писала: «Мое свидетельство было проигнорировано и никогда в моей жизни… со мной не поступали так, как на этой конференции» (Материалы 1888 года, с. 187).

Г–жа Уайт сожалела о черствости сердец, проявленной многими братьями на встречах в Миннеаполисе. Злонамеренность, продемонстрированная там, напомнила ей дух фарисеев. Такая враждебность и явное противодействие все больше убеждали ее, что адвентистская Церковь и ее служители нуждаются в Иисусе, Его любви и Его смягчающей благодати. Учение адвентистов было правильным, но сами они не имели в сердце Иисуса.

Понимание этого факта изменило направленность служения Е. Уайт в 1888 году в Миннеаполисе и в последующие годы. «Моя задача на встрече, — писала она, оглядываясь на прошлое, — заключалась в том, чтобы представить Иисуса и Его любовь перед моими братьями, ибо я видела ясные доказательства того, что многие не имеют духа Христа» (Материалы 1888 года, с. 216).

«Мы нуждаемся, — говорила она делегатам в Миннеаполисе, — в истине, какова она есть в Иисусе… Я видела, что драгоценные души, способные принять истину (адвентизм) отвернулись от нее из–за метода, которым она была преподнесена, потому что в нем не было Иисуса. Я всегда умоляла вас — нам нужен Иисус» (Материалы 1888 года, о,. 153).

Сессию в Миннеаполисе нам следует рассматривать как «повторное крещение» адвентизма, повторное воссоединение отличительных церковных доктрин с великим христианским учением. Поэтому несколько следующих лет Елена Уайт, Джоунс, Ваггонер и другие адвентисты посвятили себя тому, что постоянно и настойчиво подчеркивали важность вести об Иисусе и Его спасающей благодати перед адвентистским народом в печати и публичных выступлениях. Со всех сторон реформаторы вынуждены были сталкиваться с враждебностью и упрямством законничества, сказавшегося на атмосфере встреч в Миннеаполисе.

Елена Уайт ясно показала, как высоко она оценила весть о спасении в Иисусе, представленную Ваггонером и Джоунсом, но она также указала, что не согласна с некоторыми из их доктринальных учений — даже с частью тех, что были изложены в Миннеаполисе. Одним из плачевных результатов миннеаполисских встреч была распространенность мнения среди отдельных участников сессии, сделавших вывод, будто все, чему учили эти два молодых проповедника, соответствовало истине. Елена Уайт неоднократно отвергала такое заявление. Для нее они не были «непогрешимыми» проводниками (Материалы 1888 года, с. 566). Согласившиеся со взглядами этих двух братьев должны были обратиться к Библии и взирать на Иисуса. Именно к этому призывали они сами.

Годы, последовавшие за Миннеаполисской сессией, стали временем перемен в литературной деятельности Елены Уайт. Сознавая полнее, чем когда–либо, опасность и бессмысленность излишней сосредоточенности Церкви на своих исключительных доктринах, она продолжала много говорить об Иисусе и Его праведности. После 1888–го из под ее пера вышли книги, центром которых был Христос, а именно «Путь ко Христу» (1892 г.), «Нагорная проповедь Христа» (1896 г.), «Желание веков» (1898 п), «Наглядные уроки Христа» (1900 г.) и начальные главы книги «Служение исцеления» (1905 г.).

В результате встреч в Миннеаполисе Христос оказался в центре вероучения Церкви, что повлекло за собой реформу адвентистского образования 1890–х и в начале 1900–х годов.

В годы, последовавшие сразу за 1888–м, была предпринята согласованная попытка обучить как служителей, так и рядовых членов вопросу праведности по вере, показав им необходимость более прочной духовной связи с Иисусом. Летом 1891 г. эти задачи образования были значительно изменены, когда на расширенном съезде в Харбор Спрингс, штат Мичиган, встал вопрос о ведущих специалистах деноминации в области образования.

Эта встреча показалась участникам духовным пиром, когда Джоунс проповедовал из Послания к Римлянам, а Елена Уайт освещала такие темы, как необходимость личной связи с Христом, нужда в духовном пробуждении работников образования и центральная роль христианской вести в адвентистском образовании.

В добавление к этим темам были расставлены новые акценты относительно роли Библии в адвентистском образовании. В процессе обсуждения программы обучения речь шла, по словам Перси Мэйгана, «об изъятии из наших школ книг языческих и неверующих авторов, исключении из учебной программы длинных курсов по изучению классических произведений латинских и греческих авторов и замене их изучением Библии и истории с точки зрения пророчеств» (Ревью энд Геральд, 6 августа 1901 г.).

Съезд в Харбор Спрингс представлял собой важный поворотный пункт в истории адвентистского образования, и вновь Елена Уайт стояла в первых рядах реформаторов. То, что произошло в 1890–х годах, можно назвать «крещением» адвентистского образования.

Начало, положенное в Харбор Спрингсе, получило свое развитие в южной части Тихого океана, где Елена Уайт провела девять лет. Продолжая свое писательское и проповедническое служение, она направила много усилий на создание Авондэйлской школы для христианских работников в Новом Южном Уэльсе, Австралия.

Елене Уайт Австралия представлялась замечательным местом для воплощения в жизнь ее видения об образовании. Она по–новому оценила значение своих ранних советов относительно улучшения образования не только потому, что далеко находилась от Батл–Крикского колледжа с его традиционной программой, но и вследствие неудач и ошибок, постигших американские школы. Поэтому г–жа Уайт могла написать, что хотя она и раньше осознавала необходимость изменений в адвентистском образовании, «потребовалось много времени, чтобы понять, какие изменения следует совершить» (Свидетельства для Церкви, т. 6, с. 126).

В начале февраля 1894 г., когда австралийское руководство Церкви АСД составляло планы для Авондэйлской школы, она писала: «Мы размышляли о наших школах день и ночь. Как они должны быть организованы? Каким должен быть процесс воспитания и образования молодежи? Где расположить наши австралийские библейские школы?» (Принципы христианского воспитания, с 310).

В отличие от классических или полуклассических адвентистских школ в Америке Авондэйлская школа намеренно планировала в своей программе делать акцент на Библии, миссионерской деятельности и духовной стороне жизни. К тому же она разработала программу обучения молодых людей практическим ремеслам. Другое отличие заключалось в том, что школа располагалась в сельской местности и имела землю площадью в 1500 акров. В целом Авондэйлский школьный эксперимент в то время был вызовом адвентистскому образованию в Соединенных Штатах.

По мнению Елены Уайт, австралийская школа «должна быть такой, какой желает видеть ее Господь» (Рукопись 174, 1897). Она делала все возможное, чтобы эта школа не пошла по неудачному пути адвентистского образования в Америке. «Сюда не могут быть привнесены никакие человеческие представления, — писала она в 1897 году. — Сюда не должны долететь никакие ветры из Батл–Крика. Я обязана тщательно следить, как было открыто мне, чтобы сюда не проникло ничто из того, что причиняло вред нашим школам в Америке» (Елена Уайт, Опубликованные рукописи, т. 20, с. 215).

Если колледж в Батл–Крике оказался первым неудачным, но повсеместно копируемым образцом адвентистского образования, то Авондэйл, по намерению Елены Уайт, должен был стать вторым — правильным и более влиятельным образцом.

Важность эксперимента в Авондэйлской школе лишь постепенно прояснялась для У. К. Уайта и других людей. В октябре 1898 г. Уильям писал: «Недавние свидетельства показывают, что эта школа должна быть образцовой» и, дабы сделать ее таковой, «нам очень важно предпринять все разумные усилия, чтобы она стала совершенным и достойным примером… Из недавних записей матери мы видим, что от успеха этой школы зависит гораздо больше, чем осознает любой из нас» (Письмо У. К. Уайт Дж. Н. Лофборо, 22 октября 1898 г.).

Большая часть материала об образовании, написанного Еленой Уайт, появилась в связи с созданием и становлением Авондэйлской школы. Поэтому в конце 1899 г. Уильям мог написать: «Я думаю, что в течение двух последних лет мать написала о принципах образования, о важности изучения Библии, о необходимости сочетания физического и умственного труда и о ценности занятий сельским хозяйством больше, чем за все прошлые годы. Думаю, она посвятила этой теме больше внимания, чем другим отраслям нашей работы» (Письмо У. К. Уайт Кристиансену, 25 сентября 1899 г.).

Наставления относительно образования, данные Еленой Уайт в 1890–е годы, продолжали направлять адвентистское образование и в XX в. Многие из них вошли в книги: «Специальные свидетельства по образованию» (1897 г.) и «Воспитание» (1903 г.), а также составили большой раздел шестого тома Свидетельств для Церкви (1900 г.). Впоследствии часть ее советов по образованию, написанная в 1890–х годах, появилась в книгах «Советы родителям, учителям и учащимся» (1913 г.) и «Принципы христианского воспитания» (1923 г.).

Кроме Авондэйлской школы другим результатом пребывания Елены Уайт в Австралии, относящимся к области образования, стало движение, ратующее за создание адвентистской начальной школы. В середине 1890–х годов адвентисты в основном старались создавать средние школы и колледжи. Но благодаря активному участию Елены Уайт положение резко изменилось.

Тот факт, что законы обязательного обучения в Австралии часто вынуждали родителей–адвентистов посылать своих детей в школы, далекие от их идеала, побудил к возникновению движения за начальную школу. Говоря о ситуации в Австралии в 1897 г., Елена Уайт писала: «В этой стране родители вынуждены посылать своих детей в официальную школу. Поэтому в местах, где имеется Церковь, должны быть созданы школы, даже если количество детей не превышает шести» (Опубликованные рукописи, т. 8, с. 366). Она много напишет о начальных школах и в последующие месяцы.

Некоторые подвижники реформы в Америке, как, например, Эдвард Александр Сузерлэнд, Перси Т. Мэйган и другие, взяли на вооружение этот совет. Следующие несколько лет наблюдался небывалый рост числа адвентистских начальных школ, что видно из приведенной ниже таблицы:

Совет Елены Уайт относительно средних школ и колледжей в рамках образовательной системы Австралии также оказал непосредственное влияние на Соединенные Штаты и на миссионерские школы деноминации. Движение распространилось в Церкви и изменило учебную программу с тем, чтобы большее внимание уделить Библии и практическим занятиям. Несколько учреждений (в том числе и колледж в Батл–Крике) продали свою территорию в городе и предпочли приобрести большие территории в сельской местности по образцу школы в Авондэйле.

В целом советы Елены Уайт по образованию, данные в 1890–е годы, были восприняты с большим энтузиазмом, чем другие ее предложения. Конечно, это был один из самых важных вкладов ее служения в развитие Церкви в южной части Тихого океана.

Одним из советов Елены Уайт, долгое время остававшимся без отклика, было ее увещевание обратить больше внимания на евангелизацию темнокожего населения на юге США. В марте 1891 г. она обратилась к руководству Генеральной конференции с такими словами: «На нас как на Церкви лежит грех, потому что мы не прилагаем больших усилий для спасения душ среди темнокожего населения». Вестница Божья убеждала в том, что «белые мужчины и женщины должны готовить себя к работе среди темнокожего населения» (Работа на Юге, с. 15,16). Таким миссионерам необходимо было не только приводить темнокожих братьев и сестер к Иисусу, но и обучать их, чтобы они заняли более ответственное положение в обществе и стали миссионерами среди собственного народа. Некоторые советы Е. Уайт опередили время. Например, она отстаивала мнение, что представители двух рас как равные должны находиться в одной церкви (Работа на Юге, с. 15,16).

Ее советы, хотя и были напечатаны в виде 16–стра–ничной брошюры, сразу не нашли поддержки. Это можно как–то понять, если принять во внимание, что ее читателями были белые жители Севера, а расовые отношения на юге США в то время оставались сложными и запутанными.

Но на призыв Елены Уайт к энергичной работе среди темнокожего населения Юга США откликнулся человек, не подававший больших надежд, — ее старший сын, Джеймс Эдсон Уайт, который в молодости причинял родителям много хлопот и беспокойства.

По существу Эдсон мало что сделал на протяжении 44 лет своей жизни. Но в августе 1893 г., когда он полностью посвятил свое сердце Христу, начали происходить изменения. За короткое время, по его же собственным словам, он отказался от развлечений и удовольствий, составлявших цель его жизни (письмо Дж. Э. Уайт к Е. Г. Уайт 10 августа 1893 г.). Вскоре после этого в забытых архивах главного управления деноминации он нашел совет своей матери по евангелизации и обучению темнокожего населения США.

Совет этот привел к самому смелому предприятию в адвентистской истории. Эдсон и другой молодой человек, который недавно обратился в адвентизм, построили судно под названием «Утренняя звезда» с жилыми каютами, комнатами для богослужения и проведения занятий и даже печатным станком. Они задумали осуществить адвентистскую миссию для темнокожего населения, находящегося в пренебрежении в самом центре американского юга. Они начали трудиться в Виксбурге на Миссисипи.

В 1896 г. Эдсон и его сподвижники организовали Южное миссионерское общество. Это общество стало главной силой адвентизма в создании церквей и школ для темнокожего населения на Юге, пока не были созданы официальные адвентистские организации — конференции, взявшие на себя функции общества.

В середине 1900–х годов Елена Уайт чувствовала сильное побуждение вернуться в Соединенные Штаты, чтобы принимать участие в разрешении возможных конфликтов. Хотя вначале г–жа Уайт намеревалась пробыть в Северной Америке только два года, а затем вернуться в Австралию, по ряду причин она предпочла провести остаток жизни на родной земле. Последние 15 лет своей жизни она провела в деревенском доме в Северной Калифорнии, который она назвала Элмсхэвен.

По возвращении из Австралии пророчица Божья внесла значительный вклад в развитие деноминации — она призвала к реорганизации адвентистской Церкви. До 1901 г. в течение 15 лет в деноминации предпринимались слабые попытки к реорганизации, но по существу ничего не изменилось, хотя тема эта много раз обсуждалась. Между тем географически и организационно адвентизм стал настолько сложной структурой, что централизация власти, как это было принято еще с 1863 г., в руках нескольких человек, управлявших из Батл–Крика, только тормозила работу. К апрелю 1901 г. Церковь отчаянно нуждалась в практическом действии, а не в разговорах на наболевшую тему.

В результате 1 апреля 1901 г. в библиотеке колледжа Батл–Крика собралась группа руководителей. На следующий день должна была начаться сессия Генеральной конференции, и собравшиеся хотели приготовиться к началу съезда, послушав мнение Елены Уайт по некоторым вопросам, стоящим перед Церковью.

Сделав несколько замечаний, А. Г. Даниэльс (председатель заседания) обратился к Елене Уайт и пригласил ее выступить. Она заявила, что не собирается играть ведущую роль в совещании. Но поскольку руководители, по всей видимости, объединились в своем желании послушать г–жу Уайт еще до начала обсуждения запланированных вопросов, она согласилась произнести речь, которая стала одним из самых знаменательных выступлений за время ее долгого служения.

Елена Уайт вполне недвусмысленно указала на слабость существующей организационной системы и сказала, что Бог «призывает сделать изменения». И эти изменения должны быть существенными. Более того, «нужно положить другое основание, отличное от прежнего». Она призвала к «новой жизни» и «совершенно иной организации» (Рукопись 43а, 1901 г.).

В первый день официальной сессии Генеральной конференции Елена Уайт вновь призвала к реорганизации. Семя упало на добрую почву. Даниэльс предложил, чтобы члены сессии отложили текущие вопросы и сделали вопрос о реорганизации главным в повестке дня. В результате произошла самая основательная структурная реорганизация, когда–либо имевшая место в деноминации.

Важно осознать, что в реорганизации Елена Уайт выполняла роль катализатора и глашатая основных принципов, а руководители Церкви сами создали действенную структуру.

Главным для Елены Уайт было то, чтобы организация исправно функционировала и своевременно выполняла задачи деноминации. В ее представлении важным была не какая–то особенная структура, а ее функциональная эффективность. С точки зрения г–жи Уайт структура являлась не самоцелью, а скорее средством выполнения всемирной миссии адвентизма. Основной принцип, на котором базировался ее совет по реорганизации, заключается в том, что организационные структуры должны быть изменены везде, где такое изменение необходимо.

Не все адвентисты с радостью восприняли призыв к реорганизации. Одним из влиятельных лидеров медицинского служения Церкви был доктор Джон Харви Келлог. Медико–миссионерская программа деноминации накануне 1901 г. была широкомасштабной и действующей независимо от церковной организации. Фактически в ней оказались задействованными на 25 процентов больше служащих, чем во всех других сферах деятельности адвентистов седьмого дня, вместе взятых.

Когда 1 апреля 1901 г. в своем обращении по реорганизации Елена Уайт призвала организационно соединить медицинскую программу со всей церковной структурой, она положила начало целой цепи событий. В конце концов Келлог решил порвать с адвентизмом, при этом он увлек за собой большую часть медицинских учреждений, осуществляемых медико–миссионерские программы деноминации.

Раскол двояко повлиял на жизнь Елены Уайт. Во–первых, он побудил ее оказать помощь в создании нового поколения медицинских учреждений, во–вторых, привел к новому пониманию ее роли и авторитета. В такой ситуации пророчица решила прояснить важные аспекты ее служения, чтобы все могли ясно увидеть и оценить ее работу.

Годы с 1902–го по 1907–й отмечены нарастающей борьбой между медицинским руководителем деноминации и руководством Генеральной конференции. Итак, Келлог вступил в активную борьбу с А. Г. Даниэльсом (президентом Генеральной конференции) и У. И. Прескоттом (вице–президентом). Вначале Елена Уайт сохраняла нейтралитет, чтобы иметь возможность поддерживать отношение с обеими сторонами. Но события 1903 и 1904 годов вынудили ее выступить против Келлога, который в ноябре 1907 года в конце концов был исключен из членов церкви в Батл–Крике. Однако доктор не один покинул деноминацию. С ним ушли несколько ведущих врачей, в том числе двое выдающихся проповедников адвентизма — А. Т. Джоунс и Е. Дж. Ваггонер — люди, которых Елена Уайт поддержала на сессии Генеральной конференции в Миннеаполисе в 1888 году.

Помимо ухода из Церкви этих личностей было потеряно самое большое медицинское учреждение (огромный и хорошо известный санаторий в Батл–Крике) и единственное адвентистское медицинское учебное заведение (Американский медицинский миссионерский колледж). Следовательно, в начале нового столетия перед деноминацией встала необходимость переустройства своей медицинской программы.

Елена Уайт играла ведущую роль в этом процессе. Первый этап заключался в приобретении трех учреждений в южной Калифорнии — санатория Парадис Вэлли (1904 г.), санатория Глендэйл (1905 г.) и санатория Лома Линда (1905 г.). Г–жа Уайт находилась в первых рядах, когда собирали деньги для покупки этой собственности. Некоторые члены церковного руководства не одобрили ее энтузиазм, принимая во внимание связанный с этим риск, но г–жа Уайт заявила, что ей была «показана», истинная воля Божья по этому вопросу. В результате она с верой устремилась вперед, чтобы приобрести земельные участки в Южной Калифорнии, находившейся в тяжелом экономическом положении и считавшейся невыгодной территорией для инвестиций. Время доказало ценность видения Е. Уайт и взятого на себя риска. Эти медицинские учреждения, ставшие сегодня процветающими, заложили основу для возрождения адвентистской системы здоровья.

Особо значимым среди медицинских учреждений Южной Калифорнии стал медицинский центр Лома Линда. В начале 1905 г. Елена Уайт писала, что Церковь должна готовить в нем врачей. Но многим руководителям деноминации казалось, что для этого требуется больше денег, чем они могут собрать. Более того, время для создания новых медицинских учебных заведений считалось неподходящим. Каждую декаду Американская медицинская ассоциация предлагала новые критерии оценки, вынуждавшие закрываться более половины медицинских учебных заведений в Соединенных Штатах. Возможно, предполагали некоторые братья, Елена Уайт имела в виду библейскую школу, где студенты могли бы научиться простому медицинскому лечению. Другие члены Церкви считали, что под «медицинской школой» она подразумевала хорошо оборудованное медицинское учебное заведение, в котором также преподавали бы Библию.

Чтобы выяснить вопрос, что же именно имела в виду Елена Уайт под медицинским образованием в Лома Линда, группа адвентистских руководителей задала ей этот вопрос в письменном виде.

Вестница Господня ответила, что медицинская школа в Лома Линда должна быть школой высшего порядка, что молодые люди из Церкви должны иметь доступ к медицинскому образованию, которое позволит им сдать экзамены, требуемые законом от всех, кто трудится в качестве квалифицированных врачей на постоянной основе. «Мы Должны сделать все, что от нас требуется, чтобы этим молодым людям не пришлось идти в медицинские учебные заведения, организованные людьми не нашей веры» (Советы родителям, учителям и учащимся, с. 480, 481).

Елена Уайт не оставляла сомнения, что Церковь должна создать полноценное медицинское учреждение, несмотря на многие препятствия, стоящие на этом пути. Сейчас такая школа является частью университета Лома Линда.

Прежде чем завершить тему о советах Елены Уайт по медицинскому образованию, нужно затронуть еще один вопрос. Ее совет касался не только создания специального медицинского учебного заведения, но также адвентистских средних школ и колледжей, предназначенных стать учебными заведениями широкого профиля, а не узкими библейскими школами и библейскими колледжами. Г–жа Уайт писала, что адвентистская молодежь «должна получить в церковных школах все необходимые знания для поступления в медицинский колледж» (Советы родителям, учителям и учащимся, с. 479). Таким образом она положила основание для развития аккредитованных средних школ и колледжей, готовящих людей к более сложному и требовательному с точки зрения образования миру XX столетия.

Столкновение с Келлогом привело не только к возобновлению медицинской деятельности Церкви, но также вызвало огонь критики, направленной против Елены Уайт и ее произведений. Доктор Келлог благосклонно относился к Елене Уайт, и его устраивали ее свидетельства до тех пор, пока ее труды укрепляли его собственное положение. Но когда Е. Уайт противостала Келлогу во внутрицерковной борьбе за власть, он усомнился в истинности ее служения. В своих попытках дискредитировать Елену Уайт доктор нашел влиятельного помощника в лице А. Т. Джоунса.

К началу апреля 1906 г. сомнения относительно служения Елены Уайт стали настолько серьезны, что она разослала письмо, адресованное «тем, у кого есть затруднения по поводу свидетельств, относящихся к медицинской миссионерской работе». Пророчица Божья попросила руководителей выразить суть их «затруднений» по поводу понимания ее роли. Она надеялась, что сомневающиеся напишут о своих тревогах, чтобы затем ответить на их вопросы (Письмо 120, 1906 г.).

Многие недоумения уходили корнями в неправильное понимание инспирации. Например, некоторые считали, что инспирация может быть только вербальной или даже механической, когда Святой Дух диктует пророку каждое слово.

. Доктор Давид Полсон, основатель Хинсдэйлского санатория близ Чикаго, имел ряд ложных представлений об инспирации Елены Уайт. «Я считал и свято верил, — писал он ей 19 апреля 1906 г., — что каждое слово, сказанное Вами публично или наедине, каждое письмо, написанное Вами в связи с каким–либо обстоятельством или со всеми обстоятельствам сразу, были так же вдохновлены, как Десять Заповедей. Я держался этой точки зрения с непоколебимой настойчивостью вопреки бесчисленным возражениям многих, занимавших видное положение в нашем деле».

«Мой брат, — написала Е. Уайт в ответ, — ты прилежно изучал мои труды, но нигде не встретил подобных заявлений с моей стороны, нет их и со стороны основоположников нашей Церкви». Она продолжала объяснять Полсону, что в инспирации присутствовали как Божественные, так и человеческие элементы и что свидетельство Святого Духа «передается через несовершенные выражения человеческого языка» (Избранные вести, т. 1, с. 24, 26).

Другие адвентисты, в том числе и А. Т. Джоунс, утверждали, что если бы она была пророчицей, то ее слова были бы безошибочны в том смысле, что она не смогла бы допустить фактическую ошибку. Она вновь отвергла подобное заявление.

Джоунс также указал, что нет необходимости изучать исторический и литературный контекст инспирированного изречения. Он часто искажал ее произведения, выхватывая из них несколько цитат из разных мест, чтобы показать, что Елена Уайт противоречила сама себе. Как и следовало ожидать, она поспешила ответить на эти несправедливые обвинения. Ее реакция на такие случаи будет рассмотрена в еще одной книге из этой серии под названием «Читая труды Елены Уайт».

Одной из цитат Елены Уайт, которую любил использовать Джоунс и которая может послужить примером толкования ее слов без учета контекста, было утверждение, сделанное в 1904 г.: «Я не претендую на то, чтобы быть пророчицей» (Избранные вести, т. 1, с. 32n). Для Джоунса данное признание стало окончательным и безошибочным доказательством того, что Е. Уайт не говорила от имени Бога. «Относительно того, что она имела в виду другое, а не то, что сказала, — говорил Джоунс, обращаясь к своим слушателям, — пусть они спросят у нее. Но относительно того, что сказала сестра Уайт, все достаточно ясно. Она сказала: «Я не пророк». И я верю этому» (Немного истории, с. 62).

Елена Уайт ответила Джоунсу, что, произнося эти слова, она отрицала какие–либо притязания на звание «пророка или пророчицы» (Избранные вести, т. 1, с. 35). Она отказывалась носить это звание по двум причинам. Во–первых, и что самое важное, ее ответственность по руководству Церковью включала больше, чем служение пророка в понимании многих, хотя в ее руководстве подразумевались и функции пророка. Во–вторых, многие люди в XIX в., самонадеянно притязавшие на звание пророка, навлекли позор на Церковь. Елена Уайт никогда не сомневалась в получении полномочий от Бога, но она предпочитала звание «вестницы Господней», ибо ей больше соответствовала эта роль, хотя она не возражала, если кто–то называл ее пророком (Избранные вести, т. 1 с. 32).

К сожалению, ее аргументы не возымели действия на непреклонного Джоунса с его педантичным буквализмом в использовании языка. Вновь и вновь в своем служении Елена Уайт увещевала читателей при использовании ее произведений рассматривать тот или иной отрывок в контексте и с учетом предполагаемого смысла. Но кто хотел использовать ее труды, чтобы доказать свое собственное мнение, даже если оно полностью противоречило вложенному в них смыслу, те пропускали ее совет мимо ушей.

Попытки Елены Уайт объяснить суть своего служения в путанице противостояния Келлогу имели неоднозначные результаты. Некоторые, как, например, доктор Полсон, признали свои ошибки в понимании инспирации, вновь укрепили свою веру в пророческий дар и остались верными адвентизму. Другие же, подобно Джоунсу, запутавшись в ложных представлениях и закоренев в упорстве, ожесточились в своем отвержении. Такое отношение много раз повторялось в жизни тех, кто, читая труды Елены Уайт, упрямо и педантично придирался к ее словам и не предпринимал искренних попыток понять их дух и смысл.

Правильное понимание роли пророка и значения инспирации имеет очень большое значение. Положительным в противостоянии Келлога явился тот факт, что он дал возможность Елене Уайт полнее описать для Церкви суть инспирации и ее служения. В первом томе «Избранных вестей» на страницах 24—58 содержатся некоторые из этих объяснений.

Другое замечательное рассуждение Елены Уайт о сути своего служения находится в пятом томе «Свидетельств для Церкви», на страницах 654—691. Хотя эта подборка явилась ответом на вопросы, связанные с ее ролью на сессии Генеральной конференции в Миннеаполисе в 1888 году, и не относится к кризису с Келлогом, она предоставляет для нас бесценный материал. Каждому человеку, желающему понять служение Елены Уайт, следует прочитать написанное в первом томе «Избранных свидетельств» и пятом томе «Свидетельств для Церкви».

Анализируя эти кризисные ситуации, мы приходим к важному выводу: Бог может обратить во благо любые неприятности. Говоря конкретнее, хотя Елена Уайт не имела привычки защищать себя, время от времени она была вынуждена делать это. В результате ее конфликтов с «братьями» в 1888 году и за период, относившийся к кризису с Келлогом, появились некоторые из ее самых проникновенных вестей об инспирации и природе ее служения.

В спорах с Келлогом возник еще один вопрос: взаимоотношения У. К. Уайт с матерью. Некоторые желали знать, какова его роль в ее литературной деятельности.

В начале 1900–х годов вопрос о том, что у Елены Уайт были литературные и технические помощники, не являлся новым, хотя мало кто говорил о роли ее сына в связи с этим. Отметим главное: почти с самого начала своей писательской деятельности Елена Уайт пользовалась редакторской помощью. Принимая во внимание недостаток ее школьного образования, занятость и проблемы со здоровьем в первой половине ее жизни, мы видим, что она нуждалась в помощи при подготовке к выпуску многих ее трудов.

Первым литературным помощником Елены Уайт являлся ее муж. «Пока был жив мой муж, — объясняла она, — он был помощником и советником в передаче данных мне вестей… Когда я имела время и силы для работы, я тщательно записывала наставления, полученные в видении. После этого мы вместе изучали материал, мой муж исправлял грамматические ошибки и вычеркивал ненужные повторения. Затем это переписывалось и отсылалось либо для адресатов, либо для печати» (Избранные вести, т. 1, с. 50).

Шло время, росло число произведений, написанных Еленой Уайт, и для распространения их и приготовления к печати совместных усилий Елены и Джеймса Уайт стало недостаточно. В итоге для редакторской работы и для переписывания ее рукописей они наняли дополнительных помощников. Пророки часто поступали таким образом. В конце концов, Иеремии помогал Варух (Иер. 45:1, 2), а Петру — Силуан (1 Петр. 5:12).

Основной решающий момент в деятельности Елены Уайт наступил в 1881 г. со смертью мужа. Через Джеймса, выполнявшего иногда роль редактора, осуществлялась также связь с ее издателями. Следовательно, потеря мужа сильно повлияла на г–жу Уайт во многих сферах ее жизни.

Через некоторое время У. К. Уайт взял на себя роль ее главного советника. В связи с этим Елена Уайт писала: «После смерти мужа мне было сказано, что Господь предназначил У. К. Уайта к особой работе в связи с моими печатными трудами. Господь обещал дать ему Свой Дух и благодать, мудрость и рассудительность. Это помогло ему стать верным советником. Господь предвидел, что мой сын не станет спешить, но будет мудро обдумывать свои действия. Ради прибыли он не обратит истину Божью в ложь. По этим причинам Господь предназначил его быть моим помощником» (Письмо 328, 1906 г.).

Успешно начав трудиться в 1882 году, У. К. Уайт взял на себя много обязанностей своего отца, которые тот совершал раньше в писательском служении Елены Уайт. Но в начале столетия сын превзошел в своих обязанностях Джеймса. К тому времени Уильям стал постоянным помощником матери, управляющим офиса и главным лицом в контактах с Церковью в целом.

Обязанности Уильяма изменились, потому что Елена Уайт становилась старше (в 1900 году ей исполнилось 73) и ей хотелось подготовить к печати как можно больше материала. Последние 15 лет ее жизни (с 1900 по 1915 гг.) были отмечены тяжелым и кропотливым трудом, связанным с подготовкой книг к изданию. В течение этого периода ее офис продолжал снабжать различные адвентистские периодические издания множеством статей. Адвентистские издатели ожидали эти материалы. С начала 1890–х годов и вплоть до смерти вестницы Божьей почти в каждом выпуске «Ревью энд Геральд» и «Знамений времени» появлялась ее статья. Но это были только два из многих адвентистских периодических изданий. В последние годы жизни г–жа Уайт вдобавок к огромной издательской деятельности продолжала вести обширную переписку с руководителями и рядовыми членами Церкви.

Как она справлялась со всем этим? Только благодаря работе литературных помощников. Одни печатали на машинке ее письма, другие собирали вместе прежде написанные материалы, чтобы составить из них статьи и книги. В течение последних лет офис Уайт был местом, где постоянно кипела работа.

Возможно, самым важным литературным помощником Елены Уайт была Мариан Дэвис, работавшая у нее с 1879 по 1904 гг. Мариан Дэвис много сделала, чтобы собрать и привести в порядок материал, положенный в основу таких книг, как «Дух пророчества» (том 4), «Великая борьба», «Патриархи и пророки», «Путь ко Христу», «Желание веков», «Наглядные уроки Христа», «Служение исцеления» и многих других.

Мариан Дэвис и другие помощники Елены Уайт имели доступ к ее обширным архивам опубликованного и неопубликованного материала. Под руководством Елены Уайт они подбирали в этих архивах материалы для составления статей и книг. Как заметил Уильям Уайт, помощникам было разрешено выбирать материалы, исправлять в них грамматические ошибки и даже перестраивать фразы, «но, — поспешил он добавить, — никому из работающих у матери не разрешалось что–либо добавлять к рукописям и вписывать свои собственные мысли» (Письмо У К. Уайт к Дж. А. Ирвину 7 мая 1900 г.).

Следовательно, мысли, выраженные в этих материалах, принадлежали Елене Уайт, даже если последовательность их изложения становилась результатом работы ее помощников. Но как узнать, что все было именно так? Дело в том, что сама Елена Уайт контролировала всю работу. Своей сестре она написала в 1902 г. следующее: «Я прочитала все, что было перепечатано, чтобы проверить, все ли там так, как должно быть. Я прочитала Рукопись всей книги, прежде чем послать ее в типографию» (Избранные вести, т. 3, с. 90).

Г–жа Уайт работала с помощниками над составлением разных книг и просматривала их с тем, чтобы дать свое окончательное согласие после компиляции основного материала. Кроме того, прежде чем послать материал в печать, она делала свои добавления, желая заполнить пробелы, и перестраивала материал по своему усмотрению.

Как было отмечено выше, У. К. Уайт все больше и больше занимался делами матери, когда ей было за 70 и за 80 лет. Он стал не только администратором издательской деятельности и штата сотрудников Е. Уайт, но постепенно становился посредником между ней и церковными руководителями, когда они обращались за советом к престарелой пророчице.

Елена Уайт дожила до восьмидесяти семи лет. Но в последние годы наблюдался определенный спад ее общественной деятельности. В последний раз она присутствовала на сессии Генеральной конференции в Вашингтоне в 1909 г. После совещаний она посетила свой старый дом в Портлэнде, штат Мэн, где около 65 лет назад начинала пророческое служение. Это было ее последнее путешествие на восток Соединенных Штатов. Несмотря на преклонный возраст, во время пятимесячного путешествия Е, Уайт выступила 72 раза в 27 местах.

Сознавая, что жить ей осталось недолго, Елена Уайт после возвращения в Элмсхэвен направила все свои усилия на издание книг. В конце 1909 г. увидел свет девятый, последний том «Свидетельств для Церкви», в 1911 г. была опубликована книга «Деяния апостолов», а также «Великая борьба» в пересмотренном варианте. «Советы родителям и учителям» вышли в 1913 году, а «Служители Евангелия» и окончательная версия «Очерков жизни Елены Уайт» — в 1915–м. Последние месяцы своей деятельности вестница Божья посвятила просмотру собранных материалов для книги «Пророки и цари», последней части ее пятитомной серии Конфликт веков. Эта серия охватывает библейскую историю от падения Люцифера до Второго пришествия Христа.

Большинство книг Е. Уайт, написанных в последние годы ее жизни, как и следовало ожидать, в основном составлялись из более ранних произведений. Однако их содержание и формат автор одобрила лично..

Утром 13 февраля 1915 года, входя в свой кабинет в Элмсхэвене, Елена Уайт споткнулась и упала. Рентгеновское исследование показало перелом левого бедра. Последние пять месяцев она провела в постели и инвалидной коляске. 16 июля 1915 года пророчица успокоилась в Господе. «Это было похоже на мерное угасание свечи» (письмо У. К. Уайт к Д. Лэйси 20 июля 1915 г.).

Хотя ее тело ослабло, но вера оставалась крепкой до самого конца. «Я знаю, в Кого я уверовала», — шептала она последние несколько дней перед смертью (Очерки жизни Елены Уайт, с. 449).

24 июля Елена Уайт была погребена рядом с Джеймсом Уайтом на кладбище Оук Хилл в Батл–Крике, штат Мичиган. Супруги лежат рядом, ожидая воскресения при Втором пришествии Христа согласно учению, за которое они отдали свою жизнь.

Елена Уайт, Свидетельства для Церкви, т. 5, с. 654—691.

Graybill, Ronald D. E. G. White and Church Race Relations. Washington, D. C.: Review and Herald, 1970.

Graybill, Ronald D. Mission to Black America. Mountain View, Calif.; Pacific Press, 1971.

Knight, George R. Angry Saints: Tensions and Possibilities in the Adventist Struggle Over Righteousness by Faith. Washington, D. C.: Review and Herald, 1989.

Knight, George R. Anticipating the Advent, pp. 71–106.

Knight, George R. Myths in Adventism: An interpretive Study of Ellen White, Education, and « Related issues. Washington, D. C.: Review and Herald, 1985.

Moon, Jerry Alien. W. С White and Ellen G. White: The Relationship Between the Prophet and Her Son. Berrien Springs, Mich.: Andrews University Press, 1993.

Oliver, Barry David. SDA Organizational Structure: Past, Present, and future. Berrien Springs, Mich.: Andrews University Press, 1989.

Olson, A. V. Thirteen Crisis Years: 1888–1901. Washington, D. C.: Review and Herald, 1981.

Robinson, Dores Eugene. The Story of Our Health Message, pp. 312–431. Covers the Kellogg schism and Ellen White's part in the reestablishment of the SDA medical program.

White, Arthur. Ellen G. White, vol. 3, pp. 385–496; vols. 4–6.

White, Ellen G. Life Sketches, pp. 309–480.

Selected Messages. Washington, D. C.: Review and Herald, 1958, 1980, book I, pp. 15–58; book 3, pp. 28–124.

Елена Уайт умерла в 1915 году, но ее труды продолжали вести Церковь христиан адвентистов седьмого дня и служить ее членам. Члены Церкви в настоящее время располагают не только 24 книгами Елены Уайт, изданными при ее жизни, но и богатым дополнительным материалом, ставшим доступным Церкви благодаря попечителям и сотрудникам Комитета по литературному наследию Елены Уайт, который трудился со времени ее кончины.

Комитет по литературному наследию Елены Уайт является организацией, фактически созданной Еленой Уайт в соответствии с ее завещанием. Хотя она была чрезвычайно духовной личностью и ежедневно жила в ожидании скорого возвращения Господа, она являлась также вполне практичным человеком в том, что касалось земных дел, и сознавала необходимость ответственного к ним отношения до конца земной истории. Именно это чувство постоянной ответственности за весть, дарованную ей Богом, побуждала г–жу Уайт предусмотреть продолжение ее работы после смерти. 9 февраля 1912 года она подписала свое завещание.

Этот документ оговаривал в качестве особого условия, что пять заслуживающих доверия руководителей адвентистской Церкви, имена которых названы в самом завещании, будут выполнять роль попечителей ее трудов до конца их жизни. Со смертью одного попечителя оставшиеся были уполномочены назначать замену.

Обязанность, которую унаследовали попечители, была не малой. На момент смерти Елены Уайт ее литературное наследие состояло более чем из ста тысяч страниц, включая 24 книги, находившиеся в обращении, две рукописи, готовые к публикации, более 5 тысяч периодических статей, более 200 не переиздававшихся трактатов и брошюр, около 6 тысяч напечатанных рукописей (около 40 тысяч страниц), включавших переписку и основные рукописи, приблизительно 2 тысячи рукописных писем, отрывки из дневников и другие документы, которые составляют приблизительно 20 тысяч печатных страниц.

В последние годы Елена Уайт признавала, что в одиночку она не в состоянии контролировать составление компиляций и издание тех частей ее произведений, которые будут полезны для Церкви. В результате она оговорила в завещании в качестве особого условия свое пожелание, чтобы попечители не только осуществляли надзор за продолжавшейся публикацией ее существующих работ, но также готовили их к переводу на разные языки и печатали «компиляции» из ее «рукописей».

Как мы видели в предыдущей главе, Елена Уайт перед смертью предпринимала все усилия, чтобы направить энергию своих работников на издание ее книг. Завещание предусмотрело продолжение этого процесса после ее смерти.

Елена Уайт выразила желание, чтобы те части неопубликованных трудов, которые в общем смысле будут полезны для Церкви и ее членов, стали доступны им. Это желание явилось логическим обоснованием публикации ее «Свидетельств», начатой в 1855 году. Издание очередных Свидетельств вдохновляло ее саму и давало направление ее работе.

В 1905 г. г–жа Уайт написала: «Я стараюсь с помощью Божьей писать письма, которые помогут не только тем, кому они адресованы, но и многим братьям и сестрам, нуждающимся в них» (Избранные вести, т. 3, с. 98). И вновь мы читаем слова, написанные в 1910 г.: «Я многое заносила в дневник, который брала во все свои путешествия, и написанное мною, если это необходимо, должно быть доведено до людей, даже если раньше я не писала ничего похожего. Я хочу, чтобы все, достойное внимания, появилось, ибо Господь дал мне много света, и я хочу, чтобы люди имели его, так как Господь дал мне наставление для Своего народа. Этот свет должен открываться Божьему народу, строка за строкой, принцип за принципом» (Избранные вести, т. 3, с. 32).

Вестница Божья не сомневалась, что ее произведения будут иметь ценность до конца земной истории. В октябре 1907 года она ясно изложила основную идею, которую впоследствии уточнила в своем завещании, относительно того, что ее произведения должны и впредь направлять Церковь. «Нашему народу, — писала она, — в последние дни был дан обильный свет. Независимо от того, буду я жить или нет, мои труды станут постоянным свидетельством, и их влияние не прекратится до самого конца. Мои труды хранятся в архивах, и даже если я умру, слова, данные мне Господом, еще будут жить и взывать к людям» (Избранные вести, т. 1, с. 55).

Елена Уайт была заинтересована не только в том, чтобы до людей дошли ее опубликованные книги и компиляции ее рукописей. Она считала, что ее статьи, опубликованные в разных периодических изданиях, также имеют непреходящую ценность. В 1903 году г–жа Уайт написала, что «статьи, которые неделю за неделей печатаются в наших газетах, вскоре забываются… Эти статьи следует собрать вместе, перепечатать в форме книги и предложить верующим и неверующим» (Письмо 73, 1993).

Комитет по литературному наследию Елены Уайт серьезно принялся за дело. После смерти автора он осуществлял руководство публикацией 50 книг, собранных из произведений вестницы Божьей. В этих трудах часто освещались темы, важные для Церкви и ее членов. Сами названия книг: «Евангелизм», «Христианский дом», «Советы по работе субботней школы» точно отвечают их содержанию. Такие книги в основном состоят из подобранных коротких советов или утверждений на определенную тему, написанных Еленой Уайт во время ее служения.

Вдобавок к тематическим компиляциям Комитет по литературному наследию Елены Уайт систематизировал ее статьи для публикации в периодических изданиях, разработал «Полный указатель трудов Елены Г. Уайт», финансировал написание шеститомной биографии Елены Уайт ее внуком Артуром Л. Уайт и выпустил компакт–диск с ее опубликованными трудами. Комитет также готовит полное издание ее неопубликованных рукописей в электронном виде. Более того, он поддерживает проекты перевода ее трудов на иностранные языки, что поставило Елену Уайт в один ряд с наиболее переводимыми писателями за всю историю. Говоря без преувеличений, комитет с энтузиазмом выполняет свою задачу, давая возможность Елене Уайт обращаться к людям.

Центр Комитета по литературному наследию Елены Уайт расположен в офисе Генеральной конференции адвентистов седьмого дня, построенном в Сильвер Спрингс, штат Мэриленд. Кроме того, Комитет поддерживает два дополнительных центра исследования, — один в университете Андрюса в Берриен Спрингс, штат Мичиган, а другой в университете Лома Линда, штат Калифорния. Начиная с 1974 г., Комитет по литературному наследию Елены Уайт учреждал также адвентистские центры исследований трудов Елены Уайт на территории основных адвентистских колледжей и университетов вне Северной Америки, включая институты в Аргентине, Бразилии, Великобритании, Австралии, Индии, Корее, Мексике, Нигерии, на Филиппинах, в России и в Южной Африке. В каждом центре содержатся копии документов и других исторических материалов, имеющих отношение к служению Елены Уайт.

Штат Комитета по литературному наследию Е. Г. Уайт состоит из людей, посвященных Церкви адвентистов седьмого дня и хорошо осведомленных о жизни и служении Елены Уайт. Помимо работы по распространению ее произведений и повседневной работы в офисе комитета, они активно проповедуют и проводят семинары по всему миру на темы, относящиеся к жизни и деятельности Елены Уайт.

В основах вероучения христиан адвентистов седьмого дня, официально признанных Церковью, содержится три (из 27) пункта, которые непосредственно относятся к дару пророчества. Пятый пункт говорит о роли Святого Духа в Церкви и отмечает, что «Он наделяет Церковь духовными дарами».

Пункт 16, основываясь на 5–м, обсуждает духовные Дары и виды служения. Он указывает, что «во все века Бог наделял всех членов Своей Церкви духовными дарами, которые каждый член должен использовать на благо Церкви и человечества». Среди даров Святого Духа перечислены такие, как дар веры, дар исцеления и дар пророчества.

Пункт 17 раскрывает пункт 16 и целиком посвящен дару пророчества. Мы полностью процитируем пункт 17, так как это официальная позиция Церкви относительно пророческого дара и служения Елены Уайт. «Пророчество -один из даров Святого Духа. Этот дар является отличительным признаком Церкви Остатка. Он проявился в служении Елены Г. Уайт, вестницы Господа. Ее труды остаются авторитетным свидетельством истины, служа к утешению, руководству, наставлению и исправлению. Эти труды со всей определенностью утверждают, что Библия есть единственное мерило, которым следует проверять каждое учение и каждый опыт (см. см. Иоил. 2:28, 29; Деян. 2:14–21; Евр. 1: 1–3; Откр. 12:17; 19:10)».

Это утверждение, выражающее позицию Церкви, проясняет по крайней мере два вопроса, относящихся к нашему обсуждению. Во–первых, Церковь христиан адвентистов седьмого дня верит в постоянство дара пророчества, и, во–вторых, она принимает служение Елены Уайт как проявление этого дара в настоящее время.

Но утверждение, взятое из основ вероучения, не отвечает на вопрос об индивидуальном принятии верующим особого служения Елены Уайт. Для уточнения нам следует обратиться к формулировке исповедания веры при крещении, записанной в «Церковном руководстве». Восьмой пункт этого использования представляет собой вопрос, обращенный к каждому кандидату на крещение: «Принимаете ли вы библейское учение о духовных дарах и верите ли, что дар пророчества является одним из отличительных признаков Церкви Остатка?»

Из этого утверждения вытекает, что Церковь христиан адвентистов седьмого дня не требует, чтобы ее члены принимали Елену Уайт в качестве пророка. С другой стороны, она требует веры в постоянство духовных даров, делая акцент на даре пророчества. Кроме того, она призывает своих членов верить, что дар пророчества будет характеризовать Божью Церковь последних дней. Следовательно, с прошлого столетия позиция Церкви в сущности не изменилась.

Этот вопрос вызывал глубокий интерес у христиан адвентистов даже перед смертью Елены Уайт. И с тех пор вплоть до нашего времени интерес к нему не пропал.

Ответ довольно прост. Мы не знаем! Призыв к пророческому служению сегодня, как и всегда, находится в Божьих руках и не зависит от человека.

Но если бросить взгляд на доводы, которыми Церковь христиан адвентистов седьмого дня обосновывает пророческую роль Елены Уайт, становится очевидным, что призвание другого пророка и других пророческих даров более, чем вероятно. Из некоторых библейских текстов, используемых в подтверждение дара Елены Уайт и излитая духовных даров в последнее время, явствует, что это возможно.

Следовательно, согласно Иоил. 2:28, перед Вторым пришествием Христа произойдет мощное излитие духовных даров. В это время, говорит пророк, «будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; старцам вашим будут сниться сны, и юноши ваши будут видеть видения». Стихи 30 и 31, видимо, указывают, что излитие, предсказанное Иисусом, будет иметь место в конце времени.

Подобным образом, такие тексты, как Еф. 4:8, 11—13 и 1 Кор. 12:28—30, показывают, что дар пророчества (и другие духовные дары) будут иметь место на протяжении всей христианской эпохи. Эра Духа, начавшаяся в Пятидесятницу, продолжится до Второго пришествия Иисуса Христа. Создается впечатление, что Бог оставил призвание к пророческому служению на Свое усмотрение и использует его тогда, когда считает наилучшим. Чтение Откровения Иоанна Богослова дает основание предположить, что христианская эра завершится с неменьшим проявлением Святого Духа, чем она началась.

Наделение духовной силой и возможность призвания пророка или пророков в будущем остаются во власти Божьей. Такова логика Библии и суть адвентистской богословской мысли относительно духовных даров. Однако любые последующие дары должны быть «проверены» духовными критериями истинности пророческого дарования, которым соответствовало служение и жизнь Елены Уайт в ее дни (см. также 1 Фес. 5:19—21; Ис. 8:20; Мф. 7:15–20; 1 Ин.4:1,2).

«Ellen G. White Estate, Incorporated,» в Seventh–day Adventist Encyclopedia.

Эта статья освещает работу Комитета по литературному наследию Елены Уайт.

В 1907 г. Елена Уайт предсказала, что ее труды станут «постоянным свидетельством, и их влияние не прекратится до самого конца…» «И даже если я умру, — писала она, — слова, которые дал мне Господь, еще будут жить и взывать к людям» (Избранные вести, т. 1, с. 55).

Оказалось, что спустя почти 100 лет эти предсказания исполнились. Количество опубликованных материалов, принадлежащих перу Елены Уайт, постоянно растет. Ее письма и рукописи, ставшие доступными со времени открытия по всему миру центров исследования трудов Елены Уайт, все больше изучаются и читаются.

Огромный объем произведений Елены Уайт может сбить с толку читателя–новичка. В этой главе будут описаны основные категории ее произведений, чтобы интересующиеся ими могли иметь некоторое представление о затронутых вестницей темах. Такое представление необходимо по нескольким причинам. Во–первых, оно поможет людям понять, как отдельные книги Е. Уайт соотносятся с ее произведениями в целом. Во–вторых, оно послужит основным указателем, с помощью которого можно найти необходимый материал. В–третьих, оно даст начинающим читателям некоторые советы по поводу того, с чего следует начинать чтение произведений Елены Уайт.

Прежде всего труды Елены Уайт делятся на опубликованные при ее жизни произведения и неопубликованные письма и рукописи. Мы посвятим большую часть этой главы опубликованным произведениям Е. Уайт, так как они достаточно полно освещают ее основные идеи. В последней части главы будет рассказано о ее письмах и рукописях.

Самые важные публикации Елены Уайт — это многочисленные книги. На момент ее смерти в печати находилось больше 20 трудов. С этого времени число книг увеличилось более чем в четыре раза, причем почти все ее посмертные работы были собраны по темам из ее рукописей, писем и опубликованных произведений.

Здесь важно рассмотреть различие между книгами, опубликованными при участии самой Елены Уайт, и составленными после ее смерти компиляциями, которые были изданы Комитетом по литературному наследию Елены Уайт согласно завещанию автора. Хотя в некотором смысле обе категории ее трудов являются книгами, между ними существует различие, которое мы должны признать.

Компиляции по темам в основном состоят из большого количества небольших цитат на данную тему, взятых из таких источников, как письма Елены Уайт, неопубликованные рукописи, дневники, а также опубликованные статьи и книги. Составитель (главным образом персонал Комитета по литературному наследию) располагает эти небольшие цитаты в логической последовательности и группирует их в главы. Следовательно, цитаты в тематической компиляции неизбежно оказываются вне их литературного и исторического контекста. Это изначально ставит издание в невыгодное положение, поскольку контекст обычно помогает читателю полнее понять намерение автора и всеобъемлющее значение текста. Чтобы уменьшить столь негативный фактор и открыть доступ к контексту, все официальные компиляции, опубликованные со времени смерти Елены Уайт, снабжены ссылками на первоначальные источники.

Компиляции по темам имеют свою определенную ценность, поскольку в них собраны воедино самые важные советы на данную тему. Но, несмотря на самую старательную работу составителя, его компиляции все же могут вызвать недопонимание и не иметь той гармонии, какую они имели бы, если бы Елена Уайт лично просмотрела материал или изменила некоторые выдержки, написанные для чрезвычайных обстоятельств. Составители ограничены в своей работе имеющимися цитатами и не могут создать новый материал, отвечающий на вопросы, которые Елена Уайт никогда не обсуждала.

В качестве контраста можно заметить, что благодаря прямому участию Елены Уайт многие книги, опубликованные в течение ее жизни, после принципиальной переработки стали раскрывать тему гармоничнее и полнее. Они также представляют материал в его литературном (и часто историческом) контексте.

Хотя многие книги, изданные при участии самой Елены Уайт, были главным образом компиляциями из ее ранних трудов и публикаций, они в целом представляют более удовлетворительный и взвешенный подход к теме по сравнению с посмертными компиляциями ее рукописей. Это произошло потому, что сам автор осуществлял наблюдение за процессом и мог дополнить рукопись необходимым материалом. Следовательно, прежде чем перейти к знакомству с тематической компиляцией на определенную тему, читатели должны познакомиться с книгой, составленной самой Е. Уайт на ту же тему. Например, читателю, интересующемуся вопросами здорового образа жизни, хорошо бы вначале прочитать книгу «Служение исцеления», прежде чем углубляться в книгу «Основы здорового питания». Используя цитаты из тематических компиляций, читатель должен также помнить, что совет, как правило, относился к отдельным личностям или группам, имеющим специфические проблемы. Читателю неизвестны все проблемы и трудности человека, к которому первоначально был обращен этот совет. Поэтому полезнее будет выяснить общие принципы, заложенные в совете на данную тему, чем «цепляться» за цитату и формировать, опираясь на нее, собственное понимание вопроса.

Помимо «официальных» компиляций, опубликованных Комитетом по литературному наследию Елены Уайт, существует множество тематических компиляций, составленных отдельными авторами и целыми группами заинтересованных людей, которые стремятся подчеркнуть тот или иной вопрос, будучи убежденными в том, что Елена Уайт ставила перед собой ту же задачу и имела то же толкование. Нет никакой гарантии, что эти компиляции точно передают первоначальный авторский смысл. Гораздо чаще они преподносят предубежденное или искаженное представление о теме.

Нет надобности говорить, что хотя все тематические компиляции следует читать, имея в виду их цели и ограничения, компиляции, собранные заинтересованными группами, требуют большой осмотрительности. На протяжении всего служения Елена Уайт противостояла «тем, кто будет», как она писала, «выбирать из свидетельств сильнейшие выражения и, не учитывая обстоятельств, при которых были даны эти предостережения и предупреждения, применять их в каждом случае. Таким образом, они оказывают нездоровое влияние на разум людей. Всегда найдутся те, кто готов выхватить цитату, которая подвергнет людей суровому испытанию, и добавить к реформам свои собственные представления». Такие люди, заметила Е, Уайт, «внушают отвращение, а не приобретают души» (Избранные вести, т. 3, с. 285, 286).

Промежуточными между книгами, написанными Еленой Уайт, и тематическими компиляциями ее трудов являются такие работы, как девять томов «Свидетельств для Церкви» и три тома «Избранных вестей». Эти книги в основном состоят из подборок размером в целые главы и, следовательно, в большей мере раскрывают контекст, чем тематические компиляции. В действительности только немногие книги Елены Уайт можно отнести к промежуточной категории. Приходят на ум такие публикации, как «Принципы христианского воспитания», «Освященная жизнь», «Вера и дела». Главы указанных трудов в большинстве случаев составлены из целых статей и проповедей, а не из отдельных отрывков.

Возможно, самым значительным трудом Елены Уайт стали книги из серии Конфликт веков. Эти пять книг прослеживают борьбу между Богом и сатаной, добром и злом, начиная с восстания Люцифера на небе и заканчивая событиями, которые произойдут по окончании тысячелетнего Царства.

Эти пять книг представляют собой теологический контекст, в котором следует понимать все, что было сказано Еленой Уайт. Понимание великих тем, которые они освещают, является основой для понимания других ее произведений. Поэтому всякий, интересующийся взглядами Елены Уайт, должен прежде всего прочитать этот пятитомник. Первым томом в серии Конфликт веков является книга «Патриархи и пророки» (1890 г.). Она повествует о борьбе между Богом и сатаной от восстания на небе до царствования Давида. Книга «Пророки и цари» (1917 г.) начинает повествование с истории Соломона и заканчивает описание ветхозаветного периода.

Многие считают третий том «Желание веков» (1898 г.) самой лучшей книгой Елены Уайт. Она повествует о жизни Иисуса. Книга писалась с особой любовью почти десятилетие. Елена Уайт отмечала: «Бог желает видеть книгу «Желание веков» в каждом доме» (Литературный евангелизм, с. 126). Внимательное и молитвенное чтение этой книги является духовным опытом, который творит в человеке желание больше уподобиться Иисусу Христу, о Котором повествуют Евангелия.

Книга «Деяния апостолов» (1911г.) прослеживает борьбу между добром и злом от библейской Книги Деяний до Откровения Иоанна. Последняя книга «Великая борьба» (1888 г., 1911г.) описывает эту борьбу в период, последовавший за библейским. Она начинает повествование с разрушения Иерусалима в 70 г. по Р. Х., освещает историю Церкви и достигает кульминации в событиях, предсказанных в Писании и связанных со Вторым пришествием Христа. Последние главы «Великой борьбы» показывают место миллеритского движения и Церкви адвентистов седьмого дня в общей картине пророческой истории.

«Великая борьба» и «Желание веков» равно претендуют на звание самой важной работы Елены Уайт. Она сама говорила, что ценит «Великую борьбу» «выше серебра и золота» (Литературный евангелизм, с. 128). Она также писала: «Мне хотелось бы увидеть более широкое распространение этой книги, нежели любой иной из написанных мною, ибо в «Великой борьбе» последняя предостерегающая весть миру сообщается более отчетливо, чем в любой другой из моих книг» (там же, с. 127).

Елена Уайт создавала серию Конфликт веков, рассчитывая, что ее будут читать как адвентисты, так и неадвентисты. Она хотела, чтобы эти книги продавались повсеместно, дабы она могла донести свою весть до широкого круга читателей. Пятитомник Конфликт веков, используемый совместно с изучением Библии, многих привел к более тесным отношениям с Богом и к лучшему пониманию Его Слова. Чтение серии Конфликт веков -это лучший способ познакомиться с произведениями Елены Уайт.

В настоящее время серия Конфликт веков включает более 3500 страниц, но это огромное исследование темы борьбы между Богом и сатаной не было первым. Впервые Е. Уайт раскрыла суть великой борьбы в серии из четырех небольших книг, опубликованных между 1858 и 1864 гг. и озаглавленных «Духовные дары». Между 1870 и 1884 гг. эти работы были значительно расширены и опубликованы как четырехтомная серия под названием «Дух пророчества».

Но события 1880–х годов побудили Елену Уайт к переработке четырехтомника «Дух пророчества» в серию Конфликт веков. В середине 80–х обозначился новый подход к распространению адвентистских книг. Появилась система распродажи книг книгоношами. Учитывая эту возможность, Елена Уайт расширила свое освещение темы великой борьбы и внесла редакторскую правку, чтобы сделать свои книги более понятными широкому кругу читателей.

Все три комплекта книг, посвященных великой борьбе, печатаются сегодня. Все они освещают тему, которая, по словам Елены Уайт, была впервые открыта ей в видении около 1848 г. и подкреплена видением в Ловетс Гроув, штат Огайо, весной 1858 г. Помимо видений, Елена Уайт изучала Библию и церковную историю, чтобы подкрепить фактами историю конфликта между добром и злом, открытую ей в видениях (см. Великая борьба, с. xi, xii).

История великой борьбы писалась на протяжении долгого служения Елены Уайт. Аспекты этой борьбы показаны в ее частных письмах, статьях, проповедях и неопубликованных рукописях. Елена Уайт и ее литературные помощники извлекли этот первоначально написанный материал, и он стал началом всего того, о чем она должна была сказать в серии Конфликт веков. Увеличивавшийся объем материала в ее архивах также очень пригодился, чтобы сделать каждую из трех стадий описания истории борьбы более полной и проникновенной.

Последней книгой, специально раскрывающей историю великой борьбы, является «История спасения» (1947 г.). В ней еще шире и глубже раскрыта тема великой борьбы, освещенная автором ранее. Все материалы, вошедшие в книгу «История спасения», появились вначале в «Ранних произведениях», книгах серии «Дух пророчества» или в «Знамениях времени». Главное достоинство книги заключается в следующем: она информативно и довольно кратко освещает первоначальные взгляды Елены Уайт на данную тему, что дает возможность перевести ее на многие языки.

Другой важной серией книг, написанной Еленой Уайт, являются девять томов «Свидетельств для Церкви». Эта серия, состоящая почти из 5 тысяч страниц, имеет другую цель в сравнении с Конфликтом веков. Если в пятитомнике Конфликт веков прослежена борьба между добром и злом в рамках истории, то «Свидетельства» содержат письма, статьи, проповеди, записи видений и наставления относительно повседневной жизни. В то время как серия Конфликт веков предназначена для верующих и неверующих, «Свидетельства» написаны специально для членов Церкви христиан адвентистов седьмого дня.

Начало «Свидетельствам» было положено в 1855 г., когда среди ведущих адвентистов возник вопрос, как лучше всего передать одно из видений Елены Уайт. После недолгого обсуждения они единодушно решили, что его следует опубликовать и распространить по всей Церкви в виде брошюры.

Так появилось первое опубликованное «Свидетельство для Церкви», написанное Еленой Уайт, — документ на 16 страницах. Этот способ распространения видений Елены Уайт и ее советов оказался настолько успешным, что второе такого же объема «Свидетельство» появилось в 1856 году. К 1864 году Е. Уайт последовательно издала 10 аналогичных пронумерованных брошюр. Они содержали не только общие советы для Церкви в целом, но и определенные советы для отдельных лиц, поскольку Елена Уайт понимала, что наставление, данное одному лицу, может принести пользу другим людям, находящимся в подобных обстоятельствах.

В таком виде эти четыре тома сохранились до сего времени. Сохранилась нумерация страниц, оглавление каждого тома также осталось прежним, и на каждом помещена дата первоначального издания.

Но труд Елены Уайт на этом далеко не закончился. В результате в 1889 г. появился 5–й том «Свидетельств для Церкви». Он включал свидетельства с 31 по 33. Затем в 1900 году г–жа Уайт опубликовала почти 500 страниц 34–го «Свидетельства», составившего 6–й том. Но к этому времени в адвентистском мире произошли многие перемены. Набравшее силу в 1850–е годы движение достигло своей зрелости. Оно не только росло численно, но постоянно расширяло сеть учреждений. Более того, множество советов на различные темы уже было опубликовано Еленой Уайт и существовало в первых пяти томах и других изданиях.

Изменившиеся обстоятельства внесли много перемен в оформление томов с 6 по 9–й. Во–первых, Елена Уайт не чувствовала необходимости повторять советы, уже данные в первых томах. Более того, учитывая огромное количество материала, написанного ею в прошедшие годы, она посвятила гораздо больше внимания подборке соответствующего материала. И наконец книги были тщательнее отредактированы и оформлены, так что оглавление каждого тома с 6–го по 9–й отражает больше тематический, нежели хронологический порядок. Серия «Свидетельства для Церкви» завершилась в 1909 году публикацией 9–го тома.

Девять томов «Свидетельств» имеют для Церкви бесценное значение. Хотя большинство людей склонны использовать их в виде справочного материала, гораздо большее благословение обретают те, кто читает их в хронологическом порядке. Такие читатели не только получают представление о советах, данных Еленой Уайт в разное время, но и видят весь ход адвентистской истории в течение 60 лет ее развития. Для этих читателей полезно иметь под рукой шесть томов биографии Елены Уайт, написанных Артуром Уайт, и историю Церкви для ссылок и понимания контекста. Другим полезным источником информации по историческим вопросам могут послужить два тома «Энциклопедии адвентистов седьмого дня».

Адвентисты во всем мире выразили желание иметь Свидетельства на их родном языке, но стоимость перевода и издания всех материалов была бы слишком высока. В результате предпринимались попытки сократить девять томов, не теряя основного содержания. Самой успешной попыткой можно считать трехтомник под названием «Сокровищница свидетельств» (1949 г.).

Другим сокращенным вариантом трудов Е. Уайт стала книга «Советы для Церкви» (1991 г.). В отличие от «Сокровищ свидетельства» она не ограничена лишь материалом «Свидетельств». «Советы для Церкви» скорее представляют собой однотомный сборник основных произведений Елены Уайт, который можно экономно перевести на языки тех стран, где верующих мало, а средств не хватает. Книга имеет целью представить суть трудов произведений Елены Уайт.

Другим направлением в передаче «Свидетельств» была публикация трех томов «Избранных вестей» в 1958 и 1980 гг. В них Комитет по литературному наследию Елены Уайт собрал самые важные ее советы, которые вначале не были доступны большинству членов Церкви.

Подобно «Свидетельствам» и в отличие от тематических компиляций, «Избранные вести» в целом представляют собой выдержки, приведенные в первоначальном литературном контексте, так что читатель имеет либо весь документ, либо большую его часть, а не подборку коротких цитат из разных источников. Книги «Избранных вестей» показали, что они являются одними из самых полезных и ценных работ Елены Уайт, опубликованных со времени ее смерти.

Третьей группой книг Елены Уайт являются произведения, главная тема которых — учение Христа и спасение через Него. О ее самой важной работе в этой области, книге «Желание веков», было сказано выше, когда шла речь о серии Конфликт веков. Материал книги «Желание веков» представляет более широкую основу для других работ, освещающих жизнь и учение Иисуса Христа. В результате исследования Елены Уайт и написания ею книги «Желание веков» появились еще две книги: «Нагорная проповедь Христа» (1896 г.) и «Наглядные уроки Христа» (1900 г.). Первая более полно раскрывает учение Нагорной проповеди, а вторая дает объяснение Его притч.

Четвертым в этой рубрике классическим произведением Елены Уайт является «Путь ко Христу» (1892 г.). Эта брошюра, впервые опубликованная в неадвентистском издательстве Флеминга Ревелла (зятя Дуайта Муди), пожалуй, самая лучшая книга Елены Уайт на тему спасения во Христе. Наряду с «Нагорной проповедью Христа», «Наглядными уроками Христа», «Свидетельствами» и серией. Конфликт веков, книга «Путь ко Христу» занимает центральное положение среди всех трудов вестницы Божьей.

Есть еще две книги Елены Уайт, относящиеся к теме спасения, — это «Освященная жизнь» (1937 г.) и «Вера и дела» (1979 г.). Обе являются сборниками статей и проповедей на соответствующие темы. Следовательно, в отличие от тематических компиляций они представляют материал в его собственном контексте.

Последней работой Елены Уайт в этой области является компиляция, названная «События последних дней» (1992 г.). Хотя некоторые адвентисты не хотели бы включать данную книгу в категорию, названную «Христос и спасение», среди других работ вестницы Божьей она лучше всего соответствует указанной категории, поскольку рассматривает и Второе пришествие Христа, и окончательное спасение от царствующего греха. Конечно, «Великая борьба» необходима для более полного понимания «Событий последних дней».

Самым полным автобиографическим произведением г–жи Уайт является книга «Очерки жизни Елены Уайт» (1915 г.). Она охватывает период ее жизни с детства до смерти. Последнюю часть книги лучше охарактеризовать как биографическую. Хотя главы с 1 -й по 41 -ю включительно были написаны от первого лица, С. С. Крайслер с помощью У. К. Уайт и Д. Е. Робинсона — все они были сотрудниками Е. Уайт — составил последние 20 глав. Однако главы эти в основном опираются на авторские рукописи. Следовательно, они в значительной степени автобиографичны.

Другие важные автобиографические очерки появились в первом томе «Свидетельств», втором томе «Духовных даров» и «Христианском опыте и учении Елены Уайт» (1922 г.).

Еще одной книгой Елены Уайт, содержащей значительное количество автобиографического материала, хотя и не представленного в автобиографической форме, являются «Ранние произведения» (1882 г.). В них излагается содержание ее первого видения и дается много информации о первых опытах и взглядах юной вестницы. «Ранние произведения» также помогают нам представить себе теологию адвентистов седьмого дня в период после 1844 г. и вклад Елены Уайт в развитие учения Церкви.

Теперь мы переходим к обширному разделу произведений Елены Уайт, которые можно назвать довольно специфическими в смысле обсуждаемых в них тем. Эти книги содержат множество тематических компиляций из произведений вестницы Божьей. Книги, содержащие советы, делятся на пять основных категорий, посвященных: 1) служению, 2) образованию, 3) семейной жизни, 4) здоровью, 5) издательской деятельности. Эти пять категорий, как должно быть замечено, охватывают четыре основные области адвентистского служения, в том числе и сферу семейной жизни, обеспечивающей жизнеспособность всех других аспектов адвентизма. В указанных книгах можно найти множество советов, имеющих отношение к учреждениям Церкви, а также к поведению адвентистов в повседневной христианской жизни.

В некоторых категориях читатель заметит два вида книг: 1) произведения, всеобъемлюще освещающие тему при ее обсуждении, и 2) тематические компиляции — довольно специфичные по своей природе. Само название этих книг–компиляций в основном иллюстрируют их предметную направленность. Исследуя какую–либо область воззрений Елены Уайт, лучше всего читать книгу, полностью раскрывающую тему (если такая книга доступна), чем компиляции, содержащие лишь краткие выдержки.

1. Книги по служению. Наилучшими образцами в этом разделе являются книги «Служители Евангелия» (1915 г.) и «Свидетельства для проповедников» (1923 г.). Оба труда лучше всего освещают наставления Елены Уайт, обращенные к служителям и другим духовным работникам. В отличие от других компиляций перечисленные книги в основном представляют подборку цитат в их литературном контексте.

Другими книгами Елены Уайт по служению и христианской работе являются «Евангелизм» (1946 г.), «Христианское служение» (1947 г.), «Советы по работе субботней школы» (1938 г.), «Советы по управлению ресурсами» (1940 г.), «Служение благотворительности» (1952 г.), «Как владеть голосом в речи и пении» (1988 г.) и «Пасторское служение» (1995 г.).

2. Книги по образованию. Центральным в данной категории является основополагающий труд под названием «Воспитание» (1903 г.). Эта книга— одна из самых лучших, содержащих советы по вопросам образования. Гармонично представляя тему образования в свете великой борьбы, автор рассматривает образование как процесс, продолжающийся всю жизнь и не ограниченный формальной учебной программой.

Другие три книги из этой категории: «Советы родителям, учителям и учащимся» (1913 г.), «Принципы христианского воспитания» (1923 г.) и «Советы по воспитанию» (1968 г.) являются подборками материалов Елены Уайт; в основном они представлены в контексте и полностью приготовлены для публикации самой Еленой Уайт незадолго до ее смерти. «Принципы» являются собранием ранее опубликованных статей, расположенных в хронологическом порядке. «Советы по воспитанию» состоят в основном из подборок, посвященных этой проблеме и взятых из «Свидетельств». «Советы родителям, учителям и учащимся» систематизированы по темам и содержат большое количество материала, взятого из ранее неопубликованных рукописей и писем.

3. Книги о семейной жизни. В отличие от первых двух, в этой категории нет центральной книги. Все публикации, посвященные семейной жизни, являются тематическими компиляциями из коротких цитат. Хотя Елена Уайт никогда не готовила главной книги в области семейной жизни, она писала на эту тему множество советов.

На тему семейной жизни существует три основные книги: «Христианский дом» (1952 г.), «Воспитание детей» (1954 г.) и «Вести для молодежи» (1930 г.). Они освещают основные взгляды Елены Уайт на семейную жизнь. Недавно к этим книгам были добавлены следующие: «Свидетельства по вопросам полового воспитания, прелюбодеяния и разводов» (1989 г.) и «Советы пенсионерам» (1990 г.).

К семейной жизни имеет прямое отношение двухтомник «Разум, характер и личность» (1977 г.). Эта работа, отражающая все мировоззрение Елены Уайт, касается области образования и здоровья, то есть по содержанию относится ко 2–й и 4–й категориям.

4. Книги о здоровом образе жизни. Главной книгой в этой категории является «Служение исцеления» (1905 г.). Она занимает место, аналогичное тому, которое занимает книга «Воспитание» в своей области. «Служение исцеления» — это единственный труд Елены Уайт, широко освещающий вопросы здорового образа жизни. Дополнительная ценность книги «Служение исцеления» заключается в том, что ее материал затрагивает также тему исцеляющего служения Иисуса Христа.

Тематические компиляции в области здорового образа жизни включают «Основы здорового питания» (1938 г.), «Воздержание» (1949 г.) и «Советы по здоровому образу жизни» (1923 г.). Последняя книга содержит общий подход к теме, в то время как первые две довольно специфичны в части описания диеты и злоупотреблений. Книга «Советы по здоровому образу жизни» также отличается от двух других томов тем, что содержит разделы, касающиеся работы специалистов по здоровому образу жизни. Тема здорового образа жизни и адвентистских медицинских учреждений представлена также в книге «Медицинское служение» (1932 г.).

5. Книги об издательской деятельности. Последняя категория книг, содержащих советы, касается адвентистской издательской работы. Подобно трудам о семейной жизни, не существует книги, специально написанной Еленой Уайт на эту тему. Все книги данной категории являются компиляциями.

Самой большой компиляцией на тему издательской деятельности является книга «Издательское служение» (1983 г.). Другие родственные темы мы находим в книгах: «Советы авторам и редакторам» (1946 г.) и «Литературный евангелизм» (1953 г.).

Каждый год Церковь издает книгу для ежедневного утреннего чтения, содержащую 365 «страничек». Первая книга Елены Уайт для ежедневного утреннего чтения вышла в 1946 году под названием «Сияние религии». Ее составители полностью взяли выдержки из опубликованных работ, но впоследствии такие книги содержали как опубликованные материалы, так и подборки материала из писем и рукописей.

Начиная с книги «Моя жизнь сегодня», выпущенной в 1952 году, каждые три года адвентисты получают книгу для утреннего чтения, автором которой является Елена Уайт. Таких книг более дюжины. Большинство из них несколько раз были переизданы.

В течение многих лет своего служения Елена Уайт опубликовала более 5 тысяч статей в адвентистской периодической литературе. Большинство из них появились в «Ревью энд Геральд» и «Знамениях времени». Последние двадцать пять лет ее жизни статьи, как правило, печатались каждую неделю.

Г–жа Уайт публиковалась также в таких периодических изданиях, как «Молодежный руководитель», «Реформатор здоровья», «Бюллетень Генеральной конференции» и некоторых других. В течение многих лет эти статьи можно было прочитать только в нескольких учреждениях, где хранились подшивки различных периодических изданий. Но теперь положение изменилось.

В 1962 году Комитет по литературному наследию Елены Уайт сделал копии всех статей Елены Уайт, напечатанных в «Истине для настоящего времени» и «Ревью энд Геральд», и издал их факсимиле в шести больших томах. С этого времени Комитет по литературному наследию Елены Уайт таким же образом сделал доступными ее статьи, напечатанные в «Знамениях времени» (четыре тома) и «Молодежном руководителе». Недавно статьи из периодических изданий, которые г–жа Уайт публиковала не столь часто, также были изданы в серии, озаглавленной «Сборник статей Елены Уайт из периодических изданий».

Размах литературной деятельности Елены Уайт поражает. Помимо опубликованных трудов существует 8 тысяч писем и рукописей (в большинстве случаев проповедей, свидетельств различным группам и отдельным лицам, а также дневниковых записей). Общее число печатных страниц этой категории трудов составляет 60 тысяч. Некоторые из указанных материалов вошли в многочисленные компиляции, появлявшиеся в течение ряда лет.

В настоящее время большую часть данного материала можно найти только в центрах исследований трудов Елены Уайт. Но это положение вскоре изменится. Комитет по литературному наследию Елены Уайт сделал большой шаг вперед, когда выпустил в свет ранее неопубликованные материалы из тех разделов, которые уже были готовы к публикации со времени смерти Елены Уайт. Первый том «Опубликованных рукописей» вышел из печати в 1981 году, и с той поры был издан 21 том. «Материалы Елены Уайт 1888 года» (четыре тома, 1987 г.) и серия «Проповеди и беседы», начатая в 1990 г., отражают стремление сделать доступными для читателя письма и рукописи Елены Уайт.

В планы Комитета также входит издание всех писем и рукописей вестницы Божьей в электронном виде на лазерном диске, чтобы люди, имеющие компьютер, могли пользоваться ими дома. После подготовки все материалы Елены Уайт станут более доступными для общего пользования.

В 1962 и 1963 гг. были изданы три тома «Полного указателя трудов Елены Уайт». Эта работа содержит указатели существовавших тогда книг Елены Уайт по трем направлениям: 1) указатель библейских текстов, 2) тематический указатель и 3) указатель цитат. Указатели первых двух видов были созданы максимально полными, а третий вид составляли–примеры наиболее часто используемых цитат Елены Уайт. Четвертый том «Полного указателя», появившийся в 1992 году, охватывал произведения, выпущенные после 1958 года.

Как и следовало ожидать, составление указателя по книгам Елены Уайт требовало более тщательной работы, чем создание указателя по ее статьям, напечатанным в периодической литературе. Однако в 1977 г. был предпринят большой шаг в этом направлении, завершившийся выпуском «Предметного указателя к статьям Елены Уайт в периодической литературе». В нем проделана довольно основательная работа в отношении статей, помещенных в «Ревью энд Геральд».

Для тех, кому нужна дополнительная помощь, Комитет по литературному наследию Елены Уайт создал другие полезные указатели, относящиеся к жизни Елены Уайт, ее произведениям и огромной информации, связанной с ее служением. Разумеется, эти указатели доступны для использования только в центрах исследований трудов Елены Уайт и их филиалах.

Для людей, имеющих навыки работы с компьютером, существующие указатели быстро становятся устаревшими. Все ее опубликованные материалы уже изданы на лазерном диске. Достаточно лишь нажатия клавиши для того, чтобы в общем объеме по одному слову найти необходимый отрывок.

Подобно любым другим техническим новшествам, компьютер изменил методы изучения наследия Елены Уайт. Позитивная сторона новой технологии заключается в ее доступности. Потенциально отрицательная сторона скажется в том, что все большее число людей перестанут читать труды Елены Уайт в ее широком концептуальном отражении, а станут довольствоваться набором цитат, не учитывая их контекста. Кроме того, есть сложные темы и детали, которые нелегко извлечь с помощью компьютерной программы, а потому они могут остаться незамеченными. Следовательно, в отношении Елены Уайт и ее читателей компьютерный век принес большие благословения и потенциальную угрозу. Благоразумнее всего использовать компьютерные программы и указатели как дополнение к серьезному чтению произведений вестницы Божьей, а не замену этого чтения.

В нашей книге мы прошли вместе с Еленой Уайт длинный путь. Вначале мы сделали обзор долгой жизни пророчицы Божьей, затем познакомились с работой Комитета по литературному наследию Елены Уайт после ее смерти и рассмотрели ее различные произведения.

Теперь мы готовы приступить к завершающей фазе нашего знакомства с г–жой Уайт. В этой главе мы рассмотрим семь основных тем, которые красной нитью проходят через ее произведения. Они представляют идеи, помогающие нам понять богословские взгляды вестницы Божьей и ее заботу о Церкви и отдельных людях. Эти темы соединяют также ее различные представления в единую систему концепций, образующих пояснительную канву не только для отдельных книг, но для всех разделов ее произведений (таких, как здоровый образ жизни, образование и семейная жизнь).

Следующие избранные нами семь тем — не единственные, но они, по–видимому, являются самыми основными и нередко повторяются во всех ее трудах. В результате эти семь тем играют связующую и поясняющую роль в трудах Елены Уайт, что поможет нам с большим пониманием читать их.

Пожалуй, центральной и самой всеобъемлющей темой произведений Елены Уайт является любовь Божья. Почему мы начинаем с этой темы? Потому что автор сама неоднократно считала ее первой и самой главной в своих книгах. Несколько иллюстраций на данную тему помогут нам понять, какое важное место занимала эта тема в сознании Елены Уайт.

Одной из самых ярких иллюстраций того, что в произведениях Елены Уайт Божья любовь занимает центральное место, является фраза «Бог есть любовь», с которой начинается первый том серии Конфликт веков («Патриархи и пророки») и которой заканчивается последний том этой серии («Великая борьба»).

Почему так? Потому что, как мы увидим ниже, Божья любовь является средоточием великой борьбы между добром и злом, что и показано в трудах Елены Уайт. Поэтому автор при любой возможности акцентирует внимание на Божьей любви. «Бог есть любовь» — вот фраза, формирующая контекст повествования Е. Уайт о великой борьбе.

Другой важной иллюстрацией того, что теме Божьей любви в произведениях Елены Уайт уделяется главное место, служит содержание первой главы книги «Путь ко Христу». Первые слова книги звучат так: «Природа и откровение равно свидетельствуют о Божьей любви» (Путь ко Христу, с. 9).

Г–жа Уайт продолжает рассказывать, что природа говорит «нам о любви Творца» и что даже в мире греха сияет весть о Божьей любви. Ведь «на колючках растут цветы, а на стеблях, покрытых шипами, распускаются розы. На каждой распускающейся почке, на каждой пробивающейся из земли травинке написано: «Бог есть любовь»» (Путь ко Христу, с. 9, 10).

Однако автор замечает, что природа, испытавшая влияние греха, «не дает полного представления о Его любви». Непревзойденным и наиболее ярким проявлением любви Божьей к человечеству было то, что Бог послал Иисуса Христа, чтобы спасти нас от наших грехов (Путь ко Христу, с. 10—13).

Глава заканчивается основной мыслью всей книги: «Ни с чем не сравнима такая любовь! Дети Небесного Царя! Какое драгоценное обетование! Это ли не предмет глубочайших размышлений! Какая бесподобная любовь Бога к миру, отвернувшемуся от Него! Эта мысль способна покорить душу и «пленить ум в послушании» Богу. Чем больше мы изучаем Божественный характер во свете креста, тем лучше понимаем, как милость, любовь и прощение сочетаются со справедливостью и правосудием, тем яснее становятся бесчисленные свидетельства безграничной любви Бога и Его нежного сострадания, превосходящего жалость матери к своему заблудшему ребенку» (Путь ко Христу, с. 15).

Третья сильная иллюстрация Божьей любви как центральной темы произведений Елены Уайт помещена на первых страницах книги «Желание веков». В первом абзаце этой книги вестница говорит, что Иисус «пришел открыть людям свет Божьей любви» (Желание веков, с 19). На следующей странице она пишет о жизни Христа, свидетельствующей, «что закон жертвенной любви — это закон жизни на небе и на земле; что любовь, которая «не ищет своего», исходит от Бога» (Желание веков, с. 20). Ее заключение на последней странице гласит, что через Христа «любовь победила» (Желание веков, с. 835).

В трудах Елены Уайт любовь Божья поставлена на первое место. Она неоднократно говорит о ней прежде всего в самых важных книгах; словами о Божьей любви начинается и завершается серия Конфликт веков, насчитывающая более 3 500 страниц. Любовь Бога к людям лежит в основе всех других тем ее произведений и формирует их контекст.

Второй связующей темой, пронизывающей все труды вестницы Божьей, является великая борьба, или противостояние, между Христом и сатаной. Основанием этой темы также является Божья любовь.

Г–жа Уайт неоднократно подчеркивает, что главное в великой борьбе — это стремление сатаны исказить характер Бога, сутью которого является любовь. В первой главе книги «Путь ко Христу» мы читаем, что сатана наводил на людей страх перед Богом как перед существом «суровым и неумолимым. Сатана внушил людям, что главное свойство Бога — суровое правосудие, и Он стал для них грозным судьей и взыскательным заимодавцем. Он представил дело так, будто Создатель только тем и занимается, что ревностно следит за людьми и подмечает все их оплошности и ошибки, чтобы затем подвергнуть каре» (Путь ко Христу, с. 11).

Согласно Елене Уайт, суть противостояния заключалась не только в попытке сатаны исказить Божий характер, но и в сознательном извращении Его закона. На первых страницах книги «Желание веков» мы читаем, что «сатана выставляет Божественный закон любви законом своекорыстия. Он утверждает, что невозможно повиноваться заповедям закона» (Желание веков, с. 24). И вновь в «Великой борьбе» пророчица пишет: «С самого начала великой борьбы на небе намерением сатаны было свергнуть Закон Божий» (Великая борьба, с. 582).

Конечно, в понимании Елены Уайт Закон Божий является воплощением Его любвеобильного характера. Следовательно, намерение сатаны в великой борьбе — скомпрометировать Божью любовь в разных ее проявлениях.

Именно против этой попытки сатаны вынужден был бороться Бог. На первых страницах книги «Патриархи и пророки» Елена Уайт объясняет действия Бога, направленные против восстания сатаны: «История великой борьбы между добром и злом, начиная с того времени, как она разгорелась на небе, и до окончательного подавления восстания и полного искоренения греха также является свидетельством Божьей неизменной любви» (Патриархи и пророки, с. 33).

Как мы уже отметили ранее, тема любви Божьей, наблюдаемой в его борьбе с сатаной, стала средоточием пятитомной серии Конфликт веков. Кроме того, она является теологической основой для понимания других произведений автора.

Божественная любовь проявила себя в полной мере в приходе на землю Иисуса Христа. Елена Уайт приводит доводы, что Бог явил Свою любовь вопреки сатанинским обвинениям, предусмотрев смерть Христа за человечество. Однако Иисус пришел не только пострадать за людей, но и открыть Божью любовь в ответ на сатанинские обвинения. Об этом г–жа Уайт говорит следующим образом: «Чтобы рассеять эту тьму и открыть миру беспредельную любовь Бога, пришел в этот мир Иисус и жил среди людей» (Путь ко Христу, с. 11). В ответ на ложные заявления сатаны Иисус Христос на примере Своей жизни показал, что Закон Божий действительно является выражением Божьей любви и что он может быть исполнен (Желание веков, с. 24).

Своей жизнью и смертью, заявляет Елена Уайт, Иисус Христос одержал победу для Бога. «Искупительное служение Христа, — написала она, — оправдало правление Бога. Всемогущий явлен как Бог любви. Обвинения сатаны опровергнуты, и сущность его выявлена» (Желание веков, с. 26).

Заключительный абзац «Великой борьбы» замечательно связывает воедино тему любви и тему вселенской борьбы. Мы читаем: «Великая борьба окончена. Греха и грешников больше нет. Вся Вселенная чиста. В бесчисленных творениях бьется один пульс согласия и радости. Во все концы безбрежного пространства текут потоки жизни, света и радости от Того, Кто сотворил все. От мельчайшего атома до величайшей галактики -все одушевленное и неодушевленное в своей неомраченной красоте и совершенной радости провозглашает: «Бог есть любовь»» (Великая борьба, с. 678).

Понятия о Божьей любви и великой борьбе подводят к третьей теме, прослеживающейся в произведениях Елены Уайт. Тема эта сосредоточивает внимание читателя на Иисусе, кресте и спасении через Его благодать.

Елена Уайт не только изображает Иисуса Христа, ведущего борьбу с сатаной во вселенском противостоянии, но постоянно раскрывает Его личностные качества. Со времени ее обращения к Богу она постоянно стремилась возвысить Иисуса как единственную надежду каждого человека. С этого момента ее жизни она осознала, что, «только соединившись с Иисусом через веру, грешник обретает надежду и становится верующим чадом Божьим». Как вестница сама о себе пишет, единственной просьбой ее к Богу были слова: «Помоги, Иисус; спаси меня, или я погибну» (Очерки жизни Елены Уайт, с. 23).

Елена Уайт никогда не забывала своей первой внутренней борьбы, когда она считала, что должна стать хорошей, прежде чем Бог примет ее. Как обрести Иисуса Христа и спасение через веру в Его заслуги — этот вопрос стал центральной темой ее трудов и проповеднического служения на всю жизнь, начиная с первого видения. В нем Елена увидела, что миллериты будут в безопасности, если «сосредоточат свой взор на Иисусе» (Ранние произведения, с. 14).

Богословские взгляды вестницы Божьей о спасении во Христе поддерживались глубоким осознанием человеческой беспомощности. Е. Уайт указывала, что «последствия зла очевидны в жизни каждого человека, потому что в самой природе его утвердилась склонность ко греху, которую без помощи свыше он не может победить. Одержать верх над силами зла, достичь того идеала, к которому человек в глубине души стремится как к единственно достойному, может помочь только Христос» (Воспитание, с. 29).

Но, несмотря на свое полное разочарование в человеческих силах, г–жа Уайт видела в Иисусе Христе единственную надежду для погибающего мира. «В каждом человеке, каким бы падшим он ни был, Иисус видел сына Божьего, которого можно вернуть к радости жизни с Богом… Взирая на людей в их страданиях и упадке, Христос находил основание для надежды там, где другие видели безысходность. Там, где появлялась нужда, Он видел возможность для возрастания. Искушаемые души, пережившие поражение и чувствующие себя потерянными и погибающими, Он встречал не с осуждением, а с благословением» (Воспитание, с. 79).

Для Елены Уайт Иисус Христос был не только добрым Другом втрудное время. Он был Спасителем, Который умер на кресте за каждого человека. В любимом для многих отрывке из книги «Желание веков» мы читаем: «Со Христом поступили так, как того заслуживаем мы, — чтобы с нами поступали так, как заслуживает того Он. Осужденный за наши грехи, к которым Он не был причастен, Христос пострадал, чтобы мы были оправданы Его праведностью, к которой мы не причастны. Он принял нашу смерть, чтобы мы приняли Его жизнь» (Желание веков, с. 25).

Смерть Христа на кресте за наши грехи была темой, к которой Е. Уайт вновь и вновь обращалась в своих книгах. «Христос, распятый за наши грехи, Христос, воскресший из мертвых, Христос, вознесшийся на небо, — это наука спасения, которую мы обязаны изучать и преподавать» (Свидетельства для Церкви, т. 8, с. 287).

Учение о вере во Христа (или о праведности по вере) красной нитью проходит через все труды Елены Уайт. Верой люди приобщаются к благословениям спасения, приобретенного на кресте. Она постоянно подчеркивала «способность Христа спасти нас полностью и совершенно» (Материалы 1888 года, с. 217). Эта вера включает в себя также веру в служение Христа в небесном святилище.

В понимании Елены Уайт смерть Христа на Голгофе не только сделала возможным спасение каждого человека, но и оправдала Божий характер в великой борьбе. «Смерть Христа, — пишет она, — доказала, что Божье правление не имеет недостатков. Сатанинские обвинения, будто справедливость и милость Божья противоречат друг другу, вне сомнения, были навсегда опровергнуты. Каждый голос на небе и на земле засвидетельствует однажды о справедливости, милости и благородных чертах Божьего характера» (Рукопись 128, 1897).

Жизнь Христа, Его смерть на кресте, Его служение в небесном святилище как Ходатая и жертвы за грех, а также принятие верою служения Христа — все это составляет для Елены Уайт ядро ее понимания христианства.

«Возвышайте Иисуса, — писала она служителям, — возвышайте Его в проповеди, в пении, в молитве… Пусть наука спасения станет основой каждой проповеди, темой каждой песни… Проповедуйте Слово жизни, представляющее Иисуса как упование всякого кающегося и крепость всякого верующего» (Служители Евангелия, с. 160). Вновь пророчица Божья писала: «Жертва Христа, принесенная ради искупления наших грехов, является великой истиной, вокруг которой находят место все остальные истины. Для того, чтобы правильно понять и по достоинству оценить каждую истину Библии — от Бытия до Откровения, ее нужно изучить в свете, который струится с Голгофского креста. Я представляю вашему вниманию величественный, грандиозный памятник милости и духовного возрождения, спасения и искупления — Сына Божьего, вознесенного на крест. Это должно быть основанием каждого выступления наших служителей» (Служители Евангелия, с. 315).

Акцентируя внимание на Христе, живом Слове Божьем, Е. Уайт подчеркивала важность написанного Слова Божьего. В своей первой книге (1851 г.) она писала: «Я рекомендую тебе, дорогой читатель, Слово Божье как руководство в вере и жизни» (Ранние произведения, с. 78). И 58 лет спустя, в 1909 г., вестница Божья стояла на сессии Генеральной конференции с Библией в руках и говорила: «Братья и сестры, я рекомендую вам эту Книгу». Это были последние слова, сказанные ею на сессии Генеральной конференции Церкви.

Елена Уайт возвышала Библию всю свою жизнь. Для нее Библия была Книгой, открывающей волю Божью и дающей знание, которое ведет к спасительным взаимоотношениям с Иисусом Христом. «В Своем Слове, — заявила она, — Бог сообщил человечеству все, что необходимо знать для спасения. Священное Писание должно быть принято как авторитетное и безошибочное откровение Его воли. С ним следует соизмерять наши поступки, оно должно служить путеводителем к истине и эталоном нашей жизни» (Великая борьба, с. vii).

Во время богословских споров пророчица Божья особенно подчеркивала наивысший авторитет Библии. Например, когда Церковь приближалась к сессии Генеральной конференции 1888 года и некоторые руководители Церкви стремились использовать другие авторитетные источники дляформирования учения и библейского толкования, она в апреле 1887 г. неоднократно обращались к своим братьям — руководителям Церкви, указывая им на Библию. «Нам необходимо библейское свидетельство на каждой стадии нашего продвижения вперед» (Материалы 1888, с. 36). В июле 1888 года г–жа Уайт писала, что «Библия является единственным мерилом веры и учения» (Ревью энд Геральд, 17 июля 1888 г.).

«Тщательно исследуйте Писания, чтобы видеть, что является истиной, — советовала Е. Уайт руководящим адвентистским служителям месяц спустя. — Ни одна частица истины не будет утеряна благодаря тщательному исследованию. Пусть Слово Божье говорит само за себя, пусть оно само себя толкует».

«Наш народ, — продолжала она, — должен на индивидуальном уровне понимать Библию более основательно, ибо его обязательно призовут к ответу; его будут критиковать люди с проницательным умом. Одно дело -соглашаться с истиной и совсем другое — через внимательное исследование Библии знать, что есть истина… Многие, очень многие погибнут, потому что они не изучали Библию на коленях с серьезной молитвой к Богу, чтобы Его Слово просветило их сознание.

Слово Божье — это великий детектор ошибок; им должно быть испытано все. Библия должна быть мерилом каждого учения и поступка… Мы не вправе соглашаться ни с каким мнением, не сравнив его прежде со Священным Писанием. Божественный авторитет является наивысшим в вопросах веры. Именно Слово живого Бога должно решать все споры» (Материалы 1888 г., с. 38—40,44,45).

Елена Уайт заявляла, что в «Слове Божьем достаточно света, чтобы просветить затуманенный рассудок, и оно может быть понято теми, кто хочет понять его». Она рассматривала свои собственные труды как средство возвращения людей «к Слову, которым они ранее пренебрегали» (Свидетельства для Церкви, т. 5, с. 663).

Этот последний момент очень важен. Елена Уайт всегда считала, что ее задача — указывать людям на Библию. «Дух дан не для того, — писала пророчица, — чтобы заменить собой Библию, ибо Писание ясно говорит, что Слово Божье является мерилом всякого учения и чувства» (Великая борьба, с. vii). Таким образом, Е. Уайт утверждала, что ее собственное пророческое служение также должно быть испытано Библией. Она считала свои произведения «меньшим светом, который должен подвести людей к свету большему» (Литературный евангелизм, с. 125).

По мнению Елены Уайт, личное изучение Библии является самым важным для христианина. И хотя это верно в общем смысле, такое изучение особенно важно в заключительные дни земной истории. Она утверждает, что в конце времени сатана будет использовать «любые средства, чтобы помешать людям познавать Библию», желая скрыть свой обман (Великая борьба, с. 593). Следовательно, изучение Библии является частью борьбы последних дней, — утверждает Е. Уайт, — потому что «только закалившие свой ум библейскими истинами устоят в последней великой борьбе» (Великая борьба, с. 593, 594).

С этой мыслью мы подходим к пятой теме, которую освещают труды Елены Уайт, — Второму пришествию Иисуса.

Со времени обращения Елены Уайт и вступления в ряды миллеритов в 1840–х годах тема Второго пришествия оставалась самой важной для нее. Реальность близости пришествия всецело владела ее жизнью и влияла на писательскую деятельность. Как таковая эта тема связана с шестью другими, которые мы обсудили выше. Итак, Второе пришествие — это основная истина Библии. Второе пришествие является кульминацией спасения во Христе. Событие это знаменует собой окончание великой борьбы между добром и злом, оно есть наивысшее выражение Божьей любви, суть трехангельскои вести. Именно Второе пришествие дает стимул для христианской жизни. Тема Второго пришествия оказала сильное влияние на Елену Уайт.

Она указывала, что Второе пришествие должно быть в центре учения и жизни адвентистов седьмого дня. «Все проповеди, — говорила она, — должны показывать, что мы ждем пришествия Сына Божьего, работаем ради этого и молимся об этом. В Его пришествии — наша надежда. Этой надеждой должны быть проникнуты все наши слова и дела; ею должны наполняться все наши помыслы и взаимоотношения» (Евангелизм, с. 220).

Для Елены Уайт возвращение Христа было не только событием будущего. Она ощущала, что оно вот–вот произойдет. Этим объясняется необходимость возвещения трехангельскои вести всему миру в кротчайшие сроки. «Трубите тревогу по всей земле, — наставляла она. — Говорите людям, что день Господа близок и очень поспешает. Пусть никто не останется не предупрежденным… Нам нельзя терять времени… Пришествие Господа ближе, чем когда мы уверовали. Великая борьба близится к концу. Каждое сообщение о бедствиях на море или на суше свидетельствует о том факте, что близок всему конец. Войны и военные слухи говорят о том же… Господь грядет. Мы слышим шаги приближающегося Бога… Мы должны готовить путь для Него, делая все с нашей стороны, чтобы приготовить людей к этому великому дню» (Евангелизм, с. 218, 219). Именно истина о пришествии и о близости этого события подготовила почву для миссионерской деятельности адвентизма.

Елена Уайт говорила о Втором пришествии и распространении вести о нем в связи с апокалиптическими книгами Даниила и Откровение. Эти книги и отраженная в них картина последнего времени занимают особое место в учении и трудах Е. Уайт. «Необходимо более тщательно изучать Слово Божье, — писала она в 1896 году, — как никогда прежде в истории нашего служения следует обратить внимание на книги Даниила и Откровение» (Евангелизм, с. 577).

Вновь она побуждала церковь, говоря, что «необходимо более старательное и глубокое изучение Откровения и более ревностное провозглашение истин, содержащихся в нем, — истин, касающихся всех, живущих в эти последние дни» (Евангелизм, с. 197).

Труды Елены Уайт о Втором пришествии свидетельствуют, что в изучении книг Даниила и Откровение она следовала своему собственному увещеванию. Ее труды наполнены многими описаниями и образами из этих двух апокалиптических книг.

Некоторые свои самые вдохновенные повествования г–жа Уайт написала в связи с событиями, сопровождающими Второе пришествие. Изображая само Второе пришествие, она повествует: «Дети Божьи слышат ясный, мелодичный голос, говорящий: «Восклонитесь!». И, подняв глаза, люди видят радугу обетования. Темные, грозные тучи, покрывавшие небосвод, рассеиваются, и они, подобно Стефану, смотрят на небо и видят Божью славу и Сына Человеческого, сидящего на престоле…

Безбожники с ужасом и с изумлением смотрят на все это, между тем как праведники следят за признаками своего избавления с торжествующей радостью. Кажется, будто все в природе изменило свое обычное течение… Посредине разгневанного неба виднеется полоса неописуемой славы; оттуда слышится голос Божий, подобный голосу множества вод, «говорящий: совершилось!» (Откр. 16:17).

От этого голоса содрогаются небо и земля. Происходит великое землетрясение… Небо, кажется, открывается и закрывается. От престола Божьего видны проблески славы Божьей… Самые высокомерные города земли уничтожены… Тюремные стены рушатся, и народ Божий, заключенный в темницы за веру, выходит на свободу» (Великая борьба, с. 636, 637).

Равно ободряет описание воскресения праведных: «Среди колеблющейся земли, вспышек молний и ударов грома голос Сына Божьего зовет спящих святых… И во всех концах земли мертвые услышат этот голос и услышавшие оживут…

Живущие праведники изменятся «вдруг во мгновение ока». Они были прославлены при звуке Божьего голоса, а теперь, став бессмертными, они вместе с воскресшими святыми восхищаются навстречу Господу по воздуху… Святые ангелы на руках принесут матерям их малюток. Друзья, давно разлученные смертью, встретятся, чтобы больше никогда не расставаться, и с радостным ликованием все вместе поднимаются к граду Божьему» (Великая борьба, с. 644, 645).

Самые трогательные из всех описаний Елены Уайт, относящихся ко Второму пришествию, — это описания жизни на новой земле. «Там бессмертный разум, — пишет она, — с неувядающим восторгом будет созерцать чудеса творческой силы и тайны искупительной любви… Станут развиваться все способности, умножится каждый талант… Там можно будет осуществлять самые грандиозные проекты; претворять в жизнь самые возвышенные стремления, самые смелые планы; но и после этого будут новые вершины, которые следует взять; новые чудеса, которые будут вызывать восхищение; новые истины, которые нужно постигать; новые объекты исследования, требующие приложения сил, ума, души и тела» (Великая борьба, с. 677).

Как мы видим из вышеприведенных цитат, главная, связующая тема произведений Елены Уайт формировалась не только под влиянием событий, относящихся ко Второму пришествию, но и в результате ее глубокого внутреннего ощущения реальности предстоящих событий. Это тематическое ядро определило направление произведений г–жи Уайт и задачи ее жизни.

Понимание г–жой Уайт Второго пришествия тесно связано с шестой темой, помогающей нам оценить ее жизнь и труды. Мы имеем в виду трехангельскую весть из Откр. 14:6—12 и миссию Церкви адвентистов седьмого дня.

Трехангельская весть, описанная в Откр. 14:6—12, определяет, по мнению Елены Уайт, отличительный признак Церкви адвентистов седьмого дня. С самого начала служения й до конца, в течение почти 71 года она держалась того мнения, что Бог специально поручил адвентистскому движению проповедовать весть третьего ангела.

Обратите внимание, как она описывает миссию Церкви: «В особом смысле адвентисты седьмого дня поставлены в этом мире как стражи и носители света. Им было вверено последнее предупреждение погибающему миру… Им была вверена самая важная и торжественная задача — провозглашение вести первого, второго и третьего ангелов. Никакое другое служение не сравнится по важное–ти с этим поручением. Ничто другое не должно поглощать внимание адвентистов.

Нам были поручены самые торжественные истины, когда–либо вверенные смертным людям, чтобы провозглашать их миру. Нашей задачей является провозглашение этих истин миру. Мир необходимо предупредить, и Божьему народу надо оставаться верным долгу, возложенному на него» (Свидетельства для Церкви, т. 9, с. 19).

Подобно другим руководителям — адвентистам седьмого дня, Елена Уайт смотрела на трехангельскую весть как на «совершенную цепь истины» (Ранние произведения, с. 256), число звеньев которой росло с 1840–х годов и продолжает увеличиваться до конца времени. По мнению адвентистов, провозглашение первой вести (о наступлении часа Божьего суда) было начато проповедью Уильяма Миллера в 1830 и 1840 гг., а вторая весть (о падении Вавилона) начала проповедоваться в 1843 г., когда верующих — адвентистов исключали из церквей, к которым они ранее принадлежали, за веру в библейское учение о том, что Второе пришествие предваряет наступление тысячелетнего царства.

Эти две вести были важны, но они просто подготовили путь для проповеди третьей ангельской вести. Именно третья весть определила задачу Церкви адвентистов седьмого дня и ее уникальные отличительные особенности. Елена Уайт и другие верующие, соблюдавшие субботу, считали, что, «когда Христос вошел во Святое святых небесного святилища (в октябре 1844 г.), чтобы совершить заключительную часть служения искупления, Он поручил Своим слугам распространить по всему миру Свою последнюю весть милости. Это предостережение провозглашает третий ангел из 14–й главы Книги Откровения. Пророку в видении было показано, что сразу же вслед за провозглашением этой вести придет Сын Человеческий во славе, чтобы пожать жатву на земле» (История спасения, с. 379).

Елена Уайт неоднократно указывала, что «весть третьего ангела является последней вестью», ибо мир вскоре будет разрушен. «Когда эта весть выполнит свое предназначение, за ней не последует других милостивых приглашений. Какое великое поручение!» (Свидетельства для Церкви, т. 5, с. 206, 207).

Г–жа Уайт учила, что проповедь вести третьего ангела (вместе с первыми двумя вестями) будет иметь всемирный размах. Непоколебимая вера в силу этой вести из Откр. 14:6—12 побуждала Церковь адвентистов седьмого дня трудиться во всем мире, возвещая Евангелие.

Весть третьего ангела, по словам Елены Уайт, должна быть не только всемирной. Ее назначение — вывести людей к свету. Посредством этой же вести каждый будет испытан. «Весть третьего ангела должна выполнять свою работу, выводя из церквей людей, которые встанут на основание вечной истины». Она — «весть жизни и смерти» (Свидетельства для Церкви, т. 6, с. 61). Вновь Елена Уайт писала: «Господу угодно было поручить Своему народу нести весть третьего ангела как испытующую весть для мира. Иоанн видит народ, особый и отделенный от мира, отказавшийся поклоняться зверю или образу его; этот народ несет на себе знак Божий и хранит святость Его субботы — седьмого дня… Именно об этом народе апостол пишет: «Здесь терпение святых, соблюдающих заповеди Божий и веру в Иисуса» (Откр. 14:12)» (Евангелизм, с. 233).

Сутью адвентистского понимания вести третьего ангела является неизменность Закона Божьего и восстановление библейской субботы. Первые адвентисты седьмого дня без труда распознали эти элементы в третьей ангельской вести. В противопоставлении имевших начертание зверя тем, кто соблюдал все заповеди Божьи, различимом в 13–й и 14–й главах Откровения, они увидели идею великой борьбы.

Но многие люди так и не поняли в третьей ангельской вести значения выражения «вера в Иисуса». Именно его смысл стремилась Елена Уайт донести до собратьев — членов Церкви на сессии Генеральной конференции в Миннеаполисе в 1888 году. «Вера в Иисуса», подчеркивала она, означает уверенность втом, что «Иисус, взяв на Себя наши грехи, стал Спасителем, прощающим нас… Он пришел в наш мир и понес наши грехи, чтобы мы могли приобщиться к Его праведности. Вера Иисуса — это вера в способность Христа прощать нас полностью и совершенно» (Материалы 1888 г., с. 217). В другом случае она сказала, что «оправдание верою… есть весть третьего ангела в ее истинном значении» (Избранные вести, т. 1, с. 372).

С точки зрения Елены Уайт, весть третьего ангела соединяла в себе закон и субботу. Когда адвентисты седьмого дня делали акцент на законе и субботе в ущерб Евангелию благодати, они не проповедовали третью ангельскую весть полностью. Этот недостаток был присущ Церкви до 1888 года. Но, начиная с 1888 года, адвентисты стали полнее понимать весть третьего ангела, и Елена Уайт могла заявить, что Церковь в то время имела более полную весть и что «громкий клич третьего ангела начался с откровения праведности Христа — Спасителя, прощающего грех» (Избранные вести, т. 1, с. 363).

Центральное положение вести третьего ангела с ее призывом к всемирной миссии определило представление Елены Уайт о том, что эта весть является главной, основополагающей темой. И, подобно другим связующим темам, она переплетается с шестью остальными, о которых мы говорили выше.

Прежде чем закончить тему о вести третьего ангела, необходимо указать, что с третьей ангельской вестью прямо связаны не только фундаментальные труды Елены Уайт о законе, субботе, праведности по вере, великой борьбе и о других вопросах, но также ее объемные комментарии по вопросам образования, здоровья, издательской деятельности и евангельского служения.

Адвентистское образование было призвано научить людей распространять третью ангельскую весть. Весть о здоровом образе жизни, связанная с вестью третьего ангела так же тесно, как рука с телом» (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 486), должна была дать людям здоровье, чтобы они могли достойно проповедовать адвентистскую весть и вести других к истине посредством свидетельства адвентистских лечебных учреждений. Издательская и евангельская программы также должны были способствовать распространению последней вести миру перед окончательной жатвой Откр. 14:14—20.

Третья ангельская весть имеет прямое отношение к последней теме, которую раскрывала Елена Уайт и которую мы рассмотрим в этом кратком обзоре, — повседневная христианская жизнь и развитие характера.

Христианство, как его представляла себе Елена Уайт, должно влиять на каждую сторону повседневной жизни человека. Истинное христианство внутренне преобразует людей, а не просто влияет на их чувства, когда они находятся в церкви. Оно изменяет их сердца, но это внутреннее изменение, если оно действительно подлинное, переносится на семейные взаимоотношения, учебу, работу и даже на то, как человек проводит свободное время. Огромное количество материала, которое Елена Уайт написала об отдыхе, браке, здоровье, использовании нашего времени и наших способностей, говорит о практическом применении христианства.

Вера в преобразующую силу обращения лежит в основе многих ее советов по практическому христианству. Эта вера связана с осознанием того, что внешние действия проистекают из внутренних мотивов. Следовательно, как только человек обращается, для него естественным становится только одно — жить христианской жизнью благодаря силе Божьего Духа.

Для Елены Уайт суть практического христианства заключается в том, чтобы поступать подобно Христу, а не жить по принципам царства сатаны. В основе образа действия Иисуса и сатаны лежат два диаметрально противоположных принципа. «Начало греха, — указывает Дух пророчества, — в эгоизме», в своекорыстии. Напротив, самоотверженная любовь представляет собой «великий принцип — закон жизни во Вселенной». «Ангелы — вестники славы небесной — дарят свою любовь людям… Слава нашего Бога заключается в том, чтобы даровать» (Желание веков, с. 20, 21). Иисус продемонстрировал закон самоотверженной любви в повседневной жизни. Он пришел не только умереть за нас, но «дать нам пример послушания». Христос «явил характер, противоположный характеру сатаны» (Желание веков, с. 24, 25).

С точки зрения г–жи Уайт, люди будут жить либо по принципу сатанинского царства (эгоизма), либо по принципу Божьего Царства (самоотверженной любви). Другого выбора не существует. Свои принципы невозможно скрывать в своем сердце или уме. Принципы вдохновляют на повседневные поступки. Поэтому г–жа Уайт пишет: «Любовь не может существовать без внешних проявлений, подобно тому, как огонь невозможно поддерживать без топлива (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 695). Каковы мы есть внутри, таковы мы будем в практических поступках повседневной жизни.

Переход от жизни, построенной на эгоизме, к жизни, основанной на Христовых принципах, происходит тогда, когда человек подчиняет свою жизнь Иисусу Христу. «Когда человек обращается к Богу, — читаем мы, — ему даются новые нравственные вкусы, новая движущая сила, и он любит то, что любит Бог» (Избранные вести, т. 1, с. 336). Эта новая движущая сила начнет побуждать людей к желанию быть «святыми в своей сфере, как Бог свят в Своей. В меру наших способностей нам следует явить истину, любовь и достоинство Божественного характера» (Избранные вести, т. 1, с. 337).

Итак, христиане посредством Божьей благодати стремятся уподобиться Иисусу в своей повседневной жизни. Они должны подражать Его характеру. Но Елена Уайт предостерегает: «Мы никогда не будем наравне» со Христом в характере, хотя мы можем «подражать Ему и походить на Него» (Ревъюэнд Геральд, 5 февраля 1895 г.). Бог посылает Свою прощающую благодать, когда мы «не в состоянии подражать Божественному образцу» (Избранные вести, т. 1, с. 337).

И подобно тому, как любовь является главным качеством Бога и основным вопросом великой борьбы, она также лежит в основе развития христоподобного характера, выражающегося в практических повседневных делах. Елена Уайт говорит: «Где бы ни существовало единство с Христом, там присутствует любовь. Какие бы плоды мы ни приносили, при отсутствии любви они — ничто. Любовь к Богу и нашим ближним является самой сутью нашей религии. Человек не может любить Христа и не любить Его детей. Когда мы соединяемся с Христом, мы имеем ум Христов. Чистота и любовь сияют в характере, кротость и истина управляют жизнью». И далее г–жа Уайт замечает: «Меняется даже само выражение лица. Христос, пребывающий в душе, оказывает преобразующее влияние, и внешняя сторона жизни свидетельствует о мире и радости, царящих внутри» (Избранные вести, т. 1, с. 337).

Будучи дочерью Божьей, Елена Уайт на множестве примеров показывает, что значит изменение каждой стороны повседневной жизни. Это прежде всего отказ от вредных привычек и губительных связей. Но христианская жизнь подразумевает намного большее. Фактически отказ отдел, отношений и привычек сам по себе не означает ничего. Для истинного христианина отказ от нехристианских поступков и нездоровых отношений, разумеется, важен, но это только прелюдия к обретению активных, позитивных качеств Христа. Не только отказ от чего–то, но приобретение новых навыков составляет суть того, что означает жить подобно Иисусу.

А каким был Иисус? В первых словах книги «Служение исцеления» Елена Уайт прекрасно говорит об этом: «Господь наш, Иисус Христос, пришел в этот мир как неутомимый слуга нуждам человеческим» (Служение исцеления, с. 17). Он пришел послужить людям, помочь им и передать слова истины. В этом Он наш пример.

Елена Уайт неоднократно увещевает нас уподобиться Иисусу в служении. Труд любви для ближних, указывает она, является «личной ответственностью» христианина, работой, которая «не может быть выполнена кем–то другим по доверенности» (Служение исцеления, с. 147). Очень многие христиане, добавляет г–жа Уайт, не делятся с ближними Христовой любовью. Фактически они возлагают практическую работу свидетельства и служения другим на плечи организаций и их сотрудников.

Не случайно книга «Воспитание» начинается и заканчивается словами о служении ближним. Люди, посвятившие свою жизнь не самоугождению, а служению, перешли из царства сатаны в Царство Христа. В результате Елена Уайт могла написать, что те, кто войдет в Небесное Царство, находили «величайшую радость» в служении здесь, на земле, но на новой земле они также испытают «величайшую радость» в служении ближним, поскольку уподобятся Иисусу (Воспитание, с. 309).

Г–жа Уайт всегда связывает рассуждения о совершенстве христиан с претворением Божьего характера любви в их повседневную жизнь. В книге «Наглядные уроки Христа» она замечает: «Со страстным желанием Христос ждет этого в Своей Церкви. Когда характер Христа полностью отобразится в Его народе, Он придет, чтобы назвать его Своим» (Наглядные уроки Христа, с. 69).

Очень многие люди цитируют эти слова, не обращая внимания на их контекст. В результате они наделили это утверждение смыслом, который не содержится в самом отрывке. Две предыдущие страницы проясняют цель автора. Елена Уайт ясно говорит, что Христос стремится воспроизвести Свой характер в сердцах людей и что принявшие Его откажутся от эгоистичной жизни сатанинского царства. Вместо этого они начнут служить ближним, возвещать им о Божьей благости и делать добро. Они уподобятся Христу, потому что приняли «Духа Христа — Духа бескорыстной любви и служения другим». В результате, говорит Е. Уайт читателю, «ваша любовь [будет] становиться все совершеннее. Все более и более вы будете уподобляться Христу во всем, что есть чистого, благородного и прекрасного» (Наглядные уроки Христа, с. 67, 68). Следовательно, полностью отображать характер Христа означает позволить Ему явить Свою любовь в нашей повседневной жизни.

На этой мысли мы завершаем наш обзор связующих тем в трудах Елены Уайт. Мы начали с обсуждения Божьей любви, поставленной под сомнение в великой борьбе. Теперь мы закончим наше рассуждение удивительными словами Елены Уайт: «Последние лучи благодатного света, последняя весть милости к погибающему миру является откровением Его характера любви. Детям Бога надлежит провозгласить Его славу. Своей собственной жизнью и достоинством своего характера они должны показать всем, что сотворила для них благодать Божья» (Наглядные уроки Христа, с. 415, 416). Жизнь детей Божьих будет доказательством того, что Бог есть воистину любовь и что Его спасающая благодать преобразует характер и поступки.

Великая борьба, любовь Божья и другие великие темы, раскрытые в книгах Елены Уайт, не являются отвлеченными понятиями. Отнюдь нет. Они воздействуют на повседневную жизнь. Перед каждым из нас ежедневно стоит выбор: жить ли нам по принципам Божьим или по принципам сатаны. Бог даровал нам труды Елены Уайт, чтобы руководить нами в этом повседневном выборе. Их цель — помочь нам принять решения, от которых зависит наша вечная участь. Слава Богу за все Его благословения!